Этнопоэтические константы в героическом эпосе монгольских народов: опыт систематизации материала

УДК 398.22

© Е.Э. Хабунова, Л.С. Дампилова, Н.Н. Николаева, Б.Э. Убушиева

Этнопоэтические константы в героическом эпосе

*

монгольских народов: опыт систематизации материала

Предлагаются новые подходы выявления и систематизации этнопоэтических констант, проступающих в эпическом тексте на разных уровнях.

Ключевые слова: эпос, монгольские народы, этнопоэтические константы, макро- и микроуровни, тематическая классификация.

E.E. Khabunova, L.S. Dampilova, N.N. Nikolaeva, B.E. Ubushieva

Ethnopoetic constants in the heroic epic of the Mongolian peoples: the material systematizing experience

The article offers new approaches to identify and systematize etnopoetic constants appearing in the epic text on different levels.

Keywords: epic, Mongol peoples, etnopoetic constants, macro and micro levels, thematic classification.

Изучение константной организации эпического текста было начато В.М. Гацаком, основателем ряда направлений экспериментальной фольклористики, создателем теории этнопоэтических констант, основные положения которой излагались и в его трудах, и в его выступлениях на научных форумах [Гацак, 1989; 1990; 2003]. Как отмечает ученый, этнопоэтические константы могут проступать на разных уровнях, им присуща формульность, но чаще константы обнаруживают подвижность очертаний, представляя собой стилевые и сюжетно-повествовательные координаты изображаемого фольклорного мира в непосредственном текстовом - притом наследуемом - воплощении [Гацак, 2000]. Теория констант В.М. Гацака была успешно апробирована в монографическом исследовании Е.Э. Хабуновой «Героический эпос "Джангар": поэтические константы богатырского жизненного цикла. Сравнительное изучение национальных версий» [Хабунова].

Изучение константного фонда эпоса монгольских народов, а через него - выявление природы внутренних сцеплений и глубинных связей отдельных повествовательных конструкций и деталей, отличающихся постоянством во всех локальных традициях, позволяет понять механизм создания единого эпоса, эпической общности, сохранившейся в различных национальных версиях, несмотря на территориальную разобщенность их создателей - родственных монгольских народов: бурят и калмыков, проживающих в России, халха-монголов и ойратов Синьцзяня (КНР) и т.д. Представляется целесообразным исследовать фактуры однородных явлений эпоса монгольских народов, выбрать и изучить поэтико-стилевые средства, отличающиеся константностью в общемонгольской и локальных традициях, в национальных версиях, чтобы воссоздать картину формирования центрального ядра эпических произведений.

Этнопоэтические константы, составляющие идейно-художественную основу устной традиции монгольских народов, являются свидетельством длительного процесса духовного и практического освоения мира человеком, богатейшим поэтико-стилевым запасом для художественного творчества и хранилищем памяти многих поколений. Этнопоэтические константы открывают путь к познанию художественного феномена номадов-кочевников, создавших и сохранивших такие выдающиеся эпические памятники, как «Джангар», «Гэсэр», «Хан Харангуй», «Бум Эрдэни» и др. Поэтические формулы, отличающиеся константностью, позволяют узнать, как народная память выбирает нужное из всего многообразия «унаследованного» фонда, и с какой целью оно попадает в орбиту фольклорного творчества.

Одним из инструментов исследований в области систематизации фольклорного материала могут стать эдиционные источники, в частности, предпринятая авторами статьи совместно с монгольскими коллегами работа в виде «Фонда этнопоэтических констант героического эпоса монгольских наро-

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научного проекта № 14-24-03004 а(м).

дов», вбирающая в себя поэтико-стилевые средства, отличающиеся константностью в эпических произведениях (в общемонгольской традиции, в национальных версиях).

В процессе структуризации фонда этнопоэтических констант учитывается опыт изучения мотив-ной, тематической и формульной организации фольклорных произведений как тюрко-монгольских, так и других народов [Кербелите; Кудияров; Неклюдов, 2006; Орус-оол; Смирнов]. Серьезным подспорьем в разработке методологических вопросов служит систематизация массива типических мест эпоса монголоязычных и тюркоязычных народов Сибири, предпринятая Е.Н. Кузьминой в «Указателе типических мест героического эпоса народов Сибири» [Кузьмина].

В ходе работ по составлению Фонда этнопоэтических констант фольклористы Калмыцкого госуниверситета обратились к эпопее «Джангар», являющейся одним из высочайших образцов народного устно-поэтического творчества и бытовавшей не только у монгольских, но и у тюркоязычных народов Центральной Азии. Рассматриваются три основные калмыцкие версии: Малодербетовская, Ба-гацохуровская и Ээлян Овлы и, при необходимости, другие главы, записанные у отдельных исполнителей. Ученые-фольклористы Монгольской академии наук рассматривают сказания «Хан Харангуй», «Алтан Гургалдай» из халха-монгольского и «Бум Эрдэни» из западно-ойратского эпосов как наиболее репрезентативные и распространенные в локальных традициях халха-монголов и ойратов. Бурятский эпос представлен значительными по объему и художественной ценности улигерами «Абай Гэ-сэр-хубун» и «Еренсей», относящимися к эхирит-булагатской традиции. В стадиально-типологическом отношении бурятские героико-эпические сказания представляют собой самый архаичный пласт, сохранивший мифологическую основу сложившихся стереотипов поэтического мышления создателей.

Сравнительный анализ константных единиц локальных эпосов монгольских народов, выбранных в текстах, транслирующих разновременные уровни сознания, полистадиальные наслоения и интерпретации, помогает воссоздать традиционную технику моделирования сюжета, поэтико-стилевой системы эпических произведений, определить характер формирования поэтических образов, символов, понятий и категорий. Для выявления константного фонда в качестве основной единицы нами берется поэтико-стилевая единица, отличающаяся в фольклорном тексте константностью и самостоятельностью. Им может быть объемное поэтическое описание (макроконстанта) и устойчивое словосочетание, скрепленное ключевым опорным словом (микроконстанта). Макроконстанты, составляя основной фонд поэтических констант, в эпическом тексте встречаются многократно в различных вариантах, но лишь некоторые демонстрируют устойчивость сочетаний, опирающееся на одно и то же опорное слово. Роль поэтических констант мы видим в соединении различных отрезков фольклорного текста, обеспечении их формальной и семантической связности, что позволяет говорить о моделирующей, структурообразующей функции констант, получающих в тексте формульную реализацию.

Таким образом, из всего эпического нарратива извлекаются описания, отличающиеся константностью в различных текстах (версиях) в рамках одной эпической традиции и систематизируются по принципу тематической классификации. Оригинальный текст сопровождается переводом на русский язык. Выделяются опорные (ключевые) слова и неэквивалентная лексика. Так, например: Бур. (Еренсей) 1.3, 1.7

Тэнгэридэ тулама С фундаментом воздвигли

Тэбхэр сагаан байсани белый дворец Суурилажа абаба достигающий небес

[Еренсей, с. 7; пер. М.П. Хомонова]. Бур. (Абай Гэсэр-хубун) 1.3, 1.7

Доодо биеээр болбо - [Во дворце], в этажах его нижних, -Долоо минган шагаабар Семь тысяч окошек, Долоон унсуг дайдуяа Те окна смотрели

Шагаалгаhан шагаабар, На семь направлений земли.

Дээдэ биеээр шагаабар В этажах его верхних -

Дэмээ олон шагаабар Огромное множество окон,

ЮhYH гурэм тэнгэри И сделаны были те окна

Шагаалгажа гаргаhан - Так, чтобы смотрели

Шагаабар лэ байбал даа На девять гурум-тэнгриев [Абай Гэсэр-хубун, с. 99; пер. М.П. Хомонова].

Халха-монг. (Алтан Гургалдай) 1.7.

Далан эсгийгээр дай дуйн хийсэн Далай цагаан ургввтэй юм гэнэ. Далан хун дамжилж даадаггуй Далай ширмэл уудтэй юм гэнэ.

Из семи войлоков с великим мастерством возведенная

Белоснежная юрта-дворец [у него], говорят.

Семьдесят человек открыть не сумеют,

Литые тяжелые двери [такие у него], говорят

[Алтан Гургалдай, с. 37; пер. наш].

Калм.

1.7.

Унин йугинь арслнгин соягар шахулгсн Тэрме йугинь данг заани соягар кевлюлгсн

Каждый из унинов клыками льва укрепили

Каждый из тэрэмов сплошь слоновыми клыками украсили

[Джангар, с. 44; пер. наш].

Калм.

1.7.

Зюн бийдке талдни

Зюр марл хойрииг зюткюлжи сиилжи

Барун бийдке талдни

Барс ётг хойриг базглдулн сиилж

С левой стороны выгравировали фигуры дикой козы и марала, противоборствующих друг с другом, С правой стороны вырезали фигуры барса и медведя, схватившихся друг с другом [Джангар, с. 220; пер. наш].

В данном случае нами выделены отдельные устойчивые поэтические единицы, характерные для описания дворца/дома богатыря в эпическом тексте у бурят, халха-монголов и калмыков. Предварительный анализ показывает, что константные формулы, во-первых, отражают реалии, характерные для социально-бытового уклада создателей эпоса на протяжении длительного периода их истории. Во-вторых, встречающиеся в эпическом тексте опорные слова, обозначающие понятия 'дом', 'строение', 'юрта', 'дворец', 'ханская ставка' (бур. уруеог/байсан, халха-монг. ургвв, калм. ургвв/байшен) принадлежат общемонгольскому фонду, что может служить указанием на общее ядро формирования, из которого моделируются «связки» устойчивых формул, в дальнейшем приобретающие локально-этническую специфику. В текстах всех национальных эпосов встречаются константы, названные нами универсальными: бур. Нюуртаа галтай, нюдэндээ согтой, х-мо. Нуурэндээ галтай нудэндээ цог-той, калм. Нудндэн hалта, нууртэн цогта 'На лице огонь, в глазах искра'; бур. ЯЬаншни мвврhэн байна, шуhаншни шэнгэн байна 'Кости твои хрящи еще, кровь твоя жидка еще', х-мо. Насан чинь бага байна, цусан чинь шингэн байна, калм. Наснчн ба^ цуснчн шингн 'Годы твои малы еще, кровь твоя жидка еще'; бур. Гарын ганзагадаа хурээгуй, хулын дурввдээ хурээгуй, х-мо. Гар чинь ганзаганд хурээгуй, хул чинь дурввнд хурээгуй, калм. hарнь hанзhд курзд уга, кулнь дврзд курзд уга 'Руки твои до тороков не достают, ноги твои до стремян не достают'» и т.д.

В-третьих, можно судить о сохранившихся архаических основах эпоса. Так, например, в бурятском и калмыцком эпосе дворец / дом героя более или менее завуалировано ассоциируется с горой. В «Еренсее» и «Абай Гэсэр-хубуне» он строится из камней, которые спускали с гор, возвышается до небес. В «Джангаре» дворец не достает до неба всего на три пальца. С.Ю. Неклюдов писал, что «горе (собственно, «мировой горе») дом героя подобен своим серединным положением в эпическом космосе, «нулевой точкой отсчета» в его пространственной структуре, своей «осевой конструкцией» (от земли до неба). Поэтому он одновременно и координирован, и ассоциирован с горой... Это согласуется с архаическим принципом «хорографического» описания космоса, обусловленного эгоцентрической позицией наблюдателя, который ощущает себя находящимся в центре мира, а пространство вокруг - концентрически расположенными зонами, различающимися степенью близости / дальности, освоенности / чуждости, защищенности / проницаемости» [Неклюдов, 2005].

Необходимо добавить, что во всех версиях эпических текстов тематика макроконстант схожа, а микроконстанты отличаются определенным разнообразием, маркирующим этнокультурные особенности калмыков, бурят, халха-монголов. Так, например, в бурятском эпосе представлены более развернуто такие темы, как «охота», «эпический мир», «культовые персонажи и действия», которые в калмыцком эпосе встречаются реже и выражены лаконично. По такому же принципу выделения и систематизации выявляется весь корпус поэтических констант из эпосов монгольских народов (хал-ха-монгольские «Хан Харангуй», «Алтан Гургалдай», ойратский «Бум Эрдэни», бурятские «Еренсей, «Абай Гэсэр-хубун»).

Подводя итоги, следует сказать, что создание фонда, в котором собраны поэтические сегменты, характеризующиеся устойчивостью форм, постоянством и частотностью употребления в эпосе бурят, калмыков, монголов и синьцзянских ойрат, позволит охарактеризовать основополагающие для фольклорного сознания монголоязычных народов поэтические константы и выявить соотношение общемонгольского, регионального и этнолокального в выявленном фонде.

Литература

1. Абай Гэсэр-хубун. Эпопея (эхирит-булагатский вариант) / подг. текста, пер. и примеч. М.П. Хомонова. Ч. I. - Улан-Удэ, 1961.

2. Алтан Гургалдай / Халх ардын тууль / сост., предисл., введ. и примеч. Р. Нарантуяа. - Улан-Батор, 1991.

3. Гацак В.М. Устная эпическая традиция во времени. Исторические исследования в поэтики. М.: Наука, 1989.

4. Гацак В.М. Фольклор - память традиции (Уровни и формы этнопоэтической константности) // Вестн. Дагест. науч. центра РАН. № 8. - Махачкала, 2000.

5. Гацак В.М. Хроноакты «Джангара» в контексте исторической поэтики эпоса // «Джангар» и проблемы эпического творчества. - Элиста, 1990.

6. Гацак В.М. Этнопоэтические константы в фольклоре: уровни, изоглоссы, «мультимедийные формы» (на славянском и неславянском материале) // Литература, культура и фольклор славянских народов. - М., 2003.

7. Хабунова Е.Э. Героический эпос «Джангар»: поэтические константы богатырского жизненного цикла. Сравнительное изучение национальных версий. - Ростов-на-Дону: Изд-во СКНЦ ВШ, 2006.

8. Кербелите Б.П. Типы народных сказаний. - СПб., 2001.

9. Кудияров А.В. Художественно-стилевые традиции эпоса монголоязычных и тюркоязычных народов Сибири. - М., 2002.

10. Неклюдов С.Ю. Указатели фольклорных сюжетов и мотивов: к вопросу о современном состоянии проблемы // Проблемы структурно-семантических указателей. - М., 2006.

11. Орус-оол С.М. Тувинские героические сказания (текстология, поэтика, стиль). - М., 2001.

12. Смирнов Ю.И. Былины. Указатель произведений в их вариантах, версиях и контаминациях. - М., 2010.

13. Кузьмина Е.Н. Указатель типических мест героического эпоса народов Сибири (алтайцев, бурят, тувинцев, хакасов, шорцев, якутов). - Новосибирск, 2005.

14. Еренсей / подг. текста, пер. и примеч. М.П. Хомонова. - Улан-Удэ, 1972.

15. Джангар. Калмыцкий героический эпос. Тексты 25 песен: В 2 т. / сост. А.Ш. Кичиков. - М., 1978. - Т. I.

16. Неклюдов С.Ю. Дворец хана Джангара: к типологии одного мотива // Исследователь монгольских языков (к юбилею Б.Х. Тодаевой). - Элиста, 2005 [Электронный ресурс]. - URL: http://www.ruthenia.ru/folklore/neckludov58.htm (дата обращения: 27.10.2014).

Хабунова Евдокия Эрендженовна, директор Института калмыцкой филологии и востоковедения, Калмыцкий государственный университет, доктор филологических наук, профессор.

Тел.: +7-9374619109; е-mail: khabunova@mail.ru

Khabunova Evdokia Erendjenovna, director of Institute of Kalmyk рЫЬ^у and oriental studies, Kalmyk State University, doctor of philological sciences, professor.

Дампилова Людмила Санжибоевна, заведующая отделом литературоведения и фольклористики Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН, доктор филологических наук, доцент.

Тел.: +7-9834353028; е-mail: dampilova_luda@rambler.ru

Dampilova Liudmila Sanjiboevna, head, department of literature and folklore, Institute for Mongolian, Buddhist and Tibetan studies SB RAS, doctor of philological sciences, associate professor.

Николаева Наталья Никитична, старший научный сотрутник отдела литературоведения и фольклористики Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН, кандидат филологических наук.

Тел.: +7-9021664991; е-mail: natanika80@mail.ru

Nikolaeva Natalia Nikitichna, senior scientific researcher, department of literature and folklore, Institute for Mongolian, Buddhist and Tibetan studies SB RAS, candidate of philological sciences.

Убушиева Бамба Эрендженовна, доцент Калмыцкого государственного университета, кандидат филологических наук.

Тел.: +7-9371940914; е-mail: ubamba@yandex.ru

Ubushieva Bamba Erendjenovna, associate professor, Kalmyk State University, candidate of philological sciences.