Исследовательские социологические парадигмы и их комбинации: когнитивные дилеммы Роберта Алфорда

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 18. СОЦИОЛОГИЯ И ПОЛИТОЛОГИЯ. 2011. № 4

О.И. Губин, канд. филос. наук, визит-профессор-исследователь кафедры социологии Калифорнийского университета (Лос-Анджелес)*

ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ПАРАДИГМЫ И ИХ КОМБИНАЦИИ: КОГНИТИВНЫЕ ДИЛЕММЫ РОБЕРТА АЛФОРДА1

Американский социолог Роберт Алфорд трансформировал Кунову парадигму в исследовательскую парадигму, объединил под ее эгидой теории, методы и эмпирические данные и представил многопарадигматичную модель социологии, состоящую из многомерной, интерпретивной и исторической парадигм. Эти парадигмы просматриваются в неявном виде в форме исходно-основополагающего и дополняющего аргументов-посылок в классических социологических исследованиях, что в свою очередь указывает на латентно -имлицитную теоретико-концептуальную многопарадигматичность (ЛИТМ) социологии. Однако выясняется, что Алфорд неоправданно редуцировал исследовательские парадигмы до методов социологического исследования. В силу этого его многопарадигматичная модель социологии предстает мно-гометодной. А это предполагает дальнейший поиск социологических парадигм, но уже за пределами Алфордской модели.

Ключевые слова: многопарадигматичная социология, исследовательская парадигма, многомерная парадигма, интепретивная парадигма, историческая парадигма, комбинация парадигм, латентно-имплицитная теоретико-концептуальная многопарадигматичность (ЛИТМ).

American sociologist Robert Alford transformed Kuhnian paradigm into the paradigm of inquiry, put together under its aegis theories, methods, and evidence, and developed multiparadigmatic model of sociology composed of multivariate, interpretive, and historical paradigms. These paradigms covertly exist in the form of foreground and background arguments in major classical sociological works that, in its turn, points out to the latently-implicit conceptual-theoretical multiparadigmatism (LITM) of sociology. However, it turns out to be that Alford unjustifiably reduced paradigms of inquiry to research methods and, consequently, reduced multi-paradigmatic sociology to multimethodical. And that requires further search of sociological paradigms outside the Alfords' model.

Key words: multiparadigmatic sociology, paradigm of inquiry, multivariate paradigm, interpretive paradigm, historical paradigm, latently-implicit conceptual-theoretical multiparadigmatism (LITM).

Концепция исследовательской парадигмы (paradigm of inquiry) изложена в монографии Роберта Алфорда "Мастерство исследова-

* Губин Олег Иванович, e-mail: ogubin@ucla.edu

1 Статья продолжает анализ социологических парадигм и моделей многопара-дигматичной социологии, выдвинутых ведущими американскими социологами, и дополняет исследование: Губин О.И. Собирательно-имиджевая модель социологической пардигмы: критический анализ многопарадигматичной социологии Джор-жа Ритцера // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 18. Социология и политология. 2011. № 3.

ния: теории, методы, свидетельства"2. Алфорд видит в исследовательской парадигме трехсоставный когнитивный инструментарий3, объединяющий теорию, методы, и эмпирические основания социологии. По своему многосоставному строению исследовательская парадигма напоминиет собирательно-имиджевую парадигму Джоржа Ритцера4. Однако не это в ней главное. С помощью исследовательской парадигмы Алфорд стремится решить системообразующую проблему современной социологии, подмеченную еще Чарлзом Райтом Миллсом в классическом труде "Социологическое воображение". Суть проблемы заключается в недопустимом раздельном сосуществовании двух социологий: абстрактно-теоретической надэмпирической социологии, типичным экземпляром которой является работа Талкотта Парсонса "Социальная система"5, и социологии абстрактного эмпирицизма6 Пола Лазарсфельда

2 Alford R. The craft of inquiry: theory, method, evidence. N.Y., 1998. Роберт Алфорд считается патриархом американской политической социологии. Получив Ph.D. в Беркли, он некоторое время работал ассистентом-исследователем профессора Сеймура Мартина Липсета. Его перу принадлежат такие известные работы, как "Party and society: the Anglo-American democracies, health care politics: ideological and interest group barriers to reform" (удостоена награды Чарльза Райта Миллса) и ставшая классической "The powers of theory: capitalism, the state, and democracy" (в соавторстве с Фрейдландом). В 1997 г. Американская социологическая ассоциация официально отметила его выдающийся вклад в преподавание социологии. Монография "The craft of inquiry: theories, methods, evidence" синтезирует его многолетнюю практику преподавания социологии. В конце жизни Алфорд был одним из редакторов "Handbook of political sociology". Перед смертью в 2003 г. Робер Алфорд преподавал в качестве Distinguished professor of sociology at the city University of New York (Graduate Center).

3 Роберт Алфорд называет парадигму когнитивным предприятием (cognitive enterprise) или когнитивным устройством (cognitive device) (Alford R. The craft of inquiry... P. 2, 33).

4 Ритцер, развивая идеи Куна о многосоставной структуре научной парадигмы, включил в ее состав теории, методы, инструментарии и репрезентативные работы (см.: Губин О.И. Указ. соч.).

5 Миллс иронично называет труд Парсонса "Социальная система" (Parsons T. The social system. N.Y., 1951) термином "grand theory". Ирония заключается в том, что в прямом переводе "grand theory" звучит как "грандиозно-возвышенная теория" или "грандиозно-высокопарная теория". В этом смысле "Социальная cистема" и просматривающаяся в ней разновидность социологии подаются Миллсом возвышающимися или парящими над эмпирией. С нашей точки зрения, это не совсем справедливо по отношению к Парсонсу, так как выглядит пародийно. Поэтому прямому переводу мы предпочли более мягкий вариант. Отсюда и использование нами словосочетания "абстрактно-теоретическая надэмпирическая социология". К слову говоря, читая ироничный разбор Миллсом главной работы Парсонса как витающей над реалиями жизни и требующей приземления и упрощенных комментариев, начинаешь больше понимать суть конфликта Питирима Сорокина с Парсонсом, равно как и причину критического отношения Сорокина к так называемым грандиозно-высокопарным и синтетическим теоретизированиям автора "Социальной cистемы".

6 Mills C.W. Sociological imagination. Oxford, 1959. Abstract Empiricism. P. 50—75.

с его увлеченностью сбором, обобщением и статистическими методами обработки эмпирических данных, но без включенности этих данных в субстанциональные теоретические конструкции7. Постараемся разобраться, как Алфорд решает проблему, поставленную Миллсом, и проникнуть во внутреннюю логику его рассуждений.

Структура исследовательской парадигмы

Согласно Алфорду, в социологии существует многообразие способов и путей изучения социальных явлений и получения значимых выводов и аргументов из эмпирических данных. Наиболее продуктивный путь парадигматический, объединяющий теоретические предположения, методологические процедуры и стандартные эмпирические показатели в триедином когнитивном инструментарии под названием "исследовательская парадигма"8. Помимо этого исследовательская парадигма включает операционные правила приемлемых отношений между теориями, методами и показателями. Эти правила лежат в основе прикладных социологических исследований, проводимых членами научного сообщества или подвижниками исследовательской программы или традиции9. Исследовательская парадигма предопределяет и формирует исходную когнитивную посылку социологического анализа, которую Алфорд рассматривает как основополагающий аргумент (foreground argument)10.

Алфорд, как и Ритцер в своей собирательно-имиджевой парадигме, отталкивается от многосоставной структуры Куновой парадигмы11. Однако Алфорд идет не по пути ее упрощения, как это делал Ритцер, а по пути усложнения, высвечивая тем самым многогранность и сложность этого системообразующего элемента науки. Исследовательская парадигма Алфорда включает в себя помимо

7 Ibid. P. 25—100; Alford R. The craft of inquiry. P. 5—11.

8 Согласно Алфорду, классическими примерами такого триединого парадигматического исследования социальных процессов являются труды Макса Вебера, Карла Маркса и Эмиля Дюркгейма, которые выгодно отличаются от работ rfr Тал-котта Парсонса, так и Пола Лазарсфельда.

9 Следует отметить, что ряд американских социологов оперируют не термином Куна "парадигма", а предпочитают использовать вместо него такие обобщающие понятия, как "исследовательская программа", "традиция" и "видение" (Collins R. Four sociological traditions. Oxford, 1994; Levine D. Visions of the sociological traditions. Chicago; L., 1995).

10 Прямому переводу "foreground" как "передний" или "первоочередной" мы предпочли "основополагающий" или "исходный".

11 Masterman M. The nature of paradigm // Criticism and Growth of Knowledge / Ed. by I. Lakatos, A. Musgrave. Cambridge, 1970. P. 73—74; Губин О.И. От парадигмы к структуризированному лексикону: лингвистический и социологический поворот Томаса Куна // Социология. 2009. № 4. C. 41—42.

указанных выше четырех структурных составляющих (предположения, процедуры, показатели и правила) объект исследования в единстве макро- и микроуровней, источники знания и исследования, единицы и результаты анализа, характеристику исследователя, центральную метафору, методы исследования и центральный исследовательский вопрос.

Классификация исследовательских парадигм

Развивая отличную от Ритцера модель многопарадигматичной социологии, Алфорд выделяет три так называемые традиционные социологические парадигмы12: многомерную (multivariate), интерпре-тивную (interpretive) и историческую (historical). Приведенная ниже таблица кратко суммирует содержание каждой из парадигм13.

Таблица 1

Составляющие парадигм Многомерная Интерпретивная

Микроуровень Поведение Символы События

Макроуровень Структура

Источник знания Данные Наблюдения Свидетельства

Источник исследования Поведение Полевые заметки Тексты

Единица анализа Величины Взаимодействия События

Результаты Объяснения Проникновение, понимание Повествование

Наблюдатель Нейтральный Участник Зритель

Центральная метафора Причина Значение Процесс

Метод Корреляционное измерение Этнография, дискурсивный анализ Историография

Общий ислледо- вательский вопрос Какие факторы объясняют результаты? Как конструируются значения в интеракциях и социальном мире? Какие процессы ведут к событию?

12 Термин "традиционные социологичесие парадигмы" (traditional sociological paradigms) используется Алфордом в противовес ритцеровскому термину "существующие социологические парадигмы" (extant sociological paradigms). Алфорд проводит кардинальное различие между традиционными парадигмами, каждая из которых однобоко исследует социальную реальность, и диалектической парадигмой, которая является интегративной и более совершенной, чем традиционные парадигмы. Согласно Алфорду, диалектическая парадигма еще не разработана и, возможно, не будет разработана никогда в силу ее сложности.

13 Alford R. The craft and inquiry.. P. 51.

Эта модель многопарадигматичной социологии и обозначенные в ней парадигмы выгодно отличаются от Ритцеровской модели как в общесоциологическом, так и в Куновом (философском) смысле слова. Во-первых, бросается в глаза отсутствие разделения парадигм на макроуровневые и микроуровневые. Алфорд совешенно прав, что все социологические парадигмы изучают общество как на микро-, так и на макроуровне. Во-вторых, Ритцеровское разделение парадигм на изучающие социальные факты и на изучающие не социальные факты, а нечто другое, отсутствует в Алфордской классификации парадигм14. В-третьих, в Алфордских парадигмах прослеживаются образы основных типов социологических исследований: квонтативно-корреляционного, кволитативно-интерпре-тивного и историко-архивного. В-четвертых, знатоки творчества Куна и философы науки найдут в Алфордской модели воплощение в жизнь ключевого нововведения Куна, а именно принципа несоизмеримости (incommensurability) парадигм, хотя сам Алфорд считал этот Кунов принцип неприменимым в социологии15. Как видно из табл. 1, Алфордские парадигмы не совпадают ни по одному показателю. Иллюстративным в этом плане является различие в методах исследования. Согласно Алфорду, корреляционный анализ кардинально отличается от дискурсивного, так же как оба выше-упомятутых методa несопоставимы с историографией. Еще более убедительно Алфорд показывает различие парадигм в определении исходной посылки. Рассмотрим эти различия в силу их важности подробнее.

Исходные посылки и исследовательские вопросы

Исходной посылкой многомерной парадигмы, безусловно доминирующей, согласно Алфорду, в американской социологии, выступает положение о том, что общество и его составляющие (индивиды, сообщества, семьи, государственные аппараты, рынки, организации, этносы, гендерные группы, международные системы и т.п.) являются относительно автономными образованиями и подсистемами, которые рассматриваются в качестве единиц анализа,

14 Согласно Ритцеру, в социологии существуют социально-факторная парадигма, или парадигма социальных фактов (social-facts paradigm), которая изучает социальные факты, а также социально-дефинитивная (social-definition paradigm) и социально-поведенческая (social-behavior paradigm) парадигмы, которые не изучают социальные факты, а исследуют другие формы социальной действительности. Помимо этого, согласно Ритцеру, социально-факторная парадигма изучает социальную действительность на макроуровне, в то время как социально-дефинитивная и социально-поведенческая парадигмы отличаются микроуровневыми исследованиями ^м.: Губин О.И. Собирательно-имиджевая модель социологической парадигмы...).

15 AlfordR. The craft and inquiry.. P. 32—33.

представляющих собой сложные совокупности свойств. Эти свойства трансформируются социологами в эмпирически измеряемые величины, которые в свою очередь подразделяются на независимые, зависимые, промежуточные и переменные. Данные переменные предстают включенными в многофакторные корреляционные отношения, как то: регрессии, кластерный анализ, путевой анализ и т.п. Корреляционные отношения в свою очередь измеряются статистическими коэффициентами. Наряду с этим в репертуар многовариантной парадигмы входят стандартные и часто используемые измерения-показатели, как, например, SES (социально-экономический статус), IQ (коэффициент интеллекта) и т.п. Квонтифика-ция, стандартизация и применение статистических методов выставляют многомерную парадигму в качестве единственно научной социологической парадигмы. Квинтэссенцией многомерной парадигмы выступают такие вопросы, как, например: "С какой регулярностью Хвозникает при условии наличия Y?", "Какие антице-дентные, промежуточные и фидбэк16 механизмы воспроизводят, поддерживают и объясняют отошения между Х и Y?" Многомерная парадигма предполагает широкое использование компьютерных программ SSPS и SAS. Эти компьютерные программы подразумевают кодификацию подлежащих обсчету величин. Многомерная парадигма черпает данные из статистических ежегодников или собирает их с помощью опросов-интервью.

Исходная посылка интерпретивной парадигмы17 подчеркивает, что основу общества и его подструктур составляют опосредованные языком символические дискурсы и интеракции, которые образуют культурологическую текстуру (texture) жизни общества. В этой текстуре акторы вступают в переговорные процессы, обмениваются информацией, конструируют и реконструируют знание, оттачивают совместное понимание социальных ситуаций, а также формируют личное восприятие окружающей их действительности. Акторы определяют для себя символично значимые, а по существу, культурологические ориентиры и исходя из них договариваются относительно как скоординированных, так и допустимых индивидуальных действий. Результаты переговоров формулируются и закрепляются

16 В этом контексте мы предпочли прямому переводу английского термина "feedback" как "обратная связь" неологизм "фитбэк", который иногда пишется фитбек.

17 Если при изложении многовариантной парадигмы автор данной статьи старался как можно ближе следовать Алфордскому истолкованию, то интерпретивная парадигма представлена здесь в нашей интерпретации, которая усиливает Хабер-масовскую коммуникативную и Бергеро-Лукманскую социально-конструирующую составляющие. Эти составляющие позволили автору переработать интерпре-тивную парадигму, которая близка как к Ритцеровской социально-дефинитивной парадигме, так и к общепринятой в американской социологии парадигме символического интеракционизма, в коммуникативно-конструирующую парадигму.

в согласованных символически-языковых дефинициях социальных ситуаций18. В этих дефинициях содержатся контуры социального порядка и институтов как на микро- (улица, дом, тюрьма, протестантская община, сообщества "голубых воротничков" или "белых воротничков", гетто и т.п.), так и на макроуровнях (социальный порядок, город, корпорация, международное сообщество). На основе согласованных дефиниций акторы вырабатывают стратегию и тактику поведения и действий, а затем конструируют и реконструируют социальную структуру общества. Эта структура выступает опредмеченным конечным результатом языкового дискурса, коммуникативных акций и символичных дефиниций. Эмпирической базой интерпретивного социологического анализа выступают тексты, опросы, наблюдения, этнографические исследования, документы, интервью и даже эксперименты. Именно в этом ключе, согласно Алфорду, были созданы классические работы Чикагской школы19, которые и по сей день являются показательными произведениями интерпретивной парадигмы. В рамках интерпретивной парадигмы возможны как эмпирические, так и теоретические исследовательские вопросы. Эмпирическими, например, являются вопросы: "Что означает для индивида, группы то или иное поведение, опыт, деятельность?", "Что социально значимого стоит за различными видами взаимодействия социальных агентов?" Теоретические же вопросы формулируются, например, таким образом: "Как понимать и объяснить те или иные значимые социальные действия и их последствия?", "Как те или иные понимания и интерпретации связаны с культурными идентификациями и конструируемыми социальными мирами?"

Исходная посылка исторической парадигмы видит в обществе и его институтах последовательность уникальных событий, происходящих в определенное время, в конкретном социальном про-

18 Сложное понятие "согласованные символически-языковые дефиниции социальных ситуаций" достаточно точно передает на русский язык смысл и содержание такого ключевого термина символического интеракционизма и теории коммуникативных акций, как "common definition of situation." При этом английское "common" мы перевели не как "общее", а как "согласованное", что отражает переговорный процесс, предшествующий появлению таких дефиниций.

19 Алфорд выделяет такие классические работы Чикагской школы: Whyte W.F. Street corner society: the social structure of an Italian slam. Chicago, 1943; Liebow E. Tally's corner: a study of negro streetcorner men. Boston, 1967; Anderson N. The hobo: the sociology of the homeless man. Chicago, 1923; Shannon R. The taxi dancer. N.Y., 1931; Wirth L. The ghetto. Chicago, 1928; Zorbaugh H. The Gold coast and the slum: a sociological study of Chicago's Near North Side. Chicago, 1930. Подробный обзор публикаций Чикагской школы можно найти в: Kurtz L. Evaluating Chicago sociology: a guide to the literature with annotated bibliography. Chicago, 1984; Bulmer M. The Chicago school of sociology: institutionalization, diversity and the rise of sociological research. Chicago, 1984; Platt J. A history of sociological research methods in America: 1920— 1960. Cambridge, 1996.

странстве и структурно-ситуационном контексте20. Этот сложный калейдоскоп исторически значимых событий — как индивидуальных, так и повторяющихся — часто, согласно Алфорду, практически невозможно исследовать многомерными квонтативными методами. И тогда в дело вступает историческая парадигма. Эта парадигма черпает исследовательский материал из текстов, трудов и документов, а также из артефактов прошлого, имеющих отношение к ключевым и драматическим событиям как на макро-, так и на микроуровне. В качестве примеров макрособытий, которые попадают в поле зрения исторической парадигмы, Алфорд приводит Великую французскую революцию 1789 г., распад Советского Союза, Гражданскую войну в США 1861—1865 гг. или события бурных 1960-х гг., известных борьбой за права человека в США. Типовым примером микроуровнего события, достойного внимания историко-социоло-гического анализа, для Алфорда является криминальный процесс над известным чернокожим спортсменом Симсоном, обвинявшимся в убийстве своей бывшей белокожей жены и ее также белокожего бойфренда. Этот микропроцесс войдет в историю из-за своего социального резонанса, который затронул в массовом масштабе расы и расовые отношения. Америка была потрясена тем, что абсолютное большинство белого населения считало Симсона виновным в смерти бывшей жены и ее бойфренда, в то время как абсолютное большинство чернокожего населения было убеждено в обратном. Из этого примера следует, что историческая парадигма исследует отнюдь не все микроуровневые события, процессы, явления, а только такие, в которых, как в зеркале, отражается расстановка и динамика социальных сил, состояние социальной структуры, а также реакция социальных институтов и общества в целом на это микрособытие. Помимо макро- и микрособытий и процессов в поле зрения исторической парадигмы находятся социальные институты, как, например, администрации американских президентов21 или исторические личности масштаба Мартина Лютера Кинга22. События, факты, личности и действия исследуются исторической парадигмой в пространственно-временном контексте и, как правило, объеди-

20 В этом же ключе историческая парадигма представлена в сборнике статей: Visions and methods in historical sociology (Ed. by Th. Skotcpol. Cambridge, 1984). Сборник содержит историко-социологические публикации Марка Блока, Карла Полани, Шумеля Эйзенстадта, Рейнхарда Бенедикса, Пэрри Андерсона, Эдуарда Томсона, Чарльза Тилли, Эммануэля Валлерстайна и Баррингтона Мура. К этой плеяде следует отнести и Теду Скочпол, автора классического исследования "States and revolutions" (Cambridge, 1979).

21 Классическим в этом роде является популярное исследование: Halberstam D. The best and the brightest. N.Y., 1969. Книга анализирует администрации Джона Кеннеди и Линдона Джонсона, исторических личностей этих администраций, а также скрытый от публики процесс принятия политических решений.

22 Branch T. Parting the waters: America in the King's years 1954—1963. N.Y., 1988.

нены единой концептуальной схемой. В репертуар исторической парадигмы входят как эмпирические, так и теоретические вопросы. Эмпирическое историко-социологическое исследование ищет ответы на такие вопросы, как "Что произошло там и тогда!" или "В чем заключалась значимость событий Х, У и Z?" Исторической парадигме также небезразлично, к кому, когда, и почему эти события имели отношение и в какой последовательности они происходили. Соответственно теоретическими вопросами историко-социологи-ческого исследования являются, например, вопросы: "Что объясняет происшедшее?", " Что это были за обстоятельства, процессы, ситуации, которые объясняют события Х, У и Z?" Если говорить более конкретно, то, согласно Алфорду, историко-социологическое исследование, например, могло поставить следующий вопрос: "Советский Союз прекратил свое существование в силу внутреннего экономического кризиса, военного давления со стороны США, внутренних конфликтов в КПСС или растущего политического раскола?" Из этого примера следует, что историко-социологиче-ское исследование направлено как на поиск исторических социальных фактов, последовательности социальных событий и крупных социальных акций, так и на исследование динамики социально-политических сил и институтов.

Комбинация парадигм или латентно-имплицитная теоретико-

концептуальная многопарадигматичность

Как видим, Алфорд предложил не только альтернативную Рит-церовской, но еще и оригинальную модель многопарадигматичной социологии, состоящую из многомерной, интерпретивной и исторической парадигм. Еще более оригинальным, если не революционным компонентом Алфордовской модели — компонентом, который отсутствует не только у Ритцера, но и у Куна, — является идея комбинации парадигм в отдельно взятых научных исследованиях. Что под этим имеется в виду? У Ритцера — и в этом он дублирует Куна — научные теории, научные исследования и представляющие их классические труды однозначно являются однопарадигматич-ными. Алфорд же, и в этом состоит его заслуга, обнаружил в теоретическом дизайне работ "Суицид" Дюркгейма, "Протестантская этика и дух капитализма" Вебера и "Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта" Маркса не одну, а несколько парадигм. Аналогичная многопарадигматичность просматривается, согласно Алфорду, во многих современных, ставших также классическими, социологических работах. Как правило, такого рода работы представляют собой целостное и завершенное исследование крупных и значимых а) социальных явлений (например, исследование Баррингтона Мура

"Социальные истоки диктатуры и демократии"), б) социальных проблем ("Вторая смена" Арли Хочшилд в соавторстве с Анни Ма-чунг, посвященная взаимоотношению мужчин и женщин в делах домашней работы и воспитания детей) или с) социальных процессов ("Угасающее значение расы" Уилльяма Уилсона)23. Другими словами, Алфорд считает закономерным и продуктивным сочетание различных социологических парадигм как в трудах отцов-основателей социологии, так и в современных социологических исследованиях, написанных не с однопарадигматичных, а с многопарадиг-матичных позиций.

Новаторская идея многопарадигматичности — не просто социологии, а отдельно взятого социологического исследования — созвучна позиции автора данной статьи. В первой половине 1990-х гг. мы, исследуя известный труд Густава Ле Бона "Психология толпы"24, пришли к выводу, что эта хрестоматийная работа и ее центральная концепция сумасшедшей толпы (madding crowd)25 представляют собой в скрытом виде образец того, что мы называем латентно-им-плицитной26 теоретико-концептуальной многопарадигматичностью (ЛИТМ), которая заключается в комбинировании — осознанном, но чаще всего неосознанном — парадигм в процессе теоретического конструирования предмета исследования. Так, исследуя лебонов-скую концепцию толпы, мы нашли в ней латентно-имлицитные образы механицистской, холистской и организмической парадигм, которыми была насыщена научная и философская атмосфера конца

23 Moore B. The origins of dictatorship and democracy: lords and peasants in the making of the modern worlds. Boston, 1966; HochshildA., MachungA. The second shift. N.Y., 1990; Wilson W. The declining significance of race: blacks and changing American institutions. Chicago, 1980.

24 Le Bon G. The crowd. New Brunswick, 1997. Ценность этого англоязычного издания Psycholgie des foules и его отличие от множества других изданий заключается в сопроводительной статье, написанной ведущим американским экспертом по Ле Бону Робертом Наем "Между властью и знанием: толпа и ее исследователи". Перу Ная также принадлежит, пожалуй, самое полное и непревзойденное по сей день историко-герменевтическое исследование "The origins of crowd psychology. Gustave Le Bon and the crisis of mass democracy in the Third republic" (L.; Beverly Hills, 1975).

25 Лебоновская теория толпы с подачи C. McPhail (The myth of madding crowd. N.Y., 1991) ассоциируется в американской социологии с сумасшедшей толпой.

26 Идея латентности навеяна латентными и манифестными функциями Мер-тона. С нашей точки зрения, научные концепции представляют собой единство латентности — того, что скрыто существует в них в неявном виде (это и есть их парадигматическая или многопарадигматическая структура), — и манифестности — того, что очевидно заявлено в ней. Кроме Мертона идея латентности также навеяна Мидовскими терминами "скрытый" (covert) и "открытый" (overt). Сложнее с имплицитностью. Она является в какой-то степени квинтэссенцией того, что известный физик и философ науки Дэвид Бом называет tacit structure (примечательно, что этим термином Бом характеризует парадигму Куна), а Майкл Полани, английский химик и философ науки, — tacit framework (Bohm D. Science, order, and creativity. L., 2010. P. 52—54; PolanyiM. Personal knowledge. Chicago, 1974).

XIX в. — атмосфера, в которой Ле Бон создавал теорию толпы27. В нашем понимании ЛИТМ представляет собой, говоря языком известного американского философа-лингвиста Ноама Чомски28, базовую глубинную структуру29, погруженную вовнутрь научно-теоретической концепции. Продолжая поиски ЛИТМ, автор данной статьи обнаружил ее во многих классических исследованиях, включая "Разделение труда" Дюркгейма, а также в работах Маркса, Спенсера и Фрейда. Эти находки в конечном итоге и подвели нас к заключению, что ЛИТМ является основополагающей методологической стратегией социологии — стратегией, которая заслуживает дальнейшей разработки и обоснования. Автор этой статьи еще более утвердился в своем открытии ЛИТМ после того, как обнаружил ее в монументальном романе Льва Толстого "Война и мир", в котором сам Толстой выступает — по признанию многих западных исследователей его творчества — не только как писатель, но и как социальный философ и социолог30. Так, например, на социологическую многопарадигматичность толстовского анализа

27 Gubin O.I. Mechanism, organicism, and holism in Le Bon's concept of the crowd: a hermeneutical interpretation of paradigm combination // Science, Philosophy and Music / Ed. by E. Neueschewander, L. Bouqiaux. Turnhout, 2002. P. 83—95. Статья является квинтэссенцией доклада, представленного автором в 1997 г. на ХХ Международном конгрессе по истории науки в Льеже. Позже автор развивал стратегию латентно-имплицитной теоретико-концептуальной многопарадигматичности в докладах на конференциях Американского социологического сообщества в 1996 и 1999 гг. (Gubin O.I., Parrott S.A. Le Bon's conceptualization of the crowd and classical mechanistic and organismic paradigms // Sociological Abstracts. 1996. Aug. P. 44; Gubin O.I., Kostioutchenko O.A. Beyond "madding" and "utilitarian rational" to "modernity" crowds: a synthetic approach // Sociological Abstracts. 1999. Aug. P. 50) и на XXI Международном конгрессе по истории науки в Мехико Сити в 2001 г. (Gubin O.I. Three paradigmatic images of the "whole" in the XVIIth—XIXth centuries science: mechanism, holism, and organicism // XXI International Congress of History of Science, Mexico City 8—14 July. Book ofAbstracts (Scientific Section). Mexico City, 2001. P. 310—311).

28 Генеративная грамматика Чомски несет в себе идею поверхностных (surface) и глубинных (deep) структур языка (Chomsky N. On language. N.Y.; L., 1977. P. 101— 194). По аналогии с этим научные концепции, с нашей точки зрения, также представляют собой единство поверхностных и глубинных структур. В последней структуре и "располагаются" комбинации парадигм или, фигурально выражаясь, оседает и обосновывается латентно-имплицитная теоретико-концептуальная многопарадигматичность (ЛИТМ).

29 Термин "базовая структура" мы позаимствовали у известного американского философа Джона Роулза, автора знаменитой "Теории справедливости". В этой классической монографии Роулз уделяет большое внимание так называемой "базовой структуре" (basic structure) справедливого социального порядка (Rawls J. A theory of justice. Cambridge, 1971). Помимо Роулза на выбор термина "базовая структура" повлияла марксистская дихотомия "базис — надстройка". Соответственно ЛИТМ является глубинным (понятийное влияние Чомски) базисным (терминологическое влияние Роулза и Маркса) основанием для дальнейшего конструирования и фреймирования теоретических концепций и их манифестной надстроечной структуры.

30 Cambridge rampanion to Tolstoy / Ed. by D. Orwin. Cambridge, 2002; Berlin I. The hedgehog and the fox: an essay on Tolstoy's view of history. Lanham, 1993.

логики истории в романе "Война и мир" указывал еще Карл Поп-пер в работе "Нищета историцизма"31. В ней Поппер, восхищаясь величием толстовского произведения, подчеркнуто указывает на значимость для социально-исторической методологии уникального в своем роде соединения Толстым32 в романе "Война и мир"

31 «Историцизм Толстого является реакцией против такой истории, в которой имплицитно (выделено нами. — О.Г.) предполагается истинность принципа лидерства, против такого исторического метода, который приписывает много — слишком много, если Толстой прав, а он прав бесспорно — великому человеку, лидеру. Толстой пытается показать — и, на мой взгляд, успешно — ничтожность всех действий и решений Наполеона, Александра, Кутузова и других великих лидеров 1812 года перед лицом того, что можно назвать логикой событий. Толстой справедливо указывает на недооцениваемое, но огромное значение решений и действий бесчисленных неизвестных индивидов, которые участвовали в сражениях, сожгли Москву и придумали партизанский способ борьбы. Однако он убежден, что в этих событиях можно усмотреть некую историческую обусловленность — предопределенность, исторические законы или план. В его историцизме соединяются методологический индивидуализм и коллективизм; Толстой, так сказать, воспроизводит в высшей степени типичное соединение — типичное для своего, да, боюсь, и для нашего времени — демократическо-индивидуалистических и коллективистско-националистских элементов. Этот пример напоминает нам, что в историцизме есть и некоторые здоровые элементы, — он является реакцией против наивного метода интерпретации политической истории только как истории великих тиранов и полководцев. Историцисты правильно чувствуют, что возможен лучший метод (выделено нами. — О.Г). Именно это чувство и делает их идею "духов" — эпохи, нации или армии — столь соблазнительной. К этим "духам" я не испытываю ни малейшей симпатии — ни к их идеологическому прототипу, ни к их диалектическим и материалистическим воплощениям, и я полностью согласен с теми, кто относится к ним с презрением. Однако же я чувствую, что историцисты указали, по меньшей мере, на существование некой пустоты, места, которое социология должна заполнить чем-то более ощутимым, вроде анализа проблем, возникающих в рамках традиций. Это место должен занять более детальный анализ логики ситуаций. Лучшие историки часто более или менее сознательно ее и разрабатывали: Толстой, например, показывал, что не чье-то решение, а "необходимость" заставила русских сдать Москву без боя и отступить в те места, где можно было добыть провизию. Кроме этой логики ситуаций, а может быть, в качестве ее части, нам нужен также анализ социальных движений. Нам нужны основанные на методологическом индивидуализме исследования социальных институтов, через которые идеи распространяются и захватывают индивидов, исследования способов формирования новых традиций, механизмов их функционирования и распада. Другими словами, наши индивидуалистские и институционалистские модели таких коллективных реальностей, как нации, правительства, рынки, должны быть дополнены моделями политических ситуаций и социальных движений, скажем, научного и промышленного прогресса. Этими моделями потом могут воспользоваться историки» (выделено нами. — О.Г.) (Поппер К. Ситуационная логика в истории. Историческая интерпретация // Поппер К. Нищета историцизма // Вопросы философии. 1992. № 10).

32 Это соединение явилось отражением в какой-то степени плюрального и многовекторного анализа исторического процесса Толстым, что в конечном счете и позволило Исайе Берлину, известному эссеисту и профессору Оксфорда, отнести Толстого к лисам, т.е. таким писателям и исследователям, которые, согласно античному поэту и сатирику Архилоху, знают многое. Как правило, лисы увлекаются многофакторным или, вернее, многовекторным анализом, стремятся познать мир в его многообразии, но без единства и привязанности к какой-то одной и большой первопричине. Лисам противостоят персоналии ежи, т.е. монисты, которые докапываются до одной-единственной "большой" истины в последней инстанции и посвя-

парадигмы методологического индивидуализма с парадигмами коллективизма и институционализма33.

Комбинации исходных и поддерживающих парадигм в классических социологических работах

Итак, многопарадигматичность социологии заключается не только и не столько в сосуществовании несоизмеримых парадигм, сколько в их комбинации как на уровне концепций и теорий, так и в освещающих их работах. Последняя идея, а именно идея мно-гопарадигматичности классических трудов по социологии, ярко выражена Алфордом с помощью оригинального разделения парадигм на исходные (foreground) и дополняющие (background)34 парадигмы. Алфорд подчеркивает, что каждая из анализируемых им классических работ содержит в себе как исходную, так и поддерживающие парадигмы. Приведенная ниже таблица 2 указывает на распределение парадигм на исходные и дополняющие в классических социологических трудах.

Таблица 2

Научный труд Исходная (foreground) парадигма Дополняющие (background) парадигмы Исходный исследовательский вопрос

"Суицид" Эмиля Дюркгейма Многомерная Интерпретив-ная, историческая Каким образом социальная интеграция группы объясняет суицид?

"Угасающее значение расы" Уилльяма Уилсона Многомерная Историческая Каким образом классовая стратификация внутри чернокожего населения повлияла на роль и значение расы в образовании, доходах и профессиональной принадлежности?

щают себя поиску единства в многообразии событий, фактов и т.п. К этому следует добавить, что лисы склонны к многопарадигматичному анализу, а ежи — к однопа-радигматичному.

33 Работа Поппера, а ранее публикации Хайека (Hayek F.A. The road to serfdom: Text and documents. The definitive edition. The collections of works of F.A. Hayek. Vfol. 13. Chicago, 2007; Studies on the abuse & decline of reason text and documents. The collected works of F.A. Hayek. Vol. 2. Chicago, 2010) спровоцировали дебаты о различии и несоизмеримости, с одной стороны, парадигмы методологического индивидуализма, а с другой — парадигмы коллективизма, представленной в явной форме социальным холизмом, а в неявной — коммьюнитаризмом (communitarism), инсти-туционализмом и структурализмом (Modes of individualism and collectivism / Ed. by J. O'Neill. Hampshire, 1992; Calhoun C. et al. Introduction to part III (institutional analysis) // Contemporary Sociological Theories. Oxford, 2007. P. 141—144; Furubotn E., Rich-terR. Institutions and economic theory. Ann Arbor, 2005. P. 1—45).

34 В данном контексте "background" мы решили перевести как "дополняющий". Можно также перевести как "сопутствующий" или "поддерживающий". Неологизм "бэкграунд" или прямой перевод "задний" здесь не подходят.

Научный труд Исходная (foreground) парадигма Дополняющие (background) парадигмы Исходный исследовательский вопрос

"Американский апартеид" Дугласа Массея и Нэнси Дентон Многомерная Интерпретив-ная, историческая, диалектическая Каковы причины и последствия расовой сегрегации?

"Протестантская этика и дух капитализма" Макса Вебера Интерпре-тивная Многомерная, историческая Какие символические значения конструируют протестантскую этику и дух капитализма?

"Психиатрический госпиталь" Эрвинга Гоффмана Интерпре-тивная Многомерная, историческая Как индивидуальные идентификации разрушаются в тотальных институтах?

"Вторая смена" Арли Хочшилд и Анни Мачунг Интерпре-тивная Многомерная, историческая Как мужчины и женщины договариваются относительно ведения домашней работы и воспитания детей?

"Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта" Карла Маркса Историческая Интерпретив-ная, многомерная Какие исторические процессы и классовые интересы объясняют заговор-переворот Луи Бонапарта?

"Социальные истоки диктатуры и демократии" Баррингтона Мура Историческая Многомерная, интерпретив-ная Почему и как Япония стала фашистской, Китай — коммунистическим, а Англия — демократической?

"Работа и революция во Франции" Уилльяма Сьюэлла Историческая Многомерная, интерпретив-ная Каким образом призывы и лозунги трудящихся привели к революционным действиям до и после падения старого режима?

Оставим критикам право оспаривать распределение исследовательских парадигм в исследуемых им работах. Главное, что Алфорд сумел убедительно показать саму возможность комбинации парадигм в классических социологических трудах и тем самым вывел идею многопарадигматичности на уровень отдельно взятого исследования. Алфорд также справедливо подчеркнул, что отсутствие интерпретивного анализа в работе Уилсона "Угасающее значение расы" значительно обедняет социологический анализ социально-расовой рестратификации, так как недоучитывает важную роль культурологической составляющей в формировании новой социально-классовой структуры как внутри расы, так и в рамках меж-

расовой дифференциации общества. Если в начале книги Алфорд утверждал, что наиболее продуктивный способ социологического анализа — это парадигматичный, то в конце исследования Алфорд поправляет себя и уже заключает, что самый оптимальный способ социологического анализа многопарадигматичный. И с этим трудно не согласиться!

Проблемные поля

Алфорд в своих парадигмах обобщает давно известное, но обходит проблемы. Взять, к примеру, доминирующую парадигму. Она удачно суммирует многомерную статистику (multivariate statistics). Однако Алфорд замалчивает, что результаты корреляционного анализа в социологии во многих случаях и так очевидны с точки зрения здравого смысла или же могут быть инферентно выведены, а статистические коэффициенты нередко лишь подтверждают сложившиеся теоретические представления, пополняя их разве что еще одним доказанным кейсом, либо лишь слегка модифицируют тестируемую теорию. Поклонники символического интеракцио-низма отметят, что Алфорд сумел когерентно преподнести его основные положения под эгидой интерпретивной парадигмы. Однако оппоненты не найдут в "интерпретивности" решения проблемы чрезмерной психологизации социологии символическим интеракционизмом. Более того, алфордская интерпретивная перегруппировка не только усиливает философизацию социологии, но и притупляет коммуникативную, фреймирующую и социально-конструирующую направленность, привнесенную в символический интеракционизм Хабермасом, Гоффманом, а также Бергером и Лук-маном. Решением проблемы могла бы стать трансформация символического интеракционизма и соответственно интерпретивной парадигмы в коммуникативно-конструирующую, что более созвучно социологии. Относительно исторической парадигмы Алфорд тоже все верно суммирует, но не дает ответа на главный вопрос: чем же все-таки отличаются историко-социологическое исследование и методика от исторического анализа? Не получив ответа на этот вопрос, невольно задаешься еще одним вопросом: а не редуцирует ли Алфорд историческую социологию до истории?

Однако проблемы с парадигмами — это частности по сравнению с главной неудачей Алфорда, которая состоит в том, что ему так и не удалось решить проблему Миллса, т.е. преодолеть разделение социологии на Парсоновскую абстрактно-теоретическую и Лазарс-фельдскую эмпирико-методическую, т.е. предложить методологию, соединяющую эмпирически привязанные теории с методами со-

циологического исследования. Отдельно взятые парадигмы Ал-форда и их комбинации имеют прежде всего дело с методами и комбинацией методов. Построение и развитие концепций и теорий, а также поиск Алфордом источников их методологических различий либо отодвинуты на второй план, либо не рассматриваются вообще. Что здесь имеется в виду? Например, Алфордские парадигмы не объясняют методологических источников несовместимости Марксистской и Веберианской теорий исторического процесса, так же как и существенных, опять-таки методологических, различий символического интеракционизма Мида и Блумера. Не помогают Алфордские парадигмы и разобраться в методологических источниках принципиальных расхождений между теориями обмена Хоманса и Блау или же моделями мира и международных отношений Валлерстайна и Хантингтона. Или взять, к примеру, распад Советского Союза, Великую французскую революцию, которые, согласно Алфорду, достойны историко-социологического анализа. Опять-таки Алфордская историческая парадигма ничего не дает в плане объяснения теоретико-методологических, а по существу парадигматических расхождений между либеральными, консервативными и социалистическими концептуально-теоретическими оценками этих драматических событий. Все вышеуказанные различия настолько методологически существенны, заметны и важны, что являются парадигматичными, но не вписывающимися, и в этом весь парадокс, ни в одну из Алфордских парадигм.

Подводя итог, можно сказать, что Алфорд лишь разнообразил лазарсфельдскую модель, добавив к многомерной парадигме, на которой эта модель основывалась, интерпретивную и исторические методики. В этом смысле работа Алфорда предстает американским вариантом главы "Методы" "Рабочей книги социолога". В этой "главе" в целом добротно, — если опустить, что Алфорд неоправданно редуцирует кволитативные методы до интерпретивно-дискурсивного, — суммированы три методики социологических исследований: квонтативная — с помощью многомерной статистики, кволитативная — с помощью интерпретивно-дискурсивного метода и историко-социологическая — с помощью исторического метода. Но ведь главное в социологии и рассматриваемых Алфор-дом классических трудах — это новаторские идеи, концепции, теории и социально значимые выводы. Борьба же и разнообразие идей и теорий и скрытых за ними ценностей отсутствует в Алфордских парадигмах. В Алфордской модели, как было показано выше, нет места теоретическим и методологическим расхождениям, противоречиям и дебатам, которыми наполнена современная социология и в которых заключается ее захватывающая привлекательность.

Без всего этого социология утрачивает внутренние источники развития и редуцируется до монотонного сбора (если не выдачи "на гора") эмпирических данных и их филигранной обработки с помощью триединой Алфордской методики.

Более того, методы и методики сбора и обработки данных выполняют в социологии вспомогательную, а не самодовлеющую парадигматическую функцию, а у Алфорда все наоборот. И это не случайно. Делая реверансы в сторону Миллса, он так и не может ментально вырваться из Лазарсфельдского кружка, в котором он одно время работал и практиковал многовариантную социологию. В то же время опора на методы очень выгодна для построения и обоснования так называемой свободной от ценностей социологии (value-free sociology) Веберианского типа: методы-то нейтральны и эмансипированы от якобы пагубного влияния ценностей. Однако, развиваясь этим путем, социология не только утрачивает источники развития и идейно-теоретическую привлекательность, но и все дальше отодвигается от Куновой модели науки, в которой ценности, включая общечеловеческие, активно участвуют в конструировании нового научного знания.

Если социология развивается Алфордским "методo-методиче-ским" путем, то она неизбежно будет самоудаляться из политического процесса, социальных изменений и решения социальных проблем и превращаться в служанку по сбору и филигранной обработке данных, выдавая "кучу" информации, не заботясь при этом, кто и как ею распорядится. Перефразируя Маркса, социология вместо того чтобы изменять мир, обрекает себя на созерцание наполненного противоречиями и несоизмеримыми интересами и ценностями социума, на созерцание с удобно-нейтральных мето-до-методических высот через призму эмпирических данных и корреляционных отношений. Если социологию Лазарсфельда Миллс называет абстрактным эмпирицизмом, то Алфордскую модель социологии не назовешь никак иначе, кроме как абстрактным методизмом.

Более того, если еще более внимательно присмотреться к Ал-форским парадигмам, то все они скорее методические, чем теоретико-методологические и представляют собой инструкцию, как проводить скорее многометодное, а не многометодологическое социологическое исследование. Как следствие у Алфорда многопара-дигматичность сведена, а вернее, ошибочно редуцирована до мно-гометодности или многометодичности. А это означает, что поиск социологических парадигм следует продолжить, и продолжить, скорее всего, за пределами Алфордской модели.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Губин О.И. От парадигмы к структуризированному лексикону: лингвистический и социологический поворот Томаса Куна // Социология. 2009. № 4.

Губин О.И. Собирательно-имиджевая модель социологической парадигмы: критический анализ многопарадигматичной социологии Джоржа Ритцера // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 18. Социология и политология. 2011. № 3.

Поппер К. Ситуационная логика в истории. Историческая интерпретация // Поппер К. Нищета историцизма // Вопросы философии. 1992. № 10.

AlfordR. The craft of inquiry: theory, method, evidence. N.Y., 1998.

Anderson N. The hobo: the sociology of the homeless man. Chicago, 1923.

Berlin I. The hedgehog and the fox: an essay on Tolstoy's view of history. Lan-ham, 1993.

Bohm D. Science, order, and creativity. L., 2010.

Branch T. Parting the waters: America in the King's years 1954—1963. N.Y., 1988.

Bulmer M. The Chicago school of sociology: institutionalization, diversity and the rise of sociological research. Chicago, 1984.

Calhoun C. et al. Introduction to part III (institutional analysis) // Contemporary Sociological Theories. Oxford, 2007.

Chomsky N. On language. N.Y.; L., 1977.

Collins R. Four sociological traditions. Oxford, 1994.

Furubotn E., Richter R. Institutions and economic theory. Ann Arbor, 2005.

Gubin O.I. Three paradigmatic images of the "whole" in the XVIIth—XIXth centuries science: mechanism, holism, and organicism // XXI International Congress of History of Science, Mexico City 8—14 July. Book of Abstracts (Scientific Section). Mexico City, 2001.

Gubin O.I. Mechanism, organicism, and holism in Le Bon's concept of the crowd: a hermeneutical interpretation of paradigm combination // Science, Philosophy and Music / Ed. by E. Neueschewander, L. Bouqiaux. Turnhout, 2002.

Gubin O.I., Kostioutchenko O.A. Beyond "madding" and "utilitarian rational" to "modernity" crowds: a synthetic approach // Sociological Abstracts. 1999. Aug. N 50.

Gubin O.I., Parrott S.A. Le Bon's conceptualization of the crowd and classical mechanistic and organismic paradigms // Sociological Abstracts. 1996. Aug. N 44.

Halberstam D. The best and the brightest. N.Y., 1969.

Hayek F.A. The road to serfdom: Text and documents. The definitive edition // The collections of works of F.A. Hayek. Vol. 13. Chicago, 2007.

HochshildA., MachungA. The second shift. N.Y., 1990.

Kurtz L. Evaluating Chicago sociology: a guide to the literature with annotated bibliography. Chicago, 1984.

Le Bon G. The crowd. New Brunswick, 1997.

Levine D. Visions of the sociological traditions. Chicago; L., 1995.

Liebow E. Tally's corner: a study of negro streetcorner men. Boston, 1967.

Masterman M. The nature of paradigm // Criticism and Growth of Knowledge / Ed. by I. Lakatos, A. Musgrave. Cambridge, 1970.

Mills C.W. Sociological imagination. Oxford, 1959.

McPhailC. The myth of madding crowd. N.Y, 1991.

Modes of individualism and collectivism / Ed. by J. O'Neill. Hampshire, 1992.

Moore B. The origins of dictatorship and democracy: lords and peasants in the making of the modern worlds. Boston, 1966.

Nye R. The origins of crowd psychology. Gustave Le Bon and the crisis of mass democracy in the Third republic. L.; Beverly Hills, 1975.

Orwin D. Cambridge companion to Tolstoy. Cambridge, 2002.

Parsons T. The social system. N.Y. 1951.

Platt J. A history of sociological research methods in America: 1920—1960. Cambridge, 1996.

Polanyi M. Personal knowledge. Chicago, 1974.

Rawls J. A theory ofjustice. Cambridge, 1971.

Shannon R. The taxi dancer. N.Y, 1931.

Skochpol Th. States and revolutions. Cambridge, 1979.

Studies on the abuse & decline of reason text and documents. The collected works of F.A. Hayek. Vol. 2. Chicago, 2010.

Visions and methods in historical sociology / Ed. by Th. Skocpol. Cambridge, 1984.

Wilson W. The declining significance of race: blacks and changing American institutions. Chicago, 1980.

Whyte W.F. Street corner society: the social structure of an Italian slam. Chicago, 1943.

Wirth L. The ghetto. Chicago, 1928.

Zorbaugh H. The Gold coast and the slum: a sociological study of Chicago's Near North Side. Chicago, 1930.