Состояние страховой защиты населения и территорий от риска чрезвычайных ситуаций

УДК 614.8

В.М. Кондратьев-Фирсов, С.И. Турко

Состояние страховой защиты населения и территорий от риска чрезвычайных ситуаций

Аннотация

В данной статье проведен анализ состояние страховой защиты населения и территорий от риска чрезвычайных ситуаций. Рассмотрены вопросы страхования гражданской ответственности владельцев опасных объектов и страхования гражданской ответственности за ядерный ущерб, причиненный третьим сторонам. Даны предложения в области финансовой защиты стран от рисков чрезвычайных ситуаций.

Ключевые слова: чрезвычайные ситуации; страховая защита; гражданская ответственность; опасные объекты; риск; ядерный ущерб.

Содержание

Введение

1. Страхование гражданской ответственности владельцев опасных объектов в Российской Федерации

2. Страхование гражданской ответственности за ядерный ущерб, причиненный третьим сторонам

3. Методы подсчета страховых взносов

4. Предложения в области финансовой защиты стран от рисков чрезвычайных ситуаций Заключение

Литература

Введение

Один из элементов защиты населения и территорий от риска связанного с опасными объектами является страховая защита, имеющая в своем активе различные направления и методы страхования. В нашей стране до недавнего времени при ликвидации последствий природных бедствий и техногенных катастроф компенсационные выплаты осуществлялись в основном за счет бюджетных средств. В то же время мировой практикой доказана эффективность применения комбинированных методов финансирования таких непредвиденных и чрезвычайных расходов за счет государственных и негосударственных источников денежных средств, при этом в основном используются средства страховых компаний.

Механизм страховой защиты может стать эффективным способом компенсации ущерба от чрезвычайных ситуаций, снижения нагрузки на бюджет субъекта Российской Федерации, а также экономического принуждения к обновлению и повышению безопасности эксплуатации хозяйственных фондов. Его внедрение предполагает участие населения, взаимодействие предприятий, страховых и кредитных организаций, органов государственного управления и надзора, а также решение задач правового, экономического, нормативно-методического и организационного характера.

Использование страхования как механизма защиты территорий и населения включает ряд направлений:

возмещение ущерба, нанесенного опасным объектом предприятиям, организациям различных форм собственности в результате аварий, пожаров, стихийных бедствий;

оказание благоприятного влияния на состояние территории через инструменты превенции (использование резервов страховых организаций на предупредительные мероприятия);

инвестирование временно свободных средств страховых резервов и собственных средств страховщиков в объекты, субъектового уровня (ценные бумаги субъектов Российской Федерации, инвестиционные проекты областного и республиканского значения и т.п.);

привлечение средств для ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций в регион из других не пострадавших от бедствий и аварий регионов через институт перестрахования.

1. Страхование гражданской

ответственности владельцев опасных объектов в Российской Федерации

Концепцией развития страхового дела в Российской Федерации в числе первоочередных мер в области развития страхования предусмотрено введение видов обязательного страхования ответствен-

ности и, в частности, страхование от ЧС техногенного характера на опасных объектах. При этом обязательное страхование должно предоставлять страховую защиту значительному числу объектов и лиц на всей территории страны, когда ущерб влечет непредвиденные бюджетные затраты.

27 июля 2010 г. был принят Федеральный закон «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» № 225-ФЗ (далее — Закон № 225-ФЗ). Действие данного Федерального закона не распространяется на отношения, возникающие вследствие:

причинения вреда за пределами территории Российской Федерации;

использования атомной энергии; причинения вреда природной среде. Одновременно с принятием Закона № 225-ФЗ был принят Федеральный закон № 226-ФЗ от 27.07.2010 г. «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте».

Основные положения Закона № 225-ФЗ, непосредственно затрагивающие деятельность предприятий в части страхования, вступили в силу с 1.01.2012 г.

Обязательное страхование гражданской ответственности владельцев опасных объектов в России фактически началось в 1997 г. с введением Федеральных законов от 21 июля 1997 г. № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее — Закон № 116-ФЗ) и № 117-ФЗ «О безопасности гидротехнических сооружений» (далее — Закон № 117-ФЗ).

Однако нормы Закона № 116-ФЗ регулируют указанный вопрос весьма скупо, ограничиваясь установлением обязательности страхования ответственности и определением минимальных страховых сумм (т.е. тех сумм, в пределах которых может быть выплачено страховое возмещение при наступлении страхового случая). При этом, учитывая возможные масштабы ущерба от аварий на опасных производственных объектах (далее — ОПО), размеры страховых сумм, установленных Законом № 116-ФЗ, являются явно недостаточными и составляют, в зависимости от вида объекта, от 100 тыс. до 7 млн руб.

Что касается Закона № 117-ФЗ, то он вообще не устанавливает жестко размер страховой суммы, ограничиваясь требованием наличия финансового обеспечения гражданской ответственности за вред, причиненный в результате аварии гидротехнического сооружения (далее — ГТС). Указанное финансовое обеспечение гражданской ответственности осуществляется за счет средств собственника ГТС или эксплуатирующей организации, а также за счет страховой суммы, определенной договором

страхования риска гражданской ответственности. По мнению страховщиков, большинство владельцев ГТС считают это страхование номинальным, а по сути дела формальным, о чем говорит их готовность сокращать объем страховой защиты почти до фиктивного.

Закон № 225-ФЗ существенно увеличивает размеры страховых сумм по обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев опасных объектов, детально определяет порядок и условия страхования, предполагает введение единых (обязательных) для всех страхователей и страховщиков правил страхования такой ответственности.

При этом, несоблюдение требований указанного Закона о заключении договора обязательного страхования ответственности влечет административную ответственность по ст. 9.19. КоАП РФ в виде штрафа для должностных лиц в размере от 15 до 20 тыс. руб., а юридических лиц — в размере от 300 до 500 тыс. руб.

Страховым случаем, в соответствии с Законом № 225-ФЗ, признается наступление гражданской ответственности страхователя (владельца опасного объекта) по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда потерпевшим.

Существенно, что на несколько порядков (по сравнению с действующим на настоящее время законодательством), увеличиваются страховые суммы (суммы, в пределах которых ответственность перед потерпевшими в случае аварии будет нести страховая компания), установленные Законом № 225-ФЗ в размере от 10 млн до 6,5 млрд руб. (в зависимости от вида опасного объекта и потенциального количества потерпевших, жизни и здоровью которых может быть причинен вред в результате аварии).

Размер страховой выплаты, при этом, составит, в случае смерти потерпевшего — 2 млн руб. (выплачивается лицам, имеющим право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда в случае смерти кормильца) и сумму, необходимую для возмещения расходов на погребение (выплачивается лицам, понесшим эти расходы), но не более 25 тыс. руб.

В случае причинения вреда здоровью потерпевших страховое возмещение будет выплачиваться в сумме, определяемой исходя из характера и степени повреждения здоровья по нормативам, устанавливаемым Правительством Российской Федерации, в пределах двух миллионов рублей (т.е. размер возмещения будет определяться в жестко установленной сумме, зависящей от вида и характера повреждения, независимо от фактически понесенных затрат на лечение).

При причинении вреда имуществу страховая выплата может составить до 360 тыс. руб., если потерпевшим является физическое лицо, и до 500 тыс. руб. в случае причинения вреда имуществу юридических лиц. Конкретная сумма страхово-

го возмещения определяется исходя из размера реального ущерба. Законом № 225-ФЗ прямо предусмотрено, что не подлежит возмещению страховщиком утрата товарной стоимости поврежденного имущества (т.е. снижение его рыночной стоимости в результате ремонтных воздействий, вызванных необходимостью устранения повреждений, полученных в результате наступления страхового случая).

Этим же законом определен порядок выплаты страхового возмещения в том случае, если размер ущерба, причиненного всем потерпевшим, превышает страховую сумму по договору. В первую очередь будут производиться выплаты в счет возмещения вреда жизни и здоровью физических лиц, во вторую очередь — в счет возмещения вреда имуществу граждан, и в третью (последнюю) очередь — в счет возмещения вреда имуществу юридических лиц. При недостаточности страховой суммы для возмещения в полном объеме вреда потерпевшим каждой очереди, такое возмещение осуществляется пропорционально отношению страховой суммы к сумме требований потерпевших.

Общее число опасных объектов (по определению ст. 5 Закона № 225-ФЗ) на начало 2010 г. составляло:

298 567 ОПО, эксплуатируемых в составе 124 761 организаций;

32 750 ГТС;

около 45 000 автозаправочных станций (далее — АЗС).

Таким образом, общее число опасных объектов ориентировочно составляет 350 — 370 тыс. Для части опасных объектов (государственное или муниципальное имущество, лифты и эскалаторы в многоквартирных домах) обязанность по страхованию ответственности возникает только 1 января 2013 г.

По информации Национального союза страховщиков ответственности (НССО), по состоянию на сентябрь текущего года застрахована ответственность по примерно 60 % опасных объектов, подлежащих страхованию в 2012 г. В автоматизированную информационную систему по обязательному страхованию гражданской ответственности владельца опасного объекта (АИС ОПО) были загружены данные о 200-тысячах договоров страхования (данная система была запущена в промышленную эксплуатацию весной 2012 г.).

По 28 договорам страховая сумма составляет 6,5 млрд руб. Более 74 % договоров приходится на недекларируемые объекты с минимальной страховой суммой 10 млн руб.

Общая сумма собранной премии превысила 6,4 млрд руб. Средняя сумма страховой премии — 42 тыс. руб. Первые пять компаний по объему сборов в этом виде страхования — «СОГАЗ», «Росгосстрах», ВСК, «Ингосстрах» и «АльфаСтрахование».

Согласно ст. 3 Закона № 225-ФЗ страховым случаем является наступление гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда потерпевшим в период действия договора обязательного страхования, которое влечет за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату потерпевшим.

Обязательное страхование гражданской ответственности владельцев опасных объектов позволяет не только реально защитить имущественные интересы граждан и юридических лиц за счет гарантий компенсационных выплат за причиненный ущерб, но и экономически стимулировать меры по повышению уровня безопасности опасных объектов, в том числе за счет стремления владельцев объекта улучшить условия страхования (уменьшение страховых взносов и тарифа). К факторам такого стимулирования следует отнести оценку безопасности эксплуатации опасных объектов, реализацию условий страхования в зависимости от риска аварии на данном объекте

Однако существует ряд общественных отношений не входящих в сферу действия данного Закона.

Во-первых, действие Закона № 225-ФЗ не распространяется на отношения, возникающие вследствие причинения вреда за пределами территории Российской Федерации. Сухопутной территорией Российского государства является вся суша, находящаяся в пределах его границ. Водная территория включает внутренние воды и территориальные моря. Территориальные воды (море) — это прибрежные морские воды шириной до 12 морских миль, отсчитываемых от линии наибольшего отлива.

Во-вторых, действие Закона № 225-ФЗ не распространяется на отношения, возникающие вследствие использования атомной энергии. Возмещение возможного ущерба, причиненного в результате деятельности объектов по выработке атомной энергии, например, атомных электростанций, регулируется специальным законодательством, что исключает применение норм Закона № 225-ФЗ. Так, в статьях 53 — 60 Федерального закона от 21 ноября 1995 г. № 170-ФЗ «Об использовании атомной энергии» (в ред. от 27 декабря 2009 г.) предусмотрена ответственность за убытки и вред, причиненные радиационным воздействием юридическим и физическим лицам, здоровью граждан.

В-третьих, действие Закона № 225-ФЗ не распространяется на отношения, возникающие вследствие причинения вреда природной среде. Предмет Закона предполагает в качестве субъектов, которым может быть причинен ущерб в результате аварий на особо опасных объектах, только физических и юридических лиц (организаций). Порядок регулирования возмещения вреда окружающей среде, возникающий в результате техногенных аварий и катастроф, определяется законодательством о защите окружающей среды. В частности, статьями 75 - 80 Федерального закона от 10 января 2002 г.

№ 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (в ред. от 27 декабря 2009 г.) предусматривается ответственность за нарушение законодательства в области охраны окружающей среды.

2. Страхование гражданской

ответственности за ядерный ущерб, причиненный третьим сторонам

2.1. Национальные и международные режимы гражданской ответственности за ядерный ущерб, причиненный третьим сторонам

Настойчивые и энергичные меры, принимаемые международным сообществом по созданию и совершенствованию эффективной системы по возмещению ядерного ущерба, который подчас по своим размерам превышает возможности страховых компаний, позволили в конце XX века подписать ряд конвенций и формированию национальных законодательств по этой проблеме. Однако, катастрофичность возможных последствий ядерного инцидента, вовлечение в него огромных территорий, включая несколько государств, и значительного, до нескольких сот тысяч пострадавших, не позволили до настоящего времени выработать единые подходы к решению этой сложной проблемы. Не устранены существенные расхождения в критериях, заложенных в действующие международные конвенции: имеются в виду Парижская Конвенция 1960 г. и Венская Конвенция 1963 г. Еще более различаются принципы и требования, заложенные в национальные законодательства по этому вопросу. Несмотря на имеющийся опыт ликвидации последствий и возмещению ущерба в результате ряда крупных аварий, даже в рамках отдельных государств отработаны и могут быть реально использованы механизмы лишь по отдельным направлениям этой проблемы (информационное обеспечение, нормативная база, организационные вопросы и т.д.). Венская Конвенция о гражданской ответственности за ядерный ущерб (1963 г.) вступила в силу для Российской Федерации 13 августа 2005 г. Но до настоящего времени Государственной Думой Российской Федерации не рассмотрен проект закона «О гражданской ответственности за ядерный ущерб и ее финансовом обеспечении» и, соответственно, отсутствует целый ряд других нормативных актов, регулирующих весь круг вопросов по этой проблеме. Из-за отсутствия нормативной базы Российский ядерный страховой пул совместно со Страхователем — концерном «Росэнергоатом» - в течение последних лет начал отрабатывать вопросы взаимодействия в случае ядерного инцидента. В этой работе было бы полезно использовать опыт других ядерных государств по решению проблемы аварийного регулирования в случае ядерного инцидента на АЭС.

Одним из важнейших принципов, на которых основаны международные режимы ответственно-

сти, является то, что хотя компенсация гарантирована механизмами финансового обеспечения, которые обязательно присутствуют, ее общий размер ограничен.

Подход к оценке вреда здоровью на основе подсчета коллективной дозы облучения после ядерной аварии, не всегда применим для определения компенсации по индивидуальным искам. Так происходит потому, что во всех известных режимах ответственности такие иски будут рассматриваться только при наличии доказанной связи между дозой облучения, полученной в результате ядерного инцидента и заболеванием или смертью, причиной которых явилась полученная доза.

Например, Глава 3 Парижской Конвенции гласит, что оператор ядерной установки несет ответственность за ядерный ущерб «на основании доказательств, что этот ущерб или потеря произошли в результате ядерного инцидента на этой ядерной установке или с вовлечением радиоактивных веществ, образующихся из-за работы этой установки...». Венская Конвенция в Главе II также устанавливает, что оператор ядерной установки будет ответственен за ядерный ущерб «на основании доказательств, что этот ущерб произошел в результате ядерного инцидента на его установке, или с вовлечением радиоактивных материалов, образующихся из-за работы или создаваемых на его ядерной установке.».

Таким образом, становится ясным, что «причинная связь» становится важнейшей преградой для пострадавших, у которых последствия для здоровья проявляются лишь через значительное время после ядерной аварии. В большинстве случаев эти пострадавшие не осматриваются после аварии, полученная ими доза не измеряется, и может случиться, что она не сможет быть должным образом восстановлена. Таким образом, может не оказаться доказательств связи между полученной радиационной дозой во время аварии и их последовавшими заболеваниями.

Сравнительно недавно попыткой преодолеть эту проблему было представление в Конгресс Соединенных Штатов законопроекта, созданного для включения в систему законодательства этой страны концепции «вероятностной связи». Эта концепция была основана на законодательстве, отражающем возрастающий процент вероятности, связанный с процентным уровнем исков о компенсации. Законопроект не был принят.

«Предписанный период» это ограниченный отрезок времени, в течение которого могут быть произведены действия по ликвидации последствий или предъявлен иск о компенсации. Как было указано выше, если вред или болезнь проявляются по прошествии времени, период, в течение которого можно предъявить иск о компенсации, является очень важным.

Национальные правительства сделали попытку найти компромисс между ядерными операторами

и их страховщиками, которые не желали поддерживать в течение долгого времени значительные резервы для потенциально крупной, но неопределимой суммы для возмещения ущерба с одной стороны, и пострадавшими, причиненный ущерб которым проявляется лишь по прошествии времени, и которым также необходимо право на компенсацию.

Предписанный период, согласно Парижской Конвенции, описан в Главе 8, параграф (а):

«Право на компенсацию, согласно этой Конвенции, истекает .по прошествии десяти лет с момента ядерной аварии. Однако, национальным законодательством может быть установлен (более продолжительный) период ... если страной-участ-ником, на чьей территории расположена ядерная установка оператора, понесшего ответственность, были предприняты меры по покрытию ответственности этого оператора в отношении каких-либо действий ... начатых по истечении десяти лет и в течение такого продолжительного периода: при условии что такая протяженность ни в коем случае не будет задевать право на компенсацию ... любого лица, которое предприняло действия .в отношении оператора до истечения ... десяти лет.»

Однако, в соответствии с параграфом (с) этой же Главы, национальным законодательством может быть установлен и менее продолжительный предписанный период, хотя он не может составлять менее двух лет с момента, когда пострадавшие узнали о причиненном им вреде, или должны знать о причиненном ущербе и ответственном операторе. Национальное законодательство, однако, может и не превышать периода в десять лет, предписанного в параграфе (а).

В Венской Конвенции по отношению к предписанному периоду существуют такие же положения - для предъявления исков о компенсации установлен период, составляющий десять лет.

Несложно представить, в какой степени эти два фактора связи, и предписанного периода, могут повлиять на оценку вероятных негативных последствий для здоровья, происходящих в результате ядерной аварии. Собственно, пока истец не может установить, что нанесенный ему ущерб произошел из-за ядерной аварии, ему ничего не компенсируют, даже несмотря на очевидность ущерба.

Подводя итог, можно сказать, что таким образом экономическая методология на локальной, региональной или глобальной основе пытается определить экономические последствия ядерной аварии. Не существует ограничений, относящихся к видам последствий или временным рамкам, в которых эти последствия могут возникнуть. Методология, хотя и применяется для определения размера компенсации, но сосредотачивается лишь на индивидуальной ситуации, в которой оказались пострадавшие, потерпевшие убытки в результате ядерной аварии.

Когда экономические последствия ядерной аварии рассматриваются с использованием экономической методологии, становится очевидным, что имеющиеся в распоряжении суммы, отведенные правительством для компенсации ущерба, причиненного пострадавшим от крупной ядерной аварии, могут оказаться недостаточными для компенсирования всех экономических последствий.

Также очевидно, что в некоторых странах нарастают требования по предоставлению компенсаций за некоторые виды ущерба, которые в соответствии с национальным законодательством или международными режимами ответственности невозможно однозначно расценить, как причиненные ядерной аварией. Например, хотя за причиненный окружающей среде ущерб некому выдвинуть иск, тем не менее, это актив, потери которого необходимо компенсировать.

В общем виде существование финансовой гарантии того, что ущерб, причиненный в результате ядерной аварии, будет компенсирован, является предпосылкой для получения лицензии на эксплуатацию ядерной установки. Согласно режимам ответственности за ядерный ущерб, причиненный третьим сторонам, требуется удостовериться в том, что у эксплуатирующей организации имеется и поддерживается достаточное финансовое обеспечение, и ее фонды будут достаточны для компенсации.

Страховое покрытие является приемлемым средством предоставления требуемой финансовой защиты, как гарантия ответственности перед третьими сторонами операторов, перевозчиков, и любых других сторон, которые могут быть ответственны перед третьими сторонами в связи с ядерными технологиями или опасностью радиоактивного загрязнения.

Роль индустрии страхования заключается в отведении риска от одного юридического субъекта, будь это компания, корпорация или частное лицо, на страховщика, который перераспределяет риск среди большого количества также незащищенных субъектов. Этот перевод и распределение риска допускает наличие частного риска, стоимость которого сложно оценить, который превращают в известные постоянные затраты в течение определенного периода времени.

Если риск, которому подвергся юридический субъект, полностью перераспределен, взносы, уплачиваемые застрахованными субъектами, должны соответствовать экономической стоимости перераспределенного риска. В случае с коммерческими предприятиями, взносы могут включаться в стоимость товаров и услуг, производимых предприятием.

Частная индустрия страхования также может выполнять эти функции, но с некоторыми ограничениями. Страховое покрытие, которое может быть предоставлено, зависит от акционерного капитала страховщика, количества застрахованных

юридических субъектов, общей величины взносов и оценки (объективной или субъективной) риска, который следует отвести и перераспределить.

Неограниченные суммы страхового покрытия не могут быть предоставлены частной индустрией страхования. Такое обязательство привело бы к риску обанкротиться самому страховщику, что подорвало бы всю схему перевода/распределения риска. Ни один страховщик не может принять такой риск без уверенности, что будут предприняты адекватные контрмеры для предупреждения его вероятности.

Помимо такой очевидной меры, как увеличение вкладов собственников в капитал страховой компании, эффективной контрмерой является перераспределение риска по механизму вторичного страхования (перестрахования). Другими словами, страховщик страхует себя. Застрахованный страховщик может принять на себя более значительные риски своих клиентов, и перераспределить их на большее количество носителей риска. Однако даже при наличии этого механизма все еще остается предел, в котором страховщик может взять на себя дополнительный риск.

Страховые индустрии мира возмещают ядерные риски посредством формирования общерыночных пулов, в которых несколько страховщиков объединяются с целью предоставления больших обязательств в тесном общемировом сотрудничестве между всеми 28 существующими мировыми пулами, страхующими ядерный риск. Несмотря на сотрудничество между пулами, которые предлагают общемировое предоставление страхового покрытия ядерных рисков, этого покрытия недостаточно для возмещения населению возможных потерь.

Индустрия страхования имеет богатый опыт компенсирования третьим сторонам персонального ущерба или потери собственности. Была опубликована информация по практике и компенсациям, предоставленным в Западной Европе, примером которой является публикация Свисс Реиншу-рэнс Компани (Швейцарской Перестраховочной Компании) 1992 г. «Компенсирование личного вреда в Западной Европе».

Управление и урегулирование претензий является услугой, которая обычно связана и неотделима от возмещения риска при страховании ответственности перед третьими сторонами. Это становится очень важной целью в области страхования ответственности пред третьими сторонами в области ядерной энергетики, когда из-за одного-единст-венного события надо обслужить огромное количество исков о возмещении убытков.

Необходимое количество квалифицированного персонала для оперирования с таким количеством исков может стать проблемой наравне с издержками по обслуживанию претензий. Страховщики подготавливают свою систему обслуживания к управлению и урегулированию требований своих

клиентов. Для урегулирования претензий в рамках страховых сумм, проблему может составить только ситуация, когда страховщиков просят увеличить общее количество страхового покрытия, в результате дополнительные траты снижают максимальное страховое покрытие, которое может быть выплачено.

2.2 Страховая экспертиза объектов использования атомной энергии

Принципы проведения инспекций силами специальной группы инженеров с целью оценки страхового риска и в целом возможности страхования объекта были выработаны на Форуме ядерных пулов в середине 1980-х годов прошлого века на основе рекомендаций группы профессиональных экспертов. Первая групповая инспекция, выполненная инженерами Британского и Испанского пулов, была проведена в 1987 году, а к сентябрю 1999 года на ее счету было уже 40 проведенных инспекций в 11 странах, при этом некоторые из АЭС посещались по 2 и более раз. В связи с бурным развитием атомной энергетики увеличилось количество обследуемых объектов, соответственно выросла и численность инжиниринговой группы. Уже в 2001 г. были проведены 20 инспекций на АЭС Болгарии, Китая, Канады, Англии, Словакии, Венгрии и Южн. Кореи; в 2002 г. — 19 инспекций на АЭС Китая, Канады, Мексики, Бразилии, Румынии, Южной Кореи, Тайваня, Испании и Франции. В составе инжиниринговой группы в настоящее время 16 человек, из них — 7 специалистов по ядерной безопасности, 4 - по противопожарной защите и 5 — по эксплуатации технологического оборудования. Из этого состава 6 инженеров американского пула, по 2 инженера из пулов Франции, Германии и пула NORDIC, по одному инженеру из пулов Великобритании, Чехии, Испании и Швейцарии. Руководитель инжиниринговой группы сменяется каждые три года. Инженеры работают в группе на постоянной основе.

В настоящее время в режиме постоянного инжинирингового мониторинга находятся 58 АЭС. В это число не входят АЭС США, поскольку они инспектируются только инженерами американского пула.

В качестве базовых документов для инспекторов Форумом разработаны и утверждены «Руководящие указания по обеспечению пожарной безопасности на АЭС», «Руководящие указания по предотвращению аварий машинного оборудования на атомных электростанциях». В стадии разработки «Руководящие указания по обеспечению ядерной безопасности на АЭС». Как уже указывалось, главная задача — провести сравнительную оценку состояния эксплуатации относительно самых лучших практических стандартов, действующих в мировой атомной энергетике.

Двадцатилетняя практика проведения инжиниринговых инспекций получила высокую оценку

мирового страхового сообщества, доверие и уважение со стороны операторов АЭС.

Ядерное страхование за рубежом, в странах, где работают АЭС, существует пятьдесят лет. В Российской Федерации ядерное страхование началось после принятия в 1995 г. закона «Об использовании атомной энергии» и необходимостью в связи с принятием этого закона для эксплуатирующей организации — концерна «Росэнергоатом» предоставить финансовую гарантию возмещения возможного ядерного ущерба при эксплуатации атомных электростанций. Единственной доступной формой такой гарантии являлось страхование гражданской ответственности концерна. Задача страховщиков в то время состояла в определении тарифной ставки при страховании блоков атомных электростанций. Как было показано выше, методики определения тарифной ставки в связи с малым количеством объектов, гражданская ответственность за эксплуатацию которых страхуется, и малой вероятностью причинения вреда третьим лицам не существует. Поэтому средняя страховая тарифная ставка устанавливалась достаточно условно, а тарифная ставка по отдельным блокам АЭС в 1997 году дифференцировалась в зависимости от действующих в стране, на момент создания проекта блока, требований по обеспечению безопасности АЭС.

На первом этапе все действующие блоки АЭС были разделены на категории в зависимости от принятых при их проектировании концепций безопасности. Принципы обеспечения безопасности, заложенные в разное время в проекты действующих в настоящее время атомных электростанций, существенно отличаются друг от друга. Для устранения этого различия было введено понятие «уровень защищенности блоков АЭС от ядерной аварии». Относительные коэффициенты, характеризующие уровень защищенности каждого блока от ядерной аварии определялись экспертно.

Для экспертной оценки было введено понятие «относительный уровень защищенности АЭС», который позволял при расчете страховых тарифов оценивать только разницу в защищенности энергоблоков АЭС, не рассматривая их безопасность в абсолютном выражении. Такой подход позволял не погружаться в анализ огромного количества факторов, влияющих на безопасность атомной станции, если эти факторы незначительно отличаются друг от друга на разных блоках.

На втором этапе за период 1998 — 2000 гг. по заказу страхового брокера «Атомное страховое агентство» специалистами ведущих институтов отрасли были проведены работы, которые позволили учесть при дифференцировании тарифов для отдельных блоков атомных станций возможность выхода радиоактивности за пределы санитарно-защитной зоны АЭС при аварии на блоке.

В основу методики дифференцирования страховых тарифов для разных блоков был положен ве-

роятностный анализ безопасности АЭС (ВАБ), разрабатываемый на стадии проектирования проектными, конструкторскими и научными организациями отрасли для обоснования безопасности атомной станции.

Вероятностный анализ безопасности содержит разработку возможных моделей для определения состояний с повреждением источников, содержащих ядерное топливо и радиоактивные вещества, и оценку по этим моделям размеров и частот повреждений таких источников радиоактивности: реакторной установки, хранилищ отработавшего топлива и радиоактивных отходов и т.п.

На третьем этапе проводилась страховая экспертиза уровня эксплуатации АЭС. Ядерный риск зависит от многих факторов, но одним из важнейших является «уровень эксплуатации ядерного блока АЭС». При страховой экспертизе до 2004 г. относительный уровень эксплуатации АЭС принимался приблизительно одинаковым, исходя из того, что все действующие блоки были аттестованы Госатомнадзором России и имели лицензии на эксплуатацию, подтверждающие ее достаточный уровень.

Приказом по концерну «Росэнергоатом» работа по проведению страховой экспертизы тридцати действующих блоков на десяти атомных станциях Концерна была включена в план работ 2004 г. и поручена Атомному страховому брокеру.

Цель этой работы — получение дополнительной информации по состоянию и уровню эксплуатации действующих блоков АЭС для учета при расчете страховых тарифов перед заключением договоров страхования.

Для этого были выбраны основные направления экспертизы:

проектный уровень безопасности энергоблока: основные технические решения, концепция безопасности, детерминистский и вероятностный анализы безопасности;

правовые аспекты и международная деятельность;

оперативная эксплуатация с приведением основных показателей работы блока;

программа обеспечения качества при эксплуатации;

техническое обслуживание, ремонт и диагностика;

радиационная и экологическая безопасность; реконструкция и модернизация энергоблока; работа с персоналом; противоаварийная готовность; пожарная безопасность.

По результатам работы были составлены отчеты с оценкой состояния эксплуатации каждого энергоблока, а также сводный отчет, содержащий сравнительные оценки состояния эксплуатации энергоблоков по вышеперечисленным направлениям.

В ходе проведения экспертизы отрабатывалась практика работы экспертов с персоналом и имеющимся оборудованием станций, с технической до-

кументацией, совершенствовался формат отчетов, решались многие другое организационные и технические вопросы. В результате был собран материал, который позволил экспертам ранжировать блоки по своим направлениям на основе анализа технической документации и результатов наблюдений, полученных при посещении действующих АЭС. Эта работа была использована при расчете страховых тарифов при ядерном страховании атомных станций ФГУП концерн «Росэнергоатом».

3. Методы подсчета страховых взносов

Обычно страховщики подсчитывают размеры взносов, предоставляемых клиентами, на основе статистического анализа их убытков за конкретный период времени. Чтобы подсчитать размер взносов на фактической основе, общая сумма, выплаченная по потерям, делится на общую сумму взносов за такой же период времени. Этот так называемый коэффициент потерь не должен превышать 100 % от нормы собранных премий и нормы внутренних издержек страховщика.

Для того чтобы подсчитать размеры взносов на ожидаемой основе, обычно смотрят на ожидаемые издержки как на результат двух факторов: (1) вероятность возникновения (средняя частота потерь); и (2) среднее количество потерь. Результирующая считается «ожидаемой стоимостью», и представляет собой общую стоимость риска клиента, относящегося к сфере его деятельности. В этих подсчетах два коэффициента, используемые для определения ожидаемых потерь, будут варьировать в зависимости от величины исследуемых потерь. Например, меньшие потери имеют большую вероятность возникновения (частоту) чем крупные.

В случае, когда страховщик принимает на себя дополнительный риск, страховой взнос должен быть равен ожидаемой/экономической стоимости этого риска. Для каждого желающего перераспределить риск, будут свои факторы риска, которые следует принять во внимание. Аналогично этому, ожидаемая/экономическая стоимость риска, остающегося незастрахованным, в добавление может быть рассчитано фиксированное страховое покрытие посредством умножения факторов риска, присущих этому риску, снова принимая во внимание, что вероятность возникновения становится меньше с возрастанием величины возможных потерь.

Таким образом, финансовая защита обеспечивается страховым покрытием, предоставляемым индустрией страхования, в конкретном максимальном количестве на каждую установку, что представляет общемировой страховой потенциал.

Тем не менее, многие страны считают, что необходимо установить более высокий уровень ответственности и более высокие уровни финансового обеспечения, чем может предоставить индустрия страхования.

Для достижения этих более высоких уровней к страховому покрытию были добавлены гарантии

правительства, с целью создания комбинированного уровня финансового обеспечения, который считается приемлемым. Например, в Германии, Швейцарии и Соединенных Штатах правительство предоставило гарантии, вступающие в силу, когда другие средства финансового обеспечения, такие как страховка, уже израсходованы или не соответствуют уровню ответственности оператора.

Индустрия страхования в этих странах предложила установить иски сверх их застрахованных сумм. Согласно специальным соглашениям, они оказывают услуги другим средствам финансового обеспечения — будь это правительственная гарантия или добавочное финансирование. Такое соглашение нуждается во включении ясных положений, касающихся основы, на которой издержки по искам будут компенсированы другими средствами финансовой защиты. Обязательство страховщика покрыть издержки по схеме взаимного страхования риска между операторами также является частью соглашения Прайс Андерсон Экт в Соединенных Штатах.

В зависимости от размеров застрахованной ответственности перед третьими сторонами выплачиваются страховые взносы, которые трансформируются в издержки производства электроэнергии, продаваемой клиентам.

Когда компенсации финансируются альтернативными методами финансовой защиты, упомянутыми выше, издержки в основном делятся между всеми операторами ядерных электростанций, которые распределят издержки между клиентами, включив их в цену за электричество.

В обоих случаях окончательные издержки несет потребитель электричества, пропорционально используемому электричеству. Различие между этими двумя системами в том, что в случае со страхованием взносы должны уплачиваться заранее, и будут взиматься во все время производства электроэнергии, в то время как в случае с перераспределением риска между операторами, контрибуции по издержкам в результате аварии будут взиматься уже после аварии, и поэтому издержки понесут не те потребители, которые используют электричество до аварии, а те, которые используют электричество после инцидента.

В некоторых случаях, когда пострадавшим в результате аварии не может быть выплачена компенсация согласно существующим режимам ответственности, им самим придется нести издержки по всем тяжелым последствиям аварии. Такое может произойти в случае, если не была доказана связь между аварией и последствиями для пострадавших, и/или когда последствия для здоровья дают о себе знать по прошествии предписанного периода. Также в отношении чистых экономических издержек или для косвенных последствий ядерной аварии, компенсация обычно не предоставляется в рамках компенсационных систем, основанных на имеющемся режиме ядерной ответственности.

Правительство может решить выплачивать компенсации пострадавшим исходя из общественного благосостояния, если выплаты не могут быть осуществлены согласно существующим режимам ответственности. В этом случае, как и в случае со всеми компенсациями, установленными правительствами как правительственные гарантии на случай нехватки средств всех остальных видов финансового обеспечения, средства будут взяты из налогов, уплачиваемых в бюджет государства, и таким образом распределены между большей частью населения.

4. Предложения в области финансовой защиты стран от рисков чрезвычайных ситуаций

Увеличение частоты и масштабов стихийных бедствий существенно повысило размеры экономического ущерба. Только в 2010 г. страховыми компаниями выплачено около 110 млрд долл. США, остальные выплаты, а это около 370 млрд долл., легли на плечи правительств, частного сектора и международных гуманитарных организаций. В связи с этим в ряде стран был выдвинут ряд многообещающих инициатив. по оказанию финансовой помощи в случае стихийный бедствий или крупных техногенных катастроф. Их можно разделить на три общие категории.

Программы, направленные на ограничение государственных условных обязательств. Эти программы ставят своей задачей уменьшить потребности частного сектора в государственной поддержке после стихийных бедствий. Хорошим примером такой схемы является Фонд страхования от катастроф в Турции, который поддерживается Всемирным банком и осуществляет объединение и перестрахование рисков в системе обязательного страхования частных домовладельцев от землетрясений.

Программы предоставления ресурсов для оказания помощи на цели ликвидации последствий стихийных бедствий и восстановления экономики. В рамках таких программ правительство стремится гарантировать наличие ресурсов для финансирования операций по оказанию помощи в случае катастрофы.

Одним из недавних примеров является проект Всемирной продовольственной программы (ВПП) в Эфиопии, использующий погодный производный финансовый инструмент для обеспечения ресурсов в случае катастрофической засухи. В этом случае предполагается, что страховые средства расходуются правительством, ВПП отвечает за облегчение тяжелого положения фермеров, пострадавших от засухи, а доноры вносят часть премий.

Еще один пример — это Фонд стихийных бедствий БОМОБМ в Мексике. Этот фонд начал свою деятельность как механизм целевого выделения ресурсов на оказание помощи для ликвидации последствий будущих бедствий; по мере необходимо-

сти ресурсы должны были расходоваться местными органами государственного управления. Позднее он приобрел более прочную финансовую базу для своей деятельности, когда Мексика стала первой страной со средними доходами, выпустившей облигации катастроф, чтобы гарантировать достаточный объем средств на случай землетрясения, превышающего установленную магнитуду, которая измеряется с помощью объективных и поддающихся проверке параметров.

Программы, предоставляющие единовременную поддержку государственному бюджету. Вместо приобретения страхования от конкретных затрат правительства могут стремиться получить общую единовременную поддержку в случае наступления конкретного бедствия. Такие средства могут затем расходоваться по усмотрению правительства. Механизмы такого типа менее распространены. Однако Всемирный банк намерен реализовать подобную программу в Карибском бассейне в 2007 г. Согласно существующим планам, эта программа будет одновременно включать элементы объединения рисков и передачи их рынкам перестрахования или капитала, а также предусматривать финансовые взносы со стороны доноров.

На сегодняшний день программы Мексики и Эфиопии представляют собой самые современные решения проблемы рисков стихийных бедствий на основе страхования в странах с низкими и средними доходами. Передача рисков международным рынкам капитала имеет существенные преимущества, поскольку она позволяет значительно расширить общий объем страхового капитала, доступного странам.

Однако страхование риска стихийных бедствий сопряжено с рядом факторов неопределенности. Даже несмотря на наличие хорошо развитых рынков страхования определенных рисков катастроф, нельзя считать саму собой разумеющейся возможность застраховать на рынке по приемлемой цене все риски, связанные со стихийными бедствиями. Если говорить более конкретно, рынок страхования от катастроф сталкивается с двумя источниками неопределенности.

Первый — это глобальное изменение климата и его возможное воздействие на частоту и интенсивность стихийных бедствий. Хотя страховая индустрия до настоящего времени справлялась с этой проблемой, страховые потери в последние два года (в том числе рекордные убытки от сильнейшего землетрясения в Японии, которое вызвало цунами и радиационную аварию на атомной электростанции «Фукусима-1», суммарный материальный ущерб от стихийного бедствия и техногенной катастрофы составил около 400 млрд долл.) вызвали сомнения относительно правильности существующих подходов к страхованию рисков стихийных бедствий. Конечно, страховая индустрия уделяет все более пристальное внимание изменению климата и его последствиям для моделирования риска

и управления им. Возрастание риска стихийных бедствий или стойкая неопределенность в отношении последствий изменения климата могут привести к тому, что застраховаться от катастроф станет сложнее и дороже.

Второй источник неопределенности связан с готовностью к принятию риска катастроф международными рынками капитала. До сих пор эмитенты сталкивались с относительно немногими проблемами при продаже инновационных и довольно рискованных облигаций катастроф международным инвесторам, стремящимся к диверсификации рисков. Однако успех этих новых (и имеющих относительно низкий объем) инструментов совпал по времени с благоприятной ситуацией в плане глобальной ликвидности и поиском доходности со стороны инвесторов, что привело к снижению премий за риск. Вполне возможно, что эти условия благотворно сказались на облигациях катастроф — во многом так же, как на суверенных долговых обязательствах стран с формирующимся рынком. Еще неизвестно, будут ли существовать подобные условия, когда ситуация с ликвидностью станет более напряженной.

Если оставить в стороне эти проблемы, доступность страхования от катастроф для многих стран может остаться под вопросом даже при более оптимистических сценариях. Разумеется, учитывая частые высокие затраты на страховые премии и изменчивость этих премий, жизнеспособность механизмов страхования от катастроф для многих стран, особенно с низкими доходами, может решающим образом зависеть от взносов доноров. Поэтому еще одна проблема состоит в мобилизации странами донорской поддержки для схем страхования от бедствий. До настоящего времени степень вовлеченности доноров была обнадеживающей, однако неясно, захотят ли они расширить свое участие в механизмах оказания структурной поддержки за счет сокращения помощи после бедствий. Помощь после бедствий нередко может приносить более серьезные выгоды с точки зрения общественного признания и удовлетворения потребности продемонстрировать реальное оказание поддержки после катастрофы. Таким образом, ключевое значение будет иметь разработка устойчивой модели сотрудничества между донорами и получателями средств в рамках различных схем страхования от бедствий.

Переход от финансирования после бедствия к финансированию страхования до бедствия связан с существенными потенциальными выгодами. Хотя стихийные бедствия, по всей вероятности, останутся неприятным фактом жизни, такой сдвиг по крайней мере поможет сократить бюджетные последствия второго порядка, что ограничит дезорганизацию, будет способствовать более быстрому восстановлению экономики и при этом создаст у стран более эффективные стимулы для проведения превентивной политики.

Описанные выше новые финансовые продукты следует понимать как одну из перспектив дальнейшего развития экономических механизмов управления рисками чрезвычайных ситуаций, значимость которых будет возрастать по мере развития экономики страны и финансовых рынков. Можно также отметить, что в настоящее время использование катастрофических бондов как одного из инструментов управления риском чрезвычайных ситуаций становится все более частым. Существуют реальные предпосылки внедрения данного финансового инструмента для решения проблемы возмещения ущерба от ЧС в России. Катастрофические бонды (облигации) наиболее простые инструменты финансирования катастрофических рисков, появление которых может быть инициировано как страховыми и перестраховочными компаниям, так и субъектами РФ, на территории которых могут происходить катастрофические события.

Заключение

Таким образом, страхование в области обеспечения безопасности населения и территорий является гарантией возмещения ущерба от чрезвычайных ситуаций. Страхование ответственности за причинение вреда предусматривает, что страховщик возмещает пострадавшим от страхового события третьим лицам ущерб, нанесенный им страхователем. Следовательно, от страхования выигрывает не только пострадавшая, но и виновная сторона, поскольку страховые компании принимают на себя обязательство по возмещению ущерба, который по данному виду страхования бывает настолько велик, что предприятие-страхователь вряд ли смогло бы полностью возместить его собственными силами. Кроме того, выигрывает и государство, поскольку в случае, когда объекты такого рода остаются незастрахованными, ликвидировать последствия ЧС приходится исключительно за счет бюджетных средств.

Кроме того задачей страхования в области обеспечения безопасности территорий и населения является формирование и целевое использование резервов предупредительных мероприятий (РПМ). Помимо непосредственного осуществления функции компенсации ущерба страхование является стимулирующим механизмом, направленным на проведение мероприятий по предотвращению ЧС. Страховщики могут направлять средства на финансирование контрольно-профилактических мер на опасных объектах: установление оборудования, способствующего безопасной эксплуатации объекта; усовершенствование технологий в целях снижения аварийности; создание защитных сооружений, способствующих локализации последствий аварий или природных бедствий и т.п.

Главными преимуществами использования коммерческого страхового рынка является экономия государственных средств и дополнение их частными средствами страховщиков, перенесение

нагрузки по компенсации ущерба от чрезвычайных ситуаций с государства (в лице федерального бюджета, бюджетов субъектов Федерации и местных бюджетов) на негосударственные страховые организации.

Литература

1. Кручинина И.А. Нормативно-правовое обеспечение обязательного страхования гражданской ответственности владельцев опасных объектов. Безопасность труда в промышленности. № 11, 2006 г.

2. Официальный сайт Национального союза страховщиков ответственности

http://www.nsso.ru/press-center/media/1167/.

3. Теняков Б.В. Страховой механизм защиты территорий и населения в чрезвычайных ситуациях. Финансовая газета. Региональный выпуск, 1 апреля 2001 г.

4. Амелина М.Е., Тулиев Э.Г., Иойрыш А.И. Ядерное страхование и проблемы возмещения ядерного ущерба. М:. ИздАТ, 2007. 213 с.

5. Акимов В.А., Лесных В.В., Шевченко А.В. Экономические механизмы управления рисками чрезвычайных ситуаций. М.: «Куна», 2004. 312 с.

Октябрь 2012 года.

Сведения об авторах:

Кондратьев-Фирсов Владимир Михайлович: к.т.н.; главный специалист;

Турко Сергей Иванович: к.т.н.; в.н.с.;

ФКУ ЦСИ ГЗ МЧС России; 121352 Москва, ул. Давыдковская, д. 7; e-mail: csi430@yandex.ru.