Сравнительное правоведение и международное публичное право: феномен междисциплинарности

ТРИБУНА МОЛОДОГО УЧЕНОГО

СРАВНИТЕЛЬНОЕ ПРАВОВЕДЕНИЕ И МЕЖДУНАРОДНОЕ ПУБЛИЧНОЕ ПРАВО: ФЕНОМЕН МЕЖДИСЦИПЛИНАРНОСТИ

В статье анализируются проблемы взаимодействия сравнительного правоведения и международного публичного права. Авторы приходят к выводу о значимости сравнительного права (метод, система знаний) для решения междисциплинарных проблем международного права. Ключевые слова: право, зарубежный, международный, системы, юридический.

G. FAVRE,

University of Lyon

C. GOENS,

University of Lyon

COMPARATIVE LAW AND PUBLIC INTERNATIONAL LAW: THE PHENOMENON OF INTERDISCIPLINARITY

In article analyze interaction problems of comparative law and international public rights. The authors come to the conclusion about the importance of comparative law (method, system knowledge) to solve interdisciplinary problems of international law.

Keywords: right, foreign, international, systems, legal.

Фавр ГОТЬЕ,

студент Университета г. Лиона

ё

я?-*

Понятие научной дисциплины подразумевает упорядоченную систему знаний по определенному предмету исследования. Поскольку сферы исследования имеют тенденцию к специализации, количество подходов, встречающихся у различных исследователей и в различных дисциплинах, неуклонно растет Тем не менее, как предостерегает Годар, неудачи в междисциплинарной сфере не должны служить оправданием обособленности, научного пуританства .

В этой связи представляется особенно целесообразным изучить продуктивные отношения между сравнительным правоведением, этой «наукой о сравнении права, целью которой является исследование и объяснение различий между разными правовыми системами в определенный период» и международным правом. С точки зрения Александра-Шарля Кисса, вклад последнего системного блока в сравнительное правоведение является особенно весомым в двух аспектах: метод и материальное право.

С одной стороны, «это действительно является своего рода техникой, которую международное право предоставляет в распоряжение сравнительного правоведения, коль скоро последнее намеревается преодолеть стадию исследования и перейти к стадии конкретных свершений». По сути, цель унификации права, имеющая огромную ценность для сравнительного правоведения, предполагает заимствование у международного права таких инструментов, как международные соглашения, техника их толкования, ведение переговоров, а также обращение в международные судебные инстанции.

Клара ГЕНС,

студентка Университета г. Лиона

научный руководитель М. В. ЗАХАРОВА,

кандидат юридических наук, Университет имени О.Е. Кутафина

© Ф. Готье, 2015 © К. Генс, 2015

176 ТРИБУНА МОЛОДОГО УЧЕНОГО

я ^Ж î

ЕСТНИК

УНИВЕРСИТЕТА

имени О.Е. Кутафина

С другой стороны, вклад международного права в сравнительное правоведение обнаруживается в самом предмете сравнительного подхода, в «материальном» праве как объекте изучения. С точки зрения Кисса, при сравнительных исследованиях различных правовых систем, «относящихся к определенным вопросам, следовало бы также обращаться, помимо различных государственных правовых систем, и к международному праву. Иными словами, в данных случаях нормы международного права целесообразно было бы сравнить с нормами римских, англосаксонских, социалистических и прочих систем»1. Помимо этого, активный рост международного сотрудничества сделал возможным формирование относительно однородных правовых систем, по образу и подобию Европейского Союза, что в еще большей степени подталкивает к их включению в предмет сравнительных исследований. Таким образом, этим дисциплинам просто суждено становиться все более и более близкими и взаимосвязанными.

Однако наше исследование посвящено прежде всего развитию сравнительного правоведения и его растущему вкладу в международное право. По сути, сравнительное правоведение часто разрабатывается как методика, как инструмент, и с этой точки зрения представляется предпочтительным исследовать его во всей его « полезности» по отношению к международному праву, в качестве внутреннего права, а также политики.

Исторический анализ сравнительного правоведения

Первым автором, проявившим интерес к сравнительному правоведению, является Солон из Греции, который считается одним из отцов афинской демократии VI в. до н. э. Будучи торговцем, во время своих поездок он сталкивался с правовыми реалиями разных регионов, чем и воспользовался, чтобы внести предложение о еформах в Афинах. Двумя веками спустя Платон в своем труде «Законы» приводит очень точное описание политических режимов других греческих городов. Цель исследования состояла в том, чтобы выявить наиболее целесообразные институты в порядке размышления об идеальной конституции. В ту же эпоху Аристотель в «Политике» выполняет сравнение конституций окрестных городов, чтобы создать модели, «типовые» конституции, позволяя сгруппировать различные конституции, классифицировать их.

Римские законы XII таблиц, ознаменовавшие приход современного права, послужили серьезным стимулом к изучению сравнительного правоведения, а точнее принципов действия афинской демократии, которые дошли до римлян из работ Платона, Аристотеля или Солона.

Несмотря на такое обнадеживающее начало, сравнительный подход в дальнейшем выходит из употребления. Средневековых работ по сравнительному правоведению не так много, и только Ломбардская школа мысли объединяет юристов, стремящихся изучить основные правовые системы своего времени. В эпоху Возрождения римское право заявляет свои претензии на универсальность, к чему привела деятельность итальянских юристов, которые в то время комментируют все нормы римского права. Итальянские юристы стремятся распространить римское право по всей Европе. И сравнительное правоведение откликается на это универсалистское движение. Течение, которое объединяет таких авторов, известно как юридический гуманизм: его основной постулат заключается в том, что римские законы не являются выражением незыблемой истины, и право необходимо адаптировать под каждое общество и каждую эпоху Гуманисты делятся на два течения. Первое, к которому принадлежал Жак Кюжа, это

La relation interdisciplinaire: problèmes et stratégies // Jollivet M. (dir.). Sciences de la nature, sciences de la société, CNRS Editions, 1992, Paris. P. 427.

в

готье ф., генс к.

шттггт сравнительное правоведение и международное 177

'"иае^^^точ публичное право: феномен междисциплинарности

исторический гуманизм, который стремится к более глубокому пониманию правовых норм в их историческом контексте. Второе гуманистическое течение — гуманизм практикующих юристов, основным предметом изысканий и интересов которых является незыблемость обычного права: сравнительный подход применяется не в исторических целях, а в целях противопоставления права обычаю.

В начале XVII в. Гроций, систематизируя доктрины естественного права, впервые обращает внимание на то, что естественное право совсем не обязательно является плодом теоретических рассуждений, а должно устанавливаться в каждом обществе, поскольку правовые нормы варьируются в зависимости от эпохи и общества. Одновременно с этим Лейбниц приступает к проекту составления списка всех прав «цивилизованного мира» с целью размышления о науке о праве как таковой. Его интересует не только право государства, в котором он живет, но и все права. Однако этому проекту не суждено было претвориться в жизнь, поскольку он был слишком амбициозным для того времени.

Безусловно, следует отметить и существенное влияние Монтескьё на развитие сравнительного метода. В своем труде «О духе законов» он показывает, что законы просто не могут не различаться от страны к стране. Он приводит объективные факторы, вследствие которых суть права в разных системах варьируется. Он одним из первых проявляет неподдельный интерес к сравнительному правоведению как таковому; он делает из него полноценный объект исследования, чтобы обосновать реформы, которые он предлагает для французской правовой системы. Однако его идеи выльются в продвижение юридического национализма, приводя к результатам, прямо противоположным целям его изысканий. Французская революция еще больше усилит эту направленность в сторону юридического национализма, подчеркивая принцип самоопределения народов и, таким образом, право каждого народа формировать свое собственное право.

Несмотря на все вышеупомянутые труды, лишь в XIX в. сравнительный подход утверждается в качестве подлинной науки. Тем не менее в то время в Германии для правовой науки характерен прежде всего национальный позитивизм, ведется изучение норм немецкого права. Знаковым движением того времени является историческая школа права, лидером которой был Савиньи. В 1829 г. выходит в свет журнал «Юридическая наука и зарубежное законодательство», начало которому было положено немецкими авторами и который был посвящен исключительно зарубежному праву. Во Франции, где также царит правовой национализм и кодификация, в 1831 г. была создана кафедра истории и философии сравнительного правоведения в Коллеж де Франс. Это означало признание важности сравнительного правоведения на институциональном уровне. И, наконец, в Англии Иеремия Бентам одним из первых дает толчок движению в поддержку сравнительного правоведения.

Эпистемологический разрыв

Эпистемологический разрыв происходит в последней трети XIX в., когда в со- н

циальных и, как следствие, в юридических науках, получает широкое развитие на- ^

учный подход. Это эпоха эволюционистских теорий, постулатом которых являет- у

ся универсальность исторического движения — идея о том, что прогресс является ^

движущей силой всей истории. И поскольку эволюционизм тяготеет к сфере ^

социальных наук, появляется интерес к сравнению. Это движение дает импульс в

направлении сравнительного правоведения, что в 1869 г. выливается в создание во

Франции Общества сравнительного правоведения. Одновременно с этим происходит

объединение Германии и создается новое законодательство, в котором очень важная

роль отводится сравнительному правоведению. Во Франции, в противовес школе ученюгц

178 ТРИБУНА МОЛОДОГО УЧЕНОГО

я ^Ж ^

ЕСТНИК

УНИВЕРСИТЕТА

имени О.Е. Кутафина

экзегезы, появляется новое движение свободного научного исследования. Свободное научное исследование предполагает, что прогресс в познании права невозможен, если не руководствоваться тем, что происходит за рубежом. В публичном праве особенно заметной фигурой в данной области сравнительного правоведения становится правовед Эдуард Ламбер.

Всемирная выставка 1900 г. в Париже дает возможность французским правоведам созвать первый Международный конгресс сравнительного правоведения, который часто называют чем-то вроде свидетельства о рождении данной юридической науки. Конгресс позволяет обсудить различные цели данной дисциплины, способы обеспечения мира во всем мире путем поиска норм, действительных для всех государств. Однако эти сравнительные исследования носили ограниченный характер, в том смысле, что они были полностью европеизированы: в своих исследованиях авторы ограничиваются лишь европейскими правовыми системами. Фактически, поскольку эти авторы стремились унифицировать право, им пришлось исключить системы, слишком непохожие на привычные им (англосаксонское право, азиатское право, африканское право и т.п.).

Ситуация изменилась с Первой мировой войной. Два фактора послужили толчком к новой волне сравнительных подходов: возрождение национализма, который ставит акцент на адаптации права к каждому частному случаю, и появление в России новой концепции права — марксистско-ленинской концепции, рассматривающей закон просто как следствие экономической системы.

Пытаясь найти ответ на эти аргументы, сравнительная наука выходит на новый виток бурного развития. Особенно заметны его результаты станут после Второй мировой войны, с началом преподавания сравнительного правоведения на юридических факультетах. Одновременно растет лагерь сторонников сравнительной теории. Помимо этого, появляются новые концепции, например понятие правовой семьи. Происходит попытка сгруппировать государства по этим семьям и ввести классификацию. С тех пор сравнительное правоведение становится частью научного ландшафта.

Сравнительный метод: различные подходы

Следует понимать, что сравнительное правоведение является не отраслью позитивного права, а прежде всего методом. Как подчеркивает профессор Благоевич, «сравнительное правоведение является, как правило, и чаще всего, только методом, который используется при изучении отдельных отраслей юридической науки и к которому следует как можно чаще прибегать, учитывая те результаты, которых он позволяет достичь. Тем не менее не следует считать, что сравнительное правоведение сводится только к этому, и в некоторых случаях оно этим не является; оно занимает особое место в рамках юридических наук, оно занимает место науки среди других юридических наук»2.

В конце концов, сравнительное правоведение является социальной наукой, применяемой для сопоставления различных правовых систем либо их институтов, чтобы высветить их сходства и различия, а также для исследовательских целей, правовой или политической практики.

Согласно первому подходу, сравнительное правоведение используется исключительно в качестве инструмента, т.е. средства для достижения цели, которая сама по себе не относится к сравнительному правоведению. Например, для приведения

Определение сравнительного правоведения // Encyclopaedia Universalis. URL: http://www. universalis.fr/encyclopedie/droit-droit-compare/#i_8173.

в

готье ф., генс к.

шттггт сравнительное правоведение и международное 179

имениае^^^м™ публичное право: феномен междисциплинарности

в действие той или иной нормы международного частного права необходимо сравнить системы права, поскольку каждое право будет предполагать свое решение. В данном случае сравнительное правоведение используется как инструмент. Суду Европейского Союза также требуется прибегать к сравнительному правоведению в качестве инструмента. Такое использование сравнительного правоведения зачастую является первоочередной функцией, к которой прибегают юристы, и нередко этим его использование и ограничивается. Тем не менее можно выделить еще три основные функции сравнительного правоведения.

Начнем с критической функции. Данная функция на очень раннем этапе была выявлена компаративистами, которые подчеркнули необходимость критического чтения закона. Независимо от намеченной цели использование сравнительного правоведения предполагает относительность собственных знаний, критическое отношение к своим предубеждениям. Такой подход к сравнительному правоведению также позволяет осуществить переоценку права, т.е. развенчать миф о существовании точного ответа, истины в законе. Это помогает лучше понять право как социальное явление, что можно назвать одним из следствий всех научных подходов, которые отходят от позитивизма. «Так же, как изучение иностранного языка проливает свет на неясные структуры и предвзятости родного языка, сравнительное правоведение позволяет юристу по-иному взглянуть на свое национальное право и поставить под сомнение некоторые отличительные особенности или некоторые судебные институты — естественные или базовые».

Следующая функция — объединяющая. В результате сравнения может обнаружиться сходство между различными правовыми институтами и даже между различными правовыми системами. Таким образом, это служит подтверждением тезиса о сближении прав. Можно даже сказать, что сближение прав является одной из конечных целей, присущих работе компаративиста, поскольку он стремится к гармонизации, унификации и сближению права. Типичным примером является использование сравнительного правоведения в рамках региональных интеграционных организаций, таких как Европейский Союз, целью которого является все более тесное объединение его государств, и поэтому последние идут по пути гармонизации и сближения своих законодательств. Суд Европейского Союза использует сравнительный метод в подавляющем большинстве своих постановлений — в качестве движущей силы интеграции. Например, когда ему необходимо установить общие принципы права, он опирается на общераспространенные традиции различных государств.

Данная функция обращает нас к такому явлению, как глобализация права, что парадоксальным образом выливается в движение сопротивления национальных правовых систем, которые стремятся доказать, что правовые системы не являются полностью взаимозаменяемыми и должны сохранить различия. Это движение находит не только политическое проявление во всех государствах Европейского Союза, но и юридическое, в частности в виде отказа от полного преобладания права ЕС над национальным законодательством.

И, наконец, сравнительное правоведение выполняет дифференциальную функцию. Она заключается в освещении национального аспекта права и прежде всего в подчеркивании существования правовой культуры и правовой традиции как факторов, объясняющих эти национальные различия. Данная функция привела к зарождению в Соединенных Штатах теоретического движения «закон как культура», главным представителем которого является Пьер Легран. Он доказывает, что источник различий между правовыми системами

заключается в совокупности элементов неправового характера, которые он называет О

правовой культурой. Идея состоит в том, чтобы показать, что правоведы придерживаются О

разных суждений из-за того, что они относятся к разным системам права. ученого;

Ш У I А

180 трибуна м^ёод^то ученого

я ^Ж ^

ЕСТНИК

УНИВЕРСИТЕТА

имени О.Е. Кутафина

Помимо этого, сравнительное правоведение играет роль в определении других отраслей права, таких как международное право, что заслуживает более подробного рассмотрения.

Многочисленные взаимодействия между сравнительным правоведением и международным правом, проявления междисциплинарности

Термин «международный» впервые употребил Джереми Бентам в 1789 г Некоторое время спустя термин получил применение в дипломатической практике, а начиная с XIX в. он стал применяться все чаще и чаще ввиду растущей важности отношений между государствами.

Речь идет о международном праве в той части, в которой ему соответствует внешняя ветвь публичного права — свод правил, призванный регулировать международное сообщество. Иными словами, это правила, охватывающие отношения между государствами и/или международными организациями. Таким образом, международное право выполняет регулирующую функцию. Эти правовые нормы накладывают ограничения таким образом, чтобы за их нарушение предполагалось наказание. Они образуют единое целое, что позволяет создать правовую систему, и по своей функции распространяются на государства, международные организации и даже на физических лиц. Международное право применяется к различным областям, связанным с международным сотрудничеством, таким как вооруженные конфликты или дипломатические отношения, чтобы обеспечивать сосуществование государств с соблюдением их взаимной независимости.

Нормы носят характер международного права при наличии внешней (иностранной) составляющей, в результате чего появляется другой любопытный тип норм международного права — международное частное право, которое занимается коллизиями законов между частными лицами.

Когда речь идет о подъеме международного публичного права, следует отметить, что улучшение технических аспектов и дипломатических отношений, а также бурное развитие торговых отношений между странами имело место в Средние века. Одновременно с этим было выполнено много исследований в области военного и морского права. Общепризнанным отцом международного права считается также Гроций с его работой «О праве войны и мира». Помимо этого, Жан Боден в работе 1576 г. «Шесть книг о государстве» систематизировал основную концепцию в области международного права — концепцию суверенитета. А заключение в 1648 г. Вестфальских мирных соглашений считается днем рождения современного государства — образовалась межгосударственная ассоциация равных по отношению друг к другу государств, обладающих одинаковым суверенитетом.

В конце XIX в. международное право вступило в стадию институционализации благодаря созданию множества международных организаций, в частности речных комиссий, таких как Европейская Дунайская комиссия (1856 г.) и иных первых международных организаций. За ними последовали административные союзы, например Международный телеграфный союз (1865 г.). Но лишь в ХХ в. институционализация международного публичного права приобрела наиболее широкий размах с созданием Лиги Наций в 1919 г. и Организации Объединенных Наций в 1945 г

С тех пор международное право характеризуется нормативной экспансией, увеличением международных договоров, но также и регионализацией, свидетельством чего являются такие организации, как Совет Европы или Африканский союз.

И в данной ситуации международное право все больше и больше опирается на опыт сравнительного правоведения. Эта отрасль знания особенно часто используется международными организациями: они прибегают к сравнительному правоведению для реализации возложенных на них миссий, как в случае с

в

'/щ^^/гашлг готье ф., генс к.

vhmrfppmtfta сравнительное правоведение и международное 1я1

'"иае^^^точ публичное право: феномен междисциплинарности

Международным Судом. В статье 38 его Статута указано, что источниками международного права являются «общие принципы права, признанные цивилизованными нациями». Во многом благодаря именно сравнительному подходу становится возможным определить подобные принципы, атакже принципы императивных норм (jus cogens). Как подтверждает судья Танака в деле о Юго-Западной Африке, «изначально общими принципами считаются принципы частного права, выделенные методом сравнительного правоведения и применяемые по аналогии к вопросам международного права»3. По сути, речь идет о том, чтобы отличить, выделить общие принципы для различных правовых систем, и при этом никак нельзя обойтись без их сравнительного исследования. Жан-Ив де Кара, бывший судья ad hoc Международного Суда объясняет, что «судьям следует определить принципы, признанные во внутреннем законодательстве, которые могут стать принципами частного или публичного права... Также важно, чтобы эти принципы были достаточно общими, чтобы иметь возможность идентифицировать их в крупнейших правовых традициях мира ( романо-германская, англосаксонское право, страны с религиозным правом...)» .

В качестве примера также уместно отметить развитие международного уголовного права, поскольку государства, в частности, установили принцип международного сотрудничества в сфере судопроизводства, прибегнув таким образом к сравнительному правоведению в целях борьбы с преступностью на международном уровне.

Сравнительное правоведение, правовая помощь интернационалистов

Вклад сравнительного правоведения в международное право является тем более актуальным, что оно играет весомую роль в толковании международных конвенций, различных договоров, которых в наши дни становится все больше и больше. Международное публичное право действительно заинтересовано в познании внутренних систем своих субъектов, поскольку эти системы, как подчеркивает Александр-Шарль Кисс, «лежат в основании решений, касающихся международного правопорядка, или являются ареной резонанса международных актов»4. Как таковой метод сравнительного правоведения вносит существенный вклад в международное публичное право, позволяя, в частности, получить знания об органах, которые представляют каждое государство на международной арене. Примеры Европейского Союза и Европейской конвенции по правам человека, таким образом, являются чрезвычайно говорящими, хотя речь идет и об отдельной отрасли международного права, т.к. сравнительное правоведение во всей своей полноте присутствует и признается в рамках европейских институтов. Оно используется Европейским Судом по правам человека, который увязывает правовые решения в странах-членах, а также Европейским Союзом. Например, Раймон Леже объясняет, что «при определении источников европейского права или миссий европейских властей Римский договор ясно продемонстрировал, что коммунитарное право ЕС очень многим обязано сравнительному правоведению: в плане источников общих принципов, которые н

можно выделить из законодательства стран-членов; в плане миссии сближения этих ^

национальных прав», и даже «в ходе судебных процессов в методах работы судей у

решающую роль неизбежно играет сравнительное правоведение» . à

Расширение ЕС подчеркивает важность использования сравнительного ^

правоведения, его охват, т.к. при вступлении в Евросоюз нового члена к сравнительному

3 Kiss A. C. Droit comparé et droit international public // Revue internationale de droit comparé. Vol.

24. №. 1. 1972. P. 10.

4 Kiss A. C. Op. cit. P. 11. ученого;

5/2015

>

j л » 1 Lli/ÊIS

ТРИБУНА МОЛОДОГО УЧЕНОГО П5)тт ерситета

имени O.E. Кутафина

правоведению постоянно прибегают для понимания его правовой системы, а также для разъяснения функционирования Союза.

С теоретической точки зрения сравнительное правоведение позволяет постоянно рассматривать свою собственную правовую систему под критическим углом в целях ее совершенствования. Так, при введении во Франции конституционного контроля апостериори с процедурой рассмотрения приоритетных вопросов о конституционности в рамках конституционной реформы 23 июля 2008 г. за основу, в частности, была взята система конституционного контроля, уже действующая в Германии. Статья 100, п. 1, Основного закона Германии предусматривает, что немецкий судья должен приостановить вынесение решений и обратиться в Федеральный конституционный суд, когда при рассмотрении дела по существу он обнаруживает, что то или иное постановление может расходиться с Основным законом и действующим правом . Французские законодатели во многом основывались на немецкой модели при разработке процедуры рассмотрения приоритетных вопросов о конституционности; знание зарубежного права позволило усовершенствовать французскую правовую систему.

Возвращаясь с регионального уровня на международный, следует подчеркнуть ключевую роль компаративистики в развитии международной торговли, а точнее — в ведении арбитражного разбирательства. Как совершенно справедливо отмечает Рене Давид, XX век ознаменовался развитием арбитражного производства во многих областях права, что сделало исследования в области сравнительного правоведения абсолютно необходимыми. Во французском праве отсутствует традиция арбитражного производства, и поэтому специалистам в области международного права пришлось обратиться к сравнительному методу для прояснения вопросов, касающихся арбитражных оговорок и приведения в исполнение арбитражных решений. «Как выносить решение, в частности, в случае нарушения общественного порядка, если были попраны фундаментальные принципы правосудия, если отсутствует понимание общей системы зарубежного права, в рамках которого велось арбитражное производство и был вынесен приговор?»5 Взаимосвязь международного права и сравнительного правоведения еще раз проявила себя в качестве основополагающего и знакового аспекта развития права с XX в. Так, Рене Давид утверждает, что европейские страны склонны рассматривать арбитражное производство исключительно с точки зрения споров, тогда как в действительности эта процедура представляет собой момент переговоров: заключается соглашение, чтобы избежать кризиса. Компаративист становится юридическим консультантом6.

Данная роль консультанта идеально находит свое отражение в международной коммерции, где междисциплинарность позволяет управлять участниками торговли. По сути, арбитражное производство варьируется в зависимости от правовой системы, в рамках которой оно возбуждается: в Берлине, Лондоне, Москве или Париже процедура будет разной. Таким образом, коммерсант должен быть осведомлен о своих правах за рубежом, а такие знания дает изучение сравнительного правоведения. В этой связи Рене Давид делает следующий вывод: «коммерсантам, занятым в международной торговле, необходимо постоянно получать актуальную информацию и консультацию юристов, которые знают иностранное право».

5 Blagojevic B. T. Le droit comparé. Méthode ou science // Revue internationale de droit comparé, 1953. Vol. 5. № 4. P. 656.

6 Mensbrugghe van der F. L'Utilisation de la méthode comparative en droit européen // Presses universitaires de Namur, № 25, 2003, Namur, p. 13.

в

'/ш^^/^шлт готье ф, генс к. — ,

тиверситета сравнительное правоведение и международное ляз

'"иае^^^точ публичное право: феномен междисциплинарности

Размышления о будущем сравнительного правоведения

«После того как в XX веке успешно завершился ряд знаменательных объединений, наиболее яркими примерами которых являются международное вексельное право и международное торговое право, в настоящее время целесообразно осуществить по крайней мере гармонизацию прав... Одна из миссий международных организаций, включая Всемирную торговую организацию, — способствовать сближению или даже объединению»7. Таким образом, Раймон Леже выдвигает идею: «сравнительное правоведение на службе международного публичного права». Сначала у международного публичного права был один-единственный предмет: государство. Но постепенно на международной арене и, соответственно, в области международного публичного права утверждалось влияние международных организаций. Их возникновение становится заметным в конце XIX в., а XX в. стал по-настоящему инновационным периодом в том, что касается международных организаций и в более широком смысле — международного публичного права. На данный момент насчитывается более 300 международных организаций по всему миру, как межправительственных, так и неправительственных. И здесь правомерно возникает вопрос о будущем сравнительного правоведения как дисциплины на службе международного публичного права, поскольку сравнительное правоведение, безусловно, является основополагающим инструментом в деятельности международных организаций.

Организация, ввиду ее «международного» характера, должна объединить своих членов вокруг норм и правил, понятных для всех. Когда субъект права становится членом международной организации, он принимает ее устав, т.е. ее принципы и цели, правила работы, способы, которые будут использоваться для достижения ее целей и т.п. Таким образом, члены организации должны понимать право, действующее в ее рамках. В этой связи сравнительное правоведение позволит создать понятные всем нормы, а также объяснить, как культура того или иного государства влияет на толкование таких норм. Как создать союз между различными субъектами международного права без учета юридических особенностей каждого из них? Как построить жизнеспособную международную организацию из государств социалистического права, государств романо-германского права или государств англосаксонского права?

Учитывая значительное число международных организаций, зарегистрированных на сегодняшний день, можно сказать, что сравнительное правоведение успешно выполнило свою функцию унификации.

Но следует также обратить внимание и на обратную сторону этой унификации, поскольку глобализация не только сближает людей, но и подчеркивает их различия. Сравнительное правоведение становится инструментом скорее понимания, чем сближения: оно позволяет понять соседние правовые системы, не пытаясь при этом сразу же их объединить, т.к. различия могут быть очень глубокими. Поскольку мы как исследователи являемся выходцами из системы римского гражданского права, изучение исламского права позволяет нам мгновенно выявлять случаи отсутствия понимания, юридические различия, без необходимости заимствований из исламского права, чтобы применение новых норм в нашей собственной системе не стало ощутимым. Это можно объяснить прежде всего тем, что наши традиции, наши культуры, наша история радикально различаются. Собственно, как и сама природа этих видов права: французское право — это светское национальной право, которое действует на территории Французской Республики и распространяется на всех ее жителей, тогда как

Особое мнение М. Танака по делу о Юго-Западной Африке. 11Р1_: http://www.icj-cij.org/docket/ files/46/4945.pdf . С. 296.

ш <

I >

<ЧЕНопо'

7

184 ТРИБУНА МОЛОДОГО УЧЕНОГО

я ^Ж ^

ЕСТНИК

УНИВЕРСИТЕТА

имени О.Е. Кутафина

исламское право — это религиозное право, которое распространяется на всех мусульман и в этом смысле является транснациональным и религиозным. Это фундаментальное различие в природе права понятно, но неустранимо. Что бы мы ни говорили, невозможно требовать от государств, в которых действует исламское право, принять, хотя бы частично, французское право, так же как показалось бы немыслимым требовать применения исламского права во Франции.

Тем не менее отношения между разными правовыми семьями позволяют понять право другой системы и лучше узнать свое собственное право. Взаимодействие между государствами на международной арене, в особенности в рамках международных организаций, являются фактором, способствующим лучшему пониманию права. В этой связи сравнительное правоведение, находясь на службе у международного публичного права, выполняет в основном функцию понимания и критического взгляда на собственное право, а не функцию гармонизации. Таким образом, представляется, что будущее сравнительного правоведения лежит в развитии «международных» дисциплин, будь то эволюция международных организаций или международная торговля.

Сравнительное правоведение и международное право связаны явно выраженной междисциплинарностью, взаимопроникновением, необходимым для этих двух дисциплин. Междисциплинарность придает смысл сравнительному правоведению и дает возможность применять международное право в различных правовых системах. XXI век не может игнорировать междисциплинарность между сравнительным правоведением и международным правом, поскольку будущее сравнительного правоведения заключается как раз в ее углублении. Базовым постулатом международных отношений является то, что международная система обязательно анархична, поскольку не существует мирового правительства, не существует правительства международной системы. Организация Объединенных Наций ни в коей мере не является наднациональным образованием, а лишь крупнейшей в мире международной организацией, служащей целям коллективной безопасности. Пока во главе международной системы не будет стоять мировое правительство, международное право — иными словами, закон, регулирующий отношения на международной арене, — всегда будет нуждаться в сравнительном правоведении, сравнительном методе, для выяснения составляющих каждой правовой системы и для понимания позиции всех субъектов международного права. Чем глубже будет это взаимопроникновение сравнительного правоведения и международного права, тем понятнее будут чужие толкования.

В конце концов, возникает вопрос о том, не станет ли сравнительное правоведение миротворческим инструментом на международной арене? Учитывая, что мира можно достичь только через понимание, терпимость к другим и здравое критическое отношение к себе, можно представить, какой вклад может внести солидная база знаний сравнительного правоведения в дело построения мира во всем мире. Очевидно, что междисциплинарность между сравнительным правоведением и международным правом не может быть достаточным условием для установления вечного мира, но она может стать его основным элементом, если не условием. Международному праву необходимо опираться на сравнительный метод, чтобы уверенно смотреть в будущее.

Перевод с французского языка М. В. Захаровой, М. А. Гавриловой