2005. 04. 005. Сухих С. А. Личность в коммуникативном процессе. - Краснодар: Изд-во Юж. Ин-та менеджмента, 2004. - 155 с. - библиогр. : С. 143-154

2005.04.005. СУХИХ С.А. ЛИЧНОСТЬ В КОММУНИКАТИВНОМ ПРОЦЕССЕ. - Краснодар: Изд-во Юж. ин-та менеджмента, 2004. - 155 с. - Библиогр.: с. 143-154.

В работе раскрываются основные понятия лингвистической прагматики и психологии коммуникации, выявляются причины и мотивы, лежащие в основе языкового поведения личности. Рассматриваются типы отношений, реализуемые в процессе коммуникации, разрабатываются принципы анализа личности в речевом взаимодействии, а также результатов коммуникативного процесса.

Книга состоит из введения, четырех глав: 1. «Коммуникация как первичная языковая реальность». 2. «Личностные аспекты коммуникативного процесса». 3. «Подходы к интерпретации личностных параметров коммуникации». 4. «Текст как продукт коммуникации» и заключения.

Результаты исследования представлены в работе в виде перечня ис-сследовательских постулатов и выводов.

1. Исследование коммуникативного процесса предполагает в качестве методологической основы при интерпретации главной формы реализации коммуникации - диалога субъектно-субъектное отношение, тогда как другие формы реализации коммуникативного процесса могут опираться на субъект-но-объектные отношения, которые свойственны манипулятивной коммуникации. Диалог понимается как процесс взаимовлияний, приводящий к интеграции участников общения.

2. Телеологичность принципа понимания коммуникативного процесса выражается в его функциональной природе, когда гетерогенные составляющие исследуемого процесса подчинены интегративному результату речевого взаимодействия...

4. Организующим фактором языковой коммуникации выступают стратегии, которые обусловливают определенную последовательность речевых действий говорящего в соответствии с планом (в случае волевого поведения). Речевая стратегия имеет двухуровневое строение. Поверхностная структура ориентирована на нормы социума, тогда как глубинная - связана с психологической диспозицией личности.

5. Социальные нормы в языковой коммуникации представлены в виде коммуникативных схем (КС), понимаемых как система связанных в определенной последовательности интенциональных типов речевых действий, формирующих образцы языкового взаимодействия. В зависимости от количества альтернативных реакций на речевое действие партнера следует различать жесткие коммуникативные схемы - ритуалы и мягкие КС - речевые тактики. Жесткие КС преобладают в инициальной и финальной фазах общения, в асимметричной коммуникации в институционно-производственной сфере и телефонных разговорах. Степень полноты КС зависит от интерперсональной модальности и сферы общения.

6. Речевые действия имеют различную ориентацию в коммуникативном процессе: действия, обслуживающие предметное соприкосновение внутренних миров коммуникантов, действия, структурирующие коммуникативный процесс (вводящие тему, удерживающие тему в фокусе внимания, сигнализирующие о переходе к другой теме, уточняющие тему, возвращающие к исходной теме), сигнализирующие об интерперсональной модальности, и действия, отражающие интенциональную организацию коммуникации.

7. Сегментация коммуникативного процесса позволяет выделить основные эмпирические единицы и их теоретические аналоги. В основе такого деления лежит противопоставление самого процесса и его информационного следа: речевая интеракция - диалог или текст; фазы - диалогическое событие; трансакция - диалогическое единство; ход - сложная реплика или сложное синтаксическое целое в монологической речи; речевое действие - реплика или предложение. Структура процесса коммуникации зависит от доминирования таких интеракций, как речевая, предметная, смешанная, а также от социальной сферы взаимодействия.

8. Коммуникативный процесс может классифицироваться как с точки зрения его составляющих единиц, так и с точки зрения его направленности, т.е. типов его взаимодействий. Доминирующая макроинтенция определяет направленность коммуникации. Так, экспрессивная макроинтенция лежит в основе аффилятивного типа общения, предполагающего эмоционально-аффективную потребность близости, что характеризуется определенной тематикой, доминированием экспрессивного типа речевых действий и доминированием интерперсональной модальности. Эвристическая макроинтенция лежит в основе диалога - интервью, которому свойствен свой специфический набор признаков. Координативная макроинтенция задает интерпретационый тип коммуникативного процесса, в котором сталкиваются интерпретации или картины мира коммуникантов. Регулятивная макроинтенция реализуется в

инструментальном типе общения, для которого характерно субъектно-объектное отношение.

Касаясь личностных аспектов коммуникативного процесса, автор делает акцент на следующих моментах.

1. Категория отношения в коммуникативном процессе является фундаментальной. Существует три ракурса понимания отношения. Однако для решения поставленных в исследовании задач приемлемой оказывается трактовка отношения как процесса наблюдаемых вербальных и невербальных комму-никтивных способов поведения.

2. Аспект отношения представлен в коммуникации диалогической модальностью, представляющей систему отношений между участниками общения. Интерперсональная модальность имеет три регистра реализации: доверительно, формально, конфликтно, которые составляют содержание коллокутивных актов, т.е. речевых актов контакта. Так, тема диалога или речевое действие партнера может полностью приниматься партнером (полная реакция), приниматься частично или формально (формальный регистр), а также не приниматься (конфликтный регистр). При учете обоюдных реакций выделяются пять типов взаимоотношений: согласующее (полная реакция), отсроченная (частичная реакция), конкурирующая (конфликтно), корректирующая и игнорирующая реакции (формально, конфликтно), а также три класса действий контакта: репрезентирующие, оценивающие, сравнивающие. В качестве результата действий контакта выступает изменение степени близости между партнерами (коннекции): дистанцирующая (не приближайся ко мне), амбивалентная (я готов познакомиться поближе), любезная (мы понимаем друг друга хорошо), интимная (мы очень близко знакомы). Данный тип связи представляет горизонтальное измерение, характерное для психологического уровня коммуникации. Вертикальное же измерение в виде солидарной, доминирующей, подчинительной и отбрасывающей касается социального уровня отношений между партнерами.

3. Диалогическая модальность представлена также отношением участников коммуникации к теме разговора - экзистенциальный тип модальности. Он имеет регистры: «серьезно», «в шутку», «иронично». Если данные регистры не совпадают у партнеров, то это может привести к конфликту. Каждый регистр имеет свои языковые маркеры.

4. Отношение партнеров к соотнесенности содержания темы и действительности позволяет вычленять логическую модальность с такими регистрами, как фактивность, возможность, необходимость, которые имеют свои собственные способы языковой манифестации.

5. В эгоцентрической модальности представлено отношение коммуниканта самого к себе. Оно может быть адекватным, заниженным (реализуется через фасадные техники), завышенным (реализуется через импонирующие техники), что определяет некоторые стили коммуникации.

6. Языковая личность понимается как функциональная система, включающая языковую и коммуникативную компетенции, картину мира и ценностные ориентации. На экспонентном уровне языковая личность проявляет себя как активная или созерцательная, персуативная (убеждающая), хэзитивная (сомневающаяся) или голословная; на субстанциональном уровне находят выражение такие ее черты, как конкретность или абстрактность, аналитичность или синтетичность; на интенциональном уровне проявляются такие черты, как конфликтность или кооперативность, директивность или интегратив-ность, юмористичность или буквальность.

Относительно возможных подходов к интерпретации личностных параметров коммуникации автор делает следующие выводы.

1. Языковая личность может изучаться в рамках двух подходов: структурного, когда задаются уровни организации знаковой активности: а) экспонентный уровень отражает манеру синтаксировать и формализовать семантические структуры; б) субстанциональный уровень задает способ осмыслять - дифференцировать или обобщать воспринимаемую информацию, опускать или вытеснять элементы ситуации; в) интенциональный уровень характеризует личность с позиции ее мотивационной сферы.

Холистический подход смещает акцент на энергетическую сущность языковой личности, на ее динамизм. Наиболее приемлемым данный поход оказывается для описания прагматических свойств языка, когда действия и способы измеряются с позиции активности или пассивности, интегративности или обособленности коммуниканта в общении. Особенности взаимодействия могут описываться в терминах степени согласованности речевых действий партнеров по коммуникации.

2. Поиск целостного критерия описания знакового поведения личности приводит к привлечению понятия установки, что в рамках теоретического эксперимента позволяет обнаружить взаимосвязь типа установки с коммуникативной активностью. Гармоничный тип личности с пластичной установкой характеризуется способностью строить глобальные речевые стратегии, склонностью к соблюдению семантической связанности развиваемой темы, к соблюдению принципов кооперативности, к аргументированному изложению. Конфликтный же тип с грубостатической установкой тяготеет к импульсивному поведению, реализуемому через малые стратегии, к доминированию в

общении, к нарушению когерентности темы и отступлению от социальных норм и схем, к доминированию такого качества, как неуверенность, пессимистичность, к конфликтному столкновению. Импульсивный тип личности с вариабельной установкой отличает стремление к роли говорящего, к нарушению норм и схем общения, к доминированию жесткого типа императивности, к быстрой смене точек зрения на одно и то же явление и темы общения.

3. Языковое сознание является способом фиксации картины мира, которая составляет феноменологическую сущность, принимаемую человеком за реальность. Существенное влияние на формирование картины мира оказывает экстравертированность-интровер-тированность психологической установки. При моделировании языкового сознания необходимо учитывать такие координаты, как сенсорность-интуитивность, рациональность-эмоциональность. Топологическая модель языкового сознания может представлять четырехмерное пространство, в основе которого лежат факторы динамичности-статичности, открытости-закрытости, синтетичности- аналитичности, диало-гики - монологики. Однако данная модель требует экспериментальной проверки.

Как проявляются в знаковом конструировании личности такие общие качества сознания, как текучесть, спонтанность, целостность, гармоничность -этот вопрос ждет своего ответа в рамках психолингвистики.

4. Деформация сознания приводит к использованию языковой личностью защитных стилей коммуникации. Такого рода симбиотические личности используют «жалостно-зависимый», «беззаветный» стили, где эго коммуниканта являет собой пассивную форму зависимости. Активная же форма зависимости представлена в «агрессивно-обесценивающем» стиле. Активная форма отчужденной личности представлена в «определяюще-контролирующем стиле», тогда как пассивная форма реализуется в «дистанцирующем» и «самодоказывающем» стилях. К этой же форме примыкает «драматизирующая» манера коммуникативного поведения. Данные конструкты создают операциональную опору для изучения невротического поведения в коммуникативном процессе, создавая перспективу будущих поисков.

5. Природа стилей объясняется зависимостью личности от невротического дисбаланса социализированного «я» и индивидуальной самости. Речевые стратегии требуют большего уровня рефлексии и преобладают в манипу-лятивной коммуникации.

Наконец, в заключительной части своего сочинения, обращаясь к тексту как продукту коммуникации, С. А. Сухих покзывает следующее.

1. Текстоцентрический подход является наиболее плодотворным для анализа семантических свойств текста как продукта ком-муникации. Содержательная структура текста имеет уровневое строение. Уровень когнитивной семантики представлен фреймо-скриптовой моделью, где фреймы выступают способом формализации знаний о мире объектов и событий. Знания же о социальном взаимодействии формализуются в скриптовых структурах и, соответственно, метазнания, т.е. знания об организации деятельности, представлены в планах. Выделение фреймо-скриптовой модели опирается на естественно-научные основания когнитивной психологии, нейрофизиологии и прикладной науки когитологии. Языковым аналогом когнитивной структуры или способом ее опосредования выступает полная стандартная формула, где предикат и его аргументы фиксируют в языковой семантике образ ситуации.

2. В когнитивном подходе следует различать декларативные и проце-дуральные знания или нарративные паттерны. Сами декларативные знания оказываются неоднородными и разделяются на рецепты и ретуши. Под рецептом понимается репрезентация стереотипных комплексных событий или ситуаций, хранящихся в семантической памяти. В ретуши концептуализируются индивидуальный опыт человека, хранящийся в эпизодической памяти. Рецепты задают рамки активируемых в памяти знаний и рамки возможного вплетения в них ретушей.

3. Ретуши как отклонение от рецепта являются источником повествования в художественной литературе. Степень информативности текста зависит от степени указанного отклонения. Она составляет коэффициент эпизодичности, который измеряется соотношением числа пропозиций ретуши к общему числу пропозиций в тексте.

4. Фреймо-скриптовая модель имеет свою организацию, опирающуюся на отношения между терминалами: часть-целое, причина-следствие, атрибут-субстанция, класс-метакласс. Семантическое измерение информационного следа коммуникации предполагает четырехшаговую процедуру: 1) установление макрокогнитивной структуры; 2) установление общего числа пропозиций - семантической базы текста; 3) раскрытие семантической когерентности пропозиций сферы рецепта и ретуши, которая осуществляется вкраплением элемента ретуши в пропозицию рецепта; 4) реконструкция авторской стратегии через интерпретацию морали или замысла автора.

5. В диалогическом тексте, как информационном следе коммуникативной деятельности, прагматическая связанность реплик преобладает над семантической когерентностью реплик участников общения. Прагматическая когерентность обеспечивается действием коммуникативной схемы. Каждая

социальная сфера общения может быть смоделирована в иллокутивном потенциале и темах, задаваемых алгоритмом деятельности в данной сфере. Когнитивная организация темы опирается на четыре вида смежности: логическую, семантическую, культурную, ситуативную (прагматическую), которые позволяют строить ожидания и взаимоожидания партнеров.

6. Процесс понимания складывается из измерений предмета сообщения, интерпретации отношений самопрезентации, ты-отно-шения и апелля-тивного аспекта, что задает возможности для формировании разных смыслов у реципиента. Это вызвано тем, что языковая личность имеет обостренное восприятие одного из указанных отношений.

7. Выделение единиц эмпирического и теоретического уровней соответствует двум подходам: соответственно коммуникатороцентрическому и текстоцентрическому. Денотативно-референтное значение конструктивной единицы предложения опирается на исходную логико-семантическую структуру пропозиции, представленную в объективном ряду и фиксированную в словарях, тогда как сигнифика-тивное значение оказывается прагматически детерминировано и принадлежит к субъективному ряду.

8. Монадность эмпирических единиц проявляется в сохранении принадлежности к концептуальному, семантическому, формально-синтаксическому, коммуникативно-прагматическому уровням. Четырехстороннее измерение: я-презентации, ты-отношения, предмета, апеллятивного отношения подчиняется функциональному принципу, интегрирующей базой которого выступает результат, лежащий в основе организации социальной сферы.

9. Строевые семантические единицы текста имеют в свою очередь сложное строение. Это обусловлено явлением бипредикатив-ности, которое сопровождается нарушением симметрии соотнесенности позиций семантических и синтаксических актантов, причиной которого выступают кумулятивные глагольные лексемы. С их помощью можно синкретично (слитно) представлять в одной синтаксической позиции несколько семантических позиций. И как следствие этого процесса появляется нарушение симметрии плана содержания и плана выражения. Языковая асимметрия может рассматриваться при этом как частный случай общего принципа телеологической организации сложных систем.

А.М. Кузнецов