55 лет без Сталина

ГУДОК

27 октября 1953 года

Никита Трушин чувствовал себя на вокзале как дома. Его родители — артисты эстрады, и мальчику приходится много путешествовать. На Киевском вокзале он не в первый раз.

Володя Лушицкий и Никита Трушин пришли в комнату матери и ребенка. И вот Никита с Володей в "игралке". У Володи разбежались глаза: сколько здесь игрушек, книг. И все такие красивые! Обласканные и согретые теплой заботой, покидали комнату матери и ребенка большие и маленькие пассажиры.

КРАСНАЯ ЗВЕЗДА

28 октября 1953 года

За последнее время в официальной американской авиационной печати, в английском авиационном журнале "Флайт" появились статьи, посвященные "золотой годовщине полета аэроплана братьев Райт". Американская пропаганда всячески пытается доказать первенство братьев Райт в создании самолета.

В нашей стране никто не отрицает того факта, что братья Райт в 1903 году построили аэроплан. Но если говорить правду, то американцы братья Райт не были первыми людьми, построившими самолет. Тщательно исследованные архивные документы говорят о том, что более чем за двадцать лет до Райтов в России русским изобретателем А. Ф. Можайским был построен самолет. По пути Можайского, а не по пути Райтов стала развиваться авиация во всех странах мира.

КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА

31 октября 1953 года

Много раз молодежь нашего района заявляла о своем желании послушать лекторов обкома комсомола. Шли месяцы, годы... Обком обещал, но лекторы так и не приезжали. Неожиданно нам "повезло" — прибыл лектор ЦК ЛКСМ Украины тов. Буллах, чтобы прочитать лекцию "О революционной бдительности советских людей". Что же из этого вышло? Ничего вразумительного лектор так и не сказал. А когда в колхозе имени Калинина после лекции молодежь попыталась задать вопросы, лектор грубо отказался отвечать на них.

На второй день он заявил:

— Сегодня я должен прочитать пять (!) лекций!

Никто, конечно, не разрешил ему этого. К нам приехал не лектор, а халтурщик.

Из воспоминаний Н. С. Хрущева

После смерти Сталина у нас остался неподписанный мирный договор с Австрией (30 октября 1953 года в Австрии началась всеобщая забастовка против оккупации страны.— "Власть"). Хотя Австрия сама в старом ее понимании не воевала с нами, но она входила в состав Германии, когда Гитлером была начата война против СССР. После разгрома фашизма Австрия была вновь выделена в самостоятельное государство, и с ней следовало заключить отдельный мирный договор. Мы сами тяготились устаревшими отношениями, которые существовали между Австрией и СССР. Ведь наши страны формально находились в состоянии войны. Следовательно, их контакты не могли нормально развиваться. В Вене нашего посольства не имелось. Правда, мы в нем особенно не нуждались, поскольку наши войска находились в Вене и мы к тому же все еще оккупировали значительную часть Австрии (по-моему, четверть страны). Тогда между США, Англией, Францией и СССР были разделены на зоны оккупации как Германия, так и Австрия. Берлин и Вена тоже были разделены на такие зоны-секторы.

В Австрии у нас имелась собственность — заводы, которыми мы управляли и где вели хозяйственную деятельность. Они ранее принадлежали германским капиталистам и были после войны конфискованы. Все это тоже усложняло дело. Надо было решить, как поступить с этой собственностью. На заводах трудилось довольно много рабочих, хотя, как правило, заводы были не крупными, а скорее мелкими или средними. Их оборудование и технология устарели, и без реконструкции там невозможно было достичь высокой производительности труда и вести производство на хорошем экономическом уровне, чтобы получать прибыль и обеспечивать высокую оплату труда. А иначе мы не могли поступить как социалистическая страна, имеющая собственность, где работают австрийцы. Негоже, чтобы эти рабочие зарабатывали меньше, чем трудившиеся на капиталистических предприятиях. Для нас возникла довольно серьезная проблема. Выжать достаточно из устаревшего оборудования мы никак не могли, да и с капиталистами конкурировать на такой базе было сложно. У них имелись опыт управления и высококвалифицированные руководящие и инженерно-технические кадры. Собрали мы туда все лучшее, но наиболее крупные специалисты ушли от нас на капиталистические предприятия, потому что лично выступали против социалистической системы... И тогда у нас возникло сомнение: нужно ли нам в Австрии вообще иметь свою собственность? Ведь может создаться невыгодное впечатление у общественности при сравнении условий труда на предприятиях, которые принадлежат социалистическому государству, с условиями работы на современных, оснащенных новым оборудованием капиталистических предприятиях, где существовали условия, необходимые для ведения хозяйства на высоком уровне...

Беспокоило нас и пребывание советских войск в Австрии. Ведь мы развернули усиленную борьбу по обеспечению мирного сосуществования стран с различными социальными системами, значит, и за вывод войск с чужих территорий. А тут, оказывается, сами имеем войска в Австрии, которая не была зачинщиком войны. Война вот уже сколько лет как кончилась, а мы никак не решим вопрос об оформлении результатов окончившейся войны и заключении мирного договора. Сталин сам не раз поднимал этот вопрос. Когда Сталин умер, наша лодка плыла по прежнему руслу, им проложенному, хотя все мы чувствовали, что это ненормально. Касательно мирного договора с Австрией у меня тоже возникла мысль, что надо кончать с этим делом. Молотов, опять ставший мининдел, не проявлял инициативы, и я решил взять ее на себя.... Молотов резко возражал... В то время я был уже первым секретарем ЦК партии и мой голос был весомым. Само мое положение обязывало меня теперь проявлять инициативу. Таким образом, вопрос был практически решен.

Рубрику ведет Евгений Жирнов