ГЧП выводят на мировой уровень

Откликаясь на намерение властей изучить зарубежный опыт учета бюджетных обязательств при выполнении проектов государственно-частного партнерства (ГЧП), Национальный центр ГЧП и ВЭБ.РФ подготовили обзор мировой практики по этой теме. Среди наиболее эффективных методик аналитики назвали установление максимального уровня бюджетных обязательств для бюджетов и публикацию сведений о них, включая тексты самих соглашений, а также применение математических моделей для прогнозирования расходов государства.

Национальный центр ГЧП и ВЭБ.РФ (при поддержке Минфина) обобщили мировую практику контроля бюджетных рисков при реализации таких проектов ГЧП. Напомним, сейчас Минфин и Минэкономики строят планы внедрения инструментов управления и мониторинга бюджетных обязательств (см. “Ъ” от 9 июня). Как отмечается в исследовании, самой непрозрачной частью механизма ГЧП остаются условные обязательства — их объемы и сроки выплат носят вероятностно-сценарный характер (например, компенсации частному партнеру при досрочном расторжении или расходы вследствие форс-мажора). По данным МВФ, ориентировочная стоимость принятых с 1990 года правительствами на себя условных бюджетных обязательств по ГЧП-проектам составляет в зависимости от страны от 1,2% до 2% национального ВВП.

Среди наиболее эффективных практик учета обязательств эксперты называют применение математических моделей, построенных на исторических данных о реализации проектов — для прогнозирования объемов и степени риска исполнения условных обязательств,— а также применение цифровых платформ для формирования статистической базы.

Математическое моделирование для оценки будущих доходов и расходов бюджетов по ГЧП-проектам используют, к примеру, правительства Швеции, Турции и Перу. Перспективным методом контроля Национальный центр ГЧП также считает установление ограничений для бюджетов при принятии ими условных обязательств и публикацию сведений о них, включая тексты самих соглашений. К примеру, в Индии совокупный объем условных обязательств должен быть не выше 0,5% ВВП, в Венгрии все обязательства в ГЧП-проектах должны быть не более 3% госдоходов.

Отметим, механизм ГЧП в России уже становился предметом спора в силу отсутствия реестра забалансовых обязательств бюджетной системы.

Оценки таких обязательств по соглашениям о ГЧП и концессиям разнятся от 300 млрд до 3 трлн руб. Например, по данным платформы «Росинфра», в России реализуется 3,4 тыс. ГЧП-проектов на общую сумму $60 млрд. Большая часть из них действует в рамках концессий (2,7 тыс.) — прямые бюджетные обязательства по ним оцениваются в $10 млрд, объем же условных обязательств еще необходимо оценить. Первый шаг к решению проблемы — пока в рамках концессий — попыталось сделать Минэкономики, предложив создать реестр соглашений на базе информсистемы «Управление» и наделить Минфин полномочиями по оценке обязательств государства.

Мировой опыт в этой сфере обсуждался на недавнем семинаре «Бюджетные обязательства в рамках проектов ГЧП на фоне COVID-19». Как следует из презентации ВЭБ.РФ, сейчас работа заключается, в частности, в изучении опыта стран с развитыми системами управления госфинансами в рамках ГЧП, рекомендаций и инструментов МВФ и Всемирного банка, а также в апробации методик в части условных обязательств в пилотных регионах. В дальнейшем, отмечает ВЭБ.РФ, планируется создать инструменты оценки, прогнозирования и учета условных обязательств на основе международных и с учетом специфики российского рынка, а также внедрить систему их мониторинга. Как пояснил на семинаре замдиректора департамента бюджетной политики и стратегического планирования Минфина Евгений Домбровский, ведомство свою задачу видит в регулярной оценке прямых и условных обязательств государства, в их учете и консолидации информации.