Современное состояние исследований

| | | | |
| --- | --- | --- | --- |
| Современное состояние исследований | | | |

Выявление общего смысла и перспектив обоснования морали является ключевым вопросом в рамках трех широких теоретических дискуссий, которые имеют много точек пересечения и осознаются многими, хотя и не всеми, участниками как части единого исследовательского пространства.

Первая дискуссия касается содержания понятия «обоснование», его соотношения с понятием «объяснение» и возможности развернуть процедуру обоснования применительно к моральным требованиям. Начиная с конца 1960-х и до начала 1990-х гг., в рамках этой дискуссии существенную роль сыграли работы Д.Брока, А.Гевирта, А.Гиббарда, С.Даруэлла, П.Рейлтона, Н.Стерджена, Ч.Уайтли. Важнейшими промежуточными итогами дискуссии можно считать сборник исследований по проблеме рациональных оснований морали «Мораль, разум и истина» (Morality, Reason, and Truth. Totowa, 1985) и статью Д.Коппа (Copp D. Explanation and Justification in Ethics // Ethics. 1990. Vol. 100. P. 237–258.). Среди работ более позднего времени, раскрывающих специфику процедуры обоснования моральных требований, выделяются монографии Б.Герта (Gert B. Morality: Its Nature and Justification. Oxford, 2005) и Дж.Стербы (Sterba J. From Rationality to Equality. Oxford, 2013), а также статьи Л.Радцик и Дж.Герта.

Вторая дискуссия складывается вокруг поставленного и подвергнутого критике Ф.Брэдли вопроса «Почему следует быть моральным?» (после работ К.Корсгаард середины 1990-х гг. его часто называют также «нормативный вопрос»). Важным исходным моментом в его обсуждении является седьмая глава работы К.Байера «Моральная точка зрения» (Baier K. The Moral Point of View. N.Y., 1958) и статьи К.Нильсена, сложившиеся в итоге в книгу (Nielsen K. Why Be Moral? N.Y., 1989). Многостороннее обобщение проблематики было проведено в ранней работе (докторской диссертации) П.Сингера. Различные затруднения этической теории, связанные с ответом на «нормативный вопрос» были раскрыты в статьях У.Дэвиса, Д.Коппа, Д.Любэна, Дж.Сайр-Маккорда, Т.Скэнлона, Б.Хукера. Лучший на настоящий момент анализ проблемы принадлежит Дж.Тилли (Tilley J.J. Is ‘Why Be Moral’ a Pseudo-Question? // Paciﬁc Philosophical Quarterly. 2006. Vol. 87. P. 549–566), а также C.Блэку и И.Тиффани (обобщение тезисов разных работ см.: Black S., Tiffany E. Why Be Moral // International Encyclopedia of Ethics. Oxford, 2013). Многостороннее обсуждение теоретической состоятельности вопроса «Почему следует быть моральным?» с участием ведущих современных метаэтиков представлено в коллективной книге под редакцией С.Блэка и И.Тиффани (Reasons to be Moral Revisited. Calgary, 2009), многообразие конкретных ответов на вопрос – в недавнем специализированном сборнике: Why Be Moral. Berlin, 2015.

Третья дискуссия развернулась вокруг вопроса о возможности отстоять объективность моральных требований, отвечая на аргументы морального скептицизма (морального релятивизма). В западной этике 1970–1990-х гг. существенную роль в раскрытии оснований морального скептицизма и разработке интерпретаций морали, способных ему противостоять, сыграли исследования С.Блэкберна, Д.Бринка, Дж.Кекеса, Дж.Мэки, Бр.Рассела, Дж.Рейчелса, Б.Уильямса, С.Шеффлера. Значительное влияние на оформление аргументации pro et contra в этой дискуссии оказала полемика Дж.Хармана и Дж.Томсон о моральном релятивизме (Harman G., Thomson J.J. Moral Relativism and Moral Objectivity. Cambridge, 1996). Наиболее удачные современные реконструкции различных образов морального скептицизма предложены В.Синнот-Армстронгом (Sinnott-Armstrong W. Moral Skepticisms. Oxford, 2006), А.Суперсон (Superson A.M. The Moral Skeptic. N.Y., 2009), Дж.Сайр-Маккордом (Syre-Mccord G. Moral Skepticism // Routledge Companion to Epistemology. N.Y., 2011. P. 461–474).

Важнейшей тенденцией в исследовании проблемы обоснования морали является то обстоятельство, что в последние три десятилетия значительная часть тем, обсуждавшихся ранее под этой рубрикой, оказалась распределена между исследованиями частных метаэтических вопросов, таких как противостояние интуитивизма/конструктивизма, интернализма/экстернализма, натурализма/нон-натурализима, когнитивизма/нон-когнитивизма. Существует огромный пласт современной этической литературы, отражающий эти споры. В ходе осуществления проекта планируется обеспечить возвращение единства проблеме обоснования морали с использованием результатов исследований частных метаэтических вопросов.

Замысел проекта связан не только с преодолением сомнений в возможности обосновать мораль, но и с преодолением сомнений в необходимости ее обоснования. Такие сомнения постоянно высказываются в этической теории. Наиболее известный ранний прецедент – позиция Ф.Фут, сравнившей выбор в пользу морали с волонтерством (Foot P. Morality as a System of Hypothetical Imperatives // Philosophical Review. 1972. Vol. 81. P. 305–316), более поздний – позиция М.Тиммонса, предположившего, что мораль не нуждается в общих обоснованиях, не контекстуализированных в соответствии с особенностями конкретных деятелей (Timmons M. Morality without Foundations. N.Y., 1999).

В ходе осуществления проекта предполагается провести отбор подходов к обоснованию морали, используя при этом результаты текущей полемики по их поводу. Некоторые из подходов будут отброшены уже на этапе предварительного обсуждения. Среди них: эволюционистский (пример: Richards R. Justification Through Biological Faith // Biology and Philosophy. 1986. Vol. 1. P. 337–354.), теономный (пример: Adams R.M. The Virtue of Faith. N.Y., 1987) и опирающийся на теорию метафизического эгоизма (Brink D.O. Self-love and Altruism // Social Philosophy and Policy. 1997. Vol. 14. P. 122–157). Четыре подхода к обоснованию морали планируется сделать предметом сравнительного анализа и итоговой оценки. Они широко представлены в западной этической теории. Стратегический эгоизм получил многостороннюю проработку в трудах Д.Готиера (Gauthier D. Morals by Agreement. Oxford, 1986) и некоторых работах К.Байера и Г.Кавки. Критическая литература по концепции Д.Готиера очень обширна, но для осуществления замысла проекта важны контраргументы Д.Коппа, Дж.Сайр-Маккорда, Н.Саутвуда, Дж.Хэмптон. Эвдемонизм аристотелианского типа представлен в трудах Дж.Эннес (Annas J. Intelligent Virtue. Oxford, 2011) и Н.Бадвар (Badhwar N.K. Well-being: Happiness in a Worthwhile Life. N.Y., 2014). В текущей полемике вокруг него были участвовали Л.Самнер, Дж.Сноу, М.Слоут, В.Тибериус, Ф.Фелдман, Д.Хэйброн. Эвдемонизм, опирающийся на «парадокс счастья (удовольствия)», разрабатывали П.Блумфилд (Bloomfield P. The Virtues of Happiness: a Theory of the Good Life. N.Y., 2014) и П.Сингер (Singer P. Practical Ethics. N.Y., 2011). Реализм интуитивистского типа представлен в современной этике у Р.Шафер-Ландау (Shafer-Landau R. Moral Realism: A Defense. Oxford, 2003), менее отчетливо – у Р.Ауди и Д.Парфита. Реалистами, использующими конструктивистскую методологию, являются Т.Нагель (Nagel T. The View from Nowhere. N.Y., 1986) и Т.Скэнлон (Scanlon T.M. Being Realistic about Reasons. Oxford, 2014). Современная кантианская этика автономии, в большей части своих образцов также являющаяся конструктивистской, представлена работами К.Корсгаард (центральный текст: Korsgaard C.M. Sources of Normativity. Cambridge, 1996, критические отклики: Д.Инок, Дж.Коэн, Т.Нагель, P.Стерн, Б.Уильямс, У.Фитцпатрик) и А.Гевирта (центральный текст: Gewirth A. Reason and Morality. Chicago, 1978, критические отклики: Р.Брандт, Я.Нарвесон, Д.Рафаэл, Д.Риган, М.Сингер, М.Слоут, Дж.Стерба, Р.Хеар, В.Хелд). В последние годы стратегию, предложенную А.Гевиртом, активно развивает Д.Бейлевелд, чьи уточнения делают эту версию обоснования морали наиболее убедительной (напр, Beyleveld D. Korsgaard v. Gewirth on Universalization // Journal of Moral Philosophy. 2015. Vol. 12. P. 573–597).

В отечественной этической традиции проблема обоснования морали неоднократно становилась предметом пристального внимания философов. В русской религиозной философии XIX–XX вв. поиск трансцендентных оснований нравственных заповедей был одной из основных тенденций. В некоторых случаях (в особенности, в связи с обсуждением морального учения Л.Н.Толстого) он приводил к постановке вопроса о комплиментарности или, наоборот, несовместимости рациональных и мистико-религиозных истоков моральных убеждений. Именно в русской мысли наиболее остро был поставлен вопрос о том, должно ли обоснование морали осуществляться в пределах прямолинейного философского рационализма. Широкая картина обсуждения вопроса об основаниях морали в русской религиозной этике представлена в работах А.И.Бродского (В поисках действенного этоса. СПб, 1999) и В.Н.Назарова (История русской этики. М., 2006). В марксистской этической традиции проблема обоснования морали приобрела форму обсуждения места моральных убеждений в рамках закономерного прогрессивного развития человечества. Наиболее ярким и оригинальным вариантом обоснования морали в советском марксизме стала попытка О.Г.Дробницкого найти глубинные всемирно-исторические детерминанты морали, оправдывающие исполнение нравственного долга (Дробницкий О.Г. Понятие морали. М., 1974). Отдельные элементы обоснования морали были вписаны также в позднесоветскую дискуссию о классовом и общечеловеческом содержании нравственных требований.

В отходящей от марксисткой традиции постсоветской этической мысли проблема обоснования морали приобрела открытый характер и самостоятельное значение. Движение в этом направлении инициировала идущая в разрез с марксистскими установками монография Л.В.Максимова «Проблема обоснования морали: логико-когнитивные аспекты» (М., 1991). В последующие десятилетия исследования в области обоснования морали были сосредоточены вокруг следующих тем. Во-первых, выявление сути проблемы и классификация подходов к ней. Преобладающим являлось расширенное понимание обоснования морали; теоретики пытались охватить все возможные линии аргументации в пользу признания и исполнения нравственных требований (лучшие образцы артикуляции этого подхода: Гусейнов А.А. Обоснование морали как проблема // Мораль и рациональность. М., 1995. С. 48–63, Разин А.В. Исторические тенденции развития морали и проблема ее обоснования // Этика: новые старые проблемы. М., 1999. С. 53–72). Вместе с тем, в трудах Л.В.Максимова присутствовали тезисы, ведущие к узкому пониманию проблемы, определяющему замысел планируемого проекта (Максимов Л.В. Аргументация и обоснование в моральном рассуждении // Мораль и рациональность. М., 1995. С. 22–32 и несколько статьей 2000-х гг.) Во-вторых, критика самой возможности обоснования морали, опирающаяся на разграничение теоретического и ценностного подходов в этике (развернуто представлена в работах Л.В.Максимова, особенно ярко – в журнальной полемике с А.Н.Бобковым (Этическая мысль. Вып. 6. 2005. С. 239–262)), и ответ на нее, отталкивающийся от функционального назначения моральных норм (Разин А.В. Должное и сущее // Этика: учебник для вузов. М., 2006. II.1.3. С. 320–326). В-третьих, критика отдельных подходов к обоснованию морали (например, критика религиозного обоснования В.Ю.Перовым (Перов В.Ю. Этика без религии (критика религиозного обоснования морали) // Вестник МГТУ. 2000. Т. 3. С. 525–534)). В-четвертых, создание и защита оригинальных систем обоснования морали (синтез эвдемонизма и автономизма в негативной этике А.А.Гусейнова (Гусейнов А.А. Сослагательное наклонение морали // Вопросы философии. 2001. № 5. С. 3–33), конструктивстская концепция А.И.Бродского (Бродский А.И. Нормативная этика: от объективизма к конструктивизму // Этическая мысль. Вып. 1. М., 2000. С. 148–158), идея взаимной дополнительности аргументов в пользу исполнения нравственного долга А.В.Разина (Разин А.В. Способы обоснования морали // Этика: учебник для вузов. М., 2006. II.2. С. 327–387)).

Отдельным направлением исследований являлся анализ способов обоснования морали в конкретных этических учениях. Две ведущих школы российской этики (московская и санкт-петербургская) дали значительное количество монографий, статей и диссертаций, раскрывающих эту сторону истории этики. В последние несколько лет проблема обоснования морали была затронута также в ряде работ российских философов, осуществляющих рецепцию англосаксонской аналитической школы моральной философии (А.В.Углевой, А.З.Черняка, М.А.Секацкой, С.М.Левина, Е.В.Логинова, К.Г.Фролова, А.Ф.Васильева и др.).