Уголовный кодекс защищают от незаконного обогащения

Статья 20 Конвенции ООН против коррупции, предусматривающая признание незаконного обогащения госслужащих уголовным деянием, не нуждается в ратификации на территории России. Об этом заявили в Минюсте, пояснив, что положения статьи конвенции уже реализованы в законе о контроле за соответствием расходов госслужащих их доходам. О том, что российское законодательство и так «полностью соответствует международной конвенции», накануне сообщил глава администрации президента Сергей Иванов.

Конвенция ООН против коррупции ратифицирована Россией «без оговорок в полном объеме», сообщили «Интерфаксу» в Минюсте в ответ на просьбу разъяснить правовой статус ст. 20 документа ООН. В ней говорится, что «незаконное обогащение, то есть значительное увеличение активов публичного должностного лица, превышающее его законные доходы, которое оно не может разумным образом обосновать», признается уголовно наказуемым деянием. Россия ратифицировала конвенцию 8 марта 2006 года, однако ряд статей, в том числе ст. 20, ратифицированы не были.

Как пояснили в Минюсте, «ст. 20 Конвенции ООН против коррупции носит диспозитивный характер, то есть государствам-участникам предлагается самим определиться относительно путей ее реализации с учетом своих конституций и основополагающих принципов своих правовых систем». Положения этой статьи уже реализованы в принятом в 2012 году федеральном законе «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», заявили в министерстве. Закон, указали в Минюсте, устанавливает «порядок осуществления контроля за расходами и механизм обращения в доход РФ имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы».

Как писал “Ъ” 9 декабря, глава президентской администрации Сергей Иванов, подводя итоги антикоррупционной работы, усомнился в необходимости ратификации ст. 20 Конвенции ООН по борьбе с коррупцией, поскольку российское законодательство и так «полностью соответствует международной конвенции». «В нашем Уголовном кодексе есть целый ряд статей, которые прописывают по отдельным направлениям необоснованное обогащение,— это нецелевое использование бюджета, злоупотребление должностными полномочиями, получение взятки, посредничество при даче взятки, дача взятки»,— разъяснила глава Государственно-правового управления президента Лариса Брычева.

Напомним, 9 января на сайте Российской общественной инициативы была размещена инициатива о введении уголовной ответственности за незаконное обогащение чиновников. Ее авторы — Фонд борьбы с коррупцией Алексея Навального — предложили распространить юрисдикцию России на ст. 20 Конвенции ООН против коррупции и ввести в Уголовный кодекс РФ новый состав преступления «Незаконное обогащение» в отношении лиц, обязанных представлять сведения о своих доходах и расходах. Инициатива преодолела необходимый порог в 100 тыс. голосов. В начале декабря министр по связям с «Открытым правительством» Михаил Абызов пообещал, что в течение двух месяцев инициативу ФБК рассмотрит экспертная рабочая группа федерального уровня (см. “Ъ” от 11 декабря).

Как коррупционным деньгам затрудняют движение

В сентябре глава администрации президента (АП) Сергей Иванов заявил об очередном ужесточении в борьбе с коррупцией, в том числе предстоящем отчете чиновников о движении крупных денежных средств на их счетах. Со следующего года схема отчетности чиновников о собственности вновь изменится. Читайте подробнее

Как КПРФ собрала подписи за ратификацию 20-й статьи Конвенции ООН

В феврале прошлого года КПРФ удалось собрать 100 тыс. подписей за ратификацию ст. 20 Конвенции ООН против коррупции, которая предусматривает наказание за незаконное обогащение чиновников. В партии намеревались передать подписи Владимиру Путину, который и предложил учитывать публичные петиции. В «Единой России» тогда заявили “Ъ”, что все необходимое антикоррупционное законодательство уже принято. Читайте подробнее