О некоторых вопросах вины в уголовном праве Италии

Зеленцов Длександр Борисович

доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой административного и финансового права Российского университета дружбы народов

Игнатова Милена Алексеевна

кандидат юридических наук, преподаватель кафедры уголовного права и процесса

Российского университета дружбы народов _

О некоторых вопросах вины в уголовном праве Италии

В статье раскрывается понятие вины и ее форм, а также некоторые дискуссионные вопросы вины в уголовном праве Италии.

Ключевые слова: вина, умысел, неосторожность, претеринтенциональная вина.

A.B. Zelentsov, Dsc (Law), Professor, Chair of administrative and fianancial law, Russian university of the friendship folk; tel.: 89161129390;

M.A. Ignatova, Master of Science (Law), Chair of criminal law and process, Russian university of the friendship folk; tel.: 84954344112.

The article examines the concept of guilt and its forms and also some disputable issues of the concept of guilt in the Criminal Law of Italy.

Key words: guilt, intent, negligence, preterintentional guilt.

странах континентальной си-

Встемы наличие вины является обязательным условием наступления уголовной ответственности. Принцип виновной ответственности является одним из "краеугольных камней" классической школы уголовного права, идеи которой нашли отражение в уголовном законодательстве стран континентальной системы права, в том числе и в уголовном кодексе Италии. В настоящее время в Италии действует УК, принятый в 1930 г. с многочисленными изменениями.

Вопросы вины всегда привлекали внимание итальянских криминалистов и вызывали серьезные дискуссии.

В теории итальянского уголовного права вина понимается как совокупность психологических условий, необходимых для персонального обвинения лица в преступлении.

Вина по итальянскому уголовному праву является субъективным или психологическим элементом преступления, т.е. психическим отношением лица к своему действию (бездействию) и вредному результату. В ч. 1 ст. 42 УК Италии указывается: "Никто не может быть наказан за дей-

ствие или бездействие, предусмотренное законом как уголовное деяние, если не совершил его осознанно и по своей воле". Таким образом, как и в российском уголовном праве, итальянский уголовный закон выделяет такие составные элементы психического отношения, проявленные в преступлении,как сознание и воля.

В Итальянском уголовном праве субъективная сторона преступления - вина является основанием уголовной ответственности наряду с материальным элементом преступления. Материальный элемент включает в себя все объективные признаки деяния, т.е. действие или бездействие, причинную связь и вредные последствия.

В теории итальянского уголовного права уголовная ответственность понимается как "ответственность за деяние, определенное в уголовном законе, которая выражается во вменении этого деяния в вину субъекту и в применении к нему, как следствие, уголовной санкции".

Основной формой вины по итальянскому уголовному праву является умысел. Ответственность за деяние, совершенное по неосторожности наступает только в случаях, прямо предусмотренных законом (ст. 42 УК Италии). Аналогичное положение установлено в ч. 2 ст. 24 ч. 2 УК РФ.

103

Кроме умысла и неосторожности, УК Италии предусматривает третью форму вины - прете-ринтенциональность.

В ст. 43 УК Италии содержится определение всех указанных форм вины. Преступление признается умышленным или соответствующим намерению, когда опасный и вредоносный результат являющийся следствием действия или бездействия, нарушающего закон, и от которого зависит по закону наличие преступления, осознавался субъектом и желался как последствие его добровольного действия или невыполнения юридической обязанности.

Как видно из формулировки умысла, УК Италии закрепляет только прямой умысел. Однако, теоретики уголовного права в юридической литературе выделяют как прямой, так и косвенный умысел. Прямой и косвенный умысел в Италии различают по волевому элементу. Прямым умысел считается, если лицо желало наступление результата, и именно на его достижение направляло свое действие. Косвенным умысел считается, если лицо, совершая деяние, предвидело его последствие, хотя и не имело цели его достижения или даже надеялось, что оно не наступит. Так же определяет прямой и косвенный умысле судебная практика.

В Италии существуют и иные классификации умысла: учитывая момент совпадения умысла с действием выделяют предшествующий, совпадающий и последующий умысел; по своей направленности в зависимости от степени определенности представлений субъекта о важнейших фактических и социальных свойствах своего деяния и его последствий умысел может быть определенным и альтернативным; в зависимости от момента формирования выделяют внезапно возникший и заранее обдуманный умысел; с учетом мотивов, побуждающих лицо к преступлению, выделяю умысел общий и специальный.

Неосторожным признается деяние, результатом которого является последствие, не желаемое субъектом, даже и предвиденное, причиненное по небрежности, опрометчивости или неопытности, либо из-за несоблюдения законов, правил, распоряжений или уставов.

УК Италии выделяет два вида неосторожности: общую и специальную.

Общая неосторожность заключается в осуществлении опасной деятельности или в непринятии мер в целях избежать вредных последствий в силу небрежности, опрометчивости или неопытности. Специальная неосторожность заключается в нарушении предписаний законов, правил, распоряжений или уставов, являющихся источниками права.

В теории уголовного права Италии определяют и другие виды неосторожности: с учетом возмож-

ности предвидения последствия выделяют осознанную и неосознанную неосторожность.

Осознанная неосторожность имеет место, когда лицо действует или бездействует, несмотря на то, что предвидит возможность наступления преступного результата, но уверено, что этот результат не наступит. При неосознанной неосторожности лицо не предвидит того, что своими действиями или бездействиями оно нарушает интересы др.

В итальянской судебной практике возникали спорные вопросы при разграничении косвенного умысла и осознанной неосторожности. Кассационный суд Италии разъяснил, что при косвенном умысле субъект, не имеет цели достижения преступного последствия в результате своего действия, но допускает риск его наступления, а при осознанной неосторожности субъект отвергает риск наступления преступного последствия, рассчитывая на свою способность контролировать деяние.

Долгое время в Италии считался дискуссионным вопрос о том, должны ли оцениваться действия лиц, выполняющих свои профессиональные обязанности, с позиций общего понятия неосторожности, выразившейся в небрежности, опрометчивости или неопытности, либо следует вменять им в вину только действия, совершенные по тяжкой неосторожности, понятие которой содержится в ст. 2236 ГК Италии, и не привлекать к уголовной ответственности за действия совершенные по легкой и средней неосторожности.

Современные авторы предлагают целесообразным ввести понятие специальной или профессиональной неосторожности, т.к. некоторые законные виды деятельности несут в себе риск наступления вредных последствий (медицина, дорожное движение, спорт и т.п.). К лицам, занимающимся подобными видами деятельности, невозможно применять общие критерии предвидения и возможности избежать последствий, т.к. в таком случае этим лицам вменялось бы в вину каждое вредное последствие, возникшее в результате их профессиональной деятельности. Так, например, врач, с учетом имеющейся статистики может предвидеть неблагоприятный исход хирургической операции. Врач должен нести уголовную ответственность за вредные последствия только в случаях нарушения им законодательных актов, а также не писанных правил медицинского мастерства, содержащихся в научных работах и медицинской практике.

Много дискуссий вызывало понятие претерин-тенциональной вины, предусмотренной ч. 2 ст. 43 УК Италии.

Деяние признается претеринтенциональным или совершенным помимо умысла, когда действие или бездействие порождает вредный ре-

зультат более тяжкий, чем тот, который желал субъект. Такая формулировка напоминает понятие преступления, совершенного с двумя формами вины, предусмотренного ст. 27 УК РФ. В отличие от российского УК, в итальянском уголовном законе нет указания на то, что отношение субъекта к более тяжким последствиям должно быть неосторожным.

В итальянском уголовном законодательстве случаев с претеринтенциональной виной в чистом виде только два: претеринтенциональное убийство (ст. 584 УК) и претеринтенциональный аборт (ч. 2 ст. 18 Закона № 194 от 22.05.78).

Претеринтенциональное убийство - это причинение смерти человеку в результате нанесения побоев или телесных повреждений. Наказывается такое убийство строго - лишением свободы на срок от 10 до 18 лет (ст. 584 УК Италии). Для сравнения: простое умышленное убийство наказывается лишением свободы на срок не менее 21 года (ст. 575 УК Италии).

Аборт является претеринтенциональным, если лицо, действиями, направленными на причинение телесных повреждений, вызывает как не желаемое последствие прерывание беременности (ч. 2 ст. 18 Закона № 194/78 "Нормы о социальной защите материнства и о добровольном прерывании беременности").

Долгое время в теории итальянского уголовного право существовали три теории о содержании претеринтенционального преступления.

Согласно первой теории итальянские криминалисты расценивали претеринтенциональное преступление не как новую модель ответственности, а как смешанную форму умысла и объективного вменения. В итальянской юридической литературе это положение обосновывается тем, что исходя из формулировки ст. 43 УК Италии, претерин-тенционное преступление представляет собой комбинацию действия, направленного на совершение менее тяжкого преступления и результата, более тяжкого, чем желаемый. Действие, направленное на совершение менее тяжкого преступления, без сомнения, является умышленным. Что же касается не желаемого более тяжкого последствия, то закон ограничивается лишь указанием на то, что оно должно быть следствием поведения лица, но не требует обязательного наличия неосторожной формы вины. Следовательно, это более тяжкое последствие вменяется лицу на основе простой материальной причинной связи, т.е. в основу ложится критерий объективной ответственности. Согласно второй теории более тяжелый результат вменяется в вину как неосторожный, который выражается в самом факте совершения преступления, т.е. в нарушении уголовно-правовой нормы. Неосторожность состоит в отсутствии внимания

при совершении деяния, что приводит к наступлению более тяжкого, чем желаемое, последствия, которое могло быть предвидено.

Однако такое понимание претеринтенционналь-ной вины некоторые итальянские авторы считают сходным с объективным вменением более тяжкого последствия, т.к. неосторожность характеризуется нарушением правил предусмотрительности, в то время как уголовно-правовые нормы носят иной характер.

Существует и другое мнение, что претеринтен-ционность представляет собой смешанную форму умысла и неосторожности. Сторонники такой точки зрения считают, что менее тяжкое последствие причиняется умышленно, а более тяжкое -по неосторожности. Сторонники этой точки зрения отмечают, что претеринтенциональная вина и объективное вменение закрепляются двумя разными частями ст. 42 УК Италии, поэтому представляют собой различные случаи ответственности. Последняя точка зрения в большей мере, чем предыдущие, соответствует конституционному принципу персональной уголовной ответственности, закрепленному в ст. 27 Конституции Италии.

Однако, долгое время судебная практика исходила из трактовки претеринтенциональной вины как смешанной формы умысла и объективной ответственности. В ряде постановлений Кассационный суд указывал, что психологический элемент претеринтенциональной вины не состоит в сочетании умысла и неосторожности, а исключительно в желании лица нанести удары или причинить повреждения, за которыми последовала смерть потерпевшего, находящаяся в причинной связи с самим действием. Виновный несет ответственность за само деяние, включая результат более тяжкий, чем он желал, наступление которого отягчает наказание.

Новеллой в теории уголовного права Италии явилось постановление Кассационного суда от 8 марта 2006 г. В своем постановлении Кассационный суд обосновал идею о том, что претеринтенциональное убийство включает в себя единственный субъективный элемент, а не два элемента в виде сочетания умысла с объективным вменением или сочетания умысла с неосторожностью.

По мнению Кассационного суда, единственный элемент претеринтенционального убийства состоит в желании нанести удары или причинить повреждения. Кассационный суд посчитал, что субъективный элемент претеринтенционального преступления только один, т.к. наступает и одно последствие - смерть в результате ударов или повреждений, и это более тяжкое последствие поглощает вспомогательное - удары или повреждения. "Лицо, действующее с умыслом на нане-

105

УГОЛОВНАЯ ПОЛИТИКА: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА сение побоев или причинение повреждений, может предвидеть и результат более тяжкий, чем желаемый, независимо от параметров, определяющих неосторожность. Риск наступления смерти вытекает из посягательства на физическую неприкосновенность личности, и поскольку субъект может предвидеть последствие в виде смерти, преступление является намеренным и должно квалифицироваться как умышленное убийство".

Проблема преступлений с двумя формами вины, характеризующихся особой конструкцией построения субъективной стороны давно обсуждалась и российской в уголовно-правовой литературе. Эта проблема впервые получила законодательное разрешение в ст. 27 УК 1996 года, в которой сформулировано понятие преступления совершенное с двумя формами вины, то есть умышленно и неосторожно. Если оценивать такое деяние по отношению субъекта к действиям, то оно должно считаться умышленным, а если по отношению к наступившим тяжким последствиям, то неосторожным.

Объединение двух самостоятельных форм вины - умысла и неосторожности, относящихся к различным составам преступлений, в одном сложном составе нельзя трактовать какой-то новой или третьей формой вины. Как справедливо писал Кригер Г.А., в понятии двойной вины "должно отражаться соприкосновение умысла и неосторожности, которое не приводит, однако, к образованию качественно новой, третьей формы вины".

УК РФ 1996 г. положил конец таким спорам. Во-первых, в самих статьях, содержащих сложные составы, прямо предусматривается, какие их составные части являются умышленными деяниями, а какие неосторожными. Во-вторых, ст. 27 прямо устанавливает, что если в результате умышленного преступления причиняются тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и которые не охватывались умыслом лица, уголовная ответственность за них наступает только в случае их причинения по легкомыслию и небрежности. Закон не употребляет названия этих видов неосторожности, а повторяет их нормативные формулы, раскрытые в ст. 26.

В целом такое преступление (с двумя формами вины) признается совершенным умышленно.

Можно отметить некоторое сходство правовой позиции при решении вопроса о преступлениях с двумя формами вины, выраженный в ст. 27 УК РФ и постановлении Кассационного суда Италии от 8 марта 2006 г.

Претеринтенциональные деяния предусмотрены также уголовным законодательством Андорры, а также ряда стран Латинской Америки. Следует отметить, что в уголовном законодатель-

стве стран Латинской Америки содержание пре-теринтенционной формы вины понимается так, что исключает объективное вменение.

Так, в УК Колумбии деяние признается прете-ринтенционным, когда его результат, предвиденный субъектом, оказывается более тяжким по сравнению с желаемым (ст. 38 УК Колумбии).

В соответствии с УК Сальвадора (ст. 34), преступление признается совершенным с претерин-тенционностыо, когда действие или бездействие вызывает результат более тяжкий, чем тот, который лицо хотело причинить, при условии, что преступный результат мог быть предвиден действующим лицом.

Особенностью УК Италии является наличие нормы об объективной ответственности. После указания в ч. 2 ст. 42 УК Италии на критерии виновной уголовной ответственности в формах умысла, неосторожности и претеринтенциональ-ности, в ч. 3 ст. 42 УК говорится, что закон определяет случаи, в которых преступный результат иным образом вменяется в вину субъекту как последствие его действия или бездействия. В данном случае речь идет о вменении на основании одной лишь причинной связи между действием (бездействием) и результатом.

Неоднократно и в юридической литературе и в судебной практике отмечалось несоответствие указанной нормы УК Италии конституционному принципу персональной ответственности, закрепленному в ст. 27 Конституции, а также воспитательной цели наказания. В УК Италии предусмотрены такие случаи объективной ответственности, как ответственность соучастника за отличное от желаемого им преступление другого соучастника (ст. 116 УК), вменение в вину соучастнику признаков другого соучастника, меняющих квалификацию деяния для другого соучастника (например, признак должностного лица и соответственно совершение должностного преступления вменяется в вину всем соучастникам, если только одни из них является должностным лицом) ст. 117 УК.

Первоначально в УК Италии предусматривалась ответственность без вины директора и вице-директора периодического издания за преступления, совершенные иными лицами в печати (ст. 57 УК). Норма, предусмотренная ст. 57 УК была изменена путем введения ответственности директора и вице-директора периодического издания за собственное бездействие при осуществлении контрольных функций.

В свете перспективы уголовно-правовой реформы итальянского уголовного законодательства ряд криминалистов предлагает исключить норму об объективной ответственности, а также составы претеринтенционных преступлений, выдвигая против них сходные доводы о противоречии Кон-

ституции и принципам уголовного права. Кроме того, по мнению итальянских криминалистов, в сущности претеринтенционность дублирует некоторые виды преступлений, когда конечный результат причиняется по ошибке.

Итальянские критики объективного вменения также затрагивают вопрос о смежной категории преступлений, преступлений, отягченных результатом. В таких деяниях результат вменяется лицу как простое последствие его действий. Например, клевета, повлекшая уголовное лишение свободы обвиненного лица на срок свыше 5 лет, наказывается лишением свободы на срок от 4 до 12 лет независимо от того, был ли такой результат желаем или нет (ч. 3 ст. 368 УК Италии).

Итальянские юристы предлагают трансформировать хотя бы наиболее значительные составы преступлений, отягченные результатом, в составы со смешанной формой вины (умысла и неосторожности), как это было сделано в Германии в 1953 г. Конструкция подобного состава должна быть построена таким образом, чтобы исключить противоречия принципу виновной ответственности.

Решение проблемы противоречия норм об объективной ответственности итальянской Конституции на сегодняшний день состоит в толковании указанных норм в смысле приближения их содержания к положениям Конституции. Конституционный суд Италии в постановлении № 1085/ 88 дал разъяснение,что"поскольку требование ч. 1 ст. 27 Конституции должно соблюдаться и уголовная ответственность должна быть только персональной, необходимо, чтобы все и каждый из элементов, составляющих совокупность для инкриминируемого деяния, были субъективно связаны с деятелем (т.е. были охвачены умыслом или неосторожностью) и, кроме того, необходимо, чтобы все и каждый из вышеупомянутых элементов были вменены тому же деятелю и соответственно субъективно порицаемы".

Большинство итальянских юристов признают необходимость, в результате органической реформы УК, исключить нормы, допускающие объективную ответственность.

В настоящее время активно продолжается работа по реформе уголовно-правовой системы Италии. В итальянской юридической литературе и прессе постоянно указывается на несоответствие во многих случаях УК 1930 г. прогрессивной Конституции страны, несмотря на постоянно вносимые в него изменения.

Итальянские юристы практически единодушно высказываются за необходимость принятия нового уголовного кодекса, в полной мере отражающего существенные изменения в жиз-

ни общества, закрепленные действующей Конституцией, и учитывающего уже проведенного реформу законодательства в области уголовного процесса.

1. Diritto penale. Parte generale. Napoli, 2001. P. 176.

2. Grosso C.F. Responsabilita penale. Novissimo digesto italiano. Torino, 1968. Vol. XY. P. 709.

3. Cassazione S.U. 12 apile 1996, n. 3571.

4. Diritto penale. Parte generale. Napoli, 2001. P. 198-203.

5. Cassazione 10 ottobre 1996, n. 11024 in Cassazione Penale, 1998. N. 808.

6. Diritto penale. Parte generale. Napoli, 2001 P. 215-216.

7. Cassazione, 24 giugno 1987 in Cassazione Penale, 1989. N. 68.

8. Zuccala, Il delitto preterintenzionale, Palermo 1952. P. 479.

9. Diritto penale. Parte generale. Napoli, 2001 P. 225.

10. Cassazione penale, Sez. V, 2 ottobre 1996. N. 9197.

11. Cassazione penale, Sez. V, 8 marzo 2006. N. 13673.

12. См.: Кригер Г.А. Определение формы вины // Советская юстиция. 1979. № 2.

1. Diritto penale. Parte generale. Napoli, 2001. P. 176

2. Grosso C.F. Responsabilita penale. Novissimo digesto italiano, Torino. 1968. Vol. XY. P. 709.

3. Cassazione S.U. 12aprile 1996, n. 3571.

4. Diritto penale. Parte generale. Napoli, 2001. P. 198-203.

5. Cassazione 10 ottobre 1996, n. 11024 in Cassazione Penale, 1998. N. 808.

6. Diritto penale. Parte generale. Napoli, 2001. P. 215-216.

7. Cassazione, 24 giugno 1987 e Cassazione Penale, 1989. N. 8.

8. Zuccala, Il delitto preterintenzionale, Palermo 1952. P. 479.

9. Diritto penale. Parte generale. Napoli, 2001. P. 225.

10. Cassazione penale, Sez. V, 2 ottobre 1996. N. 9197.

11.Cassazione penale, Sez. V, 8 marzo 2006. N. 13673.

12.See: Kriger G.A. Definition forms of afraid // Sovet yustition. 1979. № 2.

107