"Владимира Путина прежде всего беспокоит выполнение майских указов"

Компании, зарегистрированные в иностранной юрисдикции, лишатся господдержки, заявил президент в послании Федеральному собранию. По его словам, офшорные структуры исключат из сферы госзакупок, также они не смогут получить кредиты ВЭБа. Главный редактор журнала "Эксперт" Валерий Фадеев обсудил ситуацию с ведущим Борисом Блохиным.

— В Госдуме эту меру уже назвали сложным решением. Почему, как вы думаете? Насколько широким было участие офшорных компаний в системе госконтракта?

— Довольно большая часть крупных российских компаний не то чтобы целиком выведена в офшоры, но у них сложная структура. И часть компаний, составляющих эти большие структуры, является офшорными. Ничего сложного я здесь не вижу. Конечно, придется поковырять, кто заказчик, кто пытается претендовать на госзаказы, кто является получателем средств ВЭБа того же, но это не очень сложная задача.

— Как вы думаете, смогут ли офшорные компании обойти эту норму?

— Все можно, конечно. Я, честно говоря, не вижу, зачем. Это же общая тенденция, и все ведущие страны сейчас начали бороться с офшорами. Дело даже не в налогах, хотя налоги, конечно, важны. Скорее, не в налогах, много капитала уходит из стран, не только из России, такого живого, деятельного, созидательного капитала. Это не просто эмиссия, понимаете, это деньги, которые работают. И власти многих государств хотят их вернуть, чтобы они начали работать в собственных странах.

— Вы считаете, что наши офшорные компании с радостью прекратят там регистрацию и зарегистрируются все-таки в России в конечном итоге?

— Они это будут делать без всякой радости. Есть же проблема рисков, экономических, политических, атак разного рода, борьбы какой-то не вполне рыночной. Многим, особенно крупным, капиталистам до сих пор, конечно, удобнее находиться в офшорах, чтобы каким-то образом снижать риски. Да, это так. Но придется чем-то пожертвовать.

— Почему только сейчас прозвучали такие предложения? Почему раньше не боролись с этими офшорными компаниями?

— А они звучат не только сейчас. Президент Путин об этом говорит уже давно. Несколько лет эти разговоры шли. По-моему, уже в прошлом послании эта тема звучала. Это старая тема. Просто сопротивление очень велико. Проблема-то в том, что в офшоры каким-то образом выведены и частные капиталы, и не вполне частные. Чиновники не вполне добросовестные тоже в этих структурах задействованы. Это такое сопротивление части элиты.

— Вы считаете, что на этот раз решительные меры все-таки будут приняты?

— Я, честно говоря, надеюсь.

— Еще такой вопрос: Владимир Путин предложил ввести материальную ответственность топ-менеджеров госкомпаний за невыполнение поставленных задач. Как вы считаете, о каких задачах здесь может идти речь? Часто ли госкомпании не выполняют поставленные задачи?

— Я не знаю. Тут нужен тщательный анализ. Я думаю, что сотрудники администрации такой анализ проводили. Что касается ответственности, есть же советы директоров. Они могли бы быть строже к тем компаниям, которыми управляют, менеджерами компаний. Что-то я не слышал эпизодов, когда бы совет директоров, куда входят представители государства, сколько-нибудь жестко высказывался о работе менеджмента.

— Это связано все с той же проблемой невыполнения майских указов? Или здесь какая-то другая проблема есть?

— Поскольку пафос президента был связан именно с указами, которые он считает стратегическими, а многие этого не понимают и пытаются каким-то образом улизнуть от выполнения указов, мне кажется, что Путина прежде всего беспокоит сейчас выполнение указов.