ПРОБЛЕМЫ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ В СФЕРЕ ЗАЩИТЫ ПРАВ ГРАЖДАНИНА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПРИ ИСПОЛЬЗОВАНИИ ГЕНЕТИЧЕСКОЙ ИНФОРМАЦИИ

2021

PERM UNIVERSITY HERALD. JURIDICAL SCIENCES

Выпуск 52

Информация для цитирования:

Тужилова-Орданская Е. М., Ахтямова Е. В. Проблемы гражданско-правового регулирования в сфере защиты прав гражданина в Российской Федерации при использовании генетической информации // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2021. Вып. 52. C. 263-284. DOI: 10.17072/1995-4190-2021-52263-284.

Tuzhilova-Ordanskaya E. M., Akhtyamova E. V. Problemy grazhdansko-pravovogo regulirovaniya v sfere zashhity prav grazhdanina v Rossiykoy Federatsii pri ispol'zovanii geneticheskoy informatsii [Issues of Civil Law Regulation Regarding the Protection of Civil Rights When Using Genetic Information]. VestnikPermskogo universi-teta. Juridicheskie nauki - Perm University Herald. Juridical Sciences. 2021. Issue 52. Pp. 263-284. (In Russ.). DOI: 10.17072/1995-4190-2021 -52-263-284.

УДК 347.15/18

DOI: 10.17072/1995-4190-2021-52-263-284

ПРОБЛЕМЫ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ В СФЕРЕ ЗАЩИТЫ ПРАВ ГРАЖДАНИНА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПРИ ИСПОЛЬЗОВАНИИ ГЕНЕТИЧЕСКОЙ ИНФОРМАЦИИ

Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 20-111-50449

Поступила в редакцию 15.12.2020

Введение: в статье анализируются основные правовые проблемы, возникающие при использовании генетической информации человека. Выявлены проблемы определения ее правовой природы. Установлено, что существующее правовое регулирование не способно учесть особенности генетической информации и обеспечить эффективную защиту от неправомерного завладения этой информацией и ее использования в результате проведения генетических диагностик, в сфере обращения биоматериалов. В настоящее время требуется специальное как публично-правовое, так и гражданско-правовое регулирование порядка получения, накопления, обработки, доступа, защиты генетической информации. Цель: на основе анализа научных трудов, положений международного законодательства и действующего российского законодательства сформировать представление о правовой природе генетической информации и определить проблемы защиты прав гражданина при ее использовании и возможные пути их решения. Методы: эмпирические методы сравнения, описания, интерпретации; теоретические методы формальной и диалектической логики; частнонаучные методы: юридико-догматический и метод толкования правовых норм. Результаты: для преодоления проблем, связанных с использованием генетической информации, следует выработать действенную систему правовых гарантий, направленных на обеспечение уважения человеческого достоинства, защиту прав и интересов отдельного человека, защиту его генетической информации в целях недопущения причинения вреда посредством неправомерного ее использования. Выводы: для того чтобы предотвратить угрозу незаконного использования генетической информации и нарушения прав граждан, государство должно принять ряд важных

© Тужилова-Орданская Е. М., Ахтямова Е. В., 2021

Е. М. Тужилова-Орданская

Башкирский государственный университет E-mail: Ordanskayelena@list.ru

Е. В. Ахтямова

Башкирский государственный университет E-mail: Evaah@rambler.ru

© ф

мер путем внесения изменений в нормативные акты: генетической информации человека должен быть придан особый правовой статус - ее необходимо выделить из группы персональной биометрической информации в самостоятельный вид персональных данных с ограниченным доступом, исходя из родственной (кровной) связи третьих лиц с носителем такой информации; важно привести в соответствие положения гражданского законодательства и Закона о персональных данных; необходимо на законодательном уровне обеспечить режим использования и сохранности генетической информации, полученной в результате генодиагностики; определить правовые основы деятельности биобанков. Такие поправки позволят сформировать единую систему способов защиты генетической информации человека как субъективного права на основе норм об охране частной жизни.

Ключевые слова: генетическая информация; персональные данные; нематериальное благо; геном человека; генетические исследования; ДНК-диагностика; генетическая экспертиза; права и свободы человека; генетическая паспортизация; международные стандарты

ISSUES OF CIVIL LAW REGULATION REGARDING THE PROTECTION OF CIVIL RIGHTS WHEN USING GENETIC INFORMATION IN THE RUSSIAN FEDERATION

Acknowledgments: The reported study was funded by the Russian Foundation for Basic Research (RFBR),

project number 20-111-50449

Received 15.12.2020

Introduction: the article deals with some basic legal issues that arise from the use of human genetic information. There exist some issues of defining the legal nature of such information, which we identify in the article. Current legal regulation is not able to take into account the peculiarities of genetic information and provide an effective protection against the misappropriation and improper use of genetic information when carrying out genetic diagnostics, working with biomaterials. At the moment, special public law and civil law regulation of the procedure for obtaining, accumulating, processing, accessing, and protecting genetic information is required. Purpose: to develop a conception of the legal nature of genetic information, to identify the issues in the field of civil rights protection when using genetic information, to propose possible ways of resolving those, which is done in the article based on the analysis of scientific works as well as international and Russian legislation. Methods: empirical methods of comparison, description, interpretation; theoretical methods of formal and dialectical logic. Specific scientific methods: legal-dogmatic method and the method of interpretation of legal norms. Results: in order to overcome the issues associated with the use of genetic information, it is necessary to develop an effective system of legal guarantees aimed at ensuring respect for human dignity, protecting rights and interests of an individual, protecting their genetic information in order to prevent possible harm from its improper use. Conclusion: in order to prevent the threat of illegal use of genetic information and violation of human rights, the government must take a number of important measures and introduce amendments and supplements into the statutory regulations: genetic information of an individual must acquire a special legal status, namely, it must be set apart from the group ofpersonal biometric information and form an in-

E. M. Tuzhilova-Ordanskaya

Bashkir State University E-mail: Ordanskayelena@list.ru

E. V. Akhtyamova

Bashkir State University E-mail: Evaah@rambler.ru

dependent type of personal data with restricted access based on the kinship (blood) relationship between third parties and the carrier of such information; it is important to bring the provisions of civil legislation into line with the Law on Personal Data; it is necessary to legislatively specify the regime of the use and preservation of genetic information obtained as a result of gene diagnostics and to provide the legal framework for the activities of biobanks. Such amendments and supplements would make it possible to form a unified system of ways of genetic information protection as a right in combination with the norms on the protection of private life.

Keywords: genetic information; personal data; intangible benefit; human genome; genetic research; DNA diagnostics; genetic examination; human rights and freedoms; genetic certification; international standards

Введение

На современном этапе развития общества налицо факт возрастания значимости генетической информации, содержащейся в ДНК человека, в различных сферах его жизнедеятельности, прежде всего в сфере генной инженерии и геномных технологиях, где непрерывно модернизируются уже существующие методы исследования генома человека. Так, в настоящее время появилась возможность проведения различного уровня генетического тестирования, что, безусловно, выводит диагностирование и последующее лечение многих заболеваний человека на принципиально новый уровень. Развитие предиктивной и превентивной медицины - одно из приоритетных направлений в любом государстве, и целью является предупреждение и профилактика серьезных болезней с помощью анализа генетических особенностей человека и, соответственно, уменьшение расходов государства на поддержку нетрудоспособных слоев населения.

Более того, современные методы диагностик, применяемые во вспомогательных репродуктивных технологиях (ПГД - преимпланта-ционная генетическая диагностика, ПНД - пре-натальная диагностика), напрямую выявляют возможность последующего редактирования генома человека исходя из полученных генетических данных эмбриона.

Кроме того, в свете последних инноваций 2020 года в генетике и биотехнологиях получила развитие и довольно резонансная технология CRISPR/Cas9 (комплекс из белка и рибонуклеиновой кислоты), так называемые «молекулярные ножницы», которые позволяют удалить дефектный ген человека и заменить его

на правильный, без паталогических мутаций [10, с. 60].

Конечно, все эти инновации способны существенно изменить жизнь населения любой страны и открывают широкие перспективы для последующего редактирования генома человека уже не только в личных, но и коммерческих и иных целях, а потому угроза создания «супернации» на сегодняшний день очевидна.

Отметим, что часть современных геномных технологий уже активно задействована и в иных смежных областях науки и практики, например такие технологии применимы при проведении различных судебно-медицинских экспертиз [12, с. 25]. В настоящее время значение судебно-медицинских генетических исследований существенно возросло, при этом отмечается отсутствие единого экспертного подхода в оценке результатов такого рода исследований, а также к порядку изъятия биологического материала и порядку его хранения [6, с. 261].

В этой связи А. Л. Мохов, А. Н. Яворский и другие ученые справедливо указывают, что в результате внедрения геномных технологий, в т. ч. и при проведении судебно-медицинских экспертиз, обнаружились проблемы как в правовом регулировании такой деятельности, так и в применении методов расследования дел и в процедуре экспертных исследований [17, с. 146].

Кроме того, особого внимания заслуживает активная реализация политики нашего государства в проведении генетической паспортизации населения России, что влечет формирование генетического профиля населения и образование единой базы данных. Данное направление обозначено в указе Президента Российской Федерации от 11 марта 2019 г. № 97 «Об Основах

государственной политики Российской Федерации в области обеспечения химической и биологической безопасности на период до 2025 года и дальнейшую перспективу1. Согласно данному нормативному акту, в качестве приоритетного направления по обеспечению химической и биологической безопасности нашей страны установлено проведение всеобщей генетической паспортизации населения.

Прежде всего отметим, что благодаря генетическим данным индивидуума его легко можно идентифицировать. К таковым данным, по мнению ученых, относится информация о прошлом, текущем физическом и психическом здоровье человека, типе крови и иная идентифицирующая его информация [25, с. 72].

Следует заметить, что генетическая информация человека - особый ресурс, не только представляющий ценность для развития науки, но и затрагивающий определенные коммерческие интересы. Кроме того, данная информация находится на стыке как интересов отдельных субъектов, так и государства в целом.

Можно согласиться с мнением Е. Е. Богдановой, которая обоснованно полагает, что научные достижения в сфере генетических исследований, медицине и смежных отраслях уже сейчас могут изменить судьбу человеческой цивилизации в целом, поскольку теперь появились возможности контролируемого воздействия на ее развитие вместо естественного эволюционного развития [3, с. 28].

Данной позиции на сегодняшний день придерживаются большинство исследователей как в области права, так и в области медицины, отмечая при этом важность надлежащего правового регулирования геномных исследований и защиты генома, поскольку речь идет о сохранении жизни и здоровья не только конкретного человека, но и его потомков [16, с. 44; 28, с. 4], и некоторыми, даже заявляется о возникновении нового института информационного права - института по обработке генетической информации [22, с. 100-101].

1 Об Основах государственной политики Российской Федерации в области обеспечения химической и биологической безопасности на период до 2025 года и дальнейшую перспективу: указ Президента Рос. Федерации от 11 марта 2019 г. № 97 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2019. № 11, ст. 1106.

Учитывая интенсивное развитие технологий в сфере генетических исследований, а соответственно, возрастание возможностей различных манипуляций с геномом человека, видится необходимость эффективно защищать права гражданина в целях недопущения причинения вреда неправомерным использованием его генетической информации.

Поэтому представляют особую актуальность следующие проблемы, связанные с обращением геномной информации.

Во-первых, в условиях, когда решение вопроса о проведении генетической паспортизации населения России перешло в стадию практической реализации, важна проблема обеспечения защиты прав граждан при использовании геномной информации. Осуществление генетической паспортизации населения России сегодня рассматривается государством в качестве важной меры по обеспечению химической и биологической безопасности. Логично, что формирование генетического профиля населения путем генетической паспортизации повлечет образование единой базы данных, что может стать угрозой неправомерного использования генетической информации.

Во-вторых, имеет значение проблема защиты конституционных прав граждан, что связано с обработкой и последующим использованием персональной ДНК-информации.

В-третьих, в настоящее время много частных медицинских организаций предлагают услуги, связанные с исследованием генома человека, но их деятельность не контролируется на должном уровне. Развитие получили и геномные банки, создающиеся при научных центрах, с целью проведения исследований редких генетических отклонений человека и иных подобных изысканий. В этом плане следует отметить реальную опасность утечки полученных сведений и несанкционированного их применения, что подчеркивает важность соблюдения прав граждан, предоставивших такую информацию о себе.

В-четвертых, есть и проблема соотношения развивающихся биотехнологий с конституционными правами человека, так как данные о различных генетических предрасположенно-стях могут применяться в своих коммерческих целях как потенциальными работодателями, так и иными субъектами.

Указанные проблемы напрямую связаны с определением правовой природы и, соответственно, с установлением особого правового режима для использования генетической информации, обеспечивающего ее надлежащую защиту и не допускающего нарушения прав человека. В этой связи представляется важным рассмотреть особенности правового регулирования использования полученной генетической информации индивидуума как на международном уровне, в некоторых странах Евросоюза, так и в рамках отечественного законодательства, выявить соответствующие пробелы и недочеты в существующем режиме и определить возможные пути решения.

Международное регулирование использования генетической информации человека

Правовая регламентация отношений в сфере применения геномных технологий, традиционно дифференцируется на два уровня: международный и внутригосударственный.

Бесспорно, политика в области регулирования генетических исследований должна быть согласована, прежде всего, на международном уровне. В настоящее время приняты и действуют многочисленные акты, целью которых является установление в мировом сообществе основ реализации геномных технологий с соблюдением прав человека, а также определение основ охраны его генетических данных.

Попытка выработать единый подход к правовому регулированию новых медицинских технологий была предпринята Советом Европы. Так, в 1996 году принята Конвенция о защите прав и достоинства человека в связи с применением достижений биологии и медицины, известная как Конвенция Овьедо1. Она закрепила основные принципы и ограничения в отношении новых медицинских технологий, в т. ч. в сфере вмешательства в геном человека. В частности, принципы защиты достоинства человека и гарантии соблюдения целостности личности и других основных прав

и свобод в результате реализаций медицинских достижений определяют приоритет обеспечения защиты достоинства и интересов человека в целом над интересами общества и государства.

Данная Конвенция в настоящее время имеет несколько дополняющих ее положения протоколов в отношении процедур клонирования (установлен категорический запрет на ее проведение), трансплантации и проведения исследований в области биомедицины (определены принципы уважения достоинства отдельного человека, соблюдения его прав и свобод, в т. ч. закреплен запрет дискриминации по генетическим особенностям)2. Тем не менее область применения положений данной Конвенции территориально довольно ограничена, что подтверждается фактом ратификации ее лишь 29 государствами из общего числа участников Совета Европы 3.

В положениях Всеобщей декларации о геноме человека и правах человека, принятой в 1997 году, указано на важность соблюдения прав и интересов прежде всего человека, установлено приоритетное право каждого человека на уважение его достоинства и прав вне зависимости от его генетических характеристик, при этом личность человека не может сводиться к его генетическим характеристикам, необходимо уважать его уникальность.

Именно исходя из обозначенных выше приоритетов личности в данном документе определено: во-первых, исследования, лечение или диагностика, связанные с геномом человека, могут проводиться исключительно после тщательной предварительной оценки связанных с ними потенциальных опасностей и преимуществ с учетом всех других предписаний, установленных национальным законодательством (ст. 5); во-вторых, ни одно генетическое исследование не должно превалировать, над интересами личности, как-либо нарушать права

1 Конвенция о защите прав человека и человеческого достоинства в связи с применением достижений биологии и медицины (ETS № 164): заключена в г. Овьедо 4 апреля 1997 г. URL: https://www.coe.int/ru/web/conventions/fuU-list/-/conventions/rms/090000168007d004.

Дополнительный протокол к Конвенции о защите прав и достоинства человека в связи с применением достижений биологии и медицины, касающийся генетического тестирования в медицинских целях 2008 г. URL: https://rm.coe. int/cets-203-/16808b1c36.

3 Таблица подписей и ратификаций Комитета по биоэтике Совета Европы. URL: https://rm.coe.int/inf-2017-7-rev-etat-sign-ratif-reserves/168077dd22.

и свободы отдельно взятого человека или же групп людей (ст. 10)1.

Важно, что Конвенция относит генетическую информацию к категории персональных данных субъекта, что определяет соответствующие цели сбора последующей обработки и хранения такой информации: оказание медицинской помощи (включая генодиагностику); различные научные изыскания, антропологические и археологические исследования; проведение судебных экспертиз в рамках разного судопроизводства2; в любых других целях, не противоречащих Всеобщей декларации о геноме человека.

Международная декларация ООН о генетических данных человека, утвержденная 16 октября 2003 г., в связи с развитием науки о генетических особенностях человека и расшифровкой ДНК человека определила ряд общеобязательных требований к генодиагностике и генотерапии, особое внимание уделено необходимости соблюдения режима конфиденциальности генетических данных личности3.

Чуть позже, в октябре 2005 г., была принята Всеобщая декларация о биоэтике и правах человека. Положения этой Декларации подчеркивают важность воздействия науки и технологий на будущие поколения, включая их генетические характеристики, и закрепляют приоритет прямых и косвенных благ участников медицинских и иных подобных исследований с применением технологий и максимальной минимизации любого возможного для их здоровья

4

вреда .

В Конвенции о защите физических лиц при автоматизированной обработке персональных данных 1981 года, ратифицированной Россией в 2005 году, также подчеркивается важность защиты личных данных человека в рамках его

1 Всеобщая декларация о геноме человека и правах человека: принята 11 нояб. 1997 г. на 29-й сессии Генер. конф. ЮНЕСКО. URL: https://www.un.org/ru/documents/decl_ conv/declarations/human_genome. shtml.

2 Там же.

3 Международная декларация ООН о генетических данных человека: принята резолюцией Генер. конф. ЮНЕСКО по докладу Комиссии III на 20-м пленарном заседании 16 окт. 2003 г. URL: http://www.un.org/ ru/documents/decl_conv/ de-clarations/genome_dec.shtml.

4 Всеобщая декларация о биоэтике и правах человека: принята резолюцией Генер. конф. ЮНЕСКО по докладу Комиссии III на 18-м пленарном заседании 19 октября 2005 года. URL: http://www.un.org/ru/documents /decl_conv/

declarations/bioethics and hr.shtml.

гарантированного права на уважение личной и семейной жизни, отсутствие законодательной регламентации использования информации, является прямым нарушением ее норм5.

Согласно данной Конвенции, обработка и иное использование любых персональных данных человека должны проводиться с учетом таких общих принципов, как уведомление, цель, согласие, безопасность, раскрытие, доступ и отчетность, обязательных для всего мирового сообщества. Законность целей использования такой информации и прозрачность проведения различных процедур с информацией субъектов презюмируется.

Анализ норм международного значения, регулирующих генетические исследования и генодиагностику, позволил сделать вывод о наличии двух основных направлений: во-первых, это реализация норм, закрепляющих защиту прав человека и его основных свобод в этой сфере, недопущение любой формы дискриминации по признаку генетических характеристик; во-вторых, реализация норм, устанавливающих условия и последствия проведения научных исследований, связанных с геномом человека. Безусловно, эти направления прежде всего касаются сбора, обработки, использования, хранения генетических данных человека [8,с. 252].

Представляется, что последовательная им-плементация обозначенных направлений в национальное законодательство на сегодняшний день является основной задачей мирового сообщества. Приоритет указанных направлений в нормах международного права находит подтверждение в том числе и в практике Европейского суда по правам человека.

Анализ практики Европейского Суда по правам человека (ЕСПЧ) позволяет резюмировать, что генетические данные - «важный элемент личной жизни субъекта, под которой следует понимать в том числе деятельность профессионального и делового характера. Поэтому существует зона взаимодействия человека с другими людьми даже в публичном контексте, на которую может распространяться сфера

5 Конвенция о защите физических лиц при автоматизированной обработке персональных данных: Заключена в г. Страсбурге 28 января 1981 г. // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2014. № 5, ст. 419.

личной жизни»1. Соответственно, понятие «личная жизнь», с позиции ЕСПЧ, трактуется исходя из широкого ее понимания.

Отметим, что большинство дел ЕСПЧ, затрагивающих вопросы соблюдения прав и интересов субъекта в отношении конфиденциальности ДНК-информации, напрямую связаны с проблемой соблюдения баланса общественных (государственных) и частных интересов, установления пределов вмешательства государства в частную жизнь того или иного субъекта.

Так, представляет интерес постановление ЕСПЧ от 4 декабря 2008 г. по делу и Мар-пер (Магрег) против Соединенного Королевства», в рамках которого заявители утверждали, что «в нарушение статей 8 и 14 Конвенции власти продолжают хранить их образцы отпечатков пальцев, образцы тканей и данные ДНК после окончания в отношении них уголовного разбирательства, в ходе которого они были признаны невиновными, или прекращения такого разбирательства»2.

Итогом разрешения данного дела стало признание Европейским Судом, что дальнейшее хранение отпечатков пальцев и данных ДНК заявителей идет в нарушение их личных прав на неприкосновенность личной жизни, а значит, выявляет превышение пределов вмешательства государства, которое признано данным решением как несоразмерное и нарушающее баланс личных и общественных интересов, который присущ в целом любому демократическому обществу3.

Небезынтересно и дело ЕСПЧ «Дело против Польши", согласно которому заявительница утверждала, что публичными органами власти, в результате уклонения от предоставления соответствующей информации о результатах дородового обследования и предоставления доступа к положенным по законодательству Польши процедурам дородового обследования, были допущены серьезные нарушения ее прав на разрешенную законодатель-

1 Постановление ЕСПЧ от 21 июня 2011г. «Дело "Шимо-волос (Shimovolos) против Российской Федерации" (жалоба № 30194/09) // Бюл. Европейского Суда по правам человека. Российское издание № 1/2012.

2 Постановление ЕСПЧ от 4 декабря 2008 г. по делу и Марпер (Магрег) против Соединенного Королевства» (жалобы № 30562/04 и 30566/04) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

3 Там же.

ством данной страны процедуру аборта, которая допустима только в строго определенные сроки4. В результате несвоевременного информирования и умышленного затягивания врачами проведения генетических анализов, вследствие чего была утрачена возможность своевременно сделать аборт, пациентка родила ребенка с генетическим пороком.

По данному спору ЕСПЧ отметил, что, в нарушение статьи 8 Конвенции, недоведение соответствующей информации о здоровье плода до пациентки с учетом жестких требований законодательства Польши об абортах повлекло несоблюдение обязательств данной страны по обеспечению соответствующих прав заявительницы на уважение ее личной жизни5.

Таким образом, исходя из приведенных выше позиций ЕСПЧ, можно констатировать, что ДНК-информация, полученная в результате проведения генетического тестирования различного рода (генодиагностики, мониторинг, криминалистический анализ ДНК), содержит в себе сведения, распространения которых обладатель не желал бы, а также имел бы право распоряжаться ими по своей воле и без воздействия со стороны третьих лиц (на примере соответствующих органов государства). Однако, как следует из приведенных выше примеров, проблема соблюдения баланса общественных (государственных) и частных интересов при использовании генетической информации и установление в отношении ее режима конфиденциальности в мировом сообществе в настоящее время не решена.

Правовое регулирование использования

генетической информации человека в некоторых странах Евросоюза

Анализ опыта правового регулирования использования генетической информации в Европейском Союзе наглядно показывает особое внимание законодателя к проблемам применения геномных технологий и защиты прав человека в связи с использованием его генетической информации.

4 Постановление ЕСПЧ от 26 мая 2011 г. «Дело

против Польши» (жалоба № 27617/04) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс ».

5 Там же.

Так, в 2018 г. в Европейском Союзе был принят Общий регламент по защите данных (General Data Protection Regulation, далее -GDPR), согласно которому сама генетическая информация человека определяется как разновидность персональных данных, полученных посредством анализа изъятого у него биологического образца. Такие данные передаются человеку по наследству или приобретаются в течение его жизни и представляют в совокупности уникальную информацию о состоянии его здоровья и физиологии1. На данную информацию, исходя из статьи 9 GDPR, распространяется строгий режим конфиденциальности.

Обработка генетических данных, согласно положениям GDPR, запрещена, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом, и тогда члены ЕС наделены дополнительными правами по введению каких-либо дополнительных ограничений или условий в отношении обработки генетических данных.

Обращаясь к анализу действующего законодательства Франции, отметим, что оно наиболее последовательно реализует принципы, закрепленные на международном уровне. Основные положения по использованию генетических технологий и проведению генодиагностики во Франции закреплены в соответствующих кодифицированных актах и некоторых законах.

Основным нормативным актом является Кодекс общественного здравоохранения2, нормы которого направлены на регулирование репродуктивных технологий, а также проведение биомедицинских исследований, трансплантации органов и тканей человека, в т. ч. и процедуры клонирования.

В Гражданском кодексе Франции3 прописаны основные принципы, которыми следует

1 Regulation (EU) 2016/679 of the European Parliament and of the Council of 27 April 2016 on the protection of natural persons with regard to the processing of personal data and on the free movement of such data, and repealing Directive 95/46/EC (General Data Protection Regulation). URL: https://eurlex.europa.eu/legalcontent/.EN/TXT/PDF/?uri=CE-LEX :32016R0679.

2 Code de la santé publique [une ressource électronique] : Code, version consolidée au 15 août 2016 // Legifrance. gouv.fr. 2017. URL: https://www.legifrance.gouv.fr/affich-Code. do?cidTexte=LEGITEXT000006072665.

3 Code civil [une ressource électronique] : Code, version con-

solidée au 10 août 2016 // Legifrance.gouv.fr. 2017. URL: https://www.legifrance.gouv.fr/affichCode.do?cidTexte=LEGI

TEXT000006070721.

руководствоваться в случае применения к человеку современных медицинских технологий:

- приоритет его прав и достоинства, уважения личности, человеческого тела (в т. ч. и после смерти), телесной неприкосновенности;

- принцип соблюдения целостности и человеческого тела с исключениями по медицинским показаниям;

- запрет на любые исследования, связанные с селекцией людей (евгеника), а также запрет на процедуру клонирования;

- запрет на реализацию процедуры суррогатного материнства;

- возможность проведения генодиагностики по медицинским показаниям либо в научных целях по согласованию с исследуемым лицом;

- недопустимость дискриминации по генетическим характеристикам человека.

Заметим, что обозначенные принципы носят ограничительный характер и направлены, прежде всего, на обеспечение сохранности генома человека в целом.

Законодательство Франции характеризуется наличием особо жестких уголовно-правовых ограничений в части манипуляций с человеческими эмбрионами, элементами, тканями, клетками, генетическими материалами человеческого тела, закрепленных в положениях Уголовного кодекса страны4. Небезызвестен также и закон «О биоэтике», в котором прописаны основы реализации функций контроля в отношении Агентства биомедицины при проведении различных исследований биомедицинского характера5.

В Германии также существует ряд законов, направленных на регулирование вопросов применения генетических технологий в отношении человека. Среди них следует назвать закон «О защите эмбриона» (1990 г.), в котором определено понятие эмбриона и установлен запрет на какие-либо иные действия с ним, помимо криоконсервирования. Кроме того, он содержит уголовные санкции за несанкциони-

4 Code penal [une ressource électronique] : Code, version consolidée au 22 juillet 2016 // Legifrance.gouv.fr. 2017. URL: https://www.legifrance.gouv.fr/affichCode.do?cidTexte =LEGITEXT000006070719).

5 Loi n°2004-800 du 6 août 2004 relative a la bioethique [une ressource électronique]: Loi, version consolidée au 03 fevrier 2017 // Legifrance.gouv.fr. 2017. URL: https://www.legifrance. gouv.fr/affichTexte.do?cidTexte=J0RFTEXT000000441469.

рованное изменение генетического кода зародыша человека и клонирование эмбриона1.

Имеет существенное значение закон «О генетических исследованиях» (2009 г.), который запрещает тайные тесты на установление отцовства и пренатальные генные анализы на выявление заболеваний, которые могут появиться в зрелом возрасте. Запрещаются также генетические тесты, которые без всякого медицинского обоснования проводятся исключительно для выявления пола ребенка, находящегося в утробе матери. Законом установлено, что страховые компании не имеют права требовать генетических тестов от клиентов или от работодателей уже имеющихся или потенциальных клиентов. Данный закон, как и в других странах ЕС, требует необходимость наличия волеизъявления субъекта в письменном виде на подобные исследования. Носитель таких генетических данных наделен правом в любой момент отозвать данное согласие2.

Учеными отмечается, что подобные законодательные положения в целом направлены на введение общего запрета в использовании каких-либо генетических тестов прогностического характера в целях как экономических, так и социальных [23, с. 27].

Соответственно, позиция немецкого законодателя также следует по пути поддержки и развития международного принципа приоритета прав и свобод отдельной личности над интересами как научными, так и общественными.

Таким образом, запрет на дискриминацию людей по генетическим признакам при медицинском страховании и трудоустройстве, а также использование генетической информации в немедицинских целях и установление режима конфиденциальности генетических данных индивидуума и их защита - приоритетное направление стран Евросоюза.

1 Gesetz zum Schutz von Embryonen [Elektronische Ressource] : Bundesgesetz (BRD), 1990 i. // Bundesministerium der Justiz und fur Verbrauchercyutz. 2017. Zugriffsmodus: http://www.gesetze-im-internet.de/eschg/index.html.

2 Gesetz über genetische Untersuchungen bei Menschen (Gendiagnostikgesetz - GenDG) [Elektronische Ressource] : Bundesgesetz (BRD), 2009 i. // Bundesministerium der Justiz und fur Verbrauchercyutz. 2017. Zugriffsmodus: http://www.ge-setze-im-internet.de/gendg/BJNR252900009.html.

Особенности правового регулирования использования генетической информации и защиты прав гражданина в Российской Федерации

К сожалению, приходится констатировать, что законодательная база России, регулирующая сферу генетических исследований, в настоящее время находится только на этапе ее становления и развития.

В частности, В. Д. Рузановой, В. И. Беляковым справедливо подмечено неудовлетворительное состояние правового регулирования в данной сфере исследований и в связи с этим они полагают, что современное законодательство должно системно учитывать особенности генетической информации человека, определяя ее место среди персональных данных [26, с. 34].

Д. С. Ксенофонтова указывает, что правовое регулирование использования геномных технологий в отношении человеческого организма непременно должно учитывать принцип приоритетной защиты прав и интересов каждого человека[15,с. 144].

В. Л. Ижевская также отмечает, что в медицине применение генетического тестирования поднимает многие вопросы как этического, правового, так и социального характера, а их решение, в свою очередь, позволит максимально выгодно применять новейшие методы в здравоохранении [11, с. 79].

Проводя анализ действующего российского законодательства, устанавливающего правовой режим использования генетической информации, следует отметить, что оно на сегодняшний день находится в стадии формирования и политика нашего государства, по мнению ученых, должна быть направлена, прежде всего, на всестороннюю защиту генома с обеспечением принципов конфиденциальности и согласия гражданина. И, конечно, такая защита должна быть обеспечена не только ныне живущим людям, но и их потомкам [22, с. 101].

Исследуя действующее отечественное законодательство в исследуемой сфере, можно сделать вывод, что генетическая информация является объектом публичных правоотношений.

Следует согласиться с мнением В. Д. Руза-новой в том, что именно применение как пуб-

лично-правовых, так и частноправовых методов позволяет всесторонне регулировать отношения в сфере генетических исследований, ведь тем самым учитываются как интересы общества в целом, так и интерес отдельно взятого индивидуума [27, с. 250].

Обращаясь к положениям Конституции РФ, отметим, что в ней определены лишь основные принципы, направленные на защиту прав человека, а именно:

- право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст. 41);

- добровольность участия в медицинских, научных и иных опытах (ст. 21);

- неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна (ст. 23);

- недопущение сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни без согласия человека (ст. 24)1.

Активно проводимая национальная политика в части развития генных технологий в медицине, а также реализация политики генетической паспортизации населения России, безусловно, актуализирует проблему сохранения конфиденциальности генетических данных и защиты прав граждан на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, которые закреплены в приведенных выше статьях Конституции РФ.

Сравнительно недавно были приняты нормативные акты, подчеркивающие важность вопросов гражданско-правового регулирования в рассматриваемой сфере.

Так, следует отметить указ Президента РФ от 28 ноября 2018 г. № 680 «О развитии генетических технологий в Российской Федерации», в котором определены общие цели, по ускоренному развитию и усилению контроля в сфере генетических технологий (в т. ч. и технологий генетического редактирования) не только в здравоохранении, но и в других областях: сельском хозяйстве, промышленности и т. д.2

Разработанная во исполнение данного Указа «Федеральная научно-техническая програм-

1 Конституция Российской Федерации: принята всенар. голосованием 12 дек. 1993 г. (с учетом поправок, внесенных законами РФ о поправках к Конституции РФ от 14 марта 2020 г. № 1-ФКЗ) // Рос. газета. 2020. № 144.

2 О развитии генетических технологий в Российской Федерации: указ Президента РФ от 28 нояб. 2018 г. № 680 (ред. от 02.03.2020 г.) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2018. № 49, ч. 6, ст. 7586.

ма развития генетических технологий на 20192027 годы» определяет направления развития генетических технологий в различных отраслях деятельности, а также меры по обеспечению безопасности их применения и технологической независимости3.

Однако следует согласиться с мнением исследователей, что законодатель обошел вниманием важные вопросы, напрямую связанные со сбором, хранением, использованием генетической информации, а также оставил без надлежащего регулирования вопросы обеспечения ее защиты [5, с. 111].

Рассматривая одно из приоритетных направлений развития генетических технологий в медицине, отметим, что именно применение различных видов генодиагностик позволяет с определенной точностью выявить заболевания наследственного характера и врожденных дефектов у человека еще на этапе его эмбрионального развития.

Анализ действующего законодательства позволяет согласиться с мнением авторов, полагающих, что правовое регулирование генодиагностики в нашей стране не отличается последовательностью [13, с. 10].

Так, в Федеральном законе от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»4 устанавливаются лишь общие положения и ограничения, связанные с проведением исследований гена человека. Вопросы использования генетической информации, в общем виде, решаются в соответствии со статьями 30 (п.6) («Права пациента»), 31 («Право граждан на информацию о состоянии здоровья») и 61 («Врачебная тайна») данного Закона.

К правовому регулированию медико-генетических технологий применим Федеральный закон от 5 июля 1996 г. № 86-ФЗ «О государственном регулировании в области генно-инженерной деятельности», нормы которого определяют генодиагностику как «совокуп-

3 Об утверждении Федеральной научно-технической программы развития генетических технологий на 2019-2027 годы: постановление Правительства РФ от 22 апр. 2019 г. № 479 (ред. от 17.10.2019 г.) // Там же. 2018. № 49, ч. 6, ст. 7586.

4 Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации: Федер. закон Рос. Федерации от 21 нояб. 2011 г. № 323-ФЗ (ред. от 22.12.2020 г.) // Там же. 2011. № 48, ст. 6724.

ность методов по выявлению изменений в структуре генома»1.

В силу статьи 5 данного Закона, генная инженерия базируется на следующих принципах: безопасность граждан и окружающей среды; безопасность клинических испытаний методов генодиагностики и генной терапии (гено-терапии) на уровне соматических клеток; общедоступность сведений о безопасности генно-инженерной деятельности и др.

Особое значение имеет Федеральный закон от 23 июня 2016 г. № 180-ФЗ «О биомедицинских клеточных продуктах», который регулирует отношения, возникающие в связи с обращением биомедицинских клеточных продуктов, а также донорством биоматериалов2. Но, на наш взгляд, этот нормативный акт вносит некоторую неясность в применяемую им терминологию, в связи с чем возникают вопросы по соотношению таких понятий, как «генотерапия» и «генодиагностика» и непосредственно «биомедицинский клеточный продукт».

В рамках развития новой модели современной медицины в Российской Федерации следует назвать приказ Минздрава России от 24 апреля 2018 г. № 186 «Об утверждении Концепции предиктивной, превентивной и персонализированной медицины». Данная Концепция имеет своей основной целью внедрение высокотехнологичных методов генетических технологий для профилактики, диагностики, лечения и реабилитации населения России3.

Вместе с тем и в сфере применения медицинских генетических технологий выявляются проблемы, напрямую связанные с использованием и обеспечением сохранности геномной информации, получаемой по результатам медицинской генодиагностики. Кроме того, важными представляются вопросы определения правового режима образцов, из которых такая информация была получена, а также предупреждения рисков несанкционированного исполь-

1 О государственном регулировании в области генно-инженерной деятельности: Федер. закон Рос. Федерации от 5 июля 1996 г. № 86-ФЗ (ред. от 03.07.2016 г.) // Там же. 1996 г. № 28, ст. 334.8

2 О биомедицинских клеточных продуктах: Федер. закон Рос. Федерации от 23 июня 2016 г. № 180-ФЗ (ред. от 27.12.2019 г.) // Там же. 2016. № 26, ч. I, ст. 3849.

3 Об утверждении Концепции предиктивной, превентив-

ной и персонализированной медицины: приказ Минздрава России от 24 апр. 2018 г. № 186. [Электронный ресурс].

Доступ из справ.- правовой системы «Консультант Плюс».

зования полученной в результате таких диагностик информации в коммерческих целях [2, с. 124]. Решение видится, прежде всего, в определении понятия и правовой природы генетической информации человека.

Понятие и правовая природа генетической информации

В Федеральном законе от 3 декабря 2008 г. № 242-ФЗ «О государственной геномной регистрации в Российской Федерации» закреплена процедура государственной геномной регистрации, а также получения, хранения и использования геномной информации. Согласно пункту 3 статьи 1, «геномная информация - персональные данные, включающие кодированную информацию об определенных фрагментах де-зоксирибонуклеиновой кислоты физического лица или неопознанного трупа, не характеризующих их физиологические особенности»4. Представляется, что такое понимание генетической информации несколько узко трактуется законодателем, не учитывается тот факт, что она напрямую связана и с кровными родственниками носителя такой информации.

В этой связи возникают дискуссионные вопросы о возможности отнесения генетической информации к категории «персональных данных».

В соответствии с положениями Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» (далее - Закон № 152), под персональными данными понимается «любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных)»5.

Заметим, что в российском законодательстве используется французская модель определения персональных данных: указывается определенная совокупность данных, что позволяет в любой форме, прямо или косвенно, установить личность физического лица, в отношении которого эти данные собраны, неза-

4 О государственной геномной регистрации в Российской Федерации: Федер. закон Рос. Федерации от 3 дек. 2008 г. № 242-ФЗ (ред. от 17.12.2009 г.) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2008. № 49, ст. 5740.

5 О персональных данных: Федер. закон Рос. Федерации от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ ФЗ (ред. от 30.12.2020 г.) // Там же. 2006. № 31, ч. 1, ст. 3451.

висимо от того, физическим или юридическим лицом эти данные были обработаны (ст. 4 закона Франции № 78-17 от 6 января 1978 г. «Об обработке данных, файлов данных и индивидуальных свободах»)1.

С точки зрения буквального толкования нормы о персональных данных можно прийти к выводу о том, что геном человека все-таки имеет отношение к категории персональных данных. Однако мнения ученых по данному вопросу разнятся. Одни авторы полагают, что ДНК-сведения о субъекте наделены иными характеристиками, более широкими по сравнению с категорией персональных данных [9, с. 42]. Другие авторы считают, что генетическая информация по своим признакам вообще никак не относится к персональным данным, а является особой разновидностью информации с ограниченным доступом [24, с. 145].

Термин «ген» - это неделимая единица наследственной информации, если исходить из традиционного понимания [1, с. 150], но именно аллели генов (сочетание разных форм одного и того же гена в хромосомах) и их множественность и сочетаемость позволяют говорить об особых наследственных признаках, идентифицирующих любой живой организм.

Об отнесении такой информации к персональным данным и установлении в отношении нее специального правового режима свидетельствуют ее основные характеристики.

Во-первых, согласно традиционному пониманию гена как материального носителя закодированной генетической информации, такая информация находится в равной мере в каждой клетке организма и наделяет его определенными признаками.

Во-вторых, такая информация относительно статична, поскольку невозможна модификация одновременно всех идентичных генов, присутствующих во всех клетках одного организма, тем не менее, можно говорить о некоторой динамике и возможных мутациях уже в случае передачи набора генов от поколения к поколению.

В-третьих, носителем (субъектом) генетической информации выступает как само физи-

1 Loi n° 78-17 du 6 janvier 1978 relative à l'informatique, aux fichiers et aux libertés. URL: https://www.legifrance.gouv.fr/ affichTexte.do?cidTexte=LEGITEXT000006068624.

ческое лицо (обладатель), так и его кровные родственники, имеющие в составе своего ДНК в том числе и общую часть генетической информации с таким лицом.

Поэтому нельзя отрицать тот факт, что обладателем генетической информации является не только само лицо, предоставившее ДНК, но и широкий круг связанных с ним лиц - его генетические родственники, как его предки, так и потомки, поскольку генетическая информация передается потомству.

В-четвертых, такого рода информация напрямую определяет возможность как прямой, но и косвенной идентификации субъекта на основе имеющихся о нем генетических данных.

В-пятых, эта информация в некоторых случаях может быть как открытой, так и конфиденциальной. Так, исследование генома человека допустимо, если это прямо разрешено человеком или его родственниками после его смерти, однако в мировой практике, к примеру, существуют разного рода генетические исследовательские проекты, допускающие публичный обмен генетическими данными среди их участников, а значит, не предполагающие соблюдения режима их конфиденциальности. Наиболее известный - проект «Геном человека», запущенный в 1990-х, в результате которого был создан открытый банк генокода2.

В связи с этим возникают вопросы: можно ли говорить о защите генетической информации в рамках субъективного гражданского права? Можно ли вообще отнести такого рода информацию к самостоятельным объектам гражданских прав?

С инициативой о расширении перечня личных неимущественных прав граждан путем включения в него права на защиту персональных данных и о квалификации этого права в качестве субъективного гражданского права выступала еще М. Н. Малеина [19, с. 20]. И в настоящее время об этом говорится во многих научных изысканиях.

По вопросу возможности выделения генетической информации в качестве особого объекта гражданских прав единое мнение исследователей отсутствует. Одни полагают, что это самостоятельный объект гражданских прав.

2 The Personal Genome Project. URL: https://pgp.med.har-vard.edu/about.

В частности, имеет место точка зрения отнесения генетической информации к особым объектам интеллектуальных прав (патентование генетической последовательности как изобретения) [14, с. 292].

Другие считают, что такая информация не может в силу ее особенностей быть самостоятельным объектом гражданских прав. В частности, заслуживает поддержки точка зрения Е. С. Болтановой и М. П. Имековой о том, что генетическая информация - категория не самостоятельная, а выступает в качестве элемента, прежде всего, нематериальных благ как объектов гражданских прав, а кроме того, имеет непосредственное отношение к результатам интеллектуальной деятельности. В частности, к таким объектам представляется возможным, по их мнению, отнести базу данных, созданную в результате проведения обязательной геномной регистрации [5, с. 121].

Согласно статье 128 ГК РФ, такие объекты, как жизнь, здоровье, семейная и личная тайна, право на частную жизнь, а также иные нематериальные блага принадлежат человеку от рождения, не передаются и не отчуждаются путем волеизъявления. Несмотря на то что информация явно не содержится в перечисленных объектах гражданских прав, защита генетической информации входит в систему мер по охране здоровья граждан как нематериального блага, осуществляемых в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни. Конфиденциальность этих сведений о состоянии здоровья может охраняться в различных правовых режимах.

Учитывая, что определенную ценность генетические данные представляют не только для самого их «носителя», но и затрагивают непосредственно его кровных родственников, не исключая и его будущих потомков, обоснованно распространять на них режим частной жизни.

Заметим, что самому определению «частная жизнь» законодатель не уделяет должного внимания. В частности, Конституционный Суд РФ трактует понятие «частная жизнь» как «область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества

и государства, если носит непротивоправный характер»1.

Поэтому информация о частной жизни лица напрямую связана с конституционным правом такого лица самому определять объем и режим ее конфиденциальности, а потому и сбор, хранение, использование и распространение такой информации, не доверенной никому, не допускается без согласия данного лица, что является основным квалифицирующим признаком такого рода информации.

В юридической доктрине существуют различные версии ее понимания. Так, А. В. Тро-фименко, к примеру, трактует тайну как сведения, наделенные рядом признаков: не носят характер общеизвестных сведений, не находятся в свободном доступе для всех других лиц, обладатель такого рода сведений наделен правом их охраны от возможных посягательств [29, с. 133].

М. Н. Малеина рассматривает тайну частной жизни через призму информации, не имеющей отношение к профессиональной и общественной деятельности лица. При этом справедливо указывает на возможность распространения на нее в том числе и режима тайны, связанной с осуществлением профессиональной деятельности (медицинской, нотариальной, адвокатской, банковской тайны и т. д.) [18, с. 264-265].

Полагаем, что исходя из указанных характеристик в отношении генетической информации человека необходимо: законодательно установить правовой статус особого порядка; выделить ее из группы персональной биометрической информации в отдельную разновидность персональных данных с ограниченным доступом ввиду родственной (кровной) связи третьих лиц с носителем такой информации. Заметим, что данной точки зрения придерживаются на сегодняшний день большинство исследователей [4, с. 21; 24, с. 142].

Поэтому генетическую информацию человека следует определять как особый вид персональных данных, ограниченного доступа, со-

1 Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Супруна Михаила Николаевича на нарушение его конституционных прав статьей 137 Уголовного кодекса Российской Федерации: определение Конституц. Суда РФ от 28 июня 2012 г. № 1253-О [Электронный ресурс]. Доступ из справ.- правовой системы «КонсультантПлюс».

держащийся в определенных фрагментах де-зоксирибонуклеиновой кислоты физического лица или трупа, на основании которых можно идентифицировать самого носителя такой информации и определить физиологические особенности его рода в целом.

С точки зрения гражданско-правового регулирования, в первую очередь следует говорить о праве гражданина на охрану его частной жизни, которая может осуществляться в том числе и в отношении персональных данных.

Если исходить из понимания персональных данных как нематериальных благ, являющихся объектом гражданских прав в значении статьи 128 ГК РФ, то станет вполне очевидным, что возможности гражданско-правового регулирования в сфере защиты прав граждан при использовании их персональных данных, и в том числе генетической информации, до настоящего времени все еще остаются нереализованными.

Поэтому необходимо привести в соответствие действующее правовое регулирование исследуемых отношений.

Прежде всего, представляется важным определить персональные данные как неимущественное благо с установлением генетической информации человека в качестве его особого вида непосредственно в Гражданском кодексе РФ (ГК РФ).

Как уже указывалось, правовое регулирование обращения генетической информации связано с интересами не только отдельной личности, но и государства в целом. Е. М. Тужило-ва-Орданская, анализируя особенности воздействия публично-правовых норм на частноправовую сферу, справедливо считает, что охрана и защита прав и интересов граждан, как наиболее приоритетная функция любого развитого государства, реализуется через публично-правовое регулирование экономических отношений. При этом под публичными интересами следует понимать интерес государства, отражающего, прежде всего, интерес своего народа (общества), складывающийся из частных интересов отдельно взятых индивидов общества [30, с. 387].

Это имеет значение для любого объекта гражданских прав, но особенно важно, если речь идет об охране и защите частной жизни граждан как нематериального блага, в состав

которого входит и генетическая информация. И поскольку правовое регулирование использования генетической информации не может быть ограничено только частноправовой регламентацией, то в свете гармонизации регулирования рассматриваемых отношений должна быть законодательно установлена согласованность норм ГК РФ и Закона № 152-ФЗ.

В частности, остается нерешенным вопрос о соотношении норм статьи 12 ГК РФ, закрепляющей способы защиты гражданских прав, статьи 152.2 ГК РФ и статьи 24 Закона № 152-ФЗ, в которой также закреплены положения об ответственности за его нарушение.

Та же ситуация имеет место при наличии существенных смысловых и понятийных несоответствий, что отрицательно сказывается на правоприменительной практике. Так, поскольку в пункте 1 статьи 152.2 ГК РФ и статье 3 Закона №152-ФЗ содержится несовпадающий перечень действий, которые могут совершаться в отношении персональных данных, то квалификация того или иного действия как правонарушения весьма затруднена. Между тем правильная отраслевая квалификация правонарушения, как известно, предопределяет и выбор соответствующего способа защиты права.

В. Д. Рузанова обоснованно полагает, что с определением персональных данных как нематериального блага, а соответственно, с закреплением права на защиту таких данных как субъективного гражданского права можно решить проблему формирования общей системы способов защиты такого права [27, с. 249].

Требуют решения некоторые актуальные проблемы как публично-правовой, так и гражданско-правовой защиты прав гражданина в части использования его генетической информации.

Актуальные проблемы защиты прав гражданина при использовании генетической информации в Российской Федерации

Основной вектор государственной политики сегодня напрямую связан с генетической паспортизацией населения. Импульс в развитии данного направления задал указ Президента Российской Федерации от 11 марта 2019 г. № 97 «Об Основах государственной политики Российской Федерации в области обеспечения

химической и биологической безопасности на период до 2025 года и дальнейшую перспективу», пункт 8 которых «осуществление генетической паспортизации населения с учетом правовых основ защиты данных о персональном геноме человека и формирование генетического профиля населения»1 закрепил в качестве одной из мер по обеспечению химической и биологической безопасности.

Однако негативным последствием такой меры, очевидно, может стать возможность неправомерного использования генетической информации в связи с образованием в рамках данной политики единой базы данных населения, а также частных баз генетических данных.

С развитием генетических технологий и появлением различных видов генетических диагностик можно говорить о коммерческом интересе в доступе к такой информации некоторых заинтересованных лиц и возможных злоупотреблениях с их стороны. Этот интерес может проявляться со стороны банков и иных кредитных организаций, страховщиков, некоторых работодателей и др. И такая практика уже имеет место в других странах. Все это свидетельствует о настоятельной необходимости создания согласованной нормативной базы в сфере использования генетической информации.

Одним из вопросов, по мнению Ю. С. По-варова, требующих скорейшего легального решения, является «установление соотношения государственной геномной регистрации и геномной паспортизации» [20, с. 60]. Действительно, в ФЗ о «О государственной геномной регистрации в Российской Федерации» строго определены цели использования такой информации. Но следует согласиться с преобладающим мнением ученых о том, что «указанный закон давно нуждается в серьезной переработке, поскольку изначально он не рассчитывался для целей реализации масштабных проектов по скринингу и геномному секвенированию широких слоев населения. В нем, в частности, отсутствуют необходимые правила о процедурах формирования соответствующих баз данных и

1 Об Основах государственной политики Российской Федерации в области обеспечения химической и биологической безопасности на период до 2025 года и дальнейшую перспективу: указ Президента РФ от 11 марта 2019 г. № 97 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2019. № 11, ст. 1106.

порядке хранения полученной геномной информации и, самое главное, о правовом режиме сведений, содержащихся в базе данных» [31, с. 141].

Причем вполне допустимо, что проведение геномной регистрации может быть реализовано и в других сферах, например в медицине, профессиональных видах трудовой деятельности или даже спорте.

Вопросы разработки генетических паспортов, определения их возможных разновидностей и объема размещенной в них генетической информации на сегодняшний день еще на стадии обсуждения. Высказываются идеи о разработке двух видов паспортов: судебно-медицинском и паспорте, отражающем вероятные риски для здоровья человека, иные особенности организма человека [21, с. 18].

Полагаем, что принципиальным направлением генетической паспортизации должна стать разработка так называемых специализированных паспортов, что напрямую затрагивает права и основные свободы человека, а также связано с регулированием отношений, объектом которых выступает генетической информация как вид персональных данных.

Предстоящая генетическая паспортизация, в свою очередь, актуализирует проблемы сохранения конфиденциальности генетических данных и защиты права граждан на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (ст. 23 и 24 Конституции Российской Федерации). Одним из векторов такой защиты является реализация права физических лиц на защиту персональных данных, закрепленного в международных актах и в отечественном законодательстве.

Таким образом, в целях проведения надлежащей геномной паспортизации налицо необходимость на законодательном уровне приведения в соответствие норм гражданского законодательства и ФЗ «О персональных данных» исходя из особого правового статуса генетической информации. Комплексное решение всех вопросов предстоящей генетической паспортизации, на наш взгляд, возможно с принятием единого законодательного акта, который также должен быть согласован с существующей нормативной базой.

Важнейшим юридическим аспектом рассматриваемой проблематики защиты генетиче-

ской информации является вопрос о допуске к генетической информации третьих лиц. Безусловно, такая информация может быть предоставлена только при наличии у них соответствующих прав или полномочий, однако, в силу специфики такого рода информации, видится необходимость в императивном регулировании прав (по отдельности) самого носителя информации, членов его семьи и иных субъектов, связанных с ним, что на сегодняшний день является трудно выполнимым.

Кроме того, значимым, на наш взгляд, является направление по формированию соответствующих подходов к легальному закреплению нормы в отношении представления сведений о своем геноме самому носителю генетической информации, и лицам, получившим доступ к его генетической информации, в строго определенных законодателем случаях.

Такая ситуация довольно часто возникает в процессе медико-генетической диагностики, когда требует своего разрешения дилемма: сохранить конфиденциальность сведений о пациенте или предотвратить серьезный вред для его родственников. Необходимым поэтому представляется обеспечение особого режима использования полученной генетической информации для блага и интересов не только обследованного пациента, но и его кровных родственников посредством закрепления основных критериев, служащих основаниями для раскрытия такой информации: установление факта потенциальной угрозы здоровью пациента; если имеются доказательства того, что эта информация может быть использована для предотвращения вреда.

По мнению В. Л. Ижевской, в определенных случаях врачам должно быть предоставлено право на разглашение конфиденциальных сведений без выражения в соответствующей форме согласия самого пациента [11, с. 80].

Необходимо выработать данную правовую норму. В некоторых странах она уже разработана, однако объем правомочий использования генетической информации в интересах третьих лиц различен.

Серьезная проблема - обеспечение сохранности генетической информации, полученной в результате генодиагностики. Россия, как и иные государства, напрямую заинтересована в формировании максимально обширной базы

биологических данных на своей территории [7, с. 22].

В настоящее время на рынке такого рода услуг (исследование генома человека) активное развитие получили биобанки, создающиеся при научных центрах для проведения исследований редких генетических отклонений человека и иных подобных изысканий, проводимых с человеческим геномом, в т. ч. и с целью хранения и использования биоматериала человека в репродуктивных технологиях.

Законодательство РФ не содержит прямого запрета на создание биобанков, однако специальное правовое регулирование их деятельности отсутствует. Требуют своего решения правовые и этические вопросы: права создателей (изготовителей) биобанков в отношении содержащихся в них биоматериалов и полученной на их основе информации; права лиц, предоставивших свой биологический материал и, соответственно, генетическую информацию о себе и своих родственниках; возможность права доступа к биоматериалам и информации третьих лиц; перспективы промышленного или коммерческого использования биоматериалов и информации; регламент сотрудничества с другими (национальными и международными) биобанками.

Из перечисленных позиций на сегодня разработана одна - о правах лиц, предоставивших свой биологический материал и, соответственно, генетические данные о себе. Как представляется, на содержащиеся в генетических данных сведения должен распространяться правовой режим тайны частной жизни, а потому сбор, хранение, использование и распространение таких сведений не должны допускаться без согласия данного лица, как и закреплено в Конституции РФ и ГК РФ (ст. 152.2).

Требования к организации и деятельности биобанков и правила хранения биологического материала, клеток для приготовления клеточных линий, клеточных линий, предназначенных для производства биомедицинских клеточных продуктов, биомедицинских клеточных продуктов, утверждены приказом Министерства здравоохранения РФ от 20 октября 2017 г. № 842н\ В подпункте 4 пункта 5 данного до-

1 Об утверждении требований к организации и деятельности биобанков и правил хранения биологического мате-

кумента появляются начала обеспечения безопасности биоматериалов, в т. ч. с точки зрения информации, которая связана с геномом человека. Кроме того, исходя из правоположений данного нормативного акта обеспечение надлежащего функционирования деятельности биобанков сводится к тому, чтобы исключить вмешательство в их деятельность субъектов, в компетенцию которых не входит работа с биоматериалом. Нарушение этих требований влечет в основном дисциплинарную ответственность.

Можно согласиться с мнением ученых, что данный подзаконный нормативный правовой документ, принятый в развитие статьи 37 Федерального закона от 23 июня 2016 г. № 180-ФЗ «О биомедицинских клеточных продуктах», в значительной степени направлен на обеспечение сохранности носителя геномной информации, но никак не на саму информа-цию1. Однако следует сказать о реальной опасности утечки полученных сведений и несанкционированного их применения. Налицо необходимость обеспечения гарантий прав граждан, родственники которых дали согласие на обработку своей ДНК-информации. Также нельзя исключать претензий в части несовершенства оборудования и порчи биоматериала, что также представляется допустимым в современных условиях.

Вследствие этого важным видится внесение поправок в действующее законодательство с целью усиления мер по обеспечению безопасности как носителей генетической информации, так и самих сведений, в них содержащихся. В частности, нуждается в дополнении частью 4 статья 37 Федерального закона от 23 июня 2016 г. № 180-ФЗ «О биомедицинских клеточных продуктах», которая устанавливала бы требования к обеспечению безопасности генетической информации не только в процессе ее хранения в биобанках, но и при транспорти-

риала, клеток для приготовления клеточных линий, клеточных линий, предназначенных для производства биомедицинских клеточных продуктов, биомедицинских клеточных продуктов: приказ М-ва здравоохранения РФ от 20 окт. 2017 г. № 842н. URL: http://www.pravo.gov.ru.

1 О биомедицинских клеточных продуктах: Федер. закон Рос. Федерации от 23 июня 2016 г. № 180-ФЗ (ред. от 27.12.2019 г.) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2016. № 26, ч. 1, ст. 3849.

ровке биологических материалов, которые тоже ее содержат.

Конкретные меры такой деятельности должны быть оформлены подзаконными нормативными правовыми актами профильных ведомств. При этом целесообразно принять совместный приказ Министерств здравоохранения, внутренних дел Российской Федерации и Федеральной службы безопасности России для всесторонней проработки данного вопроса и введения в действие эффективных правовых норм, обеспечивающих права и законные интересы граждан, участвующих в правоотношениях, связанных с хранением и транспортировкой биологических материалов, содержащих в себе геномные сведения.

Заключение

Подводя итог отметим, что для того чтобы предотвратить угрозу незаконного использования генетической информации и нарушения прав граждан, государство должно принять ряд важных мер посредством модернизации существующей нормативной базы, которая на сегодняшний день не соответствует современным реалиям в свете активного развития генных технологий.

Генетической информации человека должен быть придан особый правовой статус. Ее необходимо выделить из группы персональной биометрической информации в самостоятельный вид персональных данных с ограниченным доступом, исходя из родственной (кровной) связи третьих лиц с носителем такой информации. Распространение режима персональных данных на генетическую информацию является важным инструментом защиты прав ее обладателей, поскольку позволяет любому субъекту персональных данных заявить о недопустимости свободного обращения данных, ввести запрет на дальнейшее ее использование.

Следует непосредственно в ГК РФ указать: персональные данные - неимущественное благо с выделением генетических данных человека в качестве его особой разновидности. Представляется важным осуществить согласование норм ГК РФ и Закона о персональных данных, поскольку в статье 152.2 ГК РФ не определяется механизм их взаимодействия.

Также следует легально закрепить норму, когда представление сведений о своем геноме

может выступать в качестве обязанности как самого носителя генетической информации, так и лиц, получивших к ней доступ.

Требует модернизации и нормативное регулирование в сфере деятельности биобанков, в части усиления мер по обеспечению безопасности. Законодательно должны быть закреплены требования к обеспечению безопасности геномной и иной связанной с ней информации как в процессе ее хранения в биобанках, так и при транспортировке биологических материалов.

Такие поправки позволят сформировать единую систему способов защиты геномной информации человека как субъективного права наряду с нормами об охране частной жизни.

Библиографический список

1. Андреев В. П. Ген: структурно-функциональная организация единиц генетической информации // Журнал Гродненского государственного медицинского университета. 2007. № 4 (20). С. 143-152.

2. Ахтямова Е. В., Хусаинова Р. И., Мин-ниахметов И. Р., Султанова Р.И. Современные молекулярно-генетические технологии в медицине: этические и правовые вопросы // Правовое государство: теория и практика. 2020. № 2 (60). С. 123-133. DOI: 10.33184/pravgos-2020.2.11.

3. Богданова Е. Е. Правовые проблемы и риски генетической революции: генетическая информация и дискриминация // Lex Russica. 2019. № 6 (151). C. 18-29. DOI: 10.17803/17295920.2019.151.6.018-029.

4. Болтанова Е. С., Трынченков Н. А., Пшеничникова К. Ю. Место геномной информации среди существующих в законодательстве Российской Федерации видов информации // Сибирский юридический вестник. 2019. № 4 (87). С.20-26.

5. Болтанова Е. С., Имекова М. П. Генетическая информация в системе объектов гражданских прав // Lex Russica. 2019. № 6 (151). С. 110-121. DOI: 10.17803/1729-5920.2019. 151.6.110-121.

6. Быстряков Е. Н., Базарова А. А. Особенности назначения и производства генетических экспертиз вещественных доказательств биологического происхождения при расследо-

вании убийств // Вестник современных исследований. 2017. № 6-1 (9). С. 260-263.

7. Брагина Е. Ю., Буйкин С. В., Пузы-рев В. П. Биологические банки: проблемы и перспективы их использования в исследованиях генетических аспектов комплексных заболеваний человека // Медицинская генетика. 2009. Т. 8, № 3 (81). С. 20-26.

8. Блинов А. Г. Международные стандарты регулирования генетических исследований и их отражение в национальном законодательстве // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2019. № 3(128). С. 247-255.

9. Владимиров В.Ю., Горбулинская И.Н., Кубитович С.Н. К вопросу о безопасности геномной информации // Биосфера. 2018. Т.10, № 1. С. 42-47. DOI: 10.24855/biosfera.v10i1.429.

10. Жабина А. Атака клонов: от экспериментов к бизнесу // Эксперт. 2020. № 11 (1155). С.58-61.

11. Ижевская В. Л. Этические и правовые аспекты генетического тестирования и скрининга // Биоэтика и гуманитарная экспертиза. 2007. № 1. С. 78-95.

12. Иванов П. Л. Проблемы и перспективы молекулярно-генетических судебно-экспертных исследований в Российской Федерации // Судебно-медицинская экспертиза. 2006. № 2. С. 25-30.

13. Комарова В. В., Алтынник Н. А., Бородина М. А., Суворова Е. И., Зенин С.С., Суворов Г.Н. Международно-правовое регулирование преимплантационной генетической диагностики (ПГД) и тенденции развития российского законодательства в сфере вспомогательных репродуктивных технологий // Lex Russica. 2019. № 6 (151). C. 9-17. DOI: 10.17803/17295920.2019.151.6.009-017.

14. Кольздорф М. А., Новоселова Л. А. Генетическая информация как объект интеллектуальных прав // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2020. Вып. 48. С. 290-321. DOI: 10.17072/1995-4190-2020-48290-321.

15. Ксенофонтова Д. С. Правовые основы генной терапии: в поисках баланса интересов // Lex Russica. 2019. № 6. С. 143-152. DOI: 10.17803/1729-5920.2019.151.6.143-152.

16. Левушкин А. Н. Правовое регулирование геномных технологий, генодиагностики и

генотерапии и внедрение их результатов в медицинскую практику // Вестник университета им. О.Е. Кутафина (МГЮА). 2020. № 5. С. 4250. DOI: 10.17803/2311-5998.2020.69.5.042-050.

17. Мохов А. Л., Яворский А. Н., Позде-ев А. Р. Особенности правового регулирования геномных исследований: неблагоприятные исходы, проблемы безопасности и перспективы // Вестник Удмуртского университета. 2020. Т. 30, № 1. С. 145-152. DOI: 10.35634/24129593-2020-30-1-145-152.

18. Малеина М. Н. Личные неимущественные права граждан (понятие, осуществление и защита): дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1997. 431 с.

19. Малеина М. Н. Право на тайну и неприкосновенность персональных данных // Журнал российского права. 2010. № 11 (167). С. 18-28.

20. Поваров Ю. С. Генетическая паспортизация населения: вопросы правового регулирования // Правовое регулирование геномных исследований: взгляд молодежи: I Междунар. на-уч.-практ. конф., г. Самара, 26 июля 2019 г. Самара: Изд-во ООО «Инсома-пресс», 2019. С.58-62.

21. Попова О. В. Генетический паспорт человека и возможности его получения гражданами России // Право и государство: теория и практика. 2019. № 7(175). С. 14-19.

22. Рассолов И. М., Чубукова С. Г. Внутриотраслевые принципы обработки генетической информации // Актуальные проблемы российского права. 2019. № 5 (102). С. 98-110. DOI: https://doi.Org/10.17803/1994-1471.2019.102.5. 098-110.

23. Рассолов И. М., Чубукова С. Г., Байга-рин Р. Т., Стукалов А. С. Теоретические проблемы правового регулирования использования генетической информации в России и Евросоюзе. На примере таких стран, как Франция и Германия // Закон и право. 2019. № 9. С. 24-29. DOI 10.24411/2073-3313-2019-10390.

24. Рассолов И. М., Чубукова С. Г., Мику-рова И. В. Анализ возможного применения к регулированию отношений по поводу генетической информации институтов персональных данных, личной тайны, врачебной тайны // Lex Russica. 2020. № 4 (161). С. 142-151. DOI: 10.17803/1729-5920.2020.161.4.143-151.

25. Романовский Г.Б., Тарусина Н. Н., Мохов А. А., Романовская О. В. Биомедицинское

право в России и за рубежом: монография. М.: Проспект, 2015. 364 с..

26. Рузанова В. Д., Беляков В. И. Проблемы легализации использования генетических технологий и данных циркадианной физиологии в сфере профессионального отбора // Юридический вестник Самарского университета. 2020. Т. 6, № 2. С. 28-35. DOI: https://doi.org/10. 18287/2542-047X-2020-6-2-28-35.

27. Рузанова В. Д. Вопросы реализации потенциала гражданско-правового регулирования в сфере защиты прав гражданина при использовании генетической информации // Сб. статей Нац. науч.-практ. конф., посвященной 75-летию Победы в Великой Отечественной войне 19411945 гг. и 90-летию со дня рождения д.ю.н., проф., акад. Академии соц. наук РФ, засл. юриста Республики Башкортостан Марка Семеновича Орданского. Уфа, 2020. С. 246-251.

28. Сергеев Ю. Д., Мохов А. А., Яворский А. Н. Пилотный (экспериментальный) правовой режим для отечественной биомедицинской науки и практики // Медицинское право. 2019. № 4. С. 3-13.

29. Трофименко А. В. Проблемы теории нематериальных объектов (гражданско-правовой аспект): дис. ... д-ра юрид. наук. Саратов, 2004. 399 с.

30. Тужилова-Орданская Е. М. Методологический подход к исследованию вещных прав в цивилистической науке // Методологические проблемы цивилистических исследований. 2019. № 1, Т. 1. С. 382-398. DOI 10.33397/26190559-2019-1-1-382-400 УДК 347.22.01.

31. Чемерис А. В., Анисимов В. А., Ами-нев Ф. Г. Актуальные вопросы правового регулирования создания и функционирования баз данных генома человека // Правовое государство: теория и практика. 2020. № 2 (60). С. 134144. DOI: 10.33184/pravgos-2020.2.12.

References

1. Andreev V. P. Gen: strukturno-funktsio-nal'naya organizatsiya edinits geneticheskoy in-formatsii [Gene: Structural and Functional Organization of Genetic Information Units]. Zhurnal Grodnenskogo gosudarstvennogo meditsinskogo universiteta - Journal of the Grodno State Medical University. 2007. Issue 4 (20). Pp. 143-152. (In Russ.).

TywuMoea-OpdancKan E. M., ÄxmxMoea E. B.

2. Akhtyamova E. V., Khusainova R. I., Minniakhmetov I. R., Sultanova R. I. Sovremennye molekulyarno-geneticheskie tekhnologii v medit-sine: eticheskie i pravovye voprosy [Modern Molecular Genetic Technologies in Medicine: Ethical and Legal Issues]. Pravovoe gosudarstvo: teoriya i praktika - The Rule-of-Law State: Theory and Practice. 2020. Issue 2 (60). Pp. 123-133. DOI: 10.33184/pravgos-2020.2.11. (In Russ.).

3. Bogdanova E. E. Pravovye problemy i riski geneticheskoy revolyutsii: geneticheskaya informatsiya i diskriminatsiya [Legal Problems and Risks of Genetic Revolution: Genetic Information and Discrimination]. Lex Russica. 2019. Issue 6 (151). Pp. 18-29. DOI: 10.17803/17295920.2019.151.6.018-029. (In Russ.).

4. Boltanova E. S., Trynchenkov N. A., Pshenichnikova K. Yu. Mesto genomnoy informat-sii sredi sushhestvuyushhikh v zakonodatel'stve Rossiyskoy Federatsii vidov informatsii [The Place of Genomic Data among the Existing Types of Information in the Legislation of the Russian Federation]. Sibirskiy yuridicheskiy vestnik - Siberian Law Herald. 2019. Issue 4 (87). Pp. 20-26. (In Russ.).

5. Boltanova E. S., Imekova M. P. Geneticheskaya informatsiya v sisteme ob''ektov grazh-danskikh prav [Genetic Information in the System of Objects of Civil Rights]. Lex Russica. 2019. Issue 6 (151). Pp. 110-121. DOI: 10.17803/17295920.2019.151.6.110-121. (In Russ.).

6. Bystryakov E. N., Bazarova A. A. Oso-bennosti naznacheniya i proizvodstva geneti-cheskikh ekspertiz veshhestvennykh dokazatel'stv biologicheskogo proiskhozhdeniya pri rassledova-nii ubiystv [Features of the Commission and Performance of Genetic Examinations of Physical Evidence of Biological Origin in the Investigation of Murders]. Vestnik sovremennykh issledovaniy -Bulletin of Current Research. 2017. Issue 6-1 (9). Pp. 260-263. (In Russ.).

7. Bragina E. Yu., Buykin S. V., Puzyrev V. P. Biologicheskie banki: problemy i perspektivy ikh ispol'zovaniya v issledovaniyakh geneti-cheskikh aspektov kompleksnykh zabolevaniy che-loveka [Biological Banks: Problems and Prospects for Their Use in Studying Genetic Aspects of Human Complex Diseases]. Meditsinskaya genetika -Medical Genetics. 2009. Vol. 8. Issue 3 (81). Pp. 20-26. (In Russ.).

8. Blinov A.G. Mezhdunarodnye standarty regulirovaniya geneticheskikh issledovaniy i ikh otrazhenie v natsional'nom zakonodatel'stve [International Standards for the Regulation of Genetic Research and Their Reflection in the National Legislation]. Vestnik Saratovskoy gosudarstvennoy yuridicheskoy akademii - Bulletin of Saratov State Law Academy. 2019. Issue 3 (128). Pp. 247-255. (In Russ.).

9. Vladimirov V. Yu., Gorbulinskaya I. N., Kubitovich S. N. K voprosu o bezopasnosti genomnoy informatsii [The Issue of Genomic Data Security]. Biosfera - Biosphere. 2018. Vol. 10. Issue 1. Pp. 42-47. DOI: 10.24855/biosfera.v10i1.429. (In Russ.).

10. Zhabina A. Ataka klonov: ot eksperimen-tov k biznesu [Clone Attack: from Experiments to Business]. Ekspert - Expert. 2020. Issue 11 (1155). Pp. 58-61. (In Russ.).

11. Izhevskaya V. L. Eticheskie i pravovye aspekty geneticheskogo testirovaniya i skrininga [Ethical and Legal Aspects of Genetic Testing and Screening]. Bioetika i gumanitarnaya ekspertiza -Bioethics and Humanitarian Expertise. 2007. Issue 1. Pp. 78-95. (In Russ.).

12. Ivanov P.L. Problemy i perspektivy mole-kulyarno-geneticheskikh sudebno-ekspertnykh issledovaniy v Rossiyskoy Federatsii [Molecular-Genetic Forensic Expert Investigations in the Russian Federation: Problems and Perspectives]. Su-debno-meditsinskaya ekspertiza - Forensic Medical Expertise. 2006. Issue 2. Pp. 25-30. (In Russ.).

13. Komarova V. V., Altynnik N. A., Borodina M. A., Suvorova E. I., Zenin S. S., Suvorov G. N. Mezhdunarodno-pravovoe regulirovanie preim-plantatsionnoy geneticheskoy diagnostiki (PGD) i tendentsii razvitiya Rossiyskogo zakonodatel 'stva v sfere vspomogatel'nykh reproduktivnykh tekhnolo-giy [International Legal Regulation of Preimplanta-tion Genetic Diagnostics (PGD) and Trends in the Development of Russian Legislation in the Field of Assisted Reproductive Technologies]. Lex Russica. 2019. Issue 6 (151). Pp. 9-17. DOI: 10.17803/1729-5920.2019.151.6.009-017. (In Russ.).

14. Kol'zdorf M. A., Novoselova L. A. Geneticheskaya informatsiya kak ob' 'ekt intellek-tual 'nykh prav [Genetic Information as Intellectual Property]. Vestnik Permskogo universiteta. Juridi-cheskie nauki - Perm University Herald. Juridical Sciences. 2020. Issue 2 (48). Pp. 290-321. DOI: 10.17072/1995-4190-2020-48-290-321. (In Russ.).

15. Ksenofontova D. S. Pravovye osnovy gennoy terapii: v poiskakh balansa interesov [Gene Therapy Legal Framework: In Search of Balance of Interests]. Lex Russica. 2019. Issue 6 (151). Pp. 143-152. DOI: 10.17803/17295920.2019.151.6.143-152. (In Russ.).

16. Levushkin A. N. Pravovoe regulirovanie genomnykh tekhnologiy, genodiagnostiki i genote-rapii i vnedrenie ikh rezul'tatov v meditsinskuyu praktiku [Legal Regulation of Genomic Technologies, Gene Diagnostics and Gene Therapy and Implementation of Their Results in Medical Practice]. Vestnik universiteta im. O. E. Kutafina (MGYuA) -Courier of Kutafin Moscow State Law University (MSAL). 2020. Issue 5. Pp. 42-50. DOI: 10.17803/2311-5998.2020.69.5.042-050. (In Russ.).

17. Mokhov A. L., Yavorskiy A. N., Poz-deev A. R. Osobennosti pravovogo regulirovaniya genomnykh issledovaniy: neblagopriyatnye iskho-dy, problemy bezopasnosti i perspektivy [Features of Legal Regulation of Genomic Researches: Failures, Security Concerns and Prospects]. Vestnik Udmurtskogo universiteta - Bulletin of Udmurt University. Series Economics and Law. 2020. Vol. 30. Issue 1. Pp. 145-152. DOI: 10.35634/ 2412-9593-2020-30-1-145-152. (In Russ.).

18. Maleina M. N. Lichnye neimushhestven-nye prava grazhdan (ponyatie, osushhestvlenie i zashhita): dis. ... d-ra yurid. nauk [Personal Non-Property Rights of Citizens (Concept, Implementation and Protection): Dr. jurid. sci. diss.]. Moscow, 1997. 431 p. (In Russ).

19. Maleina M. N. Pravo na taynu i nepri-kosnovennost' personal 'nykh dannykh [A Right to Secrecy and Inviolability of Personal Data]. Zhur-nal rossiyskogo prava - Journal of Russian Law. 2010. Issue 11 (167). Pp. 18-28. (In Russ.).

20. Povarov Yu. S. Geneticheskaya pasporti-zatsiya naseleniya: voprosy pravovogo regulirova-niya [Genetic Passportization of the Population: Issues of Legal Regulation]. Pravovoe regulirova-nie genomnykh issledovaniy: vzglyad molodezhi. I Mezhdunarodnaya nauchno-prakticheskaya kon-ferentsiya, g. Samara, 26 iyulya 2019 g. : Sbornik nauchnykh statey [Legal Regulation of Genomic Research: Youth Perspective. I International Scientific and Practical Conference, Samara, July 26, 2019: Collection of Scientific Articles]. Samara, 2019. Pp. 58-62. (In Russ.).

21. Popova O. V. Geneticheskiy pasport che-loveka i vozmozhnosti ego polucheniya grazhda-nami Rossii [Genetic Passport of a Person and the

Possibility of Obtaining It by Russian Citizens].

Pravo i gosudarstvo: teoriya i praktika - Law and State: The Theory and Practice. 2019. Issue 7 (175). Pp. 14-19. (In Russ.).

22. Rassolov I. M., Chubukova S. G. Vnutrio-traslevye printsipy obrabotki geneticheskoy infor-matsii [Intrabranch Principles of Genetic Information Processing]. Aktual'nye problemy rossiyskogo prava - Actual Problems of Russian Law. 2019. Issue 5 (102). Pp. 98-110. DOI: 10.17803/19941471.2019.102.5.098-110. (In Russ.).

23. Rassolov I. M., Chubukova S. G., Bayga-rin R. T., Stukalov A. S. Teoreticheskie problemy pravovogo regulirovaniya ispol'zovaniya geneticheskoy informatsii v Rossii i Evrosoyuze. Na pri-mere takikh stran, kak Frantsiya i Germaniya [Theoretical Problems of Genetic Information Legal Regulation in Russia and the European Union. A Case Study of France and Germany]. Zakon i pravo - Law and Legislation. 2019. Issue 9. Pp. 24-29. DOI: 10.24411/2073-3313-201910390. (In Russ.).

24. Rassolov I. M., Chubukova S. G., Miku-rova I. V. Analiz vozmozhnogo primeneniya k re-gulirovaniyu otnosheniy po povodu geneticheskoy informatsii institutov personal 'nykh dannykh, lich-noy tayny, vrachebnoy tayny [Analysis of Possible Application of Personal Data, Personal Secrets, and Medical Confidentiality to the Regulation of Relations Concerning Genetic Information]. Lex Russica. 2020. Issue 4 (161). Pp. 143-151. DOI: 10.17803/1729-5920.2020.161.4.143-151. (In Russ.).

25. Romanovskiy G. B., Tarusina N. N., Mokhov A. A., Romanovskaya O. V. Biomeditsins-koe pravo v Rossii i za rubezhom: monografiya [Biomedical Law in Russia and Abroad: Monograph]. Moscow, 2015. 364. (In Russ.).

26. Ruzanova V. D., Belyakov V. I. Problemy legalizatsii ispol'zovaniya geneticheskikh tekhno-logiy i dannykh tsirkadiannoy fiziologii v sfere professional 'nogo otbora [Problems of Legalizing the Use of Genetic Technologies and Circadian Physiology Data in the Professional Selection System]. Yuridicheskiy vestnik Samarskogo universiteta -Juridical Journal of Samara University. 2020. Vol. 6. Issue 2. Pp. 28-35. DOI: 10.18287/2542-047X-2020-6-2-28-35. (In Russ.).

27. Ruzanova V. D. Voprosy realizatsii po-tentsiala grazhdansko-pravovogo regulirovaniya v sfere zashhity prav grazhdanina pri ispol'zovanii

geneticheskoy informatsii [Issues of Realization of the Potential of Civil Law Regulation in the Field of Protection of Citizens' Rights in the Use of Genetic Information]. Sbornik statey Natsional'noy nauchno-prakticheskoy konferentsii, posvyashhen-noy 75-letiyu Pobedy v Velikoy Otechestvennoy voyne 1941-1945 gg. i 90-letiyu so dnya rozhde-niya d.yu.n., professora, akademika Akademii sot-sial 'nykh nauk RF, zasluzhennogo yurista Respub-liki Bashkortostan Marka Semenovicha Ordansko-go (Ufa, 10-11 aprelya 2020 g.) [Collection of Articles of the National Scientific and Practical Conference Dedicated to the 75th Anniversary of the Victory in the Great Patriotic War of 19411945 and the 90th Anniversary of the Birth of Mark Ordansky, Doctor of Law, Professor, Academician of the Academy of Social Sciences of the Russian Federation, Honored Lawyer of the Republic of Bashkortostan (Ufa, April 10-11, 2020)]. 2020. Pp. 246-251. (In Russ.).

28. Sergeev Yu. D., Mokhov A. A., Yavor-skiyA. N. Pilotnyy (eksperimental'nyy) pravovoy rezhim dlya otechestvennoy biomeditsinskoy nauki i praktiki [Pilot (Experimental) Legal Regime for National Biomedical Science and Practice]. Medit-

Информация об авторах:

Е. М. Тужилова-Орданская, доктор юридических наук, профессор, зав. кафедрой гражданского права Башкирский государственный университет 450076, Россия, г. Уфа, ул. Заки Валиди, 32

ORCID: 0000-0001-5529-7946 ResearcherlD: Н-3662-2016

Е. В. Ахтямова, кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры гражданского права Башкирский государственный университет 450076, Россия, г. Уфа, ул. Заки Валиди, 32 ORCID: 0000-0002-7454-5041 ResearcherID: ААК-5547-2021

sinskoe pravo - Medical Law. 2019. Issue 4. Pp. 3-13. (In Russ).

29. Trofimenko A. V. Problemy teorii nema-terial 'nykh ob ' 'ektov (grazhdansko-pravovoy aspekt): dis. ... d-ra yurid. nauk [Problems of the Theory of Intangible Objects (Civil Law Aspect): Dr. jurid. sci. diss.]. Saratov, 2004. 399 p. (In Russ).

30. Tuzhilova-Ordanskaya E. M. Metodolo-gicheskiy podkhod k issledovaniyu veshhnykh prav v tsivilisticheskoy nauke [Methodological Approach to Research on Real Rights in the Science of Civil Law]. Metodologicheskie problemy tsivi-listicheskikh issledovaniy - Methodological Problems of the Civil Law Researches. 2019. Vol. 1. Issue 1. Pp. 382-398. DOI: 10.33397/2619-05592019-1-1-382-400. (In Russ.).

31. Chemeris A. V., Anisimov V. A., Ami-nev F. G. Aktual 'nye voprosy pravovogo reguliro-vaniya sozdaniya i funktsionirovaniya baz dannykh genoma cheloveka [Current Issues of Legal Regulation of Human Genome Databases Creating and Functioning]. Pravovoe gosudarstvo: teoriya i praktika - The Rule-of-Law State: Theory and Practice. 2020. Issue 2 (60). Pp. 134-144. DOI: 10.33184/pravgos-2020.2.12. (In Russ.).

About the authors:

E. M. Tuzhilova-Ordanskaya

Bashkir State University

32, Zaki Validi St., Ufa, Russia, 450076

ORCID: 0000-0001-5529-7946 ResearcherID: H-3662-2016

E. V. Akhtyamova

Bashkir State University

32, Zaki Validi St., Ufa, Russia, 450076

ORCID: 0000-0002-7454-5041 ResearcherID: AAK-5547-2021