Возрастные особенности субъективной оценки профессиональных стрессоров

Л. В. Дементьева

ВОЗРАСТНЫЕ ОСОБЕННОСТИ СУБЪЕКТИВНОЙ ОЦЕНКИ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ СТРЕССОРОВ

Профессиональный стресс — это многообразный феномен, выражающийся в психических и физических реакциях на напряженные ситуации в трудовой деятельности человека. Специалисты отмечают постоянный рост уровня рабочего стресса и разрушающего влияния его последствий на здоровье человека. Рабочий стресс включен в Международную классификацию болезней (МКБ-10). В связи со значимостью этой проблемы зарубежные и отечественные ученые активно ведут исследования, связанные с изучением источников рабочего переутомления (S. Cartwright, C. Cooper, Б. В. Овчинников, А. И. Колчев и др.) [12], влияния характера и условий работы на семейную жизнь (В. А. Абабков, М. Перре, Б. Планшерел) [3]. Исследуется проблема профессионального выгорания (C. Maslach, Н. Е. Водопьянова [6], Т. В.Форманюк и др.). Работы Р. Лазаруса [9], S.Folkman [2], C. Aldwin [1], К. Купера, Ф. Дэйва, М. О’Драйсколла [8], В. А. Бодрова [5], В. А. Абабкова, М. Перре [4] и др. посвящены проблеме совлада-ния с профессиональным стрессом. Изучается роль личностных ресурсов, их влияние на процесс стресс-копинга (S.Kobasa, S.Maddi, C. Carver, M. Scheier и др.). Проблеме профессионального здоровья посвящены работы В. А. Бодрова, Г. С. Никифорова [12], А. Г. Маклакова, Е. В. Коржовой, Н. Е. Водопьяновой и др.

В последнее время, по мнению многих специалистов, разрабатывающих модели рабочего стресса (T.Cox, C. McKay, К. Купер, Ф.Дэйв, М. О’Драйсколл, S. Cartwright, C. Cooper), наиболее продуктивным представляется трансактный подход Р. Лазаруса [2, 9]. Следуя когнитивной трансактной модели стресс-процесса, оперируя ее понятиями и терминологией, исследователи рабочего стресса придерживаются следующего концептуального представления: стресс — это трансактный процесс; стрессоры — события или их характеристики (стимулы), с которыми сталкивается человек; переутомление — психологическая, физическая или поведенческая реакция человека на влияние стрессоров. Переутомление возникает тогда, когда человек ощущает, что требования или ограничения внешней среды превысили его ресурсы и способности; результат — это последствия переутомления как на уровне отдельного человека, так и на уровне организации.

Одним из наиболее важных аспектов изучения рабочего стресса является исследование факторов рабочей среды, которые могут выступать в роли стрессоров, служить источниками рабочего стресса. В литературе как аналогичные понятия широко используется термины «профессиональные стрессоры», «стресс-факторы рабочей среды», «источники стресса».

Под «профессиональными стрессорами» понимаются возможные причины возникновения стресса, которые или непосредственно, или опосредованно (так называемые «внеорганизационные источники стресса») связаны с выполнением человеком его профессиональной деятельности. Б. В. Овчинников и А. И. Колчев полагают, что потенциально стрессогенные факторы, свойственные любой профессиональной деятельности, можно подразделить на четыре основные группы: коммуникативные, информацион-

© Л.В.Дементьева, 2010

ные, эмоциогенные, физиолого-гигиенические [13]. Г. С. Никифоров указывает на то, что профессиональная деятельность человека может быть осложнена воздействием стрессоров разной природы, и на основе обобщения литературных данных по этому вопросу предлагает систематизированную совокупность наиболее типичных стрессоров, распространенных в различных сферах деятельности [12, с. 28]. Включенные в эту совокупность 49 стрессоров подразделяются на 5 категорий: стрессоры, относящиеся к организации и содержанию профессиональной деятельности, к профессиональной карьере, к оплате труда, взаимоотношениям на работе, а также внеорганизационные источники стресса.

Исследователи рабочего стресса сходятся в том, что при изучении влияния стрессоров необходимо учитывать эффект их «комплексного воздействия» на работника, поскольку к какой бы категории ни относились отдельные рабочие стресс-факторы, важно понимать, что они, как правило, воздействуют в комбинациях, а не отдельно друг от друга. Например, на работника могут одновременно влиять стрессоры «ролевая неоднозначность», «конфликт с коллегами», «нехватка информации». К. Купер, Ф.Дэйв, М. О’Драйсколл отмечают, что общее воздействие группы стрессоров может быть больше, чем сумма влияний отдельных частей [8].

В научной литературе (P. Spector, C. Aldwin, А. Б. Леонова и др.) активно дискутируется проблема — как стоит исследовать стрессоры, объективно или субъективно? При всей очевидной важности «объективного» исследования стрессоров (т. е. независимо от того, как они воспринимаются отдельными людьми), многие исследователи обращают внимание на необходимость изучения стрессоров с позиции субъективного восприятия конкретным человеком потенциальной угрозы, которую несет в себе тот или иной стимул или событие. В поддержку субъективной позиции выступает трансактная модель стресса, которая подчеркивает, что субъективное восприятие — это ключ к пониманию взаимосвязей «стрессор—переутомление» [2, 8, 9].

В настоящее время остается малоизученным вопрос о влиянии возраста на субъективное восприятие профессиональных стрессоров. Наиболее значимые серьезные эмпирические исследования были посвящены анализу взаимосвязи возраста с совладающим поведением (F. Blanchard-Fields, L. Sulsky, 1991; S.Folkman, R. Lazarus, 1980; G. Vaillant, 1986; R. McCrae, 1989; C. Aldwin, 2007; Т. Ю. Бильгильдеева, Т. Л. Крюкова, 2000 и др.). Другая часть исследований посвящена анализу взаимосвязи возраста с выгоранием (W. Schaufeli, B.Buunk, 1996; C.Maslach, 1993). Что касается возрастных особенностей субъективного восприятия рабочих стрессоров, то исследователи профессионального стресса R. Lazarus, К. Купер, Ф.Дэйв, М. О’Драйсколл и др. отмечают, что, вероятно, возраст может выступать в качестве фактора, влияющего на оценку человеком стресс-факторов рабочей среды, но указывают при этом на дефицит эмпирических исследований в этой области. Вместе с тем этот вопрос представляется важным в контексте целостного изучения организационного стресса [2, 8].

В проведенном нами исследовании профессиональных стрессоров решались следующие задачи:

• изучение совокупности различных профессиональных стрессоров с позиции субъективной оценки взрослыми их актуальности, значимости; выявление наиболее актуальных стрессоров, влияющих на взрослых в ситуации их повседневной профессиональной деятельности;

• изучение внутренней, структурной организации профессиональных стрессоров;

• изучение возрастных особенностей субъективной оценки профессиональных стрессоров.

Таким образом, предметом исследования стали профессиональные стрессоры (субъективная оценка). Объект исследования — сотрудники крупной страховой компании.

В исследовании приняли участие 188 человек, сотрудники крупной страховой компании в возрасте от 18 до 55 лет. Средний возраст респондентов — 32,7 года. Подавляющее большинство выборки (91%) составили женщины. 73,6% имеют высшее и неоконченное высшее образование.

В исследовании приняли участие специалисты, имеющие различный рабочий функционал — специалисты по продажам (агенты, менеджеры офисных продаж), сотрудники планово-финансового управления и бухгалтерии, руководящие работники (директора агентств, директора управлений дирекции, начальники отделов), специалисты в области медицинского страхования (врачи-эксперты), сотрудники управления рекламы и маркетинга, управления по работе с персоналом и другие специалисты.

Общий профессиональный стаж сотрудников в среднем — 12,2 лет, а стаж в данной должности — 2,5 года.

В исследовании участвовали люди разных возрастов, и, в соответствии с возрастной периодизацией Д. Б. Бромлей, в общей выборке выделены 4 возрастные группы: от 18 до 20 лет (23 человека), от 21 года до 25 лет (48 человек), от 26 до 40 лет (68 человек), от 41 года до 55 лет (49 человек).

Для диагностики субъективной оценки взрослыми профессиональных стрессоров нами была разработана анкета, которая включала в себя перечень из 61 профессионального стрессора. За основу мы взяли систематизированную Г. С. Никифоровым совокупность наиболее типичных стрессоров, распространенных в различных сферах профессиональной деятельности [12, с. 28], и внесли некоторые коррективы и дополнения, обоснованные спецификой данного вида профессиональной деятельности и составом участников исследования (подавляющее большинство — женщины). Респонденты оценивали не только наличие (или отсутствие) тех или иных стрессоров в их повседневной профессиональной деятельности, но и степень влияния на них актуальных профессиональных стрессоров по 10-балльной шкале. 1 балл присуждался стрессорам, влияние которых слабое, невыраженное, а 10 баллов — тем, воздействие которых сильно выражено (стрессор оказывает очень серьезное влияние на респондента в его профессиональной деятельности). Промежуточные баллы выставлялись в соответствии с выраженностью влияния того или иного стрессора. Полученные в ходе анкетирования данные по каждому профессиональному стрессору легли в основу дальнейшего анализа.

Математическая обработка данных проводилась с помощью статистических методов с использованием статистического пакета SPSS.Были применены методы количественного и качественного анализа: первичная статистика; корреляционный анализ — г-корреляция Пирсона для метрических переменных; иерархический кластерный анализ корреляций, метод межгрупповой связи (в качестве объектов классификации были определены переменные «профессиональные стрессоры», в качестве мер различия (близости) — корреляция Пирсона). Для изучения возрастных различий в оценке влияния профессиональных стрессоров нами был применен непараметрический метод сравнения для независимых выборок — и-критерий Манна—Уитни [11].

В рамках данной статьи мы рассмотрим некоторые результаты, проведенного нами исследования.

1. Анализ средних значений выявил, что все стрессоры, входящие в совокупность исследуемых нами профессиональных стрессоров, по мнению респондентов, в той или иной степени представлены в их повседневной профессиональной деятельности и оказывают на них влияние. Вместе с тем необходимо отметить, что средние значения по-

казателей субъективной оценки влияния стрессоров в целом по выборке не превышают 3,4, а в отдельных возрастных группах — 5,15 баллов. То есть влияние даже наиболее значимых стрессоров оценивается респондентами как умеренное.

2. Взрослым наиболее значимыми представляются стрессоры, относящиеся к организации, условиям и содержанию профессиональной деятельности, вопросы финансового вознаграждения труда (средние значения — от 2 до 3,4 баллов).

3. Как несколько менее значимые взрослые оценивают рабочие стрессоры, относящиеся к системе взаимоотношений, проблемам карьерного роста и удовлетворенности трудом, а также внеорганизационные источники рабочего стресса (средние значения — от 1 до 2 баллов).

4. Наименее значимыми взрослым представляются стрессоры, связанные с ограничением свободы поведения, статусом, уважением, с конфликтным соотношением личностных ценностей с ценностями, декларируемыми организацией, с опасностью для жизни и здоровья (средние значения — от 0,1 до 1 балла).

5. Анализ внутренней структуры совокупности профессиональных стрессоров (результаты корреляционного анализа) выявил факт множественного прямого взаимовлияния стрессоров друг на друга — 236 положительных статистически значимых корреляционных связей (г-корреляции Пирсона, р < 0,01). Это позволяет говорить о комплексном характере воздействия стрессоров рабочей среды на взрослых при выполнении ими повседневной профессиональной деятельности. Воздействие стрессоров осуществляется в различных комбинациях, при этом они оказывают прямое влияние друг на друга. Вместе с тем, на наш взгляд, определенную роль играют индивидуальные особенности восприятия взрослыми стрессоров.

6. Использование метода кластерного анализа корреляций позволило нам классифицировать совокупность профессиональных стрессоров и выделить 9 кластеров: «Нереализованность личности в профессиональной деятельности; неудовлетворенность трудом», «Проблемы карьерного роста», «Неопределенность рамок, границ при выполнении профессиональной деятельности», «Трудности в системе взаимоотношений», «Условия труда», «Чрезмерная перегрузка; напряженная психическая деятельность», «Конфликты личностных ценностей с ценностями, декларируемыми организацией», «Ощущение дисбаланса и неритмичности в профессиональной деятельности», «Повседневные семейные заботы».

7. Сравнительный анализ (с использованием непараметрического и-критерия Манна—Уитни) значений показателей субъективной оценки профессиональных стрессоров в 4 возрастных группах (18-20, 21-25, 26-40 и 41-55-летние) выявил факт наличия возрастных различий в оценке влияния профессиональных стрессоров.

Влияние возраста проявляется в следующих тенденциях.

1. Из всей совокупности профессиональных стрессоров молодым людям (18-20 и 2125-летним) наиболее важными, значимыми представляются такие профессиональные стрессоры, как «недостаток необходимых профессиональных знаний и умений» и «обеспокоенность последствиями возможных ошибочных действий, страх совершить ошибку». По мере взросления и приобретения сотрудниками профессионального опыта, повышения уровня их профессиональной компетенции наблюдается явная тенденция к снижению значимости данных стрессоров. Данный вывод обоснован выявленными статистически значимыми различиями значений показателя влияния стрессора «обеспокоенность последствиями возможных ошибочных действий, страх совершить ошибку» между представителями возрастных групп 18-20 и 26-40-летних (р = 0,042), а также между 18-20 и 41-55-летними (р = 0,029). В оценке влияния стрессора «недоста-

ток необходимых профессиональных знаний и умений» между 18-20 и 41-55-летними выявлены статистически значимые различия при р = 0,042, а между 21-25 и 41-55летними— при р = 0,037. То есть молодые люди (18-20 и 21-25-летние) более чувствительны к влиянию этих стрессоров, чем более взрослые сотрудники. О наличии этой возрастной тенденции свидетельствуют и результаты корреляционного анализа: выявлена отрицательная статистически значимая корреляционная связь «возраста» со стрессором «недостаток необходимых профессиональных знаний и умений» (г = -0,217; Р < 0,01).

2. Вопросы, связанные с оплатой труда (отсутствие ясности в оплате труда и задержка оплаты), представляются весьма актуальными для молодых людей, особенно для 18-20-летних. По мере взросления сотрудников эти стрессоры утрачивают свою актуальность. Вероятно, у более взрослых, опытных сотрудников существуют более ясные и четкие представления относительно системы оплаты их труда. Были выявлены статистически значимые различия значений влияния стрессора «задержка оплаты» между 18-20-летними и группами: 21-25-летних (р = 0,046), 26-40-летних (р = 0,039), 41-55-летних (р = 0,001). В оценке влияния стрессора «отсутствие ясности в оплате труда» молодыми людьми (18-20 и 21-25-летними) и 41-55-летними также выявлены статистически достоверные различия (р < 0, 05). Эта возрастная тенденция подтверждена и данными корреляционного анализа, наличием отрицательной статистически значимой корреляционной связи «возраста» со стрессором «отсутствие ясности в оплате труда» (г = -0,223; Р < 0, 01). При выполнении повседневной профессиональной деятельности особое значение для взрослых имеют «условия труда, организация рабочего места, качество оборудования». Наиболее важным этот стрессор представляется молодым людям (18-20 и 21-25-летним). С возрастом (26-40-летние) значимость условий труда существенно снижается (статистически значимые различия в оценке влияния этого стрессора между 20-25 и 26-40-летними при р = 0,008). Однако после 40 лет условия труда вновь приобретают свою актуальность, хотя и в несколько меньшей степени, чем в молодости.

3. Для молодых людей (21-25-летних) весьма важным является стрессор «неудовлетворительные перспективы продвижения по службе (медленное или слишком быстрое)». По мере взросления значимость этого стрессора существенно снижается (статистически значимые различия в оценке влияния этого стрессора между 21-25 и 41-55летними при р = 0,013). Это подтверждают и результаты корреляционного анализа — выявлена отрицательная статистически значимая корреляционная связь между «возрастом» и стрессором «неудовлетворительные перспективы продвижения по службе» (г = -0,235; р < 0, 01).

4. Для 26-40-летних характерно расширение комплекса ведущих стресс-факторов за счет наполнения его такими стрессорами, как «чрезмерная перегрузка; напряженная психическая деятельность», «волнения в связи с переездами», «неудовлетворенность трудом (содержательной составляющей)», «фрустрация из-за достижения предела своей карьеры», «отсутствие творческого вдохновения», а также «переживание несоответствия между затратами сил на выполняемую работу и ее финансовым вознаграждением». Эти стрессоры представляются более актуальными 26-40-летним, чем более молодым и более зрелым сотрудникам. Это подтверждают выявленные статистически значимые различия в субъективной оценке стрессоров: «фрустрация из-за достижения предела своей карьеры» (26-40-летние оценивают его выше, чем 21-25-летние (р = 0,02) и чем 41-55-летние (р = 0,018)); «чрезмерная перегрузка; напряженная психическая деятельность» (для 26-40-летних этот стрессор более значим, чем для 18-20-летних

(р = 0,016)); «отсутствие творческого вдохновения» (26-40-летние оценивают значимость этого стрессора выше, чем 41-55-летние (р = 0,013)); «неудовлетворенность трудом (содержательной составляющей)» — стресс-фактор, который представляется 26-40летним более важным, чем 21-25-летним (р = 0,014).

5. По мере взросления снижается актуальность стрессоров, относящихся к сложностям в системе взаимоотношений — зрелые люди в возрасте от 41 года до 55 лет в меньшей степени, чем молодые сотрудники, склонны придавать значение конфликтам с коллегами, сплетням. Выявлены статистически значимые различия в оценке влияния стрессора «конфликты с коллегами». 41-55-летние оценивают значимость этого стрессора ниже, чем 18-20-летние (р = 0,005) и чем 26-40-летние (р = 0,037). Стресс-фатор «сплетни» людям в возрасте от 41 года до 55 лет представляется менее важным, чем представителям остальных возрастных групп.

6. По мере взросления отмечается возрастание значимости стрессоров «внезапное или систематическое отвлечение внимания» (неожиданный раздражитель или постоянное воздействие помех) и, как следствие, «развитие преждевременного утомления», «дефицит времени», «ощущение цейтнота», «переживание несоответствия между затратами сил на выполняемую работу и ее финансовым вознаграждением», «бремя ответственности» и «проблемы со здоровьем; плохое самочувствие» (статистически значимые различия в оценке влияния этих стрессоров между 41-55-летними и представителями других возрастных групп). Зрелые люди в возрасте от 41 года до 55 лет оценивают эти стрессоры как весьма значимые, существенно влияющие на них при выполнении повседневной профессиональной деятельности.

Полученные в ходе исследования данные о возрастных особенностях субъективной оценки профессиональных стрессоров в целом соотносятся с представлениями ряда авторов (C. Aldwin [1], Р. Лазарус [9], В. А. Бодров [5]), которые полагают, что возраст хотя и не является главной детерминантой стресс-копинг процесса, тем не менее может влиять и на процессы оценки, и на выбор копинг-стратегий.

Мы полагаем, что полученные в ходе исследования данные о возрастных различиях субъективной оценки профессиональных стрессоров в целом соотносятся с задачами развития, которые решает личность на этапах ранней и средней взрослости. Так, в частности, актуальность для молодых людей таких профессиональных стрессоров, как «недостаток необходимых профессиональных знаний и умений», «обеспокоенность последствиями возможных ошибочных действий, страх совершить ошибку», «неудовлетворительные перспективы продвижения по службе» и др., свидетельствует о важности решения задач развития, характерных для ранней взрослости — начала и развития профессиональной карьеры, развития социальных отношений и принятия гражданской ответственности, развития компетентности, признания личных ограничений и др. А значимость стрессоров «внезапное или систематическое отвлечение внимания», «дефицит времени; ощущение цейтнота», «бремя ответственности», «проблемы со здоровьем; плохое самочувствие» для людей в возрасте от 41 года до 55лет отражает необходимость решения задачи адаптации к физиологическим изменениям среднего возраста.

Таким образом, обобщая результаты проведенного нами исследования субъективной оценки профессиональных стрессоров, мы можем сделать следующие выводы:

1. Повседневная профессиональная деятельность взрослых связана с воздействием различных стрессоров рабочей среды. Наиболее значимыми взрослым представляются стрессоры, относящиеся к организации, условиям и содержанию профессиональной деятельности, вопросы финансового вознаграждения труда.

2. Анализ структуры взаимосвязей профессиональных стрессоров позволяет гово-

рить о комплексном характере воздействия стрессоров на сотрудников, при котором стрессоры могут усиливать влияние друг друга. Кроме того, нам представляется вероятным, что определенную роль играют индивидуальные особенности восприятия стрессоров в целом.

3. Выявлено влияние возраста на субъективную оценку профессиональных стрессоров. Для молодых людей более значимыми являются стрессоры, связанные с нехваткой профессионального опыта, с недостаточно высокой компетенцией, условиями труда, а также стрессоры, относящиеся к системе взаимоотношений и финансовым вопросам. По мере взросления отмечается снижение значимости этих стресс-факторов и повышение актуальности стрессоров, связанных с перегрузкой, напряженной психической деятельностью, с ухудшением состояния здоровья.

Проведенный анализ профессиональных стрессоров позволяет определить направления организационной, психологической работы по управлению профессиональным стрессом.

Литература

1. Aldwin C. Stress, coping and development. New York, 2007. 432 p.

2. Lazarus R., Folkman S. Coping and adaptation // The handbook of behavioral medicine / Ed. by W. D. Gentry. New York: Guilford, 1984. P. 282-325.

3. Абабков В. А., Перре М., Планшерел Б. Систематическое исследование семейного стресса и копинга // Обозрение НИИ психиатрии и медицинской психологии им. В. М. Бехтерева. 1999. №2. С. 4-8.

4. Абабков В. А., Перре М. Адаптация к стрессу: Основы теории, диагностики, терапии. СПб., 2004. 166 с.

5. Бодров В. А. Психологический стресс: развитие и преодоление. М.: ПЕР СЭ, 2006. 528 с.

6. Водопьянова Н. Е. Психодиагностика стресса. СПб., 2009. 336 с.

7. Ганзен В. А., Головей Л. А. К системному описанию онтогенеза человека // Психология развития: хрестоматия / Под ред. авт. кол-ва. сотрудн. каф. психологии развития и дифференциальной психологии СПбГУ. СПб., 2001. С. 80-97.

8. Купер К., Дейв Ф., О’Драйсколл М. Организационный стресс: Теории, исследования и практическое применение. Харьков, 2007. 336 с.

9. Лазарус Р. Теория стресса и психофизиологические исследования // Эмоциональный стресс / Под ред. Л. Леви. Л., 1970. С. 178-208.

10. Нартова-Бочавер С. К. «Coping behavior» в системе понятий психологии личности // Психологический журнал. 1997. Т. 18, №5. С. 20-30.

11. Наследов А. Д. Математические методы психологического исследования: Анализ и интерпретация данных. СПб., 2006. С. 339-342.

12. Никифоров Г. С. Психология профессионального здоровья: Учеб. пособие / Под ред. Г. С. Никифорова. СПб., 2006. 480 с.

13. Овчинников Б. В., Колчев А. И. Профессиональный стресс и здоровье // Психология профессионального здоровья / Под ред. Г. С. Никифорова. СПб., 2006. С. 204-213.

Статья поступила в редакцию 17 сентября 2009 г.