Две античные традиции истории ранней Парфии

Том 157, кн. 3

УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Гуманитарные науки

2015

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ

УДК 94.3

ДВЕ АНТИЧНЫЕ ТРАДИЦИИ ИСТОРИИ РАННЕЙ ПАРФИИ

А.С. Балахванцев

Аннотация

Статья посвящена двум существующим в античной литературе традициям истории ранней Парфии. Рассматривается предпринятая недавно попытка поставить факт наличия двух традиций под сомнение. Обращается внимание на то, что при решении данного вопроса необходимо учитывать различный характер и различную степень сохранности сочинений Зосима, Синкелла и Фотия, а также отражение у Арриана и Страбона нескольких версий возникновения Парфянского государства. В связи с этим формулируются два вывода: во-первых, нет серьёзных оснований отрицать, что в основе сообщений Зосима, Синкелла и Фотия лежит «Парфика» Флавия Арриана. Во-вторых, поскольку основной массив информации о возникновении Парфянского государства у Помпея Трога и Страбона заимствован из «Парфики» Аполлодора Артемитского, следует восстановить историическую справедливость и наряду с традицией Арриана говорить о традиции Аполлодора.

Ключевые слова: Парфия, Зосим, Синкелл, Фотий, Флавий Арриан, Страбон, Помпей Трог, Аполлодор Артемитский.

Во второй половине прошлого века благодаря трудам польского учёного И. Вольского среди исследователей, занимавшихся проблемой возникновения державы Аршакидов, широкое распространение получило представление о существовании в античности двух традиций истории ранней Парфии: одна представлена в созданной Юстином эпитоме истории Помпея Трога и у Страбона, другая - в несохранившемся сочинении Флавия Арриана, известном нам благодаря византийским авторам Зосиму, Фотию и Синкеллу. В первой традиции Парфянское государство возникает вследствие захвата Парфиены кочевниками-парнами во главе с Аршаком, человеком неизвестного происхождения, ставшим родоначальником династии Аршакидов. Во второй традиции - более поздней и явно искусственной - Парфия обретает независимость в связи с восстанием местного населения против македонян, причём во главе движения стоят два брата: Аршак и Тиридат из рода Аршакидов, происходящего от ахеменидского царя Артаксеркса. Следует также отметить, что эта традиция пытается приуменьшить роль Аршака I в происходивших тогда событиях и выдвигает на первый план его брата Тиридата [1; 2, р. 23-30].

Однако в 2009 г. вышли в свет две работы Г.А. Кошеленко и В.А. Гаибова, в которых был сформулирован следующий вывод: нет никакой возможности говорить как о единой традиции Арриана, так и о единой традиции Юстина и Страбона [3, 4]. Анализируя традицию Арриана, соавторы отметили, что Зосим, Фотий и Синкелл по-разному датируют время отпадения парфян от державы Селевкидов, а также расходятся в определении национальности Аршакидов и имени македонского сатрапа - обидчика Тиридата [3, с. 81-83]. Что же касается юстино-страбоновской концепции, то к ней Г.А. Кошеленко и В.А. Гаибов выдвинули, по сути, похожие претензии, подчеркнув, что эпитома Помпея Трога и «География» Страбона противоречат друг другу в вопросе о дате возникновения независимой Парфии [4, с. 106].

Но, прежде чем согласиться с этими постулатами или отвергнуть их, необходимо ещё раз самым тщательным образом проанализировать свидетельства наших источников, чтобы определить, какие из отмеченных противоречий являются мнимыми, а какие существуют в действительности и чем это можно объяснить.

Начнём с сочинения Фотия, Константинопольского патриарха в 858-867 и 878-876 гг. В своей «Библиотеке» он кратко описал 280 прочитанных им сочинений, в том числе и «Парфику» Арриана. «Он [Арриан] рассказывает в этом труде о войнах, которые вели римляне и парфяне, когда римским императором был Траян. Он говорит, что скифский народ парфян, некогда порабощённый одновременно с покорением персов, отложился от власти македонян по следующей причине. Арсак и Тиридат были братьями Арсакидами, потомками Фри-апита, сына Арсака». Затем, упомянув сатрапа Антиоха II Теоса Ферекла, Фо-тий отмечает, что «Арсакиды, не стерпев наглости Ферекла, поставленного Ан-тиохом сатрапом их страны, когда тот [Ферекл] силой попытался обесчестить второго из братьев, убили наглеца и, посоветовавшись о деле с другими пятью [сообщниками], прогнали народ македонян и стали править самостоятельно» ^гг. Parth. 1. 2).

Нет сомнений, что текст Фотия даёт наиболее точное представление о приводимой именно Аррианом версии возникновения державы Аршакидов. Вместе с этим нельзя, разумеется, считать, что краткость и даже схематичность изложения, обусловленные самим жанром сочинения патриарха, были свойственны и Флавию Арриану. Повествование последнего, безусловно, было гораздо более обстоятельным и не могло, к примеру, обойтись без упоминания имён пятерых сподвижников Аршакидов.

Что можно сказать о времени возникновения Парфянского государства по Арриану? Г.А. Кошеленко и В.А. Гаибов, как и некоторые их предшественники [5, p. 219], считают, что данный автор относил обретение парфянами независимости к царствованию Антиоха II Теоса [3, с. 81]. Однако Арриан говорит только о том, что Ферекл был назначен на свою должность Антиохом II. Отсюда, разумеется, ещё не следует, что сатрап не мог занимать свой пост и при Селевке II [1, p. 49; 6, p. 379]. В пользу этого предположения говорят, на мой взгляд, и обстоятельства начала правления Селевка II Каллиника: в августе - декабре 246 г. до н. э. царь Египта Птолемей III захватил Сирию, Киликию и Месопотамию. В декабре 246 г. до н. э. египетская армия ворвалась в Вавилон и в течение

января - февраля 245 г. до н. э. осаждала царский дворец. В руках египтян оказались обе столицы державы Селевкидов - Антиохия на Оронте и Селевкия на Тигре. Некоторое время было вообще непонятно, кто является законным царём, так как Птолемей всячески старался скрыть информацию о смерти своего племянника Антиоха, сына Антиоха II и Береники [7, p. 181-189; 8, p. 48-49; 9, p. 225, 229]. Естественно, что в такой ситуации находившемуся в Малой Азии Селевку II было явно не до смены иранских сатрапов. Следовательно, из конспекта Фотия нельзя сделать однозначного вывода о том, когда - при Антиохе II или его сыне - возникло Парфянское государство. Что же касается национальности братьев, то текст Фотия недвусмысленно свидетельствует о том, что они были парфянами.

Последний «эллинский» историк Зосим (сер. V - сер. VI в.) в своей «Новой истории» упоминает о приходе Аршакидов к власти в рассказе о войне с Саса-нидами при императоре Гордиане III. Она началась, «...когда Сапор принял власть после Артаксеркса, снова передавшего господство от парфян к персам. Ведь после Александра, сына Филиппа, и унаследовавших державу македонян, когда над верхними сатрапиями властвовал Антиох, парфянин Арсак, возмутившись из-за насилия над своим братом Тиридатом и подняв войну против сатрапа Антиоха, дал парфянам повод прогнать македонян и захватить власть» (Zos. I. 18. 1).

Г.А. Кошеленко и В.А. Гаибов, как и издатель текста Зосима Ф. Пашу [10, p. 143], твёрдо уверены, что Зосим относит отпадение парфян к 294-281 гг. до н. э., когда наместником верхних сатрапий был сын Селевка I, царевич Ан-тиох [3, с. 82]1. Но насколько обоснована эта уверенность? В данном отрывке Зосим с величайшей лаконичностью излагает историю того, как в Иране (верхних сатрапиях) происходила transitio imperii. В самом деле, сначала историк намекает на древнеперсидскую династию Ахеменидов, не называя их, впрочем, по имени, затем указывает на то, что власть македонян длилась от Александра до Антиоха, после которого перешла к Аршакидам, а от них - в лице Арташира I и его сына Шапура I - снова к персам. Спрашивается: возможно ли, чтобы в этот перечень владык Ирана попал всего лишь царский наместник, пусть даже и царевич? Это представляется мне абсолютно нереальным. Упоминание здесь наместника могло лишь произвести совершенно нежелательный для автора комический эффект в стиле «Истории государства Российского от Гостомысла до Тимашева». В пользу наличия у Антиоха царского титула говорит и упоминание о сатрапе Антиоха, против которого выступил Аршак: сатрап может быть только у царя, но никак не у наместника. Всё это позволяет считать, что у Зосима речь идёт о царе Антиохе, которым, скорее всего, был Антиох II Теос.

В замечании Зосима, естественно, не нашлось места ни для имени селев-кидского сатрапа, ни для перечисления предков Аршака и Тиридата. Однако приводимая им информация ни в чём не противоречит тексту Фотия, что, очевидно, свидетельствует об использовании обоими авторами одного общего источника - «Парфики» Флавия Арриана.

1 Странно, что сторонники этой теории проигнорировали кандидатуру Антиоха III, который в правление своего старшего брата Селевка III Керавна (225-223 гг. до н. э.) также был наместником верхних сатрапий (Polyb. V. 40. 5). См. [11, р. 267-268].

В хронографии монаха Георгия Синкелла (начало IX в.) дана попытка представить всемирную историю от Адама до императора Диоклетиана. Синкелл вставляет рассказ о возникновении державы Аршакидов в повествование о царях Сирии и Азии. Так, византийский историк, в частности, упоминает, что «третьим над Сирией и Азией царствовал Антиох, прозванный Богом, пятнадцать лет» (Sync. p. 529). Это - Антиох II Теос, правивший в 261-246 гг. до н. э. Затем, после рассказа о событиях в других регионах эллинистического мира, Синкелл вновь возвращается к селевкидским делам. «Четвёртым над Сирией и Азией царствовал Антиох, его сын, прозванный Каллиником, он же и Селевк, двадцать один год. Год [от сотворения] мира был 5238. При этом Антиохе персы отпали от державы македонян и Антиохов, в подчинении у которых они находились со времени Александра Основателя, по следующей причине. Братья, некий Арсак и Тиридат, ведущие род от Артаксеркса, [царя] персов, были сатрапами бактрий-цев при Агафокле, македонском наместнике Персиды. Как говорит Арриан, этот Агафокл испытывал вожделение к Тиридату, одному из братьев. Юноша же, относясь к этому серьёзно, организовал заговор. [Агафокл] потерпел неудачу и был убит им и его братом Арсаком. Царствовал над персами Арсак, по которому цари персов именовали себя Арсакидами, два года и был убит. После него его брат Тиридат [правил] тридцать семь лет» (Sync. p. 539-540).

Различные исследователи полагают, будто Синкелл относит отпадение парфян ко времени правления Антиоха II [5, p. 220], Селевка II [10, p. 143; 12, p. 170, n. 13] или даже Антиоха III [3, с. 82-83]. Однако, на мой взгляд, дело обстоит значительно сложнее. Действительно, четвёртым царём из династии Селевкидов мог быть только Селевк II Каллиник, правивший в 246-226/5 гг. до н. э. Но тут же возникает вопрос: почему в труде Синкелла он фигурирует под столь странным именем - «Антиох... прозванный Каллиником, он же и Селевк»? Ответ содержится в приводимой Синкеллом датировке начала правления данного персонажа - 5238 г. Поскольку в списках царей эллинистического времени после смерти Александра Македонского Синкелл отсчитывает годы «от сотворения мира» начиная с 5493 г. [13, с. 62-63, прим. 102], эта дата соответствует 256/5 г. до н. э. и, безусловно, является неверной. О том, что перед нами не банальный lapsus manus, свидетельствует и столь же ошибочное отнесение Син-келлом начала правления Антиоха III к 137 Олимпиаде, то есть между 232 и 229 гг. до н. э. (Sync. p. 540). Поскольку Селевк III правил три года, а Селевк II -двадцать один год, то правление последнего, по Синкеллу, должно было начаться в 131 Олимпиаду, то есть между 256 и 253 гг. до н. э. Очевидно, зная, что в это время Сирией и Азией управлял царь Антиох, византийский хронист принял их за одно и то же лицо, в результате чего на свет явилась гибридная фигура Ан-тиоха Каллиника - Селевка. Таким образом, из-за допущенной Синкеллом неточности отпадение парфян, по его данным, можно датировать как царствованием Антиоха II, так и его сына, примерно 256-235 гг. до н. э.

Анализ свидетельств Фотия, Зосима и Синкелла не позволяет согласиться с утверждением о том, что они по-разному датировали возникновение независимой Парфии. В действительности их хронологии никак не противоречат друг другу и дают возможность датировать отпадение парфян концом царствования Антиоха II, что хорошо согласуется с началом эры Аршакидов в 247 г. до н. э.

Но как быть с другими противоречиями? Ведь если у Фотия и Зосима Арсак и Тиридат являются парфянами, то Синкелл называет их царями персов. Однако для правильного понимания последнего утверждения необходимо учесть такой элемент системы словоупотребления византийских авторов, как архаизация используемых этнонимов [14, с. 98]. Так, ещё Прокопий Кесарийский именовал парфян «персами» (Procop. BP. I. 17. 24), а Феофилакт Симокатта утверждал, что Арсакиды - один из семи персидских знатных родов (Theoph. Sim. Hist. III. 18. 8). Поэтому нет никаких оснований считать, что этим этнонимом, равно как и датировками «от сотворения мира», Синкелл обязан труду Арриана.

Единственным явным, на первый взгляд, противоречием между Фотием и Синкеллом является то, что первый называет обидчиком Тиридата сатрапа Фе-рекла, а у второго, прямо ссылающегося на Арриана, в этой роли выступает Агафокл. Казалось бы, самый простой способ снять данное противоречие - это предположить, что в «Парфике» излагалось несколько вариантов прихода Ар-шакидов к власти. Тем не менее Г.А. Кошеленко и В.А. Гаибов считают такое предположение маловероятным [3, с. 83]. Но так ли это? Античные историки никогда не упускали шанс продемонстрировать свою эрудицию и привести несколько версий описываемых ими событий. Так, Геродот даёт читателю возможность ознакомиться с тремя сказаниями о происхождении скифов, хотя считает правильным лишь последнее (Hdt. IV. 5-11). В данном отношении Ар-риан являлся достойным последователем Геродота. Например, в «Анабасисе Александра», который, к счастью, дошёл до нас целиком, имеется большое количество мест, где автор приводит несколько мнений по одному и тому же вопросу: II. 3. 7 - гордиев узел; II. 4. 7 - причины болезни Александра; II. 12. 5-8 -Александр и мать Дария; III. 3. 5-6 - путь к оракулу Аммона; III. 4. 5 - обратный маршрут в Мемфис; III. 30. 1-5 - пленение Бесса; IV. 3. 5 - захват города на Яксарте; IV. 9. 2-3 - реакция Александра на убийство Клита; IV. 13. 5-6 - заговор пажей; IV. 14 - судьба Каллисфена; V. 14. 3-6 - битва с Пором; V. 20. 2 -название индийского племени; VI. 11 - обстоятельства ранения Александра; VII. 15. 5-6 - римское посольство к Александру; VII. 22. 4-5 - случай с диадемой; VII. 27 - слухи о болезни и смерти Александра. Следует также заметить, что в ряде случаев Арриан воспроизводил и такую информацию, в истинности которой он серьёзно сомневался.

Доказательную силу всем этим примерам придаёт одно обстоятельство: отражённая у Арриана версия возникновения Парфии была сочинена по заказу пришедшей к власти боковой ветви Аршакидов - «Тиридатидов» - с целью обосновать их принадлежность к местной знати и ведущую роль Тиридата в свержении селевкидского господства [15, с. 98-99]. Таким образом, вся история с попыткой обесчестить Тиридата и последующим заговором является литературной фикцией, сфабрикованной эллинскими писателями по образцу рассказа о Гармодии и Аристогитоне (Thuc. VI. 54-58), а также убийства семью знатными персами узурпатора Смердиса (Hdt. III. 70-78). Ни Агафокла, ни Фе-рекла в действительности никогда не существовало. Но если по запросу римского императора одни греческие эрудиты с готовностю углублялись в исследование вопроса, какое имя носила мать Гекубы или как звали Ахилла, когда он скрывался на Скиросе среди девушек (Suet. Tib. 70. 3), то другие с не меньшим

пылом могли спорить об имени невоздержанного сатрапа, борясь за милости царя Парфии.

Следовательно, у нас нет оснований отрицать возможность приведения Аррианом различных мнений о том, как звали свергнутого сатрапа Парфиены. То же самое можно сказать и об указании Синкелла на персидского царя Артаксеркса как на прародителя обоих братьев. Поскольку тенденция возводить происхождение парфянских царей к Ахеменидам формируется уже в начале I в. до н. э. [15, с. 92], Арриан вполне мог упомянуть и об этой версии, даже не особенно ей доверяя. Всё это не позволяет согласиться с утверждением о существовании «радикальных» различий между Синкеллом и Фотием и невозможности их возведения к одному и тому же источнику [16, p. 167, n. 24; 3, с. 83-85].

Теперь перейдём к вопросу о том, можно ли говорить о единой традиции Помпея Трога и Страбона в истории ранней Парфии. Текст самого сочинения Трога не сохранился и доступен лишь в виде эпитомы, выполненной Марком Юнианом Юстином. О возникновении Парфянского государства в нём говорится следующее: «После Антигона ими [парфянами] владел Селевк Никатор, а вскоре после того Антиох и его преемники. От его правнука Селевка они впервые отложились во время Первой Пунической войны в консульство Луция Манлия Вульсона и Марка Атилия Регула. Это отпадение прошло для них безнаказанно, так как в то время происходили раздоры между братьями-царями: Селевком и Антиохом, которые, сражаясь за власть, упустили возможность наказать отложившихся от них парфян. Тогда же отложился и Диодот, правитель тысячи бактрийских городов, и приказал называть себя царём. В это время жил Арсак, человек неизвестного происхождения, но испытанной доблести. Обычно он занимался разбоем и грабежом. Получив известие, что Селевк потерпел поражение в Азии, он, не боясь более царя, с шайкой разбойников напал на парфян, победил их правителя Андрагора и, убив его, захватил власть над народом» (Just. XLI. 4. 3-7).

Не касаясь сейчас такой особенности творческой манеры Юстина, как «сжатие» людей и событий, следствием чего стало появление «курьёзного синхронизма» [17, с. 17-19], остановлюсь лишь на одном моменте: вторжение Аршака в Парфиену синхронизируется с отпадением бактрийского сатрапа Диодота от державы Селевкидов. Г.А. Кошеленко и В.А. Гаибов сопоставили этот отрывок со следующим местом из Страбона: «Когда начались восстания [стран] за Тавром. облечённые [властью, а именно] Евтидем и его сторонники, прежде всего склонили к отпадению Бактриану и всю округу. Затем Арсак, скиф, вместе с некоторыми даями, так называемыми парнами, кочевниками, живущими на реке Ох, напал на Парфиену и завладел ею» (Stab. XI. 9. 2). Налицо явное расхождение: вместо Диодота главным действующим лицом восстания в Бактрии оказывается один из его преемников - Евтидем. Данное противоречие и навело некоторых исследователей на мысль, что Юстин и Страбон отражают две разные традиции возникновения Парфии [4, с. 104, 106; 18, p. 284].

Однако, утверждая, что Страбон будто бы вообще не упоминает Диодота [3, с. 80, прим. 4], сторонники этой точки зрения отчего-то не обратили внимания на ещё одно заявление Страбона: «Говорят, что от этих [скифов] ведёт [свой] род Арсак, другие же называют его бактрийцем, который бежал от усиления партии

Диодота и склонил к отпадению Парфиену» (Strab. XI. 9. 3). В данном случае Аршак оказывается уже современником Диодота. Таким образом, противоречие существует не столько между Страбоном и эпитомой Помпея Трога, сколько между двумя пассажами самого Страбона.

В чём же заключается причина данного расхождения? Напомню, что «География» не является историческим сочинением и представляет собой компиляцию, составленную Страбоном на основе трудов его предшественников, среди которых важную роль играл Аполлодор из Артемиты [18, p. 279-281]. Часто сделанные им выписки - как в силу разновременности цитируемых авторов, так и из-за применения одного топонима или гидронима к различным объектам - противоречат друг другу. Так, например, при описании Закавказья Страбон сначала заявляет, что истоки Фасиса (Риони) находятся в Армении (Strab. XI. 2. 17), а чуть позже - в горах к северу от Иберии (Strab. XI. 3. 4). Переходя к народам, живущим к востоку от Каспийского моря, автор помещает тапиров между гир-канцами и ариями (Strab. XI. 8. 8), что делает их обитателями внутренних районов Северного Хорасана; а несколькими строчками ниже тапиры оказываются уже на побережье Каспия между дербиками и гирканцами (Strab. XI. 9. 1). Всё это позволяет предположить, что если не вся работа Страбона [18, p. 279], то, по крайней мере одиннадцатая книга оставалась неоконченной и неопубликованной до смерти автора.

Таким образом, противопоставлять Страбона Помпею Трогу можно только в том случае, если забыть о компилятивном характере «Географии» и игнорировать часть собранной её автором информации. Более того, оба сочинения совпадают в двух ключевых моментах: во-первых, подчёркивают иноземное по отношению к Парфиене происхождение Аршака, во-вторых, синхронизируют обретение парфянами независимости с отпадением Бактрии. Вместе с тем сделанные Страбоном выписки проливают свет на те споры, которые вели древние авторы по вопросу о происхождении Аршака и о дате завоевания Парфиены.

В связи с этим можно сделать два вывода: во-первых, нет серьёзных оснований отрицать, что в основе сообщений Зосима, Синкелла и Фотия лежит «Парфика» Флавия Арриана. Во-вторых, поскольку основной массив информации о возникновении Парфянского государства у Помпея Трога и Страбона заимствован из «Парфики» Аполлодора Артемитского [15, с. 90-93], следует восстановить историческую справедливость и наряду с традицией Арриана говорить о традиции Аполлодора.

Summary

A.S. Balakhvantsev. Two Antique Traditions on the Early History of Parthia.

The paper considers two traditions on the early history of Parthia known from the antique literature. A recent attempt to put this idea into question is discussed. Attention is paid to the fact that differences in the nature and integrity of the works of Zosimus, Syncellus, and Photius, as well as several versions of the origin of the Parthian state reflected in the works of Arrian and Strabo, should be taken into account when addressing this issue. Based on the above considerations, two conclusions are derived. Firstly, there are no compelling reasons to deny that the works of Zosimus, Syncellus, and Photius are based on Flavius Arrian's Parthica. Secondly, since the significant amount of information about the origin of the Parthian state

provided by Pompeius Trogus and Strabo was borrowed from Apollodorus of Artemita's Parthica,

we need to restore the historical justice and distinguish the tradition of Apollodorus along

with the Arrian's one.

Keywords: Parthia, Zosimus, Syncellus, Photius, Flavius Arrian, Strabo, Pompeius Trogus,

Apollodorus of Artemita.

Источники

Arr. Parth. - Flavii Arriani quae exstant omnia / Ed. A.G. Roos. - Lipsiae: B.G. Teubneri, 1968. - V. II. - 349 p.

Hdt. - Herodoti Historiae / Ed. H.B. Rosén. - Leipzig: B.G. Teubner Verlagsgesellschaft, 1987. - V. I. - 454 p.

Just. - M. Iuniani Iustini epitoma Historiarum Philippicarum Pompei Trogi / Ed. F. Ruehl. -Lipsiae: in aedibus B.G. Teubneri, 1886. - 315 p.

Polyb. - Polybius. Historiae / Ed. L. Dindorf; retract. T. Büttner-Wobst. - Leipzig: in aedibus B.G. Teubneri, 1893. - V. 3. - 430 p.

Procop. BP. - Procopii Caesariensis Opera omnia / Rec. J. Haury, G. Wirth. - Lipsiae: in aedi-bus B.G. Teubneri, 1962. - V. I (De Bello Persico). - 445 p.

Strab. -Strabon. Géographie. Livre XI / Texte établi et traduit par F. Lassere. - Paris: Les Belles Lettres, 2003. - T. VIII. - 179 p.

Suet. - C. Suetoni Tranquilli quae supersunt omnia / Ed. C.L. Roth. - Lipsiae: in aedibus B.G. Teubneri, 1877. - 357 p.

Sync. - Georgii Syncelli Ecloga Chronographica / Ed. A. Mosshammer. - Leipzig: B.G. Teubner Verlagsgesellschaft, 1984. - 469 p.

Theoph. Sim. Hist. - Theophylacti Simocattae Historiae / Ed. C. de Boor, cur. P. Wirth. -Stutgardiae: in aedibus B.G. Teubneri, 1972. - 437 p.

Thuc. - Thucydides / With Eng. transl. by C.F. Smith. - London: William Heinemann, 1959. -V. III. - 375 p.

Zos. - Zosime. Histoire nouvelle / Texte établi et traduit par F. Paschoud. - Paris: Les Belles Lettres, 1971. - V. 1. - 265 р.

Литература

1. Wolski J. The Decay of the Iranian Empire of the Seleucids and the Chronology of the Parthian Beginnings // Berytus. - 1956-1957. - V. XII (1). - P. 35-52.

2. Wolski J. Seleucid and Arsacid Studies: A Progress Report on Developments in Source Research. - Kraków: Polish Academy of Arts and Sciences, 2003. - 104 p.

3. Гаибов В.А., Кошеленко Г.А. Некоторые источниковедческие проблемы истории ранней Парфии // Вестн. древней истории. - 2009. - № 3. - С. 79-87.

4. Кошеленко Г.А., Гаибов В.А. «География» Страбона как источник по проблеме возникновения Парфянского и Греко-Бактрийского царств // Политика, идеология, историописание в римско-эллинистическом мире: Материалы Междунар. науч. конф., посвящ. 100-летию со дня рожд. проф. Ф.У. Уолбанка / Под ред. О.Л. Габелко. -Казань, 2009. - С. 102-108.

5. Musti D. Appendix. The Secession of Bactria and Parthia // The Cambridge Ancient History. - Cambridge: Cambridge Univ. Press, 1984. - V. VII (1). - Р. 219-220.

6. Brodersen K. The Date of the Secession of Parthia from the Seleucid Kingdom // Historia. - 1986. - V. 35. - P. 378-381.

7. Bevan E.R. The House of Seleucus: in 2 v. - London: Allen and Unwin, 1902. - V. I. -330 р.

8. Hdlbl G. A History of the Ptolemaic Empire. - London: Routledge, 2001. - 379 р.

9. Houghton A., Lorber C. Seleucid Coins. A Comprehensive Catalogue. Part I: in 2 v. -N. Y.; London: Amer. Numism. Soc., 2002. - 488 р.

10. Zosime. Histoire nouvelle / Texte établi et traduit par F. Paschoud. - Paris: Les Belles Lettres, 1971. - V. 1. - 265 р.

11. Sherwin-White S. Babylonian Chronicle Fragments as a Source for Seleucid History // J. Near Eastern Stud. - 1983. - V. 42, No 4. - P. 265-270.

12. Wolski J. Quelques remarques concernant la chronologie des débuts de l'Etat parthe // Iranica Antiqua. - 1996. - V. XXXI. - P. 167-178.

13. Перл Г. Эры Вифинского, Понтийского и Боспорского царств // Вестн. древней истории. - 1969. - № 3. - С. 39-69.

14. Бибиков М.В. Пути имманентного анализа византийских источников по средневековой истории СССР (XII - первой половины XIII в.) // Методика изучения древнейших источников по истории народов СССР / Под ред. В.Т. Пашуто. - М.: Наука, 1978. - С. 92-110.

15. БалахванцевА.С. К вопросу о времени и обстоятельствах возникновения «Парфики» Аполлодора Артемитского // Политика, идеология, историописание в римско-элли-нистическом мире: Материалы Междунар. науч. конф., посвящ. 100-летию со дня рожд. проф. Ф.У. Уолбанка / Под ред. О.Л. Габелко. - Казань, 2009. - С. 89-101.

16. Edson Ch. Imperium Macedonicum: The Seleucid Empire and the Literary Evidence // Classical Philol. - 1958. - V. 53, No 3. - P. 153-170.

17. Балахванцев А.С. Аршак I или Андрагор: кто был основателем Парфянского государства? // Восток (Oriens). - 2013. - № 3. - С. 15-21.

18. Drijvers J. W. Strabo on Parthia and the Parthians // Das Partherreich und seine Zeugnisse: Sources and Documentation. Beiträge des internationalen Colloquiums, Eutin (27-30 Juni 1996) / Ed. J. Wiesehöfer. - Stuttgart, 1998. - P. 279-293.

Поступила в редакцию 14.06.14

Балахванцев Арчил Савелич - кандидат исторических наук, научный сотрудник отдела истории и культуры Древнего Востока, Институт востоковедения РАН, г. Москва, Россия.

E-mail: balakhvantsev@gmail.com