Философская рефлексия понятия «Эволюция» как биологический процесс

УДК 141.155

А. В. Дмитриев,

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского

ФИЛОСОФСКАЯ РЕФЛЕКСИЯ ПОНЯТИЯ «ЭВОЛЮЦИЯ» КАК БИОЛОГИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС

В статье рассматривается проблема рефлексии понятия «эволюция» применительно к биологическому процессу. Отмечена сложность восприятия эволюции как в науке, так и на почве философии. Делается попытка выработать определение биологической эволюции с позиции модели будущего, полагающей в основу этого процесса принцип новизны. Ключевые слова: биологическая эволюция, новизна, механицизм, наука, философия.

Современная философская энциклопедия понятие биологическая «эволюция» (от лат. еуо1ийо - развертывание) расшифровывает как: «изменение живой материи в ходе развития организма или в последовательности поколений организмов» [1, с. 410]. Видимо, это не вполне отражает существенные свойства процесса, поскольку не учитывает сложность в его определении, зависимость от того, какие механизмы и факторы считаются наиболее значимыми в эволюции. Следует также отметить, что рефлексия понятия «эволюция» в естествознании постепенно претерпевала изменение в процессе степени изученности проблемы. Первые натурфилософские интуиции о постепенном развитии окружающего мира можно обнаружить еще в античности у Гераклита, Анаксимандра и др. При этом сам термин «эволюция» в естествознании был употреблен в Новое Время (Ш. Бонне), в рамках учения преформизма, которое рассматривало эволюционный процесс как результат последовательного раскрытия божественного плана, вложенного в материю. Первым, кто придал эволюционному учению статус научной теории, был Ч. Дарвин. По его мнению, в результате отбора мелких и случайных наследственных отклонений под воздействием борьбы за существование происходит постепенное изменение живых организмов. Важным мировоззренческим выводом из его учения следует то, что многообразие живого мира отныне предстает как результат действия естественных законов, в основе которых лежат случайные явления и определенные материальные механизмы и факторы (наследственность, изменчивость и естественный отбор). С развитием генетики в данную картину были внесены представления о мутациях и рекомбинациях, которые служат основным материалом для естественного отбора. При этом в качестве основной единицы эволюции, в отличие от типологического подхода, который главную роль отводил отельной особи, была выдвинута популяция живых организмов, внутри которой происходит обмен генами. Поэтому еще одним важным штрихом нового учения является представление о географической изоляции, благодаря которой происходит постепенное разделение видов и умножение их числа, что вносит различие между макроэволюцией на более высоком систематическом уровне и микроэволюцией в пределах вида. Это учение получило название - «синтетическая теория эволюции (СТЭ), или неодарвинизм». По выражению биолога-эволюциониста В. И. Назарова, «в наши дни существование естественного отбора в природе никто не ставит под сомнение» [2, с. 29], хотя сам исследователь полагает, что естественный отбор не является ведущим фактором эволюции, и его роль в этом процессе довольно скромна.

Современное развитие эволюционной биологии привело к тому, что «сегодня и классический дарвинизм, и классическая СТЭ образца середины прошлого века похожи скорее на музейные экспонаты, чем на живые рабочие теории» [3, с. 18]. Неспособность СТЭ ответить на многие вопросы, связанные с эволюционным процессом, привела к появлению альтернативных этому подходу учений.

Среди основных недарвиновских подходов, появившихся еще в XIX веке, следует выделить следующие: ламаркизм, ортогенез и сальтационизм. В ламаркизме эволюция сводится к сочетанию принципа совершенствования у организмов и приспособления под воздействием среды, наряду с передачей приобретенных по наследству признаков. В ортогенетических гипотезах главное внимание уделяется проблеме направленности эволюции, обусловленной конституцией самих организмов. Сальтационизм - направление, рассматривающее эволюцию как быстрый скачкообразный процесс. Следует уточнить, что указанные эволюционные подходы получили поддержку и были дополнены в лице последующих поколений ученых: ламаркизм в рамках эпигенетической теории эволюции, уделяющей роль внешним условиям среды при формировании изменчивости; ортогенез в лице, например, русского ученого Л. С. Берга, рассматривающего эволюцию как номогенез, т. е. развитие на основе закономерностей; сальтационизм в рамках теории прерывистого равновесия или квантовой эволюции, в основе которой лежит представление о чередовании в эволюции периода медленного (градуального) развития (ста-зиса), и периода быстрых скачкообразных изменений (пунктуаций). Отдельного упоминания заслуживает теория нейтральной эволюции, возникшая в XX веке, которая, сохранив случайный фактор в эволюции, в некоторой степени отодвинула естественный отбор на второй план.

Отметим, что большинство из указанных гипотез сходится с дарвинизмом только в представлении об эволюционном прогрессе, который чаще всего воспринимается как постепенное увеличение степени организованности живых организмов с переходом на уровень биосферы и составляющих ее экосистем. Естественный отбор, а также случайный фактор в эволюции либо отвергаются, либо считаются второстепенными, или же противопоставляются друг другу. Подобная палитра взглядов на эволюцию, в контексте мозаичности самой эволюционной биологии, осложняет рефлексию этого явления, затрудняя выработку определения понятия «эволюция». При этом ряд исследователей, например, К. Поппер, в связи с указанной сложностью занимает крайне ригористичную позицию в отношении биологической эволюции, считая, что учение об этом явлении представляет ценность только как «метафизическая исследовательская программа» [4], но не как система эмпирически достоверных, верифицируемых фактов. Однако сами ученые, представляющие разные направления эволюционизма (порой непримиримые), тем не менее, исходят из самого существования эволюции в природе как от неопровержимого факта. Поэтому, на наш взгляд, наиболее объективную оценку эволюционным представлениям в науке дал С. В. Мейен, согласно которому, «говоря об эволюционном учении [в биологии - А. Д.], следует ясно различать (1) твердо установленный факт эволюции организмов в геологическом прошлом, (2) гипотезы о конкретных путях эволюционного процесса и (3) еще более гипотетические представления о факторах и механизмах эволюции» [5, с. 89]. Отсюда мы, в свою очередь, можем заключить, что биологическую эволюцию следует рассматривать как многовариантный процесс.

Тем не менее, этого недостаточно для формирования качественного определения понятия «эволюция» как биологического процесса. Поэтому считаем необходимым выйти на уровень обобщения в рамках определенной модели, которая бы способствовала более глубокой рефлексии этого процесса. На наш взгляд, путь к подобной модели лежит через философскую категорию. Важнейшей категорией в рамках эволюции как исторического процесса является категория времени. При этом в различных философских направлениях, в контексте эволюционизма, эта категория рассматривается с противоположных сторон. Например, английский философ Г. Спенсер полагал, что «эволюция есть интеграция материи и сопутствующее ей рассеяние движения, причем материя переходит от состояния неопределенной, бессвязной однородности к состоянию определенной, связной разнородности, а сохраненное движение претерпевает

параллельные изменения» [6, с. 46]. Несмотря на системный характер указанного определения, оно не учитывает специфику развития на живом уровне, рассматривая движение материи в целом. Среди современных сторонников подобного взгляда следует выделить швейцарского эволюциониста А. Лима-де-Фария и американского философа Д. Деннета. Первый [7, с. 37, 51] полностью отрицает понятие новизны в эволюции, полагая, что биологический этап этого процесса является вторичным, по сравнению с эволюцией неорганической материи, определяемой законами физики и химии, а по мнению второго [8, с. 212-216], говоря об эволюции, следует иметь в виду принцип «обратного конструирования», позволяющий рассматривать организмы как машины, которые можно разложить на мелкие детали, и тем самым понять их природу. Подобные воззрения перекликаются с утверждением популярного британского биолога-эволюциониста Р. Докинза, по мнению которого [9], жизнь возникла из молекулярного хаоса, а последующую эволюцию следует рассматривать с позиции «эгоистичных» генов, которые используют индивидуальные тела как «временные сосуды» для выживания. Указанные взгляды утверждают механицизм с его редукционным мышлением в качестве основного способа миропонимания и рассматривают биологическую эволюцию через категорию «прошлого», которая, в свою очередь, понимает развитие как результат перекомпоновки изначальных элементов с последующим отрицанием новизны. Таким образом, возникающую на основе этих взглядов модель эволюции можно обозначить как «модель прошлого».

В свое время французский философ А. Бергсон заметил, что представление Спенсера об эволюции напоминает процесс собирания мозаики, который вовсе не объясняет появление самого изображения на ней, так как нельзя за счет отдельных и более простых «интегрируемых» элементов объяснить сложность и уникальность целого [10, с. 406]. С этим взглядом согласен отечественный философ В. С. Соловьев, по мнению которого, «утверждать, что эволюция создает высшие формы всецело из низших, т. е. окончательно из ничего, - значит, под факт подставлять логическую нелепость» [11, с. 274]. Поэтому многие философы и ученые, не пожелавшие принять положения механистического мировоззрения, попытались предложить иное понимание того, что собой представляет эволюция. Например, по выражению философа и математика А. Уайтхеда, ключевой аспект эволюции заключается в «креативности» [12, с. 173] этого процесса. Иными словами, эволюцию следует рассматривать как творческий процесс, понимая под творчеством «создание новой силы, а не изменение и перераспределение старой» [13, с. 355]. В наиболее лаконичном виде подобное креативное представление об эволюции сформулировал упомянутый нами выше Л. С. Берг, по мнению которого, эволюция есть «историческое творчество, т. е. создание нового в процессе истории» [14, с. 44]. В таком понимании эволюция соотносится уже не с прошлым, а с будущим. По замечанию П. П. Гайденко, в рамках эволюционной парадигмы в науке и философии «время, понятое как форма развития живого, соотносится... с непрестанным порождением нового, т. е. с будущим» [15, с. 14]. Этому соответствует и представление о необратимом характере эволюции, которая «не может идти вспять по уже пройденному пути, подобно киноленте, перематываемой в обратную сторону» [16, с. 352]. Поэтому подобное понимание эволюции можно обозначить как модель будущего, в отличие от модели прошлого, в основе которой лежит механистическое мировоззрение.

Мы можем прийти к выводу, что философская рефлексии понятия «эволюция» в рамках естествознания формирует несколько символических программ мышления, важную роль в которых играют модель прошлого и модель будущего, в основе которых лежит категория времени, характерная в отношении эволюции, в т. ч. и как биологического процесса. На наш взгляд, именно модель будущего с ее креативным началом является наиболее точным взглядом на эволюцию. Подобная модель помогает вскрыть главный

принцип эволюции - принцип новизны, лежащий в основе эволюционного прогресса, представление о котором разделяет большинство ученых. «Изменяется то, что раньше было, но в процессе изменения возникает нечто новое, а не повторяется старое. Каждая новая ступень развития потому и новая ступень, что содержит в себе нечто такое, чего раньше не было. В этом суть эволюционного процесса» [17, с. 492]. При этом мы учитываем, что не все эволюционные новшества являются прогрессивными, однако палеонтологическая летопись ясно показывает постепенный рост степени организации живых организмов, который также сопровождался их вымиранием, что является отличительным свойством развития живого. Высокий уровень организации живого, в свою очередь, увеличивает эффективность (устойчивость и безотходность) экосистем биосферы в целом. Мы также установили, что наиболее осторожное определение биологической эволюции будет исходить из признания гипотетичности отдельных эволюционных механизмов и факторов, предполагая многовариантность этого процесса. Таким образом, мы можем сформулировать следующее определение: биологическая эволюция - это многовариантный процесс развития во времени, предполагающий рост прогрессивных изменений в виде возрастающей, в ряду поколений, степени организованности живых организмов и последующего увеличения эффективности экосистем биосферы, результатом которого является образование новизны в живом мире. Учитывая огромное влияние эволюционного учения на мировоззрение человека и интерес к этому учению со стороны множества дисциплин, подобное определение может оказаться успешным в процессе диалога между ними.

Библиографический список

1. Эволюция // Новая философская энциклопедия: В 4 т. / Т. IV. Ин -т философии РАН. М. : Мысль, 2010. - С. 410.

2. Назаров, В. И. Эволюция не по Дарвину: смена эволюционной модели : учебное пособие. М. : КомКнига, 2005.

3. Марков, А. В. Рождение сложности. Эволюционная биология сегодня: неожиданные открытия и новые вопросы. М. : Астрель : CORPUS, 2010.

4. Поппер К. Дарвинизм как метафизическая исследовательская программа // Вопросы философии. 1995, № 12. C. 39-49.

5. Мейен, С. В. Введение в теорию стратиграфии. М., Наука, 1989.

6. Спенсер, Г. Основные начала / Синтетическая философия. К.: Ника -Центр, 1997.

7. Лима-де-Фариа, А. Эволюция без отбора: Автоэволюция формы и функции: пер. с англ. - М. : Мир, 1991.

8. Dennett, D. Darwin's dangerous idea: evolution and the meanings of life. New York: Simon & Schuster, 1995.

9. Докинз, Р. Эгоистичные гены и эгоистичные мемы // Хофштадтер Д., Деннетт Д. Глаз разума. - Самара: Бахрах-М, 2003 - С. 109-127.

10. Бергсон, А. Творческая эволюция / Творческая эволюция. Материя и память. Мн. : Харвест, 1999.

11. Соловьев, В. С. Оправдание добра. Нравственная философия / Сочинения в 2 т. Т. 1. М. : Мысль, 1988.

12. Уайтхед, А. Наука и современный мир / Избранные работы по философии. М. : Прогресс, 1990.

13. Бердяев, Н. А. Смысл творчества / Философия свободы. Смысл творчества. М. : Правда, 1989.

14. Берг, Л. С. Теории эволюции / Труды по теории эволюции. Л., 1977.

15. Гайденко П. П. Время. Длительность. Вечность. Проблема времени в европейской философии и науке. М. : Прогресс-Традиция, 2006.

16. Северцов А. С. Теория эволюции: учеб. для студентов вузов, обучающихся по направлению 510600 «Биология». М. : гуманитар. изд. центр ВЛАДОС, 2005.

17. Агол И. И. Эволюция как творческий, созидательный процесс // На переломе. Философские дискуссии 20 -х годов: Философия и мировоззрение. М. : Политиздат, 1990.

A. V. Dmitriev, Omsk F. M. Dostoevsky State University

PHILOSOPHICAL REFLECTION OF THE CONCEPT OF "EVOLUTION"

AS A BIOLOGICAL PROCESS

The article considers the problem of reflection of the concept of "evolution" as a biological process. Highlighting the complexity of perception of evolution, both in science and on the basis of philosophy. Attempts to develop a definition of biological evolution from the perspective of the model of the future, believing the basis of this process is the principle of novelty.

Keywords: biological evolution, novelty, mechanism, science, philosophy

References

1. Jevoljucija // Novaja filosofskaja jenciklopedija: V 4 t. / T. IV. In-t filosofii RAN. M. : Mysl', 2010. - S. 410.

2. Nazarov V. I. Jevoljucija ne po Darvinu: smena jevoljucionnoj modeli : uchebnoe posobie. M. : KomKniga, 2005.

3. Markov, A. V. Rozhdenie slozhnosti. Jevoljucionnaja biologija segodnja: neozhidannye otkrytija i novye voprosy. M. : Astrel' : CORPUS, 2010.

4. Popper K. Darvinizm kak metafizicheskaja issledovatel'skaja programma // Voprosy filosofii. 1995, № 12. C. 39-49.

5. Mejen S. V. Vvedenie v teoriju stratigrafii. M., Nauka, 1989.

6. Spenser, G. Osnovnye nachala / Sinteticheskaja filosofija. K.: Nika-Centr, 1997.

7. Lima-de-Faria A. Jevoljucija bez otbora: Avtojevoljucija formy i funkcii: per. s angl. - M. : Mir, 1991.

8. Dennett D. Darwin's dangerous idea: evolution and the meanings of life. New York: Simon & Schuster, 1995.

9. Dokinz R. Jegoistichnye geny i jegoistichnye memy // Hofshtadter D., Dennett D. Glaz razuma. - Samara: Bahrah-M, 2003 - S. 109-127.

10. Bergson A. Tvorcheskaja jevoljucija / Tvorcheskaja jevoljucija. Materija i pamjat'. Mn. : Harvest, 1999.

11. Solov'ev V. S. Opravdanie dobra. Nravstvennaja filosofija / Sochinenija v 2 t. T. 1. M. : Mysl', 1988.

12. Uajthed A. Nauka i sovremennyj mir / Izbrannye raboty po filosofii. M. : Progress, 1990.

13. Berdjaev N. A. Smysl tvorchestva / Filosofija svobody. Smysl tvorchestva. M. : Pravda, 1989.

14. Berg L. S. Teorii jevoljucii / Trudy po teorii jevoljucii. L., 1977.

15. Gajdenko P. P. Vremja. Dlitel'nost'. Vechnost'. Problema vremeni v evropejskoj filosofii i nauke. M. : Pro-gress-Tradicija, 2006.

16. Severcov A. S. Teorija jevoljucii: ucheb. dlja studentov vuzov, obuchajushhihsja po napravleniju 510600 «Biologija». M. : gumanitar. izd. centr VLADOS, 2005.

17. Agol I. I. Jevoljucija kak tvorcheskij, sozidatel'nyj process // Na perelome. Filosofskie diskussii 20-h godov: Filosofija i mirovozzrenie. M. : Politizdat, 1990.

© А. В. Дмитриев, 2015

Автор статьи - Александр Валерьевич Дмитриев, аспирант, Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского.

Рецензенты:

Ирина Алексеевна Кребель, доктор философских наук, профессор кафедры философии, Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского.

Павел Леонидович Зайцев, доктор философских наук, профессор, Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского.