Роль черной металлургии как базовой отрасли промышленности в региональном развитии страны

А. А. АДАМЕСКУ

РОЛЬ ЧЕРНОЙ МЕТАЛЛУРГИИ КАК БАЗОВОЙ ОТРАСЛИ ПРОМЫШЛЕННОСТИ В РЕГИОНАЛЬНОМ РАЗВИТИИ СТРАНЫ

Ключевые слова: базовая отрасль, черная металлургия, комплексный подход, программное планирование, технико-экономическая экспертиза, рыночные факторы, эффективность инвестиций, структурные сдвиги

Key words: basic branch, ferrous metallurgy, complex approach, programme planning, technical and economic expertise, marketing factors, investments efficiency, structural shifts

Комплексный подход к решению проблем развития экономики нашел отражение в предложениях о проведении конференции по изучению производительных сил экономических районов СССР на 1949 и 1950 гг., подготовленных Госпланом СССР1. В связи с разработкой Генерального плана и подготовкой к составлению второго послевоенного пятилетнего плана развития народного хозяйства СССР рекомендовалось провести в 1949 и 1950 гг. конференции по изучению производительных сил трех экономических районов и одной союзной республики: в 1949 г. — Казахской ССР и районов Восточной Сибири, а в 1950 г. — районов Урала и Дальнего Востока. Предлагалось сосредоточить внимание участников конференций в первую очередь на крупных проблемах. Заметим, что многие из них «перекочевали» в XXI в. Основную роль в организации и проведении конференции играл Совет по изучению производительных сил (СОПС).

Конференция по изучению производительных сил Казахской ССР должна была рассматривать вопросы работы черной металлургии и использования железных руд. На

АДАМЕСКУ Алеко Александрович, советник Председателя совета по изучению производительных сил (СОПС) при Министерстве экономического развития Российской Федерации и РАН, доктор экономических наук, профессор.

конференции по изучению производительных сил Восточной Сибири предлагалось рассмотреть формирование новых центров черной металлургии на базе ангаро-илимских и нижнеангарских руд, а также руд Якутской АССР. Конференция по изучению производительных сил Урала должна была основное внимание обратить на вопросы применения железных руд ивдельских и винарских групп месторождений для формирования новых центров металлургии, развития железорудной базы Среднего и Южного Урала, обеспечения черной металлургии коксующимися углями.

Большое значение для обоснования размещения производительных сил, совершенствования капитального строительства на основе использования последних достижений науки и техники имело широкое привлечение к этой работе в послевоенные годы научных и проектных организаций, крупных специалистов народного хозяйства в рамках Совета технико-экономической экспертизы (ТЭЭ). Совет был создан при Госплане СССР в 1940 г. и до 1949 г. назывался Советом научно-технической экспертизы (СНТЭ). Совет обсуждал важные районно-комплексные проблемы, рассматривал вопросы строительства новых предприятий и восстановления старых. Советом руководили крупные ученые и специалисты различных отраслей народного хозяйства. Продолжительное время Совет ТЭЭ возглавлял Л. Д. Шевяков, председатель СОПСа.

В 1946 г. экспертизу проходили материалы о выборе места строительства углеобогатительной фабрики для Закавказского металлургического комбината, о месте строительства, составе и мощности Карагандинского металлургического завода и др.2 Важные проблемы были рассмотрены экспертизой в 1947 г.: проектное задание Закавказского, Узбекского металлургических заводов и др.3

Квалифицированная экспертиза представляемых материалов способствовала более эффективному решению вопросов развития и размещения производительных сил. В ходе экспертизы материалов нередко вносились предложения, обусловленные необходимостью комплексного решения и значительно меняющие первоначальные. Так, экспертиза освоения месторождений Курской магнитной аномалии сочла недостаточным использование только железистых кварцитов и рекомендовала одновременно разрабатывать богатую руду.

Ряд крупных разработок отклонялся по причине нецелесообразности или из-за их недостаточной обоснованности. Например, из-за отсутствия технико-экономических обоснований невозможно было решить вопрос о месте строительства углеобогатительной фабрики для завода «Амурсталь». Не были одобрены материалы о развитии черной металлургии на базе нижнеангарских и других железорудных месторождений. Экспертизе подвергались схема размещения и развития объектов черной металлургии СССР на 1956— 1970 гг., предложения о развитии черной металлургии на базе железорудных месторождений в Кустанайской области Казахской ССР, о дальнейшем развитии Магнитогорского металлургического комбината4.

К началу 60-х гг. ХХ в. появилась необходимость новых подходов к развитию и размещению производительных сил. Основными инструментами становились Генеральная схема размещения производительных сил, а также отраслевые и региональные схемы. Научно-методическая и координационная работа была поручена СОПС, который лучше всех подходил для выполнения поставленных задач.

Во исполнение Постановления ЦК КПСС и Совета министров СССР «О дальнейшем совершенствовании дела планирования и руководства народным хозяйством» от 7 апреля 1960 г., Постановления Совета министров СССР от 17 июня 1960 г., а также Распоряжения Президиума АН СССР от 1 июля 1960 г. СОПС вошел в систему Государственного научно-экономического совета Совета министров СССР (Гос-экономсовет). 24 ноября 1962 г. Госэкономсовет был снова преобразован в Госплан СССР. Эти преобразования резко меняли направление методов работы и структуру СОПС, который становился головной научной организацией сводного аналитико-прогнозного характера.

Генеральная схема рассматривалась в виде интегрированной общегосударственной системы научно-проектного обоснования долгосрочных прогнозов. Это определило необходимость коренной реорганизации всей работы СОПС и его взаимоотношений с соисполнителями. Были созданы отраслевые, районные, методологические, сводно-аналити-ческие, проблемные, редакционно-издательские и другие ранее отсутствовавшие подразделения; разработан координационный план совместных действий по созданию

схемных материалов. Впервые для обоснования перспектив социально-экономического развития удалось объединить практически все научно-исследовательские центры и проектные институты.

В результате анализа и расчетов были определены направления развития и уровни производства черных металлов и товарной железной руды в 1975 и 1980 гг. В программе КПСС уровень производства стали был установлен в 250 млн т. В связи с этим предполагалось, что в 1970 г. выплавка стали достигнет 145 млн т, но по ряду объективных причин этого не случилось. Директивами XXIII съезда КПСС уровень производства стали был уже определен в пределах 124,7—128,8 млн т, или в среднем 126,8 млн т. Это значило, что среднегодовой прирост в 1966—1970 гг. должен составлять по среднему варианту 7,2 вместо ранее намечавшихся 10,8 млн т. В 1971—1975 гг. среднегодовой прирост стали был возможен в интервале 8,1—9,2 млн т, т. е. в среднем 8,6 млн т. На более высокий показатель рассчитывать не приходилось из-за все более сужающихся возможностей развития производства на действующих металлургических предприятиях и ограниченных заделов по строительству новых предприятий. При указанном выше среднегодовом приросте стали ее производство в генеральной схеме в 1975 г. рекомендовалось принять для минимального уровня 170 млн т, а для максимального — 175 млн т. При условии ускорения строительства ряда новых крупных металлургических заводов до 1975 г. и быстрого ввода их в эксплуатацию среднегодовой прирост производства стали в 1976—1980 гг. был возможен в пределах 9—10 млн т.

Чтобы достигнуть в 1980 г. выплавки стали в объеме 250 млн т, потребовалось бы в пятилетке 1976—1980 гг. ежегодно давать прирост в 15 млн т. Это было нереально, хотя такая возможность рассматривалась. Для 1980 г. рекомендовалось принять уровень выплавки стали по трем вариантам в 210—250 млн т. Соответственно, определялись и объемы производства товарной руды, чугуна, проката, труб.

Расчет потребности в товарной железной руде исходил из базового содержания в ней железа (60 %). Потребность доменного и сталеплавильного производства в товарной железной руде в Генеральной схеме была определена для 1975 г. в интервале 204—214 млн т, а для 1980 г. —

252—262 млн т. Кроме того, для экспорта требовалось дополнительно произвести товарной руды в 1975 г. 50 млн т, в 1980 г. — 65 млн т.

Балансовые запасы железных руд Советского Союза по категориям А+В+С1 на 1 января 1966 г. составляли 55,4 млрд т. Это 20 % мировых запасов. С учетом погашения запасов и их прироста балансовые запасы железных руд по категориям А+В+С1 на 1 января 1971 г. ожидались в объеме 58,5 млрд т. Абсолютный прирост запасов железных руд в ближайшей перспективе ожидался 3,1 млрд т (5,6 % общих запасов). Балансовые запасы железных руд с учетом категории С2 на 1 января 1965 г. составляли 106,4 млрд т. Определенные на перспективу масштабы добычи железных руд были обеспечены разведанными запасами категории А+В+С1 на 100 лет, а категории А+В+С1+С2 — на 180.

Анализ движения запасов руды в 1966—1970 гг. показал, что их прирост за счет разведочных работ по стране постоянно доминировал над погашением в результате эксплуатации месторождений. Снижение запасов железных руд не предполагалось до самого 1980 г.

Основные запасы железных руд категории А+В+С1 на 1 января 1971 г. сосредоточивались в Донецко-Придне-провском районе (Криворожский бассейн) — 29 % общих запасов, Центрально-Черноземном (КМА) — 24 %, Казахстанском (Кустанайский район) — 15 %, Уральском — 13 %, Восточно-Сибирском (Ангаро-Питский район) — 6 %. Масштабы добычи железных руд в Генеральной схеме были определены по намечаемым объемам производства черных металлов и выявленным запасам железных руд. В перспективе удельный вес в железорудной промышленности должен был увеличиваться. Предполагалось строительство мощных карьеров в Казахстане, КМА, Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. В 1980 г. по сравнению с 1965 г. производство товарных железных руд намечалось увеличить в 2—2,3 раза. Однако из крупных подземных рудников, намечаемых к вводу в эксплуатацию, можно отметить лишь Яковлевский рудник КМА.

Согласно зарубежным исследованиям, объем мирового производства железной руды в 1975 г. оценивался в 780 млн т. Следовательно, в 1975 г. Советский Союз должен был производить 33—34 % мирового объема стали. В СССР

наряду с разработкой месторождений богатых руд предусматривалось вовлечь и залежи относительно бедных руд: железистых кварцитов и бурых железняков. Содержание железа в сырой руде к 1970 г. должно было незначительно повыситься и сохраниться до 1980 г. на уровне 42—43 %.

Расход сырой руды на 1 т товарной должен был увеличиться в 1975 г. по сравнению с 1965 г. примерно на 20 %. К 1980 г. в результате разработки глубоко залегающих товарных руд удельный расход сырой руды должен был снизиться по сравнению с 1975 г. на 1,83 т. С 1965 по 1970 г. за счет увеличения производства концентратов среднее содержание железа в товарной руде повышалось до 60 %, или на 7,3 %, по сравнению с 1965 г. и должно было остаться на таком же уровне к 1980 г.

В Генеральной схеме большое внимание обращалось на подготовку руды в плавке. За рубежом ввод новых мощностей по агломерации руды уступал по своим масштабам увеличению мощностей предприятий по производству окатышей. По имевшимся данным, к 1975 г. предполагалось увеличить производство окатышей в капиталистических странах до 190 млн т, т. е. их удельный вес достигал 26 % в общем количестве товарной руды. Увеличение производства предусматривалось и в СССР.

Производство чугуна в 1975 г. должно было составить 116—122 млн т. Это обеспечивало намечаемую выплавку стали и экспорт чугуна (6 млн т). В 1964 г. экспорт чугуна составлял 3,2 млн т. В 1980 г. выплавка чугуна для первых двух вариантов была принята в 145—151 млн т, экспорт — 7 млн т. В 1971—1980 гг. должна была прекратиться выплавка доменных ферросплавов и сокращена выплавка литейного чугуна. Освобождавшиеся в результате этого мощности доменных печей намечалось использовать для выплавки передельного чугуна.

Базируясь на масштабах выплавки стали, производство проката было определено в 1975 г. в 128—136 млн т, а в 1980 г. — в 164—195 млн т. По отношению к производству проката выпуск труб составлял в 1965 г. 13 %. Через пять лет он должен был увеличиться на 1 %. В связи с увеличением добычи нефти и газа, сооружением нефте- и газопроводов, использованием труб в строительстве их выпуск по отношению к прокату рекомендовался для 1975 г. в

размере 16 %, а для 1980 г. — 18 %. Выпуск труб в соответствии с этим был определен для 1975 г. 20,4—22 млн т, а для 1980 г. — 30—33 млн т.

По материалам Генеральной схемы и других исследований СОПС направлял в руководящие органы страны, Госплан, Академию наук СССР научные записки и доклады по актуальным проблемам размещения и территориального развития черной металлургии. Против несостоятельных предложений министерств, ведомств и местных органов были выдвинуты аргументированные возражения специалистов СОПС о размещении крупных энерго- и водоемких предприятий в топливо-, вододефицитных и экологически уязвимых районах. В частности, речь шла о новом металлургическом заводе полного цикла или расширении существующего Новолипецкого комбината в Центрально-Черноземном районе.

Конечно, СОПС не всегда последовательно и настойчиво боролся с недостатками в размещении производительных сил: отставанием социальной инфраструктуры в регионах, ущербом, наносимым экологии, гипертрофией энергоемких производств в европейских районах, ростом количества неоправданных дальних перевозок народно-хозяйственных грузов и др., хотя объективно и не мог их полностью искоренить. Вводились в строй предприятия, против строительства которых в СОПС возражали.

Следует подчеркнуть, что в 70-е гг. ХХ в. произошел заметный сдвиг в производстве продукции черной металлургии, что стало результатом эффективной работы по размещению отраслевых объектов. Например, в восточных районах страны почти в 7 раз увеличилась выплавка чугуна, в 7,6 раза — стали, в 7,5 раза — производство готового проката черных металлов. Значительно выросла добыча железной руды. Если в 1940 г. в восточных районах ее было добыто 0,5 млн т, то в 1975 г. — уже 36,7 млн т (рост был в 73 раза)5. Увеличилось производство черных металлов. Выросли мощности Новолипецкого и Череповецкого металлургических заводов. Велась реконструкция заводов на юге страны и на Урале. На базе железных руд КМА строился Оскольский электрометаллургический завод. Значительное развитие получила железорудная промышленность в Центрально-Черноземном районе, снабжавшая сырьем металлургические заводы центра, юга. Она шла на экспорт. Передовые предприятия

черной металлургии центра «Электросталь» и «Серп и молот» стали экспериментальной базой черной металлургии.

Для районов европейской части с развитым машиностроением при недостаточности местной металлургической базы, необеспеченности сортовым прокатом, например, в Волго-Вятском районе, систематически велась реконструкция морально и физически устаревшего оборудования с расширением производственных площадей на заводах Выксы, Кулебак, Омутнинска. При этом на Выксунском металлургическом заводе был создан крупнейший колесопрокатный комплекс.

Одной из важнейших задач было создание на базе руд Курской магнитной аномалии крупного территориально-производственного комплекса. Как уже отмечалось, здесь строился Оскольский электрометаллургический комбинат для производства стали из металлизованных окатышей, получаемых методом прямого восстановления железа. Его полная проектная мощность была рассчитана на годовой объем производства в 5 млн т металлизированных окатышей, 3,5 млн т стали и 2,7 млн т проката. Десятая пятилетка в истории освоения железорудных богатств КМА имела исключительное значение. Если ранее КМА рассматривалась только как главная железорудная база страны, то с созданием Оскольского комбината здесь начал формироваться комплекс взаимосвязанных производств. На базе железорудных месторождений КМА были созданы комбинат «КМАруда», Михайловский железорудный, Лебединский и Стойленский горно-обогатительные комбинаты, Яковлевский рудник подземной добычи железных руд, завод по ремонту горного оборудования.

Объем добычи высококачественной железной руды на Курской магнитной аномалии рос высокими темпами. Богатые сырьевые ресурсы бассейна в значительной степени использовались комплексно. Извлекаемые на вскрышных работах и при добыче железной руды флюсовые известняки, металлургический доломит, огнеупорные глины находили широкое применение в промышленности строительных материалов и других отраслях. Но ядром этого комплекса была железорудная промышленность и черная металлургия. Все это повышало экономическую эффективность новой, самой крупной в стране, обеспеченной ресурсами на длительный период, базы черной металлургии. С учетом того, что же-

лезные руды КМА транспортабельны, расширялась зона их возможного потребления. На базе этих руд экономично работают металлургические предприятия Центрального, Волго-Вятского, Поволжского и даже Уральского районов.

Добыча железных руд на месторождениях КМА началась в 1950-е гг. ХХ в. В материалах XXII съезда КПСС, в частности, предусматривалось создание новых местных металлургических баз, особенно в центральных районах европейской части СССР, где в качестве основного сырья рассматривались железные руды КМА. Безусловно, развитие добычи железных руд и производство из них металла в бассейне КМА были весьма актуальны, так как в центральных районах СССР наблюдалось наибольшее превышение потребления металла над его производством (почти в 3 раза).

Впервые положение о создании на базе минеральных ресурсов КМА нового промышленного комплекса было записано в директивах XXIV съезда КПСС. Наряду с задачами быстрейшего освоения проектных мощностей, существующих и вновь вводимых в эксплуатацию горнорудных предприятий, особое внимание было уделено развитию ремонтной базы машиностроения, энергетики, промышленности строительных материалов, транспорта, сельского хозяйства, пригородной специализации, непроизводственной сферы, рациональному использованию природных ресурсов. Взаимные связи формировавшихся элементов производственной структуры ТПК с учетом перспективы охватывали добычу железной руды и нерудного сырья, производство черных металлов, цемента и других строительных материалов, продукцию цветной металлургии, а также ряд сопутствующих и вспомогательных производств.

Анализ и практика развития КМА за все годы наряду с позитивными выводами, отражающими преимущество такой формы организации хозяйства, показали значительные недостатки и диспропорции: несогласованность ввода в строй взаимосвязанных объектов и недоиспользование сырьевых ресурсов, диспропорции между развитием производственной и непроизводственной сфер, недостатки в размещении отдельных объектов и поселений в пределах узлов и т. д.

Проблема рационального природопользования при развитии бассейна КМА, особенно в условиях Центрально-Черноземного района, наиболее глобальна. Выбранное направление

развития горных работ в бассейне все более противоречило задачам природопользования. Стремление создавать новые карьеры вело к отторжению у сельского хозяйства плодородной земли. Рекультивация использованных территорий не проводилась в достаточной мере. Среди причин следует отметить отсутствие четкой последовательности в системе «обоснование — планирование — управление развитием», а также узковедомственный подход.

Крупнейшей базой черной металлургии страны оставался Урал. На Магнитогорском металлургическом комбинате уже в 1975 г. выплавка стали достигла 15 млн т. В предыдущие пять лет производство чугуна увеличилось на 2,2 млн т, стальных труб — почти на 0,5 млн т. Чтобы построить новый металлургический завод такой мощности, потребовалось бы не менее 1 млрд руб. в действующих ценах. Важным вопросом для предприятия всегда была железорудная база. Месторождение горы Магнитной удовлетворяло потребность комбината в руде лишь на 40 %. Остальные 60 % поступали из Казахстана, с КМА, в небольших объемах — с Кольского полуострова. Одним из путей решения этой проблемы рассматривалось ускоренное развитие Качарского месторождения в Казахстане.

Больше, чем вся дореволюционная Россия, выплавлял стали Нижнетагильский металлургический комбинат. Он являлся основным поставщиком самых износостойких объемно-закаленных рельсов, колес, бандажей, профилей для вагоностроения, конструкционного металла, листа, других видов проката. Комбинат стал крупным предприятием, перерабатывающим содержащие ванадий руды и извлекающим ванадий. Это связано с использованием титаномагниевых содержащих ванадий руд находящегося неподалеку Качка-нарского месторождения, имевшего большое значение для Нижнетагильского металлургического комбината в связи с исчерпанием запасов тагило-кушвинских руд и других уральских месторождений.

Орско-Халиловский металлургический комбинат был создан в расчете на использование сырья одноименного рудного района, где хром, никель, титан и другие элементы, сопутствующие железной руде, позволяли получать природно-легированные металлы с уникальными свойствами. Однако из-за сравнительно невысокого содержания железа, а также

трудностей обогащения доля местных природно-легирован-ных руд на комбинате сравнительно невысока. Поэтому важными вопросами оставались разработка и внедрение эффективных схем переработки местных руд. Развивались на Урале и многие другие предприятия: Верх-Исетский, Челябинский, Чусовской им. Серова, Лысьвенский, Чебар-кульский, Ижевский, Нижне-Сергинский, Салдинский металлургические заводы, Ревдинский метизно-металлургический завод, Алапаевский металлургический комбинат. Большое значение имело увеличение производства на Челябинском трубопрокатном, Синарском и Северском трубных заводах, Новотрубном заводе в Первоуральске.

Продолжалось наращивание мощностей на Западносибирском металлургическом заводе. Черная металлургия Западной Сибири обеспечивала значительную часть потребностей народного хозяйства страны прокатом черных металлов. Некоторое количество его направлялось в европейскую часть страны. На Кузнецком металлургическом комбинате, Западносибирском металлургическом заводе и других предприятиях района производство достигло почти 10 млн т чугуна, 12 млн т стали, 10 млн т проката черных металлов. Дальнейшее наращивание мощностей происходило также в результате расширения и реконструкции Гурьевского и Новосибирского металлургических заводов.

Предприятиями Украинской ССР уже в 1975 г. было выплавлено от общесоюзного более 45 % чугуна, около 38 % стали и около 39 % проката черных металлов. Здесь действовали такие крупнейшие предприятия, как «Азовсталь», Днепропетровский металлургический завод им. Г. Н. Петровского, трубопрокатный им. К. Либкнехта, завод им. Коминтерна, Донецкий металлургический завод «Запорожсталь», «Днепроспецсталь», Коммунарский металлургический завод им. Дзержинского, Никопольский южнотрубный завод, Во-рошиловградский трубопрокатный завод им. Якубовского и др. Основными направлениями развития черной металлургии были реконструкция и техническое перевооружение действующих предприятий. Например, на Криворожском металлургическом заводе была пущена самая крупная в мире домна.

Производство металлов обеспечивалось дальнейшим развитием железорудной промышленности. Основная добыча

была сосредоточена в крупнейшем Криворожском бассейне, который давал более половины общесоюзной добычи железной руды. Наряду с Криворожским добыча железной руды на Украине производилась также в Кременчугском и Белозерском железорудных районах и Керченском бассейне. Добыча велась на современных горно-обогатительных комбинатах, оснащенных высокопроизводительной техникой. Важнейшей проблемой железорудной промышленности наряду с ее дальнейшим техническим переоснащением оставалось повышение качества сырья.

Сохранялось значение Украинской ССР и как важнейшего района добычи и переработки марганцевых руд Никопольского бассейна. В качестве перспективного рассматривалось и Большое Токманское месторождение. Эти месторождения были крупнейшими в СССР. Даже знаменитое Чиатурское месторождение в Грузии по запасам занимало третье место, хотя по качеству — первое. Интенсивный рост производства чугуна и стали в стране требовал значительного увеличения добычи марганцевых руд и производства ферросплавов. Концентрация производства уже была довольно высока. На одном только Орджоникидзевском горно-обогатительном комбинате производилась почти половина выпускаемого в стране марганцевого концентрата. Здесь работали семь карьеров и три обогатительные фабрики. Увеличению производства ферросплавов в республике способствовало строительство Никопольского завода ферросплавов с участием стран — членов СЭВ.

Была усилена роль черной металлургии Казахстана. Железорудная база республики имела значение не только для черной металлургии республики, но и для других районов страны, особенно Урала. На Соколовско-Сарбайском горно-обогатительном комбинате начал действовать первый в Казахстане подземный рудник по добыче железной руды. Вступил в строй Лисаковский горно-обогатительный комбинат. Важное значение имело строительство крупного горно-обогатительного комбината на базе Качарского месторождения железных руд в Кустанайской области. Актуальными вопросами оставались разработка и обоснование рациональных комплексных схем переработки казахстанских железных руд, содержащих многие полезные компоненты. В республике резко увеличилось производство ферроспла-

вов на Ермаковском заводе ферросплавов, построенном, как и Никопольский на Украине, с участием стран — членов СЭВ, а также на Актюбинском заводе. Важнейшим районом добычи и переработки марганцевых руд была Грузия.

С учетом всех запасов марганцевых руд СССР тогда занимал первое место в мире (около 80 % мировых запасов). Страна полностью удовлетворяла свои нужды в марганцевой руде и марганцевых сплавах. Производимые в СССР ферросплавы поставлялись более чем в 40 стран мира6. К началу 70-х гг. СССР наряду с рядом африканских стран, Индией, Бразилией и Австралией являлся крупнейшим экспортером ферросплавов. Доля Советского Союза в мировом экспорте марганцевой руды составляла около 14 %. Импортерами руды были Польша, Чехословакия, Болгария, ГДР, Франция, Япония, Великобритания, ФРГ, Норвегия и Швеция.

С начала 90-х гг. ХХ в. резко изменились факторы и условия развития черной металлургии России. В 1993 г. завершена работа над «Комплексным прогнозом развития и размещения производительных сил Российской Федерации на период до 2000 г.». Наряду с вопросами, которые и ранее рассматривались СОПС в составе генеральных схем, в этом прогнозе были исследованы и новые проблемы7, например, пути обеспечения России отдельными видами природных ресурсов, добыча которых сконцентрирована в бывших союзных республиках. Усиливается роль таких российских месторождений, как Усинское в Кемеровской области, зоны БАМ, Титмано-Печорских месторождений и др. Это снизит зависимость черной металлургии России от импорта. В последующие годы всеобъемлющих комплексных региональных исследований не проводилось. Становится более заметным влияние рыночных факторов на размещение производительных сил, увеличение цен на топливно-энергетические ресурсы и усиление их региональных различий в связи с ростом транспортных тарифов, низкой конкурентоспособностью ряда производств и т. д.8

После распада СССР не могло быстро произойти существенного изменения специализации основных металлургических предприятий. Поэтому в первые годы обмен металлургической продукцией между бывшими союзными республиками оставался на довольно высоком уровне, особенно между Россией и Украиной. Ряд программ в СНГ

был ориентирован на сотрудничество в базовых отраслях промышленности, в том числе и в черной металлургии. Сохранялись связи по казахстанской железной руде, украинскому и грузинскому марганцу и т. д.

Металлургия оставалась одной из ключевых отраслей отечественной экономики, обеспечивающей экономический рост страны. Доля экспорта продукции увеличилась с 5—15 % в начале 90-х гг. ХХ в. до 50—60 % в первом десятилетии XXI в. Уровень цен российского рынка на продукцию предприятий и их динамика определяются процессами, происходящими в мире. Соотношение внутренних и мировых цен на металл с 10—20 % в начале 90-х гг. постепенно достигло 90—110 %9. В металлургии выстраивается воспроизводственная система с участием в иностранных активах. Наряду с традиционными закупками оборудования российские компании приобретают производственные активы за рубежом и размещают собственные акции на биржах США, Великобритании, Германии. Происходит слияние и поглощение металлургических компаний. В современных условиях доля четырех российских компаний в общем объеме производства стали в стране достигла 83 %. Свыше 75 % железной руды на отечественном рынке контролируют металлургические холдинги с интеграцией по технологическим цепочкам. Роль металлургии в экономике России за последние 15 лет стала более значимой по сравнению с другими странами мира. В СССР, США, Японии, ФРГ в 1990 г. доля металлургии в структуре промышленного производства была около 4,5 %, а в последующие годы она снизилась в этих странах до 3,7—4,3 %. В России же заметен обратный процесс. Металлургические предприятия являются градообразующими во многих районах, поэтому их влияние на экономику значительно. Например, в Вологодской области удельный вес черной металлургии в промышленной структуре составляет 67 %, Липецкой — около 71 %, Челябинской — 65 %, Кемеровской — более 42 %, Белгородской — свыше 49 %.

Дефицит природных и трудовых ресурсов в России обусловливает необходимость вовлечения в оборот новых месторождений и привлечения в отрасль дополнительной квалифицированной рабочей силы. Высокая капиталоемкость металлургического производства и длительные инвестиционные периоды могут стать ограничителями экономического

развития. Ухудшаются условия функционирования металлургических предприятий в связи с ростом конкуренции на рынке ресурсов, постепенным отказом государства от контроля за тарифами, открытием отечественного рынка для иностранных компаний и др. Производственные мощности крупнейших металлургических комбинатов практически используются полностью. Динамика производства металлов в России в последние годы была неравномерной. В то же время нашли отражение позитивные процессы в способах производства: улучшается соотношение объемов выплавки стали и производства проката в результате внедрения непрерывной разливки стали, увеличивается глубина переработки металла, развивается вторичная металлургия. Значительно улучшилось соотношение между объемами вовлекаемого в производство первичного сырья и конечной продукцией. В 1995 г. соотношение добычи железной руды и выпуска готового проката составляло 2,8, а в 2006 г. — уже 1,7.

Однако структурные сдвиги в металлургии пока отстают от развитых стран. В последнее десятилетие меняется спрос на металл. Более 40 % черных металлов экспортируется, а более 15 млн т импортируется в Россию в виде готовой продукции: машин, оборудования, металлоизделий10. Потенциал металлургии как важного фактора экономического роста еще не в полной мере востребован народным хозяйством. Недостаточно используются конкурентные преимущества металлургического производства: относительно дешевые ресурсы в России и высокая ликвидность продукции на мировом рынке. Если в 1997—1998 гг. затраты отечественных металлургических предприятий с трудом покрывались получаемой прибылью, незначительно отличаясь от европейских и американских компаний, то в 2003—2005 гг. затраты на производство металла в России стали примерно в полтора раза ниже, чем на Западе11. Увеличению экономической эффективности способствует высокий рост цен на металл на мировом и внутреннем рынках в 2002—2005 гг. в 2—2,7 раза по основным видам продукции. Сохраняется государственная поддержка черной металлургии на основе контроля за ценами и услугами естественных монополий, что является дополнительным конкурентным преимуществом российских производителей металла.

Эффективность инвестиций в металлургию в период перестройки значительно снизилась. Затраты на прирост произ-

водства металла увеличились в 1,5—2 раза и приблизились к показателям западных стран. Получение экономического эффекта от замены оборудования на многих предприятиях России, как показывают исследования, маловероятно. Реконструкция действующих заводов по сравнению со строительством новых, исходя из мирового опыта, примерно на 20—30 % менее эффективна. Это же подтверждает и отечественная практика. Поддержка некоторых действующих предприятий вопреки реальным экономическим условиям при сдерживании создания конкурентоспособных производств отрицательно влияет на развитие отрасли. Преобладающая концентрация производства на крупных комбинатах сдерживает реализацию инновационных проектов, конкурентных производств, в частности, мини-заводов и сервис-центров по переработке металла. Маловероятно формирование малых независимых компаний, ориентированных на конкуренцию с крупными интегрированными структурами. Основным критерием должна стать эффективность всего хозяйственного комплекса.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 ЦГАНХ. Ф. 43—72. Оп. 48. Ед. хр. 345. Л. 18—20.

2 Там же. Ф. 4372. Оп. 46. Ед. хр. 6а, Л. 3, 35, 56, 58, 60, 61.

3 Там же. Оп. 47. Ед. хр. 4а, Л. 41, 43, 47, 55, 56, 58, 66, 68, 74, 76; Ед. хр. 1003. Л. 1; Оп. 48. Ед. хр. 12а, Л. 4, 67, 14, 14, 26, 53, 68, 70.

4 См.: Адамеску А.А. Роль науки в обосновании послевоенного размещения производительных сил // Планирование размещения производительных сил. М.: Экономика, 1985. Ч. 1. С. 261.

5 См.: Адамеску А.А., Белорусов Д.В. Развитие и размещение производительных сил СССР в десятой пятилетке. М.: Мысль, 1977. С. 15.

6 См.: Закавказский экономический район / отв. ред. А.А. Адамеску, Е.Д. Силаев. М.: Наука, 1973. С. 56.

7 См.: Комплексный прогноз развития и размещения производительных сил Российской Федерации на период до 2000 года с более детальной проработкой показателей на 1994—1995 год. М.: СОПС, 1993. 722 с.

8 См.: Российский статистический справочник. 2010. 415 с.

9 См.: Буданов И. Проблемы черной металлургии // Экономист. 2007. № 3. С. 26.

10 Там же. С. 28.

11 См.: Российский статистический ежегодник. 2010. С. 44.

Поступила 06.05.11.