Рубль — критерий практики

Рубль — критерий практики

Банковский надзор становится более материальным

Банк России хочет ввести более чувствительную для банков материальную ответственность за различные нарушения, сомнительные и недобросовестные практики, а также высокий риск-профиль. Существующий подход к регулированию и надзору прежде всего ориентирован на административное воздействие. Теперь ЦБ хочет перенастроить оценку как уровня риска банков, так и качества управления ими. Однако, предупреждают эксперты и участники рынка, найти справедливый баланс между тяжестью нарушений и соразмерностью наказания будет непросто.

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

Небинарный надзор

На встрече с банкирами, организованной Ассоциацией банков России (АБР) 1 марта, топ-менеджеры ЦБ в своих выступлениях обозначили новое направление надзорной практики. Регулятор собирается усовершенствовать экономическое воздействие на банки, сделав «невыгодным» рискованное поведение банкиров.

«ЦБ будет стремиться влиять на поведение участников рынка не только и не столько угрозой применения мер административного характера, то есть применением мер надзорного реагирования вплоть до отзыва лицензии, но и применением мер экономического воздействия,— заявил первый зампред Банка России Дмитрий Тулин.— Когда имеешь дело с добросовестными участниками рынка — а их абсолютное большинство осталось,— то, конечно же, не хочется применять меры, которые приводят к закрытию бизнеса».

Сейчас, считают в ЦБ, система выполнения требований по нормативам «построена по бинарному принципу»: соблюдаешь — все работает, не соблюдаешь — применяются меры надзорного реагирования. В самом жестком варианте они приводят к исключению из системы страхования вкладов и лишению лицензии. По словам главы ЦБ Эльвиры Набиуллиной, цель регулятора в том, «чтобы банки несли материальную ответственность за повышенный риск для кредиторов и вкладчиков и чтобы агрессивное поведение на рынке, нарушение прав и интересов потребителей было невыгодным».

Основная идея состоит в том, что банки с высоким риск-профилем должны будут платить больше взносов в Фонд обязательного страхования вкладов (ФОСВ) АСВ. По данным на начало марта 2024 года, объем ФОСВ составлял 386 млрд руб. Это небольшая сумма по сравнению с суммой страхуемых средств, подчеркивал глава АСВ Андрей Мельников в начале марта. Так, объем подлежащих страхованию вкладов на тот момент составлял почти 61 трлн руб., а размер страховой ответственности — 32 трлн руб., уточнили в агентстве.

Действующая шкала ставок отчислений в ФОСВ введена в 2015 году. Исходно в ней было три ставки — базовая, дополнительная и повышенная дополнительная, но в январе 2024 года дополнительная ставка взносов была упразднена. Остались базовая (0,12%) и повышенная дополнительная (0% до конца второго квартала). В 2023 году банки перевели в фонд АСВ 235,9 млрд руб., в 2022 году — 211,4 млрд руб. Согласно отчетностям МСФО, расходы Сбербанка, связанные непосредственно со страхованием вкладов, в 2023 году составили 105,1 млрд руб., ВТБ — 44,8 млрд руб., РСХБ — почти 9,8 млрд руб., Совкомбанка — 4,1 млрд руб., МКБ — 3,2 млрд руб.

Банкиров в первую очередь интересует, как будут меняться ставки. Но ни в ЦБ, ни в АСВ пока ничего определенного по этому поводу не говорят. Зато уже вполне официально обсуждается, от чего величина ставок может зависеть.

Зонирование нормативов

Среди возможных механизмов, которые обсуждаются,— привязка механизма дифференциации ставок к выполнению отдельных нормативов, так называемые зонированные нормативы с предельными и сигнальными значениями, которые разрабатывает ЦБ.

Например, если сейчас какой-либо обязательный норматив не выполняется, банк может быть отключен от системы страхования вкладов, госпрограмм или потерять лицензию. Задача регулятора — ввести в систему экономический стимул, увеличивающий расходы нарушителей. Он может появиться в отношении нормативов концентрации и продвинутой ликвидности, но вряд ли затронет базовые нормативы по достаточности капитала и ликвидности.

Как может выглядеть схема зонирования, ЦБ раскрыл в феврале на примере нового норматива краткосрочной ликвидности для системно значимых банков (может стать обязательным в 2026 году). Например, по текущему нормативу ликвидности не предполагается возможность его нарушения, в новом — возникает «оранжевая зона», в случае нахождения в которой банк будет платить повышенные взносы в АСВ.

Еще один способ установления «материальной ответственности» — привязка величины ставки отчислений к риск-профилю банка через систему «надзорных рейтингов». Это новая методика оценки экономического положения банков, которую планируется внедрить с 2026 года. Во втором полугодии 2024 года в ЦБ обещают представить консультационный доклад по поводу нового механизма. Сейчас проводится тестирование количественного блока показателей (эквивалент кредитного рейтинга), обсуждается новый подход к оценке качества управления банками.

Применение для нового регулирования «старых и привычных» оценок экономического положения банков может создать проблемы, считает управляющий директор «Эксперт РА» Юрий Беликов: «В части финансовых показателей они практически не обеспечивали никакой существенной дифференциации кредитных организаций. А в части качественных показателей — оценок качества управления, внутреннего контроля, ПОД/ФТ — имели поздний характер реагирования на имеющиеся проблемы». Такие оценки, подчеркивает эксперт, непредиктивны.

В новых «надзорных рейтингах», пояснили в АСВ, в зависимости от ранжирования банков по уровню риска и будет устанавливаться ставка отчислений в ФОСВ. Одновременно дифференциация ставок рассматривается как стимулирующая мера, например, к удлинению пассивов. Возможность установления ставок взносов по долгосрочным вкладам ниже, чем по краткосрочным, обсуждается, подтвердили в АСВ.

Мотивация в резерве

По мнению вице-президента АБР Алексея Войлукова, регулятор может применить и дифференцирование отчислений в Фонд обязательных резервов (ФОР, средства банков на счетах в ЦБ). Фактически это обязательства перед вкладчиками (и физлицами, и юрлицами), часть которых банки должны держать в резерве. Сейчас размер обязательных резервов по отношению к обязательствам по рублевым привлечениям составляет 4,5% для банков с универсальной лицензией и НКО и 1,0% для банков с базовой лицензией; по «дружественным» валютам — 6%, по «токсичным» валютам — 8,5%.

Дифференциация отчислений в ФОР «в принципе возможна», соглашается управляющий директор, руководитель группы рейтингов финансовых институтов АКРА Валерий Пивень: «Но этот инструментарий более ориентирован на управление ликвидностью банковской системы, в то время как из отчислений в АСВ формируются средства, которые могут быть направлены на выполнение обязательств проблемных банков».

Помимо прочего, ЦБ планирует ужесточать и штрафы. В частности, это должно помочь в борьбе с сохраняющимся мисселингом. Нынешний размер штрафов (до 0,1% минимального размера уставного капитала) «нематериален для банков», говорила Эльвира Набиуллина, поэтому его могут повысить до 1% капитала. В 2023 году ЦБ получил 325,3 тыс. жалоб от потребителей финансовых услуг, из них 2,3 тыс. жалоб были на мисселинг (вдвое меньше, чем в 2022 году).

В качестве мер воздействия на банки ЦБ может изменять для них обязательные нормативы, отмечает руководитель департамента внутреннего аудита и управления рисками аудиторско-консалтинговой компании ФБК Роман Кенигсберг: «Как вариант — ввести надбавки к буферу капитала, чтобы осложнить банкам с неподобающим поведением выплату дивидендов».

Несмотря на то что регулятор в значительной степени расчистил банковский рынок, недобросовестные практики по-прежнему встречаются, признают эксперты. «Главное, чтобы применение нового инструментария ЦБ и его масштабы были прозрачны и ясны всем участникам рынка, в таком случае банки смогут более четко понимать, что им может грозить и за что,— подчеркивает господин Войлуков.— Бывают ситуации, в которых банк, зная, что ему грозит маленький штраф, может идти на осознанные небольшие временные нарушения. Новый подход ЦБ, скорее всего, приведет к тому, что банки не будут прибегать к осознанным нарушениям».

Эффективность справедливости

Пока участники рынка не готовы оценить, насколько обновление регулирования изменит структуру и состав сектора. В этом году уже три банка лишились лицензии (см. “Ъ” от 22 февраля и 23 марта). Сейчас в РФ работает 320 банков и 37 небанковских кредитных организаций. По мнению главы совета директоров Первоуральскбанка Михаила Брюханова, «более индивидуальный и дифференцированный» подход ЦБ к наказанию банкиров может привести «к сокращению числа отзывов лицензий и повышению доверия к банкам».

Самой сложной задачей для ЦБ будет сделать материальную мотивацию одновременно справедливой, оправданной и эффективной. Пока эксперты не могут сказать, какой должна быть материальная ответственность, чтобы повлиять на банк, но не разрушить его бизнес. Например, Михаил Брюханов считает, что материально ощутимым и эффективным будет штраф до 10% от капитала.

Вместе с тем «чувствительность к воздействию» напрямую связана со стратегией банка. Как считает Роман Кенигсберг, «банки, которые живут одним днем, постараются уйти от материальной ответственности». По его оценке, наиболее эффективным инструментом воздействия выглядит прекращение или временное ограничение деятельности, однако для банков, ориентированных на честный бизнес, штраф или надбавка к взносу в Фонд страхования вкладов «может стать сигналом о необходимости скорейшего исправления».

«Конкретные подходы и планы ЦБ будет обсуждать с банковским сообществом»,— заверил господин Тулин. По оценке господина Войлукова, выработка и внедрение нового подхода могут занять два-три года.