Наездница взяла судебное препятствие

Наездница взяла судебное препятствие

Со второй попытки мастеру спорта вместо реального срока дали условный

Как стало известно “Ъ”, четыре года лишения свободы условно получила призер чемпионата мира и этапов Кубка мира, мастер спорта по выездке, участница сборной России Елизавета Трощенкова. Ей вменялось в вину фиктивное трудоустройство в АО «Особые экономические зоны» (ОЭЗ, на 100% принадлежит государству). За год с небольшим она получила там почти 3,8 млн руб., которые, правда, успела добровольно вернуть еще до возбуждения уголовного дела. По всей видимости, именно этим и объясняется относительно мягкое наказание. Отметим, что два года назад 28-летняя госпожа Трощенкова получила за это преступление три года колонии, но приговор был обжалован и отменен.

Елизавета Трощенкова

Фото: vk.com/troshenkoval

Рассматривать уголовное дело об особо крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ) в отношении Елизаветы Трощенковой, замдиректора АО «Особые экономические зоны» Владимира Губанова, который является супругом наездницы, и его коллеги Андрея Петрова столичным судам пришлось дважды. В июне 2019 года Симоновский райсуд Москвы признал всех троих виновными в фиктивном трудоустройстве госпожи Трощенковой в департамент строительства ОЭЗ сначала на должность инженера с окладом 70 тыс. руб. в месяц, а затем — старшего эксперта с окладом 90 тыс. руб.

В общей сложности с марта 2016 по апрель 2017 года госпожа Трощенкова успела получить в ОЭЗ в качестве зарплаты, премий и прочих выплат почти 3,8 млн руб.

Организаторами мошеннической схемы суд признал супруга наездницы Владимира Губанова и директора департамента организационного и информационного обеспечения ОЭЗ Андрея Петрова. В итоге последние двое получили по четыре года колонии общего режима каждый, а Елизавета Трощенкова — три года.

Этот приговор был обжалован как прокурором, так и всеми адвокатами осужденных. Впрочем, если первый усмотрел в деле лишь формальные нарушения, то защитники назвали решение суда «незаконным, необоснованно суровым и несправедливым». Например, адвокат господина Губанова Софья Хорава в апелляционной жалобе утверждала, что вина ее подзащитного не подтверждается исследованными в суде доказательствами, а сам факт обмана сотрудников ОЭЗ со стороны всех троих отсутствует. При этом госпожа Хорава полагала, что в действиях ее клиента можно усматривать разве что признаки халатности (ч. 1 ст. 293 УК РФ).

Настаивали на переквалификации действий своей подзащитной и адвокаты Елизаветы Трощенковой. По их мнению, если в ее действиях и усматриваются противоправные деяния, то они должны быть квалифицированы по ч. 1 ст. 30 и ч. 4 ст. 159.2 УК РФ (покушение на мошенничество при получении выплат). При этом адвокаты, как и сама спортсменка, подчеркивали, что деньги ей были не нужны, а фиктивно трудоустроилась в ОЭЗ она лишь для получения трудового стажа и записей в трудовую книжку. Из материалов же дела следовало, что всю незаконно полученную сумму госпожа Трощенкова вернула еще до возбуждения уголовного дела, то есть сразу же, как махинации выявила ФСБ.

Но судя по всему, главным основанием для отмены приговора и возвращения дела прокурору ЦАО Москвы стало все же нарушение территориальной подсудности, на что также обращала внимание защита осужденных.

Как выяснилось, банк, перечислявший зарплату на карту Елизавете Трощенковой, располагается на территории, которая относится к юрисдикции не Симоновского, а Замоскворецкого райсуда Москвы. Последний и рассматривал повторно это дело начиная с августа прошлого года. Его фабула, судя по приговору, который опять оказался обвинительным, особых изменений не претерпела. Суд вновь не поверил доводам госпожи Трощенковой о том, что в ОЭЗ супруг устроил ее исключительно «для стажа» и она понятия не имела, кто и за что ежемесячно в течение года перечислял ей на банковскую карту денежные средства.

Впрочем, на этот раз во время прений гособвинитель запросил реальные сроки наказания только для мужчин: четыре года колонии общего режима для Владимира Губанова и три — для Андрея Петрова. Елизавету Трощенкову прокурор просил приговорить к трем годам условно. Суд же пришел к выводу, что исправление всех троих подсудимых возможно без изоляции от общества и назначил каждому из них по четыре года условно.

Защита осужденных комментировать решение суда не стала. Но судя по тому, что ранее в апелляционной инстанции адвокаты просили назначить своим клиентам именно условные наказания, исход нынешнего процесса их, вероятнее всего, вполне устроил.