Сатира и юмор в аварской народной поэзии

лированность от остальной языковой территории дала толчок возникновению в речи салатавских аварцев определённых изменений, в частности сдвигов в сторону упрощения в области морфологии и фонетики.

Вопрос о происхождении самого названия «Салатавия» интересует многих исследователей и не имеет однозначного решения и на сегодняшний день. Изучая проблему происхождения названий селений, многие исследователи обращаются к легендам и преданиям. На основе фольклорных данных они объясняют этимологию названий местности, гор, рек, лужаек, т.е. придерживаются народной этимологии.

По мнению части исследователей слово «Салатавия» складывается из двух основ, вторая из которых «тау» не вызывает сомнения, данная основа в переводе с тюркского означает «гора». Этимология первой части, а именно основы «сала» до сих пор полностью не раскрыта. Согласно народной этимологии некогда на данной территории жил хан по имени Сала, которому и принадлежали эти горы. Другая точка зрения о значении основы «сала» представлена в работах С. Алиева и Б. Гаджиева. Здесь народная этимология придает слову «сала» значение «величественный, благородный» [2, с. 25]. Известны также еще несколько точек зрения, примерно совпадающих с данной версией.

X.X. Апандиева в статье «Тюркизмы в топонимических преданиях салатав-ских аварцев» утверждает, что топонимия Салатавии носит тюркский характер и что тюркская, ономастика широко распространена в изучаемом ареале. На территории Салаватии, существуют названия, не являющиеся собственно аварскими (это названия сел, кварталов, ущелий, гор, рек). Названия большинства аулов Салатавии имеют тюркское происхождение, например: Хубар (Хубар) - от «уйбар» - «гриб древесный», Бавтугъай (Бавтугай) - от «бавтугъай» - «долина садов» или «давтугъай» - «кровавая долина», Гозтала (Костала) - от «гъоста-ла» «ореховая роща», Гертма (Гертма) - от «гертматале» - «грушевая роща» или «дикая груша» [2, с. 21].

В становлении и обособлении салатавской диалектной единицы определенную роль сыграли и «внешние» факторы, а именно влияние языков, с носителями которых салатавские аварцы в течение длительного периода имеют тесные контакты. Обращают на себя внимания результаты кумыкского языкового влияния, которые особенно ярко и последовательно выявляются в лексике диалекта.

Состав заимствованной лексики, форма Функционирования и в значительной мере также орфографический облик определяются их преимущественной принадлежностью к той или иной социально-обусловленной функционально-семантической сфере современного аварского языка. Наиболее многочисленной и активно употребительной лексико-семантической группой заимствований являются слова, обозначающие названия различных животных и птиц, термины, обозначающие полеводство, садоводство, бахчеводство, наименования предметов хозяйственно-бытового назначения и предметы домашнего обихода, продуктов питания, напитков, названия, связанные с деятельностью человека, характеризующие его внешность и внутренний мир, названия строений и инструментов, одежды, материалов, обуви, головных уборов, природных явлений, местности, слова, обозначающие социальную жизнь, родственные связи, названия частей тела и т. д. Приведем примеры:

салатавский кумыкский перевод чубури чубурув тропа орум орам улица

Библиографический список

этек этик сапог

пент пент пуговица

дулагъал дедахлар голенища

бажа бажа свояк

балдуз балдыз золовка

гъаймахъ къаймакъ сметана

хъалач къалач лепешка

шавру шавур рассол

убур обур хитрец

хъаравул къаравучу сторож

удаман одаман старший чабан и т. д.

У салатавских аварцев большое распространение получили такие имена тюркского происхождения, как: Айбика, Аймесей, Аругъиз, Асланхан, Баймирза, Баихак, Бахтина, Бахтум, Бика, Бибулат, Жанбулат, Мирзахан, Мирза, Пурус-хан, Парацхан, Тавбу-лат, Эсенбулат и т. д.

Немалый интерес в области тюркско-дагестанских языковых контактов представляют и материалы по топонимике Салатавии. Изучение связей народов и их языков на материале топонимики имеет важное значение для восстановления картины контактов в далеком прошлом. Известно, что географические названия дают значительные сведения о природе, языке, истории, быте, обычаях на определенной территории. Современная топонимия Салатавии по языковому составу неоднородна. Анализ материалов показывает, что она складывалась в течение тысячелетий, изменяясь под влиянием исторических условий, смены народов и языков на данной территории, и, естественно, топонимия ее состоит из ряда языковых наслоений.

Кумыкские заимствования подверглись в салатавском диалекте аварского языка значительному фонетическому освоению. Аварский и кумыкский языки входят в разные по структуре и генезису языков, поэтому их фонетические системы сильно различаются. В процессе заимствования салатавский диалект аварского языка освоил ряд кумыкских согласных и гласных звуков. Некоторые из них претерпели определенные изменения. Освоение кумыкских заимствований на фонетическом уровне сопровождалось постепенным изменением их звукового состава. Специфические звуки кумыкского языка: оъ, уъ, ы были заменены аварскими звуками. В результате чего фонетический облик кумыкских заимствований подвергся существенным изменениям и приблизился к фонетике аварского языка.

Основная лексико-грамматическая группа заимствованных слов из тюркского (кумыкского) языка - это имена существительные. Они занимают около 90% всей заимствованной из кумыкского языка лексики. Почти все существительные, независимо от суффиксально-префиксальных показателей заимствованы без изменений (имеется в виду в морфологическом плане). Заимствованные существительные в салатавском диалекте не имеют классных экспонентов, так как они заимствуются в виде прямой основы. Заимствованные имена существительные во мн.числе принимают аффиксы множественного числа аварского языка: -би, -ал, -заби, -зал, -и, -я, -ул, -дул.

Таким образом, относительная изолированность от остальной языковой территории дала толчок возникновению в речи салатавских аварцев определенных изменений. Определенную роль в этом сыграли и «внешние факторы», а именно влияние кумыкского языка, с носителями которого в течение длительного времени имеют тесные контакты.

1. Махмудова П.М. Лексико-грамматическое освоение кумыкских заимствований в салатавском диалекте аварского языка. Автореферат диссертации ... кандидата филологических наук. Махачкала, 2007.

2. Апандиева Х.Х. Тюркизмы в топонимических преданиях салатавских аварцев. Проблемы общего и дагестанского языкознания. Махачкала, 2004.

References

1. Mahmudova P.M. Leksiko-grammaticheskoe osvoenie kumykskih zaimstvovanij v salatavskom dialekte avarskogo yazyka. Avtoreferat dissertacii ... kandidata filologicheskih nauk. Mahachkala, 2007.

2. Apandieva H.H. Tyurkizmy v toponimicheskih predaniyah salatavskih avarcev. Problemy obschego i dagestanskogo yazykoznaniya. Mahachkala, 2004.

Статья поступила в редакцию 02.12.18

УДК 821.161.1

Magomedova R.M., Cand. of Sciences (Philology), senior teacher, Dagestan State University (Makhachkala, Russia), E-mail: uzlipat066@mail.ru

SATIRE AND HUMOR IN AVAR FOLK POETRY. The article deals with satire and humor and Avar folk poetry. It is noted that the growing interest in oral folk art is due to the desire of a people to reveal their place in the historical past, to understand their contribution to the treasury of world culture. Satire and humor in the folk poetry of the Avars as in a mirror reflect the people's experience, wisdom, philosophy, psychology and its culture. In the Avar folk poetry satirical song usually affects social themes. The author concludes that Ahmed folk poetry is rich and original, and it represented satire and humor, giving its contents and form originality and uniqueness. Submitted article material is taken from the NIIFLI Fund of the DSU and was not subjected to scientific research.

Key words: satire, humor, Avar folk poetry, folklore, lyrics, genre, image.

Р.М. Магомедова, канд. филол. наук, ст. преп. каф. лит. народов Дагестана, Дагестанский государственный университет, г. Махачкала,

E-mail: uzlipat066@mail.ru

САТИРА И ЮМОР В АВАРСКОЙ НАРОДНОЙ ПОЭЗИИ

В статье рассматриваются сатира и юмор в аварской народной поэзии. Отмечается, что возрастающий интерес к устному народному творчеству обусловлен стремлением того или иного народа выявить свое место в историческом прошлом, осмыслить свой вклад в сокровищницу мировой культуры. Сатира и юмор в народной поэзии аварцев как в зеркале отражают народный опыт, мудрость, философия, психология и ее культуру Автор делает вывод о том, что аварская народная поэзия богата и самобытна, и в ней широко представлены сатира и юмор, придающие её содержанию и форме оригинальность и неповторимость. Представленный в статье материал взят из рукописного фонда НИИФЛИ ДГУ, и до нас не был ещё подвергнут научной обработке.

Ключевые слова: сатира, юмор, аварская народная поэзия, фольклор, лирика, жанр, образ.

У каждого дагестанского народа есть свой исторически сложившийся язык, с помощью которого он создавал художественные образцы фольклорного творчества. Так и аварский народ, в течение многих веков сформировал богатую самобытную культуру, и в ней большое место занимает народная поэзия, в которую входят календарно-обрядовые, свадебные, колыбельные песни, песни-причитания; народные баллады и лирические песни. Внеобрядовую лирику аварцев составляют пейзажные, философские, героические, любовные, детские песни. Этот жанр является ведущим в аварском фольклоре, так как основным объектом лирической песни является сама жизнь народа. Под лирическими песнями подразумеваются «песни, не связанные ни с какими действиями, обрядами, играми -песни с социальной, бытовой, любовной и семейной тематикой и раскрывающие эмоциональные отношения человека к явлениям окружающего мира, причём раскрытие это производится при помощи художественных средств, не сходных с поэтическими системами других жанров» [1, с. 112].

Говоря о народной аварской лирике, из нее можно выделить группу сатирических, шуточных песен. Эти песни раскрывают недостатки общественной и частной жизни, они направлены против конкретных уродливых явлений в жизни народа. В той или иной степени, этой темы касается Сиражудин Хайбуллаев в работе «Аварская народная лирика» [2].

В аварской народной поэзии сатирическая песня затрагивает, как правило, социальные темы. И при этом главную роль в идейно-художественной структуре этого типа песен играет ирония. Это один из важнейших способов создания сатирического образа. Большое место в таких песнях занимает тема труда. Аварский народ очень трудолюбивый. Нет среди него места лентяям, тунеядцам, бездельникам. Лень, трусость, безответственность и многие другие человеческие пороки безжалостно высмеиваются в их песнях. А ведь в непростых условиях жил и формировался дух и характер этого народа. Аварцы, исторически населяющие северную и северно-западную части Нагорного Дагестана, несмотря на тяжелые условия жизни, всегда жили сплоченно и дружно. Местом их проживания были крутые склоны, скалы, где мало земли для посевов, это местность, где обитают горные туры, дикие кабаны, косули, олени, бурые медведи, волки, даже леопарды. Вся эта живописная, разнообразная и в тоже время суровая природа наложила свой отпечаток на быт, национальный характер и культуру аварцев, которые отразили свои взгляды и мысли в своих песнях: Ч1алаби мичМил дур, Пурдул ч1арал дур. Х1анч1ил гьан нахълъолев, Квен ридидулав. [Рук. фонд НИИФЛИ ДГУ]. «Брёвна из крапивы, Жерди из сорняка. Мясо на зиму из птицы, Еда из сыворотки».

Эти слова-насмешки мы находим в фольклоре унцукульцев. В этой песне народ высмеивает ленивого, нетрудолюбивого человека, который не думает о завтрашнем дне: ни о доме, ни о хлебе насущном. А для аварца очень важно оберегать и содержать свою семью.

Аварская народная бытовая поэзия высмеивает и другие человеческие пороки, такие, как трусость. Трусость никогда не оправдывалась даже сильно любящей матерью, так как сыновьям горцы, в первую очередь, прививали такие ценные качества характера, как мужество, выносливость, готовность всегда заступиться за родную землю, за свой народ. Мужчина должен быть не только храбр и бесстрашен, но и внешне подтянут и аккуратен, иначе это может стать предметом насмешки:

Х1амил щватабазда шапка релълъарав, Щибилан восилев мунясалаца? [Рук. фонд НИИФЛИ ДГУ] «Если шапка твоя на ослиные уши похожа, Как же девушкам выбирать тебя?»

Здесь высмеивается неряшливость парня. Шапка, как ослиные уши, - это не завязанные ушки шапки по неаккуратности. Пока он такой, его никто из девушек не выберет. В другой народной песне с иронией говорится о состоятельном человеке, имеющем много овец, но жалеющем для себя достойной одежды и тем самым проявляющем крайнюю скупость. Скупость и жадность, которые вызывают у людей неприязнь и гнев, остро критикуются и бичуются с чертами сатиры и насмешки. Даже звучат проклятия в адрес скряги. И таких песен у аварцев много:

Пебул мац1алъ ц1ан баги, Ц1ц1ел лълъаралъ ханжу баги,

Хурул раг1ал гОралъ аги, Пачибачал пуялъ аги.

«Пусть соль лишь на кончике шила останется. Пусть мука с козий рог останется. Пусть река поля унесёт.

Пусть пурга коров и телят унесёт» [Рук. фонд НИИФЛИ ДГУ]. В другой песне высмеивается не только человеческая скупость, но и лицемерие, подхалимство, когда человек различает людей по материальному положению. Эта песня несколько отличается от других: она звучит мелодичнее, тон поучительный. Народ как бы с сожалением говорит о таком человеке: Садакъадул къимат Къвариг1унго бук1инч1о. Къарумав чи мун вук1ин Цебего лъан бук1ана. Дуца садакъа кьолеб Тайпа бат1ияб буго. Падамап рат1агьари

Дурго бит1араб гьеч1о [Рук. фонд НИИФЛИ ДГУ].

«Как милостыня, твоё уваженье

Нужно мне не было,

Что ты жадный,

Знал я давно.

Те, кому даёшь подачки,

Они совсем другие,

Просто людей отличать

Не справедливо пойми».

В аварской народной бытовой лирике встречаются песни, осуждающие и высмеивающие клеветников и сплетников: Гьац1улъе ц1ам балел мац1ихъабаца Рац1ц1адал г1адамал г1ужие гъола. Ургьимес мах1царал х1алхъубалщиназ Хъах1абг1арцудаги бугьтанал лъола [Рук. фонд НИИФЛИ ДГУ]. «Сплетники, что и в мёд соль сыплют, Чистых людей на мишень берут. Изнутри гнилые клеветники Белое серебро очернить готовы».

Здесь с отвращением говорится о сплетниках, которые без спроса лезут в душу, готовые очернить и самых честных людей. Они лицемерны и двуличны ,везде и во всем ищут недостатки. «Чёрными воронами», - называет их народ. «Языки у них сладкие, а сердца чёрные», «стоит человеку отойти, они начинают обливать его грязью», «душа вся в складках», - говорится о них в песне. Они своей подлостью отравляют и рушат судьбы людей. В аварской народной лирике одной из ведущих тем является тема любви. В любовной лирике отражаются все стороны жизни народа и высмеиваются многие человеческие пороки. В ней много сатиры и иронии, которые направлены против нелюбимого мужа, жениха, звучат шутки над возлюбленными. В любовной лирике очень распространённой является форма диалога. Это обычно диалоги между матерью и дочерью, юношей и девушкой и т.д. Характерной чертой аварской народной любовной лирики является то, что в любви объясняются в форме переучивания, высмеивания любимого. Этим приёмом пользуются и аварские поэты (например, Анхил Марин в песне «Дуда ч1ор речМаяв» - «Чтоб стрела в тебя попала») [3].

Иной раз объяснение в любви встречается в форме проклятия:

Дур баг1араб чоца накабич1ваяв,

Наку-кверищ ч1валеб дурр кьибилалъе?

Кьолбода гьоркьоса вокьулев хваяв,

Багьана щиб батун, дун рехун тарай.

«Да, чтоб красный конь колени тебе разбил,

На колени что ль мне стать пред твоей роднёй?

Да, чтоб самый близкий тебе из родни погиб,

Какая причина, чтоб бросить меня?»

Фольклорный материал, который мы использовали в данной статье впервые рассматривается и публикуется нами. Он взят из рукописного фонда НИИФЛИ ДГУ и не был еще подвергнут научной обработке. Впервые попытались это сделать мы и пришли к выводу, что аварская народная поэзия богата и самобытна, и в ней широко представлены сатира и юмор, придающие её содержанию и форме оригинальность и неповторимость.

Библиографический список

1. Колпакова Н.П. Русская народная бытовая песня. Москва, Ленинград, 1962.

2. Хайбуллаев С. Аварская народная лирика. Махачкала, 1973.

3. Журнал «Гьудулльи». Махачкала, 1991; 4: 70 - 76.

4. Рукописный фонд НИИФЛИ ДГУ.

References

1. Kolpakova N.P. Russkaya narodnaya bytovaya pesnya. Moskva, Leningrad, 1962.

2. Hajbullaev S. Avarskaya narodnaya lirika. Mahachkala, 1973.

3. Zhurnal «G'udull'i». Mahachkala, 1991; 4: 70 - 76.

4. Rukopisnyj fond NIIFLIDGU.

Статья поступила в редакцию 02.12.18

УДК 811.351.22

Mutalov R.O., Doctor of Sciences (Philology), Professor, chief researcher, Department of Caucasian Languages, Institute of Linguistics of Russian Academy

of Sciences (Moscow, Russia), E-mail: mutalovr@mail.ru

Gasanova U.U., Doctor of Sciences (Philology), Professor, Dagestan State University (Makhachkala, Russia), E-mail: uzlipat066@mail.ru

THE TENSE/ASPECT FORMS OF THE VERB IN KADAR DARGWA. The article is dedicated to a study of the aspect-time system of verbal forms of the Kadar language. The article deals with problems of identifying all forms of verbal time functioning in the language, determining the ways of their formation, determining the semantic meanings of these forms, identifying the features of the formation of temporary forms in this language in comparison with the material of other Dargwa idioms. For solving given tasks the author uses a comparative method and a method of synchronic analysis. The morphological categories of the Kadar verb remain unexplored, which is the relevance of this study. The novelty of the work is that for the first time the system of temporary forms of the Kadar language is investigated systematically, previously undetected morphological indicators are identified, the distinctive features in the category of time of the Kadar language in comparison with the material of other Dargwa idioms are singled out. The research material is collected directly from native speakers. In future, the results of the study will be used to create a comparative historical grammar of the Dargwa languages.

Key words: Caucasian languages, Kadar language, morphology, verb, inflectional categories, aspect, time category.

Р.О. Муталов, д-р филол. наук, проф., гл. науч. сотр. отдела кавказских языков Института языкознания Российской академии наук (РАН),

г. Москва, E-mail: mutalovr@mail.ru

У.У. Гасанова, д-р филол. наук, проф., Дагестанский государственный университет, г. Махачкала, E-mail: uzlipat066@mail.ru

ВИДО-ВРЕМЕННЫЕ ФОРМЫ ГЛАГОЛА КАДАРСКОГО ЯЗЫКА

Работа выполнена при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ), проект № 18-012-00718 «Документирование кадарского языка: грамматический очерк, тексты, словари».

Статья посвящена исследованию видо-временной системы кадарского языка. В статье решаются задачи выявления всех функционирующих в языке форм глагольного времени, установления способов их образования, определения семантических значений данных форм, выявления особенностей образования временных форм в данном языке в сравнении с материалом других даргинских идиомов. Для решения приведенных задач использованы сравнительно-сопоставительный метод и метод синхронного анализа. Морфологические категории глагола кадарского языка остаются пока неизученными, в чем заключается и актуальность данного исследования. Новизна работы в том, что в ней впервые системно исследована категория времени кадарского языка, выявлены ранее не отмечавшиеся морфологические показатели, определены также отличительные особенности в видо-временной системе кадарского языка сравнительно с материалом других даргинских идиомов. Материал исследования собран непосредственно у носителей языка. В перспективе результаты исследования будут использованы при создании сравнительно-исторической грамматики даргинских языков.

Ключевые слова: кавказские языки, кадарский язык, морфология, глагол, словоизменительные категории, аспект, категория времени.

Кадарский язык относится к восточнокавказской группе языков, входит в её даргинскую ветвь. Он распространен в северной части даргинского ареала и долгое время развивался в тюркоязычном окружении, в отрыве от других даргинских языков. Данное обстоятельство не могло не отразиться на языке кадар-цев - в нем много особенностей и явлений, не отмеченных в других даргинских идиомах. Они проявляются как на фонетическом уровне, так и в грамматическом строе кадарского языка. Особенно много своеобразий встречается в глагольной морфологии рассматриваемой языковой единицы, в частности, в категории времени. В век глобализации кадарский язык подвержен процессу исчезновения, как и другие малые языки. Тем не менее, грамматические явления данного языка, в том числе морфологические категории глагола, остаются пока неизученными.

Категории вида и времени в даргиноведении не раз становились объектами специального исследования. Они довольно подробно рассмотрены в общих грамматиках, посвященных исследованию различных даргинских идиомов [1; 2; 3; 4; 5; 6]. Имеются также специальные работы, в которых данная проблема получила подробное освещение [7; 8]. Однако вопросы образования и функционирования глагольных форм в кадарском идиоме, считающемся одним из отдаленных от других даргинских идиом, пока в даргиноведении не рассматривались. В дар-гиноведении существует также терминологии, поскольку в разных работах одни и те же грамматические формы обозначаются по-разному. Нередко в качестве форм времени рассматриваются модальные формы глагола, а в ряде работ - и фокусные конструкции.

В кадарском языке можно выделить следующие формы времен: прошедшие времена: аорист, имперфект, перфект, плюсквамперфект (совершенного и несовершенного видов), результатив; настоящие времена: презенс, хабитуа-лис; будущее время: футурум. Следует отметить, что в кадарском языке, как и в других даргинских идиомах, вид и время тесно переплетены взаимосвязаны.

Каждая форма времени может функционировать в одном из двух глагольных видов - совершенном или несовершенном, поскольку категория вида выражается основой глагола. Формы аориста, перфекта и результатива функционируют в совершенном виде, формы имперфекта, презенса, хабитуалиса; футурума - в несовершенном. Плюсквамперфект имеет формы совершенного и несовершенного видов.

1. Аорист обозначает однократное действие имело место в прошлом и завершилось безотносительно к моменту речи [9, с. 300]: биц-иб «продал». Формы 3-го лица аориста образуются посредством показателей -иб, -уб, -ун, которые присоединяются к исходной основе глагола совершенного вида: биц-иб «продал», ак1-уб «родился», багь-ун «узнал». Следовательно, значение претерита образуется пучком морфем.

Отличие в образовании аориста в кадарском заключается в том, что в нем не используется окончание -ур, которое распространено в других даргинских идиомах, в частности, в литературном языке. Вместо данного аффикса в кадар-ском функционирует показатель -ун: багь-ур «узнал» (лит.) - багь-ун (кадар.), что является одной из отличительных особенностей кадарской речи. Следует отметить, что подобное явление встречается и в довольно далеком от каларского кянасирагинском говоре урахинского языка: окончанию -ур других идиомов в нем соответствует маркер -ун: бат-ун «оставил» [7, с. 10], ср. бат-ур (лит.).

Формы 1-го и 2-го лиц образуются от основы аориста 3-го лица присоединением личных показателей -ра (1 л.), -ри (2 л.): нуни Мухтар игь-ун-ра «я связал Мухтара», х1уни Мухтар игь-ун-ри. Парадигма аориста в кадарском такова:

ед. число мн. число

1 л. нуни багь-ун-ра «я узнал» нушани багь-ун-ра

2 л. х1уни багь-ун-ри х1ушани багь-ун-рия

3 л. итини багь-ун итили багь-ун