К проблеме межкультурной составляющей переводческой компетенции

УДК 81'25

А.Н. Злобин

К ПРОБЛЕМЕ МЕЖКУЛЬТУРНОЙ СОСТАВЛЯЮЩЕЙ ПЕРЕВОДЧЕСКОЙ КОМПЕТЕНЦИИ

В статье показана необходимость редукции количества составляющих переводческой компетенции до минимума, включающего в качестве обязательной культурную составляющую, и дающего возможность выделить суть переводческой компетенции и тем самым ограничить ее неконтролируемую многомерность. Разработана нормативная база, основывающаяся на данных когнитивного анализа, способствующих выявлению когнитивной основы переводческой компетенции и ее межкультурной составляющей.

Ключевые слова: переводческая компетенция, составляющие переводческой компетенции, межкультурная составляющая переводческой компетенции, динамический трансляционный фрейм, примарный концепт, референциональный и когнитивный уровни, субфрейм «ментальная реальность».

«В последние десятилетия понятие «культура» приобретает все более широкую интерпретацию. На смену понимания культуры как совокупности материальных и духовных достижений цивилизации пришло расширенное толкование этого термина, включающее как особенности исторических, социальных и психологических явлений, характерных для данного этноса, его традиции, ценности, взгляды, институты, поведение, быт, условия жизни - словом, все стороны его бытия и сознания, так и язык, и все другие аспекты вербальной коммуникации как важнейшего условия человеческого существования... Для исследования закономерностей переводческой деятельности большой интерес представляют особенности языка, прямо или косвенно обусловленные культурой носителей языка» [Комиссаров 2000: 63-64].

Предметные преференции большинства современных работ в области перевода свидетельствуют о возрастающем интересе к проблеме взаимообусловленности перевода и культуры, перевода и межкультурной коммуникации, чем объясняются также попытки создания культурологических концепций перевода, а также стремление исследователей раскрыть сложные взаимодействия культуры с основными характеристиками знаковых единиц и особенностями человеческого сознания. Объединяющим моментом всех этих подходов, несмотря на разноплановость стоящих перед ними задач, является их неизбежное сопряжение и обращенность, прямая или опосредованная, к центральной фигуре переводческого процесса - переводчику [Пшенкина 2002: 165-166]. Переводчик становится центральной фигурой межъязыковой и межкультурной коммуникации, поскольку происходит и контактирование двух

семантических систем со своими национально-культурными особенностями, и контакт представителей двух лингвокультурных общностей, каждого со своим мировосприятием и определенным фондом культурного наследия: фоновыми знаниями, морально-этическими нормами, речевым этикетом [Кабанков 2002: 246].

В условиях глобализации межъязыковой коммуникации культуры различных народов оказывают все большее влияние друг на друга, что позволяет говорить о наличии мультикультуры. Стремительное развитие новых технологий, в том числе информационно-коммуникационных, стирание границ между государствами, интеграционные процессы в экономике, политике, науке, образовании способствуют взаимопроникновению культур. Поэтому, переводчик должен обладать культурной компетенцией не только в рамках языка оригинала и языка перевода, но и ориентироваться в социокультурных особенностях других стран и народов, т.е. в дополнение ко всему обладать и таким важным компонентом профессиональной компетенции переводчика как межкультурная компетенция [Зусман 2003: 95] или межкультурная составляющая переводческой компетенции. Осознание того факта, что перевод и созданную на его основе картину мира следует изучать в тесной связи с переводчиком, его культурной соотнесенностью, сознанием, духовно-практической деятельностью, предопределило дальнейший интерес как к изучению переводческой компетенции (ПК) вообще, так и ее межкультурной составляющей в частности.

Представляется целесообразным отметить, что наиболее полно составляющие (компоненты) профессиональной компетенции переводчика прописаны у В.Н. Комиссарова [Комиссаров

2002], который в своей концепции исходит из понимания перевода как сложного и многогранного вида умственной деятельности, преследующей разные цели, осуществляющиеся в разных условиях, различными способами и под воздействием многих факторов. Обладание ПК, по В.Н. Комиссарову, означает «не усвоение каких-то норм, правил и рецептов, которые переводчик мог бы автоматически применять во всех случаях», а владение «принципами, методами и приемами перевода и умением их выбирать и применять по-разному в конкретных условиях к разным текстам и для разных целей» [Комиссаров 2002: 323-324]. Вместе с тем некоторые аспекты этой концепции и представленные в ней отдельные компоненты ПК, такие как языковая, коммуникативная, текстообра-зующая, техническая, а также некоторые обязательные личностные характеристики, вызывают, по мнению М.В. Вербицкой и И. Муратовой, вопросы теоретико-терминологического характера и требуют уточнения с позиций современной лин-гводидактики. Так, например, у В.Н. Комиссарова языковая и коммуникативная компетенции сопо-ложены как компоненты одного уровня, в то время, как считают они, представляется более логичным трактовать коммуникативную компетенцию как явление более общего характера, более высокого порядка, включающее речевую, языковую и другие компетенции. Кроме того, хотя В.Н. Комиссаров и отводит важную роль в коммуникации фоновым знаниям, социокультурная компетенция не выделяется им как отдельная составляющая ПК. С учетом реалий современного общества представляется справедливым дополнить данную концепцию профессиональной компетенции переводчика информационно-технологической составляющей [Вербицкая, Муратова 2006: 27].

Приведенные в толковом переводческом словаре Л.Л. Нелюбина [Нелюбин 2003] диффузные по своему характеру определения ПК в обобщенном виде можно представить следующим образом:

1. ПК объединяет как рецептивную компетенцию понимания, так и продуктивную компетенцию формулирования, т.е. включает способность понимания исходного текста (ИТ) и способность создания текста на языке оригинала (ИТ). Среди компонентов ПК выделяется идиоматическое владение языком. Кроме того, ПК включает и элементы двух соприкасающихся в процессе перевода культур.

2. Дифференциация ПК существует в двух измерениях:

- по жанру (научно-технический, худ. тексты и др.);

- по направлению (ПЯ-ИЯ и ИЯ-ПЯ).

Каждая из этих компетенций охватывает в свою очередь две субкомпетенции (рецептивную в сфере ИЯ и продуктивную в сфере ПЯ). Обе субкомпетенции взаимно дополняют друг друга и образуют основу ПК, имеющую текстуальный характер.

3. Как переводчик осмысляет переводимый текст, как он строит и перестраивает стратегию перевода, какую он, смотря по обстоятельствам, избирает функциональную перспективу высказывания, как он на основе оригинала воссоздает текст, все это составляет его ПК. Все виды компетенции органически связаны друг с другом и в своей сумме образуют компетенцию переноса, т.е. переводческую компетенцию.

4. ПК представляет собой сложную многомерную категорию, включающую те квалификационные характеристики, которые позволяют переводчику осуществлять акт межъязыковой и межкультурной коммуникации, среди них:

- особое «переводческое владение» двумя языками (как минимум рецептивное владение ИЯ и репродуктивное - ПЯ);

- способность к переводческой интерпретации ИТ;

- владение технологией перевода;

- знание норм данного стиля и жанра текста;

- знание переводческих норм, определяющих стратегии ПЯ;

- определенный минимум фоновых знаний, необходимый для адекватной интерпретации ИТ, и в частности того, что называется «знанием предмета» для успешного перевода в рамках специализации переводчика [Нелюбин 2003: 149-150].

Сравнение основных определений ПК обнаруживает их неоднородный характер, ибо входящие, в них составляющие обладают большим количеством различных признаков, сочетающихся в них специфическим образом. Отмеченный здесь количественный и качественный разнобой обусловлен тем, что существующие определения ПК носят индивидуальный характер, преимущественно с учетом профессионального переводческого чутья. Выделенные в них составляющие охватывают, тем не менее, существенные аспекты ПК, однако в них отсутствует четкая систематизация. Нам представляется, что при определении ПК следует не только установить состав ее компонентов как совокупности взаимосвязанных и взаимообусловленных единиц, но и показать взаимоотношения между ними и их внутреннюю организацию. Актуальной и востребованной явля-

ется разработка методов, позволяющих преодолеть эту нечеткость в представлении ПК, выявить скрытую за кажущейся хаотичностью систему, чтобы можно было, выделив в ней все существенное и характерное, описать ее как специфическую для переводчика совокупность компонентов ПК, обусловленных самой межъязыковой коммуникацией, многообразием форм переводческой деятельности и потенциально неограниченными требованиями к профессиональной компетенции переводчика, чему, собственно, посвящено наше исследование.

Практическая ценность настоящей работы подтверждается тем, что в настоящее время востребован компетентностный подход при подготовке специалистов в связи с переходом на двухступенчатую систему высшего образования (бакалавриат и магистратуру). Так, например, в ком-петентностно-квалификационных характеристиках выпускника по направлению подготовки 031000 (520300) - Филология (Бакалавриат) среди видов профессиональной деятельности важное место занимает производственно-прикладная, включающая в себя в том числе и переводческую деятельность. В перечне компетенций, которыми должен обладать бакалавр филологии, приведены:

а) универсальные (общие) - общенаучные, инструментальные, социально-личностные и общекультурные компетенции (способность понимать культуру социальных отношений);

б) профессионально-концептуальные (теоретические), технологические (практические) компетенции;

в) профессионально-профилированные компетенции.

В универсальных (общих) инструментальных компетенциях предполагается «необходимое знание иностранного языка», а в профессиональных (технологических) компетенциях - «владение навыками устного и письменного перевода с иностранного языка на родной и с родного на иностранный». Кроме того, и в профессиональных (концептуальных) компетенциях вместо владения основным изучаемым языком опять же отмечено «знание основного изучаемого языка в его литературной форме и общее представление о его социально-территориальном варьировании». В профессионально профилированных компетенциях выделены:

- знание лингвокультурологических аспектов иностранного языка (языков);

- знание основ страноведения (история, культура, политика и т.д.) страны (стран) изучаемого языка;

- владение навыками перевода текстов различной стилистической направленности с родного языка на иностранный и с иностранного на родной;

- знание основ перевода как междисциплинарной науки; понятие о классификации видов перевода и их особенностях; понятие о типологии исходных текстов [ПООП ВПО].

Однако, несмотря на выделение в данном проекте перевода как вида профессиональной деятельности переводческая компетенция, как, впрочем, и культурная, не представлены здесь должным образом (как, например, это сделал Л.К. Латышев, который не только дал определение переводческой компетенции, но и представил ее в структурированном виде). Вслед за Л.К. Латышевым, мы будем понимать под ПК «совокупность знаний, умений и навыков, позволяющих переводчику успешно решать свои профессиональные задачи [Латышев 2000: 5]. Эта совокупность подразделяется на две части, каждая из которых, в свою очередь, включает две составляющие, формализовано представленные в следующей схеме:

Переводческая компетенция

базовая часть прагматическая часть

Концептуальная составляющая

Базовая часть ПК объединяет в себе все элементы ПК, задействованные в профессиональном переводе постоянно, во всех его проявлениях; прагматическая часть ПК, в свою очередь, включает все знания, умения и навыки, необходимые переводчику в тех или иных видах перевода, при переводах текстов той или иной тематики, тех или иных жанров [там же].

Л.К. Латышев описывает не профессионально профилированные компетенции, а составляющие ПК, редуцируя их количество до необходимого минимума, дающего возможность выделить суть ПК и тем самым избавиться от неконтролируемой многомерности, превращающей ПК в своего рода «снежный ком». В результате получаем КС как совокупность знаний и представлений переводчика о сути перевода: специфике, отличающей его от других видов языкового посредничества, общей цели перевода и ее текстово-жанровых модификациях, задачах, решаемых переводчиком в процессе достижения цели, харак-

терных для перевода коллизиях этих задач и основных принципах их преодоления.

Концепции Л.К. Латышева созвучны положения в новом образовательном проекте, где речь идет о профессионально-профилированной компетенции, ср.: «знание основ перевода как междисциплинарной науки; понятие о классификации видов перевода и их особенностях; понятие о типологии исходных текстов». Следующая составляющая базовой части ПК - технологическая (ТС), т.е. совокупность переводческих ноу-хау, помогающих языковому посреднику преодолеть типичные «технические» переводческие трудности и решить разноплановые задачи, возникающие перед переводчиком по пути к достижению цели, которая определена в образовательном проекте так же, как профессиональная (технологическая) компетенция, т.е. предусматривает владение навыками устного и письменного перевода с иностранного языка на родной и с родного на иностранный.

Перейдем теперь к прагматической части ПК, которую Л.К. Латышев определяет как диапазон доступных переводчику видов перевода, жанров текстов и тем. Владение определенными видами перевода им относится к СС1, а тематические и жанровые возможности переводчика - к СС2 переводческой компетенции. Названные составляющие прагматической части ПК обнаруживаются в вышеуказанном проекте как профессионально-профилированная компетенция, то есть владение навыками перевода текстов различной стилистической направленности с родного языка на иностранный и с иностранного на родной.

Несмотря на очевидную стройность и логичность рассмотренной схемы ПК по сравнению с тем, что представлено в образовательном проекте [ПООП ВПО], в ней тем не менее отсутствует такая важная составная часть ПК, как культурная составляющая, что представляется недопустимым, ведь перевод, как известно, это не только межъязыковая, но и межкультурная коммуникация. Обосновывая свою интерпретацию ПК, Л.К. Латышев отмечает, что вряд ли найдется переводчик, у которого все составляющие ПК были бы развиты равномерно, объясняя это не только различиями в способностях людей, их различными склонностями, но также их профессиональной судьбой, специализацией, и доучивание на рабочем месте, по сути, всегда неизбежно [Латышев 2000: 5-6]. В результате получается, что культурная составляющая как бы приобретается в процессе доучивания. Иными словами речь идет о

субординации культурной составляющей другим составляющим ПК, хотя современный образовательный проект в какой-то мере учитывает значение культурной компетенции или культурной составляющей ПК, прописывая ее в профессиональ-но-профилиро-ванных компетенциях как «знание лингвокультурологических аспектов иностранного языка (языков)» и «знание основ страноведения (история, культура, политика и т.д.) страны (стран) изучаемого языка».

Необходимо подчеркнуть, что ПК включает в себя " ... auch kulturelle Kompetenz, da sie sowohl Sprach - und Textbildungskompetenz in zwei Sprachen als auch para- und extralinguistisches Wissen für eben diese situativ - kommunikativ angemessene Sprachverwendung einschließt" [Kupsch-Losereit 2007: 1], что позволяет нам предложенную прагматическую часть ПК по Латышеву дополнить еще одной составляющей - культурной. В связи с изложенным выше следует говорить не о субординации, а о координации культурной составляющей с другими составляющими ПК, поскольку «различия культур, опыт, приобретаемый при их изучении - явления гораздо более сложные, чем может показаться переводчику, который хочет всего лишь перевести на немецкий язык выражение «перенос слов», и чем глубже переводчик вникает в эти различия (включая противостояние культур и полов), тем более он преуспеет в профессиональном плане» [Робинсон 2005: 182].

Было бы несправедливо утверждать, как отмечает Л.Б. Бойко, что переводоведение, как отечественное, так и зарубежное, игнорировало культурный аспект переводческого процесса. Тем не менеe с этой точки зрения в центре внимания лингвистов в первую очередь оказывались слова, обозначающие реалии быта, уникальные явления культуры, концепты, отсутствующие в ПЯ. Велись и ведутся поиски путей передачи в ПЯ названий национальных блюд, экзотических для культуры ПЯ растений и животных, специфических систем политического устройства, образования и так далее. Как показывает многовековая практика перевода, язык, обладая уникальными компенсаторными возможностями, находит ресурсы для заполнения лакун, пользуясь транскрипционным методом для заимствования лексики, аналогами, калькированием и прочими средствами. То, что называется «непереводимым в переводе», получает объяснение и теоретическое обоснование в трудах многих ученых. Но как в свою очередь обстоят дела с тем «переводимым», которое в определенных культурных контекстах

делает недостаточным или вовсе отвергает применение закономерных соответствий? Иными словами, чем объяснить тот факт, что не испытывая недостатка в языковых средствах, мы сталкиваемся с трудностями в осуществлении (межъязыковой) коммуникации? [Бойко 2002: 185]. Проиллюстрируем сказанное приведенными ниже примерами.

Так, например, компания Clairol начала в Германии продвижение новых щипцов для завивки волос "Mist Strick" и тут же выяснила, что в немецком сленге слово "Mist" означает «дерьмо». Компания Parker Pen вышла на рынок шариковых ручек в Мексике и подготовила рекламный лозунг, который должен был означать «она не помешает вам - не потечет в кармане». Однако переводчики компании решили, что испанское слово "embarazar" (делать беременной) означает «мешать» (по-английски - embarrass), так что по-испански лозунг гласил: «От нее вы не забеременеете - она не потечет в кармане» [Робинсон 2005: 183]. Анализ приведенных примеров показывает, что по мере приближения к черте, за которой начинается другая культурная среда, «перемещенные» тексты становятся все непредсказуемее, в этот момент мы осознаем, что пересекли границу между культурами [Рут 1992: 25-26]. Подобных случаев можно было бы избежать, ведь переводчик не только должен прекрасно знать обе культуры, учитывать, что рецепторы ИТ и ПТ, принадлежат к разным языковым общностям, обладают разными знаниями и жизненным опытом, имеют разную историю и культуру, но и понимать, что выбор переводческих стратегий культурно обусловлен, что отмечают и зарубежные исследователи: "Kulturspezifika (kulturelle Eigenheiten) sind für jede Übersetzung von herausgebender Bedeutung. ... Ein Übersetzer mochte sein Schafchen ins Trockne bringen, also seine Strategien sowohl anhand der Sprachpaare, als auch der verschiedenen Kulturen entwerfen, um den Unterschied zwischen zwei (oder mehreren) Kulturen überbrücken zu kon-nen" [Szell 2007].

Для того чтобы доказать обоснованность и необходимость предлагаемого сведения количества составляющих ПК до необходимого минимума (включающего в качестве обязательной, а не факультативной культурную составляющую) и их структурирования, обратимся непосредственно к переводчику как субъекту деятельности. Следует отметить, что нередко переводчик как деятель либо выпадает из фокуса исследования, либо ему уделяется недостаточно внимания, и это, на наш

взгляд, отрицательно влияет на раскрытие сложных мыслительных процессов, обеспечивающих переводческую деятельность человека, его способность понимать ИТ и формировать ПТ. Принимая во внимание данный факт, мы проводим наше исследование в когнитивно-психологическом русле (kognitionspsychologische Forschung), используя положения психолингвистической и когнитивной теории перевода (psycholin-guistisch, cognitive Übersetzungstheorien), которые "richten den Fokus auf den Übersetzer und die Frage, wie er mental die Übersetzung durchführt [Übersetzungswissenschaft 2007].

Поскольку в рассмотренных выше определениях ПК выделяются, подчеркиваются одни элементы и опускаются, затемняются другие (как например, межкультурная составляющая ПК), мы считаем необходимым начать поэтапную разработку нормативной базы, основывающейся на данных когнитивного анализа, показывающих, каким образом переводчик использует знания в своей деятельности, и способствующих выявлению когнитивной основы переводческой компетенции и тем самым раскрытию его действий в процессе перевода. Ориентация на личность переводчика и когнитивные аспекты его деятельности плодотворна и намечает новое направление исследований. Дальнейшая разработка этой проблематики требует новых когнитивных методов анализа [Комиссаров 1999: 90], которые предполагают выявление содержания самих концептов [Стернин 1999: 75], в нашем случае концепта «перевод».

Метакогнитивные умения, т.е. понимание собственных когнитивных процессов и его использование для совершенствования ментальной переводческой деятельности и управления ею, являются ключом к успешному обучению переводу. Их формированию способствует представление переводчика и его деятельности в рамках деятельност-но-когнитивной парадигмы перевода [Злобин 2001] как исходной концептуальной схемы для осуществления процессов концептуализации в ментальном пространстве перевода.

Для концептуального анализа используется построенный нами динамический трансляционный фрейм (ТФ), или фрейм распознавания (при-марный концепт), тх. - минимальное описание концептуальных признаков, таких, как переводчик, ИТ, понимание, изложение и ПТ, выражающих сущность репрезентируемой переводческой деятельности. Фреймы распознавания могут образовывать иерархические структуры [Минский 1979: 98]. Используя данный постулат теории

фреймов Минского, мы представляем компоненты, входящие в состав фрейма распознавания, в качестве субкомпонентов, а полученную в результате структуру - как субфрейм.

Как фрейм целостной ситуации ТФ состоит не только из субфреймов (СФ), но и микрофреймов (МФ), характеризующихся взаимосвязью и взаимопроникновением, и таким образом включает в себя все признаки обозначаемого, в том числе основные (необходимые для идентификации ситуации), потенциальные (логически выводимые из общего знания об обозначаемом) и ассоциативные (отражающие взаимодействие данного объекта с другими).

Анализ фреймов ситуаций показывает, что ТФ можно представить как многослойную, иерархически организованную «структуру, где выделяются два уровня: внешний - референцио-нальный и глубинный - когнитивный (РУ и КУ). РУ содержит основные признаки, идентифицирующие ту или иную конкретную ситуацию и создающие ее достаточно полный и разносторонний мыслительный образ. КУ - это уровень когнитивной модели, представляющий собой абстрактную концептуальную схему, определяющую структурацию потенциальных и ассоциативных признаков обозначаемого. КУ заполняется в ходе переводческой деятельности, поэтому необходимо рассмотреть каждый из СФ и МФ и лишь затем перейти к формализации ТФ как последовательности действий, описывающих встречающиеся в переводе ситуации. В ней используется принцип каузальной связи, т. е. результатом каждого действия являются условия, при которых может произойти следующее действие. ТФ состоит из связанной каузальной цепочки действий и способен разветвляться на множество возможных путей, которые сходятся в особо характерных для него точках - элементарных действиях.

Формирование детализированного определения ТФ как способа представления письменной переводческой деятельности и установление его потенций дает возможность приступить к его когнитивному моделированию в рамках общей теории перевода. При этом учитываются использующиеся в моделировании когнитивных процессов интерактивпо-коннективный (interaktiv-kon-nektionistische) и модульно-серийный (modular-serielle) подходы [Belke 1998: 16], что позволяет рассматривать перевод как модeлируемую переводчиком при взаимодействии с ИТ серию когнитивных процессов, подпроцессов и микропроцессов. Такую иерархию процессов мы представляем

как градацию трансляционных фреймов, субфреймов и микрофреймов, терминалы которых по мере спуска с вершины заполняются все более онкретными данными и тем самым способствуют выявлению содержания глубинного концепта перевода, локализованного в сознании переводчика.

Переводчик как познающий субъект, носитель когниции является активным началом в концептуальной структуре ТФ. У него, как и у каждого человека, существует своя собственная «виртуальная реальность» - некая картина мира, представленная определенным образом структурированной совокупностью всех знаний и представлений о реальной действительности (в самом широком смысле этого слова), присущих конкретной языковой личности, которую мы, используя терминологию В.В. Красных, называем индивидуальным когнитивным пространством (ИКП). Помимо ИКП переводчик обладает еще и коллективными когнитивными пространствами - ККП(ПЯ) и ККП(ИЯ) тех социумов, в которые он входит, и когнитивными базами - КБ(ПЯ) и КБ(ия), т.е. определенным образом структурированными совокупностями обязательных знаний и национально детерминированных и минимизированных представлений тех национальных лингвокультурных сообществ, членом которых он является [Красных 2000: 54].

ИКП, ККПпя), ККП(ия) и КБ(пя), КБ(ия) -важные условия для осуществления переводческой деятельности, что возможно при участии всех ресурсов языковой личности. Эти условия определяются как ментальные представления, хранящиеся в голове человека, и служат указателем на фокус другого фрейма, который мы представляем как субфрейм «ментальная реальность» с терминалом «ментальные представления». Последний рассматривается в качестве микрокомпонента, а полученная в результате структура - как микрофрейм «когнитивные ресурсы» [Grabowski 1998] с терминалами «ИКП», «ККП(ПЯ)», «ККП(ИЯ)» и «КБ(ПЯ)», «КБ(ИЯ)». Последние могут быть заполнены релевантными для переводчика конкретными данными, такими, как «das sprachliche Wissen, Kulturwissen, das soziokulturell gepraegte enzyklopedische Wissen, d. h. das landeskundlich - zivilisatorische Wissen der beiden Sprach - bzw. Kulturgemeinschaften» [Fleischmann 1999], профессиональные (переводческие) навыки, (предполагающие наличие у переводчика всесторонних когнитивных и лингвистических знаний, широкой общекультурной эрудиции и литературно-элоквентных способностей или набора компетенций, например лингво-

когнитивной, этнокультурно-маркированной ассоциативной [Фесенко 1999: 46], и опыт как сформированная готовность к установлению рефлективных связей и отношений.

В ТФ имеется возможность фокусировки внимания на любой его части. Фокус внимания перемещается по фрейму, приближая к себе или отдаляя от себя любые узлы (терминалы) верхнего или нижнего уровня. Терминалы «ИКП», «ККП(пя)», «ККП(ИЯ)» и «КБ(пя)», «КБ(ия)», в свою очередь, служат указателем на фокус микрофрейма «Переводческая компетенция», терминалы которого заполнены заданиями отсутствия, выполняющими роль свободных переменных фрейма, представляя информацию как общего, так и частного вида, а именно концептуальную, технологическую, специфическую, специальную и культурную составляющие ПК.

Терминал «культурная составляющая ПК» мы рассматриваем в качестве глубинного микрокомпонента, а полученную таким образом структуру - как МФ «межкультурная составляющая ПК» с терминалами, заполненными заданиями отсутствия, которые мы представляем как «лингво-культур-носпецифические знания», «коммуникативно-процедурные знания» и «текстуальные знания» (sprachkulturspezifisches, kommunikativ-prozedurales und textuelles Wissen [Kupsch-Losereit 2007]. Терминалы МФ «межкультурная составляющая ПК» после заполнения конкретными данными (частного вида) превращают его в носитель знания о представляемой действительности. При заполнении терминалов МФ «межкультурная составляющая ПК» наряду с нашими используются также данные, полученные немецким лингвистом Зигрид Купш-Лозерейт при анализе межкультурной компетенции переводчика [Kupsch-Losereit 2007] с их последующей когнитивной интерпретацией.

Терминал «лингво-культурноспецифичес-кие знания» содержит:

1) Знание культурно-маркированных значений слов («das kulturellgeprägte Sach - Denotatwissen»), например:

нем. die Vogelhochzeit - bei den Sorben eine Art Frühlingsfest

англ. government ^ das Kabinett амер. government ^ der gesamte Staatsapparat

der drei Gewalten

2) Знание культурноспецифического содержания и культурноспецифических реалий, тх. слов и выражений, которые настолько неразрывно связаны с одной и только одной культурной средой, что их практически невозможно описать вер-

бальными и невербальными средствами другой культуры [Робинсон 2005: 182] (das Wissen von kulturspezifischen Sachverhalten und kulturspezifischen Realia: all das, was meist als landeskundliche Spezifika bezeichnet wird), ср., например: das Weiße Haus - Белый дом (резиденция предзидента США), das Richtfest - традиционный праздник немецких строителей по случаю завершения кровли дома.

3) Знание символических значений «Kenntnis von Symbolbedeutungen»:

- цветовая символика (schwarz und weiß als Trauerkleidung);

- метонимический перенос значений: нем. das Kamel = Dummkopf, Trottel (als Schimpfwort);

- ласкательные имена: Spatz, Spätzchen, Mäuschen, Maus.

При отсутствии лингво-культурноспецифи-ческих знаний даже наличие эквивалента в ПЯ не гарантирует его пригодности в конкретном культурном контексте [Бойко 2002: 185], например:

der Ochse - бык, вол

нем. Dumm wie ein Ochse - рус. Глуп как бык.

Но в русском языке со словом «бык» может быть связано представление об упрямом человеке («уперся, как бык») или о физически очень здоровом и сильном человеке («здоров, как бык»). Словом «вол» может быть назван человек, безропотно выполняющий тяжелую непосильную работу. Поскольку со словами der Ochse и «бык, вол» связаны различные представления, ассоциации, то при переводе с немецкого языка на русский приходится подбирать слово, которое хотя и расходится по предметному значению, но вызывает те же представления. Поэтому для того, чтобы устранить своего рода «культурный дискомфорт» (хотя в отдельных случаях может быть и культурный шок), необходимо заменить слово «бык» на слово «баран», которое в переносном значении в русской культуре может обозначать глупого человека.

Перейдем теперь к термишлу «коммуникативно-процедурные знания», который заполнен следующими данными:

- интерактивные знания (ситуативно-поведенческие) «das Interaktionwissen (das Wissen um soziales Verhalten in bestimmten Situationen, das die Sprech- und Kommunikationskonstellationen von Partnern umfasst»;

Коммуникативно-процедурные действия переводчика, поясняет Купш-Лозерейт, предполагают не ответ на вопрос типа «Wie heißt das auf Französisch oder Japanisch?», а, напротив, содержит своего рода уточнение «Mit welchen sprachli-

chen oder außersprachlichen Mitteln realisiert der ZT-Empfänger diese Intention in gegebener Situation?»

Отсутствие коммуникативно-процедурных знаний может стать причиной подобного перевода с немецкого языка на русский:

Например: нем. - Guten Tag! Sie sind wohl fremd hier?

рус. - Добрый день! Вы, наверное, нездешний?

Такой перевод в русском языке будет непривычным (культурно-неадекватным), если совершенно незнакомые люди на улице будут здороваться, поэтому, используя интерактивные знания, следует заменить приветствие более обычной (культурно-адекватной) формой обращения к незнакомому человеку:

- Простите! Вы, наверное, нездешний?

Данный пример еще раз показывает то, что

даже наличие эквивалента в ПЯ не гарантирует его «пригодности» в конкретном культурном контексте.

Поскольку в переводе культурнообуслов-ленным может быть не только отбор лексических средств, но и синтаксических оборотов, и даже типов текста [Kussmaul 1997: 80], то последний терминал «текстуальные знания» МФ «межкультурная составляющая ПК» содержит:

- культуроспецифические образцы текстов и типы текстов, а также различные обиходные нормы «Kulturspezifische Textmustern und Textsorten (d. s. einzelsprachlich spezifische Vertex-tungsnormen und - konventionen sowie die unterschiedlichen Gebrauchsnormen».

Примером первых может служить аллюзия -скрытое или явное цитирование хорошо известных носителям ИЯ фрагментов, популярных песен, звуковой и письменной рекламы (Anspielungen auf geflügelte Worte, Zitate, Slogans, Namens -und Titelübersetzungen bzw. die Referenz auf bereits übersetztе Titel in Musik, Literatur, Film). Что касается различных обиходных норм, то здесь в качестве примера можно привести фразеологизмы, пословицы, номинализации, использование активных и пассивных форм. Так, например, в русском языке адреса пишутся в иной последовательности, чем в немецком языке. Перевод документов физических лиц также культурно обусловлен, ср.:

рус. Свидетельство о рождении

фамилия, имя, отчество Иванов Иван Иванович

нем. Geburtsurkunde

Vor-, Nachname, Vatersname IvanIvanov

Выделение терминала «культурная составляющая» МФ «переводческая компетенция» и терминалов МФ «межкультурная составляющая ПК» ставит вопрос о характере их отношений. Находясь в гиперо-гипонимических отношениях, они представляют общую и частную информацию. Следует однако подчеркнуть, что культурная составляющая ПК определяет, на наш взгляд, прежде всего пути передачи «непереводимого в переводе», тогда как «межкультурная составляющая ПК» способствует еще и передаче «переводимого в переводе», что подтверждается приведенными выше примерaми.

В деятельностной онтологии субъект ситуации производит конкретные действия, оперируя при этом соответствующими инструментами. Применительно к переводу речь идет об использовании переводчиком умственных механизмов -нейрофизиологического субстрата мозга, где осуществляются речемыслительные процессы, опирающиеся на целый ряд совместно функционирующих зон мозговой коры (специальных модулей в мозгу человека) [Фесенко 1999: 45], каждая из которых с помощью когнитивных ресурсов по-своему обеспечивает организацию переводческой деятельности. Эти универсалии нейролин-гвистического характера мы представляем как следующий терминал субфрейма «ментальная реальность» - «ментальный (мыследеятельностный) механизм». Его работа, т.е. прием ИТ, его переработка путем целенаправленного ассоциативного поиска в ИКП, ККП(ПЯ), ККП(ИЯ) и КБ(ПЯ), КБ(ИЯ) переводчика и порождение ПТ обеспечивается, как известно, особым построением и функционированием центрального отдела нервной системы, для представления которого используется потенциальный микрофрейм «ментальные модули» с терминалами: «рецепторным» (воспринимающим ИТ), «рабочей памяти» (Arbeitsgedaechtnis) [Grabowski 1998], «нейронной сети», состоящей из множества особых клеток, перерабатывающей и хранящей ИТ, и «эффекторным» (выводящим ПТ).

Заполнение данного когнитивного уровня ТФ позволяет нам получить когнитивное представление переводчика, включая рассматриваемую нами переводческую компетенцию и ее составляющие (рис.).

Когнитивное представление переводчика с помощью ТФ, используемого в качестве метаязыка и метаструктуры его описания, дает возможность перейти к когнитивному изучению мыслительных переводческих операций, что является одним из наименее разработанных разделов со-

временного переводоведения, и определению того ментально-лингвального комплекса, который стоит за деятельностью переводчика.

Если учесть тот факт, что мыследеятельность переводчика - это всегда реакция на оригинал (на рис. - рефлективная связка между переводчиком и ИТ), то дальнейшим этапом должен стать когнитивный анализ исходных письменных текстов, которые активируют когнитивные ресурсы и ментальные модули переводчика (глобальную текстовую базу и стратегии их понимания) [Багринцев 2001], позволяющие ему решать проблемы и выполнять необходимые действия и операции в процессе перевода.

Итак, в ходе нашего исследования были получены следующие результаты:

1. Составляющие ПК сведены до минимума, что дает возможность выделить суть ПК и тем самым ограничить ее неконтролируемую многомерность.

2. Определено место культурной составляющей как обязательного, а не факультативного компонента ПК, координируемого с другими ее составляющими.

МФ

Переводческая компетенция

Терминал — концептуальня составляющая

Рис. Заполненные заданиями отсутствия (де^аиШ) верхние и нижние узлы трансляционного фрейма «перевод»

3. Обоснованы роль и значение межкультурной составляющей ПК в условиях глобализации межъязыковой коммуникации.

4. Разработана нормативная база, основывающаяся на данных когнитивного анализа, иллюстрирующих минимизированный вариант переводческой деятельности и способствующих выявлению когнитивной основы ПК.

5. Когнитивное представление переводчика формализовано с помощью трансляционного фрейма.

6. Заполнение терминалов микрофрейма «межкультурная составляющая ПК» подтверждает его статус глубинного компонента культурной составляющей ПК, обусловливающего также передачу «переводимого в переводе».

В заключение отметим, что полученные данные не претендуют на окончательные результаты и требуют продолжения исследования межкультурной составляющей ПК, в том числе и на материале других языков и культур.

Список литературы

Багринцев А. Ф. культурологические аспекты типичных коммуникативных ситуаций в переводе // Вопр. теории и практики перевода: материалы Всерос. семинара. Пенза, 2001. С.12-20.

Бойко Л.Б. Переводимое в переводе, или лингвокультурологические аспекты межкультурной коммуникации // Языкознание: Взгляд в будущее / под ред. проф. Г.И. Берестнева. Калининград: ФГУ ИПП «Янтар. сказ», 2002. С. 184-193.

Вербицкая М.В., Муратова И. Критерии оценки профессионального уровня переводчика // Мир перевода. 2006. № 2 (16). С. 26-29.

Злобин А.Н. Деятельностно-когнитивная парадигма перевода // Вопр. теории и практики перевода: материалы Всерос. семинара. Пенза, 2001. С. 48-50.

Зусман Ю.А. Культурный аспект перевода // Филология и культура: материалы IV Междунар. науч. конф. 16-18 апр. 2003г. / отв. ред. Н.Н. Болдырев; редкол.: Е.С. Кубрякова, Т.А. Фесенко. Тамбов: Изд-во ТГУ им. Г.Р. Державина, 2003. С. 93-95.

Кабанков В.Б. Внеязыковые факторы переводческой деятельности в достижении коммуникативного эффекта при переводе // Реальность, язык и сознание: Междунар. межвуз. сб. науч. тр. Вып. 2 / отв. ред. Т.А. Фесенко; редкол.: Б. Стефа-нинк, М. Презас. Тамбов: Изд-во ТГУ им. Г.Р. Державина, 2002. С.244-248.

Комиссаров В. Н. Общая теория перевода. Проблемы переводоведения в освещении зарубежных ученых. М., 1999.

Комиссаров В. Н. Современное переводове-дение. М.: ЭТС, 2000.

Комиссаров В. Н. Современное переводове-дение. М., 2002.

Красных В.В. Строение языкового сознания: фрейм-структуры // Когнитивная семантика: материалы II Междунар. шк.-семинара по когнитивной лингвистике. 11-14 сент. 2000. Тамбов, 2000. Ч. 1. С. 53-55.

Латышев Л.К. Учебное пособие по подготовке переводчиков (с нем. яз.). М.: НВИ-ТЕ-ЗАУРУС, 2000.

Минский М. Фреймы для представления знания. М., 1979.

Нелюбин Л.Л. Толковый переводческий словарь. 3-е изд., перераб. М.: Флинта: Наука, 2003.

ПООП ВПО - Примерная основная образовательная программа высшего профессионального образования. 031000 (520300) - Филология. Бакалавр филологии. М., 2007.

Пшенкина Т.Г. Основания переводческой ориентации при переводе культурно-специфического // Реальность, язык и сознание: Междунар. межвуз. сб. науч. тр. Вып. 2 / отв. ред. Т.А. Фесенко; редкол.: Б. Стефанинк, М. Презас. Тамбов: Изд-во ТГУ им. Г.Р. Державина, 2002. С.165-172.

Робинсон Д. Как стать переводчиком: введение в теорию и практику перевода / пер. с англ. М.: КУДИЦ-ОБРАЗ, 2005.

Стернин И.А. Концепт и языковая семантика // Связи языковых единиц в системе и реализации. Когнитивный аспект: межвуз. сб. науч. тр.: вып. 2. Тамбов, 1999. С. 69-75.

Фесенко Т.А. Этноментальный мир человека: опыт концептуального моделирования: авто-реф. дис. ... докт. филол. наук. М., 1999.

Belke E. Zum zeitlichen Ablauf lexikalischer Zugriffsprozesse: Bild - Pseudowort - Experimente / E. Belke, I. Duwe, U. Schade // Abstracts zur 29. Jahrestagung der Gesellschaft fuer Angewandte Linguistik in Dresden. Dresden, 1998. S. 16.

Fleischmann E. Die Translation als interkulturelles Phänomen // Филология и культура: тез. 2-й Междунар. конф. (12-14 мая 1999). Ч. 1. Тамбов, 1999. С.8-11.

Grabowski J. übersetzen und Dolmetschen als Sprachproduktionprozesse Belastung des Arbeitsgedächtnisses und sprachmittlerische Folgerungen // Abstracts zur 29. Jahrestagung der Gesellschaft fuer Angewandte Linguistik in Dresden. Dresden, 1998. S.54-55.

Kupsch-Losereit, Sigrid Die kulturelle Kompetenz des Translators // URL: http://attach. mail.ru/cgi-bin/readmsg 16kb. 12.11. 2007.

Kussmaul P. Text-Type Conventions and Translating: Some Methodological Issues // Text Typology and Translation / Trosborg (ed.) Benjamins translation library, v. 26. 1997.

Pym, Anthony Translation and Text Transfer: An Essay on the Principles of Intercultural Communication. Frankfurt am Main: Peter Lang. 1992.

Szell, Anita Andrea Übersetzung als Tanz in Ketten. Aspekte der Übertragung des Romans von Hans Bergel ins Rumänische // URL: http://www. ggr.ro. 10.11.2007.

Übersetzungswissenschaft. Aus Info Wiss Wiki. URL: http: // server02.is.uni-sb.de/cour-ses/wiki/index.php/%C3%9Cbersetzungswissenscha ft. 10.11.2007.

А.N. Zlobin

TO THE PROBLEM OF INTERCULTURAL COMPONENT OF INTERPRETING COMPETENCE

The autor's aim is to show the need for reduction of the amount of interpreting competence components to a required interior limit which includes the cultural component as an obligatory item and enables to get to the point of interpreting competence, thereby setting boundaries to its uncontrollable versatility. The autor tries to work out the normative base for the cognitive model of interpreting competence and its intercultural component.

Key words: interpreting competence, interpreting competence components, intercultural component of interpreting competence, dynamic translational frame, primary concept, referential and cognitive levels, subframe "mental reality".