Реалии и паремии в повести А. С. Пушкина «Капитанская дочка» и приемы их перевода на грузинский язык

В данном случае переводчик прибегает к перефразированию. Распространенная метафора «пойти на крест» - это скорее метафорическая фразеологическая единица. Несмотря, на историчность данного высказывания, традиционного соответствия данной метафоры в английском языке нет, но переводчик, прибегнув к замене, вполне адекватно передал данную метафору - «face crucifixion» - без страха встретить распятие / подвергнуться распятию / предстать перед распятием / столкнуться с распятием.

Итак, необходимо отметить, что передать метафорический образ при переводе очень трудно, но возможно. Однако, учитывая ориентацию переводчика на читателя и сложность природы слова Ф.М. Достоевского, следует признать факт неизбежности потери тех или иных нюансов текста оригинала.

Список литературы:

1. Достоевский Ф.М. Братья Карамазовы. - Эксмо, 2010.

2. Dostoevsky, Fyodor. The Brothers Karamazov / Translation by Garnett, Constance, revised by Matlaw, Ralph E. (1976, 1981). - New York: W.W. Norton & Company.

3. Морозов М.М. Пособие по переводу. - М.: Наука, 1956.

4. Maalej Z. Translating metaphor between Unrelated Cultures: A Cognitive Perspective [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.kkhec.ac.ir/ Linguistics articles index/Zouhair Maalej Translating.

5. Newmark P. The Translation of Metaphor // Approaches to Translation. -N.Y., 1998.

6. Виноградов В.С. Введение в переводоведение (общие и лексические вопросы). - М.: Издательство института общего среднего образования РАО, 2001. - 224 с.

РЕАЛИИ И ПАРЕМИИ В ПОВЕСТИ А.С. ПУШКИНА «КАПИТАНСКАЯ ДОЧКА» И ПРИЕМЫ ИХ ПЕРЕВОДА НА ГРУЗИНСКИЙ ЯЗЫК

© Сичинава Н.Г.*

Государственный университет Акакия Церетели, Грузия, г. Кутаиси

В работе рассматриваются разнообразные приемы передачи реалий и паремий (транслитерация, калькирование, описательный и приближенный перевод, создание окказиональных неологизмов, «пословице-образных» оборотов) при переводе повести А.С. Пушкина «Капитанская дочка». Особое внимание обращается на случаи неадекватного перевода реалий и паремий.

* Ассистент-профессор департамента славистики, кандидат филологических наук, доктор филологии.

Гениальная пушкинская проза переведена на многие языки народов мира, в том числе и на грузинский язык. Грузинский читатель знакомится с художественным миром классика русской литературы в блестящих переводах, выполненных мастерами грузинской переводческой школы, которые достойно продолжают и творчески развивают лучшие традиции мировой практики перевода.

Несмотря на ясность и простоту языка прозаических произведений А.С. Пушкина, в них встречаются лексические и паремические единицы, которые создают переводчику определенные трудности в силу своей национальной специфики. Именно об этих единицах А.С. Пушкин говорил: «Есть образ мыслей и чувствований, есть тьма обычаев, и поверий, и привычек, принадлежащих исключительно какому-нибудь народу - климат, образ правления, вера дают каждому народу особенную физиономию - которая более или менее отражается в зеркале поэзии» [5, с. 74]. Следствием глубокого интереса к русским обычаям, истории, фольклору стали собранные поэтом старинные народные пословицы и поговорки. Фин Л.А. приводит примечания Пушкина А.С., которыми поэт сопроводил пословицы и поговорки. Эти небольшие комментарии являются ярким свидетельством того, как вдумчиво относился А.С. Пушкин к каждому оттенку народных высказываний:

«Не суйся середа прежде четверга. Смысл иронический. Относится к тем, которые хотят оспаривать явные законные преимущества: вероятно выдуман во времена местничества.

Иже не ври же, егоже не пригоже. Насмешка над книжным языком: видно и в старину острили насчет славянизмов.

На посуле, как на стуле. Посул - церковная дань, а не обещание, как иные думали; следственно, пословица сия значит - на подарках можно спокойно сидеть, как бы на стуле.

Не твоя печаль чужих детей качать; не твоя забота; печаль от глагола пекусь» и др. [5, с. 75].

Еще одним свидетельством большого интереса А.С. Пушкина к языковым сокровищам русского народа являются его письма. В дошедших до нас 786 письмах, адресованных близким людям и друзьям, исследователи выделили около 120 пословиц и поговорок [3].

Пушкин А.С. активно включает пословицы, поговорки, сказки, народные песни в прозаические произведения. По некоторым подсчетам в неоконченном романе «Арап Петра Великого» встречается 5 поговорок, в «Повестях Белкина» - 14, в «Дубровском» - 5, в «Капитанской дочке» не менее 40 пословиц и поговорок [3].

Реалии и паремии составляют значительный словесный пласт в языке повести «Капитанская дочка» - вершинного произведения пушкинской художественной прозы. Для анализа приемов их передачи на грузинский язык был взят перевод, выполненный Акакием Брегвадзе [7].

При переводе повести переводчик столкнулся с реалиями русского быта, являющимися наименованиями пищи, одежды, жилья, единиц меры, денег, а также с реалиями, обозначающими лица, звания, титулы, обращения, сословия, объекты физической географии, транспорта и др. При передаче на грузинский язык востребованными оказались такие приемы, как транслитерация, калькирование, описательный и приближенный перевод.

Часть реалий передается приемом транслитерации. Понять значение транслитерируемых слов читателю помогает контекст или же фоновые знания. Таким образом в грузинском переводе появились слова: кибитка -Зо&офо, армяк - 5А80530, самовар - ЪбЭгозбАо, верста - здАЪо, щи - ЗВо, урядник - ^Аобфбозо, казак - з<Л<зо, раскольник - АбЪз^^бозо, сарафан -ЪбАбдббо, уха - гусар - З^ЪбАо и др.

При передаче реалий переводчик активно использует приближенный перевод, т.е. подыскивает в грузинском языке понятие, которое хоть и не совпадает с исходным понятием, но имеет с ним значительное семантическое сходство и способно раскрыть читателю суть реалии. При этом не всегда удается сохранить полную информацию о реалии. Например: тулуп (длинная, обычно не крытая сукном меховая шуба без перехвата с высоким воротником) переводится словом «фу^З^о» (верхняя одежда, которая шьется из преимущественно из овечьей шкуры или шкуры какого-либо другого животного), толкование которого не содержит в себе указания на длину шубы, наличие рукавов, высоту воротника. Тулуп был подарен Гриневым Пугачеву в зимнюю стужу и, по сути, именно этот подарок является объяснением необычной милости Пугачева, пощадившего Гринева в знак благодарности при взятии Белогорской крепости.

Приближенный перевод используется при передаче историзмов, архаизмов, народных поэтизмов и обращений. Например, историзм ямщик (возница, кучер на ямских, почтовых лошадях) переводится как «Эддф^>д» (возница); челобитье (ист. письменная просьба или жалоба) - «отЬ^збо (просьба); красная девица (нар.-поэт.) - (красавица); сокол наш ясный (нар.-поэт. и уст. о мужчине, юноше, отличающемся удалью, отвагой, красотой) - «Вздбго з<яз<от («3<Аз<Оо» - мужественный человек); матушка (ласково-фамильярное обращение к пожилой женщине) - «адб^озб^д» (ласкат. дословно: «заменил я тебя в беде»), «ВдЭго (моя хорошая), «Эдбо ЗоАоЭд» (ласковое обращение, дословно: «твое горе мне»); голубушка (ласковое название женщины) - «^т^го^ЕЬ» (ласкат. девочка), (ласкат. девочка) и т.д.

В повести «Капитанская дочка» переводчик столкнулся также с проблемой передачи слов, относящихся к свадебному обряду: посаженый отец и дружка. Как известно, на русской свадьбе посаженый отец исполняет роль

родителя жениха или невесты. Это выражение не имеет буквального соответствия в грузинском языке, поэтому переводчик использовал прием приближенного перевода, передав его при помощи слова «8б8го&о^о» (приемный отец). Этот же прием был использован и при передаче слова дружка (один из главных участников старинного свадебного обряда и распорядителей на свадьбе со стороны жениха) словом «ЭбубАо», употребляющемся в грузинском языке в значении: «люди, сопровождающие жениха и невесту во время свадьбы».

Описательный прием перевода безэквивалентной лексики оказался не столь востребованным в грузинском тексте, хотя один случай нам все же удалось зафиксировать. Этот прием лежит в основе перевода выражения лубочные картинки (напечатанные с лубка), которое передается описательно, как «простые картинки» - Ъ^Аботд&о».

Нужно отметить, что при переводе архаизмов поиск семантически сходных слов не всегда увенчивается успехом. Так, на наш взгляд, трудно отнести к числу переводческих удач передачу слов светлица, вор, грамота.

Слово светлица устарело в современном русском языке; во времена, описываемые в повести, оно могло употребляться в значениях: 1. Небольшая светлая комната в верхней части дома. 2. Светлая чистая парадная комната в доме. В грузинском переводе повести светлица предстает как гостиная («ЪбЪф^ЭАго гоотбЬо»), т.е. во втором значении. Между тем, чтобы попасть в светлицу, Швабрину, Гриневу и Пугачеву пришлось подняться по лестнице, значит, эта комната находилась в верхней части дома и не следовало светлицу переводить как «гостиная».

Слово вор в современном языке употребляется для обозначения того, кто ворует; во втором своем значении - «преступник», «злодей» - оно устарело, но именно второе значение фигурирует в повести: так называли Пугачева в официальном письме к коменданту Белогорской крепости, так называет его и сам комендант Иван Кузьмич перед казнью: «Ты мне не государь, ты вор и самозванец, слышь ты!». В переводе слово вор передается в первом значении - «^А^о», т.е. является обозначением человека, который ворует, что не соответствует значению, в котором оно употребляется в оригинале.

Слово грамота в современном русском языке употребляется в значении: «Официальный письменный акт, устанавливающий или удостоверяющий что-либо»; второе значение этого слова «письмо, послание» устарело. В переводе грамота передается историзмом «^^бАо» (документ, выданный церкви царем или помещиком, в котором определялись обязательные правила для ведения церковного хозяйства). Как видим, в переводе предпринята попытка передать название официального документа приблизительным соответствием грузинского языка. Однако и эта попытка не удачна, так как в

эпизоде, в котором встречается слово грамота, Савельич подает Пугачеву не официальный документ, а всего лишь письмо, написанное им самим.

При анализе перевода наше внимание привлекли слова кума (крестная мать по отношению к родителям крестника и к крестному отцу) и кумушка (ласк. к кума). Как известно, в русском языке они употребляются для обозначения духовного родства, и в этом значении не могут быть причислены к реалиям. Но есть у этих слов и другое значение - они могут употребляться в переносном значении, в котором они представляют собой безусловную реалию. Так, кума - это устаревшее ныне обращение к знакомой пожилой женщине; кумушка - любительница пересудов, сплетница. Называя кумушкой попадью, приютившую комендантскую дочь Машу Миронову, Пугачев не имел в виду духовное родство между кем-нибудь из героев повести, поэтому переводить это слово как «ббот^о^дфб» (мать крестницы) не следовало.

При передаче реалий переводчику в некоторых случаях пришлось обратиться к созданию окказиональных неологизмов. Слова фуфайка, телогрейка, стремянный, лобное место не имеют буквальных соответствий в грузинском языке. Для передачи реалий фуфайка (теплая вязаная рубашка или безрукавка) и телогрейка (женская одежда в виде теплой кофты, обычно без рукавов) переводчик расширил значение грузинского слова «Ъбот&^Аб», зафиксированного в толковом словаре со значением: «устройство для согревания той или иной части тела» и являющемся эквивалентом к слову грелка. Расширение значения привело к созданию семантического неологизма, который легко вписался в контекст и не вызывает трудностей в восприятии текста: У окна сидела старушка в телогрейке и с платком на голове.- «дбб^бАбЪотбб ЭгоЬ^о о^фб, Ъбот&^Аб дзз< от^зЪ^дбАо Матушка

молча вязала шерстяную фуфайку, и слезы изредка капали на ее работу. -Эф^ЭбАдф ^Ътозфб Зд^оЪ Ъбот&^АбЪ ЬббфбЬбв ^АдЭ^Ъ ¿Зз^Ад&фб Ъдф».

Устаревшее слово стремянный в русском языке является производным от существительного стремя (в значении: «одна из парных кожаных петель или железных дужек с ушком, подвешиваемых на ремне к седлу для упора ног всадника») и в «Капитанской дочке» употреблено в значении: «слуга, конюх, ухаживающий за верховой лошадью, а также слуга, сопровождающий барина во время охоты». В грузинском переводе слово стремянный передается окказиональным лексическим неологизмом который является производным от слова «^о^><зо» в значении: «кольцо, в которое можно продеть руку и к которому прикрепляются узда и поводья». Как видим, переводчику удалось весьма удачно образовывать окказионализм от наименования другой части конской сбруи.

К приему калькирования переводчику пришлось обратиться при передаче выражения лобное место. В Толковом словаре В.В. Даля оно дается со

значениями: 1) возвышенность, холм, курган, сопка; 2) место казни, видное со всех сторон. Второе значение выдающийся лексикограф сопроводил комментарием, в котором говорится, что выражение лобное место в значении «место казни» переведено в Евангелии, где calvarium - «темя». Именно слово «отЬдбо» («темя»), а не «3^&(о» («лоб») было взято переводчиком для создания грузинской кальки евангелизма лобное место - «отЬдЭбф^о^о» (буквально: «теменное место»).

Наряду с реалиями, как было отмечено выше, в повести А.С. Пушкина в изобилии представлены пословицы и поговорки, которые, как известно, «в шкале непереводимости» или «труднопереводимости» занимают одно из первых мест.

Использование приема буквального перевода (калькирования) позволило сохранить национальный колорит и вещественно-образное значение переводимого словесного материала. Этим приемом был передан смысл таких русских пословиц и поговорок, как: Будет дождик, будут и грибки, а будут грибки, будет и кузов. - gjfigodcpydj pó bcognQ ódrngó, bn(n bngn ccg oJ5ó, bmjgñoQ oj6¡]&ó. Худой мир лучше доброй ссоры, а и нечестен, так здоров. -•gbQofón ddgopmdó b^mdbgó(vg ód(0(ndóbn jg co¡y 3ó^)ogbóQjdo bójdj ó(vó, %ó6d(V(^(ndobmgob dó(vgjdg(o 9óo6q o¿/5jdó. Конь о четырех ногах, да спотыкается. - QbgBo (ЪпдQbgBoó, cambo Qjbo ójgb pó oboQ go dícfóchjícdb. Вместе жить, вместе и умирать. - gfótcóp goQbmg(vgm pó ¡jñcnóp pógobccQma>. Казнить так казнить, миловать так миловать. -ccy góQb óggpo5j&, ^Spó dmóggpoBco, o^yó(jb pó ^Spó dgo$yó((m Утро вечера мудренее - po(ó bó(¡>ódmbj d(^dj6oó.

В ряде случаев переводчику пришлось несколько видоизменить облик пословицы или поговорки. Так, пословица Береги платье снову, а честь смолоду в переводе утратила свою образность, так как передана только частично, в результате чего предстает как обычное наставление отца Петру Гриневу: bo¿fód¡ygopó5gjgó¡yg(ya>bo(>po gofóbjdób (буквально: береги честь смолоду). В поговорке Незваный гость хуже татарина переводчик удачно заменил компонент татарин словом «ЗоАо» (чума). Таким образом, в грузинском переводе данная поговорка звучит как: Незваный гость хуже чумы. Такая замена вполне оправдана, так как устраняет лингвоэтнический барьер, который мог бы возникнуть из-за незнания истории возникновения этой паремии. К слову будет сказано, что некоторые переводчики при передаче повести на английский язык вовсе пренебрегли этой поговоркой и не внесли ее в текст перевода [4, с. 156].

Некоторые русские паремии переданы их грузинскими эквивалентами, которые гармонично вписались в контекст и успешно участвуют в решении художественно-изобразительных задач. Например: Лошади чужие, хо-

мут не свой, погоняй не стой. - Ъ<Ь(Ъд фуоЪд, оЬдбо ЪЬзоЪд, дрдЗз«6, ^дбдбдЬоЪдп. Поп в гостях, черти на погосте. - оз<ОЪо>Ъ

удд<зудо ддЪдзообп. Частый гребень, да веник, да алтын денег, с чем в баню сходить. - дд^оЪ з^д-фосрддддз^у^срфу^тЪ дзосрддддп

В некоторых случаях грузинский эквивалент русской паремии, данный в рассматриваемом переводе, вызывает серьезные сомнения в адекватности, так как, весьма расходится с ней в аксиологическом (оценочном) значении. Так, например, пословица С лихой собаки хоть шерсти клок передана пословицей бдВ^Ыо оЬдБЪ здо<™ддо ¿ддЪоб^ддддп (ее русский эквивалент: Дареному коню в зубы не смотрят). Следует признать значительную семантическую близость обеих поговорок, и та и другая приводятся в подтверждение того, что не стоит пренебрегать тем, что досталось даром. Однако образы, положенные в основу этих поговорок, совершенно разные и влияют на общую эмоциональную окраску поговорок. Для Савельича Пугачев «мошенник» и «злодей», поэтому в подтверждение своих слов он намеренно приводит пословицу, в которой фигурирует «лихая собака», тем самым демонстрируя свою неприязнь к подарку Пугачева и к нему самому. В переводе же слова Савельича лишены негативной окраски и теряют свою резкость.

Особое место в повести занимает пословица Мирская молва - морская волна. При передаче этой паремии переводчик обратился к грузинской пословице Ъофуз<Ъ дЪо фузод ддЪ(Ьп<ддЪ срд зО^в 0^то зО^ дпХЬфудЪп (буквально: «в слово сто раз выстрелили, но ни одна пуля в него не попала»). В повести А. С. Пушкина русская пословица использована в качестве эпиграфа к главе «Суд» и в лаконичной форме передает события этой главы: арест Петра Гринева, причиной которого послужили слухи о его близком знакомстве с бунтовщиком Пугачевым, и последовавшую вслед за драматическими событиями счастливую развязку. Таким образом, людская молва чуть не лишила героя чести. Аллегорический смысл русской пословицы можно истолковать по-разному: 1) подобно тому, как морская волна может стать причиной гибели человека, так и людская молва может его погубить; 2) людская молва также непостоянна, как морская волна, которая то нахлынет, то отхлынет. Общий смысл грузинской пословицы заключается в утверждении бесполезности борьбы с суждениями людей. Поэтому приводимая в грузинском переводе пословица оказывается оторванной от содержания пушкинского текста и, следовательно, ее использование не обосновано.

Хотелось бы отметить весьма удачные, на наш взгляд, окказиональные «пословицеобразные» образования. В некоторых из них переводчику удалось сохранить образное значение русской паремии, при этом он смог внести такие изменения в состав переводимого словесного материала, что полученная единица напоминает пословицу и в переводе: Зашел к куме, да засел в тюрьме. - дозд<ро, збдЬд Ъзобдп, <(¡><6 ¿<додз< добдп Из огня да в по-

лымя. - ¡><в вдв<Зо, о^<в С?зо<<&Зоп При передаче русской пословицы другими образами переводчик сохраняет ее формальные особенности - лаконичность, афористичность, а в некоторых случаях и рифму. Семь бед, один ответ. - в'фо зоб доуп фд Вдддд содзддп. Кто ни поп, тот батька. -<>в <<Ъдбм, оЪ Яд<Ъдбдд. Господь не выдаст, свинья не съест. - <дЬ Ф<&<з<<О^Ъ до<о дфд<о, <пЬ ¡дo<сrю зу<зЬ д^уд<<пдo<<о. Закутим, запьем - и ворота запрем! - ф<ззз<>сс 'зЬд фд бдцд&дЪ, зо<Ъобпт фофо, Здфд<д. Не все ври, что знаешь. - 'фдЬ дс<<дф б' дпЪЬбо Зо<Ь.

В ряде случаев переводчику пришлось ограничиться передачей лишь общего смысла пословицы. Таким образом передано содержание паремий: Быль молодцу не укора. - удд$зо<звЬ зд< ф^ф^^о (буквально: нельзя обижаться на молодого человека); Брань на вороту не виснет. - ^здудбд < фдвдУК» (буквально: мир не рухнет). Такой перевод вполне соответствует содержанию этих пословиц и не искажает авторского замысла.

Таким образом, успешно сочетая разнообразные приемы передачи реалий и паремий (транслитерация, калькирование, описательный и приближенный перевод, введение окказиональных неологизмов, создание окказиональных «пословицеобразных» оборотов), переводчик в целом сумел преодолеть лингвоэтнический барьер и сделал пушкинский текст доступным для восприятия грузинским читателем, сохранив при этом художественное и национальное своеобразие повести. Случаи неадекватного перевода, рассмотренные в данной работе, очевидно, будут учтены в следующих переводах «Капитанской дочки».

Список литературы:

1. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 1-4. - М.: Государственное издательство иностранных и национальных словарей, 1956.

2. Пушкин А.С. Избранные сочинения в двух томах. Т. 2. - М.: Художественная литература, 1980. - С. 567-650.

3. Романов А. Пословицы и поговорки в письмах и произведениях Пушкина [Электронный ресурс] // Русский язык. - 2002. - № 7. - Режим доступа: rus.1september.ru (дата обращения: 30.03.2013).

4. Схвитаридзе М.Б. Паремии в повести А.С. Пушкина «Капитанская дочка»: проблемы перевода на английский язык // Вестник МГУ. - 2010. -№ 2. - С. 155-159.

5. Фин Л.А. Фольклор в творчестве Пушкина [Электронный ресурс] // А.С. Пушкин 1837-1937. Сборник статей и материалов. - Саратов: Саратовское областное издательство, 1937. - С. 74-75. - Режим доступа: Ыф://ршЬ-kinskijdom.ru (дата обращения: 30.03.2013).

6. Словарь русского языка в четырех томах. - изд. 2-ое исправленное и дополненное. - М.: Русский язык, 1981-1984.

7. З3З3060 5. збЗофббоЪ ^5(0830(0. - от5А$Э65 53530 -от&.: 653553(0, 1983. - С. 102-207.

8. 360b ^5685A¿g&0OT0 (3^03^60. -

65333ОТ0 I-II. - от&.: Ь5^5^отзз(гоЬ bbA Э33603А3&5ОТ5 53553805, дб5отЭдзб0дАд&0Ь 06b¿0¿^¿0, 36303(^3505, 1990.

КЛАССИФИКАЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКИ КОРРЕКТНОЙ ЛЕКСИКИ НА ПРИМЕРЕ ЯПОНСКИХ ГАЗЕТ

© Скворцова В.В.*

Астраханский государственный университет, г. Астрахань

Явление политической корректности давно стало неотделимой частью языка и культуры не только англоговорящих стран, но и таких азиатских стран как Япония. Политическая корректность «выражается в стремлении найти новые способы языкового выражения взамен тех, которые задевают чувства и достоинства индивидуума, ущемляют его человеческие права привычной языковой бестактностью и / или прямолинейностью в отношении расовой и половой принадлежности, возраста, состояния здоровья, социального статуса, внешнего вида и т.п.» [Тер-Минасова 2000: 216].

Но имеет свое особое развитие в азиатских странах. Так, например, в Японии такие исследователи, как М. Ида, Й. Ито, Т. Макита, Уемура, считают, что западные теории неприменимы к японской политической коммуникации. В свою очередь, западные исследователи удивляются, как японские СМИ могут строить научные теории на основе концептов «стыд» ( -haji) и «сохранение лица». В восточной, в частности, японской культуре идиома «сохранить лицо» означает не совершить поступок или не попасть в такую ситуацию, которую невозможно исправить, которая недопустима. Так, Й. Ито предлагает взамен существующих западных теорий использовать при анализе японских СМИ «триполярную модель куки» (tripolar kuuki model): «правительство - СМИ - общество» [Ito, 2000: 95] Согласно этой модели, информационное давление на один из участников возможно только при наличии атмосферы согласия (^М - kuuki) между оставшимися двумя. К примеру, использование понятия «лидеры общественного мнения» в Японии не целесообразно: японцы избегают личных разговоров на политические темы, чтобы предупредить возможное расхождение мнений и межличностную конфронтацию [Будаев Э.В., Чудинов А.П., 2006: 88]. Здесь проявляется концепт японского общества, культурный аспект «хитонами» (Ай^ - hitona-

* Студент.