Роль институтов гражданского общества в модернизации системы образования в странах СНГ (на примере Республики Армения)

ОБРАЗОВАНИЕ В СТРАНАХ ПОСТСОВЕТСКОГО ПРОСТРАНСТВА

Т.Э. Мариносян

' 4

Л. -

Г.Э. Галикян

Ключевые слова:

Содружество Независимых Государств (СНГ), образовательная система Российской Федерации, образовательная система Республики Армения, высшее образование, адаптация, институционализация, модель, гражданское общество, стандарты, преобразования.

РОЛЬ ИНСТИТУТОВ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В МОДЕРНИЗАЦИИ СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ В СТРАНАХ СНГ (НА ПРИМЕРЕ РЕСПУБЛИКИ АРМЕНИЯ)1

Одновременно с тем, как правительства государств-участников СНГ проводят реформы, направленные на улучшение образовательной системы, в этих странах растет осознание необходимости институтов гражданского общества, важной роли в этих преобразованиях.

В статье рассматриваются некоторые вопросы институционально-организационного развития высшего образования в Армении. Актуальность тематики определяется не столько переходом Армении к Болонской системе, сколько современными экономическими и социальными реалиями. Отмечается, что новая модель высшего образования должна основываться на армянских реалиях: культуре, институтах и ресурсах. Наконец, обосновывается необходимость движения в сторону открытости системы высшего образования, когда участие гражданского общества может и должно играть существенную роль в новых преобразованиях.

1 Исследование выполнено в рамках научно-

го проекта № SCS-13-6C456 (при поддержке ГКН

МОН РА). Публикация подготовлена в рамках под-

держанного РГНФ научного проекта № 14-06-00650.

Гражданское общество, в идее которого заложено его постоянное развитие, совершенствование власти, утверждение более демократичных и цивилизованных форм общежития, представляет собой социально организованную структуру, формирующуюся за пределами системы государственной власти. Институты гражданского общества, по определению, независимы от государства и предпринимательской сферы, что отражается в понятии «третий сектор», которое нередко используется как синоним понятия «гражданское общество».

В 1990-е годы понятие «гражданское общество» приобрело особое значение в постсоветских странах, стремящихся к демократическим изменениям. Развитие в странах Содружества Независимых Государств таких форм организации государственной власти и политической системы, как парламентаризм, многопартийность, легальная оппозиция, частное предпринимательство, различные формы собственности, бесспорно, является демократическим завоеванием в этих странах и реальной заслугой именно гражданского общества. При сравнении гражданских обществ в странах СНГ и странах Запада необходимо учитывать принципиальное различие: постсоветские государства изначально развивались и продолжают развиваться по принципу вторичной, догоняющей модели. Становится очевидным, что невозможен примитивный и прямой перенос на почву этих новообразовавшихся стран исторического и конструктивного опыта становления гражданского общества, его взаимоотношений с государственной властью.

В условиях еще несформировавшегося гражданского общества в странах Содружества существование конкретных институтов гражданского общества как автономных от государства политических и общественных организаций не предполагает их способность эффективно взаимодействовать с органами государственной власти и, соответственно, оказывать необходимое влияние на решения правительств этих стран. Анализ положения гражданского общества в странах постсоветского пространства показал, что в зависимости от исторического наследия и традиций политической культуры непосредственно в каждом конкретном государстве-участнике Содружества действует два основных способа развития институтов гражданского общества. В некоторых странах элементы гражданского общества возникли на самой ранней стадии формирования государства и имеют непосредственное влияние на образование государственной системы и ее функционирование. В других - государственная власть, проводя соответствующую политику, сама инициировала или стимулировала формирование институтов гражданского общества, таким

образом создавая благоприятные условия для их развития.

Вместе с тем в странах-участницах Содружества наблюдается тенденция включения в содержание нормативно-правовых документов программного характера мер, направленных на активизацию потенциала гражданского общества для его продуктивного использования в совместном с государственными структурами решении проблем развития различных отраслей жизнедеятельности, в том числе в сфере образования. Очевидно, что реализация системы мер, направленных на совершенствование образовательной системы, должна включать в себя формирование системы контроля за деятельностью государственных служащих со стороны институтов гражданского общества, а также системы взаимодействия институтов гражданского общества с государственными органами. Однако следует признать, что в настоящее время в Российской Федерации отсутствует конструктивное взаимодействие в образовательной деятельности между институтами государственной власти и институтами гражданского общества. Федеральный закон «Об образовании», определяя основные направления деятельности федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ и органов местного самоуправления, не предусматривает необходимость участия институтов гражданского общества в модернизации образовательной системы России.

Одновременно с тем, как правительства государств-участников СНГ проводят реформы, направленные на улучшение образовательной системы, в этих странах растет осознание необходимости институтов гражданского общества, их важной роли в этих преобразованиях. Становится очевидным также, что гражданское общество не только имеет решающее значение в реализации правительственных реформ, но и способно, координируя усилия собственных институтов, инициировать реформирование той части образовательной системы, которая находится за пределами осуществляемых правительством программ.

Опираясь на пример деятельности институтов гражданского общества в Республике Армения, авторы данной статьи попытались показать, почему гражданское общество может являться ключевым игроком в деятельности по реформе образовательной системы и каким образом гражданское общество может участвовать в процессе реформ в других странах СНГ. Хотелось бы отметить, что проекты, способствующие развитию гражданского общества в государствах-участниках Содружества, нередко поддерживаются и финансируются различными фондами и международными организациями.

РОЛЬ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В КОНТЕКСТЕ ТРАНСФОРМАЦИИ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ В АРМЕНИИ

В современном мире происходят динамичные перемены, имеющие существенное влияние на сферу высшего образования. Перед каждой страной встает задача преобразования высшего образования с целью его приведения в соответствие с новыми реалиями. В армянском образовательном пространстве сегодня осуществляется ряд мер по его модернизации. Но, как нам представляется, многое делается спонтанно, непродуктивно, без привлечения самих участников образовательного процесса.

При анализе современного состояния высшего образования в Армении мы исходим из того, каким оно должно стать, чтобы соответствовать определенно обозначенной модели. Эта модель допускает, что существует обширное и заинтересованное гражданское общество, которое применит технические, социальные возможности и способности к управлению образовательной системой. Модель также допускает, что существует национальная сеть поддерживающих систем и организаций, которые предоставят дополнительную помощь и знания этой модели управления. Однако сложившаяся ситуация совершенно далека от обозначенной.

На наш взгляд, вопрос о взаимоотношении общества и высшего образования можно охарактеризовать как один из ключевых в том перечне, который является крайне актуальным для Армении. М.Эш (видный специалист в области современных образовательных моделей) отмечает, что «стержневой вопрос не только в области высшего образования, но и вообще в происходящей сейчас трансформации режимов государств всеобщего благосостояния - это вопрос о отношении между государством и гражданским обществом, чему в сфере образования соответствует вопрос, является ли высшее образование частным или общественным благом»1. Оценивая современные трансформации в сфере высшего образования США (модель американского исследовательского университета стала господствующей формой в мировой системе высшего образования - прим. Г.Г.), Эш приходит к выводу: «Происходящее в Америке в наши дни проще всего понимать в историческом контексте как новый извод мобилизации гражданского общества, а не только рыночных сил, для поддержки высшего образования, которое имеет в этой стране долгую традицию»2.

1 Эш М. Бакалавр чего, магистр кого? "Гумбольдтовский миф" и исторические трансформации высшего образования // Новое литературное образование. - 2013. - № 4. - С. 71.

2 Там же, с. 73.

Процесс преобразований, который должен завершить переход к новой образовательной системе, стоит перед определенными вызовами, требующими четкой продуманной парадигмы образования. На первый взгляд, было бы проще взять за основу новой модели образования то, что уже работает в разных странах и реализовать в армянской действительности. Однако прямое заимствование социальных инноваций чревато большими рисками. Прежде всего отметим, что некоторые решения просто невозможно адаптировать к сегодняшней армянской действительности. Определяется это во многом тем, что, наряду с изменениями в области образования, у нас происходит переход от одной социально-политической системы - коллективной, корпоративной, идеологизированной к другой - индивидуальной, личностной и открытой.

Движение от одного к другому не является только вопросом техники или технологии, оно является ценностным, психосоциальным сдвигом, обновляющим общество в целом. Такой сдвиг требует от сообщества и индивидов личностной, профессиональной ответственности с обязательным овладением и применением новых ценностей и практик и их отражением во вновь образующихся институциональных и юридических структурах. В частности, должна быть задействована новая модель управления и менеджмента. Она, в первую очередь, подразумевает наличие профессиональной сети компетентных организаций внутри структуры для повышения квалификации преподавателей, учреждений по подготовке к тренингу менеджмента общественных услуг и органов для переподготовки гражданского общества. Однако в Армении нет фактов, подтверждающих наличие работ в этом направлении ."Система высшего образования также должна лучше понимать сигналы, поступающие из окружающего мира и реагировать на них. Системы, которые производят большое количество безработных выпускников с чрезмерно высоким уровнем образования, не выполняют важную часть своих экономических и социальных обязанностей - готовить первоклассных специалистов, которые будут вести нашу экономику и общество»1.

Мы предполагаем, что ключевым моментом относительно образовательной сферы в Армении является переход от абсорбирующей фазы импортируемых идей и моделей к адаптирующей фазе национальной релевантности.

Для этого, на наш взгляд, важно, чтобы был ощутимый сдвиг от абсорбирующей фазы (результаты не вполне успешного внедрения двухуровневой

1 Эдерер П., Шуллер Ф., Виллмс С. Ранжирование систем высшего образования: граждане общества в эру знаний // Вопросы образования. - 2009. - № 3. - С. 194.

системы высшего профессионального образования и отсутствие у студентов возможности реально выбирать свой образовательный путь и отвечать за него, очень малое количество курсов по выбору) к адаптирующей (прежде всего, поиск компромиссов между массовым высшим образованием и высокими академическими стандартами, выработка новой парадигмы образования, основанной на новой технологической платформе, на основе запросов рынка и общества в целом, учет существенных недостатков на уровне общеобразовательных школ). По мнению известного английского эксперта в области университетского образования Р. Барнета, новая миссия университета сводится к реализации им своих интегрирующих возможностей. Он подчеркивает, что "выступать медиатором, посредником в современном обществе, теряющем свою целостность, может только университет трансформирующийся"1.

И в этом контексте возникают вопросы относительно адаптации Болонского процесса. Во многих университетах процесс не продвигается дальше механического разделения существующих программ подготовки специалистов на два этапа (4+2 года). "Чтобы избежать его вновь вводимые образовательные стандарты должны соответствовать требованиям со стороны профессиональных сообществ, а, следовательно, разрабатываться с их участием и как минимум не уступать современному международному уровню. Такие стандарты будут определять не перечень учебных предметов и число часов, а достижение уровня самостоятельного оперирования знаниями. Эти новые образовательные стандарты должны носить рамочный характер, тогда вузы смогут сами конструировать свои образовательные программы, конкурируя на рынке образования»2.

Особенно актуальны эти стандарты на уровне магистратуры, где исследовательская компонента, безусловно, становится определяющей, и исследовательская работа является одним из главных показателей деятельности университета. Но на это требуются такие средства, которые могут позволить себе очень состоятельные вузы. Магистерские программы являются ступенью к самостоятельной работе, основой которой являются знания, полученные в бакалавриате. В Армении, к сожалению, двухуровневая система образования, как правило, не характеризуется качественными изменениями на уровне магистратуры (вузы ограничены в ресурсах, преподаватели слабо мотивирова-

1 Barnett R. Realizing the university in anage of supercomplexity Buckingham. Open Kniv Press, 2000. P. 97.

2 Волков А.Е., Ливанов Д.В., Фурсенко А.А. Высшее образование: повестка 2008-2016 // Эксперт - 2007. - № 32. - С. 16.

ны, большинство магистрантов не имеют желания вести научные исследования и поступают в магистратуру не для того, чтобы стать учеными).

Но главная проблема, и не только на постсоветском пространстве, заключается в том, "станут ли признавать европейские работодатели, включая органы государственной власти, новые бакалаврские дипломы как полноценные дипломы о высшем образовании"1. Пока же нужно признать, что и на постсоветском пространстве, и в европейских странах еще только предстоит "адаптировать систему государственной занятости к двухступенчатой модели высшего образования"2.

Пока что мы констатируем наличие абсорбирующей фазы в образовательном пространстве (т.е. чисто механическое усвоение особенностей Болонского процесса), и это во многом "благодаря" тому, что огромный потенциал гражданского общества практически не задействован.

В реальности нельзя достичь глубоких сдвигов в одночасье или же при помощи призыва к правительству. Преобразования могут успешно претворяться в жизнь лишь при наличии активного участия гражданского общества, демонстрирующего, во-первых, готовность к участию и желание преобразований; во-вторых, осознание самими университетами необходимости перемен. Относительно ситуации Армении многие эксперты отмечают, что в ней особая роль отводится памяти: есть тенденция решения старых проблем, а не ориентация на новые возможности. Нужно особо отметить, что один из основных принципов, латентно присутствующих в образовательной политике Армении, заключается в убеждении, что решение проблем развития человеческих ресурсов может быть импортируемо в любом случае. В некоторых случаях это действительно привело к приобретению ряда новых знаний, навыков, опыта и ценностей, но многое из вышеперечисленного так и не получило широкого применения из-за отсутствия институциональной и социальной адаптации, где решающим критерием может стать выработка соответствующих социальных технологий. "В постсоветских странах, в отличие от стран с развитым гражданским обществом, нет общественных институтов, которые бы формулировали запросы общества, а тем более нет общественного влияния на содержание образования"3.

В конечном счете, приход общества в образование делает систему в це-

1 Эш М. Там же. С. 78.

2 Эш М. Там же. С. 79.

3 Майоров А.Н., Пинский А.А., Сабуров А.В. Гражданское общество как ресурс развития российского образования // http://civilg8.ru/priority/education/6854.php

лом более открытой и динамичной. "Открытая система" более чувствительна к внешним силам и влияниям, нежели "закрытая". И надо особо отметить, что повышение открытости - один из центральных элементов процесса перехода. Однако открытость, как всегда, увеличивает фактор запутанности и непредсказуемости. Возможно, единственно устойчивым ответом на повышающуюся сложность является достижение более высокого уровня институционально-организационной компетентности через учебу и коммуникацию. Университеты должны и отчасти вынуждены поддерживать постоянные связи и объяснять внешним по отношению к традиционной среде агентам (разным группам студентов, работодателям, профессиональным ассоциациям) суть происходящего в стенах высшего учебного заведения, и «такая необходимость прозрачности и подотчетности, потребность в рефлексии собственых целей и путей их достижения создают качественно новую ситуацию в развитии вузов»1. И здесь также очень важны такие институциональные изменения в структуре образования, которые позволили бы ей (вопреки сложившейся тенденции) включить в себя важнейшие элементы гражданского общества.

Однако сложившаяся ситуация определяется действием нескольких негативных факторов: во-первых, тем, что в существующей правовой базе образования, почти на всем постсоветском пространстве, участие общества в формировании образовательной политики регламентируется явно недостаточно. «Но если для тоталитарного государства такая ситуация естественна и даже единственно возможна, то для демократического - и просто обременительна, и просто противоречит принципу свободы выбора личности и общества в образовании»2. Во-вторых, тем, что «ограниченность участия общества, общественных институтов в изучении и решении проблем образования в высокой степени связано с корпоративно-профессиональной замкнутостью системы. Язык, на котором формулируются и обсуждаются многие из этих проблем, непонятен "широкой общественности", особенно если учесть отсутствие общепринятого толкования многих, даже базовых понятий (например, качества и эффективности образования, непрерывности и инновационности образовательного процесса)»3.

1 Форрат. Проблема качества высшего образования: мировые вызовы и их российские трансформации // Вопросы образования. - 2009. - № 2. - С. 126.

2 Образование и общество: готова ли Россия инвестировать в будущее?" Доклад Общественной палаты Российской Федерации // Вопр. образования. - 2004. -№ 4. - С. 55.

3 Там же, с. 56.

Нужно констатировать, что нынешнее состояние образовательной системы - это больше продукт «естественной эволюции влияния трендов», нежели результат обоснованной и политически принятой программы модернизации. Подводя итоги, можно отметить: «К сожалению, этот общественно важный институт «прогнулся» под обстоятельствами и принял весьма причудливую форму. Сегодня высшее образование - институт социальной консервации в гораздо большей степени, чем «социальный лифт» и «тренировочная база» для конкуренции в жизни»1. Такое положение дел во многом определяется не недопониманием необходимых реформ или неразвитыми социальными технологиями, а, скорее, отсутствием ясного видения той модели образовательной системы, которая должна быть предложена гражданам в определенной временнОй перспективе. Тем самым должна быть пересмотрена сложившаяся (и практически не работающая) система взаимоотношений общества и университетов. Может, мы и завышаем наши ожидания от высшего образования в глобальном мире (необходимо все-таки учитывать, что университеты - традиционно консервативные учреждения), но так или иначе необходимо прояснить вопрос о том, каковы должны быть ожидания общества от университета и какие обязательства может взять на себя университет? Сохранение status quo лишь затягивает время преобразований институциональной структуры высшего образования в Армении и, следовательно, закрывает путь к его обновлению.

1 Волков А.Е., Ливанов Д.В., Фурсенко А.А. Высшее образование: повестка 2008-2016 // Эксперт. - 2007. - № 32. - С. 13.