Словакия и Россия: между национальными интересами и идентичностью

УДК 327

Юрай МАРУШЬЯК

СЛОВАКИЯ И РОССИЯ: МЕЖДУ НАЦИОНАЛЬНЫМИ ИНТЕРЕСАМИ И ИДЕНТИЧНОСТЬЮ

Аннотация. Цель данной статьи сводится к анализу формирования национальных интересов Словацкой Республики в двухсторонних отношениях с Российской Федерацией на фоне развития конфликта на Украине и наличия политической напряжённости между ЕС и РФ. Национальный интерес автор воспринимает как социально конструированный феномен и результат интеракций действий участников политических процессов. На основе методологии П. Кратохвила национальный интерес анализируется как приоритет внешней политики страны, который является предметом консенсуса политических элит по вопросам, которые они относят к разряду ключевых. Статья анализирует национальные интересы в контексте развития идентичности Словакии как государственного новообразования. Нынешний кризис на Украине с точки зрения формирования идентичности и национальных интересов страны является "формативным моментом". Статья основана на анализе публичных выступлений представителей словацких политических элит и документов, которые касаются внешней политики Словакии. Пример Словакии показывает, что формирование политической идентичности государства имеет существенное влияние на национальные интересы и практические действия во внешней политике. Поэтому для Словакии приоритетными являются отношения в рамках ЕС и НАТО. Несмотря на наличие специфических интересов в отношениях с Россией, эти контакты имеют для Словакии второстепенное значение.

Ключевые слова: Словакия, политика в отношении России, украинский фактор, кризис на Украине, политическое влияние, политическая ориентация, политические партии.

Отношения Словакии с государствами Восточной Европы, особенно с Российской Федерацией и Украиной, представляют собой сложный феномен. Если Украина, с точки зрения протяжённости своей территории и количества населения, является крупнейшим соседом Словакии, то Российская Федерация является глобальной великой державой, которая обладает ядерным оружием и большим экономиче-

© Марушьяк Юрай - д.ф.н., старший научный сотрудник Института политических наук Словацкой академии наук. Адрес: 84104, Словакия, Братислава, ул. Дубравска цеста 9. E-mail: marusiak@up.upsav.sk

Статья была подготовлена в рамках гранта VEGA, №2/0036/15 (National interests of the Slovak Republic in international relations in the post-integration period) и гранта APVV-16-0062 (Priorities of the Central and Eastern European Countries in the Context of the Energy Union (ENERGIES)).

ским потенциалом. Для Словакии ключевое значение имеют поставки энергоносителей - природного газа, нефти и ядерного топлива. "Русский вопрос" также играл значительную роль во внутренней политике Словакии уже со второй половины XIX века. В отличие от словацко-венгерских или словацко-чешских отношений, в которых исторически ключевая роль принадлежала вопросам национальной идентичности, отношения с Россией открывали дискуссию о культурной, геополитической и цивилизационной принадлежности страны. Так, консервативными представителями словацкого национального движения Россия после 1848 г. (тогда единственное независимое славянское государство) рассматривалась как потенциальный союзник или даже освободитель от национального гнёта в рамках Венгерского королевства. На этом основывалась поддержка идеи панславизма.

Несмотря на евроатлантический вектор внешнеполитической ориентации Словацкой Республики, который был утверждён после парламентских выборов в 1998 г., и вступления страны в Европейский Союз и НАТО в 2004 г., отношения с Российской Федерацией продолжают играть значительную роль в её внешней политике. Кроме того, с момента начала политической и социально-экономической трансформации они иногда представляют собой предмет острой дискуссии во внутренней политике. Словацко-российские отношения характеризуются высокой динамикой, которую можно сравнить только с развитием словацко-венгерских отношений [Strazay Т., 2005, Marusiak J., 2010, Pastor Z., 2011]. Они содержат и значительное символико-историческое измерение, связанное с периодом Второй мировой войны и временами существования советского блока в 1948-1989 гг.

Словакия как новообразованное национальное и одновременно посткоммунистическое государство, у которого отсутствовала традиция государственности, с 1990-х гг. встала перед вызовом формирования собственной идентичности. Такие переломные моменты, когда формируется новая идентичность, Эрик Рингмар называет формативными [Ringmar, p. 81, 86]. В течение короткого существования Словакии как независимого государства таких моментов было несколько. Во-первых, это политические изменения в 1989 г., во время так называемой бархатной, или нежной, революции, которая изменила внешнеполитическую ориентацию в сторону сближения со странами Запада. В дальнейшем такая ситуация сложилась в момент провозглашения независимости в 1993 г., когда Словакия вынуждена была подтверждать свой геополитический и цивилизационный выбор. Целью статьи является анализ соотношения идентичности Словакии в контексте восточной политики страны и соотношение этого процесса с формированием национальных интересов. Исходя из конструктивистских подходов Петра Кратохвила [Kratochvil, Р., 2010] под понятием „национальный интерес" воспринимается такой приоритет внешней политики страны, который является предметом консенсуса среди политических элит по вопросам, которые они относят к разряду ключевых.

В течение первых лет независимости (1993-1998), когда во главе правительства стоял Владимир Мечиар, внешняя политика страны часто воспринималась как про-российская. Хотя В. Мечиар номинально поддерживал курс на евроинтеграцию и членство в НАТО, его попытки консолидировать в стране режим личной власти при ослаблении деятельности демократических институтов способствовали ухудшению отношений с евроатлантическими партнёрами и одновременно сближению с тогдаш-

ним руководством Российской Федерации во главе с президентом Борисом Ельциным [Duleba A., 1999]. В тот период Словакия во многих вопросах - например, по отношению к Сербии и Белоруссии - поддерживала позицию РФ [Duleba, 1996].

Часть тогдашней правительственной коалиции рассматривала нейтралитет как альтернативу будущего членства Словакии в европейских и евроатлантических структурах, особенно Словацкая национальная партия и Объединение рабочих Словакии, а также часть партии, возглавляемой В. Мечиаром - Движение за демократическую Словакию [Wolf, 1997; Hluchanova, 1998]

Конфликт по поводу внешнеполитической ориентации страны был обусловлен и внутриполитической борьбой. Однако, несмотря на противоречивые тенденции во внутренней и внешней политике, даже правительство Мечиара никогда официально не отказывалось от прозападного курса Словакии.

В то же время правоцентристское правительство во главе с Микулашем Дзу-риндой (с 1998 г.) оставалось заинтересованным в развитии прагматичных отношений с Россией. Правда, с этого времени сотрудничество с РФ больше не рассматривалось как потенциальная альтернатива евроатлантической интеграции. Несмотря на критические выступления оппозиционных сил против евроатлантического курса во время так называемого косовского кризиса 1999 г., период после 2000 г. характеризовался укреплением проевропейского консенсуса в словацком обществе. Так, все значительные политические силы, представленные в парламенте (за исключением маргинальной Коммунистической партии Словакии и сдержанной позиции пророссийской крайне правой Словацкой национальной партии) единогласно поддержали вступление страны в ЕС в 2004 г. Прозападный консенсус в словацком обществе сохранился и после смены правительственной коалиции в 2006 г., когда образовалось правительство Роберта Фицо, в которое вошли представители партий - "СМЕР - социал-демократия", "Движение за демократическую Словакию" и "Словацкая Национальная Партия". Тем не менее, несмотря на продолжение курса на евроинтеграцию, оппозиционные силы в политической борьбе с правительством Р. Фицо (2006-2010) часто обвиняли его в пророссийской политике, так как он характеризовал политическую модель России после избрания Владимира Путина президентом как программу близкую политике своей партии [Lesko, 2016].

Несмотря на поддержку вступления в ЕС большинством населения и политическими элитами, политические партии по-разному воспринимали Россию. В своём проекте государственной доктрины Словакии партия "СМЕР" однозначно поддерживала вступление Словакии в НАТО и ЕС, хотя одновременно акцентировала необходимость развивать дружеские отношения с Россией и вместе с ней создавать европейскую безопасность. Группа национально-консервативных интеллектуалов связанных с Движением за демократическую Словакию и со Словацкой национальной партией, также опубликовала стратегию, в которой высказывается пожелание, чтобы внешняя политика Словакии была сбалансированной и ориентировалась на Западную и Восточную Европу. Соответственно Словакии предписывалась роль посредника в стратегических интересах великих держав [Lesko, 2016]. Таким образом, вопрос отношений с Россией уже с 2001 г. разделял словацкое общество.

После вступления Словакии в ЕС и НАТО отношения с Россией продолжали играть значительную роль во внешней политике Словакии, особенно с экономиче-

ской точки зрения. Ключевым фактором является зависимость Словакии от российских энергоносителей и её заинтересованность в развитии экспорта на российский рынок. Несмотря на то что после парламентских выборов в 2006, 2010 и 2012 гг. в Словакии менялись правительства, не было резких изменений в характере отношений с Россией.

Во время первого правительства Р. Фицо изменения в отношениях с Россией носили скорее символический характер. В своих выступлениях премьер-министр подчёркивал культурно-символическое измерение двухсторонних отношений и акцентировал славянскую идентичность, однако сотрудничество со славянскими странами в качестве приоритетного вектора внешней политики страны присутствовало только в программе Словацкой национальной партии. Р. Фицо также оказывал поддержку некоторым проектам экономического сотрудничества. В частности, он выступал за строительство циклотронного центра и продолжение сооружения ширококолейной дороги из Кошице в Братиславу с дальнейшей перспективой её доведения до Вены. Однако в это же время Словакия стала активным участником программы Восточного партнёрства, ориентированной на сотрудничество ЕС с европейскими странами бывшего СССР (Украина, Молдавия, Белоруссия, Грузия, Армения и Азербайджан). По словам министра иностранных дел Словакии Мирослава Лайчака, Восточное партнерство можно было воспринимать как программу прагматичного характера. Он даже не исключал возможности участия России в некоторых ее проектах [Выступление М. Лайчака в МГИМО, 2009].

Оппозиция снова обвинила Р. Фицо в пророссийской политике в начале 2009 г., когда он назвал Украину ответственной за так называемый газовый кризис, в результате которого РФ прекратила поставки голубого топлива на Украину и его транзит через её территорию, вследствие чего пострадали страны Центральной Европы, особенно Словакия и Болгария [Маги^ак, 2010, s. 133-160].

В кампании 2012 г. перед выборами в Национальный совет Словацкой Республики российский вопрос практически не присутствовал, хотя этот период уже характеризовался эрозией проевропейского консенсуса, связанного с финансовым кризисом еврозоны и участием Словакии в программах финансовой поддержки Греции [Маги^ак, 2013, р. 131, 132].

Словацко-российские политические отношения после начала кризиса на Украине

Словакия продолжила активно поддерживать программу Восточного партнёрства и после избрания Виктора Януковича в качестве президента Украины в 2010 г. В отличие от других государств - членов ЕС она вместе с Польшей настаивала на продолжении диалога с киевскими властями, несмотря на критическое ухудшение функционирования демократических институтов и нарушения прав человека.

В Словакии решение администрации президента В. Януковича отказаться от подписания соглашения об ассоциации с ЕС в ноябре 2013 г. встретили сначала с изумлением, однако уже 13 декабря 2013 г. словацкий парламент принял резолюцию в поддержку курса, направленного на интеграцию Украины в ЕС, который защищали участники демонстраций на киевском Майдане. Одновременно с этим сло-

вацкие депутаты требовали мирного решения нарастающего кризиса [Vyhlasenie, 13.12.2013].

Между тем премьер-министр Р. Фицо выступил с критикой позиции ЕС по этому вопросу. В контексте планов ЕС пересмотреть политику относительно кредитов и совместных проектов с Украиной он заявил, что решение об интеграции с ЕС должно оставаться в руках украинских властей [SITA, 2015]. В последующих заявлениях Словакия вместе с остальными странами Вишеградской группы настаивала на мирном решении конфликта между украинскими властями и оппозиционно настроенными протестующими.

Отказавшись ранее от признания независимости сербской провинции Косово и грузинских территорий Абхазии и Южной Осетии, в 2014 г. в связи с крымским вопросом правительство Словакии выразило поддержку территориальной целостности Украины. Словацкий парламент не признал референдум, который состоялся в Крыму 16 марта 2014 г. и назвал действия РФ "нарушением международного права" [Vyhlasenie, 2014].

Несмотря на это, Словакия не принадлежит к тем странам ЕС, которые активно поддерживают политику санкций в отношении России. В то же время она не использует возможности их блокирования или бойкотирования. В течение 2014 г. Р. Фицо несколько раз предупреждал о негативных последствиях для Словакии введения экономических санкций. В августе 2014 г. премьер-министр говорил о возможности наложения вето на санкции, которые теоретически могли нанести ущерб экономическим интересам Словакии [Vyhlasenie, 2014]. Он также интерпретировал конфликт на Украине как часть геополитической конкуренции между Россией и США. Критику антироссийских санкций можно встретить в риторике премьер-министра Р. Фицо и позже. Так, в 2015-2016 гг. он несколько раз публично высказывался в поддержку их отмены или смягчения. Однако он не забывал отмечать, что приоритетным курсом внешней политики Словакии остаётся единство ЕС. Так, 18 октября 2016 г. на заседании Комитета по вопросам евроинтеграции Словацкого парламента он сказал, что, несмотря на бессмысленность санкций против РФ, Словакия не намерена разрушать единство Европейского Союза [Noviny, 2016].

Сложный характер присущ также отношениям Словакии с Украиной. Правительство Р. Фицо негативно относится к перспективному членству Украины в НАТО [Webnoviny, 2014]. В сентябре 2014 г. словацкий парламент, в котором в 2012-2016 гг. больше чем половина депутатов принадлежала к правящим социал-демократам, отказался принять резолюцию, которая бы обвиняла Россию в агрессии против Украины и во вмешательстве в её внутренние дела [Vyhlasenie, 22.9.2014]. Одновременно Словакия относится к тем странам, которые поддерживают процесс сближения Украины с ЕС. 24 сентября 2014 г. словацкий парламент подавляющим большинством голосов (132 голосов "за", включая всех членов фракции партии "СМЕР - социал-демократия", ноль - "против", два - воздержавшихся) ратифицировал Соглашение об ассоциации Украины и ЕС [Navrh, 2014]. Словакия также оказывает экономическую, гуманитарную и даже военную поддержку Украине. В основном это касается начавшихся в сентябре 2014 г. реверсных поставок газа для Украины через трубопроводную систему Словакии. Словакия участвует и в подготовке украинских военных экспертов.

В то время как Р. Фицо выстраивает политику диалога с РФ, избранный в 2014 г. президент Словакии Андрей Киска при поддержке правоцентристских партий придерживается критического курса по отношению к России. Во время саммита НАТО в Ньюпорте в сентябре 2014 г. он обвинил Россию в непосредственном участии в боевых действиях на востоке Украины. Он поддержал проект создания военной базы НАТО на территории Словакии, который был впоследствии раскритикован Р. Фицо [8ше, 2014]. Разногласия между Р. Фицо и А. Киской проявились и в мае 2015 г., когда словацкий премьер-министр вместе с президентом Чешской Республики Милошем Земаном участвовал в торжествах по случаю 70-й годовщины окончания Второй мировой войны в Москве, несмотря на то что остальные руководители государств - членов ЕС это мероприятие бойкотировали. Во время своего официального визита в Москву в начале июня 2015 г. Р. Фицо подчеркнул отсутствие проблем в двусторонних отношениях [ВисЫакоуа, 2015].

В 2016 г. после парламентских выборов, в результате которых Р. Фицо потерял большинство в парламенте, но всё же сумел создать коалиционное правительство с двумя правоцентристскими партиями (Словацкая национальная партия и партия венгерского меньшинства "Мост"), Словакия продолжила осуждать политику изоляции России. Так, министр иностранных дел М. Лайчак в феврале 2016 г. высказался в пользу обновления деятельности Совета Россия - НАТО, функционирование которого было приостановлено в 2014 г. после событий в Крыму [ТА 3, 2016].

Особые интересы Словакии в отношениях с Россией

Хотя Словакия в двухсторонних отношениях с РФ в основном придерживается общей позиции ЕС, в то же время она стремится отстаивать свои политические интересы. Кроме поставок энергоносителей, они касаются экспорта словацких товаров на российский рынок. Словакия стремится снизить пассивное сальдо в торговле с РФ. Однако с 2012 г. объём словацко-российской торговли падает, несмотря на стремление правительства Р. Фицо вносить в её развитие новые импульсы при помощи политических деклараций [8апко1е, 2015]. Если ещё до 1990 г. почти 40 процентов производства словацкой промышленности экспортировалось на рынки СССР [Би1еЬа, 2009, р. 14], то сегодня, несмотря на зависимость Словакии от российских энергоносителей, экономическое значение России для Словакии существенно снизилось.

В 2016 г. особое символическое значение приобрели выборы генерального секретаря ООН, в которых Словакия стремилась добиться поддержки со стороны России. Были надежды, что в соответствии с принципом региональной ротации, её кандидат станет приемлемым как для России, так и для Запада. Рассчитывая на поддержку от России, Братислава стремилась повысить свой престиж в международной политике. Между тем Россия не высказывалась открыто в поддержку словацкого претендента и не предприняла никаких шагов после того, как США и Великобритания блокировали кандидатуру М. Лайчака. Этот случай можно считать попыткой Словакии воспользоваться, хотя и на кратковременной основе, политической поддержкой России.

Россия как объект внутриполитического дискурса в Словакии в 2013—2015 гг.

События на Украине в конце 2013 г. вызвали возобновление дискуссии о роли Российской Федерации в словацкой внутренней и внешней политике. Часть оппозиционных партий правоцентристского толка открыто поддержала протесты в Киеве. Лидер неоконсервативной партии НОВА Даниел Липшиц в феврале 2014 г. посетил лагерь противников власти на Майдане в украинской столице, где встретился с лидерами тогдашней оппозиции [Pisko, 2014]. Оппозиционные силы Словакии требовали более активной поддержки Украины в конфликте с Российской Федерацией и обвиняли братиславское правительство в пророссийской политике. Лидер евроскептической партии "Свобода и Солидарность" Рихард Сулик даже назвал Р. Фицо угрозой для словацкой безопасности [SaS, 2014]. Однако в это же самое время активизировалась и пророссийская сторона. Лидер "Народной партии Наша Словакия" - праворадикальной партии с элементами неонацизма - Мариан Котле-ба, который осенью 2013 г. был избран председателем самоуправления в регионе Банска Быстрица, в самом начале украинских протестов написал письмо, в котором выразил поддержку тогдашнему президенту Украины Виктору Януковичу и одобрил политику России по отношению к Украине. По его словам, цель событий на Майдане заключалась в приближении Украины к НАТО [Vrazda, 2014].

В партийном дискурсе современной Словакии доминирует крупнейшая словацкая партия "СМЕР - социал-демократия". Её официальная позиция соответствует политике ЕС и НАТО. Однако некоторые представители этой партии публично высказывают мнения, в которых критикуется политика Запада по отношению к Российской Федерации. Это касается, например, председателя парламентского комитета по вопросам европейской интеграции Любомира Блаха. Он часто подчёркивает роль праворадикальных группировок в украинской внутренней политике после 2014 г. и обвиняет Запад в организации переворота на Украине при участии фашистов. По поводу Крыма он утверждал, что население полуострова имело право провозгласить неповиновение правительству [Blaha, 2014]. Л. Блаха постоянно выступает против политики изоляции РФ и критикует политику современного руководства Украины. Депутат Европейского парламента Моника Флашикова-Бенёва также интерпретировала референдум в Крыму в 2014 г. как проявление воли местного населения [Webnoviny, 2014].

Украинский кризис не имел значительного влияния на президентские выборы в марте 2014 г. В поддержку России выступал прежде всего независимый кандидат, лидер Словацко-российского общества Ян Чарногурский, который возглавлял Хри-стианско-демократическое движение, а в 1990-2000 гг. и 1991-1992 гг. был премьер-министром Словакии. По его словам, присоединение Крыма к России означало "возврат исторической территории" и стало следствием насильственного свержения В. Януковича [Carnogursky, 2014]. Однако на президентских выборах он получил только 0,64 процента голосов (12 207). Ещё один открыто пророссийский кандидат Ян Юришта, представлявший Коммунистическую партию Словакии, получил 12 209 голосов [Election, 2014].

Словацко-российские отношения и парламентские выборы 2016 г.

Несмотря на то что украинский кризис и конфликт между ЕС и Россией вызвал большую волну эмоций, "восточная" проблематика не имела особого значения в течение избирательной кампании накануне парламентских выборов в марте 2016 г. Гораздо большее значение приобрёл вопрос беженцев из стран Ближнего Востока и попытка некоторых государств - членов ЕС ввести обязательные квоты для приёма мигрантов. Эта тема стала поводом для политической мобилизации нескольких политических партий, в том числе правящих социал-демократов, главной оппозиционной партии "Свобода и Солидарность" и праворадикальной партии Котлеба "Народная партия - Наша Словакия", которая по результатам выборов впервые вошла в парламент, получив 8,04% голосов. Откровенно пророссийские политические партии на этом фоне заработали гораздо меньше голосов. Коммунистическая партия Словакии получила 0,62%, "Сопротивление - партия труда" - 0,12%, "Отвага -большая национальная и пророссийская коалиция" - 0,13% [Election, 2016].

Главным представителем евроатлантического вектора внешней политики Словакии, выступающим с откровенной критикой России, по-прежнему остаётся президент А. Киска. Среди политических партий правящей коалиции, которая пришла к власти в 2016 г., помимо партии "СМЕР - социал-демократия", присутствует консервативная Словацкая национальная партия и правоцентристская партия "Мост", представляющая интересы венгерского меньшинства. Среди них наиболее проат-лантически настроена партия "Мост". Именно её депутат Франтишек Шебей обвиняет Россию в попытках ослабить единство ЕС [Sebej, 2016]. После выборов 2016 г. и вступления в правительство Словацкая национальная партия, которая ранее позиционировала себя как пророссийский субъект и санкции против РФ трактовала как акт агрессии против России [Rafaj, 2014], прекратила критику внешней политики Словакии.

Правоцентристские оппозиционные политические партии продолжают критиковать политику Р. Фицо как пророссийскую. Так, например, депутат Европейского парламента из Христианско-демократического движения Иван Штефанец назвал критику санкций со стороны Р. Фицо проявлением активной поддержки агрессивной политики Владимира Путина против Украины [Hospodarske noviny, 2016]. Амбивалентный характер в вопросах украинского кризиса и антироссийских санкций характеризует партию "Свобода и солидарность" во главе с Рихардом Суликом, которая после выборов в 2016 г. стала главной оппозиционной партией Словакии. С одной стороны, она обвиняет Р. Фицо в пророссийской политике, с другой стороны, остро критикует курс ЕС, направленный на углубление сотрудничества с Украиной. Партия осуждает присоединение Крыма к РФ и поддерживает политику санкций против России [Sulik, 2014]. Между тем её представители воспринимают подписание договора об ассоциации Украины с ЕС как ошибку, потому что она, по их мнению, может стать для ЕС "второй Грецией" [Sulik, 2015]. Поддержку Украины со стороны ЕС критикует также лидер консервативной популистской партии "Мы - семья" Борис Коллар, в частности он выступает против демонизации России со стороны "евроатлантической пропаганды" [Kollar, 2016].

Лидер "Народной партии - Наша Словакия" Мариан Котлеба в городе Банска Быстрица встречался с представителями российского байкерского клуба "Ночные

волки". Его имя фигурировало в отчёте польской специальной службы ABW после задержания лидера польской непарламентской партии "Перемена" Матеуша Пис-корского в связи с подозрением, что его партия существует за счёт финансовых поступлений из России [Pravda, 2016].

Несмотря на отсутствие консенсуса по вопросу словацко-российских отношений среди словацких политических партий, эта тема не оказала существенного влияния как на избирательную кампанию в 2016 г., так и на результаты выборов. В течение 2015 г. так называемый украинский кризис отошёл в словацком политическом дискурсе на второй план. Несмотря на разногласия между Словакией и ЕС относительно квот на принятие беженцев и критику санкций против РФ со стороны премьер-министра Р. Фицо, сотрудничество с Россией не является альтернативой для подавляющего большинства политических партий. Когда крайне правая "Народная партия - Наша Словакия" начала под влиянием успешного референдума о выходе Великобритании из ЕС организовывать кампанию по выходу Словакии из ЕС, она не получила поддержки среди других политических сил, в том числе партий евроскептического направления.

Основные тенденции в восприятии России со стороны словацких политических элит в 2016—2017 гг.

Вопросы отношений с РФ играли значительную роль во внешней политике Словакии в 2016 г. Особенно это проявилось в связи со стремлением министра иностранных и европейских дел М. Лайчака получить пост генерального секретаря ООН.

На уровне общенациональной политики по вопросам отношений с Россией прежде всего высказываются занимающие противоположные позиции премьер-министр Р. Фицо и президент А. Киска. Р. Фицо продолжает критиковать политику изоляции России и выступает за отмену санкций со стороны ЕС, как, например, он сделал это на саммите Европейского совета 21 октября 2016 г. В частности, он заявил, что не будет вносить раздор в словацко-российские отношения: "Я отказываюсь создавать нового мирового врага" [Europske noviny, 2016].

Президент А. Киска критикует политику России в отношении и ЕС, и Украины. В начале июля 2016 г. он обвинил Россию в создании "тяжёлой дезинформационной кампании" против ЕС, результатом которой стал "конец стратегического партнерства с Россией под руководством президента Путина - по крайней мере в ближайшем будущем" [Kiska, 2016].

Если раньше словацкие государственные структуры избегали откровенной критики России, то в 2016 г. ситуация изменилась. Министерство внутренних дел Словацкой Республики в июньском отчёте признало, что Словакия, как и другие страны Центральной и Восточной Европы, являются "объектом информационного воздействия так называемых структур влияния Российской Федерации". В свою очередь, они считают, что это можно рассматривать как "вмешательство во внутренние дела Словакии" [Bariak, 2016].

Что касается словацко-российских экономических отношений, Россия осталась ключевым партнёром Словакии в поставках нефти, природного газа и ядерного топлива. Однако проект строительства второй ветки газопровода Nord Stream вызывает разногласия, поскольку Словакия, как и другие страны Центральной и Восточной Европы, опасается ограничения транзита российского природного газа че-

Современная Европа, 2017, №7

рез свою территорию. Поэтому, как и Италия, на уровне ЕС Братислава не поддерживает этот проект [V energetike, 2016; Ruzinska, 2016].

Заключение

Пример Словакии показывает, что формирование политической идентичности государства имеет существенное влияние на формирование национальных интересов и практических действий во внешней политике. Выбор в пользу либеральной демократии в 1989 и 1998 гг. имел ключевое влияние и на формирование двусторонних словацко-российских отношений. Однако это не исключает присутствие специфических интересов, которые Словакия продвигает в своей внешней политике, в том числе и в отношениях с Россией.

Политический кризис на Украине, который начался в ноябре 2013 г. и последствием которого стало ухудшение отношений между ЕС и Россией, вызвал шквал эмоций в словацком общественном дискурсе. Однако эти эмоции не оказали существенного влияния на формирование политического консенсуса. Большинство политических элит не воспринимает сотрудничество с РФ в качестве альтернативы членству Словакии в ЕС и НАТО. В этой связи на сегодняшний день не имеет смысла говорить о возобновлении политических конфликтов и напряжённых дискуссий о внешнеполитической ориентации Словакии, равных тем, что имели место в словацком обществе во второй половине 1990-х годов. Конфликт на Украине, как и отношения с Россией, не стали ключевыми темами последней предвыборной кампании в Словакии. Однако эти вопросы потенциально могут создать новую конфликтную линию противостояния в словацком обществе.

Хотя правительство Словакии, опираясь на историческую традицию тесных словацко-российских культурных, духовных и политических связей, заинтересовано в сохранении позитивной атмосферы в двусторонних отношениях, его приоритетом остаётся поддержание единства ЕС и НАТО. Стремление же сохранить диалог с Россией на этом фоне приобретает для Словакии второстепенное значение.

Список литературы

Duleba A. (1999) Rusko na konci Jel'cinovej ery. Bratislava: IVO.

Duleba, Alexander: From Domination to Partnership. The Perspectives of Russian-Central-East European Relations. Final Report to the NATO Research Fellowship Program, 1996-1998. URL: http://www.nato.int/acad/fellow/96-98/duleba.pdf, p. 6.

Duleba A. (1996) Slepy pragmatizmus slovenskej vychodnej politiky: Aktualna agenda slovensko-ruskych bilateralnych vzt'ahov. Bratislava: RC SFPA.

Kratochvil, P. (2010) National Interest and Its Legitimacy. In: The Quest for National Interest. A Methodological Reflection on Czech Foreign Policy. Eds.: Petr Drulak - Mats Braun. Frankfurt am Main: Petr Lang, p. 21-34.

Pastor Z. (2011) Slovaci a Mad'ari. Martin: Matica slovenska.

Ringmar, E. (2008) Identity, interest and action. A cultural explanation of Sweden's intervention in the Thirty Years War. Cambridge: Cambridge University Press.

Strazay T.: Nationalist Populism and Foreign Policy: Focus on Slovak-Hungarian Relations, Slovak Foreign Policy Affairs (I/2005), с. 47-60

Vyhlasenie NR SR k situacii na Ukrajine. Резолюция № 956. Bratislava: NR SR, 13.12.2013.

Wolf, K. (1997) Ziadne NATO, ziadna druha vlna. Slovensko vyradene z procesu integracie do civilizovaneho sveta. Domino forum, 2. 5. - 8. 5.

Выступление М. Лайчака в МГИМО. Братислава: Министерство иностранных дел Словацкой Республики, 8. 9. 2009.

References

Bariak L. Kaliüákov rezort priznáva: Slovensko je predmetom posobenia ruského vplyvu. Aktuality.sk. 6. 6. 2016. URL: https://www.aktaality.sk/clanoky344132/kalinakov-rezort-priznava-slovensko-je-predmetom-posobenia-ruskeho-vplyvu/.

Blaha E. Kríza na Kryme. Netlacme Rusko do kúta. Noveslovo.sk, 2. 3. 2014.

Buchláková L. Fico: sankcie Rusku skodia, zrusme ich. Pravda, 2. 6. 2015. URL: http://spravy.pravda.sk/domace/clanok/357071-fico-v-rusku-nepotrebujeme-rincanie-zbranami-ani-sankcie/

Carnogursky J. Krym patrí Rusku. Blog.sme.sk, 21. 3. 2014. URL: http://carnogursky.blog.sme.sk/c/352012/Krym-patri-Rusku.html

Duleba A.: Slepy pragmatizmus slovenskej vychodnej politiky: Aktuálna agenda slovensko-ruskych bilaterálnych vzt'ahov. Bratislava: RC SFPA 1996.

Duleba, A. Slovakia's Relations with Russia and Eastern Neighbours. In: EU-Russian relations and the Eastern Partnership - Central-East European Member-state interests and positions, East European Studies. Eds. Gábor Fóti - Zsuzsa Ludvig. Budapest: MTA Világgazdasági Kutatóintézet 2009, p. 14.

Election of the President of the Slovak Republic, March 2014. Bratislava: Statistical Office of the Slovak Republic 2014.

Európske noviny. Fico na oslavách SNP kritizoval britsku premiérku, zastal sa Rusov. 30. 8. 2016. URL: https://europskenoviny.sk/2016/08/30/fico-oslavach-snp-kritizoval-britsku-premierku-zastal-sa-rusov/.

Hlucháüová, M. Vstup do NATO v slovenskom parlamente. In: Slovensko v sedej zóne? Rozsirovanie NATO, zlyhanie a perspektívy Slovenska. Eds. Martin Bútora - Frantisek Sebej. Bratislava: IVO 1998, s. 97-104.

Hospodárske noviny. Fico otvorene podporil rusku agresiu na Ukrajine, vyhlásil Stefanec. 23. 2. 2016. URL: http://hnonline.sk/slovensko/592704-fico-otvorene-podporil-rusku-agresiu-na-ukrajine-vyhlasil-stefanec.

Kiska at Globsec Conference: We need bold new decisions. 20. 6. 2016. URL: https://www.prezident.sk/en/article/prezident-na-globsecu-potrebujeme-odvazne-nove-rozhodnutia/.

Kollár B. Verejná kontrola mimovládnych organizácií by mala bytt prioritou vlády, Facebook, https://www.facebook.com/1464024763918594/photos/a.1513533445634392.1073741829.146402476391859 4/1654968354824233/?type= 3&theater

Lesko, M. Smer: strana predstieranej identity. Trend, 19. 2. 2016.

Marusiak J.: Slovak-Hungarian Relations - continuity or change? In: Yearbook of Slovakia's Foreign Policy 2010. Bratislava: SR SFPA 2011, с. 85-109.

Marusiak J.: Slovakia and the Eastern Partnership. In: Yearbook of Slovakia's Foreign Policy 2010. Bratislava: RC SFPA 2010, с. 133-160.

Marusiak J.: Zahranicnopolitická dimenzia volieb do NR SR - proces budovania konsenzu. In: VoFby 2012. Kam krácas, demokracia? Под редакцией Dоbias, D. - Estok, G. - Bzdilová, R. In: Acta Facultatis Philosophi-cae Universitat Safarikianae 33, Politologicky zborník, № 2, 2013. Kosice, UPJS 2013, с. 131, 132.

Návrh na vyslovenie súhlasu Národnej rady Slovenskej republiky s Dohodou o pridruzení medzi Európskou úniou a Európskym spolocenstvom pre atómovú energiu a ich clenskymi státmi na jednej strane a Ukrajinou na strane druhej (tlac 1131) - tretie cítanie. Hlasovanie o návrhu uznesenia. Bratislava: NR SR 24. 9. 2014. URL: http://www.nrsr.sk/web/Default.aspx?sid=schodze/hlasovanie/hlasklub&ID=34562

Noviny.sk. Premiér Fico: Slovensko povazuje sankcie EÚ proti Rusku za nezmyselné, 18. 10. 2016. URL: https://www.noviny.sk/slovensko/168404-premier-fico-slovensko-povazuje-sankcie-eu-proti-rusku-za-nezmyselne.

Pisko M. Lipsic recnil na Majdane, Ukrajincom sl'úbil rokovatt o pomoci. Sme, 7. 2. 2014.

Pravda. Pol'ská tajná sluzba zatkla proruského politika, zmieüuje sa aj o Kotlebovi., 3. 6. 2016. URL: http://spravy.pravda.sk/svet/clanok/395052-polska-tajna-sluzba-zatkla-proruskeho-politika-zmienuje-sa-aj-o-kotlebovi/.

Rafaj R. Ruky prec od agresie proti Rusku. Bratislava: Slovenska narodna strana, 16. 5. 2014. URL: http: //www. sns. sk/aktuality/rafael-rafaj -ruky-prec-od-agresie- voci-rusku/

Ruzinska, V. Plynovod Nord Stream nechce devat' krajin. Pravda. 22. 3. 2016. URL: http://spravy.pravda.sk/ekonomika/clanok/387559-plynovod-nord-stream-nechce-devat-krajin/

Sankcie medzi EU a RU - aktualny stav a dopady. Informacny material na rokovanie Rady vlady SR pre podporu exportu a investicii 18. 2. 2015. Bratislava: Ministerstvo zahramcnych veci a europskych zalezitosti SR 2015. SaS. Fico je pre narodnu bezpecnost riziko. Bratislava: Sloboda a Solidarita, 24. 3. 2014. Sebej F. Na Slovensku posobi ruska propaganda. Teraz.sk, 11. 6. 2016. URL: http://www.teraz.sk/slovensko/sebej-ruska-propaganda-dezinformacie/201184-clanok.html SITA. Fico: EU je do seba taka zamilovana, ze nic ine neexistuje. 3. 12. 2015. Sme. Kiska z utoku vini Rusov, NATO sme ponukli sklad municie, 5. 9. 2014.

Sulik R. SaS suhlasi s prezidentom Kiskom. Bratislava: Sloboda a solidarita, 15. 8. 2014. URL: http://www.strana-sas.sk/sulik-sas-suhlasi-s-prezidentom-kiskom/2997

Sulik R. Ukrajina sa stava druhym Greckom. Bratislava: Sloboda a solidarita, 14. 1. 2015. URL: http://www.strana-sas.sk/ukrajina-sa-stava-druhym-greckom--europarlament---richard-sulik/3209

TA3. Slovensko podporuje zvolanie Rady NATO-Rusko, vyhlasil Lajcak. Televizia. 2. 2. 2016. http://www.ta3.com/clanok/1077470/slovensko-podporuje-zvolanie-rady-nato-rusko-vyhlasil-lajcak.html (pristup 21. 2. 2017).

The Election to the National Council of the Slovak Republic 2016. Bratislava: Statistical Office of the Slovak Republic 2016.

V energetike.sk. Premieri na novom Nord Streame kritizuju viacero veci. 18. 3. 2016. URL: http://venergetike.sk/premieri-na-novom-nord-streame-kritizuju-viacero-veci/

Vrazda D. Kotleba pise list ukrajinskemu prezidentovi Janukovycovi: Neustupujte. Sme, 31. 1.2014. Vyhlasenie Narodnej rady Slovenskej republiky k situacii na Ukrajine. № 1349. Bratislava: NR SR, 22. 9. 2014. Vyhlasenie NR SR k situacii na Ukrajine. Резолюция № 1060. Bratislava: NR SR, 18.3.2014. Webnoviny. Fico sa vyjadril k novym sankciam. Ukrajinu v NATO nechce. 6. 9. 2014. URL: https://www.webnoviny.sk/fico-sa-vyjadril-k-novym-sankciam-ukrajinu-v-nato-nechce/

Webnoviny.sk. Flasikova odsudila, ze krajiny neuznali referendum na Kryme., 17. 3. 2014. URL: https://www.webnoviny.sk/flasikova-odsudila-ze-krajiny-neuznali-referendum-na-kryme/

Slovakia and Russia after the events in Crimea 2014 -between national interests and identity

Author. Marusiak Ju., PhD, Senior Researcher of the Institute of Political Sciences of the Slovak Academy of Sciences. Address: Slovakia, 84104, Bratislava, Dubravska cesta 9. E-mail: marusiak@up.upsav.sk

Abstract. The article analyzes the development of bilateral relations between Slovakia and Russia with the focus on the conflict in Ukraine since 2014. Paper shows how the construction of the political identity of Slovakia as a new independent and post-communist state can change its national interests and subsequently its behavior in international relations. The author also emphasizes specific interests of Slovakia towards Russia that differ from the interests of other EU and NATO member states. The comparative analysis of the reactions of the political parties and non-governmental organizations to the crisis is presented. The conclusion is that political elites in Slovakia do not consider the replacement of the EU and NATO membership by the close political, economic and security cooperation with Russia. The author states that the national interests of Slovakia and the Russian Federation in the context of Ukraine crisis are different.

Keywords: Slovakia, policy towards Russia, Ukrainian factor, Ukrainian crisis, political influence, political orientation, political parties.