Развитие российского уголовного законодательства о принудительных мерах воспитательного воздействия в ранний советский период (1917-1958 гг. )

развитие российского уголовного

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА о ПРИНУДИТЕЛЬНЫХ МЕРАХ

воспитательного воздействия в ранний советский период

development of the Russian penal legislation about forced measures of educational influence during the early soviet period

УДК 343.24:93

С.А. БУРЛАКА,

кандидат юридических наук (Белгородский юридический институт МВД России) тел. (4722) 55-04-08

S.A. BURLAKA,

candidate of jurisprudence

Аннотация: в работе исследуется основная линия развития отечественного законодательства и практики применения уголовно-правовых мер воспитательного характера, не являющихся уголовным наказанием, к несовершеннолетним правонарушителям в период с 1917 по 1958 год. Автор приходит к выводу о том, что ранний советский период характеризуется борьбой абстрактно-гуманистической идеи максимальной экономии репрессии и идеи усиления уголовной ответственности как основного способа быстро покончить с преступностью в среде несовершеннолетних. Именно в этот период впервые в отечественном законодательстве были систематизированы и наиболее детально разработаны уголовно-правовые принудительные меры, имеющие воспитательный (медико-педагогический) характер.

Ключевые слова: малолетние, несовершеннолетние, принуждение, воспитание, уголовная ответственность, наказание.

Abstract: this work deals with the basic line of development of the domestic legislation and practice in applying criminally-legal measures of the educational character which are not criminal sanction to minor offenders during the period from 1917 to 1958. The author comes to a conclusion that the early Soviet period is characterised by struggle of abstract-humanistic idea of the maximum economy of reprisal and idea of strengthening criminal responsibility as the basic method quickly to finish criminality among minors. During this period for the first time in the domestic legislation have been systematised and most in details developed the criminally-legal forced measures having educational (medical and pedagogical) character.

Keywords: juvenile, minor, compulsion, education, criminal responsibility, punishment.

Проблемы правоохранительной деятельности 3’14

72

По материалам диссертационных исследований

После Октябрьской революции, в годы гражданской войны и позднее страна переживала огромные экономические трудности, крайне низкий уровень производства, хозяйственную разруху. Многомиллионная армия малолетних преступников пополнялась за счет детей, потерявших родителей на фронтах, в результате эпидемий, переселения в города и ряда других причин. Только по Российской Федерации в первые годы революции насчитывалось около двух миллионов беспризорных, из числа которых пополнялись ряды преступников. В этот период среди детей 11-15 лет наблюдалось большое число неграмотных, беспризорных, безработных. Все названные факторы де-морализующе действовали на подростков, толкая их на совершение общественно опасных деяний, предусмотренных уголовным законом.

Создавшееся положение требовало немедленного принятия мер, выработки новых методов борьбы с преступностью, создания принципиально новых органов, которые могли бы возглавить работу по ликвидации детской преступности и безнадзорности, по устройству детей и подростков, оставшихся без родителей.

Советское государство, осуществляя целый ряд мероприятий по обучению, устройству детей, оставшихся без родителей, улучшению условий их жизни, одновременно принимало меры по борьбе с преступностью несовершеннолетних. Основное направление в этой работе было выражено Декретом СНК РСФСР от 14 января 1918 г. «О комиссиях для несовершеннолетних», в котором на первое место были поставлены меры воспитательного воздействия, и Программой Коммунистической партии, принятой VIII съездом РКП(б) 23 марта 1919 г., где указывалось: «РКП... должна стремиться к тому, чтобы система наказаний была окончательно заменена системой мер воспитательного характера» [1, с. 338].

Декрет от 14 января 1918 г. сыграл положительную роль в развитии законодательства об ответственности несовершеннолетних. Впервые была предпринята попытка перейти от идеи смягчения уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних к почти полной замене их воспитательными мерами. Основная идея Декрета - исправление правонарушителей прежде всего воспитательными мерами - нашла свое воплощение при дальнейшей разработке законодательства об ответственности несовершеннолетних.

В ст. 13 «Руководящих начал» по уголовному праву РСФСР 1919 г. указывалось, что несовершеннолетние до 14 лет не подлежат суду и наказанию. К ним применяются лишь воспитательные меры (приспособления). Такие же меры применяются к лицам переходного возраста от 14 до 18 лет, «действующим без разумения». В отношении несовершеннолетних от 14 до 18 лет, «действующих с разумением», суду предоставлялось право применять к ним меры уголовного наказания [2].

Однако наиболее важным, по нашему мнению, является то обстоятельство, что именно в этот период впервые в отечественном законодательстве были систематизированы и наиболее детально разработаны уголовноправовые принудительные меры, имеющие воспитательный (медико-педагогический) характер. Комиссии для несовершеннолетних могли применить их к правонарушите-лям-подросткам. Перечень таких мер медико-педагогического характера содержался в Инструкции, утвержденной Постановлением Наркомпроса, Наркомздрава и Наркомюста РСФСР в 1920 г. [3].

Эти меры явились наиболее близкими по своему принудительно-воспитательному потенциалу и содержанию к применяемым сегодня принудительным мерам воспитательного воздействия. Их можно разделить на три группы. Первая группа объединяла только воспитательные меры, такие, например, как беседа, разъяснение, замечание. Их применение преследовало цель разъяснить подростку, почему его поведение считается неправомерным, указать на недопустимость подобных действий в будущем. Ко второй группе мер относились: внушение и оставление на свободе под присмотром родителей, родственников, обследователей; определение на работу; помещение в школу, отправка на родину. Эти меры применялись к несовершеннолетним, исправление которых представлялось возможным благодаря воздействию трудового коллектива, коллектива учащихся или родителей с помощью воспитателей-общественников. В третью группу объединялись меры медико-педагогического характера, в частности, помещение в детский дом, в лечебницы для трудновоспитуемых, специальные психиатрические лечебницы, в дома для морально дефективных подростков. Применение этих мер обеспечивалось принудительной силой государства и практиковалось в отношении несовершеннолетних правонарушителей, нуждавшихся в специальном лечении или

Проблемы правоохранительной деятельности 3’14

73

По материалам диссертационных исследований

изъятии из той среды, которая способствовала совершению преступлений [11, с. 37].

Как видим, уже с первых шагов своей правотворческой и правоприменительной деятельности советское государство стремилось проявлять большую степень гуманности к несовершеннолетним правонарушителям, стараясь воздействовать на них прежде всего методами педагогического характера, социальной помощи и защиты, основной целью которых являлось возвращение подростка в общество, а не изоляция от него.

Основные начала уголовного законодательства СССР и Союзных республик 1924 года обозначили дальнейший этап в развитии отечественного законодательства о принудительных мерах воспитательного воздействия. Вопрос о возможности применения мер медико-педагогического воздействия здесь решался дифференцировано, в зависимости от возраста правонарушителя [4]. Установив деление правонарушителей на малолетних и несовершеннолетних, Основные начала в ст. 7 указывали, что к первым обязательно должны применяться меры медико-педагогического характера. В отношении же несовершеннолетних они подлежат применению только в тех случаях, когда соответствующими органами будет признано невозможным применение к ним мер судебно-исправительного характера. Во всех остальных случаях вопрос о применении мер медико-педагогического воздействия должен был решаться судом.

В период с 1925 по 1930 гг. было принято большое количество общесоюзных и республиканских законодательных и ведомственных актов, направленных на улучшение работы судов и комиссий по делам несовершеннолетних по предупреждению детской преступности и безнадзорности. Несмотря на наметившуюся в начале тридцатых годов тенденцию к некоторому усилению мер борьбы с преступностью несовершеннолетних, большинство дел на правонарушителей в возрасте до 16 лет рассматривалось комиссиями по делам несовершеннолетних. В суды передавалось всего около 10% дел [13, с. 165].

Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. сохранил положения УК 1922 г., касающиеся лиц в возрасте от 14 до 18 лет, но конкретизировал, что именно следует понимать под мерами социальной защиты медико-педагогического характера. Такими мерами признавались отдача несовершеннолетнего на попечение родителей, усыновителей, опекунов, попечи-

телей, родственников, если таковые имеют возможность содержать несовершеннолетнего, или иных лиц или учреждений, а также помещение в специальное лечебно-воспитательное учреждение.

Постановлением СНК РСФСР от 11 июля 1931 г. было утверждено новое Положение о комиссиях по делам несовершеннолетних [5]. Все ранее действовавшие законодательные акты, касающиеся деятельности комиссий, были отменены. Положение отмечало, что основной задачей комиссий по делам несовершеннолетних является охрана прав и интересов подростков, борьба с безнадзорностью, беспризорностью и правонарушениями несовершеннолетних путем осуществления мер медико-педагогического характера. Предупреждение и борьба с детской безнадзорностью, беспризорностью и преступностью, согласно ст. 8 Положения, проводились путем оказания педагогической, правовой, врачебной и материальной помощи н есовер ш е нн о ле т ним, а также путем проведения широкой разъяснительной работы среди населения по вопросам воспитания детей, охраны их здоровья и защиты их прав. В исключительных случаях комиссии имели право ходатайствовать перед краевыми (областными) комиссиями по делам несовершеннолетних о направлении отдельных трудновоспитуемых несовершеннолетних правонарушителей в исправительно-трудовые учреждения Наркомюста (ст. 17 Положения).

На наш взгляд, существенным недостатком принятого Положения было фактическое отсутствие перечня мер медико-педагогического характера, которые можно было бы применить к несовершеннолетним в зависимости от тяжести совершенного ими преступления. Отсутствие перечня реальных мер воздействия отрицательно повлияло на работу комиссий, привело к утрате ими своего прежнего значения как органа, занимающегося предупреждением преступности среди несовершеннолетних прежде всего педагогическими методами: воспитания, убеждения, социальной и правовой помощи.

7 апреля 1935 года было принято Постановление ЦИК и СНК «О мерах борьбы с преступностью несовершеннолетних» [6]. В отечественной юридической литературе можно встретить две абсолютно противоположные оценки Закона от 7 апреля 1935 г. Так, в 6070-х годах прошлого столетия В.С. Орловым и А.А. Пионтковским усиление мер уголовной репрессии по отношению к подросткам

Проблемы правоохранительной деятельности 3’14

74

По материалам диссертационных исследований

объяснялось твердым желанием советского общества быстрыми темпами ликвидировать преступность несовершеннолетних в стране [17; 15]. Подобная оценка вышеупомянутого закона не получила единодушного признания в научных работах более позднего периода. В частности, по мнению В.Г. Павлова, принятие Постановления ЦИК и СНК СССР от 7 апреля 1935 г. и Постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 31 мая 1935 г. «вряд ли было оправдано целью ликвидации преступности среди несовершеннолетних и, скорее, является результатом процветания тоталитарного режима» [16, с. 63]. С этих же позиций оценивает данный шаг отечественного законодателя и Н.Ю. Скрипченко [19, с. 34].

На наш взгляд, трудно отдать предпочтение какой-либо из приведенных позиций, в силу того, что обе они относятся к разным историческим эпохам и, к сожалению, не лишены идеологических стандартов. Следует согласиться с мнением Э.Ф. Побегайло по поводу того, что суровость наказания всегда должна находиться в определенном соотношении с состоянием общества в ту или иную эпоху, а уголовная политика не может и не должна быть либеральной во время разгула преступности [18, с. 133]. В свою очередь, понижение или повышение законодателем возраста уголовной ответственности должно иметь четкое криминологическое и психолого-психиатрическое обоснование [14, с. 55]. Вместе с тем справедливой представляется и позиция Е.В. Болдырева, который еще в 1964 г. отмечал, что Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 31 мая 1935 г. «...был отброшен весь тот громадный положительный опыт применения воспитательных мер к несовершеннолетним правонарушителям, который был основан на положениях первых Декретов» [12, с. 27]. С 1935 года в стране не оказалось специального органа, координирующего работу многих учреждений и ведомств по борьбе с правонарушениями несовершеннолетних.

Практические работники суда и прокуратуры остро ощущали необходимость в существовании принудительных мер воспитательного характера при решении дел о несовершеннолетних правонарушителях 1214 лет. Это подтверждается тем, что, исходя из потребностей практики, Верховный Суд и Прокуратура СССР неоднократно ориентировали судебно-прокурорских работников на возможность и необходимость сочетания уголовного наказания с мерами обществен-

но-воспитательного характера в отношении несовершеннолетних правонарушителей [7, с. 72]. Однако это направление не получило широкого распространения, так как в самом уголовном законе отсутствовало указание на подобного рода возможность.

В период Великой Отечественной войны, когда в связи с потерей многими детьми родителей, тяжелыми бытовыми условиями и ослаблением контроля со стороны семьи и школы, увеличилось число беспризорных и безнадзорных детей, издается ряд законодательных актов, направленных на улучшение жизни и воспитания детей, борьбу с безнадзорностью, улучшение работы по исправлению и перевоспитанию несовершеннолетних правонарушителей. Именно в этот период времени организуются комиссии по устройству детей, оставшихся без родителей, при исполкомах местных советов, в обязанность которых входил розыск и устройство детей, потерявших родителей, а также организация работы по предупреждению детской беспризорности и безнадзорности, охрана прав несовершеннолетних и трудоустройство подростков. Кроме того, комиссии занимались трудоустройством и профессиональным обучением воспитанников детских домов, контролировали условия жизни подростков, находящихся на патронате [8].

По задачам и кругу решаемых вопросов комиссии по устройству детей, оставшихся без родителей, были аналогом комиссий по делам несовершеннолетних. Однако они не были наделены правом применения каких-либо мер воздействия к правонарушителям.

В послевоенный период тенденция к усилению воспитательного начала при определении мер наказания несовершеннолетним еще более возросла. Об этом свидетельствуют нормативные акты, регламентировавшие вопросы назначения наказания и освобождения несовершеннолетних от уголовной ответственности и наказания в послевоенные годы. В качестве примера можно привести Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 17 февраля 1948 г. «О применении Указов от 4 июня 1947 г. в отношении несовершеннолетних», в котором судам предлагалось особо внимательно подходить к назначению наказания несовершеннолетним, тщательно выяснять мотивы совершения преступления, не допуская осуждения по названным указам подростков, совершающих мелкие кражи из озорства [9, с. 17].

Ограничение случаев привлечения к уго-

Проблемы правоохранительной деятельности 3’14

75

По материалам диссертационных исследований

ловной ответственности лиц 12-14 летнего возраста означало, что в связи с созданием в стране предпосылок социального и экономического характера начался процесс пересмотра законодательства об ответственности несовершеннолетних, дифференцированием его в соответствии с характером совершенного преступления и данными о личности несовершеннолетнего правонарушителя. Многолетний опыт применения уголовного законодательства к несовершеннолетним показал, что многие из них способны исправиться без применения мер уголовного наказания, с помощью принудительных мер воспитательного воздействия. В связи с этим возросла необходимость предусмотреть в законе нормы, регламентирующие основания и порядок назначения мер воспитательного (медико-педагогического) характера. К работе по перевоспитанию несовершеннолетних настоятельно требовалось привлечь общественность. Кроме того, следовало создать специальный орган, который мог бы вести борьбу с незначительными преступлениями подростков путем применения принудительных мер воспитательного воздействия, осуществлять мероприятия по предупреждению преступности и безнадзорности и координировать деятельность государственных органов и общественных организаций, занимающихся воспитанием несовершеннолетних.

Решение всех этих насущных задач началось в 1957 году с принятия «Положения о комиссиях по устройству детей и подростков при Советах Министров автономных республик и исполкомах краевых, областных, окружных, городских, районных Советов депутатов трудящихся». Этим положением на комиссии была возложена задача предупреждения детской безнадзорности, устройство детей и подростков и охрана их прав. В обязанности комиссии входило устройство всех нуждающихся в этом детей и подростков, а не только тех, кто остался без родителей [10, с. 25].

Кроме названных функций, комиссии занимались координацией работы органов народного образования, социального обес-

печения, трудовых резервов, оказанием материальной, социально-правовой и педагогической помощи семьям, нуждающимся в этом. Новым и важным было предоставление комиссиям (кроме районных) права направления детей и подростков в воспитательные колонии МВД союзных республик. Возможность применения такой строгой меры воздействия, конечно же, подняла авторитет комиссий, сделала более результативной их работу по предупреждению преступности и безнадзорности несовершеннолетних.

Подведем некоторые итоги. Мы попытались проследить основную линию развития отечественного законодательства и практики применения уголовно-правовых мер воспитательного характера, не являющихся уголовным наказанием, к несовершеннолетним правонарушителям в период с 1917 по 1958 год.

Анализ уголовного законодательства СССР и РСФСР 1917-1958 гг. свидетельствует о некоторых колебаниях, связанных с изменениями уголовной репрессии в отношении несовершеннолетних, как в сторону ее снижения, так и увеличения. Уже в первые годы Советской власти был намечен путь становления и выдвижения на первый план мер с максимальным превалированием в них воспитательных элементов, формирования и реализации принципиально нового подхода в борьбе с преступностью несовершеннолетних с учетом сложной социальноэкономической и политической обстановки тех лет. Однако уголовное законодательство более позднего периода не всегда уделяло внимание именно воспитательной стороне исправления подростков. Особая заслуга в сохранении специфического подхода к личности несовершеннолетнего правонарушителя принадлежала в период ужесточения уголовного законодательства практике, которая смягчала в процессе применения жесткие требования закона. Уголовноправовые меры воспитательного (медикопедагогического) характера прочно вошли в практику борьбы с преступностью несовершеннолетних, заняли в ней свою нишу и эффективным воздействием доказали право на собственное существование.

Литература ---------

1. Декреты Советской власти. Том I. - М., 1957.

2. СУ РСФСР. 1919. № 66. Ст. 590.

3. СУ РСФСР. 1920. №68. Ст. 308.

4. СЗ СССР. 1924. № 24. Ст. 205.

5. Собрание узаконений и распоряжений РСФСР. 1931. № 38. Ст. 301.

6. СЗ СССР. 1935. № 19. Ст. 155.

Проблемы правоохранительной деятельности 3’14

76

По материалам диссертационных исследований

7. Циркуляр Верховного Суда СССР и Прокуратуры СССР от 21 июня 1935 г. «О мерах борьбы с преступностью несовершеннолетних» // Сборник постановлений Пленума и директивных писем Верховного Суда СССР 19241944 гг. М., 1964.

8. Постановление СНК СССР от 23 января 1942 г. «Об устройстве детей, оставшихся без родителей» // СП СССР. 1942. № 2. Ст. 26. В РСФСР комиссии по устройству детей, оставшихся без родителей, были учреждены Постановлением СНК РСФСР от 14 января 1943 г. (Сп РсФсР. 1943. № 3. Ст. 25).

9. Сборник действующих постановлений Пленума Верховного Суда СССР 1924-1952 гг. - М., 1953.

10. Сборник приказов и инструкций Министерства просвещения РСФСР. 1957. № 51.

11. Бурлака С.А. Принудительные меры воспитательного воздействия и их реализация в деятельности органов внутренних дел: дис. ... канд. юрид. наук. - СПб., 2005. 236 с.

12. Болдырев Е.В. Меры предупреждения правонарушений несовершеннолетних в СССР: монография. - М.: Наука, 1964. 367 с.

13. Куфаев В.И. Педагогические меры борьбы с правонарушениями несовершеннолетних: монография. - М., 1927.

14. Милюков С.Ф. Российское уголовное законодательство: опыт критического анализа: монография. - СПб.: СПбИВЭСЭП, Знание, 2000. 279 с.

15. Орлов В.С. Субъект преступления: монография. - М.: Госюриздат., 1958. 61 с.

16. Павлов В.Г. Субъект преступления в уголовном праве (историко-правовое исследование): монография. - СПб.: Герда, 1999. 119 с.

17. Пионтковский А.А. Учение о преступлении по советскому уголовному праву: монография. - М.: Юрид. лит., 1961. 112 с.

18. Побегайло Э.Ф. Кризис современной российской уголовной политики // Уголовное право. 2004. № 3. С. 132-135.

19. Скрипченко Н.Ю. Применение принудительных мер воспитательного воздействия в отношении несовершеннолетних (по материалам Архангельской области): дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2002. 167 с.

References

1. Decrees of Soviet power. Volume I - M., 1957.

2. SU RSFSR. 1919. № 66. Art. 590.

3. SU RSFSR. 1920. № 68. Art. 308.

4. Laws of the USSR. 1924. № 24. Art. 205.

5. Collection of Laws and orders of the RSFSR. 1931. № 38. Art. 301.

6. Laws of the USSR. 1935. № 19. Art. 155.

7. Circular of the Supreme Court and Procuracy of the USSR on June 21, 1935 “On measures combating juvenile delinquency” / / Reports of Judgments and decision letters of the Plenum of the Supreme Court 1924-1944. M., 1964.

8. Resolution SNK on January 23, 1942 “On the placement of children without parents ‘/ / Writers’ Union. 1942. № 2. Art. 26. Commission in the RSFSR for placing children without parents, was established by the Decision of the CPC of the RSFSR of 14 January 1943 (SP RSFSR. 1943. № 3. Art. 25).

9. Collection of existing decisions of the Plenum of the Supreme Court 1924-1952 - M., 1953.

10. Collection of orders and instructions of the Ministry of Education of the RSFSR. 1957. № 51.

11. Burlaka S.A. Compulsory educational measures and their implementation in the internal affairs bodies: diss. ... Cand. jurid. Science. - St. Petersburg, 2005. 236 pр.

12. Boldyrev E.V. Preventive measures juvenile delinquency in the USSR: monograph . - Moscow: Publishing House. “Science”, 1964. 367 pр.

13. Kufaev VI. Educational measures to combat juvenile delinquency: monograph . - M., 1927.

14. Miliukoff S.F. Russian criminal law: a critical analysis of experience: monograph. - St. Petersburg.: SPblVESEP, Knowledge, 2000. 279 pр.

15. Orlov V.S. Subject of the crime: monograph. - M.: Gosyurizdat, 1958. 6^р.

16. Pavlov V.G. Subject of crime in criminal law (the historical and legal research): monograph. - St. Petersburg: Gerda, 1999. 119 pр.

17. Piontkovskii AA. The doctrine of the crime on the Soviet Criminal Law: monograph. - M.: legal. lit., 1961. 112 pр.

18. Pobegaylo. E. The crisis of contemporary Russian criminal policy / / Criminal Law. 2004. № 3. Pp. 132-135.

19. Scripcenco N.Y. Coercive measures of educational influence at the juvenile (based on the Arkhangelsk region): dis. ... Cand. jurid. Sciences. - Moscow, 2002. 167 pp.

Проблемы правоохранительной деятельности 3’14

77