Функционирование мифологем испанского языка в лингвокультурном контексте

УДК 398

функционирование мифологем испанского языка в лингвокультурном контексте

В статье рассматриваются особенности функционирования мифологем в испанской лингвокультуре и отражение мифологической картины мира в культуре и мировоззрении народов Иберийского полуострова. В статье приводятся результаты анализа особенностей восприятия некоторых наиболее распространенных мифологем в испанской лингвокультуре, описываются поверья и обряды, связанные с персонажами испанских (иберийских) мифов и легенд.

Ключевые слова: мифологема, мифологическая картина мира, символизм, испанская мифология.

Е. В. Козловская E. V. Kozlovskaya

functioning of the spanish language mythologemes in the lingua-cultural context

The given article considers features of some mythologems in the Spanish language culture and reflection of a mythological picture of the world in culture and world view of people of Iberian Peninsula. The article gives analysis results of the perception features of some most widespread Spanish mythologems, and describes the certain beliefs and ceremonies connected with characters of the Spanish (Iberian) myths and legends.

Keywords: mythologem, mythological picture of the world, symbolism, Spanish mythology.

Мифологическая лексика представляет особый интерес, поскольку передает собственное историко-националь-ное видение мира. Сложность восприятия мифологических единиц (мифологем) носителями других языков и культур предполагает их рассмотрение в контексте лингвокультуро-логии. Мифы, саги, сказания и легенды обладают не только неповторимым колоритом, но и ярким национальным характером. В данной статье мы постараемся показать, что является наиболее характерным именно для испанских мифов и легенд.

Испанская (или иберийская) мифология - это синтез нескольких мифологических систем, языческих верований и суеверий, закрепившихся в сознании испанского народа. За некоторым исключением, в мифах и сказаниях, существующих по меньшей мере на пяти языках (испанском, баскском, каталанском, галисийском и астурийском), оригиналы и сюжеты, герои и символы, а также фантастические существа в каждой области называются по-разному. Этносы этой многонациональной страны сумели сохранить свои обычаи и язык, верования и суеверия, и это отразилось на нескольких, сосуществующих на полуострове мифологических системах.

Так, каталонская ведьма весьма похожа на общеиспанских и общеевропейских ведьм, но все же имеет некоторые отличия. Наряду с обычной ведьмой (bru/a/Бруха), каталонцы могут пугать еще и появлением Песанты (Pessanta от кат. pesar «весить», в совр. кат. - Pesanta). Это фантастическое существо, подобие ведьмы, способное перевоплощаться в животное. Песанта может напасть только на спящего человека, навалившись на него всем своим весом, что вызывает кошмарные сны или лишает дыхания: "Así le sucedió a una niña, que ninguna noche lograba librarse de aquella presión y terminó gravemente enferma y con el miedo agarrotándole siempre el pecho, hasta el punto de no poder conciliar el sueño, porque todo era dormirse y sentir el isoportable peso del monstruo" [1, с. 17]. (Это произошло с одной девочкой, которую каждую ночь мучили приступы удушья, и, в конце концов, она тяжело заболела из-за недостатка сна, так как она боялась засыпать, поскольку, засыпая, она ощущала на

себе огромный вес невидимого чудовища, который душил ее. (Здесь и далее перевод наш. - Е. К.)).

Кроме сказочных персонажей, среди каталонских мифологем встречаются упоминания о святых. Примером может служить каталонская легенда («Sant Jordi y el dragón»/«Сaн Жорди и Дракон»), которая своим содержанием напоминает древнегреческие легенды о появлении близ какого-либо поселения ужасного чудовища, требующего от жителей этого поселения каждый день приносить ему в жертву одну девушку. Затем появляется герой, ранее неизвестный, и спасает бедную жертву.

Другой интересный персонаж испанской мифологии, известный на территории Валенсии и Каталонии, Ratoncito Pérez/Мышонок Перес или (el Angelito/Ангелок. Это мифологическое создание знакомо всей Испании, но в разных областях называется по-разному, что объясняется культурными особенностями каждой из областей. Например, в Стране Басков это Mari la del tejado, в Каталонии -el Angelito, в Кантабрии - La Ardilla de los dientes / Зубная Белка и т. д. Заметим, что этот персонаж также встречается и в английской мифологии и известен там как Зубная Фея.

Существует такая традиция: когда у ребенка выпадает молочный зуб, он должен положить его под подушку или на прикроватный столик, и с наступлением ночи придет Ratoncito Pérez, который заберет этот зуб и вместо него оставит ребенку подарок: "Así que cogió el diente del eche y a cambio le dejó al niñ la moneda de plata" [2, с. 39]. (Мышонок забрал молочный зуб малыша, а взамен оставил ему серебряную монетку).

В христианстве мышь всегда ассоциировалась со злом и разрушительной деятельностью, в Европе в Средневековье - с вороватым и ненасытным животным, но кельтское влияние все-таки взяло верх, и на примере данной легенды мы видим, что мышь стала символом скромной щедрости. Также в кельтской мифологии этому животному приписывалась скрытность и бережливость. Вот почему именно мышь была выбрана в качестве «хранителя» детских зубов. Считалось, что Ratoncito Pérez уносит и прячет зуб в надежном месте, где он будет храниться всегда.

В Каталонии и Кантабрии также существуют обряды по избавлению от уже ненужного зуба: дети выходят на улицу со своим зубом в руке и кидают его на крышу дома, откуда ночью его забирает либо белка (в Кантабрии), либо Зубной Ангелок (в Каталонии).

В испанской мифологии в целом распространены верования во всевозможных ведьм, колдунов, водных духов, домовых и т. д., однако, как уже говорилось, у верований существуют и территориальные особенности. Так, кастильская мифология характеризуется тем, что сочетает в себе христианские, вестготские и мусульманские черты. Во многом мифы данной территории очень похожи между собой. Один из наиболее распространенных персонажей испанских мифов и поверий в целом - домовой - на территории Кастилии имеет свои характерные отличительные черты.

Во-первых, это наименование домового. В разных областях Испании их называют по-разному: duend /Дуен-до - в Валенсии и Кастилии, а также - mal/smo/Мализмо, duende Martinico/ Дуенде Мартинико, enemiguillo/Энемигийо, trasgo/Трасго, foltet/Фойет - в Каталонии и Арагоне, в Галисии - tardo/Тардо, в Астурии - trasgu/о/Трасгу/о.

Во-вторых, домовые различаются по месту своего обитания. Они живут в укромных местах дома: на чердаках, в подвалах и погребах, кладовых и амбарах, часто на кухне - поближе к еде, в Андалусии - на конюшнях.

Упоминание об одном кастильском представителе домовых часто встречается в испанской литературе Золотого Века. Malismo по своему описанию очень напоминает лесного обитателя северных стран - тролля: "Malismo es de feas facciones, babeante, lleno de pelos que le cubren todo el cuerpo en largas y grasientas melenas y muy agresivos" [2, с. 23]. (Мализмо очень агрессивное уродливое существо, чье тело густо покрыто волосами, которые образуют у него на голове густую гриву).

Само слово malismo происходит от malacosa, что в переводе означает «плохая вещь» или «плохой поступок». И ведь не зря его именно так прозвали; malismo совершает всегда только плохие поступки, заведомо зная, что это может кому-нибудь навредить. Считается, что эти существа обитают в мрачных пещерах или темных гротах, как и остальные ночные мифические существа. Некоторые из них охраняют сокровища, скрытые под землей, от людских глаз и никогда не выходят на поверхность земли, так как солнечный свет может их уничтожить. Эти домовые считаются самыми опасными из всех существующих, поскольку они очень искусны в колдовстве.

Кастильская мифология также богата всякого рода страшилками для детей. Одним из наиболее ярких персонажей является El Bú / Ель Бу, который описывается как огромный человекообразный филин с очень большими крыльями. У него громадные красные глаза, при виде которых их жертва застывает на месте от страха. Его клюв острый, как лезвие, а его когтистые лапы, как волчий капкан, из которого невозможно вырваться. El Bú забирается в дома через окно и уносит непослушных детей в свое логово, которое, как правило, находится в темной пещере в дубовой роще (считается, что дуб был священным деревом у кельтов, поэтому принято считать, что El Bú также является кельтским наследием в мифологии Испании).

В Кастилии мамы и бабушки часто прибегали к помощи этой страшилки, чтобы поскорее уложить спать непослушных детей: они открывали окна в комнате и начинали звать El Bú: "Duérmete mi niño // Que ya viene el bú // Que se lleva a los niños // Así como tu // "Landú, landú, serenadito landú // cierra tus ojos niñito o vendrá el Bú" [3, с. 57]. («Засыпай, моя малютка, // А не то придет Ель Бу, // Который уносит с собой таких непослушных детей, // Как ты. // Ланду, ланду, спи спокойно ланду, // Закрывай глазки, малютка, а не то придет Ель Бу»).

Кроме того, этот мифоним нашел свое отражение в топонимических названиях. Например, в горах Толедо есть хребет El cerro del Bú. Это место вдохновило на создание многочисленных легенд, среди которых стоит упомянуть «Las puertas del infierno» («Врата Ада») и «Cueva de Hércules» («Геркулесова Пещера»).

Области Андалусии и Мурсии находились под сильным влиянием Арабской Империи, что и наложило свой отпечаток на богатую мифологию данного региона. Легенда "La Mulata de Córdoba" («Чародейка из Кордобы») - один из примеров этого влияния. Это история о прекрасной девушке арабского происхождения, которая обладала даром врачевания и была неописуемо прекрасна, но вскоре люди стали думать, что она ведьма и ее красота - это дьявольский дар за ее служение ему. Легенда заканчивается тем, что ее обвиняют в колдовстве и запирают в башне, откуда она исчезает загадочным способом (нарисовав на стене лодку, она всходит на нее, и лодка уплывает). Стоит отметить, что подобные легенды очень распространены на территории данной области, часто встречаются и за ее пределами. Со временем слово Mora (Mulata) утратило свое первоначальное значение «мавританка» и стало употребляться в качестве указания на ведьму, независимо от того, какого цвета была ее кожа и какого она была происхождения.

Интересен и тот факт, что очень часто считалось, что мавры (или арабы) знали различного рода заклинания, владели черной магией и поклонялись дьяволу. Возможно, это происходило из-за расхождений в вопросах веры, этим объясняются и столь частые казни мавров и мавританок в период Инквизиции. Кроме того, во времена Инквизиции красота часто считалась чем-то преступным, противозаконным, противоестественным и связанным с темными силами и нечистыми. "Con el tiempo la gente llegó a sospechar de su singular belleza, de la gran facilidad para curar a los enfermos y de su eterna soltería, así que no tardó en esparcirse el rumor de que La Mulata era bruja y amante del diablo, razón por la cual podía curar cualquier enfermedad además de mantenerse siempre joven y hermosa..." [4, с. 30]. (Прошло время, и среди людей стали распространяться слухи о том, что Чародейка была ведьмой и приспешницей дьявола, который, помимо неземной красоты, наделил ее бессмертием и талантом излечивать любую болезнь).

Так же, как и остальные мифологические персонажи, ведьма имеет разные названия в зависимости от региона. Так, в различных областях для их номинации используются и некоторые другие устаревшие или узко локальные мифо-нимы: jorguín, jorguina / Хоргин/а - в Кантабрии, meigo/a / Мейго/а - в Галисии, sorguín, sorguina / Соргин/а - в Стране Басков. Вера в колдовские чары ведьм распространилась

в Европе и прежде всего в Германии, Франции, Италии и Испании довольно поздно и почти одновременно - в XIII веке, а в испанской литературе первые упоминания о них относятся к Золотому веку (о них говорится у Сервантеса, Тимо-неды, Аларкона и многих других).

Особенностью мифологии другой области Испании, Эстремадуры, можно считать частое появление во многих легендах и мифах людей-волков, которые на территории Испании встречаются только в мифах горных областей (преимущественно на севере и на западе страны - Галисия, Астурия и т. д.). На территории Экстремадуры ликантропия (вера в людей-волков и мифы о них) характерна для пограничных зон с Португалией (где данная мифологема также получила широкое распространение), хотя такие рассказы не редкость и для остальной территории провинции.

"El martes en la familia de Torrillo nació el séptimo varon de sucesión... trece años más tarde en el pueblo empezó una serie de asesinatos crueles y misteriosos...los ancianos decían que eso era la culpa de la familia maldicha de Torrillo y de su hijo lobisome..." [5, с. 52]. (Во вторник в семье Торильо родился седьмой подряд мальчик, а тринадцатью годами позже в деревне началась череда жестоких и таинственных убийств. Старики поговаривали, что это происходило по вине проклятой семьи Торильо и оборотня, появившегося в этой семье). Этот отрывок из бадахоской легенды как нельзя лучше характеризует данную мифологему. Во-первых, человек-волк (другими словами, оборотень) имеет название не Lobo Hechizado или Hombre Lobo, как в других областях, а Lobisome, что объясняется географической близостью Бадахоса (приграничный город Эстемадуры) с Португалией, чья мифология во многом повлияла на мифологическую систему Эстремадуры. Именно в Португалии, говоря о ликант-ропии, употреблялись названия lobisome или lobusome.

Во-вторых, предрассудки и вера в существование людей-волков связаны с появлением на свет седьмого подряд ребенка (мальчика), который считался проклятым и неизбежно должен был стать оборотнем (в случае если это семь последовательно рожденных девочек, седьмая должна была стать ведьмой). Считалось, что по достижении тринадцати лет этот мальчик каждую ночь на Ивана Купала (San Juan) превращается в волка, в некоторых случаях это могло случаться чаще - каждое полнолуние либо в ночь на пятницу. На остальной территории страны, как правило, появление оборотня связывается с проклятьем, от которого можно избавиться и вернуть человеческий облик несчастному, сделав ему кровопускание на правой лапе до восхода солнца: "Antes de que vuelva a salir el sol debes efectuándole al Hombre Lobo una sangría en la pata derecha y soló entonces podrás volver a tu novio..." [5, с. 49]. (До того как взойдет солнце, ты должна пустить кровь оборотню в правой лапе, и только так ты сможешь вернуть своего жениха...).

По другим версиям, помочь проклятому можно, содрав с него шкуру, когда он находится в облике волка: "Hay que desollar al lobo y quemar su piel, y entonces el lobo desollado resucita recuperando su forma humana..." [6, с. 43] (Нужно содрать с оборотня шкуру и затем сжечь ее, и тогда оборотень вновь обретет человеческий облик.).

Интересно, что в русских сказках заколдованная красавица, после того как возлюбленный выполнит все предпи-

сания для ее спасения, сжигает шкуру, которую она была обречена носить до тех пор, пока не найдется тот, кто ее полюбит и спасет; как правило, это была лягушачья шкурка. Отметим, что здесь играет немаловажную роль метод избавления от заколдованной шкуры - огонь. Огонь - единственная не оскверненная злом стихия на Земле. Огонь не только сам чист, но и очищает все другие благие творения, в том числе и человека. Поэтому в храмах всегда горит огонь (свечи). Огонь в христианской религиозной традиции выполняет очищающую функцию и символизирует рождение новой жизни, трансформацию, перемену одного состояния на другое. В данном случае огонь помогает заколдованному избавиться от проклятья, «очищает его», и в то же время он как бы возрождает его к новой жизни. Кроме того, концепция ада в Новом завете, которая оказалась у христиан связанной со стихией огня, призвана была одолевать всякую нечисть. Следует отметить, что у христиан ад - это прежде всего «геенна огненная». Как мы видим, огонь - это очистительная сила, символ уничтожения скверны.

Еще одним из способов помочь избежать участи оборотня является крещение этого седьмого из последовательно рожденных мальчиков и наречение его именем Антонио.

И наконец, очень символичным является тот факт, что проклятый мальчик рождается во вторник и по достижении тринадцати лет начинает обращаться в волка. Для испанцев нет ничего хуже, когда 13-е число приходится на вторник. Слово Martes (вторник) образовано от имени бога войны Марса и в стародавние времена однозначно ассоциировалось со смертью. Этим же объясняется существование в испанском языке большого числа поговорок, недобрым словом поминающих вторники ("Ni trece ni el martes, no te cases ni te embarques" / «во вторник ни сына женить, ни поросенка забить» или «во вторник курица яйца не несет, девица замуж не идет»). Считается, что нельзя начинать никакое новое дело или предприятие во вторник, так как оно обязательно провалится. Плохим знаком считается постригать в этот день ногти или волосы, так как вместе с ними можно обрезать себе жизнь. В эпоху Средневековья испанские и португальские моряки никогда не отправлялись в плавание во вторник, поскольку считалось, что корабль обязательно потерпит крушение.

Тринадцатое число по понятным причинам также считалось не очень благоприятным и не сулило ничего хорошего тому, кто начинал что-либо в этот день. Обычно на западе 13 считается зловещим и несчастливым числом (это суеверие берет свое начало с XVII века). До сих пор в некоторых испанских больницах даже стараются избегать (хотя и не показывают этого) койки под номером 13. Существует еще одно испанское поверье о том, что первый, кто поднимется из-за стола, за которым сидит 13 человек, умрет в течение года. Но в последние десятилетия под влиянием мифологии остальной части Европы в Испании наряду с суеверием о вторнике 13-го числа стало широко использоваться и суеверие о пятнице 13-го.

В настоящее время в некоторых приграничных с Португалией сельских районах Эстремадуры все еще верят в существование оборотней и в ночи полнолуния стараются не выходить из дому, а также не заходить в лес (даже днем).

Из приведенных и многих других примеров ясно видно, что мифы нашли яркое отражение в культуре и быте каждой из испанских областей. Читая легенды и мифы, мы узнаем, что думали наши предки о самих себе, об окружающем их мире, о непознанном, о своей истории и судьбе, о добре и зле. Мифология, являясь памятью нации, неотъемлемой частью национальной культуры и национального сознания, отражает характер, обычаи, привычки, традиции, страхи и суеверия народов.

1. Оболенская Ю. Л. Легенды и предания народов Испании М. : Высш. шк., 2004. 130 с.

2. Díaz Joaquín. Mitología popular (Campo de Montiel). Burgos : Centro de la Cultura Nacional, 2004. 142 с.

УДК 81.13

тезаурус терминов, обозначающих оружие и орудия труда в осетинском языке

Статья посвящена исследованию и анализу терминов, обозначающих оружие и орудия труда в осетинском языке. Этимология терминов рассматривается как источник информации об особенностях образа жизни осетин.

Ключевые слова: осетинский язык, этимология, названия орудий труда, названия видов оружия.

Исследование самобытности лингвокультурной общности является одной из актуальных проблем современного языкознания. Сходства и различия культур целесообразно рассматривать на уровне языка, отражающем специфику национальной культуры. В статье осмыслены наименования орудий труда и оружия в осетинском языке, показано, как информация о происхождении термина может быть использована в лингвокультурологическом исследовании.

Оружие по древней традиции скифо-сарматов и алан являлось предметом поклонения. По свидетельству Геродота, скифы ставили на возвышение железный меч и приносили ему, словно богу войны, жертвы: «Этому мечу они ежегодно приносят в жертву рогатый скот и лошадей» [1, с. 19]. Мечу поклонялись и аланы: «У аланов голый меч вонзается в землю по варварскому обычаю, с благоговением поклоняются ему, как Марсу, покровителю стран, по которым они кочуют» [1, с. 23]. У нартов меч в силу своих необычных свойств выступает в качестве святыни. «Оружие осетин составляли стрелы, лук, ружье и кинжал» [2, с. 351]; оружие развешивалось на одной из стен и составляло гордость хозяина и украшение дома.

Обратимся к этимологии бытующих в осетинском языке названий видов оружия, военных действий и фортификационных сооружений.

3. Lozano Cristóbal. Leyendas y tradiciones españolas. Granada : El Centro Científico de la Universidad de Granada, 1988. 246 c.

4. Baroja Julio Caro. Del viejo folclore castellano: páginas sueltas. Salamanca : Centro de Cultura Tradicional. Diputación de Salamanca, 1989. 258 c.

5. Manzano Fernando Flores del. Mitos y leyendas de tradición oral en la Alta Extremadura. Mérida : Editora Regional de Extremadura, 1998. 164 c.

6. Hurtado Publio. Supersticiones extremeñas, anotaciones psico-fisiológicas. Cáceres : Editora Regional de Extremadura, 2002. 284 c.

© Козловская Е. В., 2018

3. H. ManueBa, B. n. Py6aeBa Z. N. Maliyeva, V. P. Rubayeva

thesaurus of terms designing weapons and tools in the ossetian language

The article is devoted to the study and analysis of terms that denote weapons and tools in the Ossetian language. The etymology of the terms is considered as a source of information about the particularities of the Ossetian way of life.

Keywords: gun, pistol, mortar, cannon, linguistics, science, problem, language, specificity, culture.

К словам индоевропейского и общеиранского происхождения относятся названия холодного оружия: арс «копье»; кард «нож»; хсангард «меч»; уарт «щит»; кардзам «ножны»; филстон «рукоять». Слово фат «стрела» Э. Бенве-нист возводит к согдийскому рад, шугн. рад, орош. рад. Для объяснения происхождения восточно-иранских названий стрелы Э. Бенвенист обращается к древнеиндийскому path-, panth- «двигаться», засвидетельствованному только в «Джатупатхах» [3]. К этому же источнику относится общее название доспехов (залзаг) и собственно доспехи и кольчуга (згар). Иранскими по происхождению являются название экспедиции с целью угона скота (стар) и общее название оружия (хасангард). Название фортификационного сооружения - боевой башни (масуг) - этимологически В. И. Аба-евым сближается с греческим словом [4, с. 216].

Слова, обозначающие огнестрельное оружие, относятся к тюркским заимствованиям: дамбаса «пистолет»; топ «ружье»; сармазан «пушка»; къумбара «мортира». К числу тюркских этимологий принадлежит и название оружейного набора, состоящего из лука, стрел и колчана (сагадакъ). Тюркскими по происхождению словами называются не только огнестрельное оружие, но и холодное оружие, а именно прикрепляемый к оружию штык (гебогъ) и особый вид доспехов - тонкая кольчуга (кереке). Эти термины оказались заимствованными, возможно, вследствие контактов