Особенности эволюции аграрной экономики России и Беларуси

В.Н. Блохин

Рассмотрены тенденции, проблемы и особенности развития аграрного сектора в России и Беларуси с начала осуществления рыночных реформ. Отмечаются как общие черты аграрной эволюции (кризис на начальном этапе реформ, последующая стабилизация и медленный подъем), так и особенности, обусловленные принципиально различной стратегией реформирования. Подчеркиваются такие проблемы аграрного сектора России, как недостаточная финансовая поддержка государства, деградация производственного потенциала и социальной инфраструктуры, наличие широкого слоя маргинализованного населения. При описании белорусского АПК отмечается чрезмерное администрирование, сохранение архаичных производственных структур, слабое развитие фермерства. Подчеркивается важность модернизации сельского хозяйства в обоих государствах, перехода к устойчивому развитию на рыночной, конкурентной основе.

Ключевые слова: многоукладная рыночная экономика, демонополизация, социальная дифференциация, мелкотоварное производство, разрушение трудовой мотивации, деградация социальной сферы, социальная дискриминация, маргинализация, социальная напряженность, либеральные реформы, государственное регулирование, агрогородки, крестьянский уклад жизни, администрирование, концепция устойчивого развития.

Сельское хозяйство Советского Союза, по сути являясь донором индустриализации, длительный период времени находилось на периферии государственного и общественного внимания, что в результате привело к необратимым последствиям, разрушительный характер которых выступает сегодня существенным барьером на пути перехода аграрного сектора экономики на путь устойчивого развития [8].

Формирование региональной ситуации начала XXI в. непосредственно связано с созданием институциональных основ и механизма функционирования многоукладной рыночной экономики во всех ее сферах - производстве, системе распределения и финансов, социальной области, внешнеэкономических связях. Изменения в хозяйственной деятельности осуществлялись прежде всего под влиянием условий создаваемого рынка и связанных с ним ограничений со стороны спроса и бюджетного финансирования, трансформации старых межрегиональных связей, демонополизации производства, передачи ряда функций управления от центра регионам [5, с. 126].

Процессы экономической и социальной дифференциации населения затронули как российское, так и белорусское село. Сельские труженики уже не представляют некоего однородного, монолитного слоя. Развитие рыночных отношений, появление новых форм собственности обусловили переход от унификации к разнообразию сельской жизни [3, с. 10].

Сегодня в России и Беларуси осуществляются преобразования на селе. Развитие сельскохозяйственного производства в обеих странах признается

в качестве одного из приоритетов. Однако формы и методы проведения данных преобразований в значительной степени отличаются.

Экономическая реформа 1990-х гг. предусматривала радикальные преобразования в российском аграрном секторе. Она включала в себя реорганизацию колхозов и совхозов, проведение земельной реформы, развитие частного сектора аграрной экономики и была нацелена на повышение социальной активности и хозяйственной инициативы сельского населения. Трудовым коллективам было предоставлено право выбора форм хозяйствования, а каждый работник получил право свободного выхода из состава коллективного хозяйства. Сельскохозяйственные работники и ряд других категорий сельского населения были наделены имущественными и земельными паями, что обеспечило им определенный стартовый капитал для организации собственного дела на кооперативных или индивидуальных началах. В ходе реформы произошла институционализация новых форм хозяйствования, ставшая основой формирования многоукладной аграрной экономики [2, с. 116].

Радикальное изменение отношений собственности должно было обеспечить перераспределение земли и прочих производственных ресурсов в руки эффективного собственника и создать предпосылки для становления частного сектора аграрной экономики, развития агросервисных и социально-бытовых услуг. Государство резко сократило субсидии, выделяемые из бюджета на сельское хозяйство. Например, в 1999 г. они составили 0,17% величины ВВП против 8,8% в 1990 г.

Итоги проведенных преобразований были во многом неожиданными и парадоксальными по своей сущности. Парадоксы аграрной реформы проявились в экспансии мелкотоварного производства, неэффективности капитализации аграрной экономики, разрушении трудовой мотивации работников, обнищании сельского населения, деградации социальной сферы села.

В последующее десятилетие аграрное законодательство было нацелено на решение проблем отношений собственности, в первую очередь - земельной собственности, на совершенствование норм, регулирующих деятельность фермерских и личных подсобных хозяйств и стимулирующих развитие сельской потребительской кооперации, а также на улучшение условий кредитования сельских товаропроизводителей, организацию страхования производственных рисков. Принятые меры, безусловно, дали положительный эффект, однако полностью преодолеть кризисное состояние отрасли не удалось и до настоящего времени [2, с. 117].

Совокупность социально-экономических проблем, имеющих место практически во всех регионах России, наряду с технологической деградацией, также является серьезным барьером на пути перехода российского сельского хозяйства на путь устойчивого развития.

Сравнительный анализ ряда показателей уровня жизни сельского и городского населения России свидетельствует о ярко выраженной социальной дискриминации села. Средний уровень располагаемых ресурсов у жителей

сельской России ниже соответствующего показателя у горожан в среднем на 40%, объем денежных расходов сельского населения составляет немногим больше 50% объема денежных расходов городского населения.

Социально-экономическая нестабильность побуждает многих, особенно молодых селян, стремящихся к улучшению условий жизнедеятельности, к поиску возможностей миграции в город или в близлежащие крупные сельские населенные пункты. Результатом такой поведенческой линии является стремительное ускорение разрушительного для сельского хозяйства процесса обезлюдивания российского села.

Численность сельского населения - основы трудового потенциала сельскохозяйственного производства - стремительно сокращается начиная с 1950 г., и, согласно прогнозу Росстата, эта тенденция продолжится: к 2030 г. численность селян составит 37,04 млн человек (на 3,06% меньше по сравнению с 2010 г.), т.е. в ближайшие два десятилетия сельская Россия «потеряет» более 1 млн человек [8].

На заседании Совета по реализации приоритетных национальных проектов и демографической политике при Президенте РФ в марте 2007 г. В.В. Путин подчеркнул: «Важно сформировать современные подходы к организации сельской жизни в целом. Необходимо сохранить сельский образ жизни, но в новом, современном его виде, развивая там инфраструктуру, дороги, транспорт, газовое обеспечение, в том числе за счет реализации на селе национальных проектов» [3, с. 6].

Стоит отметить, что фермерский сектор не стал преобладающим хозяйственным укладом в российской деревне. Например, в 2008 г. в структуре продукции сельского хозяйства России доля фермерских хозяйств составила 9,2%.

Что касается личного подсобного хозяйства, то его увеличение в период трансформации аграрных отношений не является следствием выбора крестьян. Для большинства сельского населения ведение ЛПХ стало единственным способом выживания в сложных условиях реформ. В Федеральном законе от 7 июля 2003 г. «О личном подсобном хозяйстве» ЛПХ было признано формой непредпринимательской деятельности по производству сельхозпродукции, на которую распространялись такие же меры государственной поддержки, как на крупные и средние сельскохозяйственные предприятия [2, с. 118].

В результате неоднозначных и разнонаправленных аграрных трансформаций в России сформировалась многоукладная сельская экономика, основанная на разных способах ведения хозяйства и разном образе жизни занятых в ней людей.

Разнообразие форм хозяйствования создает предпосылки для свободной конкуренции товаропроизводителей на аграрном рынке, обеспечивает наиболее рациональное использование земельных, трудовых и материально-технических ресурсов отрасли. Однако это возможно только при активной политике государства, защищающего интересы всех участников агропродо-вольственного рынка. Практика показывает, что до сих пор отсутствуют

надежные механизмы артикуляции, репрезентации и согласования интересов ключевых субъектов сельского развития.

На фоне падения доверия к формальным институтам при разрешении возникающих конфликтов превалируют неформальные, в том числе не правовые, практики. Новые формы хозяйствования на селе сопровождаются формированием маргинальных групп населения, исключенных из сферы формальной экономики. При отсутствии механизма преодоления социальной изоляции маргинальных групп их наличие является стимулом социальной напряженности и социальных конфликтов в сельских обществах [2, с. 121].

Ситуация в сельских регионах Беларуси имеет свою специфику. Во времена Советского Союза Беларусь занимала лидирующие позиции по уровню развития сельского хозяйства. Однако в начале 1990-х гг. сельское хозяйство страны оказалось в сложнейшем положении. Либеральные реформы, которые начали проводиться в это время, привели к разрушению прежней системы государственных дотаций сельскому хозяйству и росту убыточных сельскохозяйственных предприятий. Материальная база села была подорвана, технико-экономический потенциал снизился, диспаритет цен на промышленные и сельскохозяйственные продукты достиг огромных размеров.

К 2000 г. стало ясно: необходимо реализовать новый комплекс организационных, экономических, социальных усилий. В итоге в сентябре 2003 г. была принята Государственная программа возрождения и развития села. Эта программа предполагала создать экономический механизм, основанный на сочетании государственного регулирования и саморегулирования и опирающийся на принципы полноправного развития всех форм собственности, ценообразования, основанного на сочетании государственного регулирования и свободных цен, выделении кредитов, переходу к единому сельско-хозяйственному налогу и т.д. [4, с. 197-199].

Основными целями и задачами Программы являются:

• возрождение и развитие социальной и производственной сфер белорусского села, обеспечение условий для устойчивого ведения сельскохозяйственного производства;

• повышение доходов сельского населения, создание основ для престижности проживания в сельской местности и улучшения демографической ситуации на селе;

• обеспечение эффективного производства сельскохозяйственной продукции и продовольствия в объемах, достаточных для внутреннего рынка и формирования экспортных ресурсов.

Обсуждение проблемы возрождения и развития села не будет полным, если не обратить внимание на такую социальную инновацию, как строительство агрогородков. Особенностью данного вида поселений является их способность объединять достоинства городской жизни и преимущества сельской.

Агрогородок, согласно Программе возрождения и развития села, - благоустроенный населенный пункт, в котором предусматривается создание производственной и социальной инфраструктуры для обеспечения социальных стандартов проживающему в нем населению и жителям прилегающих территорий.

Зачастую агрогородки относят к малым городам с агропромышленным уклонном хозяйствования, имеющим полный набор коммунально-бытовых услуг. Однако строительство агрогородков призвано решать больший, нежели малые города, круг задач, среди которых, во-первых, размещение производственной инфраструктуры, позволяющей эффективно хозяйничать на земле, диверсифицировать производство, расширять рынок труда, создавать новые рабочие места. Во-вторых, создание такой социальной инфраструктуры, которая не уступала бы городской и соответствовала бы минимальным социальным стандартам качества жизни по стране в целом. В-третьих, и это главное, сохранение крестьянского уклада жизни, создание условий для привлекательности труда и быта сельчан [1, с. 132].

Одной из особенностей белорусской политики по отношению к селу являются существенная финансовая поддержка и субсидирование развития АПК. Размеры государственной поддержки села в Беларуси значительно превышают российский уровень. Это, в свою очередь, имеет как положительные, так и отрицательные результаты.

В общественном сознании белорусского общества давно сформировалось устойчивое мнение о необходимости структурной перестройки аграрной сферы, но все еще не осознается, что это проблема не столько материально-экономическая и организационная, сколько социальная [6, с. 125].

Достигнутый в Беларуси за последние годы ВВП во многом обусловлен действием организационных факторов (усиление административного воздействия на предприятия и организации, повышения трудовой, но не технологической дисциплины без учета сферы деятельности) и стимулированием производства на основе экспансионистской кредитно-денежной политики. Однако использование административных факторов роста возможно лишь на ограниченном отрезке времени [7, с. 40].

Специфической особенностью аграрной сферы Беларуси является то обстоятельство, что здесь с трудом преодолевается сложившаяся за многие десятилетия глубокая деформация отношений между командно-административной системой управления и общественной самоорганизацией сельчан. Не получило широкого развития фермерство. В настоящее время только 1% пахотных земель республики находится во владении фермерских хозяйств. В результате воспроизводится ресурсорасточительный тип агропроизводства. При низкой индивидуальной мотивации в общественном секторе постоянно требуется приток материальных и финансовых ресурсов, которые зачастую нерационально используются. Поэтому одной из основных причин недостаточной эффективности аграрной отрасли Беларуси и затягивания сроков ее

реформирования является увлечение администрированием, недоучет творческого потенциала крестьянства, его интересов и мнений в вопросах совершенствования производства и социально-бытового обустройства [6, с. 126].

Отправной точкой определения наиболее верного направления развития аграрного сектора экономики и сельского социума того или иного региона является четкое обоснование стратегии перехода к устойчивому развитию, которая может быть определена на основе интегральной оценки потенциала как такового, то есть совокупности определяющих факторов, способствующих выстраиванию максимально адаптированной к реальным условиям хозяйствования системы развития аграрного производства и аграрного социума, основанной на цивилизационно-инновационном принципе функционирования [7].

С каких бы позиций мы ни подходили к анализу опыта реформирования, но российская и белорусская экономика стояли перед жестким выбором модели социально-экономического развития. Наиболее спорным был выбор темпа осуществления реформ - «шоковая терапия» или «постепенные преобразования». Российские реформаторы выбрали первый путь, пытаясь сократить дорогу к капитализму, создавая рыночную экономику без фундаментальных рыночных институтов, а институты - без фундаментальной инфраструктуры. В результате к середине 1990-х гг. Россия приобрела худшее из возможных состояний общества - колоссальный упадок, сопровождаемый столь же огромным ростом социального неравенства.

Что же касается Беларуси, то постепенные преобразования способствовали формированию эволюционной модели экономических преобразований, связанной с замедленным введением правовых финансовых и социальных институтов. Такая модель минимизирует социальные риски, но не способствует в должной мере развитию восприимчивости индивидуальных и коллективных хозяйствующих субъектов к социальным и экономическим инновациям [7, с. 40-41].

Пути преодоления неравномерности социально-экономического и культурного развития сельских регионов, способов повышения эффективности управленческих воздействий и поддержки (со стороны государства, центральной власти) сельских территорий лежат в повышении адресности этой поддержки. Общим направлением модернизации села России и Беларуси должен стать переход к устойчивому развитию рыночной, конкурентной экономики, поддержка развития фермерства и иной частной активности на селе.

Литература

1. Бударин Л. Приоритетный национальный проект «Развитие АПК»: год спустя. // Аграрный эксперт. - 2007. - Апрель. - С. 3-6.

2. Калугина З.И. Вектор посткризисного развития российской деревни. // Регион: экономика и социология. - 2010. - № 3. - С. 115-135.

3. Лихачев Н.Е. Аграрные преобразования в Беларуси: социологический анализ ситуации. // Социология. - 2008. - № 1. - С. 124-131.

4. Пролесковский О.В., Криштапович Л.Е. Белорусский путь. - Минск, 2009.

5. Рязанцев И.П., Халиков М.С. Экономическая социология. Региональный аспект. - М., 2003.

6. Смирнова Р.А., Кузьменко Т.В., Балакирева Т.С. Социально-культурный портрет сельских регионов Беларуси. Могилевская область. - Минск, 2012.

7. Соколова Г.Н. Экономическая стратификация в Беларуси и России (Опыт сравнительного анализа) // Социс. - 2009. - № 5. - С. 40-46.

8. Базовые проблемы перехода сельского хозяйства России на путь устойчивого развития / Статья Ю.А. Леметти // URL: http://ecsocman.hse.ru/data /2011/07/14/1267421123/1.pdf.