65 лет новосибирскому научно-исследовательскому институту травматологии и ортопедии

история отечественной вертебрологии

\Jita ЬгеиМ, агб иего

Гиппократ.

65 лет новосибирскому научно-исследовательскому институту травматологии и ортопедии

В этом году мои коллеги устроили мне празднование 70-летнего юбилея и 45-летия научно-педагогической деятельности. Кроме того, 2011 г. - юбилейный для Новосибирского НИИТО. Все это навело меня на некоторые раздумья...

История Новосибирского института травматологии и ортопедии является зеркальным отражением всей истории нашей страны. Его возникновение обусловлено жестокой необходимостью: в ходе Великой Отечественной войны развертывались госпитали для раненых, эвакуируемых с Западного фронта в глубокий тыл. Для этих целей здание торгового техникума по привычному для нас адресу, ул. Фрунзе, 17, было освобождено от студентов, в лекционных залах, учебных комнатах и даже в коридорах развернуто триста хирургических коек. В ту напряженную пору именно госпиталь олицетворял суровое дыхание войны, превращая ее из некой абстракции на расстоянии в тысячи километров от Сибири в жестокую реальность. Не случайно с первого дня к раненым потянулись жители нашего города, в основном женщины, с целью подкормить их чем-либо вкусненьким, больше узнать о фронте и задать извечный вопрос «не встречал ли моего?».

Великий Н.И. Пирогов очень метко назвал войну травматической эпидемией, страшной бедой любого народа не только по определению, но еще более страшной по своим последствиям. Старшее поколение помнит привокзальные площади, блошиные рынки, дворы, заполненные искалеченными войной людьми. После прямых потерь, которые до сих пор уточняются, страна столкнулась с проблемой инвалидов, нуждающихся в протезировании, медицинской и социальной реабилитации. К чести правительства тех лет, эту проблему понимали глубоко, о чем свидетельствует принятое решение не расформировывать госпитали, а на их базе открыть институты восстановительной хирургии, травматологии и ортопедии (ВОСХИТО). В результате сформировалась сеть институтов, пронзительно напоминающая будни войны, в точном соответствии с маршрутами движения санитарных поездов: Рига, Москва, Казань, Саратов, Горький, Свердловск, Новосибирск, Иркутск.

Вспоминаю Всесоюзный пленум правления ассоциации травматологов-ортопедов 1987 г., проходивший на Байкале, в Иркутском НИИТО. В своем эмоциональном выступлении легендарный профессор Я.Г. Дубров по-отцовски наставлял нас, молодежь: «Вы утрачиваете традиционные навыки, не знаете гипс. Мы же накладывали кокситные повязки, которые сохранными доезжали до Иркутска!»

\Jita Ьгеи1й, аМ иего (опс^а...

^Гиппократ,

Новосибирский ВОСХИТО был создан на основании приказа Минздрава РСФСР № 141-0 от 6 апреля 1946 г. Эта дата считается днем рождения института. Заслуживает внимания первый приказ по институту.

V/ О^'глО'У

\9^<с

*? I-

'УКХЛЦХХЛ^ ЛссЪклчЫ /Ь-СлО^/ <о.Хо. <Г •

к ъъ$ъ СГ>У ^Ъ1м7 - 19НЬ г/. VV М ЪЬЭЬ

£>.,&> _ с> .$ 'ГЧ. сМУЛче^е&е/ О'ГЛ! 1»

V/ ^МЛ/ОУДО' сМчммуул^щ Ор^сЗоООК^йАЛЫлАЯ/ $.&> .0()-А>. $. ,УП/- с5

*М\'0 от *°1>У - 19Ь<аь. ЬЪЪО Ъ'УЛ&У/ -& 1А<жслмемм<у

/6$5г^<ишооу>км (^ц^умл»о^/Г// с3\оЬс(мРлЦуслссгс /Им^о-ук

УМ<Л*1Ш1^тСС/ ХоОС'тЪмС'Ь'иЛПЪЛАгмОи V/ ок^МС/П/ сЛ4иМИе*иерогиЯ

фЯЬл&сЛ'кЬсаюил*#' <$.. Ор- {о. $

Не менее историческим является и приказ № 8 от 17 мая 1946 г.

На основании приказа министра здравоохранения РСФСР № 141-0 от 6 апреля 1946 г. весь наличный штат ЭВАКГОСПИТАЛЯ № 1239 зачислить в штат Новосибирского научно-исследовательского института восстановительной хирургии и ортопедии, при этом Росглавмедснабу (тов. Зиновьеву) выделить до 1 июня 1946 г. хлопчатобумажной ткани 15 тыс. м2 и хозяйственного оборудования на 20 тыс. руб, а Главному аптечному управлению выделить во II квартале 1946 г. медицинское оборудование на 120 тыс. руб.

Министр здравоохранения А. Третьяков

Согласимся с тем, что на фоне разрухи это - беспрецедентный акт милосердия в адрес солдат-победителей и дань хирургам, выигравшим войну, поскольку 73 % раненых после госпиталей были возвращены в строй. В таких условиях в послевоенную разруху начал свою биографию наш институт. В сущности, война для сотрудников нового коллектива не закончилась, поскольку в отделениях остались раненые с последствиями огнестрельных повреждений, основными из которых были порочные культи, раневая инфекция, остеомиелиты и пролежни. Это и обусловило научную тематику института на первых порах. Но его деятельность со дня основания не ограничивалась рамками НИИ. В упомянутых приказах был такой раздел: предоставить Новосибирскому медицинскому институту усовершенствования врачей возможность использовать институт ортопедии и восстановительной хирургии как учебную базу для кафедры ортопедии и травматологии, далее осуществлять функции областного госпиталя для лечения инвалидов Новосибирской области и организационно-методическое руководство постановкой ортопедической, травматологической и физиотерапевтической помощи инвалидам Отечественной войны в Новосибирске, Новосибирской, Томской, Кемеровской, Омской, Тюменской областях, Алтайском и Красноярском краях.

Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia

Таким образом, принятое правительством решение позволило не оставить без внимания раненых. Более того, в результате трансформации коечного фонда госпиталей в ВОСХИТО окончательно сформировалась новая отрасль клинической медицины - травматология и ортопедия. Напомним, что это направление было выделено из общей хирургии на II Всесоюзном съезде хирургов в 1932 г. Активно инициировали создание отрасли М.В. Волков, Н.Н. Блохин, В.Д. Чаклин, возглавлявшие соответственно ЦИТО, Горьковский и Свердловский НИИТО.

История Новосибирского НИИТО условно может быть разделена на отдельные периоды.

Первым следует считать организацию и становление института - директор С.Л. Шнейдер, зам. по науке Н.Н. Иванов (1946-1949). Основными направлениями научных исследований были восстановительная хирургия и гнойная остеология (Р.М. Рывкина-Фурман, М.Н. Вейхель, В.З. Котляр, Г.Я Эпштейн), костно-пластические операции, пластика кожи (Р.П. Кернерман), нейрохирургия (К.И. Харитонова, Ф.И. Машанский). В этот период в институте работали два необычных сотрудника. В связи с известным «делом врачей» были отправлены в Сибирь директор института нейрохирургии им. А.Л. Поленова проф. Ф.И. Машанский и руководитель отдела Российского НИИТО им. Р.Р. Вредена проф. Г.Я. Эпштейн. Надо полагать, что столичные ученые внесли явное оживление в научную жизнь института, их с теплотой и благодарностью вспоминают коллеги. Будет справедливо считать, что на первом этапе институт ВОСХИТО свои задачи выполнил: потребовалось целое десятилетие для ликвидации последствий войны и реабилитации инвалидов.

В 1957 г. все институты ВОСХИТО были трансформированы в НИИТО. В период формирования Новосибирского НИИТО наблюдалась частая смена руководства: проф. С.Л. Шнейдер (1946-1949), доцент В.И. Курлов (1950), и.о. директора проф. К.И. Харитонова (1951), проф. Г.Г. Слесарев (1970), проф. Я.Л. Цивьян (1970). Стабильные периоды в руководстве институтом связаны с именами Д.П. Метелкина (1951-1970), К.И. Харитоновой (1970-1986) и Н.Г. Фомичева (1986-2006). К сожалению, благие намерения правительства периода войны были забыты. В последующем, на протяжении многих десятилетий, федеральные институты финансировались по остаточному принципу. Если вся социально-экономическая политика определялась как период застоя, то это отражалось и на динамике развития научно-исследовательских институтов. В конечном итоге, к 80-м гг. прошлого столетия наш институт оставался существующим в полуфронтовых условиях, с послевоенным количеством коек, в неприспособленном здании, уступающим по своему оснащению научным оборудованием и медицинской аппаратурой областной и крупным городским клиническим больницам. В принципе, все научно-исследовательские медицинские институты находились примерно в одинаковых условиях, однако следует отдать должное нашим предшественникам - держались институты на плаву за счет энтузиазма и преданности профессии врачей и научных сотрудников.

Следующий период (1957-1986) правомерно определить как профилизацию Новосибирского НИИТО (директора Д.П. Метелкин и К.И. Харитонова). Основными направлениями научных исследований этих лет были патология позвоночника (Я.Л. Цивьян, Э.А. Рамих), детская и подростковая ортопедия (Н.С. Андрушко), нейрофизиология (В.В. Райхинштейн), нейрохирургия (К.И. Харитонова, С.С. Рабинович), хирургия сколиоза детей и подростков (В.А. Гаврилов), лабораторно-экспериментальные исследования (А.М. Зайдман, В.П. Славич), иммунологические (Е.Н. Родюкова), консервация тканей (В.И. Савельев, В.Т. Подорожная).

В эти десятилетия формировались научные школы. В Новосибирском НИИТО было два ведущих направления: школа нейрохирургов, созданная проф. К.И. Харитоновой, директором института, и школа сибирских вертебрологов, основателем которой является проф. Я.Л. Цивьян, заместитель директора по научной работе.

Осмыслить прошлое наших институтов можно только при одном условии: необходимо зримо представить людей, в первую очередь руководителей, стоящих у истоков организации сегодняшнего НИИТО. Следует признать, что успехи, равно как и неудачи, в значительной мере зависят от руководства в целом и от личности директора. На должность, как правило, назначают. Но директор должен хорошо понимать, что назначения мало, - ему как руководителю нужно состояться. Несомненным достоинством советской системы следует признать умение подбирать кадры. В нашей отрасли, к счастью, в руководстве той поры были исключительно профессионалы, признанные лидеры с полным грузом персональной ответственности. Но при всем, казалось

бы, величии лидеров тех лет в отечественной травматологии-ортопедии обстановка была, мягко говоря, неспокойной: кипели нешуточные страсти вокруг Г.А. Илизарова; насаждались неапро-бированные методики (ультразвуковая сварка кости, подсадка периферических нервов в дефект спинного мозга, укорочение позвоночника); детская ортопедия была отдана детским хирургам; травматологи, как представители молодой отрасли прикладной медицины, редко вводились в состав АМН СССР; востребованность принципов доказательной медицины еще ждала своего часа. Эти издержки были и в нашем институте. Академик М.В. Волков открыто заявлял, что нейрохирургии не место в структуре НИИТО. Именно поэтому два незаурядных человека - К.И. Харитонова и Я.Л. Цивьян - каждый по-своему понимали стратегию развития института: одна предполагала его трансформацию в институт нейрохирургии, а второй ратовал за институт травматологии-ортопедии исключительно со специализацией по патологии позвоночника.

Восьмидесятые годы ХХ в. характеризуются началом постепенной смены директорского корпуса. Примерно в одно время были утверждены новые директора Российского НИИТО им. Р.Р. Вредена (Н.В. Корнилов), Нижегородского НИИТО (В.В. Азолов), Свердловского НИИТО (С.М. Кутепов), Новосибирского НИИТО (Н.Г. Фомичев), ЦИТО им. Н.Н. Приорова (Ю.Г. Шапошников). Пришли, по меркам клиницистов, достаточно молодые, не более 40-45 лет, новые директора, которые у начальников департаментов Минздрава вызывали только одно восклицание: «Кого назначают? Они же развалят институты». И это было накануне известных событий -распада СССР.

В нашем институте обстановка была особенно напряженной. В 1987 г. неожиданно и трагично ушел из жизни Я.Л. Цивьян. Уходит в отставку К.И. Харитонова. Народ, что называется, осиротел. При этом ни тот, ни другой не подготовили реальных лидеров из своего резерва, которые могли бы безоговорочно сохранить и продолжить оставленное ими богатейшее научное и клиническое наследие. Было очевидно, что время отдельных лидеров прошло, их может заменить только команда единомышленников, перспективных в науке, профессиональных в хирургии, способных к преобразованиям. Более того, последовавшие далее реформы требовали этого от всех институтов в равной мере.

Особого внимания заслуживает состояние службы травматологии-ортопедии в переходный период «лихих 90-х». После обвала экономики научно-исследовательские институты остались практически без реального финансирования. Нетрудно представить, что творилось в руководстве Минздрава. Достаточно сказать, что в 1986-2005 гг. нам, директорам, пришлось пережить смену 12(!) министров здравоохранения. Единственный способ выживания в этот период заключался в нашем единстве. На фоне меняющихся министров постоянно вместе были 5 директоров российских НИИТО, которых объединял главный травматолог России проф. Н.В. Корнилов. Коллеги из других отраслей здравоохранения всегда удивлялись, когда при смене очередного министра мы одной группой шли на прием и доступно излагали, что есть травматология и ортопедия, выдвигая свои требования. При этом сотрудники департаментов Минздрава шутили: «Травматологи приехали, спасайся, кто может, вытрясут из Минздрава все, что возможно». Взаимная поддержка, планирование научной тематики и отчеты были хорошо скоординированы. Более того, в хозяйственной деятельности, в финансировании институтов мы также поддерживали друг друга. Мы очень благодарны сотрудникам Минздрава того периода. Они были не чиновниками, а нашими коллегами и искренне заботились о сохранении российских НИИТО. В ходе выживания были пройдены все варианты дикого капитализма: взаимозачеты, бартерные соглашения, векселя, использование так называемых нецелевых средств.

Но была и вторая сторона этих реформ, которая привела к бурному развитию институтов. Исчез «железный занавес», открылся широкий доступ к информации. Мы получили возможность выезда за рубеж для участия в различных съездах, конференциях и мастер-классах. Основным моментом, который определил успех, было (кто бы подумал!) знание английского языка. Возможность общения позволила нам определить место и уровень нашего практического умения и научных достижений в рамках международных стандартов. Пришло осознание, где мы сильны и слабы, определились пути нашего дальнейшего развития. Прежде всего, это касалось металлоконструкций, имплантатов и инструментария, в части которых мы далеко отставали от наших зарубежных коллег.

Должен сказать, что хлынувший в Россию из-за рубежа поток фирм, предлагающих нам имплантаты, конструкции, оборудование, послужил очень большим толчком к развитию. Будучи

Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia Historia

ориентированными на хирургию позвоночника, мы устремили наши контакты на вертебрологов из ведущих клиник мира. Нам удалось наладить сотрудничество с Жаном Дюбуссе (Франция), Эрвином Моршелом, Вальтером Диком (Швейцария), Нилом Кахановицем (США), Владиславом Локетеком (Бельгия) и многими другими. Мы поменяли практически все технологии, служившие нам верой и правдой несколько десятилетий, и очень быстро прогрессировали. На фоне, казалось бы, разваливающейся экономики, недофинансирования мы оцениваем этот период как ренессанс для института, как бы парадоксально это ни звучало. Причиной этого ренессанса была отнюдь не смена технологий и конструкций на новые, а то, что начали меняться люди, их сознание и менталитет. Задачей сотрудников, кроме всего прочего, стало овладение иностранными языками, которые бы обеспечивали возможность стажировки за рубежом, участия в конгрессах, конференциях. С целью привлечения инвестиций каждому из сотрудников, выезжающих в зарубежные командировки, в поездки внутри страны, ставилась задача общаться с коллегами, выходить на протоколы намерений, контракты (ведь известное правило гласит: тысяча контактов - один контракт). Каждому, кто возвращался из командировки, мы задавали один традиционный вопрос: «Что привез нового из технологий и конструкций?». Сотрудники, побывавшие в зарубежной клинике, становились союзниками директора-реформатора, поскольку понимали, что нужно перестраиваться. Это и явилось залогом нашего успеха.

Согласитесь, непросто после инструментария Harrington перейти на CDI, при котором появилась возможность через три дня после операции поставить больного со сколиозом на ноги и через две недели выписать из клиники. Для этого нужна была ломка старых представлений.

Нам, сторонникам и разработчикам передних доступов в хирургии позвоночника, трудно было представить, как можно обойтись лишь задней внутренней фиксацией, которую впервые в стране на базе нашего института выполнил Вальтер Дик (Швейцария), и отказаться от передней стабилизации.

Получив новые технологии, сравнивая и сочетая их с накопленным опытом в вентральной хирургии позвоночника, мы вышли на международные стандарты с «собственным лицом». Стало очевидным место нейрохирургов в лечении дегенеративных поражений позвоночника. И мы впервые в практике отечественных технологий сформировали отделение нейроортопедии, объединив вокруг одного больного усилия нейрохирурга и ортопеда-травматолога. На стыке двух дисциплин мы продвинулись далеко вперед, используя имплантаты, конструкции из-за рубежа, дополняя их собственным опытом, и во многом превзошли наших зарубежных коллег в лечении этой сложнейшей патологии.

Понимая нашу зависимость от иностранных фирм в части обеспечения конструкциями, мы осознали, что залогом успеха в ортопедии становятся три составляющие: наука, клиника и производство. Не надеясь на зарождающиеся технопарки, на политику конверсии ВПК, которому нужны большие объемы, мы открыли собственное производство и на сегодняшний день полностью обеспечиваем нужды института отечественными имплантатами и конструкциями.

В 1987 г. на базе Новосибирского НИИТО был открыт Республиканский центр хирургии позвоночника, существовавший все тяжелые переходные 20 лет. С учетом специфики патологии позвоночника, мы поставили вопрос о выделении вертебрологии в отдельную отрасль клинической медицины. Этот вопрос поднимали, начиная с 1985 г., проф. А.А. Корж, проф. Н.И. Хвисюк, проф. Я.Л. Цивьян, однако в ту пору отсутствовала необходимая доказательная база. Усилиями трех институтов: Научно-исследовательского института социальной гигиены и организации здравоохранения (акад. О.В. Щепин), Российского НИИТО им. Р.Р. Вредена (проф. Н.В. Корнилов, К.И. Шапиро) и Новосибирского НИИТО (проф. Н.Г. Фомичев, МА Садовой) - эта задача была успешно решена. Были установлены частота вертебральной патологии по данным обращаемости и скрининга, потребности в специализированной помощи в стационаре и поликлинике, разработаны положения по отделениям неотложной и плановой хирургии позвоночника (Н.Г. Фомичев, 1996). Аналогичная работа была проведена в отношении вертебральной патологии детского и подросткового возраста, причем более углубленно, с учетом гигиенических, техногенных факторов в различных территориях страны, что для детского возраста имеет особое значение (М.А. Садовой, 1997). Результатом десятилетнего социально-гигиенического и организационно-методологического исследования явился приказ Минздрава России «О выделении специализированной вертеброло-гической помощи населению Российской Федерации».

Наши научные разработки модели специализированной вертебрологической помощи требовали практического внедрения. Минздрав выделил нам штат на дежурства по неотложной помощи, а местное управление здравоохранения издало приказ по городской «скорой помощи» о госпитализации больных с травмой позвоночника всех видов только в НИИТО. Оказалось, что 1,5 млн населению Новосибирска достаточно 40 коек для пациентов с неосложненной травмы и 15 коек - с позвоночно-спинномозговой, чтобы полностью решить проблему. Сразу оговоримся, что это стало возможно только при условии сосредоточения собственных, в сочетании с западными, высоких технологий, в руках высокопрофессиональных хирургов-вертебрологов, работающих практически без брака. Трудно точно подсчитать выявленные резервы, социальноэкономический эффект от внедрения этой модели, но количество оперированных больных возросло до 40 %, значительно сокращены сроки пребывания в стационаре, снижен при позвоночно-спинномозговой травме и полностью устранен при неосложненных переломах выход больных на инвалидность.

...В 1986 г., придя на должность директора, я с изумлением обнаружил, что в достаточно стабильном, известном Новосибирском НИИТО работают всего четыре доктора медицинских наук. Как это объяснить? Очевидно, не только причинами объективными, но и связанными с человеческим фактором, с взаимоотношениями и убеждениями руководства. Задача руководства заключается в том, чтобы молодые, талантливые ученые-клиницисты могли видеть перспективу роста. Известно много примеров, когда явно талантливые хирурги под прессом шефа превращались в рутинных, опустивших руки сотрудников, не использовавших и не раскрывших свой потенциал. В этой связи нами было сформулировано правило, которое гласит: «Каждый сотрудник, защитивший докторскую диссертацию, уже никогда больше не будет выглядывать из-за спины шефа, получит свою клинику, пусть это всего будет 5-10 коек, и возможность самостоятельной работы».

Народившаяся на стыке двух направлений специальность «нейроортопедия» стремительно и успешно развивалась, и в 2001 г. в Новосибирском НИИТО был открыт диссертационный совет по защите докторских диссертаций по двум специальностям: «травматология-ортопедия» и «нейрохирургия». Мы глубоко признательны акад. А.Н. Коновалову (НИИ нейрохирургии им. Н.Н. Бурденко), с благословения которого стало возможным открытие в Новосибирском НИИТО третьего в стране докторского диссертационного защитного совета по нейрохирургии. За 20 лет мы подготовили шестнадцать докторов наук. Ни один из них не является зависимым в творческой стороне вопроса от чьей-либо злой или доброй воли. Это является залогом успешного развития института. С появлением в институте собственных докторов наук по отдельным разделам вертебрологии появилась возможность создания команды руководства.

В 1996 г. на базе Новосибирского НИИТО открывается первая в стране кафедра вертеброло-гии. В 2003 г. мы основали собственное печатное издание - научно-практический журнал «Хирургия позвоночника». Создание реестра специализированных вертебрологических клиник и центров страны, равно как и реестра оперирующих на позвоночнике хирургов-вертебрологов и нейрохирургов России, завершало формирование вертебрологической отрасли. Таким образом, были созданы все основания для выделения вертебрологии в качестве отдельной клинической отрасли.

В то же время мы хорошо понимали, что монопрофильность института и сосредоточение только на патологии позвоночника не являются оптимальным вариантом нашего развития. И когда проф. Н.В. Корнилов, будучи главным травматологом Минздрава России, сформировал и предложил у нас в стране программу развития эндопротезирования, мы приняли в этом активное участие, открыв на базе института отделение эндопротезирования крупных суставов. До того дня количество оперативных вмешательств по поводу кокс- и гонартрозов, а тем более других суставов верхних и нижних конечностей оставляло желать лучшего. Тем не менее эту программу удалось утвердить, и на базе нашего института был сформирован Региональный центр эндопротезирования, который возглавил В.М. Прохоренко. На сегодняшний день институт выполняет 2500 операций по эндопротезированию в год - это колоссальный прогресс. Сегодня мы можем на равных разговаривать с нашими зарубежными коллегами в части такого важного раздела, как эндопротезирование.

Молодым сотрудникам в нашем институте всегда была предоставлена полная свобода творчества. Мы приводили им перефразированную цитату из речи Джона Кеннеди: «Не спрашивайте,

Шstoria Шstoria Historia Historia Historia Шstoria Historia Historia Historia Historia Шstoria Historia Historia Historia Historia Шstoria Historia Historia Historia Historia Шstoria

что институт сделал для вас. Спрашивайте, что вы можете сделать для института!». Это звучало как требование: разрабатывайте инновационные технологии, в худшем случае внедряйте зарубежные в целях соответствия международным стандартам!

Разрабатывая медицинские технологии, мы осваивали технологии организационные, хорошо понимая, что управление, как и решение наших профессиональных проблем, требует научного подхода. «Управление в ручном режиме» заканчивается тупиком - эта истина общеизвестна. Основа обеспечения жизнедеятельности института - финансы и создание инфраструктуры. Бухгалтер по бюджету знает, как правильно распределить деньги, но не заработать. Мы первыми вводим должность финансового директора и приглашаем финансиста-профессионала, поручив ему этот блок. Ситуация в корне меняется: появляется консолидированный бюджет, упорядочиваются потоки больных по бюджету, хозяйственным договорам, платным услугам, контролируются закупки и использование расходных материалов, ведется строгий учет медикаментов, внедряются инсорсинг и аутсорсинг. Вводится дифференцированная оплата труда, ликвидируется уравниловка, учет КПД и активности хирургов становятся приоритетными, снижается себестоимость оказанной услуги. Это абсолютно научный подход с привлечением топ-менеджеров в организацию научного и лечебного процессов, позволяющий вскрыть имеющиеся в учреждении неучтенные резервы.

Мы были приятно удивлены, когда Д.А. Медведев на Красноярском экономическом форуме «Россия 2008-2020. Управление ростом» представил концепцию «Четырех И» (Институты, Инфраструктура, Инновации, Инвестиции). Удивлены, потому что оказалось, что это все у нас уже есть. Основные трудности реформ заключаются в том, что директорский корпус, корпус главных врачей пока недостаточно освоил, а в ряде случаев и не думает осваивать науку управления. Будет справедливым сказать, что и сегодня руководители высшего звена отдельных медицинских учреждений, включая НИИ, недостаточно понимают, что управление, равно как и решение профессиональных проблем, требует научного подхода.

...Сложилось так, что, если директор успешен, срок его пребывания на посту примерно 20 лет. Когорта замечательных директоров НИИТО провела все наши институты через неблагоприятный перестроечный период и вошла в новую общественную формацию, сохранив институты и дав им дальнейшее развитие. К сожалению, мы потеряли мудрейших и опытнейших директоров - И.В. Жадёнова (Саратовский НИИТО), Ю.Г. Шапошникова (ЦИТО им. Н.Н. Приорова). Ветераны отрасли (Н.В. Корнилов, В.В. Азолов, В.В. Троценко, В.И. Шевцов) находятся на заслуженном отдыхе и сохраняют свой творческий потенциал. Прошло 20 лет, пришло время смены директоров. Встал вопрос, кто и когда придет на смену отработавшим директорам и даст новый импульс развитию научно-исследовательских институтов травматологии и ортопедии. Со всей откровенностью должен сказать, что не везде, а точнее, в большинстве институтов эта смена произошла парадоксальным образом. Некоторые мои коллеги по цеху, отдав не одно десятилетие жизни на благо и процветание своих НИИ, сегодня стали невостребованными, несмотря на их колоссальный опыт, а в ряде случаев даже не имеют возможности приходить на место своей работы. Я думаю, что такая практика, которая не предполагает простой преемственности в смене поколений, глубоко порочна. Не хотелось бы относить это к личностям несомненно талантливых молодых директоров нового поколения. Мне представляется, что это еще одна не лучшая сторона реформ, вынуждающая выстраивать отношения таким противоестественным образом.

Нам удалось избежать этих парадоксов: Новосибирский НИИТО успешно двигается вперед. И нет большего счастья для руководителя видеть, что дело, которому ты посвятил лучшие годы своей жизни, в руках избранного всем коллективом достойного преемника, процветает и получает дальнейшее развитие. Я с глубоким удовлетворением отмечаю, что практика коллективного демократичного руководства с бережным отношением к людям, формирование резерва не только директора, но и руководителя каждой клиники приносят свои положительные плоды. Первые пять лет работы нового директора Новосибирского НИИТО проф. М.А. Садового убеждают в том, что он пришел надолго и нас ждет очередное, не менее успешное, двадцатилетие.

Главный редактор журнала проф. Н.Г. Фомичев