Народная педагогика абхазов сквозь призму семейных ценностей

лизация которых будет способствовать формированию ценностного отношения к социальной действительности у младших школьников:

1. Создание развивающей пространственной среды, способствующей формированию ценностного отношения к социальной действительности у ребенка на основе краеведческого материала.

2. Разработка и реализация программы, направленной на формирование знаний о родном крае у детей младшего школьного возраста.

3. Осуществление взаимодействия образовательной организации с семьей в образовательном процессе для повышения эффективности работы.

Библиографический список

1. Марчук Е.Г. Педагогические условия формирования интеллектуальной компетентности у школьников в образовательном процессе // Вектор науки ТГУ - 2011. - № 4. - С. 175-177.

2. Новиков А.М. Педагогика: словарь системы основных понятий. - М.: Издательский центр ИЭТ, 2013. - 268 с.

3. Ожегов С.И., ШведоваН.Ю. Толковый словарь русского языка. - М.: Азбуковник, 1999. - 944 с.

4. Приказ Министерства образования и науки Российской Федерации от 6 октября 2009 г. № 373

«Об утверждении и введении в действие федерального государственного образовательного стандарта начального общего образования».

5. Программа начального образования «Начальная школа» [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://school2100.com (дата обращения: 10.08.2015).

6. Смолонская А.Н. Основные показатели формирования жизненных компетенций у детей младшего школьного возраста как фактор адаптации к окружающему миру // Вестник Костромского государственного университета имени Н.А. Некрасова. Серия: Педагогика. Психология. Социальная Работа. Ювенология. Социокинетика. - 2015. - Т. 21. -№ 3. - С. 2528.

7. Смолонский С.И. Ценностное отношение к социальной действительности как педагогическая проблема // Вестник Костромского государственного университета имени Н.А. Некрасова. Серия: Педагогика. Психология. Социальная Работа. Ювенология. Социокинетика. - 2015. - Т. 21. -№ 3. - С. 147149.

8. Сухомлинский В.А. Как воспитать настоящего человека. - М.: Педагогика, 1990. - 228 с.

9. Ушинский К.Д. Избранные педагогические сочинения. Т. 1. - М.: Педагогика, - 1974. - 584 с.

УДК 37.013

Анкваб Марина Фёдоровна

кандидат педагогических наук Абхазский государственный университет, г. Сухум, Республика Абхазия

ankvab.marina@yandex.ru

НАРОДНАЯ ПЕДАГОГИКА АБХАЗОВ СКВОЗЬ ПРИЗМУ СЕМЕЙНЫХ ЦЕННОСТЕЙ

Статья посвящена обзору понятия «народная педагогика» и влиянию традиционного семейного уклада абхазского народа на воспитание подрастающего поколения. Актуальность обсуждаемого вопроса заключена в осознании общества о необходимости обращения к своим корням. Автор приводит характеристику сложившихся в воспитательном опыте абхазского народа семейных принципов, и заключает, что их направленность обладает гуманистическим содержанием, отражает специфику уклада жизни народа и в то же время имеет ярко выраженный педагогический потенциал.

Ключевые слова: Абхазия, Республика Абхазия, абхазы, абхазская народная педагогика, семейное воспитание, абхазская семья, абхазская этнопедагогика.

Важнейшей составляющей духовного достояния любого народа считается педагогическая просвещенность, убеждения и навыки, отражающие его многовековый воспитательный опыт. Анализ практики этнического обучения и развития, безусловно, ведёт к совершенствованию педагогической науки в целом, проясняет источник возникновения первобытнообщинных форм и институтов воспитания, дает возможность раскрыть содержание и определить общее направление воспитательного процесса масс в различные исторические периоды и его национальные особенности.

Общеизвестно, что формируя педагогическую систему, чешский общественный деятель Я.А. Ко-менский активно применял передовые наставни-

ческие принципы как своих соотечественников, так и иных славянских этносов. Педагог из Швейцарии И.Г. Песталоцци, разрабатывая элементы концепции обучения, всецело опирался на воспитательный опыт своего народа. Проявляя интерес к педагогическим навыкам швейцарских земледельцев, он распространял традиции воспитания детей веками укоренявшиеся среди населения страны. О бесчисленных преимуществах исследования и применения назидательной идеи народа рассуждал и замечательный ученый, основатель научной педагогики в России К.Д. Ушинский.

«Сейчас, когда столь бурно протекают все общественные процессы ясно видно ослабление таких важнейших качеств человека, как духовность и культура. Тем не менее, в основах привития

204

Вестник КГУ им. H.A. Некрасова Jij- 2015, Том 21

© Анкваб М.Ф., 2015

правил ... поведения ребенку, или этикета, всегда лежал (и лежит, но в невербальном варианте), какой-либо былой народный обычай, ритуал, обряд оказания почтения людей друг к другу, принятый ещё в старинные времена. ... Народ всегда выступает в роли воспитателя юного поколения, а воспитание при этом обретает народный характер. Только народное воспитание является живым органом в историческом процессе развития. Подобное воспитание обретает необычайно влиятельную силу на: становление национального характера; национальной психологии человека; его нравственное формирование» [6, с. 58].

Актуальность обсуждаемого вопроса заключена в очевидной потребности общества, осознании необходимости обращения нации к своим корням. Неоспорим тот факт, что без наглядных, убедительных и поучительных примеров невозможно полноценное функционирование систем и принципов воспитания. Общественность нуждается в полномерной реализации народного образования, неограниченного хоть и чрезвычайно важным, но недостаточным изучением родного языка, литературы и истории, внедряющего культурные ценности, традиции, обычаи и устои этноса в воспитательный процесс. Учреждения образования должны учитывать особенности народа, продиктованные его историческим прошлым, географическими условиями и природной средой. Подобный способ пестования будущих преемников видится в наибольшей степени рациональным при апеллировании к богатой педагогической практике определенного этноса.

Во все времена педагогическая культура черпала знания из мудрости народа. Задолго до укоренения в ней принципов естественных последствий, природосообразности, осознания возрастных и индивидуальных черт ребенка, признание его личности и взыскательность к нему, жизненная первопричина воспитания - все это нашло отражение в плодах устного народного творчества.

Понятие природосообразности воспитания, согласно суждениям Я.А. Коменского, является первостепенным, «требует строить процесс обучения, отталкиваясь не из каких-то искусственных схем, а из самой природы. Обучение должно быть скоординировано с человеческой природой и с ее развитием. Этот принцип стал ведущей закономерностью педагогического процесса и нашел популярность у последующих великих педагогов» [8, с. 501]. Осознавая субъективность врожденных способностей, Я.А. Коменский находил в их выявлении и расширении, задачу воспитания. Это означало, что первоначально при помощи органов восприятия ребенок познает мир вокруг себя, впоследствии запоминает окружающие его предметы, образы и явления, и, наконец, развивает крупную и мелкую моторику, речь, отталкиваясь от усвоенных знаний, умений и навыков.

Представлениями о естественном воспитании руководствовался и французский философ Ж.-Ж. Руссо, расценивая постулатом его обеспечения треугольную структуру: ребёнок (объект воспитания), природа (естественная среда для гармоничного развития свободного от отрицательных общественных воздействий) и воспитатель (направляющий ребенка, учитывающий его индивидуальность, понимающий необходимость готовности к социальным обязанностям). Главными тезисами педагогического учения мыслителя «выступают: гуманизм, изоляционизм, естественность (открытость), эволюционность (последовательность и поэтапность), продуктивность и общедоступность. Основной аспект наилучшего развития ребёнка - самостоятельное накапливание жизненного опыта с помощью наблюдений и деятельности, анализа, синтеза и упражнений» [9, с. 129].

Обозначенную аксиому разделяет и А. Дис-тервег. Естественность процесса назидания в его понимании заключалась в соблюдении природо-сообразного формирования личности, внимании к возрастным и индивидуальным характеристикам пестуемого. А. Дистервег наиболее полно описал принцип неделимости естественной среды и общественного окружения в стремлении к целостному воспитанию [4, с. 100].

Еще в далеком прошлом народу были свойственны убеждения о нормах воспитания, его предназначениях и ориентирах. Большинство рычагов управления поведением младших с целью его корректировки берут свое начало из глубокой древности. История не знала «ни одного человеческого коллектива, который бы не располагал собственной концепцией воспитания детей и юношества» [3, с. 73].

Конститутивное назначение воспитания включает развитие компетентной во всех жизненно важных сферах личности, готовой справиться со всеми перипетиями действительности. Воспитание является разноплановым феноменом, объединяющим заботу о ребенке, охрану его жизни и здоровья, осмысленное влияние оказываемое старшими в намеренье наделить интеллектом, силой и ловкостью, привить моральные и эстетические качества, адаптировать к жизни. По этой причине распространение опыта и сведений, приобретенных столетиями, среди поколений была и остается одной из наиболее существенных проблем, как всего населения земли, так и каждого индивида в частности. В ходе воспитания осуществляется непрерывная передача и приумножение персонального навыка во всевозможных отраслях знаний, значимое место при этом отводилось контакту с взрослыми, опытными людьми.

Сосредоточимся на опыте семейного воспитания в народной педагогике абхазов. «Семья - это социальный институт, и её тип, состав, весь её жизненный уклад в широкой исторической перспекти-

ве всегда соответствует общим социально-экономическим условиям её бытования», - утверждал К. Маркс [7, с. 70]. Будучи продуктом общественного строя, семья подвергалась в процессе его исторического развития определенным изменениям; каждый переворот в жизни общества приводил к соответствующему изменению форм брака и семьи. Поэтому разным народам в разные исторические периоды соответствовали разные типы семейных коллективов.

Абхазская семья является отражением исторического становления народа, неотъемлемой его составной частью, испытывающей на себе все происходящие в республике изменения. В течение многих веков (до XX века включительно) в Абхазии существовали многочисленные семьи, состоящие из нескольких поколений. В их состав входило до тридцати человек [1, с. 278]. В семье, являющейся самостоятельным экономическим звеном, пользовались правами совместного обладания собственностью и паритетного потребления или расходования результатов коллективного труда. Взаимоотношения внутри семьи основывались на безоговорочном послушании младшими.

Главой являлся самый старший в доме мужчина. Его распоряжения и указания должны были выполняться всеми вовремя и безоговорочно. Суждение общества о семье чаще всего складывалось исходя из совокупности его положительных качеств, соответствующих абхазскому понятию «настоящий мужчина», «истинный абхазец» и идущих в копилку представлений обо всем роде. Отсюда и происхождение, бытующих среди абхазов высказываний «хорошая семья», «достоянная фамилия». О значимости в абхазском быту главы семейства, говорит и тот факт, что для получения исчерпывающих сведений о незнакомце достаточно было задать вопрос «Чей ты сын?».

Семейным хозяйством заведовала супруга старейшины дома. Она руководила представительницами женской половины семейства. Мнение старшей женщины у абхазов являлось чрезвычайно значимым. Она, как и у многих братских народов Северного Кавказа, считалась, «хранительницей порядков, поддерживала строгую иерархию в семье, что требовало больших усилий. Старшей женщине надлежало исполнять обычаи, с нее брали пример все младшие в отношении женской скромности, знаний и соблюдения этикета, сбережения устоев, выработанных многими поколениями» [10, с. 93]. Неоспоримым можно считать тот факт, что «в каком бы периоде своей жизни женщина не пребывала, в семейном быту она всегда занимала второстепенное после мужчины место, но при этом вовсе не была пассивной, особенно в семье. Здесь в наибольшей степени проявлялась самостоятельность женщины, её инициатива, ... где она играла особо важную роль» [12, с. 136].

Детвора, являясь потомством разных матерей и отцов, получала абсолютно одинаковую опеку от всех взрослых. Равное обращение со всеми детьми обуславливалось соблюдением ряда соответствующих народных устоев. Согласно нормам приличия абхазов родителям не дозволялось обходиться с собственными чадами пристрастно, обращаться к ним по именам, подбадривать, нежить, проявлять к ним внимание при посторонних или в присутствии старшего поколения семьи. В обращении с ребенком и отец и мать были ограничены адатом, который не распространялся на дедушек и бабушек. Они и занимались большинством воспитательных функций, беседовали со своими внуками и правнуками, приводили положительные примеры, в зависимости от цели, которую желали достичь, прибегая к абхазской фольклористике: притчам, легендам и сказаниям. Детей порицали или хвалили, корректировали их поведение, следили за питанием, опрятностью в одежде. Главная чета семейства осуждала негативное влияние на младших со стороны взрослых, и поощряла поступки, которые могли послужить образцом для подражания.

До определенного возраста (8-9 лет) дети обоих полов пестовались совместно и большую часть времени проводили подле женщин. По мере взросления мальчиков отделяли от девочек. Последние держались матерей и сестер, которые и продолжали заниматься их воспитанием. Мальчишек же переселяли в помещения, предназначенные для проживания неженатых членов семьи сильного пола. Одновременно в их назидание включались старшие мужчины.

Начинался этап гендерно-дифференцирован-ного обучения детей - девочки обзаводились сноровкой ведения хозяйства, незаменимыми в быту умениями. «С раннего возраста девочку готовили к основной роли в ее жизни - материнству. Ролевые игры, куколки, а затем и непосредственное участие девочек в воспитании младших братьев и сестер служили именно этому, при этом формирование материнского инстинкта и обучение простым умениям ухода за ребенком - малая предпосылка для успешного материнства. В традиционной семье девушка, наблюдая за собственной мамой, обучалась колыбельным песенкам, детским стишкам, особенной манере поведения, ведению хозяйства, этикету - одним словом, всему тому, что именуется общественным опытом, транслятором которого она будет выступать для собственных будущих детей» [2, с. 239]. Мальчиков, помимо основных трудовых навыков, вовлекали в активную занятость общественной деятельностью, не допускалось и порицалось участие или интерес к женским обязанностям.

Принцип разделения братьев и сестер помимо практической необходимости носил и педагогический характер, являлся первой ступенью полового образования, которое «существовало с глубокой

древности, поскольку воспроизводство поколений и регулирование рождения потомства было значимой проблемой любого общества. Различались только способы и формы реализации этой сферы человеческой деятельности. Механизмом полового образования являлось половое воспитание. Социализация индивидов в качестве мужчин и женщин осуществлялась в рамках института семьи» [11, с. 11]. Именно благодаря семейному воспитанию абхазам были незнакомы пороки свойственные народам с иными взглядами и культурой. Так в исследовании данного вопроса на территории родственного Абхазии Северного Кавказа автор утверждает: «В этнографической и этнологической литературе не обнаружено указаний на наличие каких-либо институтов гетеризма или проституции среди народов Северного Кавказа в эпоху феодализма. Опросный материал также не дал подобного рода сведений. Благодаря отказу от беспорядочных половых связей не знали венерических заболеваний до второй половины XIX в.» [2, с. 242]. На самом деле первостепенной целью полового воспитания, согласно точке зрения большинства его исследователей, являлось сохранение целомудрия до брака, что в абхазской семейной педагогике с успехом вырабатывалось и усовершенствовалось веками.

Следует отметить, что дифференциация по половой принадлежности у абхазов являлась принципом воспитания подрастающего поколения, поскольку лежала в основе общественного уклада в целом. Ее использовали и в распределении обязанностей между членами семьи, где все знали свою роль и назначение. Предназначение мужчины - быть гарантией благополучия и достатка, защищать и выполнять функции наставника, заниматься трудом вне стен дома в интересах фамилии и общества. Обязанность женщины растить детей, вести хозяйство, быть хранительницей очага. Смешение мужских дел с женскими не допускалось, порицалось и высмеивалось. В этом контексте необходимо подчеркнуть главенствующую ипостась отца семейства. Защитником, кормильцем и добытчиком, во все времена, считался хозяин дома. Он был примером, источником (наравне с женой) воспитания детей. Внутри жилища мужчине по убеждениям находиться не полагалось, поскольку большая часть видов трудовой деятельности входящих в его непосредственные обязанности зачастую находились вне дома и выполнялись на открытом воздухе. Присутствие мужчины в доме расценивалось как праздность, напрасное времяпрепровождение, непристойное занятие, вследствие чего абхаз приступал к работе и в зной, и в ненастье и при любом самочувствии. Отсюда и берет свое начало столь распространенное в народе изречение: «Место мужчины подальше от дома».

В соответствии с гендерным распределением обязанностей, в частности между родителями,

как основы семьи, в минимальный перечень забот матери входила уборка, уход за детьми, стирка и ремонт одежды, приготовление пищи и т.д. Подобных хлопот всегда было в избытке, решая которые добросовестная хозяйка, не ходила по гостям и соседям, распространяя слухи и занимаясь сплетнями, а, так или иначе, пребывала дома. Этот факт как, крайне положительный и одобряемый, укоренился в абхазском обществе, которое судя по свидетельствам многочисленных источников, было намного требовательнее именно к женщине. «Традиционная абхазская культура как бы состоит из двух отчетливых субкультур: доминирующей мужской и зависимой женской. <.> Абхазка была лишена и политических прав. В XIX в. женщины не участвовали в народных собраниях, где обсуждались дела межобщинного управления, а иногда и всей Абхазии. Не участвовали они в сельских или поселковых сходках и в судебных собраниях» [6, с. 56, 60].

Тем не менее, вопреки таким категоричным взглядам позиция женщины не была угнетенной. Безусловное признание отцовского авторитета ничуть не уступает важнейшей роли матери. От женщины, от ее характера, мудрости и других немаловажных качеств зависит благополучие, мир и покой всей семьи, центром и душой которой она является: «Хорошая жена - достаток в доме и достоинство мужа», «У плохой жены муж рано седеет».

Испокон веков в абхазском народе святым долгом всех членов семьи, мужского пола в частности, было охранять честь матери. Это являлось актуальным и по отношению ко всем представительницам слабого пола. Для абхаза неприемлема безнравственность и неподобающее отношение к женщине. Этого он не позволял никому и себе в том числе. Браниться или пререкаться с женщиной расценивалось делом аморальным и недостойным мужчины. Дети воспитывались в подчинении и почтении к матери, любая дерзость в ее адрес бросала тень на безупречность семьи. Ребёнок был обязан достойно сносить любые формы назидания родительницы, в том числе и не всегда нежное обхождение. Поведение ребёнка в быту корректировалось отношением матери к его действиям. Дети всегда и во всем стремились угодить ей, порадовать, заслужить поощрение. Эту связь с матерью абхаз проносил по всей жизни.

Именно мама, во все времена является олицетворением добра, жизненной мудрости и домашнего уюта. Тем не менее, следует подчеркнуть, что при столь почтительном и важном месте, которое занимала хранительница очага, о ее лидерстве в семье не могло быть и речи, по причине противоестественности этого явления в рамках абхазского общества. Пальма первенства в семье во все времена может принадлежать только отцу. Поэтому

обычно говорят: «Дом, в котором правит женщина, не дом». Над мужчиной, у которого в доме руководит жена, люди обычно надсмехаются.

Посему, вероятность постановки вопроса об установлении лидерства в традиционной абхазской семье исключена. Позиция общественности однозначна и склоняется только на сторону отца. Малейшая неясность в этом плане, намек на право голоса или, более того, главенство женщины расценивались сродни безнравственности. Хозяин, допускающий такую ситуацию в своем доме, мог осрамиться в глазах коллектива. Мужчина, в подобном случае, терял свой авторитет среди соседей, жителей деревни.

Утверждая о непоколебимости положения мужчины на посту главы семейства, общественность возлагала на него бремя ответственности за приобщение ее членов к морали. Подобную обязанность отцу следовало непременно исполнять. Тем не менее, в осуществлении родительских обязательств он не был одинок. В процессе воспитания детей были задействованы, как было отмечено ранее, все старшие члены семьи, что приводило к сплочению в достижении очередной жизненно важной цели. Фактически, фундаментом семейного функционирования считалась взыскательная и неукоснительная обоюдная ответственность между каждым из родных и их лидером. С этой позиции первостепенной задачей представлялось формирование неделимой, единой, трудоспособной семьи в пределах общепризнанных морально-этические норм.

На пути осуществления данных требований значительную важность приобретала внутрисемейная манера общения. Уважительное обхождение родных друг с другом преображалось в гарантию аналогичного отношения общества к семье, членами которой они являются. Особенное отношение проявлялось в адрес старших.

Наличие старшего поколения в абхазской семье считалось огромным преимуществом и счастьем. В обществе пожилые люди занимали особое место. Само присутствие старшего играет организаторскую роль во всех событиях и празднествах, придает уверенность и оптимизм окружающим. Именно человек зрелого возраста может передать жизненно важный опыт и мудрость младшим.

Вместе с тем, почтительное отношение к старшим у абхазов не предполагает с их стороны эксплуатации младших, взваливания на них всех тягот. Наоборот, в сложных или тем более опасных ситуациях, старший должен взять на себя ответственность. В таких случаях существует высказывание: «Трудный час - испытание старшему».

Залогом реализации жизненного цикла семьи является наличие в ней как старших, так и младших, к которым в абхазских семьях надлежало относиться с трепетом и лаской, при этом мудрые принципы абхазской народной педагогики позво-

ляли избегать нежелательного и порицаемого в народе явления избалованности детей.

Таким образом, традиционная абхазская семья является составляющей системы народного просвещения, в которую включены самобытные способы и методы воспитания, основанные на почитании старших, обходительном отношении к женщине, культе мужчин, безграничной любви к детям и ген-дерно-возрастных отличиях, с четко структурированным распределением обязанностей.

Библиографический список

1. Абхазоведение: Археология. История. Этнология. - Сухум: РУП «Дом печати», 2013. - 384 с.

2. Бутаева М.А. Женское пространство в этно-культуре // Вестник Бурятского государственного университета. - 2010. - № 6. - С. 238-243.

3. Гостиева Л.К. О роли общественного воспитания в народной педагогике осетин. - Владикавказ: ИР, 1993. - 112 с.

4. Дистервег А. Избранные педагогические сочинения. - М.: Учпедгиз, 1956. - 378 с.

5. Казначеев С.В., Ципцина М.Н., Легирь Г.Г. Этнопедагогика сегодня - возможный путь развития // Научный потенциал. - 2013. - № 4 (13). -С. 57-65.

6. Кузнецова Р.Ш. Женщина в старой и новой Абхазии: «Что нового?!» // Бюллетень: антропология, меньшинства, мультикультурализм. - 2004. -№ 5. - С. 56-89.

7. Маркс К. Возникновение семьи, частной собственности и государства. - М., 1974. - Т. 21. -С. 70.

8. Птицына И.Ф. Особенности реализации принципа природосообразности // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. - 2007. - Т. 16. -№ 40. - С. 501-507.

9. Савченко Т.А. Модель «естественного» и «свободного» воспитания Ж.-Ж. Руссо // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Психологические науки. - 2010. -№ 4. - С. 127-134.

10. Тлисова С.М. Особенности формирования духовно-нравственных ценностных ориентаций девочек и мальчиков в контексте моральных требований адыгской народной педагогики // Научные проблемы гуманитарных исследований. - 2009. -№ 12. - С. 91-98.

11. Турутина Е.С. Социокультурный и образовательный контекст возникновения вопроса полового воспитания детей в дискурсе русской педагогики // Вестник Томского государственного педагогического университета. - 2010. - № 10. - С. 10-14.

12. Шоранова З.В. К вопросу о традиционных социокультурных ролях женщин на Северном Кавказе // Научные проблемы гуманитарных исследований. - 2009. - № 12-2. - С. 136-140.