Денежно-кредитная политика: результат или импульс развития экономики

Янова С.Ю., Попова ЕМ.

ДЕНЕЖНО-КРЕДИТНАЯ ПОЛИТИКА: РЕЗУЛЬТАТ ИЛИ ИМПУЛЬС РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИКИ

Аннотация. В статье представлен критический взгляд на монетарный подход в сфере государственного регулирования экономических процессов и монетаристские принципы воздействия на поведение экономических субъектов. Выдвигается гипотеза о том, что влияние иных факторов оказывает большее воздействие на экономические коллизии, чем собственно монетарная политика. С этих позиций проводится анализ «Основных направлений денежно-кредитной политики на 2018 год и 2019-2020 годы» и выявляются её сильные и слабые стороны.

Ключевые слова. Фиатные деньги, денежная масса, таргетирование инфляции, финансовый актив, финансовый рынок, экономический рост, цикличность, стабильность, кризис, цифровые деньги, трансэмиссионный механизм, процентные ставки, валютный курс, рыночная конкуренция.

Уапоуа S.Yu., Popova E.M. MONETARY POLICY: RESULT OR MOMENTUM ECONOMIC DEVELOPMENT

Abstract. The article presents a critical view of the monetary approach in the sphere of state regulation of economic processes and monetarist principles of influence on the behavior of economic entities. It is hypothesized that the influence of other factors has a greater impact on economic conflicts than monetary policy itself. From these positions, the analysis of the main directions of monetary policy for 2018 and 20192020 is carried out and its strengths and weaknesses are identified.

Keywords. Fiat money, money supply, inflation targeting, financial asset, financial market, economic growth, cyclicity, stability, crisis, digital money, transemission mechanism, interest rates, exchange rate, market competition.

Уже почти пятьдесят лет деньги официально не имеют реальной стоимости. С тех пор, как в 1971 г. США последними отказались от золотого содержания доллара, мировая экономика использует фиатные деньги. Деньги стали мерой договорных отношений между странами, экономическими субъектами и населением, регулируемых национальными и международными органами монетарной власти. С тех пор центральные банки, Мировой Банк и Международный Валютный Фонд возложили на себя функции по определению объема и структуры денежной массы, курсов и паритетов национальных валют и других денежно-кредитных параметров экономики.

ГРНТИ 06.73.07

© Янова С.Ю., Попова Е.М., 2018

Светлана Юрьевна Янова - доктор экономических наук, профессор, заведующий кафедрой банков, финансовых рынков и страхования Санкт-Петербургского государственного экономического университета. Екатерина Михайловна Попова - доктор экономических наук, профессор, профессор кафедры банков, финансовых рынков и страхования Санкт-Петербургского государственного экономического университета. Контактные данные для связи с авторами (Янова С.Ю.): 191023, Санкт-Петербург, Садовая ул., д. 21 (Russia, St. Petersburg, Sadovaya str., 21). Тел.: +7 (812) 310-26-91. Е-mail: s.yanova@inbox.ru. Статья поступила в редакцию 12.09.2018.

Монетаристские взгляды на определяющую роль фиатных денег в развитии реального сектора экономики, рынков капитала, платежных и расчетных систем, уровня жизни населения и иных важнейших аспектов макро- и микроэкономики стали мейнстримом государственного регулирования. Казалось, что найдя верные индикаторы взаимозависимости между процентными ставками, ВВП и уровнем инфляции, можно решить все проблемы экономического роста. Увеличивая количество денег быстрее фактически достигнутого экономического роста, полагали, что можно стимулировать рост ВВП за счет денежных инвестиций и кредита, т.е. денег выпускали больше, чем производимой стоимости - товаров и услуг. Соответственно, новые деньги, не имеющие стоимости, должны были создать новую стоимость.

Экономисты были уверены, что решение стабильного экономического равновесия найдено, а монетаристские теории стали самой популярной научной инновацией [1; 2; 3]. Однако последовавший вскоре обширный кризис 1970-х гг. поставил новый вопрос: чему больше способствует наращивание денежной массы - росту ВВП или инфляции?

Параллельно с развитием монетаристских подходов к государственному регулированию социально-экономического развития посредством денежно-кредитных импульсов и имея возможность увеличения количества денег исходя из соотношения цены и спроса на них со стороны экономики и государства, экономические субъекты и государственные регуляторы стали рассматривать деньги как абсолютный финансовый актив. Передача денег любому финансовому посреднику должна была приносить их обладателю доход. Для такого актива уже не важно, сопровождается ли его вложение реальным ростом экономики и производством новой стоимости или остается в сфере финансового рынка и рынка производных финансовых инструментов или поступает на финансирование государственных расходов.

Необходимо отметить, что существование двух парадигм: (1) денег как учетных единиц и (2) денег как финансовых активов, - содержит в себе явное противоречие. Если исходить из примата экономики как системы производства и потребления реальных товаров и услуг, в т.ч. и финансовых, и государственных, то следует полагать, что деньги обслуживают стоимостные отношения и выступают средством учета стоимости и орудием обмена. Если же признавать за деньгами их активизирующую функцию и способность запускать механизм экономического роста, то речь уже никак не может идти о деньгах как «всеобщем эквиваленте», они становятся финансовым активом, обеспечивающим создание новой стоимости в экономике.

Допуская, что увеличение денежной массы или снижение цены денег как актива в виде процентных ставок способствует экономическому росту, мы нарушаем равновесие денег и стоимости. Допуская, что деньги должны служить адекватным стоимостному равновесию спроса и предложения средством расчетов, не обеспеченный предложением выпуск денежных финансовых активов вызовет их обесценение - инфляцию. При наличии многочисленных теоретических моделей практическое решение денежной дилеммы так и не было найдено, даже в тех экономиках, которые больше других близки к рыночной структуре. Экономика все так же обладает цикличностью, ее поражают разнообразные кризисы, а оценка доходов населения и бизнеса или стоимость недвижимости, земли и других активов, выраженная в национальной валюте, при разнонаправленных кратковременных колебаниях сохраняет общий вектор роста.

Главный вопрос денежно-кредитного регулирования о том, приведет ли увеличение денег к росту ВВП или, наоборот, рост ВВП потребует увеличения денежной массы для своего обслуживания. Этот вопрос остается открытым. Следует отметить, что в последние годы появился и новый ответ на этот вопрос - цифровые деньги и активы. Тому в немалой степени способствовали и сами меры как жесткого, так и слабого денежно-кредитного регулирования, которые либо ограничивали предложение фи-атных денег и возможности производительных инвестиций, либо настолько понижали процентные ставки, что это лишало смысла осуществлять сбережения в фиатных деньгах.

Если монетарным властям представлялось, что через колебания стоимости фиатных денег они смогут регулировать спрос и предложение в реальном секторе экономики, то оказалось, что в это время появились конкурентные цифровые средства и для расчетов, и для инвестиций. Не случайно, подавляющее большинство национальных монетарных органов власти, соглашаясь на использование цифровых технологий для совершенствования сложившихся финансовых и платежных систем, крайне негативно относятся к децентрализованным криптовалютам и иным цифровым финансовым активам.

Определяя основные направления денежно-кредитного регулирования, необходимо всегда иметь в виду, что деньги, в какой форме они бы не применялись, являются, в первую очередь, инструментом экономических отношений. Их роль и функции определяются целями более высокого порядка. Противодействие экономическим интересам основных производительных субъектов: экономически активного населения и бизнес-структур, конечно, возможно на коротких отрезках времени, но в длительной перспективе бесполезно. Умеренное регулирование приводит постепенно к поглощению влияния денег через инфляцию и номинальный рост доходов. Жесткое давление на процентные ставки и денежную массу, отягощенное зависимостью от крупных экономик, чаще сталкивается с нарушением запланированной динамики валютных курсов и структуры торгово-платежного баланса.

Проблемы денежно-кредитного регулирования могут заключаться в переоценке роли денег и кредита для реальной экономики:

• Могут ли деньги, не обеспеченные реальными активами, выступать полноценными инвестициями?

• Будет ли создана стоимость в форме товаров и услуг, которая проинвестирована за счет наращивания денежной массы?

• Обеспечивает ли снижение процентных ставок перетекание капитала в реальный сектор или

оставляет большую часть денег в сфере финансового рынка?

Наблюдаемый дисбаланс между используемыми денежно-кредитными рычагами и конечной целью экономического роста в настоящее время принято регулировать с помощью таргетирования инфляции. ЦБ РФ в Основных направлениях (ОН) единой государственной денежно-кредитной политики на 2018 год и период 2019-2020 годов [6] в очередной раз определяет таргетируемый параметр индекса потребительских цен в размере 4%. Принятый документ демонстрирует последовательную преемственность предыдущих программ денежно-кредитной политики (ДКП), что позволяет с уверенностью констатировать четкость и определенность выбранного Центральным Банком курса на продолжение применения монетаристских принципов влияния на поведение экономических субъектов, используя в качестве операционной цели ключевую процентную ставку, а в качестве инструментов - операции кредитного, банковского, валютного и, в меньшей степени, других секторов финансового рынка.

К числу позитивных характеристик программы следует отнести: обновленный многофакторный экономический анализ; намерение скоординировать ДКП с бюджетной, налоговой и социальной политикой; впервые представленное подробное изложение содержания и методологии трансмиссионного механизма ДКП; обоснование роли субъективных инфляционных ожиданий экономических субъектов и населения в реализации желаемой трансмиссии; обоснованный прогноз динамики процентных ставок и факторов, оказывающих на них влияние; мобильность применяемых мер и инструментов ДКП для адекватного маневра в условиях базового и альтернативного вариантов развития экономической ситуации.

Вместе с тем, хотелось бы проанализировать предлагаемые ОН с позиций не столько поддержания целевого уровня инфляции, сколько обеспечения дальнейшей трансмиссии в целевую функцию - экономический рост:

1. Насколько таргетирование низкой инфляции, снижение ключевой ставки в качестве операционной цели и использование монетарных инструментов согласуются с имеющимися экономическими трендами? Из данных таблицы 1, проиллюстрированных рисунком 1, следует, что при снижении индекса потребительских цен (ИПЦ), ключевой ставки и постепенном увеличении денежной массы (М2), которые характеризуют стимулирующий характер проводимой ДКП, основные макроэкономические параметры ВВП и реальных доходов населения слабо поддаются позитивному влиянию. И если экономический рост, хоть и в минимальной степени, но присутствует, то для личных доходов сохраняется отрицательный тренд.

Отсутствие снижения доходов в 1 квартале 2017 г. и увеличение на 3% в I квартале 2018 г. связано больше с методическим нюансом - эффектом базы 2017 г. (учета в 2017 г. и не учета в расчете в 2018 г. единовременной выплаты, произведенной пенсионерам в январе 2017 г.), чем с фактическим ростом. К сожалению, можно констатировать, что пока не получены убедительные доказательства того, что меры ДКП смогли запустить механизм трансмиссии для экономических отношений и конечных потребителей товаров и услуг. Об этом свидетельствует и не обоснованная никакими де-

нежными факторами волатильность доходов населения, наблюдаемая в мае (-9,3%) и июне (+10,1%) 2018 года [17].

Поскольку в течение последних трех лет наблюдается ситуация, при которой регулируемые параметры постепенного снижения ключевой ставки и повышения денежной массы сочетаются с переменным, разнонаправленным движением экономики в отдельные периоды, то имеет полное право на существование гипотеза о том, что влияние иных факторов оказывает большее влияние на экономические коллизии, чем собственно монетарная политика.

Таблица 1

Динамика изменений таргетируемой инфляции и макроэкономических параметров

2016 2017 2018

I кв II кв Шкв IV кв год I кв II кв Шкв IV кв год I кв II кв

1. ВВП 99.5 99.6 99.8 100.4 99.8 100.6 102.5 102.2 100.9 101.5 101.3 101.8

2. Реальные доходы населения 96.7 94.6 93.1 93.3 94.2 99.5 97.1 98.0 99.0 98.3 103.0 102.6

3. Индекс потребительских цен 108.35 107.35 106.83 105.75 105.39 104.63 104.19 103.37 102.57 102.51 102.24 102.37

4. Денежная масса (М2) 109.88 112.01 111.77 111.26 109.21 112.14 110.04 108.98 110.10 110.47 109.28 110.28

Составлено авторами на основе данных [11; 13; 14, с. 4; 18].

115

90 1-1-[-1-г-'-Г-'-Г-*-Г-'-Г-'-Г-*-Г-'-Г-*-\

1 кв 2 ив Зив Див 1 ив 2 ив Зив Див 1 ив 2 ив 2016 2016 2016 2016 2017 2017 2017 2017 2018 2018

♦ - ВВП  Рельные доходы населения

—А- Индекс потребительских цен -И**— Денежная масса

Рис. 1. Динамика изменений таргетируемой инфляции и макроэкономических параметров

Принимая во внимание, что в этот период происходил рост мировых нефтяных цен, отток иностранного капитала, неуклонно снижался курс рубля, росло огосударствление экономики и т.д., резонно предположить, что их влияние на экономику было не менее существенно, а снижению инфляции во многом способствовали и такие факторы, как санкции, снижение доходов населения и падение платежеспособного спроса. Крайне низкой по сравнению с развитыми экономиками (ниже в 2,0-2,7 раза в расчете по III 1С) в РФ остается и производительность труда [12], которая является важнейшим фактором роста экономики, но является крайней точкой цепи денежно-кредитной трансмиссии.

Не укладывается в логику проводимой ДКП и тот факт, что произошедшая в конце 2016 г. смена характера банковской ликвидности с дефицита на устойчивый профицит при условии доминирования банковского канала проведения ДКП не внесла серьезных инноваций в общий вектор монетарного

регулирования. Парадоксально, но сложилась ситуация, при которой инфляция остановлена, процентные ставки снижаются, ликвидные деньги есть, но для производительных инвестиций их использовать некому. Центробанк свою функцию выполнил, однако, полученный результат никак не влияет на интересы экономических субъектов как производителей товаров и услуг.

В связи с этим находится и объяснение слабого влияния ДКП на инфляционные ожидания экономических субъектов и их воздействие на рост инвестиционной и деловой активности. Если не наблюдается позитивного влияния инфляционных ожиданий ни на рост инвестиций, ни на изменение экономических интересов населения и предпринимателей, то стоит обратить внимание на формирование иных эффективных ожиданий, связанных с развитием финансового рынка, частного бизнес-сектора и реальных доходов населения.

2. В качестве следующего базового замечания следует указать, что не только предлагаемая, но и практически осуществляемая Банком России в последние годы политика нацелена в большей мере на поддержание финансовой стабильности существующей экономической системы, чем на стимулирование экономики или развитие конкурентной среды. В Основных направлениях регулятор неоднократно указывает на приоритетность достижения стабильных финансовых, ценовых и общеэкономических условий: «Меры взвешенной денежно-кредитной политики, имея стабилизационный характер, одновременно способствуют поддержанию финансовой и общей макроэкономической стабильности» [5].

До сих пор «стабильность» не включалась ни одной из научных школ в теорию рыночной экономики ни в качестве итогового результата, ни в качестве базы экономического развития. Можно добиваться рыночного равновесия, но такие явления, как кризисы, конкуренция, неравномерные темпы роста и т. п., наоборот, свидетельствуют о движении экономической системы, ее саморегулировании за счет достижения баланса интересов ее субъектов. В связи с этим возникают два последовательных вопроса: Насколько необходима стабильность экономическому развитию? И: Почему она должна быть целью государственной денежно-кредитной политики?

Ответ на эти вопросы неоднозначен и зависит от того, что именно понимают под стабильностью. Если это динамическое состояние (а это следует из другой цели регулирования - роста ВВП), то применение термина «стабильность» условно и означает постоянство достижения определенного баланса в смене драйверов устойчивого экономического роста. Если же государство будет добиваться устойчивости имеющихся в наличии экономических интересов и равновесного взаимодействия между ними, то такое «соп81ап1»-регулирование логичнее считать регрессивным по отношению к экономической системе.

В любом случае, добиваясь стабильности здесь и сейчас, мы исключаем возможность и необходимость быстрой качественной инновации экономики, которая не оставляет никаких надежд на сохранение позиций тем институтам, которые исчерпали свой позитивный ресурс. Смена экономических фаз и структур далеко не всегда происходит в позитивном русле, одни экономические субъекты теряют, другие приобретают, но в последующем выигрыш для всей экономики очевиден. Задача монетарного регулятора - сделать этот процесс «щадящим» с помощью эксклюзивного набора денежно-кредитных инструментов.

В течение 2017 года и первой половины 2018 года Банк России добился чрезвычайно низкого уровня инфляции - в некоторые кварталы в 2 раза ниже таргета - 2,2%, что свидетельствует о наличии достаточно длительного по меркам монетарных теорий периода ценовой стабильности. При этом экономика не получила ни значимого повышения спроса, ни роста корпоративного кредитования, ни адекватного роста производства. Стоит признать, что в периоды более высокой инфляции и спрос был выше, и реальные доходы населения росли, и экономический рост превышал прогнозируемые на ближайшие годы 1,7-2,0%. Современный профицит ликвидности банковского сектора не находит спроса на рынке инвестиций. Логичные и взвешенные меры ДКП не могут справиться с более глубокими противоречиями, сложившимися в современной экономике.

Для иллюстрации наличия крайне противоречивых связей и результатов, которые достигаются при постановке одинаковых конечных целей, значений и направленности таргетируемой цели, использовании процентных ставок в качестве операционных целей, рассмотрим динамику основных экономических и денежно-кредитных параметров на протяжении 2000-х годов в России и США (табл. 2-3, рис. 2-3).

И цифры, и графики наглядно показывают, что за этот период при общем росте показателей ВВП и инфляции процентные ставки регулировались и ЦБ РФ, и ФРС разнонаправлено, что вроде бы должно свидетельствовать о проведении целенаправленной политики либо сдерживания (при росте выше потенциального), либо стимулирования (при снижении ниже потенциального) роста экономики. Однако сравнение параметров изменения операционной (ставки) и таргетируемой (инфляции) целей показывает, что на экономический рост явно оказывают большее влияние иные факторы, которые перекрывают цели ДКП. Для РФ - валютные курсы и, соответственно, нефтегазовые цены, а для США -финансовые кризисы, связанные с созданием так называемых «финансовых пузырей» - необеспеченных долговых финансовых инструментов.

Таблица 2

Экономические и монетарные параметры в РФ, 2000-2017 гг.

Ключевая ставка ВВП Уровень инфляции Курс долл. США

Год На конец в % к 2000 Прирост за в % к 2000 Прирост за в % к 2000 На конец в % к

года году год году год году года 2000 году

2000 25.00 100.00 10.0 100.0 20.10 100 28.16 100

2001 25.00 100.00 5.1 105.1 18.80 118.80 30.14 107

2002 21.00 84.00 4.7 109.8 15.06 133.86 31.78 113

2003 16.00 64.00 7.3 117.1 11.99 145.85 29.45 105

2004 13.00 52.00 7.2 124.3 11.74 157.59 27.75 99

2005 12.00 48.00 6.4 130.7 10.91 168.50 28.78 102

2006 11.00 44.00 8.2 138.9 9.00 177.50 26.33 94

2007 10.00 40.00 8.5 147.4 11.87 189.37 24.55 87

2008 13.00 52.00 5.2 152.6 13.28 202.65 29.38 104

2009 8.75 35.00 -7.8 144.8 8.80 211.45 30.24 107

2010 7.75 31.00 4.5 149.3 8.78 220.23 30.48 108

2011 8.00 32.00 4.3 153.6 6.10 226.33 32.20 114

2012 8.25 33.00 3.7 157.3 6.58 232.91 30.37 108

2013 5.50 22.00 1.8 159.1 6.45 239.36 32.73 116

2014 17.00 68.00 0.7 159.8 11.36 250.72 56.26 200

2015 11.00 44.00 -2.5 157.3 12.91 263.63 72.88 259

2016 10.00 40.00 -0.2 157.1 5.38 269.01 60.66 215

2017 8.25 33.00 1.5 158.6 2.52 271.53 57.60 205

Составлено авторами на основе данных [7; 11].

300.00 250.00 200.00 150.00 100.00 50.00 О.ОО

2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 Ш Ключевая ставка —К—ВВП(%) —♦—Уровень инфляции Курс доллара США

Рис. 2. Динамика экономических и монетарных параметров в РФ, 2000-2017 гг.

Для примера РФ отчетливо видно, что положительный экономический рост более коррелирует с укреплением курса рубля, чем со снижением процентных ставок, и в то же время при высоких процентных ставках наблюдались и самые высокие темпы роста экономики. Обвал нефтяных цен и девальвация рубля 2014 г. настолько отрицательно повлияли на отечественную экономику, что уже в течение трех лет она не может перейти к устойчивому росту. Не вдаваясь в детали, стоит отметить, что США понадобилось 7 лет, чтобы преодолеть экономическую стагнацию после кризиса и провести через реальный сектор те суммы «предложения денег», которые пришлось выделять на поддержку несостоятельных игроков ипотечного рынка и других системно значимых («too big to fail») субъектов финансовой сферы.

Таблица 3

Экономические и монетарные параметры в США, 2000-2017 гг.

Год Ставка по резерву ВВП Уровень инфляции

На конец года в % к 2000 году Прирост за год в % к 2000 году Прирост за год в % к 2000 году

2000 6.50 100.00 3.7 100 3.39 100

2001 1.75 26.92 0.8 100.8 1.55 101.55

2002 1.25 19.23 1.9 102.7 2.38 103.93

2003 1.00 15.38 3.0 105.7 1.88 105.81

2004 2.25 34.62 4.0 109.7 3.26 109.07

2005 4.25 65.38 3.5 113.2 3.42 112.49

2006 5.25 80.77 2.7 115.9 2.54 115.03

2007 4.25 65.38 1.9 117.8 4.08 119.11

2008 0.25 3.85 -0.3 117.5 0.09 119.20

2009 0.25 3.85 -3.5 114.0 2.72 121.92

2010 0.25 3.85 2.4 116.4 1.50 123.42

2011 0.25 3.85 1.8 118.2 2.96 126.38

2012 0.25 3.85 2.3 120.5 1.74 128.12

2013 0.25 3.85 1.5 122.0 1.50 129.62

2014 0.25 3.85 2.4 124.4 0.76 130.38

2015 0.50 7.69 2.6 127.0 0.73 131.11

2016 0.75 11.54 1.6 128.6 2.07 133.18

2017 1,50 21.15 2.1 130.7 2.11 135.29

Составлено авторами на основе данных [8; 9; 10; 15; 16; 17; 19].

160.00 140.00 120.00 100.00 80.00 60.00 40.00 20.00 0-00 -20.00

—Ш— Ставка по резерву —— ВВП

Рис. 3. Динамика экономических и монетарных параметров в США, 2000-2017 гг.

3. Несмотря на то, что предлагаемые меры денежно-кредитного регулирования опираются на фундаментальный макроэкономический анализ, они, в первую очередь, ориентированы на монетарные концепции моделирования ситуации «чистого рынка», в полной мере отвечающего на импульсы изменения в предложении денег или в процентных ставках. Российская же экономика, как указывается и самим Центральным Банком, имеет совершенно иную структуру. Многие статистические данные свидетельствуют, что:

1) отечественная экономическая система демонстрирует не только структурные диспропорции, но и явно выраженную тенденцию к огосударствлению, как прямому, так и косвенному - через инструменты, схожие с государственными концессиями;

2) произошло значительное сокращение реального частного сектора во всех отраслях экономики;

3) основным сторонним источником инвестирования для экономических субъектов был и остается государственный бюджет, кредиты в основной капитал в последние годы крайне низки, уровень облигационных механизмов заимствования еще ниже;

4) наметилась устойчивая тенденция к сокращению доходов от собственности или предпринимательства.

Не продолжая иллюстрирование существенного изменения модели российской экономики более частными примерами, следует констатировать, что проводимое монетарное регулирование, декларируя финансовую стабильность посредством таргетирования инфляции, скорее поддерживает «status quо» сложившейся экономической структуры, чем пытается ее изменить и обеспечить экономический рост. Развитие экономики в настоящее время более зависит от иных направлений государственной политики, чем монетарной.

В текущем контексте поддержание инфляции на низком стабильном уровне скорее способствует поддержанию баланса бюджета, чем стимулированию экономического роста и росту доходов всех экономических субъектов. Если основные экономические интересы субъектов реального сектора ориентированы на бюджетное финансирование (понимаемое здесь в широком смысле финансовых потоков, связанных с функционированием и госкорпораций, и ГЧП, и банков с господдержкой, и т.д.), то целесообразно включать в арсенал ДКП не только рыночные инструменты.

В ОН представлено обоснование цели по инфляции в 4%, обобщающее данные современных исследований оптимального уровня инфляции в экономике. Для стран с формирующимися рынками он составляет от 9 до 17%, для развитых стран - от 1 до 3% [5, с. 73]. Выбор таргета по инфляции в 4% для российской экономики свидетельствует о том, что, по оценке Банка России, российская экономика очень близко подошла к состоянию развитых стран. По прогнозируемым на ближайшую трехлетнюю перспективу темпам экономического роста в 1,5-2,0% [5, с. 50] российскую экономику также следует отнести к группе развитых стран, которые в настоящее время находятся в стадии относительной стагнации и не определили пути перехода к политике экономического роста.

Однако другие параметры экономического развития РФ и оценки самого регулятора свидетельствуют, что отечественная экономика пока еще соответствует только уровню развивающейся, и ей предстоит еще пройти немалый путь, чтобы достигнуть уровня и качества экономических систем развитого рынка. Другие развивающиеся экономики демонстрируют темпы экономического роста выше в 2-3 раза, правда, при более высокой инфляции. Данное противоречие целей отечественной экономики и ее субъектов (опережающий рост объемов товаров и доходов) и целей ДКП (стабильно низкий уровень роста инфляции и ВВП) представляется крайне нелогичным и вряд ли превратится в движущую силу позитивных качественных изменений в трансмиссионных механизмах. Стабильность цен ради стагнации - вряд ли такого результата ожидают от денежно-кредитного регулирования.

Альтернативным путем снижения инфляции в экономике является развитие конкуренции, т.е. снижение инфляции через рыночные механизмы в противовес монетарным методам. Конкуренция способствует снижению цен товаров и услуг через сокращение издержек за счет оптимизации производства, роста производительности труда, развития технологий и т. п. А для этого требуется доступность кредитов, развитие предпринимательства, рост частного сектора в экономике. Это как раз будет способствовать формированию устойчивой экономической основы для стабильного рубля и постепенного снижения инфляции до уровней инфляции в развитых экономиках. Без равноправных усло-

вий для ведения бизнеса, снижения различных видов надзорной нагрузки и укрепления других рыночных рычагов не будет создан импульс для изменения структуры экономики и повышения ее эффективности. Достигнув инфляции в 2% и экономического роста в 1,7%, как в развитых странах, мы не стали развитой экономикой.

4. Основным трансмиссионным каналом управления процентными ставками и увеличения денежной массы Банк России признает банковское кредитование. Предполагается, что кредитный спрос автоматически должен расти по мере снижения кредитных ставок. В сегменте корпоративного кредитования текущая ситуация демонстрирует обратное. С одной стороны, наблюдается усиление консервативного подхода банков к отбору заемщиков, поскольку и реально функционирующих предприятий становится меньше, и сами банки опасаются более короткой экономической жизни заемщика, чем роста инфляции в долгосрочном периоде.

С другой стороны, существенное снижение маржинальности кредитных операций, высокие требования ЦБ РФ к залоговому обеспечению и общее ужесточение надзора за соблюдением нормативных требований и стандартов управления кредитным риском привели к консервации кредитования юридических лиц и развитию иных банковских или сопутствующих услуг, не имеющих рискового компонента и обладающих существенно более высокой маржой по сравнению с кредитной ставкой. Яркий пример тому - бурное развитие страхования жизни через каналы банко-страхования. В этом случае банк решает сразу несколько проблем - от получения монопольно высоких комиссионных вознаграждений до привлечения средств населения, минуя ФОР и АСВ. Усиливающаяся жесткость надзорных мер и иных требований в части управления банковскими рисками все более превращает регуляторные функции ЦБ в самый действенный элемент ДКП.

Драйвером развития кредитного рынка пока остается кредитование населения, как потребительское, так и ипотечное. Однако наблюдающийся второй год рост потребительского и ипотечного кредитования пока не смог запустить реальный рост производства и экономики в целом. Данная проблема еще должна быть исследована в целях поиска причин «холостого хода» розничного кредитного канала для реального сектора. Анализ структуры и объемов потребительского и ипотечного кредитования должен указывать долю кредитов на приобретение импортных товаров, техники, материалов и т.п. в цепочке использования полученных денежных ресурсов. Более того, в этом случае кредитный трансмиссионный канал не только слабо работает на рост отечественной экономики, но и оказывает влияние на валютный рынок.

5. Несмотря на достигнутую стабилизацию валютного рынка, следует отметить, что и общая тенденция постепенного удешевления рубля в среднесрочном периоде, и его высокая волатильность на коротких промежутках свидетельствуют о сильной зависимости национальной валюты не только от нефтегазовых цен и отставания в росте по сравнению с развитыми экономиками, определяющими условия на торговых площадках и финансовых рынках. «Валютные ожидания» экономических субъектов продолжают играть не менее существенную роль в трансмиссионном механизме ДКП, чем «инфляционные ожидания», поскольку пока в условиях малой сырьевой экономики они напрямую взаимосвязаны. Представляется преждевременным полагаться на абсолютную реальность свободного плавающего курса национальной валюты.

С точки зрения рыночной экономики можно предположить, что установление процентных ставок, таргетирование инфляции и другие денежно-кредитные рычаги стали вынужденными мерами по причине ускоренного перерождения «товарной» экономики в «финансовую». Произошла замена движения реальной стоимости движением различных финансовых потоков. С усложнением системы перераспределения ВВП, в которой и оперирует денежно-кредитное регулирование, управление процессами реальной экономики за счет финансовых рычагов все труднее поддается моделированию и прогнозированию, поскольку подвержено влиянию неограниченного множества как экономических, так и внеэкономических факторов.

В этой связи стабилизация инфляции и ставок, усиление риск-ориентированного (т.е. стабилизирующего финансовое положение) регулирования на кредитных и иных финансовых рынках могут стать не операционными рычагами роста, а серьезным ему препятствием. Хотелось бы надеяться, что в ближайшей перспективе главнейшей экономической тенденцией станет переход от концепции ценовой и макроэкономической стабильности к политике экономического роста.

ЛИТЕРАТУРА

1. Афанасьев Д.Ю. Влияние операций Центральных банков на международные финансовые рынки // Банковские услуги. 2017. № 7. С. 10-20.

2. Мешкова Е.И. Денежно-кредитная политика Банка России как значимый фактор процентной политики кредитных организаций // Банковские услуги. 2017. № 12. С. 7-14.

3. Янова С.Ю. К вопросу об экономической политике: экономика, финансы и государственное регулирование // Финансы и бизнес. 2016. № 2. С. 91-108.

4. Основные направления единой денежно-кредитной политики на 2016 год и период 2017 и 2018 годов. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.cbr.ru (дата обращения 04.08.2018).

5. Основные направления единой денежно-кредитной политики на 2017 год и период 2018 и 2019 годов. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.cbr.ru/publ/ondkp/on_2018(2019-2020).pdf (дата обращения 04.08.2018).

6. Основные направления единой денежно-кредитной политики на 2018 год и период 2019 и 2020 годов. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.cbr.ru (дата обращения 04.08.2018).

7. Макроэкономическая финансовая статистика. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.cbr.ru/sta-tistics/?PrtId=macro_itm (дата обращения 04.08.2018).

8. Статистика. Экономика России. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.ereport.ru/stat.php? razdel=country&count=russia (дата обращения 08.08.2018).

9. Новости экономики. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://fortrader.org (дата обращения 09.08.2018).

10. Динамика мирового внутреннего валового продукта (ВВП) и ВВП ведущих промышленно развитых стран по годам, % к предыдущему году. [Электронный ресурс]. Режим доступа:http://www.globfin.ru/stat.htm (дата обращения 11.08.2018).

11. Официальная статистика. Финансы. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.gks.ru (дата обращения 04.08.2018).

12. Рейтинг стран по ВВП на душу населения (I II 1С) 2017. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://investorschool.ru/rejting-stran-po-vvp-na-dushu-naseleniya-pps-2017 (дата обращения 09.08.2018).

13. Рост ВВП РФ во II квартале ускорился до 1,8%. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.mter-fax.ru/business/624832 (дата обращения 11.08.2018).

14. Население России в 2018 году: доходы, расходы и социальное самочувствие. Мониторинг НИУ ВШЭ. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://isp.hse.ru/data/2018/05/28/! 149493427/Мониторинг_ВШЭ_ 2018_1квартал.pdf (дата обращения 12.07.2018).

15. Уровень инфляции в Российской Федерации в 2018 г. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.statbureau.org/ru/russia/inflation (дата обращения 06.08.2018).

16. Процентные ставки. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.teletrade.ru/analytics/currency/stages (дата обращения 08.08.2018).

17. ЦБ притормозит рост валютных депозитов у банков. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.rbc.ru (дата обращения 12.08.2018).

18. Реальные доходы россиян чуть выросли за июнь. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.ros-balt.ru/business/2018/07/18/1718279.html (дата обращения 11.08.2018).

19. Finance and Economics Discussion Series. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.federal-reserve.gov (дата обращения 08.08.2018).