Омск как центр военного востоковедения (вторая половина XIX - начало XX В. )

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2018. № 3 (19). С. 191-196. УДК 930

DOI 10.25513/2312-1300.2018.3.191-196

О. В. Гефнер

ОМСК КАК ЦЕНТР ВОЕННОГО ВОСТОКОВЕДЕНИЯ

Показан вклад военных в развитие востоковедческих исследований в Омске во второй половине XIX - начале XX в. Характеризуется их научно-организационная, экспедиционная деятельность, роль в освоении азиатских окраин Российской империи и изучении сопредельных стран.

Ключевые слова: военные; востоковедение; Омск; наука.

O. V. Gefner

OMSK AS CENTER FOR MILITARY ORIENTALISM

The article shows the contribution of the military to the development of oriental studies in Omsk in the second half of the 19th - early 20th century. Their scientific and organizational, expeditionary activities, role in the development of the Asian suburbs of the Russian Empire and the study of neighboring countries are characterized.

Keywords: military; oriental studies; Omsk; science.

Во второй половине XIX - начале XX в. большую роль в изучении Востока стало играть военное ведомство. Развитие русского военного востоковедения было обусловлено, с одной стороны, решением военно-стратегических задач борьбы с ведущими мировыми державами за влияние в сопредельных странах и обеспечение безопасности границ, с другой стороны, - государственно-административными потребностями в управлении, социально-экономическом и культурном освоении азиатских окраин Российской империи.

Зародившись как прикладная дисциплина, параллельно с расширением владений России в Азии, военное востоковедение к началу XX в. стало самостоятельной отраслью ориенталистики, занимающейся изучением военных аспектов географии, политики, экономики, культуры стран Востока. Военные востоковеды внесли бесценный вклад в исследование как внутренней Азии, так и сопредельных стран Востока - Китая, Монго-

© Гефнер О. В., 2018

лии, Кореи, Турции, Персии и других. Сведения и артефакты, собранные русскими военными востоковедами, представленные в виде экспедиционных отчётов, военно-географических описаний, карт, фотографий, научных публикаций, являют собой уникальный комплекс материалов, освещающий географию, флору и фауну, хозяйство, историю, традиции стран Востока, представляющий огромный интерес и для современных исследователей.

Крупный центр исследования Азиатской России и её сопредельных территорий сложился в XIX - начале XX в. в Омске - центре Западно-Сибирского (Омского) военного округа. Округ включал в свой состав обширные территории Степного Края, граничил с Китаем, поэтому неслучайно, что он сыграл огромную роль в изучении внутреннего Востока и его приграничья. В городе - «военной столице» региона, в штабе округа и военных управлениях несло службу немало офицеров

Генерального штаба, в чьи обязанности входили задачи разведки, разработки стратегических планов на случай возможных военных действий, в том числе - на восточном направлении. Также, в системе военной инфраструктуры округа, был предусмотрен военно-топографический отдел, что демонстрирует специфику деятельности омских военных и актуальность стоявших в тот период перед ними задач по изучению и освоению региона и приграничных территорий.

Острая потребность в грамотных специалистах, способных нести службу в пограничном регионе, привела к организации в Омске подготовки военно-востоковедческих кадров. В 1789 г. в городе была основана Омская азиатская школа, готовившая переводчиков по пограничному управлению Сибирской линии. Учащиеся школы - дети казаков - изучали арабский, турецкий, персидский, маньчжурский, калмыцкий языки. Позднее, в 1828 г. школа была присоединена к училищу Сибирского казачьего войска (в будущем - Сибирский кадетский корпус), а в 1836 г. - слилась с ним. В училище был учреждён класс восточных языков, в котором готовили переводчиков с монгольского и татарского языков, а также преподавали арабский и персидский языки [1, с. 167]. Этот класс просуществовал до 1847 г., а затем был переведён во вновь учреждённое отделение восточных языков при Омском батальоне военных кантонистов. Однако в 1869-1875 гг. обучение восточным языкам (татарскому и персидскому) в Сибирском кадетском корпусе было вновь восстановлено на время.

Преподаватели Сибирского кадетского корпуса также вели обучение и воспитание будущих офицеров с учётом специфики их дальнейшей службы в Сибири и Степном Крае, старались привить юношам исследовательский интерес к Востоку. Известный путешественник, исследователь Центральной Азии, выпускник Сибирского кадетского корпуса Г. Н. Потанин отмечал в своих воспоминаниях: «Моя карьера путешественника начала намечаться в кадетском корпусе, где я учился... Омск, где находился кадетский корпус, в котором я учился, стоит у преддверия в Киргизскую степь, тогда ещё мало исследованную. Наш инспектор классов, Ждан-Пушкин, говорил, что нам придётся служить

в Киргизской степи, что мы можем попасть в местности, где ещё не бывала нога европейца, и, описав их, можем внести вклад в науку» [2]. Создаваемая преподавателями корпуса атмосфера интереса к науке, путешествиям способствовала тому, что из корпуса вышло немало учёных, исследователей родного края и других стран. В стенах корпуса обучались такие знаменитые учёные-востоковеды, как Ч. Ч. Валиханов - исследователь Семиречья; генерал Л. Г. Корнилов -специалист по Туркестану, Персии, Индии, Китаю; генерал-лейтенант Г. Е. Катанаев -автор исторических и географических работ о Киргизской степи; генерал-майор П. А. Кузнецов, генерал-майор А. Г. Серебренников -исследователи Памира и припамирских ханств.

Подготовка военных востоковедов для региона осуществлялась и в пограничном Китае, в Синьцзянской провинции. С 1890 г. из сибирских частей каждые два года в Кульджинскую подготовительную школу китайского языка направлялось по одному казачьему офицеру. В процессе двухлетнего обучения офицер должен был освоить основы китайской иероглифики, уметь бегло переводить и читать простые тексты [3, с. 319].

Интерес военного ведомства к изучению восточных рубежей империи во второй половине XIX - начале XX в. актуализировался с увеличением экономического влияния, активизацией дипломатических и военных усилий ряда европейских стран, США и Японии в этом регионе. Возрастающая на восточных границах России угроза её интересам побуждала военное ведомство обратить более пристальное внимание на всестороннее исследование этих территорий.

Офицеры, военные топографы, служившие в Омске, совершали рекогносцировочные поездки, путешествия, сопровождали экспедиции гражданских ведомств в приграничные страны. Главным объектом их стратегического интереса были Китай и Монголия. В результате экспедиций уточнялись карты, собирались новые сведения об исследуемых территориях, осуществлялась разведка. Зачастую, военные «были первыми специально подготовленными в научном отношении исследователями, посетившими отдалённые глухие уголки Сибири, и первыми, кто в своих отчётах и публикациях дал

достоверные сведения о неизвестных территориях и племенах» сопредельных стран [3, с. 317].

С Омском, с Сибирским кадетским корпусом, связано имя знаменитого исследователя-востоковеда - генерал-майора М. В. Певцова, который служил в штабе округа в 18721887 гг., преподавал кадетам географию, был одним из основателей Западно-Сибирского отдела Императорского Русского географического общества. Именно из Омска он совершил свои первые путешествия. В 1876 г. М. В. Певцов осуществил путешествие в Джунгарию. Отправляясь в китайский город Гучен с охраной хлебного каравана, М. В. Певцов получил задание собрать как можно более подробные сведения об этой стране. В результате поездки были определены географические координаты многих пунктов, составлена карта Джунгарии, собраны коллекции птиц и зверей, получены ценные сведения о природе страны, сделаны интересные наблюдения за бытом, традициями, культурой местных народов. Результаты экспедиции нашли отражение в работе Певцова «Путевые очерки Чжунгарии», за которую он был награждён Русским Географическим Обществом малой золотой медалью [4].

В 1878-1879 гг. состоялось путешествие М. В. Певцова в Монголию и китайские провинции Чжили и Шанси, в котором он сопровождал караван бийских купцов. В ходе экспедиции были проведены географические и климатические исследования, получены интересные материалы о флоре и фауне Монголии, развитии русско-монгольской торговли, культуре местного населения, собраны великолепные минералогические (100 образцов), зоологические (200 видов) и ботанические (180 видов) коллекции, которые положили начало первому омскому музею при Западно-Сибирском отделе Императорского Русского географического общества [5]. Труд М. В. Певцова был высоко оценён государством и научной общественностью: путешественник был награждён императором орденом Св. Владимира 4-й степени; а также (Русским географическим обществом) медалью Литке. Сейчас одна из улиц Омска носит имя М. В. Певцова.

Известным китаеведом был служивший в омском военно-топографическом отделе

военный геодезист полковник З. Л. Матусов-ский. В 1870 г. З. Л. Матусовский участвовал в экспедиции русского консула в Западном Китае Павлинова по изучению торговых путей из России в Монголию. В 1874-1875 гг. он был направлен в Китай в составе русской учено-торговой экспедиции под руководством капитана Ю. А. Сосновского, снаряжённой для изучения торгового пути из Юго-Восточного Китая в Западную Сибирь. В экспедиции офицер осуществил маршрутную съёмку пути, начертил планы наиболее крупных китайских городов, собрал множество ценных географических сведений. Результатом научных работ З. Л. Матусовского было издание в 1888 г. фундаментального труда «Географическое описание Китайской империи», получившего высокую оценку русских и зарубежных специалистов [6]. За этот труд офицер был награждён орденом Св. Владимира 4-й степени.

Видным исследователем-востоковедом был служивший в омском военно-топографическом отделе геодезист подполковник Р. М. Закржевский. В 1886 г. Р. М. Закржев-ский (вместе с топографом П. Г. Богдановым) совершил путешествие в северо-западную Джунгарию в Барлыкские горы на российско-китайской границе. Причиной поездки послужили неоднократно возникавшие конфликты между русскими и китайскими пограничными властями по поводу принадлежности части этих земель. В результате была организована поездка для составления подробных топографических данных и картографических материалов о Барлыкской горной территории. В ходе двухмесячного путешествия Р. М. Закржевским была выполнена топографическая съёмка этой территории, проведены астрономические работы, велись наблюдения за природой и климатом местности, за жизнью и культурой местных народов [7].

Весомый вклад в изучение Китая внёс капитан А. С. Галкин, который в 1887 г. совершил путешествие в Синьцзянскую провинцию. Цель этой экспедиции заключалась в изучении торговых отношений России с Западным Китаем. Результатом поездки стало собирание географических сведений, коллекций зверей и птиц, фотографических снимков, этнографических сведений о заня-

тиях, религиозных верованиях, национальном характере и быте местного населения [8, с. 12].

Крупным специалистом по Монголии был генерал-майор В. Л. Попов. В 1903 г. по личной инициативе офицера, служившего в штабе округа, и при поддержке ЗападноСибирского отдела Императорского Русского географического общества была осуществлена научная экспедиция в Северо-Западную Монголию. В. Л. Поповым были получены новые сведения о географии Монголии, её административном устройстве, экономическом положении монголов, русской торговле, путях сообщения, военном устройстве, отношении к России, собрана большая энтомологическая коллекция и гербарий, отснято более 100 фотографий [9].

Подполковник С. А. Щепихин, служивший в штабе военного округа, также оставил заметный след в военно-географическом исследовании Китая и Западной Монголии. В 1912 г. офицер осуществил поездку в Тар-багатайский округ Синьцзянской провинции Китая с разведывательной целью: он собрал сведения о китайских вооружённых силах в приграничной с Россией полосе, о военно-политической обстановке в регионе, о положении национальных меньшинств округа, описал пути сообщения России с Западным Китаем [10].

Большой вклад военное ведомство вносило также и в изучение азиатских территорий Российской империи. Главными задачами, стоявшими перед властью в этот период, были: организация эффективного управления и хозяйственное освоение данных земель. Так как Западно-Сибирский (Омский) военный округ включал в свой состав территории Акмолинской, Семипалатиской, Семиречен-ской областей, именно они были главными объектами исследовательской деятельности военных Омска.

На протяжении нескольких десятилетий военными Омска систематически велись работы по картографированию территории Степного края. С 1870 г. Омский военно-топографический отдел вёл топографическую съёмку Киргизской степи от озера Зайсан и Иртыша до Усть-Каменогорска. В 18711878 гг. велись съёмочные работы в Семипалатинской области. С 1883 г. чины отдела

вели съёмку Акмолинской области. В 18871898 гг. военные топографы производили съёмку Семиреченской области. Военные осуществляли здесь нивелировочные (военный топограф А. А. Александров, генерал-майор С. Т. Мирошниченко), астрономические (генерал-майор С. Т. Мирошниченко, генерал-лейтенант Ю. А. Шмидт), триангуляционные (генерал-майор Н. Д. Павлов) работы [11, с. 265]. По материалам этих исследований Омским военно-топографическим отделом издавались восьмидесятиверстные карты Акмолинской и Семипалатинской областей. Данные карты давали необходимейшие сведения для осуществления переселенческих, межевых, ирригационнных, строительных работ на территории этого региона.

Регулярные, достаточно продолжительные служебные поездки офицеров по территории Степного края сопровождались разнообразными научными изысканиями, наблюдениями за природой и населением, фотографированием, собиранием природных коллекций, которые пополнили впоследствии омский музей. В 1879 г. штабс-капитан И. И. Щеголев пожертвовал в музей 34 образца руд Семипалатинской области. В 1893 г. военным топографом Г. П. Дроздовым был передан в музей гербарий, собранный им в Семиречье. В 1896 г. военный топограф Н. А. Креков был награждён серебряной медалью за прекрасный альбом фотографических видов Акмолинской и Семиреченской области, представленный на Всероссийской торговой и промышленной выставке в Нижнем Новгороде.

Большой интерес в научном отношении, в плане изучения Степного края, представляет собой работа военного геодезиста генерал-лейтенанта Ю. А. Шмидта «Очерк Киргизской степи к югу от Арало-Иртышского водораздела», явившаяся результатом его поездки в 1888-1889 гг. по Акмолинской области. Офицер описал в ней жизнь, хозяйство, быт, обычаи местного населения. Он обратил внимание на несоответствие существующих административных границ с прежним строем жизни населения этого региона. Ю. А. Шмидт обращал внимание на то, что колонизация Степного края обостряет вопрос о землепользовании и ведёт к неизбежному упадку кочевого хозяйства, и в связи с этим

призывал власти к более продуманной колонизационной политике, которая, по его мнению, обязательно должна учитывать хозяйственные и культурные особенности региона [12].

Благодаря поездкам военных по территории Степного края и экспедициям в сопредельные страны Востока, в Омске накапливалось большое количество научного материала - наблюдений, карт, фотографий, различных артефактов, характеризующих пограничные азиатские территории. Результаты исследовательской деятельности военных находили своё отражения в многочисленных опубликованных научных трудах, докладах на заседаниях Западно-Сибирского отдела Императорского Русского географического общества, публичных лекциях перед горожанами, пополнении фондов местного музея. Всё это закономерно привело к идее об открытии в Омске отдела Общества востоковедения, основанного в 1900 г. в Петербурге. В 1903 г. председатель этого общества генерал-лейтенант Н. К. Шведов с соответствующим предложением обратился к генерал-губернатору Степного Края генералу Н. Н. Сухотину. Эта идея была поддержана генерал-губернатором, к разработке проекта открытия в Омске отдела Общества востоковедения были привлечены и военные. За открытие в Омске отдела выступал военный востоковед В. Л. Попов, уже имевший большой опыт исследований в этой области. Он обосновывал необходимость открытия отдела в Омске тем, что город был центром, из которого политическое и экономическое влияние распространяется не только на Степной край, но и на Монголию и Западный Китай. Как офицер Генерального штаба, он высказывался не только за коммерческий успех России в Монголии, но и прогнозировал её политическое поглощение империей. В то же время он призывал к бережному отношению к обычаям и традициям местных народов, к распространению среди них положительных сведений о России и русском народе. Несмотря на активную поддержку власти и общественности, в связи с начавшейся русско-японской войной, вопрос об открытии отдела был отложен. Степной отдел Общества востоковедения был открыт в Омске только в 1913 г., председателем его был из-

бран начальник штаба Омского военного округа генерал-майор Н. А. Ходорович, а большинство членов были военными. Однако развернуть свою деятельность общество не смогло в связи с началом первой мировой войны [13, с. 27-28].

Таким образом, благодаря деятельности военных в Омске во второй половине XIX -начале XX в. сформировался крупный центр востоковедческих исследований, внёсший значительный вклад в изучение Степного края, Китая, Монголии.

ЛИТЕРАТУРА

1. Вибе П. П., Михеев А. П., Пугачева Н. М. Омский историко-краеведческий словарь. - М., 1994. - 320 с.

2. Сибирская жизнь. - 1913. - 20 янв.

3. Басханов М. К. Русские военные востоковеды // Известия Омского государственного исто-рико-краеведческого музея. - 2005. - № 11. -С. 317-348.

4. Певцов М. В. Путевые очерки Чжунгарии // Записки Западно-Сибирского Отделения исператорского Русского географического общества (ЗСОИРГО). - Омск, 1879. - Кн. 1. -С. 1-62.

5. Певцов М. В. Очерк путешествия по Монголии и Северным провинциям внутреннего Китая // Записки ЗСОИРГО. - Омск, 1883. - Кн. 5.

6. Матусовский З. Л. Географическое описание Китайской империи. - СПб., 1888.

7. Закржевский Р. М. Краткий очерк Барлыкской горной страны // Записки ЗСОИРГО. - Омск,

1889. - Кн. 10. - С. 1-27.

8. Отчёт Западно-Сибирского отдела Императорского Русского географического общества с 1 июля 1886 г. по 1 октября 1888 г. - Омск,

1890.

9. Попов В. Л. Через Саяны и Монголию. - Омск, 1905. - Ч. 1. - 27 с.

10. Щепихин С. А. Отчёт о поездке в Тарбагатай-ский округ Западного Китая летом 1912 г. -Омск, 1913. - II, 101 с.

11. Гефнер О. В. Становление геодезической науки в Омске во второй половине XIX - начале XX вв.: вклад военного ведомства // Вестник Омского государственного аграрного университета. - 2017. - № 4. - С. 263-269.

12. Шмидт Ю. А. Очерк киргизской степи к югу от Арало-Иртышского водораздела // Записки ЗСОИРГО. - Омск, 1894. - Кн. 17. - Вып. 2.

13. Ремнев А. В. Научное востоковедение в Азиатской России: несостоявшееся омское общество по изучению Востока // Музейные ценности в современном обществе : материалы Международной научной конференции, посвя-щённой 130-летию Омского государственного историко-краеведческого музея (Омск, 1417 мая 2008 г.). - Омск, 2008. - С. 24-29.

Информация о статье

Дата поступления

13 июня 2018 г.

Дата принятия в печать

14 сентября 2018 г.

Сведения об авторе

Гефнер Ольга Викторовна - канд. ист. наук, доцент кафедры философии, истории, экономической теории и права Омского государственного аграрного университета

Адрес для корреспонденции: 644008, Россия, Омск, Институтская пл., 1

E-mail: gefner@rambler.ru

Article info

Received June 13, 2018

Accepted

September 14, 2018 About the author

Gefner Olga Victorovna - Candidate of Historical Sciences, Associate Professor of the Department of Philosophy, History, Economic Theory and Law of the Omsk State Agrarian University

Postal address: 1, Institutskaya pl., Omsk, 644008, Russia

E-mail: gefner@rambler.ru

Для цитирования

Гефнер О. В. Омск как центр военного востоковедения (вторая половина XIX - начало XX в.) // Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2018. № 3 (19). С. 191196. й01: 10.25513/2312-1300.2018.3.191-196.

For citations

Gefner O. V. Omsk as Center for Military Orientalism (Second Half of the 19th - the Beginning of 20th Century). Herald of Omsk University. Series "Historical Studies", 2018, no. 3 (19), pp. 191196. DOI: 10.25513/2312-1300.2018.3.191-196 (in Russian).