Запретный плод ВТО

Вопрос последствий вступления России в ВТО для отечественного сельского хозяйства получил широкое обсуждение незадолго до и после момента вхождения страны в организацию в 2012 году. Сейчас конкретные аспекты работы участников аграрного рынка РФ в рамках ВТО упоминаются не столь часто, на первый план вышло продовольственное эмбарго. Зарубежные и отечественные эксперты склонны полагать, что меры политического характера временные, а серьезного влияния условия ВТО на российский сельскохозяйственный рынок все равно не окажут.

Распространенная негативная оценка последствий вступления РФ в ВТО на российское сельское хозяйстве вытекает, в частности, из принципа организации об отсутствии дискриминации при товарообмене между странами-членами, что, по сути, означает усиление конкуренции для страны, которая только вступает в ВТО. Внутренняя система отечественного агарного рынка к моментальному перестроению была не готова, однако российской стороне удалось выторговать уровень господдержки отрасли в два раза превышающий реальный ($9 млрд), с постепенным снижением до $4,4 млрд к 2018 году. По заявлениям представителей российских властей, разделяемым далеко не всеми специалистами, помощь фермерам в повышении конкурентоспособности окажут и контрсанкции.

Спорные антисанкции

По прогнозам Минсельхоза РФ, которыми в апреле поделился уже бывший министр Николай Федоров, рост сельхозпроизводства в России 2015 году составит 1,4% (в 2014 году этот показатель составлял 3,7%. — BG). Объем импорта сельскохозяйственного сырья и продовольствия при этом снизился на $4,1 млрд — до $40,9 млрд, а вот экспорт стал рекордным — $19,136 млрд, что на 15% больше, чем в 2013 году. О новых возможностях роста для российских аграриев ранее говорил и премьер-министр РФ Дмитрий Медведев, и представители ряда крупных холдингов АПК.

Руководитель аналитической группы научно-экспертного совета при комитете Госдумы РФ по аграрным вопросам Иван Рубанов, между тем, с осторожностью оценивает эффект от продовольственного эмбарго для российского сельского хозяйства: с одной стороны, действительно усилилась конкуренция среди отечественных производителей, с другой — усложнился доступ к кредитным ресурсам. "Кроме того, у нас до сих пор существует планово-горизонтальный подход с советских времен. Через полгода существования программа (по развитию сельскохозяйственного производства. — BG) устаревает, через год — теряет актуальность", — отмечает эксперт.

Один из зарубежных специалистов по ВТО на условиях анонимности высказал мнение, что российские контрсанкции не способны оказать существенного влияния на экономики стран, в отношении которых введены, а после смягчения политической напряженности и снятия запрета российским товарам все равно придется конкурировать с западными, причем преимущество может быть на стороне последних.

"Сложно прогнозировать развитие событий, но думаю, что, например, сельскохозяйственные товары из Европы найдут место на российском рынке даже после снятия санкций. Они конкурентоспособны, даже при текущем курсе рубля. Конечно, определенное беспокойство европейских фермеров есть, но, во-первых, доля торговли с РФ была очень небольшая, во-вторых, сейчас нельзя угадать, что будет, например, через десять лет", — отметил он. Среди тех производителей, которые наиболее всего пострадали от эмбарго, эксперт называет компании из Прибалтики и Финляндии.

Введение контрсанкций было своего рода отчаянной и при этом довольно грубой мерой, говорит доктор экономических наук Московского государственного института международных отношений (МГИМО) Татьяна Исаченко. "Все контрсанкции со стороны РФ сработаны топорно, не изящно. Со стороны ЕС были введены санкции по гибким сферам — финансовые услуги и товары двойного назначения. Российские санкции оспорить легче, чем европейские", — добавляет эксперт.

Некритичные условия

Условия ВТО по сельскому хозяйству не являются критическими для российских сельхозпроизводителей, дело во внутренних причинах — административных барьерах, иногда недобросовестности самих фермеров в части поставляемой продукции, низкой активности отраслевых союзов, неравномерном распределении государственных субсидий и кадрах, говорит Иван Рубанов.

После вступления в ВТО иностранные компании не завалили российский рынок своей дешевой продукцией, при этом импорт вырос незначительно и только в первые месяцы после вступления, напоминает он. На цены условия организации повлияли слабо, единственное исключение — их обвал на свинину и молочный шлейф. Однако, говорит эксперт, в данном случае ВТО лишь сыграла роль спускового крючка, а главным фактором падения стал рост внутреннего производства.

Господин Рубанов указывает еще на один, не вполне справедливый аргумент критиков: о том, что западные фермеры купаются в субсидиях, а российские страдают от их мизерного размера. "Исторически бюджет Евросоюза играет роль главного канала поддержки отсталых сельских регионов, однако основные объемы средств в ЕС распределяются через страновые бюджеты, а у большинства развитых стран доля расходов на сельское хозяйство в бюджете немного ниже, чем в России (0,5-1%)", — отмечает он.

Кроме того, напоминает он, ВТО не ограничивает объемы господдержки сельского хозяйства: организация ограничивает объемы применения отдельных инструментов, оказывающих сильное искажающее влияние на рынки. "Данная группа мер считается наименее эффективной для долгосрочного развития. Кроме того, в последние годы она составляла не $9 млрд, а около $5 млрд", — добавляет он.

Говоря о внутренних препятствиях для развития сельского хозяйства, эксперт отмечает, что структурные проблемы отрасли все же решаются, но сохраняются системные: аграрии фиксируют усиление административных барьеров и зарегулированности.

Опасения и внутренний контроль

Смягчающим условия ВТО обстоятельством является сохранение у любого члена организации внутренних норм, регулирующих доступ на рынок товаров из других стран в части безопасности, в том числе экологической, технической и другой. В сфере сельского хозяйства Россия активно использует эти нетаможенные инструменты ограничения импорта, при этом ЕС уже предъявил к РФ иск в части ограничений на поставку продовольствия. Со стороны РФ пока прослеживается тенденция этот спор "заморозить" и использовать как предмет для переговоров (у России к ЕС тоже есть два иска по другим тематикам).

Заведующий лабораторией биогеографии Института географии РАН Аркадий Тишков указывает на ряд опасений от последствий вступления России в ВТО в сфере сельского хозяйства и экологии. Среди них, по словам эксперта, — трансформация аграрного ландшафта, расширение инвазий чужеродных видов и распространения карантинных видов растений и животных, массовый выброс на рынок генно-модифицированной продукции и культур.

Соглашение ВТО по сельскому хозяйству, считает господин Тишков, может в итоге привести к расширению пашни в благоприятных для аграрного производства регионах, например, на юге России, и к ее забрасыванию в зоне рискового земледелия.

"Проследить эту цепочку последствий полезно не только для оценки явного ущерба экономике и охране природы, но и для включения механизма превентивных мер: для создания экосетей в староосвоенных регионах, перестройку экономики в неперспективных регионах", — добавляет он.

Основная линия, касающаяся эмбарго, ВТО и развития российского сельского хозяйства, была обозначена в конце апреля текущего года президентом РФ Владимиром Путиным. "Конечно, изначально было понятно, что это (продовольственное эмбарго. — BG) не может не привести к определенному скачку цен, но в то же время это шанс в условиях нашего пребывания в ВТО освободить внутренний рынок для национальных производителей", — отмечал он, обращая внимание на злоупотребления на рынке в части необоснованного повышения цен.

Впрочем, по мнению главы государства, это пройдет по мере роста собственного производства. "Мы не должны забывать, что у нас так или иначе связано с сельхозпроизводством 40 млн человек — одна треть населения РФ. Поэтому в любом случае мы действуем в правильном направлении", — подчеркивал Владимир Путин.