Способы образования окказиональных слов в одноморфемных текстовых цепочках в английской художественной прозе

Т.П. КАРПУХИНА

СПОСОБЫ ОБРАЗОВАНИЯ ОККАЗИОНАЛЬНЫХ СЛОВ В ОДНОМОРФЕМНЫХ ТЕКСТОВЫХ ЦЕПОЧКАХ В АНГЛИЙСКОЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРОЗЕ

Изучение явления морфемного повтора в английской художественной прозе показало, что в цепочках слов с общей морфемой - корневой или аффиксальной - могут содержаться так называемые nonce-words (ad hoc creations, occasional words), т.е. окказиональные слова, образованные писателями «на данный случай».

Словотворчество занимает важное место в художественной речи. Новые слова, созданные авторами, именуются по-разному: «окказиональными словами; окказионализмами» [6, с. 238]; «окказиональными образованиями» [20]; «авторскими новообразованиями [8]; авторскими неологизмами» [7, с. 11]; «индивидуально-авторскими неологизмами» [4, с. 74]; «авторскими окказионализмами» [5, с. 58]; «индивидуально-стилистическими, художественно-литературными неологизмами» [15, с. 80]; «ситуативными неологизмами» [9, с. 58]; «индивидуально-речевыми употреблениями (гапаксами)» [10, с. 124]; «поэтическими неологизмами» [21, с. 298]. Каждое из приведенных обозначений подчеркивает одну из сторон окказионального слова в художественном тексте: его новизну, принадлежность речи, индивидуально-авторскую принадлежность, творимость, стилистическую маркированность, ситуативно-речевую (ad hoc) обусловленность, осуществляемую им художественно-эстетическую (поэтическую) функцию. Заряженное «магией новизны» (выражение Н.Д. Арутюновой [1, с. 695]), созданное писателем окказиональное слово останавливает на себе внимание, стимулирует творческую активность читателя, заставляет его включиться в процесс разгадывания заданной загадки с тем, чтобы осмыслить новое слово, увидеть роль этого нового узелка - узора в общем орнаменте художественной ткани.

Окказиональное слово направлено на осуществление не столько денотативной, сколько коннотативной функции [3, с. 257]. Подобное экспериментирование с языком усиливает «фасцинирующую составляющую смысла» [13, с. 114], что отвечает гедонистическим ожиданиям читателя, для которого dulce (наслаждение) и utile (польза) (по Горацию) - обязательные требования, предъявляемые к художественному произведению [19, с. 141].

Особое значение имеет то, каким образом, при помощи каких словообразовательных средств создается окказиональное слово. Еще Б.В. Томашевский подчеркивал, что в неологизме* очень важен «способ его образования. Для того, чтобы неологизм был понятен, необходимо, чтобы он был образован при помощи так называемых «живых морфем», т.е. морфем, которые в образовании

&

По сути дела, раздел «Неологизмы» в его книге посвящен именно авторским неологизмам, т.е. окказиональным словам. В нем ведется речь не о новых словах как обозначениях новых реалий, а о неологизмах русских писателей, образованных «для обновления словесного выражения банальной формулы во избежание речевого шаблона» [18, с. 47]

слова доныне живо воспринимаются <...>. В слове ощущается то, как оно сделано, из каких частей и морфем оно составлено и по какому принципу. Осмысляется самый образ создания слова - поэтическая морфология». [18, с. 48]

В данной статье рассматриваются способы словообразования, задействованные в создании окказиональных слов, которые встретились в цепочках слов с общей морфемой. Помимо определения реестра словообразовательных способов в задачу статьи входит выявление наиболее активных моделей, по которым порождаются окказиональные слова. Объектом рассмотрения служат только те окказионализмы, которым сопутствует явление морфемного повтора. Исходной посылкой служит положение, что входящие в одноморфемную цепочку слова объединены отнюдь не случайно. На существенный характер связи между ними указывает повторяемость определенных компонентов [16, с. 327].

Обращение к конкретному материалу (около 1000 выявленных цепочек) показало, что в среднем на одно произведение приходится 23 текстовых последовательности с общей морфемой, которые имеют в своем составе окказиональное слово. В целом разброс в числе таких цепочек весьма значителен. Явно видно тяготение одних авторов к созданию новых слов и сцеплению их в ближайшем контексте со словами, имеющими тождественную морфему, корневую или аффиксальную. Чаще всего к этому приему прибегают С. Льюис, Р.П. Уоррен, Д. Лондон, Т. Драйзер (от 73 до 40 подобных цепочек). Крайне редко встречается это явление у таких авторов, как С.Моэм, Ф. Фитцджеральд, О. Хаксли, В. Вульф, И. Во, А. Мердок (от 2 до 10). Промежуточное положение занимают произведения, принадлежащие Г. Фильдингу, У. Теккерею, Ш. Брон-те, Д. Остен, А. Кронину, М. Митчелл (от 20 до 28).

Окказиональные образования встречаются как в случае корневого, так и аффиксального повтора.

Примерами однокорневых последовательностей, содержащих авторские неологизмы, являются следующие предложения**:

«There’s the villain or villainess», said Dr. Bogus, and picked up pussy and gently threw her out of the room. (T. Caldwell) (о кошке - причине аллергии у маленькой девочки).

They were the brutes, and he was an arch-brute <.> (J. London) (о жестоких, кровавых драках между мальчишками из бедного, рабочего квартала).

Goree frowned ominously. To speak of feud to a feudist is a serious breach of the mountain etiquette. (O.Henry) (о традиции семейной вражды в горских деревушках, почитаемой и охраняемой от «чужаков»).

Примерами одноаффиксных последовательностей, где имеется окказионализм, могут служить следующие предложения:

The sun shone, the sky was blue, all seemed so lovely and afternoony and summery. (D.Lawrence).

There was the diming-room, solidly,portwinely English <.> (A. Huxley).

It makes me sick, the blindness, deadness, out-of-dateness, stodginess and yes, sheer jealous malice of the great bulk of England. (J.Fowles).

** Здесь и далее слова с общей морфемой выделяются курсивом. Авторский окказионализм выделяется жирным шрифтом.

Встречаются случаи сочетания корневого и аффиксального повтора, которые сопровождаются окказиональным словообразованием:

I must believe that Willie Stark was a great man. Perhaps he could not tell his greatness from his ungreatness and so mixed them together that what was adulterated was lost. (R.P. Warren).

<.> stared past the horror of the present into the all-justifying, all-reconciling future <.> (I. Murdoch).

True beauty takes a long time to mature. The baroque is half-beautiful, halfmatured. (D. Lawrence).

Что касается корневого повтора, то в большинстве текстовых последовательностей представлено, помимо окказионализма, и узуальное слово, которое часто служит мотивирующим для окказионального слова, производного или сложного:

The young Americans there were so disposive. Sam heard them, at the tables about, dispose of California scenery, the institution of marriage, Whistler, corn fitters, President Wilson, cement roads, and the use of catsup. (S. Lewis) (о людях, склонных отвергать блага «американской цивилизации»).

The forest-dell, where Lowood lay, was the cradle of fog and fog-bred pestilence <...> (Ch. Bronte).

Для большей части текстовых последовательностей, где имеет место сочетание аффиксального повтора и окказионального образования, также характерно наличие в цепочке узуального слова, которое, однако, выполняет иную роль, а именно, служит образцом, по которому создается аналогичное аффиксальное образование, некодифицированное языковой нормой и не закрепленное в узусе:

The scrubby matches of the socially unelect or unfit always interested, though they did not always amuse, him. (Th. Dreiser).

Mrs.Fairfax turned out to be what she appeared, aplacid-tempered, kind-natured woman<.> (Ch. Bronte).

Хотя присутствие узуального слова в одноморфемной цепочке, содержащей окказионализм, наблюдается не всегда, тем не менее такая тенденция просматривается в тексте со всей очевидностью. Это можно объяснить стремлением автора учесть закон восприятия, который гласит: «Лишь на фоне знакомого постигается, поражает незнакомое» [21. с. 289]. Создавая новое слово, т.е. используя прием затрудненного восприятия с целью его деавтоматизации (по типу загадки се лев, а не собака) [23, с. 416], следует соблюсти чувство меры, чтобы расцвеченный по-новому, как под микроскопом, предмет действительно стал ощутительнее, очевиднее, реальнее [22, с. 392], а не дезориентировал читателя.

Морфемный повтор, сопровождающий явление окказионального образования в художественной речи, отнюдь не случайно возникает в тексте. Писатель опирается на сходные в формальном отношении одноморфемные слова, одно из которых известное, узуальное - поясняет, проясняет другое - неизвестное, окказиональное. Таким образом, одновременно действуют две разнонаправленные силы - одна нацелена на затруднение восприятия, максимальное расходование интеллектуальной и эмоциональной энергии; другая способствует облегчению

восприятия, уменьшая степень непредсказуемости и экономя умственные и эмоциональные усилия.

Рассмотрение цепочек слов с общей морфемой, содержащих окказиональное слово, выявило, что в них задействованы практически все способы словообразования: аффиксация, конверсия, словосложение, сокращение, редеривация, контаминация, редупликация. Наибольшую активность проявляют аффиксация и словосложение. Это в равной мере характерно для цепочек слов с повторяющейся корневой и аффиксальной морфемой.

Так, в следующих цепочках, где наблюдается корневой/аффиксальный повтор, обнаруживаются незафиксированные в словарях производные, образованные при помощи суффиксации:

The conversation was as cautious, the bread sauce quite as bready <...> (S. Lewis).

That’s just how he is with that awful pasty face and that slouch and that fishy gleam that comes into his eyes when he sees a bedworthy woman (J. Braine).

В следующих корневых/аффиксальных цепочках содержатся окказиональные слова, созданные посредством префиксации:

When one of her mind sees many things emphasized and re-emphasized she gatheres the logic of it <.> (Th. Dreiser).

He re-urged - she re-declined <.. > (J. Austen).

Возможно также использование иноязычного элемента при создании так называемых «фантазийных», «искусственных» слов (Phantasiewörter,

Kunstwörter) [14, с. 55]. Таким окказионализмом является шутливое наименование buttinsky, созданное по модели польских фамилий от фразового глагола butt in (вмешиваться), которые составляют текстовую цепочку в романе С. Льюиса: «Well, all right then! If you think I’m a buttinsky, then I’ll just butt in!» Английский глагол, послуживший производящей основой окказионализма, проясняет его семантику. Такими же «макароническими» образованиями, нацеленными на включение читателя в языковую игру, являются окказионализмы, имитирующие испанские и французские аффиксальные производные:

How’s the mucho famuso majordomoso? (S. Lewis).

I can’t go round singing Healthette OcttettePantalette (S. Lewis) (хор девочек).

Подобная «гибридизация разноязычных словообразовательных элементов» приводит к высокоэкспрессивным окказиональным номинациям. [12, с. 109].

Гораздо реже, по сравнению с суффиксацией и префикацией, встречается в обследуемом материале явление циркумфиксации - образование нового слова префиксально-суффиксальным способом. Одновременное присоединение префикса и суффикса отмечено в производном слове transvaluation:

He was not conscious of this transvaluation of values that had taken place in him <.> (J. London).

В пользу признания его циркумфиксом говорит отсутствие узуального глагола *transvalue, что отражено в его лексикографической незафиксирован-ности (см. СOD, OALD, Longmann, CID).

Одновременное присоединение префикса и суффикса отмечено также в производных словах, составляющих аффиксальную цепочку unequalled - unexampled:

<...> flattering himself that his ardent attachment and unequalled love and unexampled passion could not fail of having some effect <.> (J. Austen).

Отсутствие адъективированных причастий *equalled и *exampled не позволяет усмотреть в данной цепочке префиксальные дериваты, созданные по модели un+adj.

Наличие прилагательного unequal не меняет картины, так как в системе английского языка не существует модели adj+ed.

При образовании окказионализма может использоваться, хотя и не столь часто, аффиксоид - как полусуффикс, так и полупрефикс, который омонимичен словам (свободным морфемам):

Clara, walking with a kind of sulky abandon, watched it. [the stallion. - T.K.] half-fascinated, half-contemptuous

Помимо аффиксоида half- используются полуаффиксы self, proof, monger и др.: half-fierce - half-lazy (F. Fitzgerald); exile - self-exiled (T. Caldwell); look -lookproof (P. Wodehouse); fame - fame-monger (J. London).

Аффиксация, будучи активно задействована при создании окказионализмов в одноморфемной цепочке, тем не менее значительно уступает в этом отношении такому способу словообразования, как словосложение. При этом образуются как собственно сложные слова (композиты), так и сложнопроизводные слова.

Первые представляют собой результат «чистого сложения» [6, с. 177], последние - образованные на базе словосочетания аффиксальные и конвертированные дериваты.

Большинство окказионализмов, созданных аддитивным путем, т.е. сложением основ, выявлены в цепочках, где весьма заметен корневой повтор. Используются самые разные модели, причем необязательно присутствие в однокорневой цепочке всех непосредственно-составляющих окказионального сложного слова. Повторяться может один корень, как, например, в следующих цепочках, где используются модели N+N (father-atom - mother-atom (J.London); N+A (motor-mad - movie-mad (S.Lewis); N+G (culture - culture-grabbing (S.Lewis); N+Past Pple (mountain - mountain-given (J. Galsworthy); N+PresPple (empire - empire-loving); N+N+N (surgeon - priest-physician-surgeon (T. Caldwell); A+A (dull-green - pale-green - dark-green (M. Mit-chell); Ptcle+N (colourless - no-colour (M. Dickens)).

Повторяться в однокорневой цепочке могут и все непосредственно-составляющие сложного слова, которые выступают в качестве автономных лексических единиц, что делает процесс агглютинации особенно наглядным:

Kessel himself radiated so much hatred that I thought it was probably giving him a headache. <...> Grace’s hatred-headache must have been unbearable

Что касается аффиксального повтора, то он не так часто встречается в словосложении «чистого», суммативного типа. В большей степени окказионализ-

мы - композиты - типичны для цепочек слов с повторяющимся корнем, которые демонстрируют разнообразие моделей в зависимости от производящей базы. Вместе с тем нельзя говорить об исключительности тех случаев, когда в цепочке слов с итеративной аффиксальной морфемой появляется окказиональное сложное слово. Чаще всего реализуются следующие модели, содержащие в своем составе глагольные формы - причастие и герундий:

A+PresPple quick-smiling - swift -frowning (M.Dickens); N+PresPple (nerve-racking - body-destroying (J.London); Adv+G (ill-dressing - over-dressing (V. Woolf)).

Аффиксальный повтор при «чистом», «суммативном» сложении может сопровождать повтор корневой: farmer-trapper-cobbler - cobbler (S.Lewis); gray - greasy-gray - greasily (J. Priestley).

Среди композитов с повторяющимся корнем встречаются сложносокращенные слова, образованным путем отсечения финальной части одного из компонентов. Так, путем аббревиации созданы окказиональные слова в следующих цепочках: fraternity - frat-brother (S.Lewis); assistant-superintendant - assistant-supe (S. Lewis).

До сих пор речь шла о словосложении аддитивного типа, т.е. собственно словосложении как таковом. Существенное место в одноморфемных последовательностях принадлежит также словопроизводству - аффиксации или конверсии, осуществляемой на базе словосочетания или сложного слова. Сложнопроизводные слова представляют собой парасинтетические образования, возникающие как результат деривации от составной основы или основы сложного слова [12, с. 125]. Подавляющее большинство из них - это окказиональные прилагательные, созданные в одноаффиксных цепочках:

<.. .> Joseph Tallentire, a fiery particle, black-haired and cold-blue-eyed (M.

Bragg).

She was a pretty thing to watch, so light and springy and serious-faced and flashy-legged (R.P.Warren) (со стройными ногами, как яркая вспышка, привлекающая мужчин).

Подобные цепочки прилагательных типа бахуврихи весьма многочисленны: iris-necked - pink-footed (о голубях) (O. Wilde); lantern-jawed - greyhaired (J.Fowles); pale-faced - beak-nosed (V. Woolf). Наиболее частотны модели (N+N)+ed; (A+N)+ed.

Корневой повтор встречается среди таких образований гораздо реже:

Where in God’s name did you get that suit? <.> My dear noisy-suited friend <...>I should not blow up my hopes if I were you. (T. Caldwell) (одетый в «кричащий» костюм).

При создании прилагательных - бахуврихи корневой повтор может сопровождаться аффиксальной итерацией. Такие цепочки встречаются гораздо чаще, чем чисто корневые: hard-headed - hard-fisted (A. Cronin); many-eyed -many-tongued - many-mouthed - many-eared (чудовище) (H. Fielding).

Сложнопроизводные слова, образованные парасинтетическим путем, могут также создаваться на базе сложных слов путем присоединения к ним аффиксальной морфемы: week-end - week-endy (J. Priestley). Аффиксация может

быть задействована при образовании новых слов от свободных словосочетаний (meant well - well-meaning (J. London)). Аффиксация может быть использована при создании окказионализмов от фразеологических единиц: in the soup - in-the-soupness (P. Wodehouse) (в трудном положении). Часто основой окказионализмов служат фразовые глаголы: messing about - messer-about (J. Priestley); claps out - clapper-outer (W. Golding) (изобретатель кастрюли скороварки, издающей звук хлопка).

Из приведенных примеров ясно, что они представляют собой корневой повтор. Но и в одноаффиксных цепочках можно встретить сложнопроизводные слова, производящей базой которых послужило сложное слово, фразовый глагол, словосочетание: soft-mindedness - weekness (F. Fitzgerald); sigher -drawer-out (растягивающий звуки) (S. Lewis); babyhood - boyhood - young-mauhood (S. Lewis); painter - word-twister (J. Fowles).

Конверсия, т.е. функциональная транспозиция стержневого компонента словосочетания, приводящая к появлению сложнопроизводного окказионализма, встречается крайне редко: the do-nothing - the do-all (J. Austen); my-deared - my-loved (W. Thackaray) (обращение дам друг к другу). Конверсии может подвергаться и сложное слово, образованное путем лексикализации синтагмы, т.е. лексико-синтаксическим способом [6, с. 169]:

‘Sir, I am Lord Fellamar, <.> and am the happy man, whom I hope you have done the honour of accepting for a son-in-law. ‘You are a son of a b—,’ replied the squire <...>. - I’ll teach you to father-in-law me.’

Интересно, что в цепочке son-in-law - to father-in-law происходит также мена опорного компонента синтаксического деривата.

Аффиксацией, словосложением и конверсией не исчерпывается все многообразие способов создания авторских новообразований, используемых в одноморфемных цепочках. В тексте выявлены случаи контаминации: ridiculous -disgusting - disgusticulous (S. Lewis); money - moneyholic (через посредство alcoholic) (D. Francis). Отмечена редеривация (обратное словообразование), в результате которой появляется сложносокращенное окказиональное слово: name-dropping - name-drop (D. Salinger). В обследуемом материале встретилось также явление редупликации:

I’m not as flighty and whirly-whirly as some. (O. Henry).

В случае с прилагательным - whirly-whirly окказиональная редупликация осложнена окказиональной же аффиксацией, поскольку в словарях зарегистрирован лишь глагол whirl (swing) и конвертированное от него существительное.

Редупликации может подвергаться и аффиксоид - словообразовательный элемент, занимающий пограничное положение между аффиксальной (связанной) и корневой (свободной) морфемой, который может использоваться автономно, на правах слова: organize - super-organize - super-super (sports) (R. Bradbury). Самостоятельность аффиксоидов «относительна, так как они используются, как правило, совместно с тем словом, из которых «на глазах» выделены или от которых «оторваны» [2, с. 178]. Интересно, что в данном

случае окказиональность носит как бы многослойный характер: вначале автором создается неологизм super-organize, затем от него отрывается компонент super, самостоятельное употребление которого носит окказиональный, речевой характер [2, с. 179], затем этот компонент амплифицируется, подвергаясь редупликации, в результате которой возникает окказиональное сложное слово super-super.

И, наконец, в обследуемом материале особо выделяются «уподобления слову» (выражение А.И. Смирницкого): голофрастические конструкции [17], которые именуются также компрессивами [12, с. 114]. Голофразис представляет собой синтаксический тип словосложения. Его следует отличать от узуального синтаксического деривата [24], когда «словосочетания разной структурной композиции приравниваются к словам и, приобретая признаки цель-нооформленности, закрепляются в словаре в качестве полноправных лексических единиц, например: frog-in-the-throat; man-at-arms; mother-of-pearl <. >» [12, с. 114]. Голофрастические конструкции, т.е. не лексемы, но уподобления слову, не входят в систему языка, что отражается в их прикрепленности к данному контексту и отсутствии в толковых словарях.

Голофразис затрагивает лишь корневой повтор:

She had on that special queasy-bright look women like her put on for girls of my age. What Minnie calls welcome-to-the-tribe-of-women (J. Fowles).

Случаи голофрастических конструкций отнюдь не единичны: alive -dead -living-but-dead (J.Fowles); weigh - measure - weighing-and-measuring (kind) (T. Caldwell); all-too-sad sadness (J. Galsworthy); Mammy-in-chief - Mammy (M. Mitchell); swallowed a mouthful - that swallowing-a-mouthful-the wrong way (P. Wodehouse). При голофразисе чаще повторяется не один корень, но словосочетание.

Итак, как явствует из вышеизложенного, в образовании художественнолитературного окказионализма участвуют самые разнообразные способы словообразования. Авторские неологизмы могут быть созданы при помощи префиксации; суффиксации; циркумфикации; использования аффиксоида как словообразовательного средства; использования иноязычного элемента в качестве аффикса; словосложения по аддитивному типу; словосложения по типу парасинтеза, т.е. создания сложнопроизводных слов с помощью аффиксации и конверсии; словосложения по типу редупликации, контаминации, редеривации, сокращения, голофразиса.

Сказанное не означает, что все они обязательно присутствуют у одного автора, а тем более в отдельно взятом произведении. Анализ показывает, что писатели обычно отдают предпочтение какому-то способу, не игнорируя, впрочем, остальные. Так, в основном словосложением представлено окказиональное словообразование, сочетающееся с морфемным повтором, в работах таких авторов, как Р. Бредбери, У. Голдинг, В. Вульф, И. Во, О. Уайльд. Главным образом аффиксацией образованы новые слова в произведениях Ш. Бронте, О. Хаксли, Д. Фрэнсиса. Активно используют аффиксоиды и словосложение Д. Лоуренс, А. Мердок, Дж. Фитцджеральд. Наряду со словосложением весьма разнообразные аффиксальные модели применяют С. Льюис, Т. Колдуэл, Г.

Филдинг, Р.П. Уоррен, М. Брэгг, Дж. Фаулз, Дж. Остен, О. Генри, А. Кронин, У. Теккерей, М. Диккенс, Дж. Лондон, М. Митчелл.

Сравнение способов словообразования с точки зрения их участия в одно-корневых/одноаффиксных цепочках, содержащих окказиональное образование, показало, что наибольшую активность проявляют словосложение и аффиксация. При этом словосложение занимает лидирующее положение. Что касается аффиксации, то основная масса окказионализмов образованы с помощью высокопродуктивных суффиксов и префиксов. Это относится к обеим разновидностям цепочек - с общей корневой и общей аффиксальной морфемой. Что касается словосложения, то здесь налицо различие между однокорневыми и одно-аффиксными цепочками. Корневой повтор в основном обнаруживается там, где образованы композиты - сложные слова в собственном смысле этого слова, т.е. окказионализмы, созданные по разнообразным аддитивным моделям. Корневой повтор также наблюдается при образовании путем аффиксации сложнопроизводных слов (парасинтетических образований), созданных на базе сложных слов, свободных и устойчивых словосочетаний. Конверсия словосочетаний также ведет к образованию окказиональных слов, что встречается только при корневом повторе. То же следует сказать относительно контаминации, сокращения, редеривации, редупликации и голофразиса. Для аффиксального повтора характерно наличие в цепочках слов с общей морфемой в основном сложнопроизводных слов типа «бахуврихи» и моделей, содержащих причастие и герундий в своем составе.

Говоря о способах словообразования, интересно сопоставить в этом плане слова окказиональные и слова узуальные. Относительно «списочного состава», «реестра» способов образования те и другие демонстрируют значительное сходство. Исключение составляет голофразис как «несловная» номинация, лежащая вне языковой системы, целиком принадлежащая сфере речи. Голофра-стические конструкции как уподобления слову свойственны лишь окказиональному словообразованию. Все же остальные способы в равной мере принадлежат как узуальному, так и окказиональному словообразованию. Вместе с тем так же явственно проступает и различие между ними. Подавляющее большинство слов, вошедших в общее употребление, образованы посредством аффиксации. Основная же масса рассматриваемых окказионализмов создана путем словосложения, причем это касается как однокорневых цепочек (в большей степени), так и одноаффиксных (в меньшей степени).

Преобладание словосложения в художественно-литературном окказиональном образовании можно объяснить относительной самостоятельностью корневых морфем, сохраняющих вещественное, лексическое значение в составе сложного слова. Словосложение позволяет создать наименование, которое характеризует предмет с разных сторон. Внутренняя форма сложного слова, дающего слитно-синкретичное и в то же время расчлененное представление об объекте, мгновенно считывается сознанием, порождая наглядно-ощутимый зримый образ, в котором акцентируется не один, а несколько признаков объекта.

Литература

1. Арутюнова Н.Д. О новом, первом и последнем // Н.Д. Арутюнова. Язык и мир человека. М.: Языки русской культуры, 1999.

2. ВиноградоваВ.Н. Стилистический аспект русского словообразования. М.: Наука, 1984.

3. Волков В.В. Деадъективное словообразование в русском языке. Ужгород: УГУ, 1993.

4. Голуб И. Б. Стилистика русского языка. М.: Рольф, 2001.

5. Елисеева В.В. Авторский окказионализм как средство создания комического эффекта (в парадигматическом аспекте): Автореф. дис. ... канд. филол.наук. Л., 1984.

6. ЗемскаяЕ.А. Современный русский язык. Словообразование. М.: Просвещение, 1973.

7. Киселева Р.В. Структурные особенности авторских неологизмов и их стилистические функции: Автореф. дис.. канд.филол.наук. Л., 1970.

8. Коршак Е.Н. Авторские новообразования в поэтическом тексте и проблема словообразовательных норм // Интерпретация художественного текста в языковом вузе: Межвуз. сб. науч. трудов. Л., 1983.

9. КузнецМ.Д., СкребневЮ.М. Стилистика английского языка. М.: Учпедгиз, 1960.

10. Липатов А.Т. Неология как важная составляющая когнитивной лингвистики // Когнитивная лингвистика. Современное состояние и перспективы развития. Тамбов: ТГУ, 1998. Ч. II.

11. Намитокова Р.Ю. Авторские неологизмы: словообразовательный аспект. Ростов н/Д.: Изд-во Рост. ун-та, 1986.

12. Нухов С.Ж. Языковая игра в английском словообразовании: имя существительное. Уфа: Башк. гос.пед.ин-т, 1997.

13. Пробст М.А. О преобразованиях в системе текстов // Лингвистика и поэтика. М.: Наука, 1979.

14. Розен Е.В. Новые слова и устойчивые словосочетания в немецком языке. М.: Просвещение, 1991.

15. РозентальД.Э., ГолубИ.Б., ТеленковаМ.А. Современный русский язык. М.: Рольф, 2001.

16. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. СПб.: Питер, 2001.

17. Сыроваткин С.Н., Шевлягина Н.В. Основные типы голофрастических конструкций в современном английском языке // Лексико-грамматическая сочетаемость в германских языках. Челябинск, 1976. Вып.1. С. 109-114.

18. ТомашевскийБ.В. Теория литературы. Поэтика. М.: Аспект Пресс, 2002.

19. УэллекР., Уоррен Р. Теория литературы. М.: Прогресс, 1978.

20. Ходан М.В. Окказиональные образования в лирике И.Северянина // Слово и словоформа в высказывании. М.: МГПУ, 2000.

21. Якобсон Р. Новейшая русская поэзия // Якобсон Р. Работы по поэтике. М.: Высшая школа, 1987.

22. Якобсон Р. О художественном реализме // Якобсон Р. Работы по поэтике. М.: Высшая школа, 1987.

23. Якобсон Р. Футуризм // Якобсон Р. Работы по поэтике. М.: Высшая школа, 1987.

24. Яковлева Е.Б. Лексикализация синтагматических рядов в современном английском языке: Автореф. дис. ... докт. филол. наук. М., 1997.

Список использованных словарей

1. CID - Cambridge International Dictionary of Current English. Cambridge: Cambridge University Press, 2001.

2. COD - Concise Oxford Dictionary of Current English. Lnd: Oxford University Press, 1956.

3. Longman Dictionary of Contemporary English. В 2-х т. М.: «Русский язык», 1992.

4. OALD - Oxford Advanced Learner’s Dictionary of Current English. Lnd: Oxford University Press, 1970.

Austen J. Emma. Lnd: Penguin Books, 1994. 376 p.

Austen J. Pride and Prejudice. N.Y.: New American Library, 1980. 332 p.

Bradbury R. Fahrenheit 451. Short Stories. M.: Raduga Publishers, 1989. 384 p.

BraggM. The Hired Man. M.: Progress Publishers, 1979. 218 p.

Braine J. Room at the Top. M.: Foreign Languages Publishing House, 1961. 272 p.

Bronte Ch. Jane Eyre. M.: Foreign Languages Publishing House, 1954. 572 p.

Caldwell T. Testimory of Two Men. Greenwich, Conn.:Fawcett Books, 1977. 703 p.

Cronin A. The Citadel. M.: Foreign Languages Publishing House, 1963. 477 p.

DickensM. Flowers on the Grass. Harmondsworth: Penguin Books, 1977. 235 p.

Dreiser Th. Sister Carrie. M.: Higher School Publishing House, 1968. 595 p.

Dreiser Th. The Financier. M.: Foreign Languages Publishing House, 1954. 566 p.

Fielding H. The History of Tom Jones. Harmondsworth: Penguin Books, 1977. 912 p. FitzgeraldF.S. The Great Gatsby. Lnd.: Penguin Books, 1994. 188 p.

Fitzgerald F.S. Selected Short Stories. M.: Progress Publishers, 1979. 358 p.

FowlesJ. The Ebony Tower. Eliduc. The Enigma. M.: Progress Publishers, 1980. 246 p. FowlesJ. The Collector. Lnd.: Pan Books, 1986. 286 p.

FrancisD. Enquiry. Lnd.: Pan Books, 1988. 312 p.

Galsworthy J. The Forsyte Saga. Book One. The Man of Property. M.: Progress Publishers, 1973. 383 p.

Golding W. Lord of the Flies. The Pyramid. Envoy Extraordinary. M.: Progress Publishers, 1982. 495 p.

Henry O. Selected Stories. M.: Progress Publishers, 1979. 376 p.

Huxley A. Crome Yellow. M.: Progress Publishers, 1976. 279 p.

Joyce J. Dubliners. Lnd.: Penguin Books Ltd., 1966. 256 p.

Lawrence D.H. Odour of Chrysanthemums and Other Stories. M.: Progress Publishers, 1977. 296 p. Lawrence D.H. Sons and Lovers. Ware, Hertfordshire: Wordsworth Editions Ltd, 1993. 369 p. Lewis S. Arrowsmith. N.Y.: The New American Library, 1961. 440 p.

Lewis S. Babbitt. M.: Foreign Languages Publishing House, 1962. 454 p.

Lewis S. Dodsworth. N.Y.: The New American Library, 1972. 364p.

London J. Martin Eden. Kiev: Dnipro Publishers, 1980. 367 p.

1979. 288 p.

Maugham S. Cakes and Ale: or the Skeleton in the Cupboard. M.: Progress Publishers, 1980. 237 p. Mitchell M. Gone with the Wind, Lnd.: Pan Books Ltd, 1974. 1011 p.

Murdoch I. The Time of the Angels. Frogmore: Triad / Panther Books, 1978. 224 p.

Priestley J. Angel Pavement. M.: Progress Publishers, 1974. 504 p.

Salinger J. Nine Stories. Franny and Zooey. Raise High the Roof Beams Carpenters. M.: Progress Publishers, 1982. 438 p.

Salinger J. The Catcher in the Rye. M.: Progress Publishers, 1979. 243 p.

Thackeray W. Vanity Fair. In Two Parts. M.: Foreign Languages Publishing House, 1951. WarrenR.P. All the King’s Men. M.: Progress Publishers, 1979. 448 p.

Waugh E. The Loved One (An Anglo-American Tragedy). Lnd: Penguin Books Ltd, 1989. 128 p. Wilde O. The Picture of Dorian Gray. Kiev: Dnipro Publishers, 1978. 232 p.

Wodehouse P. The World of Jeeves . N.Y.: The Haper and Row Publishers, 1989. 654 p.

Woolf V. Mrs. Dalloway. Lnd: Penguin Books, 1996. 213 p.

КАРПУХИНА ТАМАРА ПЕТРОВНА - кандидат филологических наук, доцент кафедры английской филологии Дальневосточного государственного гуманитарного университета. Автор 39 статей и тезисов докладов на конференциях.