Проблемы правового регулирования рыбного хозяйства в России

стью которых осуществляет Президент РФ), а также при федеральных службах и федеральных агентствах, подведомственных федеральным министерствам.

В-шестых, предусмотреть другие положения методологического характера, имеющие важное значение для единообразного понимания положений в области регулирования отношений в сфере финансового контроля, предусмотренных федеральными законами и нормативными правовыми актами субъектов РФ и органов местного само-

управления, в частности, удлинить сроки возможного проведения повторных проверок.

Таким образом, принятие федерального закона «О финансовом контроле в Российской Федерации» позволит усовершенствовать правовое регулирование отношений в области финансового контроля, будет способствовать обеспечению законности, лучшей организации проведения финансового контроля, сохранности национального богатства и росту благосостояния населения России.

Проблемы правового регулирования рыбного хозяйства в России

Д. О. Сиваков

Рыбоводство и рыболовство являются важнейшими факторами продовольственной безопасности нашей страны, богатой рыбными и другими водными биологическими ресурсами. В силу своей природы рыбное хозяйство не может существовать и развиваться без соблюдения самых жестких требований к качественному и количественному состоянию вод. Однако нынешнее состояние востребованного этой отраслью хозяйства российского водного фонда оставляет желать лучшего. Разрушение экосистем водных объектов, связанное со строительством в бывшем СССР плотин на крупных равнинных реках, мели-

Сиваков Дмитрий Олегович — научный сотрудник отдела аграрного, экологического и природоресурсного законодательства ИЗиСП.

оративных гидроузлов, нерациональным водопользованием, загрязнением и засорением заливов, мелководья, дельт, лиманов, стало гибельным для рыбных запасов. Многочисленные плотины и водозаборные сооружения, не имеющие рыбопропускных устройств, привели к пресечению миграционных путей и изоляции нерестилищ от мест нагула. Особый ущерб был нанесен ценным осетровым и лососевым видам рыб. В то же время добиться ощутимой пользы от существующих рыбопропускных устройств, по меткому выражению специалистов, можно, «научив рыбу читать» указатели. Упомянутые устройства зачастую не приспособлены для жизни рыб и нуждаются в совершенствовании. При этом наполненные в XX в. водохранилища имеют низкую рыбопродуктивность,

слабые механизмы самоочищения и водообмена, «цветут» и становятся накопителями загрязняющих веществ. В эти искусственные водоемы вселилась неприхотливая мелкая рыба, подавляющая более хозяйственно ценные виды1.

В результате ресурсная база рыбного хозяйства до сих пор находится в состоянии депрессии и деградации, сократились не только абсолютные размеры добычи, но и сильно ухудшился видовой состав уловов (замена ценных промысловых объектов малоценными или не имеющими промыслового значения). Уловы во внутренних водоемах страны сократились почти в два раза, запасы многих водных биоресурсов в полной мере не освоены. Производственный потенциал прудового хозяйства используется менее, чем наполовину. Еще в советские годы в целях воспроизводства ихтиофауны строились рыбоводные хозяйства индустриального и прудового типа. Были возведены искусственные нерестилища на Волге, Днепре, Кубани, в Балтийском и Беломорском бассейнах, на Дальнем Востоке. В условиях переходной экономики строительство рыбохозяйственных предприятий все-таки продолжалось. Так, например, на Дальнем Востоке построена сеть новых рыбозаводов, реконструируются старые, в Сахалинской области функционирует целая система лососевых хозяйств разных форм собственности.

Важной задачей российского законодательства является оптимизация условий рыболовства и рыбоводства. Деятельность в области рыбного хозяйства отчасти регулируется водным законодательством. Согласно ст. 11 Водного кодекса РФ (далее — ВК РФ) рыболовство не требует заключения договора водопользования или выдачи решений о предоставлении водных объектов

1 Никоноров И. В. Экология и рыбное хозяйство. М., 1996. С. 30, 31,43.

в пользование. Однако нормы, содержащиеся в водном законодательстве, в целом не акцентированы и не могут быть акцентированы на охране водных организмов. В свою очередь, Федеральный закон от 24 апреля 1995 г. № 52-ФЗ «О животном мире» содержит в себе лишь одну ст. 42 «Рыболовство и сохранение водных биологических ресурсов». В соответствии с ней рыболовство подпадает под действие как федерального, так и регионального законодательства. Но эта статья отсылочная, ее положения, как полагали специалисты ИЗиСП, следовало бы развить в законе «О рыболовстве и охране водных беспозвоночных, морских млекопитающих РФ»2. Однако Федеральный закон о рыболовстве готовился около 10 лет. В течение этого времени регионы в «опережающем порядке» принимали свои законы и правила в области рыболовства. В это же время были приняты федеральные законы «О континентальном шельфе Российской Федерации» 1995 г., «Об исключительной экономической зоне» 1998 г., «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации» 1998 г. Названные законы распространялись и на живые ресурсы моря: утверждалась платность пользования водными биологическими ресурсами и допускалась конкурсная основа подобного природопользования.

Основополагающий закон: ключевые положения

Согласно Федеральному закону от 20 декабря 2004 г. № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее —

2 Боголюбов С. А, Панкратов И. Ф. Концепция развития экологического законодательства // Концепции развития российского законодательства. Ред. колл.: Л. А. Окуньков, Ю. А. Тихомиров, Ю. П. Орловский. М., 1998. С. 191—199.

Закон о водных биоресурсах)3 в России законодательство о водных биоресурсах регламентирует использование, охрану, воспроизводство как водных животных (рыб, морских млекопитающих), так и водных растений (водоросли). Как представляется, в формирующейся отрасли законодательства по водным биологическим ресурсам требуется напрямую предусмотреть (без отсылочных норм) меры по восстановлению рыбных запасов страны. В законодательстве данные направления деятельности должны быть определены как первостепенные, и необходимо обязать уполномоченные органы деятельно способствовать их осуществлению.

За реализацию законодательства о водных биоресурсах в числе других органов государственной власти отвечает Государственный комитет Российской Федерации по рыболовству (Госкомрыболовство), воссозданный в соответствии с указом Президента РФ от 24 сентября 2007 г. № 1274 «Вопросы структуры федеральных органов исполнительной вла-сти»4. Названный государственный комитет подчиняется напрямую Правительству РФ, но взаимодействует с Министерством сельского зозяйства РФ. Согласно постановлению Правительства РФ от 1 ноября 2007 г. № 733 «О Государственном комитете Российской Федерации по рыболовству»5 новое ведомство должно совмещать нормативно-правовое регулирование, оказание государственных услуг, а также контроль и надзор в области использования и охраны водных биологических ресурсов.

Закон о водных биоресурсах был буквально «выстрадан» в течение целого десятилетия6. Разногласия

между специалистами касались как ключевых положений, так и названия будущего закона. Поэтому проект неоднократно перерабатывался. Была попытка вместо закона о рыболовстве издать постановление Правительства РФ, но была предложена и идея кодифицированного по своему характеру закона: единого объемного, охватывающего по возможности все направления рыбного хозяйства.

Принятый Закон о водных биоресурсах создает единую основу правового регулирования отношений в области водных биоресурсов, дает возможность избавиться от противоречий в действующей правовой базе и отменить многие морально устаревшие акты. С другой стороны, это позволяет «нарастить» новый нормативно-правовой материал.

В Законе о водных биоресурсах установлена преимущественно федеральная собственность на водные биоресурсы. Исключение составляют лишь водные биоресурсы, обитающие в прудах, обводненных карьерах, которые могут находиться в федеральной собственности, собственности субъектов РФ, муниципальной и частной собственности сообразно праву собственности на водоем. Таким образом, собственность на водные биоресурсы производна от собственности на водные объекты

3 СЗ РФ. 2004. № 52. Ч. I. Ст. 5270.

4 СЗ РФ. 2007. № 40. Ст. 4717.

5 СЗ РФ. 2007. № 46. Ст. 5574.

6 О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов. Постатейный комментарий к Федеральному закону / Под ред. М. В. Пономарева. М., 2005; Сиваков Д. О.

Вопросы правового регулирования рыбохо-зяйственной деятельности на внутренних водных объектах // Право и экономика. 2004. № 6. С. 65—70; Он же. Закон о водных биоресурсах: предыстория, содержание, перспективы // Право и экономика. 2005. № 3. С. 47—52.

водных биоресурсов не на один год, а на пять лет. Новый закон пошел навстречу подобным требованиям: согласно последней редакции его ст. 31 промышленные квоты, прибрежные квоты, а также квоты РФ в районах действия международных договоров распределяются между соответствующими лицами, указанными в Законе, путем заключения с ними договоров сроком на десять лет. Как представляется, данная мера обеспечивает капитализацию и кредитование рыбного хозяйства. Это необходимо для стабильности и предсказуемости рассматриваемых правоотношений. Впервые институт договоров пользования рыбопромысловыми участками вошел в содержание федерального закона. Раньше он «ютился» в различных и нередко устарелых подзаконных актах, теперь же он получил более высокий статус. Рассматриваемый федеральный закон предусматривает основания заключения договора, его предмет и основные условия. При этом договорные обязательства в области рыболовства и сохранения водных биоресурсов регулируются гражданским законодательством.

Одним из важных понятий Закона о водных биоресурсах является понятие рыбопромыслового участка (ст.18). Именно рыбопромысловый участок является предметом названных договоров. Он состоит из всей акватории водного объекта ры-бохозяйственного значения либо ее части. Согласно первоначальной редакции Закона в понятие рыбопромыслового участка включали не только акваторию водного объекта, но и прибрежную полосу суши. Однако согласно Федеральному закону от 29 декабря 2006 г. № 260-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» и Земельный кодекс Российской Федерации»7 законодаль-

7 СЗ РФ. 2007. № 1. Ч. I. Ст. 23.

ное определение рыбопромесловых участков оказалось сужено: «Рыбопромысловый участок состоит из акватории водного объекта рыбохо-зяйственного значения или его части». При этом не упоминающаяся теперь в определении понятия «рыбопромысловый участок» прибрежная полоса может использоваться на основании публичного сервитута в целях охоты и рыболовства, что также указано в поправках в Земельный кодекс РФ. Кроме того, предусматривается приведение в соответствие уже заключенных договоров пользования рыбопромыслового участка требованиям новой редакции Закона о водных биоресурсах.

В законодательстве в рассматриваемой сфере следовало бы предусмотреть детализацию условий договоров между уполномоченными органами и пользователями. Условия договоров должны различаться в зависимости от направления деятельности (рыболовство, рыбоводство) и от характера водного объекта (от малой реки до моря). Договорные условия должны быть благоприятными для лиц, осваивающих «проблемные» рыбопромысловые участки, в которых нарушены нерестилища, загрязнены донные отложения и т. д. Поскольку хозяйствующий субъект преодолевает названные препятствия для рыболовства и рыбоводства в водных объектах, то его целесообразно поощрять и поддерживать.

Возникновение новой редакции закона о рыболовстве

Весной 2007 г. в законодательство о животном мире и о водных биоресурсах были внесены изменения, направленные против «теневого рынка» водных биоресурсов. Согласно ст. 2 Федерального закона от 20 апреля 2007г. № 57-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федера-

ции»8 предусматриваются следующие важные положения:

безвозмездно изъятые или конфискованные особи, относящиеся к осетровым и лососевым видам рыб, крабам, крабоидам, морским гребешкам, трепангам, морским ежам, подлежат возвращению в среду обитания;

в случае, если физическое состояние особей данных видов водных биоресурсов не позволяет возвратить их в среду обитания, то они подлежат незамедлительному уничтожению (как и продукты их переработки, в том числе икра);

безвозмездно изъятые или конфискованные водные биоресурсы иных видов и продукты их переработки подлежат реализации или уничтожению в порядке, предусмотренном Правительством РФ.

С 1 января 2008 г. вступил в силу Федеральный закон от 6 декабря 2007 г. № 333-ф3 «О внесении изменений в Федеральный закон «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» и отдельные законодательные акты Российской Федерации»9. Разработчики «поправочного» закона стремились обеспечить непрерывность пользования водными биоресурсами со стороны добросовестных хозяйствующих субъектов, стимулировать отечественные перерабатывающие предприятия, способствовать доставке уловов водных биоресурсов на российский берег, а не в скандинавские страны.

Таким образом, в силу многочисленных и существенных изменений возникает новая редакция 3акона о водных биоресурсах. Она призвана усилить договорные начала в области рыбного хозяйства, предусмотрев такую новеллу, как договор пользования водными биоресурсами. Углубление договорных начал в области использования и охраны

водных биоресурсов в целом соответствует тенденциям развития российского законодательства.

Не менее характерная особенность нового закона заключается в том, что промышленное рыболовство отныне не может осуществляться иностранцами, кроме случаев, прямо установленных федеральными законами (международные обязательства России и т. д.). Не случайно в своем Послании Федеральному Собранию РФ в 2007 г.10 Президент РФ В. В. Путин высказался за прекращение наделения квотами иностранные компании. По словам главы государства, в выдаче квот нужно отдавать предпочтение отечественным предприятиям, развивающим собственную переработку.

Перспективы развития законодательства о водных биоресурсах

3акон о водных биоресурсах разработан таким образом, что в любых своих редакциях решение ряда важных задач оставлено для других законодательных актов. Можно предположить, что будут приняты законы «Об аквакультуре», «О прибрежном рыболовстве», «О сохранении, воспроизводстве, рациональном использовании осетровых видов рыб и регулировании оборота продукции из них», «Об обороте рыбы-сырца». Однако необходимость принятия данных законов должна быть всесторонне обоснована, доказана практикой правоприменения. 3аконодатель отложил «на потом» решение вопросов, к которым он был не готов. Весомым «минусом» данной ситуации является расщепление правового материала, но есть и «плюс»: можно будет детальнее урегулировать отдельные, но важные вопросы (прибрежное

8 СЗ РФ. 2007. № 17. Ст. 1933.

9 СЗ РФ. 2007. № 50. Ст. 6246.

10 http://www.kremlin.ru/appears/2007/ 04/26/1156

рыболовство, аквакультура, осетровые виды рыб). Как отмечают видные специалисты в области экологического права, при принятии новых и корректировке старых законов нужно руководствоваться пословицей: «семь раз отмерь, один раз отрежь». Не каждая общественная проблема нуждается в решении именно посредством принятия нового федерального закона, при том, что разработчикам закона не всегда удается обосновать его целесо-образность11.

Проблема аквакультуры

В современном российском законодательстве детального правового регулирования выращивания водных биологических ресурсов нет ни в Законе о водных биоресурсах, ни в других федеральных законах. Однако именно выращивание водных биоресурсов позволяет повышать количество и качество рыбных запасов, а также увеличивать рыбопродуктивность российских водных объектов. В условиях «перевылова» ценных видов рыб и низкой эффективности рыбопропускных сооружений важной становится задача рыборазведения.

Российские рыночные реформы 90-х гг. XX в. имели основным своим направлением развитие фермерства. К сожалению, рыбоводное фермерство оказалось в значительной мере упущенным. В процессе аграрной реформы отсутствовала программа финансирования разработок фермерского хозяйства на водоемах. В конце XX в. в России потенциальные рыбопродуктивные возможности внутренних водоемов (в частности, прудового фонда) использовались только на 10%. В этом смысле мы ненамного превзошли

11 Боголюбов С. А. Требования к использованию природных ресурсов прибрежных морей // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. Первый выпуск. 2007. № 8. С. 3—7

показатели середины прошлого века12 . В первые годы XXI в. рыбоводство (выведение карпа, толстолобика и форели) оживает в регионах Южного федерального округа: в Ростовской области, на Северном Кавказе и т. д. Между тем соседи России (Китай, Норвегия) давно взялись за интенсивное использование искусственных водоемов для рыборазведения и достигли больших успехов.

В целях оживления рыбоводства во внутренних водах Правительством РФ было принято постановление от 31 октября 1999 г. № 1201 «О развитии товарного рыбоводства и рыболовства, осуществляемого во внутренних водоемах Российской Федерации»13. Однако, если в России о рыбоводстве принимают постановления Правительства, то в странах ЕЭС действуют отдельные директивы. Так, в 1978 г. были приняты две директивы о воде для рыбоводства вообще и для разведения ракушечных, в частности.

Становится очевидно, что общественные отношения по аквакуль-туре и необходимость достичь в них прорыва настолько жизненно важны, что требуют принятия федерального закона, что не исключает и принятия постановлений Правительства РФ, законов субъектов Федерации, других актов.

Представляется, что посредством специального закона «Об аквакуль-туре» можно обеспечить необходимую правовую базу для товарного выращивания всего разнообразия водных растений и животных как в пресных водах, так и в морях (марикультура). Концептуально в таком законе должны содержаться положения об искусственном рыборазведении, выведении новых пород рыб, акклиматизации водных биоресурсов, а также о рыбохозяй-ственной мелиорации водных объек-

12 Рыбоводство и рыболовство. 1999. № 4. С. 2—4.

13 СЗ РФ. 1999. № 45. Ст. 5427.

тов. Сердцевиной такого закона должны быть нормы, регламентирующие договорные отношения по разведению рыбы и других водных биологических ресурсов. Действующий Закон о водных биоресурсах предусматривает договорные отношения по использованию рыбопромыслового участка, в том числе, надо полагать, и по рыбоводству (ст. 39—41). Однако этим законодатель и ограничивается, а особенности договоров по рыбоводству пока не обрисованы. Как представляется, договорные отношения по разведению водных биоресурсов должны быть предусмотрены законом «Об аквакультуре». Будущий Закон позволит максимально задействовать пока еще не до конца востребованный рыбохозяйственный потенциал российских водоемов и водотоков, а также привлечь инвестиции, в том числе льготные кредиты, в область товарного рыбоводства. В результате, с одной стороны, будет поддержана продовольственная безопасность страны, а с другой — созданы рабочие места и обеспечена занятость населения.

Платность пользования

водными биоресурсами

Одним из принципов законодательства в рассматриваемой сфере является платность использования водных биоресурсов. Но она не приобрела столь важного для дела охраны природы компенсационного характера. В конце 90-х гг. некоторое время функционировал Федеральный целевой бюджетный фонд управления, изучения, сохранения и воспроизводства водных биоресурсов. Он обеспечивал компенсационный характер платежей. Затем федеральные целевые бюджетные фонды были отменены, вместо водных неналоговых платежей был введен водный налог. Кроме того, был введен сбор за пользование объектами животного мира и за

пользование объектами водных биологических ресурсов (гл. 251 части второй Налогового кодекса РФ). Эта глава российского Налогового кодекса уже получила научный комментарий.14 Таким образом, законодательство о водных биоресурсах не может определять, будут ли платежи за пользование водными биоресурсами налоговыми или неналоговыми. Это дело финансового законодательства, что может вызвать и резонную критику.

Как представляется, платность использования водных биоресурсов должна, как и платность водопользования, быть финансовым способом обеспечения охраны и восстановления ресурсов рыбных запасов, популяций морских млекопитающих, других водных животных и растений.

Практика применения в России введенных норм налогообложения объектов водных биоресурсов выявила необходимость пересмотра и изменения размеров ставок сбора за пользование отдельными видами водных биологических ресурсов в целях приведения их в соответствие с экономической эффективностью хозяйственной деятельности. Так, установленные НК РФ ставки сбора за пользование глубоководными крабами-стригунами дальневосточных морей и белька (детеныш тюленя) в Баренцевом и Белом морях вызвали в 2004 г. ряд протестующих обращений рыбохозяй-ственных организаций в федеральные органы исполнительной власти и в Федеральное Собрание РФ.

В силу нерентабельности пользования этих объектов при установленных ставках сбора промысел глубоководных крабов был значи-

14 Борисов А. Н. Сборы за пользование объектами животного мира и за пользование объектами водных биологических ресурсов. Постатейный комментарий к главе 25.1 части второй Налогового кодекса РФ. М., 2005.

тельно сокращен, а добыча тюленя полностью прекращена. Федеральным законом от 18 мая 2005 г. № 50-ФЗ «О внесении изменений в статью 3333 части второй Налогового кодекса Российской Федерации» ставки сбора за пользование глубоководными крабами и тюленем были изменены15. Внесение таких изменений основывалось на анализе экономической эффективности хозяйственной деятельности предприятий и уровня освоения квот на вылов объектов промысла.

Международно-правовые

аспекты охраны и использования водных биоресурсов

Основным актом международного морского права является Конвенция ООН по морскому праву 1982 г. Относительно водных биоресурсов положения этого глобального морского договора конкретизированы в Соглашении об осуществлении положений Конвенции ООН по морскому праву от 10 декабря 1982 г, которые касаются сохранения трансграничных рыбных запасов и запасов далеко мигрирующих рыб и управления ими 1995 г.16.

В соответствии с указанным Соглашением прибрежным государствам следует ограничивать улов до тех пор, пока воздействие промысла на рыбные запасы не будет достаточно выявлено. Таким образом, государства не должны злоупотреблять своим суверенитетом, им предписано применять осторожный подход в управлении использованием и охраной рыбных запасов.

Не следует забывать и о международном речном праве. Оно представляет собой совокупность правовых норм, определяющих статус водоемов и водотоков, находящихся на территории двух и более го-

сударств. В предмет его правового регулирования входят отношения по изучению, использованию и охране больших и малых, естественных и искусственных водных объектов либо целых водных систем (бассейнов рек, т. д.). Для России общее количество таких трансграничных (пограничных) поверхностных водных объектов превышает тысячу. Среди них немало крупных и значимых для рыбного хозяйства рек и озер. Прежде всего, это разветвленный бассейн реки Амур, реки Урал, Днепр, Северный Донец, Псково-Чудское озеро. Поэтому международное речное право призвано регламентировать и использование трансграничных водоемов и водотоков в целях рыболовства и рыбоводства17.

Основным актом международного речного права является Конвенция по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер 1992 г., подписанная и ратифицированная Россией. Важнейшая задача данной Конвенции — предотвратить, ограничить и сократить трансграничное воздействие не только на сами водные объекты, но и на их флору и фауну. Исполняя указанную Конвенцию, Российская Федерация подписала соглашения по использованию и охране трансграничных вод, в том числе одно трехстороннее (с Норвегией и Финляндией) и двусторонние (с Финляндией, Эстонией, Украиной, Казахстаном, Монголией и Китаем).

На основе актов международного морского и речного права Российская Федерация заключает отдельные межправительственные соглашения в области собственно рыбного хозяйства. Они охватывают вопросы рыболовства, аквакуль-туры и марикультуры, судоремонта и судостроения (относительно

15 СЗ РФ. 2005. № 21. Ст. 1918. 17 См. об этом: Гуреев С. А., Тарасова И. Н.

16 См. об этом: Бекяшев К. А. Морское Международное речное право. М., 1993.

рыболовное право. М., 2007. С. 7—12.

рыболовного флота), ихтеологичес-ких исследований, предусматривают участие сторон в международных рыбохозяйственных организациях. В качестве примеров можно привести Соглашение между Правительством РФ и Правительством Украины о сотрудничестве в области рыбного хозяйства от 24 сентября 1992 г.; Соглашение между Правительством РФ и Правительством Эстонской Республики о взаимных отношениях в области рыбного хозяйства от 4 мая 1994 г.; Соглашение между Правительством РФ и Правительством Литовской Республики о сотрудничестве в области рыбного хозяйства от 29 июня 1999 г.

В сфере использования биоресурсов сложности проявляются даже со старым соседом — Китаем, стремящимся обеспечивать продовольствием свое многочисленное население. Правовая база российско-китайских отношений состоит из двух соглашений: Соглашения между Правительством СССР и Правительством Китайской Народной Республики о сотрудничестве в области рыбного хозяйства от 4 октября 1988 г. и Соглашения между Правительством РФ и Правительством Китайской Народной Республики о сотрудничестве в области охраны, регулирования, и воспроизводства живых водных ресурсов в пограничных водах рек Амур и Уссури

от 27 мая 1994 г. Стороны этих соглашений стремились защитить деградирующие запасы кеты, осетровых и иных ценных видов рыб, но некоторые положения указанных актов не отвечают поставленным задачам. Составленные на основе китайских подходов Правила по охране, регулированию и воспроизводству рыбных запасов в пограничных водах рек Амур и Уссури представляются слишком мягкими. Ярким примером является ситуация с осенней кетой. Если китайские рыболовы осуществляют промысел в пограничных участках русел рек Амура и Уссури, то, скованные своими более строгими правилами рыболовства, россияне — только в устье Амура. Китайские рыболовы вылавливают особи производителей бассейнов Амура и Уссури, около 40% амурских нерестилищ пустуют вот уже 30 лет, а уссурийские нерестилища кеты «дают рыбу» для китайского промысла. Поэтому китайская сторона, опустошившая свои нерестилища, могла бы согласно принятой международной практике принять участие в расходах российской стороны по воспроизводству запасов этой ценной ры-бы18.

18 Курмазов А. А., Золотухин С. Ф. Кета реки Уссури в российско-китайских рыболовных отношениях // Рыбное хозяйство. 2001. № 4. С. 26—28.