Полюса утопии

17 марта из аргентинского порта Ушуая на Огненной Земле выйдет научно-исследовательское судно "Академик Сергей Вавилов". Сто храбрецов творческих профессий, люди искусства, науки и философии, отправятся из самого южного города Земли к берегам самого южного ее континента. Антарктическая биеннале, о которой уже лет десять твердит художник Александр Пономарев, из мечты претворится в реальность, а значит, обречена потерять изрядную часть своего авангардного очарования

Из художников — помимо идейного вдохновителя и комиссара Антарктической биеннале Александра Пономарева — на борту "Академика Сергея Вавилова" поплывут Томас Сарацено, Ито Баррада, Лара Фаваретто, Хоакин Фаргас, Андрей Кузькин, Юлиус фон Бисмарк, Джулиан Шарьер, Шама Рахман, Чжан Энли и другие. Вполне достойный биеннальный список: скептики и романтики, социальные критики и отчаянные формалисты, политические активисты и трубадуры сайн-арта. Судно станет дискуссионным клубом и мастерской — экспозиция развернется на самом корабле, в воздухе и на суше: кратковременные остановки у берегов Антарктиды позволят сделать инсталляции на материке. Инсталляции мобильные, сайт-специфичные и экологичные — все это будет немедленно разобрано, никакого художественного мусора после биеннале не останется. Первыми зрителями станут сами участники экспедиции и, возможно, пингвины. Документацию проекта покажут на 57-й Венецианской биеннале. Невероятно, но факт: первая Антарктическая биеннале действительно состоится.

Осенью прошлого года Хулио Орта, художник из Лос-Анджелеса, купил участок площадью 20 акров на Луне. 20 акров Луны понадобились ему для хорошего дела, а именно для Музея современного искусства на Луне (The Museum of Contemporary Art on the Moon, MOCAM). Архитектурный проект MOCAM уже готов, его разработал мексиканец Маурисио Мастропьеро, судя по космическому дизайну, большой поклонник минимализма Уолтера Де Марии и особенно его "Поля молний". Предусмотрено все — от герметично закрытых выставочных залов с земным микроклиматом до ресторана, сувенирной лавки и гостиничных номеров, где смогут останавливаться земляне, еще не обзаведшиеся собственной лунной недвижимостью. Музей предполагает собирать работы начинающих художников и намерен сотрудничать с начинающими кураторами — заявки принимаются онлайн. Вещей старше 1969 года, когда нога человека ступила на лунный грунт, в коллекции не будет. Первая выставка — "Мистические гиперститийцы в сердце империи" — уже открылась, правда, пока на грешной Земле — в Музее современного искусства Индианаполиса, как часть другой, более крупной и серьезной выставки. Кто такие гиперститийцы, никто не знает. Среди участников, как и обещали, сплошь молодежь, причем едва ли не половина — из выпускников CalArts, Калифорнийского института искусств, который только что окончил и сам Хулио Орта. В кураторском манифесте, полном выпадов в адрес президента Трампа и глобального олигархического капитализма, говорится, что будущее нельзя вот так просто "сдать техно-утопистам Силиконовой долины и циникам корпоративной политики". Одним словом, вчерашние студенты, еще не испорченные художественной жизнью, институциями и рынком, упражняются в критическом и одновременно мечтательном искусстве.

Вот уже несколько лет подряд Александр Пономарев, художник из Москвы, удивляет публику Венецианских биеннале, художественных и архитектурных, а она, почитай, и есть весь глобальный мир искусства, одной фантастической затеей: павильоном Антарктиды, в котором с маниакальной настойчивостью представляется проект Антарктической биеннале. Нет-нет, это вовсе не рука Москвы дотянулась до последней части суши, принадлежащей всему человечеству и подлежащей использованию в сугубо творческих и научных интересах. Это воскрес русский авангард в своих лучших романтических стремлениях вроде "Памятника III Интернационалу" Владимира Татлина и "Летающих городов" Георгия Крутикова. И кому, как не Александру Пономареву, маринисту и романтику, бороздящему полярные воды живой гальюнной фигурой на носу корабля, создающему искусственные радуги и всплывающему на подводной лодке в фонтане посреди Тюильри, потому что он тоже в каком-то смысле часть мирового океана, быть наследником мечтателей-авангардистов. Впрочем, это сегодня — после опыта бумажной архитектуры с ее горькой иронией — авангардисты кажутся нам беспочвенными мечтателями, творцами прекрасных и совершенно фантастических образов, тогда как они сами чаще всего полагали себя проектировщиками настоящего или же не столь отдаленного будущего. Но прекрасные и совершенно фантастические образы Александра Пономарева рождены не для того, чтобы остаться романтическим проектом: за титанической фигурой художника, приросшего к носу "Академика Иоффе", тянется шлейф титанических институциональных усилий, альянсов, связей, пиар-кампаний, денежных потоков и других подводных течений.

Так устроена система современного искусства, что любой сильный и яркий образ, как только он начинает превращаться из эскиза на бумаге в нечто, явленное весомо, грубо, зримо, материально и масштабно, попадает в бюрократическо-капиталистические силки. Поначалу все творчество великого упаковщика Христо было чистой институциональной критикой, вскрытием этих бюрократических и финансовых механизмов, оборотной стороны belle arti, но к тому времени, как Христо с Жан-Клод дошли до упаковки Рейхстага, их критический посыл стал забываться — его полностью затмила эффектная, абсурдная и сюрреалистическая картинка. Времена Баса Яна Адера, уплывающего в неизвестность на утлом суденышке, давно прошли — наступили времена художников-менеджеров, и творцы e-flux, глобальной художественной сети, оказались отнюдь не романтиками-альтруистами, возмечтавшими об утопическом виртуальном сообществе, а весьма грамотными дельцами с отличной институциональной хваткой. Эскапизм невозможен — все Таити мира страдают от перенаселенности Гогенами, Антарктида и Луна — не бог весть какие далекие цели. К тому времени, как Александр Пономарев станет готовить свою юбилейную 20-ю Антарктическую биеннале, почтеннейшая публика, видимо, будет стоять перед сложным выбором: место в каюте арт-туристического ледокола "Академик Чилингаров" или пассажирская капсула в арт-туристическом шаттле Земля--Луна имени Илона Маска.