Провальная жадность

В бесчисленных обвалах почвы в столице виновата не плохая геология, а жадные люди.
А с геологией Москвы все не так уж плохо, считают эксперты

В начале минувшей недели в Москве, на проезжей части Ленинградского проспекта между станциями метро «Динамо» и «Аэропорт» образовалась промоина размером 15 на 20 метров и глубиной до 10 метров. В нее рухнули КамАЗ и компрессор. Движение на одной из самых оживленных столичных трасс — Ленинградском проспекте — было парализовано. Провал произошел из-за прорыва грунтовых вод при проведении строительных работ. Буквально через день еще один «сюрприз» появился на Северо-Востоке столицы, на проезде Дежнева. Размер дыры был скромнее, но картинка та же.  К счастью, оба «провальных» эпизода обошлись без жертв.

Из-под чего еще в Москве может уйти земля? Этот вопрос, наверное, задавали себе на минувшей неделе многие. «Огонек» обратился к экспертам.

ГЕОЛОГИЯ У МОСКВЫ — НОРМАЛЬНАЯ

«Говорить, что у Москвы фантастически плохая геология — значит оправдывать непрофессионализм и жадность наших строителей», — авторитетно заявили «Огоньку» в одной из старейших геологических фирм столицы — НПО «Новая экологическая экспертиза».

За последние полвека в Москве случилось больше полусотни крупных провалов почвы. Ныне реинкарнируемая гостиница «Москва», до поры до времени прочно стоявшая на юрских глинах, стала проседать еще до войны: из-за строительства метро была откачана вода из ближайшего водоносного слоя, и он стал менее прочным. Когда реку Таракановку, совсем как Неглинку, решили забрать в коллектор, восьмиэтажный дом на улице Усиевича пошел трещинами. Тоннель и станция метро едва не обвалили одно из красивейших зданий Москвы — дом Пашкова. Однако геология при этом совершенно ни при чем: у Москвы абсолютно нормальное основание и никуда она не провалится, если строить по уму.

То, что случилось на Ленинградке, — результат халатности строителей. Грунт с соседнего участка ушел к ним в котлован — вот этот соседний участок и провалился. Кстати, года три назад практически то же самое было на Дмитровке. Тогда проходческий щит попал в «карман» с плывунами. Там вели глубокий коллектор, и в тоннель этого коллектора ушел плывун. Естественно, что участок, из-под которого грунт ушел, провалился — под ним образовалась пустота. Так это ведь не плохая геология, это чьи-то кривые ручки и неукрепленная стенка котлована. Выражаясь политкорректно, человеческий фактор. Без грубых человеческих вмешательств никакие пустоты сами по себе не станут опасными.

В районе Хорошевки в 1960-е и 1970-е годы несколько раз проваливались и рушились дома — в частности, на престижной ныне улице Отто Куусинена. Тогда тоже многие кричали, что там ужасные пустоты и никто ни в чем не виноват. Но эксперты выяснили, что виноват был Курчатовский институт: он выкачивал для охлаждения реакторов колоссальное количество воды. А теперь представьте себе, что у вас в руках губка, напитанная водой и вы отжали из нее всю воду. Губка сморщится. Водоносные горизонты, когда из них откачивают воду, теряют упругость и проседают. Вот дома на Хорошевке и стали валиться. Таких «губок» под Москвой довольно много. Они не мягкие, они жесткие — часто это известняки, напитанные водой. Между ними неводоносные слои — например, глина: в ней вода есть, но переливаться она свободно не может. Если не откачивать воду из глубоких водоносных слоев, они будут отличной «подушкой» даже для небоскребов. Если откачать — пеняйте на себя, провалитесь.

Сейчас, кстати, почти все прежние «водохлебы» — ЗИЛ, АЗЛК, крупные пивзаводы, тот же Курчатник с едва ли не самым мощным водозабором в Москве — либо умерли, либо выведены за черту города, либо не качают, сколько качали. Крупных заводских водозаборов в столице почти не осталось. Как говорят многие эксперты, в Москве стало не хуже с геологией, а объективно лучше.

ЗЕМЛЯ НЕ ТЕРПИТ ХАМСТВА

Если с геологией стало лучше, почему же провалы стали случаться чаще? Может быть, раньше у строителей было больше опаски?

— Еще мальчишкой я слышал о том, что Дворец Советов на месте взорванного храма Христа Спасителя раздумали строить, испугавшись сложной геологии этого места, — рассказывает «Огоньку» заведующий кафедрой динамической геологии геофака МГУ профессор Николай Короновский. — Ведь там к Москве-реке когда-то сбегали бесчисленные ручьи и овраги. Откуда название улицы Сивцев Вражек? Речь явно о засыпанном овраге. Многие слышали про Чарторыйский овраг: Чарторыйский — стало быть, его черт роет. А представляете, какая там могла быть нагрузка, если одна статуя Ленина планировалась стометровой высоты? И в последний момент Дворец Советов заменили на бассейн. Говорят, испугались за Кремль. И правильно испугались. Когда нынешние непугливые строители разрыли Манежную площадь — ныне снесенное здание «Интуриста» начало трясти. А ведь Москва не в сейсмоопасной зоне: просто земля не терпит хамства.

Есть опасение, однако, что хамство скорее всего будет продолжаться. Спрос на столичную землю и недвижимость обречен быть ажиотажным: стало быть, строить будут торопливо и неряшливо. Правда, столичные чиновники и депутаты верят, что найдут управу на нерадивых строителей. Одним пригрозить дисциплинарными мерами, других лишить лицензии, третьих заставить читать карты — и тогда, глядишь, никакие карстовые пустоты с подземными водами не будут страшны. Но, как пояснили «Огоньку» в Институте геоэкологии РАН, многие заказанные Москомархитектурой карты опасных мест столицы имеют хождение под грифом «Для служебного пользования». Похоже, чиновная привычка закрывать любую информацию непобедима. Непонятно, как заставить прорабов читать карты, если это тянет на статью о нарушении гостайны.

Такой вот театр абсурда. И не надо думать, что это намек на реконструкцию Большого…

Большой не провалится

Главным виновником провала возле станции метро «Аэропорт» московские власти называют строительную компанию, которая возводила на этом месте новое здание с нарушением правил. При этом в печать тут же попали некие слухи о том, что эта компания якобы имеет отношение к реконструкции Большого театра, что повлекло за собой публично выраженные опасения со стороны московских властей — мол, надо бы «притормозить» с реконструкцией этого объекта, а то как бы и с Большим не случилось чего-то подобного. Оперативная реакция высокопоставленных столичных чиновников на вовремя распространенные слухи занятна уже сама по себе. «Огонек» попросил прокомментировать ситуацию председателя совета директоров компании «СУИхолдинг» (генподрядчика по строительным работам Большого театра) Азария ЛАПИДУСА:

— Это абсурд какой-то. Нет ни одного участника процесса, задействованного в реконструкции Большого, кто был бы как-то задействован в строительстве на Ленинградке. Мы проверили: ни подрядчика, ни заказчика, ни проектировщика. Так что это высказывание на совести высказывающихся…

Некоторое время назад московские власти уже заявили, что из-за обнаружившихся «сложностей грунта» реконструкцию Большого придется приостановить…

Это другая тема. Был общественный совет при мэрии Москвы, где мэр принял решение о «более детальном изучении возможностей разработки подземного пространства» под Большим. Однако на темпах и процессе реконструкции это решение никак не отразится: Большой по-прежнему реконструируется.

Но ведь выяснилось, что под зданием Большого обнаружились трещины, и, прежде чем проводить подземные работы, теперь придется укреплять само здание. Это увеличит срок реконструкции, которую планируется закончить к 2008 году?

Речь шла о создании дополнительных укрепляющих поясов, которые стянут стены Большого. Работа по укреплению здания уже проведена. И работы по реконструкции продолжаются в соответствии с ранее утвержденным планом. Никак существенно это на сроки реконструкции не повлияет.

То есть Большой театр не провалится?

Не провалится. И работа по его реконструкции не затормозится.

МИХАИЛ СЕРАФИМОВ