Князь А. М. Курбский и Ливонская война

Вестник qiiikt-1 петербургского упипсрсптета. 2006. Сер. 2, иып. 3

А. И. Филюшкин

КНЯЗЬ A.M. КУРБСКИЙ И ЛИВОНСКАЯ ВОЙНА1

Биография князя Андрея Михайловича Курбского (1528-1583) изучена весьма неравномерно. В историографии Нового Времени ей было посвящено несколько работ.2 Однако по многим положениям они устарели. Наиболее подробный очерк его жизни и деятельности содержится в рукописи диссертации Ю.Д. Рыкова.' Но в пей всесторонне освещен период только до 1564 г. Отдельные эпизоды биографии князя изучались И.И. Смирновым, A.A. Зиминым, Р.Г. Скрынниковым и др."1 В современной зарубежной историографии надлежит выделить монографию И. Ауэрбах,г' являющуюся наиболее полным па сегодняшний день исследованием биографии князя. Заслуживают особого внимания и статьи О.П. Бакуса и X. Русса.'1

В этих работах довольно подробно исследован русский период жизни Курбского, до его эмиграции в 1 564 г., а также условия и обстоятельства его жизни в Великом Княжестве Литовском. Гораздо меньше изучена полководческая карьера князя, а также его участие в отдельных кампаниях, в частности в Ливонской войне (1558-1583), в которой Андрей Михайлович успел повоевать по обе стороны фронта - и за Россию, и против нее.

Между тем именно с началом Ливонской войны связан взлет воеводской карьеры князя Курбского. В январском 1558 г. походе на Ливонию Курбский и П.П. Головин возглавляли сторожевой полк. Под их началом находились воеводы И.С. Курчов, М. Костров, Г1. Заболоцкий.7 Боевые действия продолжались всю весну и лето. К лету Курбский вместе с Д.Ф. Адашевым командовал уже передовым полком. После падения Сыренска (июнь) от Пскова П.И. Шуйский и Курбский должны были «промышляти над ыпыми немецкими городы».

30 июня пал Новгородок. Его осада длилась три педели, «и бнлнея немцы добре жестоко и сидели на смерть». По словам князя, «едва возмогохом взяти его, бо зело тверд был». 6 июля воеводы /доложили о своих успехах царю, и к ним с наградами, государевым жалованьем и золотыми был послан И. Заболоцкий. Под Юрьевым русские полки разбили «бискупа» и «гоняли по самый посад Юрьевской», захватили много пленных и трофеев. Всего за это лето в Ливонии было взято около 20 городов.8

Во второй половине 1558 г. Курбский был отозван с Ливонского фронта. Вместе с Ф.И. Троекуровым и Г.П. Звенигородским он оказался воеводой в Туле «по царевиче-вым вестем, как поворотил от Мечи», т.е. с 21 декабря (как показано В.П. Загоровским, этим днем датируется получение известий об отступлении Мухаммед-Гирея).9 На южной границе князь служил до весны 1560 г. Последняя известная нам его должность на юге - второй воевода полка правой руки (первый - И.Ф. Мстиславский, третий -М.И. Вороной-Волынский), которую он занял 11 марта 1560 г.1"

Весной 1560 г. Курбский достиг вершины своей военной карьеры. Он впервые был назначен первым воеводой большого полка, т.е. командующим крупной войсковой груп-

© А.И. Филюшкин, 2006

пой, которую повел «из Юрьева войною в немцы»." Князь описывает в автобиографической «Истории о великом князе московском» (ИВКМ), как он был послан Иваном IV в Ливонию в качестве последней надежды утратившей боевой дух русской армии: «Сего ради введе мя царь в ложницу свою и глагола ми словесы, милосердием растворенными и зело любовными, и к тому со обещанми многими. Принужден бых, рече, от оных прибегших воевод моих, або сам птти сопротнв лифлянтов, або тобя любимаго моего, по-слати, да охрабрится паки воинство мое, Богу помогающу ти. А сего ради иди и послужи мне верне. Аз же с потщанием поидох послушлив был яко верный слуга повелению царя моего».12

Судя по факту высокого назначения, не типичному для военной карьеры Курбского, традиционно занимавшего второстепенные командные должности, какой-то разговор с царем и возложение на князя особой миссии весной 1560 г. могли иметь место.

Относительно дальнейшей карьеры князя летом 1560 г. в источниках присутствует некоторая путаница. По одним разрядам уже в мае 1560 г., во время большого похода по Ливонии, Курбский был лишен своей высокой должности и являлся только первым воеводой передового полка (вторым был П.И. Горепский-Оболенский). Князь участвовал в боях под Феллииом, Белым Камнем, Дерптом, Кесыо, Вольмаром, в набегах на рижском направлении. В Ливонии он воевал с весны как минимум до конца лета, потому что участвовал в осаде Феллипа, которая длилась до 30 августа 1560 г.13

Подругой разрядной росписи вместо Ливонии летом 1560 г. Курбский был воеводой «по вестем» в Мцепске.м Думается, что это назначение надо относить не к его весенне-летней службе на южной границе, а ко времени его возвращения после летней кампании 1560 г. из Прибалтики. Во всяком случае, в 1560/61 г. в росписи воевод к «приходу для крымских людей» Курбский вновь значится на традиционной для пего должности второго воеводы полка правой руки (первый - И.Ф. Мстиславский).15

О назначениях Курбского в 1561 г. ничего неизвестно, но можно говорить об изменении характера его карьеры. Вместо воеводских должностей в действующих полках его теперь ставят на воеводские посты в прифронтовых городах. Симптомом этого оказалась отправка в Мценск в 1560/61 г. В 1562 г. Курбский значится на последнем месте в списке воевод, годовавших па Великих Луках (после П.В. Морозова, В.Д.Данилова, царевича Симеона Касаевича, И.И. Туруптая-Пронского).

Данную тенденцию можно оценить как регресс военной карьеры Курбского. До этого он всего один раз был городским воеводой (в Пронске в 1550 г.), да и то в самом начале своего пути. С высоты долгожданного поста первого воеводы большого полка, наконец-то достигнутого в 1560 г., падать было болезненно. Недаром как раз при описании событий 1560 г. в ИВКМ появляются пространные рассуждения о черной неблагодарности царя по отношению к своим верным и доблестным воеводам: «Что же посем царь наш начинает... Егда же уже оборонился за Божиею помощию, храбрыми своими ото окрестных врагов его тогда воздает им тогда платит презлыми за предобреишие, пре-лютыми за превозлюбленнеишее, лукавствы и хитролествы за простые и верные их службы».и>

В 1562 г., находясь в Великих Луках, Курбский во главе небольших отрядов несколько раз ходил походами в земли Великого Княжества Литовского. Вместе с Ф.И.Троекуровым он сжег посады и окрестности Витебска и Сурожа. При этом князь был ранен.17

В августе 1562 г. состоялась неудачная для Курбского битва с литовцами под г. Новел ем. Н.Г. Устрялов, цитируя свидетельство Мартина Вельского, считал боязнь пака-

зания за невельское поражение причиной, побудившей Курбского к измене.Точку зрения Н.Г. Устрялова о роковой роли Невельской битвы в жизни Курбского поддержал С.М. Соловьев.'" Сведения М. Вельского были необычайно раздуты его современниками: по М. Стрыйковскому, русских погибло 3000, а поляков 15 человек; по А. Гваньи-ни - Курбский потерял 15 ООО только убитыми, не считая пропавших без вести во время бегства.

Критический разбор известия М. Вельского и его продолжателей был сделан А.Н. Ясинским. Ученый доказал, что данный рассказ вряд ли может быть признан достоверным и тем более считаться «точкой отсчета» измены Курбского.20 Псковская летопись сообщает лишь о небольшой стычке под Невелем. Его округу стали грабить литовские отряды. Преследовать их был послан Курбский. Крупных сражений не случилось. Произошло несколько мелких стычек, захват языков. Князь действительно не сумел поймать и разгромить врагов, но ни о каком сокрушительном поражении московских войск не может быть и речи.21

В конце 1562 г. князь оказался участником Полоцкого похода Ивана Грозного, но опять-таки па малозначительных должностях. Под степами Полоцка он был третьим воеводой сторожевого полка (вместе с царевичем Ибаком, П.М. Щенятевым, И.М. Воронцовым). В феврале 1563 г. Курбский ставил осадные укрепления («туры») против острога до р. Полоты. Целыо постройки укреплений было устрашение осажденных в преддверии переговоров об их сдаче. Но литовцы не испугались. Перемирие заключить не удалось. В ходе дальнейших боев отряд Курбского оборонял «туры» от вылазок поло-чан.22

Из Полоцкого похода Курбский возвращался в войске Ивана IV. После остановки в Великих Луках с 3 апреля 1563 г. он был назначен первым воеводой в Юрьев Ливонский (под его началом оказались М.Ф. Прозоровский, А.Д. Дашков, М.А. Карпов, Г.П. Сабуров).2' В этой должности он и пребывал до своего бегства из России весной 1564 г.

С одной стороны, это было несомненное повышение. Кпязь фактически оказывался наместником русской Ливонии. С другой - должность Юрьевского воеводы могла принести массу неприятностей и тревог, но вряд ли была способна послужить трамплином для столь желанного для князя карьерного взлета. Зато, ввиду совершенно объективных трудностей управления оккупированной Ливонией, на этом посту было очень просто заслужить государеву опалу.

Примечательно, что в ИВКМ описание автобиографии Курбского заканчивается на обвинениях царя в черной неблагодарности и рассказе о возгорании в Русской земле «пожара лютости» в 1560 г. О событиях своей жизни 1561-1564 гг. и дальнейшем литовском периоде князь ничего не говорит. Отсутствие рассказа о боевых действиях 1562 г. и участии в Полоцком походе можно объяснить тем, что эмигрант, сочиняя свою историю для читателей Речи Посполитой, просто не смог найти деликатной формы, в которую облечь рассказ.

Но при этом все равно не понятно, почему Курбский ничего не говорит о своем Юрьевском наместничестве (как никак второй пик его карьеры) и тем более о причинах своего бегства из России. Желание боярина умолчать об этих страницах своей биографии наводит на мысль, что ему было что скрывать. Или же эти события его жизни никак не работали на творческий замысел князя, а поэтому оказались невостребованы.

Оказавшись в эмиграции без каких-либо средств к существованию, Курбский мог рассчитывать только на милости короля Сигизмунда. Милости не замедлили быть, но

они оказались не бесплатными. 4 июля 1564 г. ему была выдана королевская грамота на владение Ковельским имением (вотчиной князей Любартовичей-Сангушков).2'1 Позже владения Курбского расширились: 23 ноября 1568 г. ему была пожалована Смединская волость,г' а 27 июля 1568 г. - ленное право на 10 сел в Упитской волости.2''

Королевские пожалования оформлялись в виде акта, в котором подчеркивался добровольный выбор Курбского лучшего вместо худшего: «Наслышавшись и достаточно осведомившись о милости нашей господарской, щедро и постоянно оказываемой нами всем подданным государств наших, оставил свои имения и все свое движимое имущество, какое имел в земле великого князя московского, отказался от службы и приехал к нам на службу» (пер. Н.Д. Иванишева из королевской грамоты о пожаловании Смедпн-ской волости).

К 1569 г. относится известие о лишении Курбского с. Воикяны возле Кревского замка и Доркишкн под Трабамн, которые король передал пану М.П. Сапеге. Видимо, первоначально они были пожалованы Курбскому около 1567 г., за вступление в должность кревского старосты.27 В права владельца земель, пожалованных королем, князь мог вступить только при участии в боевых действиях на стороне литовцев.28

Какие случаи участия Курбского в боевых действиях в составе литовской армии нам известны? Уже в 1564 г. он воевал под Полоцком во главе отряда из московских перебежчиков и 200 человек наемной конницы. В том же 1564 г. Курбский командовал войском, громившим область вокруг Великих Лук2!).

Ретивость Курбского в боях против былых соотечественников вызвала в Великом княжестве Литовском появление легенд о его подвигах. Р.Г. Скрынниковым введен в оборот документ из Рижского архива (к сожалению, в публикации не указано его название, есть только глухая ссылка на шифр архивного дела), рассказывающий о подвигах князя, видимо, относящихся к боевым действиям под Великими Луками в 1564 г. Курбский, благодаря хорошему знанию местности, окружил, загнал в болото и уничтожил русский отряд. После этого перебежчик обратился к королю с просьбой дать ему 30-тысячное войско, с которым он пойдет па Москву. Если Сигизмупд ему не доверяет, то Курбский готов, чтобы его в походе приковали цепями к телеге, окруженной стрельцами. Пусть они застрелят его в ту же секунду, как заподозрят в измене! На этой телеге, с устрашающим эскортом с ружьями наперевес, князь намеревался возглавить литовскую армию в ее победоносном шествии к Москве50. Перед нами, судя по высокому стилю изложения, апокриф, но очень показательный для понимания образа Курбского.

О полугодовой службе Курбского в литовском войске в 1565 г. известно из распоряжения Сигизмунда властям Луцкого и Кременецкого поветов выдать князю компенсацию за понесенные военные траты31. На сейме в Трабах Курбский обязался выставить для армии 400 лошадей (как недоуменно замечает И. Ауэрбах, неизвестно, как он мог их в таком количестве содержать), что являлось второй цифрой после Я. Ходкевича (1200 лошадей) и намного превосходило пожертвования других видных литовских магнатов32. Князь очень хотел заслужить одобрение властей и старался изо всех сил.

Об участии Курбского в войне с московитами говорится в жалованной грамоте Сигизмунда на Ковельское имение от 25 февраля 1567 г., но неясно, о каких походах тут идет речь: о кампании 1564 г. или о каких-то новых33. К декабрю 1567 г. относится свидетельство об отправке Курбским в армию 100 коней31. Тогда же упоминается «рота» Курбского, которая служит в Ливонской земле3'. О выступлении Курбского на войну с московитами и наборе в его имении конного отряда в 100 человек упоминается в ноябре

1568 г.:"' И. Ауэрбах указывает на возможность нахождения Курбского па военной службе в мае 1569 г.37

В сентябре-октябре 1575 г. Курбский водил свой отряд против татар, вторгшихся па территорию Волыни3*. И. Ауэрбах считает, что отряд под командованием князя участвовал в обороне Волыни против татар и в 1577, 1578, 1580 гг.з:|

В июне 1579 г. князь начал собирать отряд для участия в большом походе против московитов в войске Стефана Батория. На время похода специальным монаршим указом против Курбского были приостановлены все судебные дела10. Королевским указом Ковельское имение было освобождено за 1579 г. от уплаты пошлин. На сэкономленные деньги князь нанял 86 казаков и 14 гусар, собрал из ковельцев ополчение, основу которого составила княжеская дворня и местные бояре, и двинулся воевать. Отряд Курбского действовал под Полоцком и Соколом'".

Однако очень скоро отношения Стефана и Курбского испортились. Киязь желал видеть себя если не вассалом, выступающим в поход со своей дружиной по зову сюзерена, то хотя бы в привычной для него роли московского служилого человека, выставляющего со своих земель определенное количество вооруженных наймитов и являющегося вместе с ними в государево войско. А там уж куда назначат... Баторий же в 1579 г. на Варшавском сейме провел закон о найме во всех королевских имениях Киевского, Брацлавского и Волынского воеводств гайдуков для армии. Набор проводили пс местные помещики, а королевские ротмистры. Тем самым роль местной шляхты была резко принижена и свелась к поставкам живой силы, которой она больше не распоряжалась: се мобилизовывали в любое время, в любом количестве, по королевскому усмотрен ию.

Курбский расценил появление в его владениях ротмистра [Д. Ляшевского как удар по своему княжескому самолюбию. Его, носителя титулов (правда, самозванных) «князя Ковельского» и «князя Ярославского», пп в грош не ставили. Он был не властен распоряжаться подданными даже в рамках Ковельского имения! Курбский предпринял бесполезную попытку саботажа, продиктованную унижением и отчаянием. Однако намерение пе давать гайдуков было быстро и бескомпромиссно пресечено суровым по содержанию именным указом Батория, в котором Курбскому указали его место - «королевского державца», и объяснили, что за срыв армейского набора имение могут отпять столь же легко, как когда-то дали12. Под угрозой немедленного королевского суда Курбский подчинился.

И. Ауэрбах высказала предположение, что отряд Курбского осенью 1580 г. мог принимать участие в боевых действиях королевских войск в районе Великих Лук - За-волочья - Озергпца, хотя точных данных об этом нет Я В июне 1581 г. Курбский вновь должен был прибыть с собранным им отрядом в войско Стефана для участия в наступлении на Россию.и Однако до Пскова, куда направлялась армия Речи Посполитой, князь пе доехал. Он заболел'15 и остановился в своем литовском имении Криничине. Его отряд повел дальше и командовал им во время псковской осады другой перебежчик на польской службе - Кирилл Зубцовский, служебник Курбского.

Трудно сказать с уверенностью, действительно ли Курбского одолели болезни. Или у него все же пе хватило духу быть в рядах штурмующих Псков, а то, не дай Бог, и Печер-ский монастырь, где был реальный шанс сойтись с оружием в руках на крепостной стене со старцами, которые еще недавно были его духовными наставниками и учителями... Мы можем здесь строить только предположения.

Возвращение князя в Миляновичи с несостоявшейся для пего войны было обставлено очень картинно. Его везли на носилках, привязанных между двумя лошадьми, чтобы все видели тяжесть болезни воина Стефана Батория/|(;. Однако нет свидетельств, чтобы князь сожалел о своем неучастии в походе под Псков или хотя бы на словах пожелал победу Речи Посполитой. Реакция Курбского на псковский поход сильно отличалась от его восторгов по поводу «Божьего одоления» под Полоцком и Соколом в 1579 г. Больше фактов участия Курбского в Ливонской войне нам неизвестно.

Помимо несения воинской службы, Курбский в годы войны должен был выполнять ряд гражданских обязанностей подданного Великого Княжества Литовского. Вельский сейм 4 июля 1565 г. назначил Курбского Ковельским державцем (старостой)'17. В 1566 гг. он получил должность Кревского державцы (по И. Ауэрбах, в награду за заслуги перед Короной) и занимал ее, возможно, до 1569/70 г. (лишен па Люблинском съезде), хотя отдельные документы указывают на связь Курбского с должностью Кревского державцы до 1571/72 г.™

Курбский был должен участвовать в сеймах литовской шляхты. В декабре 1566 -январе 1567 г. он, по предположению И. Ауэрбах, присутствовал на сейме в Вильне, где решался вопрос о повышении налогов на оборону. Вопрос же об участии Курбского в марте 1567 г. в Петроковском сейме и в мае того же года в собрании шляхты в Молоде-чино исследователь решает скорее отрицательно. Она указывает, что в августе 1567 г. Курбский был у короля в Гродно, и считает, что до этого оп не делал дальних поездок по территории великого княжества'19.

При подготовке в 1569 г. заключения Люблинской унии Королевства Польского и Великого Княжества Литовского и образовании Речи Посполитой на Волыни были составлены списки лиц, которые в определенное время были обязаны явиться во Владимир Волынский и принести присягу об унии с Польшей «на универсале его королевской милости». Курбский назван в списке волынских жителей Кревским старостой, который, однако, на присягу не явился по неизвестной причине. Он оказался в компании К.К. Острожского, А.Ф. Чарторыйского, РФ. Саигушко, H.A. Збаражского, князей Вишневецких и других''", которых обычно принято причислять к «русской партии» в Литве.

Данный факт, во-первых, свидетельствует о слабой поддержке унии с Польшей православными панами Великого Княжества Литовского. Во-вторых, он очерчивает и круг политических симпатий Курбского, причем в несколько неожиданном ракурсе. Если с «русской партией» его несомненно объединяли общие интересы но защите православия и неприятию католицизма, то королю князь был обязан всеми земельными пожалованиями, и подобный афронт был мало похож на благодарность и верноподданство. Впрочем, возможно, князь к 1569 г. успел хорошо усвоить принцип шляхетских вольностей и мог позволить держать себя в отношении Сигизмунда иначе, чем московский боярин перед Иваном Грозным.

В 1570 г. Курбский участвовал в Варшавском сейме и в июле того же года - в заседании панов рад, на котором разбиралось дело Матея Рудомина51. В марте 1573 г. Курбский был избран от Волынской земли на элекционный сейм в с. Камень под Варшавой'5'2.

16 марта 1573 г. Курбский участвовал в Берестечковском сейме, где был избран от Волыни делегатом на Варшавский элекционный сейм. 15 июля 1573 г. он должен был присутствовать на заседаниях Луцкого сеймика. В сентябре 1575 г. князь вместе с 50 воинами выехал к месту сбора Сумского сеймика, рассчитывая сразу после совещания

выступить на защиту границ Речи Посполитой от татар. В октябре он уже был в походе вместе с отрядом Константина Острожского. В январе 1578 г. Курбский участвовал в коронном сейме в Варшаве, созванном Баторием. И. Ауэрбах также предполагает, что в сентябре 1578 г. Курбский мог находится в Луцке на сеймике, на котором обсуждались реформы Батория в отношении обязанностей шляхты и введения новых должностных лиц в систему местного управления™.

В заключение обзора службы Курбского в Великом Княжестве Литовском и Речи Посполитой в годы Ливонской войны следует упомянуть еще об одной ее стороне - неформальной, но, наверное, самой важной. Князь неоднократно привлекался королем в качестве эксперта, специалиста по «московскому вопросу», в моменты принятия важных политических решений. Р.Г. Скрынников утверждает, что в конце 1560 - начале 1570-х годов в европейских дипломатических кругах «в боярине стали видеть политика, способного решающим образом воздействовать на развитие событий в России» ''1. И. Ауэрбах даже предположила, что на период нахождения «консультантом» при Сигизмунде князь освобождался от военной службы-''.

Трудно судить, сколь велика была роль таких консультаций. Курбский, несомненно, пытался предстать перед Сигизмундом компетентным специалистом и лицом, не утратившим своей влиятельности в России среди бывших соотечественников. По насколько это соответствовало реальности и насколько эмигрант выдавал желаемое за действительное - неизвестно. Вряд ли будет правильно вслед за Иваном Грозным видеть в Курбском закулисного инициатора большинства политических интриг против России: в Великом Княжестве Литовском хватало своих панов, умевших строить политические и разведывательные комбинации.

Например, Р.Г. Скрынников, рассказывая о посылке в Россию боярам в 1567 г. писем от Сигизмунда с приглашением перейти к нему па службу, писал: «Царь не без основания полагал, что нити литовской интриги тянуться к Курбскому». Этот вывод был сделан на основе совершенно общих обвинений, возводимых царем на Курбского... три года спустя, в 1570 г.: «... А ныне его многая измена: тайно лазучьством со государь-скими изменниками ссылаетца на государьское лихо и на крестьянское кровопролитие». Здесь нет указания конкретно на события 1567 г., что, однако, не помешало Скрыннико-ву прийти к своим выводам г>('.

Большего внимания заслуживает аргумент Я.С. Лурье. Он обратил внимание на то, что во втором послании князю (1577) царь обвинял Курбского: «...Писал еси, что яз растлен разумом». Еще Н.Г. Устрялов заметил, что в сочинениях Курбского такого оборота нет. Зато, как показал Я.С. Лурье, он присутствует в послании от имени гетмана Ходкевича М.И. Воротынскому 1567 г. Ученый ставит вопрос: значит ли это, что царь подозревал Курбского в авторстве литовских посланий 1567 г.?г>7 Думается, что хотя полностью исключать такую гипотезу нельзя, строить подобные предположения на основе совпадения одного фразеологизма, носящего к тому же общий характер, будет довольно смело. Грозный мог расценить все инвективы Курбского как обвинение в «растлении разумом». Наконец, это словосочетание могло быть искажено в списках писем Курбского XVII в., но присутствовать в протографе.

Какие достоверные факты деятельности Курбского на международной арене нам известны? Осенью и зимой 1569 г. он встречался с посланником Священной Римской империи аббатом Циром и пытался внушить ему мысль о необходимости антимосковского объединения Польши, Литвы, Империи. Князь также обсуждал с Циром возможность союза России и Империи, направленного против Турции, нимало не смущаясь,

что он не официальный московский дипломат, а политический эмигрант, в России с ч ита ю щ и йся п редател ем! ™

По мнению И. Ауэрбах, в 1570 г., когда в Речи Посполитой распространился слух о смерти Ивана Грозного, Курбский был вызван Сигизмундом в Варшаву специально для консультаций, с кем из московских бояр в данной ситуации следует вести переговоры. Весной 1571 г. Курбский опять был в Варшаве для переговоров с панами Рады;,:).

Б.Н. Флоря приводит свидетельство из переписки Сигизмунда П Августа и М.Ю. Радзивилла, что в конце 1570 - начале 1571 г. король обсуждал вопрос о назначении Курбского руководителем переговоров с московской знатыо('°. Ученый показал, что Сигизмунд делал ставку именно на связи Курбского с антигрозненской оппозицией в России. Король предлагал послать в Московию агентов, которые должны были «убеждать главных людей к вольности и свободе вместо неволи и господства тиранов». При этом особая роль отводилась Курбскому - «человеку, принадлежащему к этому народу». Она заключалась в том, что князь мог бы склонить москвичей призвать Сигизмунда на русский трон1'1.

Известно, что Курбский бывал при дворе во время приемов московских послов и, возможно, пытался как-то влиять на папов рады. Во всяком случае с 1580 г. возможность встречи с перебежчиком на литовском посольском дворе предусматривалась в наказах русским послам Е.И. Благого от января 1580 г. и Г.А. Нащокину от апреля 1580 г.и в наказе посольству Д.П. Елецкого в августе 1582 г. Б.Н. Флорей опубликован отрывок пз наказа О.М. Пушкину в апреле 1581 г., в котором предусматривалась возможность присылки от папов рад с ответом изменника Курбского. Переговоры в таком случае пред-п исы вал ось п рервать''3.

Однако предусмотрительность Посольского приказа оказалась излишней. В отчетах послов встреча дипломатов с Курбским зафиксирована всего однажды. 26 мая 1581 г. на приеме в Вильно у короля Стефана посольства О.М. Пушкина князь присутствовал среди панов рады, стоял «назад всех папов»(И.

Как нам представляется, степень влияния Курбского на отношения Великого княжества Литовского и Московского государства в литературе излишне демонизирует-ся. Под пером ряда историков на Курбского как бы переходит его собственный образ «шепчущего в уши ласкателя», только теперь жертвой закулисных переговоров, тайных наговоров и клеветы является Иван IV, а «шептателем» польскому королю - князь Андрей.

В качестве наиболее яркого примера можно привести уже опровергнутую концепцию A.A. Зимина, будто бы ИВКМ представляла собой памфлет, специально написанный Курбским в ситуации польского бескоролевья для провала па выборах кандидатуры Ивана Грозного'1''. Князь здесь предстает неким злым гением русского паря. На основании этого предположения время создания ИВКМ A.A. Зимин датировал 1573 г. Но на самом деле ИВКМ, как показано в исследованиях И. Ауэрбах, С.А. Елисеева, В.В. Калугина, К.Ю. Ерусалимского, была написана не ранее 1578-1583 rr.Wi, т.е. уже после бескоролевья.

На практике, видимо, Курбского при королевском дворе выслушивали, иногда даже специально спрашивали по каким-то вопросам. Но говорить, что эти советы и оценки имели серьезное значение для короля и панов рад, нет документальных оснований. Большинство упоминаемых историками случаев участия кпязя в политических интригах против России носит гипотетический характер. Что же касается его роли в боевых действиях времен Ливонской войны, то он принял участие в нескольких кампаниях,

находясь на второстепенных командных должностях. Его значение как военного командира было рядовым как в российской армии, так и в «посполитом рушанье». Зато события Ливонской войны дали определенный стимул литературному творчеству Курбского. Данные им в ИВКМ оценки некоторых событий оказали серьезное влияние на историографию.

I Работа выполнена по проекту AZ 08/SR/04 «Der Iiistorische Diskurs um den Livlandkrieg (1558-1583)», поддержанному Gerda Henkel Stiftung.

- Бартошсвич 10. Князь Курбский па Волыни // Исторический вестник. СПб., 1881. 'Г. 6. С. 65-85; Горский С. Жизнь и историческое значение князя Андрея Михайловича Курбского. Казань, 1858; Иваиишев Н.Д. Жизнь киязя Андрея Михайловича Курбского и Литве и на Волыни (далее - ЖКЛМК). Кием, 1849. Т. 1, 2; Калайдович К. Записка о выезде и Россию правнуков князя Андрея Михайловича Курбского // Северный архив. Журнал истории, статистики и путешествий, издаваемый Ф. Булгарнным. 1824. Ч. 12. № 19. С. 1-6; ОпоковЗ. Князь А.М. Курбский. Кием, 1872; Пиотровский М.П. Князь А.М. Курбский. Историко-библиографическне заметки но поноду последнего издания его «Сказаний» // Учен. зап. ими. Казаиск. ун-та. 1873. № VI. С. 1-52.; |Устрядов Н.Г.| Сказания киязя Курбского. Изд. 3-е. СПб., 1868. C.VII-XXXIII; Ясинский А.U. Сочинения князя Курбского как исторический материал. М., 1889. С. 19-76.

' Рыков 10.Д. «История о педиком князе Московском» А.М. Курбского как источник но истории опричнины; Дне. М.,1972. С. .36-109.

f Зимин A.A. Опричнина Ивана Грозного. М., 1964; Смирнов H.H. Очерки поли тической истории русского государства 30-50-х голо» XVI »ска. М.; J1., 1958\ Лурье Я.С. Донесения агента импера тора Максимилиана II аббата Цпра о переговорах с А.М. Курбским и 1569 г. // Археографический ежегодник за 1957 г. М., 1958. С. 457-466; Скрынииков Р.Г. Царство террора. СПб., 1992; Филюшкии А.М. Андрей Михайлович Курбский; Исторический портрет // Вопросы ис тории. 1999. № 1. С. 82-96. - 11анболее полный перечень ли тератур!,i о Курбском в словарях-справочниках см.: Гладкий А.И., Цеха нови ч A.A. Курбский Андреи Михайлович // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Л., 1988. Вып. 2 (вторая половина XIV-XVI вв.). Ч. I. С. 501-503.

r' Auerbach I. Andrej Michajlovic Kurbskij: Leben in osteuropäischen Adelgeselschaiten des 16. Jahrhunderts. München, 1985.

II BackusO.P. A.M. Kurbsky in the Polish-Lithuanian State (1564-1583) // Acta Balto-Slavica. 1969 -1970. Vol. 6. P. 78-92; RussH. Moskauer «Westler» und «Dissidenten» // Deutsche und Deutschland aus russischer Sicht; 11.-17. Jahrhundert / Hrsg. von Dagmar Ilernnan unter Mitarbeit von Johanne Peters, Karl-Heinz Korn und Volker Pallin. München, 1988. S. 179-216.

; Разрядная книга 1475-1598 г. M., 1966 (далее - РК-1). С. 170; Разрядная книга 1475-1605 гг. М.. 1981. Т. 2. Ч. 1. (далее - РК-4). С. 18; ПСРЛ. М„ 1965. Т. 13. С. 287; История о великом князе московском // Библиотека литературы Древней Руси. М„ 2001. Т. 11 (далее - ИВКМ-БЛДР). С. 368.

" ИВКМ-БЛДР. С. 374-376; РК-1. С. 172-173; РК-4. С. 27-28; ПСРЛ. Т. 13. С. 299, 303-304, 311. ,J РК-1. С.170; РК-4. С.38; За/.оровский В.II. История вхождения Центрального Черноземья в состав Российского государства в XVI веке. Воронеж, 1991. С. 132-133 РК-1. С. 178; РК-4. С. 46.

" РК-1. С. 189; РК-4. С.76; ПСРЛ. Т.13. С. 326. - На том, что ото был наивысший карьерный взлет Курбского, также акцеп тировала внимание И. Ауорбах (Auerbach I. Andrej Michajlovic Kurbskij. S. 91). 12 ИВКМ-БЛДР. С. 386.

1:1 Там же. С. 386-388, 394-396; РК-1. С. 190, 192; РК-4. С. 78, 80, 83; ПСРЛ. Т. 13. С. 327. м РК-1. С. 179; РК-4. С. 49. IS РК-4. С. »0.

ИВКМ-БЛДР. С. 396. 17 РК-1. С. 196; РК-4. С. 106; ПСРЛ. Т. 13. С. 340-341.

IS | Устрялов Н.Г. | Сказания князя Курбского. С. XII—XIII. — Правда, через страницу И.Г. Устрялов замечает, что; «изменить государю и Отечеству Курбский задумал гораздо прежде неудачи под Невелем», т.е. само поражение князя в данном сражении уже трактуется как сознательное предательство. Вряд ли в источниках можно найти основания для столь однозначных выводов. 1Соловьев С.М. Сочинения. М., 1988. Кн. 3. Т. VI. С. 525.

-" Ясинский А.H. Сочинения кия.чи Курбского как исторический M;vrepn¡i.'i. M.. 1889. С. 63--6G.

21 ПСРЛ. СПб., 1848. Т. 4. С. 314.

T1 РК-4. С. 114, 121, 127; ПСРЛ Т. 13. С. 349. 21 РК-1. С. 201; РК-4. с. 138.

21 Судебное решение о мраке наследником кпязя Курбского па Коке.'и.екос имение и решение суда о возвращении этого имения к казну, 5 мая 1590 г. // ЖКАМК. Т. П. С. 194. № 3.

-Г| Жалованная королевская грамота князю Андрею Михайловичу Курбскому па uojiocti, Смедыпскую. 2.3 ноября 15G7 г. // Там же. T. I. № V. С. 13-15.

Жалованная грамота короля Спгизмуида кпя.чю Курбскому па имения i¡ иолосги Упптской. 27 июля 1568 г. // Там же. T. I. С. 16-18. № VI. - И. Аузрбах сиязынаст э то пожалование с Гродненским сеймом июня 1568 г. (Auerbach I. Andrej Michajlovic Kurbskij. S.129).

"Лист писаиыи до держат, цы кревского кпязя Андрея Михаиловича Курпского, абы села Воикгяиы и Доркгпшкп поступил папу Мнколаю Паловпчу Сопсзе за огьложеиьем сумы пепезеи за тыс села. 1569 г. // Lictuvos Metrik:». Knyga Nr. 532 (1569-1571) (Viesnju rcikalu kniga 9. = Литовская метрика. Кинга публичных дел 10 (1569-1571). Vilnius. 2001. № 36. С. 57).

Обстоя тельный анализ прав н обязанностей держателем имений к Великом княжестве Литовском см. и работе: Дшшар-Запольский М.В. Государственное хозяйство Великого Княжества Литовского при Ягеллопах. Киев, 1901. T. I. С. 788-798.

"'Третье послание Андрея Курбского Ивану Грозному // Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским. Л., 1979. С. 108-109; ПСРЛ. Т. 13. С. 390; РК-4. С. 164-167.

:ш Скрыиников Р.Г. Царство террора. С. 200.

!| Лист князю Андрею Курпскому до бирчого Лункого о заплату заслужена:«). 19 августа 1566 г. // Акты Литовской метрики о князе Курбском и его потомках // |Устрядов Н.Г.| Сказания князя Курбского. С.395. Ml1 1; Лист князю Андрею Курпскому до бирчого Кремяпецкаго о заплате суммы иепязей па двссте копей, 19;шгуста 1566 г. // Акты Литовской метрики о киязе Курбском и ого потомках // |Устрялов Н.Г.| Сказания кпязя Курбского. № 2. С. 395--396.

Auerbach I. Andrej Michajlovic Kurb.skij. S. 112.

,,:í Жалованная королевская грамота князю Андрею Михаиловичу Курбскому па город Ковель с волостыо. 25 февраля 1567 г. // ЖКАМК. T. I. № IV. С. 10-11.

м Л пег до подскарбего князю Апьдрею Курпскому о заплату его па с то копей. 5 декабря 1567 г. // Lictuvos Metrika. Knyga Nr. 531 (1567-1569). Viesnju rcikalu kniga 9. = Литовская метрика. Книга публичных дел 9 (1566-1574). Vilnius, 2001. № 14. С.44.

:t' Его милости папу старосте жемоитскому варупок около заплаты сумы гос. hito его милость на люд служебным своих пепезей выдал, водле оказапя на личбе. 28 декабря 1567 г. // Lictuvos Metrika. Kuvga Nr. 51 (1566-1574). U/.rasynui kniga 51. = Литовская метрика. Кинга записей 51 (1566-1574). Vilnius, 2000. №92. С.117.

Лист до кпязя Аньдрся Михаиловича Курпского о схапье его с напом вплспским против кпязя московского. 28 ноября 1568 г. // Lictuvos Metrika. Knyga Nr. 531 (1567-1569). Viesnju rcikalu kniga 9. = Литовская метрика. Книга публичных дел 9 (1566-1574). С. 139-140. № 140; Лист князю Аиьдрсю Михаиловичу Курпскому па прыповедапье службы па сто коней // Lictuvos Metrika. Knyga Ni'. 531 (1567-1569). Vicsnjn rcikalu kniga 9. = Литовская метрика. Киша публичных дел 9 (1566-1574). № 144. С.145-146.

" Auerbach I. Andrej Michajlovic Kurbskij. S. 1.34.

:ls Поход Курбского упоминается в документе: Жалоба кпязя Курбского на жи телей местечка Бсрсстечка, о разбое и грабеже, 4 ноября 1575 г. // ЖКАМК. Т. 1. С. 66. № XVIII. - Жалоба была подана но поводу ограбления 6 октября под Берестечком слуги Курбского, Василия Лукьяповича Калпповского, который иез Курбскому для поенных нужд деньги, взя тые из казны Ковельского имения.

"Auerbach 1. Andrej Michajlovic Kurb.skij. S. 196.

Королевский лист о том, что князь Курбский отправляется па войну против царя Московского и что все начатые против него судебные дела должны быть приостановлены, 29 июня 1579 г. // ЖКАМК. T. I. № XLIX. С. 179-181. - И. Ауорбах осторожно предположила, что отряд Курбского (86 казаков и 14 гусар) мог в марте принимать участие в действиях войск Речи Посполитой в Л и помни под общим командованием Криштофа Радзинилла, а в июне - в операциях на коммуникациях русских войск иод Полоцком п войске под общим командованием Николая Радзивплла и Каспара Бекеша (Auerbach I. Andrej Michajlovic Kurbskij. S. 195).

41 Третье послание Андрея Курбского Ивану Грозному // Переписка Ивана Грозного и Андрея Курбского. С. 116, 118.

12 Королевский лист, предписывающий кпязю Курбскому мниться па суд за пепозволеиие набирать для королевской службы гайдуков в имении Ковсльском, 20 нюня 1580 г. // ЖКЛМК. Т. I. № LII. С. 189-191.

Auerbach I. Andrej Micliajlovic Kurbskij. S. 201. м Королевский лист о том, что князь Курбский отправляется на войну прочив царя Московского п что все, начатые против пего иски, должны быть приостановлены. 10 июня 1581 г. // Там же. Т. I. № L1V. С. 201-202.

Королевский лист о том, что князь Курбский, отправившись па войну, заболел па границе и что все, касающиеся его судебные дела, должны быть приостановлены. 12 октября 1581 г. // Там же. 'Г. I. № LVII1. С. 216-217.

1(i Донесение возного, что князь Курбским, по болезни, не может ехать к митрополиту Киевскому па суд но делу о разводе с Марисю Юрьевною, урожденною Голшапскою, 6 января 1582 г. // Там же. Т. I. № LX. С. 222.

17 Auerbach I. Andrej Micliajlovic Kurbskij. S. 107.

™ Указ Сигизмупда Августа держание Крсвскому киязю Андрею Михайловичу Курбскому, 20 августа 1566 г. // Акты Литовской метрики о князе Курбском н его потомках // |Устрялов Н.Г.] Сказания князя Курбского. № 3. С.396-397; Auerbach I. Andrej Micliajlovic Kurbskij. S. 116.

Auerbach I. Andrej Micliajlovic Kurbskij. S. 118-119, 12.3. "'" Список обывателей земли Волынской, повела Владимирского, присягнувших па присоединение земли Волынской к Польше, 17 июня 1569 г. //Ж KAM К. Т. 1. № VII. С. 22.

51 Auerbach I. Andrej Micliajlovic Kurbskij. S. 138-139.

52 Акт избрания депутатов, отправляемых дворянством земли Волынской па олекцпю короля, 16 марта 1573 г. // ЖКАМК. Т. I. № XV. С. 49.

Auerbach I. Andrej Micliajlovic Kurbskij. S. 162, 168, 177-178, 186, 188-189.

Скрышшкоп Р.Г. Царство террора. С. 368 "Auerbach. /. Andrej Micliajlovic Kurbskij. S. 120. м' Скрыпников Р.Г. Царство террора. С. 309.

™ Лурье Я.С. Комментарии // Послания Ивана Грозного. М.; Л.. 1950. С. 652-653. Примеч. 3. м Лурье Я.С. Донесение аген та императора Максимилиана 11 абба та Цирао переговорах с А.М. Курбским в 1569 г. // Археографическим ежегодник за 1957 г. М., 1958. С. 456-457; Auerbach 1. Andrej Micliajlovic Kurbskij. S. 135.

Auerbach I. Andrej Micliajlovic Kurbskij. S. 143-145. (i" Флоря Б.Н. Русско-польские отношения и политическое развитие Восточной Европы но второй половине XVI - начале XVII в. М.. 1978. С. 45.

1:1 Флоря Б.Н. Русско-польские отношения... С. 45; Скрыпников Р.Г. Царство террора. С. 368. ,а Наказ Е.И. Благого,»шпарь 1580 г.// Российский государственный архпвдревппх актов (далее - РГАДА). Ф. 79. Он. 1. Д. 11. Л. 230-230 об.; Наказ ГА. Нащокину, апрель 1580 г.// РГАДА. Ф. 79. Он. 1. Д. 11. Л. 310-310 об.

т Флоря Б.М. Новое о Грозном и Курбском // История СССР. 1974. № 3. С. 144-145. м Статейный список посольства О.М. Пушкина, сентябрь 1581 г. // РГАДА. Ф. 79. Оп.1. Д. 13. Л. 160 об.

Зимин A.A. Когда Курбский написал «Историю о великом кпязс московском»? // Труды отдела древнерусской литературы. М.; Л., 1962. Т. 18. С. 305-312.

ы] Auerbach I. Gedanker zur Eiitstculiung von А.М. Kurbskijs «Istorija o vclikom knjaze Moskovskom» // Canadian-American Slavic Stndies. Arisona State Univ., 1979. Vol. 13. N. 1-2. S. 166-171; Елисеев CA. История о великом кпязс московском А.М. Курбского как памятник русской исторической мысли XVI иска: Дне. М.,1984. С. 22; Калугин В.В. 1) Литературный кружок км. Андрея Курбского в восточнославянских землях Речи Поснолитой//Slavia Orientalis. Krakow, 1996. PosznikXLV.N. l.S.45-50; 2) Андрей Курбский и Иван Грозный. М., 1998. С. 38-44. - Наиболее основательно, с указанием времени написания отдельных частей и указанием их источников гипотезу о поэтапном написании ИВКМ в 1570-1582 гг. обосновал К.Ю. Ерусалимский (Ерусалимский К.Ю. Как была сделана «История» А.М. Курбского: Проблемы хронологии текста // Герменевтика древнерусской литератур:,i. М., 2004. Выи. 11. С. 591-618).

Статья поступила в редакцию 30 марта 2006 г.