Типичные дисэлементозы у молодых людей, проживающих на территории Ивановской области

Вопросы общей патологии

ТИПИЧНЫЕ ДИСЭЛЕМЕНТОЗЫ У МОЛОДЫХ ЛЮДЕЙ,

ПРОЖИВАЮЩИХ НА ТЕРРИТОРИИ ИВАНОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Сатарина Т.Е.*1,

Калачева А.Г.1,

Гришина Т.Р.1, доктор медицинских наук,

Громова О.А.1’2, доктор медицинских наук,

Шиляев P.P.1, доктор медицинских наук,

Жидоморов Н.Ю.1, кандидат медицинских наук

1 Кафедра фармакологии и клинической фармакологии ГОУ ВПО «Ивановская государственная медицинская академия Росздрава», 153012, Иваново, Ф. Энгельса, 8

2 Российский сотрудничающий центр Института микроэлементов ЮНЕСКО, 109652, Москва, Большой Тишинский пер., д. 26, стр. 15/16

РЕЗЮМЕ Представлены результаты рандомизированного исследования элементного статуса у 103 молодых людей 19-25 лет, проживающих на территории Ивановской области. У всех добровольцев методом атомной спектрометрии с индуктивно-связанной плазмой в пробах волос определено содержание 41 химического элемента. Выявлено нарушение элементного гомеостаза. В волосах в избытке найдены элементы токсического и условно-токсического действия при дефиците эссенциапьных и жизненно необходимых. Данные отклонения требуют коррекции.

Ключевые слова: избыток и недостаток микро- и макроэлементов, элементный гомеостаз.

* Ответственный за переписку (corresponding author): тел.: 8-905-107-25-33.

В настоящее время наиболее актуальными являются исследования, направленные на изучение механизмов адаптации и дезадаптации человека в быстро меняющихся условиях среды обитания. Успешное решение этой проблемы возможно лишь при учете эколого-физиологической роли химических макро- и микроэлементов [1, 3, 20], участвующих в молекулярных механизмах адаптации [13, 15].

Как известно, реализация физиологических механизмов адаптивной перестройки организма в различных климатогеографических и экологических условиях сопровождается сдвигами элемен-

тного гомеостаза и возникновением гипер- и ги-поэлементозов. С этих позиций и в соответствии с результатами многолетних исследований А.П. Авцина, В.В. Ковальковского, Г.А. Бабенко, B.C. Райцеса и других разработка и применение методов диагностики и коррекции уровня элементов является в восстановительной медицине одним из наиболее перспективных направлений воздействия на преморбидные формы нарушения здоровья [17].

Сегодня в клинико-диагностических целях и для изучения адекватности компенсаторно-приспособительных реакций и резервов адаптации орга-

Satarina Т.Е., Kalacheva A.G., Grishina T.R., Gromova O.A., Shilyaev R.R., Zhidomorov N.Yu.

TYPICAL DYSELEMENTOSIS IN YOUNG INHABITANTS OF IVANOVO REGION

ABSTRACT Results of the randomized element state survey in Ivanovo region young inhabitants aged 19-25 years are presented - 103 students of the Ivanovo State Medical Academy. Content of 41 chemical element in hair samples was determined in all volunteers by the method of atomic spectrometry with inductively combined plasma. Element homeostasis disorder was revealed. Elements of toxic and relatively toxic effect were found in hair samples in plenty but essential and vital necessary elements were in deficiency. These declinations require correction measures.

Kev words: micro- and macroelements, dyselementosis, element homeostasis.

Поддержано грантом РФФИ № 09-04-97532-р_центр_а

низма при воздействии различных внешних факторов применяются методы оценки содержания химических элементов в различных биосредах [6,

14, 17]. В последнее время все больший интерес представляет исследование волос с помощью атомной спектрометрии с индукционно-связанной плазмой для выявления состояния обмена микроэлементов в организме и токсического воздействия отдельных тяжелых металлов [12]. Имеющиеся данные определенно свидетельствуют, что содержание микроэлементов в волосах отражает микроэлементный статус организма в целом и пробы волос являются интегральным показателем минерального обмена [6, 17].

Недостаточное поступление в организм биоэлементов ведет к развитию характерных симптомов, сопровождающихся специфическими структурными и функциональными нарушениями и устраняющихся при введении дефицитного микроэлемента [6, 8,11]. В других случаях какой-либо биоэлемент (не обязательно «токсический») накапливается в организме в токсических (субтоксических) концентрациях, что также вызывает различные нарушения жизнедеятельности [15, 16, 20, 22].

Целью настоящего исследования явилось изучение элементного статуса, молодых людей, проживающих на территории Ивановской области, для оценки распрстраненности преморбидных форм нарушения здоровья.

Для этого нами проведено исследование, в котором участвовали 103 студента-добровольца (70 девушек и 33 юноши) в возрасте от 19 до 25 лет, обучающихся в Ивановской государственной медицинской академии. Критерием исключения из исследования было наличие тяжелых, острых и хронических соматических, психических заболеваний, прием любых лекарственных препаратов и биологически активных добавок. Исследование соответствовало этическим стандартам комитетов по биомедицинской этике, разработанным в соответствии с Хельсинской декларацией с поправками от 2000 г. и «Правилами клинической практики в РФ» (1993) с примечаниями, данными Советом Всемирной медицинской ассоциации в октябре 2001 г.

У всех студентов методом атомной спектрометрии с индуктивно-связанной плазмой определили содержание 41 химического элемента в пробах волос и сравнили его с нормальными значениями по данным ВОЗ [6, 14, 17].

Для статистической обработки материала использовалась прикладная программа «Б1айзйса 6,0». В результате установлена распространенность гипо- и гиперэлементных состояний (рис.), а также произведен расчет средних показателей

содержания элементов в волосах молодых людей, которые приведены вместе с референтными значениями.

В результате сравнения выявили, что содержание большинства элементов (и, В, Ыа, Б1, Р, К, Са, Бс, "П, V, Сг, Мп, Ре, 1п, Са, Се, Аб, РЬ, Бг, Ад, Сс1, Бп, БЬ, Те, Сб, Нд, Т1, РЬ, В1, ТИ, и) в волосах обследованных находится в пределах нормальных значений. Отклонения от нормы в химическом составе волос молодых людей обнаружены в уровне 10 элементов: Бе, Со, Мд, Мо, Ва, Вг, В, А1, Ыа, Р (рис.).

В целом результаты показали, что девушки и юноши имеют низкий уровень магния. Содержание магния у девушек в среднем составляет 37,7957 ± 10,7141 мкг/г и находится в нижнем сегменте референтных значений. Диапазон концентрации магния у них - от 20 до 61,5 мкг/г при норме 25-120 мкг/г. Анализ индивидуальных элементограмм показывает, что 11,43% обследованных девушек имеют дефицит магния (менее 25 мкг/г). У 74,28% девушек содержание магния находилось в диапазоне субоптималь-ных значений - 26-50 мкг/г. Максимальные значения уровня магния определялись у 14,29% девушек и составили 51-61,5 мкг/г, что едва достигало средних значений нормы. Уровень магния в волосах юношей составляет 39,289 ± 15,443 мкг/г, что выше нижнего уровня нормальных значений. Диапазон содержания магния в волосах - 13-71 мкг/г, при этом истинный дефицит магния в подгруппе юношей встречается чаще (18,18%) и является более глубоким, чем у девушек, поскольку концентрация магния у юношей в 1,9 раз меньше величины нижней границы нормы.

Происхождение магниевого дефицита также можно связать с наличием стереотипов питания, недостатком в рационе морепродуктов, свежих овощей и фруктов и низким содержанием магния в них на фоне повышенной потребности в элементе в период обучения. У подростков с девиантными формами поведения дефицит магния, как правило, усугубляется. Этому способствуют стрессовые факторы взросления, переезд из маленьких городов в большие к месту учебы, перенаселение, начало употребления алкоголя, наркотиков, курение [7, 19]. Магниевый дефицит часто возникает по принципу антагонизма с натрием (который ингибирует интестинальную абсорбцию магния), что связано с пищевыми традициями избыточного потребления поваренной соли в «цивилизованных популяциях», а также с избытком бария и алюминия, усиливающих выведение магния из организма [14, 19].

Рис. Распространенность гипо- и гиперэлементных состояний

Выявляется существенный дефицит эссенци-ального микроэлемента кобальта. Содержание кобальта в волосах у юношей составляет в среднем 0,0141 ± 0,004 мкг/г (диапазон концентраций

- 0,0077-0,019 мкг/г), у девушек - 0,0140 ± 0,0042 мкг/г, что в 5 раз ниже минимума нормальных значений (0,05-0,5 мкг/г). При анализе индивидуальных элементограмм установлено, что истинный дефицит кобальта (уровень содержания ниже 0,05 мкг/г) выявлен у 100% исследуемых.

По данным ВОЗ, нижняя граница содержания селена в волосах взрослых людей составляет 0,5 мкг/г. Уровень содержания селена у юношей равен 0,61 ± 0,21 мкг/г (диапазон концентраций -0,06-1,05 мкг/г), у девушек - 0,63 ± 0,26 мкг/г (диапазон концентраций-0,18-1,3 мкг/г). Анализ индивидуальных элементограмм показал, что у 75,76% обследуемых юношей и 62,86% девушек уровень селена в волосах находится на нижней границе нормы в диапазоне концентраций 0,5-1 мкг/г, а у 6,06% юношей и 7,14% девушек содержание селена находилось в диапазоне оптимальных значений - 1,01-1,5 мкг/г (норма - 0,5-1,5 мкг/г). Распространенность дефицита селена сильнее выражена у женщин и определяется у 30% девушек и 18,18% юношей в диапазоне концентраций 0,06-0,5 и 0,18-0,5 мкг/г соответственно, что в 2,5 раза меньше нижней границы нормы.

Снижение содержания селена и кобальта может быть обусловлено: проживанием людей в ко-бальт-, селендефицитных регионах, к которым относят Ивановскую, Ярославскую, Владимирскую области; дефицитом содержания легкоусва-иваемых форм элементов в почвах, воде; особенностями пищевого поведения (ограничение потребления белков пшеницы, богатых селеном); социальными причинами (низкое содержание в рационе морепродуктов, мяса) [4, 22], а также может отражать увеличенное поглощение селена функционирующими тканями с активизированными антиоксидантными системами. Низкий уровень кобальта по сути - это недостаток в организме витамина В12, поскольку он является физиологически активной формой данного микроэлемента [1, 13], а гипернатриевая диета усиливает дефицит кобальта [14]. Дефицит селена возникает не только при его низком поступлении, но при хронической интоксикации тяжелыми металлами, заболеваниях печени, дисбактериозе вплоть до полной депрессии активности селензависимых ферментов [16, 18].

Содержание молибдена в волосах молодых людей обоих полов оказалось за пределами нижней границы нормы (0,02-0,15 мкг/г): у юношей -0,0146 ± 0,011 мкг/г (диапазон концентраций -0,0003-0,0285 мкг/г), у девушек - 0,014 ± 0,0043

мкг/г (диапазон концентраций - 0,0003-0,0228 мкг/г). Анализ элементограмм показал, что у 98 молодых людей (90,91% юношей и 97,14% девушек) уровень молибдена в 1,5 раза меньше оптимальной концентрации, находится за нижней границей нормы в диапазоне менее 0,019 мкг/г и может трактоваться как дефицитный. Только у 9,09% юношей и у 2,86% девушек концентрация молибдена чуть выше нижней референтной величины.

Полученные данные показали увеличение содержание алюминия в организме молодых людей. В волосах девушек его уровень составил 17,68 ± 5,51 мкг/г (диапазон концентраций - 10,14-26 мкг/г), в волосах юношей - 17,00 ± 3,84 мкг/г (диапазон концентраций - 10,9-27,6 мкг/г), т.е. он находился на верхней границе нормы (интервал нормальных значений для элемента - 1-20 мкг/г). Частота избытка алюминия (выше 20,0 мкг/г) встречается у 12,12% обследуемых мужской и у 30% женской группы и соответственно в 87,88 и 70% случаев находится на верхней границе нормальных значений для элемента.

Накопление алюминия встречается при использовании воды «из-под крана», алюминиевой посуды, употреблении продуктов с пищевыми красителями Е 541, 554, 556, овощей и фруктов, выращенных на кислых почвах и под воздействием «кислых дождей»: в этом случае содержание магния в них уменьшается и накапливается алюминий [16, 21]. Накопление алюминия часто отмечается у работников отраслей промышленности, связанных с получением и использованием алюминия, у больных, употребляющих антациды, людей, пользующихся алюминиевой посудой, фольгой, некоторыми присыпками и дезодорантами, бумажными салфетками и полотенцами [1, 13]. Известно, что алюминий способствует выведению из организма кальцая, фосфора, магния [17].

Высоким оказалось и содержание брома. Средняя концентрация брома у юношей равна 6,26 ± 2,87 мкг/г (диапазон концентраций - 2,27-11,34 мкг/г), у девушек - 5,65 ± 2,75 мкг/г (диапазон концентраций - 1,01-11,34 мкг/г). В волосах молодых людей обоих полов содержание условно-эссенциального элемента брома превышает максимальное значение нормы в 5,5 раза (граница интервала нормальных значений для элемента -

1,0-1,5 мкг/г (данные ВОЗ, 1996)). Уровень брома находился в диапазоне 1,0-1,5 мкг/г у 2,86% обследуемых, у остальных 97,14% колебался от 1,51 до 11,345 мкг/г. Причем у 10,5% девушек уровень брома находился в диапазоне верхних нормальных значений для элемента, а избыток брома свыше 10,0 мкг/г определялся в 5,3% случаев. У всех юношей концентрация брома оценивается

как избыточная, причем у половины из них приближается к верхней границе нормы и составляет 1,51-5,0 мкг/г, в 40% случаев находится в диапазоне от 5,01 до 10,0 мкг/г, свыше 10,0 мкг/г определяется в 10% случаев.

Высокое содержание брома в волосах - труднообъяснимое явление. Негативное значение избытка брома связано с его накоплением в тканях щитовидной железы и снижением содержания йода [15, 20], что особенно актуально для людей, проживающих на территорях с дефицитом йода, к которым можно отнести и Ивановский регион. Бром и его соединения (бромиды) участвуют в тормозных процессах в коре головного мозга, являются миметиками ряда эффектов глицина, антагонистом норадреналина и дофамина.

Количество бария в волосах юношей и девушек оказалось выше верхней границы нормы (0,2-1,0 мкг/г) (соответственно 3,93 ± 2,25 мкг/г и 4,32 ± 2,18 мкг/г), что почти в 4,5 раза больше референтной величины. У молодых людей в 81,8% случаев содержание бария приближалось к верхней границе нормальных значений - 1,01-5,0 мкг/г, у 18,2% находилось в диапазоне от 5,1 до 9,26 мкг/г. Оптимальная концентрация бария не определялась ни у одного исследуемого, т.е. у 100% наблюдался избыток этого токсического элемента. Барий в больших количествах поступает при употреблении консервированной и лиофилизиро-ванной пищи [13, 18]. Бариты могут накапливаться в растениях и содержаться в воде. Опасность представляют многократные рентгенографические исследования с использованием сульфата бария [1].

В волосах юношей и девушек уровень натрия составил соответственно 1470,1 ± 314,46 мкг/г (диапазон концентраций - 1019-1930 мкг/г) и 1367,5 ± 292,6 мкг/г (диапазон концентраций

- 987-1994 мкг/г). Избыток натрия (выше 1000,0 мкг/г) выявлен у 100% юношей, 51,5% из которых имели концентрацию натрия в 1,5 раз выше верхней референтной величины, а у 48,5% - в 1,93 раза выше нормативных показателей. Избыток натрия установлен у 95,71% девушек, из которых 38,6% имели уровень натрия в 1,94 выше нормы, и только 4,29% - на верхней границе интервала нормальных значений для элемента (60,0-1000,0 мкг/г (данные ВОЗ, 1996)). Одной из причин широкого распространения так называемых “болезней цивилизации”, среди которых лидируют заболевания сердечно-сосудистой системы [9, 11], является избыток натрия, обусловленный чрезмерным употреблением в пищу поваренной соли. В настоящее время в развитых странах общепринятый уровень потребления соли составляет примерно 15 г в сутки, что в 20 раз превышает количест-

во, ежедневно употребляемое людьми несколько столетий назад, когда хлорид натрия был малодоступен для приготовления и консервирования пищи [23]. Кроме поваренной соли, источником поступления в организм натрия может быть сода двууглекислая. Поэтому людей с избытком натрия в организме следует предупреждать о необходимости ограничения употребления не только поваренной соли, но и минеральных вод, кондитерских изделий с высоким содержанием натриевых солей. Организация мероприятий по ограничению потребления поваренной соли связана с проблемой производства продуктов с низким содержанием хлорида натрия. До сих пор не решен вопрос о том, как сделать их более вкусными, что особенно важно для детей и подростков. При модификации их питания необходимы согласованные действия администрации учебных заведений и родителей, чьи привычки зачастую весьма консервативны, далеко не все готовы их менять или готовить для ребенка отдельно [2].

Содержание фосфора составляет в волосах у юношей 173,4 ± 39,9 мкг/г (диапазон концентраций - 108,73-280,38 мкг/г), у девушек - 166,3 ± 39,23 мкг/г и находится в середине референтного предела (при норме 120,0-220,0 мкг/г). Анализ индивидуальных элементограмм показал, что 9,09% из общего числа обследованных юношей и 18,57% девушек имеют дефицит фосфора, уровень которого в их волосах составлял менее 120,0 мкг/г. Практически в половине случаев - у 77,17% девушек и 78,79% юношей - содержание фосфора в волосах находилось в диапазоне оптимальных значений - 120,0-220,0 мкг/г. Максимальные значения уровня фосфора (221,0-280,34 мкг/г) достигали высоких значений нормы у 12,12% юношей и у 4,29% девушек. В целом результаты показывают, что молодые люди имеют нормальную обеспеченность фосфором. Наше питание обычно богато фосфором, так как он встречается почти в каждом натуральном продукте. Средний пищевой рацион содержит в 7 раз больше фосфора, чем это требуется взрослому человеку (Рекомендуемые уровни потребления пищевых и биологически активных веществ, 2004).

Высоким оказалось содержание бора (5,42 ± 2,29 мкг/г) у молодых людей обоих полов, превышая максимальное значение нормы в 2 раза (граница интервала нормальных значений для элемента -

1,0-3,5 мкг/г) (данные ВОЗ, 1996). Лишь у 24 человек (23,3%) уровень бора находился в диапазоне от 1,0 до 3,5 мкг/г, у остальных 79 (76,70%) обследуемых колебался от 3,51 до 9,7 мкг/г, причем избыток бора более выражен у лиц женского пола, чем у лиц мужского пола (соответственно 77,14 и 75,76%).

Низкая обеспеченность эссенциальными элементами Эе, Со, Мд, Мо способствует снижению общей адаптационной способности организма, противоинфекционной, противоопухолевой резистентности, системы защиты от радиационного воздействия, токсического влияния тяжелых металлов и других контаминатов, становится причиной многих заболеваний, список которых постоянно расширяется [21]. Манифестация заболеваний, особенно при наличии генетической предрасположенности, обусловлена избыточным свободнорадикальным окислением, возникающим при дефиците селена, необходимого компонента глутатионпероксидаз I—IV типов, тиоре-доксинредуктазы, трийодтирозиндейодиназы, селенопротеинов Р и \Л/; нарушением активности магнийзависимых Ыа-КАТФ-аз, более 300 магний-зависимых ферментов, регулирующих все виды метаболизма; кобальтзависимым нарушением кроветворения, нейрореабилитации, интенсивности пролиферации быстроделящихся клеток, в том числе после травм, кровопотери [1].

Данные об избыточных состояниях делают актуальным проведение экологической экспертизы для получения сведений о возможных источниках поступления избыточных элементов.

Таким образом, проведенное исследование показало, что имеется нарушение гомеостаза макро- и микроэлементов в организме юношей и девушек 19-25 лет, проживающих на территории Ивановской области. В волосах в избытке присутствуют Ыа, Ва, Вг, В, А1, при дефиците Мд, Со, Эе, Мо. Накопление натрия и элементов токсического и условно-токсического действия может повышать расходование жизненно важных элементов Мд, Со, Эе, Мо и быть причиной снижения их содержания в биосубстратах. Это создает условия для еще большей аккумуляции токсикантов, замыкая порочный круг дисэлемен-тоза. В результате роль эссенциальных элементов, участвующих в реализации адаптационных механизмов уменьшается, и увеличивается потребность в них. Полученные факты можно расценивать как показатели повышенной напряженности регуляторных механизмов, снижении функциональных резервов организма студентов, находящихся в состоянии психоэмоционального напряжения, что можно считать преморбидной формой нарушения здоровья, ведущей к повышению заболеваемости.

Полученные результаты позволяют считать волосы информативным биоиндикаторным субстратом для оценки латентных отклонений элементного статуса и представляют интерес для возрастной физиологии.

Выявленные изменения элементного профиля значимы для психического и физического здоровья людей, реализации негативных генетических программ развития. Следует иметь в виду, что при пищевой недостаточности дефицит микронутриентов у молодых людей может носить субклинический характер, проявляясь в физическом и психическом развитии, в учебе, поведении. Это определяет необходимость проведения исследований взаимосвязи элементного состава волос молодых людей с уровнем эмоционального стресса и когнитивными функциями. Следует обеспечить селеном весь контингент людей данной возрастной группы, дополнительно кобальтом, магнием, а также ог-

раничить потребление поваренной соли. Назначение минеральных комплексов с молибденом без его доказанного дефицита лицам с повышенным уровнем мочевой кислоты ограничено. Для увеличения обеспеченности молибденом следует включать в рацион питания рыбу, птицу, морепродукты [21]. Для профилактики дис-элементоза на популяционном уровне следует усилить внимание к организации рационального общественного и домашнего питания, обучению подростков и их родителей приемам снижения поступления элементов токсического и услов-но-токсического действия, поваренной соли при физиологической обеспеченности эссенциаль-ными элементами.

ЛИТЕРАТУРА

1. Авцын А.П. Микроэлементозы человека: этиология, классификация, органопатология / А.П. Авцын, A.A. Жаворонков и др. — М.: Медицина, 1991. —496 с.

2. Александров A.A., Розанов В.Б. Эпидемиология и профилактика повышенного артериального давления у детей и подростков // Российский педиатрический журн. - 1998. - № 2. - С. 16-20.

3. Агаджанян H.A., Сусликов В.П., Ермакова Н.В., Кап-ланова А.Ш. Экологобиогеохимические факторы и здоровье человека // Экология человека. - 2000.

- № 1. - С. 3-5.

4. Алексеев С.В. Элементный дисбаланс у детей Се-веро-Запада России / С.В. Алексеев, О.И. Януша-нец и др. - СПб: СПбГПМА, 2001. - 128 с.

5. Гришина Т.Р. Элементный статус подростков 15-18 лет с артериальной гипертонией и способы коррекции его нарушений: дис. ... д-ра мед. наук. - Иваново, 2007.

6. Громова O.A. Витамины и минералы в современной клинической медицине / O.A. Громова, Л.С. Нама-зова. - М.: Апев-В, 2003. - 57 с.

7. Громова O.A. Магний и пиридоксин: основы знаний.

- М.: ПротоТип, 2006. — 232 с.

8. Громова O.A., Никонов A.A. Роль и значение магния в патогенезе заболеваний нервной системы // Нервные болезни. — 2006. — № 6. — С. 45-49.

9. Исаков И.И. Артериальные гипертонии. - Л.: Медицина, 1983. - 200 с.

10. Кудрин A.B. Микроэлементы в неврологии / A.B. Кудрин, O.A. Громова — М.: ГэотарМед, 2006. — 324 с.

11. Кушаковский М.С. Эссенциальная гипертензия (гипертоническая болезнь). Причины, механизмы, клиника, лечение. - СПб.: Фолиант, 2002. - 416 с.

12. Маймулов В.Г. Основы системного анализа в эко-лого-гигиенических исследованиях / В.Г. Маймулов,

С.В. Нагорный, A.B. Шабров. — СПб.: СПбГМА им.

И.И. Мечникова, 2000. — 342 с.

13. Панченко Л.Ф. Клиническая биохимия микроэлементов/Л.Ф. Панченко, И.В. Маев, К.Г. Гуревич. — М.: ГОУ ВУНМЦ М3 РФ, 2004. - 363 с.

14. Ребров В.Г. Витамины и микроэлементы / В.Г. Ребров, O.A. Громова. — М.: АПЕВ-В, -2003. —670 с.

15. Ревич Б.А. Здоровье населения и химическое загрязнение окружающей среды в России. - М.: Медицина, 1996. - 105 с.

16. Саноцкий И.В. Селен и здоровье человека. - М.: НИИ питания РАМН, 2006. -196 с.

17. Скальный A.B. Референтные значения концентрации химических элементов в волосах, полученные методом ИСП-АЭС (АНО «Центр биотической медицины») // Микроэлементы в медицине. - 2003. -Т. 4, вып. 1. - С. 55-56.

18. Смирнов А.Н. Элементы эндокринной регуляции / А.Н. Смирнов. - М.: ГэотарМед, 2006. - 351 с.

19. Спасов A.A. Магний в медицинской практике. - Волгоград, 2000. - С. 272.

20. Сусликов В.П. Геохимическая экология болезней. Атомовиты / В.П. Сусликов. — М.: Гелиос АРВ, 2002.-672 с.

21. Тутельян В.А. Микронутриенты в питании здорового и больного человека / В.А. Тутельян, В.Б. Спиричев и др.— М.: Колос, 2002,— 423 с.

22. Философова М.С., Шниткова Е.В., Балашова Л.В., Кор-

неев A.A. Частота и характер дефицитных состояний у детей и подростков в биогеохимических условиях, бедных микроэлементами // Экология и здоровье человека: сб. науч. тр. - Иваново, 1995. - С. 85-88.

23. Eaton S.B., Konner М. Palaeolithic nutrition. A consideration of its nature and current implications // N. Engl. J. Med.-1985.-Vol. 312, № 6. - P. 283-289.

Поступила 8.09.2009 г.