О некоторых спорных аспектах определения вымогательства

3.7. О НЕКОТОРЫХ СПОРНЫХ АСПЕКТАХ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ВЫМОГАТЕЛЬСТВА

Терещенко Любовь Сергеевна, адвокат,

Место работы: ВМКА (Воронежская

Межтерриториальная Коллегия Адвокатов)

Шебанов Дмитрий Валерьевич, преподаватель кафедры уголовного права и криминологии

Место работы: Воронежский Институт МВД РФ

Аннотация: В представленной статье автор, указывая на структурные и сущностные недостатки определения вымогательства в действующем уголовном законодательстве, ставит перед собой цель создать лишенное указанных недостатков определение.

Используя методы исторического, системно-структурного анализа, аналогии, абстрагирования и сравнительного правоведения, автор исследует историю права, положения правовой теории, действующее уголовное законодательство РФ и ряда зарубежных стран, правоприменительную практику.

В результате проведенных исследований автор оценивает определение вымогательство как нелогичное, не отвечающее требованиям современной юридической техники и трудноприменимое на практике. Основной недостаток законодательного определения автор видит в том, что оно сформулировано в основном при помощи признаков непосредственного объекта и предмета преступления, а использованные в нём понятия, выражающие признаки деяния, как объективной стороны состава преступления, сами по себе весьма нечетко определены уголовно-правовыми нормами. Взамен автор предлагает свой вариант законодательного определения, основанного на сущностных признаках исследуемого деяния, и достаточного для четкого смыслового выражения вымогательства. Преимущества данного определения автор видит в том, что в нём используется выражение «понуждение к волеизъявлению» весьма корректно и полно характеризующие исследуемое деяние.

Выводы и конкретные предложения, предлагаемые в представленной статье, достойны стать предметом дальнейшего научного анализа и обсуждения, а также быть апробированными в качестве проекта будущих изменений в УК РФ. Оригинальность указанных выводов и предложений не мешает им быть весьма логичными, поэтому их использование при составлении учебников и учебных пособий по предмету «Уголовное право», практических комментариев к УК РФ может оказаться весьма целесообразным

Ключевые слова: вымогательство, шантаж,

понуждение, насилие, право свободного волеизъявления.

SOME CONTROVERSIAL ASPECTS OF THE DEFINITION OF EXTORTION

Tereschenko Lyubov’ Sergeevna, lawyer

Place of employment: Voronezh Interregional Bar

Association

Shebanov Dmitrij Valer’evich, Lecturer of Department of Criminal Law and Criminology

Place of employment: Voronezh Institute of Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation

Annotation: In the article the author, pointing to structural deficiencies and essential definition of extortion in the current

criminal law, aims to create a definition devoid of these shortcomings.

Using the methods of historical, systematic structural analysis, analogy, abstraction and Comparative Law, the author explores the history of law, the legal theory, existing criminal laws of the Russian Federation and foreign countries, law enforcement practices.

As a result of research, the author evaluates the definition of extortion as illogical, does not meet the requirements of a modern legal techniques and difficult to apply in practice. The main drawback of the legislative definition of the author sees that it is formulated mainly using the signs direct object and subject of the crime, and concepts used in it, expressing signs acts as the objective side of the crime itself very clearly defined by criminal law standards. Instead the author offers his own version of legislative definition, based on the essential features of the test acts and sufficient to clear semantic expression extortion. Advantages of this definition, the author sees, is that it uses the term "coercion to consent" that correctly and fully characterizes the the research act.

Conclusions and specific proposals offered in the submitted article, worthy to become the subject of further scientific analysis and discussion, and also to be explored as the project future changes in the Criminal Code. Originality of these conclusions and proposals not stop them from being very logical, so their use in the preparation of textbooks and manuals on the subject "Criminal Law", practical comments to the Criminal Code can be very appropriate.

Keywords: extortion, blackmail, coercion, violence, the right to free expression.

Постоянно стремящая вверх кривая преступности вынуждает определять приоритетные направления борьбы и, соответственно, строить уголовную

политику государства, с учетом динамики развития этого явления. Одним из проблемных направлений в этой работе до сих пор остается борьба с

вымогательством.

Можно со всей ответственностью говорить, что вымогательство во все времена представляло не только угрозу, но и главное препятствие для нормальной деятельности как организаций, учреждений и предприятий всех форм собственности, так и простых граждан. Опасность этого преступления с годами нисколько не уменьшается, если не сказать больше - оно принимает иные формы и распространяется, затрагивая все большее

количество граждан. Кроме того, растущее значение и широкое применение телекоммуникационных

технологий в различных сферах человеческой

деятельности может использоваться преступниками по разному, и наибольшую опасность, по нашему мнению, представляет возможность шантажа.

При вышеуказанных обстоятельствах борьба с вымогательством должна выходить на первый план уголовной политики государства.

Рассмотрение сформулированного в ч. 1 ст.163 УК РФ определения вымогательства оставляет впечатление, что законодателем допущены серьезные логические просчеты в определении его понятия, выражении сущностного содержания, а также

конструировании системы квалифицирующих признаков, что естественно вызывает справедливую критику как представителей теории уголовного права, так и практиков - правоприменителей.

Поэтому основная цель представленной статьи -рассмотреть с учетом требований современного уровня законодательной техники проблему

нормативной интерпретации понятия вымогательства, изменение и приведение в соответствующий настоящим реалиям вид диспозиции ст.163 УК РФ.

Как явствует из текста закона, в диспозицию названной статьи законодатель заложил два самостоятельных понятия: вымогательство и шантаж. Каждое из них имеет большую историю в отечественном законодательстве, а в уголовных кодексах зарубежных стран и в настоящее время за эти преступления предусмотрена

дифференцированная ответственность.

В связи со сказанным выше несомненный интерес представляет обращение к опыту законотворчества зарубежных стран, что обусловлено, прежде всего, интенсивными интеграционными процессами в различных сферах межгосударственных отношений. Российская правовая система активно входит в мировое правовое поле, приводя различные отрасли законодательства в соответствие с общепризнанными принципами и международными правовыми актами. Так, в ч. 2 ст. 1 УК РФ специально подчеркнуто: «Настоящий Кодекс основывается на Конституции Российской Федерации и общепризнанных принципах и нормах международного права». Данное законодательное установление предполагает, прежде всего, изменение принципиальных подходов к модернизации различных отраслей права, ратификацию парламентом России важнейших международных и европейских соглашений и конвенций. При осуществлении анализа акцент должен быть сделан в основном на уголовное законодательство стран дальнего зарубежья, так как подходы законодателя к установлению уголовной ответственности за вымогательство, к конструированию составов и построению санкций в странах - бывших союзных республиках СССР (СНГ) существенно не отличаются.

Напротив, в уголовных кодексах стран дальнего зарубежья подход законодателя к конструированию состава вымогательства и шантажа, определению их места в системе уголовно-правовых понятий достаточно оригинален и представляет интерес для российского законодателя. В уголовном законодательстве этих стран регламентации ответственности за исследуемый вид преступлений уделено значительно большее внимание. Это обусловлено тем, что вымогательство и шантаж в качестве преступных посягательств в правовых актах и юридической практике появились много веков назад. Еще в римском праве можно встретить правонарушение, именуемое crimen repetundarum (вымогательство или насильственные поборы со стороны должностного лица) [1].

В английском уголовном праве наряду с этим были сформулированы еще три правонарушения:

1)письменное или словесное требование выдачи предмета с применением насилия или угрозы;

2) принуждение к выдаче предмета или к назначению на должность посредством оглашения или угрозы оглашения письма, позорящего честь потерпевшего или третьего лица;

3) принуждение угрозою, насилием или другими, в законе означенными способами к совершению или несовершению какого-либо действия [1].

Французское уголовное законодательство уже в начале 20 века предусматривало ответственность уже за четыре сходных преступления:

1) extorsion, т.е. принуждение путем физического или психического насилия к выдаче подписи на имущественном обязательстве;

2) chantage - требование имущества или подписи на обязательстве по имуществу путем письменной или устной угрозы позорящих разоблачений или обвинений;

3) concussion, т.е. должностное вымогательство;

4) menaces - это требование выдачи денежной суммы или выполнения иного условия материального характера под угрозой убийства или иного посягательства против личности [2].

Это был наиболее детальный подход к регламентации ответственности за вымогательство и шантаж, в основном сохранившийся и по настоящее время. Так, ст. 312-1 УК Франции определяет вымогательство как «...получение путем насилия, угрозы применения насилия или принуждения добиться либо подписи, обязательства или отказа от обязательства, либо секретной информации, либо материальных ценностей или какого бы то ни было иного имущества» [3]. Как видно из содержания диспозиции этой уголовно-правовой нормы, законодатель формулирует несколько основных признаков, характеризующих состав вымогательства.

Во-первых, он подробно описывает предметы посягательства

а) конкретные, представляющие имущественные выгоды документы, подпись на которых должен учинить потерпевший;

б) выгодные для виновного обязательства, которые должен принять на себя потерпевший;

в) имущественные права, от которых отказывается потерпевший в пользу виновного;

г) тайны экономического характера;

д) конкретные ценности, имущество, денежные средства.

Во-вторых, французский законодатель детально

характеризует признаки объективной стороны состава преступления, выделяя три способа подавления воли потерпевшего:

а) реальное применение насилия;

б) угроза применения насилия, или психическое насилия;

в) понуждение. При этом применяемое насилие не должно быть опасным для жизни и здоровья.

При сравнении содержания данной нормы с соответствующими нормами УК других зарубежных стран отчетливо видно их сходство. Так, например, аналогичный подход законодателя к формированию состава вымогательства мы наблюдаем в ч. 1 ст. 317 УК Голландии, устанавливающей: «Лицо, которое с целью получения незаконных доходов для себя или кого-либо другого заставляет лицо актом насилия или угрозой насилием отдать любую собственность, принадлежащую в целом или в части этому лицу или третьему лицу, или принять на себя долг, или отказаться от претензий, или сделать доступными данные, имеющие денежную стоимость в коммерции, виновно в вымогательстве и подлежит сроку тюремного заключения не более девяти лет или штрафу пятой категории». Таким же образом формулируются объективные и субъективные признаки состава вымогательства в ст. 196 УК Сан-Марино, ст. 156 УК Швейцарии, ст. 249 УК Японии, ст. 282 УК Польши и др.[1 ].

В российском уголовном праве вымогательство уже фигурировало в ст. 406 Уложения «О наказаниях уголовных и исправительных» 1845 года, где указано: «Высшею степенью лихоимства почитается

вымогательство» [4]. Под этим термином понимались различного рода притеснения с целью получения материальных благ: прибыли, подарков и т.п. В шестой главе Уложения «О мздоимстве и лихоимстве» вымогательство определено уже как должностное преступление, что не изменилось и в более позднейших изданиях Уложения, например в ст. 420 издания 1857 года, в ст. 373 Уложения 1866 года и т.д.[5].

Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. в ст. 194 рассматривал вымогательство как «требование передачи каких-либо имущественных выгод или нрава па имущество, или же действий под страхом учинения насилия над личностью или истребления его имущества». Шантаж определялся как «вымогательство, соединенное с угрозой огласить позорящие потерпевшего сведения или сообщить властям о противозаконном его деянии» в ст.195 уголовного закона того времени[6].

УК РСФСР 1960 г. предусматривал вымогательство государственного и общественного имущества (ст. 95 УК) и личного имущества (ст. 148 УК). Под этим преступлением в уголовном законодательстве того периода понималось требование передачи этого имущества или права на имущество под угрозой насилия над лицом, в ведении или под охраной которого находится это имущество, насилия над его близкими, оглашения позорящих сведений о нем или о его близких или истребления их имущества. [7]

Данная позиция не претерпела сильных изменений и в современном уголовном кодексе, где статья 163 гласит: вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества или права на имущество или совершения других действий имущественного характера под угрозой применения насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких.

Содержание основного непосредственного объекта вымогательства законодатель наполняет посредством включения в норму следующих понятий: имущество, право на имущество (имущественные права) и действия имущественного характера [8]. При этом необходимо отметить, что по сути этих понятий в литературе высказаны различные точки зрения, авторы отводят им различную роль в характеристике вымогательства [9]. Включение законодателем в качестве дополнительных объектов данного преступления жизни, здоровья, чести и достоинства, неприкосновенности частной жизни едва ли можно признать удачным, так как уравнивание жизни, чести и достоинства, деловой репутации явно не способствует принципу обоснованной дифференциации уголовной ответственности.

При таком подходе ряд деяний, имеющих явно «вымогательский» характер, не охватывается нормами ст. 163 УК РФ. Вообразим, например, что у молодой матери в роддоме акушерка требует деньги, угрожая подменой ребенка. И как поступать в данной ситуации правоохранителям? Как наказать нехорошую женщину? Ведь в ее действиях нет угрозы применения какого-либо насилия, ребенка она обещает подменить очень бережно и нежно, ни в коем случае не причинив ему никакого вреда, никаких сведений, позорящих

роженицу или ее близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам этой роженицы или ее близких, она распространять не собирается. Не подпадают ее деяния и под состав ст.153 УК РФ «Подмена ребенка», так как данное преступление считается оконченным после совершения фактической подмены ребенка, а как покушение расценивается тот случай, когда вовремя обнаружена подмена. Преступление, предусмотренное ст. 153 относится к категории средней тяжести и поэтому, привлечь корыстолюбивую акушерку за приготовление к совершению умышленного преступления в соответствии с современным российским законодательством невозможно. И для того, чтобы справедливость восторжествовала, остается только вариант применения закона по аналогии, что, как вы знаете, прямо запрещено уголовным кодексом.

На наш взгляд, слишком уж казуально трактуется понятие вымогательства, в зависимости от нормы, в нынешнем УК РФ. В статье 302 фигурирует и вовсе ничем не определенное (в уголовно-правовом смысле) понятие - шантаж, которое ученые предлагают воспринимать как угрозу оглашения позорящих сведений, касающихся лица, в отношении которого применяется принуждение, или его близких (при этом не имеет значения характер этих сведений -клеветнический или истинный). [10] И все!

Надо заметить, что понятие «шантаж» в российском уголовном законодательстве до сих пор не имеет легального толкования, нет официального определения и на уровне Пленума Верховного Суда РФ. Представляется, что это обстоятельство не позволяет и уголовно-правовой доктрине однозначно определиться с понятием шантажа, в связи с чем существует множество точек зрения, подчас диаметрально противоположных. Как правило, авторы не углубляются в изучение существа шантажа, зачастую идентифицируя данное понятие как вымогательство (ст. 163 УК РФ). Тем не менее, представляется, что для утверждения, что шантаж -это и есть вымогательство, достаточных оснований нет.

Кроме того, из анализа ряда норм УК РФ (п. «г» ч. 1 ст. 127.1, ч. 1 ст. 133, ч. 1 ст. 283.1 ч. 1 ст. 302, ст. 304, ч. 2 ст. 309) следует, что использование законодателем понятия «шантаж» в системе уголовного законодательства допускается в различных качествах: и как конструктивный признак основного состава, и как квалифицирующий признак соответствующих составов преступлений, и как условие освобождения от уголовной ответственности.

Для пункта «б» части 5 статьи 290 УК РФ Пленум Верховного Суда в своем постановлении определил частью вымогательства «создание условий, при которых лицо вынуждено передать указанные предметы с целью предотвращения вредных последствий для своих правоохраняемых интересов». [11].

Самое интересное, что во многих юридических источниках признается тот факт, что при вымогательстве имеет место насилие над волей потерпевшего. Однако в практическом правоприменении данное обстоятельство никак не учитывается, потому что нет на то прямого указания в уголовном законе.

Показательны в этом плане рассуждения Р.Д. Шарапова, который пишет: «...угрожая убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, виновный не совершает действий, непосредственно направленных на причинение тяжкого физического вреда потерпевшему, и таким образом не создает непосредственной опасности для его жизни или здоровья, которая характерна для физического насилия - покушения на убийство или причинения тяжкого вреда здоровью. Объектом последних как раз и выступает безопасность жизни и здоровья человека. Угроза же есть типичный вид психического насилия, при котором виновный лишь воздействует на психику потерпевшего с целью устрашения и подрыва его психического благополучия»[12].

Размышляя относительно уголовно-правового значения принуждения, В.Г. Зарипов отмечает определенное его сходство с шантажом, хотя и указывает на то, что «угроза такого рода (при шантаже) более подходит под понятие «понуждение», так как она направлена на совершение нежелательных действий со стороны преступника в будущем и не обладает степенью интенсивности, которая свойственна принуждению»[13]. В этой связи интерес представляет точка зрения автора по вопросу об объекте принуждения. По мнению В.Г. Зарипова, «принуждение посягает... на такое присущее любому человеку право, как право свободного волеизъявления, то есть способность самому по собственному усмотрению совершать какое-либо действие или воздерживаться от его совершения. Поэтому именно это право (свободного волеизъявления) следует признать основным объектом, на который посягает любое принуждение» [13].

Наиболее близка нам точка зрения С. Соловьева, который попытался дать определение понятию шантажа, говоря: «...шантаж... есть вид

вымогательства, т. к. их объединяет способ действия -психическое насилие, принуждение». [14]

Вышесказанное позволяет прийти к выводу, что подход, продемонстрированный законодателем при формировании определении вымогательства, нелогичен. В данном контексте при формулировании определения вымогательства вполне уместным представляется дистанцироваться от спорных понятий «имущество», «право на имущество», «действия имущественного характера, а также избежать некорректного использования понятия «шантаж».

В связи с вышеизложенным предлагается создать универсальное для всего кодекса понятие вымогательства. Как вариант, это должно находиться в примечании к ст.163 (по аналогии определения хищения в примечании к ст.158) и может звучать так: как вымогательство в статьях настоящего кодекса следует понимать совершенное с корыстной целью или из иной личной заинтересованности понуждение лица к соответствующему волеизъявлению в пользу виновного или третьих лиц.

Нам представляется, что это определение по смыслу содержит в себе такие деяния как угроза насилием и шантаж, и умышленное создание условий, при которых потерпевший вынужден передать свое имущество.

Список литературы:

1. Шишкин А.Д. Сравнительно-правовой анализ

регулирования ответственности за вымогательство в

зарубежном уголовном законодательстве // Международное уголовное право и международная юстиция. 2008. №4.

2. Фойницкий И. Я. Курсъ уголовнаго права. Часть

Особенная. Посягательства личныя и имущественныя. Петроградъ, 1916.

3. Новый Уголовный кодекс Франции / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, Э. Ф. Побегайло. М., 1993.

4. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. СПб., 1845.

5. Полный свод уголовных законов. СПб., 1879.

6. УК РСФСР 1922 г. / Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР 1917-1952 гг. М., 1953. С.

7. Уголовный кодекс РСФСР от 27 октября 1960 г. (утратил силу) // Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1960. № 40. Ст. 591.

8. Учебник уголовного права / Под ред. И. Я. Козаченко, З. А. Незнамовой, Г. П. Новосёлова. М., 1998.

9. Клепицкий И. А. Собственность и имущество в уголовном праве // Государство и право. 1997. № 5.

10. Наумов А. В. Практика применения уголовного кодекса российской федерации: комментарий судебной практики и доктринальное толкование / Под ред. Г.М. Резника. М.: Волтерс Клувер, 2005.

11. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 г. № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» // «Российская газета» от 17 июля 2013 г. № 154.

12. Шарапов Р.Д. Преступное насилие. М.: Юрлитинформ, 2009.

13. Зарипов В.Г. Физическое и психическое принуждение в уголовном праве: понятие, виды, ответственность: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007.

14. Шантаж // Журнал Министерства юстиции. СПб. 1899. №6.

Reference list:

1. Shishkin A.D. Comparative legal analysis of regulatory responsibility for extortion in the foreign criminal law // International criminal law and international justice, 2008, # 4.

2. Foinitsky I.Y. Course of criminal law. A special part. Violations of personal and property. Petrograd, 1916.

3. The new Penal Code France / Ed. N.F. Kuznetsova, E.F. Pobegaylo. Moscow, 1993.

4. Order on the penalties criminal and corrective. St. Petersburg, 1845.

5. Full set of criminal laws. St. Petersburg, 1879.

6. RSFSR Criminal Code 1922. Collection of documents on the history of criminal legislation of the USSR and the RSFSR 1917-1952. Moscow, 1953.

7. The Criminal Code of the Russian Federation dated 27 October 1960 (repealed). Bulletin of the Supreme Soviet of the RSFSR, 1960, # 40, art. 591.

8. Textbook of Criminal Law / Ed. I. I . Kozachenko Z.A. Neznamova, G.P. Novoselov. Moscow, 1998.

9. Klepitsky I.A. Property and property in criminal law. State and Law, 1997. # 5.

10. Naumov A.V. Practice of the Criminal Code of the Russian Federation: Comment jurisprudence and doctrinal interpretation / ed. G.M. Reznik, Moscow: Wolters Kluwer. 2005.

11. Plenum of the Supreme Court on July 9, 2013 # 24 "On judicial practice in cases of bribery and other corruption crimes of ". "Rossiyskaya Gazeta" from July 17, 2013. # 154.

12. Sharapov R.D. Criminal violence. Moscow: Yurlitinform. 2009.

13. Zaripov V.G. Physical and psychological coercion in criminal law: concept, types, responsibility: PhD thesis of Law. Moscow, 2007.

14. Blackmail. Journal of the Ministry of Justice. St. Petersburg. 1899. # 6.

РЕЦЕНЗИЯ

на статью «О некоторых спорных аспектах определения вымогательства» Терещенко Л. С. и Шебанова Д. В.

Постоянно стремящая вверх кривая преступности вынуждает определять приоритетные направления борьбы и, соответственно, строить уголовную политику государства, с учетом динамики развития этого явления. Одним из проблемных направлений в этой работе до сих пор остается борьба с вымогательством. В связи с чем, можно со всей ответственностью говорить, что вымогательство во все времена представляло угрозу и главное препятствие для нормальной деятельности как организаций, учреждений и предприятий всех форм собственности, так и простых граждан. Опасность этого преступления с годами нисколько не уменьшается, если не сказать больше - оно принимает иные формы и распространяется, затрагивая все большее количество граждан. Кроме того, растущее значение и широкое применение телекоммуникационных технологий в различных сферах человеческой деятельности может использоваться преступниками по разному, и наибольшую опасность, по нашему мнению, представляет возможность шантажа.

В этой связи трудно не согласиться с автором, что при вышеуказанных обстоятельствах борьба с вымогательством должна выходить на первый план уголовной политики государства и выступать объектом пристального внимания со стороны ученых и практиков.

Проведенное автором исследование является актуальным и законченным научным трудом, позволившим автору сделать обоснованные выводы о том, что в предлагается создать универсальное для всего кодекса понятие вымогательства. Как вариант, это должно находиться в примечании к ст. 163 (по аналогии определения хищения в примечании к ст. 158) и может звучать так: как

вымогательство в статьях настоящего кодекса следует понимать совершенное с корыстной целью или из иной личной заинтересованности понуждение лица к соответствующему волеизъявлению в пользу виновного или третьих лиц.

Нам представляется, что это определение по смыслу содержит в себе такие деяния как угроза насилием и шантаж, и умышленное создание условий, при которых потерпевший вынужден передать свое имущество.

Статья в полной мере соответствует необходимым требованиям, предъявляемым к научным работам, и может быть рекомендована к публикации в научных журналах, в том числе в журналах из списка ВАК.

Рецензент:

Зав. кафедрой уголовного

права и процесса,

к.ю.н., доцент

Шуняева В. А.