ПРОБЛЕМЫ ЛИНГВОЭКОЛОГИИ В ЗЕРКАЛЕ МЕДИАДИСКУРСА (АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР ПУБЛИКАЦИЙ В.И. ШАХОВСКОГО)

Н.Н. ТРОШИНА

проблемы ЛингвоэкоЛогии в зеркале медиадискурса

(аналитический обзор публикаций в.и. Шаховского)*

Виктор Иванович Шаховский - доктор филологических наук, профессор кафедры языкознания и главный научный сотрудник Волгоградского государственного социально-педагогического университета, почетный член Российской коммуникативной ассоциации, основатель и руководитель научной школы лингвистики эмоций; специалист в области общего языкознания, эмотивной лингвистики и теории коммуникации.

I. введение: Лингвоэкология как направление языкознания

Современное состояние лингвистики характеризуется смещением акцента в отношении основного объекта исследования: если до последней четверти ХХ в. внимание языковедов было сосредоточено, прежде всего, на структуре языка, то сегодня доминирует мнение, что только речь информативна, а язык - это «код, который должен быть приведен в действие, и что благодаря порождающей функции речи и текста вскрываются имплицитные выразительные силы языка и его номинативные потенции» [Шаховский, 2008, с. 127], т. е. основным объектом исследования является речь и ее функции.

Ресурсы и сила языка как культурного кода выявляются в коммуникативной среде, качество которой в значительной степени обусловлено экологическими параметрами: сегодня они принимаются во внимание при оценке ситуаций во всех сферах человеческой жизни. В связи с этим В.И. Шаховский отмечает тенденцию к превращению слова «экология» в своеобразную «понятийно-терминологическую скрепу» [Шаховский, 2017а], соединяющую различные дискурсы - психологический, философский, медицинский, медийный, лингвистический и т. д.

Экологический подход к языку и, соответственно, лингвоэкологическая парадигма язы-

* Статья публикуется повторно. Первоисточник: Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Сер. 6: Языкознание. 2021. № 4. С. 15-28.

кознания связаны с трактовкой языка как живого организма, который не только взаимодействует с внешней средой, но и переживает под ее воздействием внутренние изменения. В связи с этим языковая практика может оказать как положительное, так и отрицательное воздействие на коммуникативную среду, а через нее и на языковую ситуацию в целом [Троши-на, 2020, с. 36].

Появление лингвоэкологии как направления языкознания датируется 1972 г., когда Эй-нар Хауген предложил этот термин [Haugen, 1972]. Постепенно сформировалась термино-система нового направления, причем особенно большой вклад в этот процесс внес профессор Сибирского федерального университета Александр Петрович Сковородников [Сковородников, 2017; Сковородников, 2000; см. также: Трошина, 2020, с. 11].

II. эмотивная лингвоэкология

В рамках лингвоэкологии сформировался ее подраздел - эмотивная лингвоэкология, основателем и научным руководителем которого является Виктор Иванович Шаховский. Цель эмотивной лингвоэкологии состоит в выявлении связи между человеческими эмоциями, выбором знаков, используемых в вербальной коммуникации, и влиянием этого выбора на здоровье человека (валеологический аспект эмотивной лингвоэкологии). Становление эмотивной лингвоэкологии является ответом на явное усиление эмоциональности и агрессивности во всех сферах общения. Еще в 2008 г. в монографии «Лингвистическая теория эмоций» В.И. Шаховский подчеркнул, что «анализ текстов политического дискурса (газет, комментариев, парламентских речей (выступлений) и т. п.) обнаруживает значительную роль эмоционального фактора динамики языкового употребления. Антиномия экстралингвистических и лингвистических факторов, помноженная на антиномию ratio и emotion, с одной стороны, и антиномию плана выражения и плана содержания, - с другой, а также на антиномию стандартного и экспрессивного, с третьей стороны, в современном политическом дискурсе оказывается направленной в сторону его явной экспрессивизации» [Шаховский, 2008, с. 259].

Положения эмотивной лингвоэкологии В.И. Шаховский развивает в широком и динамичном парадигматическом контексте современной лингвистики, который характеризуется многократной сменой научных пара-

О Трошина Н.Н., 2022

ИЗВЕСТИЯ вгпу

дигм. Каждая из новых парадигм не отменяла предыдущую, а возникала и развивалась на ее базе. Некоторые парадигмы были актуальны продолжительное время (например, сравнительно-историческое или структурное языкознание); другие просуществовали недолго (например, дескриптивная лингвистика). С трудом рождалась антропоцентрическая, но затем на ее основе сформировались такие научные парадигмы, как социо- и психолингвистика, теория текста, лингвистика эмоций, когнитивная лингвистика, лингвокультуроло-гия, эмотивная лингвистика. «На пороге становления находится лингвистика искусственного интеллекта (роботология)» [Шаховский, 2018, с. 54].

Особое внимание исследователя привлекает эмоциональная реакция на происходящее в мире и презентация этой реакции в текстах массмедиа, тем более что это нередко завершается ответной вербальной и даже акциональ-ной агрессией (в качестве последней автор приводит физические столкновения на дискуссиях Н. Сванидзе и М. Шевченко, К. Собчак и В. Жириновского) [Шаховский, 2018, с. 55].

III. Современная коммуникативная среда человека

Эмоциональная окраска текстов массме-диа влияет на экологическое качество коммуникативной среды обитания человека, чему в публикациях В.И. Шаховского уделяется большое внимание; в статье «Экологическая многоликость коммуникативных сред человека» [Шаховский, 2019б] выделяются следующие типы сред бытования человека: природная, языковая, социальная, информационная, психоэмоциональная, духовная и т. д. Взаимосвязь этих сред и протекающих в них коммуникативных ситуаций влияет на личностную психологию коммуникантов и, следовательно, на характер межличностных конфликтов в процессе их общения. Общий фон этих конфликтов создается так называемой неорганизованной эмоцией, психологической несовместимостью субъектов и ее несдерживаемой никакими регуляторами экспликацией [Шаховский, 2019б, с. 84-85]. В связи с этим автор выражает в статье «Экология языка и человека в меняющемся социуме» серьезную обеспокоенность негативными тенденциями в человеческом общении: оно становится все более недружественным и нетолерантным, враждебным [Шаховский, 2020, с. 223], что дает основание «говорить не только о трансформации, но и о деформации коммуникативной личности и ее языка... Соответственно, представля-

ется обоснованным тезис о деэкологизации не только самого мира как окружающей человека природы и социальной среды, но и о деэкологизации, токсичности человека, его языка, речи, искусства» [Шаховский, 2020, с. 223]. В таком коммуникативном контексте увеличивается число негативных типов человека говорящего (homo loquens): появляются типы homo vulgaris, homo obscenius, homo confusus. В результате складывается психологически некомфортная атмосфера общения, что требует внимания всего современного общества, но прежде всего выработки экологически грамотной установки у журналистов, приходит к выводу В.И. Шаховский [Шаховский, 2020, с. 222]. Такая установка необходима для формирования у каждого журналиста экологического мышления [Шаховский, 2017], основанного на понятии этичности. Автор вполне обоснованно задает вопрос, обусловленный эмоциональной жестокостью многих медийных материалов: всегда ли необходимо информировать обывателя о всех негативных событиях, да еще с кровавыми подробностями?

Основополагающим ориентиром экологичного, т. е. этически обусловленного общения В.И. Шаховский в статье «Экологическая многоликость коммуникативных сред человека» считает современное общение в японской коммуникативной среде, указывая, что в мировой практике - это «редкий позитивный пример, когда целая нация на сознательном уровне осмыслила неблагоприятность негативного общения и решила коренным образом изменить ситуацию хотя бы в условиях одной страны» [Шаховский, 2019б, с. 86]. Широко известное долголетие японцев В.И. Шаховский объясняет тем, что японцы - почти единственный народ на земле, который при общении старается не испортить настроение своему собеседнику. «Понимая прекрасно, что негативные мысли убивают не только настроение собеседника, но и собственное здоровье и будущее, они взяли и убрали из своего языка слово нет. <...> К сожалению, в большинстве стран люди не понимают, что мысли - это семена, из которых вырастает их будущее, будущее их детей, фирмы, страны. В этом плане несомненно, что и экология человека, и экология языка как часть общей экологии сохранения природы является явно экономической категорией» [Шаховский, 2019б, с. 86-87].

Эмотивная функция языка, т. е. функция передачи эмоциональной информации, «осуществляется через специальный эмотивный код, который располагает системой языковых

и речевых средств, формирующих эмотивное функциональное поле языка, и правилами их употребления на всех уровнях языка с учетом коммуникативной ситуации, позволяющей ре-ализовывать огромный эмотивный потенциал языковых знаков» [Шаховский, 2008, с. 128]. Эмотивная функция тесно связана с конституирующей функцией языка, т. е. организующей восприятие человеком окружающего мира. Как подчеркивает В.И. Шаховский, в XXI в. именно конституирующая, а не репрезентирующая функция трактуется как основная функция языка [Шаховский, 2018, с. 48]. С этой позиции в рамках эмотивной лингвоэкологии приобретают особое значение проблемы экологической опасности / безопасности, терапевтической / деструктивной функции эмоций.

IV. новая коммуникативная среда и вербальные инновации

Проблемы эмотивной лингвоэкологии рассматриваются в контексте современной теории коммуникации / коммуникологии*, в которой оттенки значения языковых единиц, коннотации и ассоциации, вызываемые ими, трактуются как оказывающие существенное воздействие на восприятие информации, как провоцирующие определенное воображение и поведение. В медиадискурсе одно и тоже событие может быть различно вербализовано и, соответственно, вызвать различную эмоциональную реакцию реципиентов, что делает процесс коммуникации сложным и противоречивым. «В большой мере... поведение коммуникантов зависит от ситуации и мотивов, а также от факторов политкорректности и функциональной целесообразности» [Шаховский, 2018, с. 50].

Появление новых средств коммуникации (Интернета, спутникового / кабельного телевидения, мобильных телефонов, смартфонов и т. д.) привело к возникновению новых коммуникативных жанров и форматов общения: чата, блога, инстаграма, баттла, троллинга и т. д. По мнению В.И. Шаховского, все они являются следствием одного общепланетарного феномена - ускорения жизни [Шаховский, 2018в, с. 286], что, однако, сопровождается явным снижением уровня требований к культуре речи. Названный феномен вызывает ускорение и компрессии коммуникации, что проявляется не только в возросшем темпе обиход-

* В 2009 г. была основана Российская коммуникативная ассоциация, целью которой является развитие коммуникативных дисциплин, коммуникативного образования и коммуникативной практики в нашей стране. - Н.Т.

ной и даже публичной речи (например, речи дикторов радио и телевидения), но во многих других аспектах вербального общения. Этой проблеме посвящена цитированная выше статья «Ускоренная коммуникация как потребность современного социума», в которой перечисляются варианты компрессии устной и письменной речи: 1) различные сокращения (Ок «окей», спб «спасибо»); 2) сокращение фразы до первых букв (bd = birthday «день рождения», снг «с Новым годом»); 3) использование смайликов**; 4) произнесение только начальных слогов фразы (не проси, не бу); 5) использование аббревиатур в устной речи (например, в устном общении сотрудников банка: ЭПС «электронное платежное сообщение», ИБ «информационная безопасность»); 6) слитное написание слов, превращающее их в один член предложения (советскоешампанское, простоцветы, многомебели). Подобные проявления закона языковой экономии В.И. Ша-ховский квалифицирует как симплификацию языка, постепенно приводящую к девербали-зации общества [Шаховский, 2018в, с. 289].

Ускорение коммуникации проявляется и в распространении мемов (англ. meme - единица культурной информации), т. е. слов-символов, которые являются свернутыми текстами: Курск, Беслан, Зимняя вишня, Басманный суд. Такие языковые единицы автор характеризует как «мильные вехи эпохи», подчеркивая, что «это примеры очень экономного хранения в памяти и в сознании человека сложных текстов и жизненных ситуаций, а также их межпоколенной трансляции» [Шаховский, 2018в, с. 290-291].

Проявления закона языковой экономии В.И. Шаховский связывает с законом языковой новизны, в основе которого лежит динамичность языка. Параллельно в статье «Экология языка и человека в меняющемся мире» автор отмечает, что «все виды человеческого общения, равно как и их новые формы и форматы все более разобщают людей... Это объясняется обостренной индивидуальной идентификацией говорящих, их нежеланием идти навстречу друг другу. уходом от коллективной

** В смайликах (эмодзи) В.И. Шаховский видит одно из проявлений закона экономии языка, полностью соответствующее ускоренному темпу коммуникации. Эмодзи могут полностью заменять высказывание, а также жесты, мимику, передавать целые ситуации, например, роняющий слезу смайл, сдвинутые брови, умоляюще сложенные ладони означают «Я опять очень сильно опаздываю, прости меня». Такие эмодзи реализуют невербальное общение [Шаховский, 2019б, с. 87].

идентификации» [Шаховский, 2020, с. 218]. По мнению автора, эти особенности современной коммуникации «опрокидывают все максимы и риторические правила, межличностной коммуникации Н.Н. Формановской» [Grice, 1975; Leech, 2014; Формановская, 2002; цит. по: Шаховский, 2020, с. 218].

Отмечается преимущественный интерес членов социума к негативной информации: как показали данные онлайн-сервиса СКАН (SCAN)* компаний «Интерфакс» и «Медиа-скоп», процентное соотношение негативной и позитивной информации составляет 17:1, что обусловливает доминирующий негативный фон и негативные ожидания реципиентов [Шаховский, 2020, с. 219]. Именно этим лингвисты и психологи объясняют превалирование в словарях лексических единиц с отрицательной окраской над единицами с положительной окраской.

Для языка современных СМИ и политического дискурса в целом характерен активный процесс распространения новообразований, которые В.И. Шаховский в статье «Креа-темы как индикатор бесконечных потенций языкового развития» [Шаховский, 2014] называет креатемами, пользуясь термином, заимствованным из терминологического аппарата креативной стилистики [Купина, 2014]. Под креатемами понимаются новые контекстуальные понятия, фиксирующие эмоциональную реакцию социума на «злобу дня» (например, как реакция на экономический спад в России появилось выражение полет рубля). Креате-мы - это «результат переработки социального опыта и речевой практики многих членов общества, одни из которых способны создавать подобные обозначения по моделям языка, а другие - их осваивать, присваивать и вводить в коммуникативное пространство... Авторы креатем постоянно балансируют на грани эстетики языковой игры и эмоциональной эко-логичности / неэкологичности порождаемых обозначений» [Шаховский, 2014, с. 165-166]. Будучи обозначениями «злобы дня», креате-мы являются «важным инструментом (де)эко-логизации социальной жизни общества» [Ша-ховский, 2019, с. 29].

В статье «Объемная динамика лингвоэко-логии как научной парадигмы» креатемы характеризуются как свидетельства преднамеренных и непреднамеренных колебаний языковой нормы, поскольку журналисты видят в них проявление коммуникативной свободы,

* СКАН предназначен для анализа медиапро-странства, а также для мониторинга упоминаний в СМИ и социальных сетях. - Н.Т.

экспрессивизации и эмоционализации медиа-дискурса. Однако эти процессы оказываются тесно связанными с деэкологизацией вербального общения, с его вульгаризацией, с нарушением этических и стилистических норм общения. В раскачивании языковой нормы, начинающемся с языковой игры журналиста - иронической, саркастической, грубой, вульгарной, издевательской (например, одурцы, по-бедобесие, супер стар - о стариках-путешественниках), - проявляется безответственность авторов подобных инноваций перед своей аудиторией [Шаховский, 2019б, с. 7], тем более что такие креатемы обладают сильным эмоциональным воздействием на реципиентов.

Характерными для современной коммуникативной среды исследователь также считает: 1. Ситуацию информационного противоборства, чему посвящена коллективная монография «Лингвистика информационно-психологической войны», вышедшая под редакцией профессора А.П. Сковородникова [Лингвистика информационно-психологической войны, 2017]. В рецензии на эту книгу В.И. Ша-ховский подчеркивает, что одной из мишеней этой войны является русский язык, его стилистический потенциал. 2. Доминирование клипового сознания**, которое формируется при сиюминутном восприятии большого количества обрывистой и совершенно разнородной информации, в результате чего мир предстает не как целостная картина, а как набор случайных фрагментов.

V. эмотивная лингвоэкология и современный медийный дискурс

Ускоренный характер современного общения не только отражается в медийном дискурсе, но и стимулируется им, поскольку этот дискурс погружен в события, факты, их комментирование, комментирование этих комментариев (сами журналисты назвали такую ситуацию креативой медийная движуха вокруг события) [Шаховский, 2018а, с. 180].

особенной динамичностью отличаются процессы в сфере медийных номенов, которые автор подразделяет на два типа: эмотивно экологичные и эмотивно неэкологичные. Анализируются кластеры следующих основных медийных номенов: информация, новость, вести, СМИ, медиа, журналист, риски сотрудников СМИ. Характеризуется деривационная и стилистическая вариативность в этой области. основным ключевым словом для медийного дискурса является слово информация, которое имеет очень много экологичных и не-

** Термин американского социолога, философа и культуролога Элвина Тоффлера (АЫп ТоШег). - Н.Т.

экологичных эпитетов, причем, по наблюдениям В.И. Шаховского, последних значительно больше:

0 (нейтральные): новостная (информация новостей); цифровая; служба информации; биржевая информация.

+, - (амбивалентные): дробная.

+ (позитивно-оценочные): краткая приоритетная информация; привлекательная; позитивная; защита информации.

- (негативно-оценочные): добытая / украденная / фейковая / продажная / купленная / взрывная / вторичная / темная / черная / мутная / грязная / лживая / искаженная / циничная / жареная / неподтвержденная / сомнительная / противоречивая / негативная / недоступная / пробная информация; запрет информации.

В статье «Жизнь языка в медиа-коммуникации (размышления лингвиста как потребителя медиаконтента)» отмечается существенное расширение (semantic stretching) [Шаховский, 2018, с. 52] смыслового поля слова информация, т. е. семантическое приближение его к понятию «сообщение, распространение новостей». Это приближает изначально нейтральное слово информация к негативному полю слова пропаганда, в результате чего не всегда удается разграничить эти два понятия в медиадискурсе [Шаховский, 2018, с. 53-54]. В.И. Шаховский исходит из того, что «информация - это сведения о событии, факте, вообще о чем-либо. Предполагается, что информация не зависит от формы ее представления, но, как мы знаем, форма всегда и везде значима и, более того, зачастую доминирует, заменяет собой смысловое содержание. Сам номен (название) иногда значит больше того, что за ним стоит. Форма сообщаемой информации может трансформировать ее в пропаганду. Пропаганда - это воздействие СМИ на сознание и подсознание адресата в нужном направлении; нередко она является частичным или полным искажением реальности [Шаховский, 2018, с. 50].

Исходя из событий, фактов, явлений и т. п., автор считает одной из сложнейших проблем массового общения в сегодняшней лингвистике выделение параметров коммуникации, общения и пропаганды. «В последнем случае не ты ведешь свою мысль за собой и не ты ведешь своей мыслью других, а чужая мысль ведет тебя и всех других, выравнивая разные мнения и искусно (технологично) особыми спецтактиками манипулируя общественным сознанием (это можно назвать идеологической интоксикацией)» [Шаховский, 2018, с. 50]. В качестве примеров приводятся теле-

передачи, связанные с именами А. Кашпи-ровского, А. Чумака, с фирмами МММ, Хо-пер-Инвест и т. д. Продолжая свои рассуждения, В.И. Шаховский пишет: «Все чаще и чаще рядовой адресат и научные исследователи отмечают, что пропаганда превращается в психо-эмоциональную атаку, а наука о ней -это настоящая лингвистика информационно-психологической войны. Именно эмоциональный аспект делает пропаганду повышенно воздействующей и провоцирующей через пропагандистскую вербалику разнообразные чувствования, чаще всего неэкологичные. Экология, на мой взгляд, заканчивается там, где начинается война: акциональная или вербальная. Ибо 'слово - тоже дело'. Поэтому вся информация, которая связана с войной, и вся коммуникация во время войны неэкологичны» [Шаховский, 2018, с. 51].

Итак, коммуникация включает в себя как информацию, так и пропаганду: коммуникация - понятие более широкое, чем информация, а пропаганда - это разновидность варьируемой информации (вплоть до ее искажения). Таким образом, проблема различения информационного и пропагандистского характера медийных текстов связана с проблемой дискурсивной природы смысла, так как смыслы формируются и варьируются (до бесконечности) в общении и в конкретной коммуникативной ситуации, которая всегда имеет многокомпонентную структуру, задающую выбор языковых и стилистических средств. «Поэтому очень важно, что это за общение: информационное, в котором человек просто узнает что-то без оценки событий, или пропагандистское, в котором все пронизано оценками, в том числе и эмоциональными. Эти оценки обязательно воздействуют на человека в заданном смысловом векторе» [Шаховский, 2018, с. 48].

Как подчеркивает В.И. Шаховский, в пропаганде в наибольшей степени проявляется безответственность журналиста, поскольку он, манипулируя общественным сознанием, фактически выдает нереальность за реальность [Шаховский, 2019а, с. 6]. Автор разделяет концепцию Ж. Бодрийяра, который писал, что язык управляет реальностью. В.И. Ша-ховский констатирует в статье «Современные СМИ: Ответственность журналиста»: «Теперь уже ни у кого нет сомнения в том, что язык и формирует реальность, и управляет ею, и такая реальность даже имеет номинацию - лингвистическая реальность» [Шаховский, 2019а, с. 7]. Поддержку своей позиции, согласно которой пропаганда является изощренной методикой выравнивания различных смысло-

вых полей, тактикой манипулирования формами языка, придания им новых оттенков значения, В.И. Шаховский находит в высказывании Н.В. Гоголя, приведенном в эпиграфе к статье «Жизнь языка в медиа-коммуникации (размышления лингвиста как потребителя медиа-контента)»: «дивишься драгоценности нашего языка: что ни звук - то и подарок; все зерни-сто, крупно, как сам жемчуг, и право, иное название еще драгоценнее самой вещи» [цит. по: Шаховский, 2018, с. 47]. «Фактически здесь имплицируется примат формы над содержанием, что во многих случаях соответствует действительности: форма не только значима, но может доминировать в соотношении била-теральности языкового знака» [Шаховский, 2018, с. 49].

Самым важным автор считает следующий вывод: «Три словопонятия коммуникация, информация и пропаганда находятся в процессе 'склеивания' в одно комплексное понятие за счет диффузии их смыслового содержания в один смешанный смысл. А это не позволяет больше четко и определенно разграничивать эти словопонятия применительно к медийному контенту» [Шаховский, 2018, с. 59].

VI. заключение

Анализ языкового состояния современных СМИ с позиций лингвоэкологии, прежде всего, анализ его стилистической составляющей, дает основание квалифицировать медийный стиль как гетерогенный, т. е. представленный целым рядом разновидностей (игривым, критическим, саркастическим, оскорбительным, драматическим и т. д. стилями) и при этом как неэкологичный. Совокупность этих стилей создала новый коммуникативный медийный стиль, отличающийся скандальностью, недружелюбием и эмоциогенностью. Обладая такими характеристиками, этот стиль вызывает у адресата в основном негативные переживания и поэтому «вреден как для здоровья языка, так и для здоровья человека. Он явно вызывает отрицательное психоэмоциональное состояние, затемняющее рациональное восприятие окружающего мира» [Шаховский, 2017, с. 85].

список литературы

Купина Н.А. Креативная стилистика. М., 2014.

Лингвистика информационно-психологической войны / под ред. А.П. Сковородникова. Красноярск, 2017. Кн. 1.

Сковородников А.П. К становлению лингво-экологической терминологии // Речевое общение: специализированный вестник. Красноярск, 2000. Вып. 3(11). С. 70-78.

Сковородников А.П. Экология русского языка: словарь лингвоэкологических терминов. М., 2017.

Трошина Н.Н. Экология языка: Аналитический обзор. М., 2020.

Формановская Н.Н. Речевое общение: коммуникативно-прагматический подход. М., 2002.

Шаховский В.И. Жизнь языка в медиа-коммуникации (размышления лингвиста как потребителя медиаконтента) // Филологические науки в МГИМО. 2018. № 3(15). С. 47-63.

Шаховский В.И. К дискурсологии масс-медиа: Дискурсивные номены // Термины в коммуникативном пространстве: материалы науч.-практ. конф. с междунар. участием «Дискурсология, терминология, экология языка в современной лингвистике» / Астрах. гос. мед. ун-т, 11 мая 2018. Астрахань, 2018а. С. 178-191.

Шаховский В.И. Креатемы как индикатор бесконечных потенций языкового развития // Экология языка и коммуникативная практика. 2014. № 2. С. 162-171.

Шаховский В.И. Лингвистическая теория эмоций. М., 2008.

Шаховский В.И. Многоязычие стилей эмоционального медийного дискурса // Актуальные проблемы стилистики: ежегод. межд. науч. журн. М., 2017. С. 78-88.

Шаховский В.И. Может ли лингвистика повлиять на ход психологической войны? (Лингвистические заметки о коллективной монографии «Лингвистика информационно-психологической войны». Кн. 1 / под ред. Сковородникова А.П. - Красноярск: Сиб. фед. ун-т, 2017. - 340 с.). // Вопр. психолингвистики. 2018б. № 1(35). С. 200-208.

Шаховский В.И. Объемная динамика лингво-экологии как научной парадигмы // Экология языка и коммуникативная практика. 2019. № 4(2). С. 26-34.

Шаховский В.И. Современные СМИ: ответственность журналиста // Экология языка и коммуникативная практика. 2019а. № 1(16). С. 1-12.

Шаховский В.И. Ускоренная коммуникация как потребность современного социума // Языковое бытие человека и этноса: материалы XV Березин-ских чтений. М., 2018в. Т. 20. С. 285-293.

Шаховский В.И. Экологическая многоликость коммуникативных сред человека // Этнопсихолинг-вистика. М., 2019б. С. 80-101.

Шаховский В.И. Экология как глобальная трансдискурсивная скрепа // Термины в коммуникативном пространстве: материалы науч.-практ. конф. «Современные проблемы экологии языка» / Астрах. гос. мед. ун-т, 10 февр. 2017. Астрахань, 2017а. С. 60-72.

Шаховский В.И. Экология языка и человека в меняющемся мире // Неофилология. 2020. Т. 6. № 22. С. 217-225.

Grice G. P. Logic and conversation // Speech acts. Vol. 3: Syntax and semantics. N.Y., 1975. P. 41-58.

ХРОНИКА. РЕЦЕНЗИИ

Haugen E. The ecology of language // The ecology of language: Essays by Einar Haugen. Stanford, 1972. P. 325-339.

Leech G. The pragmatics of politeness. Oxford, 2014.

* * *

Kupina N.A. Kreativnaya stilistika. M., 2014.

Lingvistika informacionno-psihologicheskoj voj-ny / pod red. Skovorodnikova A.P. Krasnoyarsk, 2017. Kn. 1.

Skovorodnikov A.P. K stanovleniyu lingvoeko-logicheskoj terminologii // Rechevoe obshchenie: spe-cializirovannyj vestnik. Krasnoyarsk, 2000. Vyp. 3(11). S. 70-78.

Skovorodnikov A.P. Ekologiya russkogo yazy-ka: slovar' lingvoekologicheskih terminov. M., 2017.

Troshina N.N. Ekologiya yazyka: Analiticheskij obzor. M., 2020.

Formanovskaya N.N. Rechevoe obshchenie: kom-munikativno-pragmaticheskij podhod. M., 2002.

Shahovskij V.I. Zhizn' yazyka v media-kommu-nikacii (Razmyshleniya lingvista kak potrebitelya mediakontenta) // Filologicheskie nauki v MGIMO. 2018. № 3(15). S. 47-63.

Shahovskij V.I. K diskursologii mass-media: Diskursivnye nomeny // Terminy v kommunikativnom prostranstve: materialy nauch.-prakt. konf. s mezhdunar. uchastiem «Diskursologiya, terminologiya, ekologiya yazyka v sovremennoj lingvistike» / Astrah. gos. med. un-t, 11 maya 2018. Astrahan', 2018a. S. 178-191.

Shahovskij V.I. Kreatemy kak indikator bes-konechnyh potencij yazykovogo razvitiya // Ekologiya yazyka i kommunikativnaya praktika. 2014. № 2. S. 162-171.

Shahovskij V.I. Lingvisticheskaya teoriya emocij. M., 2008.

Shahovskij V.I. Mnogoyazychie stilej emocio-nal'nogo medijnogo diskursa // Aktual'nye problemy stilistiki: ezhegod. mezhd. nauch. zhurn. M., 2017. S. 78-88.

Shahovskij V.I. Mozhet li lingvistika povliyat' na hod psihologicheskoj vojny? (Lingvisticheskie zametki o kollektivnoj monografii «Lingvistika infor-macionno-psihologicheskoj vojny». Kn. 1 / pod red. Skovorodnikova A.P. - Krasnoyarsk: Sib. fed. un-t, 2017. - 340 s.). // Vopr. psiholingvistiki. 2018b. № 1(35). S. 200-208.

Shahovskij V.I. Ob»emnaya dinamika lingvo-ekologii kak nauchnoj paradigmy // Ekologiya yazyka i kommunikativnaya praktika. 2019. № 4(2). S. 26-34.

Shahovskij V.I. Sovremennye SMI: Otvetstven-nost' zhurnalista // Ekologiya yazyka i kommunikativnaya praktika. 2019a. № 1(16). S. 1-12.

Shahovskij V.I. Uskorennaya kommunikaciya kak potrebnost' sovremennogo sociuma // Yazykovoe bytie

cheloveka i etnosa: materialy XV Berezinskih chtenij. M., 2018v. T. 20. S. 285-293.

Shahovskij V.I. Ekologicheskaya mnogolikost' kommunikativnyh sred cheloveka // Etnopsiholingvis-tika. M., 2019b. S. 80-101.

Shahovskij V.I. Ekologiya kak global'naya trans-diskursivnaya skrepa // Terminy v kommunikativnom prostranstve: materialy nauch.-prakt. konf. «Sovremennye problemy ekologii yazyka» / Astrah. gos. med. un-t, 10 fevr. 2017. Astrahan', 2017a. S. 60-72.

Shahovskij V.I. Ekologiya yazyka i cheloveka v menyayushchemsya mire // Neofilologiya. 2020. T. 6. № 22. S. 217-225.

C.B. ПЕРЕВАЛОВА

ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ТЕКСТ СЕГОДНЯ: ФРАГМЕНТАРНОЕ РАССМОТРЕНИЕ

Появление монографии Д.А. Щукиной, изучающей проблему языка писателя на материале новейшей русской прозы, несомненно, докажет свою востребованность в историко-культурной жизни второго тысячелетия, снискав положительные отзывы специалистов высшей школы, студентов-филологов и учителей-словесников. Исследовательница приложила немало усилий, осваивая широкий круг произведений, вызывающих интерес у читателей и критиков.

На основе скрупулезного изучения организации повествования в романе Е. Чижовой «Время женщин» Д.А. Щукина делает ряд интересных замечаний о «маршрутах прогулок» персонажей, способных воспринимать город как «петербургский текст» с «опорой на выработанную веками народную систему ценностей» (с. 112). Воспользовавшись словами исследовательницы, «самым любопытным и подкупающим» в анализе «музыкального кода» в творчестве Д. Рубиной является вывод о том, что писательница мысленно «членит» читательскую аудиторию, ориентируясь на тех, «которые знают музыкальный язык, по-

О Перевалова С.В., 2022