Дмитрия Рогозина запустили в «Роскосмос»

Дмитрий Рогозин превратит «Роскосмос» в мегахолдинг: в него войдут разработчики и производители ракетного оружия. Накануне Владимир Путин подписал указ о назначении бывшего вице-премьера на пост главы корпорации. Что теперь изменится в космической отрасли? С подробностями — Иван Корякин.

О возможном назначении Дмитрия Рогозина в «Роскосмос» заговорили еще до формирования нового правительства. «Президент дал ему шанс исправить ошибки, допущенные в ходе работы в военно-промышленном комплексе», — поясняли источники РБК. Ошибок накопилось достаточно: чего стоит неудачный запуск с Восточного в конце прошлого года — тогда в «Роскосмосе» перепутали космодромы. Рогозину сначала досталось от премьера Медведева, а после он сам в интервью телеканалу «Россия 24» раскритиковал «Роскосмос»: «Оказалось, что один портной шьет карман, другой — лацкан. Костюмчик не получился. Почему не получился? Потому что для того, чтобы создать такую сложную систему, надо отвечать комплексно и системно за всю эту систему, извините за игру слов».

К слову, Рогозину приходилось не только объясняться, но и выступать с конкретными предложениями по реформированию корпорации. Именно ему принадлежит идея создать на базе «Роскосмоса» мегахолдинг, куда войдут разработчики и производители всех видов ракет — как гражданских, так и военных. Этим Рогозин и займется. «Есть замечательная возможность в качестве руководителя начать осуществление всех предложенных вами же планов развития компании», — заявил Владимир Путин Рогозину. А потом подписал указ о его назначении.

Член-корреспондент Российской академии космонавтики имени Циолковского Андрей Ионин такие планы одобряет: компаниям под крышей одного холдинга будет удобно обмениваться технологиями. Более того — чем крупнее корпорация, тем легче ей конкурировать с иностранцами, подчеркнул Ионин: «Если „Алмаз-Антей“ и госкорпорация „Роскосмос“ — довольно крупные компании в российских масштабах, то в масштабах мировых они, конечно, по объемам бизнеса существенно проигрывают конкурентам. У Boeing, Airbus, Lockheed годовой объем продаж в несколько раз выше, чем у названных российских компаний. Это, безусловно, ослабляет позиции России в этой конкурентной борьбе.

Однако оптимизм разделяют не все. Руководителя Института космической политики Ивана Моисеева назначение Рогозина расстроило, а планы по укрупнению «Роскосмоса» и вовсе испугали: «Это означает понижение статуса „Роскосмоса“ и вообще космической деятельности в России, потому что то — специальное формирование, а то — одно из многих. Вторая проблема — у нас половина космической деятельности приходилась на международное сотрудничество, то есть доход от космоса. С новыми изменениями, в общем-то, прогресса не предвидится».

Мегахолдингом будет непросто управлять в любом случае. Справится ли с этим Рогозин? Об этом журналисты спросили главу «Ростеха» Сергея Чемезова. «Он [Рогозин] получил достаточно большой опыт, достаточно большие знания в этой области», — ответил Чемезов. Вот только сам Рогозин своей новой работой вряд ли останется доволен, рассуждает президент фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов: «С точки зрения аппаратчика — да, наверное, он в чем-то получает свободу рук, свободу маневра, распоряжения финансовыми средствами, и это неплохо. Но все-таки Рогозин начинал как фигура публичная, и на посту вице-премьера по оборонке оказался достаточно случайно, и результаты работы были противоречивые. Поэтому аппаратное передвижение, оно не позорное, но извлекать дивиденды как публичному политику, я думаю, Рогозину будет непросто».

И правда: Рогозин — больше чем политик или хозяйственник. Достаточно вспомнить эксперимент с таксой, которую топили в жидкости, в которой можно дышать. На волне возмущения Рогозин забрал собаку домой, но репутацию друга животных себе не заработал. А чего стоят его стихи о «Ленке-голой коленке» и «главном молдавском Карабасе». Так что труд Рогозина в «Роскосмосе» точно не будет прозаичным.

Дмитрий Рогозин стал первым руководителем «Роскосмоса», который оказался под санкциями. А месяц назад, будучи вице-премьером, он сам запретил корпорации подписывать юридически обязывающие документы с компаниями, чьи страны ввели санкции в отношении России. Впрочем, на серьезных соглашениях это не отразилось.