К вопросу о внешнеполитических факторах развития Дагестана в раннем средневековье (Дагестан и булгары)

УДК 94

К ВОПРОСУ О ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИХ ФАКТОРАХ РАЗВИТИЯ ДАГЕСТАНА В РАННЕМ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ

2009 Гасанов М.Р.

Дагестанский государственный педагогический университет

В статье освещается вопрос о внешнеполитических факторах развития Дагестана в раннем средневековье. На основе разнообразных источников, изданной литературы в статье раскрываются походы тюркоязычных народов, в частности, булгар в Дагестан.

The author of the article throws the light on the foreign-policy factors of Daghestan development in the early Middle Ages. On the base of different sources, published literature he reveals Turkic-speaking peoples’, in particular, old Bulgarians’ campaigns against Daghestan.

Ключевые слова: Дагестан, булгары, Северный Кавказ, гунны, Иордан, аланы, Хазария, Балхар.

Keywords: Daghestan, old Bulgarians, Northern Caucasus, huns, Jordan, Alans, Khazaria, Balkhar.

Среди многих тем дагестанской истории одной из важных и интересных является тема своеобразия исторического развития края. В развитии Дагестана, по сравнению с остальными регионами Северного Кавказа, имелись

особенности. Они определялись в первую очередь той ролью, которую играл Дагестан в истории Северного Кавказа и Юга России - ролью сторожевой заставы на юго-восточных рубежах Северного Кавказа, сдерживавшей в течение

многих веков натиск

опустошительных нашествий

различных племен и народов.

В раннем средневековье на Дагестан совершали походы тюркские племена, в частности

булгары. Древние тюрки оставили огромный след в истории

человечества, в том числе в истории народов Кавказа. Освещение

наследия тюркских народов имеет важное значение в исследовании

прошлого многих народов, в том числе и дагестанских.

Пратюркский этнос, как давно установлено, начал распадаться задолго до начала новой эры. Накопленный к настоящему времени тюркской компаративистикой

фактический материал показывает, что первыми из общетюркского этнического ядра выделились племена огуро-булгарского круга, которые освоили кочевое скотоводство и в первых веках до н.э. начали продвижение на Запад.

Во II в. н.э. огурско-оногурские племена засвидетельствованы в районе Семиречья. 11-111 века н.э. также были временем непрерывных передвижений в кочевом мире. В середине IV в. н.э. гунны (хунны) начинают свое историческое движение в европейские страны. Хуннский язык являлся одним из ответвлений от семьи тюркских языков с характерными

особенностями, более близкими, как

полагают, к булгарской группе языков.

Булгары проникли на Северный Кавказ в догуннское время. Сохранились известия о переселении части булгар из Северного Кавказа в Закавказье еще во II в. до н.э. Эти переселения продолжались и позднее. Во время гуннского нашествия булгары испытали общую участь обитателей степей между Каспийским и Черным морями: часть их была уничтожена или подчинена гуннами, другая отступила к горам, а затем снова вернулась в степные просторы, где жила по соседству с аланами и савирами. Во второй половине II в. группа племен, ставшая известной под названием «гунны» перешла Волгу и обитала в степях северо-западного Прикаспия. Таким образом на рубеже I тыс. до н.э. и I тыс. н.э. тюркоязычные племена и народы выступают гегемонами на Северном Кавказе. Эта гегемония выражалась в объединении племен региона, в интенсификации их передвижений и этнокультурных взаимовлияниях.

Своеобразным «белым пятном» в истории Северного Кавказа и Дагестана остается булгарская эпоха. Булгары - одна из самых ранних тюркоязычных групп, передвинувшихся к западу от Волги и не проявлявших себя до конца V в. Приск и Иордан сохранили воспоминания о таких группах. Гуннам Баламбера и гуннам Аттилы пришлось с ними выдержать упорную борьбу, в результате которой они были покорены и влились в Гуннскую державу.

Причина миграции булгарских родовых групп в Закавказье и на запад заключалась в борьбе между кочевыми племенами. Благодаря той важной роли, которую играли булгары в мировой истории от Кубани и Волги до Подунавья и Болгарии, период VI-VII вв. в литературе принято называть булгарским.

Этой проблемы касались В. В. Бартольд, М. И. Артамонов, Б. Н. Заходер, И. С. Чичуров, В. Ф. Минорский, С. А. Плетнева, Я. А. Федоров, Г. С. Федоров, А. В. Гадло,

Н. С. Джидалаев К. С. Кадыраджиев и др. [3, 6, 7, 12]. Происхождение булгар вызывает споры в современной историографии. М. И. Артамонов и А. П. Новосельцев усматривали в этнонимии булгарского союза и в имени самих булгар этникон угры и считали этот союз объединением уральцев -угров, тюркизированных еще в эпоху переселения гуннов.

Действительно, булгары известны не только на западе Причерноморских степей, их

называют также и в Предкавказье и в Поволжье. Не говоря уже о ставших известными позже волжских булгарах, булгары с VI в. указываются источниками в степях Северного Кавказа там, где в дальнейшем появляются кубанские, или черные, булгары. В источниках булгары и территория их расселения были известны под различными названиями [4].

Происхождение названия племени булгар (болгар) некоторые исследователи связывает с именем одного из трех братьев, а именно Булгара. Полагают, булгары первоначально были среди племен, бежавших от гуннов, а затем им подчинившихся. По одним данным, они локализовались в Западном Предкавказье. Иордан булгар располагает над Понтийским морем. По мнению отдельных

исследователей, булгары у Прокопия Кесарийского скрываются под названием «брухии», которые

обитали между абасгами и аланами, то есть в Западном Предкавказье [8].

Важное значение имеют сведения о булгарах, содержащиеся в «Новом списке армянской географии» (VII в.) В «Географии» говорится о существовании в западной части Предкавказья большого булгарского массива. В VII в. основная часть протобулгар попала в зависимость от Тюркского каганата. Согласно источникам, в первой трети VII в. булгары подчинялись аварскому хакану. Правитель Великой Булгарии Кубрат восстал против аварского хакана и сбросил его власть.

В 635 г. Кубрат изгнал из Северного Причерноморья авар и

объединил под своей властью

приазовских и причерноморских

булгар, создав Великую Булгарию

(Болгарию). Великая Булгария

находилась на восточной стороне Азовского моря. «Под Великой

Болгарией, - заключает Ф. Вестберг,

- следует разуметь земли от Азовского моря до Днепра

приблизительно». Великая Булгария ненадолго пережила своего

основателя Кубрата. Он правил с 584 по 642 гг. После его смерти

произошел раскол Булгарского союза, в результате чего одна группа булгар осталась в Приазовье, другая - за Доном, а три группы ушли на запад -на Балканы (булгары Аспаруха), в Северную Италию. Источники ничего не говорят о миграции группы булгар на Среднюю Волгу, где позже известна Волжская Булгария. Полагают, что булгары откочевали туда позже, в VIII в. Феофан и Никифор (византийские авторы IX в.) отмечают, что уже после разделения пяти сыновей Кубрата из страны Берзилии (Верилии), из страны сармат вышел народ хазар, утвердивший свою власть над оставшимися в Предкавказье булгарами [5].

В стремлении расширить данническую базу хазарские каганы решили покорить кочевое население степей Азовско-Каспийского

междуморья и Северного Кавказа, в первую очередь Северо-Западного Прикаспия. М. И. Артамонов считает, что известную роль в выборе направления экспансии сыграли династические интересы: булгары

были союзниками тюркютов - дулу, врагов нушиби, а следовательно, и хазар с их ориентацией на ханский род Ашина [2].

Первый удар каганат нанес по кочевьям булгар Северо-Западного Прикаспия. Булгары были вытеснены с территории, которой суждено было стать уделом каганов Хазарии. Это были бассейны рек Кумы и Маныча, а также правобережье низовий Волги.

После распада Великой Булгарии часть булгар, в том числе те, что перешли к оседлому и полуоседлому быту, остались под властью

Хазарского каганата, составив

наряду с аланами большую часть его населения. Как известно, в Хазарию входила территория северо-

западного и приморского Дагестана. Это обстоятельство способствовало соприкосновению дагестанских

горцев с булгарами. Полагают, что булгары селились на Северном

Кавказе локальными группами: в

верховьях Кубани вокруг Хумары, в Пятигорье и прилегающей части Кабардино-Балкарии, в низовьях Сулака - в Северном Дагестане. Это обстоятельство имеет немаловажное значение для осмысления процесса формирования на Северном Кавказе тюркоязычного ядра предков

карачаево-балкарского и кумыкского народов. По данным сирийского автора Захария Ритора, за каспийскими воротами живут

булгары «со (своим) языком, народ языческий и варварский».

О племенах огуро-оногуро-булгарского круга в источниках сохранились весьма скудные и противоречивые сведения. Кроме того, современная тюркология еще не всегда в состоянии точно интерпретировать этническую и языковую принадлежность тех или иных древних родо-племенных образований. Определенную ясность в эту проблему может внести историко-этимологическое изучение древних тюркоязычных этнонимов, так или иначе причастных к огуро-булгарскому кругу. Это авары

(абары, обры, апары), акациры, булгары, кутригуры, огуры (огузы),

оногуры, сабиры (савиры, сувары), сарагуры, уногундуры, утургуры (утигуры, утригуры) и т.п., а также хазары и, наконец, чуваши.

На территории расселения булгар выявлены памятники, где была распространена археологическая культура, известная в науке под

названием салтово-маяцкой.

Происхождение этой культуры исследователи связывают с периодом образования Хазарского каганата, в состав которого входили различные племена и народности, в том числе и часть древних булгар (болгар). Археологи отмечают близкие параллели в элементах

культуры между древними

памятниками Болгарии, с одной

стороны и салтово-маяцкой археологической культуры ЮгоВосточной Европы - с другой.

К раннебулгарским памятникам Северного Кавказа археологи

относят ряд могильников, датируемых Vll-VlII вв. Например, погребения Кешенэ-алы в Кабардино-Балкарии Е. К. Крупнов датирует VII в. и сопоставляет с булгарскими погребениями. К этому же кругу памятников относятся некоторые другие могильники

булгарского облика - Зелчи, Кардан [15].

Карачаевский и балкарский народы, считают, образовались в результате смешения древних

северокавказских племен с

ираноязычными (аланами) и

тюркоязычными (булгарами и кипчаками). Из последних наибольшее значение в этом

процессе имели, видимо, «черные болгары» и в особенности одно из западнокипчакских племен.

Вместе с тем попытки некоторых исследователей (В. Ф. Миллер, Н. А. Караулов, З. Н. Ванеев и др.) связать этноним балкар с наименованием древних булкар явно неудачны, так как основаны лишь на чисто внешнем созвучии термина бэлъкъэр в его кабардинской форме.

Часть булгар (булкар), теснимая хазарами, продвинулась к горам Кавказа и слилась с некоторыми местными кавказскими народами и стала еще одним, но уже тюркоязычным этническим

компонентом, принявшим участие в формировании кумыков, балкарцев и также оказавшим влияние на другие народы. Кавказские горцы ассимилировали булгар (болгар) и на долгое время скрыли под своим наименованием их этнонимы. Поэтому в письменных источниках VII-XIV вв. прикавказские булгары (болгары), как и многие племена и народности, даже не упоминаются, тогда как аланы, асы и др. встречаются часто.

О пребывании булгар (болгар) в Дагестане свидетельствуют

различные материалы. Большую

ценность представляют языковые данные. Язык является важнейшим средством, обеспечивающим

преемственность в развитии культуры, сохранении традиций, обычаев и этнической психологии. Н. А. Баскаков булгарский язык вместе с хазарским и чувашским относит к особой булгарской группе тюркских языков [4].

Одним из наиболее интересных элементов кумыкского языка является булгарский пласт лексики, изучение которого может оказать существенную помощь при освещении некоторых проблем истории кумыкского и других тюркских языков, что особенно ярко выявляется в области фитонимии. В составе кумыкской лексики содержится булгарский субстрат -элементы гунно-булгарских языков Северного Кавказа: симсир -

«безумный», варакат «летучая мышь, чадур «ежевика» и т.д. Кроме того, в кумыкский и находагестанские языки проникли элементы языков карасукско-скифской культуры. К булгаро-савирскому пласту

топонимии кумыков исследователи относят такие топонимы, как Эндирей, Герменчик, Тарнаир, Таргъухаси, Къандавур и т.д.

На территории Дагестана в Хасавюртовском районе известен топоним Кандавур, который, по мнению исследователей, связан с пребыванием здесь

древнебулгарских племен. За пределами Дагестана этот топоним известен на Кубани - остров Кандаур, Азове - название лимана и как название ряда хуторов на Дону. Опираясь на характер обозначаемой местности, О. Н. Трубачев выводит этот термин к субстратному индофарийскому ганд-аур, где первый компонент - ганд -связывается с древнеиндийским глаголом ганд-хауате - «ранить,

поражать», а второй - с др. инд. вар

- «вода». С расселением в

Дагестане древних булгаро-гуннских племен: вен-ендер (ван-андар) ваб-андар, огх-ондор, гуннуг - ундур, хайл - андур - исследователи связывают и происхождение этнотопонима эндер. Что касается

Беленджера «его начальный компонент бел - связывается с булгарским числительным бел «пять», ср. булгар бел огур «пять племен». Этнотопоним Беленджер локализуется так же, как и другие тюркские этнонимы, в различных

географических точках Северного Кавказа. И что особенно важно, этот этноним встречается также на территории волжской Булгарии в форме баранджар (К. С. Кадыраджиев).

По мнению Г. М-Р. Оразаева, элемент боргъан (борагъан),

встречающийся в антропономии и топонимии Дагестана и Северного Кавказа, связан с древним тюркским этнонимом булгар (болгар): боргар-борчал-борган [13]. Об этом свидетельствует также то обстоятельство, что этот элемент присутствует не только в ономастике Северного Кавказа, но и в антропонимии и топонимии

обширной территории от Сибири, Средней Азии, Поволжья вплоть до Балкан, Гагаузии и Крыма, в которых зафиксировано пребывание кочевых и оседлых тюрков-булгар.

Компонент байдар в составе Байдартебе, как полагают, являлся или антропонимом или этнонимом и тесно связан с межтюркским

этнонимом байундур, где

определенно вычленяется компонент -уждур, соответствующий

древнебулгарским эндер//андар в составе этнонимов семендер и

ванандар [9, 10].

Булгары проникли и в глубь дагестанских гор. С пребыванием булгар в Дагестане некоторые исследователи связывают и происхождение названия лакского аула Балхар. Сопоставляя русскую транслитерацию Балхар с названием племени булгар-булхар, считают, что балхарцы являются остатками этого племени. Эту интерпретацию считают и «небеспочвенной, ибо улавливается определенная

звуковая и родственная связь между словом булгар-булхар и даргинскими названиями лакцев и, в частности, балхарцев: булекола, вулугуни,

булеччи, булеги, Булхъар... В них выделяется общая часть бул-вул,

которая соотносится с первой частью слова булгар-булхар» (М. И.

Каландаров). Как пишет проф. Р. М. Магомедов в четырех местах вокруг с. Балхар сохранились развалины старых поселений. Согласно одному из преданий, предки балхарцев жили там до того, как позже объединились в одно селение. По другому преданию, эти мелкие поселения возникли во время эпидемий.

Существует и ряд других объяснений происхождения названия Балхар. По мнению проф. Н. С. Джидалаева, выявленные в лакском языке заимствованные булгарские слова позволяют несколько шире и глубже взглянуть на проблему булгарского языка. По его мнению, булгарский язык был в диалектном отношении сильно

дифференцирован. Он полагает, что булгары в силу каких-то обстоятельств перешли на лакскую территорию и вскоре растворились среди местного населения. Единственным языком -

посредником, через который могли проникнуть отдельные термины в раннесредневековую дагестанскую среду, исследователи считают, был булгарский язык.

Через булгарский язык в дагестанские языки проник китайский термин «чанка». Как полагает А. Н. Халунов, основа слова «жал» в аварском языке имеет булгарское происхождение, так как наличие анлаунта вместо -й- было характерной чертой булгарских языков. Булгарским является и ряд других выражений. Булгаризмы аварского языка, считает А. Н. Халунов, нуждаются в глубоком изучении. Об участии древних булгар в этнической истории дагестанских азербайджанцев свидетельствует бытовавшая у последних топонимическая лексика. Среди них: Агай (Акай) - имя личное мужское; эшек - осел; керпю - мост; палчик -грязь, земля; суган - лук; дерин -глубокий; тут - тутовник; терек -дерево; хир - чалтычное поле. Тем более сирийский автор VI в. Захарий Ритор пишет, что в VI в. в районе Дербента («за Каспийскими воротами, в пределах гуннов») в

соседстве с древней Албанией среди 13 племен обитали и

бургары//булгары.

Название местности, в которой проживают аккинцы - Аух восходит к наименованию одного из гуннских племен Северного Кавказа аугар-авгар (VI в. н.э.), где первая часть связана с тюрк. ав-охота, вторая -тюрк. аьр-муж, мужчина, как,

впрочем, и самоназвание аккинцев-ауховцев (арара) авькхий/-аг!, которое имеет своим источником тюркский корень со значением движения горы с подъемом (восхождением) и спуском (схождением) (Г.-Р. Гусейнов).

О пребывании булгарских племен в Дагестане и их влиянии на отдельные дагестанские народы свидетельствуют обычаи, обряды и фольклорные материалы. По

мнению исследователей, термины, обозначающие обряды «халмач» (своеобразное соверешение

заговоров «камланий») и «булкъа» (коллективная безвозмездная

помощь, работа), являются хазаро-булгаризмами.

К булгаро-хазарскому периоду относят исследователи и некоторые архаичные элементы в детском песенном фольклоре,

сближающемся с обрядовой поэзией. В одной считалке встречаются слова «бирем», «экем» и т.д., которые являются порядковыми

числительными, образованными с помощью аффикса -ам(-ем) - бирем»

- первый, «эки-ем» - второй [1].

На основе дунайско-булгарского и волжско-булгарского языков Т. М. Матвеев пришел к выводу, что аффикс -ам(ем) является булгаризмом.

В другой детской игровой песенке «Гав, гав» встречается

нехарактерная для кумыкского языка форма слова «мишик», которая, по мнению А. Аджиева, тоже является булгаризмом.

В кумыкском песенном фольклоре встречается название гор Болгъур, которое является, видимо, одной из модификаций этнотопонима Болгар (Булгар). Так, в одной из старинных песен-йыров имеется следующее упоминание: «Болгъур, Болгъур,

Болгъур тавгъа гийик йыкъма барайым... А два разных кумыкских казан - йыра начинаются одинаково: «Болгъурлар ессиз, Болгъур тав, Болгъур тав...». Булгарское море -одно из древних названий Каспийского моря.

Булгаро-хазарская этимология слова «Замире» позволяет говорить о древнетюркских или кумыкских истоках или влияниях на этот обряд у татов и даргинцев (Забурай).

Наибольшую ценность для освещения темы «Древние булгары на Северном Кавказе и в Дагестане» представляют археологические материалы. В качестве признака, характеризующего булгар в VIII-IX вв., использовались данные погребального обряда: с ними

связывались грунтовые ямы с заплечиками в отличие от аланских катакомбных погребаний.

Погребальный инвентарь был един для обеих групп памятников, но, по наблюдениям С. А. Плетневой, в грунтовых погребениях булгар керамики немногочисленна и в ней в большом проценте кухонная керамика. Среди известных к нашему времени археологических

памятников конца VII - начала VIII вв. с территории степного, или предгорного, Кавказа по наличию грунтовых погребений могут быть выделены Пашковский и

Яснополянский могильники на Северо-Западном Кавказе, которые принято связывать с адыгами, и Чирюртовский могильник в Дагестане, связываемый с аланами или местными племенами. Эти могильники очень точно могут быть датированы по происходящим из них материалам, причем, если в Пашковском и Яснополянском могильниках благодаря

однородности материала

дальнейшее членение

представляется невозможным, то в Чирюртовском могильнике с определенными оговорками

исследователи выделяют группу комплексов второй половины VII в и группу первой половины VIII в. [11].

Объединяет эти памятники, максимально (для Северного Кавказа) удаленные друг от друга,

процентное соотношение керамики, положенной в могилу, очень резко выделяющее их из всей массы подобных им памятников от

верховьев Кубани до Осетии. Такую парадоксальную, казалось бы, близость именно между этими территориями наблюдает В. П. Алексеев по антропологическому материалу. Если в целом для

коллекции раннесредневековой керамики Северного Кавказа

безручные формы столовой посуды и горшки составляют всего 7,4% (в основном за счет Кубани и Дагестана), то в Пашковском и Яснополянском могильниках они составляют 44,9%, а в Чирюрте даже 53,3%.

В результате анализа и сравнения между собой и всей известной раннесредневековой керамики

Северного Кавказа удалось выделить ряд типов керамики, которые исследователи считают булгарскими по принадлежности на основании их картографии, корреляции между собой и данных погребального обряда и аналогий с более поздними булгарскими памятниками (VIII вв.). Также специфически булгарскими следует считать определенный ассортимент керамики в погребении (безручные формы составляют около половины посуды) и небольшое число керамики в могильнике (случаи с двумя сосудами в одном погребении единичны, тогда как погребения без керамики встречены значительно чаще) [11].

Чирюртовский могильник дает ряд исходных для салтово-маяцкой культуры керамических форм, не

Примечания

встреченных нигде больше или только на Средней Кубани. Вместе с тем типы сероглиняных кувшинов, украшенных полосатым лощением, как это справедливо было отмечено и раньше (Н. Д. Путинцева, В. А. Кузнецов, Г. С. Федоров и др.), объединяют Чирюрт с

раннесредневековыми памятниками Центрального Предкавказья.

Тюркоязычные племена и народы проникали в Азербайджан из Северного Кавказа по Западному побережью Каспия через территорию Дагестана на протяжении многих веков. Об этом свидетельствуют раннесредневековые армянские авторы Бузанд, Егише, М. Хоренский и др. [14]. Исследования подтверждают то, что в топонимии Азербайджана след оставили и булгары - это р. Болграчай, ойконимы Болгар, Болгар-кент, Болгар-Кок-тепе. Одно из подразделений племенной общности кенгерли в Азербайджане называлось болгары. Древние гунно-булгары еще в I в. разработали свое уникальное руническое письмо. По сведениям Захария Ритора (VI в.), у гуннов Дагестана уже существовал перевод Евангелия. Таковы вкратце сюжеты о древних булгарах и их пребывании на Северном Кавказе и в Дагестане.

Как вытекает из изложенного, проблема относится к числу еще недостаточно изученных, и ее иследование является важной задачей историков Дагестана, остальных регионов Кавказа и юга России.

1. Аджиев А.М. У золотых родников. Махачкала, 1991. 2. Артамонов М.И. История хазар. Д., 1962. 3. Бартольд В.В. Болгары // Соч. ТУ. М., 1968. С. 509-520. 4. Баскаков Н.А. Введение в изучение тюркских языков. М., 1969. 5. Вернадский Г.В. История России. Древняя Русь. М., 2000. 6. Джидалаев Н.С. Далекое - близкое. Махачкала, 1989. 7. Джидалаев Н.С. Тюркизмы в дагестанских языках. М., 1990. 8. Кавказ и Дон в произведениях античных авторов / Сост. В. Ф. Патракова, В. В. Черноус. Отв. редактор М. Р. Гасанов. Ростов на/Д, 1990. 9. Кадыраджиев К.С. Фитонимы булгарского происхождения в кумыкском языке // Мат-лы сессии, посвященной итогам экспедиционных исследований Института ИЯЛ в 1980-1981 гг. Махачкала, 1982. 10. Кадыраджиев К.С. Язык и история // Советский Дагестан. 1977. №4. 11. Ковалевская В.Б. Древние болгары на Северном Кавказе // Пятые крупновские чтения по археологии Кавказа. Махачкала, 1975. 12. Минорский В.Ф. История Ширвана и Дербенда Х-Х1 вв. М., 1963. 13. Оразаев Г.М.-Р. К интерпретации северокавказского топонима Борагьан // Тезисы докладов

конференции по итогам географических исследований в Дагестане. Вып. XXI. Махачкала, 1993. 14. Патканов К. Из нового списка «Географии», приписываемой Моисею Хоренскому // ЖМНП. 1883. Ч. ССХХ\/1. 15. Степи Евразии в эпоху средневековья. М. : Наука, 1981.

Статья поступила в редакцию 11.07.2009 г.