Дотянуться до активов

По данным «Федресурса», по завершении процедуры банкротства доля удовлетворенных требований российского кредитора, не имевшего залога, составляет 2,4% — зачастую это связано с выводом активов за границу должником или его бенефициарами. По крупным делам должники обычно используют изощренные схемы вывода и сокрытия имущества за рубежом, что требует от кредиторов построения грамотной стратегии по возврату активов в судах различных государств. О целесообразности поиска и возврата зарубежных активов и нюансах, которые нужно учитывать кредитору, “Ъ” поговорил с юристами международной юридической фирмы White & Case LLP: партнером практики корпоративных вопросов и M&A Николаем Феоктистовым, советником практики разрешения споров Павлом Булатовым и старшим юристом практики разрешения споров Дарьей Щегловой.

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

При выборе стратегии по возврату активов кредитору в первую очередь нужно учитывать местонахождение имущества, путь, которым до него проще и быстрее добраться, и то, каким образом процесс в одном государстве повлияет на поиск и возврат активов в других юрисдикциях. При этом действия кредиторов условно можно разделить на четыре направления.

Первое включает ведение дела о банкротстве должника в России и дальнейшее признание российского банкротства за рубежом. Это позволяет получить через российского арбитражного управляющего как информацию о зарубежном имуществе, так и контроль над ним. В качестве примеров можно привести признание в Англии полномочий арбитражного управляющего, назначенного в российском деле о банкротстве Межпромбанка, в США — признание российского дела о банкротстве бывшего бенефициара «Павловскгранита» Сергея Пойманова и Внешпромбанка, в обоих государствах — признание российского дела о банкротстве экс-главы Внешпромбанка Ларисы Маркус.

Должники часто пытаются препятствовать признанию решений российских судов, опираясь на нарушение публичного порядка, в том числе заявляя о рейдерстве, об отмывании доходов, о репрессивных мерах со стороны российских властей, нарушениях прав должника в ходе российских процессов, а также ссылаясь на действующие санкции, в том числе включение представителей управляющего в санкционные списки. Иностранные суды обычно не принимают таких возражений, указывая, что «публичный порядок» следует толковать узко.

Второе направление заключается в обращении в иностранный суд с заявлением о банкротстве или о введении иностранной процедуры банкротства в дополнение к российскому делу. В случае успеха иностранный суд назначит местного управляющего, который будет осуществлять поиск активов и распределение их между кредиторами в данном государстве. Например, по заявлению Сбербанка в Израиле было начато дело о банкротстве гражданина Израиля, бывшего совладельца сети «Яшма-Золото» Игоря Мавлянова.

Третье направление включает получение в иностранном суде содействия российскому банкротному или иному делу, в том числе признание и исполнение российского решения за рубежом, получение судебных приказов об аресте активов и раскрытии информации и т. д. В рамках четвертого направления кредитор возбуждает в иностранном суде отдельное дело, например о взыскании задолженности или возмещении причиненного вреда. Данный путь является достаточно сложным и затратным, поскольку предполагает участие в дорогостоящем иностранном процессе, где обычно возникают вопросы в отношении юрисдикции иностранного суда и доказывания норм российского права. Однако обращение сразу в иностранный суд может быть единственным или самым эффективным вариантом действий — например, если российское банкротство уже закончилось (или по каким-либо причинам не является целесообразным), должник ликвидирован, а его бенефициары, их активы и центр жизненных интересов находятся далеко за пределами России или если требуется совершение срочных действий за границей. Также иногда кредиторы действуют за рубежом в уголовно-правовой сфере, хотя возбуждение уголовного дела может зависеть от усмотрения правоохранительных органов.

На практике кредиторы воюют по нескольким фронтам, нередко действуя отдельно друг от друга или даже устраивая гонку за активами. Такие параллельные действия кредиторов порождают проблему распределения найденного за рубежом имущества. Российское законодательство не содержит специального регулирования на этот счет. Предполагается, что средства от реализации иностранного имущества поступят в российскую конкурсную массу и будут распределяться исходя из очередности, предусмотренной российским законодательством о банкротстве. Однако иностранное законодательство может вообще не учитывать российское банкротство либо устанавливать иную очередность, например приоритетное удовлетворение требований местных кредиторов. Если же отдельный кредитор взыщет денежные средства либо обратит взыскание на предмет залога за рубежом, то ему нужно учитывать риски необходимости раскрытия этой информации и последующего оспаривания полученного им платежа в России.

Еще одна серая зона — это финансирование и распределение расходов на иностранные процессы, которые, как правило, являются значительными. Обычно управляющий заключает соглашение по этому поводу с основными кредиторами либо привлекает финансирование третьих лиц. Верховный суд РФ недавно подтвердил правомерность финансирования судебных расходов третьими лицами и возможность взыскания таких расходов с ответчика (дело МИ-банка), однако отказался сделать следующий шаг — признать правомерность гонорара успеха в процентах от взысканной суммы (дело Пробизнесбанка). Это сдерживает развитие рынка финансирования расходов третьими лицами. Кроме того, в российском праве отсутствуют основания для распределения найденного за рубежом имущества только между участвовавшими в расходах кредиторами. С одной стороны, это предотвращает злоупотребления, а с другой — в значительной степени снижает привлекательность для кредиторов такого финансирования.

Таким образом, учитывая все трудности поиска и возврата активов за рубежом, на практике сегодня целесообразно делать это только по крупным делам, и даже в них взысканные суммы не всегда будут соразмерны расходам, понесенным отдельным кредитором, что может побудить кредиторов согласовывать стратегию и сотрудничать с целью экономии расходов.