«Все хотят сэкономить, но при этом иметь боевой самолет, который по своему функционалу приближен к пятому поколению»

В 2016 году российская самолетостроительная корпорация (РСК) МиГ завершила реализацию двух крупных контрактов по линии Минобороны: военные получили палубные истребители МиГ-29К и средние МиГ-29СМТ. О том, что корпорация готова поставить российским и иностранным заказчикам в ближайшие десять лет, какое место РСК отведено в военном дивизионе Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) и почему нельзя недооценивать перспективы беспилотных аппаратов, гендиректор предприятия Илья Тарасенко рассказал корреспондентам "Ъ" Ивану Сафронову и Александре Джорджевич.

— Ведется ли реструктуризация внутренних активов РСК МиГ или облик корпорации окончательно сформирован?

— Де-факто процесс реструктуризации компании был запущен в конце 2009 года — тогда наша команда впервые пришла в МиГ. Мы, в частности, изменили принципы управления программами, создав дирекцию по координации, которую я тогда возглавил. Это позволило нам перейти на новый уровень создания многофункциональных истребителей и взаимодействия с поставщиками. Сейчас эти процессы практически завершены: мы на финальной стадии реструктуризации в части производства. В 2016 году мы включили в состав корпорации нижегородский авиастроительный завод "Сокол", и с января 2017 года он стал полностью работать в рамках корпоративной культуры РСК МиГ: там делаем реструктуризацию механического оборудования, сокращаем сроки циклов производства в цехе окончательной сборки, ведем отработку самолетов. Реализуется ряд больших проектов по техническому перевооружению нашей летно-испытательной базы в Луховицах. Мы ввели, наверное, самое лучшее композитное производство, которое есть в авиационной промышленности, запустили новое гальваническое производство. На Калязинском машиностроительном заводе обновляем станочный парк. Исходя из всего этого, я полагаю, что запланированные на ближайшие три года финансовые показатели будут достигнуты.

— Сильный прирост прогнозируете?

— 2016 год мы завершили с выручкой на уровне 56,7 млрд руб. с чистой прибылью 5,6 млрд руб. В 2017 году рассчитываю увеличить выручку примерно на 15-17%. Мы ведем существующие проекты, учитывая то, что наше предприятие должно приносить деньги.

— Вы упомянули станочное производство: это отечественное оборудование?

— Именно. У нас были поставки импортного оборудования в рамках прошлых федеральных целевых программ, но в данный момент все станки, которые поступают в РСК МиГ, отечественные.

— В каком состоянии находится проект турбовинтового самолета Ил-114? Каким видите стартовый заказ?

— Будет развернуто серийное производство. Все зависит от системы продаж, которую организовывает Объединенная авиастроительная корпорация. Программу послепродажного обслуживания в части РСК МиГ мы начали разрабатывать уже сейчас. К старту производства машина будет полностью в цифровом формате. Запуск документации будет происходить в КБ Ильюшина, потом передаваться в ОКБ Микояна, а дальше идти на наши производственные площадки — это Нижний Новгород и Луховицы, а также к ряду наших смежников, которые участвуют в проекте. Таким образом, загрузка этих площадок происходит по линии взаимодействия внутри ОАК между гражданским и военным дивизионом. Хочу отметить, что обслуживание Ил-114 будет вестись на всем жизненном цикле машины. Мы рассчитываем, что будет произведено около 300 самолетов.

— Претенденты на машину уже есть?

— Пока мы говорим только о внутреннем заказчике, но, естественно, рассматривается и продажа за границу. Сейчас самое главное — произвести первый опытный самолет, начать летать, а поставки развернуть уже с 2021 года.

— Время вашего руководства "Гражданскими самолетами Сухого" пришлось на проект SSJ 100 и его продвижение на международном рынке. Этот опыт вам в РСК МиГ пригодился?

— Это единственный коммерческий продукт гражданской авиации на данный момент. Схемы привлечения финансирования, работы с лизинговыми компаниями, продаж, привлечения зарубежных денег, trade in — все эти механизмы я пытаюсь применить сейчас в РСК МиГ, хотя военная тематика весьма специфична.

— Как обстоят дела с реализацией военных контрактов?

— В 2016 году мы поставили военным все корабельные истребители МиГ-29К и истребители МиГ-29СМТ. Также мы завершили длительный контракт 2004 года по поставке корабельных истребителей МиГ-29К/КУБ ВМС Индии, сейчас находимся на этапе реализации наших контрактных обязательств по послепродажному обслуживанию этих самолетов. В рамках программы Make in India мы с нашими партнерами разворачиваем в Индии ремонтные мощности, создаем там склады запчастей, обеспечиваем минимальный возврат деталей для того, чтобы максимально повысить боеготовность этих самолетов.

— Минобороны РФ будет еще заказывать корабельные истребители?

— Имеющийся сейчас объем МиГ-29К достаточен для эксплуатации на авианесущем крейсере "Адмирал Кузнецов". Когда возникнет потребность в увеличении, мы готовы будем ее восполнить.

— Ваши специалисты привлекались к расследованию причин аварии с истребителем МиГ-29К, происшедшей в Средиземном море после вылета с авианесущего крейсера "Адмирал Кузнецов"?

— Наши специалисты всегда привлекаются в таких ситуациях, чтобы дать свою экспертную оценку.

— Военные не хотят восполнить эту потерю, заказав еще один такой истребитель?

— Пока нет.

— Вы не хотели бы получить право на внешнеэкономическую деятельность?

— Нет, нам достаточно того, что сейчас существует. Объединенная авиастроительная корпорация получила право на послепродажное обслуживание самолетов за рубежом. А что касается поставок самолетов, то такое право есть у "Рособоронэкспорта" — этого достаточно, чтобы продвигать нашу продукцию на внешние рынки.

— На рынке боевой авиации складывается непростая ситуация: Минобороны получило достаточное количество самолетов в рамках действующей госпрограммы вооружения, и это их пока удовлетворяет. То же самое на международных рынках: Алжир, Индия, Египет предпочитают модернизировать технику, просто продлевая ее жизненный цикл. Как будете продвигать свою продукцию?

— Всем военно-воздушным силам требуется легкий и средний самолет в том классе, в котором находятся наши МиГ-29М/М2 и МиГ-35. Срок службы самолета в какой-то момент подходит к концу. Сейчас по ряду стран происходит плановая замена самолетов. Например, мы сейчас активно общаемся с Казахстаном, также продолжаем участвовать в тендерах в Индии. Наши самолеты представлены в 56 странах мира, при этом в некоторых государствах они являются основной боевой единицей. Когда мы предлагаем наш самолет, мы предлагаем комплексный продукт: обучение, систему послепродажного обслуживания. Обслуживание нашего самолета на всем жизненном цикле дешевле примерно на 25%, чем у наших зарубежных конкурентов. Поэтому нашим партнерам понятно, почему стоит закупать эту машину. Все хотят сэкономить, но при этом иметь боевой самолет, который по своему функционалу приближен к пятому поколению.

— Кроме Индии есть еще примеры совместных программ?

— Мы делали офсетные программы в Перу, когда модернизировали самолеты там. Предлагали такие программы ряду других стран, с которыми мы работаем.

— Индия и Перу, какие-то еще крупные есть партнеры?

— Скажу обтекаемо: это Ближний Восток и Латинская Америка. Все наши контракты идут в графике, а по некоторым из них мы вышли на опережение.

— Какой экспортный потенциал видите у МиГ-35 и в рамках новой госпрограммы вооружений?

— На презентации данного истребителя в Луховицах присутствовали представители 30 стран, в том числе все государства, которые уже имеют на вооружении самолеты МиГ-29. Это и есть наши потенциальные клиенты, с некоторыми из них мы ведем переговоры. Что касается нашего главного внутреннего заказчика — Минобороны РФ, то самолет будет закуплен в рамках новой госпрограммы вооружений, рассчитанной до 2025 года. Сейчас МиГ-35 проходит летные испытания, по их итогам будет заключение твердого контракта.

— На 37 машин?

— Лучше уточнить у Минобороны РФ.

— Не смущает, что военные с 2012 года обещают его скорое поступление в войска? Говорилось, что тогда самолет не соответствовал тактико-техническим характеристикам военных.

— Сейчас МиГ-35 соответствует на 100% всем техническим требованиям, которые нам выставляют заказчики.

— Сколько времени составляет производственный цикл для одной машины?

— С момента подписания контракта — чуть более года. Это вместе с отработкой и прохождением летных испытаний.

— С загрузкой производственных мощностей проблем нет?

— Они загружены до 2025 года.

— В СМИ проходила информация, что компания "Сухой" и РСК МиГ могут быть соединены в один актив. Как можете прокомментировать?

— Речь не о соединении в один актив, а о работе в рамках дивизиона. Стратегия ОАК подразумевает последовательное дивизиональное распределение всех своих активов по типам авиации: транспортная, боевая, гражданская, специальная. Вполне логично, что в этих рамках МиГ и "Сухой" входят в дивизион военной авиации. Это не новость. Наша работа полностью координируется Объединенной авиастроительной корпорацией.

— То есть речь о фактическом слиянии не идет?

— Оба предприятия войдут в дивизион военной авиации на равных правах, никто никого не будет поглощать. Но, естественно, вторичные и дублирующие функции у каждого из предприятий будут отсечены. Это стандартная мировая практика. Убежден, что все это позволит повысить эффективность ключевых процессов в обеих компаниях.

— Работа над проектом с Объединенными Арабскими Эмиратами по созданию совместного истребителя началась?

— На IDEX-2017 в Абу-Даби было подписано соглашение с ОАЭ, подразумевающее, что концептуально наши коллеги готовы вместе с нами создавать легкий многофункциональный самолет пятого поколения. Принципиальное решение о том, что мы идем по этому пути, уже было принято. Сейчас мы находимся на стадии проработки сроков реализации этого проекта.

— Название еще не придумали?

— Пока нет.

— У "Сухого" есть два флагманских проекта — многоцелевой истребитель Су-35С и перспективный авиационный комплекс фронтовой авиации Т-50. А что МиГ сможет предложить клиентам после МиГ-35?

— Мы разделили свой бизнес на несколько частей. Первая — это модернизация ранее поставленных заказчику самолетов. Иными словами, мы можем их модернизировать таким образом, чтобы максимально приблизить их характеристики к самолетам пятого поколения. Параллельно будем работать и по имеющимся сейчас проектам МиГ-29 и МиГ-35. Вторая же часть, которую мы предлагаем заказчикам и над которой работаем отчасти в инициативном порядке,— это перспективный авиационный комплекс дальнего перехвата. Третье направление — это беспилотная авиация.

— Вы в инициативном порядке разрабатываете замену перехватчикам МиГ-31?

— Да, с привлечением наших смежников. Пока мы работаем над концепцией проекта и его обликом.

— Модернизация парка истребителей-перехватчиков МиГ-31 уже завершена?

— Есть текущий контракт, который мы успешно выполняем.

— Это последняя модернизация самолетов данного типа или же их жизненный цикл позволит провести спустя какое-то время еще одну?

— Поверьте, мы сможем предложить Минобороны РФ оба варианта.

— То есть к тому моменту, когда МиГ-31 потребует новой модернизации, перспективный авиационный комплекс дальнего перехвата должен быть готов к эксплуатации?

— Планируем так.

— Каким вы видите развитие беспилотной авиации на предприятии?

— За беспилотной тематикой будущее. Операция, которую наши вооруженные силы проводят в Сирии, показала, что недооценивать роль беспилотной авиации в конфликтах нельзя. Наш задел, который создавался с начала 2000-х, оказался очень кстати, многие наработки сейчас реализуются в нашем конструкторском бюро. Речь идет о беспилотниках (БПЛА.— "Ъ") легкого типа, способных выполнять разведывательные задачи, вести радиоэлектронную борьбу и наносить удары по объектам противника. Собственно, по этим трем направлениям мы и формируем свои предложения. Могу раскрыть секрет: будет и беспилотник, который сможет совместить все эти функции.

— В какой стадии находится работа по каждому из этих направлений?

— Уже есть опытные образцы. Мы доводим наши разработки до заказчиков, после принятия решения будет продолжено финансирование.

— И это тоже в инициативном порядке разрабатываете?

— Нами открыто несколько научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Для того чтобы достроить беспилотник, требуется несколько сотен миллионов рублей. Естественно, для этого нужен будет источник финансирования. Но сейчас уже есть задел, который я в скором времени продемонстрирую потенциальным заказчикам.

— Речь о создании вами тяжелого беспилотного летательного аппарата не ведется?

— При наличии спроса мы готовы работать везде. Но для нас прежде всего интересен сегмент легкого и среднего БПЛА.

РСК МиГ

Company profile

АО "Российская самолетостроительная корпорация МиГ" — предприятие полного цикла, занимается проектированием, конструированием, реализацией и ремонтом самолетов марки "МиГ". Ведет свою историю от созданного в 1939 году конструкторского бюро Артема Микояна. С тех пор на предприятии разработано около 450 проектов боевых самолетов, из них было реализовано около 170, а 94 машины производились серийно. Всего было построено около 45 тыс. самолетов "МиГ", из которых 11 тыс. пошли на экспорт. Самолеты компании составляют основу истребительной авиации ВКС России. 100% акций РСК принадлежит ПАО "Объединенная авиастроительная корпорация". Основные предприятия РСК: инженерный центр "ОКБ им. А. И. Микояна" и Научно-производственный комплекс им. П. А. Воронина в Москве, Производственный комплекс N1 в Луховицах, Летно-испытательный центр им. А. В. Федотова в Жуковском, а также Калязинский машиностроительный завод. Штаб-квартира РСК находится в Москве. В штате более 10 тыс. сотрудников. Выручка в 2016 году — 56,7 млрд руб., чистая прибыль — 5,6 млрд руб.

Тарасенко Илья Сергеевич

Личное дело

Родился 23 марта 1980 года в Москве. Окончил Московский авиационный институт по специальности "экономист-менеджер" (2002), школу управления "Сколково" (2012).

В 2002-2005 годах работал в Опытно-конструкторском бюро имени Сухого. В 2005-2009 годах возглавлял сводную дирекцию ОАО "Компания "Сухой"". C 2009 по 2014 год работал в российской самолетостроительной корпорации (РСК) МиГ, занимал должности директора по координации, заместителя гендиректора по координации программ и закупкам, первого заместителя гендиректора компании. В июле 2014 года был назначен президентом АО "Гражданские самолеты Сухого". С сентября 2016 года — генеральный директор РСК МиГ.

Награжден почетной грамотой Минпромторга "за вклад в развитие авиационной промышленности и многолетний добросовестный труд".