Локативные конструкции в художественном тексте

УДК 81.366:812.512.157 ББК 81—2 (634.1)ю14

Н. Н. Ефремов

г. Якутск, Россия

Локативные конструкции в художественном тексте

Рассматривается структура и семантика локативных конструкций в прозаических текстах. В данных текстах представлены локативные конструкции двух структурных типов -элементарные простые и полипредикативные построения. При этом подобные конструкции во многих случаях функционируют в составе полипредикативных конструкций непространственного значения. В образовании же локативных конструкций участвуют пространственные падежи, а также послелоги и наречия.

Ключевые слова: локативность, структура, элементарная простая конструкция, полипре-дикативное предложение.

N. N. Yefremov

Yakutsk, Russia

Locative Constructions in the Literary Text

The article discusses the structure and semantics of locative constructions in prosaic texts. Locative constructions represented in the texts under study are of two structural types - elementary simple and polypredicative structures. It should be noted that such constructions in many cases function within polypredicative constructions with non-spatial meaning. At the same time the formation of locative constructions is possible due to spatial cases as well as postpositions and adverbs.

Keywords: locativity, structure, elementary simple construction, polypredicative sentence.

Локативными конструкциями называются синтаксические структуры, которые употребляются для обозначения пространственных (локативных) отношений. Под локативными отношениями подразумевается соотнесённость предмета/ситуации с определённой точкой пространства, где происходит их бытие [4, с. 9].

Обсуждаемые конструкции представляются в виде элементарных простых и полипредикативных конструкций (ЭПК, ППК). ЭПК - синтаксическая структура, «состоящее только из предиката и его актантов (сказуемое, подлежащее и дополнения), или включающее также обстоятельства и даже определения» [6, с. 13]. ППК означает «род, к которому принадлежит и сложное предложение, и конструкции, в разных отношениях отклоняющиеся от эталонного представления о сложном предложении, но содержащие как минимум два предикативных звена» [5, с. 4]. Если первые -ЭПК - ещё не получили специального изучения, то ППК были освещены в рамках монографии, посвящённой рассмотрению их системы, структуры и семантики [2]. А основные проблемы исследования данных конструкций были описаны в другой нашей работе [3].

В образовании подобных локативных конструкций участвуют лексические и грамматические средства. К первым относятся пространственные глаголы и наречия, ко вторым - падеж-

ные и послеложные формы. В ППК в отличие от ЭПК, в которых описывается одна определенная ситуация с пространственным смыслом, локативное значение выступает в виде связи и отношения двух или более пространственных ситуаций.

В данной статье на материале художественного текста - рассказов народного писателя Якутии Н. Е. Мординова (Амма Аччыгыйа) «Аччы-гыйа ааспыт» («Прошел младший»), «Балаган иhэ» («В юрте») [1] - исследуются структурносемантические особенности локативных конструкций.

Рассмотрим эти особенности.

I. Локативные конструкции в рассказе «Ач-чыгыйа ааспыт».

В этом рассказе употребляются падежные, послеложные, наречные конструкции, из которых наиболее частотны падежные.

Падежные конструкции оформляются, прежде всего, показателем дательного, а также орудного, винительного падежей. Они встречаются в составе следующих построений в качестве того или иного структурного компонента. При этом названные структуры имеют место, прежде всего, в моносубъектных ППК подчинительного - синтетического - типа в качестве их зависимых или главных предикативных единиц (ЗПЕ/ГПЕ).

1. Локативная конструкция - ГПЕ моносубъ-ектной полипредикативной

© Н. Н. Ефремова, 2011

77

конструкции, выражающей определённое синтаксическое отношение:

а) отношение общего следования. ГПЕ - локативная конструкция - с обстоятельством места в форме дательного падежа (атыттарга ‘к другим’) описывает перемещение субъекта (халба-рыйар ‘переходит’) от одного локума к другому, которые представляются в виде одушевлённых объектов и подобное отношение имеет не собственно пространственное, а переносное значение, подчеркивая в данном случае непостоянность чувств персонажа рассказа: Биирдии нэдиэлэ^э иккилии кыыкы «куручуу» гынан баран, атыттарга халбарыйар... В каждую неделю он завоёвывает сердца двух девушек, и переходит к другим [1, с. 6];

б) значение цели. Локативной структурой с показателем орудного падежа, которая в нижеследующей фразе функционирует в качестве ГПЕ, изображается перемещение субъекта внутрь пространства через необорудованный проход (тYHHYгYHэн ‘через окно’), что в художественном тексте передаёт образ слишком настойчивого персонажа. Данный локум ( в дом) в структуре фразы не обозначен, так как он представляется контекстуальными условиями высказывания: [Печорин] ... таптыыр дьахтарын кытта сэhэргэhэн абы-ранаары, тYHHYгYHэн даманы киирэр [Печорин] чтобы поговорить от души с любимой женщиной, залезает (в её дом) даже через окно [1, с. 4] ;

в) значение неполной одновременности. Динамической бытийной конструкцией, функционирующей во фразе (см. ниже) в качестве предикативной основы ЗПЕ, описывается длящееся однонаправленное движение субъекта. При этом локативной структурой с показателем винительного падежа, представляющей собой ГПЕ этого высказывания, обозначается дальнейшее движение субъекта, который прошел мимо определённого (знакомого ему) объекта, находящегося на трассе движения. В тексте рассказа фраза с подобным пространственным отношением используется для раскрытия образа героя, который регулярно меняет своих знакомых (девушек): ... «кинини» кыта-ры аргыстаhан ^эццин, миигин билбэтэх курдук ааспыт эбиккин дии ‘. ты шел вместе «с ней», и, прошел мимо меня, будто не заметил’ [1, с. 5].

2. Локативная конструкция в качестве ЗПЕ ППК неполной одновременности. ЗПЕ в структуре нижеследующей ППК характеризуется временным значением, однако её предикативная основа представляется локативной конструкцией, передающей однонаправленное движение субъекта к определённому локуму - конечному пункту (дому). Из характера лексико-грамматического наполнения позиции зависимого предиката (твннвн ^эн ‘возвращаясь’) понятно, что указанный конечный

пункт движения (дьиэтигэр ‘домой’) является исходной точкой, из которой субъект первоначально удалился. Потому в рассматриваемом случае имеет место отношение установления субъектом прежних пространственных отношений: Ваня дьиэтигэр твннвн ^эн, уулусса^а Маняны кврсв тYстэ [1, с. 8] ‘Ваня возвращался домой, и вдруг встретил на улице Маню’.

Локативная конструкция встречается также в составе сложносочиненного предложения, например, в качестве его препозитивной предикативной единицы со значением местонахождения (см. пример ниже). При этом в семантической структуре рассматриваемого сложносочиненного предложения является актуальным не пространственное, а причинно-следственное отношение, поскольку последнее суть синтаксическое значение данного бессоюзного сложного предложения: Мин иннилэ-ригэр олоортум, кэтэхпэр кини тыынара кэрэтэ биллэргэ дылы этэ [1, с. 4] ‘Я сидел впереди их, казалось, будто чувствовалась прелесть её дыхания’.

Конструкции с пространственной семантикой проявляются и в построениях прямой речи разного коммуникативного типа: побудительного, вопросительного, повествовательного.

Дьэ, хата, «Саха омук» кулуубар барыахха [1, с. 6] ‘Лучше, пойдем в клуб «Народа саха»’;

Эн миэхэ тоЬо сылдьыбаккын? [1, с. 6] ‘Почему ты не заходишь ко мне’;

Коля бYгYH куруоhуокка суох дии [1, с. 6] ‘Сегодня Коли нет же на кружке’.

В нижеследующей фразе, сказуемое которой представлено предикативным узлом (подлежащее + сказуемое), описывается однонаправленное движение субъектов по трассе (Новгородов уулус-сатынан ‘по улице Новгорода’), что устанавливается посредством слухового восприятия автором скрипа их шагов (атахтарын тыаhа хоочургуу турда ‘продолжали скрипеть их шаги по утоптанному снегу’). Сказуемое зависимой предикативной единицы выражается аналитической глагольной формой - деепричастие на -уу (хоочургуу) с звукоподражательным значением + служебный глагол со значением длительности (тур-), подлежащее представляется притяжательным именем тыаhа:

Манялаах Ваня (атахтарын тыаhа Новгоро-дов уулуссатынан

хоочургуу турда) [1, с. 7] ‘Маня с Ваней удалялись: были слышны, как

скрипят их шаги по утоптанному снегу на улице Новгородова’.

А в следующей фразе актант локализатор, то есть предметный участник ситуации, который

являет собой место, куда направляются субъекты, представлен в виде наречия (соЬуруу):

Ваня Мэхээлэ Ивановтуун соЬуруу Yврэнэ ба-раары сылдьаллар [1, с. 7]

‘Ваня с Михаилом Ивановым собираются поехать учиться в центр’.

II. Локативные конструкции в рассказе «Балаган иhэ».

По сравнению с предыдущим рассказом в тексте этого рассказа обсуждаемые конструкции имеют относительно большее употребление.

Они тоже встречаются в составе различных построений в качестве их необходимых структурно-семантических компонентов:

1) в прямой речи, имеющей форму восклицания, а также в косвенной речи с вопросительным содержанием. В нижеследующих фразах с подобными же значениями пространственные сказуемые выражены фразеологическим оборотом и глаголом бар-, кроме того во втором высказывании использовано вопросительное местоимение с локативным значением - ханна ‘куда’:

- Били балай эмиэ хайа Yвдэццэ дьвлв тYстэ! Ийэц ханна барда диибин

дии, ... [1, с. 9] ‘Этот слепец опять куда-то пропал! Спрашиваю, ведь, куда ушла твоя мать.’;

2) в речи автора, которая представлена моно-субъектной ППК с 8 зависимыми предикативными единицами, из которых три характеризуются локативными предикативными основами. Это ЭПК некаузативного перемещения субъекта внутрь помещения, ЭПК каузативного перемещения объекта куда-либо, ЭПК прибытия субъекта куда-либо: ... диэбитинэн вс-са^а буолан охсур^аланан, дьиэ такыттан киирээт, Холлой Мэхээлэ YтYЛYгYH-бэргэкэтин уца ороццо «тарк»гына быра^ан, нэк истээх сонун, «YтYвтYH кврдYHнэр» диэбиттии, нэлэччи тиэрэ быра^ан баран уот иннигэр кэлэн, муус курдук тоцмут ынах этэрбэкин локур^аччы тэбиэлии-тэбиэлии, илиитин ититэ турда [1, с. 9] ‘[с такими] словами Холлой Михаил, зайдя с улицы сильно раздраженный, махая руками, резко скинул свои рукавицы и шапку на правые нары, сбросив раскинутым свое пальто с облезлой меховой подкладкой, будто нарочно, чтобы показать его убогость, стоял у камелька, отогревая озябшие руки, громко стуча мерзлыми как лед торбасами из коровьей кожи’;

3) в качестве ГПЕ моносубъектной ППК с целевым значением. ГПЕ в форме предикативной основы обозначает перемещение субъекта из одного замкнутого локума (собственного жилого помещения) в другой (соседское жилое помещение), что выражается глаголом та^ыс - ‘выходить’ в сочетании с именем в дательном падеже ыалга. Исходный же пункт перемещения уста-

навливается из контекста предложения: Таhараа ыалга бурдугун тарда тахсыбыта [1, с. 9] ‘Она пошла/вышла к соседям молотить хлеб’;

4) в моносубъектной ППК, ГПЕ которой характеризуется значением локации и образа действия: Таhараа ыалга кэпсэтэн кэ^ийэ олордо^о дии ‘Она точно сидит у соседей, ораторствуя’ [1, с. 9].

5) в дополнительных СПП, предикативная основа ЗПЕ которых представлена ЭПК локации.

А. СПП, подобная основа которой характеризуется также и значением образа действия: (Хацас ороццо утуйар тацас элээмэтэ кувдэллэнэ сытарын) эЫтэ охсуолаамахтаан, татыр курдук хаппыт эргэ кулун бэргэhэтин булан кулга-ахтарыттан ботуччу тутан баhыгар тардыа-лаамахтаан баран, онньо^унан барбыт улахан киЫ этэрбэЫн кэтэ сылдьарын хайьАар курдук сыыйа тэбэн саллыр^айдаан, аанын хаста эмэтэ нэмийэ-нэмийэ YтYPYйэн, «аа-айабын, аа-айабын» диэххэ айылаах хаахынатан тахсан барда [1, с. 9-10] ‘[Мальчик] Резко откинув худую постель, разбросанную на левых нарах, нашел свою грубую старую шапку из шкуры жеребенка и ,схватив за наушники, натянул ее на свою голову, шлепая как на лыжах покосившимися торбасами взрослого человека, которые были на его ногах, направился к выходу и несколько раз надавил изо всех сил на дверь [юрты], открыл её, издавая протяжные и хриплые скрипы, подобные стонам от боли; вышел и пошел’.

Б. Послеложные СПП, предикативные основы которых - ЭПК со значением топологической локации. Эти структуры передают значение несопро-странственности - близости - локализуемого объекта по отношению к другому объекту - локализа-тору. ГПЕ такой конструкции представляется ЭПК перемещения, помещения. При этом ГПЕ характеризуется формой моносубъектной конструкции с четырьмя предикативными частями, из которых три являются локативными: [Холлой] (кэтэ^эриин орон аттыгар Yс атахтаах твгYPYк остуол тура-рын) уот иннигэр соЫн атаман, сирэйин баттыа-лаамахтаан тYврэцнэтэн баран, о^х кэнниттэн мас сыыАын булан а^алан, остуол биир ата^ын анныгар кыбытта [1, с. 10] ‘[Холлой] притащил напротив камелька круглый стол на трёх ножках, который стоял возле нар, расположенных против входа в юрту, надавил на столешницу, шатая стол, принёс щепку, что нашёл за камельком, и втолкнул под одну из ножек стола’.

В. СПП, ГПЕ которого представлена ЭПК со значением перемещения чего-либо куда-л. (отношение адлокации): (Хацас долбуурга кытыйалар туралларын), биир-биир ылаттаан кврутэлээн, бииртэн YYт булан, аара омурдан кэбиhэ-кэбиhэ, а^алан остуолугаруурда [1, с. 10] ‘Он взял пооче-

редно чаши, которые стояли на правой полке; посмотрел - в одной обнаружил молоко; понёс её, на ходу выпивая из неё , и положил на стол’.

Г. СПП, ГПЕ которого характеризуется значением перемещения объекта. При этом локализа-тор - место, куда перемещается объект - не имеет специального показателя, потому он сигнализируется контекстом: (Чаанньык оргуйан бахсарыйа турарын), ырбаахытын сиэ^ин ууннары тутан такааран хаппа^ын ака биэрэн, (чэй быыбакка-та турбутун) тула сотон уутугар тYkэрээри свMYйэтин букаран, CYP тYргэнник айа^=ар ба-тары биэрээт, тугу эрэ вйдввбYт курдук, тура тYстэ [1, с. 10] ‘Он с помощью растянутого рукава своей рубахи снял с камелька чайник, который сильно кипел; открыл быстро крышку; обтирая с неё прилипшую чайную выварку указательным пальцем, чтобы спустить её обратно в кипяток, ошпарился; моментально засунул палец в рот и вдруг застыл, словно успел вспомнить о чём-то’.

Д. СПП, ГПЕ которого представлена моносубъектной ППК с двумя ЗПЕ. Предикативные основы являют собой ЭПК с локативными значениями: основа ЗПЕ1 - ЭПК некаузативного перемещения (локализатор - онно), ЗПЕ2 - ЭПК каузативного перемещения объекта (исходный пункт -Yгэхтэн, конечный подсказывается контекстом), постпозитивная предикативная единица - ЭПК локации (позиции) и физиологического действия. ЗПЕ СПП - ЭПК локации (местонахождения):

(Онно баран), (угэхтэн (икки тэриэлкэ^э арыы, токутталаммыт лэппиэскэ баарын) сул-бу ойутан такааран), [им-ньим акыы олордо] [1, с. 10] ‘Пошел туда и достал из погреба масло, ломтики лепёшки, которые были на двух тарелках, и сидел безмолвный, кушал’.

Е. СПП, дополнительная ЗПЕ которой характеризуется в виде моносубъектной конструкции с двумя ЗПЕ. ЗПЕ1 -урут Бакылай о^онньордооххо эстэрээппэ буолан - имеет причинный смысл, ЗПЕ2 (буралла-саралла) - значение образа действия. Кроме того, данное СПП наряду с дополнительной ЗПЕ снабжается и другой ЗПЕ, имеющей значение образа действия (тацака-саба тырыта сытыйа).

[Кини] (урут Бакылай о^онньордооххо эстэрээппэ буолан) (буралла-саралла), (тацака-саба тырыта сытыйа) сылдьарын) квруллэрэ [1, с. 10] ‘Раньше видели, как она будучи стряпухой в доме старика Василия ходила очень неопрятная, неухоженная, в сильно поношенной, порванной одежде’.

Как и в предыдущем рассказе в тексте рассматриваемого прозаического произведения имеет место предложение со сказуемым, выраженным финитной предикативной структурой -подлежащее+сказуемое (см. пример ниже). Если

в первом случае в подобной структуре был использован предикат, выраженный звукоподражательной глагольной формой (хоочургуу), то в этом рассказе употребляется аналитический глагол, образованный на базе изобразительного слова -«ханньах-мунньах».

Уонна тиэтэйэ-саарайа хотон диэки хааман (ыстаанын кэннэ, тойонун элэк гыммыттыы, (атыллаата^ын аайы) «ханньах-мунньах» гына турда) [1, с. 10] ‘И он поспешно шагал в сторону коровника: при каждом его шаге задняя часть его штанов перекашивалась, будто насмехаясь над своим хозяином’.

Данное предложения состоит из двух частей: ЗПЕ со значением причинной зависимости и финитная предикативная структура. Предикативная основа ЗПЕ - ... хотон диэки хааман - являет собой ЭПК со значением движения субъекта в определенном направлении, предикативная структура, в свою очередь, представляет собой форму синтетико-аналитического (послеложного) СПП с временной ЗПЕ (с повторяющимися событиями) -атыллаата^ын аайы.

Моносубъектные ППК, как известно, описывают определённые связи и отношения тех или иных событий, соотнесённых с одним субъектом. Например, в тексте обсуждаемого рассказа (см. пример ниже) употребляется ППК с четырьмя ЗПЕ, которые характеризуются соответственно значениями времени (следования), цели, образа действия.

Бугун (от тиэйэн икэн), (Бакылай

оЬонньордооххо иттэ киирээри), (Чолооску Сэмэн илэтиискэни кврсвн) (бырыылаан) биэс сыар^а оту сууйтэрэн кэбистэ [1, с. 10] ‘Сегодня, когда он вёз сено, зашёл, чтобы погреться, в дом старика Василия, встретил картёжника, шулера Семена Чолоску, и сыграл [с ним] в «три листика» [в карты], и проиграл пять воз сена’.

В приведенном примере предикативными основами ЗПЕ описываются как локативные, так и другие события (пропозиции). Предикативной основой ПЕ с временным смыслом обозначается значение однонаправленного движения субъекта с целевым оттенком, подобной же основой ЗПЕ цели - вступление субъекта внутрь чего-л. (в жилище), основой ЗПЕ образа действия - восприятие кого-л., основой второй ЗПЕ со значением образа действия - деятельность.

Нижеследующая фраза тоже имеет форму моносубъектной ППК, в которой наряду с временным значением (отношением следования) и семантикой образа действия, также обозначается дополнительное (объектное) отношение.

Свдувччуйэ (мээккэтин чабычахха тутан) (киирэн) (остуолга ууран баран), (былаатын умса бааммытын) квннвруннэ [1, с. 11] ‘Феодосия за-

шла с чашей муки на руках, и, положив её на стол, поправил свой платок, завязанный вниз’.

В этом предложении ЗПЕ - мээккэтин ча-бычахха тутан - в качестве ЭПК описывает помещение объекта где-либо каким-л. образом, следующая ЗПЕ (киирэн) обозначает вступление субъекта внутрь чего-л. (юрты), что (локализатор) имеет имплицитное выражение; третья ЗПЕ передает перемещения чего-л. (муки в чаше) куда-л. (на стол), дополнительная ЗПЕ (былаатын умса бааммытын) выражает приведение объекта в прежнее состояние.

Если вышерассмотренные СПП с показателем винительного падежа характеризуются дополнительным - объектным - значением, то аналогичная фраза, которая приводится ниже, в зависимости от лексико-грамматического наполнения её состава передаёт не объектное, а противительное отношение:

(Хара^ым одурууна дэлби YYHэн),

(тулуппата^ын) (Алааппыйа кыыска Yргэтэ

тYhээри гыммыппын) (ситэ Yргэппэккэ),( ити уол тахсан киллэрдэ [1, с. 11] ‘Когда у меня трахома сильно разрослась, стала очень беспокоить, я её хотела отщипывать как-нибудь, попросив девушку Агафью, но этот мальчик, не дав возможности до конца отщипывать, пришел [ко мне] и повел меня обратно’.

Выводы. В рассказе «Аччыгыйа ааспыт» употреблено всего 9 конструкций с локативным

значением, тогда как в другом рассказе («Балаган иЬ1э») 26 локативных структур. При этом надо учесть и тот факт, что текст первого рассказа по сравнению со вторым в полтора раза больше (соответственно, 6 и 4 с.).

Подобное явление связано с сюжетными особенностями обсуждаемых текстов. Если первый текст (1) в основном характеризуются социальнопсихологическими событиями, то второй (2) - событиями этносоциального плана.

В (1) встречаются конструкции с показателем орудного, дательного падежей, обозначающими пространство, по которому движется субъект (транслокативное отношение), а также пункт, куда он перемещается (отношение адлокации).

В (2) локализатор (место, где локализуется или куда движется/перемещается субъект) выражается самыми различными частями речи, определёнными (падежными, послеложными) конструкциями - вопросительным местоимением (ханна ‘куда’), послеложными структурами и т. п. Кроме того текст (2) изобилует моносубъектными ППК с разными значениями. Встречаются также СПП с дополнительной ЗПЕ, зависимый предикат которых оформлен глагольными формами (причастиями) позиции (сыт ‘лежать’, тур ‘стоять’) и именем наличия (баар) в винительном падеже предикативного склонения (всего 5 предложений, в том числе с предикатом сыт, баар - по одной фразе, остальные - с предикатом тур).

Список литературы

1. Амма Аччыгыйа. Кэпсээннэр, очеркалар (Рассказы, очерки). Якутск: Кн. изд-во, 1988. 196 с.

2. Ефремов Н. Н. Полипредикативные конструкции в якутском языке: структурносемантическое описание. Новосибирск: Изд-во СО РАН, 1998. 192 с.

3. Ефремов Н. Н. Основные направления исследования сложного предложения в якутском языке // Сибирский филологический журнал. 2007. № 3. С. 160-163.

4. Невская И. А. Пространственные отношения в тюркских языка Южной Сибири (на материале шорского языка). Новосибирск: Ника, 2005. 306 с.

5. Черемисина М., Бродская Л., Горелова Л. и др. Предикативное склонение причастие в алтайских языках. Новосибирск: Наука, 1984. 192 с.

6. Черемисина М. И., Колосова Т. А. Очерки по теории сложного предложения. Новосибирск: Наука, 1987. 198 с.

Рукопись поступила в редакцию 01. 04. 2011.