Источники для изучения деятельности римско-католических общин Петербурга в XVIII столетии

Вестник Челябинского государственного университета. 2013. № 12 (303). История. Вып. 55. С. 74-82.

А. Н. Андреев

ИСТОЧНИКИ ДЛЯ ИЗУЧЕНИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ РИМСКО-КАТОЛИЧЕСКИХ ОБЩИН ПЕТЕРБУРГА В XVIII СТОЛЕТИИ

Публикация подготовлена в рамках поддержанного РГНФ научного проекта № 13-31-01205.

Анализируются различные группы исторических источников, раскрывающих процессы становления, развития и жизнедеятельности римско-католических общин Петербурга в XVIII в. Особое внимание уделено архивным материалам - дается характеристика как архивных фондов, так и отдельных, наиболее информативных, архивных единиц. Публикация представляет собой первый опыт системного анализа комплекса источников по проблемам истории петербургского католичества.

Ключевые слова: исторические источники, источниковедение, архивные документы, римский католицизм, католические общины в России, Петербург, история ХУШ в.

Интерес к проблемам истории неправославных исповеданий в России, подогреваемый дискуссиями на тему экуменизма и осознанием необходимости межконфессио-нального партнерства, в последние годы непрерывно растет. Как следствие, усиливается внимание ученых к вопросам участия ино-славных христиан в исторических судьбах нашей страны. Тем не менее, период XVIII столетия в плане подобных историко-религиоведческих исследований - настоящая «aera incognita» для российских и зарубежных специалистов. Связано это с тем, что установление подлинно научного знания о процессах развития «иноверческих» общин в России XVIII в., а также обоснованное решение вопросов их религиозного, социального и политического влияния, сопряжено с большими трудностями в поиске и систематизации источникового материала. Главная сложность состоит в разрозненности источников, их разбросанности по различным архивным фондам и хранилищам. В XVIII в., в отличие, например, от следующего, XIX столетия, административный механизм Российской империи еще не был полностью отлажен: нередко одни властные институты заменялись другими, рамки их деловой компетенции только начинали определяться, налагаясь друг на друга. В результате вопросы жизнедеятельности инославных христиан находились в ведении самых различных государственных органов, делопроизводство которых в отношении католиков, протестантов и прочих «еретиков» (согласно православной терминологии того времени) редко выделялось в отдельный ар-

хивный фонд. Как правило, в архивохранилищах отсутствуют и специальные подборки документов о работе приходских структур западных христиан, действовавших на территории России в ХУШ столетии. Информацию о них приходится по крупицам собирать в архивах учреждений, на первый взгляд весьма далеких от церковно-распорядительной деятельности. Таким образом, репрезентативность источниковой базы, необходимой для изучения истории инославных церковных объединений в ХУШ в., достигается многолетним кропотливым трудом.

Все вышесказанное прямо относится к исследованию процессов становления католических общин города на Неве в первый век его существования. Специальный фонд «Католическая церковь св. Екатерины» в Центральном государственном историческом архиве Санкт-Петербурга представлен интереснейшими документами конца ХУШ-Х1Х вв., однако ранняя история римских общин в нем отражена слабо1. Неудивительно, что попытки комплексного изучения петербургского католичества в ХУШ столетии до недавнего времени не предпринимались: серьезными работами могут быть признаны монография польского искусствоведа Ромуальды Хан-ковски «Храм святой Екатерины в Санкт-Петербурге», посвященная преимущественно искусствоведческим аспектам костельного строительства2, а также обзорная статья

В. Аржанухина и А. Дремлюга «Трехсотлетие католической общины Санкт-Петербурга», в которой ХУШ веку отведено всего несколько страниц3. Книга Р. Ханковски содержит про-

странный исторический очерк на тему появления католиков в Петербурге, однако автор оперирует фрагментарными сведениями, не позволяющими представить целостную картину формирования римско-католических общин имперской столицы. Приводимая

В. Аржанухиным и А. Дремлюгом информация носит системный характер и по преимуществу достоверна, но научную ценность публикации сильно снижает отсутствие в ней ссылок на источники и литературу. Очевидно, что сведения об исторических источниках, способных пролить свет на проблемы пребывания католиков в Петербурге ХУШ в., по-прежнему актуальны.

Важнейшими источниками, отражающими внутреннюю жизнь прихожан, т. е. позволяющими выяснить принципы их культовой организации, материальные возможности, число совершенных треб и заинтересованность людей в таинствах, являются материалы распорядительной деятельности церковных советов, а также метрические и приходо-расходные книги. Такие материалы (преимущественно Х1Х и первой четверти ХХ в.) сосредоточены в архиве костела св. Екатерины Александрийской4, а также в документальном собрании Петроградского деканата Римско-католической церкви5. Приход св. Екатерины сформировался в 1710 г. (т. е. задолго до строительства одноименного костела на Невском проспекте, которое началось в 1763 г.), поэтому в документах костела можно обнаружить лишь отрывочные сведения об устройстве общин и их религиозной жизни в первой половине века. Ясно, что без привлечения данных других фондов и архивов воссоздание целостной картины развития католического вероисповедания в Петербурге ХУШ в. невозможно.

Полнее представить не только внутриоб-щинное устройство петербургских католиков, но и их взаимоотношения с правительством, обществом и Русской православной церковью, позволяют делопроизводственные документы центральных органов управления Московским царством, а затем Российской империей, - материалы Посольского приказа. Коллегии иностранных дел, Святейшего Синода, Департамента духовных дел иностранных исповеданий и ряда других учреждений.

Из всего массива делопроизводственных источников в первую очередь выделим бумаги Канцелярии Святейшего Синода - ведом-

ства, наделенного правом «следить за всем иноверным духовенством в России»6 и сохранявшего это право в отношении католиков вплоть до губернской реформы Екатерины II7. Во многом благодаря синодским документам появляется возможность определить число верующих, местоположение общин и молельных домов, орденскую принадлежность духовенства, социальный и национальный состав петербургского римско-католического прихода в разные периоды его существования. Документы Синода ярко иллюстрируют процессы храмового строительства и организации внутриобщинной жизни, помогают установить роль старост и видных прихожан в этих процессах. Наиболее информативными делами духовного ведомства являются: «Дело о замещении при Петербургской латинской церкви патеров капуцинов франци-сканами» 1720-1725 гг.8, содержащее массу информации о составе клира, атмосфере церковной жизни, организации культа, поведении верующих и церковных старост (Д. Тре-зини, К.-Б. Растрелли, М. Х. Змаевича и др.), а также о противоречиях между различными национальными группами католиков, правовом положении прихода, французской общине с собственным молельным домом на Васильевском острове; дело «По доношению синодального асессора Анастасия Кондоиди о перехваченных им и доставленных Святейшему Синоду письмах папской конгрегации к отцам францисканцам и капуцинам касательно их поселения в Санкт-Петербурге и других городах России»9, раскрывающее полномочия конгрегации пропаганды веры в процессе управления петербургскими католиками, суть внутриобщинных конфликтов, а также фиксирующее связи католиков и их патеров с петербургским высшим светом. Небезынтересно «Доношение Адмиралтейской коллегии с приложением именного списка служащих в ведомстве коллегии иноземцев римско-католического исповедания» 16 марта 1723 г.10, в котором перечислены флотские офицеры и морские служащие, входившие в общину Греческой слободы. О политических интригах петербургских капуцинов, прозе-литических усилиях римского духовенства в целом, текущем состоянии петербургского костела находим обстоятельные сведения в «Деле о допросе капуцина Аполлинария, привезенного из канцелярии тайных дел» 1725 г.11, деле «По присланному из Тайной

канцелярии на имя синодального вице-президента архиепископа Феофана письму о привезенном из Ревеля римского закона капуцине Питере Хризологе»12 и др. материалах, посвященных разбирательствам по поводу шпионажа и религиозной агитации «латинян» среди православных13. Уникальные биографические данные и сведения о служебных назначениях петербургских священников обнаруживаем в выданных им официальных документах на въезд в страну, выезд из нее или санкционирующих их перемещения по России, - в паспортах и рекомендательных письмах14. И, конечно же, без привлечения материалов о переходах петербургских католиков в православие невозможно адекватно оценить те усилия, которые предпринимались активными деятелями костела для сохранения паствы и передачи религиозных традиций в новых поколениях прихожан. Канцелярия Синода буквально переполнена подобными материалами15.

Сведения о местоположении культовых зданий, почерпнутые из документов Святейшего Синода (например, из дела «По синодальному определению об истребовании из коллегии иностранных дел обстоятельных сведений о том, сколько находится во всем Российском государстве римского, лютер-ского и кальвинского исповедания церквей» 1721 г.16), в ряде случаев могут быть дополнены показаниями православных священников Петербургской епархии, обязанных предоставлять своему начальству данные о всех «иноверных мольбищах», расположенных вблизи или на территории их приходов. Такие отчеты сохранились в фонде «Петроградская духовная консистория» ЦГИА Санкт-Петербурга и не всегда продублированы в архиве синодской канцелярии. Например, редкие сведения о «католической кирхе» Греческой слободы незадолго до пожара, уничтожившего костел со всеми служебными постройками, подал 25 июля 1735 г. священник собора Исаакия Далматского Иоанн Сте-фанов17.

К сожалению, информация о петербургских католиках рассеяна по отчетам, докладам, «промемориям» и допросным листам в следственных и других делах Синода, само ведение которых не отличалось системностью - многие из дел не завершены, в них часто недостает справок, затребованных с мест. Святейший Синод, созданный, главным

образом, для управления духовными делами РПЦ, был обязан «следить» и за жизнью западных христиан, однако степень его реального контроля над церковной деятельностью католиков в течение ХУШ столетия неоднократно менялась, то снижаясь, то возрастая. Вследствие этого информация, заключенная в синодских делах, тоже в известной мере отрывочна. Существенно ее дополнить, а в большинстве случаев и установить принципиально новые данные, позволяют материалы внешнеполитического ведомства.

Сведения о петербургских католиках обнаружены в официальных бумагах Посольского приказа, Посольской канцелярии и Иностранной коллегии. Интересующие нас документы сосредоточены в Российском государственном архиве древних актов в фонде «Духовные дела иностранных исповеданий»18 и Архиве внешней политики Российской империи в фонде с аналогичным названием19. Они заключают в себе подробности существования не только прихода в Греческой слободе20, но и французской католической общины Васильевского острова21, освещают малоизвестный конфликт между немцами и французами в приходе «костелика» на Невском проспекте в 1750-х гг.22, содержат до сих пор не введенные в научный оборот данные о костельном строительстве. Например, из документов можно узнать о попытках возведения второго костела на набережной р. Мойки недалеко от Малой Морской улицы в 1724 г.23

Безусловно, важным среди «коллежских» бумаг представляется «Дело о высылке иезуитов из России» 1719 г., раскрывающее положение и основные направления деятельности петербургской иезуитской миссии (в частности, о. Михаила Энгеля), освещающее участие в ее работе церковных старост (доктора Минатия, шаутбенахта М. Х. Змаевича и др.), а также содержащее сведения об отношении римских священников к РПЦ и униональным переговорам русского клира с католическими богословами из Сорбонны при Петре I24. Дело демонстрирует тесные связи иезуитов Петербурга с А. Ю. Ладыженским - русским прозелитом, вступившим за границей в «Общество Иисуса»25. Подробное описание внутреннего убранства костела в Греческой слободе с перечислением богослужебных одежд, священных сосудов и других предметов церковной утвари имеется в «Челобитной императору Петру I от римско-католических прихожан с

просьбой, чтобы начальником католической церкви в Санкт-Петербурге был Яков До-леджо» 1724 г.26 Приведенные здесь факты существенно расширяют наши представления о первом деревянном костеле северной столицы. Наконец, документы иностранной коллегии («пассы», грамоты духовного начальства, жалобы и челобитные прихожан) заключают в себе огромный массив данных о петербургском католическом духовенстве

- назначениях и полномочиях ксендзов, их авторитете, пастырских усилиях, претензиях

27

к ним со стороны верующих27.

Конфессиональная жизнь западных христиан в России (в большей степени протестантов, но отчасти и католиков) с 1730-х гг. регулировалась Юстиц-коллегией Лифляндских и Эстляндских дел, которая была призвана решать споры, возникающие в церковных правоотношениях между «иноземцами». В материалах коллегии, сосредоточенных в специальном фонде РГАДА, а также в комплексе документов деловой переписки Юстиц-коллегии Лифляндских и Эстляндских дел с иностранной коллегией, хранящемся в АВПРИ, освещены некоторые детали приходской жизни католиков-петербуржцев28. В частности, очень интересны подробности разразившегося в 1756 г. конфликта между прихожана-ми-немцами во главе с патером Гелариусом, с одной стороны, и французами и итальянцами, с другой. Конфликт был решен Юстиц-коллегией Лифляндских и Эстляндских дел при посредничестве иностранной коллегии29.

Католики в России ХУШ в. - как представители духовенства, так и миряне, - помимо исповедания своей веры и удовлетворения собственных конфессиональных нужд часто стремились к прозелитической деятельности. Петербургские католики не были исключением, поэтому информацию об их «просветительской» работе и отношениях с русским обществом можно обнаружить в материалах Тайной розыскных дел канцелярии, занимавшейся, среди всего прочего, рассмотрением дел о прозелитизме, классифицировавшемся в качестве политического преступления. Уникальные факты из жизни петербургских католиков имеются в деле «О езуитах Михаиле Энгеле и Даниле Жировском, судившихся за распространение своих ложных убеждений» 1720 г.30, а также в деле «О капуцинах Петре Хризологе и Апполинарие, взятых по подозрению, что они посланы в Россию с по-

литическими целями» 1725 г.31 Миссионерскую и церковно-административную работу петербургских патеров, кроме того, освещает их служебная корреспонденция с заграничными провинциалами и Римской курией, хранящаяся в Ватиканском и Неаполитанском архивах. Некоторые наиболее интересные документы из этих хранилищ были изданы на языке оригинала префектом ватиканской архивной службы А. Тейнером и известным русским историком А. И. Тургеневым в середине ХК в.32 Краткие, но важные сведения о первых годах пребывания католиков на берегах Невы оставили также в своей переписке московские иезуиты, окормлявшие литовскую католическую общину Петербурга, состоявшую из военнопленных, приписанных в качестве гребцов к триремам33.

С учреждением в России римско-католической иерархии и ее эволюцией в последней четверти ХУШ в. информация о жизнедеятельности католических общин аккумулировалась в канцеляриях исполнительных и распорядительных органов при латинском епископе (с 1782 г. - архиепископе, а с 1798 г.

- митрополите) Станиславе Сестренцевиче. Значительные пласты информации отложились в делопроизводственных документах Департамента духовных дел иностранных исповеданий при МВД34 и Римско-католической духовной коллегии МВД, до 1801 г. входившей в состав Юстиц-коллегии Лиф-ляндских, Эстляндских и Финляндских дел под видом особого департамента римско-католических дел35. В архивных фондах этих учреждений сосредоточены документы ХК и начала ХХ в. (только материалы Канцелярии митрополита Сестренцевича и Римско-католической духовной коллегии содержат подлинники конца ХУШ столетия36), однако и в более поздних бумагах предостаточно выписок и копий из дел времен Екатерины II и даже петровской эпохи. Например, о передаче католической общине участка земли под костельное строительство в Греческой слободе в 1710 г. повествует дело конца ХК в.37; о первых священниках прихода - фрагменты метрических книг, процитированные в материалах 1856-1900 гг.38; о жалобе петербургских католиков на супериора, присвоившего приходские деньги в 1766 г., - дело, заведенное почти столетие спустя после описываемых событий39. Подробный перечень фондов и описей архивов указанных учреждений со-

держится в обстоятельном архивоведческом исследовании С. Г. Козлова, выявившего массу документов, относящихся к истории ордена св. Франциска в Российской империи, в том числе в столице40.

Помимо делопроизводственных материалов в процессе изучения истории петербургских католических общин являются востребованными законодательные источники. Имеются в виду как нормативно-правовые акты, определявшие правовое положение Римско-католической церкви в России в целом41, так и специальные документы, регламентировавшие деятельность церковных структур петербургских католиков. К последним можно отнести: именной указ из Синода «О требовании обретающимся в Санкт-Петербурге римского исповедания жителям для исправления церковных нужд пасторов токмо из французов» 2 декабря 1723 г.42; именной указ, объявленный из Кабинета Комиссии о Санкт-Петербургском строении «Об отводе мест под Римско-католическую церковь и под Конюшенный двор» 14 сентября 1738 г.43; именной указ, данный

6 ноября 1766 г. Юстиц-коллегии Лифлянд-ских, Эстляндских и Финляндских дел «О сочинении Регламента для состоящей в Санкт-Петербурге католической церкви, и о бытии прихожанам Римско-католического закона с их духовенством, по делам церковным, под ведомством Юстиц-коллегии Лифляндских, Эстляндских и Финляндских дел»44; именной указ 18 октября 1800 г., объявленный Петербургским военным губернатором Свечиным митрополиту Римско-католических церквей в России «Об отдаче католической церкви св. Екатерины в Санкт-Петербурге с принадлежащим к ней домом в управление монахам Ордена Иезуитского»45 и др.46 Огромное значение для исследования имеют обнародованные 12 февраля 1769 г. «Жалованная грамота Санкт-Петербургской Римско-католической церкви»47 и «Регламент, данный Санкт-Петербургской Римско-католической церкви»48, нормы которого распространялись на все церковные объединения римских католиков в империи, а также высочайшая резолюция на записку Сената, объявленная генерал-прокурором, «О препоручении в смотрение Санкт-Петербургской палаты гражданского суда выбора церковных старшин и управления доходами находящейся в Санкт-Петербурге Римско-католической церкви» 1

ноября 1782 г.49 В этих правовых документах изложены принципы управления петербургским костелом наряду с другими религиозными объединениями «латинян», рассмотрены способы взаимоотношений католиков с органами власти, раскрыты последствия противостояния различных национальных групп верующих в Петербурге, имеется информация о ходе строительства храма св. Екатерины, существовавших при этом организационных проблемах и их решении монаршей властью. Большое число нормативно-правовых актов, касающихся жизнедеятельности петербургских католиков, но отсутствующих в Полном собрании законов, содержится также в отмеченных выше архивных делах50.

Исследование петербургского католичества в ХУШ в. не может обойтись без привлечения источников личного происхождения -путевых журналов, неофициальных донесений, дневниковых заметок и мемуаров. Их авторами зачастую являлись сами иностранцы, причем не только католики, но и ревниво следившие за успехами и неудачами своих религиозных противников протестанты. Как правило, создатели таких сочинений, обозначая местоположение петербургского костела, давали краткую, но подчас весьма значимую характеристику его внешнему облику, приводили сведения о социальном и национальном составе прихода, духовенстве, фиксировали наиболее важные события в жизни общин. Среди всех публикаций такого рода особого упоминания заслуживают записки иностранных путешественников (Ф.-Х. Вебера, П. Г. Брюса, Ф. Дэшвуда, К. Р. Берка и др.), изданные в переводе и под научной редакцией Ю. Н. Беспятых - крупнейшего петербур-говеда, специалиста в различных областях истории России ХУШ столетия51. Кроме того, интересующие нас сведения обнаруживаем и в других изданиях: ценное описание католической церкви в 1726 г. составил французский путешественник О. де ла Мотрэ52; ту же церковь зимой 1736 г. кратко описал датский пастор Педер фон Хавен53; о судьбе католического клира после пожара 1737 г. поведал в своих записках придворный ювелир и староста реформатской кирки И. Позье54; важные факты из жизни прихода в 1762 г. привел известный ученый-искусствовед академик Я. Штелин55. Достаточно подробно устройство прихода св. Екатерины Александрийской и педагогическую практику петер-

бургских священников в конце ХУШ в. сумел передать в своем «Путешествии в Петербург» аббат Ж.-Ф. Жоржель56.

Полезная для разработки темы информация содержится не только в записках иностранцев, но и в личных документах российских подданных. Так, данные о количестве совершенных в петербургском костеле св. Екатерины таинств в конце ХУШ в., а также о разнообразных связях между католическим и православным духовенством столицы, заключает в себе дневник «монсеньора» Станислава Сестренцевича57. Разрозненные, но крайне интересные сведения о социальном и религиозном взаимодействии петербургских католиков с православными, об увлечении «высшего света» католической культурой имеются в дневнике П. Д. Апостола58, записках С. А. Порошина59 и Ф. Ф. Вигеля, который, высмеивая царившую при дворе «галломанию», дал уничижительную характеристику французскому эмигранту аббату Николю и его «аристократическому» пансиону60.

Для воссоздания целостной картины развития католического вероисповедания в Петербурге незаменимыми источниками являются статистические и топографические описания, выполненные рядом ученых и публицистов ХУШ в. - И. Г. Георги, А. В. Гупе-лем, А. И. Богдановым61. Академик И. Г. Георги, опираясь на неизданный труд преподавателя шляхетского кадетского корпуса И.-Х. Безака, в своем «Описании Петербурга» дал краткую характеристику жизнедеятельности прихода на Невском проспекте вкупе с его историей, привел сведения о крещениях, венчаниях и погребениях с 1780 по 1790 г.62 В труде А. И. Богданова, наряду с информацией

о православных и протестантских храмах, зафиксированы данные о «католицкой церкви» Греческой слободы, имеется ее графическое изображение63. Вообще графические и картографические материалы, обозначающие церковные постройки Петербурга, также выступают необходимым подспорьем в изучении «католической» истории города. Они опубликованы в разных изданиях64, но особенного внимания заслуживают репродукции карт и планов, а также изображения костелов Греческой слободы и Невского проспекта, имеющиеся в монографии Р. Ханковски65.

Некоторые подробности церковного быта петербургских католиков содержат в себе материалы периодической печати - Санкт-

Петербургских ведомостей. Заметки в столичной газете особенно ярко обрисовывают роль костела св. Екатерины, его торжественных служб и траурных церемоний, в социальной и культурной жизни города, участие в костельных мероприятиях императорского двора. В частности, «Ведомости» зафиксировали ряд масштабных акций, собравших не только придворных, но и большое количество простых горожан, - публичную мессу по «почившей в Бозе» императрице Елизавете Петровне в 1762 г.; панихиду по австрийскому императору Францу I, состоявшуюся в костеле 4 октября 1765 г.; панихиду по казненному Людовику ХУ!66. Последнее мероприятие вызвало большой общественный резонанс и нашло отражение в стихах Г. Р. Державина «На панихиду в католической церкви, бывшую в Санкт-Петербурге по покойном короле французском Людовике ХУ^ марта

26 дня 1793 года, сопровожденную музыкою г. Сартия»67. Стихотворение, в свою очередь, может быть по праву отнесено к разряду исторического источника, т. к. произведения художественной литературы, прекрасно иллюстрирующие социальную психологию современников, все чаще привлекаются учеными к исследовательской работе. Отмеченная тенденция не случайна, поскольку лишь совокупность всех имеющихся материалов позволяет преодолеть фрагментарность сведений, присущую каждому документу или свидетельству в отдельности.

Как известно, разнообразие источников, их информативность и достоверность во многом определяют качество любого исторического исследования. Из рассмотренных выше групп источниковых материалов максимальным информационным потенциалом обладают делопроизводственные комплексы правительственных учреждений, либо частично задействованные историками, либо еще не введенные в научный оборот. Объективный характер, повышающий их историческую ценность, имеют порожденные работой властных органов законодательные акты. Однако не меньшую роль в осмыслении проблем пребывания «иноверцев» в России играют проникнутые субъективизмом литературные источники, мемуары и путевые заметки. Только с их помощью можно адекватно воспринять исторический процесс, рассматривая его как реальную жизнь людей в рамках особого «герменевтического поля»68, и, что

особенно важно, на источниках проследить нюансы складывания межконфессиональных отношений, глубоко личностных по своей природе. Смеем надеяться, что приведенные в данной статье системные сведения о структуре архивных хранилищ и отдельных архивных единицах, литературных произведениях и др. материалах, обнаруживающих подробности становления римско-католических общин северной столицы, послужат ученым для дальнейшего всестороннего раскрытия темы пребывания и жизнедеятельности католиков в Петербурге и в России XVIII в. в целом.

Примечания

1 Центральный государственный исторический архив (далее - ЦГИА). СПб. Ф. 347. Оп. 1.

2 Ханковска, Р. Храм святой Екатерины в Санкт-Петербурге. СПб., 2001.

3 Аржанухин, В. Трехсотлетие католической общины Санкт-Петербурга / В. Аржанухин, А. Дремлюг // Символ. 2002. № 46. С. 197229.

4 Фонд «Католическая церковь св. Екатерины» имеет крайние даты 1746-1923 гг., причем большая часть дел относится к XIX и началу XX в. См.: ЦГИА СПб. Ф. 347. Оп. 1.

5 Петербургский деканат был учрежден в 1798 г. наряду с другими деканатами Римской церкви в ходе реформирования системы управления делами Римско-католического вероисповедания. Фонд этого учреждения содержит распоряжения Римско-католической духовной коллегии и материалы приходских церквей Петербургской губернии с 1824 по 1918 г. См.: ЦГИА СПб. Ф. 1822. Оп. 1-3.

6 Российский государственный исторический архив (далее - РГИА). Ф. 796. Оп. 4. Д. 540. Л. 4.

7 Об управлении римско-католическими приходами в России XVIII столетия см.: Андреев, А. Н. Западно-христианские вероисповедания и общество в России XVIII в. : дис. ... д-ра ист. наук. Челябинск, 2011. С. 215-241.

8 РГИА. Ф. 796. Оп. 4. Д. 540. Л. 1-71.

9 Там же. Оп. 1. Д. 453. Л. 1-47.

10 Там же. Оп. 4. Д. 244. Л. 1-4.

11 Там же. Оп. 6. Д. 409. Л. 1-11.

12 Там же. Оп. 6. Д. 126. Л. 1-19 об.

13 Там же. Оп. 37. Д. 90. Л. 163-163 об.

14 См. паспорта и сопроводительные документы, выданные священникам, прибывшим на служение в Петербург, - капуцинам Патри-

цию Медиоланскому, Теодозию Луцернско-му (Фонлуцернусу), францисканцам Якову Деолегио, Капистрану Клейну и др.: РГИА. Ф. 796. Оп. 3. Д. 1292. Л. 1-3 об.; Оп. 4. Д. 540. Л. 3; Оп. 4. Д. 661. Л. 1-12; Оп. 16. Д. 89.Л. 1-8.

15 См., напр.: РГИА. Ф. 796. Оп. 23. Д. 445, 480; Оп. 26. Д. 50, 138, 146; Оп. 30. Д. 382; Оп. 35. Д. 10.

16 РГИА. Ф. 796. Оп. 1. Д. 286. Л. 2-27.

17 ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 122. Д. 298. Л. 26.

18 Российский государственный архив древних актов (далее - РГАДА). Ф. 152. Оп. 1 (1629-1733 гг.).

19 Архив Внешней политики Российской империи (далее - АВПРИ). Ф. 10. Оп. 10/1 (1720-1762 гг.); Оп. 10/2.

20 См. «Дело о ссоре, происшедшей между капуцинами и францисканами при римской церкви в Санкт-Петербурге, и о высылке обоих ординов из России, также о бытии в России доминиканов»: АВПРИ. Ф. 10. Оп. 10/1 (1724 г.). Д. 5. Л. 1-85.

21 См. документы о пребывании в России францисканца Петра Кайо, служившего капелланом общины во Французской улице Васильевского острова: АВПРИ. Ф. 10. Оп. 10/1 (1725 г.). Д. 1. Л. 1-23 («Дело о высылке из России француза монаха францисканского Калио»); Оп. 10/1 (1726 г.). Д. 1. Л. 1 («До-ношение французского консула и комиссара Лави с товарищи о невысылке из России пастора Петра Кайло, поелику он им потребен»).

22 См. «Дело об отозвании из России католических патеров Карла Людовика (из Ниццы) и Франциска Антония (из Турина) по случаю возникших на них жалоб прихожан Санкт-Петербургской католической церкви» 1755-1759 гг.: Там же. Ф. 10. Оп. 10/2. Д. 14. Л.1-41.

23 См. «Список с данной из полицмейстерской канцелярии на место для постройки римской церкви на Адмиралтейском острову» и др. документы: Там же. Ф. 10. Оп. 10/1 (1724 г.). Д. 4. Л. 1-2; Оп. 10/1 (1724 г.). Д. 2. Л. 1-19.

24 РГАДА. Ф. 152. Оп. 1 (1719 г.). Д. 1. Л. 1-44; Д.3.Л. 1-4.

25 О Ладыженском и его роли в развитии русского католицизма см. специальную статью: Андреев, А. Н. Русский иезуит А. Ю. Ладыженский : неисследованная страница в истории русского католицизма ХУШ столетия // Отечеств. история. 2008. № 3. С. 143-154.

26 АВПРИ. Ф. 10. Оп. 10/1 (1724 г.). Д. 2. Л. 1-19.

27 См., напр., следующие дела: РГАДА. Ф. 152. Оп. 1 (1715 г.). Д. 1. Л. 1-3 («Письмо к канцлеру графу Головкину от лифлянд-ского епископа Шембека рекомендательное о принятии в милость отправленного в Петербург католицкого патра Енгеля»); Оп. 1 (1719 г.). Д. 4. Л. 1-2 («Призыв в Россию из Рима патеров капуцинов»); АВПРИ. Ф. 10. Оп. 10/1 (1720 г.). Д. 1. Л. 1-6 («Указ в коллегию иностранных дел великого князя Петра Алексеевича капуцину Патрициу с братьями состоять им при Римской церкви в Санкт-Петербурге»); Д. 2. Л. 1-4 («Прошение францисканского патера Якова Доледжи о позволении ему служить службу в католическом костеле в Санкт-Петербурге»); Д. 3. Л. 1-5 («Перевод с грамоты к государю Петру I от швейцарского города Луцерны рекомендательной о капуцине Аполлинарии породою швейцаре»); Д. 4. Л. 1-58 («Дело о приезде в Россию шести капуцинов для служения в католической церкви в Санкт-Петербурге»); Оп. 10/1 (1724 г.). Д. 1. Л. 1-3 («Донесение из Коллегии иностранных дел Правительствующему Синоду о бытии патеру Патрицию в Санкт-Петербурге при римской церкви»); Оп. 10/1 (1732 г.). Д. 1. Л. 1-6 («Челобитная францискана патера Михайла Ангело де Ве-стигна»); Оп. 10/1 (1761 г.). Д. 2. Л. 1-2 («Приезд из Константинополя в Санкт-Петербург францисканского ордена капуцина венеци-анина Жироламо, определенного от начальства своего быть главным над находящимися в Санкт-Петербурге францисканами»); Ф. 10. Оп. 10/2. Д. 5. Л. 1-2 («Доношение Его Величеству от супериора францисканов реформаторских католицкой церкви о позволении ему исправлять служение в их церкви» 1723 г.); Д. б. Л. 1-4 («Указ из Синода о присылке известия о причине приезда в Россию римских патеров Якова Деолегио с товарищи» 1723 г.).

28 РГАДА. Ф. 284 (Юстиц-коллегия Лифлянд-ских и Эстляндских дел). Оп. 1. Ч. 4. Д. 7343; АВПРИ. Ф. 2 (Внутренние коллежские дела). Оп. 2/1. Д. 695. Л. 83, 108-109, 110-120 и др.

29 АВПРИ. Ф. 10. Оп. 10/2. Д. 14. Л. 26-33 об.

30 РГАДА. Ф. 7 (Тайная канцелярия). Оп. 1. Д. 58.Л. 1-5.

31 Там же. Д. 204. Л. 1-79.

32 Theiner, A. Monuments historiques relatifs aux regnes d’Alexis Michaelowitch, Feodor III et Pierre le Grand czars de Russie, extraits des

archives du Vatican et de Naples. Rome, 1859. P. 468-469, 504-505, 540-541; Turgenev, A. J. Historica Russiae monumenta, ex antiques exterarum gentium archivis et bibliothecis depropmta ab A.J. Turgenevio. Petropolis, 1842. T. 2. P. 339-341.

33 Письма и донесения иезуитов о России конца XVII и начала XVIII в. Иржи Давид. Современное состояние Великой России, или Московии. Рязань, 2010. С. 194-198, 214.

34 РГИА. Ф. 821 (Департамент духовных дел иностранных исповеданий МВД). Оп. 1 (Материалы по католическому исповеданию в России и Царстве Польском, 1810-1901 гг.); Оп. 125 (Римско-католическое отделение Департамента духовных дел иностранных исповеданий, 1800-1910 гг.); Оп. 144 (Канцелярия митрополита Римско-католических церквей Сестренцевича-Богуша, 1797-1826 гг.).

35 РГИА. Ф. 822 (Римско-католическая духовная коллегия МВД). Оп. 1 (1797-1840 гг.); Оп. 10 (Прокурорская часть, 1797-1882 гг.); Оп. 12 (Визиты костелов и монастырей, 1797-1914 гг.).

36 См., напр., «Ведомость доходов с церковных квартир, лавок и погребов при петербургском костеле за 1794-1797 гг.»: РГИА. Ф. 821. Оп. 144. Д. 1. Л. 3; Рапорт настоятеля костела Михаила Ростоцки от 22 декабря 1797 г., составленный в ходе визита в костел Сестренцевича: Там же. Ф. 822. Оп. 12. Д. 2588. Л. 26.

37 Там же. Ф. 821. Оп. 125. Д. 1032. Л. 31.

38 Там же. Д. 1028. Л. 24-39.

39 Там же. Д. 493. Ч. 1. Л. 12.

40 Козлов, С. Г. Документы Францисканского Ордена в фондах Российского Государственного Исторического Архива. М., 2003. С.166-167.

41 Подробный анализ таких нормативноправовых актов см.: Андреев, А. Н. Западнохристианские вероисповедания и общество в России XVIII в. : дис. ... д-ра ист. наук. Челябинск, 2011. С. 215-241.

42 ПСЗ Российской империи. СПб., 1830. Т. 7.

С. 167. № 4376.

43 Там же. Т. 10. С. 612. № 7654.

44 Там же. Т. 17. С. 1032-1034. № 12776.

45 РГИА. Ф. 826. Оп. 1. Д. 1027. Л. 135; ПСЗ Российской империи. Т. 26. С. 347. № 19608.

46 Напр., высочайше утвержденный 11 января 1765 г. доклад президента Канцелярии опекунства иностранных графа Орлова «Об определении двух патеров к поселяющимся

в Саратов иноземцам-католикам», раскрывающий полномочия префекта петербургского костела св. Екатерины в сфере назначения духовенства к другим приходам страны. См.: ПСЗ Российской империи. Т. 17. С. 4-5. № 12303.

47 Там же. Т. 18. С. 832-833. № 13251; Законодательство Екатерины II. М., 2000. Т. 1.

С. 996.

48 РГИА. Ф. 821. Оп. 149. Д. 1. Л. 3; ПСЗ Российской империи. Т. 18. С. 833-840. № 13252; Законодательство Екатерины II. Т. 1. С. 9971005.

49 ПСЗ Российской империи. Т. 21. С. 721722. № 15566.

50 Напр., указ Петра I от 2 сентября 1720 г., повелевший быть начальником над петербургскими католиками капуцину Патрицию, указ от 10 декабря 1724 г. о высылке из России францисканцев и капуцинов, и др.: АВПРИ. Оп. 10/1 (1724 г.). Д. 5. Л. 3-3 об., Л. 13-13 об.

51 Беспятых, Ю. Н. : 1) Петербург Петра I в иностранных описаниях. Л., 1991. С. 108, 164; 2) Петербург Анны Иоанновны в иностранных описаниях. СПб., 1997. С. 65, 304.

52 Voyages en Anglois et en Francois d’A. de la Montraye en divereses provinces et places de la Prusse Ducale et Royale, de la Russie, de la Pologne etc. Londres-Dublin, 1732. P. 243.

53 Хавен, П. фон. Путешествие в Россию. СПб., 2007. С. 41, 61.

54 Записки придворного брильянтщика Позье о пребывании его в России с 1729 по 1764 г. // Рус. старина. 1870. Т. 1, № 1. С. 55-56.

55 Штелин, Я. Записки о Петре III // Екатерина. Путь к власти. М., 2003. С. 37; Мизере. Дневник статского советника // Там же. С. 58.

56 Жоржель, Ж.-Ф. Путешествие в Петербург аббата Жоржеля в царствование императора Павла I. М., 1913. С. 133-134, 204-205.

57 Сестренцевич-Богуш, С. Дневник Сестрен-цевича, первого митрополита всех римско-католических церквей в России. СПб., 1913. Ч. 1. С. 7, 16, 53, 68.

58 Дневник Петра Даниловича Апостола (май 1725 г. - май 1727 г.) // Киев. старина. Киев, 1895. Т. 50, № 7-8. С. 126, 143.

59 Порошин, С. А. Записки, служащие к истории великого князя Павла Петровича // Рус-

ский Гамлет. М., 2004. С. 197.

60 Записки Филиппа Филипповича Вигеля. М., 1891. Ч. 1. С. 139; М., 1892. Ч. 2. С. 75, 110.

61 Георги, И. Г. Описание российско-императорского столичного города Санкт-Петербурга и достопамятностей в окрестностях оного. СПб., 1794; Hupel, A. W. Die kirchliche Statistik von Rupiand nebst andem kurzern Aufsatzen. Riga, 1786; Богданов, А. И. Историческое, географическое и топографическое описание Санкт-Петербурга от начала заведения его с 1703 по 1751 год / А. И. Богданов, В. Г. Рубан. СПб., 1779.

62 Георги, И. Г. Указ. соч. С. 108, 280-282.

63 Богданов, А. И. Указ. соч. С. 450.

64 Планы С. Петербурга в 1700, 1705, 1725, 1738, 1756, 1777, 1799, 1840 и 1849 годах, с приложением планов 13 частей столицы 1853 года, составлены Н. Цыловым. СПб., 1853; Исторические планы столичного города Сан-ктпетербурга с 1714 по 1839 год, изданные по высочайшему государя императора повелению. СПб., б.г.; Объяснение к историческим планам столичного города Санктпетербурга с 1714 по 1839 год, изданные по высочайшему государя императора повелению. СПб., б.г.; Брикнер, А. Г. История Екатерины Второй. СПб., 1885. Ч. 4. С. 565.

65 В книге большое количество репродукций, фрагментов карт и планов Петербурга за разные годы (планов Майера 1725 г., П. де Сент-Илера 1760-х гг. и др.), изображений церковных построек католиков (гравюра Н. Челпанова из книги А. И. Богданова, проекты католической церкви П.-А. Трезини, Ж-Б. Валлен-Деламота) и др. См.: Ханковска, Р. Указ. соч. С. 24-25, 27, 33, 35-36, 38-39, 43.

66 См.: Санкт-Петербургские ведомости. 12 марта 1762 г. N° 21; Там же. 11 октября 1765 г. № 81.

67 Державин, Г. Р. На панихиду Людовика XVI // Сочинения Державина : в 9 т. с объяснениями и примечаниями Я. Грота. СПб., 1864. Т. 1. С. 532-537.

68 Рикёр, П. Конфликт интерпретаций. Очерки о герменевтике / пер. с фр. И. Сергеевой. М., 1995. С. 18, 84.