Приговор Надежды Савченко

21 марта в Донецком городском суде Ростовской области начнут зачитывать приговор украинской летчице Надежде Савченко, обвиняемой в гибели двух российских журналистов в июне 2014 года. "Власть" разбиралась в том, что может ждать Савченко после того, как решение по ее делу вступит в законную силу.

"Пока за меня будут торговаться, жизнь меня будет покидать, и Россия меня все равно вернет в Украину — живой или мертвой, но вернет!" — заявила в своем последнем слове Надежда Савченко. Прокуроры запросили для нее 23 года заключения и 100 тыс. руб. штрафа по обвинению в убийстве журналистов ВГТРК Игоря Корнелюка и Антона Волошина, покушении на убийство, а также в незаконном пересечении границы. Еще 3 марта, когда было неожиданно перенесено ее последнее слово, Савченко объявила сухую голодовку. 10 марта, на следующий день после своего итогового выступления, она согласилась начать принимать воду и обещает вновь вернуться к сухому формату голодовки через десять дней после оглашения приговора, когда решение суда должно вступить в законную силу. Обжаловать решение донецких судей Савченко не намерена, чтобы не затягивать процесс, который длится уже более полугода. Вместе с тем, как пояснил "Власти" один из ее защитников, Илья Новиков, для вступления приговора в законную силу его необходимо еще перевести на украинский, что может все опять несколько затянуть.

По данным "Власти", в Москве не принято какого-то окончательного решения о том, что именно делать с украинской летчицей после окончания суда над ней. "До вступления судебного решения в законную силу никаких окончательных решений относительно судьбы Надежды Савченко приниматься не будет,— утверждал за несколько дней до приговора собеседник "Власти", близкий к администрации президента.— В ежедневном режиме этот вопрос не обсуждается".

Об этом же говорят и все официальные лица. "Какое бы давление ни оказывалось на российское правосудие, на российское общественное мнение, суд будет доведен до конца",— заявила 12 марта официальный представитель МИД России Мария Захарова, отметив, что, "пока не будет решения суда", вопрос о передаче Савченко украинской стороне рассматриваться не будет. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков назвал недопустимым вмешательство в судебные процессы, включая и суд над Савченко, который "идет в России в строгом соответствии с действующим законодательством". А глава МИДа Сергей Лавров и вовсе заявил, что западные партнеры Киева "Савченко "раскручивают" и используют ее личную, наверное, незавидную ситуацию в откровенно политических целях".

Столь жестким образом российским официальным лицам пришлось отвечать на многочисленные призывы западных политиков освободить Надежду Савченко после того, как она 3 марта в очередной раз объявила голодовку. Госсекретарь США Джон Керри заявил, что суд над украинской летчицей противоречит букве и духу минских договоренностей. Докладчики ПАСЕ по России Лилиан Мори Паскье, Дора Бакоянни и докладчики ПАСЕ по Украине Жорди Чукла и Аксель Фишер выступили с совместным заявлением: "Дальнейшее содержание под стражей госпожи Савченко только вредит имиджу Российской Федерации за рубежом и ее отношениям с другими европейскими странами. Освобождение Савченко стало бы шагом к полному осуществлению минских соглашений". 16 марта стало известно, что президент США Барак Обама в ходе телефонного разговора призвал Владимира Путина освободить Надежду Савченко. А когда украинское издание "Зеркало недели" сообщило в середине марта: "По сведениям наших источников, президент России лично пообещал Ангеле Меркель вернуть Надежду на Родину",— то официальный представитель правительства ФРГ Штеффен Зайберт подтвердил: "Я не комментирую информацию "близких источников", но, естественно, случай Савченко уже обсуждался между канцлером и президентом Путиным".

Близкие к Кремлю эксперты расходятся в оценках того, что будет с Савченко после завершения суда. "Нельзя исключать ни одного варианта. И обмена, и того, что она будет сидеть, а обмен произойдет через два-три года. Обвинение в убийстве российских граждан страны — это серьезно,— считает политолог Алексей Чеснаков.— С политической точки зрения принимать решение надо. Украинская сторона и часть Запада готовы использовать тему Савченко для усиления политического давления на Россию, но насколько Россия тут готова идти навстречу — вопрос сложный". Его коллега Олег Бондаренко, наоборот, уверен, что российские власти заинтересованы в максимально скором возвращении подсудимой домой. "Думаю, ее, конечно, приговорят к какому-то сроку и сразу обменяют,— говорит эксперт.— Это рассчитано на то, чтобы как можно скорее обменять и освободить из Киева Евгения Ерофеева и Александра Александрова (граждане России, которых в Киеве обвиняют в терроризме, "ведении агрессивной войны" и контрабанде оружия, а также называют сотрудниками российского ГРУ). Здесь она никому не нужна ни с каких точек зрения. Ее надо скорее отправлять на Украину, чтобы хотя бы Петру Порошенко сделать большой подарок: так она станет на какое-то время очень неудобным для него и Юлии Тимошенко участником украинской политики".

Президент Украины Петр Порошенко, со своей стороны, заявляет, что готов сделать все возможное для скорейшего освобождения украинской летчицы: "Если вопрос стоит так, готов ли я принять решение об обмене на кого-то, я сегодня впервые отмечу: да. Я, как президент Украины, готов воспользоваться своим конституционным правом и обменять Надежду, сделать все возможное, чтобы ее поскорее вернуть домой",— сказал он 9 марта на совместной пресс-конференции с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом в Анкаре. При этом, по его словам, "за почти два года ни разу из источников, которые заслуживают доверия, ни одного предложения об обмене Савченко не поступало". 15 марта президент Украины встретился с адвокатами Савченко, обсудив стратегию действий украинских властей и защиты после вынесения приговора. Адвокат подсудимой Илья Новиков сказал "Власти", что, по его данным, четких сигналов Киеву со стороны Москвы по поводу возможного обмена пока не поступало (интервью с ним см. на стр. 18).

Однако собеседник "Власти", близкий к украинскому генштабу, предполагает, что Порошенко лукавит, поскольку через "не заслуживающие доверия источники была освобождена из плена не одна тысяча человек". Украинский же лидер, по его словам, скорее бездействует в этом вопросе, поскольку сам не хочет скорейшего возвращения Савченко домой, так как она может составить ему конкуренцию. Похожий выпад в адрес президента Украины допустила, кстати, в своем последнем слове и сама Надежда Савченко, заявив, что президент Порошенко обещал ее матери, что "я еще на майские праздники 2015 года буду дома".

Еще в феврале высокопоставленные собеседники "Власти" в дипломатических кругах утверждали, что один из вариантов решения "проблемы Савченко" — ее помилование президентом Владимиром Путиным вскоре после вынесения приговора. Председатель комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Павел Крашенинников напоминает, однако, что для этого Надежда Савченко сама должна сначала обратиться к главе государства с просьбой о помиловании. Сомневается депутат и в том, что она может попасть под амнистию (см. интервью "Помилование в обход процедуры реализовано быть не может").

На прямой обмен на кого-нибудь из россиян, содержащихся в украинских тюрьмах, Москва также вряд ли пойдет, говорят собеседники "Власти", знакомые с работой минской контактной группы: "Это фактически сделало бы Россию одной из сторон конфликта, в то время как Москва все это время старается подчеркивать, что напрямую в события на востоке Украины не вовлечена".

Адвокат Савченко Марк Фейгин в начале марта говорил журналистам, что обмен может быть не прямым: Савченко просто отправят отбывать назначенное ей наказание в Киев, а Александрова и Ерофеева украинская сторона отправит после вынесения приговора отбывать наказание в Россию.

Украинский переговорщик Владимир Рубан, выступавший в Донецком городском суде в качестве свидетеля защиты, рассказывал, что, пока Надежда Савченко еще находилась в плену в Луганске, он четырежды пытался ее поменять, но каждый раз процесс по разным причинам срывался. "Я говорил об этом на суде и скажу сейчас: обвинительным приговором Савченко Донецкий суд убьет оставшуюся русскость, которая есть у украинцев или граждан Украины,— заявил он в разговоре с "Властью".— Конечно, мы сделаем все, чтобы забрать Надю домой живой. На сегодняшний день остаются те же варианты обмена: скорее всего, это будет этапирование для отбывания наказания на Украину в обмен на какие-то уступки".

Однако для потенциального, пусть и не прямого, обмена Савченко на россиян Александрова и Ерофеева приговоры по обоим делам должны вступить в законную силу. И, если дата вынесения приговора Савченко уже назначена, хотя финал ее процесса и получился, по словам Рубана, "излишне громким", то перспективы киевского процесса весьма неочевидны. В Голосеевском суде Киева в течение последних недель несколько раз переносили заседания из-за того, что обвиняемых по разным причинам не могли доставить из СИЗО. При этом на адвоката Евгения Ерофеева Оксану Соколовскую в ходе судебного разбирательства было заведено уголовное дело по статье "Умышленное нанесение тяжких телесных повреждений". Кроме того, в начале марта бесследно пропал защитник Александра Александрова Юрий Грабовский. О местонахождении адвоката ничего не известно, и, соответственно, кто дальше будет защищать россиянина, непонятно. Наконец, 13 марта группа вооруженных людей в масках ворвалась в киевскую квартиру, где живет семья офицера 92?й бригады ВСУ Кирилла Вереса, командовавшего группой, которая взяла в плен Евгения Ерофеева. Вооруженные люди обыскали квартиру и через жену передали Велесу, что у того "есть месяц подумать". "Мы наблюдаем кульминацию обоих процессов, и такие срывы в каждом из них вряд ли случайны",— считает Владимир Рубан.

Когда Голосеевский суд Киева наконец вынесет решение по делу двух россиян, перспективы освобождения Савченко могут стать более отчетливыми, полагают сразу несколько собеседников "Власти". "Варианты обмена, наверное, лежат не в правовой плоскости, а в политической,— заявил на прошлой неделе советник украинского президента Олег Медведев в эфире "Пятого канала".— Когда есть политические договоренности, правовой способ всегда найдется".