Заболевания суставов

Заболевания суставов

Профилактика заболеваний

Денис Прокофьев

заведующий медицинской частью ГБУ «НПРЦ» врач-кардиолог

Юлия Каленичина:

Здравствуйте, дорогие друзья. Вновь в эфире программа «Точка приложения» и я, ее ведущая, Юлия Каленичина. Сегодня мы говорим о заболеваниях суставов. Гость нашей программы – Денис Александрович Прокофьев, врач общей практики, заведующий отделением «Московский врач» диагностического центра №5. Здравствуйте, Денис. Итак, у кого и почему болят суставы?

Денис Прокофьев:

Вопрос заключается в том, а почему они не должны болеть? На сегодняшний момент во всем мире, и в России, в частности, кость рассматривается, как орган, который имеет свою иннервацию, свое кровоснабжение. И болевой синдром не должен рассматриваться, как основной и ведущий. Боль – это сигнал нашего организма на то, что происходит воспалительная реакция либо протекает заболевание, которое нужно лечить. Я считаю, что необходимо уходить от того, чтобы заниматься только купированием болевого синдрома. Самое важное – это понять причину заболевания, лечить само заболевание, а не только купировать болевой синдром.

Мы часто сталкиваемся, что вся врачебная тактика зачастую сводится только к снятию болевого синдрома. Конечно, боль терпеть очень сложно, и жить с ней невозможно, поэтому это одна из составляющих терапии, но далеко не основная. Самое важное – выработать тактику, которая основывалась бы на том, что нужно лечить само заболевание, а не заниматься купированием болевого синдрома.

Юлия Каленичина:

Но болевой синдром – это наиболее частая жалоба. Какие еще жалобы могут быть при заболеваниях суставов. Как заподозрить, что что-то с суставами не так?

Денис Прокофьев:

Сустав – это многосоставная структура. В зависимости от локализации, в зависимости от поражений симптомы могут быть разные. Мы говорим о том, что может быть определенный воспалительный процесс, который сопровождается отечностью сустава. Возможна проблема, связанная с тем, что появляется неприятное ощущение в области сустава при ходьбе.

Юлия Каленичина:

Похрустывания.

Денис Прокофьев:

Дело все в том, что хруст сустава – это не всегда патология. Это зачастую вариант нормы, который связан с повышенной подвижностью самого сустава либо слабостью связочного аппарата. Если мы берем хруст при артрозах, это очень ярко выраженный шум, который возникает достаточно редко. Обследуя пациентов, которые приходят с такой жалобой, зачастую мы не находим ничего. Это вариант нормы. Поэтому я бы не назвал это ведущим симптомом.

Безусловно, боль, отечность. К одному из симптомов артритов можно отнести такой диагноз, как утренняя скованность, как будто бы вы надели перчатки с утра. Он зачастую является ведущим, определяющим в постановке диагноза. Вот эти симптомокомплексы, которые указывают на проблемы суставов.

Юлия Каленичина:

Тугоподвижность, трудно расходиться сначала, а потом уже немножко легче становится. Куда обращаться?

Денис Прокофьев:

Самое важное при заболевании сустава – не терять время. Время здесь очень драгоценно. Поэтому первостепенно мы стоим на том, что первый специалист, к которому вы обращаетесь, является врач общей практики. Он в состоянии провести диагностику и направить вас к узкому специалисту в случае необходимости.

Специалист, который занимается лечением суставов, – это врач общей практики – раз, врач травматолог-ортопед – два, врач-ревматолог – три. И в зависимости от каждого случая могут подключаться совершенно различные специалисты. Дело все в том, что зачастую заболевания суставов носит системный характер. У нас есть 2 близко стоящих между собой понятия – артрит и артроз, и зачастую они заменяются, ложно подменяются друг другом. Сам артрит – это воспаление суставов, но это вершина айсберга. Как правило, в основе развития артрита все-таки лежит системное заболевание, которое привело к воспалению самого сустава. Артроз – это истинное заболевание суставов, возникающее у людей уже за 45 лет. И сейчас введен такой термин, как дегенеративно-дистрофическое нарушение сустава, то есть идет разрушение хрящевой ткани, она истончается, и происходит трение между самими костными структурами, и, как следствие, разрушение самого сустава.

Юлия Каленичина:

Здесь обратной динамики уже не будет?

Денис Прокофьев:

Этот вопрос лежит в части лечения и подходов. Специалист может быть разный. Но обращение должно быть достаточно быстрым, потому что артрозы имеют стадийность, у них 4 стадии. И если на первой и на второй стадии возможны различные методики консервативного лечения, то когда будет диагностирована четвертая стадия, и будет происходить уже некроз сустава, здесь будет стоять вопрос о крайне тяжелом оперативном лечении или эндопротезировании самого сустава. Поэтому самое важное – раннее обращение с проблемой. Мы уходим от самолечения, ждать абсолютно здесь нечего и важно вовремя обратиться с проблемой, пройти диагностику и получить правильное лечение.

Юлия Каленичина:

Какие методы диагностики применяются и что конкретно есть в наших поликлиниках?

Денис Прокофьев:

В московских поликлиниках есть весь спектр диагностики, который необходим при суставах. В медицине существует ступенчатый подход к диагностике. Первое, что нужно сделать при заболевании суставов, при болевом синдроме, при подозрении на какие-то заболевания, это сдать общий анализ крови. По общему анализу крови мы оцениваем такие показатели, как лейкоциты, которые могут свидетельствовать о наличии бактериальной инфекции, оцениваем такой показатель, как СОЭ – скорость оседания эритроцитов, указывающий на хронические заболевания, смотрим определенные маркеры воспаления.

Второе – мы сдаем биохимический анализ крови. Казалось бы, банально, зачем при суставах смотреть кровь? Но дело в том, что ряд артритов носит системный характер. Есть такие заболевания, как подагра, подагрический артрит. Подагрический артрит характеризуется отложением солей мочевой кислоты на суставной поверхности. И в биохимии есть четкий показатель, называется мочевая кислота. Это необходимый показатель при диагностике заболевания суставов. Мы сдаем биохимию, смотрим мочевую кислоту, C-реактивный белок, ревматоидный фактор.

Ревматоидный фактор – это маркер, который зачастую бывает ложноположительным. У здоровых людей он высокий, а у людей с заболеванием суставов он является повышенным. Зачастую это фиксированный результат, но является необходимым звеном диагностики. Мы смотрим иммуноглобулины, мы смотрим белковые фракции, не забываем о таком показателе, как АЦЦП, который является маркером диагностики аутоиммунных заболеваний суставов в виде ревматоидных артритов. И дальше мы приходим к диагностике суставов в виде рентгена суставов и ультразвука. Хотя то, что мы видим на рентгеновском снимке, зачастую носит малоинформативный характер, потому что сустав – это сложная структура, которая имеет и связочный аппарат, и определенную капсулу, и фасциальные оболочки. На рентгене их не видно. Мы можем судить по косвенным признакам: сужению суставной щели, об определенных изменениях.

Самым правильным и золотым стандартом будет являться выполнение магнитно-резонансной томографии сустава. Но прибегать сразу к выполнению МРТ, на мой взгляд, не совсем целесообразно. Мы выполняем рентген, смотрим, если наши подозрения подтверждены и нужна более детальная диагностика, или стоит вопрос о направлении пациента к профильному специалисту, к узкому специалисту, в этом случае мы можем предложить выполнение МРТ.

Существует еще одна методика, так называемая артроскопия – это метод, который мы в московских поликлиниках не увидим, он является более профильным, он выполняется в стационарах, потому что это малоинвазивное, но все-таки оперативное вмешательство. Что представляет из себя артроскопия? Артроскоп – это одна из разновидностей эндоскопического исследования. Через малоинвазивный разрез проводится эндоскоп и позволяет определить состояние различных структур – мениска, связочного аппарата, посмотреть, в каком состоянии находится капсула.

Что интересно, что артроскопия может быть не только диагностической, но и лечебной, когда при выполнении ее сразу проводится ряд манипуляций, направленных на устранение дефектов сустава. Поэтому артроскопия на сегодняшний момент – одна из самых информативных методик при сложных случаях. Мы не говорим о банальных артритах, а говорим о том, что когда врачу становится непонятно, что происходит с пациентом. Это очень похоже с хирургической лапароскопической диагностикой.

Юлия Каленичина:

Это всегда стационарное обследование?

Денис Прокофьев:

Да, это стационарное, выполняется седация, потому что это не совсем простая методика, это соблюдение правил антисептики и асептики, потому что неправильно выполненная артроскопия может вместо пользы принести вред. Поэтому мы говорим о профильных отделениях. И к этому мы относимся достаточно серьезно.

Юлия Каленичина:

Артроскопия, здесь речь идет только о коленных суставах или еще о каких-то суставах?

Денис Прокофьев:

Артроскопия может быть выполнена разных суставов, в зависимости от показаний. На сегодняшний момент в основном люди обращаются с поражением либо тазобедренного сустава, либо коленного сустава. Но не стоит забывать, что есть проблемы и голеностопных суставов, и плечевых суставов, локтевых суставов.

В организме человека 187 суставов, мелких и крупных. И заболевания суставов на сегодняшний момент – это действительно серьезная патология. Во всем мире диагностировано 10% пациентов из общего стопроцентного количества с заболеванием артроз, 2% с заболеванием артрит. Если перевести в цифры, это миллионы. В России с патологией суставов зарегистрировано более 38 миллионов пациентов. Это огромнейшая патология, и она связана с определенными проблемами и предпосылками к возникновению заболеваний суставов, с тем, что человеку присуще вертикальное положение, нагрузка, сила тяжести. И это изменения, которые сопровождаются в связи с возрастом человека.

Юлия Каленичина:

Возраст – это 100%, что будут болеть суставы, или еще есть предпосылки? Может быть, излишний вес, малая физическая активность?

Денис Прокофьев:

Предпосылок достаточно много. Существуют факторы, которые возможно изменить, и факторы, которые невозможно изменить. Одним из ведущих факторов к развитию заболевания суставов будет являться избыточный вес. 1 килограмм веса дает 4 килограмма нагрузки на суставы. В классической медицине избыточный вес – это индекс массы тела, избыточный индекс массы тела в 10 килограммов приводит к дополнительной нагрузке на суставы в 40 килограммов, 20 килограммов – 80 килограммов дополнительно на суставы. Поэтому избыточный вес – враг суставов. Ожирение зачастую ведет за собой нарушение обменных процессов, что тоже крайне неблагоприятно сказывается на суставах.

В отношении физической нагрузки. Я считаю, что физическая нагрузка должна носить индивидуальный характер и соответствовать возрасту, потому что проблема связана зачастую с травматизацией сустава, с исчерпыванием ресурса сустава. В раннем возрасте профессиональный спорт ведет к последствиям больных суставов. Суставы любят медленную и плавную нагрузку, без резких движений.

Юлия Каленичина:

Медленно ходить, не бегать, не скакать?

Денис Прокофьев:

Медленно ходить, плавно. Идеальная нагрузка для сустава – это плавание. Потому что если мы профессионально занимаемся бегом или профессионально спортом, связанным с нагрузками на нижние конечности, вся масса тела переводится именно на ноги. И здесь неизбежно будет проблема, связанная с тазобедренными, коленными и голеностопными суставами, потому что наступая на стопу быстро, вы переносите весь вес человека на голеностопные суставы. Со временем стопа станет плоская, и нагрузка будет колоссальнейшая. В рамках проекта мэра «Московское долголетие» одно из интересных направлений –это скандинавская ходьба.

Юлия Каленичина:

Я сама это очень люблю и использую.

Денис Прокофьев:

Мы недавно побили рекорд, огромное количество людей, которые занимаются ежедневно, почти без ограничений. На чем основана скандинавская ходьба? Она основана на том, что люди используют опору. С помощью этой опоры они не только задействуют верхние конечности, получают анаэробные нагрузки. Они переносят вес тела на эту опору и минимально делают нагрузку на суставы. Это очень правильный метод, который должен быть.

В отношении суставов это очень здорово бассейн, потому что фактически вы находитесь в невесомости. Очень хорошо, но умеренно, это велотренажеры. Поэтому здесь важно подобрать именно под себя. Нагрузки профессиональной быть не должно. Это должен быть час в день, анаэробные нагрузки, без резких движений, без подъема тяжести. Все это может иметь крайне негативные последствия.

Юлия Каленичина:

Сейчас очень распространены батутные центры, и не только дети, но и взрослые рванули туда, ощутить состояние полета. Это может спровоцировать развитие заболевания?

Денис Прокофьев:

Батутные центры набрали достаточно высокую популярность в связи с тем, что там задействованы все группы мышц. Это очень неплохой вид досуга, занятия спортом. Самое важное – подготовить себя к этому занятию, потому что в основном задействованы мышцы, и мышцы должны быть разогреты. Должна происходить определенная разминка. И самое важное – людям с хроническими заболеваниями, с острым воспалением суставов заниматься спортом в период воспаления ни в коем случае нельзя. Для того чтобы сохранялась длительная активность, под каждое заболевание, будь то артроз коленных суставов, плечевых, локтевых, разработаны методы лечебной физкультуры.

2 основных направления консервативного лечения артрозов: медикаментозное лечение и ЛФК. Это 2 основных столпа, на которых стоит на сегодняшний момент лечение артрозов. Без этого существовать лечение артрозов не может. Поэтому, если у вас есть патология суставов, в первую очередь я вам рекомендую обратиться к врачу-физиотерапевту, инструктору ЛФК, либо взять из открытых источников, но только правильную информацию, какой именно комплекс упражнений должен выполняться именно вами. Батут имеет ограничения, и все нужно делать с правильным подходом и рекомендациями.

Юлия Каленичина:

Что в лечении суставов нам предлагает современная медицина?

Денис Прокофьев:

В первую очередь мы говорим о купировании болевого синдрома. До сих пор остается актуальным использование такой группы препаратов, как нестероидные противовоспалительные препараты. Они существовали и будут существовать очень долго. Первым НПВС являлся аспирин. На сегодняшний момент есть уже более современные классы в виде коксибов, которые являются более эффективными в купировании болевого синдрома. Но у всего этого класса есть ограничения – длительность применения не должна составлять более 14 дней. Если пить данный класс препаратов дольше, вы будете иметь ряд осложнений.

Юлия Каленичина:

Люди с заболеваниями желудка могут принимать их 14 дней?

Денис Прокофьев:

На сегодняшний момент у нас есть рекомендации, которые говорят о том, что назначение БВСа должно сопровождаться препаратами, которые прикрывают желудочно-кишечный тракт, в частности, ингибиторами протонной помпы. Не стоит забывать, что есть ряд противопоказаний к применению данного класса – это НПВС-зависимая бронхиальная астма. Часто говорят о проблеме желудка, забывая о том, что язвенные колиты, то есть заболевания кишечника, также будут являться противопоказанием. Есть ряд ограничений для гипертоников по применению класса коксибов. Поэтому класс достаточно эффективный, который используется на первых этапах, но не стоит забывать о проблемах, которые могут возникнуть на фоне применения данной группы.

Юлия Каленичина:

А если нельзя?

Денис Прокофьев:

А вот если нельзя, на сегодняшний момент вся современная травматология, ортопедия, ревматология говорит о втором классе препаратов, который носит общее название хондропротекторы.

На самом деле, во всем мире нет такого термина, как хондропротекторы. Это исключительно внутрироссийское название. А во всем мире есть группа препаратов, которая обозначает, что она обладает отдаленным снятием болевого синдрома и останавливает разрушение хрящевой ткани. Ключевым здесь является остановка разрушения хрящевой ткани, а не костной, и группа препаратов, которые способны снизить болевой синдром.

Почему настолько эффективным признали этот класс? Во-первых, это абсолютно не новый класс, он используется на протяжении уже 60 лет, имеет большую, хорошую доказательную активность. Во всем мире есть такая лига, которая называется EULAR – европейская ревматологическая лига. Ежегодно они выдают рекомендации по применению хондропротекторов.

Что нужно знать о классе? Вы слышали такой термин, как глюкозамин и хондроитин, это 2 основных вида хондропротекторов. Они бывают комбинированной формы, бывают отдельные, бывают зарегистрированные как лекарственные препараты, бывают зарегистрированные как БАДы.

3 важнейших момента, которые необходимо знать. Первое – хондропротекторы могут быть только в виде капсул либо таблеток, то есть только для перорального приема. Все мази и гели носят другую задачу, нежели мы с вами поговорили. Второе – хондропротекторы применяются только курсом, и обычно этот курс составляет 6 месяцев, потому что минимальный эффект развивается через месяц, а максимальный эффект по купированию синдрома через 3, и доказанное свойство препарата по остановке разрушения хрящевой ткани через 6. Поэтому это 6 месяцев. И третий момент – очень сложно определить, чего нужно больше, глюкозамина и хондроитина. Но я бы рекомендовал брать либо комбинированный препарат, который включает в себя 2 этих хондропротектора, либо использовать последовательную терапию – сначала применяем глюкозамин с последующим переходом на хондроитин. Но еще раз подчеркну, что хондропротекторы имеют противопоказания. Это индивидуальная непереносимость, которая присуща любым лекарственным препаратам.

Но если мы хотим влиять не только на симптомы в виде боли, но и лечить сустав, используя данный класс, вы никогда не ошибетесь. Надо помнить о суточных дозировках препарата. Суточная доза рассчитывается индивидуально, но если мы берем в общих тенденциях, это использование глюкозамина в дозировке 1200 и хондроитина в дозировке 1500. Но доза может варьироваться в зависимости от заболеваний. Глюкозамин может приниматься от 1000 до 3000, здесь индивидуальный подбор. И лучше это делать с врачом, а не самостоятельно назначать.

Все хондропротекторы отличаются по качеству, не всегда цена гарантирует качество. Мы стараемся обновлять данные о хондропротекторах из независимых источников, потому что мы обращали внимание, что в этом году работает один хондропротектор, потом меняется состав, или сырье, или фирма, которой выпускается, и его эффективность меньше. Вы очень легко можете с помощью хондропротекторов провести оценку, что с вами происходит. Мы делаем магнитно-резонансную томографию сустава, смотрим, в какой стадии находится разрушение хрящевой ткани, и смотрим эффект, который появился через 6 месяцев после использования хондропротектора. Это важно.

Мы поговорили о том, что хондропротектор может быть не только в капсулах. Он может быть и инъекционной формы, и местной формы. Здесь абсолютно другие задачи. Один из методов лечения – это использование местных форм.

Юлия Каленичина:

Это мази?

Денис Прокофьев:

Местные формы в общепринятой медицинской практике – это крем, мазь, гель. Для заболеваний опорно-двигательного аппарата при поражении суставов всегда используются гели. Даже самые передовые фармкомпании стремятся к созданию эмульгеля, биогеля, геля. Если мы лечим суставы, это всегда гель.

Второе – проблема местных форм заключается в том, что у них достаточно малая биодоступность, действующего вещества проникает крайне мало. Есть ряд способов, которые позволяют увеличить эффективность местных форм. Если человек использует разогревающую мазь, через 15 минут наносит лечебную мазь, лечебный гель, это повышает эффективность почти в 3 раза, и основано это на том эффекте, что когда вы наносите разогревающую мазь, идет местное раздражение участка, и наш организм выбрасывает противовоспалительные медиаторы, которые действуют не только на кожный покров, но и на подлежащий сустав, то есть это сразу лечение. И второе – это подготовка капиллярного русла, усиление кровотока. И когда поступает уже лечебное действующее вещество, эффективность препарата, который вы наносите следом, повышается. И есть такой уникальный раствор, как Димексид, уникальность его заключается в том, что он утащит за собой все, что мы туда добавим. Я думаю, что врачам известны способы использования аппликаций Димексида. Сейчас уже есть формы в виде геля, который мы также можем использовать с целью повышения эффективности местных препаратов.

Юлия Каленичина:

Можно комбинировать Димексид с гелем?

Денис Прокофьев:

Здесь методика ровно такая же – нанесли Димексид, через 15 минут нанесли гель. Но помните о том, что бывают кожные реакции, аллергические реакции на Димексид. Поэтому мы наносим совсем небольшое количество, после этого, если нет аллергии, мы его используем. Но и скомбинировать их будет очень правильно. Почему я делаю акцент на местных формах? Потому что все, что приведет к купированию болевого синдрома без приема обезболивающих препаратов, имеет место на существование. Это должно быть и будет использоваться. Поэтому мы никогда не пишем одну мазь, один гель, их должно быть несколько.

Касаемо местных форм, хочется еще обратить внимание на то, что в инструкциях зачастую написано, что нужно наносить 2 раза в день. Минимальная кратность нанесения должна быть не менее 4–5 раз в день. Обращайте внимание на процентное содержание действующего вещества в геле. Мы зачастую можем видеть самый популярный гель в виде Диклофенака, содержащий 1%, 2% действующего вещества, 5% действующего вещества. Из клинического опыта, даже самый недорогой гель Диклофенак с содержанием 5% работает более эффективно.

Что еще существует из терапевтических методик? Одно из популярных в последнее время – это внутрисуставные инъекции. Сразу хочу сказать, что внутрисуставная инъекция – это манипуляция, которая должна выполняться профессионалами в определенных условиях. И абсолютно неприемлемо просто прийти к врачу-хирургу и в рамках амбулаторного приема выполнить эти инъекции, потому что внутрисуставная инъекция, выполненная неправильно, не по тем методикам, которые сейчас применяются, может привести к глубокой травматизации самого сустава.

Как выглядит механизм внутрисуставной инъекции? В полость сустава вводится действующее вещество посредством специального шприца, который доставляет непосредственно к синовиальной жидкости. Этот шприц проходит кожу, проходит мышечную оболочку, фасциальную оболочку, связочный аппарат. И если врач ошибется, вместо пользы вы получите большие проблемы. Но в Москве достаточно специалистов, которые абсолютно в состоянии это выполнить. Просто я призываю к тому, что не нужно приходить к хирургам и просить из-под полы, потому что нет внутрисуставных инъекций, которые бы назначили и проводились в условиях обычных поликлиник, в рамках обычного амбулаторного приема, или сказать: «Вы знаете, я в прошлый раз делал внутрисуставную инъекцию, давайте мы сейчас с вами сделаем».

Юлия Каленичина:

То есть это в стационаре надо делать?

Денис Прокофьев:

Это может выполняться и в амбулаторных условиях, и в стационарах, но это должны выполнять травматологи-ортопеды, ревматологи, которые каждый день с этим сталкиваются, у которых есть большой опыт проведения данных манипуляций.

Юлия Каленичина:

А как часто надо делать эти инъекции?

Денис Прокофьев:

Внутрисуставные инъекции бывают двух типов. На сегодняшний момент их гораздо больше, но 2 основных действующих вещества, которые вводятся в сустав, – это либо гормоны, это Дипроспан, гидрокортизон, либо препараты с содержанием гиалуроновой кислоты. Здесь 2 самых разных подхода, и нужно понимать, что мы делаем для чего.

Основная задача гормонов – это снятие воспалительного процесса. Если вы столкнулись с артритом или с воспалением сустава на фоне другого заболевания, использовать гормон можно, но эффективность от него будет крайне недолгая. Если мы говорим про введение гиалуроновой кислоты, здесь курс состоит из трех инъекций. Этих 3 инъекций хватает от 6 месяцев до года.

Юлия Каленичина:

Они ежедневно делаются или с каким-то интервалом?

Денис Прокофьев:

Они могут делаться и с интервалом, в зависимости от препаратов. На рынке существует более 50 форм препаратов, содержащих гиалуроновую кислоту. Есть препараты, которые позиционируют, как пролонгированные, однократного введения достаточно.

Юлия Каленичина:

Длительно действующие?

Денис Прокофьев:

Да. Но есть и нюансы при введении. Основной смысл введения гиалуроновой кислоты внутрисуставными инъекциями заключается в том, чтобы увеличить объемы смазки. Гиалуроновая кислота входит в состав синовиальной жидкости и позволяет избежать трения между суставными поверхностями. Соответственно, дефицит приводит к тому, что суставные поверхности начинают соприкасаться, и вызывается ряд проблем. Поэтому введение гиалуроновой кислоты, с одной стороны, выглядит, как панацея от проблем, связанных с артрозом. С другой стороны, чем чаще человек вводит гиалуроновую кислоту, тем меньше ее эффективность. Это факт, который уже давно установлен, что каждое последующее введение гиалуроновой кислоты снижает ее эффективность на 20–30%.

Юлия Каленичина:

То есть не злоупотреблять?

Денис Прокофьев:

Да. Вы почувствуете облегчение, эффект от данных инъекций, но они должны быть четко по показаниям. И это не единственный метод лечения, к которому прибегаем. Если мы говорим об определенной поэтапности, сейчас есть еще интересные методики внутрисуставных инъекций, которые используют введение собственной плазмы, так называемая PRP-терапия, когда берется кровь и раскручивается в центрифуге, обогащается определенными лекарственными компонентами и делается внутрисуставная инъекция. Что интересно, берутся компоненты костного мозга, и при определенных методиках делаются внутрисуставные инъекции. Методика достаточно эффективная, но на сегодняшний момент есть еще более современные методики, которые позволяют обеспечивать внутрисуставные инъекции, используя собственную жировую ткань, восстанавливая связки.

В чем проблема введения внутрисуставных инъекций, используя собственный костный мозг? В том, что его сложно получить – раз. Во-вторых, состав бывает разный, и та активность тромбоцитов, которые используются, зачастую не оказывает нужный эффект. Есть диссертация, которая показывает эффективность введения жировой ткани. И эта методика сейчас используется крайне эффективно, и эффект гораздо больше. Это делается посредством липосакции, то есть можно и похудеть, и восстановить сустав. Определенные методики, которые действительно используются и показали крайне высокую эффективность. Следующим этапом в лечении будет являться эндопротезирование.

Юлия Каленичина:

Это уже когда совсем все запущено. Физиотерапия – это доступно. А эффективно?

Денис Прокофьев:

Основываясь на клиническом опыте, на рекомендациях, я бы выделил 3 основных направления физиотерапии, которые эффективны для суставов. Первое – это лазеротерапия, магнитотерапия и грязевое лечение.

Юлия Каленичина:

Лазеры и магниты есть во всех поликлиниках.

Денис Прокофьев:

Лазеры и магниты существуют. Помните о том, что мы не делаем их на момент острого воспаления. Назначение физиотерапевтических процедур идет только через врача-физиотерапевта при оценке общего состояния человека, потому что к любому методу лечения есть показания и противопоказания, их следует строго учитывать. Я бы вас очень предостерег от покупки приборов, которые сейчас очень сильно рекламируют. Это различные магнитные приборы. Этого не стоит делать по одной простой причине, что физиотерапия имеет четкий курс. Как правило, это 10–15 процедур, оценка их эффективности и дальше выбор определенной тактики лечения. Ежедневное использование лазеротерапии, магнитотерапии не будет носить той функции, на которую мы возлагаем надежды, а может принести еще и вред в связи с повышенным воздействием магнитного поля на сустав. Поэтому этого делать не нужно. В поликлиниках сформированы физиотерапевтические отделения, принимают врачи-физиотерапевты, никаких проблем в этом нет, хорошая доступность в эти отделения. Поэтому, пожалуйста, приходите, мы постараемся здесь помочь.

Юлия Каленичина:

Что касается грязелечения, можно ли дома самому делать грязевые аппликации?

Денис Прокофьев:

Грязи действительно продаются, но это так же небезобидно, как и использование магнитотерапии.

Юлия Каленичина:

Если локально на сустав, на коленочку дома наложил грязь, посидел полчасика, это небезобидно?

Денис Прокофьев:

Это вполне возможно избавит вас от болевого синдрома, но эффекта от грязелечения в домашних условиях по восстановлению хрящевой ткани не произойдет.

Юлия Каленичина:

Как тогда использовать грязь?

Денис Прокофьев:

С целью грязелечения есть отличные санатории, где используются специальные грязи. Это различные курорты. Поэтому правильно обратиться к врачу общей практики, к вашему участковому врачу, взять направление в санаторий и под контролем врачей выполнить санаторно-курортное лечение с использованием грязевых ванн или местного, локального нанесения грязи.

Юлия Каленичина:

Какие советы по питанию, чтобы сохранить суставы надолго?

Денис Прокофьев:

Вы будете удивлены, но нет ни одной диеты для суставов. У нас есть определенные рекомендации, и эти рекомендации сводятся к профилактике ожирения. Основой будет являться средиземноморская диета, в которой должен быть скомбинирован рацион, который включает в себя и Омега-3, и растительные продукты, и определенные жиры, потому что нет такого микроэлемента, который предотвратит развитие артроза. Есть определенные заблуждения, что нам необходимо большое количество кальция. И есть пациенты, которые, используя большое количество кальция, приходят к кальцинированию определенных сосудов. Поэтому для суставов самое правильное питание – это сбалансированное питание, не приводящее к ожирению.

До сих пор остается важным компонентом любой диеты ограничение соли. Хотя, опять же, здесь история индивидуальная, потому что при многих видах заболевания соль не надо ограничивать, а наоборот, нужно определить рацион. У нас есть клиническая диетология, есть институт питания, который может подобрать индивидуально. Но сбалансированное питание в отношении здоровых суставов – это самый правильный вид, который нужно соблюдать.

Юлия Каленичина:

А по поводу русского холодца что-нибудь скажете? Бабушки советуют больше есть холодца, чтобы хрящевая ткань сохранялась дольше. Это правда?

Денис Прокофьев:

Это неправда, потому что желатин – это очень хорошо. Сейчас есть определенные напитки, содержащие желатин. Если сустав доведен до состояния разрушения, восстановить его не удастся. Мы разговаривали про хондропротекторы, что данный класс способен остановить разрушение хрящевой ткани. Представить ее регенерацию с использованием холодца крайне сложно. Артрит возникает у людей за 45 лет, у возрастной группы, а артроз уходит за 45 лет. Это разрушение суставной поверхности, поэтому холодец не приостановит это ни в коем случае. Как один из компонентов питания – пожалуйста, но представить количество – это будут килограммы. Если мы захотим при остеопорозе восполнить кальций не витаминами, а применяя яйца, это будут десятки яиц, которые вы должны будете съедать каждый день. Невозможно это сделать. Поэтому, еще раз, сбалансированное питание, в рационе должно быть все, в том числе и молочные продукты, и кисломолочные продукты, и холодцы, и кисель.

Юлия Каленичина:

Если уже есть заболевание и даже присутствует болевой синдром, надо давать дозированную физическую нагрузку или лучше пощадить сустав, меньше двигаться в момент болевого синдрома?

Денис Прокофьев:

Физическая нагрузка при остром воспалении суставов даваться не должна вообще. Безусловно, когда вы уже столкнулись с артрозом, нагрузка должна быть очень умеренной. Еще раз повторю, что это плавные, медленные, ни в коем случае не резкие движения.

Зачастую боль возникает в спокойном состоянии. Как только человек начинает двигаться, болевой синдром проходит. Кстати, один из признаков артрита. Артроз возникает тогда, когда человек начинает двигаться, и возникает боль. Но физическая нагрузка, даже если мы столкнулись с хроническим заболеванием суставов, должна быть обязательно, но индивидуально подобрана. Мы здесь ни в коем случае не должны говорить о ежедневном занятии классическим спортом. Нет, ежедневным занятием ЛФК, специально подобранные программы. Двигательная активность должна быть в любом случае, даже через болевой синдром, даже если мы говорим о том, что не хочется делать физическую активность. Сустав нужно обязательно разрабатывать.

Мы не затронули сегодня тему эндопротезирования, но мы говорили о различных методах лечения. И надо говорить о том, что у нас есть 3 месяца для того, чтобы справиться с заболеванием. Когда сейчас приходят пациенты и говорят: «Я хочу с вами посоветоваться в отношении эндопротезирования», – мы всегда говорим: «Давайте попробуем все методики, которые существуют, и если это не принесет нужного эффекта, тогда мы можем задуматься об эндопротезировании». Это важный принцип, пройти все возможные методы лечения, потому что будет тяжелейшая реабилитация. И зачастую, если эндопротезирование выполнено без нужной диагностики, это приводит просто к тому, что не диагностировано заболевание, которое вызвало само воспаление суставов, и не будет никакого эффекта.

Юлия Каленичина:

Эндопротезирование – это великое достижение в современной медицине, и оно очень многим позволяет двигаться даже после того, как суставы значительно пострадали. Оперируют, и люди восстанавливаются. Денис, огромное спасибо, что Вы были с нами. Всего доброго, будьте здоровы.