Церковь наделяют от государства

Через неделю Госдума рассмотрит во втором чтении законопроект "О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности". Документ, который, как уверяют представители музейного сообщества, способен нанести непоправимый ущерб культурному наследию России, может быть принят в третьем чтении уже 19 ноября. Таким образом, конфликт, в течение нескольких лет будораживший общество, вступил в завершающую стадию.

Законопроект о передаче религиозным организациям имущества стал одним из самых скандальных документов в истории законотворчества в современной России. "Я не припомню, чтобы в последние годы какой-либо документ вызвал такое противостояние между светским обществом и верующими",— говорит гендиректор Центра политической информации Алексей Мухин.

История конфликта берет начало в 2007 году, когда Министерство экономического развития занялось разработкой законопроекта о передаче религиозным организациям имущества, национализированного советским правительством после 1917 года. Впрочем, инициатива сразу же вызвала разногласия по ряду принципиальных положений даже в правительстве — между Минэкономразвития и Минкультом, поэтому процесс затянулся на несколько лет.

Неизвестно, сколько бы еще искали компромисс разработчики законопроекта, если бы в дело не вмешался премьер-министр Владимир Путин. Премьер в январе 2010 года на встрече с патриархом Кириллом заявил, что необходимо "придать ускорение процессу передачи государством церковной собственности и придать ему правовые рамки". После этого в рекордные сроки документ был доработан и в мае 2010 года одобрен правительственной комиссией, а уже в сентябре принят Госдумой в первом чтении.

Свое решение передать религиозным организациям имущество религиозного назначения в правительстве объяснили желанием свершить историческую справедливость. "В руках государства оказалось религиозное имущество, и оно решило его передать тому собственнику, для которого оно создавалось",— пояснил "Ъ" замминистра экономического развития Игорь Манылов.

Впрочем, такая постановка вопроса вызвала бурю протеста со стороны представителей музейного сообщества, которые обратились к президенту страны с просьбой "не допустить реституцию", которая приведет к утрате музейных коллекций. "Призываем вас открыто высказаться против необдуманной и сомнительной законодательной инициативы, способной нанести непоправимый ущерб культурному наследию,— обратились за помощью в феврале 2010 года к президенту РФ Дмитрию Медведеву музейные работники.— Ни один православный храм в России сам по себе не способен обеспечить правильное хранение икон и фресок". "Собранные музеями коллекции русского церковного искусства представляют собой целый пласт православной культуры, который неизбежно потеряет силу своего воздействия в случае рассеяния этих коллекций по сотням и тысячам храмов",— убеждали музейные работники патриарха в марте 2010 года. Опасение музейщиков поддержали и политики, в частности члены КПРФ. "Это закон не о собственности, а закон о культуре. Если его принять, то все закончится демузеизацией страны",— убеждала коллег по Госдуме депутат от КПРФ Нина Останина.

Эти опасения были услышаны. Власть пошла на уступки, запретив передачу "имущества религиозного назначения, относящегося к музейным предметам и коллекциям, входящим в состав Музейного фонда РФ, а также документам Архивного фонда РФ и Национального библиотечного фонда".

Сейчас в России насчитывается 6584 объекта культурного наследия федерального значения религиозного назначения. Из них 6402 православных объектов, 79 — мусульманских, 68 — католических, 13 — евангелически-лютеранских, 21 — буддистский и 1 — иудейский. Помимо этого существует 4417 памятников регионального значения: 4241 — православный, 86 — мусульманских, 76 — католических и 14 — иудейских.

Однако уступки не успокоили музейное сообщество. Противники "реституции" заявили, что этого мало. "Необходимо сформировать список, который включал бы в себя 50-60 объектов, не подлежащих передаче религиозным организациям, включив в него объекты всемирного культурного наследия ЮНЕСКО, особо ценные объекты культурного наследия народов РФ и памятники древнего зодчества,— убежден президент Государственного исторического музея Александр Шкурко.— Если отдать все культурно-церковные объекты церкви, то музеи потеряют около 0,5 млрд руб. дохода в год, а это приведет к сокращению зарплат, повышению стоимости входных билетов".

Вслед за музейщиками с жесткой критикой законопроекта выступили члены Общественной палаты РФ. Эксперты комиссии по сохранению и развитию отечественной культуры ОП пришли к заключению, что внесенный в парламент законопроект противоречит Конституции РФ. Авторы экспертизы, в частности, усмотрели опасность в том, что, несмотря на запрет передавать в собственность объекты культурного наследия РФ, в законопроекте существует лазейка для нарушения. "К особо ценным объектам может быть отнесено как имущество, так и само учреждение культуры, за которым закреплено данное имущество. Таким образом, законопроект допускает возможность изъятия из госсобственности отдельных объектов, что противоречит законодательству",— говорится в заключении ОП. Большую озабоченность ОП вызывает и то, что "многие объекты культурного наследия не могут быть использованы при отправлении религиозных обрядов без нанесения им серьезного вреда". В связи с этим предлагается "ввести экспертизу состояния объекта, результат которой должен предопределять решение о возможности его передачи". Таким образом, предлагается отменить заявительный характер передачи государством того или иного религиозного имущества.

С подобными утверждениями категорически не согласилась другая группа членов ОП, в которую вошли представители религиозных объединений, а также литературный критик Валентин Курбатов и президент редакции газеты "Известия" Владимир Мамонтов, телеведущий Максим Шевченко. "Полагаем, что никакой серьезной общественной экспертизы не проводилось, поскольку заключение выражает интересы лишь определенного профессионального сообщества, желающего заблокировать передачу верующим культовых зданий и святынь",— заявили они.

Эксперты полагают, что государство небескорыстно решило передать церкви имущество. "Власть рассчитывает, что церковь в знак благодарности будет выступать на ее стороне по мере развития социального напряжения в обществе",— считает господин Мухин. Он обращает внимание и на другой аспект: после принятия закона РПЦ и исламские конфессии станут крупнейшими владельцами недвижимости. "Эта передача собственности сопоставима с приватизацией начала 90-х годов, когда государство отдало львиную часть госсобственности в частные руки",— заключил господин Мухин.

"Идеологически законопроект не продуман, он может повлечь серьезные социальные конфликты — религиозное рейдерство, когда на законных основаниях будут захватываться помещения,— уверен профессор РГГУ, религиовед Анатолий Пчелинцев.— При этом государство недоберет в бюджет средств, так как религиозные организации освобождены от налогов". Помимо прочего, по мнению господина Пчелинцева, существует угроза, что законопроект станет детонатором, что другие дореволюционные собственники потребуют от власти вернуть им отобранное советским правительством имущество.

Цена вопроса

Оперативное обсуждение и принятие в первом чтении в Госдуме РФ законопроекта о передаче имущества религиозного назначения, прежде всего РПЦ, стало ярким свидетельством того, что государство готово отдать церкви все или почти все. После выступлений представителей Минэкономразвития и церковных деятелей в Общественной палате и Госдуме складывается впечатление, что этот вопрос уже решен заранее на самом высоком уровне.

Несмотря на заявления патриарха Кирилла о необходимости диалога с музейным сообществом по спорным вопросам, представители церкви в целом не видят предмета для дискуссии. Часть официальных спикеров патриархии жестко критикует музейщиков — это отец Владимир Вигилянский и протоиерей Всеволод Чаплин. Другая часть демагогично отрицает наличие проблем как таковых либо игнорирует их, фактически намекая на происки врагов РПЦ,— это глава информационного отдела патриархии Владимир Легойда и глава комиссии по сотрудничеству с музеями архимандрит Тихон (Шевкунов). Юрист Московской патриархии Ксения (Чернега) после начала обсуждения законопроекта в Госдуме вообще заявляет лишь о том, что любая критика законопроекта идет в нарушение действующего законодательства. Были отвергнуты, возможно, слишком радикальные предложения Общественной палаты РФ о введении дополнительного контроля за передачей памятников культуры и их предварительной экспертизе, а также предложение Мосгордумы изымать те объекты, которые используются не по назначению. При этом за спиной музейщиков договариваются о фактической ликвидации их музеев.

Безусловно, одна из основных причин, что власть столь безоговорочно поддерживает требования Московской патриархии, заключается в том, что Кремль видит в церкви потенциально мощную социальную силу с определенным пропагандистским ресурсом. Однако это совсем не то, о чем думают и пишут большинство критиков патриарха Кирилла,— это не только моральная поддержка власти предстоятелем РПЦ, сотрудничество с "Единой Россией" и т. п. У государства есть надежда, что церковь как гражданский институт сможет стать в том числе и модернизационной силой, помочь изменить общество и его настроения в ту или иную сторону.

Между тем социальный фундамент патриархии в виде приходов и монастырей с их служением обществу только начинает складываться в систему, а главным источником модернизационных идей, пробуждающих церковь и православных (также во многом потенциально) граждан, остается сам патриарх Кирилл. То есть российская власть, а невольно и общество дают РПЦ большой аванс на развитие, на ее превращение из декоративной идеологии в центральную силу общества, на то, чтобы церковь вместе с другими силами держала страну в руках, сохраняла ее. Со временем патриарх Кирилл будет все больше осознавать, что он один с этой задачей не справится, потому что с церкви будут спрашивать жестко. Делать это будут не только Владимир Путин и Дмитрий Медведев — в обществе и так достаточно сил, готовых обвинить "церковников" во всех грехах и предъявить им счета.