Триллион на бедность

7 октября президент России Дмитрий Медведев заявил, что государство предоставит российским банкам кредит на сумму до 950 млрд рублей сроком не менее чем на пять лет. По оценкам экспертов, до экономики эти средства не дойдут, останутся в крупных банках. Между тем кризис, похоже, уже перекинулся на реальный сектор экономики.

Куда уходят средства

Решение о почти триллионной поддержке было оглашено после совещания президента с экономическим блоком правительства. Общая сумма кредита будет распределена следующим образом: Сбербанку поступит до 500 млрд рублей, ВТБ — до 200 млрд, Россельхозбанку — до 25 млрд, другим банкам — до 225 млрд.

Субординированный кредит Сбербанку будет выделен напрямую из Центробанка. А кредиты ВТБ, Россельхозбанку и другим банкам поступят через Внешэкономбанк (ВЭБ) из средств одного из суверенных фондов. Под "другими банками", как следовало из заявления министра финансов РФ Алексея Кудрина, правительство подразумевало "коммерческие банки, имеющие соответствующие рейтинги". Алексей Кудрин сообщил: "За счет средств бюджета будет предоставлена возможность любому коммерческому банку, имеющему соответствующий рейтинг, получить кредит в размере 15% уставного капитала при условии, что 30% будут предоставлены акционерами".

Получается, что правительство предоставит возможность получить субординированный кредит только тем коммерческим банкам, где акционеры смогут профинансировать две трети от требуемой суммы. При этом, как уточнил Алексей Кудрин, деньги будут предоставляться поэтапно, траншами. Кроме того, более ста банков смогут получить к середине ноября беззалоговые кредиты в ЦБ. Все эти меры по замыслу правительства призваны решить вопрос долгосрочного кредитования финансовых институтов и, соответственно, компаний реального сектора.

В частности, получая такой субординированный кредит, банк будет выплачивать основную сумму долга единым платежом по окончании срока действия договора, который должен составлять не менее пяти лет. Проценты по кредиту не будут превышать размер ставки рефинансирования ЦБ, которая на сегодняшний день установлена в размере 11%. Эта ставка останется неизменной на протяжении всего действия договора. И если заемщик не нарушит условий договора, субординированный кредит не сможет быть истребован кредитором ранее окончания оговоренного срока.

Двойной негатив

Эффективность предыдущих государственных вливаний пока оставляет желать лучшего. Практически во всех правительственных мероприятиях в качестве выгодоприобретателей фигурируют одни и те же крупнейшие банки, в частности Сбербанк и ВТБ. То есть те игроки, которые меньше всех пострадали от кризиса ликвидности. Зато государство предоставляет им возможность маневрировать немалыми средствами. И к тому же почти бесплатно: что такое ставка рефинансирования 11% годовых при официальном прогнозе инфляции 11,8%? Выгодный бизнес.

Когда трем крупнейшим банкам — Сбербанку, ВТБ и Газпромбанку — правительством было решено выделить средства для поддержки и кредитования рынка репо, ставки, по которым могли одолжить у этих трех структур остальные кредитные учреждения, доходили, по словам участников рынка, до 20-22%. Причем, переводя на баланс этих структур бюджетные средства в размере 350 млрд рублей, правительство не требовало от них два рубля на каждый государственный рубль, как от других.

Интересен и тот факт, что, несмотря на отсутствие денег в финансовой системе, еще в сентябре, по данным Росстата, заметно ускорился рост цен. В частности, за последнюю неделю сентября уровень инфляции составил 0,3%, а за месяц цены выросли на 0,8%, что вдвое выше прогнозов правительства. А с начала года инфляция в России составила 10,8% при прогнозе на год 11,8%.

Количество и качество

С точки зрения адресата государственной поддержки ничего не меняется, средства налогоплательщиков снова перераспределяются в пользу крупных полугосударственных структур. И лишь немногие банки, кроме этих структур, смогут воспользоваться государственным рефинансированием.

При этом нельзя не отметить, что предложенный правительством механизм обладает большим коррупционным потенциалом. Ведь между банковской системой и государственным рефинансированием появляются посредники — крупные банки. Причем посредники до последнего времени даже нелегитимные. Лишь 3 октября Госдума одобрила в первом чтении законопроект "О дополнительных мерах по поддержке финансовой системы России", согласно которому золотовалютные резервы страны смогут использоваться для помощи частным кредитным организациям. Символично, что ради рассмотрения этого законопроекта во втором чтении 7 октября было отложено принятие антикоррупционных законов, не раз презентованных лично президентом Дмитрием Медведевым.

На прошлой неделе кризис впервые затронул реальный сектор экономики. 6 октября ГАЗ остановил конвейер по сборке грузовиков, а КамАЗ сократил рабочую неделю. Пока эти меры заявлены как временные (на неделю и на два месяца соответственно).

А дальше — больше. Кризис в реальном секторе стал развиваться. Так, 7 октября вице-президент по финансам и экономике управляющей компании ОАО ММК Владимир Шмаков заявил: "Кризис уменьшил платежеспособность российских компаний, покупающих наш металл. В долг отпускать прокат мы не можем, поскольку нам самим нужно покупать сырье и расходные материалы. Что же касается экспорта, то в связи с резким падением цен на мировых рынках на черный и цветной металл сегодня продавать продукцию на экспорт убыточно. Производственная программа октября снижена до 850 тыс. тонн проката, а заказов получено менее чем на 600 тыс. тонн".

На прошлой неделе кризис впервые приобрел и социальный аспект. Директор по персоналу и социальным программам ОАО ММК Александр Маструев был откровенен: "В результате высвободится около 3 тыс. работников... Будут реализованы мероприятия по оптимизации численности персонала. Временно закрыт прием на работу. Возможны отпуска без содержания".

Передел рынка

Таким образом, российский кризис вышел за пределы банковской системы и фондового рынка и стал расползаться по экономике. В России начинается то, чего более всего боялись (и чего не смогли избежать) в США,— рецессия.

Спад производства плох еще и тем, что является очевидным поводом для изменения фундаментальной оценки стоимости компаний. До сих пор все расчеты строились на предположении, что темп экономического роста в России сохранится на уровне 6-8% в год. Спад производства на крупнейших промышленных предприятиях показывает, что это предположение может оказаться неверным.

Пока инвестиционные компании и рейтинговые агентства еще не начали пересматривать фундаментальные оценки стоимости российских активов. Но если спад производства сохранится, это неизбежно. И это будет весьма болезненно, поскольку на основе фундаментальных оценок выставляются инвестиционные рейтинги. Снижение же фундаментальных оценок может стать катализатором снижения рейтингов, что еще более осложнит доступ российских компаний к рефинансированию. Порочный круг.