Та же кампания

Во Франции завершилась кампания по выборам в нижнюю палату парламента — Национальную ассамблею. Кандидаты теперь должны помолчать, слово за избирателями. Первый тур выборов назначен на воскресенье, 12 июня. Второй пройдет спустя неделю. О том, что важно знать в ожидании результатов, рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.

Во Франции не так давно, в апреле, состоялись президентские выборы, а теперь пройдут выборы парламентские. Их схожесть в том, что на места в Бурбонском дворце, где и заседает Национальная ассамблея, претендуют те же силы, что боролись и за дворец Елисейский: левые, правые и правящие центристы. Все те же вожди — лидер левого блока Nupes («Новый народный экологический и социальный союз») Жан-Люк Меланшон, глава «Национального объединения» (RN) Марин Ле Пен и президент Эмманюэль Макрон. Недаром кандидаты в депутаты на предвыборных плакатах изображены, как правило, рядом со своими патронами, чтобы сразу видеть, кто чей.

Знакомая всем французам троица рассматривает парламентские выборы как продолжение президентской кампании.

Эмманюэль Макрон рассчитывает на инерцию, которая позволит его сторонникам удержать парламентское большинство. Марин Ле Пен надеется на «патриотический реванш». А Жан-Люк Меланшон попросту требует, чтобы его «избрали премьер-министром». Что по конституции абсурд, а в реальности вполне может случиться: получил контроль над парламентом, Nupes потребует назначения своего лидера на пост главы правительства.

Если бы сейчас депутаты выбирались общим прямым голосованием, у Nupes были бы серьезные шансы обойти нынешнее президентское большинство. Последний опрос Ipsos—Sopra Steria для Radio France дает им 28% против 27%. Но на этот раз общее голосование разобьется на множество локальных схваток в избирательных округах. Картина гораздо более фрагментарна, чем два месяца назад. За 577 мест в парламенте соревнуются 6293 кандидата. У каждого из них помимо партийной принадлежности (что, кстати, необязательно — можно быть и независимым) есть свои личные достоинства и недостатки, которые предстоит оценить избирателям на местах.

Так, лично Марин Ле Пен, баллотирующейся в одном из округов департамента Па-де-Кале, прочат победу в первом же туре с 51% голосов. Шансы же ее «Национального объединения» в целом не очень высоки. По данным опроса Ifop—Fiducial, оно может получить 20–45 из 577 кресел. С одной стороны, слишком мало, чтобы влиять на решения, с другой — очевидный прорыв (в нынешней Национальной ассамблее у RN нет ни одного депутата). Такого успеха крайне правые добивались лишь однажды: при Жане-Мари Ле Пене в 1986 году «Национальный фронт» завоевал 35 мест в парламенте.

В отличие от своей яростной противницы, Жан-Люк Меланшон сам в выборах не участвует. Кстати, опыт соперничества с Марин Ле Пен на парламентских выборах у него печальный. В 2012 году он рискнул выйти против нее все в том же Па-де-Кале и проиграл. Теперь он считает, что стоит побороться за более весомый приз — пост премьер-министра.

Соперники, как и следует ожидать, публично сомневаются в его успехе. «У Жан-Люка Меланшона меньше шансов стать премьер-министром, чем у меня выиграть в лотерею без билета»,— говорит Марин Ле Пен. А председатель правящего «макронистского» большинства в нынешнем парламенте Кристоф Кастанер заявляет, что «Жан-Люк Меланшон не станет премьер-министром, как бы ни мечтал взять реванш после трех проигранных президентских кампаний».

Правящая коалиция, придумавшая себе звучное название Ensemble! — «Вместе!», все же имеет основания опасаться наступления левых.

Недаром МВД попыталось добиться того, чтобы результаты кандидатов разных левых партий, входящих в Nupes, считались отдельно. Разнобой данных после первого тура мог бы помешать мобилизации сторонников. Потребовалось обращение в Государственный совет, который 7 июня отменил это решение и велел считать Nupes единым движением. В опросах «меланшоновцам» не дают менее 120 мест, впрочем, не обещают и более 230 мест. По сравнению с нынешними 17 креслами у «Непокорившейся Франции» — партии Жан-Люка Меланшона — это, конечно, прогресс.

Однако, согласно тем же опросам, левым не удастся получить в парламенте большинство, для которого требуется 289 голосов. «Макронисты» и их союзники в составе Ensemble! нацелились на 250–290 парламентских кресел. Если прогнозы оправдаются, чтобы проводить нужные себе решения, левые вынуждены будут вступать в коалиции с правыми. Маловероятно, что на это пойдут «лепенисты» или «Республиканцы» (которые, как ожидается, сохранят лишь половину своего могущества и смогут провести в парламент не более 40–55 депутатов). Но на этот раз неожиданности как никогда возможны, а опросы приблизительны. К тому же они не учитывают процента явки, который рискует быть невысоким — в 2107 году лишь один избиратель из двух пришел к урнам.

В отличие от недавнего президентского голосования, международная повестка не будет столь важна для этих выборов. Устав следить за переговорами президента Макрона по прямой телефонной линии с Кремлем, избиратели озаботились очевидными экономическими проблемами.

Наметившаяся после пандемии тенденция к росту улетучилась, инфляция растет. В мае она составила более 5% (впервые с 1985 года). Избиратели ждут стабильности, денег, безопасности, и большинству из них все равно, кто это обеспечит, левые или правые.