"Дон" за бетонным забором

Единственный выезд на платный участок трассы "Дон", находящийся между пропускными пунктами, "Автодор" перегородил бетонными блоками, лишив обитателей окрестных поселков возможности воспользоваться дорогой за деньги. Поэтому теперь они бесплатно выезжают на нее по встречке. Впрочем, есть шанс, что после окончания реконструкции трассы им все-таки позволят платить за проезд.

Открытие нового платного участка трассы Москва--Дон началось со скандала. После трехлетней реконструкции на участке с 48-го по 71-й км, который с 15 июня становится платным, на 62-м км от Москвы был перекрыт выезд на трассу в сторону Москвы. Из телерепортажей следовало, что этим выездом пользовались несколько десятков тысяч жителей близлежащих поселков. А госкомпания "Российские автомобильные дороги" ("Автодор"), занимавшаяся расширением дороги, перекрыла его бетонными блоками.

Упитанный мужчина указывал телевизионщикам куда-то вдаль, описывая тропы, которыми теперь вынуждены выбираться дачники из Барыбино, Гальчино и других поселков. Был там какой-то хитрый объезд через бензоколонку, показывали разбитую грунтовку посреди поля. Особенно дачников возмущал сам факт того, что им не предоставили выбора — ехать в Москву по платному "Дону" или объезжать 10 км по бесплатной старой Каширке и там уже выбираться на "Дон".

Разузнать все подробности конфликта у самих барыбинцев мы с редакционным фотографом Глебом Щелкуновым решили в субботу днем. Фотограф выступал и в роли штурмана: на свою дачу он добирается как раз по этой трассе. К участку, с которого должна была начинаться реконструированная дорога "Дон", мы добрались без приключений. Огромный баннер предупреждал о наличии платной трассы впереди и указывал съезд на бесплатную альтернативную дорогу. Указатель 48-го км, где должна начинаться отремонтированная дорога, мы проехали, но ничего не произошло. Только ближе к 49-му км качество дороги вдруг заметно улучшилось.

При подъезде к пунктам оплаты на 51-м км дорога становится существенно шире. Десяток кабинок для взимания платы работали в тестовом режиме. Проехав шлагбаум и получив буклет "Автодора", мы увидели съезд с паркингом и постройками. Одна из них — центр продажи смарт-карт, который должен работать с 1 июня, другая — центр управления платным участком трассы.

На мое "здрасте" на улицу вышел молодой парень в форме с надписью "Автодор". Я стала расспрашивать его про дорогу, пробки и прочие неприятности. "Пробки случаются, сбои бывают. Но мы сейчас как раз и отлаживаем все программное обеспечение. Пока вот работаем на испанском. Потом будет наше". На мой вопрос, не слыхал ли он о скандале в Барыбино, он ответил, что, конечно же, слышал: "Один дурак сказал, а все и подхватили".

Покинув радушных сотрудников "Автодора", при выезде на трассу я обратила внимание на отсутствие здесь полосы разгона. Выезжать из кармана приходилось сразу в правый ряд трассы. По нему шли большие фуры. На пункте оплаты в крайнем правом ряду козырек, возвышавшийся над всеми остальными пунктами проезда, отсутствовал, чтобы там мог проехать самый высокий транспорт. Вспомнилось, как пресс-секретарь "Автодора" объясняла журналистам, что барыбинский съезд был закрыт как раз из-за отсутствия полосы разгона. А она нужна в случае с трассами класса А, где скорость потока 110 км/ч.

Неожиданная развязка

Когда мы свернули на развязку на 62-м км (чтобы попасть в Барыбино, нам требовалось проехать по мосту), оказалось, что дорожное движение здесь организовано в соответствии с теорией хаоса. Мы сами чудом не поехали по встречной полосе моста. Хотя простейшая логика подсказывала, что ехать надо именно по встречке. Уже позднее, когда, съехав с моста к выезду в Барыбино (там стоял огромный бетонный блок, дальше была перекопанная земля), мы выбирали место для съемки, стало очевидно, что каждый пятый автомобиль съезжает с моста именно по встречной полосе. Проблема с выездом на платную трассу тоже, конечно, была: водителям все-таки было неудобно выезжать на "Дон" по встречной полосе.

Если выезд на трассу в сторону Москвы был закрыт, то съезд с самой платной трассы на эту развязку "Автодор" перекрыть, разумеется, не мог. Глядя на то, что здесь творится, мы с фотографом даже в шутку стали переживать: жаль, что мы не гаишники, озолотились бы здесь меньше чем за полчаса.

Многие водители останавливались, чтобы спросить у нас дорогу. Некоторые разворачивались и по встречке выезжали бесплатно на платный "Дон". Рядом с нами остановилась фура. Водитель, представившийся Дмитрием, спросил, не потерялись ли мы. Мы сказали, что пишем репортаж о трассе "Дон". Выяснилось, что он здесь часто ездит по работе: "Здесь и раньше и дороги, и развязка были никудышние. А сейчас и вообще стало все плохо". Как мы поняли, водители фур, с которых будут брать днем 120 руб. и ночью 40 руб. (с легковушки — 30 руб. днем и 10 руб. ночью) за 23 км дороги, оценивают проект "Автодора" негативно.

Попрощавшись с водителем фуры, который стал ее разворачивать, чтобы выехать по встречке на платный "Дон", мы пошли к другой машине, которая остановилась неподалеку. Мужчина за рулем пытался добиться чего-то путного от навигатора. Рядом с ним на пассажирском месте сидела старушка. Оказалось, что это москвичи, которые едут из Михнево (дальний от Москвы пропускной пункт оплаты на 71-м км). Они тоже искали дорогу, пытаясь найти путь в Москву в обход и "Дона", и старой Каширки.

"Что по "Дону", что по Каширке мы добирались на дачу где-то за полтора часа,— рассказывала нам старушка.— Сейчас дорога занимает четыре часа. По "Дону" мы стараемся не ездить, наши соседи недавно разбили там машину. Соседка отбила себе всю голову, пока ехала". Переглянувшись с фотографом, мы засомневались и уточнили, было ли это на платном участке дороги. "Да, да именно там",— уверяла нас старушка. "Теперь мы там не ездим. Вот ищем поселковые дороги, по которым можно попасть в Москву,— подключился к беседе мужчина-водитель.— А вообще, дороги у нас убили полностью, развалили все".

Попрощавшись со словоохотливыми москвичами, мы с фотографом все-таки решили, что версия с разбитой головой на платной трассе сомнительна. Платный участок, по которому мы сюда приехали, был, конечно, не автобаном, но очень приличного качества. Неподалеку от места нашего общения с водителями был виден большой поселок. Мы решили поехать туда и расспросить местных жителей о закрытом съезде.

"Когда перекроют, тогда уже и возьмем вилы..."

Проехав по проселочной дороге вперед, мы оказались в микрорайоне Барыбино, о чем сообщал придорожный указатель. Свернув на первом же повороте в поселок, поехали между добротными глухими заборами, за которыми были видны добротные же дома, чередующиеся с замками. Один из заборов был кованым. На наш зов подошел молодой мужчина, как выяснилось, тоже москвич. Узнав, кто мы и зачем приехали, удивился. Из его слов выходило, что жители Барыбино отнеслись к перекрытому съезду гораздо спокойней, чем мы, журналисты, приехавшие отстаивать их права. "Да, съезд перекрыли. Ну а что тут поделать? — говорил он спокойно. Пока можно проехать вперед, к "Заре", и выехать на "Дон" через стоянку грузовиков. Этот выезд, вероятно, потом закроют. Значит, будем ездить по Каширке. Ничего не поделаешь".

Попрощавшись, мы проехали дальше, нашли открытую калитку и окликнули хозяев. К нам вышел молодой человек, назвавшийся Сергеем. На наш вопрос "как в Москву ездите?" он ответил: "Как все: нарушаем". "В принципе,— продолжал он,— можно проехать 15 км назад в Михнево и там выйти на платный участок. Но пока ездим по встречке. Если закроют, вот тогда уже вилы возьмем..." Как мы поняли, жители Барыбино опасаются, что после нашего приезда им закроют и въезд со стороны области.

Обратно мы решили проехать по альтернативной дороге. Свернув с путепровода в сторону Москвы, ехали по старой Каширке, по возможности объезжая ямки и ямы. Через несколько километров дорога стала гораздо лучше, и до бетонки, с которой вернулись на "Дон", доехали очень быстро.

ГЧП по-русски

Казалось бы, реализуя проект реконструкции федеральной трассы, "Автодор" не мог не учитывать, что его решение о перекрытии выезда вызовет крайне негативную реакцию населения. Все проекты, связанные с платными дорогами, будь то история с трассой Москва--Петербург и вырубкой Химкинского леса или открытие платного участка той же трассы "Дон" в Липецкой области, сопровождались скандалам. И в "Автодоре", который создавался для развития сети платных дорог в стране, не знать этого не могли.

На проект реконструкции участка трассы "Дон" с 48-го по 71-й км "Автодору" было выделено 6 млрд руб. Проектировщиком дороги выступал "Союздорпроект", на сайте которого утверждается, что специалисты этой компании выступали консультантами в проектах дорожного строительства в 44 странах мира. Если это так, то проигнорировать необходимость организации выезда на 62-м км, где находится ряд населенных пунктов, проектировщики не должны были. Администрация городского округа Домодедово, к которому с 2004 года был присоединен Барыбинский микрорайон, неоднократно писала письма министру транспорта Левитину о недопустимости возникновения такой проблемы.

Ни о каком альтруизме со стороны администрации Домодедово, впрочем, речи не было. Обращая внимание министра транспорта на возможность возникновения транспортного коллапса, чиновники Домодедово пытались получить финансирование из федерального бюджета на реконструкцию альтернативной дороги — Каширского шоссе. Не получили.

Суть происходящего более или менее прояснилась после того, как пресс-секретарь "Автодора" Екатерина Варенова рассказала журналистам о позиции дорожного агентства. По ее словам выходило, что выезд на 62-й км трассы М4 "Дон" не был санкционирован, но если его отсутствие будет в дальнейшем создавать транспортные проблемы, "Автодор" сможет организовать здесь все требуемые работы в рамках "проекта комплексного обустройства участка трассы М4 между 21-м и 225-м километрами". Реализовать этот проект, на который должно быть выделено отдельное финансирование из бюджета, планируется уже в 2013-2014 годах. Однако, как сообщили "Деньгам" в "Автодоре", его основные параметры, включая общий объем инвестиций, пока не определены.

Все проекты по созданию сети платных дорог "Автодор" осуществляет в рамках государственно-частного партнерства (ГЧП), заключая концессионные соглашения с частными инвесторами. Общий смысл концессии таков: дорога строится либо полностью за счет государства, либо с участием частных инвесторов, а затем передается под управление частного оператора, скажем, на срок 10 лет. По идее часть средств оператор отдает "Автодору", а часть забирает себе. Задачей частного оператора является эксплуатация этой дороги, ее ремонт, создание технологических систем управления, оборудование ее пунктами взимания платы и т. п.

Например, "Автодор" от введения платных участков дорог на трассе М4 "Дон" рассчитывает получать с 2013 года порядка 3 млрд руб. в год. Для реконструкции участка трассы "Дон" с 48-го по 71-й км инвестор не привлекался. Сейчас "Автодор" готовит конкурс по выбору оператора по управлению сектором федеральной трассы "Дон" с 21-го по 225-й км (в него войдет и платный участок). Планируется, что из 1,5 тыс. км трассы М4 "Дон" до 2015 года станут платными почти 650 км.

Первый конкурс на заключение операторского контракта, объявленный "Автодором" в прошлом году на этой же трассе М4 "Дон" с 225-го по 633-й км (куда входит уже действующий платный участок в Липецкой области) выиграло СП "Объединенные системы сбора платы". Это СП австрийской Kapsch и компании "Мостотрест", которая на 25% принадлежит структуре Аркадия Ротенберга. Стоит заметить, что в другом проекте — строительстве платного участка (с 15-го по 58-й километр) на трассе Москва--Санкт-Петербург — партнерами структур Аркадия Ротенберга в СП "Северо-западной концессионной компании" выступал прямой конкурент Kapsch — французская компания Vinci.

До недавнего времени компания "Мостотрест", как и большинство других отечественных операторов, не проходили по формальным критериям конкурсного отбора "Автодора". Скажем, таким требованиям, как 10-летний опыт управления дорогами и объем сборов за предыдущий календарный год в размере не меньше 10 млрд руб., соответствовали как раз крупнейшие международные инфраструктурные компании — такие как французская Vinci или австрийская Kapsch.

Впрочем, сейчас Аркадий Ротенберг со своими партнерами могут обойтись и без создания СП, выступая в качестве претендентов на оперативное управление участком федеральной трассы М4 "Дон" самостоятельно. Дело в том, что 25 апреля 2012 года был принят и 6 мая 2012 года вступил в силу Федеральный закон N38-ФЗ, меняющий порядок регулирования концессионных соглашений преимущественно в отношении объектов дорожного строительства. По словам одного из экспертов, главной изюминкой новой редакции закона стала "возможность заключения концессионных соглашений без проведения конкурса с назначенными правительством РФ лицами, а также возможность внесения в уже заключенное концессионное соглашение любых изменений по соглашению сторон".

У государства большие планы по развитию сети платных дорог. Согласно утвержденной правительством программе, до 2019 года на развитие такой сети планируется направить около 1,4 трлн руб. В случае с трассой М4 "Дон", если проект комплексного обустройства участка трассы М4 между 21-м и 225-м километрами все же появится, можно будет точно подсчитать, сколько в результате государство потратило денег. А когда будет выбран и оператор по ее управлению, водители смогут узнать, кому они платят за дорогу, полностью облагороженную за их счет.