Категория «Пояс» среди материалов мазунинского времени в Удмуртском Прикамье: к историографии вопроса

УДК 903.2(470.51X045) В.А. Бернц

КАТЕГОРИЯ «ПОЯС» СРЕДИ МАТЕРИАЛОВ МАЗУНИНСКОГО ВРЕМЕНИ В УДМУРТСКОМ ПРИКАМЬЕ: К ИСТОРИОГРАФИИ ВОПРОСА

Представлен краткий историографический обзор темы «поясной набор» в публикациях, посвященных изучению материалов могильников мазунинского времени 111-У вв. н. э. Среди исследований преобладают публикации, содержащие дневники раскопок, описание погребального обряда, классификацию вещевого материала, однако нет ни одной специализированной работы, полностью посвященной такому элементу костюма средневекового населения Прикамья, как поясной набор.

В исследованиях сведения о поясах и поясной гарнитуре весьма различны по своей полноте, что объясняется целым рядом причин и в первую очередь задачами, поставленными авторами. Автором статьи данные работы подразделены (условно) на четыре группы: 1) сводные работы по объектам историко-культурного наследия и археологические карты региона, каталоги археологических коллекций; 2) работы информационного характера -краткие публикации вновь открытых/изучаемых памятников; 3) публикации материалов могильников - описание вещевого материала, погребальный обряд, дневник раскопок, таблицы. В отдельный блок (4) выделены работы общего характера, включающие в себя обобщенные результаты исследований мазунинских могильников. Каждая из вышеуказанных групп охарактеризована с точки зрения наличия/отсутствия в публикациях данных о поясных наборах. В результате характеристики сформулированы выводы, представлены перспективные направления дальнейших исследований поясов мазунинского времени 111-У вв. н. э.

Ключевые слова: историография, мазунинское время, могильники, погребальный обряд, классификация вещевого материала, пояс, поясной набор.

Детали поясов - пряжки, накладки, наконечники - самая массовая находка при исследованиях древних могильников и мазунинские некрополи в этом отношении - не исключение. В мазунинский поясной набор могли входить один или несколько из этих элементов, к поясу могла прикрепляться сумочка, ножны с ножом и/или шилом и др., в качестве накладок могли использоваться раковины или бисер.

Пояса анализируются исследователями либо как 1) совокупность металлических украшений, закрепленных на органической основе, либо как 2) комплекс этих элементов, то есть как «знаковая система» [21. С. 3-4]. Мазунинские пояса Ш-У вв. н. э. в этом смысле не исключение.

За время изучения позднепьяноборских памятников, известных с середины 1950-х гг., опубликовано большое количество работ и сформирована источниковая база материалов этих памятников, в том числе и могильников. Среди этих исследований преобладают публикации, содержащие дневники раскопок, описание погребального обряда, классификацию вещевого материала и иллюстративные таблицы, однако нет ни одной специализированной работы, полностью посвященной такому элементу костюма средневекового населения Прикамья, как поясной набор.

Пояса в большинстве своем описаны в публикациях как совокупность различного рода деталей, каждый тип которых анализируется отдельно - классификация погребального (вещевого) инвентаря приведена практически в каждой работе того или иного погребального памятника. Ниже будет представлен краткий анализ исследований, посвященных мазунинским могильникам, с целью кратко охарактеризовать состояние опубликованной источниковой базы по поясным наборам 111-У вв. н. э. Удмуртского Прикамья.

Все 16 памятников, за исключением Тураевского I курганно-грунтового могильника (Менделеевский район Татарстана), административно находятся в пределах Удмуртской Республики. В сводную таблицу включены работы, посвященные материалам этих 16-ти памятников, датированных 111-У вв. н. э. и расположенных на правобережье р. Камы (табл.).

Практически в каждой из этих публикаций даны описания если не собственно деталей поясных наборов (и их характеристика), то, хотя бы кратко, вещевого материала памятника. В исследованиях сведения о поясах и поясной гарнитуре весьма различны по своей полноте. Объясняется это рядом причин (характером проведенных на памятнике исследований и их объемом, объемом и характером самой публикации, количеством материалов и т. д.) и в первую очередь задачами, поставленными авторами. Эти работы можно подразделить (условно) на четыре группы: 1) сводные работы по объек-

там историко-культурного наследия и археологические карты региона, каталоги археологических коллекций; 2) работы информационного характера: это, как правило, предварительные (краткие) публикации вновь открытых либо изучаемых памятников; 3) публикации материалов могильников с полным/частичным анализом (классификацией) и описанием вещевого/погребального материала, включающие в себя также сведения о погребальном обряде, дневник раскопок (описание могил), статистические и иллюстративные таблицы. Кроме того, в отдельный блок (4) можно отнести работы общего характера (не вошедшие в таблицу), включающие в себя обобщенные результаты исследований мазунинских могильников [11. С. 7-84; 15. С. 96-106; 22; 23. С. 92-101; 24. С. 165-176; 28 и др.].

Работы первой группы - это общие сводки, сам характер которых подразумевает наличие краткого информационного блока по каждому памятнику. В них, как правило, констатируется наличие/отсутствие вещевого материала на памятнике, в том числе и деталей поясной гарнитуры, приводятся (выборочно) иллюстрации погребального инвентаря [8; 20; 29; 34 и др.].

Ко вторым можно отнести, например, статью, посвященную предварительной публикации материалов первого года исследований Дубровского могильника. В ней дана не только характеристика материала и иллюстрации, но и анализируется погребальный обряд некрополя, включающий в том числе и описание поясов и поясной гарнитуры [33. С. 207-211].

В содержание работ третьей группы входят дневники раскопок, описание погребального обряда, классификация вещевого инвентаря и, как правило, большой иллюстративный блок. При этом дается анализ поясов как в контексте похоронного обряда (половозрастная характеристика умерших, положение поясов в могилах, их конструкция и способы застегивания), так и в контексте классификационной системы погребального инвентаря, предложенной нами. С точки зрения информативности описания поясных наборов как элементов погребальной обрядности отдельного могильника эти работы представляют наибольший интерес [1. С. 26-46; 3. С. 351-389; 5. С. 423-445; 12. С. 123-140; 13. С. 85-115; 14. С. 55-108; 16; 17; 25. С. 92-117; 26. С. 26-92 и др.].

Сводные работы (четвертая группа) ценны тем, что в них представлена обобщенная информация по всем памятникам данного времени, в том числе и по могильникам; в этих публикациях пояса анализируются и как 1) совокупность украшений, каждый тип которых рассматривается отдельно (классификация вещевого материала), и как 2) комплекс: пояс в системе костюма, общественных отношений и мировоззрения древнего населения (с использованием данных письменных и изобразительных источников, этнографии).

Принципы типологии поясных наборов средневекового населения Камско-Вятского междуречья были выработаны В. Ф. Генингом в обобщающем исследовании по азелинским памятникам бассейна р. Вятки [10. С. 5-144]. В нем автор подробно характеризует вещевой комплекс культуры, приводит описание поясов, подразделяя их в зависимости от ширины основы на мужские и женские. Мужские пояса В. Ф. Генинг подразделяет на два типа: 1) пояс с пряжкой и наконечником; 2) пояс с пряжкой, наконечником и накладками. Женские - на три: 1) пояс с эполетообразной застежкой, халцедоновыми дисками, накладками и кистями из пронизок и подвесок; 2) пояс с эполетообразной застежкой, халцедоновыми дисками и накладками; 3) пояс с пряжкой и наконечником [10. С. 42-44, рис. 20-22].

Позже эти типологические принципы были перенесены В. Ф. Генингом на мазунинские древности. В его исследовании [11. С. 7-84] - первой обобщающей работе по мазунинскому периоду - поясные наборы рассматриваются как составляющая всего комплекса вещевого материала известных на тот момент могильников1: Мазунинского, Ижевского, Быргындинского и Чепанихинского. При небольшом количестве зафиксированных на этих четырех памятниках поясов (53 экз.2) [11. С. 28. Табл. Д] автор, помимо их конструктивной характеристики, предлагает типологию, основанную на количестве и расположении элементов пояса на кожаной основе: 1) пояс с пряжкой; 2) пояс с пряжкой и наконечником; 3) пояс с пряжкой, наконечником, накладками и бляхами-раковинами [11. С. 26].

В обобщающей работе, посвященной хронологии всей поясной гарнитуры I тыс. н. э. могильников Прикамья, В. Ф.Генинг характеризует поясные наборы не как комплекс, а как совокупность металлических деталей. На основе подробного анализа пряжек, накладок и наконечников он выстраивает хронологическую шкалу древностей, в том числе и из мазунинских могильников, создавая относительную хронологию средневековых памятников Приуралья [15. С. 96-106].

1 В исследовании В. Ф. Генинга анализируются и материалы Сайгатского могильника, который не включен в данную работу из-за его территориального положения (Пермский край, левый берег р. Камы).

2 Всего В. Ф. Генингом учтен 71 экземпляр поясов, 18 из которых найдены на Сайгатском могильнике.

Монография Т. И. Останиной [28] к настоящему времени остается наиболее полной сводкой ма-зунинских материалов. Пояса, найденные при 676 костяках3, проанализированы с точки зрения их конструкции. Автором выделено 13 видов поясов: 1) пояс с пряжкой; 2) пояс с накладками; 3) пояс с наконечником; 4) пояс с бляхами-раковинами; 5) пояс с бляхами-раковинами и наборным наконечником; 6) пояс с накладками и бляхами-раковинами; 7) пояс с накладками и наборным наконечником; 8) пояс с пряжкой, накладками и бляхами-раковинами; 9) пояс с накладками, бляхами-раковинами и наборным наконечником; 10) пояс с пряжкой, накладками и наконечником; 11) пояс с накладками и наконечником; 12) пояс с пряжкой и наконечником; 13) пояс с пряжкой и накладками [28. С. 28, 248. Рис. 2а]. Проанализировано положение поясов относительно тел умерших как в женских, так и в мужских погребениях: вытянутое вдоль тела положение пояса является одной из особенностей мазунинского погребального обряда, показана роль поясов в системе погребального ритуала населения [28. С. 28, 214. Табл. 8]. Т. И. Останиной разработана подробная классификация и таблица взаимовстречаемости погребального инвентаря (в том числе, и деталей поясной гарнитуры), на основании чего предложена периодизация и датировка памятников мазунинского времени [28. С. 103-166. Табл. 32, 34].

Характеристика поясов пьяноборско-мазунинского времени содержится в ряде работ А. А. Крас-ноперова [22; 23. С. 92-101; 24. С. 165-176 и др.]. Пояс рассматривается здесь как часть костюмного комплекса, в то же время подробно характеризуются конструктивные особенности поясных наборов этого времени. Привлечение принятых в этнографии методов позволяет дать целостную картину не только костюма, но и его отдельных составляющих, в том числе поясов. Предложенная конструктивная детализированная типология поясов основана на наличии/отсутствии дополнительного (внутреннего) ремешка (типы подразделены на подтипы и варианты). Учитываются в типологии (варианты) наличие/отсутствие накладок и расположение блоков украшений на поверхности ремня: 1) «простые» ремни с пряжкой, накладками, наконечником; 2) ремни с эполетообразными застежками или застежками с неподвижным крючком и накладками (специфическая особенность времени и территории); 3) пояса с пряжками, накладками, наконечниками, особенностью которых является наличие поясной привески или второго (внутреннего) ремня, использовавшегося для застегивания. Важными являются уточняющие замечания о специфике поясов 2 и 3 типов: пояса второго типа появляются на рубеже нашей эры и отражают местную специфику, пояса третьего типа - на позднем мазунинском этапе под влиянием культур кочевников [22. С. 130-158; 23. С. 92-101; 24. С. 165-176]. Предложенная типология поясов базируется на этнографических принципах, в ней нет анализа типов накладок, пряжек, наконечников. Это делает невозможным ее сопоставление с работами В. Ф. Генинга [11. С. 7-84] и Т. И. Останиной [28].

По материалам поясных наборов Тураевского I могильника В. А. Бернц было предложено подразделить (предварительно) пояса некрополя на 2 группы, выделив во второй 4 подгруппы, на основании сочетания конструктивных (основных и дополнительных) элементов [19. С. 73-75]. На тех же основаниях были проанализированы пояса Заборьинского могильника [6. С. 55-60]. В дальнейшем нами был предложен еще один вариант типологии поясов, также основанный на сочетании конструктивных признаков и выделены отделы (I, II), группы (А, Б), подгруппы (I, II), типы 1-7), подтипы (а-г) [7. С. 3-6]. Эта типология, как и вышеописанная типология А. А. Красноперова [22. С. 130-158; 23. С. 92-101; 24. С. 165-176], также не содержит анализа типов пряжек, накладок и наконечников, хотя наличие свободных ниш (варианты, подварианты) позволяет создать более дробную структуру [7. С. 5-6].

Подводя итог, необходимо отметить, что качество большинства публикаций позволяет достаточно полно работать с материалами могильников. Однако важно отметить следующее:

- анализ и описание поясов (поясных наборов) и их деталей в различных публикациях отличается друг от друга характером, полнотой и иллюстративностью, что, как указано выше, зависело от целей, поставленных автором в каждой конкретной публикации;

- иногда даже при наличии информации «одного порядка» (погребальный обряд, классификация вещевого материала) работы не равнозначны между собой, что не всегда позволяет сравнивать могильники друг с другом исходя из одного и того же списка необходимых критериев;

- к настоящему времени создана обобщенная классификация погребального инвентаря с учетом материалов всех известных к середине 1990-х гг. могильников Ш-У вв. н. э. для территории Среднего Прикамья [27], проанализирован погребальный обряд [2. С. 92-104; 27];

- хронологическая шкала памятников Прикамья включена в систему общеевропейской хронологии, при этом одними из основных датирующих категорий инвентаря являются поясные гарнитуры;

3 Эта цифра приводится с учетом материалов как право-, так и левобережных могильников Ш-У вв. н. э.

- при всем количестве публикаций не создано единой типологии поясных наборов мазунинско-го времени, несмотря на то, что все, уже существующие варианты, базируются на приблизительно одинаковых конструктивных особенностях поясов.

Перспективными направлениями видятся следующие:

- создание общей типологии поясов (поясных наборов) мазунинского времени Удмуртского Прикамья;

- характеристика места и роли пояса в погребальном обряде этого населения;

- динамика изменения отношения к поясу и в поясе в контексте общих культурных трансформаций эпохи средневековья.

Сведения о поясных наборах, содержащиеся в публикациях погребальных памятников мазунинского времени (Ш-У вв. н. э.) правобережья р. Камы4

Название памятника Количество могил Год, автор исследования Публикация5 Характеристика поясной гарнитуры

Бобья-Учинский 1 1948, 1980, 2007 Останина Т. И., Вязников А. М. Единственное погребение опубликовано [34. С. 10-11, 64, 71-72. Рис. 1, № 10; 8-1-2; 9-1-3] Прорисовка реконструкции

Боярский

Быргындинский I (Быргындинский) 12 1956,1969, 1979, 1995 гг. Стоянов В. Е., Генинг В. Ф., Семенов В. А., Голдина Р. Д., Клюева (Журавлева) Г. Н. Могильник не опубликован [8. С. 169. № 239; 29. С. 5455. № 148; 20. С. 18. № 121; С. 85] Указание на находки вещей, «аналогичных вещам Мазунинского могильника» (8. С. 169). Упоминание находок деталей поясной гарнитуры [29. С. 54; 20. С. 85]

Заборьинский 30 1983, 2002 гг. Решетников Н. Л., Бернц В. А. Могильник опубликован [3. С. 351-389]; [5. С. 423-445]; [6. С. 55-60] Материал по комплексам с прорисовками вариантов реконструкций поясов, дневник раскопок, таблица состава и расположения поясов [3. С. 357-383, 389]. Классификация погребального инвентаря, предварительная классификация поясов: выделены 2 группы по сочетанию основных и дополнительных элементов с указанием половозрастной характеристики умерших и положения поясов в могилах [5. С. 424-445]. Анализ поясов со схемами вариантов их реконструкций [6. С. 55-60]

4 Использованы сведения: А. А. Красноперов, 2006. Т. II (Приложения). Табл. I. Степень изученности могильников чегандинской культуры; Т. II. Общая характеристика степени введения в научный оборот материалов памятников чегандинской культуры.

5 В таблице нет указаний на отчеты авторов исследований, информационные сообщения в «Археологических открытиях» за разные годы и работы общего характера, которые будут проанализированы отдельно. Ссылки даются на публикации, в которых есть хотя бы краткая характеристика (рисунки) погребального инвентаря памятника.

2014. Вып. 3 Продолжение табл.

Дубровский 1446 2009, 2010, 2012, 2013 гг. Черных Е. М., Перевоз-чикова С. А., Бернц В. А. Могильник не опубликован [33. С. 207-211] Краткая характеристика поясов (раскопки 2009 г.) с половозрастными определениями умерших и положением поясов в могилах [33. С. 208-209]

Ижевский 211 1957, 1975 гг. Генинг В. Ф., Останина Т. И., Голдина Р. Д. Могильник опубликован [12. С. 123140]; [26. С. 26-92]; [27. С. 31-47]; [29. С. 55, № 149, 150] Классификация погребального инвентаря, подробное описание поясных наборов (и их элементов) с указанием половозрастных характеристик, положения поясов в могилах, прорисовки реконструкций 2 поясов, дневник раскопок [12. С. 125, 127-128, 131-136. Рис. 2-1, 2]. По способу застегивания выделено три группы поясов (по поясам Ижевского и Чепанихинского могильников), классификация вещевого материала, в том числе деталей поясных наборов, прорисовка нескольких поясов, дневник раскопок [26. С. 29-58, 62-84]. Характеристика поясов - конструкция, положение в могиле, половозрастные показатели умерших (с учетом данных других могильников) [27. С. 40-41]. Упоминание находок поясной гарнитуры [29. С. 55].

Мазунинский 69 1894,1913, 1954-1956 гг. Смирнов Н. И., Беркутов Л. А., Ланько М. А., Генинг В. Ф. Могильник опубликован [8. С. 177. № 289; 13. С. 85-115; 29. С. 55-56, № 151-153] Упоминание находок женских поясов [8. С. 177]. Описание вещевого материала, в том числе деталей поясных наборов, описание поясов с указанием положения их в могилах, способа застегивания, конструкции, дневник раскопок [13. С. 89-90, 93-109]. Упоминание находок деталей поясных наборов [29. С. 55-56]

Нивский 156 1956,1972, 1974 гг. Семенов В. А., Генинг В. Ф., Останина Т. И. Могильник опубликован [8. С. 182. № 330; 32. С. 116122; 25. С. 92-117; 29. С. 56-57, № 154-156] Упоминание находок деталей поясов [8. С. 182; 32. С. 119-122; 29. С. 56-57]. Классификация вещевого материала, краткая характеристика положения поясов в могилах, описание и прорисовка реконструкции пояса с ременной подвеской [25. С. 94-112. Табл. К-1-9]

Покровский 364 1973, 1975, 1977, 1980, 1982-1984 гг. Корепанов К. И., Голдина Р. Д., Останина Т. И. Могильник опубликован (не полностью) [29. С. 58-60, № 161-165; 30] Упоминание находок деталей поясных наборов [29. С. 58-60]. Упоминание положения поясов в могилах, классификация вещевого материала, в том числе деталей поясных наборов, полный дневник раскопок и выборочные комплексы [30]

6 Сведения по итогам работ 2009, 2010, 2012, 2013 гг. (исследования продолжаются).

98_В.А. Бернц_

2014. Вып. 3 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

Окончание табл.

Сарапульский I ? XIX в., 1954 г. Генинг В. Ф. Могильник не опубликован, разведочные сборы, комплексов нет [8. С. 178. № 295] ?

Тарасовский 1880 1979-1997 гг. Решетников Н. Л., Голдина Р. Д. Могильник опубликован [16; 17; 31] Прорисовки вариантов реконструкций поясов [16]; Описание погребений [17]; Описание положения поясов в могилах, половозрастная характеристика умерших [31. С. 64-65. Табл. 69. Диагр. 57]

Тураевский I курганно- грунтовый 9 кур- га- нов, 274 мо- 7 гил 1959,1960, 1969, 1970, 1986-1990 гг. Генинг В. Ф., Шашкова О. А., Одинцов В. В., Водолаго Н. В. Могильник опубликован [4. С. 66-69] [9. С. 72-80] [14. С. 55-108] [18. С. 140-162] [19] [35. S. 265-327] Краткое описание вещевого материала, в том числе деталей поясов [9. С. 77-78]. Подробная типология пряжек и наконечников поясов, хронологическая шкала и датировка [14. С. 88-94, 98-108; 35]. Краткое упоминание положения и конструкции поясов [18. С. 150, 153]. Предварительная классификация поясов: выделение 2 групп и 4 подгрупп на основании конструкции ремней с подробным анализом положения поясов в могилах с учетом половозрастных данных [4; 19. С. 73-75]; Классификация погребального инвентаря, дневник раскопок, рисунки по комплексам [19. С. 11-64, 115-140, 178-359]

Усть- Сарапульский 115 1983-1986 гг. Водолаго Н. В., Арматынская О. В. Могильник опубликован

Чепанихинский 41 1958, 1975 гг. Семенов В. А., Гусенцова Т. М. Могильник опубликован [32. С. 116-122; 26. С. 26-92; 29. С. 60. № 166-167] Описание трех погребений, упоминание находок деталей поясов [32. С. 116-119]. Классификация вещевого материала, в том числе деталей поясных наборов, дневник раскопок [26. С. 29-45, 58-61, 85, 86]. Упоминание находок деталей поясных наборов [29. С. 60]

Чужьяловский 68 1915, 1926 гг. Матвеев С. Г., Семенов В. А. Могильник не опубликован [8. С. 164-165. № 209; 29. С. 61. № 168] (материал погребений № 2, 3) Упоминание находок деталей поясов [8. С. 164-165; 29. С. 61]

Погребение на стоянке Чумойтло I 1 1976 г. Голдина Р. Д. Не опубликовано - деталей поясной гарнитуры нет

7 Это общее количество раскопанных погребений без учета «дублирования» грунтовых погребений, исследованных В. Ф. Генингом и повторно Н. В. Водолаго: «двойные» номера получили могилы 1 - 240, 2 - 238, 3 -237, 7 - 224, 8 - 201 (Р.Д. Голдина, В.А. Бернц, 2010. С. 10, 50-51, С. 163-164. Рис.3; 4). Реальное количество исследованных погребений в 1986-1990 гг. - 261.

8 По данным В. Ф. Генинга, в 1915 г. было разрушено несколько десятков костяков.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Арматынская О. В. Усть-Сарапульский могильник // Приуралье в древности и средние века. Устинов, 1986.

2. Арматынская О. В. Особенности погребальных традиций населения Камско-Бельского междуречья в эпоху раннего железного века (конец ГУ в. до н. э. - У в. н. э.) // Материалы по погребальному обряду удмуртов. Ижевск, 1991.

3. Бернц В. А. К вопросу о традиционных элементах погребального обряда финно-угорского населения эпохи великого переселения народов Удмуртского Прикамья (по материалам Заборьинского грунтового могильника) // Взаимодействие народов Евразии в эпоху великого переселения народов: материалы науч. симпозиума и науч.-практ. конф. Ижевск, 2006.

4. Бернц В. А. Поясные наборы Тураевского I могильника (предварительные результаты по материалам исследований 1986-1990 годов) // Пермские финны: археологические культуры и этносы. Сыктывкар, 2007. (материалы I Всерос. науч. конф. «Пермские финны: археологические культуры и этносы»).

5. Бернц В. А. Погребальный инвентарь Заборьинского грунтового могильника мазунинского времени в Удмуртском Прикамье // Археологическая экспедиция: новейшие достижения в изучении историко-культурного наследия Евразии: материалы Всерос. науч. конф. Ижевск, 2008.

6. Бернц В. А. Пояса Заборьинского могильника в Удмуртском Прикамье // Вестн. Удм. ун-та. Сер. История и филология. 2011. Вып. 3. С. 55-60.

7. Бернц В. А. К вопросу о типологии поясов древнего населения Удмуртского Прикамья (по позднепьянобор-ским материалам Ш-У вв. н. э.) // Современные решения актуальных проблем евразийской археологии. Барнаул, 2013.

8. Генинг В. Ф. Археологические памятники Удмуртии. Ижевск, 1958.

9. Генинг В. Ф. Тураевский курганный могильник в Нижнем Прикамье // Вопросы археологии Урала. Свердловск, 1962. Вып. 2.

10. Генинг В. Ф. Азелинская культура Ш-У вв. // Очерки истории Вятского края в эпоху великого переселения народов. Вопросы археологии Урала. Свердловск; Ижевск, 1963. Вып. 5.

11. Генинг В. Ф. Мазунинская культура в Среднем Прикамье // Памятники мазунинской культуры. Вопросы археологии Урала. Свердловск; Ижевск, 1967. Вып. 7.

12. Генинг В. Ф. Ижевский могильник !У-У вв. // Памятники мазунинской культуры. Вопр. археологии Урала. Свердловск; Ижевск, 1967. Вып. 7.

13. Генинг В. Ф., Мырсина Е. М. Мазунинский могильник // Памятники мазунинской культуры. Вопросы археологии Урала. Свердловск; Ижевск, 1967. Вып. 7.

14. Генинг В. Ф. Тураевский могильник У в. н. э. // Из археологии Волго-Камья. Казань, 1976.

15. Генинг В. Ф. Хронология поясной гарнитуры I тыс. н. э. (по материалам могильников Прикамья) // Проблемы хронологии памятников Евразии в эпоху раннего средневековья. Краткие сообщения института археологии. М., 1979. Вып. 158.

16. Голдина Р. Д. Тарасовский могильник !-У вв. на Средней Каме. Т. II // Материалы и исследования Камско-Вятской археологической экспедиции. Т. 11. Ижевск, 2003.

17. Голдина Р. Д. Тарасовский могильник !-У вв. на Средней Каме. Т. I // Материалы и исследования Камско-Вятской археологической экспедиции. Т. 10. Ижевск, 2004.

18. Голдина Р. Д., Бернц В. А. Предварительные итоги раскопок бескурганной части Тураевского I могильника // Удмуртской археологической экспедиции - 50 лет. Ижевск, 2004.

19. Голдина Р. Д., Бернц В. А. Тураевский I могильник - уникальный памятник эпохи великого переселения народов в Среднем Прикамье (бескурганная часть) // Материалы и исследования Камско-Вятской археологической экспедиции. Т. 17. Ижевск, 2010.

20. Голдина Р. Д., Черных Е. М. Археологическая карта Каракулинского района Удмуртской Республики // Материалы и исследования Камско-Вятской археологической экспедиции. Т. 18. Ижевск, 2011.

21. Добжанский В. Н. Наборные пояса кочевников Азии. Новосибирск, 1990.

22. Красноперов А. А. Костюм населения чегандинской культуры в Прикамье (II в. до н. э. - У в. н. э.): дис. ... канд. ист. наук. Ижевск, 2006. / Архив Института истории и культуры народов Приуралья. Ф. 4/1. Д. 86.

23. Красноперов А. А. Поясные наборы пьяноборско-мазунинского времени // Пермские финны: археологические культуры и этносы: материалы I Всерос. науч. конф. Сыктывкар, 2007.

24. Красноперов А. А. Принципы классификации предметов одежды пьяноборского (чегандинского) населения // Среднее Поволжье и Южный Урал: человек и природа в древности. Казань, 2009.

25. Останина Т. И. Нивский могильник Ш-У вв. // Материалы к ранней истории населения Удмуртии. Ижевск, 1978.

26. Останина Т. И. Два памятника мазунинской культуры в центральной Удмуртии // Поиски, исследования, открытия. Ижевск, 1984.

27. Останина Т. И. Ижевский могильник. Погребальный обряд, социальная структура общества // Удмуртия: новые исследования. Ижевск, 1991.

28. Останина Т. И. Население Среднего Прикамья в III-V вв. Ижевск, 1997.

29. Останина Т. И. Археологические коллекции Национального музея Удмуртской Республики им. К. Герда. Каталог. Ижевск, 2004.

30. Покровский могильник IV-V вв. Каталог археологической коллекции / сост. Т. И.Останина. Ижевск, 1992.

31. Сабиров Т. Р. Погребальный обряд Тарасовского могильника I-V вв. на Средней Каме: дис. ... канд. ист. наук. Ижевск, 2011.

32. Семенов В. А. Два могильника мазунинской культуры в Прикамской Удмуртии // Памятники мазунинской культуры. Вопросы археологии Урала. Ижевск, 1967. Вып. 7.

33. Черных Е. М., Перевозчикова С. А., Бернц В. А. Открытие и исследование нового могильника IV-V вв. на юге Удмуртии // Археологическое наследие как отражение исторического опыта взаимодействия человека, природы, общества (XIII Бадеровские чтения): материалы Всерос. науч. конф. Ижевск, 2010.

34. Шапран И. Г., Орлова Т. Е. Объекты историко-культурного наследия Малопургинского района Удмуртской Республики. Ижевск, 2012.

35. Gening V. F. Völkerwanderungszeitlische Kriegergräber aus Turaevo im Uralvorland // Eurasia Antiqua. Zeitschrift für Archäologie Eurasiens. Band 1. (Sonderdruck). B. Mainz/Rhein, 1995.

Поступила в редакцию 12.12.2013

V.A. Bernts

THE CATEGORY "BELT" IN THE ARCHAEOLOGICAL MATERIALS OF THE MAZUNINO AGE IN THE UDMURT KAMA REGION: THE HISTORIOGRAPHICAL REVIEW

This paper presents a brief historiographical overview of the theme "belt set" in the publications devoted to the study of cemeteries of III - V a.d. Such publications contain mainly the descriptions of excavations in the cemeteries of Mazunino age, the funeral rite and classification of the findings. But none of the publications is specifically dedicated to the study of belt or belt sets.

In research papers the information on belts and belt sets differs in fullness due to a number of reasons and first of all to the objectives set by their authors. All works are divided the author of this paper into four groups: 1) summary works on objects of historical and cultural heritage, archaeological maps of the region and catalogs of archaeological collections; 2) informational works - short publication of newly discovered/studied archaeological sites; 3) published materials of cemeteries - description of the findings, funeral rites, excavation books, tables. The author also defines the separate group of 4) generalized works that include results of investigation of cemeteries of Mazunino age. Each of these groups is characterized in terms of availability of information on the belts. Several conclusions are formulated and the perspectives of further researching are presented.

Keywords: historiography, Mazunino age, cemeteries, funeral rite, classification of the findings, belt, belt set.

Бернц Вероника Александровна, хранитель музейных предметов I категории Археологического музея УдГУ

ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет» 426034, Россия, г. Ижевск, ул. Университетская, 1 (корп. 2) E-mail: arch@uni.udm.ru

Bernts V.A.,

Custodian of the Archaeological Museum Udmurt State University

426034, Russia, Izhevsk, Universitetskaya st., 1/2 E-mail: arch@uni.udm.ru