Трудное слияние города и села

Законопроект, фактически ликвидирующий местное самоуправление, принят Государственной думой и Советом федерации. В Московской области местные депутаты и жители пытаются отстоять свое право жить на селе, а не в городском округе.

В 2015 году в сельское поселение Степановское Ногинского района из налоговой службы пришли квитанции на оплату земельного налога. Результаты переоценки кадастровой стоимости земли, проведенной в 2013 году в Московской области, повергли в шок: вместо 1-2 тыс. руб. в платежках значились 20-40 тыс. А одной семье, у которой было все зарегистрировано: дом, земля, гараж, баня, машина,— прислали налог в размере 60 тыс. руб. Чтобы его заплатить, пришлось брать кредит.

Многие жители поселения, в которое входит несколько деревень и поселков,— пенсионеры. Екатерина Михалева, получив огромный налог, поняла: нельзя сидеть сложа руки. Выяснив, что кадастровую стоимость земли можно опротестовать через комиссию при Росреестре, она пошла по соседям — нужен был отчет оценщика, который стоит 200 тыс. руб. По ее словам, самое сложное было уговорить людей защищать свои права.

25 декабря 2015 года, в последний день приема, Михалева успела подать в комиссию при Росреестре документы — коллективное заявление и отчет оценщика за себя и еще 47 жителей ближайших деревень. Комиссия снизила кадастровую стоимость участков на 40-60%. Это спровоцировало в поселении "вторую волну": больше 200 жителей пошли оспаривать кадастровую стоимость своей земли.

20 февраля 2017 года Екатерина Михалева приехала в Москву в качестве представителя жителей поселения Степановское на Конгресс местного самоуправления, где заявила: они против идущей в Подмосковье административной реформы.

Суть этой реформы — реорганизация муниципальных районов, в результате чего сельские и городские поселения лишаются статуса муниципалитетов. При этом органы исполнительной и представительной власти упраздняются, избираются только горсоветы. По мнению Михалевой, включение сельского поселения в состав городского округа приведет к резкому росту кадастровой стоимости земли, то есть, как показывает пример Екатерины, налоги опять резко вырастут.

На конгрессе выступавшие говорили о том, что реформа уничтожит местное самоуправление, что она проводится без учета мнения жителей, а это прямо нарушает и закон об МСУ, и Конституцию РФ. На YouTube десятки роликов о том, как жители поселков Томилино, Талдома, Запрудни, Вереи и других выступают против включения их поселений в состав городских округов.

Областные власти обещают в результате реформы сокращение чиновников местных администраций, переход на единые тарифы ЖКХ, а для бюджетников — сохранение сельских льгот. Но протестующие жители уверены, что все будет с точностью до наоборот: их ждут рост кадастровой стоимости земли, неконтролируемая застройка, вырубка лесов и упрощенное изъятие земель. А также резкий рост тарифов ЖКХ: для городов они выше, чем для сельских поселений, чуть ли не вдвое.

Волнения на болоте

В деревне Есино, по свидетельству Венечки Ерофеева, поезда не останавливаются: "Вот мы сейчас едем в Петушки, и почему-то везде остановки, кроме Есино. Почему бы им не остановиться и в Есино? Так вот нет же. Проперли без остановки. А все потому, что в Есино нет пассажиров, они все садятся или в Храпунове, или во Фрязеве. Да. Идут от самого Есино до самого Храпунова или до самого Фрязева — и там садятся. Потому что все равно ведь поезд в Есино прочешет без остановки",— утверждал он в поэме "Москва--Петушки".

Мы с фотокорреспондентом добирались на машине. Эта деревня входит в состав сельского поселения Степаново, как и упомянутое Ерофеевым Фрязево. Есино оказалось на удивление обычной деревней: никаких роскошных коттеджей и замков, простые одно-двухэтажные дома, кое-где участки затоплены водой — деревня стоит посреди торфяных болот. Пока фотограф Анатолий Жданов выбирает место для съемки, я замечаю двух разговаривающих на улице женщин. Подхожу к ним, говорю, что мы журналисты из Москвы, приехали узнать, что они думают о включении их деревни в состав городского округа.

"Мы — против. И все жители — против! Нам это не надо. Они хотят сделать здесь промзону. Построить торговый центр. А нам он нужен?" — горячатся мои случайные собеседницы.

Налог на землю им приходил, все те же 20 тыс. руб. Выходит, земля должна быть просто золотая, но здесь даже водопровода нет — вон в 100 м от нас кто-то набирает воду из колодца. "А вот баба Таня — 90 лет ей. Двух сыновей похоронила. Одна живет, мы помогаем ей иногда. Вы подойдите, спросите, что думает она!" — говорит мне одна из женщин. Подходим, здороваемся, спрашиваем: как живете, слышали ли про городской округ, знаете ли депутатов? Баба Таня, улыбчивая, живая старушка, вспоминает, что несколько лет назад было дело, приходил кто-то из депутатов, ей, как ветерану войны, дали 1 тыс. руб. Правда, и эта тысяча досталась ей благодаря соседям, которые за нее хлопотали. Ни о каком городе она ничего не думает, но земельный налог ей пришел — 17 тыс. руб.

В ДК соседнего поселка, который мы проезжаем, проходит собрание по тарифам ЖКХ. Люди говорят, что платят по 6-7 тыс. руб. в месяц. Причем в многоквартирных домах взносы за капремонт, за мусор начисляются по количеству квадратных метров, а в частном секторе — по числу людей. "Поэтому частный сектор гнобят. Они платят мало",— говорит сидящая рядом со мной женщина.

В том, что при включении в состав городского округа у них вырастут и тарифы на коммуналку, здесь уверены абсолютно все. На собрании оказывается один из местных депутатов, Наиль Кутупов, который говорит мне в приватной беседе, что в ближайшее время это сельское поселение попадет в городской округ Электросталь. "Хотя в принципе есть средство от этого объединения: депутаты могли бы назначить местный референдум. Но глав местных администраций так запрессовали, что они боятся. Из 12 человек в местной администрации пять — муниципальные служащие. Их уволят, дадут три оклада. Но возьмут ли их в городской округ — еще не факт. После этого поселение уже никому интересно не будет",— уверен он.

Многоэтажные страсти

На вопрос, меняется ли кадастровая стоимость земли при включении сельского поселения в состав городского округа, профессор Государственного университета по землеустройству Сергей Коростелев уверенно дает отрицательный ответ. "Кадастровая стоимость никак не зависит от административной структуры. Она зависит только от местоположения и качества объекта недвижимости, но никак не от статуса населенного пункта",— объясняет он. Другое дело — массовая и неконтролируемая застройка. "А для этого все и делается! Для этого и придумана эта реформа",— уверен Коростелев.

Еще в 2014 году в Московской области были приняты законодательные акты и подписаны соглашения о перераспределении полномочий между органами местного самоуправления (МСУ) и властями МО. Муниципалитеты остались без полномочий в сфере градостроительства и земельных отношений. Это был первый этап. Одновременно по инициативе губернатора на федеральном уровне были приняты поправки в закон об МСУ, которые лишили почти всех полномочий сельские поселения.

«Вот, например, было наше сельское поселение Ильинское. Я был муниципальным депутатом, градостроительную комиссию возглавлял. И у совета депутатов поселения были полномочия утверждать генплан. Поселение его разработало, потом с учетом замечаний жителей доработало, но мы не успели его утвердить. У нас отобрали все полномочия. Губернатор Воробьев публично обещал жителям утвердить генплан еще летом 2013 года. Прошло четыре года, а утвержденного генплана до сих пор нет»,— говорит председатель совета московского областного отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Евгений Соседов.

По словам Соседова, это и позволило появляться проектам типа «Мортонграда» на 80 тыс. человек фактически на заповедных территориях, не предназначенных под многоэтажную застройку. «Есть схема территориального планирования МО, где вся территория области поделена по системам расселения. В ней, в частности, было написано, что территория сельского поселения Ильинское относится к зоне сверхнизкоплотной малоэтажной застройки»,— объясняет Соседов. Теперь сельское поселение Ильинское ликвидировано как территориальная единица — в начале 2017 года оно вошло в состав новообразованного городского округа Красногорск. Соответственно, уже нет и ограничения по этажности застройки.

Если верить сайту министерства строительства Московской области, только за два последних года было выдано свыше 2,7 тыс. разрешений на строительство различных объектов, включая объекты социальной инфраструктуры, торговые павильоны, АЗС и проекты строительства многоэтажного жилья, школ и детских садов. В марте стало известно, что подмосковные власти планируют ограничить в Красногорске строительство высотных жилых домов более 17 этажей.

Сельские льготы чудесные

Первые городские округа в Московской области появились еще при губернаторе Громове. Некоторые муниципальные районы преобразовывали в 2015 году. Но до прошлого года это не приводило к протестам. "Когда в сентябре прошли выборы и народ не пришел, они решили, что народу наплевать. И вот тут запустили кампанию по насильственному объединению всех 29 муниципальных районов в городские округа. Сейчас у нас 85 депутатов, после объединения не будет ни одного. Вы же понимаете: ни один депутат добровольно с себя полномочия не снимет",— говорит серпуховской депутат, инициатор Конгресса местного самоуправления, руководитель РОО "Гражданский форум местного самоуправления" и один из самых яростных противников подмосковной реформы Николай Дижур.

Недовольны и жители, которые в результате реформы оказались в поселениях, попавших в городские округа. "До 2003 года я жил в деревне Акатово. Сейчас — в микрорайоне Балашихи. Города Балашиху и Железнодорожный объединили в городской округ. Никто ни копейки в нас не вкладывает. Акатово, наш квартал,— это 30 км от нулевого километра. Ребята, мы живем без канализации, без воды. Нет ничего! Вот когда нас сделали городом, я по тем временам за свет платил меньше рубля, кажется, 90 коп. Мы были сельским поселением. При включении в город пришлось платить 2 руб. А потом стали городским округом, сейчас платим уже 4 руб. с лишним. Мы город, у нас тарифы городские!" — говорит житель Акатово, член Общественной палаты городского округа Балашиха Борис Горюнов.

Правда, тарифы на ЖКХ устанавливает комиссия по ценам и тарифам МО. Пока в сельских поселениях тарифы на коммуналку ниже, чем в городе,— например, за электроэнергию сельские жители платят по одноставочному тарифу 3,37 руб. за 1 кВт ч, а городские в домах с газовыми плитами — 5,38 руб.

По данным пресс-службы губернатора Подмосковья, область планирует постепенно перейти к единым тарифам на водоснабжение, водоотведение и тепло. Утверждается, что не все будет дорожать. Так, введение городского тарифа на проезд в автобусах снизит его стоимость до 31,65 руб., в то время как сейчас, например, билет Наро-Фоминск — Головково (23,4 км) стоит 75 руб., а Наро-Фоминск — Верея (46,5 км) — 111 руб.

Но и подобные обещания встречают критику на местах. "Единый тариф — это еще один миф! Проезд можно сделать вообще бесплатным! Это же ГУП, он и устанавливает тарифы. Вопрос только, за чей счет это компенсировать. Это будет компенсировано за счет налогоплательщиков",— уверен Николай Дижур.

В 2015 году, после того как Подольск был преобразован в городской округ, случился скандал: учителя и врачи лишились федеральных льгот, которые полагались им, как сельчанам. В частности, врачам и медсестрам ежемесячно осуществлялся полный возврат квартплаты (уплаченное за отопление, содержание жилищного фонда, капитальный ремонт). Кроме того, им оплачивалась электроэнергия в размере стоимости 50 кВт на каждого прописанного в квартире человека.

В ответ в Подмосковье приняли поправку в закон «О социальной поддержке отдельных категорий граждан в Московской области», которая эти льготы вернула. Область стала компенсировать их за свой счет. В 2017 году планируется потратить почти 3 млрд руб. Правда, речь идет о компенсации не всем селянам, а только бюджетникам. И до тех пор, пока у области на это есть деньги.