В поисках «Золотого ключика» исторического познания

Марина СМИРНОВА

В ПОИСКАХ «ЗОЛОТОГО КЛЮЧИКА» ИСТОРИЧЕСКОГО ПОЗНАНИЯ

В статье представлена рецензия на монографию ЮА. Васильева «Теория и методы в русской исторической школе: Теория исторического знания, теория исторического процесса, психологическое направление».

The article presents a review of the monograph of Y. Vasiiiev titled «The theory and methods in the Russian historical school:

The theory of historical knowledge, the theory of historical process, and psychological direction».

Ключевые слова:

теория и методология истории, русская историческая школа, историописание; theory and methodology of history, Russian historical school, historiography.

СМИРНОВА

Марина

Ивановна —

д.и.н., профессор,

заведующий

кафедрой истории

и культурологии

Национального

исследовательского

университета

«МЭИ»

vladimara@mail.ru

Глубина познания любой науки определяется ее методологи -ческой базой. Для исторической науки как ведущей области гуманитарных знаний, где субъективный фактор, который представляет исследователь - историк, необычайно велик, именно от методологии во многом зависит содержательное воспроизведе -ние реальной истории и решение триединой задачи, которую Марк Туллий Цицерон еще в I в. до н.э. сформулировал так: «Первая задача истории — воздержаться от лжи, вторая — не утаивать правды, третья — не давать никакого повода заподозрить себя в пристрастии или в предвзятой враждебности».

Публикация книги Ю.А. Васильева1 является весьма своевремен -ной и злободневной. Современное состояние исторической науки связано не только со значительным увеличением количественной и качественной составляющей источниковой базы и приемов исто -рического поиска, но и с расширением предметного поля методо логии истории. В этом отношении приведенное автором во введе -нии к книге высказывание Эдварда Карра (1892—1982) — одного из общепризнанных авторитетов английской историографии, посвя -тившего многие свои исследования российской и советской исто -рии, — которое он сделал еще в 60 - х гг. XX в., звучит исключительно актуально: «Те историки, которые и сегодня пытаются обойтись без философии истории, напоминают нудистов, тщетно и цинично стремящихся воссоздать райские кущи Эдема в наших садовых пригородах»2.

Исходная авторская идея книги определяется последователь -ным опровержением расхожего постулата о кризисе современного гуманитарного знания в целом и истории (историописания) в т.ч. как отражения состояния post-post-mo (после постмодернизма) и утверждением тезиса, что «историческая наука переживает сегодня не состояние кризиса, а период ее обогащения, многообразия»3. Истоки прогресса исторических знаний Ю.А. Васильев находит в теоретических и методологических основах русской исторической школы.

В четырех разделах монографии («О методологических основах русской исторической школы», «Феномен Ecole Russе», «Теория истории В.О. Ключевского», «Общая методология истории

А.С. Лаппо -Данилевского») дается последовательное обоснование

1 Васильев Ю.А. Теория и методы в русской исторической школе: Теория исто -рического знания, теория исторического процесса, психологическое направле -ние. - М. : КД «ЛИБРИКОМ», 2012, 272 с.

2 Там же, с. 4.

3 Там же, с. 3.

достижений отечественной исторической науки. В книге убедительно доказывается, что российская историческая школа вто -рой половины XIX — начала XX в. развива -лась не только соразмерно интеллектуаль -ным достижениям западноевропейской исторической и философской мысли, но и опережала ее в понимании ряда ключевых проблем. Прежде всего, это касается тео -рии исторического знания, теории исто рического процесса, психологического направления исторических исследований.

Важно отметить, что систему доказа тельств Ю.А. Васильев строит на характеристике трех стадий интеллектуальной эволюции знания, которые соотносятся с соответствующими этапами в развитии общества: первая стадия — теологическая (фиктивная), вторая — метафизическая (абстрактная, онтологическая), третья — научная (положительная). Данная стади -альная характеристика эволюции знания, разработанная французскими мыслите лями Тюрго, Сен - Симоном, Контом, при -меняется для характеристики эволюции русской исторической школы.

Первую стадию автор соотносит с древ нерусскими летописями. Совмещение первой и второй стадий эволюции интел лектуального знания олицетворяет «История Российская» В.Н. Татищева, а также сочинения М.В. Ломоносова. Становление позитивного (научного) зна ния относится к началу XIX в., что нашло отражение в трудах Н.М. Карамзина.

Полемика, рассуждения, выявле ние новых сторон творчества известных историков — один из любимых прие мов, используемых Ю.А. Васильевым. Так, в книге оспариваются оценки Н.М. Карамзина, касающиеся творчества В.Н. Татищева. Автор «Истории государ ства Российского», ссылаясь на много численные «вымыслы», «украшатель ства», «переиначивания» фактов, называл В.Н. Татищева только лишь «ревностным любителем истории», а не историком. По мнению Ю.А. Васильева, «большего, чем сделал Татищев в свое время, нельзя было ожидать», поскольку в изысканиях соратника Петра I нашло отражение лишь «зачаточное состояние» российской исто рической науки.

Представление трудов В.Н. Татищева, М.В. Ломоносова, Н.М. Карамзина с точки зрения выработки методологических основ русской исторической школы дает

возможность автору представить строй ную концепцию «приращения знаний». В середине XIX в. это привело к появлению исследований С.М. Соловьева, в основе которых лежал рационализм. По мнению автора, для С.М. Соловьева в «Истории России с древнейших времен» было прин ципиально важно выявить связь истори ческого прогресса с развитием рациональ ных основ человеческого бытия, опреде лить закономерности в истории, просле дить параллели между личной, индиви дуальной и массовой народной жизнью. Русская история представлена им как еди ный процесс развития от родового строя к утверждению прочных государственных начал. Связь явлений, последовательность исторического развития, общие законо мерности — все это С.М. Соловьев назы -вал термином «историчность».

Исследуя вклад Есо1е Russe («Русской школы») в развитие европейской и миро вой исторической науки, Ю.А. Васильев размышляет о ее феномене, который «сам по себе был обращен не столько к нако пленному историческому опыту, сколько к тому историческому знанию, которое предстояло освоить в будущем»1. Автор считает, что интерпретация истории, характерная для исследований предста вителей Есо1е Russe, значительно позднее нашла отражение в работах их западно европейских последователей, к примеру, авторов знаменитой французской истори ческой школы «Анналов», сложившейся в 30 - е— 40 - е гг. XX в.

Представляя творчество основателя Есо1е Russe, «философствующего историка» Н.И. Кареева, автор монографии акцентирует внимание на его вкладе в теорию истории, историологию, включая психологическое направление, и пока зывает, что рассуждениях Н.И. Кареева о роли «великих людей» в истории уже при сутствовало обращение к человеку и его деятельности как важному предмету исто рической науки. Еще в последние десяти -летия XIX в. Н.И. Кареев предвосхитил исследования психического состояния личности в условиях общественной среды и формирующейся на этой основе куль туры. В XX в. такой подход был воплощен

1 Васильев Ю.А. Теория и методы в русской исторической школе: Теория исторического зна ния, теория исторического процесса, психологическое направление. — М. : КД «ЛИБРИКОМ», 2012, с. 29.

в трудах поколения школы «Анналов», начиная с ее основателей Марка Блока и Люсьена Февра.

Важным достоинством работы Ю.А. Васильева является стремление автора выразить свое отношение к дис куссионным историографическим про блемам, таким как значение творчества В.О. Ключевского с точки зрения теории исторического знания. Полемизируя со многими известными исследователями творчества Ключевского, автор категори чески не согласен с бытующим мнением об отчужденности В.О. Ключевского «от теоретической работы, нежелании заниматься теорией, неэффективно сти его занятий в области социологиче ской проблематики»1. Предложенная Ю.А. Васильевым система рассужде ний убедительно доказывает, что в «Курсе русской истории» изложены основные вопросы теории истории. В своей «Методологии русской истории»

В.О. Ключевский развил, а дневнико выми записями не только дополнил, но и углубил основные вопросы, поставлен ные в «Курсе русской истории», пред ложив стройную авторскую концепцию теории исторического знания (онтоло гическая проблематика) и теории исто рического процесса (гносеологические положения).

Для автора книги не подлежит сомне нию, что развитие теоретических и мето дологических основ русской историче ской школы в XIX в. в ряде направлений опережало интеллектуальную мысль Западной Европы2. Особенно явственно этот тезис развивается при анализе твор чества А.С. Лаппо -Данилевского, прежде всего его «Методологии истории». На страницах книги Ю.А. Васильева обосновывается утверждение, что «теория истории, разработанная А.С. Лаппо-Данилевским, значима и современна, по скольку она созвучна передовым идеям мировой интеллектуальной мысли»3. Например, сопоставляя рассуждения А.С. Лаппо Данилевского с идеями основателей баденской философской школы В. Виндельбанда и Г. Риккерта,

1 Там же, с. 123.

2 Там же, с. 262.

3 Там же, с. 258—259.

Ю.А. Васильев отмечает, что теорети ческие концепты Лаппо Данилевского не только значительно продвинули неокантианство, но и сама неокантиан ская философия была использована как инструментарий для создания собствен ной научной системы. Еще более значи мым представляется анализ размышлений А.С. Лаппо Данилевского, связанных с эстетической стороной истолкования и понимания исторического источника, которые, по мнению Ю.А. Васильева, созвучны идеям современного голланд ского философа и теоретика истории Франклина Анкерсмита, изложенным в его книге «Возвышенный исторический опыт».

Труд Ю.А. Васильева, адресованный широкому кругу специалистов в области гуманитарных и общественных наук — истории, социологии, философии, культу рологии, будет, безусловно, востребован. Вместе с тем книга, которая может быть использована в качестве учебного посо бия, в некоторых местах страдает излиш ней терминологической перегруженно стью, что затрудняет ее понимание.

Красной нитью через всю работу Ю.А. Васильева проходит мысль о необ -ходимости для современных исследовате лей преодолевать часто уничижительное отношение к достижениям и прорывам российской исторической науки, видя в них лишь отзвук успехов зарубежной историографии. Общий вывод, к которому приходит автор, убедителен и обоснован: «Можно утверждать, что построения рус ских теоретиков истории создали основу в теории и методологии истории, которая стала источником последующих заим ствований в зарубежной науке. Отражение идей русских теоретиков обнаруживается в появившихся в XX веке в западной тео -ретической мысли различных историче ских направлениях под названиями кон цептуальная история, интеллектуальная история, экономическая история, поли тическая история, социокультурная исто рия, культурно -социальная история, гло -бальная история, биографическая история и др. направлениях, а также многочис -ленных их трансформациях с термином новая»4.

4 Там же, с. 266.