Реформирование исламского образования на Южном Урале на рубеже XIX-XX веков

© 2008 г.

Р.Р. Хакимова

РЕФОРМИРОВАНИЕ ИСЛАМСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ НА ЮЖНОМ УРАЛЕ НА РУБЕЖЕ XIX-XX ВЕКОВ

На рубеже XIX—XX веков отмечается настоящий бум в развитии мусульманского образования как в России, так и на Южном Урале. Количество конфессиональных школ постоянно росло. В последней четверти XIX — начале XX веков исламские образовательные учреждения делились на начальные — мектебе и высшие — медресе.

С 1894 по 1911 г.г. число религиозных учебных заведений увеличилось на 54 %, число учащихся в них — на 58 %. Причём в Уфимской губернии число учащихся выросло за этот период на 90 %, в Оренбургской — на 68 %, в Пермской — на 31%. Всего в Российской империи по отчёту Министерства Народного Просвещения к 1 янв. 1911 г. общее число мектебов достигло 10003, а количество медресе — 10851.

Столь интенсивные темпы в развитии исламского образования объясняются тем, что правительство в конце XIX — начале XX века предпринимает меры по улучшению состояния религиозного образования. Были учреждены земства, в функции которых входил надзор за работой инородческих школ и содействие в их деятельности. Также государство предпринимало попытки реформирования исламского образования. Заметную роль в этом сыграл Н.И Ильминский — педагог, занимавшийся религиозно-миссионерской работой в Поволжье и При-уралье среди иноверцев. Он выступал за создание русско-мусульманских школ, составил программу обучения для иноверцев. О неоднозначности деятельности

Н.И. Ильминского можно судить по статье главного редактора педагогического вестника Оренбургского учебного округа М. Миропьева: «...В основе образования крещённых и язычествующих инородцев Н.И. Ильминский ставит три основные идеи: религиозное православное просвещение, родной язык во время богослужения и в школах, знакомство с русским языком. Результатом должно стать сближение инородцев с русскими на религиозно-просветительской почве. Система образования инородцев Ильминского преимущественно обращает внимание на религиозную и воспитательную сторону учащихся. Религия — краеугольный камень, на который опирается всё знание воспитания и образования. Школа Ильминского немыслима без религиозного, православного в первую очередь образования». Ильминский предлагал также преподавание на родном языке, т. к. обязательное изучение арабского языка тормозило процесс обучение в исламских школах Южного Урала, большинство учащихся в которых были башкирами и татарами. Ильминский считает, что образование должно быть понимаемо, хотя видит в этом понимании «перевоспитание» (т.е. сближение с православием). «.Желательно, что бы иноверцев обучали те, кто владеет их языком и может свободно общаться с ними на их родном языке». Утверждает, что школа должна самым надёжным образом спасать своих учащихся, воспитанных в христианских началах от всепоглощающего ислама. «Школа также самым надёжным образом должна быть оберегаема от мусуль-

манского влияния в какой бы то ни было форме не только от влияния муллы и других лиц мусульманского вероисповедания, но и от всего того, что, так или иначе, носит следы ислама (одежда, обычаи, праздники). Дабы через это не произошло сближения вследствие однородности этнического происхождения. Для этого не должно допускать в качестве учителей язычников (т.е. иновер-цев)»2. Неудивительно, что подобные попытки реформирования исламского образования при всей необходимости изменения, встречали активное противодействие со стороны мусульманского населения: детей просто не посылали в такие школы. Правительству не удалось ограничить деятельность и влияние исламских школ. В 1882 году Александр III предписал оставить мектебе и медресе в прежнем положении и ограничиться сбором статистических сведений о них. В одной из таких поездок по сбору сведений о работе инородческих школ окружной инспектор Залежский А.А. обратил внимание на обучение детей башкирской национальности. В одной из школ был обнаружен следующий случай: дети не понимали по-русски, учитель не знал башкирского языка. Были приняты экстренные меры, результатом которых стала организации обучении на доступном для детей языке. Попытки реформирования инородческих школ без учёта их специфики и внедрения православной основы в исламском образовании вели к качественному изменению всей структуры обучения, его сущности.

Попытки качественного изменения исламского образования предпринимались и со стороны мусульман. В научной литературе все медресе и мектебе до последней четверти XIX века именуются кадимистскими (старометодными), а появившиеся в конце XIX века — джадидистскими (новометодными). Сущность кадимистского, традиционного направления в исламской педагогике заключалась в следующем: в школах подобного типа отсутствовала строго определённая программа обучения. Преподавание велось на арабском языке. Учащиеся обучались сущности мусульманской веры, обязательным обрядам, учили несколько молитв, читали Коран. Отсутствовало деление по классам, обучение каждого шакирда (ученика) велось отдельно. В старометодные школы можно было в любое время поступить или уйти. При приеме возраст учащихся не принимался во внимание, не было ни приемных, ни выпускных экзаменов. При обучении придерживались буквослагательного метода, что затрудняло овладение навыками быстрого чтения. В классах отсутствовала мебель, — не было парт, скамеек для сидения. Шакирды сидели на самотканом ковре, самые бедные — на рогоже, поджав под себя ноги. Не допускалось и использование при обучении классных досок, прикрепленных к стене, так как они ассоциировались с иконами, которые абсолютно недопустимы в исламе.

Во второй половине XIX века происходит оформление джадидисткого направления в исламском просвещении, инициатором которого выступил известный просветитель Исмаил Гаспринский (1851—1914). Первое новометодное учебное заведение было открыто в 1884 году, через 10 лет в 1895 году в Российской империи насчитывалось более ста подобных школ3. Джадидисты выступили с требованием обучения на татарском языке по звуковому методу, когда каждой букве алфавита соответствовал определённый звук, арабский же изучался как обязательный второй язык. В связи с внедрением обучения на родном языке встала необходимость в создании нового языка, доступного и понятного, так

как до этого времени существовал старотатарский литературный язык без четко оформленных правил орфографии и пунктуации. Помимо этого сам арабский алфавит, т.е. основной язык преподавания в традиционной исламской педагогике, не имел букв, отражающих те звуки, которые существовали в тюркских языках. Так, звуки «п», «г», «ж» не имели буквенного арабского эквивалента. Реформатором татарского языка стал поэт, просветитель Каюм Насыри (1825—1902), который смог на основе старотатарского литературного языка создать доступный пониманию современный татарский язык. Новшество заметно облегчало процесс обучения, сокращая срок учёбы с 6—7 лет до 2—3. Высвободившееся время в традиционно религиозных учебных заведениях джадидисты употребляли на преподавание некоторых светских предметов, что в корне меняло всю структуру исламского образования.

В ряде новометодных медресе программа включала все дисциплины, входившие в то время в курс российской образовательной средней школы. Например, в медресе «Мухаммадия» изучались 26 светских предметов. В медресе «Иж Буби» Сарапульского уезда Вятской волости преподавание велось по 30 дисциплинам, из них только 8 — религиозные.

В новометодных школах внедрилась урочная система, новые учебные пособия, применялось необходимое школьное оборудование и наглядные пособия.

Распространение новометодных школ стало развиваться небывалыми темпами. Если к 1 января 1911 года в Казанской губернии было 756 мектебе и медресе, то уже через год в 1912 их количество достигло 1018. В общем количестве число мектебе в Уфимской губернии к 1914 составило 1579, из них 1077 были открыты по инициативе духовенства, 135 — по инициативе частных лиц, 2 — благотворительными обществами, 350 — по инициативе сельского (городского) общества или прихода, 15 — неизвестно4.

Распределение мектебе по уездам было неравномерным. Основной причиной была, конечно, плотность населения и численность верующих, но во многом количество мусульманских учебных заведений зависело от поддержки уездного земства. Тем не менее, численность исламских учебных заведений постоянно увеличивалась. Так, только в Оренбурге в 1913 году функционировали 22 мусульманских учебных заведения с 1336 учащимися, в соседних сельских районах подобных заведений насчитывалось около 30 с количеством учащихся 1940 человек5.

Для сравнения ниже приводится таблица — распределение мектебе по уездам Уфимской губернии — региона с традиционно высокой численностью населения, исповедующего ислам (данные на 1914 год по статистическому очерку):6

ДАННЫЕ О РАСПРЕДЕЛЕНИИ МЕКТЕБЕ ПО УЕЗДАМ УФИМСКОЙ ГУБЕРНИИ

Уезды Число магометан Число мектебов В процентах

Белебеевский 398615 361 23

Бирский 361295 382 24

Башкирии 84367 48 3

Мензелинский 290806 411 26

Уезды Число магометан Число мектебов В процентах

Стерлитамакский 222999 227 14

Уфимский 205395 150 10

По губернии 1579 100

В этот период активно развивается женское образование: открывались специализированные школы для девочек и женские курсы при медресе, большую роль в распространении знаний среди женщин играли члены семей священнослужителей, дочери и жены имамов, ахунов, муфтиев.

В 1912 году в Уфе было учреждено Мусульманское дамское благотворительное общество, которое курировало 5 школ для девочек, на взносы обеспечивало их учебниками, одеждой, питанием. Взносы были небольшими (по 3—5 рублей), но некоторые женщины вносили по 300 рублей регулярно'.

Почти все медресе и мектебе были центрами подготовки кадров мусульманского духовенства. К концу XIX века в Уфимской губернии насчитывалось 1676 представителей прогрессивного мусульманского духовенства, среди них было 22 ахуна.

Одним из известнейших ахунов был Хайрулла Усманов, который сыграл большую роль в развитии высшего исламского образования. На его средства в Уфе в 1887 году было открыто медресе «Усмания», ставшее одним из центров мусульманского просвещения.

Конец XIX века стал временем реформирования не только мусульманских школ, но и изменением отношения правительства к иноверцам на территории России. Первым признаком подобных изменений стало то, что российские мусульмане получили представительство в Государственной Думе, что привело к росту религиозного самосознания. Появилось стремление к созданию независимой мусульманской школы, обособленной от школы русской, правительственной. Мусульманской общественностью высказывалось мнение о необходимости изъятия конфессиональных школ из ведомства Министерства Народного Просвещения. Связано это было с тем, что инородческие школы были подчинены местным земствам, а те в свою очередь — Министерству Народного Просвещения, что приводило к попыткам навязать программу обучения без учета этнографических, религиозных и культурных особенностей мусульманского населения Южного Урала. Вопросы исламского просвещения поднимались на обществено-политическом уровне. Впервые тема разработки внутренней школьной организации прозвучала на Нижегородском съезде мусульман в 1906 году, позднее на совещании мусульманских учителей в Казани и Омске и на Бугурусланском съезде в ноябре 1912 года. Бугурусланский съезд имел местное значение, постановление его были обязательны лишь для школ районов, но этот съезд является значительным событием по важности поставленных вопросов и попыток их разрешения. Количество участников съезда было около 200 человек (имамы и учителя), в программе съезда обсуждались вопросы: об оказании помощи мусульманским школам земствами, об управлении школами.

Попытки решения вопросов образования иноверцев предпринимались на местном уровне. В 1914 г. в Уфе с официального разрешения губернатора

состоялось совещание имамов и ахунов из различных городов России по проблемам исламского образования. Наиболее остро вопрос стоял о статусе исламских школ, были приняты следующие положения: “...мактабы и медресе суть места, в коих должно происходить обучение правилам веры .людьми, которые в курсе этого дела, а именно глубоко учёными и опытными в деле образования и воспитания учителями. . Не умеющих ни читать, ни писать невежественных людей следует просвещать, учить божественной книге, религиозным, философским наукам., исполнение этих священных обязанностей возможно только в вероучительных школах (мактабах и медресе)., мактабы и медресе имеют прямым своим назначением обучение народа всем необходимым в жизни познаниям”. Т.е. деятельность исламских образовательных учреждений признавалась как необходимая. В споре о способе преподавания приоритет отдавался новометод-ным типам школ: “Способ преподавания в мактабах и медресе должен быть самым лёгким и целесообразным. Преподавание должно вестись на родном языке и

о

по книгам, напечатанным арабскими буквами”8.

На совещании была принята в качестве рекомендательной следующая школьная программа для мектебе:

— Родной язык и грамматика, Коран и таджвид, предания о нравственности, Гильми-халь-начальные познания правил и догматов веры, священная история, история ислама, национальная история, история России, география, арифметика, гимнастика, гигиена, чистописание, черчение и рисование.

Эти же предметы рекомендовались для преподавания в медресе, программа которого дополнялась:

— Коран — перевод и тафсир (толкование), учение о предании, ильми калям (догматика), ильми фикх (законоведение), усули фикх (основы законоведения), ильми мантык (логика), арабский язык и литература, сиери-наби (биография пророка), тарихи-адиян (история религий), тарихи-табиги (естественная история по отделам: ботаника, зоология, геология, всеобщая история, национальная и отечественная история), родной язык, нравоучение, педагогика и методика, наука о назиданиях и проповедях, биология и антропология, гимнастика, лекции по канону, персидский язык, экономия, метафизика и психология, турецкая литература, хикмати табигия (химия, астрономия и космография), геометрия, ильм-эль-джадль (полемика, учение о ведении спора по религиозным вопросам), арифметика и алгебра, всеобщая география, ильм-эль-могаш (основы сельского хозяйства), ашгари машруга (религиозное пение), медицина, фальсяфаи-диния (богословская философия). Таким образом, более 40 предметов входили в программу обучения высшей исламской школы — медресе. Несмотря на то, что предложенная программа носила рекомендательный характер, количественные и качественные характеристики образовательного процесса, особенно в новометодных медресе, отвечали высокому уровню требований.

Исламское образование на Южном Урале в конце XIX — начале XX века претерпевало попытки реформирования как на правительственном уровне (система религиозного образования иноверцев Н.И. Ильминского), так и самими мусульманами (появление джадидистского и кадимистского направлений).

Попытки реформирования предпринимались в связи с устаревшей в условиях интенсивного развития всех сфер общественной жизни программой религи-

озного обучения, появлением новых методик и способов преподавания, изменением отношения к религиозному обучению в целом. Вопросы исламского образования рассматривались на общественно-политическом уровне.

Исследуя состояние ислама и исламского просвещения в дореволюционный период, можно сделать вывод о влияние на их развитие факторов, как внутреннего, так и внешнего характера. К внутренним фактором развития исламского образования относится поиск оптимальных вариантов функционирования исламских школ, осуществление реформы исламского образования — джадидист-ская реформа, оформление структурной системы исламского образования в виде мектебе и медресе, создание материальной базы для работы мусульманских школ. К факторам внешнего характера относится политика государства в области образования тюрко-язычного населения, а также деятельность земств.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Вестник Оренбургского Учебного округа, 1915. № 4. C. 216.

2. Миропьев М. Сущность системы образования иноверцев Н.И. Ильминского // Вестник Оренбургского учебного округа. 1914. № 1. C. 85.

3. Ганкевич В. Джадидистская реформа народного образования крымских татар в конце XIX — начале XX века // Ислам в Евразии. М., 2001. C. 380.

4. Мектебе Уфимской губернии. Статистический очерк татарских и башкирских школ (мектебов) Уфимской губернии за 1912—1913 гг. Составил по поручению Управы М.И. Обухов. Уфа, 1914. C. 12.

5. Болодурин В.С. Образование и педагогическая мысль в Оренбуржье. Оренбург, 2001. C. 59.

6. Мектебе Уфимской губернии. C. 12—13.

7. Отчет дамского благотворительного общества за 1912 г. Уфа, 1912.

8. Мусульмане о предстоящем всероссийском съезде мусульман. Вестник Оренбургского учебного округа. 1915, № 3. C. 66.

REFORMING OF ISLAMIC EDUCATION IN SOUTHERN URAL AT THE TURN

OF THE 19TH—20th CC.

R.R. Hakimova

The urgency of the given theme is caused by the growing influence of Islam in Russia; to date from 8 up to 12 % of the population is its supporters. The Moslem doctrine is actively developing these days. There are more than 100 Muslim religious educational institutions in the country. In the present context it is important to learn the experience of the last year's development of Muslim education in Russia. The purpose of the article is studying experience of reforming Islamic education in Southern Ural during the crucial period, at the turn of the centuries.