К вопросу о системном подходе к исследованию правовых преюдиций

8. Аналогичным образом в науке принято различать правовые фикции и фиктивное в праве (См.: Пань-ко К.К. Фикции в уголовном праве и правоприменении. — Воронеж, 1998. — С. 71), принципы права и правовые принципы (См.: Цыбулевская О.И. Категория гуманизма в советском праве: Автореф. дис... канд. юрид. наук. — Саратов, 1983. — С. 8) и т. д.

9. Ференс-Сороцкий A.A. Аксиомы и принципы гражданско-процессуального права...

10. См.: Алексеев С.С. Проблемы теории права. — Т. 1. — С. 111 — 112.

11. См.: ЯвичЛ.С. Право развитого социалистического общества: Сущность и принципы. — М., 1978. — С. 11; см. также: Васильев А.М. Правовые категории. Методологические аспекты разработки системы категорий теории права. — М., 1976. — С. 217—218.

12. См.: Ференс-Сороцкий A.A. Аксиомы и принципы гражданско-процессуального права... — С. 13.

13. Формы закрепления правовых аксиом в законодательстве достаточно подробно анализирует

А.А. Ференс-Сороцкий. См.: Он же. Аксиомы и принципы гражданско-процессуального права... — С. 15.

14. См.: Ференс-Сороцкий A.A. Аксиомы в праве... — С. 29.

15. См. там же.

16. Об этом см., напр.: Цыбулевская О.И. Нравственные основания современного российского пра-

ва. — Саратов, 2004; Она же. Мораль. Право. Власть. — Саратов, 2004.

17. В числе прочего это связано с особенностями методологии общей теории права. Если философия права развивается в качестве дедуктивного знания о праве, выводимого из более общих знаний о мироздании, то теория права в основе своей имеет метод индукции, обобщая эмпирические данные отраслевых юридических наук. Возникнув как теория позитивного права, данная наука до сих пор сохраняет свою обусловленность содержанием действующего законодательства.

18. См.: Егоров С.Н. Аксиоматические основы теории права. — СПб., 2001.

19. См.: Ференс-Сороцкий A.A. Аксиомы и принципы гражданско-процессуального права... — С. 16.

20. Данная проблематика традиционно исследовалась в науке гражданско-процессуального права (А.А. Ференс-Сороцким, Н.А. Чечиной).

21. Манов Г.И. Аксиомы в советской теории права / Советское государство и право. — 1986. — № 9. — С. 29.

22. Алексеев С.С. Проблемы теории права... — Т. 1. — С. 107.

23. См.: Баранов В.М. Инициативная программа спецкурса «Юридическая техника»/ В.М. Баранов, М.Ю. Варьяс, Е.Н. Салыгин // Проблемы юридической техники / Под ред. В.М. Баранова. — Н. Новгород, 2000. — С. 740.

С.В. Попов

Попов С.В. — аспирант кафедры теории и истории государства и права юридического факультета Алтайского государственного университета

К вопросу о системном подходе к исследованию правовых преюдиций

Научные исследования, посвященные преюдиции в праве, в основном встречаются у представителей «процессуальных» отраслей права (гражданско-процессуального, уголовно-процессуального и др.). Такое положение дел вполне объяснимо, поскольку авторы подвергают анализу положения действующего процессуального законодательства, в котором содержится упоминание о правовой преюдиции.

При этом рассматриваются различные аспекты данной категории, исследуются разные ее стороны, что в конечном итоге порождает многогранность научных выводов и подходов к познанию сущности преюдиции1.

С точки зрения общей теории права, данная категория недостаточно исследована. Зачастую

она рассматривается вдиссертационныхисследо-ваниях в системе правовых предположений, упоминается при отграничении отдругих понятий, ис-следуемыхавторами2. Однако в настоящее время нет единого концептуального подхода к рассматриваемому феномену.

Наиболее значительный вклад в исследование вопросов преюдиций втеории права внесА.В. Кар-данец. По его мнению, преюдиция — это прием юридической техники, представляющий собой правило доказывания о том, что вступившее в законную силу правоприменительное решениеупол-номоченного органа, принятое в установленном процессуальном порядке о наличии или отсутствии юридического факта, обязательно для всех правоприменительных органов, разрешающих юри-

дическое дело, связанное с ранее разрешенным по поводу этого факта3.

Между тем, такая позиция представляется сомнительной и характеризуется узким подходом к общетеоретическому исследованию проблемы преюдиций в праве.

Прежде всего следует отметить, что нормативно понятие «юридическая техника» не определено, а в теории права «наиболее распространенной является точка зрения, согласно которой юридическая техника рассматривается как совокупность правил, приемов, способов и средств разработки, оформления, систематизации,толкования и применения наиболее совершенных по форме и содержанию нормативных правовых актов и других юридических документов»4, «это правила внешнего изложения права, и очень часто речь идет просто об элементарных требованиях правовой культуры»5.

Следуя вышеприведенной точки зрения, правовая преюдиция как прием юридической техники, содержащий в себе правило доказывания, имеет место в процессе правоприменения, при разрешении юридического дела.

Однако представляется, что юридическая техника не замыкается только стадией правоприменения. Указанное явление находиттакже свое воплощение в процессе правотворчества, при создании, изменении, отмене правовых норм и предписаний.

Данное обстоятельство позволяет сделать вывод о том, что факт наличия в правовых актах положений о преюдиции свидетельствует, с одной стороны, о существовании данной категории на стадии правотворчества (законотворчества), а с другой стороны — исключает абсолютное и обязательное наличие юридического спора (дела) для функционирования данной категории.

Таким образом, если рассматривать правовую преюдицию с точки зрения приема юридической техники, то она подлежит более широкому исследованию содержания данного понятия, комплексному подходу при ее анализе в рамках любого вида юридической техники и компонента правовой системы.

Между тем, само по себе рассмотрение феномена правовой преюдиции через призму юридичес-койтехники не охватывает всю многогранность данной категории в общетеоретическом смысле, не раскрывает ее правовую природу, свидетельствует об узком подходе к определению ее понятия.

В данном случае речь идет о том, что при создании единого концептуального подхода к исследованию преюдиции в теории права, данная категория должна подвергаться системному анализу в рамках всех компонентов правовой системы.

Как справедливо отметил В.В. Сорокин, в качестве самостоятельных компонентов правовой системы выступают следующие: а) позитивное право как совокупность всех источников права, санкционированных государством;б)правообразова-ние как процесс формирования источников пра-

ва; в) реализация права как процесс осуществления норм права; г) правосознание как совокупность представлений и чувств, выражающих отношение людей к праву6.

Отдельно в этом ряду нецелесообразно выделять юридическую технику как совокупность правил и средств разработки, оформления и систематизации правовыхактов. Юридическая техника поглощается понятием «правотворчество», которое в свою очередь охватывается правообразованием7.

При определении правовой природы преюдиции следует отметить следующие обстоятельства.

В действующих процессуальных законах не раскрывается понятие преюдиции, а перечисляются лишь положения, которые подразумевают данную категорию. Статья 90УПК РФтак и называется — «Преюдиция», однако и в ней отсутствует вышеуказанная дефиниция. Анализ положений действующего УПК РФ, ГПК РФ, АПК РФ позволяет сделать вывод о том, что преюдиция предполагается как «обстоятельство, освобождающее от доказывания».

Такой «предположительный» характер самой природы преюдиции, с одной стороны, свидетельствует о реальном существовании данной категории, пусть и без должной законодательной поддержки, а с другой стороны, характеризует ее как своего рода общепринятое теоретическое положение.

В данном случае преюдиция становится общепризнанной и общепринятой в рамках юридического сообщества, является достоянием профессионального правосознания, в силу чего возникает в рамках такого источника права, как правовая доктрина.

Такой системный подход к исследованию правовых преюдиций позволяет говорить о данном явлении как об общепринятом теоретическом положении, являющемся достоянием профессионального правосознания и содержащемся во всех компонентах правовой системы.

Примечания

1. См., например: Бабаев В.К. Презумпции в советском праве: Учебное пособие. — Горький, 1974. — С. 33—34; Теория доказательств в советском уголовном процессе: Часть Общая. — М., 1966. — С. 455; Тарбагаева Е.Б. Истинность, преюдициальность и законная сила судебного решения // Проблемы доказывания по уголовным делам: Межвузовский сборник научных трудов. — Красноярск, 1988. — С. 53; Алиэс-керов М. Преюдиция в гражданском судопроизводстве // Российская юстиция. — 2005. — № 1—2. — С. 45; Нефедова О.Ю. Практика применения статьи 58 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации // Арбитражные споры. — 2001. — № 1. — С. 39; Новоселова Л.А. К вопросу о силе актов арбитражного суда / Л.А. Новоселова, М.А. Рожкова // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. — 2003. — № 5. — С. 69; Клинова Е.В. О преюдициальности судебного решения // Вестник Московского университета. — 2003. — № 6. — С. 91.

2. См.: Никиташина Н.А. Юридические предположения в механизме правового регулирования (право-

вые презумпции и фикции): Дис. наук. — Абакан, 2004. — С. 66—69.

канд. юрид.

3. См.: Карданец А.В. Преюдиции в российском праве (проблемы теории и практики): Дис... канд. юрид. наук. — Н. Новгород. — 2002. — С. 30.

4. Денисов Г.И. Юридическая техника: теория и практика // Журнал российского права. — 2005. — № 8. — С. 86.

5. Лазарев В.В. Теория государства и права /

В.В. Лазарев, С.В. Липень. — М., 1998. — С. 253.

6. См.: Сорокин В.В. Концепция эволюционного преобразования правовых систем в переходный период: Монография. — Барнаул, 2002. — С. 33.

7. См. там же.

С.Ф. Юшкина

Юшкина Светлана Филипповна — преподаватель-методистучебного отдела Ижевского филиала Нижегородской академии МВД России

Понятие и правовая обусловленность перечней в российском законодательстве

Преобразования, происходящие в России в последнее десятилетие, сопровождаются существенными изменениями нормативной базы. При этом особое внимание, на наш взгляд, должно быть уделено грамотному применению разнообразных юридико-технических инструментов при четком соблюдении основных принципов подготовки и принятия нормативных актов.

Следует заметить, что качество подготовки нормативно-правовых актов на уровне законов остав-ляетжелать лучшего. К примеру, с момента вступления в силу Федерального закона от 21 июля 2005 г. № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнения работ, оказания услуг для государственных нужд»1 уже четырежды, федеральными законами от 31 декабря 2005 г. № 207-ФЗ, от 27 июля 2006 г. № 142-ФЗ, от 20 апреля 2007 г. № 53-Ф3, от 24 июля 2007 г. № 218-ФЗ, вносились изменения и дополнения. Иными словами, следует согласиться с мнением А.А. Соловьева о том, что «итогом эффективной и высокоскоростной работы органов законодательной власти стало наличие многочисленных ошибок и противоречий в тексте принятого Закона»2.

Вместе с тем, роль подзаконного нормативного регулирования только возрастает, а процесс принятия подзаконных нормативных актов более оперативен и узконаправлен, что повышает качество принимаемых актов и позволяет правоприменителю более оперативно решать поставленные задачи.

В современной юридической науке важное место отводится юридической технике, актуальность существования, развития и совершенствования которой обусловлена общественной значимостью и необходимостью совершенствования действующего законодательства, содержания и структуры нормативно-правовых актов.

В различных источниках, в том числе работах ученых, энциклопедических и юридических словарях, содержатся несколько различные терминологически, но схожие по содержанию определения понятия «юридическая техника», суть которых сводится к тому, что «юридическая техника — это совокупность (совокупная связь) юридических приемов, способов, терминов и понятий, применяемых при разработке содержания и структуры правовых предписаний государства, то есть в процессе правотворчества, а также при претворении их в жизнь»3.

В юридическом мире давно сложились приемы и правила составления юридическихтекстов и особенно текстов законопроектов. Ихустойчивость и очевидная общность не исключают специфики приемов законодательной техники в различных государствах, которые учитываются при сравнительно-правовом анализе. Не случайно словари-справочники и в прошлые столетия, и в настоящее время служат правильному соотнесению юридических понятий и терминов. Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что традиционно к элементам юридической техники относят, например, юридическую терминологию, юридические конструкции. Вместе с тем, в последнее время к элементам юридической техники стали также относить классификацию4, юридическое поручение5, примечание6, что логично и закономерно, дополняет и углубляет знания в области правотворчества, в чем заинтересованы не только ученые, но и законодатель и правоприменитель. Кроме того, как нам думается, переченьэлементов юридической техники не является исчерпывающим.

Следует заметить, что большое количество нормативных актов, особенно подзаконных — указы Президента РФ, постановления и распоряжения Правительства РФ, субъектов РФ — содержат как в