Толерантность в современной социокультурной ситуации России

ВЕСТНИК ТОМСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА № 312 Июль 2008

КУЛЬТУРОЛОГИЯ

УДК 316.647.6

Е.И. Касьянова

ТОЛЕРАНТНОСТЬ В СОВРЕМЕННОЙ СОЦИОКУЛЬТУРНОЙ СИТУАЦИИ РОССИИ

Статья посвящена малоизученному в отечественной науке аспекту толерантности - российской концептуальной модели толерантности. Новизна исследования заключается в раскрытии сущностных черт этой концепции, их взаимосвязи с социокультурным развитием современной России. Анализируются социокультурные основы феномена толерантности в российском социуме.

Механизмы преодоления ксенофобии и агрессивности в социуме предполагают наличие в обществе в целом и у каждой отдельной личности свойства, которое в современных исследованиях называется толерантностью. В связи с этим весьма обоснована мысль

А.Г. Асмолова: «Если бы не было толерантности как универсальной нормы сосуществования различных форм эволюционного развития, то волны агрессии, конфликтов, нетерпимости, фанатизма, геноцида, ксенофобии, этнофобии, человекофобии давно бы стёрли любые проявления разнообразия на Земле. И всеобщая гомогенность, однородность, тоталитарность, серость, неподвижность воцарились бы в мире» [1. С. 19].

В связи с актуальностью проблемы толерантности в современной философии большое значение придается определению статуса толерантности в обществе, ее целостному описанию и представлению (С. Мендус, М. Уолцер, Дж. Хортон и др.). Среди российских ученых, исследования которых также имеют несомненное значение для понимания и осмысления толерантности, следует отметить С.Е. Вершинина, B.C. Грехнева, Б.В. Емельянова, Б. С. Клементьева, А.В. Перцева, М.Б. Хомякова и др. Необходимо особо выделить богатое наследие отечественных мыслителей в изучении фундаментальных основ социокультурных процессов мирового исторического развития (Л.Н. Гумилев, Н.Я. Данилевский, Н.А. Бердяев, Л.П. Карсавин, Вл.С. Соловьев, П.А. Сорокин и др.). Значительным вкладом в разработку теорий культур и цивилизаций стали известные концепции Ф. Броделя, Б. Малиновского, А. Мальро,

А. Тойнби, Л. Уайта. О. Шпенглера.

Тем не менее вопросы толерантности и межкуль-турного взаимодействия представляют собой обширное поле для изучения. Вследствие этого предметом нашего философского исследования будет феномен толерантности в современной социокультурной ситуации России. Понятие «социокультурный», вошедшее не так давно в лексикон философов, культурологов, социологов, акцентирует внимание на слитности / неразрывности общественных изменений и развития культуры как комплекса духовных средств, созданных для регуляции общества.

При всей важности распространения представлений о толерантности в России следует учесть, что оно наталкивается на значительное сопротивление, поскольку воспринимается как импорт зарубежных идей, противоречащих привычному для россиянина образу мысли и образу жизни. Однако как общественное явление то-

лерантность имеет давние традиции в социокультурной жизни России.

М.Б. Хомяков подчеркивает, что исходным пунктом любого историко-философского исследования толерантности является признание за последней «вторичного», феноменального характера от «базовых» культурных установок и парадигм. Это позволяет указать на принципы, «символизирующие» толерантность как универсальную ценность современности в сыром материале уникальной культуры [2. С. 9].

В русской философской мысли Х1Х-ХХ вв. толерантность рассматривается как особое состояние духовной жизни, в котором человек выражает самого себя. И.В. Кондаков отмечает, что для русской культуры характерна «апология жертвенной любви, долготерпения, пассивности, закрепившиеся в национальном сознании и национальном характере, особенно во время татаро-монгольского ига» [3. С. 10].

К.А. Абульханова-Славская, рассматривая исторические и современные особенности российского менталитета, подчеркивает, что именно христианское принятие страдания, терпение являются ключевыми для характера русского народа, тем самым она выделяет специфику в возникновении толерантности в российской культуре [4. С. 5].

Подтверждением этому могут служить воззрения

Н.А. Бердяева. По его мнению, общение возможно только в межличностных отношениях «Я» и «Ты», а сообщение происходит в обществе. При этом толерантность, если и присутствует в обществе в процессе коммуникации, то лишь в форме этики, а проявляясь через любезность, в истинном, духовном смысле не раскрывается. Н.А. Бердяев выводит феномен общения из понимания идеи личности. Анализируя категорию «личность», он отвергает натуралистический подход и утверждает, что личность духовна: «Личность же есть категория духовная, а не натуралистическая, она принадлежит плану духа, а не плану природы, она образуется прорывом духа в природу» [5. С. 296]. Отсюда базовыми потребностями личности являются духовные потребности, подлинная свобода и самореализация личности происходят только в духовном мире. Н.А. Бердяевым подчеркивается духовность общения: «В действительности общение есть духовный феномен, выходящий за пределы органической природы» [5. С. 307].

Высшей формой проявления общения является духовная любовь, ибо истинные отношения, подлинный смысл отношений, полнота отношений раскрываются в

любви. Таким образом, толерантность в ее высшем проявлении, в любви, выражает основное содержание отношений «Я - Ты», к которым так стремится каждый человек, является духовным механизмом этих отношений. Русская культурная традиция представляет модель «человека понимающего», в основе которой лежит идея диалога взаимодействующих субъектов, их взаи-мообогащения и взаимодополнения опытом друг друга.

Вопросы толерантности обнаруживаются в русской философской мысли Х1Х-ХХ вв. (Ф.М. Достоевский,

Н.О. Лосский, В.В. Розанов, В.С. Соловьев, А.К. Толстой, Л.Н. Толстой, С.Л. Франк, В.Ф. Эрн и др.).

B.С. Соловьев высказал мысль, что толерантность в мире знания может быть выражением «сознания многоразличных умственных путей», выдвигая тем самым принцип плюрализма, который активно разрабатывается в проблематике толерантности и в наши дни [6.

C. 511]. Толерантность рассматривается в русской философии как особое состояние духовной жизни, в котором человек выражает самого себя.

Особенность развития российской цивилизации, как и многих других, состояла и в том, что ее формирование и становление происходили в определенной духовно-ценностной религиозной форме.

Знакомство с русской историей позволяет утверждать, что процесс христианизации Руси был религиозным лишь по форме, тогда как его содержание было социально-экономическим и политическим [7. С. 188]. Введение христианства было средством для реализации цели государственного характера - создания на Руси централизованного феодального государства, ни в чем не уступающего государствам западным. Поэтому православие стало идеологической основой единой феодальной государственности Древней Руси. Иными словами, на Руси с самого начала сильная государственная власть использует религию как механизм для реализации своих целей. Таким образом, характер взаимоотношений русского православия с инакомыслящими и ина-коверующими объясняется, прежде всего, особенностями связи между государственной властью и религией.

Будучи формой общественного сознания, православие всегда оставалось религией терпимости, милосердия и любви к ближнему. Широкую известность получил один из важнейших принципов христианской морали, а именно принцип любви, который имеет разную формулировку: «Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящих вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас». Очень много нареканий вызвало требование христианской этики любить врагов своих. Однако правильно понятый данный принцип не отрицает и борьбу с врагами Бога, отечества, с личными врагами, но важно, чтобы борьба эта не сопровождалась озлоблением, превышением меры справедливости, не отрицала милосердия.

Глубоко и по-настоящему верующие люди, приверженцы собственной традиции, не нуждаются в подавлении и принижении «чужого», в агрессивном отстаивании своих приоритетов. Напротив, принимая все традиции как данность, понимая, что на определенном уровне они имеют общую духовную составляющую, верующие готовы к полноценному религиозному диалогу, способны говорить о том общем, что нас объеди-

няет, не теряя при этом свое, особое. Готовность к пониманию другого, способность к признанию правоты всего, что правильно, - всё это благороднейшие качества, которые не могут ослабить собственную веру. Но с самого начала утверждения православия в государстве оно успешно использовалось государственной властью в качестве идеологии, призванной служить интересам этой власти. Отсюда в истории русского православия периоды существования нетерпимости и непримиримости к инакомыслию, а также периоды терпимости, милосердия. Нетерпимость в форме религиозного национализма или фанатизма не является имманентным свойством религии как формы мировоззрения, хотя существуют и иные взгляды на эту проблему [8].

В российской культуре также существовала традиция религиозной терпимости. Осуждал проявления национальной нетерпимости русский философ Вл. Соловьев, который развивал идеи христианства, подчеркивал, что разные народы - это разные органы в целом теле человечества. Все эти великие люди воплощали кредо терпимости, которое необходимо для спасения нашего мира, где все «друг друга расталкивают локтями» [9. Т. 2. С. 234]. Настоящим гимном толерантности как принципу духовной жизни общества явилась статья Вл. Соловьева «Три силы», где обосновывается идея всеединства, предполагающая принятие и взаимообо-гащение различных культурных противоположностей, в том числе и религиозных [10. Т. 2. С. 245-246].

Призывом к терпимости, любви и милосердию проникнуты труды богослова Н. Лосского, церковного историка и богослова А. Карташева, православного философа и правоведа П. Новгородцева, наследников славянофилов 1840-х гг. А. Д. Самарина, П. Мансурова, Н. Хомякова. Принцип толерантного отношения ко всякой личности, проявляющийся через любовь к ней, выражает религиозно-христианское мировоззрение представителей русской философии.

Таким образом, как общественное явление толерантность имеет социокультурные традиции в жизни России; специфика возникновения толерантности в российской культуре связана с христианским принятием страдания, долготерпения, любви к ближнему, с такими нравственными качествами, как доброта, милосердие, сострадание и самопожертвование, которые являются ключевыми для характера русского народа.

Целью дальнейшего исследования является выявление на основе методов социальной философии и принципов междисциплинарного анализа роли и места толерантности в современных цивилизационных процессах России, анализ специфических особенностей проявления толерантности как принципа взаимоотношений этносов и религий в процессах современной российской социально-культурной трансформации.

Российская цивилизация сформировалась в течение последнего тысячелетия как исторически молодая и до сих пор окончательно не установившаяся социальная целостность с достаточно глубокими культурными корнями исторического, религиозного, этического, философского характера. В процессе социокультурного самоопределения российского социума обнаружились четыре основные позиции, характеризующие его сущность; их анализирует В. А. Бачинин [11].

Появлению столь специфического типа цивилизации, как российская, способствовало ее особое географическое положение, именуемое евразийством, т.е. положением российского социального мира между западным миром и восточным (мусульманским, индобуддистским, китайско-японским). Это обстоятельство заставляет учитывать в анализе современной социокультурной ситуации действие трех важных факторов: западные социокультурные влияния, влияния восточные, азиатские; собственная логика и специфическая социодинамика этнического, социального и духовного развития российского мира.

Практически любая оценка социокультурной ситуации в нашей стране начинается с признания или констатации «русского культурного своеобразия», о котором говорится уже не одно столетие. Этот термин, введенный в научный обиход П.Н. Савицким и определяющий русскую культуру как евразийскую, уже всеми принимается как естественное российское состояние. Мы также будем опираться на это понятие при анализе толерантности сквозь призму характерных черт современной российской социокультурной ситуации.

Суть ее в том, что российская цивилизация есть «мост» между Востоком и Западом, синтез цивилизаций, как отмечает Г. Шахназаров [12. С. 75]. Россия как евразийское государство объединяла представителей разных цивилизационных парадигм. Уникальность евразийской цивилизации состоит в том, что она, наряду с основной - православной - составляющей, впитала в себя элементы других цивилизаций - исламской, буддистской и западной.

Современные российские философы (В .М. Межуев,

В.И. Пантин и др.) заново обращаются к трудам Вл. Соловьёва, мотивируя это современной актуальностью его идей. Действительно, ориентируясь на понимание Соловьёвым нации как этапа, ступени к общечеловеческому и универсальному, Россия может открыть для себя и мира иной путь «вхождения народов в современную цивилизацию». Путь, основанный не на соперничестве и вражде, не на столкновении национальных амбиций по поводу создания собственного государства, а на сотрудничестве в рамках общего государства, позволяющего равноправно сосуществовать и равномерно развиваться в культурном и цивилизационном плане.

В современном российском обществе формируется новая модель мирового развития - модель конвергенции и интеграции цивилизаций, взаимной интеграции культур. Взаимодействие различных культур и этносов ведет к утверждению толерантности как принципа их взаимоотношений. Приведем некоторые аргументы для доказательства этого утверждения.

1. На всем евразийском пространстве сформировалась общность исторических судеб носителей разных цивилизаций, усиленная кровными и экономическими связями. Исторически Россия - не просто союз народов, а союз народов, объединенных едиными духовными и нравственными корнями. Такой союз возник постепенно и органично в результате симбиоза различных этносов, адаптации их друг к другу и образования единого государственного организма. Возникла общность вне зависимости от принадлежности к конкретному этносу.

Население новой России имеет высокую степень социально-политического и историко-культурного единства. В связи с этим В.А. Тишков подчеркивает: «Подавляющее большинство населения ставит свою гражданскую идентичность (“россиянин”) на самое высокое место. Этнонационалистам разного толка, да и значительной части научного сообщества, до сих пор претит такое понимание живой российской действительности. Они воспитаны на том, что “народы” и “нации” - это суть отдельные, непохожие друг на друга этносы, проживающие в одном государстве, работающие в одном коллективе, живущие в одном городе, и даже члены одной семьи с разными этническими корнями не могут быть одним народом или нацией. В результате господства этих устаревших представлений образ страны оказывается ущербным: территория есть, экономика есть, столица есть, бюрократия есть, а народа или нации нет. Не следует отвергать право россиян относить себя к разным народам и нациям в этническом их понимании, но нужно знать, что все это есть формы коллективной идентичности среди единого и исторически давно существующего российского народа, который, по словам выдающегося русского философа И.А. Ильина, представляет собой «многонародную нацию» [13. С. 7].

2. В цивилизационном аспекте можно говорить о границах России с Западной Европой, Китаем и Южной Азией.

Азиатские и российская цивилизации имеют схожие системы доминантных ценностей: предпочтения общины индивиду, примат духовно-нравственного над материально-выгодным, забота о социальных правах человека, государственного патернализма. Во многом эта близость определяется многовековым влиянием на культуру и менталитет народов, имеющих схожие системы ценностей, религиозно-этических учений - православия, буддизма, даосизма и др.

Российский традиционный уклад жизни всегда был основан на принципе соборности, который подразумевал приоритет ценностей коллектива, общины, государства над интересами частного собственника и индивида. Соборность воплощает собой диалектическое единство личности и коллектива. Система коллективной ответственности, взаимопомощи и социальной поддержки - составляющая сущность понятия «соборность» - представляется наиболее эффективной системой взаимоотношений и взаимозависимости человека и общества, коллектива и государства.

В русской цивилизации наблюдался приоритет духовных ценностей над материальными, что сближало ее с другими восточными цивилизациями (индийской, китайской, японской). Цель развития виделась не в производстве и потреблении все большего количества материальных благ, а в стремлении к упорядочению социального бытия. Западный менталитет понимает общественный прогресс как социально-экономический и научно-технический. Русское миропонимание видело общественный прогресс, прежде всего, через совершенствование и преображение жизни, через более полное восприятие христианских ценностей.

3. Важную роль в формировании российской цивилизации сыграли колонизация средней Руси, монгольское нашествие и последующая колонизация Сибири и

Средней Азии Россией. Важно, что во всех случаях культура присоединенных народов не уничтожалась, а скорее ассимилировалась. В результате сложился симбиоз, в основе которого были толерантность, веротерпимость и адаптабельность. С.Г. Ильинская предлагает различать исторически сложившиеся в России режимы толерантности. «На протяжении почти всей российской истории в нашей стране была принята имперская модель терпимости. Речь в данном случае идёт лишь о терпимости по отношению к представителям этнических и религиозных групп, к различиям в образе жизни которых имперская бюрократия чаще всего относилась нейтрально... Основной причиной терпимости к меньшинствам в мультиэтнических империях чаще всего является глубочайшее безразличие метрополии к чужеродному образу жизни. В демократических государствах никогда не удаётся добиться такой же степени толерантности, поскольку введение всеобщего избирательного права и другие демократические институты неизбежно влекут за собой достаточно сильный ассимиляционный эффект» [14].

Действительно, на территории России много исторически сложившихся поликультурных регионов, где веками жили представители разных этнических и культурных групп. Такими регионами, в частности, являются Поволжье, Башкортостан, республики Северного Кавказа, Краснодарский и Ставропольский края и многие другие. Живущие в этих регионах этносы можно рассматривать как единую систему этнических групп, как некий надэтнический социальный феномен. В сходстве исторических судеб, образа жизни, менталитета народов поликультурного региона заложены мощные основы для мирного, толерантного сосуществования. Просторы Сибири, Север и многие другие области были русскими скорее колонизованы, чем завоеваны, а колонизация воспитывает свойство восприимчивости к чужой традиции и культуре. Толерантность, межнациональное, межрелигиозное согласие, защита государством интересов всех социальных, национальных групп способствуют социальнопсихологической адаптации некоренного населения в новых изменившихся условиях, социальной и политической идентификации.

Этноконфессиональные различия часто выступают факторами конфликтности и причинами нетерпимости и насилия, но гораздо в большей степени этническое и религиозное многообразие и многонациональность российского народа составляют его богатство, его силу и более того - они есть условие стабильности и развития страны. Россия вступает в фазу динамичных изменений ее этнокультурной жизни: увеличивается численность мигрантов. Мы должны сохранять спокойствие и мир, добиться упрочения солидарности россиян. Этническое многообразие России и ее национальное единство могут стать основой этой солидарности.

Россия - Евразия немыслимы без Сибири. Сибирь, собственно, и создает основную часть евразийского облика России. Сибирь может рассматриваться как полиэтническая и полицивилизационная. Однако взаимодействие цивилизаций и этносов Сибири в современных условиях анализируется крайне слабо и недооценивается на практике. Рассмотрим лишь некоторые наиболее общие тенденции такого взаимодействия.

Сибирь в физико-географическом понимании - это Западно-Сибирская равнина (от восточных склонов Урала до левого берега Енисея), Среднесибирское плоскогорье и примыкающие к ним с юга районы. Сибирский макрорегион (Западная, Восточная Сибирь, Дальний Восток) занимает особое положение в России. Это главный ее форпост на востоке, «мост» между Европой, Азией и Америкой. Это основная часть (две трети) территории Российской Федерации, на которой сосредоточены ее основные энергетические и сырьевые ресурсы, но проживает лишь пятая часть населения страны.

Сибирь - субрегион, внутренний для России, логика развития которого определяется вторжением европейско-российского цивилизационного вектора в континентальный ландшафт северной Азии. Евразийское пространство Сибири сводит вместе разные культуры, разные уклады. И это же пространство позволяет и стимулирует их воздействие друг на друга, лишает их возможности разойтись относительно независимыми историческими дорогами, несмотря на их различия.

Население Сибири - в основном русские, но в этнокультурном отношении Сибирь - синтез многих цивилизаций: славянской, тюркской, угро-финской, монгольской, арктической (народности Севера), китайской и др.

Неотъемлемой частью Восточной Сибири является Читинская область. Дадим характеристику межэтнических отношений на ее территории. Общим показателем, характеризующим межэтнические отношения в ходе социологического опроса в Читинской области, был вопрос: «Как бы Вы оценили характер межнациональных отношений в Вашей местности?» 48,4% респондентов отметили, что отношения спокойные; отношения внешне спокойные, но внутренне напряженные - 37,9; отношения напряженные - 11,3; на грани столкновений - 2%. Почти 50% респондентов считают, что межнациональные отношения спокойные. При этом обращает на себя внимание, что 51,2% респондентов полагают, что существует в той или иной степени напряженность в межнациональных отношениях. В основном данная напряженность латентная - 37,9%. Это свидетельствует о существовании межэтнических противоречий, которые пока не проявляются в явных действиях со стороны участников противоречий, но осознаются ими как конфликтные. Большинство населения области (53%) в той или иной мере подвержены установкам неприятия родственников другой национальности. 18% считают, что брак может быть заключен только с представителем своей национальности, т.е. у них есть стремление к замкнутости своей этнической группы на уровне брачных (родственных) отношений.

Буряты являются коренными обитателями Забайкалья, и их взаимоотношения с другими этническими группами, особенно с русскими, являются структурообразующими в этносоциальном благополучии Забайкалья. Поэтому вызывает тревогу, что 11,2% респондентов связывают проблемы межнациональных отношений с бурятами [15. С. 20-25].

Изучение конфессионального поля г. Читы и Читинской области показало, что процент верующих в городе, как и в целом по Читинской области, держится в интервале от 45 до 55% и составляет некий стабильный фон. Определение конфессиональной принадлеж-

ности свидетельствует о широком распространении в Чите и Читинской области двух мировых религий -православия и буддизма. Индивидуальное отношение к представителям той или иной организации достаточно лояльно. «Как бы Вы отнеслись к тому, чтобы Вашим коллегой по работе, учёбе стал представитель другой религии?» - 70% нейтрально и 22 положительно, в то время как отрицательно высказались 3,6%. В межличностных отношениях также не выявлено нетерпимости. «Считаете ли Вы для себя возможным вхождение в круг Ваших друзей представителей других религиозных убеждений?» - 55,2% утверждают, что при выборе друзей религия не имеет принципиального значения, 30,8% допускают такую возможность и 6,4% ее отрицают. «Считаете ли Вы для себя возможным вступление в брак с представителем другой религии?» - 25,2% отметили «нет», выбирая ту или иную причину, 3,6% высказались «да» и большая часть (47,6%) отметила, что религия супруга не имеет никакого значения. Таким образом, большинство населения не отличает религиозную принадлежность как значимую.

Жители г. Читы считают традиционными, т.е. более приемлемыми, конфессии, связанные с этническими культурами Забайкалья. Это православие, буддизм, иудаизм, ислам. Кроме того, нужно отметить толерантность среди респондентов по отношению к представителям других религиозных организаций. Население города осознает, что мир религиозных культур сложен, противоречив и насыщен конфликтами, но важно отметить, что только небольшая часть читинцев готова к разрешению конфликтов вооруженным путем (1,2%), предпочтение отдается иным мирным средствам; этот факт доказывает, что конфессиональное поле г. Читы отличается терпимостью, что обусловлено и политикой конфессий на мирное сосуществование [16. С. 176-181].

4. В течение длительного периода на основе русской культуры сформировалась специфическая культура евразийской цивилизации, куда были успешно интегрированы не только элементы культуры славянских народов, но и соседних цивилизаций - исламской и буддистской. За годы сосуществования произошло массовое расселение представителей этих цивилизаций по всей территории страны. Евразийская цивилизация -уникальное явление в истории мировых цивилизаций, поскольку она есть продукт взаимовлияния и взаимо-обогащения цивилизаций.

С другой стороны, определенные изменения претерпели культуры этих цивилизаций в России, которые восприняли огромный пласт русской культуры, прежде всего русский язык. В целом же в культуре россиян совмещаются и переплетаются как бы три культурных потока и три типа ценностей: общероссийские, этно-национальные и общемировые. Все они в наше время тесно переплетены.

5. В основе евразийской цивилизации лежит православная историческая, религиозная и культурная традиция. Без нее наша цивилизация не существовала бы. Она является ее краеугольным камнем и условием для дальнейшего развития. В основу евразийской цивилизации должны лечь базовые для всех мировых религий ценности терпимости, сформулированные тысячелетия назад. В современной социокультурной ситуации, ус-

ловиях хаоса, духовного распада, противоборства различных культурных традиций институт религии, реализовав свою функцию социальной интеграции, нравственного очищения, мог бы сыграть позитивную роль. В 1990-е гг. религия оказалась включенной в новый социокультурный контекст модернизации российского общества, стали меняться параметры ее взаимодействия с обществом. Социологические исследования Всероссийского центра изучения общественного мнения Российского независимого института социальных и национальных проблем, Института социально-политических исследований и других исследовательских центров фиксируют, что религиозность взрослого населения страны в 1990-е гг. имела положительную динамику, которая сохраняется и в наши дни.

6. На фоне всеобщей российской структурной и институциональной перестройки в этнических регионах произошли ценностные изменения в представлениях человека о правах и свободах, роли и месте социальных институтов (институт выборов, парламент, институт разделения властей, институт рынка и т.д.), неся в себе возможность как разрушения, так и возрождения общества на новой ценностно-смысловой и духовной основе. В этом смысле этнический фактор в российской трансформации проявляется крайне противоречиво.

Социокультурная ситуация в России характеризуется активной «критической реконструкцией» всех аспектов либеральных реформ и требует переосмысления роли и места этнического фактора с учетом уже накопленного опыта. Политические режимы в этнических республиках приобрели автократические черты, что привело в действие регрессивные процессы, выразившиеся прежде всего в укреплении этноэтатизма. Основными аспектами этнической и этнокультурной регрессии на постсоветском пространстве являются деиндустриализация и системный кризис экономики, архаизация культуры.

В транзитный период, когда российское общество находится в поисках своей социокультурной идентификации, активизируется национализм, что делает проблему толерантности, гармоничного взаимодействия многочисленных религиозно-этнических групп, имеющих разные культурные традиции, особенно актуальной. Толерантность может стать посредником между собственной национальной культурой и религией, с одной стороны, и отличающимися от собственной - с другой.

7. В России важнейшей социокультурной проблемой, как нам представляется, является необходимость осознания российской самодостаточности. Благодаря открытости русская культура лишена замкнутости и вливается в общий ход культурного развития, воспринимает достояния мировой культуры как необходимое условие собственного развития. С другой стороны, открытость чревата снижением защитного барьера, опасностью растворения собственных культурных элементов под влиянием других культур. Отсюда в социуме одна группа полностью углубляется в заимствование, что проявляется и на уровне языка через его изменение и засорение, и в образе жизни, и в использовании чужих привычек и идеалов, иных образцов культуры.

Другая группа усугубляет национальную самобытность, доводя ее до утрирования, абсолютизируя внешние признаки национальной культуры и выдавая их за

глубинные. В конечном итоге все эти абсолютизации приводят к искажению реальности, к неадекватным действиям с нашей стороны и неадекватному восприятию нас представителями других культур. Можно согласиться с Н.Г. Козиным, который видит одну из главных задач в концентрации на национальном интересе России и, главное, на осознании своей самодостаточности, которая поможет нашей стране воссоединить русских людей со своей русскостью, со своими национальными и культурными корнями, с сущностью российской цивилизации [17. С. 77].

Таким образом, исследование некоторых особенностей современного российского социума сквозь призму взаимоотношений этносов и религий приводит к выводу о том, что в российском обществе есть предпосылки для утверждения толерантности как принципа терпимости, солидарности, сотрудничества, плюрализма, культурного многообразия, диалога и взаимопонимания между народами, этническими, религиозными, культурными и другими группами.

Какова же специфика толерантности в современной России? Какая концепция толерантности утверждается в России? Попытаемся определить ее специфику на основе вышеизложенного.

М. Б. Хомяков отмечает, что плюрализму культур в идеале будет соответствовать множественность парадигм толерантности [18].

Существующие подходы к проблеме толерантности нуждаются в серьезной корректировке с точки зрения отражения в них плюральности и полисубъектности современного мира, а также особенностей различных менталитетов. Данная концепция может быть выражена кратко в следующем утверждении, ставшем своеобразным девизом исследований УрМИОН: «Плюрализм современного мультикультурного мира требует плюрализма парадигм толерантности» [18].

Прежде всего, концепция толерантности должна основываться на некоторой традиции, тем более что таковая имеется, и особенно в англо-американской политической философии. Традиционно-либеральная парадигма, связана с такими именами, как Сьюзан Мен-дус, Джон Хортон, Мэтт Матраверс, Питер Николсон и др. Большинство этих авторов работают в Университете г. Йорк (Великобритания), в самом крупном на сегодняшний день центре исследований толерантности в мире. Эти авторы помещают теорию толерантности, прежде всего, в контекст современной политической философии либерализма, основываясь на работах таких философов, как Джон Роулз, Уилл Кимлика, Роберт Ноцик и др. Слабость этой концепции определяется нечувствительностью этой традиции к вопросам истории и культуры, а потому их произведения неизбежно остаются ограниченными рамками англо-американской рационалистической культуры [18].

Исследования в этой области дают возможность представить все многообразие взглядов по этому вопросу.

Таким образом, современными учеными отмечается возможность существования различных концепций толерантности.

Российская концепция толерантности утверждается в соответствии с социокультурными традициями общества. Ее основой выступает синтез цивилизаций Запада

и Востока. Российская концептуальная модель толерантности основана на сотрудничестве культур, этносов и религий, социальных общностей, групп.

Сотрудничество наиболее полно соответствует российскому феномену толерантности. Толерантные ценности и установки в культуре разных народов и конфессий выступают основой этого сотрудничества. Оно подразумевает совместное определение целей деятельности, совместное ее планирование, распределение сил и средств на основе возможностей каждого субъекта толерантности. Это уровень толерантного поведения субъектов, который может быть охарактеризован такими признаками, как контактность, доброжелательность (отсутствие агрессии), отсутствие тревожности, мобильность действий, вежливость (учтивость), терпение, доверительность, социальная активность.

Всякое сотрудничество предполагает взаимодействие. Взаимодействие определяется как универсальная форма развития, обоюдно изменяющая взаимодействующие объекты, явления и приводящая каждое из них в новое состояние. Оно осуществляется в ходе диалога субъектов толерантности. Диалоговое взаимодействие подразумевает равенство позиций народов и социальных групп в общении. В диалоге проявляется индивидуальность и постигается своеобразие культур и традиций. Подобное взаимодействие является фундаментом толерантности.

Близость культурных традиций разных слоев и ценностное единство общества, поскольку данные факторы обеспечивают определенный уровень понимания устремлений, поступков и действий социальных групп и индивидов, создают предпосылки для формирования социального согласия как еще одной характеристики российской концепции толерантности. Социальное согласие является интегративной характеристикой общества и позволяет корректно интерпретировать социальные изменения и социальные взаимодействия.

Социальное согласие выступает результатом и фактором человеческого единства и целостности. Категориальное поле согласия образуют следующие понятия: единство, мера, интеграция, солидарность, сплоченность, стабильность, устойчивость, порядок, партнерство, целостность.

Под социальным согласием понимается состояние, признак и процесс взаимодействия между социальными субъектами, находящимися в единстве, имеющими сходные, совпадающие ценности, потребности, интересы и цели, при которых социальная система обладает солидарностью, сплоченностью, интеграцией, упорядоченностью, стабильностью и устойчивостью, сохраняется как целостность.

Устойчивое, стабильное развитие российского общества не может быть обеспечено лишь государственным контролем, институциональным или групповым принуждением. Стабильность российского общества инициируется изнутри через упорядочивание социальных взаимодействий, установления структурно-функционального соответствия элементов социальной системы, баланса интересов и целей многочисленных народов и социальных групп.

Осознание общности групповых интересов, своей идентичности с другими индивидами, принадлежащими к данному обществу, готовность поддерживать соответствующую общность, принимать участие в ее деятельности и активно отстаивать групповые интересы, рассматривая их как выражение своих собственных, наполняют общественные институты необходимой им жизненной силой и делают общество стабильным.

Согласие в конфликтологии рассматривается как результат разрешения конфликтов. Согласие выступает глубинной основой повышения социальной интеграции, снижения уровня напряженности и конфликтогенности.

Выделяются следующие признаки социального согласия:

1. Упорядоченность поведения, действий и взаимодействий. Большие группы людей ознакомлены с нормами и правилами, признают их и выполняют. Существенные расхождения в ценностях не приобретают враждебный, конфликтный характер. Социальные цели принимаются людьми как необходимые и достижимые. Все это ведет к тому, что социальные субъекты действуют и взаимодействуют на основе существующих в обществе норм и правил, в соответствии с законом.

2. Наблюдается возрастание социальной сплоченности и солидарности, социальные субъекты осознают себя как часть единого целого, свою неразрывную связь с другими социальными субъектами. Действия и взаимодействия осуществляются с учетом интересов и целей целого и других социальных субъектов.

3. Человек чувствует себя социально защищенным, испытывает уверенность в завтрашнем дне.

Субъектами социального согласия как структурными элементами системы социального согласия выступают отдельные личности, социальные группы, организации, деятельность которых направлена или способствует формированию, сохранению и развитию согласия в обществе.

К важнейшим функциям социального согласия можно отнести интегративную (социальное согласие сопровождается реальным превращением социального субъекта в единое целое и в часть другого единого целого, устойчиво и стабильно развивающегося); адаптивностабилизационную (наблюдается адекватное приспособление социальных субъектов к социальной ситуации, к изменяющимся, в том числе и кризисным, условиям). Среди них можно выделить информационно-коммуникативную; диагностическую (предполагающую выявление соответствия ценностей, интересов и целей различных социальных субъектов ценностям, интересам и целям друг друга и общества как целого) и инновацион-

ную, нормообразующую (социальное согласие способствует появлению новых социальных норм, более полно отражающих моральные и правовые ценности).

Процесс становления социального согласия происходит в определенных условиях под воздействием многих факторов. В соответствии с основными областями социальной жизни выделяются основные социокультурные, социально-политические, социально-экономические и общественные (социальные в узком смысле слова) условия и факторы, определяющие процесс становления согласия и имеющие свои особенности в трансформирующемся обществе.

Социокультурное согласие возникает тогда, когда имеется близость культурных традиций разных слоев и ценностное единство общества. Последнее является важнейшим условием становления социального согласия, поскольку обеспечивает высокий уровень понимания устремлений, поступков и действий других людей. Культура определяет особенности протекания социальных процессов. Люди оценивают происходящие в обществе изменения с позиций добра и зла, справедливости и несправедливости, поэтому развитие культуры, нравственное оправдание выступают важнейшей детерминантой легитимности реформ.

Таким образом, специфика возникновения толерантности в российской культуре связана с христианским принятием страдания, терпения, которое является ключевым для характера русского народа. Нашла отражение проблема толерантности и в российской общественной мысли.

Являясь полиэтничным и многоконфессиональным, пространство современной Российской цивилизации может сохранить свою целостность только в том случае, если каждая из этнических групп увидит в этой целостности залог своего будущего процветания и развития. Безусловно, каждый этнос имеет собственный идеал относительно того, каким будет его будущее - в этом и заключается сложность выработки единой для всех концепции толерантности, которая может основываться одновременно на неких общечеловеческих принципах и на особенностях евразийского менталитета и мировоззрения. Характерными чертами этой концепции являются интеграция цивилизаций, взаимная интеграция культур и этносов, сотрудничество культур, этносов и религий, социальных общностей, групп, социальное, социокультурное согласие, диалоговое взаимодействие и равенство позиций народов и социальных групп в общении. В диалоге проявляется индивидуальность и постигается своеобразие культур и традиций. Подобное взаимодействие является фундаментом толерантности.

ЛИТЕРАТУРА

1. Асмолов А.Г. ХХ1 век: Психология личности в век психологии / А. Г. Асмолов // Личность в парадигмах и метафорах: Ментальность - ком-

муникация - толерантность. - Томск: Том. гос. ун-т, 2001. - С. 10-19.

2. Толерантность в современной цивилизации: Матер. междунар. конф. / Под ред. М.Б. Хомякова. - Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2001. -

292 с.

3. Кондаков И.В. «По ту сторону» Европы / И.В. Кондаков // Вопросы философии. - 2005. - № 2. - С. 3-18.

4. Абульханова-Славская К.А. Деятельность и психология личности / К.А. Абульханова-Славская. - М.: Мысль, 1980. - 335 с.

5. Бердяев Н.А. Дух и реальность. Основы богочеловеческой духовности // Н.А. Бердяев. Философия свободного духа. - М.: Республика, 1994. -

479 с.

6. Соловьев В.С. Спор о справедливости // В.С. Соловьев. Соч. - М., 1989. - Т. 2. - С. 511.

7. РаушенбахБ.В. Сквозь глубь веков / Б.В. Раушенбах // Как была крещена Русь. - М., 1989. - С. 188.

8. Лебедев С.Д. Социология: толерантность в отношениях светской и религиозной культур / С.Д. Лебедев. - Режим доступа: http://www.inauka.ru

9. Соловьев В.С. Три речи в память Достоевского // В.С. Соловьев. Соч. - М., 1989. - Т. 2. - С. 234-235.

10. Соловьев В.С. Три силы / В.С. Соловьев. Соч. - М., 1989. - Т. 2.- С. 245-246.

11. Бачинин В.А. Крест и маятник - символы евразийства российских субцивилизаций / В.А. Бачинин. - Режим доступа: http://anthropology.ru /ru/texts/bachinin/rhythm_04.html

12. Шахназаров Г. На стыке Европы и Азии / Г. Шахназаров // Свободная мысль. - 1996. - № 8. - С. 75-76.

13. Тишков В.А. Этническое и религиозное многообразие - основа стабильности и развития российского общества / В. А. Тишков // Гражданское общество: История и современность: Материалы Всерос. науч.-практ. конф. - Чита, 2007. - С. 5-16.

14. Ильинская С.Г. Толерантность как категория политической теории / С.Г. Ильинская. - Режим доступа: http://www.igpi.ru/info/people /illinskaya/autoref.doc

15. Янков А.Г. Межэтнические противоречия и становление гражданского общества / А.Г. Янков // Гражданское общество: История и современность: Материалы всерос. науч.-практ. конф. - Чита, 2007. - С. 20-25.

16. Жуков А.В. Современное конфессиональное поле г. Читы (по материалам социологического исследования) / А.В. Жуков, Н.С. Зубакова // Гражданское общество: История и современность: Материалы Всерос. науч.-практ. конф. - Чита, 2007. - С. 176-181.

17. Козин Н.Г. Бегство из России / Н.Г. Козин. - Саратов, 1996. - С. 77-165.

18. Хомяков М.Б. Уральский межрегиональный институт общественных наук: прояснение концептуальных оснований проекта / М.Б. Хомяков. - Режим доступа: http://virlib.eunnet.net/vestimion/01_02/001.html

Статья представлена научной редакцией «Культурология» 26 марта 2008 г.