Эпонимные единицы в англоязычной терминологии физики

УДК 811.111 ББК 81.432.1-324

Ю.Е. Костерина

ЭПОНИМНЫЕ ЕДИНИЦЫ В АНГЛОЯЗЫЧНОЙ ТЕРМИНОЛОГИИ ФИЗИКИ

В данной работе изучаются структурно-семантические особенности эпонимных терминов физики низкоразмерных систем в английском языке. Представлено авторское решение проблемы о статусе эпонимных единиц, обосновываются возможности их отнесения к классу собственно терминов, в противоположность классу номенклатурных наименований.

Ключевые слова: термин; терминология; терминоведение; эпонимный термин; эпоним; термины физики; номенклатурное наименование

Yu.Ye. Kosterina

EPONYM UNITS IN ENGLISH TERMINOLOGY OF PHYSICS

This paper considers the structural and semantic features of the eponym terms in English physics terminology. The author's solution on the status of eponym units is presented. We refer the eponym units to a class of terms in contrast to a class of nomenclature names.

Key words: term; terminology; terminology science; eponym terms; eponym; terminology of physics; nomenclature name

Эпонимные термины составляют объемный пласт терминологической лексики физики низкоразмерных систем (ФНС). Они представляют особый интерес, аккумулируя информацию, уникальную для национальной культуры. Имена ученых, изобретателей, исследователей, как компонент эпонимного термина, дают широкое поле для изучения и часто функционируют как свернутые диахронические национальные культурные тексты. Предметом нашего интереса в данной работе станет выявление экстра- и интралингвисти-ческих свойств эпонимных терминов английской терминологии ФНС на основе анализа их структурно-семантических особенностей.

Во-первых, рассмотрим словарные дефиниции: eponym - 1. A word or name derived from the name of a person. 2. A person after whom a discovery, invention, place, etc. is named [Concise Oxford English Dictionary, 2004]. В английском языке данный термин является полисемантичным, обозначает либо само слово или имя, либо человека, чьим именем что-то названо. Второе значение многозначного термина eponym эпоним соответствует дефинициям, зафиксированным в русскоязычных лексикографических источниках.

Н.В. Подольская определяет эпоним как «лицо, имя которого послужило для образования любого другого онима» [Подольская, 1978, с. 165-166]. Аналогичную дефиницию фиксируют и другие авторы: «лицо, от имени

которого произведено название народа, местности и т.п.» [Ахманова, 1969, с. 528; Розен-таль, 1985, с. 354]. Итак, в русскоязычных лексикографических источниках данный термин моносемантичен, его денотатом является лицо, человек.

Опираясь на выводы по итогам сравнения дефиниций, в нашей работе под эпонимами будем понимать лицо, имя собственное которого присутствует в наименовании понятия; под эпонимными терминами будем понимать термины, образованные от эпонимов, т.е. термины, элементами структуры которых выступают имена собственные или производные от них.

Далее обратимся к работам исследователей и покажем неоднозначное отношение лингвистов к эпонимным единицам.

Амбивалентность проявляется в диаметрально противоположных точках зрения языковедов о терминологичности эпонимных единиц. Сторонники первой (Г.О. Винокур (1939), Д.С. Лотте (1941), В.М. Лейчик (1974, 2005), Л.Б. Ткачева (1987), Н.В. Новинская (2004), Е М. Какзанова (2010)) отмечают возможность эпонима становиться основой для термина и признают за эпонимными единицами статус термина. Сторонники второй концепции (А.А. Реформатский (1959), А.В. Су-перанская (1973), И.Б. Голуб (2005), С.Д. Ше-лов (2007)) не относят эпонимные единицы к разряду терминов.

Вестник ИГЛУ, 2014

© Костерина Ю.Е., 2014

Н.В. Новинская признает терминологич-ность эпонимных сочетаний, называет их полноправными членами терминосистемы и оценивает эпонимы «как потенциальный источник формирования номинативно значимых терминов, специфические черты которых не снижают их возможности фиксировать, хранить и передавать научно-техническую информацию» [Новинская, 2004, с. 284].

По результатам своего исследования Л.Б. Ткачева утверждает, что эпонимные термины приближаются к идеальным терминам на основании выводов об их однозначности и отсутствии синонимии [Ткачева, 1987, с. 67]. В монографии данного автора эпонимные термины именуются ономасионными.

С.В. Гринев-Гриневич замечает, что некоторая доля эпонимных терминов успешно внедряется в терминологию, но предостерегает от широкого их применения и указывает, что превышение определенного количества таких терминов снижает понятийность терминологии [Гринев-Гриневич, 2008, с. 68].

Размежевание терминологии и номенклатуры было положено в работах Г.О. Винокура. Ему принадлежит авторство знаменитой цитаты «не следует смешивать термин, как название предмета мысли, ни с собственным именем, ни с номенклатурным знаком». Под номенклатурой классик терминоведения предлагал понимать систему совершенно абстрактных и условных символов, единственное назначение которой состоит в обозначении предметов, вещей без прямого отношения к потребностям теоретической мысли, оперирующей этими вещами [Винокур, 1939, с. 223-224].

А.А. Реформатский также разделял терминологию и номенклатуру, но не соглашался с предшественником в некоторых вопросах. Различие между термином и номеном А.А. Реформатский видел в том, что «терминология прежде всего связана с системой понятий данной науки, номенклатура же лишь этикетиру-ет ее объекты. Поэтому номенклатура может быть мыслима и как последовательность букв алфавита (витамин А, витамин Б...), и как последовательность цифр (МАГ-5, МАГ-8) и иных любых произвольно условных обозначений» [Реформатский, 1959/1961, с. 302].

Забегая вперед, отметим, что в нашем исследовании разницу между термином и но-

меном будем понимать на основании функционального подхода, вслед за А.А. Реформатским и С.В. Гриневым-Гриневичем [Гри-нев-Гриневич, 2008, с. 38], как разницу между отражением понятия и этикетированием отдельного конкретного предмета, а также выделять номены на основании таких внешних формальных признаков, как наличие графем-ной и цифровой части номена.

Ярким приверженцем второй точки зрения, согласно которой эпонимные единицы не относятся к классу терминов, можно назвать С.Д. Шелова. Опираясь на исследования Г.О. Винокура, А.А. Реформатского, он детально исследует проблему эпонимных единиц в соотнесении либо с терминами, либо с номенами, и дальше развивает их наблюдения. С.Д. Шелов выделяет эпонимные единицы в класс номенклатурных наименований (номенов) и предлагает называть специальные языковые обозначения, содержащие в своей лексико-синтаксической структуре имена собственные, антропонимическими номенами [Шелов, 2007, с. 20-21]. Приводя в пример словосочетания индекс Воббе, эффект Черенкова, теорема Чебышева, формула Планка, модель Мотта, абелева функция и др., ученый поясняет, что «синтаксически главное слово, обозначающее родовое понятие, представляет самое общее понятие науки и техники (т.е. представляет собой общенаучный или общетехнический термин), а синтаксически уточняющий его номенклатурный показатель переводит его в разряд индивидуальных имен» [Шелов, 2007, с. 27].

Отметим, что примеры подобных сочетаний Г.О. Винокур относит не к номенам, а к терминам, что ясно из следующей цитаты: «Стремлением к синтаксической емкости термина объясняется частая замена родительного падежа собственного имени, сохраняющегося в термине в качестве воспоминания об изобретателе аппарата, авторе того или иного закона и т.п., соответствующими прилагательными, напр. рентгеновы или рентгеновские лучи, мартеновская печь, планковская постоянная» [Винокур, 1939, с. 267-268].

Разделяя термины и номены, а также противопоставляя их друг другу в начале своего исследования, в заключение своего исследования С. Д. Шелов приходит к достаточно парадоксальному выводу, что номенклатура не

противопоставляется терминологии, а является ее неотъемлемой частью, и дает следующее определение номенклатурному наименованию. «это терминологическое обозначение частного специального понятия какой-либо области знания, которое состоит из двух лек-сико-синтаксических компонентов, синтаксически главный из которых является термином, словом или словосочетанием общего языка и обозначает специальное родовое понятие данной области, а синтаксически подчиненный -является условным, внешним (для данной области знания и для обозначения соответствующего понятия) знаком (этикеткой) и служит для выделения из родового понятия именно данного частного понятия, фиксируемого в специальных описаниях, толкованиях, дефинициях» [Шелов, 2007, с. 44-45].

Е. М. Какзанова в своей работе [Какзано-ва, 2010] пытается опровергнуть точку зрения С. Д. Шелова и доказать, что эпонимные единицы не относятся к номенклатурным наименованиям. На примере математических терминов. определитель Вронского и вронскиан (которые, согласно С. Д. Шелову, относятся к антропонимическим номенам и математическим терминам соответственно) она утверждает, что и определитель Вронского, и вронскиан являются синонимичными эпонимны-ми терминами. Несмотря на то, что в упомянутой статье Е.М. Какзановой, на наш взгляд, недостаточно убедительных доказательств, что связано, прежде всего, с объемом публикации, мы склонны согласиться с ее выводами, что эпонимные единицы следует считать терминами, а не номенами.

Г.О. Винокур отмечает, что «ни собственное имя, ни номенклатурный знак не имеют оправдания в логической функции слова. Значение собственного имени ... исчерпывается тем, что оно есть лишь средство для узнавания единичных предметов, вещей или лиц» [Винокур, 1939, с. 223].

Но позволим себе заметить, что эпоним-ный компонент терминологического сочетания нельзя считать именем собственным в полном смысле слова. Поскольку он, войдя в состав термина, уже не служит средством для узнавания единичного предмета, его денотатом перестает быть лицо, давшее свое имя какому-либо явлению или предмету. Постепенно связь с первоначальным денотатом

теряется, и эпонимный компонент приобретает функцию выражать понятие, а конкретнее, начинает выражать дифференцирующий признак, отличающий данное понятие в ряду других, т.е. становится термином. Что мы и наблюдаем, в частности, когда заглавная буква в написании термина заменяется строчной. Происходит это в тех случаях, когда связь с первоначальным денотатом уже полностью разорвана.

Н.С. Шарафутдинова пишет, что «термины, содержащие имена собственные, сначала сильно связаны с конкретным именем и, естественно, пишутся с заглавной буквы, но постепенно многие из них становятся полноправными членами терминологической системы и грамматически оформляются как имена нарицательные» [Шарафутдинова, 2007, с. 183].

Кроме того, сам Г. О. Винокур отмечал, что «в роли термина может выступать всякое слово, как бы оно ни было тривиально, и что термины - это не особые слова, а только слова в особой функции» [Винокур, 1939, с. 220], т.е. даже эпонимный компонент может быть термином, если он исполняет функцию называния понятия.

В монографии А.В. Суперанской, Н.А. Подольской, Н.В. Васильевой приводится различие специальных единиц по их денотату [Суперанская, 2009, с. 36]: денотат термина - предмет мысли, понятие; денотат научного номена - специально выделяемый предмет, существующий в природе; денотат имени собственного - индивидуально выделяемый предмет определенного предметного ряда, имеющий свое нарицательное обозначение (имя класса).

Поскольку в терминах, содержащих эпо-нимные компоненты, денотат не является индивидуальным предметом определенного предметного ряда, а наоборот, их денотатом является научное понятие, то мы считаем их терминами. К тому же эпоним, как компонент эпонимного термина, отличается от имени собственного, как мы отмечали ранее.

В качестве еще одного доказательства, что эпонимные единицы нельзя отнести к номенклатуре, приведем высказывание Г. О. Винокура: «Почему данный предмет назван так, а не иначе, для номенклатурных обозначений более или менее безразлично, тогда как для

термина, стремящегося обладать осмысленной внутренней формой, это очень важный вопрос» [Винокур, 1939, с. 224]. Например:

Aharonov-Bohm potential потенциал Аро-нова - Бома - electromagnetic potential in the quantum domain, that shows, contrary to the conclusions of classical mechanics, there exist effects of potentials on charged particles, even in the region where all the fields (and therefore the forces on the particles) vanish [Aharonov, 1959, р. 485];

Volta potential потенциал Вольта, контактный потенциал - the potential difference that exists across the space between two electrically connected materials [McGraw-Hill dictionary of engineering, 2003, р. 124].

По нашему мнению, в данных терминах эпонимный компонент нельзя заменить на другой, выбранный произвольно, при замене меняется смысл и теряется связь с понятием, выражаемым именно эпонимным компонентом термина. Все это свидетельствует о важности эпонимных компонентов в составе термина, и, опираясь на замечание Г.О. Винокура, дает нам основание считать единицы Aharonov-Bohm potential, Volta potential терминами, а не номенами.

Представляется бесспорной культурологическая ценность эпонимных терминов, их историческая и культурная роль для той области знания, где они функционируют. А.В. Су-перанская подчеркивает, что эпонимные термины «несут значительную информацию, специально направленную на развитие идей данной отрасли» [Суперанская, 1995, с. 16]. Раскрытие семантического значения эпоним-ного термина требует от исследователя знания экстралингвистических причин появления термина в языке науки. «Для того чтобы правильно понять тот или иной термин, необходимы сведения не только из самой науки и техники, но и научной деятельности ученого, именем которого назван этот термин» [Вахра-меева, 2003, с. 28]. Исследование терминологии в диахроническом плане позволяет снять затруднения, возникающие при декодировании эпонимных терминов.

Далее затронем вопрос о степени эпоними-зации английской физической терминологии, так как даже при первом знакомстве с англоязычной терминологией физики не составит труда заметить обилие эпонимных терминов

в ее составе.

Выясним процентное соотношение количества эпонимных терминов и терминов в терминологии ФНС в английском языке, т.е., другими словами, определим степень эпони-мизации английской физической терминологии, а также рассмотрим результаты структурно-семантического анализа на материале терминологии ФНС.

В английской терминологии физики низкоразмерных систем эпонимные термины представлены 496 терминоединицами (ТЕ), что составляет 12% от общего количества терминов исследуемой выборки, насчитывающей 4131 ТЕ.

В результате формально-структурного анализа эпонимных терминов исследуемой выборки, составленной на основе сплошного просмотра специальной литературы, а также с учетом определенных критериев и принципов отбора терминов [Костерина, 2014], мы выделили следующие структурные типы:

1) простые эпонимные термины - однословные термины, образованные семантическим способом, либо путем аффиксации от эпонима. В нашем исследовании простые ТЕ составляют около 3 % от общего количества эпонимных терминов и насчитывают 14 ТЕ: volt - вольт, voltage - напряжение, holon - холон, fermion - фермион, boson - бозон, hamiltonian - оператор Гамильтона;

2) эпонимные терминологические сочетания (ТС) - многокомпонентные, раздель-нооформленные, семантически целостные сочетания, образованные путем соединения нескольких элементов, одним из которых является эпонимный элемент. Общее количество эпонимных ТС в исследуемой выборке насчитывает 482 ТЕ, что составляет 97 % от общего количества эпонимных терминов в англоязычной терминологии ФНС. Очевидно, что подавляющее количество эпонимных терминов в исследуемой выборке представлено эпонимными ТС.

Анализируя эпонимные ТС по количеству эпонимных компонентов, мы выявили наличие от одного до трех эпонимных компонентов в структуре физических терминов. Результаты показывают, что в исследуемой выборке преобладают эпонимные ТС с одним именем собственным в структуре термина - 367 эпо-нимных ТС, что составляет 76 % от общего

количества эпонимных ТС (без учета простых эпонимных терминов), например: Shockley diode equation - диодное уравнение Шокли, Fermi liquid theory - теория ферми-жидкости, quantum Hall effect - квантовый эффект Холла, Meissner effect - эффект Мейсснера, Auger recombination - рекомбинация Оже.

Сочетание двух эпонимных элементов встречается в 107 эпонимных ТС, что составляет 22 % от общего количества эпонимных ТС, например: Aharonov-Bohm effect эффект Ааронова-Бома, Bose-Einstein condensation - конденсация Бозе-Эйнштей-на, de Haas-Shubnikov oscillations - осцилляции Шубникова-де Гааза, Tomonaga-Luttinger model - модель Томонага-Латтинджера.

Терминосочетания с тремя эпонимными компонентами представлены в исследуемой выборке 8 терминоединицами (2 % от общего количества эпонимных ТС): Bir-Aronov-Pikus relaxation (BAP relaxation) - спиновая релаксация Бира-Аронова-Пикуса, Burton-Cabrera-Frank theory (BCF theory) - теория дислокаций в кристаллах, Gerasimov-Drell-Hearn sum rule (GDH sum rule) - правило сумм Ге-расимова-Дрелла-Херна, Hohenberg-Kohn-Sham formalism - формализм Хоэнберга-Ко-на-Шэма.

Заметим, что в английской терминологии ФНС немногочисленные термины с тремя эпонимными элементами либо усекаются, т.е. замещаются более краткими вариантами, либо подвергаются аббревиации. Например, вместо Hohenberg-Kohn-Sham formalism -формализм Хоэнберга-Кона-Шэма функционирует Kohn-Sham formalism - формализм Кона-Шэма, Landau-Lifshitz-Bloch equation - уравнение Ландау-Лифшица-Блоха часто замещается усеченным термином Landau-Lifshitz equation.

Функционирование усеченных вариантов термина можно объяснить принципом экономии: стремлением передать максимум информации при минимуме затрат. К.Я. Авербух отмечает, что язык профессионального общения постоянно стремится к компактности, к лапидарности [Авербух, 2006, с. 47]. Требование формальной краткости позволяет при упорядочении терминологии отдавать предпочтение терминам с более краткой формой, но при этом следует руководствоваться и результатами социолингвистического исследования се-

мантики терминов.

В семантической структуре эпонимных терминологических сочетаний содержится культурологический компонент, выходящий за рамки собственно терминологического значения. Социолингвистический подход позволяет раскрыть семантику эпонимных терминов, которая выражает ситуацию открытия или создания научного понятия. Номинация понятия происходит в честь нескольких ученых, работавших либо совместно, либо внесших равноценный вклад в научное открытие. Интересно отметить, что несмотря на то, что заслуги ученых, работавших над одной и той же проблемой, оцениваются научным сообществом присуждением нобелевской премии трем и более участникам, мы наблюдаем тенденцию функционирования в научных текстах усеченных вариантов эпонимных терминов, например, вместо Tomonaga-Luttinger liquid - жидкость Томонага-Латтинджера встречается Luttinger liquid.

Таким образом, результаты исследования позволяют судить о стремлении эпонимных терминов ФНС соответствовать требованию краткости. Эпонимные терминологические сочетания с одним эпонимным элементом в структуре термина (76 %) значительно преобладают над эпонимными ТС, содержащими в своей структуре два (22 %), либо три (2 %) эпонимных элемента. Относительно многокомпонентных эпонимных ТС можно дать прогноз, что в процессе дальнейшего развития языка науки они будут замещаться более краткими вариантами, за счет усечения эпо-нимного элемента, либо вытесняться инициальными аббревиатурами.

Анализируя структуру эпонимных ТС по количеству всех компонентов как эпонимных, так и не эпонимных, мы получили следующие результаты:

1. В выборке эпонимных терминов физики низкоразмерных систем наиболее многочисленную подгруппу составляют двухком-понентные эпонимные термины - 280 ТЕ или 58 % от общего количества эпонимных терминов. Эпонимный элемент в двухкомпо-нентных ТС всегда находится в препозиции по отношению к ядерному элементу, выполняя роль атрибута в составе ТС. Например: Airy equation - уравнение Эйри, Anderson transition — переход Андерсона, Landauer

formula - формула Ландауэра, Poisson's equation - уравнение Пуассона.

Исключение составляет термин composite fermion - композитный фермион, где эпо-нимный элемент, выраженный производным термином от эпонима Fermi, сам является ядерным. По морфологической принадлежности главного (ядерного) компонента - имени существительного - анализируемые ТС относятся к субстантивным.

Самой продуктивной моделью терминоо-бразования является модель E+N, где E - эпо-нимный компонент ТС, выраженный именем собственным, либо производным от него, N -апеллятивный компонент ТС, выраженный существительным. По данной модели образованы 242 ТЕ, например: Luttinger theorem

- теорема Латтинджера, Kane model - модель Кейна, Debye equation - уравнение Де-бая, Fermi level - уровень Ферми. В данной подгруппе 38 ТЕ образованы по модели E's+N, например: Hund's rule - правило Хун-да, Nyquist's theorem - теорема Найквиста, Stefan's law - закон Стефана.

2. Трехкомпонентные эпонимные ТС в количестве 125 ТЕ составляют 26 % от общего количества эпонимных терминов выборки. Наиболее частотной моделью является E+E+N, например: Poisson-Boltzmann equation - уравнение Пуассона-Больцмана, Clausius-Mossotti equation - уравнение Клау-зиуса-Мосотти, Johnson-Rahbek effect - эффект Ионсона-Рабека, Aharonov-Bohm effect

- эффект Ааронова-Бома.

3. Четырехкомпонентные эпонимные ТС насчитывают 67 ТЕ, что составляет 14 % от общего количества эпонимных терминов выборки, например: Arrhenius type temperature dependence - температурная зависимость аррениусовского типа, fractional quantum Hall effect - дробный квантовый эффект Холла, Vollmer-Weber growth mode - механизм роста Вольмера-Вебера, Bir-Aronov-Pikus mechanism - механизм Бира-Аронова-Пикуса, Hohenberg-Kohn-Sham formalism - формализм Хоэнберга-Кона-Шэма.

4. В английской терминологии физики низкоразмерных систем также присутствуют несколько пяти- и шестикомпонентных эпонимных ТС, в общей сложности 10 ТЕ, которые в сумме дают 2 % от общего количества эпонимных терминов исследуемой выборки.

Например: Gerasimov-Drell-Hearn sum rule

- правило сумм Дрелла-Херна-Герасимова, advanced Schottky transistor-transistor logic

- усовершенствованая ТТЛ-схема с барьером Шотки.

Обобщая результаты исследования эпонимных терминов, можно сделать следующие выводы:

1. Эпонимные единицы следует относить к разряду терминов.

2. Степень эпонимизации английской терминологии ФНС составляет 12% от общего количества терминов исследуемой выборки.

3. Проведенный анализ позволил выявить процентное соотношение структурных типов эпонимных терминов: простые - 3 %, терминологические сочетания - 97 % (из них двух-компонентные ТС - 58%, трехкомпонентные ТС - 26 %, четырехкомпонентные ТС - 14%, многокомпонентные эпонимные ТС не характерны для английской терминологии ФНС и составляют 2 %, пределом протяженности являются 6-ти компонентные эпонимные ТС).

4. Зафиксирована тенденция эпонимных терминов ФНС соответствовать требованию краткости, так как немногочисленные термины с тремя эпонимными элементами либо усекаются, либо подвергаются аббревиации. Данный вывод позволит при упорядочении и систематизации английской терминологии ФНС отдать предпочтение терминам с более краткой формой.

5. Семантический анализ эпонимных терминов с применением социолингвистического подхода выходит за рамки лингвистического исследования терминов, и позволяет раскрыть культурологический компонент семантики эпонимного термина, отражающего историю науки и вклад исследователей в ее развитие. Изучение данного вопроса может являться перспективой дальнейшего исследования терминологии ФНС.

Библиографический список:

1. Авербух, К.Я. Общая теория термина [Текст] / К.Я. Авербух. - М.: Изд-во МГОУ, 2006. - 252 с.

2. Ахманова, О.С. Словарь лингвистических терминов [Текст] / О.С. Ахманова. - М.: Сов. Энциклопедия, 1969. - 608 с.

3. Вахрамеева, В.В. Эпонимные термины в английских подъязыках науки и техники [Текст]: дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04 / В.В. Вахрамеева. -Омск, 2003. - 143 с.

4. Винокур, Г.О. О некоторых явлениях словообразования в русской технической терминологии (1939) [Текст] / Г.О. Винокур // История отечественного терминоведения. Классики терминоведения: очерк и хрестоматия / В.А. Татаринов. - М.: Московский лицей, 1994. - С. 218-283.

5. Гринев-Гриневич, С.В. Терминоведение [Текст] / С.В. Гринев-Гриневич. - М.: Академия, 2008. - 304 с.

6. Какзанова, Е.М. Номенклатура и термины-эпонимы: обзор мнений [Текст] / Е.М. Какзанова // Вестник Московского государственного областного университета. Сер. Лингвистика. - 2010. - № 5. - С. 2125.

7. Новинская, Н.В. Структурно-грамматическая характеристика терминов-эпонимов / Н.В. Новинская // Вестник АГТУ - 2004. - № 3. - С. 284-290.

8. Подольская, Н.В. Словарь русской ономастической терминологии [Текст] / Н.В. Подольская. - М.: Наука, 1978. - 199 с.

9. Реформатский, А.А. Что такое термин и терминология (1959/1961) [Текст] / А.А. Реформатский // История отечественного терминоведения. Классики терминоведения: очерк и хрестоматия / В.А. Татаринов. - М.: Московский лицей, 1994. - С. 299-314.

10. Розенталь, Д.Э. Словарь-справочник лингвистических терминов [Текст] / Д.Э. Розенталь, М.А. Теленкова. - М.: Просвещение, 1985. - 399 с.

11. Суперанская, А.В. Имя собственное в языке для специальных целей [Текст] / А.В. Суперанская //

Терминоведение. - М.: Московский лицей. - 1995. -№ 2-3. - С. 15-17.

12. Суперанская, А.В. Общая терминология: вопросы теории [Текст] / А.В. Суперанская, Н.А. Подольская, Н.В. Васильева. - М.: ЛИБРОКОМ, 2009. - 248 с.

13. Ткачева, Л.Б. Основные закономерности английской терминологии [Текст]: монография / Л.Б. Ткачева. - Томск: Изд-во ТГУ, 1987. - 200 с.

13. Шарафутдинова, Н.С. Из практики перевода терминов-эпонимов [Текст] / Н.С. Шарафутдинова // Вестник Нижегородского государственного лингвистического университета им. Н.А. Добролюбова. -2007. - № 1. - С. 181-185.

14. Шелов, С.Д. Номенклатурные наименования как класс научно-технической лексики: состав и функции [Текст] / С.Д. Шелов, В.М. Лейчик. - СПб.: Санкт-Петербургский государственный ун-т, 2007. -80 с.

15. Aharonov, Y. Significance of Electromagnetic Potentials in the Quantum Theory [Text] / Y. Aharonov, D. Bohm // The Physic review. Second Series. - 1959. -Vol. 115. - № 3. - P. 485-491.

16. Concise Oxford English Dictionary. - Eleventh Edition [Electronic recourse] / ed. by C. Soanes and A. Stevenson. - Oxford, 2004. - CD-ROM.

17. McGraw-Hill dictionary of engineering. - New York: The McGraw-Hill Companies, Inc., 2003. - 643 p.

УДК 81 ББК 81.002

Е.В. Мартынюк

АКТАНТ ИНСТРУМЕНТ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ТЕОРИИ ПРОТОТИПОВ

В статье обосновывается возможность применения прототипического подхода, к чему выводятся признаки прототипического актанта Инструмент. Описывается периферия категории с точки зрения формы и содержания.

Ключевые слова: прототип; непрототипический член категории; Инструмент; инкорпорированный актант; творительный падеж

E.V. Martynyuk

INSTRUMENT ARGUMENT FROM A PROTOTYPE THEORY PERSPECTIVE

The article explains the possibility of application of prototypical approach. The features of prototypic Instrument argument are determined. Category periphery is described in terms of form and content.

Key words: prototype; non-prototype category member; Instrument; incorporated argument; instrumental case

Человеческая деятельность направлена на целесообразное изменение и преобразование окружающей действительности. В связи с этим категория инструментальности, тесно связанная с такой деятельностью, представляет интерес для изучения.

Следует заметить, что эта категория связана с категорией совместности (которую

выражает комитатив - падеж совместного действия, выделяемый в ряде языков), и последняя представляется нам более широкой. В английском и немецком она выражается предлогами with и mit, соответственно. В русском языке благодаря наличию большого количества падежных и предложных форм происходит разделение в выражении этой категории:

Вестник ИГЛУ, 2014

© Мартынюк Е.В., 2014