Развитие умеренных регионалистских политических партий Испании в 1985-2005 гг

УДК 94 (460) РАЗВИТИЕ УМЕРЕННЫХ РЕГИОНАЛИСТСКИХ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ ИСПАНИИ В 1985-2005 ГГ.

Мансурова В.В.

В Испании существует система аналогичная двухпартийной. Это означает наличие двух доминирующих политических партий, что представляет существенные трудности для достижения электорального успеха под знаменем других партий. Региональные партии могут представлять реальную силу в автономиях, например, таких как Каталония и Страна Басков, и являются важным элементом правительственных коалиций, - что делает политическую систему многопартийной. Эти региональные партии имеют представительство в Генеральных Кортесах (парламент Испании) или в Европейском Парламенте. Анализу развития умеренного крыла региональных партий Испании в 1985 -2005 гг. и посвящена данная статья.

Ключевые слова: политическая история Испании, умеренные

регионалистские партии Испании, автономизация, регионализм.

DEVELOPMENT OF MODERATE REGIONALIST POLITICAL PARTIES OF SPAIN IN 1985-2005

Mansurova V.V.

Spain has a system similar to a two-party system, which means that there are two dominant political parties, with extreme difficulty for anybody to achieve electoral success under the banner of any other party. Regional parties can be strong in the autonomous communities like Catalonia and the Basque Country and are

essential for government coalitions, which makes the party system a multi-party system. These regional parties are representation in The Cortes Generales (the Spanish parliament) or in the European Parliament. Analysis of the development of the moderate wing of regional parties in Spain in 1985 - 2005 is the subject of this article.

Keywords: political history of Spain, moderate regionalist parties of Spain, autonomism, regionalism.

На политическое развитие современной Испании огромное влияние оказывает ее партийно-политическая система, в которой четко выделяются два уровня партий - общенациональные, которые в том числе имеют представительства в автономиях, и региональные. Большинство региональных партий придерживаются автономистской идеологии, то есть в центре их политической деятельности стоят интересы конкретной автономии и отстаивание возможности самостоятельно решать насущные вопросы региона. Однако степень необходимой автономии и самостоятельности оценивается партиями неодинаково. Спектр мнений разнится от требований полной независимости до отстаивания идеи культурной автономии в составе Испании. Наиболее интересны из числа указанных организаций - партии умеренного толка, так как именно они во многом определяют не только направление развитие автономий, но и формируют общественное мнение и активно влияют на политику центрального правительства.

Регионалистских партий и организаций в Испании довольно много, однако самыми влиятельными из них являются следующие: в Стране Басков -Баскская националистическая партия (PNV), «Мы баски» Euscal Herritarrok (EH), Eusco Alkartasuna (EA), Единство Алавы (UA); в Каталонии -Демократическая Конвергенция Каталонии (CDC), Демократический союз Каталонии (UDC), которые формируют единую фракцию в Генеральных Кортесах и Европейском Парламенте - Конвергенция и Союз Каталонии (CiU),

Инициатива, для Каталонии - Зеленые (ICV); в Галисии - Галисийский националистический блок (BNG); на Канарских островах - Канарская коалиция (CC); на Балеарских островах - Союз Мальорки (UM); в Андалусии -Андалусийская партия (PA); в Наварре - Народный союз Наварры (UPN), Националистическое единство (EN); в Арагоне - Арагонская партия (PAR), Арагонская хунта (CHA). Данные партии занимают в Кортесах около 10% мест. Кроме Конгресса и Сената Генеральных Кортесов Испании эти партии в той или иной степени также входят и в Европарламент.

Степень влияния регионалистских партий можно оценить именно по данным их представительства. Так, например, в 2000 г. общенациональные партии Partido Popular (PP, Народная партия) и El Partido Socialista Obrero Español (PSOE, Испанская социалистическая рабочая партия) имели 183 и 125 мест соответственно в Конгрессе, 123 и 61 - в Сенате, 27 и 24 - в Европарламенте. 8 мест в Конгрессе и 4 в Европарламенте занимала еще одна общенациональная партия Испании - Izquierda Unida (IU, Объединенные левые). При этом CiU занимала 15 мест в Конгрессе, 8 в Сенате и 3 в Европарламенте. PNV 7, 6 и 1 место соответственно. СС 4,5 и 1 место. ICV заняла 1 место в Конгрессе, EN и BNG по 1 месту в Европарламенте [3, с. 30]. Таким образом, голос регионов Испании имеет вес даже на самом высоком уровне европейского объединения, при этом наибольшее представительство очевидно фиксируется у каталонских и баскских партий.

Система регионалистских политических партий Каталонии сформировалась в современном виде в конце 70-х гг. Первоначально она состояла из шести партий: Народный альянс (AP), Коммунистическая партия Каталонии (PSUC), Социалистическая партия Каталонии (PSC), Каталонский демократический пакт (PDS, позднее CiU), включающая Демократический союз Каталонии (UDC) и Демократическую конвергенцию Каталонии (CDC), Левые республиканцы Каталонии (ERC). Последняя партия является более

радикальной, чем другие, кроме того занимает второстепенное положение в политической системе автономии.

К середине 80-х гг. XX в. часть этих партий сходит с политической арены, и региональная политическая система становится двухпартийной и состоит из, уже упомянутой, Сіи, а также PSC. Именно эти партии с самых первых демократических выборов набирали большинство голосов в Каталонии, а Сіи с того же периода имеет постоянное представительство в Генеральных Кортесах. Из этих двух партий безусловное лидерство принадлежит Сіи, при этом с течением времени степень ее влияния в регионе постоянно растет. Так, если на выборах 1980 г. Сіи получила 37 мест (28%) из 135 в парламенте Каталонии [12], то в 1999 г. ее представительство увеличилось до 66 мест (49%). Конечно, такая тенденция прервалась в 2003 г., когда Сіи получила в парламенте 56 депутатских мандатов (41%) [11], но партия стала активной оппозицией и не потеряла роли в политической жизни.

Данная динамика объясняется не только политикой партии в регионе, но и той позицией, которую она занимала на общеиспанском уровне. Когда Сіи в

1977 г. провела 11 депутатов в Генеральные Кортесы и начала отстаивать там интересы Каталонии, она стала набирать популярность и в регионе. Языковой, финансовый и другие вопросы, решенные за 80-е - 90-е гг. партией сделали ее неизменным лидером на выборах.

Несколько изменилась ситуация с середины 90-х гг. Как уже отмечалось, обе общенациональные партии для формирования парламентского большинства вынуждены были использовать поддержку регионалистских партий в Кортесах. В 1993 г., в 1996 г. Сіи входили в коалицию с правящей партией (сначала с PSOE, затем с РР), в 2000 г. сохранились все договоренности коалиции. При этом пакты то с одной, то с другой партией начали подвергаться общественной критике, на что лидеры региональной партии прямо заявили, что они «с теми, кто у власти» [6, р. 12], и что пакты -это возможность извлечь выгоды, а не высказывание политических

предпочтений. Этим во многом объясняется снижение поддержки партии, так как по данным опросов около 50% населения отрицательно относились к этим пактам, а в самой Каталонии больше 20% респондентов прямо настаивали на противостоянии политике центра вместо «соглашательства» [5].

Такое положение партии стало не только следствием недовольства населения политикой «пактизма», которую вела партия, но и отражением тенденции общих изменений на европейском, общеиспанском и региональном уровнях.

Иная динамика наблюдается в представительстве PSC. Социалисты долгое время воспринимались населением Каталонии как общеиспанская партия, так как были тесно связаны с PSOE. Постепенно PSC стала отделяться от PSOE, но поддержку ей оказывали только промышленно развитые районы. Она долгое время оставалась второй после недолгого лидерства в 1977 г. Однако, на выборах 2003 г. PSC заняла 52 места в парламенте Каталонии, почти сравняв результаты с СШ~, а по отданным за нее голосам избирателей и вовсе обошла националистов. Это связано с углублением регионального содержания в программе партии и улучшению общего экономического благосостояния населения региона. Фактор стабильности в Каталонии стал условием роста популярности социалистов, так как теперь население уже так активно не выступало за перемены, которые всегда значились в программе СЮ".

В Стране Басков общая региональная политическая система включает более чем 20 партий - как местных, так и являющихся секциями общеиспанских, в ней значительное место занимают именно региональные партии. Политическая система умеренных регионалистских партий Страны Басков в завершенном виде складывалась в тот же период, что и каталонская. Однако сама система имеет своеобразный вид, так как ее основу составляет система abertzale - баскских «патриотических» партий довольно радикальной направленности. Фактически в ней из умеренных партий можно выделить

только Баскскую националистическую партию (PNV), так как остальные выдвигают требования обязательного или возможного суверенитета.

В самом начале своего существования PNV не ставила такого вопроса, в противовес ему (особенно это касается парламентского крыла партии) был поставлен вопрос о восстановлении режима fueros, что, по справедливому замечанию Е. Г. Черкасовой, закрепило бы экономические привилегии региона в условиях замедления темпов экономического роста, связанного с деятельностью ETA, и, кроме того, это требование увеличивало политическое влияние PNV, привлекая к ней электорат, как к защитнице национальных интересов [4, с. 79]. Кроме того, PNV, намеренно или нет, учла тот факт, что 99% населения региона - католики, 75% из них воцерквлены. Именно PNV в отсутствии христианской партии имея особые отношения с Ватиканом, по сути, представляет собой образование христианско-демократического типа, также обеспечивая симпатии избирателей.

Это дало результат уже на первых выборах в парламент Страны Басков в 1980 г., по итогам которых PNV заняла 25 мест (42%) из 60. В дальнейшем у PNV также была стабильная поддержка избирателей: в 1986 г. за нее голосовали 28% избирателей Страны Басков, в 1989 г. - 23%, в 1993 г. - 24% [15]. На фоне снижения поддержки более радикальных партий в этот же период, данные весьма показательны. Продолжилась эта тенденция и в последующие годы, в 1998 г. за PNV проголосовало 37% избирателей, что обеспечило ей 27 мест (38,5%) из 70 в парламенте, а в 2001 г. уже 43% голосов и соответственно 33 места (47%) в парламенте [8]. Последние результаты автономных выборов весьма показательны, так как были получены при рекордной явке избирателей (80%). По данным опросов 2002 г. 53% жителей Страны Басков были уверены, что на автономных выборах правильнее голосовать за региональную партию, а за общеиспанские можно голосовать только на общенациональных выборах [5].

Но общеиспанские и европейские тенденции не могли обойти Страну Басков, и к середине 2000-х гг. здесь наметились тенденции к определенному снижению поддержки умеренных националистических партий. На выборах 2005 г. PNV вновь оказалась победителем, но в целом в парламент прошло 5 партий, и блок PNV с EA и коалицией Объединенные левые - Баскские левые (IU - EE) в целом имел 32 места (46%) в парламенте, а PSOE и PP - 33 места (47%), в результате решающей силой стала Коммунистическая партия Баскских земель. Однако вплоть до 2005 г. именно PNV определяла направления политического развития автономного сообщества Страны Басков.

Г алисийская регионалистская политическая система сложилась несколько позже, чем в Каталонии и Стране Басков. Данная система первоначально состояла в основном из региональных отделений общеиспанских партий. На выборах в октябре 1982 г. основными политическими силами стали Народный альянс (AP), Союз Демократического Центра (UCD) и Партия социалистов Галисии (PSG - PSOE). При этом наибольшее количество мест в парламенте Галисии получили AP - 26 мест (37%) из 71, и UCD - 24 места (34%). При этом необходимо отметить чрезвычайно низкую явку избирателей - 28%. Из умеренных националистических партий Галегистская партия (PG) смогла занять небольшое количество мест. Галисийский националистический народный блок (BNPG), выступавший в коалиции с Г алисийской Социалистической Партией (PSG), получил 3 места. Г алисийские левые (EG) -

1. В целом националистические партии завоевали 12,73% (в 1979 г. - 11,23%) голосов [7]. Данная система не оставалась постоянной. Со временем ушли из политики UCD и PG, но на регионалистском фланге появился Галисийский националистический блок (BNG).

Таким образом, с самого начала существования автономного сообщества в Галисии регионалистские партии не стали здесь лидерами. В этот период регионалистские партии только формировались институционально, одновременно находились в поиске приемлемой для Галисии идеологии. Но

полностью отрицать роль националистических партий в политической жизни Галисии было бы неправильно. Несмотря на свою раздробленность, регионалистские организации оказывают непарламентское воздействие на различные сферы жизни общества. На профсоюзных выборах осенью 1980 г. около 20% голосов было подано за националистический профсоюз «Галисийский национальный интерсиндикал». Среди сельского населения большой успех имели находящиеся под влиянием СГН «Крестьянские комиссии» [1, с. 174].

Первоначально возникли PSG, Галисийские левые (EG), Галисийское единство (UG), кроме того были зарегистрированы партии скорее похожие на общественные политические организации - Независимая предвыборная ассоциация Галисии и Независимая партия галисийских эмигрантов. Также на позиции умеренных националистов стояли Г алисийская социалистическая партия (PSG) и сформировавшаяся позднее Галисийская рабочая партия (PTG). Во второй половине 70-х гг. возродилась Галисийская партия (PG), игравшая ведущую роль в галисийском национальном движении в 30-х гг.

Кроме того, в 1976 г., была создана Демократическая хунта Галисии (HDG), в которую вошли местные организации некоторых левых общеиспанских партий и которая выступала за восстановление Статута 1936 г. В июле 1976 г. HDG, объединилась с Галисийской социалистической федерацией ИСРП и Галисийским комитетом революционной организации трудящихся.

На выборах в Кортесы в 1979 г. галисийские регионалистские партии, надеясь на убедительную победу, выступили в двух блоках: Галисийский национально-народный блок (Bloque Nacional Popular Galego, BNPG) - под этим названием фактически выступал Союз галисийского народа (UPG) и UG, в которое вошли (PSG), (PTG) и (PG). Каждый из этих блоков получил в различных провинциях от 2 до 6% голосов, но взаимная конкуренция лишила

их представительства в Кортесах. Однако на муниципальных выборах в апреле 1979 г. они добились определенного успеха [9].

Все эти партии были очень неустойчивы: уходили из политики, меняли названия, меняли идеологию и политическую платформу. Единственной более или менее устойчивой регионалистской партией можно назвать только BNG.

Позиции и политика регионалистских партий Галисии во многом объясняется спецификой гражданского общества в автономии. Во-первых, галисийцы обладают низкой политической активностью, во-вторых, - большая часть населения являются приверженцами консервативных взглядов, а в-третьих, при голосовании электорат ориентируется не на партию, а на политическую персону, на лидера. В этой связи у националистов появился шанс на занятие достойного места в политической системе региона только, когда эти условия были учтены. BNG хотя и менялась как и другие регионалистские партии, но сохраняла платформу умеренного правого национализма, которая не ассоциировалась с левыми взглядами. Кроме того, большей популярности удалось добиться и благодаря новому лидеру партии Х. М. Бейрасу. Именно его политический стиль и деятельность в течении 90-х гг. XX в. привели к тому, что уже на выборах 2001 г. в Галисийскую Хунту BNG заняли второе место по отданным за них голосам, но разделили его с социалистами по количеству полученных мандатов. В это же время (выборы 2000 г.) BNG заняла 3 места в Г енеральных Кортесах.

Несколько изменилась ситуация к 2005 г. Во-первых, на Г алисию влияют те же тенденции политического и общественного развития, что и на другие регионы Испании, во-вторых, популярного Х.М. Бейраса сменил на посту лидера BNG А. Кинтана, в-третьих, несмотря на некоторые изменения население региона во многом остается консервативным. Результатом стал факт вхождения BNG в автономное правительство Галисии, что можно считать несомненным успехом, но это не персональный успех регионалистов, так как возможным это стало только в коалиции с социалистами. Показательным

является и тот факт, что на общенациональных выборах 2004 г. BNG смогли провести в Кортесы только 2-х депутатов.

В указанный период стали возникать регионалистские партии в Арагоне, Наварре, Андалусии, на Канарских и Балеарских островах. Эти партии, конечно, не имеют такого же политического веса как организации Каталонии, Страны Басков и Г алисии. Но их эволюция находится в общем русле развития испанского регионализма.

Все регионалистские партии независимо от политического веса в исследуемый период поднимают и пытаются решать сходные вопросы. К числу наиболее важных из них относятся вопросы об автономизации, о языке региона и экономические вопросы. Кроме того, в Стране Басков отдельно стоит вопрос о терроризме ETA (Euscadi ta Askatasuna - «Страна Басков и свобода»).

В Стране Басков решение проблемы автономизации началось с 4 января

1978 г., когда центральным правительством был издан декрет о

предоставлении региону временного автономного статута, а сама автономизация должна была пройти в соответствии с принимаемой Конституцией. В это самое время PNV и начала активные действия по определению формы и пределов автономизации. PNV начала настаивать на том, что исконные fueros регионов должны стоять выше Конституции. В самой же Конституции было прописано, что восстановление fueros будет осуществляться в рамках Конституции. Твердая позиция правительства в этом вопросе, как и отказ включить в текст Конституции право народов на самоопреление, заставило PNV призвать электорат Страны Басков бойкотировать референдум по Конституции. Другие партии и вовсе призвали голосовать против основного закона.

Степень влияния этих партий можно оценить по результатам референдума в Стране Басков. Если в целом по стране явка избирателей превысила 70%, а около 90% проголосовавших одобрило Конституцию, то в

Стране Басков явка была около 40% и 20% проголосовавших были против Конституции.

Примерно такое же положение было и в Гипускоа, Алаве и Наварре -регионах проживания басков. Эти результаты оказались показательными и для центрального правительства, так как именно урегулирование политического положения в регионе стало первоочередной задачей.

Именно влияние PNV во многом определило содержание Статута Страны Басков, который был принят на референдуме, проходившем в октябре 1979 г. Регион наделялся «широкой» автономией, баскский язык уравнивался в правах с кастильским, была закреплена система экономических соглашений, создавалась автономная полиция и региональный парламент. Однако при его принятии и PNV пришлось пойти на уступки, в частности по вопросу об обязательном включении в автономию Наварры.

С этого времени баскские умеренные националисты начали борьбу за расширение прав и полномочий региональной администрации. Перед региональными выборами 1998 г. националисты стали говорить не только о расширении автономии, но и требовали расширения полномочий автономного правительства в социальных вопросах. А в 2002 - 2003 гг. лидер PNV Х. Х. Ибаррече выдвинул план, по которому предусматривается суверенное баскское государство, объединившееся с Испанией на правах «свободной ассоциации».

Также PNV несколько изменили свою позицию по отношению к ETA. Если в конце 70-х гг. XX в. лидеры PNV заявляли, что осуждают действия ETA, то уже к концу 90-х гг. они поставили вопрос переводе осужденных террористов ETA в тюрьмы на территории Страны Басков. Помимо данных требований PNV заключила правительственный пакт с Эускаль Эрритаррок, которую считают связанной с ETA, - это привело к радикализации позиций PNV и конфликту с правящей в стране PP. Последняя прямо обвинила PNV в

пособничестве террористам, что поставило под угрозу существование коалиции РКУ с правительством Х.М. Аснара.

В 1998 г. в условиях предвыборной кампании в Стране Басков представители всех баскских националистических партий и Объединенные Левые выступили с инициативой урегулирования проблемы терроризма ЕТА по ирландскому образцу. Данная инициатива является органическим продолжением плана Х. А. Ардансы о признании внутреннего, баскского характера этой проблемы.

Проекты баскских регионалистов получили поддержку со стороны парламента Каталонии, который в частности одобрил резолюцию, внесенную басками, о переводе осужденных за террористическую деятельность баскских боевиков в пенитенциарные учреждения Страны Басков или прилегающих к ней автономий. Однако все эти инициативы были подвергнуты резкой критике со стороны правительства Испании.

В январе 2000 г. на III Генеральной ассамблее РКУ был избран ее председатель - К. Арсальюс, который внес предложение о включении «вопроса о достижении независимости басков» в качестве составной части политической программы партии на ближайшие четыре года. Данный проект был одобрен делегатами единогласно. После чего К. Арсальюс заявил, что испанское правительство не может «лишить баскский народ права на самоопределение» только потому, что «Конституция страны не предусматривает такого права». По его словам, «достаточно, чтобы большинство басков высказалось за проведение такого референдума» [13].

Такое решение было принято РКУ на фоне манифестации в Бильбао в поддержку националистов, но одновременно члены демонстрации призвали ЕТА, которая объявила в декабре о возобновлении «вооруженной борьбы за независимость Страны Басков», вернуться к мирным формам борьбы.

Эта позиция была в очередной раз подвергнута критике со стороны правительства. Х. М. Аснар заявил, что ни под каким предлогом не допустит

проведения референдума о самоопределении в Стране Басков, так как «Конституция страны не дает права на осуществление права на самоопределение», ибо «суверенитет осуществляет испанский народ в целом». Поэтому правительство «заставит соблюдать закон и Конституцию» в случае, если РКУ будет настаивать на проведении референдума, посредством которого баски намерены «решить, хотят ли они быть независимыми или нет» [13].

Политический кризис в Стране Басков заставил РКУ выйти с решением баскских проблем на общеевропейский уровень. В октябре 2000 г. в г. Биарриц на саммите Евросоюза лидер РКУ Х. Арсальюс обратился к главам государств и правительств стран Евросоюза с призывом занять активную позицию в урегулировании баскского конфликта по североирландскому образцу и «признать право баскской нации на самоопределение подобно тому, как это было сделано в отношении Хорватии, Словении, Эстонии и др.» [2]. Глава же баскского автономного правительства Х. Х. Ибарретче предложил Ватикану роль посредника в урегулировании конфликта. Хотя эти предложения не получили положительного отклика, но сам их факт показывает изменение позиции РКУ. Нужно учесть, что изменение позиций умеренных националистов во многом согласуется с общественным мнением населения Страны Басков и Испании в целом. По данным опросов 1998 г. более 70% жителей Испании выступали за переговоры с ЕТА, при этом около 50% населения страны считало, что правительство для урегулирования проблемы должно выполнить требования ЕТА хотя бы частично [5]. В свете этих данных РКУ заключила с ЕТА соглашение о суверенитете и самоопределении басков, то есть теперь РКУ открыто заявила о том, что если ей представится возможность, то она будет добиваться суверенитета.

Кроме того, со времени предоставления Стране Басков предавтономии и особенно после принятия Статута РКУ постоянно проводила политику языковой «эускеризации» региона, которая первоначально выражалась только в том, что во внутрипартийной жизни использовался только эускеро (баскский

язык), постепенно он стал распространяться в образовании, а затем начали активно приветствовать изучение баскского языка мигрантами. Кроме этого началась активная пропаганда фольклора.

В Каталонии утверждение автономного статута произошло в 1979 г., с этого времени основные противоречия между правительством Испании и Каталонии были связаны также с проблемой делегирования полномочий «вниз», а также изменения сущности испанского государства.

Первоначально в Статуте Каталонии были закреплены лишь те компетенции, которые не брало на себя государство. Так в сферу ее исключительного ведения вошла наука, культура, спорт, туризм, реклама, общественные работы, рыболовство, инфраструктура, защита несовершеннолетних, фонды и ассоциации. По всем остальным вопросам автономия обязалась либо исполнять законы государства, либо исполнять властные функции в рамках Конституции. В рамках осуществления полномочий, предусмотренных Статутом автономии, в ведение Каталонии были переданы из ведения центральной власти ведомства с соответствующим персоналом и средства на их содержание.

Для разрешения разногласий по вопросам разграничения компетенций между автономией и центральными органами власти Статут Каталонии предписывал создание согласительных комиссии, решения которых представляли собой соглашения в виде королевских декретов правительства (Reales Decretos del Gobierno). Таким образом, процедура определения компетенций автономии неоднозначна, зависит от взаимопонимания властей региона и центра, а сам перечень компетенций всегда открыт для пересмотра.

Указанные выше обстоятельства сделали вопрос о степени автономии Каталонии предметом постоянного обсуждения с центральным правительством, а заявления о возможном сепаратизме использовались националистами для давления на центральное правительство при решении вопросов бюджетного финансирования и выделения средств для реализации крупных

инвестиционных проектов в регионе. Например, в 1998 г. президент Женералитета Каталонии Ж. Пужоль смог выторговать большие средства на развитие инфраструктуры Каталонии (строительство и модернизация дорог, модернизация аэропортов и т.д.).

С конца 90-х - начала 2000-х гг. сепаратистские заявления стали не только предметом шантажа центрального правительства с целью выторговать себе отдельные полномочия или финансовые средства, а самостоятельными требованиями. Лидер CDC П. Эстеве выдвинул концепцию «разделенного суверенитета» и «многонационального государства», суть которых заключается в том, что каталонцев и другие народы Испании должны быть признаны нациями, а за нациями должно быть признано право на самоопределение, при сохранении целостности государства. Кроме того, центральное правительство должно отдать часть своего суверенитета регионам подобно тому, как оно отдает часть суверенитета ЕС. Например, полный суверенитет у Каталонии должен быть в области культуры, языка, гражданского права, а налоговой и финансовой сфере (это невозможно без изменения Конституции и реформы автономной системы). Лидер UDS Ж.А. Дуран Ллейда считает, что Каталонии должна быть предоставлена «полная автономия в рамках конфедеративной Испании» [14].

На основе этих концепций уже в 2002 г. Ж. Пужоль поставил вопрос о передаче всех административных полномочий центральных властей в сферу исключительных полномочий региональных властей, например, был поставлен вопрос о приравнивании национальной символики Каталонии к государственной, о самостоятельном представительстве Каталонии в ЮНЕСКО и МОК, о создании каталонской олимпийской сборной, о прередаче в ведение региона всех налогов, включая акцизы на алкоголь, табак и др. По сути, он выдвинул требование о предоставлении независимости Каталонии в рамках действующей Конституции. Основным аргументом Пужоля было заявление о том, что Каталония в состоянии решать все внутренние вопросы сама. И хотя

центральное правительство предприняло попытку урегулировать этот конфликт путем предоставления Каталонии представительства в центральном правительстве, но Пужоль не пошел на это условие.

Что касается вопроса о языке Каталонии, то с принятием Статута автономии была признана cooficialidad (соофициальность) кастильского и catalana. Но реабилитация каталанского языка оказалась довольно трудной. По данным 1975 г. более 60% жителей региона говорили по кастильски из них только 39% понимали и говорили на каталанском [10, р.141]. Благодаря политике CiU уже к концу 90-х гг. 90% жителей региона говорили по-каталански, и это при том, что из общего числа жителей Каталонии количество местных уроженцев не превышает 60%. То есть «каталонизация» приезжих и привитие им регионального самосознания было успешно реализованной политикой партии. Известный деятель культуры Каталонии М. Бадиа-и-Маргарита по этому поводу утверждает: «Языковая интеграция - это та дань, которую должен заплатить каждый мигрант той земле, которая его принимает».

В Г алисии у националистов долгое время не было четко сформулированных социально-экономических программ, так как регионализм не носил политического характера и не был институционализирован. В этих условиях проблемы образования, здравоохранения, безработицы и низкого уровня жизни стали прерогативой общенациональных партий, которые при поддержке центра создают специальные фонды поддержки населения, разрабатывают программы экономического развития региона, которые финансируются из центрального бюджета.

Вопрос об автономизации тоже не стоял в числе приоритетных в программах националистических политических партий Галисии, он активно выдвигался населением региона в целом. В конце 70-х гг. по всей Галисии прошла целая серия манифестаций, где поднимались вопросы о национальных праздниках, об автономии региона и т.д. На плебисците большинство населения проголосовало за автономию. Именно общественное мнение было

определяющим в решении этого вопроса. Однако не следует переоценивать степень развития национального и регионального самосознания галисийцев, так как активную позицию здесь занимает лишь 30% населения, именно они выступали за автономию, остальные занимали пассивную позицию. Явка на референдум по автономии составила 28%, однако 74% пришедших на голосование одобрило самостоятельность.

В сфере же ведения националистов традиционно в исследуемый период преобладали вопросы о культуре и языке. В период франкизма gallego (галисийский язык) был запрещен, но степень его исчезновение из жизни населения была гораздо меньшей, чем в Каталонии и Стране Басков, так как в отличие от названных регионов в Галисию почти не было притока эмигрантов. Сохранность языка подтверждается данными опроса конца 1970-х гг., согласно которым 94% населения владели галисийским языком (говорили и писали на нем), а понимали его 100% жителей региона.

Подъем национального движения и вопроса о языке стал особенно актуальным в 80-е гг. Все регионалистские партии стали использовать в политической деятельности преимущественно галисийский язык, а в своих программах начали говорить о «галлегизации». Результаты не заставили себя ждать: опросы общественного мнения показывают, что галисийский язык становится престижным даже в тех районах, где раньше его считали «испорченным кастильским» или «языком необразованной бедноты».

К концу 90-х гг. у национальных движений Каталонии, Г алисии и Страны Басков появилась тенденция к объединению усилий по продвижению своих позиций. Уже в начале 2000 г. прошла встреча представителей CDC и UDC от Каталонии, PNV от Бискайи, BNG от Галисии, на которой оговаривались условия и формат встречи лидеров этих партий, шло согласование позиций для выяснения возможных форм сотрудничества. На этой встрече не выдвигались требования независимости или пересмотра Конституции, были лишь озвучены стремления к объединению усилий в вопросах реформы судебной системы,

сената и изменения финансирования автономий. В дальнейшем требования радикализировались.

В 2005 г. в одностороннем порядке принимают законы о расширении полномочий парламенты Каталонии и Валенсии; по тому же пути собираются пойти Страна Басков и Галисия. Победа на выборах дает националистам возможность продолжать политику давления на правительство Испании в обмен на поддержку правящей партии в парламенте.

Таким образом, в исследуемый период во всех регионах Испании обнаруживаются сходные тенденции эволюции умеренных регионалистских партий и общественного мнения по региональным вопросам. Очевидно постоянное упрочнение позиций националистов, сохранение устойчивого влияния региональных партий на центральное правительство, увеличение представительства региональных партий в Европарламенте, усиление поддержки националистов населением регионов на фоне роста регионального самосознания, радикализации идеологии, складывания предпосылок для объединения усилий влиятельных националистических организаций в стране.

Эти тенденции ярче всего проявляются в Галисии, Стране Басков и Каталонии, но в той или иной степени присутствуют во всех регионах Испании, особенно ярко это проявляется в борьбе регионов за автономию, языковую и культурную самобытность. Не менее важным является финансовый вопрос, проблема безопасности и правосудия, - их многие автономистские партии также считают возможным эффективно решать только в самих регионах.

Список литературы

1. Белова К.А. Особенности развития сепаратизма в Испании (На примере Страны Басков, Каталонии и Галисии). Дисс. канд. ист. наук. М, 2004. 213 с.

2. Волкова Г.И., Тадевосян Э.В. Государство автономий и политика регионального автономизма в современной Испании // Право и политика. 2001. № 1. С.33 - 44.

3. Испания в Европейском союзе: Доклады Института Европы. №113. М.: Экслибрис-Пресс, 2003. 39 с.

4. Черкасова Е.Г. Страна Басков: терроризм или борьба за

самоопределение // Мировая экономика и международные отношения. 2002. №10. C. 77-86.

5. Centro de Investigaciones Sociológicas (CIS) URL: http://www.cis.es

6. Entrevista amb Jordi Pujol, President de la Generalitat. - AVUI. Barcelona,

10.08.2003.

7. Galicia. - El País. Madrid, 30. 10. 1982. URL:

http://elpais.com/diario/1982/10/30/espana/404780405_850215.html

8. Gorospe P., La Mesa decidirá si PNV, EA e IU tienen en comisión mayoría

absoluta. - El Pais. Vatoria, 27. 06. 2001. URL:

http://elpais.com/diario/2001/06/27/paisvasco/993670818_850215.html

9. Janeiro J.F. La abstención, tendencia básica ante el referéndum del Estatuto gallego. - El País. Madrid, 25. 10. 1980. URL: http://elpais.com/diario/1980/10/25/espana/341276408_850215.html

10. Lenguas y educación en el ámbito del estado español. Barselona, 1982.

11. Montabes J., Ortega C., Pérez Nieto E., Sistemas electorales y apoyo

electoral de los partidos regionalistas en Europa Occidental - Revista Española de

Ciencia Política , num. 15 (2006): 93 - 122.

12. Pallarés F., Las elecciones autonómicas en España: 1980 - 1992, in : P.del Castillo (ed.), Comportamiento político y electoral. Madrid, CIS, 1994. P. 151-220.

13. PSOE y PP reprochan a Arzalluz que supedite la paz al derecho de

autodeterminación. El Pais. Madrid, 06. 11. 2000. URL:

http://elpais.com/diario/2000/11/06/espana/973465225_850215.html

14. Rivas M. Con «Braveheart», en Cataluña. - El País. Madrid, 18.08.1996. URL: http://elpais.com/diario/1996/08/18/opinion/840319209_850215.html

15. Un siglo del PNV. El País. Madrid, 01.08.1995. URL: http://elpais.com/diario/1995/08/01/opinion/807228002_850215.html

References

1. Belova K.A. Osobennosti pazvitiya separatisma v Ispanii (Na primere Strani Bascov, Katalonii I Galisii) [Peculiarities of the development of separatism in Spain (by The example of the Basque Country, Catalonia and Galicia)]. Diss. Kand. 1st. Nauk. M., 2004. 213 p.

2. Volkova G.I., Tadevosyan A.V. Gosudarstvo avtonomii i politika regionalnogo avtonomizma v sovremennoi Ispanii [The state of autonomies and the policy of regional autonomy in modern Spain ]. Pravo ipolitika, no. 1 (2001): 33-44.

3. Ispaniya v Evropeiskom Soyuze: Doklady Instituta Evropy. №113. [Spain in the European Union, Reports of the Institute of Europe]. M.: Ekslibris - Press, 2003. 39 p.

4. Cherkasova E.G. Strana Baskov: terrorizm ili borba za samoopredelenie [Basque country: terrorism, or the struggle for self-determination]. Mirovaya ekonomika I mejdunarodnye otnosheniya, no. 10 (2002): 77-86.

5. Centro de Investigaciones Sociológicas (CIS). http://www.cis.es

6. Entrevista amb Jordi Pujol, President de la Generalitat. AVUI. Barcelona,

10.08.2003.

7. Galicia. El País. Madrid, 30. 10. 1982. URL:

http://elpais.com/diario/1982/10/30/espana/404780405_850215.html

8. Gorospe P., La Mesa decidirá si PNV, EA e IU tienen en comisión mayoría

absoluta. El Pais. Vatoria, 27. 06. 2001. URL:

http://elpais.com/diario/2001/06/27/paisvasco/993670818_850215.html

9. Janeiro J. F. La abstención, tendencia básica ante el referéndum del Estatuto gallego. El País. Madrid, 25. 10. 1980. URL: http://elpais.com/diario/1980/10/25/espana/341276408_850215.html

10. Lenguas y educación en el ámbito del estado español. Barselona, 1982.

11. Montabes J., Ortega C., Pérez Nieto E., Sistemas electorales y apoyo electoral de los partidos regionalistas en Europa Occidental - Revista Española de Ciencia Política , num. 15 (2006): 93 - 122.

12. Pallarés F., Las elecciones autonómicas en España: 1980 - 1992, in : P.del Castillo (ed.), Comportamiento político y electoral. Madrid, CIS, 1994. P. 151-220.

13. PSOE y PP reprochan a Arzalluz que supedite la paz al derecho de

autodeterminación. El Pais. Madrid, 06. 11. 2000. URL:

http://elpais.com/diario/2000/11/06/espana/973465225_850215.html

14. Rivas M., Con «Braveheart», en Cataluña. - El País. Madrid, 18.08.1996. URL: http://elpais.com/diario/1996/08/18/opinion/840319209_850215.html

15. Un siglo del PNV. El País. Madrid, 01.08.1995. URL: http://elpais.com/diario/1995/08/01/opinion/807228002_850215.html

ДАННЫЕ ОБ АВТОРЕ

Мансурова Валентина Викторовна, старший преподаватель кафедры всеобщей истории Института истории и права Хакасского государственного университета

Хакасский государственный университет им. Н. Ф. Катанова ул. Ленина, д. 92, г. Абакан, Республика Хакасия, 655017, Россия mans_iip@mail. ru

DATA ABOUT THE AUTHOR

Mansurova Valentina Viktorovna, senior teacher of general history chair of The Institute of history and law, Katanov Khakass State University

Katanov Khakass State University

92, Lenina str., Abakan, Republic of Khakassia, 655017, Russia mans_iip@mail. ru

Рецензент:

Усатюк Д. В., канд. ист. наук, доцент кафедры всеобщей истории Хакасского государственного университета им. Н. Ф. Катанова