Языковые маркеры англосаксонской культуры в переводной русской речи персонажей (на материале пьесы Т. Уильямса «Стеклянный зверинец»)

полноценностью, жалким одиноким существованием. Немецкое ассоциативное поле имеет более широкую и разнообразную периферию, и в целом отмечается большее количество ассоциатов, отражающих положительное отношение носителей немецкого языка к старческому возрасту, предопределяемое современными социально-экономическими установками. Для большинства немецких респондентов третий возраст связан, в первую очередь, с выходом на пенсию, т. е. со снижением социально-экономической активности, а также с отдыхом и любимыми занятиями.

Литература

1. Александрова З.Е. Словарь синонимов русского языка / З.Е. Александрова; под ред. Л. А. Чешко. 3-е изд., стер. М.: Сов. энцикл., 1971.

2. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка / В.И. Даль. М.: Рус. яз., 1991. Т. IV.

3. Краснова О. Порождение заблуждений: пожилые люди и старость [Электронный ресурс] / О. Краснова // Отеч. зап.: журн. для медленного чтения. 2005. № 3(24). Режим доступа: http:www. strana-oz.ru?numid=24&article =1077, свободный. Заглавие с экрана.

4. Русский ассоциативный словарь: в 2 т. Т. 1: От стимула к реакции / Ю.Н. Караулов, Г.А. Черкасова, Н.В. Уфимцева [и др.]. М.: ООО «Издательство “Астрель”»; ООО «Издательство “АСТ”», 2002.

5. Справочник по психологии и психиатрии детского и подросткового возраста. СПб.: Питер, 2000.

6. Степанов Ю.С. Константы. Словарь русской культуры / Ю.С. Степанов. М.: Шк. «Яз. рус. культуры», 1997.

7. Duden. Deutsches Universalwörterbuch / Duden. Mannheim - Wien - Zurich: Dudenverlag, 2000.

Ethnic and cultural specific of the concept “old age”

There is given the description of the concept “old age ” in the associate dictionaries and associate experiments in the Russian and German languages. The ethnic and cultural similarity and distinction in the content of this concept in the two languages are established.

Key words: associate, associate area, associate experiment, conceptual attribute, associate area core.

O.B. КРЫСАЛО

ЯЗЫКОВЫЕ МАРКЕРЫ АНГЛОСАКСОНСКОЙ КУЛЬТУРЫ В ПЕРЕВОДНОЙ РУССКОЙ РЕЧИ ПЕРСОНАЖЕЙ

На материале сопоставительного анализа англоязычного оригинала и двух переводов на русский язык пьесы американского драматурга Теннесси Уильямса «Стеклянный зверинец» рассматривается проблема передачи маркеров англосаксонской культуры в тексте перевода пьесы на русский язык. Установлено, что основными инокультурными маркерами в анализируемом тексте являются онимы, фразеологизмы, паремии и некоторые стилистические фигуры.

Ёё^аайа пёТаа: перевод, лингвокультурология, англосаксонская культура, русская культура, маркер.

Создавая художественное произведение, автор произвольно или непроизвольно наполняет текст маркерами, сигнализирующими о его принадлежности к определенной культуре. Такими национально-специфическими «ключами» могут быть как явные ссылки на определенные культурные признаки, так и имплицитные указания на специфические черты, которые обычно ассоциируются с моделями определенной культуры.

При переводе на другой язык лингвокультурные маркеры в произведении претерпевают ряд значительных изменений. Для иллюстрации языкового воплощения маркеров англосаксонской культуры в русском тексте взяты два перевода пьесы Т. Уильямса «Стеклянный зверинец» (“The Glass Menagerie”), выполненные Г. Злобиным и А. Завалий.

Судя по нашим наблюдениям, наиболее распространенными элементами иноязычной культуры в русском тексте данного драматургического произведения являются онимы - имена персонажей (Аманда Уингфилд, Лаура Уингфилд, Том Уингфилд, Джим О’Коннор), географические названия (Сент-Луис, Мемфис, Чикаго) и т. п. Являясь бесспорными репрезентантами американской культуры, некоторые

© Крысало О.В., 2009

топонимы в тексте пьесы заключают в себе информацию, не знакомую русскому читателю, но абсолютно необходимую для более точного понимания художественных образов и смысла пьесы в целом. Так, героиня пьесы Аманда Уингфилд в самом начале первой картины восклицает: «Why, I remember one Sunday afternoon in Blue Mountain when your mother was a girl...» [1: 238].

Blue Mountain - название городка в одном из южных штатов США, откуда родом героиня пьесы. Героями очень многих пьес Уильямса являются именно южане - потомки аристократов, люди с тонкой душевной организацией, однако абсолютно не приспособленные к жизни в современном жестоком мире. Именно таким персонажем является героиня пьесы «Стеклянный зверинец» Аманда, а ее происхождение, на котором акцентировал внимание Уильямс, во многом объясняет и ее поведение. В переводе А. Завалий рядом с названием Блу Маунтан находим примечание: «Город в штате Теннесси», что предоставляет читателю, хотя и не в полной мере, информацию экстралингвистического характера, необходимую для адекватного восприятия данного топонима. В переводе же Г. Злобина нет подобного комментария, что, на наш взгляд, несколько осложняет соответствующую трактовку авторской концепции.

В последнем из указанных переводов отсутствуют комментарии и при использовании других имен собственных, являющихся маркерами американской культуры и абсолютно не знакомых русскому читателю: «Дочери Американской Революции», «Континентальная Обувь», кекуок и др. В варианте А. Завалий все эти реалии американской жизни первой половины XX в. снабжены комментариями переводчика: «Дочери Американской Революции» - закрытый исторический клуб наследников участников революции, действующий до наших дней; «Континентальная Обувь» - название обувного магазина, в котором работает Том; Берхтесгаден (Berchtesgaden) - городок на юго-востоке Германии, вблизи которого на вершине одной из гор располагалась летняя вилла Гитлера; Невил Чемберлен (Neville Chamberlain) - премьер-министр Великобритании; кекуок (cake walk) - разновидность танца и др.

В переводе А. Завалий присутствует довольно обширный комментарий явлений американской и европейской куль-

тур, однако, на наш взгляд, текст пьесы перенасыщен национальными маркерами. В переводе Г. Злобина названия многих явлений чужой для русского читателя культуры заменены нейтральными гиперонимами: сладкое (в варианте А. Завалий бланманже), граммофон (Виктрола), жевательная резинка (Уиригли), пшеничные хлопья (Пурина), гарнир (соус «Дорки), вишневый ликер (вишня в «Маскино») и др., что делает инокультурные маркеры более приемлемыми для восприятия реципиента.

Маркером американской культуры в тексте пьесы «Стеклянный зверинец» являются и описания обычая, которого нет в русской культуре:

«Аманда. Чем ты любуешься?

Том. Месяцем.

Аманда. А что, уже народился?

Том. Вон он - над “Деликатесами Гэр-финкела ”.

Аманда. И правда, смотри-ка! Совсем как серебряная туфелька. Ты уже загадал желание, Том?

Том. Угу» [2: 32].

«Аманда. Лаура!.. Лаура.

Лаура (из кухни). Что, мама?

Аманда. Ну-ка, оставь посуду, иди сюда. Подойди-ка. Посмотри - месяц! Давай загадаем желание.

Лаура. Месяц ну и что?

Аманда. Смотри, как серебряная туфелька, правда? Обернись-ка через левое плечо и загадай желание!» [3: 37].

Для названий многих элементов англосаксонской культуры, представленных в пьесе «Стеклянный зверинец», в русском языке нет эквивалентов, и это значительно усложняет работу переводчика. Адаптация таких элементов сводится к процессу их элиминирования, осуществляющемуся двумя основными способами: заполнением и компенсацией.

Заполнение лакун - это раскрытие смысла понятия или слова, принадлежащего не знакомой читателю культуре. Данный прием применяется и при переводе пьесы «Стеклянный зверинец» на русский язык. Так, в переводе, выполненном А. Завалий, типичные для американцев, но не знакомые для русских читателей слова снабжены подробными комментариями переводчика. Например, «селотекс (в оригинале “сеіоіех”) - изолирующий материал, применяющийся при отделке помещений» и др.

Однако более распространенным способом элиминирования лакун в русском

тексте данной пьесы Т. Уильямса является процесс компенсации, при котором для облегчения понимания какого-либо фрагмента чужой культуры в текст вводится специфический элемент культуры реципиента. Так, в русском тексте появляются указания на реалии, знакомые читателю, ссылки на хорошо известные ему отечественные произведения литературы, искусства, помогающие понять явления американской культуры: broomstick - помело, ce-lotex - камышит (перевод Г. Злобина); cap with earmuffs - шапка-ушанка, service-car -такси, angel-food cake - гоголь-моголь, cotillion - кадриль, Rise and shine! (воен. призыв к подъему) - Проснись и пой! (строки из песни к одноименному кинофильму) (перевод А. Завалий) и др.

Особую сложность для переводчика представляют каламбуры и некоторые другие стилистические фигуры, которые использует в речи персонажей автор и которым невозможно найти соответствия в языке перевода. Так, в английском варианте пьесы «Стеклянный зверинец» у Лауры Уингфилд есть прозвище Голубая Роза. Причины его появления объясняет сам персонаж в одной из реплик: «LAURA. When I had that attack of pleurosis - he asked me what was the matter when I came back. I said pleurosis - he thought that I said “Blue Roses”. So that’s what he always called me after that. Whenever he saw me, he’d holler, “Hello, Blue Roses!”» [1: 242].

При устранении данной стилистической лакуны А. Завалий использует элементы и компенсации, и заполнения: «ЛОРА: Я болела плевритом - и он спросил меня, что со мной случилось, когда я вернулась в школу. Где-то у врача я прочла латинское название этой болезни и ответила ему, что у меня был сильный плюрозис - а ему показалось, что я сказала “Синие Розы ”! После этого он стал всегда называть меня так. Как только он увидит меня, сразу закричит: “Привет, Синие Розы”!» [2: 8]. И реплика снабжена комментарием переводчика: «При переводе этой части диалога были внесены некоторые добавления, отсутствующие в оригинале, но необходимые для сохранения изначального смысла. Для ясности я частично приведу английский текст объяснения Лоры, построенный на игре слов и трудно поддающийся точному переводу: « When I had that attack of pleuro-sis - he asked me what was the matter when I came back.. I said pleurosis - he thought that

I said “Blue Roses”. So that’s what he always called me after that».

В переводе Г. Злобина наблюдается лишь прием компенсации, что несколько искажает оригинальную стилистическую окраску данного фрагмента: «Лаура. Помнишь, я заболела?.. А когда снова пошла в школу, он спросил, что со мной было. Я сказала “невроз ”, а ему послышалось “роза ”. С тех пор так и пошло. Как завидит меня, кричит: “Привет, Голубая роза!”» [3: 19].

Аналогичные способы передачи языковой игры фиксируются в следующем примере: «TOM. ... People go to the movies instead of moving! [1: 261]. - Люди ходят в кино, вместо того, чтобы двигаться самим! с комментарием “People go to the movies instead of moving.”» [2: 40]; «Люди ходят в кино, смотрят бегущую ленту, а сами ни с места!» [3: 45].

Очевидно, что приемы компенсации и заполнения используются переводчиками в тех случаях, когда сохранить лакуны не представляется возможным, а необходимо сделать текст максимально понятным русскому читателю, добиться воздействия на реципиента, аналогичного тому, которое оказывает оригинал на носителя исходного языка. Тем не менее элиминирование лакун влечет за собой утрату национальной специфики исходной культуры и обязательно вводит в текст элементы культуры реципиента.

Важными национально-культурными маркерами в тексте перевода драматургического произведения являются фразеологизмы и паремии, используемые, в частности, в прямой речи персонажей. Результаты сравнения насыщенности оригинального и переводных текстов пьесы «Стеклянный зверинец» фразеологическими единицами позволяют сделать следующие выводы: не все идиомы оригинального произведения, являющиеся американскими национально-культурными маркерами, транслируются в русский текст; в переводах наблюдается процесс замены словосочетаний, свободных в английском языке, русскими фразеологизмами, что значительно усиливает в произведении «присутствие» национальной культуры языка перевода.

Аналогичные процессы происходят и при переводе на русский язык английских пословиц, «вложенных» Уильямсом в уста героев пьесы «Стеклянный зверинец». Так, в оригинальном варианте произведения неоднократно встречаются пословицы, произносимые Амандой Уингфилд - одной из

главных героинь: Sticks and stones can break our bones, Still water runs deep и др. В переводе А. Завалий данным паремиям дается дословный перевод и комментарий: «АМАНДА: От камня да трости ломит кости, а от выражения на лице у мистера Гарфин-келя нам вреда не будет» [2: 13]; в конце текста расположен комментарий переводчика: «Sticks and stones can break our bones» (вариант перевода: «Болят бока от палок да кнута»); «АМАНДА: ... Такая тихая, но все же воды текут на глубине» (Там же: 14).

В переводе, выполненном Г. Злобиным, используются русские эквиваленты пословиц: «Аманда. Подумаешь, недовольное. Нам с его лица воды не пить... [3: 25]; Аманда (притрагиваясь к его руке). Ты знаешь, какая она. Тихая, смирная, но ... в тихом омуте...» (Там же: 27).

Не вызывает сомнения тот факт, что пословицы являются чрезвычайно трудными для перевода, поскольку в них заключены особенности национальной культуры. Однако использование в переводе данного произведения русских эквивалентов паремий, на наш взгляд, является абсолютно необходимым - главным образом для максимально точной передачи на другой язык особенностей языковой личности персонажа, в речи которого данные пословицы употребляются.

Таким образом, при анализе маркеров англосаксонской культуры в русском переводе пьесы Т. Уильямса, к которым принадлежат имена собственные, фразеологизмы, пословицы, некоторые стилистические приемы, становится очевидным тот факт, что перевод этих единиц представляет сложность для переводчика. В рассматриваемых переводах наблюдаются следующие пути решения данной проблемы: заполнение таких лакун, предполагающее лингвокультурологический и стилистический комментарий переводчика; компенсация, заключающаяся в замене лакунарного понятия русским эквивалентом; и, на наш взгляд, наименее оправданный прием «устранения» маркера из русского текста, что значительно искажает прагматику текста.

Литература

1. Williams Tennessee. The glass Menagerie / Tennessee Williams // Modern American Dramas. N.Y.: Harcourt, Brace & World, Inc., 1949. 382 p.

2. Уильямс Т. Стеклянный зверинец [Электронный ресурс] / Т. Уильямс; пер. с англ. А. За-валий. Режим доступа: http://www.lib.ru/PXE-8У/^1ШАМ8/7УегтесЛй.

3. Уильямс Т. Стеклянный зверинец / Т. Уильямс; пер. с англ. Г. Злобина // Кошка на раскаленной крыше: пьесы, роман, рассказы. М.: Изд-во «Эксмо», 2003. 480 с.

Language markers of Anglo-Saxon culture in the translated Russian speech of characters

On the comparative analysis oyzf the English original text and two variants of the Russian translation of the play “The Glass Menagerie ” by Tennessee Williams, the problem of transferring the markers of Anglo-Saxon culture is reviewed. It is established that the main cultural markers are onyms, idioms, paremias and some stylistic devices.

Key words: translation, lingvocultural studies, Anglo-Saxon culture, Russian culture, marker.

О.В. ПАВЛОВА

АССОЦИАТИВНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ВЕРБАЛЬНЫХ РЕПРЕЗЕНТАЦИЙ КОНЦЕПТА «ВОРОВСТВО» В РУССКОМ И НЕМЕЦКОМ СОЦИУМАХ

На материале проведенных ассоциативных экспериментов предлагается описание ассоциативной характеристики концепта «воровство» в русской и немецкой лингвокультурах. Установлено, что ядерная часть этого концепта в сопоставляемых лингвокультурах идентична.

Её^^аайа пёТаа: лингвокулътура, концепт, ассоциация, ассоциативный свободный эксперимент, ассоциативный направленный эксперимент, слово-стимул, слово-реакция.

Познавательная деятельность человека позволяет ему ориентироваться в мире, она непосредственно связана с необходимостью распознавать объекты. Концепты и возникают для такого рода действий. Отсюда следует, что формирование кон-

© Павлова О.В., 2009