«Элегантность может быть звериной и человеческой»

На часовом салоне Watches & Wonders марка Cartier стала лидером по количеству новых часов. На общем фоне особенно выделялись модели серии Metiers d’Art, с циферблатов которых смотрели перламутрово-ониксовая зебра, мозаичная пантера и пантера из золотой фольги. Эмалевый корпус модели Crash Tigree с неровными цветными полосками напоминал то ли о зебре, то ли о тигре, то ли о крокодиле. Директор по стилю и наследию Cartier Пьер Райнеро уверен, что такие образы всегда современны.

Директор по стилю и наследию Cartier Пьер Райнеро

Фото: Алексей Тарханов, Коммерсантъ

— Почему в этом году в часах Cartier так много изображений животных?

— Это наша генеральная линия: в ювелирных украшениях, часах, аксессуарах. Фигуративный подход никогда не исчезал из словаря Cartier, хотя последние годы было больше абстракции, геометрии. Возможно, пришло время для фигуративного искусства, подробного бестиария. В Cartier мы опираемся скорее на ощущения правильного момента, чем на стратегию. Направление движения определяет не один человек, это коллективная работа. Есть наша креативная студия, есть я, есть коммерческая служба, и есть общее желание двигаться в определенном направлении.

— На чем основывается это ощущение «правильного момента»?

1 / 2

— Сложно объяснить. Точно не на научных наблюдениях, поведении определенных групп людей или экологической обстановке, а скорее на том, как это выглядит в рамках нашего эстетического словаря прямо сейчас. Когда есть предмет обсуждения, будь то объемная вещь или эскиз, он проходит несколько этапов оценки. За первой реакцией — «может получиться красиво» или «это просто результат интеллектуальных построений» — следует решение, верно ли это в рамках эстетики Cartier и почему. Нам необходимо подумать и о соответствии предпочтениям современных людей — о том, как этот объект будут носить. Если мы можем представить себе тех, кто захотел бы иметь такую вещь, то мы решаем: «Да, надо выпускать». Но мы должны думать и о том, чтобы эта вещь оставалась актуальной еще много лет. Так что все гораздо сложнее.

— В этом году много ювелирных новинок. Мне кажется, последние два года все стремятся показать самое-самое: самое крупное, самое яркое, самое блестящее.

— Я понимаю, о чем вы — о преувеличении, гиперболе. Я очень внимательно отношусь к этому в работе с нашими дизайнерами.

Отличие Cartier в том, что мы придаем особое значение элегантности, сохранению баланса украшения и личности.

Драгоценный объект не должен быть нарочито главным, единственным, он сделан для того, подчеркивать женскую красоту, а не заменять ее.

— То есть Cartier создает крупные, броские вещи, зная, что им найдется подходящая хозяйка?

Cartier Metiers d’Art — Ronde Louis Cartier, желтое золото, бриллианты, эмаль, заводная головка с бриллиантом, мануфактурный механизм с ручным заводом 430 MC

Фото: Cartier

— Возьмем, например, актрису Марию Феликс, которая заказывала у Cartier украшения в виде крокодилов и змей в 1960–1970-х годах. Для Cartier ее заказы были новостью и очевидным шагом к гиперболе, но такова была Мария Феликс. Одним своим присутствием она овладевала любым пространством, где находилась, так что эти украшения были ей под стать. Все очень зависит от характера человека. Я абсолютно убежден, что мы выбираем украшения, руководствуясь не только логикой. В этом всегда есть неожиданность, иногда для нас самих. Я видел женщин, которые приходили за одним украшением, а потом выбирали совершенно другое. Так я открывал в них нечто, о чем не знал. Возможно, и для них самих это было новостью.

— Есть ли что-то от экстравагантности Марии Феликс в новой коллекции часов с изображениями животных?

— Мария Феликс, несомненно, оставила глубокий отпечаток в истории Cartier. Она помогла нам освоить новые территории, ввести в наш бестиарий новых животных. Она всегда любила большие украшения, но благодаря Cartier ее украшения стали не только большими, но и элегантными. Мы стремимся к элегантности, какими бы ни были обстоятельства и характер человека. И в необыкновенных специальных заказах, и в роскошных ювелирных часах, и в повседневных мужских моделях ничто не должно препятствовать элегантности.

1 / 2

— На создание украшений с изображениями животных вас вдохновляют люди?

— Конечно. Для Cartier животные — неисчерпаемый источник вдохновения, графических форм. Жирафы, пантеры, тигры; элегантность их движений, позы. Элегантность может быть звериной и человеческой. Мы часто сравниваем животных с людьми, иногда неосознанно. Но это совершенно правильно — перед нами живое существо, такое же, как и мы.