«У нас проблема с главным героем»

С начала года за счет проката в кинотеатрах окупились только четыре российских фильма, а летом прибыльной стала только одна картина — комедия "Бабушка легкого поведения"

О том, как работает рынок кинопроката в России, "Огонек" поговорил с киноведом, программным директором фестиваля "Кинотавр" Ситорой Алиевой.

— Объясните, пожалуйста, причину успеха этой комедии и, соответственно, неуспеха всех остальных?

— Фильм сделан по лекалам действительно талантливых, хотя и чужих комедий — "Тутси" и "Миссис Даутфайр". В главных ролях — медийные, узнаваемые лица, прекрасно раскрученные телевидением. Вот, собственно, и все слагаемые успеха. Это самый примитивный и простой путь привлечь зрителя в кинозал, с этим все ясно. Другой вопрос — должны ли мы требовать сопоставимого прокатного успеха от картин другого порядка, более "сложных"? Таких, например, как "Холодное танго", которое открывало "Кинотавр", или картина Карена Шахназарова "Анна Каренина", тоже вышедшая этим летом. Мне представляется, ожидать от этих картин высоких прокатных сборов некорректно — они просто не могут собирать больших залов по причине отсутствия культуры смотрения таких фильмов в России, которая была попросту убита за последние 20 лет.

— Что вы имеете в виду?

— Привычка ходить на такие фильмы в кинотеатры утрачена, и причина не только в стоимости билета. Я смотрю все российские фильмы, изучаю аудиторию, расспрашиваю зрителей после сеансов и убеждаюсь каждый раз, что люди просто не знают ничего о большинстве фильмов, которые выходят в прокат.

Необходимо лоббировать, продвигать собственные картины. Сегодня нам не хватает поддержки российского кино на всех уровнях — я имею в виду и телевизионные каналы, и социальные сети, и наружную рекламу. В стране, например, всего две телепрограммы, посвященные кино: "Кино в деталях" (СТС) и "Индустрия кино" ("Россия 1"). И еще, мне кажется, государство могло бы усилить помощь в продвижении таких тонких, но очень важных фильмов, как то же "Холодное танго" — невероятно актуальной ленты сегодня, когда национальный вопрос во всем мире так остро стоит. Такие картины работают долго, и всякий нормальный, думающий зритель ее бы посмотрел. Но скорее всего этот зритель ничего об этой картине не знает: у нас нет подходов к продвижению сложных фильмов в России.

— Сложные — это какие?

— Такие, которые порождают новые смыслы, задевают важные социальные проблемы, которые есть в нашем обществе. Такие фильмы, кстати, могут собирать и молодежную аудиторию, которая сегодня определяет кассу.

— А кстати: по-прежнему молодежь "делает кассу"?

— Если быть точным, определяют кассу девочки, которые ведут в кино мальчиков. Именно они делают кассу. Не только у нас — в любом кинематографе.

— Расходы на продвижение, как правило, заложены в бюджет фильма. То есть либо этого мало, либо не там продвигают. В чем ошибка?

— Я вхожу в прокатную комиссию российского кино при Министерстве культуры, мы выделяем деньги на популяризацию российского кино, но это суммы очень маленькие. А любой кинотеатр, условно, попросит прежде всего показать рекламный пакет, то есть он хочет знать, была ли у фильма хоть какая-то реклама, и только после этого вас могут взять. К сожалению, профессия дистрибутора в России утратила свое значение; а между тем во всем мире это очень важная позиция: человек, который занимается продвижением фильма после его создания, созданием коммуникации между зрителем и фильмом. Во Франции, например, именно дистрибуторы делают кинематограф — благодаря им французское кино знают во всем мире. Если бы не иностранные дистрибуторы, кстати, не было бы и мирового проката у российского фильма "Нелюбовь" Андрея Звягинцева — в нем увидели важное, философское, современное кино, понятное в любом обществе. Увы, нелюбви, сегодня везде больше... Мы, кстати, надеемся, что оскаровский комитет России проявит благоразумие и выдвинет фильм Звягинцева на "Оскар".

— Но для фильмов того же Звягинцева дистрибутором выступает еще и "сарафан", народная молва, то есть в обществе есть ожидание этого фильма. С большинством других российских лент такого не происходит — их никто не ждет. В отличие от голливудских историй, где зритель всегда живет ожиданием "продолжения".

— Вы правы — сарафанное радио играет невероятно важную роль в продвижении. Но это лишь локальное следствие общего запроса на актуальное высказывание. И здесь же заложен одновременно ответ на вопрос: как конкурировать с американским кино? Очень просто: создавать свое, оригинальное, неповторимое. Единственная возможность конкурировать с ним — это приучать зрителя к нашим серьезным, важным картинам, а кинорынок — к тому, что авторское кино это и есть наша "фишка". Американский кинематограф традиционно предназначен для развлечения. Российское кино сильно своей мощной авторской традицией — оно существует для размышления, и отказываться от этой традиции нельзя. Поэтому, мне кажется, акцент нужно делать именно на серьезных лентах. А в качестве бонуса для зрителя — снижать стоимость билетов на важное, социально значимое кино. Тут я могу привести в пример Израиль, где государство сделало все, чтобы зрители, особенно те, кто привык смотреть кино на больших экранах, те, кому за 50, смотрели его за полцены. И вы знаете — у них аншлаги. Словом, потребность в серьезном кино у зрителя есть. А за Голливудом, вы правы, гнаться не стоит, надо развивать свою прокатную модель. Если сравнивать, кстати, то наш прокат сегодня скорее похож на турецкий.

— Можете развить эту параллель?

— Турция как раз интересна тем, что там очень мощная волна авторского кино. Оно свободно и независимо. Там есть, конечно, и комедии, и массовое кино, но они совсем не отменяют очень мощной авторской турецкой волны, создаваемой в копродукции с другими странами, вообще открытости турецкого кинематографа. Я знаю многих немецких и французских продюсеров, которые сегодня работают только с турецкими режиссерами. И очень часто эти картины побеждают на фестивалях класса А. Франция, например, в прошлом году выдвинула фильм "Мустанг", созданный в Турции, на "Оскар", чем вызвала, конечно, бурю эмоций в самой Франции... Еще можно привести в пример Португалию. Там кинематографисты сумели внушить тем, кто руководит денежными потоками, что нужно продвигать именно авторское кино, потому что только португальское авторское кино и знают в мире. Они не стали изображать из себя Голливуд, а пытались искать собственные корни. И у них получилось. То же самое с Румынией — во всем мире знают о феномене "румынского кино". Это в первую очередь авторское кино, построенное на рефлексии по поводу прошлого, коммунистического опыта.

— Получается, без успеха авторского кино невозможен и успех массового? То есть все работает только в комплексе — можно такую гипотезу выдвинуть?

— Ну это как раз то, чем занимается "Кинотавр". Мы поставляем индустрии внятных авторов...

— А идеи?

— Конечно, они приходят с авторами, потому что этим авторам есть, что сказать. Этот год показал, что главная проблема наших больших проектов — это проблема с главным героем. Ведь именно ему зритель сопереживает. Героя может предъявить только автор, а не ремесленник. Принято считать, что авторов поддерживает только государство, но это не так. "Кинотавр", возвращаясь к нему, в нынешнем году был переломным: в конкурсе было целых девять картин, созданных на частные средства, не на государственные. Мы доказали, что сегодня даже дебютант не всегда нуждается в бюджетах Минкульта или Фонда кино, если он хочет снять картину. Если ему есть что сказать, он все равно добьется своего.

— Не могу не вспомнить историю с фильмом "Горько!" Жоры Крыжовникова, который был снят за копейки, не имел рекламы, но заработал большие деньги в прокате. Это была случайность или закономерность? Этот рецепт Крыжовникова, условно говоря, может быть применим ко всей индустрии?

— Конечно. Нужно искать талантливого автора, который, заметим, сам пишет сценарии и сам снимает. Крыжовников начинал свой путь так: он просто прислал свой сценарий на интернет-конкурс. Нас было 6 или 5 человек в жюри, мы друг друга не видели, не слышали, но все, не сговариваясь, отдали ему победу, никому не известному тогда дебютанту. Это была самая объективная победа. Понимаете, когда есть талант, его невозможно не заметить. Даже в сценарии для короткометражного фильма.

— У нас в числе прочих есть миф о "злом директоре кинотеатра", который не хочет брать российское кино, неохотно выделяет на него время. Почему он так поступает? Может, с точки зрения рынка его поведение нормально?

— Да мы знаем эту практику — ставят российскую премьеру в первый день на 19:00, на следующий день — на 10 утра. Любой директор кинотеатра хочет зарабатывать, это нормально, поэтому он быстро уберет из сетки российский фильм, который не приносит денег. В его оправдание можно сказать, что он должен платить людям зарплату, быть коммерчески оправданным. Но не будем забывать, что у нас есть кинотеатры, которые принадлежат государству, а не бизнесу. И мне хочется, чтобы там работали люди, которые неравнодушны к российскому кино. Чтобы они носились с каждым фильмом, как со своим, и работали бы с каждым зрителем. У меня есть заветная мечта: открыть кинотеатр российского кино. Ведь зрителя надо к нему приучать.

Вот как выглядит список самых кассовых блокбастеров лета-2017 в России. В нем смогли закрепиться только две отечественные картины

Беседовал Андрей Архангельский