Субъекты межрегионального диалога между Европейским Союзом и Латинской Америкой и Карибском языком

POLITICAL SCIENCES

СУБЪЕКТЫ МЕЖРЕГИОНАЛЬНОГО ДИАЛОГА МЕЖДУ ЕВРОПЕЙСКИМ СОЮЗОМ И ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКОЙ И КАРИБСКОМ ЯЗЫКОМ

Балюк Н.В.

Аспирантка

Институт международных отношений Киевского национального университета имена Тараса Шевченка

ACTORS OF INTERREGIONAL DIALOGUE BETWEEN THE EUROPEAN UNION AND LATIN

AMERICA AND THE CARIBBEAN

Baliuk N.V.

PhD student, Institute of International Relations at Taras Shevchenko National University of Kyiv

АННОТАЦИЯ

В статье рассматриваются субъекты со стороны Европейского Союза, Латинской Америке и Карибском бассейне, которые принимают активное участие в межрегиональном диалоге. На основе классификации субъектов автор представляет модели их сотрудничества. ABSTRACT

The article discusses the actors of the European Union, Latin America and the Caribbean, which are actively involved in the interregional dialogue. Based on the classification of actors, the author presents models of their cooperation.

Ключевые слова: Европейский Союз, Латинская Америка, государства, организации, модель Keywords: European Union, Latin America, states, organizations, model

Определение субъектов межрегионального сотрудничества является ключевым для становления предпосылок сотрудничества, выявление инструментов, которыми обладают соответствующие стороны, и анализа международно-правовых и институциональных основ взаимодействия ЕС и ЛАКБ.

Исследования относительно европейских интеграционных процессов является важным компонентом формирования единого европейского международно-политического региона. Исследования различных аспектов европейской интеграции считается достаточно развитым в странах ЕС и США. Среди зарубежных ученых, которые уделяли особое внимание исследованию евроинтеграционных процессов, стоит отметить Д. Митрани, Ж. Монне, Э. Росси, А. Спинелли.

Важными для исследования являются теоретико-эмпирические исследования, в которых изучаются доктринальные и концептуальные основы внешней политики Европейского Союза, организация процесса принятия политических решений по вопросам межрегионального сотрудничества. Среди западных ученых, занимающихся упомянутой проблематикой, можно назвать М. Араха, Р. Арнольда, Дж. Греви, А. Этциони, Ф. Кэмерона, Д. МакГолдрика, М. Смита, А. Татама, Б. Уайта и др.

Анализируя историографический базу исследования следует вспомнить научные работы, в которых исследуются история и эволюция межрегиональной стратегии ЕС, конкретных элементов построения и развития межрегионального диалога ЕС с регионом Латинской Америки и Карибского бассейна.

Необходимо обратить внимание на попытки освещения данной проблемы западными исследователями, прежде всего М. Гаврицки в монографии «Европейский Союз - Латинская Америка и Карибы: тяжелое партнерство двух регионов» [1], Н. Гирваном «ЕС и Центральная Америка: конфликты сегодня», «Еврорегион в Карибском пространстве», «Европа, Латинская Америка и Карибский бассейн: частичное партнерство "и в трудах, изданных на испанском языке: Р. Торрента «Отношения Европейский Союз - Латинская Америка в последние десять лет: результат политического сотрудничества» [2] и М. Сьенфуэгос "Стратегическое сотрудничество между Европейским Союзом и МЕРКОСУР" [3]. Упомянутые материалы дали автору больше понимания причин углубления сотрудничества между регионами ЕС и Латинской Америкой и постепенное расширение сфер межрегионального сотрудничества.

При написании работы были также проработаны материалы сборника Ж. Олтманн [4], А. Ди Филиппо [5], А. Фаирли [6], Р. Гамбоа [7], Д. Остер-лоф [8], А. Пуян [9] и Ф. Рохас [10] "Латинская Америка и Европейский Союз: интеграция". В сборнике представлении мнения относительно ключевых актеров сотрудничества ЛАКБ с Европейским Союзом, что происходит на основе переговоров и завершения партнерских соглашений в первом десятилетии XXI века.

Исследование отношений Европейского Союза с другими регионами требует детализации механизма формирования этих отношений. Для этого,

по мнению автора, следует проанализировать эволюцию формирования внешней политики ЕС, определить лиц и учреждения, которые влияют на установление и развитие отношений с другими странами и организациями и проанализировать все возможные инструменты внешнего взаимодействия Европейского Союза.

Исходя из этого, целью этой статьи являеться попитка определить субъекты межрегионального даилога ЕС - ЛАКБ и модели их сорудничества/

С появлением первых идей интеграции западноевропейских государств, вопрос внешней политике оставался в центре внимания.

В 1954 году состоялась первая неудачная попытка создать Европейское политическое сообщество и Европейское оборонное сообщество, ведь в то время страны - потенциальные участники сообщества не видели целесообразности передачи выпускать сферу принятия решений из своих рук. Франция как главный инициатор интеграции предложила проводить постоянные встречи на высшем уровне для обсуждения внешнеполитических вопросов. Это послужило основанием и плацдармом для политического диалога европейских стран. В римских соглашениях было указано о намерении стран добиваться прогресса в создании более тесного союза [11, с. 179 - 194].

Следующие попытки ЕС координировать внешнюю политику, такие как планы Фуше 1960-х годов тоже потерпели неудачу из-за фундаментальные разногласия между странами по инструментов и результатов европейской внешней политики.

Во время встречи минитрив иностранных дел в Мюнхене 1970 сами участники ожидали глубоких различий в своих внешнеполитических традициях, внутренних политических культурах, административном потенциале и глобальных отношениях, мало помешать их попыткам найти общий голос в мировой политике. В своем докладе Е. Давиньйон 1970 предложил использовать метод маленьких шагов и начать сотрудничество в сфере внешней политики. Предлагалось осуществлять это представителями государств-членов и вывести такое сотрудничество вне контроля парламента или суда ЕЭС. Главы государств и правительств согласились лишь на часть предложений Е. Давиньйон. Таким образом, сложился механизм встреч для обмена информацией, проведения консультаций и выработки общего подхода в вопросах общего интереса [12].

Семидесятые и восьмидесятые годы ХХ века сказались оживлением политической интеграции. Звучали предложения объединить ЕЭС и ЕПС, осуществлен переход от консультаций к совместным действиям в сфере внешней политики и политики безопасности. Доклад в Копенгагене 1973 запрещала государствам вырабатывать позицию по любому внешнеполитического вопрос без консультации с партнерами. В 1984 году был создан Комитет по институциональным вопросам, должен был обеспечить включение внешнеполитического сотрудничества в круг вопросов, регулируются дого-

ворами. В результате был принят Единый европейский акт, содержащий положения о задачах ЕПС на будущее [13, с. 77 - 95].

Согласование совместных внешнеполитических позиций стало юридически возможным благодаря Договора о Европейском союзе 1992 Году (который вступил в силу в январе 1993 года). Мааст-ризький Договор создал возможность для совместных действий, выработки стратегии и усиление внешнеполитического сотрудничества. Были определены три «столпа» (или «опоры») Европейского Союза. Интересен факт, что некоторые члены Сообщества были против передачи полномочий по вопросам внешней политики Европейского Союза, объясняя, что этот вопрос является чувствительным для национального суверенитета. Именно поэтому, было определено, что в общей внешней политики и политики безопасности ЕС будет применяться механизм межгосударственного сотрудничества и принятия решений и тем самым продолжая механизм Европейского политического сотрудничества.

Задачей общей внешней политики и политики безопасности ЕС (ОВПБ ЕС) как второго «столба» ЕС было укрепление единства и независимости Европы, что должно было способствовать сохранению мира, безопасности, прогресса в целом континенте и в мире. Основными целями ОВПБ были уважение к правам человека и основных свобод, развитие и укрепление демократии, а также легитимных правительств, оказание помощи, поддержка международного сотрудничества, сохранения мира и укрепления международной безопасности [14, с. 405]

Была попытка разграничить исключительную компетенцию Сообщества и определить сферы, где государства могут действовать в одиночку. Так, Сообщество выступало на международном уровне в рамках трех разных моделей [15, с. 14 - 17].

Первая модель состоит в деятельности Европейского Союза от имени всех государств-членов во всех тех вопросах, относящихся к сфере исключительной компетенции Союза как надгосудар-ственного организации. Например, Союз исключительную компетенцию в области торговой политики, был утвержден соглашением в результате переговоров в соответствии со статьей XXIV Генерального соглашения по тарифам и торговле (ГАТТ) после расширения ЕС на Австрию, Финляндию и Швецию.

В то же время государства-члены продолжали принимать решение о направлении военнослужащих или миротворцев в страны других регионов. Также государства могли решать и сугубо экономические или социально-экономические вопросы, в частности, двусторонние соглашения по вопросам инвестиционного сотрудничества, создание миграционной системы, признание дипломов, а также право на осуществление профессиональных или воздушных перевозок. [16, с. 24 - 29].

Третья модель говорит о возможности государств-членов действовать совместно под зонтиком Европейского Союза, в тех сферах, где они

компетентны. Наиболее удачным примером этого вида деятельности были переговоры со странами Центральной и Восточной Европы по их вступления в ЕС. Двигателем этих переговоров были старые страны-члены ЕС, они рассматривали и подписывали соглашения со странами-кандидатами на вступление, и их парламенты должны были ратифицировать документы. Однако государства-члены проводили переговоры совместно, в рамках институциональной системы Европейского Союза, используя Совет Министров для определения общей позиции на переговорах и Комиссию ЕС как посредника переговоров [17, с. 77 - 88].

Очевидно, что на практике вышеуказанные модели деятельности ЕС на внешней арене тесно переплетались и часто государства и организации других регионов не четко понимали, когда реализо-вывалась совместная политика Есропейського Союза, а когда государства-члены действовали независимо. Это порождало определенные трудности, но с началом деятельности Дипломатической службы ЕС, государства-члены передали все свои полномочия по отношению к внешней деятельности Союза, так что разница между моделью 1 (исключительная компетенция ЕС в ОВПБ) и моделью 2 (ключевая роль государств в определенный сферах ) стала незначительной. Также, по мнению автора, постепенно происходит расширение круг сфер, где органы ЕС и государства-члены действуют совместно.

Петерсбергские договоренности 1999 определили деятельность гуманитарных миссий, миссий по поддержанию мира и силовых операций для преодоления кризисов. Было сосредоточено внимание на вопросе нераспространения и запрета экспорта оружия, определенная возможность совместных санкций в отношении третьих стран. Чаще всего они осуществляются в форме эмбарго или замораживания дипломатических отношений [18, а 9].

Если рассматривать компетенцию Комиссии в сфере внешней политики, то данная организация могла обращаться в Совет с вопросами и предложениями, или с просьбой созвать внеочередную сессию, если необходимо срочно решить вопрос внешней политики. Важно отметить и ответственность Комиссии за ряд внешнеэкономических и финансовых вопросов, и особую ответственность за любые действия Союза, связанные с гуманитарной помощью в целях развития, восстановления и восстановления. Делегации Комиссии действовали во многих странах обеспечивает быстрый доступ к информации о последних событиях. На самом деле такие делегации часто представляли не только Европейский Союз как интеграционную структуру, но и отдельные страны ЕС при отсутствии посольства в этой стране [19, а 58 - 62].

В Амстердамском договоре 1999 появилась должность Высокого представителя, действующего от имени Совета по просьбе президиума для осуществления внешнеполитических решений и проведения диалога с третьими странами [20, с. 57].

В рамках секретариата Совета была создана группа, которая занимается политикой планирования и раннего предупреждения. Она осуществляет мониторинг, анализ и оценку международных событий и мероприятий для выявления потенциальных кризисов. В случае необходимости группа представляет на рассмотрение Совета доклады и проекты по стратегии и предложений по совместной внешней политики и политики безопасности.

Во время конференции в Ницце 2009 года, Министр иностранных дел Германии Йошка Фишер призвал к упрощению системы деятельности Европейского Союза. Одной из его ключевых идей была отмена структуры тре «столпов» и наделить Европейский Союз международной правосубьекнистю. С подписанием Ниццкого договора 2003 года полным усиления роли Комитета постоянных представителей, полномочия которого расширялись за счет сочетания функций с Комитетом по политическим вопросам [21, с. 300 - 302].

Кроме того, действует сеть европейских корреспондентов, обеспечивают постоянный обмен информационными сообщениями между государствами-членами и секретариатом Комиссии. Это способствует быстрому приняты соответствующие решения в случае возникновения угрожающих или кризисных ситуаций на европейском континенте.

Разработкой программных документов занимались рабочие группы в составе экспертов из государств-членов по отдельным регионам (Азия, Африка, Латинская Америка) или конкретными проблемами (вопрос ООН, наркотики, терроризм).

2001 сказался принятием во время заседания Европейского Совета декларации о дальнейших действиях и возможностей ОВПБ и тем самым было признано возможность ЕС как наднациональной структуры проводить операции по урегулированию кризисов.

Лиссабонский договор, который был подписан 2007 года и вступил в силу в начале 2009 года, предусматривал кардинальные изменения в формировании общей внешней политики и политики безопасности. Прежде всего, исчезали все три «столпа» Европейского Союза, среди которых была ОВПБ. Общая внешняя политики и политики безопасности стала последней важной сферой деятельности европейских институтов, которая получила свою институционализацию.

Именно этот документ предусмотрел предоставление Европейском Совете статуса институты ЕС, введение должности постоянного президента ЕС, сокращение количества комиссаров, предоставление союза полноправного статуса юридического лица и появления собственно должности министра иностранных дел (Верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности) [22].

Прежде всего, приобретение правосубъектности позволило облегчить отношения ЕС с другими странами и организациями и лишить трудности со стороны международных партнеров по субъекту переговоров и ответственности за воплощение договоренностей.

Именно обеспечение должности единого министра иностранных дел в рамках организации и подчинения ему Европейской службы внешней деятельности должно было привести к большей согласованности Союза в его внешнеполитических действиях и повысить эффективность деятельности в системе международных отношений. Высокий представитель ЕС по внешней политике и политике безопасности стал возглавлять Совет по вопросам иностранных дел, получил права вносить свои предложения для выработки общих позиций на международной арене, а также обеспечивать внедрение решений Европейским Советом и Советом по вопросам иностранных дел. Кроме того, среди функций Верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности является координация действий государств-членов в рамках международных организаций и при подготовке и проведении международных конференций, а также информирование Европейского парламента по развитию ОВПБ и проведения консультаций в случае необходимости [23, с. 84 - 85].

Учитывая широкий круг функций, которые выполняет Высокий представитель ЕС по внешней политике и политике безопасности, по мнению украинского исследователя Е. Рябоштан, остается непонятным которая способность "нового высокого представителя" в рамках "президентского" треугольника Европейский Совет - Совет ЕС - Европейская Комиссия [24, с. 189 - 193]

Необходимо отметить, что важное место играет Президент Европейского Совета ЕС. Он является центральной фигурой в сфере внешней политики, безопасности и обороны именно с политической точки зрения. Президент Европейского Совета является ключевой фигурой в разработке и предложении фундаментальных направлений развития в сфере внешней политики, безопасности и обороны, возглавляя подчиненные ему учреждения и имея прямой политическое влияние на руководителей стран и правительств государств-членов ЕС, особенно при проведении саммитов ЕС. Президент Европейского Совета может влиять на позиционирование Европейского Союза в международных организациях и структурах, хотя справедливо отметить, что его полномочия довольно сильно ограничиваются учредительными договорами.

Основными задачами ЕС на международной арене были определены: сохранение сущности, фундаментальных интересов, безопасности, независимости и целостности ЕС; сотрудничество для поддержки демократии, верховенства права, прав человека и принципов международного права; сохранения мира, предотвращения конфликтов и повышения международной безопасности; поддержка экономического, социального, экологического развития развивающихся стран с приоритетной целью преодоления бедности; стимулирование интеграции всех стран в мировую экономику, в частности из-за отмены ограничений на международную торговлю; поддержка международных мероприятий по сохранению и улучшению качества окружающей

среды и поддержка управления глобальными природными ресурсами; помощь населению стран и регионов, противостоят природным или искусственным катастроф; содействие развитию системы международного сотрудничества [25].

По мнению украинского исследователя М. Ми-киевич Европейский Совет выполняет основную роль относительно деятельности Европейского Союза на международной арене, ведь утверждает на должность Верховного представителя в сфере ОВПБ и устанавливает руководящие принципы внешнеполитической деятельности ЕС, стратегические цели и приоритеты ОВПБ [26, с. 100 - 105]. Также, внешняя политика перестала зависеть от системы шестимесячного председательства и часто непоследовательности политики председателей государств, ведь должность Президента введена на постоянной основе.

Касательно принятия решений в сфере общей внешней политики и политики безопасности предлагается брать за основу принцип квалифицированного большинства. Но здесь существует особая позиция отдельных государств. Например, Великобритания выступает против такого принципа, указанного в статье 23 и выступает за реформирование договора и установление принципа единогласного голосования, обеспечит возможность отдельным странам продвигать свои национальные интересы. Так, считается, что только принцип квалифицированного большинства обеспечит четкую координацию действий государств-членов ЕС во внешней политике и политике безопасности [27, с. 142].

Статья 3 Лиссабонского договора определяла важность прав своих граждан. Теперь ЕС должен не только продвигать ценности в своей внешней деятельности, но и защищать эти ценности. Приоритетными ценностями были определены права человека, устойчивое развитие и мир во всем мире, а также увеличение доверия к союзу со стороны третьих стран. Ожидается, что другие страны также будут придерживаться стандартов ЕС [28].

Стоит также отметить о том, что в рамках реформы ЕС в первом десятилетии 2000-х годов, был сформирован "тройку" ЕС - Президент Европейского Совета, Президент Еврокомиссии и Верховный представитель по ОВППБ, которая позволила осуществлять эффективное представительство ЕС. Так, «тройка» была активным участником саммитов ЕС - ЛАКБ.

Требует решения вопрос эффективного функционирования Европейской службы внешней деятельности, которая была создана Лиссабонского соглашения. Соглашение определяет Службу как вспомогательный аппарат Высокого представителя, которая также должна «сотрудничать с дипломатическими службами стран-членов». Кроме того, географические и отраслевые департаменты Комиссии и Совета ЕС должны быть интегрированы в структуру Целесообразно отметить, что внешнеполитическое ведомство ЕС начало функционировать только с середины 2011 года и до конца 2018 межрегиональная стратегия ЕС по ЛАКБ воплощалась

в соответствии с документами, которые были приняты в 2007 -2010 годах, поэтому основную роль играла Европейская Комиссия в сотрудничестве, и именно на ней концентрируется внимание в исследовании [29, с. 90 - 92].

Западноевропейские и российские ученые считают, что деятельность государств-членов шире ее институционально-теоретическое определение. Так, в последние годы было заметным затягивания и блокирования подписания договоров с отдельными организациями ЛАКБ (например, МЕРКОСУР) из-за невыгодности условий договоренностей для отдельных стран Европейского Союза, не желавших поступаться своими экономическими интересами ради благ всего Европейского Союза. Это является примером того, как отдельные мощные государства могут влиять на формирование или изменение политики ЕС. Так же, большинство договоров должны пройти ратификацию на уровне ЕС и каждого отдельного государства-члена, поэтому позиция каждого государства-члена ЕС важна для изучения межрегионального сотрудничества между ЕС и ЛАКБ [30, с. 23 - 27].

В начале 1990-х годов ЕС обнаружил неспособность самостоятельно создать основу для сотрудничества с «третьими» странами, особенно в Латинской Америке и Южной Азии на основе соглашений о торговле и сотрудничестве. Такие подписаны соглашения сосредоточивали внимание только на экономическом аспекте, а ЕС в то время как наднациональная организация углублял политическое, гуманитарное сотрудничество. Впрочем, создание механизма для определения общей политики в отношении других регионов требовало времени и согласований позиций. Кроме того, заинтересованность государств-членов ЕС по сотрудничеству с другими государствами или организациями зависит от интересов каждой отдельной страны. Поэтому, внешнеполитические связи и устремления стран ЕС не могут не учитываться при построении международных отношений ЕС [31, с. 63 - 65].

С другой стороны, государства-члены, безусловно, действуют достаточно эффективно в тех случаях, когда они осуществляют свои полномочия вне институциональной системой Союза. Но в таком случае оказываются нескоординированность таких политик и отсутствие "европейской" позиции, например в Международном валютном фонде.

Касательно субъектов региона Латинской Америки, то стоит отметить, что Латинская Америка и Карибский бассейн состоит из 33 независимых государств. Большинство из стран ЛАКБ - это бывшие колонии европейских стран, поэтому тесные связи выстраивались на багатосторичний вза-демодии. На основе существующих договоров Европейского Союза с отдельными государствами ЛАКБ, можно выделить четыре основные группы государств в регионе ЛАКБ, которые сотрудничают с Европейским Союзом. Первую группу составляют страны - стратегические партнеры, с которыми подписаны Соглашение об ассоциации или проводятся переговоры о подписании такого дого-

вора. Таких государств три - Мексика, Чили и Бразилия. Подписанные договоры с Мексикой (Глобальный договор, 2000 год) и Чили (Соглашение об ассоциации, 2002 год) принесли для этих стран новые инвестиции, способствовали развитию экономики, а Европейский Союз в свою очередь сохранил рынки сбыта промышленной продукции [32, c. 173]

Бразилия длительное время вела переговоры с Европейским Союзом в рамках МЕРКОСУР, но ввиду неэффективности этих переговоров в течение последних лет, происходит перенос диалога о создании зоны свободной торговли в плоскость двустороннего взаимодействия, как это было сделано с Чили. И уже, в 2007 году установлено стратегическое ассоциации ЕС с Бразилией с ежегодными саммитами.

Не лишним будет отметить, что Европейский Союз выделил эти три страны в качестве своих стратегических партнеров. Так, с Мексикой начинается диалог о стратегическом партнерстве в 2008 году, почти через год после того, как был издан документ Европейской Комиссии по стратегическому партнерству с Чили 2007-2013 гг. Последние несколько лет стремительно развивается диалог о стратегическом партнерстве между Европейским Союзом и Бразилией . Можно заметить, что в настоящее время для Европейского Союза Бразилия выходит на первый план среди других стран, возможно, через стремительный экономический рост этого государства и возможность усиления взаимодействия в рамках группы БРИК (Бразилия - Россия

- Индия - Китай), не выгодно для ЕС.

Для поддержания регулярных контактов и демонстрируя привязанность друг к другу проходят саммиты на высшем уровне с этими странами каждые два года, параллельно с общими саммитами ЕС

- ЛАКБ.

Ко второй группе стран можно отнести Перу и Колумбия, которые не стали стратегическими партнерами ЕС, но имеют тесное сотрудничество является Союзом. Эти страны длительное время вели переговоры с Европейским Союзом в рамках Анд-ского сообщества наций, но после заявления Боливии и Эквадора в 2009 году о желании отложить переговоры АНС с Европейским Союзом, диалог ЕС

- Перу и ЕС - Колумбия завершился подписанием в 2012 двух аналогичных документов о торговом сотрудничестве. Эти документы по существу представляют собой часть Договора о зоне свободной торговле, подготовленную ЕС для Андского сообщества наций.

Третья группа - государства, которым предоставляется финансовая помощь и с которыми подписаны соглашения об экономической и политической сотрудничество. Эта категория включает в себя почти все государства региона. Так, Европейский Союз до 2013 года, когда начался диалог с СЕЛАК, отдельно проводил диалог с государствами и организациями Латинской Америки и Карибского бассейна. Подписывались различные программы поддержки, в стратегических документах

ЕС выделял прежде всего сотрудничество с Латинской Америкой, в то время как сотрудничество с островными странами Карибского бассейна происходило в рамках диалога с АКТ, что регулировалось Ломейские соглашениями с 1975 года.

Карибский регион включает в себя ряд бедных государств, которые, кроме всего прочего часто страдают от капризов природы и требуют большей финансовой помощи. Кроме того, длительное время именно карибские государства, несмотря на географическую близость, считались полем реализации внешней политики США. Поэтому, Европейский Союз ограничивал свой диалог со странами Карибского бассейна программами по помощи по преодолению последствий стихийных бедствий развивающихся стран [33, с. 47 - 48].

И последняя группа - страны, с которыми ЕС ведет ограниченный диалог или приостановила свои отношения. Эта группа не является постоянной, скорее приостановлении сотрудничества происходит в течение ограниченного периода времени и ЕС постоянно ищет возможности для восстановления такого диалога. В разный период времени в эту категорию потравлялы Куба и Гондураса. С Кубой Европейский Союз прекратил диалог в 2003 году, а возобновил лишь в 2011 году. Официальной причиной разрыва дипломатических отношений было нарушения прав человека в этой стране. Нельзя сказать, что за эти годы ситуация на Кубе кардинально изменилась. Скорее изменилась позиция стран Европейского Союза, которые считают, что только путем плодотворного сотрудничества возможно построение демократии в этом островном государстве. Так, к этому благосклонно относится Испания, имеющая особые отношения с регионом, но ей противостоят такие государства как Швеция, Германия, Великобритания и Польша. Аналогично, из-за систематического нарушения прав человека и осуществления переворота в Гондурасе В 2009 году ЕС ограничивал свой диалог с этой страной. Сейчас диалог возобновлен, и Гондурас, как и другие страны региона, принимает участие в программе финансовой и проектной поддержке Европейского Союза [34, с. 69 - 70; 35, с. 11 - 15; 36, с. 22].

С середины ХХ в. на территории Латинской Америки и Карибского бассейна было 14 интеграционных проектов и организаций, имевших разные цели и направления сотрудничества. Часть из этих организаций были трансформированы в более новые (например, Группа Рио и Латиноамериканская ассоциация свободной торговли), часть - не оправдали цели и целей создания (например, Союз южноамериканских наций не стал успешным и дальнейшее интегрирование стран в рамках Союза замороженное), большинство находятся на разном этапе своей институционализации.

В отличие от Европейского Союза, ни одна из известных и пока существующих организаций в Латинской Америке и Карибском бассейне не находится на таком уровне интеграции, при котором существуют общие политические политики, и общая внешняя политика в частности. Это может быть

связано с тем, что их середины ХХ в. страны ЛАКБ заключали договоры с целью преодоления экономической отсталости и использовали все возможности для ссылки своим международных и региональных связей, поэтому членство в первую очередь осуществлялось с экономическими целями. Кроме того, несмотря на то, что часть государств ЛАКБ становилась членами сразу нескольких интеграционный группировок, происходило «накопления» объединили в противовес углублению.

По мнению украинского исследователя О. Ковалевой «современная конфигурация интеграционной системы ЛАКБ является чрезвычайно сложной и разветвленной. С начала объединения создавались в регионе довольно хаотично - без четкого разграничения сфер их деятельности (прежде всего между региональными и субрегиональными объединениями) и определения степени совместимости между ними. Поэтому сейчас интеграционные процессы в ЛАКБ часто не связаны между собой и происходят с разной «скоростью» на разных осях. Результатом этого является фактическая фрагментация региона [37, с. 282]

Автором было проработано массив информации о сотрудничестве Европейского Союза с середины ХХ века для выделения наиболее активных в межрегиональном диалоге. Так, самыми мощными являются организации МЕРКОСУР, Андская сообщество наций, Система центральноамериканской интеграции, с которыми Европейский Союз пытается вести активный диалог. В Кабирському бассейне среди многообразия организаций особенно выделяется КАРИКОМ .

Исследователи отмечают желание ЕС видеть по латиноамериканской стороны одного наднационального мощного игрока, что значительно облегчило бы сотрудничество. Именно поэтому, Сообщество латиноамериканских и карибских государств, которое было создано несколько лет назад и объединяет весь регион, быстро набирает своего веса и начиная с 2013 года выступает активным актором в сотрудничестве с ЕС. Европейский Союз успешно установил контакты с этим сообществом, что подтверждается проведением саммита ЕС -СЕЛАК в 2013 и 2015 годах и налаживает долгосрочное сотрудничество, о чем свидетельствует подписание Плана действий на 2013 - 2015 и на 2015 - 2017 годы.

Учитывая классификацию субъектов сотрудничества Европейского Союза с организациями и государствами Латинской Америки и Карибского бассейна, рассмотренная выше, считаем целесообразным определить модели межрегионального взаимодействия. Учитывая колониальное прошлое латиноамериканских государств, сотрудничество ЕС - ЛАКБ начиналось с модели "государство - государство". Так, осреми государства Европы налаживали связи с отдельными государствами Латинской Америки и Карибского бассейна. С распадом империй, прохождением демократизации латиноамериканских государств, существованием мощного влияния США на ЛАКБ в ХХ в. эта модель не исчезла.

Наоборот, это модель стала основной для налаживания сотрудничества и трансформировалась во взаимодействие отдельных государств ЕС с отдельными государствами ЛАКБ в виде, например, Иберо-американских встреч или саммитов португалоязычных стран.

По созданию Европейского Экономического Сообщества (которое пизнище трансформировалось в Европейский Союз) и началом построения его межрегиональных контактов, начала применяться модель «организация - государство», а именно сотрудничество по оси Европейский Союз - отдельные государства. В течение нескольких десятилетий ЕЭС наладило контакты со всеми государствами ЛАКБ, начало подписывать с ними договоры о предоставлении поддержки для развития. Сейчас все страны ЛАКБ имеют договоры различного характру с ЕС. Крупнейшими партнерами для ЕС пока является Мексика, Чили, Бразилия объединены договорам по стратегическому сотрудничеству.

С развитием интеграционных процессов в Латинской Америке и Карибском бассейне, ЕС выбирает модель взаимодействия «организация - организация». Как уже отмечалось выше, ЕС межрегиональное сотрудничество с Сообществом латиноамериканских и карибских государств, МЕРКОСУР, Андский сообществом наций, Системой центральноамериканской интеграции, и КАРИКОМ.

Европейский Союз использует концепцию мижрегионализму для построения своей внешней политики. Для этого ЕС использует для сотрудничества с ЛАКБ модель «регион - регион». Примером использования такой модели является то, что каждые два года ЕС и государства Латинской Америки и Карибского бассейна проводят межрегиональную встречу на высшем уровне, которая охватывает широкий спектр вопросов: политических, экономических, образовательных, научных, методологических, культурных и социальных. Также, несмотря на то, что Сообщество латиноамериканских и карибских государств охватывает весь регион, в этом случае взаимодействие по модели "организация - организация" является одновременно взаимодействием по модели «регион - регион»

Стоит отметить, что Европейский Союз в своих отношениях с Латинской Америкой пытается использовать все модели указанные выше. Впрочем исследуя стратегические документы ЕС можно просликуваты изменение приоритетов использования этих моделей в зависимости от задач сотрудничества двух регионов.

Дополнительно можно выделить модель "гражданское общество - гражданское общество", ведь в последние годы довольно популярными стали неофициальные контакты двух регионов, развивающихся во время различных форумов. Впрочем, данная модель только начинает развиваться и определения ее эффективности требует проведения дальнейших исследований.

Кроме того, довольно слабо, но прослеживается модель спивробитнцтва ЕС и представителей

ЛАКБ в рамках деятельности третьих организации, но данный вопрос выходит за рамки представленного исследования.

Выводы.

Таким образом, определение субъектов сотрудничества регионов Европейского Союза и Латинской Америки и Карибского бассейна, проведения в данной части исследования значительно облегчает понимание моделей межрегионального взаимодействия. В своей деятельности Европейский Союз выступает в качестве Сообщества, где существует общая внешняя политика государств-членов. Отдельные государства, например Испания и Португалия, проводят расширенный диалог с латиноамериканскими странами.

С латиноамериканской стороны основными субъектами выступают организации и государства отдельно. Активно сотрудничают с ЕС Сообщество латиноамериканских и карибских государств, МЕРКОСУР, Андская сообщество наций и Центральная интеграционная система, в меньшей степени - КАРИКОМ. Среди государств ведущую роль в межрегиональном диалоге играют Мексика, Чили и Бразилия.

Межрегиональное сотрудничество ЕС - ЛАКБ характеризуется умеренной институционализацией из-за большого количества субъектов межрегионального диалога и желание как ЕС, так и латиноамериканских государств не ограничиваться диалогом на уровне одной институции.

Литература

1. Gawrycki M. Unia Europejska - Ameryka Lacinska I Karaiby: trudne partnerstwo dwoch regionow / M. Gawrycki. - Warszawa: ASPRA-JR. -

2004. - 401 p.

2. Torrent R. Las Relaciones Unión Europea -América Latina en los Últimos Diez Años: El Resultado de La Inexistencia de Una Política. Un análisis empírico y esperanzado [Електронний ресурс] / R. Torrent // UNU-CRIS Occasional Papers,

2005. - № 10. - 139 p. - Режим доступу до ресурсу: http://www.cris.unu.edu/fileadmin/workingpapers/200 50905112855.o-2005-10.pdf

3. Cienfuegos M. El Mercosur y la Unión Europea: Balance de una década de negociaciones para la creación de una Asociación Birregional y perspectivas de future / J. Roy, R. Domínguez // España, la Unión Europea y la Integración Latinoamericana. - Miami, 2010. - P. 319 - 344.

4. Altmann J. Integración centroamericana: el gran desafío que enfrenta el proyecto de asociación estratégica / D. Osterlof Obregón // América Latina y la Unión Europea: una integración esperanzadora pero esquiva. - San José, 2008. - P. 77 - 98.

5. Di Filippo A. Viabilidad y perspectivas de futuro de un Acuerdo entre el MERCOSUR y la Unión Europea / D. Osterlof // América Latina y la Unión Europea: una integración esperanzadora pero esquiva. - San José, 2008. - P. 21 - 44.

6. Fairlie A. Integración Regional y Acuerdo de Asociación CAN - UE / D. Osterlof // América Latina

y la Unión Europea: una integración esperanzadora pero esquiva. - San José, 2008. - P. 45 - 76.

7. Gamboa R. El Acuerdo de Asociación Chile-Unión Europea. Una evaluacin Europea. Una eval Asociación Chileón Europea y la Integra y la Unión Europea: una integración esperanzadora pero esquiva.

- San José, 2008. - P. 143 - 156.

8. Osterlof D. Centroamérica: Del Proceso de San José al Acuerdo de Asociación con la Unión Europea / D. Osterlof // América Latina y la Unión Europea: una integración esperanzadora pero esquiva.

- San José, 2008. - P. 99 - 122.

9. Puyana A. La Estrategia Comercial Mexicana / D. Osterlof // América Latina y la Unión Europea: una integración esperanzadora pero esquiva. - San José, 2008. - P. 123 - 142.

10. Rojas F. La integración entre América Latina y la Unión Europea en el Siglo XXI / D. Osterlof Obregón // América Latina y la Unión Europea: una integración esperanzadora pero esquiva. - San José, 2008. - P. 11 - 20.

11. Mattli W. The Logic of Regional Integration: Europe and Beyond / W. Mattli. - New York: Cambridge University Press, 1999. - 205 p.

12. Котйка В. В. Розширення Свропейського Союзу. Теоргя i практика штеграцшного процесу / Валерш Котйка. - Кт'в: Видавничо-полiграфiчний центр "Кшвський ушверситет", 2002. - 253 с.

13. Vincent C., Henderson D. Trade Blocs ?: The Future of Regional Integration / V. Cable, D. Henderson. - London: The Royal Institute of International Affairs, 1994. - 208 p.

14. Piana C. The Common Foreign and Security Policy / P. Van Hoek // Public Administration and Public Policy in the European Union. - New York, 2005. -P. 403 - 415.

15. 25 Años De Cooperación Interparlamentaria Entre La Unión Europea Y América Latina / J. Sana-huja. - Luxembourg: Parlamento Europeo, 1999. - 218 p. - Режим доступу до ресурсу: https://www.re-searchgate.net/publica-

tion/301821545_25_anos_de_cooperacion_interpar-

lamentaria_entre_la_Union_Europea_y_America_La-

tina_1974-1999

16. Torrent R. Las Relaciones Unión Europea -América Latina en los Últimos Diez Años: El Resultado de La Inexistencia de Una Política. Un análisis empírico y esperanzado [Електронний ресурс] / R. Torrent // UNU-CRIS Occasional Papers, 2005. - № 10. - 139 p. - Режим доступу до ресурсу: http://www.cris.unu.edu/fileadmin/workingpapers/200 50905112855.o-2005-10.pdf

17. Amparo R. Z. El sistema institucional de la Unión Europea / Amparo Roca Zamora // Economía de la Unión Europea. - 2005. - P. 69 - 113.

18. Domínguez R. Constructing the EU foreign policy: Cases for analysis in the transatlantic relationship [Електронний ресурс] / R. Domínguez // Jean Monnet - Robert Schuman Paper Series. - 2006. - Vol. 6. - № 15. - 17 p. - Режим доступу до ресурсу: http://www6.miami.edu/eucenter/Dominguez_Con-structing%20EU%20foreign%20policy.pdf

19. Keukeleire S., MacNaughtan J. The Foreign Policy of the European Union. Assessing Europe's role in the world / S. Keukeleire, J. MacNaughtan. - Basingstoke: Palgrave Macmillan, 2008. - 346 p.

20. Chalmers D., Haasbeek L. The Legal Dimension in EU Integration / A. El-Agraa // The European Union: Economics and Policies. - Harlow, 2011. - P. 56 - 69.

21. Buck K. Strategic Hemispheric Objectives for the Next Decade from a European Perspective / J. Roy, R. Domínguez // The European Union and regional integration: a comparative perspective and lessons for the Americas. - Coral Gables, 2005. - P. 293 - 308.

22. Van Langenhove L. The Lisbon Treaty and the emergence of third generation regional integration [Електронний ресурс] / L. Van Langenhove // Jean Monnet - Robert Schuman Paper Series. - 2008. - Vol. 8. - № 9. - 17 p. - Режим доступу до ресурсу: http://www.as.miami.edu/media/college-of-arts-and-sciences/content-assets/euc/docs/papers/VanLan-genhoveLisbonThirdGenerationLong08edi.pdf

23. Фалалеева Л., Давиденко О. Особливосп реалiзацii стльно! зовтшньо! та безпеково! полггики Свропейського Союзу / Л. Фалалеева, О. Давиденко // Вюник Академи адвокатури Украши. - 2012. - № 2. - С. 82 - 88.

24. Alonso J. A. Hacia una nueva estrategia UE -América Latina: notas para un debate / J. A. Alonso // Instituto Cervantes, Foro Eurolatinoamericano de Centros de Análisis. - Madrid, 2010. - P. 89 - 104.

25. Consolidated version of the Treaty on the Functioning of the European Union [Електронний ресурс] - 2012- Режим доступу до ресурсу: https://eur-lex.europa.eu/legal-con-tent/EN/TXT/?uri=celex%3 A12012E%2FTXT

26. Мишевич М. 1нституцшне право Свропейського Соющу у сферi зовтшньо! полггаки та без-пеки: монографiя / М. Мишевич. - Львiв: ЛНУ ím. 1вана Франка, 2005. - 416 с.

27. Keukeleire S., MacNaughtan J. The Foreign Policy of the European Union. Assessing Europe's role in the world / S. Keukeleire, J. MacNaughtan. - Basingstoke: Palgrave Macmillan, 2008. - 346 p.

28. Consolidated version of the Treaty on the Functioning of the European Union [Електронний ресурс] - 2012- Режим доступу до ресурсу: https://eur-lex.europa.eu/legal-con-tent/EN/TXT/?uri=celex%3 A12012E%2FTXT

29. Alonso J. A. Hacia una nueva estrategia UE -América Latina: notas para un debate / J. A. Alonso // Instituto Cervantes, Foro Eurolatinoamericano de Centros de Análisis. - Madrid, 2010. - P. 89 - 104.

30. Gawrycki M. Unia Europejska - Ameryka Lacinska I Karaiby: trudne partnerstwo dwoch regionow / M. Gawrycki. - Warszawa: ASPRA-JR. -2004. - 401 p.

31. Goclowska-Bolek J. Rompendium nt. Relacji Ameryka Lacinska - Unia Europejska / J. Goclowska-Bolek // Ameryka Lacinska. - 2003. - № 1. - P. 63 -65.

32. Crawley A. Europe-Latin America (EU -LAC) relations: toward interregional coalition build-

ing? / H. Hunggi, R. Roloff, J. Roland // Interregional-ism and International Relations. - London, 2006. - P. 168 - 181.

33. Борко Ю. A. Отношения со странами Латинской Америки / Ю. А. Борко // Европейский Союз: факты и комментарии. - 1999. - N° 16. - С. 46 - 49.

34. Стрелков А. А. АКТ и Африка / А. А. Стрелков // Европейский Союз: факты и комментарии. - 2007. - № 48. - С. 69 - 70.

35. Eurolat: Carta Informativa / Centro latinoamericano para las relaciones con Europa. - Providencia, 2009. - № 79. - 30 p.

36. Eurolat: Carta Informativa / Centro latinoamericano para las relaciones con Europa. - Providencia, 2011. - № 83. - 38 p.

37. Ковальова О. I. Сучасна конф^ращя ште-грацшно! системи Латинсько! Америки i карибсь-кого басейну / О. I. Ковальова // Америка i Свропа у сучасних мiжнародних трансформациях. Моно-графiя . - К. : Центр вшьно! преси, 2014. - С. 281293.

ЛОБ1ЗМ У СПОЛУЧЕНОМУ КОРОЛ1ВСТВ1 ВЕЛИКО! БРИТАНП ТА П1ВШЧНО1 1РЛАНД11: ВИТОКИ ТА СЬОГОДЕННЯ

Яровой Т.

кандидат наук з державного управлтня, доцент, доцент кафедри публгчного адмШстрування М1жрегюнально'1 АкадемПуправлгння персоналом, м. Кшв

LOBBYISM IN THE UNITED KINGDOM OF GREAT BRITAIN AND NORTHERN IRELAND:

ORIGINS AND PRESENT

Yarovoi T.

Candidate of Sciences in Public Administration, Associate Professor, Associate Professor of the Department of Public Administration Interregional Academy of Personnel Management, Kyiv

АНОТАЦ1Я

В статп проаналiзовано особливосп англосаксонсько! моделi лобшвання на приклащ Сполученого Королiвства Велико! Британи та Швшчно! 1рланди. Науковий штерес до лобшвання в цш краш обумов-лений, перш за все, давньою традищею лобiзму, високим рiвнем впливу лобютських структур Великобри-танii в £С та Свт, а також тим, що британський лобiзм став основоположною моделлю для лобiзму ряду кран: США, Канади, Австралii тощо.

Автор розглядае становлення лобiзму в Великобританii та пропонуе перiодизацiю, обумовлену соща-льно-полiтичними змшами в британському суспiльствi. Зокрема, запропоновано подiл генези моделi лобь стсько! дiяльностi Великобританп на три основт iсторичнi етапи: перiод елiтарного лобiзму; буржуазний iмперський перiод; громадський перюд. Коротко розглянуто роль лобiзму у входженш Великобританii до £ЕС, а також - лобшвання в рамках Брекзиту.

В ходi дослiдження продемонстровано, що наразi регулювання лобiзму у Великобританп здшсню-еться шляхом регуляци поведiнки державних службовцiв в контексп !х взаемодii з лобiстами. На це спря-мованi вiдповiднi етичш кодекси: Кодекс державного службовця; Кодекс управлшця; Кодекс поведiнки Палати лордiв; Кодекс поведiнки Палати громад. Крiм того, у Великобританii створено i працюе кiлька незалежних професiйних оргашзацш: Асоцiацiя професiйних полiтичних консультантiв (APCC); Асоща-цiя консультантiв по зв'язках з громадсьшстю (PRCA); Дипломований шститут зв'язкiв з громадськiстю (CIPR). Все це дозволяе вважати наявну систему регулювання лобшвання у Великобританп доволi ефек-тивною, однак не надто пiдходящою для адаптацii в украшських реалiях. 1нтерес становлять окремi напра-цювання, на кшталт кодексiв поведшки державних службовцiв стосовно лобiзму.

ABSTRACT

The article analyzes the features of the Anglo-Saxon model of lobbying on example of the United Kingdom of Great Britain and Northern Ireland. The scientific interest in lobbying in this country is primarily due to the long tradition of lobbyism, the high level of influence of British lobbying structures in the EU and the World, and also on the fact that British lobbyism has become the fundamental model for lobbyism in a number of countries: the USA, Canada, Australia, etc.

The author examines the emergence of lobbyism in the UK and offers periodization due to socio-political changes in British society. In particular, it is proposed to divide the genesis of the model of lobbying in Britain into three main historical stages: the period of elitist lobbyism; bourgeois imperial period; public period. A brief discussion of the role of lobbyism in the UK's entry into the EEC, as well as lobbying within the framework of the Brexit.

The study showed that lobbyism in the UK is currently regulated by the behaviour of the civil servants in the context of their interaction with lobbyists. Appropriate ethical codes have been sent for this purpose: Code of a Civil Servant; Code of the Manager; Code of Conduct for the House of Lords; Code of Conduct for the House of