Примечание к статье 291. 1 УК РФ как основание освобождения от уголовной ответственности: вопросы теории и практики

УДК 343.352.4

примечание к статье 291.1 ук рф как основание освобождения от уголовной ответственности:

вопросы теории и практики

© Никонов П. В., 2015

Иркутский юридический институт (филиал) Академии Генеральной прокуратуры РФ, г. Иркутск

Исследуется примечание к ст. 291.1 УК РФ как основание освобождения от уголовной ответственности посредника во взяточничестве. Автор рассматривает и анализирует такие правовые категории, как «активное способствование раскрытию и (или) пресечению преступления», «добровольное сообщение о посредничестве во взяточничестве» в их взаимосвязи и взаимозависимости. Дается оценка возможности применения примечания к ст. 291.1 УК РФ к части 5 данной статьи.

Ключевые слова: посредничество во взяточничестве; примечание к ст. 291.1 УК РФ; основание освобождения от уголовной ответственности; активное способствование раскрытию и (или) пресечению преступления; добровольное сообщение.

Выявление фактов взяточничества представляет собой трудоемкий процесс, осложняемый обоюдной заинтересованностью взяткодателя, взяткополучателя, посредника во взяточничестве в общем для них результате, достижение которого и предопределяет их совместную преступную деятельность.

В этой связи представляется, что необходимость действенной борьбы со взяточничеством оправдывает возможность освобождения от ответственности посредника во взяточничестве в случаях, предусмотренных в примечании к ст. 291.1 УК РФ. По сути, данное примечание выступает закрепленным в законе средством выявления и привлечения к уголовной ответственности не только взяткодателей, взяткополучателей и лиц, им способствующих, но и иных посредников во взяточничестве, входящих в состав преступной группы, в случае, когда их поведение не соответствует признакам деятельного раскаяния, закрепленным в примечании к ст. 291.1 УК РФ, равно как и их подельников.

В соответствии с примечанием к ст. 291.1 УК РФ «лицо, являющееся посредником во взяточничестве, освобождается от уголовной ответственности, если оно после совершения преступления активно способствовало раскрытию и (или) пресечению преступления и (выделено мной. — П. Н.) добровольно сообщило органу, имеющему право возбудить уголовное дело, о посредничестве во взяточничестве» [1].

Таким образом, примечание к ст. 291.1 УК РФ является правостимулирующей посткриминальное поведение виновного лица нормой. Другими словами, это часть статьи, содержащая перечень обстоятельств, при установлении которых орган предварительного расследования или суд освобождают от уголовной ответственности посредника во взяточничестве.

В силу примечания к ст. 291.1 УК освобождение лица от уголовной ответственности за посредничество во взяточничестве возможно при наличии совокупности двух условий: а) если оно после совершения преступления активно способствовало раскрытию и (или) пресечению преступления и (выделено мной. — П. Н.); б) добровольно сообщило органу, имеющему право возбудить уголовное дело, о посредничестве во взяточничестве [2].

Такой вывод основан на грамматическом толковании уголовно-правовой нормы. Использование законодателем соединительного союза «и» указывает на взаимосвязь и взаимозависимость текста статьи, размещенного до союза и после него, как объединенного единым смыслом и назначением. Это исключает простое перечисление обстоятельств, каждое из которых имеет изолированную смысловую нагрузку.

Из чего следует, что если будет установлено наличие только одного из двух необходимых условий, к посреднику во взяточничестве не может быть применено примечание к ст. 291.1 УК, и он подлежит

ответственности на общих основаниях. При этом добровольное сообщение о совершенном преступлении или способствование его раскрытию подлежит учету судом в качестве смягчающего обстоятельства при назначении наказания.

Отдельно стоит отметить, что примечание к ст. 291.1 УК распространяет свое действие на все части данной статьи, кроме пятой.

Право быть освобожденным от ответственности по ст. 291.1 УК в силу прямого на то указания в законе принадлежит лицу, являющемуся посредником во взяточничестве, т. е. совершившему посреднические действия, а не намеревающемуся это сделать. Исходя из ч. 1 ст. 291.1 УК, посредничество во взяточничестве — это непосредственная передача взятки по поручению взяткодателя или взяткополучателя либо иное способствование взяткодателю и (или) взяткополучателю в достижении либо реализации соглашения между ними о получении и даче взятки в значительном размере.

Обещание или предложение — еще не посредничество во взяточничестве в том смысле, как оно определено уголовным законом, а скорее, приготовление к нему. Попытка применить примечание ст. 291.1 УК к ч. 5 данной статьи будет не что иное, как применение уголовного закона по аналогии.

Для исключения логических ошибок в оценке положений уголовного закона нужно помнить, что ч. 5 ст. 291.1 УК — это не квалифицированный состав, а самостоятельное преступление, хоть и связанное с посредничеством во взяточничестве. Данный вывод основан на том, что ч. 5 не содержит всех юридически значимых признаков ч. 1 ст. 291.1 УК РФ, что является необходимым условием формирования отягчающего состава, который, наряду с признаками основного состава преступления, должен содержать примыкающее к нему дополнительное обстоятельство, характеризующее объективную или субъективную сторону совершенного преступления, повышающего общественную опасность содеянного.

По этой причине попытка отождествить данные действия с посредничеством во взяточничестве, объективная сторона которого раскрыта в ч. 1 ст. 291.1 УК РФ, недопустима. В ином случае это может повлечь за собою ошибку в правоприменении подобно той, которая может быть допущена в попытке распространить действие примечания к ст. 126 УК РФ на ст. 127 УК, исхо-

дя из того, что оба состава посягают на физическую свободу потерпевшего, а их объективные стороны связаны с его насильственным удержанием. При этом не будут приняты во внимание различия по признакам объективных и субъективных сторон данных составов преступлений.

Некоторые специалисты по этому поводу могут возразить, обосновав свое мнение тем, что ст. 291.1 УК имеет название «Посредничество во взяточничестве», а это значит, что любые описанные в ней действия являются посредничеством во взяточничестве, а лицо, их совершившее, является посредником во взяточничестве и имеет право быть освобожденным от ответственности на основании примечания к ст. 291.1 УК. Такой подход кажется вполне логичным еще и потому, что раз за само посредничество виновный освобождается от ответственности, то за приготовление к нему, т. е. за менее опасное преступление, тем более. Также одним из аргументов может быть ссылка на то, что правовая категория «лицо, являющееся посредником во взяточничестве» имеет более широкое содержание, чем категория «посредничество во взяточничестве», и охватывает собою, в том числе, случаи обещания или предложения посредничества во взяточничестве.

Между тем юридико-техническое несоответствие наименования статьи ее фактическому содержанию, к сожалению, не является исключением из правил и свойственно многим статьям УК РФ. Например, ст. 238 УК «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности» в ч. 1 устанавливает ответственность, помимо описанных в ее названии действий, еще и за «неправомерную выдачу или использование официального документа, удостоверяющего соответствие указанных товаров, работ или услуг требованиям безопасности». Однако данный конфликт формы и содержания не ограничивает применение статьи и не препятствует привлечению к ответственности лиц, например незаконно использующих официальные документы, удостоверяющие соответствие опасных товаров требованиям безопасности.

Другим случаем может быть ст. 127.1 УК «Торговля людьми», ч. 1 которой устанавливает ответственность не только за куплю-продажу и иные сделки в отношении человека, но и за совершенные в целях его

эксплуатации вербовку, перевозку, передачу, укрывательство или получение.

Таким образом, ссылка на наименование статьи в обоснование того, что все описанные в ней преступные действия являются посредничеством во взяточничестве, не может быть признана убедительной.

Соотношение правовых категорий с целью определения их смысла также должно быть мотивированным. Признаки лица, являющегося посредником во взяточничестве, как субъекта, которому законом предоставлено право совершить действия, предусмотренные примечанием к ст. 291.1 УК, влекущие его освобождение от ответственности, имеют в силу указанных причин принципиально важное значение.

Таким лицом, как его определил закон, является посредник во взяточничестве, признаки которого производны от посредничества во взяточничестве как деяния, исчерпывающим образом описанного в ч. 1 ст. 291.1 УК. Обещание или предложение — это продемонстрированное намерение в будущем совершить посреднические действия, а лицо, которое такое обещание дало или обратилось с соответствующим предложением, можно рассматривать как потенциального субъекта посреднической деятельности, однако не являющегося таковым на момент совершения указанных действий.

Невозможно назвать убийцей лицо, которое еще не совершило убийство, так же как и посредником во взяточничестве — лицо, которое еще не совершало посредничества во взяточничестве, а лишь только готовилось к этому.

Вопрос о том, почему закон предусмотрел возможность освобождения от ответственности за более опасное преступление, а за совершение менее опасного этого не сделал, должен быть адресован законодателю. Подобные ситуации в Уголовном кодексе не редкость. Например, ст. 126 УК снабжена примечанием, которое позволяет освободить от ответственности похитителя человека, в то время как ст. 127 УК о действиях, посягающих также на физическую свободу человека, и, судя по санкциям, являющаяся менее общественно опасным преступлением, не содержит подобных изъятий в общем порядке уголовного преследования. Аналогичный случай характерен и для ст. 121 и 122 УК, когда лицо, заразившее неизлечимой, смертельно опасной болезнью другого человека, имеет право быть освобожденным от ответственности за

содеянное, а заражение излечимой венерической болезнью такой правовой возможности не предусматривает.

Важно отметить, что активное способствование раскрытию и (или) пресечению преступления — безусловно, значимое, но не единственное условие освобождения посредника во взяточничестве от ответственности.

В настоящее время в правовой науке высказываются неоднозначные мнения по поводу понятия и оценки содержательной стороны раскрытия преступления. Законодатель не дает четкого определения этой правовой категории. Это закономерно порождает причины для многочисленных попыток со стороны ученых и практиков конкретизировать содержание анализируемого понятия.

В русском языке слово «раскрыть» означает «обнаружить, объяснить что-нибудь тайное, неизвестное» [3]. Раскрытие связано с процессом перехода от незнания к знанию. Таким образом, отличительной особенностью раскрытия является установление новых, ранее неизвестных фактов и обстоятельств, связанных с расследуемым преступлением. Это качество, указанная характеристика и отличает принципиально раскрытие от расследования преступлений.

Так, если раскрытие — это всегда установление ранее неизвестных фактов компетентными органами, то расследование — это деятельность надлежащих субъектов по установлению, документированию, закреплению в установленном законом порядке и правовой оценке фактов, которые не охватываются содержанием раскрытия преступления, т. е. ставшие уже известными правоохранительным органам без участия лица, совершившего преступление.

Следует обратить внимание на то, что примечания к ст. 291 и 291.1 УК обнаруживают сходство в основаниях их применения. В частности, взяткодатель освобождается от ответственности, если он активно способствовал раскрытию и (или) расследованию совершенного преступления и добровольно сообщил о даче взятки, а посредник во взяточничестве — когда активно способствовал раскрытию и (или) пресечению преступления и добровольно сообщил о содеянном.

Как видно, различие состоит лишь в одном — чему субъект преступления способствует. Законодатель, предусматривая условия применения примечания ст. 291.1 УК, в сравнении со ст. 291 УК произвел

замену расследования на пресечение, в остальном предписания закона в рассматриваемой части не изменил.

Способствование раскрытию, как об этом было сказано ранее, означает совершение действий, направленных на установление обстоятельств, ранее неизвестных органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность, либо судебно-следственным органам, имеющих доказательственное значение в отличие от способствования расследованию, при котором происходит процессуальное закрепление, документирование противоправной деятельности, о которой указанные выше органы осведомлены.

В то время как пресечение преступления — это действия, направленные на прекращение преступной деятельности, однако чьей именно — закон ответа не дает. В этой связи в теории уголовного права высказываются различные мнения. Некоторые специалисты полагают, что посреднику во взяточничестве необходимо пресечь собственное, уже начатое, но еще не оконченное преступление. Вряд ли можно согласиться с этим утверждением, поскольку окончательный отказ от продолжения собственной преступной деятельности при осознании беспрепятственной возможности дальнейшего ее осуществления есть не что иное, как добровольный отказ от совершения преступления. Это ли имел в виду законодатель? Очевидно, что нет.

Анализ текста примечания к ст. 291.1 УК РФ позволяет сделать вывод, что его положения подлежат применению в отношении лица, совершившего, а не совершающего посреднические действия, которое только после этого начинает активно способствовать пресечению преступления. Из чего следует, что после того как посредник выполнил объективную сторону одного из деяний, предусмотренных ч. 1—4 ст. 291.1 УК РФ, он принимает меры, направленные на оказание помощи правоприменительным органам в прекращении преступной деятельности иных лиц, к которым могут быть отнесены как причастные к ст. 291.1 УК РФ, так и причастные к преступлениям, содействие которым посредник оказывал, т. е. к ст. 290 и 291 УК РФ. Данный вывод основан на особой роли посредника как соучастника в даче или получении взятки и возможности совершения преступления, предусмотренного ст. 291.1 УК РФ, в составе преступной группы.

Думается, что объективно существующая в таком случае преступная связь посредника с иными лицами и была положена в основу комментируемого признака примечания к ст. 291.1 УК РФ.

Между тем, поскольку закон говорит о пресечении, то его правостимулирующее действие ограничено этапами приготовления или покушения на совершение преступления указанными выше субъектами, после реализации которых не представляется возможным предупредить осуществление уголовно наказуемого деяния ввиду его совершенности.

Содействие в расследовании преступления, исходя из буквального толкования уголовного закона, не имеет уголовно-правового значения в применении примечания к ст. 291.1 УК РФ, видимо, ввиду его незначительности, несущественности, но может быть учтено как смягчающее обстоятельство при назначении наказания, что нельзя признать бесспорным.

Таким образом, примечание к ст. 291.1 УК по сравнению со ст. 291 УК предъявляет более высокие требования к посткриминальному поведению субъекта преступления. Посредник должен не только добровольно сообщить о совершенном им преступлении, но и проинформировать правоприменительные органы об обстоятельствах содеянного, которые ранее им не были известны, и изобличить преступную деятельность других посредников, взяткодателя или взяткополучателя и их сообщников до того, как она будет завершена.

Союзы «и», «или» (последний заключен в скобки) одновременно соединяют и разделяют понятия «способствование раскрытию преступления» и «способствование пресечению преступления», что позволяет судебно-следственным органам во взаимосвязи с добровольным сообщением применить примечание к ст. 291.1 УК как в случае, когда за содействием в раскрытии совершенного преступления следует оказание помощи в пресечении преступлений иных лиц, так и когда присутствует хотя бы одно из указанных условий.

Криминообразующим признаком, вне которого оцениваемое положение уголовного закона не может рассматриваться как условие освобождения посредника во взяточничестве от уголовной ответственности, является именно активность способствования раскрытию и пресечению преступления. При этом нужно отличать непрепят-

ствование раскрытию и пресечению от активного участия в этих мероприятиях. В связи с чем требует уяснения смысла и последовательного разъяснения активность как правовая категория.

Понятие активности является оценочным и подлежит установлению с учетом конкретных обстоятельств уголовного дела. В доктрине уголовного права под ним понимаются действия по оказанию активной помощи оперативным, следственным, судебным органам в проведении оперативно-разыскных, следственных и иных процессуальных действий.

Активное способствование раскрытию и пресечению преступления выражается не только в стремлении лица участвовать в производстве конкретных процессуальных действий, но и прежде всего в том, что инициатива в проведении следственно-разыскных мероприятий по сбору и фиксации доказательственной информации [4], демонстрируемая готовность в иных формах деятельно участвовать в изобличении совершенного преступления (явка с повинной, сообщение органу дознания, следствию, суду о фактах, имеющих значение для установления всех обстоятельств, подлежащих доказыванию и влияющих на законность и справедливость назначения наказания или принятия иного процессуального решения по уголовному делу) должны исходить от самого субъекта преступления, а не от компетентных органов, когда последний лишь только дает согласие принять участие в процессуальных мероприятиях. В противном случае поведение лица по содействию раскрытию и пресечению преступления может быть оценено следствием и судом лишь только как смягчающее обстоятельство, не влекущее освобождения от уголовной ответственности и учитываемое судом при назначении наказания в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 61 УК.

Таким образом, активность лица должна проявляться в инициативе, основанной на его желании, собственном решении независимо от мотивов, которыми он руководствуется, оказать помощь правоприменительным органам (дознанию, следствию, суду) в проведении конкретных следственно-разыскных мероприятий и принять участие в иных процессуальных действиях. В то же время одно лишь желание участвовать в раскрытии и пресечении преступления, не подкрепленное конкретными целенаправленными действиями, не может рассматриваться и оцениваться

как активное способствование раскрытию и пресечению преступления.

Между тем в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда от 9 июля 2013 г. № 24 содержится разъяснение активного способствования раскрытию и (или) расследованию преступления, под которым рекомендуется понимать действия, направленные на изобличение причастных к совершенному преступлению, обнаружение имущества, переданного в качестве взятки, и др. При этом в нем ничего не сказано об инициативе: от кого она должна исходить и имеет ли это обстоятельство уголовно-правовое значение, что, с учетом известной роли постановлений пленумов в формировании судебно-след-ственной практики, может привести к неправильному толкованию и применению примечания к ст. 291.1 УК РФ.

Вместе с тем понимание добровольного сообщения органу, имеющему право возбудить уголовное дело, не имеет каких-либо отличительных особенностей от одноименного признака в составе дачи взятки: «Сообщение (письменное или устное) о преступлении должно признаваться добровольным независимо от мотивов, которыми руководствовался заявитель. При этом не может признаваться добровольным сообщение, сделанное в связи с тем, что о посредничестве во взяточничестве стало известно органам власти» [5].

Как пояснил Пленум Верховного Суда в упомянутом постановлении, «к числу обязательных условий освобождения от уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных статьями 291, 291.1 и частью 1 или частью 2 статьи 204 УК РФ, в силу примечаний к указанным статьям относятся добровольное сообщение после совершения преступления о даче взятки, посредничестве во взяточничестве

либо коммерческом подкупе органу, имеющему право возбудить уголовное дело, а также активное способствование раскрытию и (или) расследованию преступления (выделено мной. — П. Н.)». Из этого разъяснения следует, что посредник во взяточничестве освобождается от ответственности, если он добровольно заявит о содеянном и будет активно способствовать раскрытию и (или) расследованию, а не пресечению преступления, как об говорит уголовный закон.

Что это: ошибка высшей судебной инстанции в формулировании отдельного

положения постановления Пленума или предпринятая попытка более широкого толкования примечания к ст. 291.1 УК РФ? Нужно отдавать отчет в том, что для правоприменителя решения Верховного Суда РФ, а тем более руководящие разъяснения, имеют фактически силу закона, отступление от которых недопустимо, поскольку иное будет означать неправильное применение уголовного закона.

Нетрудно представить, что с учетом предложенных рекомендаций следственные и судебные органы прямо будут ссылаться в принимаемых решениях на комментируемый пункт постановления Пленума, что приведет к негативным правовым последствиям. Посредники во взяточничестве, не имеющие права по закону быть освобожденными от ответственности, фактически такое право приобретут.

Между тем думается, что никакой ошибки и расширительного истолкования уголовного закона допущено не было. Действия посредника во взяточничестве по пресечению преступной деятельности иных лиц обоснованно могут быть оценены как способствование расследованию содеянного путем сообщения сведений об обстоятельствах совершенного им преступления, с которыми неразрывно связана противоправная деятельность иных сообщников, равно как и взяткодателя и взяткополучателя (чем посредник и способствует пресечению преступной деятельности данных субъектов).

Однако такое способствование расследованию преступления носит усеченный вид и напрямую зависит от завершенности деяний, воспрепятствованию совершения которых посредник содействует. После того как преступления, совершенные другими лицами, юридически будут признаны оконченными, оказание помощи в их процессуальном закреплении не может быть признано способствованием расследованию в том объеме и в тех пределах, в которых это имеет значение для применения примечания к ст. 291.1 УК по признаку пресечения преступления.

Недопонимание этого обстоятельства неизбежно приведет к единственно возможному исходу — неверному уяснению смысла уголовного закона и основанной на этом порочной правоприменительной практике.

Уголовный закон, предписывающий судебно-следственным органам освободить от ответственности лицо, совершившее посреднические действия, при наличии условий,

предусмотренных примечанием к ст. 291.1 УК, не предоставляет указанным органам право, а возлагает на них обязанность принять соответствующее правовое решение. ^

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-Ф3 // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

2. Никонов П. В., Шиханов В. Н. Уголовно-правовая характеристика преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления : учеб. пособие. Иркутск, 2014.

3. Ожегов С. И. Словарь русского языка / под ред. Н. Ю. Шведовой. 23-е изд., испр. М., 1990.

4. Российское уголовное право : курс лекций. Т. 1: Преступление / под ред. А. И. Коробеева. Владивосток, 1999.

5. О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях : постановление Пленума Верхов. Суда РФ от 9 июля 2013 г. № 24 // КонсультантПлюс.

список литературы

Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс : справочная правовая система.

О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях [Электронный ресурс] : постановление Пленума Верхов. Суда РФ от 9 июля 2013 г. № 24 // КонсультантПлюс : справочная правовая система.

Никонов П. В. Уголовно-правовая характеристика преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления : учеб. пособие / П. В. Никонов,

B. Н. Шиханов. — Иркутск : Иркут. юрид. ин-т (филиал) Акад. Ген. прокуратуры РФ, 2014. — 210 с.

Ожегов С. И. Словарь русского языка /

C. И. Ожегов ; под ред. Н. Ю. Шведовой. — 23-е изд., испр. - М. : Рус. яз., 1990. - 690 с.

Российское уголовное право : курс лекций. Т. 1: Преступление / под ред. А. И. Коробеева. -Владивосток : Изд-во Дальневост. ун-та, 1999. — 320 с.

Comment to Article 291.1 of the Criminal Code as the Basis of Exemption from Criminal Liability: Theory and Practice

© Nikonov P., 2015

The article considers the note to Art. 291.1 of the Criminal Code as grounds for exemption from criminal liability of intermediaries in bribery. The author examines and analyzes the legal categories such as "active contribution to disclosing and/or the suppression of crime", "voluntary reporting of mediation in bribery" in their interconnection and interdependence. The author evaluates the possibility of using the note to Art. 291.1 of the Criminal Code to Part 5 of this Article.

Key words: mediation in bribery; note to Art. 291.1 of the Criminal Code; grounds for exemption from criminal responsibility; actively promote disclosure and; or the suppression of crime; voluntary reporting.