Современная интерпретация спекулятивной тематики в философии

УДК 1

ББК 87.3

А. А. Авсеев

Современная интерпретация спекулятивной тематики в философии

В статье представлены результаты исследования проблемы спекулятивного мышления в философии Гегеля и сформулирована новая концепция спекулятивного мышления, являющаяся развитием имплицитных интенций спекулятивного его логического учения. Современные философские теории, рассмотренные в соответствии с ней, поняты в качестве онто-гносеологического отражения абсолютной идеи.

The article presents the results of the research of the problem of speculative thinking in Hegel’s philosophy and formulates a new concept of speculative thought, which is the development of the implicit intentions of speculative in his logic teaching. Contemporary philosophical theories, studied in accordance with it, are represented as the onto-epistemological reflection of the absolute idea.

Ключевые слова: концепция, логическое, онто-гносеология, спекулятивное мышление, постгегелевская эпоха, философия Гегеля.

Key words: conception, onto-epistemology, logical, Hegel’s philosophy, speculative thinking, post-Hegelian epoch.

Исследование теории спекулятивного мышления продолжает традицию познания гегелевской философии в отечественной философии. Однако обращение к его научному наследию в ХХ столетии, на формирование социально-философских настроений которого существенное влияние оказали как идеи апологетов формальной логики (К. Поппер, Л. Витгенштейн, Г. Фреге), так и ожесточенная критика проекта модерна представителями философии постмодернизма, воспринимается как анахронизм. Классический рационализм представляется ветвью философии, давно себя изжившей, не способной к продуцированию новых идей и тем более давать адекватные ответы на запросы современной философии и науки. Эта статья призвана внести свой вклад в разрушение сложившегося стереотипа, утвердившегося в сознании значительного большинства представителей современного научного сообщества.

Главный недостаток даже наиболее значимых современных трактовок философии Гегеля состоит в том, что они не всегда в должной степени учитывают глубину спекулятивности гегелевской доктрины. Поэтому в настоящий момент возникла насущная потребность исследовать проблематику спекулятивного мышления, поскольку спекулятивное знание представляет собой особый способ обоснования и построения филосо-

фии. Действительно, представление о философии как о спекулятивном знании сложилось уже в античности и было воспринято средневековой философией, где спекулятивное отождествлялось с умозрением, интеллектуальной интуицией, созерцанием сверхчувственных и сверхэмпири-ческих сущностей. В философии Нового времени спекулятивное трактовалось как духовная деятельность, связующая воедино в мыслительную систему все содержание опыта. Эта трактовка проходит через философию Х1У-ХУШ вв., начиная с Ф. Бэкона, который видел предмет философии в глубоком изучении трансценденций, и кончая Кантом, для которого познание всеобщего в абстрактной форме - это спекулятивное познание, а философия - спекулятивное познание разумом.

Новый вариант трактовки философии как спекулятивного знания (т. е. разумно-положительного мышления) был предложен Гегелем. Только философия Гегеля стала поистине спекулятивной философией, или философией духа. Своими трудами Г егель создал целую эпоху спекулятивного мышления. В постижении конкретного тождества бытия и мышления, логической идеи и её действительности заключается суть спекуляции и спекулятивного мышления. Система Гегеля преодолела онто-гносеологический разрыв мышления и бытия, субъекта и объекта, обернувшийся скептицизмом и агностицизмом, характерным для эмпиризма и метафизики Нового времени. Гегель не только восстановил теоретическое представление о субстанциальном единстве мира и его познании человеком, бывшее достоянием уже античной философии, но и в форме философского понятия истины открыл для человечества поистине бесконечную перспективу развития как в теоретическом, так и практическом отношении, как в художественном творчестве, так и в религии. Для этого он должен был, исходя из субстанциональной метафизики Спинозы и Лейбница, восстановить первенство онтологии перед теорией познания и, таким образом, отменить «коперниканский переворот» Канта. Гегель развивает давнее воззрение на метафизику как сущностную науку, т. е. науку о логической природе вещей. Греческий мир, полагал он, развил мысль, доведя ее до идеи, христианско-германский мир понимал, напротив, мысль как дух. Идея впервые возводится в дух. Дух есть субъективность, т. е. знание себя как логической действительности, так и действительности, выраженной через природу и культуру.

Гегелем устанавливается онтологический характер логических категорий. Если философия имеет дело с конкретными предметами - богом, природой, духом, то логика занимается этими предметами лишь в их полной абстрактности. Логика стремится очистить категории, действующие лишь инстинктивно, как влечения. С введением содержания в логическое рассмотрение предметом логики становится не вещь, а суть, понятие или идея вещей. Понятие как всеобщность есть сокращение по

сравнению с единичностью вещей. Оно есть суть, логос, разум того, что есть. В отличие от только понятия, которое фиксирует форму и замыкается в ней, спекулятивное понятие осуществляет себя и на уровне содержания, образуя целостность.

Логичность бытия становится тем способом, которым открывается истина сущего. Гегель замечает, что формой логики является абсолютное содержание или формы разума, в которых реализуется вся действительность. В гегелевской трактовке мысль есть метафизически реальное начало. В противовес и Канту, и Фихте это первоначало является не субъективно-человеческим, а субъективно-объективным, абсолютным. Гегель полагал, что философствовать стоит лишь о том, что абсолютно есть, или, во всяком случае, что причастно абсолютной реальности.

В немецкой классической философии идея о спекулятивном характере философии служила формой утверждения суверенности философского знания и его несводимости ни к обыденному, ни к специальнонаучному знанию. Тем не менее, несмотря на это, в последнее время заметна потребность в более углубленном изучении проблематики спекулятивного мышления. В частности, согласно мнению известных немецких исследователей наследия Гегеля, таких как Хенрих Д. [7, с. 299], Райзингер П. [5, с. 67] и др., современные интерпретации гегелевской философии не вполне адекватны замыслу немецкого классика. Следовательно, спекулятивная философия, как ни парадоксально, до сих пор до конца не осознана современными представителями гуманитарного познания [4, с. 165].

Неудачная попытка Гегеля применить диалектический метод для объяснения закономерностей исторического развития в «Философии истории», подвергшаяся вполне обоснованной критике неогегельянством (Б. Кроче), привела к тому, что диалектический метод, а следовательно, и лежащий в его основе принцип спекулятивного (или разумноположительного) мышления, в истории философии был дискредитирован. Он был признан не способным играть роль универсального метода бытия и познания, каким его мыслил Гегель. Поэтому истинность всей спекулятивной системы Гегеля была поставлена под сомнение, а метод стали считать непригодным для познания истины бытия сущего. В опровержение сложившейся в философской традиции такой точки зрения необходимо отметить, что диалектический метод, трактуемый как последовательное логическое движение понятия через моменты тезиса, антитезиса и синтеза, был применен Гегелем только в «Феноменологии духа», где он проследил становление сознания, и в «Философии истории». Для остального корпуса гегелевских работ характерно успешное применение спекулятивного метода [3, с. 117], формой и содержанием которого, по его мнению, является идея.

Отметим, что затронутая проблема понимания философского содержания гегелевских работ является одной из самых дискуссионных в гегелеведении. Перед учёным, занимающимся изучением философского наследия Гегеля, стоит дилемма - следовать буквальному восприятию его текстов или же духу гегелевской философии, развивая интенции, содержащиеся в ней имманентно. Творчество немецкого мыслителя практически не оставляет выбора для тех исследователей, которые старались развить и переосмыслить его спекулятивную концепцию. Им пришлось осознать, что необходим либо переход в новое содержание, в иные концепты (Маркс, Ильин, Кожев и т. д.), либо идти путем простого заучивания его концепции, банального повторения его учения (К. Фишер). Как представляется, необходимо избежать крайностей и, оставаясь в рамках философии Гегеля, предложить новую концепцию спекулятивного мышления, поскольку Гегель не дал специального анализа и развернутых дефиниций логического и спекулятивного, как и некоторых других фундаментальных понятий своей философии. Поэтому на данном этапе стоит задача формулирования концепции спекулятивного мышления, которая, являясь по происхождению производной от гегелевского учения, была бы фундирована не только материалом его логического учения, но и интенциями генезиса спекулятивного мышления философии немецкого мыслителя.

Актуальность обращения к тематике спекулятивного мышления как специфического способа философствования, очевидно, обусловлена ещё и тем, что назрело время логического обоснования онтологических форм философских теорий современности, а также осознания закономерности развития истории философии на современном этапе. Это важнейшая цель, поскольку спекулятивная философия была и остается единственной наукой, изучающей предельные основания культуры посредством логических форм и законов мышления, несмотря на то, что постмодернизм поставил под сомнение её способность выполнять эту роль, возложив на неё обязанность интерпретатора интуитивного познания сущего в речевых практиках [2, с. 332] (Ж. Дерида) и «местоблюстителя» [6, с. 12] (Ю. Хабермас). Постмодернизм осуществил процедуру полной деонто-логизации, дерационализации и деаксиологизации философии. Вряд ли это явление было случайным, но сегодня пришло время реабилитации философии как источника конкретного единства онтологического, гносеологического и этического способов познания. И поскольку речь, таким образом, заходит о новых философских синтезах, то обращение к гегелевской философии, заключающей в себе высокий образец подобного единства, является насущной необходимостью.

Отмечая роль великого классика в разработке темы спекулятивного вида мышления, нельзя умолчать и об отсутствии некоторых моментов в его гегелевской трактовке, наличие которых способствовало бы полной концептуальной завершённости изложения спекулятивной проблематики. По сути, Гегелем обоснованы все её аспекты, но они не облечены в окончательную форму дефинирования. В заключительных параграфах «Энциклопедии философских наук» абсолютная идея была представлена как конкретное, спекулятивное тождество понятия и его действительности. Субстанциальный, логический аспект её выражен умозаключениями, а содержательный через комбинацию предпосылок, включающих логическую идею, природу и дух посредством форм её самопознания - искусства, религии и философии. Незавершенность его рассмотрения заключается в том, что Гегель не констатировал в форме дефиниции, что выраженная этим способом абсолютная идея служит универсальной исторической, культурной и социальной формой (как до, так и после гегелевского) развития. Мысль о том, что так представленная абсолютная идея должна явиться эффективным методом анализа последующего (по-стгегелевского) развития, следовало бы артикулировать более определенно и однозначно. Второе, чего не сделал Гегель, - он не выразил посредством умозаключений качества, рефлексии и необходимости абсолютную идею в логике как ядре его философии. Это, как справедливо замечает Хёсле, ставит под сомнение логическую обоснованность всей гегелевской спекулятивной системы [8, с. 9].

И третий момент. Специфика спекулятивного мышления, подчеркивал Гегель, заключается в несводимости его ни к одному виду познания (чувственному и посредством рассудка), поскольку они не удовлетворяют условиям главной потребности мышления, потребности познания необходимости или субстанциальности явлений. Размышление, поскольку оно направлено на то, чтобы удовлетворить эту потребность, - разъясняет Гегель, - есть философское мышление в собственном значении этого слова или спекулятивное мышление, которое сводится к форме понятия. Он не допускал возможности этого вида мышления ни в форме бытия, ни сущности. По его определению, понятие есть конкретное единство бытия и сущности, которые включены в него как снятые. В «Науке логики» немецкий классик подробно разворачивает конкретные определения понятия в форме его субъективности, объективности и идейности. Субъективное понятие, по Гегелю, включает в себя понятие как таковое, суждение и формальное умозаключение. Объективность понятия выражается через три содержательных умозаключения: механизм, химизм и телеологию. Идея есть дифференцированное адекватное понятие, развитие которого обусловлено становлением трех её моментов: абстрактным - в идее

жизни, диалектическим - в идее истины и, наконец, спекулятивным -в абсолютной идее, возникающей из идеи блага [1, с. 696].

Таким образом, спекулятивное, трактуемое только как разумноположительное мышление, является только всеобщей, абстрактной формой спекулятивного мышления. Развернутое, конкретное или абсолютное содержание спекулятивного мышления как понятия представляет собой абсолютную идею в перечисленных выше определениях.

Подводя итог вышеизложенному третьему аспекту, констатируем: Гегелем не приведены доказательства тождественности понятий логического и спекулятивного с сущностью абсолютной идеи, не выражен содержательный аспект спекулятивного мышления в виде идей жизни, истины и блага, а тождественность не зафиксирована в дефинитивной форме.

Поскольку сам философ концепции спекулятивного явным образом не эксплицировал, то возникает необходимость продолжить начатую работу и сконструировать из элементов гегелевской науки логики диалектическую концепцию спекулятивного мышления. По форме она спекулятивное мышление, включающее снятие, единство субъективного и объективного, логическое тождество и движение своих моментов. Абсолютной формой спекулятивного мышления выступает развитая форма понятия или идея. Содержанием диалектической концепции спекулятивного мышления являются определения абсолютной идеи. В этом аспекте она представляет доказательство бытия абсолютной идеи и возможность его спекулятивного познания как блага. В своем абстрактном моменте спекулятивное содержание мышления выступает как онтологическое (жизнь), в диалектическом моменте - как гносеологическое (истина), а в спекулятивном - как этическое (благо). Диалектическая концепция спекулятивного мышления выражена спекулятивным методом философии, конституирующим как форму абсолютной идеи, так и постигающим ее абсолютное содержание. Моменты этого единства формы и содержания представлены качественным умозаключением, умозаключениями рефлексии и необходимости.

Несмотря на спекулятивную гегелевскую реконструкцию генезиса искусства, религии и философии, очевидна потребность дальнейшей разработки интенций спекулятивного мышления из философии Гегеля. Это позволило бы найти всеобщий принцип развития этих важнейших областей культуры. Исключительная актуальность этой темы состоит в том, что от ее разработки в немалой степени зависит не только состояние истории философии как специальной философской дисциплины, исследующей прошлое философии, но настоящее и будущее самой философии как таковой, ибо различные исторические формы современного рацио-

нального философствования внутренне связаны между собой по логическому закону, открытому Гегелем.

Если применить диалектическую концепцию спекулятивного мышления для анализа современного этапа развития философии, можно утверждать, что он ознаменован наличным бытием, которое приняла в нем идея истины. Выражением абстрактно-всеобщего момента субъективного понятия идеи истины познания стала философия науки. Единичный момент субъективного понятия идеи истины познания в современной философии - философия эпохи постмодерна. На смену философии постмодерна в современной философии пришло новое направление, которое представляет уже следующую ступень в развитии идеи истины -коммуникативная теория Хабермаса и Апеля. Эта теория есть отражение диалектического момента объективного понятия этой идеи. Таким образом, логические формы, включенные в диалектическую концепцию спекулятивного мышления, адекватно характеризуют содержание рационалистических форм мышления нашего времени. Продуктивное использование гегелевского наследия позволило снять с отношения классической и современной философии пелену исторической видимости, выставляющую это отношение в превратном виде, и оценить учения современных мыслителей не так, как они сами себя позиционируют, а по критерию, имеющему объективное значение.

Спекулятивность в инобытии логической идеи по содержанию представлена логическими моментами абсолютной идеи, а по форме - искусством, религией и философией, которые выражают формальноимманентные этапы, возвращающейся к себе идеи. В этом факте проявляется очевидность тезиса об имманентности спекулятивной философии и выявляется, что она именно в такой форме есть адекватный метод познания тех уровней реальности, которые не могут быть зафиксированы и изучены методами позитивной науки, включая распространение этих методов на гуманитарную область, например, искусствоведение или религиоведение.

Позитивистские тенденции в философии, как и так называемый постмодернистский дискурс, сегодня уже не могут восприниматься с прежним восторгом и уверенностью, что именно по такому пути пойдёт дальнейшее развитие философии. Следует заметить, что многие логические методы и общие приёмы мысли, которые встречаются у современных авторов, можно обнаружить в иной форме у самого Гегеля. Ещё Карл Поппер в самом непримиримой тоне обвинял Гегеля в едва ли не агрессивном монологизме, диктатуре абсолютной идеи, которая как будто бы совершенно непримирима с интеллектуальной атмосферой «открытого общества». Но внутри гегелевской системы мы можем найти сколько угодно мыслительных резервов для обоснования такой открытости. Часто за

иной терминологией и иным стилем оказывается скрытой гегелевская мысль, а критикующий её противник Гегеля сам оказывается обязанным ему с точки зрения содержательных моментов собственной философии. Данное обстоятельство, кстати, наряду с другими даёт повод для дальнейших исследований гегелевской философии и делает саму гегелевскую философию актуальной для нас, конечно, без слишком натянутых и поспешных объявлений философии Гегеля единственно возможной философией современности.

Список литературы

1. Гегель Г.В.Ф. Наука логики. - СПб.: Наука, 2002.

2. Деррида Ж. От частной экономики к экономике общей: Безоговорочное гегельянство // Письмо и различие. - СПб.: Академический проект, 2000.

3. Коллингвуд Р. Дж. Идея истории. Автобиография. - М.: Наука 1980.

4. Муравьев А.Н. История философии как философская наука // Философский век. Альманах. - Т. 24. - Ч. 1. - СПб., 2003.

5. Райзингер П. Спекуляция и эмпирия у Гегеля - мезальянс? // Судьбы гегельянства: философия, религия и политика прощаются с модерном. - М., 2000.

6. Хабермас Ю. Философия как «местоблюститель» и «интерпретатор» // Моральное сознание и коммуникативное действие. - СПб.: Наука, 2000.

7. Хенрих Д. Понимание Гегеля // Философия Гегеля: проблемы диалектики. - М., 1987.

8. Хёсле В. Гении философии нового времени. - М.: Наука, 1992.