«С Роскомнадзором нельзя разговаривать языком эмоций и истерик»

Кто ответственен за решение о блокировке статьи в «Википедии»? Зачем Роскомнадзор привлек такое внимание к этой ситуации? И что будет с Facebook, Twitter и другими интернет-гигантами после вступления в силу изменений в законе о хранении персональных данных россиян? На эти и другие вопросы ведущему «Коммерсантъ FM» Анатолию Кузичеву и обозревателю радио новостей Константину Эггерту ответил руководитель пресс-службы Роскомнадзора Вадим Ампелонский в рамках программы «Демократия».

«Чисто законодательно Facebook могут заблокировать в России»

Вадим Ампелонский о ситуации с Facebook: «С Facebook все будет хорошо. Во вторник состоялась встреча руководителя Роскомнадзора Александра Жарова с представителем Facebook Томасом Кристенсоном. Мы общались два часа. Люди такого высокого ранга, если не интересны друг другу, не стали бы тратить на общение столько времени. Информация о том, что Facebook отказывается исполнять требования 242-го Федерального закона о хранении персональных данных, который вступает в силу 1 сентября, на этой встрече абсолютно точно не прозвучала. Facebook задавал вопросы по поводу положений закона, его механизмов. Вся эта информация была предоставлена. Господин Кристенсен раскрыл нам некоторые детали того, как осуществляется сбор, обработка и хранение личной информации пользователей. В конце общения, а вся эта встреча не сводилась к исполнению 242-го ФЗ, прозвучало обещание, что компания Facebook в ближайшее время представит свою официальную позицию. Весь шум, который был в СМИ, был основан на статье в одной из газет, которая была полностью основана на анонимных источниках».

О 242-м федеральном законе: «В контексте 242-го федерального закона слишком много внимания приковано к транснациональным интернет-гигантам: Twitter, Facebook, Google и так далее. Да, они обрабатывают персональную информацию в той или иной степени. Транснациональные интернет-гиганты с точки зрения этого законодательства о персональных данных — не такой уж важный объект внимания. Есть банковская сфера, есть авиаперевозки, есть гостиничный бизнес, операторы связи, электронная коммерция. Вот о чем надо говорить. 242-й закон, на наш взгляд, — очень грамотный с точки зрения юридической техники документ. Он предусматривает массу исключений. Авиаперевозчики попадают под одно из таких исключений, потому что авиационная отрасль урегулирована системой международного права».

О возможности блокировки Facebook в России: «Чисто законодательно Facebook могут заблокировать в России, как и любой другой сайт. Законодательный инструментарий для этого есть. Вопрос не ставится так, что если они не перенесут хранение данных в Россию, то мы его закроем, и в 2015 году точно не будет поставлен. План проверок на 2015 год для исполнения 242-го федерального закона утвержден. Facebook, Twitter, Google в этом плане проверок отсутствуют».

«Мы уже смирились с тем, что на нас лежит ответственность за все, что происходит в Сети»

Вадим Ампелонский об ущербе, который наносится стране блокировками сайтов: «Здесь вступают в игру гораздо более высокие принципы исполнения закона. Вы говорили о том, что мы должны принимать в расчет тот имиджевый ущерб, который наносится такого рода блокировками для Российской Федерации, но мне кажется, что в достаточной степени имиджевого ущерба может быть принесено и теми действиями, когда, по сути, американская некоммерческая организация, а господин Козловский неоднократно подчеркивал, что они являются американской организацией, которая исполняет законы США и ничьи другие. Когда в России работает такая организация, это колоссальный ущерб для Российской Федерации».

Исполнительный директор «Викимедиа РУ» Станислав Козловский о конфликте с Роскомнадзором: «Отделения "Викимедиа" существуют во всем мире, но они делаются как независимые организации. Отделение "Викимедиа РУ" действует по законам России, но у нас нет возможностей влиять на контент статей. У любого человека возможностей влиять на содержание статей на "Википедии" столько же, сколько и у меня».

Вадим Ампелонский о разрешении конфликта: «Мы уже смирились с тем, что на Роскомнадзоре лежит ответственность за все, что происходит в интернете. Мы отметили внесенные изменения в статью. Мы не обладаем собственными компетенциями в этой области. На наш взгляд, статья стала более наукообразная, в ней появились источники. Она была переработана, мы обратились в ФСКН, чтобы они оценили, осталась там противоправная информация или нет».

«"Википедия" могла оспорить решение суда»

Вадим Ампелонский о ситуации с «Википедией»: «Свобода слова, безусловно, важна. Но закон предусматривает и ограничения для этого права. Мы не являемся моральными гуру. Мы действуем четко в рамках тех полномочий, которые определены законом. В ситуации с "Википедией" мы действовали именно в рамках этих полномочий».

«Мы не договорились с "Википедией". Самое удручающее в этой ситуации заключается в том, что мы как правоприменительный орган пытались договориться, но не договорились. 18 августа мы получили решение суда. "Википедия", конечно, могла его оспорить. Видимо, руководство "Википедии" в России тратило свое время на информационную кампанию, вместо того чтобы производить процессуальные действия, предусмотренные законом».

«Когда постановление поступает в Роскомнадзор, оно, как правило, уже вступает в законную силу. Решение законное. Чем руководствовался судья, на чье экспертное заключение он опирался, какие доводы приводились — мы этого не знаем. Мы получили юридически значимый документ, мы обязаны его исполнить в установленном законом порядке. Мы никогда не вносим в реестр сайт целиком».

«Автоматически по всем доступным нам адресам фонда "Викимедиа РУ" ушло уведомление, официальный, юридически значимый документ. Судя по тому, что тут же со стороны господина Козловского началось развертывание масштабной информационной кампании в свою защиту, мы сделали вывод, что уведомление они получили. Мы специально придали этой ситуации максимально публичный статус. Мы знаем, что не все в случае с "Википедией" зависит от руководства, правки вносятся сообществом. Мы рассчитывали на благоразумие тех людей, которые имеют возможность внести правки в эту статью».

«Действительно целью этой информационно кампании, очень эмоциональной, было оказать давление на Роскомнадзор. Повлиять на решение Роскомнадзора можно, выполнив закон или оспорив решение суда. С нами нельзя разговаривать языком эмоций и истерик».