Русские вопросительные фразеологизированные предложения структурного типа Это ли не счастье? (основные аспекты)

УДК 811.161.1"367.624

РУССКИЕ ВОПРОСИТЕЛЬНЫЕ ФРАЗЕОЛОГИЗИРОВАННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ СТРУКТУРНОГО ТИПА ЭТО ЛИ НЕ СЧАСТЬЕ?

В статье в результате разноаспектного анализа русских фразеологизированных предложений типа Это ли не счастье? выявлена их формальная и смысловая организация, описана их лингвистическая сущность и охарактеризованы семантические структуры; определено место данных синтаксических единиц в системе простого предложения в русском языке.

Ключевые слова: русский язык, фразеологизированные предложения, структурно-грамматический аспект, логико-семантический аспект, семантическая структура предложения, двусоставное предложение.

А. Ф. Калинин A. F. Kalinin

RUSSIAN QUESTIONING FRASEOLOGICAL SENTENCES OF STRUCTURAL TYPE IS IT NOT HAPPINESS?

The article reveals formal and semantic organization of Russian phraseological sentences of the type Is it not happiness? as a result of their multidimensional analysis; their linguistic essence is described and semantic structures are characterized; The place of syntactic units' data in the system of a simple sentence in Russian language is defined.

Keywords: Russian language, phraseological sentences, structural and grammatical aspect, logical and semantic aspect, semantic structure of the sentence, two-part sentence.

Русские вопросительные фразеологизированные предложения структурного типа Это ли не счастье? не изучены, не исследована их лингвистическая сущность, не выявлена их формальная и смысловая организация, однако при этом такие синтаксические единицы нередко употребляются в разговорной речи, в беллетристике и в публицистике.

В статье они исследованы в двух основных аспектах: структурно-грамматическом и логико-семантическом. В структурно-грамматическом аспекте рассматривается их формальная организация, грамматические значения предложения и отношения между образующими его словоформами.

Предложения структурного типа Это ли не счастье? являются вопросительными фразеологизированными. При определении данного статуса мы исходим из концепции авторов «Русской грамматики» [1, с. 391]. Отметим при этом, что фразеологизированные предложения рассматриваются как языковой и коммуникативный феномен [2].

Вопросительные фразеологизированные предложения структурного типа Это ли не счастье? открываются местоимением это, за которым следует частица ли; второй компонент - имя существительное в именительном падеже с частицей не. Порядок компонентов строго закреплен: Это ли не радость?; Это ли не событие?; Это ли не чудо великое, это ли не указание? (И. А. Бунин). Данные фразеологизированные предложения только по форме являются вопросительными: они не предполагают ответа и означают утверждение, осложненное экспрессивной оценкой [1, с. 393].

Вопросительные фразеологизированные предложения структурного типа Это ли не счастье? в структурно-грамматическом аспекте - это двусоставные прономинально-суб-стантивные предложения, предикативная основа которых представлена подлежащим, выраженным указательным местоимением это в форме именительного падежа в сочетании с частицей ли, и составного именного субстантивно-

го сказуемого, выраженного лексически свободным именем существительным в именительном падеже с отрицательной частицей не: Это ли не карьера?; Это ли не сюрприз?; Это ли не жених?

Вопросительные фразеологизированные предложения структурного типа Это ли не счастье? могут быть нерас-члененными - в них отсутствуют детерминанты, и расчлененными - в их составе детерминанты наличествуют.

Детерминанты в расчлененных предложениях имеют пространственные значения: Это ли не путешествие в Европу?; временные: Это ли не успех теперь?; отношение к лицу: Это ли не забота о ней?; образа и способа действия: Это ли не работа на износ?; причинные: Это ли не навет со зла?; целевые: Это ли не роскошь напоказ?

Исследуя лингвистическую сущность вопросительных фразеологизированных предложений структурного типа Это ли не счастье? в структурно-грамматическом аспекте, выявим, как реализованы в них синтаксические категории модальности, времени и лица, формирующие предикативность [3, с. 268], категория грамматического субъекта и семантическая категория агенса (деятеля). При этом нами учитывается также то, что в современном языкознании наблюдается тенденция к формальному и содержательному сужению понятия «предикативность», выведению синтаксической категории лица за пределы предикативности [4, с. 542].

Рассмотрим вначале синтаксическую категорию модальности и ее проявление в исследуемых вопросительных фразеологизированных предложениях. В единой сложной синтаксической категории модальности, как правило, выделяют объективную модальность и субъективную модальность, вместе с тем выявляют и другие модальные значения (модальность предиката, частные модальные значения, внутрисинтаксические модальные значения и т. д. ) [5. с. 29-30; 6].

Основной является объективная модальность, являющаяся облигаторным грамматическим признаком любого предложения и выражающая отнесенность высказывания к действительности с точки зрения реальности/ирреальности; она может быть передана четырьмя способами: морфо-лого-синтаксическим, интонационно-синтаксическим, конструктивно-синтаксическим и лексико-синтаксическим [7, с. 142-145].

В вопросительных фразеологизированных предложениях структурного типа Это ли не счастье? проявляется объективная модальность ирреальности, способы ее выражения - интонационно-синтаксический, морфолого-синтак-сический и лексико-синтаксический; средства ее выражения - вопросительная интонация, вопросительная частица ли и глагольная связка быть в форме синтаксического ирреального сослагательного наклонения: Это ли не верность?; Это ли была бы не пара?; Это ли был бы не подарок?

Субъективная модальность посредством вводно-модальных компонентов конечно, несомненно, возможно, пожалуй, может быть и др. выражает отношение говорящего к сообщаемому с точки зрения достоверности/вероятности.

В вопросительных фразеологизированных предложениях структурного типа Это ли не счастье? на фоне объективной модальности ирреальности посредством подобных вводно-модальных компонентов выражается субъективная модальность: Это ли, несомненно, не победа?; Это ли, безусловно, не признание?; Это ли, пожалуй, не счастье? При этом исследование показало, что субъективная модальность ограниченно проявляется в таких фразеологизированных предложениях, что, думается, обусловлено их структурой и семантикой.

Синтаксическая категория времени - это соотнесенность высказывания с моментом речи. Данная категория определяется нами, исходя из концепции «Грамматики современного русского литературного языка» [4, с. 543].

Синтаксическая категория времени реализуется или в системе временных форм предложения, образующих парадигму, или во вневременности - одной из форм её проявления.

Вопросительные фразеологизированные предложения структурного типа Это ли не счастье? имеют четырехчленную модально-временную парадигму: настоящее, прошедшее, будущее время синтаксического индикатива и синтаксическое ирреальное сослагательное наклонение; Это ли не радость? (наст. время ), Это ли была не радость? (прош. время ), Это ли будет не радость? (будущ. время), Это ли была бы не радость? (сослагат. наклонение).

Детерминанты с временным значением в их составе влияют на выражение времени; они уточняют, конкретизируют в них значение времени. Так, в вопросительном фразео-логизированном предложении Это ли не прибыль потом? значение будущего времени выражено детерминантом времени потом.

Центральными в теории простого предложения считаются синтаксическая категория лица, грамматическая категория субъекта и семантическая категория агенса, или деятеля, определяющие структурно-семантический тип предложения.

Синтаксическое лицо - одна из основных категорий предикативности, устанавливающая отношение высказывания к лицу говорящему, к собеседнику или к третьему лицу.

Вопросительные фразеологизированные предложения структурного типа Это ли не счастье? - это двусоставные прономинально-субстантивные предложения. Указательное местоимение это в функции подлежащего указывает на третье лицо, однако в составе таких вопросительных фразеологизированных предложений может находиться детерминирующий член - словоформа в косвенном падеже, устанавливающая отнесенность высказывания к первому, второму или третьему лицу: Это ли мне (тебе, ему) не подарок?

Следовательно, данные фразеологизированные предложения могут иметь полную микропарадигму лица.

Субъект грамматический - это словоформа с предметным значением, грамматически господствующая по отношению к словоформе, называющей признак предмета. В более узком толковании грамматический субъект - это подлежащее [ 8, с. 353].

Таким образом, вопросительные фразеологизированные предложения структурного типа Это ли не счастье? являются субъектными предложениями.

Агенс, или деятель, - это производитель глагольного действия, действователь. Данное понятие касается содержательной стороны предложения. В вопросительных фразеологизированных предложениях структурного типа Это ли не счастье?, являющихся прономинально-субстантив-ными, отсутствуют глагольные словоформы, обозначающие глагольные действия, и, следовательно, такие фразеологизированные предложения являются безагенсными предложениями.

Итак, предложения структурного типа Это ли не счастье? в структурно-грамматическом аспекте - это вопросительные фразеологизированные двусоставные прономи-нально-субстантивные предложения в системе простого предложения в русском языке, субъектные, безагенсные и характеризуются спецификой выражения синтаксических категорий модальности, времени и лица.

При исследовании вопросительных фразеологизированных предложений структурного типа Это ли не счастье? в логико-семантическом аспекте мы исходим из того, что в отечественной и зарубежной лингвистике сложилось множество концепций относительно общей семантики предложения. Одной из распространенных является денотативная, или референтная, концепция значения предложения, цель которой - выявление отношений между высказыванием и обозначаемой им ситуацией, или событием [9; 10; 11].

Популярны исследования, авторы которых связывают смысловую организацию предложения с его формальной организацией. Представители данного направления предложили понятие семантической структуры предложения -это содержание предложения, обобщение соответствующих лексических значений, осуществляемое и направляемое моделью предложения [12; 13].

Различаются элементарные, простейшие семантические структуры, в состав которых входят элементарные семантические компоненты: семантический предикат (семантический предикативный признак), семантический субъект

(носитель признака, действия, состояния) и семантический объект, и неэлементарные, расширенные семантические структуры, включающие в свой состав неэлементарные семантические компоненты с разнообразными определительными и обстоятельственно-определительными значениями [1, с. 124-125].

Проведенный компонентный анализ вопросительных фразеологизированных предложений структурного типа Это ли не счастье? в логико-семантическом аспекте опирался на семантическую структуру предложения и показал, что семантические структуры таких фразеологизированных предложений могут быть двух-, трех- и четырехкомпонентными.

Двухкомпонентные элементарные семантические структуры вопросительных фразеологизированных предложений структурного типа Это ли не счастье? имеют в своем составе семантический субъект, выраженный указательным местоимением это с частицей ли, и семантический предикат, выраженный именем существительным в именительном падеже с частицей не. Семантика структурной схемы - отношение между субъектом и его предметно представленным предикативным признаком, семантический предикат выражает оценку субъекта: Это ли не герой?; Это ли не мебель?; Это ли не свадьба?

Трехкомпонентные семантические структуры вопросительных фразеологизированных предложений структурного типа Это ли не счастье? делятся на две группы.

1. Элементарные семантические структуры, состоящие из семантического субъекта, семантического предиката и семантического объекта со значением «кому - для кого»; Это ли ему не урок?; Это ли для них не выгода?; Это ли не радость ученикам?; Это ли для сына не успех?

С введением субъектного детерминанта, выраженного именем существительным или личным местоимением в косвенном падеже с предлогом у, семантическая структура предложения меняется; вся ситуация наличия, существования предметно представленного действия, состояния оказывается отнесенной к субъекту, владеющему, действующему, воспринимающему или к субъекту - носителю состояния: Это ли у них не путешествие?; Это ли не бизнес у брата?; Это ли не любовь у нее?

2. Неэлементарные семантические структуры, состоящие из семантического субъекта, семантического предиката и семантического конкретизатора с пространственным, временным, образа и способа действия, причины или цели значением: Это ли не хоромы здесь?; Это ли не поражение теперь?; Это ли не работа впустую?; Это ли не месть со зла?; Это ли не роскошь напоказ?

Четырехкомпонентные семантические структуры вопросительных фразеологизированных предложений структурного типа Это ли не счастье? делятся на три группы.

1. Элементарные семантические структуры, состоящие из семантического субъекта, семантического предиката и двух семантических объектов, выраженных именами существительными или личными местоимениями в косвенных падежах без предлогов или с предлогами. Семантика структурной схемы - наличие, существование предметно представленного действия или состояния, направленного на объекты : Это ли не счастье ему с супругой?; Это ли не проблема родителям с сыном?

При субъектной детерминации, как отмечено выше, коренным образом меняется семантическая структура предложения: Это ли не радость у родителей с ребенком?

2. Неэлементарные семантические структуры, состоящие из семантического субъекта, семантического предиката, семантического объекта, выраженного именем существительным или личным местоимением в косвенном падеже без предлога или с предлогом, и семантического конкрети-затора с пространственным, временным, образа и способа действия, причины или цели значением, выраженного наречием или именем существительным в косвенном падеже без предлога или с предлогом; Это ли не карьера для него там?; Это ли не признание ему теперь?; Это ли не счастье с ней вдвоем?; Это ли не отказ ему сгоряча?; Это ли не флирт ему назло?; Это ли не отдых с друзьями на природе?

3. Неэлементарные семантические структуры, состоящие из семантического субъекта, семантического предиката и двух семантических конкретизаторов с пространственным, временным, образа и способа действия, причины и цели значениями, выраженных наречиями и именами существительными в косвенных падежах без предлогов или с предлогами: Это ли не революция там теперь?; Это ли не товары здесь напоказ?

Данный перечень семантических структур вопросительных фразеологизированных предложений структурного типа Это ли не счастье? не является законченным и может быть продолжен. Исследованный материал показал, что наиболее употребительными в современном русском языке являются двухкомпонентные семантические структуры таких предложений.

В логико-семантическом аспекте, как и в структурно-грамматическом, вопросительные фразеологизированные предложения структурного типа Это ли не счастье? являются двусоставными (двучленными) предложениями: в их семантической структуре наличествуют как минимум семантический субъект и семантический предикат.

Вопросительные фразеологизированные предложения структурного типа Это ли не счастье? являются неглагольными. Неглагольным предложениям как фразеологизиро-ванным, так и свободным свойственно положение говорящего в позиции информатора. Говорящий в данной позиции совершает разнообразные логические операции с объектами действительности, создает и передает полученную информацию.

Языковым отражением логической операции является логическая пропозиция. Типичными способами категоризации логических значений являются неглагольные знаменательные части речи.

Таким образом, в основе номинативного значения данных вопросительных фразеологизированных предложений лежит логическая пропозиция.

В системе простого предложения в современном русском языке вопросительные фразеологизированные предложения структурного типа Это ли не счастье? находятся в классе вопросительных фразеологизированных двусоставных предложений в подклассе неглагольных предложений.

1. Русская грамматика : в 2 т. Т. 2. Синтаксис. М. : Наука, 1980. 710 с.

2. Величко А. В. Предложения фразеологизированной структуры как языковой и коммуникативный феномен // Вестник Российского ун-та дружбы народов. Серия: Русский и иностранные языки и методика их преподавания. 2015. № 4. С. 7-14.

3. Виноградов В. В. Основные вопросы синтаксиса предложения // Виноградов В. В. Избранные труды. Исследования по русской грамматике. М. : Наука, 1975. С. 254-294.

4. Грамматика современного русского литературного языка. М. : Наука, 1970. 768 с.

5. Востоков В. В. Система грамматических значений простого предложения в современном русском языке : автореф. дис. ... д-ра филол. наук. М., 2000. 37 с.

6. Золотова Г. А. О категории модальности // Модальность в языке и речи: новые подходы к изучению. Калининград : Изд-во РГУ им. И. Канта, 2008. С. 16-20.

7. Золотова Г. А. Очерк функционального синтаксиса русского языка. М. : Наука, 1973. 352 с.

8. Краткий справочник по современному русскому языку / под. ред. П. А. Леканта. М. : Высш. шк., 1995. 382 с.

9. Алисова Т. Б. Опыт семантико-грамматической классификации простых предложений // Вопросы языкознания. 1970. № 2. С. 91-98.

10. Ломтев Т. П. Предложение и его грамматические категории. М. : Изд-во Моск. ун-та, 1972. 197 с.

11. Москальская О. И. Вопросы синтаксической семантики // Вопросы языкознания. 1977. № 2. С. 45-56.

12. Арват Н. Н. Компонентный анализ семантической структуры простого предложения. Черновцы : Изд-во Чер-новиц. ун-та, 1976. 68 с.

13. Danes Fr. Semantickâ struktura vëtného vzorce // Otazky slovanskë syntaxe, 11. Brno, 1968. S. 45-49.

© Калинин А. Ф., 2017

УДК 81'37

РОССИЙСКАЯ ВАЛЮТА В АСПЕКТЕ МЕТАФОРИЧЕСКОГО МОДЕЛИРОВАНИЯ

В статье рассматривается одна из ключевых тем экономической жизни современного российского общества - нестабильность отечественной валюты. В качестве материалов исследования использованы заголовки статей в ведущих российских СМИ. Анализ метафорических моделей позволил выявить их набор, характерный для социально-экономической жизни России в 2015-2017 гг. Установлено, что наиболее актуальными для осмысления состояния российской валюты являются антропоморфные метафоры; с ними конкурируют метафорические модели, где сферой-источником является социальная жизнь; артефактная и природоморфные метафоры не отличаются высокой частотностью.

Ключевые слова; экономический дискурс, метафора, заголовок, российская валюта, рубль.

O. n. MamueHKO O. P. Matiyenko

RUSSIAN CURRENCY IN THE ASPECT

OF METAPHORICAL MODELING

The article considers one of the key themes of the economic life of modern Russian society - the instability of the national currency. The headlines of articles in leading Russian media were used as research materials. Analysis of metaphorical models allowed to reveal their set, characteristic for the social and economic life of Russia in 2015's - 2017's. It is established that anthropomorphic metaphors are the most relevant for understanding the state of the Russian currency; metaphorical models where the source sphere is social life compete with them; artifact and nature-morphic metaphors do not have a high frequency.

Keywords: economic discourse, metaphor, headline, Russian currency, ruble.

Объяснительная сила современной лингвистики, изучающей процессы социального взаимодействия, наделяет ее значительным практическим потенциалом. Одно из перспективных прикладных направлений лингвистической науки - применение ее инструментария в сфере исследования динамики социальных процессов. Формирование общественного сознания происходит преимущественно с помощью языковых средств, что обусловлено спецификой доминирующих каналов коммуникации в современном

обществе. Поэтому изучение дискурсивных практик в той или иной сфере дает основания для выводов не только о языковой, но и о социально-политической, экономической, культурной жизни общества [1].

Целью исследования является анализ метафор российского экономического дискурса в аспекте их моделирующей функции.

Феномен метафоры уже более двух тысячелетий продолжает находиться в центре внимания языковедов. Однако