Казус Мединского и две парадигмы общественного контроля научной аттестации

ПОЛЕМИКА

ОТ РЕДАКЦИИ

Уважаемые читатели, мы продолжаем публиковать серию полемических статей, посвященных деятельности небезызвестного проекта «Диссер-нет». Сразу оговоримся: имя автора публикуемой статьи является псевдонимом. Редакция «Экономического журнала» решила сделать исключение из правил и не публиковать истинные данные уважаемого исследователя. При принятии этого решения редакция руководствовалась порочной и крайне тревожащей практикой общения, навязываемой «сетевым сообществом «Диссернет» научной общественности. Увы, с некоторых пор оскорбления, открытая травля оппонентов, фальсификации и ложные обвинения стали нормой для деятелей «Диссернета». Самый свежий пример - травля редакции журнала «Новый исторический вестник», которая была ложно обвинена в публикации статей авторов так называемых «красочных диссертаций» за конструктивную критику «отцов-основателей» «Диссернета». Когда одному из них - Андрею Ростовцеву - был задан вопрос, почему «Диссернет» публикует сфальсифицированную информацию о научных журналах, обвиняя их в публикации статей, которые никогда не выходили в свет, г. Ростовцев ответил буквально следующее: «Да, статьи этих авторов в «Новом историческом вестнике никогда не публиковались. Однако ПУСТЬ ПОКА ПОВИСЯТ».

Понимая, что при таком беспринципном подходе к обсуждению серьезных и наболевших проблем отечественной науки авторы, выступающие с критикой «Диссернета», не застрахованы от оскорблений и провокаций со стороны последнего, редакция и приняла решение защищать авторов некоторых полемических статей псевдонимами.

УДК 001.92

А.В. Семенов

КАЗУС МЕДИНСКОГО И ДВЕ ПАРАДИГМЫ ОБЩЕСТВЕННОГО КОНТРОЛЯ НАУЧНОЙ АТТЕСТАЦИИ

А. V. 8втвпоу

Incident Medinskij and two paradigms public control scientific certification

Решение диссертационного совета Д 501.001.72 при Московском государственном университете (далее - МГУ) не рассматривать по существу заявление о лишении ученой степени Мединского В.Р. вызвало бурные обсуждения и высокий общественный интерес, который возобновился с приближением даты рассмотрения работы в диссовете Белгорода. По данному вопросу высказались многие известные ученые, пристальное (и, к сожалению, достаточно одностороннее) внимание уделили различные СМИ.

Рассмотрим этот случай как яркий пример системных процессов в сфере научной аттестации - борьбы двух парадигм организации общественного контроля системы научной аттестации и рассмотрения споров.

Как известно, в мире существует две основные парадигмы разрешения споров с помощью третьей стороны. В юриспруденции они известны как «профессиональный» и «непрофессиональный» судебный процесс, или же «суд права» и «суд фактов». Разумеется, встречается большое количество различных гибридных конструкций, которые можно расположить по умозрительной шкале от «суда фактов» до «суда права», и применить эту шкалу и к другим видам разрешения споров, помимо судебного.

«Суд фактов», или непрофессиональный, базируется на традиционном принципе римского права - Jura novit curia (с лат. - «суд знает законы»). Это означает, что стороны спора должны представить лишь сведения о фактах, даже если они их неправильно интерпретируют с точки зрения закона или выбирают неверный способ защиты своих прав - суд не обращает внимания на их правовые ошибки, и, опираясь только на изложенные факты, сам применяет необходимую правовую норму. Соответственно, поскольку юридические ошибки сторон не влияют на исход дела, то в процессе юридический

профессионализм требуется лишь от судьи, а другие участники могут быть непрофессионалами.

«Суд права», или профессиональный, базируется на иных принципах. Это пассивная роль суда как арбитра в состязательном процессе, в котором побеждает та сторона, которая лучше раскрыла и доказала свои претензии.

Выбор между этими парадигмами зависит от многих факторов и, в конечном итоге, определяется его практическим удобством для решения определенных задач в конкретной социально-экономической обстановке. Подход «суда фактов» является более социально справедливым, т.к. не ставит в прямую зависимость возможность добиться справедливости от возможности оплатить более дорогостоящего специалиста; кроме того, он, по очевидным причинам, более подходит для дел высокой общественной значимости. С другой стороны, он является существенно более затратным ввиду более активной роли суда.

Можно вспомнить и еще одно различие - между инквизиционным и состязательным процессом. В случае инквизиционного процесса суд играет более активную роль в сборе материалов по делу, в то время как в состязательном процессе он играет роль пассивного арбитра сторон.

Наконец, полезной аналогией является и различие между вариантами частного и публичного обвинения: в зависимости от тяжести, общественной опасности и других признаков деяния уголовное дело может возбуждаться либо по заявлению заинтересованной стороны (потерпевшего), либо же уполномоченными государственными органами по факту получения информации о противоправном деянии.

Каким же образом можно спроецировать данные парадигмы разрешения споров и борьбы с нарушениями на процесс разрешения споров и пресечения нарушений в области научной аттестации?

Роль общественного контроля системы научной аттестации формировалась постепенно. В старом Положении о порядке присуждения ученых степеней (Постановление Правительства РФ от 30.01.2002 № 74 (ред. от 20.06.2011) «Об утверждении единого реестра ученых степеней и ученых званий и Положения о порядке присуждения ученых степеней»), действовавшем в 2003-2013 годах (далее - Положение № 74), процедура общественного контроля была прописана весьма кратко:

«44. На решение диссертационного совета по вопросам присуждения, лишения (восстановления) ученых степеней организация, соискатель или другое лицо могут подать апелляцию в диссертационный совет по месту защиты диссертации и в Министерство образования и науки Российской Федерации.

Апелляция подается по вопросам обоснованности принятия диссертационным советом решения о присуждении, лишении (восстановлении) ученых степеней, а также по вопросам нарушения порядка защиты диссертации, тайного голосования или работы счетной комиссии....

45. Решение по апелляции, поданной на решение диссертационного совета по вопросам присуждения, лишения (восстановления) ученой степени, принимает Министерство образования и науки Российской Федерации с учетом результатов рассмотрения апелляции диссертационным советом и заключения Комиссии.

46. Процедура рассмотрения апелляций в диссертационных советах и Министерстве образования и науки Российской Федерации устанавливается указанным Министерством.

47. Решения о выдаче дипломов, об отказе в выдаче дипломов, о присуждении, лишении (восстановлении) ученых степеней могут быть обжалованы в судебном порядке».

Случаи применения данной нормы были единичными. Однако в конце 2012 - начале 2013 года громкий скандал вокруг диссертации А. Андриянова и других защит в диссертационном совете Д 212.154.01 привел к повышению общественного внимания по проблеме экспертизы диссертационных работ и впоследствии к организации «Вольного сетевого общества «Диссернет», специализирующегося на данной проблеме. В связи с возросшей актуальностью проблемы организации общественного контроля, в новом Положении о присуждении ученых степеней, которое вступило в силу с 2014 года (далее - Положение), были предусмотрены более детальные нормы его проведения.

За три года его действия накопился достаточный фактический материал, требующий осмысления как в свете правоприменения действующего законодательства, так и в свете его развития (анализ de lege lata; de lege ferenda соответственно).

Прежде всего, можно отметить, что большинство участников практики общественного контроля (как показывает анализ подаваемых ими заявлений о лишении ученой степени (далее - ЗОЛУС)), рассматривают систему разрешения споров в сфере научной аттестации как «суд права» с инквизиционным оттенком. Свою задачу они видят в том, чтобы «подать сигнал» о фактах возможных нарушений в той или иной диссертационной работе, например, совпадающих фрагментах текста с другими работами или же сомнительных фактических данных. Далее, с их точки зрения, система разрешения споров (во всех ее инстанциях: диссертационный совет (далее - диссовет) - экспертный совет Высшей аттестационной комиссии при Министерстве образования и науки Российской Федерации (далее - ВАК) - Президиум ВАК - Министерство образования и науки РФ (далее - Минобрнауки РФ) должна самостоятельно повторно изучить спорную диссертацию на предмет ее соответствия всем требованиям, предъявляемым к кандидатским или докторским диссертациям, и решить вопрос о сохранении либо лишении степени. Более того, все чаще активисты «Диссернета» требуют от системы государственной научной аттестации даже самостоятельного сбора фактов или же перепроверки фактической достоверности доводов сторон (Диссернета и диссертанта). Интересный анализ методологических предпосылок Диссернета в свете действующего законодательства был проведен в статье «Диссернет: что сто-

ит за мифом», опубликованной блогером Фандориным по адресу: contws/@fandorin/567790

С другой стороны, действующее законодательство в рамках Положения о присуждении ученых степеней (Постановление Правительства РФ от 24.09.2013 № 842 (ред. от 02.08.2016) «О порядке присуждения ученых степеней» (вместе с «Положением о присуждении ученых степеней»)) возлагает все бремя доказательства тезиса о необходимости лишения степени на заявителей:

«65. Лица, которым ученые степени были присуждены с нарушением требований, установленных пунктами 2 и 3 настоящего Положения, и (или) критериев, установленных пунктами 9 - 14 настоящего Положения, могут быть лишены этих степеней по решению Министерства образования и науки Российской Федерации.

...67. В заявлении о лишении ученой степени указываются:

...г) доводы, на основании которых лицо, подавшее заявление о лишении ученой степени, не согласно с решением диссертационного совета (с приложением документов и материалов либо их копий, подтверждающих указанные доводы).

68. Вопрос о лишении ученой степени не рассматривается в следующем случае:

...б) отсутствие в заявлении о лишении ученой степени доводов, на основании которых лицо, подавшее это заявление, не согласно с решением диссертационного совета, а также отсутствие документов, подтверждающих указанные доводы».

На практике это приводит к целому ряду противоречивых ситуаций. Подавляющее большинство подаваемых ЗОЛУС не соответствуют указанным в Положении требованиям: они либо не содержат соответствующих требованиям Положения доводов в пользу лишения степени, либо фактических материалов (документов), подтверждающих эти доводы, либо и того, и другого вместе.

Как известно, основания для лишения степени, согласно Положению -это нарушение требований из пунктов 2 и 3 Положения (формальные квалификационные требования, соблюдение которых достаточно строго отслеживается еще на этапе присуждения степени) и критериев, установленных пунктами 9-14 Положения. Соответственно, в случае рассмотрения ЗОЛУС по работам, защищенным в рамках старого Положения 2003 года (т.е. Положения № 74), необходимо доказательство нарушения критериев из пп. 7-11 старого Положения.

В частности, типичной ситуацией является ЗОЛУС с требованием о лишении степени на основании нарушения порядка использования заимствованных материалов (п.11 старого Положения). Этот пункт гласит: «При написании диссертации соискатель обязан ссылаться на автора и (или) источник заимствования материалов или отдельных результатов.

При использовании в диссертации идей или разработок, принадлежащих соавторам, коллективно с которыми были написаны научные работы, соискатель обязан отметить это обстоятельство в диссертации.

Указанные ссылки должны делаться также в отношении научных работ соискателя, выполненных им как единолично, так и в соавторстве.

В случае использования заимствованного материала без ссылки на автора и (или) источник заимствования диссертация снимается с рассмотрения диссертационным советом без права повторной защиты указанной диссертации».

Всестороннее рассмотрение данного пункта было проведено в работах Рябова Алексея Александровича, кандидата юридических наук, доцента, руководителя службы правовой экспертизы Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей, в частности: в статье в журнале «Цивилист», № 4 за 2013 г. под названием «Диссертация как объект авторского права», и в главе в коллективной монографии, изданной в МГЮА: «Право интеллектуальной собственности: актуальные проблемы: Монография» / Под общ. ред. Е.А. Моргуновой. - М.: НОРМА, ИНФРА-М, 2014.

В частности, Рябов А.А. считает необходимым подробно проанализировать объект защиты от неправомерного заимствования в данном Положении - «материалы или отдельные результаты». Необходимо процитировать его мысль максимально подробно, с некоторыми комментариями.

«Негативные правовые последствия, предусмотренные Положением, связаны с нарушением авторства именно на содержание научного труда и его результата, а не с нарушением прав на «форменную» составляющую произведения науки — объекта заимствования. Этот вывод, без сомнения, нуждается в пояснении, поскольку различие между оригинальной формой и оригинальным содержанием произведения науки, в отношении которого есть предположения, что оно стало объектом заимствования, проводится на практике далеко не всегда.

Не всякое лексическое совпадение фрагмента диссертации с фрагментом ранее обнародованного научного труда иного автора будет означать заимствование научных материалов и результатов, равно как отсутствие лексических совпадений не будет означать, что такого заимствования нет.

Диссертационные труды относятся к сфере науки, а не художественной литературы, вследствие чего юридическое значение имеет не наличие определенного количества похожих лингвистических построений, фраз, словосочетаний, что подчас неизбежно ввиду сходства предмета исследований и частичного совпадения перечней использованной литературы при написании диссертаций, а иной — содержательный аспект: использование в диссертационном исследовании оригинальных, т. е. собственных научных разработок и выводов автора (необходимо пояснить для тех, кому данный тезис автора покажется спорным: в данном случае Рябов А.А. опирается на решение Калининского районного суда Санкт-Петербурга в деле 2-Х/10 по иску Белова

В.В. к Белику Н.А. о защите исключительных прав автора на научную работу. В своем решении от 28 июня 2010 года суд указал:

«Суд полагает, что, поскольку рассматриваемые труды относятся к сфере техники, а не литературы, и доказыванию подлежит не определенное количество похожих лингвистических построений, что неизбежно ввиду сходности предмета исследований и частичного совпадения перечней использованной литературы при написании диссертаций, а использование в диссертации Белика Н.А. научных выводов из диссертации Белова В.В., без указания на авторство последнего, а решение этих вопросов относится к компетенции специалистов той сферы, в которой созданы диссертации, а не лингвистическая экспертиза, поскольку она не доказывает, что совпадающие фрагменты являются объектами авторского права истца»).

Далее Рябов А.А. продолжает:

«Ограничение на анонимное использование в диссертациях чужих научных материалов и результатов действует лишь в том случае, если эти «заимствованные» материалы и результаты являются новыми или оригинальными, т. е. полученными в результате научного поиска, творческой научной деятельности иного автора. Нет смысла устанавливать санкции за использование материалов либо результатов без указания их автора, если они не обладают признаками новизны или оригинальности (т. е. по своей сути не могут быть по-настоящему названы научными), либо настолько сильно вплетены в материю истории науки и культуры, что их авторство является очевидным для любого образованного человека (например, авторство гелиоцентрической системы мироздания или закона всемирного тяготения).

К примеру, в научных трудах в сфере права традиционно большой объем занимает изложение нормативного материала, в той или иной степени адаптированного применительно к целям изложения, его доктринальное толкование. Очевидно, что такого рода изложение не обязательно будет охватываться понятием оригинальных научных материалов или результатов. Материалы, в данном случае - нормативные, являются общеизвестными, а их изложение (а иногда и доктринальное толкование) не всегда образует новый оригинальный научный результат. В подавляющем большинстве случаев толкование норм права не создает нового знания и раскрывает лишь то, что изначально заложено в правовой материи.

Не будут обладать признаками оригинального научного материала или результата также и реферативные части научных исследований. Оригинальность рефератов может относиться лишь к «форменной» части произведения науки, если обзор научных позиций по теме исследования оригинален по творческой компоновке или литературной обработке. По этой причине заимствование оригинального реферата будет нарушать авторское право - право на литературную форму, не нарушая при этом правил Положения, относящихся к содержанию научных трудов.

Определение термина «материалы», используемого в п. 12 Положения, в этом нормативном акте не дается. В соответствии с общепринятым в рус-

ском языке толкованием под термином «материалы» понимается источник, сведения, служащие основой для чего-то. В случае научных работ это собранные автором источники, сведения, являющиеся основой для научного исследования, т.е. новые или оригинальные материалы для последующего исследования и доказательства правоты автора.

О новизне материалов можно говорить в том случае, если эти объекты были обнаружены самим автором научного исследования, или, будучи обнаруженными иными лицами, впервые вводятся этим автором в научный оборот в той области науки, по которой пишется диссертация. Оригинальность как характеристика в большей степени применима к научным результатам, материалы могут рассматриваться как оригинальные не всегда, а в основном тогда, когда сами являются продуктом научной, интеллектуальной деятельности автора».

Таким образом, какими должны быть доводы и подтверждающие их документы для полного соответствия требованиям Положения, в случае, если основанием для лишения рассматривается нарушение порядка использования заимствованных результатов?

Во-первых, доводы должны содержать следующие основные пункты:

1. Рассмотрение текста работы - предполагаемого источника на предмет выделения в ней собственных оригинальных научных результатов, оригинальных научных результатов третьих лиц, и мест, не имеющих ценности как научные результаты и материалы (общеизвестные научные теории, факты и т.д.). Места, не идентифицированные как научные результаты автора работы-донора или третьих лиц, исключаются из дальнейшего анализа.

2. Рассмотрение текста оспариваемой диссертации на предмет наличия в ней дословно или с пересказом воспроизведенных оригинальных научных результатов из работы-донора или третьих лиц.

3. Выявление того, отграничены ли эти заимствованные результаты от собственных результатов автора. Такое отграничение может быть произведено разными средствами - кавычками, вводными фразами типа «по мнению автора А», заключительными фразами типа «как показывает рассмотрение теории А», переходом к теории следующего автора и т.д.

4. Рассмотрение, имеются ли ссылки на заимствованные материалы или научные результаты. Как известно, согласно Положению, ссылки должны быть «на автора и/или источник заимствования». Таким образом, простое указание фамилии автора в контексте описания его научного результата уже является полностью достаточной ссылкой, вне зависимости от длины изложения этого результата и его текстуального изложения, будь это дословная цитата из трудов автора результата, цитата из трудов другого диссертанта, пересказавшего научный результат автора, или же собственный пересказ автора рассматриваемой диссертации. Принципиальным моментом является именно наличие ссылок на каждый научный результат - даже если научный результат пересказан диссертантом и занимает пару строк или одну оригинальную (не общеизвестную) формулу, но ссылки на автора нет, это может

рассматриваться как нарушение. И, наоборот, сколь угодно обширное изложение научного результата любыми словами, но со ссылкой на автора результата и с возможностью отграничить его от соседних результатов и собственных положений автора, является допустимым.

Во-вторых, должны прилагаться документы, подтверждающие доводы. В случае, когда речь идет о неправомерных заимствованиях, этими документами являются тексты предполагаемых работ - доноров материалов или научных результатов.

Ст. 67 п. г): в заявлении должны содержаться:

«доводы, на основании которых лицо, подавшее заявление о лишении ученой степени, не согласно с решением диссертационного совета (с приложением документов и материалов либо их копий, подтверждающих указанные доводы)».

Данные пункты следующим образом поясняются в руководстве Шахрая С.М., Аристера Н.И., Тедеева А.А. «О плагиате в диссертациях на соискание ученой степени». - М.: МИИ, 2015, выпущенном ВАК Минобрна-уки РФ: «необходимо лично проанализировать каждое из выявленных программой совпадений путем физического сличения текста диссертации и текста источника, с которым программа выявила совпадение. Причем для этого должен использоваться текст этого источника в форме, его первоначального представления.

Юридически значимые выводы по результатам оценка текста представленной диссертации могут быть сделаны только после полной экспертной проверки текста диссертации путем физического сличения текстов и последующего экспертного анализа полученных результатов».

На с. указанного руководства 35 резюмируется:

«рассмотрение вопроса о наличии или отсутствии неправомерного заимствования в форме плагиата в научной сфере осуществляется исключительно официальным экспертным путем и только по результатам физического сличения соответствующих текстов экземпляров произведений науки, представленных в форме их первоначального опубликования, проводимого специально уполномоченными официальным органом квалифицированными лицами в установленном порядке (процедуре)».

На с. 41 указанного руководства еще раз поясняется:

«В подтверждение своих доводов заявитель прилагает к письменному обращению документы и материалы либо их заверенные в установленном порядке копии».

Каковы же требования к «установленному порядку заверения» копий? Очевидно, что должно быть заверено компетентным лицом, применительно к бумажным источникам (текстам других диссертационных работ): аутентичность источника (текст оригинала должен быть взят из одного из установленных законодательством мест хранения диссертаций); отсутствие искажений при его копировании (включая пропадание символов кавычек, запятых, знаков формул и т.д.). Такое заверение может быть получено либо нотари-

ально, либо уполномоченными лицами места хранения оригинала диссертационной работы, с подтверждением на каждой странице ее аутентичности.

Как уже отмечалось выше, до 2014 года действовало Постановление Правительства РФ от 30.01.2002 № 74 (ред. от 20.06.2011) «Об утверждении единого реестра ученых степеней и ученых званий и Положения о порядке присуждения ученых степеней», согласно которому текст диссертации в форме его первоначального опубликования находится в следующих местах:

а) в диссертационном совете, в котором проводилась защита, согласно п.19 указанного Постановления №74:

19. «В библиотеку организации, на базе которой создан диссертационный совет, не позднее чем за 1 месяц до защиты передаются 1 экземпляр диссертации, принятой к защите, и 2 экземпляра автореферата, которые хранятся там на правах рукописи»;

б) по докторским диссертациям - в Министерстве образования и науки, согласно п. 29 указанного Постановления № 74:

29. «При положительном решении по результатам защиты диссертационный совет в течение 30 дней со дня защиты направляет в Министерство образования и науки Российской Федерации первый экземпляр аттестационного дела соискателя (с аттестационным делом по защите диссертации на соискание ученой степени доктора наук дополнительно направляется первый экземпляр диссертации)»;

в) в Российской государственной библиотеке (за исключением диссертаций по медицинским и фармацевтическим наукам) и в Центре информационных технологий и систем органов исполнительной власти, согласно п. 32 указанного Постановления №74:

32. «Диссертации, по результатам защиты которых приняты положительные решения, вместе с одним экземпляром автореферата передаются в установленном порядке для постоянного хранения в Российскую государственную библиотеку. Диссертации по медицинским и фармацевтическим наукам передаются в Центральную научную медицинскую библиотеку Первого Московского государственного медицинского университета имени И.М. Сеченова.

Обязательный экземпляр диссертации передается в установленном порядке также в Центр информационных технологий и систем органов исполнительной власти».

Таким образом, ЗОЛУС должно включать документы, подтверждающие доводы заявителя о недобросовестных заимствованиях: источники неправомерных заимствований в форме их первоначального представления (печатный экземпляр книги, статьи, один из оригинальных экземпляров диссертации, хранящихся в определенных законодательством местах, или же их надлежащим образом заверенные копии); применительно к электронным источником - нотариально заверенный протокол осмотра сайта с установлением даты размещения документа (это является принципиально важным пунктом, т.к. возможно преднамеренное размещение текстов, содержащих науч-

ные результаты оспариваемой работы, с их датировкой более ранним временем; поэтому необходимо нотариальное подтверждение, что Интернет-источник был размещен ранее даты защиты оспариваемой диссертации).

В-третьих, авторами ЗОЛУС должна быть проведена тщательная проверка публикационного приоритета, включая сличение более ранних печатных работ автора оспариваемой работы и авторов работ-доноров, установление времени их выхода, поиск совместных публикаций, в т.ч. и не включенных по тем или иным причинам в список публикаций автореферата (куда не включаются, в частности, отчеты по НИР, работы научно-популярного или учебно-методического характера и т.д.).

Только при полном соблюдении всех вышеперечисленных требований ЗОЛУС с требованием лишения степени ввиду неправомерных заимствований может считаться отвечающим нормам действующего Положения о присуждении ученых степеней.

К настоящему же моменту сложилась практика приема ЗОЛУСов следующего вида. «Доводом» в пользу лишения степени в этих ЗОЛУСах служит утверждение о том, что в диссертации имеются незакавыченные фрагменты текста, совпадающие с более ранними работами, включая диссертации. Любое текстуальное совпадение автоматически рассматривается как заимствование научного результата, без рассмотрения по существу смысла совпадающих текстов на предмет наличия в них научных результатов вообще, их общеизвестности и подлинного авторства. «Документом» же, подтверждающим довод, служит таблица страниц, на которых находятся совпадающие фрагменты текста рассматриваемой работы и работы-донора. Очевидно, что таблица страниц является составной частью довода и никак не может рассматриваться как первичный документ, являющийся требуемым согласно Положению доказательством, подтверждающим довод. Что же касается самих доводов, то указание на совпадающие фрагменты текста, без анализа по существу факта наличия заимствования научных результатов, также не является доводом в пользу нарушения требований Положения, достаточного для лишения степени.

Необходимо рассмотреть и второй тип ЗОЛУС, который впервые был апробирован в отношении докторской диссертации Мединского В.Р. - ЗОЛУС, основанный на якобы имеющем место несоответствии диссертации содержательным требованиям к подобным работам.

Вначале напомним основные содержательные критерии, которым должна отвечать диссертация по старому Положению (в рамках которого защищалось подавляющее большинство оспариваемых работ), за вычетом уже рассмотренных требований относительно порядка использования заимствованных результатов и формальных публикационных требований.

«7. Диссертация на соискание ученой степени доктора наук должна быть научно-квалификационной работой, в которой на основании выполненных автором исследований разработаны теоретические положения, совокупность которых можно квалифицировать как научное достижение, либо реше-

на научная проблема, имеющая важное политическое, социально-экономическое, культурное или хозяйственное значение, либо изложены научно обоснованные технические, технологические или иные решения, внедрение которых вносит значительный вклад в развитие страны.

Диссертация на соискание ученой степени кандидата наук должна быть научно-квалификационной работой, в которой содержится решение задачи, имеющей существенное значение для соответствующей отрасли знаний, либо изложены научно обоснованные технические, технологические или иные решения и разработки, имеющие существенное значение для развития страны.

...Диссертация должна быть написана автором самостоятельно, обладать внутренним единством, содержать новые научные результаты и положения, выдвигаемые для публичной защиты, и свидетельствовать о личном вкладе автора в науку.

Предложенные автором решения должны быть аргументированы и оценены по сравнению с другими известными решениями.

В диссертации, имеющей прикладной характер, должны приводиться сведения о практическом использовании полученных автором научных результатов, а в диссертации, имеющей теоретический характер, - рекомендации по использованию научных выводов».

Коротко указанные требования можно обобщить так: наличие научной новизны; актуальности; достаточного масштаба выполненной работы (для докторской и кандидатской).

Проанализируем содержание ЗОЛУСа Мединского В.Р. на предмет наличия в нем доводов, доказывающих, что рассматриваемая диссертация не соответствует какому-либо из этих критериев.

Первая часть ЗОЛУС (с. 2-3), утверждает, что работа содержит грубые фактические ошибки, ввиду чего ее автор не может считаться достаточным специалистом в области истории и, следовательно, его работа - претендовать на уровень диссертации на соискание ученой степени доктора наук. Очевидно, что аргумент ad ^ттет в принципе недопустим в ходе общественного контроля качества диссертационных работ. Личность автора, его владение материалом исследования проверяются в ходе защиты диссертации, в случае необходимости - в ходе собеседования в ВАКе и после присуждения степени не подвергаются никаким дополнительным проверкам (хотя бы потому, что за 10 лет, отведенных на подачу ЗОЛУС, автор имеет полное право сменить тему научной деятельности, вовсе уйти из науки, не говоря уж о более печальных случаях - старения, заболевания или смерти). Каково же влияние этих «ошибок» на оценку диссертации? Очевидно, что само по себе наличие фактических ошибок в работе не может оцениваться как довод в пользу ее дисквалификации - необходимо оценить их значение в системе аргументации автора, влияние на заявленные научные результаты. В данном случае данное исследование авторами ЗОЛУС не проводилось, хотя из всего приведенного перечня практически нет «ошибок», явным образом влияющих на оценку научных результатов. Более того, слово «ошибки» берется в скобки,

потому что ряд случаев достаточно спорны или относятся, скорее, к области оценочных суждений. Например, называть ли лицо итальянского происхождения, но чьи существенные публицистические достижения связаны с проживанием в Германии, итальянским или же немецким гуманистом? Или же можно, учитывая гораздо большую близость церковнославянского к русскому языку XYI века по сравнению с разницей между латынью и национальными европейскими языками того же времени, называть язык Библии «русским», учитывая его гораздо большую понятность для населения того времени, именно в рамках противопоставления западноевропейской практике, то есть используя слово «русский» скорее в качестве характеристики «родной, понятный»? И как разногласия по данным мелким оценочным вопросам могут повлиять на оценку диссертации в целом?

Во второй части ЗОЛУС (с. 3-6) авторы подвергают сомнению критику «методологии» Мединского В.Р., однако обращая внимание в основном на высказывания некоего Платонова О.А. Никакого развернутого анализа методологии Мединского В.Р. тут нет и, тем более, учитывая, что в ряде наук допустимо сосуществование отличающихся методологий, нет никакого обоснования, каким образом «методология Мединского» ставит под сомнение один из основных критериев диссертационной работы - новизну, актуальность, масштаб? Там же содержится упрек в «недостаточной доказательности» положений Мединского В.Р., но он делается, опять-таки, на основании пары частных эпизодов, без какого-либо анализа всей совокупности научных результатов Мединского В.Р. и комплекса их доказательств. Подобные разногласия могут быть предметом научной полемики, но не причиной для лишения степени.

В третьей части ЗОЛУС (с. 6-10) заявители упрекают Мединского В.Р. в недостаточном охвате научной литературы. Подобные соображения могут приниматься во внимание в рабочем порядке, при предварительном рассмотрении или защите диссертации, но, безусловно, никоим образом не могут являться основанием для лишения степени, поскольку в списке критериев Положения нет ни слова о необходимой ширине и глубине охвата литературы. Наконец, разделы 4-6 ЗОЛУС содержат субъективные упреки в адрес степени полноты опубликования работ, квалификации диссертационного совета, в котором была защищена работа, и вообще не должны рассматриваться как основание для лишения степени.

Новый Министр образования и науки О.Ю. Васильева заявила: «Тезис о научности и ненаучности, который будет рассматривать совет, очень спорный, потому что подход к русской медиевистике может быть авторским. Сразу хочу сказать, что по тем же положениям ВАКа, докторская диссертация -это либо новое направление в науке, либо обобщение всего того, что было до автора этой работы. В данном случае будет дискуссия о научности или ненаучности и подходе к русской медиевистике. Но никакого обвинения в плагиате к этой работе нет. Только в одном случае работа не может быть защищена ни в одном совете страны - если там есть плагиат. Здесь этого нет».

(агентство городских новостей Москва, 18.01.2017,

http://www.mskagency.ru/materials/2628554). То есть она подчеркивает, что подобная работа может быть защищена вновь, т.к. никаких нарушений установленных требований в ней нет, и предстоящая дискуссия может иметь лишь неформальное значение. Оспаривать можно не «научность» работы, а соответствие конкретным требованиям актуальности, новизны и значимости. Следует заметить, что рассмотрение подобных вопросов сильно затрудняется с течением времени, поскольку спустя отведенных на подачу ЗОЛУС 10 лет зачастую достаточно сложно выяснить, была ли работа актуальной и значимой именно на момент защиты, а оценка работ на момент подачи ЗОЛУС представляется полностью бессмысленной - скорость развития науки в некоторых областях позволит лишать степеней огромное количество добросовестных ученых, именно на результатах которых и было построено дальнейшее приращение научного знания, которое, в итоге, скорректировало или частично отменило полученные ими результаты.

Какова же практика рассмотрения подобных несовершенных ЗОЛУСов в настоящее время и какой она должна быть, исходя из требований современного законодательства?

В настоящее время большая часть подобных ЗОЛУС принимаются к рассмотрению Департаментом аттестации научных и научно-педагогических работников Министерством образования и науки Российской Федерации, несмотря на указанные серьезные несоответствия требованиям Положения. Дальнейшее рассмотрение ЗОЛУСов ведется в зависимости от позиции конкретного совета. В целом можно констатировать, что фактически действующий порядок ближе непрофессиональному процессу с инквизиционным уклоном, а порядок возбуждения процесса напоминает об уголовных делах публичного обвинения - представители общественности в своем ЗОЛУС лишь подают «сигнал» о возможности некоторых нарушений в диссертации, а система «диссовет -ВАК - Минобрнауки РФ» вынуждена самостоятельно предпринимать необходимые изыскания, как документальные (поиск необходимых текстов), так и по сути вопроса, выделяя научные результаты и анализируя их совпадения. В случае же, когда ЗОЛУС, как по Мединскому В.Р., подается на основании утверждения о нарушении содержательных требований к диссертации, но не содержит доводов, подтверждающих нарушение тех или иных конкретных требований - очевидно, заявители ожидают от дис-совета и ВАК, что эти инстанции проведут полностью самостоятельное повторное всестороннее рассмотрение работы на предмет ее соответствия установленным требованиям.

Безусловно, подобная практика противоречит действующему Положению. Однако она может быть объяснима исходя из особенностей конкретного момента. Как известно, до 2013 года механизм общественной экспертизы диссертаций посредством апелляций (ныне - ЗОЛУСов) практически бездействовал. Когда он начал активную работу, был вскрыт целый ряд серьезных нарушений при защите диссертаций, зачастую имевших системных характер,

включая такие вопиющие случаи, как защита диссертаций с полностью совпадающим текстом, но различными авторами, защита диссертаций с совпадающим текстом и автозаменой объекта исследования и т.д. Все это было вскрыто исключительно благодаря общественному контролю, поэтому на начальном этапе его становления было де-факто принято решение не обращать внимание на серьезные процессуальные нарушения в его деятельности, дабы не мешать становлению института общественного контроля.

Данная позиция, выработанная Департаментом аттестации научных и научно-педагогических работников Минобрнауки РФ, является вполне понятной и объяснимой, однако она вряд ли может рассматриваться как постоянная. Механизм общественного контроля (как представителями общества «Диссернет», так и другими заинтересованными лицами) уже достаточно активно работает, количество подаваемых ЗОЛУС превысило две сотни, среди них все чаще встречаются откровенно слабо обоснованные. Кроме того, рассмотрение ЗОЛУСов, не отвечающих требованиям законодательства, рано или поздно может инициировать судебные разбирательства со стороны диссертантов или других заинтересованных сторон.

Каков же выход из сложившейся ситуации? На первом этапе необходимо вернуться к строгому соблюдению действующего законодательства, отказывая в приеме не соответствующих ему ЗОЛУС.

В настоящее время позиция отказывать в рассмотрении по существу заявлений, явно не соответствующих требованиям, иногда прослеживается в деятельности отдельных диссертационных советов. Весьма ярким примером в этом смысле является позиция авторитетнейшего диссертационного совета Д 501.001.72 при МГУ, который мотивировал отказ в рассмотрении ЗОЛУС Мединского по существу, по сообщениям СМИ, «ввиду отсутствия... указаний на необоснованные заимствования и нарушения процедуры защиты». Данная формулировка, являясь не вполне точной (очевидно, что поскольку подан ЗОЛУС, а не апелляция, то нет смысла говорить о присутствии или отсутствии нарушений процедуры защиты, срок рассмотрения которых в любом случае давно истек; поэтому более точной была бы мотивировка «в связи с отсутствием доводов в пользу нарушений требований Положения и доказательств, подтверждающих эти доводы»), тем не менее, по существу воплощает вполне верное решение диссовета. Однако позиция диссоветов, отказывающих в рассмотрении ЗОЛУС по существу, может выглядеть как противоречие с позицией Департамента аттестации научных и научно-педагогических работников Минобрнауки РФ, принявшей ЗОЛУС к рассмотрению.

В данной ситуации представляется целесообразным в качестве первоочередной меры призвать новое руководство Минобрнауки и, в частности, Департамента аттестации научных и научно-педагогических работников, к более строгому соблюдению установленных законодательством требований к приему ЗОЛУС.

В случае, когда ЗОЛУС имеет очевидные формальные недостатки, не требующие для своего установления специальных познаний в конкретной от-

расли науки, углубленного изучения ЗОЛУС и оспариваемой работы по существу (например, полное отсутствие доводов, апеллирующих к конкретным пунктам требований Положения, или отсутствие приложенных документов, подтверждающих доводы) - необходимо отказывать в приеме ЗОЛУС на уровне Департаментом аттестации научных и научно-педагогических работников Минобрнауки РФ. Если же базовые формальные требования соблюдены, то ЗОЛУС необходимо принимать и передавать, согласно установленному порядку, на рассмотрение в диссовет, который может отказать в рассмотрении ЗОЛУС по существу, если его предварительный анализ комиссией из специалистов в данной предметной области покажет грубое нарушение требований. Например, если ЗОЛУС содержит упреки в неправомерных заимствованиях, при этом в его доводах вообще не используется понятие «научного результата», а все доводы строятся лишь на текстуальных совпадениях. И только в случае полного выполнения в ЗОЛУС всех требований Положения целесообразно проводить его рассмотрение в рамках научной дискуссии, предусмотренной Положением о присуждении ученых степеней и Положением о совете по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук (приказ Министерства образования и науки Российской Федерации от 13.01.2014 года № 7).

Параллельно с этим необходимо, для повышения качества подаваемых ЗОЛУС, выпустить методические материалы с кратким разъяснением всех перечисленных требований.

Что же можно сказать о выборе парадигмы рассмотрения ЗОЛУС с позиций не существующего, а желаемого законодательства (de lege ferenda)?

Прежде всего, необходимо описать издержки того и другого вида рассмотрения ЗОЛУС (пассивно-состязательного профессионального процесса или же активно-инквизиционного непрофессионального).

В случае активно-инквизиционного непрофессионального вида рассмотрения ЗОЛУС на систему рассмотрения (прежде всего, на диссертационный совет, как первую инстанцию рассмотрения по существу) ложатся следующие функции.

1. В случае довода о неправомерных заимствованиях - самостоятельный поиск всех источников, на которые ссылаются заявители в ЗОЛУС; полный анализ публикационной активности автора оспариваемой диссертации и авторов предполагаемых работ-доноров; проверка реальных дат выхода всех печатных работ; изучение фактической истории возможного научного сотрудничества автора диссертации и авторов работ-доноров; выявление научных результатов автора диссертации и авторов работ-доноров; их сопоставление.

Анализ всего списка функций показывает следующее. Поиск оригиналов всех источников и проверка публикационной активности является крайне затратным не только с временной, но и с материальной стороны. Заявителю, в таком случае, ничто не мешает ссылаться на разного рода редкие и труднодоступные издания, а диссовету - или верить заявителю на слово, лишаясь

всякой возможности самостоятельного анализа документов и, тем самым, грубо ущемляя права диссертанта, или же предпринимать их поиски, на которые не предусмотрено ни финансирования, ни выделения рабочего времени членов совета. Проверка же реальных дат выхода работ и изучение истории сотрудничества диссертанта и других авторов (например, в случае совместной работы над НИР) вообще принципиально выходит за рамки возможности диссовета. Подобный анализ - с назначением различных экспертиз, опросом свидетелей, ответственностью за дачу ложных показаний - возможен только при судебном рассмотрении дел о плагиате. Таким образом, выбор активно-инквизиционного непрофессионального вида рассмотрения ЗО-ЛУС пригоден к практически эффективной реализации только в случае вовлечения в данную систему правоохранительных органов и судебном порядке рассмотрения ЗОЛУС. Безусловно, это значительно повысит качество их рассмотрения (с привлечением комиссии диссовета как экспертной организации для рассмотрения вопроса о заимствованиях по существу), но и чрезвычайно повысит общественные издержки рассмотрения ЗОЛУС ввиду привлечения и так перегруженной судебной системы. Кроме того, реализация данной идеи потребует существенных изменений в законодательстве, потому что в настоящее время судебное разбирательство по авторским правам возбуждается только по заявлению правообладателя, а не третьих лиц. Свободное разрешение третьим лицам подавать в неограниченном количестве подобные заявления может привести к сильнейшему злоупотреблению правом, вплоть до полной перегрузки судебной системы.

2. В случае же довода о несоответствии диссертации содержательным критериям активно-инквизиционный непрофессиональный вид разбирательства потребует от диссоветов фактически полного проведения повторной процедуры защиты работы - с ее комплексным рассмотрением, привлечением диссертанта с его разъяснениями и т.д. Как указывалось выше, это может привести, во-первых, к ущемлению прав диссертанта, который спустя значительное время может уже сменить тему научных интересов или же уйти из науки, во-вторых, к значительному повышению нагрузки на диссоветы и всю систему научной аттестации. Если любое лицо может подать ЗОЛУС на любую ранее защищенную диссертацию, мотивируя это, как в случае Мединского, краткими субъективными впечатлениями о ее «ненаучности» и «публицистическом стиле», то подача десятка подобных заявлений полностью парализует работу диссовета на год вперед, без какой-либо ответственности для заявителей. Представим себе ситуацию, когда школьник подает заявление об оспаривании диссертации по аэродинамике на том основании, что аппарат тяжелее воздуха летать не должен, или же (вполне реальные случаи, правда, пока на уровне отзывов на автореферат) ученые-биологи оспаривают работу по теологии, поскольку она не отвечает методологическим принципам, принятым в биологии. Аналогично, никто не мешает теологу подать заявление о лишении ученой степени кандидата биологических наук за недостаточный учет сведений о порядке дней творения, а борцу за соблюдение

авторских прав - написать, что диссертация по биологии содержит научные результаты, заимствованные в китайской статье (с указанием лишь фамилии автора, названия статьи и перечня страниц, где находятся совпадающие результаты). Согласно логике активно-инквизиционного процесса, во всех этих случаях достаточно наличия «сигнала» о нарушениях, и далее система научной аттестации должна провести повторное комплексное изучение работы, выходя за пределы заявленных в ЗОЛУС доводов. Например, если в ЗОЛУС заявлена «ненаучность» работы, диссовет, экспертный совет и Президиум ВАК должны, фактически, провести полный процесс повторной защиты. Если в ЗОЛУС заявлено о некорректных заимствованиях из самого фантастического источника, то органы системы научной апелляции должны самостоятельно искать данный источник, проверять время и обстоятельства его выхода, и далее анализировать наличие некорретных заимствований именно научных результатов. Картина выглядит гротескно, но существующая практика рассмотрения ЗОЛУС уже показывает ряд подобных примеров - и голословные обвинения в «ненаучности», и подачу ЗОЛУС, не обремененных приложением никаких текстов предполагаемых источников, зачастую ссылающихся на неизвестные интернет-ресурсы с уже неактивными ссылками.

Большинство из этих угроз можно устранить в случае выбора пассивно-состязательного профессионального варианта рассмотрения ЗОЛУС. В этом случае от заявителей потребуется предоставление полностью корректной системы доводов и подтвержденных доказательств, а от системы государственной научной аттестации - лишь рассмотрение только этих доводов, и только на основании заранее предоставленных доказательств, по существу, без всякого выхода за пределы, заранее заданные в ЗОЛУС. Безусловно, такая процедура гораздо менее затратна и более эффективна с точки зрения организации работы системы государственной научной аттестации.

Таким образом, можно сделать вывод - существующая в настоящее время практика приема и рассмотрения ЗОЛУС не требует обязательного соблюдения требований законодательства, предъявляемых к ЗОЛУС. Поэтому необходимо или привести практику в строгое соответствие с существующими нормами, или изменить эти нормы в ту или иную сторону.

Какой же вариант следует выбрать? Как показано выше, активно-инквизиционный тип непрофессионального процесса, при условии привлечения к нему судебной системы, позволяет повысить качество общественной экспертизы системы научной аттестации, но предусматривает огромный рост издержек. Насколько оправдан такой вариант? Для понимания этого следует проанализировать степень общественной опасности диссертаций, не отвечающих установленным требованиям. Рассмотрим несколько видов такой опасности.

1. Практическая (прикладная) опасность, характерная прежде всего для диссертаций по некоторым видам точных наук и медицине. Действительно, мысль о том, что мосты будут строить, а больных -лечить на основе результатов, полученных в недобросовестной диссертации, является пугающей.

Однако на самом деле ни одна диссертация не является обязательным практическим руководством прямого действия. Все подобные руководства проходят несравнимо более тщательную процедуру коллективного обсуждения, экспериментальной проверки и т.д. Если же, допустим, экономист примет решение на основе недоброкачественной диссертации, то это будет его личным провалом. В мире существует огромное количество противоречащих друг другу теорий и практических руководств, изданных в той или иной форме, и выбор между ними определяется личными способностями лица, принимающего решение. Как известно, в середине 1990-х годов нобелевские лауреаты по экономике Роберт Мертон и Майрон Скоулз приняли участие в управлении хеджевым фондом долгосрочного управления капиталами LTCM (Long-Тегт Capital Management), потерпев через пару лет ужасный крах с миллиардными убытками. Однако этот случай не послужил причиной для призывов к пересмотру результатов полученной ими Нобелевской премии. Тем более, не стоит винить систему государственной научной аттестации, если руководитель предприятия будет руководствоваться при управлении его инновационным развитием не самой лучшей диссертацией, или юрист апробирует в суде идеи из плохой диссертации по юриспруденции.

2. Научная опасность. Можно выдвинуть довод о том, что неправильные идеи, освященные авторитетом государственной системы научной аттестации, присвоившей за них ученую степень, могут серьезно навредить развитию науки. В действительно, конечно, это не так. Во-первых, государство не обладает монополией на научную истину, и ни приказ Минобрнауки РФ о присуждении ученой степени, ни даже Указ Президента РФ или Федеральный закон не способны придать идее незыблемый научный авторитет. Жизнь и авторитетность научных идей развиваются по собственным законам, в ходе научных дискуссий, публикаций в более или менее авторитетных журналах, экспериментальной проверке. Если в диссертации были высказаны слабые или неверные идеи, то они просто будут отвергнуты дальнейшим развитием науки. Зачастую бывает и так, что диссертация может внести существенный вклад в науку новыми идеями, хотя на следующем витке научного развития сами эти идеи будут отвергнуты. Милтон Фридман сказал о Дж.М. Кейнсе примерно следующее - все мы кейнсианцы, если речь идет о предложенной им проблематике и понятийном аппарате, но никто из ученых теперь не кейнсианец, если под этим понимать буквальное следование его идеям и рекомендациям.

3. Квалификационная опасность. Плохая диссертация позволяет ее владельцу посылать ложные сигналы на рынке труда. Данная угроза действительно существует, но ее масштабы не следует преувеличивать. В настоящее время диссертация абсолютно нигде не является достаточной для занятия определенной должности, и весьма мало где - необходимой для ее занятия. При этом те профессии, где она необходима (например, преподавание) -предусматривают активное внимание к научной деятельности диссертанта в целом. Соответственно, принятие на работу лишь на основании недобросо-

вестной диссертации - это, прежде всего, провал работодателя. Кроме того, подобные ошибки могут быть достаточно быстро исправлены с помощью увольнения после выявления некомпетентности.

4. Репутационная опасность. Автор недоброкачественной диссертации может претендовать на незаслуженную репутацию в социуме. Как и по предыдущему пункту, следует отметить - люди воспринимаются комплексно, и подтверждение квалификации в форме ученой степени вряд ли будет иметь серьезное значение в отрыве от личности диссертанта, как и другие формы подтверждения квалификации - диплом престижного вуза или аттестат известной системы международного тестирования. Сама же по себе ученая степень является чисто квалификационной характеристикой и не несет имманентного положительного удостоверения о фактах, благоприятно характеризующих диссертанта - это не медаль, не орден и не звание почетного работника той или иной сферы.

5. Опасность «узаконивания» результатов нарушения авторских прав. Тут следует отметить, что защита авторских прав не исчерпывается возможностью лишения степени лица, их нарушившего. Есть работающие гражданско-правовые и уголовно-правовые механизмы их защиты.

Таким образом, подводя итог, можно констатировать следующее: опасность от недоброкачественных диссертаций для общества в целом крайне мала. Опасность же для отдельных заинтересованных сторон (прежде всего, работодателей) является их частной проблемой, вместе с опасностью слабо подтвержденных дипломов или сданных с помощью утечки тестовых заданий аттестатов международных систем аттестации. Ни одна из подобных угроз не оправдывает многократного роста расходов на усиление общественного контроля над системой государственной научной аттестации в рамках активно-инквизиционной непрофессиональной парадигмы разбирательств. Напротив, этот общественный контроль должен развиваться в рамках культуры научной дискуссии, следуя ее правилам, и опираясь на лиц, компетентных в данной предметной области. В случае дальнейшего продолжения поступления огромного количества необоснованных ЗОЛУС, возможно, следует вести речь даже о введении формальных квалификационных требований к их подателям, прежде всего - требования наличия ученой степени, аналогичной оспариваемой, в этой же отрасли науки.

Однако даже это не позволяет полностью решить одну из важных проблем - недопущения злоупотребления правом в форме массовой подачи правдоподобных, но фактически не обоснованных заявлений с целью замедления работы неугодных диссоветов (аналог «гринмейла» в корпоративном управлении). Как известно, диссертационный совет может быть закрыт за наличие двух нарушений в его деятельности (например, двух решений о лишении ученых степеней, присужденных в совете), и его повторное открытие возможно только через определенный срок. В то же время заявитель не несет за свои заявления никакой ответственности. Для решения и этой проблемы целесообразно ввести ответственность заявителей за подачу ложных (не-

обоснованных) заявлений. Например, ввести норму о том, что при подаче 2-х не подтвердившихся заявлений в течение года заявитель лишается права на подачу заявлений в ближайшие три года. Если же в ходе рассмотрения будут вскрыты факты подачи заведомо ложных доводов и доказательств, заявителя необходимо лишать права заявлений бессрочно. Подобные нововведения вполне можно реализовать поправками в Положение о присуждении ученых степеней. Данные поправки не будут противоречить общим правам заявителей, изложенным в Федеральном законе от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», поскольку в указанном Федеральном законе прямо установлена возможность специального порядка рассмотрения заявлений: «Установленный настоящим Федеральным законом порядок рассмотрения обращений граждан распространяется на все обращения граждан, за исключением обращений, которые подлежат рассмотрению в порядке, установленном федеральными конституционными законами и иными федеральными законами», а Положение о присуждении ученых степеней издается Правительством Российской Федерации в рамках полномочий, предусмотренных именно Федеральным законом от 23.08.1996 № 127-ФЗ «О науке и государственной научно-технической политике».

Наконец, отдельно необходимо рассмотреть вопрос информационного сопровождения процессов рассмотрения ЗОЛУС. В вышеупомянутой статье Фандорина собрана впечатляющая коллекция некорректных высказываний, зачастую сопровождающихся нецензурными выражениями и даже обвинениями в совершении серьезных уголовных преступлений, авторами ЗОЛУС и аффилированными с ними лицами. К сожалению, СМИ зачастую поддерживают непрофессиональный обвинительный уклон, предоставляя слово лишь одной стороне спора и замалчивая ответную позицию, или же представляя ее в карикатурном свете. Представляется необходимым применять требование отсутствия нецензурных и оскорбительных выражений, установленное в отношении ЗОЛУС (ст. 68-е Положения о присуждении ученых степеней), и к высказываниям авторов ЗОЛУС в СМИ, блогосфере, на рассмотрении ЗОЛУС диссоветами, ВАК и т.д, поскольку они являются неотъемлемой частью процесса рассмотрения ЗОЛУС. Что касается позиции СМИ, то, поскольку СМИ зачастую не могут самостоятельно искать и перепроверять информацию и вынуждены полагаться на своих контрагентов, то сложившийся информационный дисбаланс может быть объясним активной и централизованной деятельностью «Диссернета», опирающейся на собственный сайт. Естественно, что представители Диссернета никогда не предоставят возможности научной дискуссии на своем сайте, не сообщат о справедливо отклоненных ЗОЛУС. Поэтому было бы целесообразным создать при сайте ВАК централизованный ресурс с обобщением всей информации по поданным ЗОЛУС, с публикацией их текстов и всех материалов рассмотрения дел, а так же со статистикой как по диссертационным советам, ученым руководителям, оппонентам, так и по заявителям. Это позволило бы пресечь недопустимую практику, когда такие официальные организации, как РИНЦ, оценивая научные

журналы, ссылаются на непроверенные оценочные суждения сайта Диссер-нета о наличиях в редакциях лиц, причастных к нарушениям в сфере диссертаций. Информационный ресурс с официальной статистикой по рассмотренным ЗОЛУС позволил бы всем желающим видеть, сколько у того или иного предполагаемого «диссеродела» фактически установленных нарушений, сколько заявлений подало то или иное лицо, какой процент из них был отклонен, ознакомиться с материалами дел.

В заключение кратко перечислим выводы.

В рамках действующего законодательства необходимо прекратить прием и рассмотрение заявлений, не соответствующих установленным требованиям, в т.ч.

- ЗОЛУС без приложения документов или надлежащим образом заверенных копий, подтверждающих заявленные доводы;

- ЗОЛУС без четкого указания на конкретные нарушения требований, предъявляемых к диссертациям (в частности, актуальности, новизны, значимости, наличия ссылок на автора и/или источник заимствования чужих научных результатов и материалов);

- ЗОЛУС, в тексте или при рассмотрении которых авторы ЗОЛУС допускают некорректные, оскорбительные выражения.

В рамках совершенствования законодательства и его организационно -методического и информационного обеспечения:

- ввести нормы о дисквалификации авторов ЗОЛУС за неоднократные не подтвердившиеся заявления (например, отсутствие права подачи заявлений в ближайшие 3 года при отклонении двух из уже поданных заявлений; пожизненное лишение права подачи заявлений в случае обнаружения случаев сознательного обмана, подлога документов и т.д.);

- создать единый государственный информационный ресурс о ходе рассмотрения ЗОЛУС и апелляций;

- разработать методические рекомендации по написанию и рассмотрению ЗОЛУС;

- дифференцировать сроки давности в зависимости от характера доводов ЗОЛУС: для доводов по содержанию работы (отсутствие актуальности, новизны и необходимого масштаба) вернуть срок в 3 года, поскольку рассмотрение данных вопросов через 10 лет затруднено; для доводов о нарушении порядка использования заимствованных материалов и результатов оставить срок 10 лет, что коррелирует с общегражданским сроком давности по защите авторских прав.

Процесс формального лишения степеней должен занять своё законное место в системе научной аттестации, не подменяя живую научную дискуссию в доброжелательной атмосфере

Автор, аннотация, ключевые слова

А.В. Семенов

scikasabian@gmail .com

В статье рассматриваются проблемы совершенствования законодательства и правоприменительной практики в области рассмотрения заявлений о лишении ученой степени. Проанализирована текущая деятельность организации "Диссернет". Рассмотрены разные подходы к организации общественной научной экспертизы, их преимущества и недостатки.

Заявление о лишении ученой степени, апелляция, диссертация, Диссернет, плагиат, ЗоЛУС, Мединский, ВАК, Минобрнауки

Author, Abstract, Key words

A.V. Semenov

scikasabian@gmail.com

In article problems of improvement of the legislation and law-enforcement practice in the field of consideration of the applications about deprivation of an academic degree are considered. The current activity of the Dissernet organization is analysed. Different approaches to the organization of public scientific examination, their advantage and shortcomings are considered.

Statement for deprivation of an academic degree, appeal, thesis, Dissernet, plagiarism, ZOLUS, Medinskij, VAK, Ministry of Education and Science