Сетевой подход в политических исследованиях:содержание и направления развития

ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНСТИТУТЫ И ПРОЦЕССЫ

СЕТЕВОЙ ПОДХОД В ПОЛИТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ: СОДЕРЖАНИЕ И НАПРАВЛЕНИЯ РАЗВИТИЯ

И. В . Мирошниченко1

В статье рассматриваются теоретико-методологические особенности сетевого подхода в политической науке, характеризуются этапы и направления его эволюции, определяются возможности сетевой методологии к исследованию публичной политики, а также перспективные направления его развития.

Ключевые слова: сетевой подход, публичная политика, социальные сети, сетевое управление, «новый государственный менеджмент».

Miroshnichenko I. V. Network approach in political studies: content and trends

The article examines the theoretical, methodological features of the network approach in political science, characterized by the steps, and the direction of its evolution, identifies opportunities for network methodology to the study of public policy, as well as promising directions of its development.

Key words: network approach, public policy, social networks, network management, «new public management».

Сетевой подход в политической науке развивался в рамках общего для социальных наук тренда, в рамках которого происходил отказ от механистической картины мира с ее доминирующей идеей линейных причинно-следственных связей и акцентировалось внимание на проблемах горизонтального взаимодействия и координации в условиях полицентричного общества. В условиях современных трансформаций политики сетевая методология способна охватить сложность и текучесть современных социально-политических процессов, новый характер отношений между частной и публичной сферами, между государством и обществом.

1 Мирошниченко Инна Валерьевна - кандидат политических наук, доцент, доцент кафедры государственной политики и государственного управления Кубанского государственного университета. Эл. почта: mirinna78@mail.ru

Работа выполнена в рамках гранта РГНФ № 11-03-00519 «Конструктивный потенциал социальных сетей в сфере публичной политики в условиях модернизации современного российского общества».

Теоретическая концептуализация понятия «сеть» и методологические возможности его применения обусловили эволюцию и векторы развития сетевого подхода в политических исследованиях. Можно выделить следующие концептуальные измерения сети, которые используются для различных аналитических целей: а) сеть как аналитическая рамка и эмпирический инструмент (сетевой анализ); б) сеть как структура; в) сеть как форма управления; г) сеть как переменная в производстве политики (сетевая теория политики) [46].

Сквозным аналитическим инструментом в сетевом подходе, с помощью которого формируются разнообразные по уровню и универсальности теоретические конструкты, служит сетевой анализ. Сетевой анализ как эмпирический инструмент стал одной из наиболее важных инноваций в социальных науках в начале 1970-х гг.2, что было обусловлено несколькими причинами. Во-первых, концепты основывались скорее на отношениях, чем на атрибутах, что «заставило исследователей социума мыслить в терминах ограничений и опций, присущих способам организации общественных отношений, концентрируя внимание на связях между общественными организмами, а не на качествах, которыми эти организмы обладают» [45]. По мнению М. Эмирбайера и Дж. Гудвина, сетевой анализ основан на «антикатегорическом императиве, отрицающем все попытки объяснить поведение человека или социальные процессы исключительно в терминах категорической атрибуции акторов, независимо от того, являются они индивидуальными или коллективными» [17]. В центре сетевого анализа находятся не атрибуты акторов (возраст, гендер, социальный статус, политическая принадлежность, религиозные верования, этничность, психологические предрасположенности), «но отношения между социальными объектами как средство объяснения поведения акторов и результатов реализации их политических действий» [17]. Сетевой анализ основывается на двух главных компонентах: наборах объектов, называемых узлами, позициями или акторами, и наборах отношений между данными объектами, называемых фронтами, связями или звеньями [32].

Во-вторых, сетевой анализ, будучи эмпирическим инструментом для объяснения социальной структуры на основе отношений между социальными субъектами [26], аналитически формален. Он задаёт систематические и воспроизводимые процедуры, требует строгих правил кодировки и обладает внутренней логикой и алгоритмом, что даёт дескриптивные и дедуктивные результаты [21]. Сила методологии сетевого анализа основана на хорошо отработанных процедурах сбора данных, которые доступны для анализа и измерения свойств целых структур (их централизации, иерархизированности, плотности

2 Первоначально сетевой анализ, основанный на математической теории графов, стал активно применятся в социологической традиции такими исследователями как Р. Соломонофф, А. Раппопорт, П. Эрдос, А. Ренье, Н. Лин, Б. Веллман, Дж. Коулман и др. В конце 1970-х гг. была основана специализированная ассоциация по прикладным исследованиям социальных сетей -Международная сеть анализа социальных сетей (ШБЫЛ).

и т.п.) и социального положения отдельных социальных субъектов в этих системах (центрированность, членство в кликах, престиж, структурная эквивалентность и т.д.) [8]. На основе социологического инструментария сетевая методология «преобразила простое метафорическое понимание встроенности акторов в сеть социальных отношений, в более точный и практичный инструмент политического анализа» [17]. Исследователи на основе методологических принципов сетевого анализа могут операционализировать и измерять свойственные отношениям качества социальных и политических структур/систем и окружающих их субъектов при помощи сбора и анализа эмпирических данных.

Помимо формализованного количественного подхода в сетевом анализе получил свое развитие качественный подход, возникший в ходе дискуссий о представительстве интересов [54; 7], координации в секторах промышленности [25], а также о планировании и реализации политики [52; 39]. Качественный подход основан на детальном изучении конкретных объектов, в которых описываются характеристики сетевой структуры, действующей в политическом пространстве. В этом контексте сеть используется в качестве структурной основы политического анализа, направляющей исследования на процесс выработки политики [33], т.е. речь идет о концептуализации в рамках сетевого подхода понятия «политическая сеть», которое широко стало использоваться в исследованиях публичной политики и государственного управления в период 1990-2000-х гг.

В сетевых теориях первого поколения в начале 1990-х гг., отталкиваясь от методологических посылок корпоративистского и плюралистического подходов, политические сети рассматривались как разнообразные формы отношений между государством и группами интересов, формирующихся на основе неравновесных, открытых и добровольных взаимодействий множества равноправных акторов (как агрегированных групп, так и индивидуальных акторов), связанных с общими интересами и ресурсами. По словам Р. Родеса и Д. Марша, развиваясь как теория среднего уровня (преимущественно в рамках англосаксонской школы [14]), концепция политических сетей включает в себя как микроуровень анализа, с помощью которого определяется роль различных групп интересов и государства к конкретным политическим решениям, так и макроуровень, позволяющий исследовать вопросы распределения власти в современном полицентричном обществе [47].

Теоретические разработки концепции политических сетей как формы взаимодействия государства и групп интересов связаны с ее интеграцией с неоинституциональным подходом, с помощью которого разрешается проблема «структура versus агент» [14] на основе анализа: а) сетевых связей акторов в виде отдельных групп интересов и государственных структур [57]; б) сетевых компонентов деятельности индивидуальных акторов, в которых агенты высту-

пают лидерами отдельных групп интересов [9]; в) позиций акторов и сетевых отношений между данными позициями [32]; процессуальных характеристик по обмену ресурсов акторов и структурных характеристик данного взаимодействия [37].

Одним из важных научных результатов эволюции теоретических положений сетевого подхода, связанного с концептуализацией понятия «политическая сеть», является создание различных типологий политических сетей на основе их структурных и функциональных характеристик. Сохраняющееся разнообразие концепций политической сети и динамическая конкуренция между ними внутри сетевой методологии свидетельствуют об эмпирическом многообразии политических сетей, требующих в каждом конкретном случае специфического определения, которое представляет вариацию их основных параметров [57]. Обобщив конвенциональные определения, можно выделить следующие параметры политических сетей:

— акторы политических сетей (индивидуальные, коллективные/организационные) характеризуются свойствами, потребностями, способностями, интересами и ресурсами субъектов, что образует основу для сетевого взаимодействия;

— в политических сетях реализуются определенные функции участвующих акторов (обмен ресурсами; доступ к каналам политического представительства; обсуждение и координация действий, в остальных случаях не зависящих друг от друга; переговоры; сотрудничество в развитии, реализации, а при определенных условиях и в оправдании действий);

— структуры в политических сетях образуются благодаря регулярности в отношениях между акторами сетей на основе таких структурных переменных, как: численность акторов, интенсивность и обоюдность отношений; закрытость/открытость по отношению к внешнему миру; интенсивность и прочность взаимодействия; характер взаимодействия (конфликтные, соревновательные, кооперативные или формальные/неформальные) или координации политических сетей (вертикальные, горизонтальные);

— процедурные правила, определяющие взаимодействия внутри политических сетей и образующие сложные внутренние культуры, ориентированные на общественные или частные интересы;

— власть в политических сетях зависит от наличествующих ресурсов, услуг, возможностей отказа или заключения коалиций;

— акторы могут развивать стратегии по отношению к политическим сетям и внутри них.

Таким образом, несмотря на существующую дифференциацию терминологического аппарата и критериев типологизации политических сетей, благодаря сетевым теориям первого поколения на рубеже 1990-2000-х гг. поли-

тическая сеть стала рассматриваться как «комплекс политических акторов, находящихся внутри и вне политико-управленческой системы, которые вовлечены в процесс разработки публичной политики (или имеют интерес к этому) и отношения между ними» [10]. Речь идет о переориентации сетевой теории на сферу государственного управления и публичной политики, так как исследователи стали обращать внимание на то, что функционально схожие политические сети приводят к довольно разным формам управления и их результатам в рамках одной политической сферы.

Второе поколение сетевых теорий в политической науке основано на евро-пейско-континентальной традиции и связано с обоснованием политических сетей как инновационной формы организации государственного управления и перехода системы публичного управления в новое качество постмодернистской организационной структуры. Сторонники сетевого управления исходили из того, что в условиях усложнения, дифференциации и ускоряющейся динамики современного общества управление ими не может осуществляться лишь силами государства [35; 34; 43; 44; 24]. Теоретическим истокам сетевого управления стала концепция руководства (governance) как результата критического осмысления «нового государственного менеджмента» [5], делающего ставку на повышение эффективности государства, на применение рыночных регуляторов и методов корпоративного управления.

Сетевое измерение концепции «руководство» предполагает вовлечение в процесс управления на принципах равноправного сотрудничества широкого круга институционально автономных государственных, общественных и частных акторов, которые не способны справиться с публичными проблемами, но для их разрешения принимают участие в управленческих структурах, характеризующихся ресурсной зависимостью и коммуникационными взаимодействиями по взаиморазделяемым целям [28]. Концепция руководства наполняет государственное управление принципиально иным содержанием, которое непосредственно связано с общественным влиянием, где выработка политического решения происходит совместно со структурами гражданского общества. Она дает возможность уйти от различия между государством и гражданским обществом, так как государство становится совокупностью межорганизационных сетей государственных и социетальных акторов без доминирующего актора, способного ими управлять и их регулировать. Как отмечают К. Хенф и Л. Отул, «современное управление характеризуется системами принятия решений, в которых территориальные и функциональные дифференциации преобразуют эффективную организацию разрешения проблем в набор субсистемных акторов со специальными задачами и ограниченной компетенцией и ресурсами» [23]. В данном случае политические сети обладают способностью сочетать в себе индивидуальную автономность рынков со способностью иерархичных систем осознанно преследовать определённые цели и действовать в соответ-

ствии с ожидаемыми результатами [38], а сетевой менеджмент в перспективе может превратиться в эффективный инструмент публичного управления и развития демократии, способствующий увеличению легитимности властно-управленческой субсистемы [43].

В то же время перед разработчиками теории сетевого управления встал вопрос о том, какая связь существует между политическими сетями и сетевым управлением и как она влияет на процесс выработки политики. Необходимым предварительным условием для изучения данной исследовательской проблемы Б. Дамхаарт считает принятие того факта, что политические сети могут осуществлять свою деятельность по разработке публичной политики и без существования сетевого управления. «Можно с уверенностью ожидать — и исследования, приведённые в качестве примеров, подтверждают это, — что роль локальной политической сети может быть различной, независимо от того, применяется ли сетевое управление или какое-либо другое» [13].

Согласно сетевой теории политики сеть является переменной в производстве политики, политика же рассматривается как модель интерактивных политических процессов, характеризующихся взаимодействием между многими акторами и сложностью целей и стратегий, которые являются результатами такого взаимодействия. Важной составляющей сетевой теории политики является институциональный контекст, в котором происходят сложные сетевые взаимодействия. Содержательно сетевая теория политики основывается на ряде положений сетевого подхода.

1. Взаимозависимые акторы не могут достигнуть своих целей без использования ресурсов, которыми обладают другие акторы [51; 4; 48]. Паттерны взаимодействия между акторами возникают вокруг политических проблем и зон сосредоточения ресурсов; они приобретают устойчивый характер ввиду ограниченности и исключительности ряда ресурсов, что способствует появлению, закреплению и изменению правил, регулирующих поведение акторов, распределению ресурсов в сети, взаимодействию внутри сетей [19]. Созданные политические сети образуют институциональный контекст, в рамках которого акторы действуют стратегически и в котором стратегические действия одного актора сталкиваются со стратегическими действиями других.

2. Внутри сетей возможны различные взаимодействия, связанные с политикой и другими сферами жизнедеятельности. Данные взаимодействия интерпретируются как сетевые игры [11; 49; 53], суть которых заключается в том, что акторы сети, ограниченные установленными сетью механизмами распределения ресурсов и закрепления правил, действуют стратегически для достижения собственных целей [29; 36]. Политические процессы рассматриваются как набор игр между сетевыми акторами, в которых каждый из акторов по-своему видит природу проблемы, пути её решения и действия других сетевых акторов,

что обусловливает выбор политической стратегии. Результы игры — следствие взаимодействия стратегий различных игроков внутри игры.

3. В контексте сетевых игр политические процессы протекают в обстановке напряжённости в силу зависимости и разнообразия целей и интересов, несмотря на то, сетевая напряжённость определенным способом контролируется правилами и механизмами распределения ресурсов в сети. Ключевыми в сетевых играх выступают формирование согласованных действий и сотрудничество, которые необходимы для преодоления напряженности в сети и достижения удовлетворительных результатов реализации политических стратегий, удовлетворяющих потребности локальной политической сети [40].

4. В сетевом подходе объяснения успешности и нерезультативности политического процесса основываются на том, насколько продвинутым было сотрудничество. Для сотрудничества необходимо достижение высокого уровня доверия в сети, существование правил разрешения конфликтов с набором позитивных санкций и механизмов координации. Сотрудничество не может быть достигнуто, если отношения между акторами инертны, блокируются или приводят к нежелательным и непредвиденным последствиям, или взаимодействие происходит под влиянием институциональных характеристик более широких паттернов [29; 41]. Объяснения, попадающие в последнюю категорию, основываются на предпосылке, что правила ограничивают поведение акторов даже тогда, когда сами акторы сознательно или неосознанно их нарушают. В связи с этим объяснения развития процессов взаимодействия в сетях можно найти как в институциональных характеристиках — ресурсах и правилах, так и в характеристиках конкретных ситуаций — игроках, их роли и стратегиях [53; 16; 6].

6. Согласованные действия и сотрудничество акторов в достижении общих целей обеспечиваются таким управленческим механизмом, как сетевое управление. Сетевое управление может осуществляться как государственными, так и негосударственными институтами двумя типами стратегий — управлением процессами и управлением сетью [31; 28]. Управление процессами нацелено на улучшение взаимодействия акторов политических играх посредством разработки стратегии сотрудничества на основе отбора и активации акторов; улучшение взаимопонимания по поводу определённых вопросов или решений; создание временных организационных договорённостей между организациями; укрепление взаимодействий и наблюдение за ними с помощью управления конфликтами и процессами. Важно, что системообразующей основой для реализации стратегии управления процессами служит принятие существующих структур и состава сети, т.е. правила (формальные или неформальные), механизмы распределения ресурсов и существующие акторы считаются начальной точкой отсчёта для формулирования и имплементации управленческих стратегий. Управление сетью сосредоточено на стратегии трансформации (устрой-

ства) сети посредством институциональных изменений, способствующих ориентации сетевых акторов во взаимодействии на сотрудничество. Стратегии управления сетью могут быть сосредоточены на изменении: положения акторов (или введении новых акторов); формальных и неформальных правил, влияющих на паттерны взаимодействия; структуры (фундаментальное изменение идей о функционировании сети и её проблемах) [13].

7. Актуализация сетевого управления как набора механизмов, координирующих и направляющих выработку политических решений множества политических акторов с конкурирующими интересами, объединенных между собой посредством горизонтальных взаимодействий, не исключает особый статус государства. Особый статус обусловлен двойственной природой. С одной стороны, органы государственной власти имеют в своем распоряжении уникальные ресурсы (большие бюджеты; огромная численность персонала с широким спектром спецификации в профессиональной деятельности; особая власть, связанная с монополией на применение силы и демократической легитимизацией; неограниченный доступ к СМИ). С другой стороны, уникальность статуса государства определяется ограничительными опциями [27; 28]:

— задачи государства во многом определяют его взаимозависимость с другими акторами и часто требуют от него взаимодействия с определёнными общественными и административными партнёрами, которых оно не может свободно выбирать;

— при выполнении своих обязанностей государство зачастую ограничено в выборе целей и в возможности выполнять задачи через переговоры;

— неправительственные акторы действуют, руководствуюясь стратегической изобретательностью, ожидая от государства аналогичного поведения; в свою очередь, государственные институты связаны нормами и правилами (принципы надлежащего управления, планирование с учётом меньшинств и противников, рекомендации по демократическому регулированию и т.д.), которые они хотят навязать негосударственным акторам;

— особый статус государства в представлениях других акторов обусловливает особые ожидания в отношении результатов стратегического взаимодействия и особое внимание со стороны СМИ, подвергающих их детальному рассмотрению;

— деятельность государства должна быть не только эффективна, но и легитимна (поддерживаться политическими лидерами и политическими партиями, а также быть принята обществом).

Таким образом, рассмотренные теоретические положения сетевого подхода демонстрируют переработку и наложение разнообразных теоретико-методологических конструктов, на основе которых формируется теоретическая структура политики [30; 10; 20]. Она выступает серьезным противовесом та-

Таблица 1. Теоретические основания сетевого анализа политики

Политические сети Процесс разработки политики Сетевой результат выбора политики Сетевое управление

Состав акторов политических сетей: государственные органы, партии, группы давления, гражданские ассоциации, лоббистские структуры и т.д. Определение различий интересов и уровня взаимозависимости акторов; снижение напряжения между различием и единством в сетях Политическая стратегия Управление актуальными и потенциальными конфликтами, возникающими по поводу затрат и выгод

Взаимная зависимость акторов сетевого взаимодействия: устойчивая система отношений, узлы отношений Выработка совместных установок на сферу политики, политических проблем и политических решений Сетевой этос Управление сотрудничеством, распределение рисков, связанных с кооперацией

Власть акторов в сетях, определяемая их ресурсами и сетевыми позициями, право вето Определение акторами собственных политических стратегий Сетевые институты Регулирование состава сетей и их характера: поддержка устойчивости сетей; координация

Характер распределения ресурсов, ресурсный обмен Взаимодействие акторов по поводу разработки единой стратегии Сетевые практики взаимодействия Координация взаимодействия с внешней средой

Институционализация взаимодействий в сетях: формальные и неформальные правила Единая стратегия и ее оформление в решениях Устойчивые коммуникационные потоки Обеспечение взаимных потоков коммуникаций

Типы и особенности сетей: закрытые и открытые Определение взаимной ответственности за избранную стратегию Сетевая ответственность Обеспечение взаимной ответственности в сетях

ким критическим замечаниям относительно сетевой методологии в политических исследованиях, как: отсутствие твердой теоретической базы; размытость категориального аппарата [7]; ограниченность объяснительной способности, связанной с метафоричностью и описательностью сетевого подхода [16; 6; 50]. Данная структура сетевой теории политики раскрывает, по утверждению Э. Клияна и Дж. Копеньяна, содержание ключевых концептов и «может удовлетворить необходимость в их прояснении» [30]. В сетевой теории концептуально объединены и связаны характеристики политических сетей, сетевые компоненты политического процесса, рассматриваемого как процесс разработки политики и характеристики сетевого управления, что способствует более четкому формулированию объяснительных механизмов (табл. 1).

Однако развитие сетевого подхода как продуманного и легко идентифицированного в политической науке теоретико-методологического комплекса, с помощью которого можно описывать, эмпирически анализировать и интерпретировать политические процессы, не исключает существование методологических сложностей и теоретических лакун, что ставит перед политической наукой ряд новых исследовательских задач и дискуссионных вопросов.

Большинство эмпирических исследований носит статический характер, т. е. политические сети считаются стабильными и их структурные характеристики описываются в рамках определённого периода либо используются краткие характеристики для нескольких периодов. При этом предполагается, что сетевые структуры, т. е. акторы и их взаимоотношения, должны иметь определённую стабильность. Однако в силу того, что все социальные структуры, включая политические сети, являются не чем иным, как повторяющимися паттернами социальных взаимодействий [18], которые изменяются с каждой последующей интерацией, возникает теоретическая и методологическая проблема исследования трансформационных конфигураций сетевых структур, их постоянных и переменных характеристик, влияющих на выработку политических стратегий. Вместе с тем в качестве неразрешенной теоретической проблемы выступает вопрос о том, влияет ли последовательность структурных конфигураций сети в контексте непрерывного процесса разработки политики на последующие результаты.

Существует лишь небольшое количество исследований, где сеть используется в качестве независимой переменной, т. е. продукты или результаты политики объясняются определёнными структурными особенностями самого процесса разработки политической стратегии. При этом в сетевом подходе остается открытым вопрос о критериях эффективности, возможности их операционализации и использования для оценивания публичной политики. Объяснение данного обстоятельства состоит в том, что «сетевики» предполагали (зачастую неявно), что политические сети разрабатывают более успешные политические решения и, следовательно, являются более эффективной формой выработки политических стратегий в сравнении с традиционными формами. Соответственно качества политических продуктов или результатов, особенно демократические качества политических решений, разработанных политическими сетями, редко подвергаются сомнению [22; 55]. В этой связи актуализируется вопрос об отличительных характеристиках и дифференцирующих критериях публичных и латентных, формальных и неформальных практик взаимодействия сетевых акторов и их влияния на политические результаты.

Существенным потенциалом для развития сетевой теории в политической науке обладают исследования новых сетевых акторов и структур (дискурсивных сетей, новых социальных движений и т.д.) [15; 12; 42; 56], которые встраиваются в процесс разработки публичной политики с новой сетевой логикой

политического действия, основанной на использовании информационно-коммуникационных технологий. В данном контексте принципиальное значение приобретают когнитивные и идентификационные характеристики акторов, способствующие модификации сети (от дискурсивных сетей до формально-организационных форм) и ее мобилизации (в различных структурных формах) к выработке и реализации политической стратегии.

Подчеркивая несомненную связь сетевого подхода с современными публичной политикой и государственным управлением, можно говорить о перспективах развития предписывающих теорий. Прежде всего, сетевой подход должен основываться на теоретической концептуализации и эмпирических исследованиях. Кроме того, важно в дальнейшем развивать, проверять и оценивать содержание, условия и выводы сетевого подхода как предписывающей теории публичного управления. В данном случае речь идет о применении идей сетевого подхода на практике и их эмпирической проверке, что позволит разрабатывать стратегии сетевого управления на уровне конкретных методик и вспомогательных инструментов.

Результаты эволюции сетевого подхода и перспективные направления его развития обусловили необходимость определения научного статуса сетевой теории не только в политической науке, но и в контексте общефилософского дискурса. Р. Хойслинг, обобщая научные дискуссии об эпистемологических возможностях сетевого подхода, характеризует сетевую теорию как теорию нового типа, имеющую два уровня измерения: парадигмальный и уровень конкретных исследований. В парадигмальном измерении сетевую теорию можно представить как метатеорию, поскольку «она концептуально разрешает то, что содержательно описывает», и при этом «может сопрягаться со множеством других теорий... служащих своего рода модулями, между которыми возникает или существует сеть теоретических сопряжений» [2]. Р. Хойслинг обосновывает возникновение сетевой метатеории появлением сложных, неустойчивых, неопределенных процессов, которые невозможно объяснить частными теориями, они требуют адекватного методологического фундамента. Такое состояние научного знания Д. Дзола объясняет сложностью и многосоставностью социально-политических процессов, которые сводятся к следующим характеристикам когнитивных ситуаций, применимых к сетевому подходу:

— чем шире масштаб возможных вариантов выбора и чем больше переменных, которые приходится учитывать субъектам в своих попытках разрешения проблем знания, адаптации и организации, тем сложнее становится окружающая их среда;

— чем сложнее становится среда, тем сильнее взаимозависимость переменных; изменение значения одной переменной неизбежно сказывается на других переменных, что усложняет задачу познания и/или действия;

— нестабильность и турбулентость среды по быстрым и непредсказуемым траекториям носят динамичный характер, этот аспект тем более важен, что он связан с процессами, которые приводят к переходу от порядка к беспорядку [1].

В данном случае метатеоретические характеристики сетевого подхода определяются двумя формальными составляющими: а) если предметом исследования становится некая сеть или сетевая структура; при этом понятие «сеть» интерпретируется двумя способами: как сложная и динамическая ячеистая структура и как обозначение «новой логики осмысления предельно сложных явления и процессов, происходящих в современном мире» [3]; б) если сетевая теория обосновывается по принципу сетевого взаимодействия, когда ряд концепций и теорий синхронизируются для построения нового теоретического знания. В первом случае речь идет об адекватном отражении политической теорией сетевой логики развития нового формата социальности, которая все более интенсивно проникает в сферу производства, экономики, культуры и политики. В политической сфере возникают определенные сетевые явления и процессы, которые не могут быть изучены и интепретированы за пределами сетевого подхода.

Во втором случае можно говорить о сетевой логике генезиса сетевой теории. В генезисе сетевого подхода применительно к сфере политических исследований можно выделить несколько этапов, которые характеризуют его специфические черты. На первом этапе — в 1970-1980-х гг. — наблюдалось проникновение в политическую науку сетевых принципов анализа, сформулированных и нашедших свое применение в эмпирических исследованиях социальных наук. Сеть используется в качестве аналитически формального инструмента с широким диапазоном методов и процедур сбора и анализа данных о различных социальных и политических объектах, как структур, так и отдельных акторов. На основе качественных и количественных подходов к сетевому анализу политических структур в 1990-х гг. формируется представление о сети как структурной базе политического анализа, с помощью которого возможны исследования процесса выработки политики. На втором этапе развития сетевого подхода (1990-е гг.) происходит концептуализация понятия «политическая сеть» как формы взаимодействия государства и групп интересов. Концепт «политическая сеть», интегрируясь с теориями неинституционализма, позволил выявить сетевые основания структурных и функциональных характеристик процесса выработки публичной политики. Актуализация проблемы результативности политических сетей в публичной политике дала толчок переориентации сетевого подхода на сферу государственного управления и развитию нового направления — исследования сетевого управления как синтеза сетевой теории и теории нового государственного менеджмента. На третьем этапе развития сетевого подхода — 2000-е гг. — концепция сетевого управления (governance) аккумулировала в себе новые тенденции сетевизации публичного управления,

что нашло отражение в новом содержании государственного управления, его организационной и технологической составляющей, связанной с общественным влиянием и гражданским участием в принятии публичных решений. Сегодня сетевой подход находится на четвертом этапе своего развития, в рамках которого формируется сетевая теория политики. Интегрировав теории и концепции, возникшие в предшествующие периоды, сетевая теория политики рассматривает сеть как переменную в производстве политики, используя категориальный аппарат сетевого подхода к исследованию и оценке структурно-функциональных, процессуальных, результативных и управленческих компонентов публичной политики. Несмотря на весьма условные хронологические рамки в дифференциации выделенных этапов, можно говорить об отчетливом структурировании теоретического поля сетевого подхода. В то же время эволюционирование сетевой теории от аналитических принципов сетевого политического анализа на основе эмпирических методов исследования к концептуализации сетевой теории политики происходило методом наслоения концепций, представленных различными теоретическими направлениями сетевого подхода. Его развитие основывалось на интеграции собственно сетевых концепций с разнообразными по научной спецификации, уровням, теориями, к числу которых принадлежат школы социального структурного анализа межорганизационной теории, неоинституционализма, академической теории администрирования бизнеса, теории общественного выбора и неоменеджеризма стран Западной Европы и Северной Америки. Благодаря связке с сетевой теорией другие теории, с одной стороны, получали новую интерпретацию, а с другой — методологически обогащали ее, наполняя междисциплинарными аналитическими принципами. Такого рода сетевые процессы научной конвергенции приводят к синергетическому эффекту в производстве нового эквипо-лентного теоретического знания.

Однако, предлагая абстрактные модели, свою спецификацию сетевая теория обретает только на уровне приложения сетевого подхода к конкретным исследованиям, сопряженным с различными предметными областями политической науки, такими как компаративистика, коммуникативистика, региона-листика, публичная политика и менеджмент и т.д. Конкретные исследования в рамках сетевой проблематики способствуют созданию операциональных моделей, с помощью которых возможно эмпирическое описание и интерпретация феноменов и процессов в определенных сегментах политической сферы, а также их прогностическое осмысление.

Библиографический список

1. Дзола Д. Демократия и сложность: реалистический подход/пер. с англ.

А. А. Калинина. М.: Высшая школа экономики, 2010.

2. Хойслинг Р. Социальные процессы как сетевые игры. Социологические эссе по основным аспектам сетевой теории: пер. с нем. М.: Логос-Альтера, 2003.

3. Шенцева Е. А. Сетевой подход в контексте философского дискурса // Философия и общество. 2012. № 8.

4. Benson J. K. A Framework for Policy Analysis/D. L. Rogers and D. A. Whetten (eds) Interorganisational Co-ordination: Theory, Research, and Implementation. Ames: Iowa State University Press, 1982.

5. BevirM., Rhodes R. A. W., Weller P. Traditions of Governance: Interpreting the Changing Role of the Public Sector// Public Administration. 2003. Vol. 81, № 1.

6. Blom-Hansen J. A New Institutional Perspective on Policy Network // Public Administration. 1997. Vol. 75.

7. Borzel T. A. Organising Babylon — on the Different Conceptions of Policy Networks // Public Administration. 1998. Vol. 76.

8. Brandes U., Kenis P., Raab J., Schneider V., Wagner D. Explorations in to the Visualization of Policy Networks // Journal of Theoretical Politics. 1999. Vol. 11.

9. Comparing Government — Industry Relations: Western Europe, the United States, and Japan/S. Wilks, M. Wright (eds.). Oxford, 1987.

10. Compston H. Policy Networks and Policy Change. Putting Policy Network Theory to the Test. New York: Palgrave Macmillan, 2009.

11. Crozier M., Friedberg E. Actors and Systems; The Politics of Collective Action. Chicago; London: University of Chicago Press, 1980.

12. Dahlberg L. Computer-mediated communication and the public sphere: A critical analysis // Journal of Computer-Mediated Communication. Vol. 7, № 1. URL: http://jcmc.indiana.edu/vol7/issue1/dahlberg.html.

13. Damgaard B. Do Policy Networks lead to Network Governing? // Welfare Systems and Policies Working Paper. 2005. Vol. 3.

14. Daugbjer C. Policy Networks under Pressure: Pollution Control, Policy Reform and Power of Farmers. Ashgate, 1998.

15. Davis R. The Web of politics: The Internet's impact on the American political system. Oxford: Oxford University Press, 1999.

16. Dowding K. Model or Metaphor? A Critical Review of the Policy Network Approach. Political Studies, 1995. Vol. XLIII.

17. Emirbayer M., Goodwin J. Network Analysis, Culture and the Problem of Agency // American Journal of Sociology. 1994. Vol. 99.

18. Giddens A. Central problems in Social Theory: Action, Structure and Contradiction in Social Analysis. London: Macmillan, 1979.

19. Giddens A. The Constitution of Society: Outline of the Theory of Structurationю London; Berkeley, CA/Los Angeles, CA: Macmillan, 1984.

20. Governance Networks in Public Administration and Public Policy/ed. by C. Koliba, J. Meek, A. Zia. Boca Raton, London; New York: CRC Press, 2011.

21. Graffin L. J., Linden M. van der Introduction // New Methods for Social History. Cambridge: University of Cambridge Press, 1998.

22. Guehenno J.-M. Das Endeder Demokratie. Munchen: Artemis und Winkler, 1994.

23. Hanf K., O'Toole L. Revisiting Old Friends: Networks, Implementation Structures and the Management of Inter-Organizational Relations// European Journal of Political Research. Special Issue. 1992. Vol. 21, № 12.

24. Hirst P. Democracy and Governance // Debating Governance, Oxford: Oxford University Press, 2000.

25. Hollingsworth J. R., Schmitter P. C., Streek W. Governing Capitalist Economies: Performance and Control of Economic Sectors. Oxford: Oxford University Press, 1989.

26. Kenis P., Schneider V Policy Networks and Policy Analysis: Scrutinizing a New Analytical Toolbox // Policy Networrks. Empirical Evidence and Theoretical Considerations. Boulder/Colorado; Frankfurt: Campus Verlag; Wesview Press, 1991.

27. Kickert W. J. M. Public Management and Administrative Reform in Western Europe, Cheltenham: Edward Elgar Publishing, 1997.

28. Kickert W. J. M., Klijn E., Koppenjan J. F. M. Managing Complex Networks. Strategies for the Public Sector. London: Sage Publications, 1997.

29. Klijn E. H. Analysing and Managing Policy Processes in Complex Networks: A Theoretical Examination of the Concept Policy Network and its Problems // Administration and Society. 1996. Vol. 28:1.

30. Klijn E.-H., Koppenjan J. F. M. Public management and Policy Networks. Foundations of a Network Approach to Governance // Public Management. 2000. Vol. 2, № 2.

31. Klijn E. J., Koppenjan J., Termeer K. Managing Networks in the Public Sector: A Theoretical Study of Management Strategies in Policy Networks // Public Administration. 1995. Vol. 73:3.

32. Knoke D. Political Networks. The Structural Perspective. Cambridge University Press, 1990.

33. Knoke D., Marsch D. Policy networks and GM groups issue: Assessing the utility of a dialectical model of policy networks // Public Administration. 2003. Vol. 81.

34. Kooiman J. Governing as Governance. London: Sage Publications, 2003.

35. Kooiman J. Social-Political Governance: Introduction // Modern Governance. New Government — Society Interactions. London: Sage, 1993.

36. March J. G., Olsen, J. P. Rediscovering Institutions: The Organisational Basis of Politics. NewYork: Free Press, 1989.

37. Marsh D., Smith M. Understanding Policy Networks: towards a Dialectical Approach // Political Studies. 2000. Vol. 48.

38. Mayntz R. Modernization and the Logic of Interorganizational Networks // Knowledge & Policy. 1993. Vol. 6. P. 1.

39. Mayntz R. Politische Steuerung: Aufstieg, Niedergang und Transformation einerTheorie // Politische Theorien in der Ara der Transformation. Opladen: Westdeutscher Verlag, 1996.

40. O'Toole L. J. Strategies for Intergovernmental Management: Implementing Programs Interorganisational Networks // Journal of Public Administration. 1988. Vol. 25:1.

41. Ostrom E., Gardner R., Walker J. Rules, Games and Common Pool Resources. MI: University of Michigan Press. 1994.

42. Philip E. A. Real-Time Politics: The Internet and the Political Process // The Information Society. 2002. № 18 (5).

43. Pierre J. Debating Governance. Oxford: Oxford University Press, 2000.

44. Pierre J., Peters B. Guy Governance, Politics and the State. London: Macmillan Press, 2000.

45. Poucke W van. Network Constraints on Social Action: Preliminaries for a Network Theory // Social Networks. 1979. Vol. 2.

46. Raab J., Kenis P. Taking Stock of Policy Networks: Do They Matter? // Handbook of Public Policy Analysis: Theory, Politics, and Methods/eds. F. Fischer, G. Miller, M. Sidney. London; New York, 2007.

47. RhodesR., Marsh D. Policy Network in British Politics. A Critigue of Existing Approaches // Policy Network in British Government. Oxford, 1992. P.1.

48. Rhodes R. A. W. Beyond Westminster and Whitehall: The Subsectoral Governments of Britain, London: Unwin Hyman, 1988.

49. Rhodes R. A. W. Control and Power in Central-Local Government Relations, Farnborough: Gower, 1981.

50. Salancik G. R. Wanted: A Cood Network Theory of Organization // Administration Science Quarterly. Vol. 40.

51. Scharpf F. W., Reissert B., Schabel F. Policy Effectiveness and Conict Avoidance in Intergovernmental Policy Formation // K. Hanfand F. W. Scharpf (eds) Interorganisational Policy Making. London: Sage, 1978.

52. Scharpf F. G. Games in Hierarchies and Networks.Analytical and Empirical Approaches to the Study of Governance Institutions. Frankfurt a/M: Campus Verlag and Westview Press, 1993;

53. Scharpf F. W. Games Real Actors Play: Actor Centred Institutionalism in Policy Research, Boulder, CO: Westview Press, 1997.

54. Schmitter P., Lehmbruch G. Trends Towards Corporatist Intermediation. London: Sage Publications, 1977.

55. Sneider V., Kenis P. Verteilte Kontrolle: Institutionelle Steuerung in modernen Gesellschaften // Organization und Netzwerk. Institutionelle Steuerung in Wirtchaft und Politik. Frankfurt; New York: Campus Verlag, 1997.

56. Vergeer M., Hermans L., Sams S. Online social networks and micro-blogging in political campaigning: The exploration of a new campaign tool and a new campaign style. URL: http://ppq.sagepub.com/content/early/2011/06/16/1354068811407580

57. Waarden F. Dimensions and types of policy networks // European Journal of Political Research. 1992. Vol. 21.

Bibliography

1. Zola G. Demokratija i slozhnost': realisticheskij podhod/per. s angl. A. A. Kalinina. M.: Vysshaja shkola ekonomiki, 2010.

2. Häußling R. Social'nye processy kak setevye igry. Sociologicheskie esse po osnovnym aspektam setevoj teorii: per. s nem. M.: Logos-Al'tera, 2003.

3. Shentseva E. A. Setevoj podhod v kontekste filosofskogo diskursa // Filosofija i obschestvo. 2012. № 8.

m. B. MMPomHMHEHKO

4. Benson J. K. A Framework for Policy Analysis/D. L. Rogers and D. A. Whetten (eds) Interorganisational Co-ordination: Theory, Research, and Implementation. Ames: Iowa State University Press, 1982.

5. Bevir M., Rhodes R. A. W., Weller P. Traditions of Governance: Interpreting the Changing Role of the Public Sector// Public Administration. 2003. Vol. 81, № 1.

6. Blom-Hansen J. A New Institutional Perspective on Policy Network // Public Administration. 1997. Vol. 75.

7. Borzel T. A. Organising Babylon — on the Different Conceptions of Policy Networks // Public Administration. 1998. Vol. 76.

8. Brandes U., Kenis P., Raab J., Schneider V., Wagner D. Explorations in to the Visualization of Policy Networks // Journal of Theoretical Politics. 1999. Vol. 11.

9. Comparing Government — Industry Relations: Western Europe, the United States, and Japan/S. Wilks, M. Wright (eds.). Oxford, 1987.

10. Compston H. Policy Networks and Policy Change. Putting Policy Network Theory to the Test. New York: Palgrave Macmillan, 2009.

11. Crozier M., FriedbergE. Actors and Systems; The Politics of Collective Action. Chicago; London: University of Chicago Press, 1980.

12. Dahlberg L. Computer-mediated communication and the public sphere: A critical analysis // Journal of Computer-Mediated Communication. Vol. 7, № 1.

13. Damgaard B. Do Policy Networks lead to Network Governing? // Welfare Systems and Policies Working Paper. 2005. Vol. 3.

14. Daugbjer C. Policy Networks under Pressure: Pollution Control, Policy Reform and Power of Farmers. Ashgate, 1998.

15. Davis R. The Web of politics: The Internet»s impact on the American political system. Oxford: Oxford University Press, 1999.

16. Dowding K. Model or Metaphor? A Critical Review of the Policy Network Approach. Political Studies, 1995. Vol. XLIII.

17. Emirbayer M., Goodwin J. Network Analysis, Culture and the Problem of Agency // American Journal of Sociology. 1994. Vol. 99.

18. Giddens A. Central problems in Social Theory: Action, Structure and Contradiction in Social Analysis. London: Macmillan, 1979.

19. Giddens A. The Constitution of Society: Outline of the Theory of Structurationro London; Berkeley, CA/Los Angeles, CA: Macmillan, 1984.

20. Governance Networks in Public Administration and Public Policy/ed. by C. Koliba, J. Meek, A. Zia. Boca Raton, London; New York: CRC Press, 2011.

21. Graffin L. J., Linden M. van der. Introduction // New Methods for Social History. Cambridge: University of Cambridge Press, 1998.

22. Guehenno J.-M. Das Endeder Demokratie. Munchen: Artemis und Winkler, 1994.

23. Hanf K., O'Toole L. Revisiting Old Friends: Networks, Implementation Structures and the Management of Inter-Organizational Relations// European Journal of Political Research. Special Issue. 1992. Vol. 21, № 12.

24. Hirst P. Democracy and Governance // Debating Governance, Oxford: Oxford University Press, 2000.

25. Hollingsworth J. R., Schmitter P. C., Streek W. Governing Capitalist Economies: Performance and Control of Economic Sectors. Oxford: Oxford University Press, 1989.

26. Kenis P., Schneider V Policy Networks and Policy Analysis: Scrutinizing a New Analytical Toolbox // Policy Networrks. Empirical Evidence and Theoretical Considerations. Boulder/Colorado; Frankfurt: Campus Verlag; Wesview Press, 1991.

27. Kickert WJ. M. Public Management and Administrative Reform in Western Europe, Cheltenham: Edward Elgar Publishing, 1997.

28. Kickert W. J. M., Klijn E., Koppenjan J. F. M. Managing Complex Networks. Strategies for the Public Sector. London: Sage Publications, 1997.

29. Klijn E. H. Analysing and Managing Policy Processes in Complex Networks: A Theoretical Examination of the Concept Policy Network and its Problems // Administration and Society. 1996. Vol. 28:1.

30. Klijn E.-H., Koppenjan J. F. M. Public management and Policy Networks. Foundations of a Network Approach to Governance // Public Management. 2000. Vol. 2, № 2.

31. Klijn E. J., Koppenjan J., Termeer K. Managing Networks in the Public Sector: A Theoretical Study of Management Strategies in Policy Networks // Public Administration. 1995. Vol. 73:3.

32. Knoke D. Political Networks. The Structural Perspective. Cambridge University Press, 1990.

33. Knoke D., Marsch D. Policy networks and GM groups issue: Assessing the utility of a dialectical model of policy networks // Public Administration. 2003. Vol. 81.

34. Kooiman J. Governing as Governance. London: Sage Publications, 2003.

35. Kooiman J. Social-Political Governance: Introduction // Modern Governance. New Government — Society Interactions. London: Sage, 1993. P. 1-6.

36. March J. G., Olsen, J. P. Rediscovering Institutions: The Organisational Basis of Politics. NewYork: Free Press, 1989.

37. Marsh D., Smith M. Understanding Policy Networks: towards a Dialectical Approach // Political Studies. 2000. Vol. 48.

38. Mayntz R. Modernization and the Logic of Interorganizational Networks // Knowledge & Policy. 1993. Vol. 6.

39. Mayntz R. Politische Steuerung: Aufstieg, Niedergang und Transformation einerTheorie // Politische Theorien in der Ara der Transformation. Opladen: Westdeutscher Verlag, 1996.

40. O'Toole L. J. Strategies for Intergovernmental Management: Implementing Programs Interorganisational Networks // Journal of Public Administration. 1988. Vol. 25:1.

41. Ostrom E., Gardner R., Walker J. Rules, Games and Common Pool Resources. MI: University of Michigan Press. 1994.

42. Philip E. A. Real-Time Politics: The Internet and the Political Process // The Information Society. 2002. № 18 (5).

43. Pierre J. Debating Governance. Oxford: Oxford University Press, 2000.

44. Pierre J., Peters B. Guy Governance, Politics and the State. London: Macmillan Press, 2000.

45. Poucke W. van. Network Constraints on Social Action: Preliminaries for a Network Theory // Social Networks. 1979. Vol. 2.

m. B. MMPomHMHEHKO

46. Raab J., Kenis P. Taking Stock of Policy Networks: Do They Matter? // Handbook of Public Policy Analysis: Theory, Politics, and Methods/eds. F. Fischer, G. Miller, M. Sidney. London; New York, 2007.

47. RhodesR., Marsh D. Policy Network in British Politics. A Critigue of Existing Approaches // Policy Network in British Government. Oxford, 1992.

48. Rhodes R. A. W. Beyond Westminster and Whitehall: The Subsectoral Governments of Britain, London: Unwin Hyman, 1988.

49. RhodesR. A. W. Control and Power in Central-Local Government Relations, Farnborough: Gower, 1981.

50. Salancik G. R. Wanted: A Cood Network Theory of Organization // Administration Science Quarterly. Vol. 40.

51. Scharpf F. W., Reissert B., Schnabel F. Policy Effectiveness and Conict Avoidance in Intergovernmental Policy Formation // K. Hanf and F. W. Scharpf (eds) Interorganisational Policy Making. London: Sage, 1978.

52. Scharpf F. G. Games in Hierarchies and Networks.Analytical and Empirical Approaches to the Study of Governance Institutions. Frankfurt a/M: Campus Verlag and Westview Press, 1993;

53. Scharpf F. W. Games Real Actors Play: Actor Centred Institutionalism in Policy Research, Boulder, CO: Westview Press, 1997.

54. Schmitter P., Lehmbruch G. Trends Towards Corporatist Intermediation. London: Sage Publications, 1977;

55. Sneider V., Kenis P. Verteilte Kontrolle: Institutionelle Steuerung in modernen Gesellschaften // Organization und Netzwerk. Institutionelle Steuerung in Wirtchaft und Politik. Frankfurt; New York: Campus Verlag, 1997. S. 9-44.

56. Vergeer M., Hermans L., Sams S. Online social networks and micro-blogging in political campaigning: The exploration of a new campaign tool and a new campaign style. URL: http://ppq.sagepub.com/content/early/2011/06/16/1354068811407580

57. Waarden F. Dimensions and types of policy networks // European Journal of Political Research. 1992. Vol. 21.