Екатерину Великую изучили в музее

В Михайловском (Инженерном) замке открылась выставка "Екатерина Великая в стране и в мире". Это четвертая экспозиция из цикла "Сага о Романовых", которую музей пишет при поддержке благотворительного фонда "Система". Кира Долинина считает, что со своей просветительской функцией выставка справилась на твердую четверку.

Русскому музею пришлось тяжело: тему Екатерины Великой и ее несравненных достоинств во всех областях государственной и общественной жизни уже давно и очень твердо держит Эрмитаж. Что абсолютно логично: музей самым великим в своем собрании обязан Екатерине, в нем хранятся лучшие ее портреты и самые знаменитые реликвии, здесь ступала ее нога, и вообще, сам музей и есть памятник императрице, и даже свой день рождения он отмечает в день святой Екатерины. Понятно, что выставки о Екатерине в самых разных изводах Эрмитаж сочиняет постоянно, и они чрезвычайно востребованы.

На этом фоне собрание Русского музея куда скромнее, нужный пафос нагнать трудно, дворцовую роскошь и купленные императрицей шедевры надо сразу исключить, Вольтера и Дидро — забыть, интимные забавы и интриги — вывести за скобки. Если прибавить к этому затейливую вязь и узость коридоров и небольших залов Михайловского замка, в которые приходится вписывать экспозицию, то замахнувшийся на эту большую тему музей хочется заранее пожалеть.

Что же ему остается? Остаются прежде всего живописные портреты, которыми славно русское искусство второй половины XVIII века и которые, включая работы иностранцев, так называемую россику, вполне способны рассказать самые разные истории. Русский музей выбирает историю Екатерины как властительницы удачливой, себялюбивой, государственницы и законотворительницы, окруженной славными просвещенными и опытными мужьями. Если сюда прибавить образ чадолюбивой бабушки, заранее разделившей свой "русский мир" на западный (для Александра) и восточный (для Константина), то картина получается почти идиллическая. Проблемы с перегревшимся в ожидании трона сыном и убитым заговорщиками мужем тут опущены. А то, что выставка проходит в замке бедного Павла Петровича, мать свою ненавидевшего, никак не комментируется, нелепость ситуации каждый посетитель должен оценивать самостоятельно.

Портретная галерея, представленная на этой выставке, великолепна. Если не с художественной точки зрения (многие портреты тут повторения с оригиналов, хранящихся в Эрмитаже), то с исторической. Есть все иконографические типы Екатерины (а их, согласно словарю Ровинского, 14), есть парадные портреты, есть более домашние, есть на коне в преображенском мундире, есть в дорожном платье, чуть ли не растрепавшаяся, есть знаменитая старушка в чепце и с левреткой, какой императрицу встретила капитанская дочка в царскосельском парке. Самые интересные тут работы русских живописцев. Левицкий, Боровиковский (из ГТГ), Рокотов, Шибанов, в отличие от иностранных мастеров, допущенных до тела позирующей им властительницы, писали ее лицо по чужим образцам, и при этом умудрились создать самые тонкие и сложносочиненные портреты Екатерины.

Но есть тут и зал, способный увести внимательного зрителя от центральной героини выставки: екатерининские "орлы", фавориты, полководцы, ученые, законодатели. Удивительный людской поток, где красивые и толстомордые, горделивые и усталые, надменные и приветливые лица — Суворов и Орлов, Потемкин и Зубов, Салтыков и Мусин-Пушкин, Голенищев-Кутузов и Грейг — сливаются в портрет времени, портрет царствования, когда многие достойные сыны отечества смогли совершить свои подвиги на военной и гражданской службе.

Служение отчизне, по сути, еще одна тема выставки. Военные победы "времен Очакова и покоренья Крыма" отражены последовательно, но без государственной крымской истерики: морские сражения с турками с их ночными пожарами и роскошными построениями куда зрелищнее видов пустынной Тавриды. Отлично, через орденские сервизы и ленты на портретах, показана сложившаяся к тому времени орденская система, которая с введением Екатериной Георгиевского (для военных) и Владимирского (для гражданских) орденов стала стройной и внятной. Тут было кого награждать и чем награждать.

Екатерина в Русском музее — персонаж исторический, а не из человеческой комедии. Ее как таковой тут нет. Как нет и того корпуса изобразительных текстов, который мог бы отвечать за русский век Просвещения и роль Екатерины в нем. Но нет тут и частых в отечественной историографии сетований про немецкую, страны и языка не знающую, принцессу, которая беззаконно уселась на императорский трон. Великая княжна Екатерина Алексеевна, в которую обратилась в России София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская, темноволосая, напряженная, нелюбимая жена нелюбимого мужа, в Михайловском замке предстает только в начале экспозиции, а потом царствует совсем иная фигура. История ее получилась не очень увлекательной, но поучительной. Она учит нас тому, что служение Отечеству есть главная доблесть правителя. Не самая пустая мысль.