Будет такая партия

Сегодня Союз "Единства" и "Отечества" и движение "Вся Россия" учредят всероссийскую партию "Единство и Отечество". О том, какие сложности возникали на пути к объединению и какие перспективы ждут новую партию, корреспондентам Ъ ДМИТРИЮ Ъ-КАМЫШЕВУ, ИРИНЕ Ъ-НАГОРНЫХ и СЮЗАННЕ Ъ-ФАРИЗОВОЙ рассказали зампред фракции "Единство" ВЛАДИСЛАВ РЕЗНИК, лидер фракции ОВР ВЯЧЕСЛАВ ВОЛОДИН и глава депутатской группы "Регионы России" ОЛЕГ МОРОЗОВ.

Владислав Резник: база объединения — курс президента

     — Название партии окончательное? Некоторые считают, что оно тяжеловатое и недостаточно броское.
       — Тяжеловатым кажется полное название — всероссийская партия "Единство и Отечество". Зато оно политически выверенное. Есть раскрученные брэнды — "Единство" и "Отечество", поэтому мы сохранили оба этих слова. В названии присутствует и "Вся Россия" — в слове "всероссийская". Кроме того, у нас есть и сокращенное название — "Единая Россия". Оно, мне кажется, и будет наиболее употребимым.
       — Было немало споров о структуре руководящих органов партии. Какой она будет?
       — В устав накануне съезда внесены определенные изменения. Например, у нас в "Единстве" было два центра управления — политсовет и исполком. Оба этих органа выбирались независимо на съезде. От этой структуры решили отказаться. Должен быть один центр управления. Им станет генеральный совет. Ужесточена и партийная дисциплина: мы строим партию, а не клуб по интересам, значит, руководство должно иметь возможность влиять на партийные процессы.
       — Едва было объявлено о грядущем объединении, как многие заговорили о том, что "Отечество" в союзе будет бедным родственником, а "Единство" станет диктовать ему свои условия. Вы с такой трактовкой не согласны?
       — Этот вопрос часто задают. Я хотел бы отослать вас к вашему же изданию — журналу "Коммерсантъ-Власть". Там на этой неделе была статья, в которой все очень хорошо разложено. Объединение выгодно всем, поэтому бессмысленно говорить, кто бедный родственник, а кто не бедный.
       — А как вам удалось преодолеть идеологические разногласия между "Единством" и "Отечеством"?
       — Сейчас нет никакого смысла говорить об идеологических расхождениях. На прошлых парламентских и отчасти на президентских выборах "Единство" и "Отечество" ориентировались на поддержку разных лидеров, это был главный водораздел. Теперь базой объединения является курс действующего президента. К тому же отсутствие у партии многотомного теоретического изыскания не означает отсутствие у нее принципов. Содержанием идеологии "Единства" был и остается политический прагматизм: что хорошо для России, то хорошо и для "Единства". Надеюсь, это будет воспринято объединенной партией. Сколько бы ни писали программ, все равно критики будут твердить: "У них нет идеологии". Все это мы проходили в "Единстве": было бурное обсуждение программы, но разве это сильно кого-нибудь заинтересовало? Самое главное, что об этом не знали люди, наши избиратели. А все идеологии и программы пишутся для них. Толстый том программы не имеет отношения к успеху партии, люди ее все равно не читают.
       В конце октября фонд "Общественное мнение" провел опрос, посвященный объединению "Единства" и "Отечества". Среди прочего был задан вопрос: заметна или незаметна в вашем регионе деятельность этих партий? 61% опрошенных ответили, что деятельность ни той, ни другой партии не замечают. В этом главная проблема, а не в идеологии. Более того, партийная идеология в общепризнанном смысле — это прошлый век.

Владислав Резник: базой объединения является курс президента

     — Известный французский пиарщик Жак Сегела сказал, что голосуют не за идеологию, а за идею. Президентские выборы 2000 года это подтвердили: люди проголосовали за Путина не потому, что вся его программа была изложена в коротком письме к избирателям, а главным лозунгом были слова "достойная жизнь". Сделать все, чтобы жизнь становилась более достойной,— в этом и есть вся наша программа. Думаю, никакая другая идеология людям не нужна. Поэтому все эти краткие курсы, ленинские уроки, научные "-измы" — все это в прошлом. Кстати, проект программы, который будет приниматься на съезде, занимает пять страниц. Хотя лично я ратую за три.
       — Многие ваши соратники хотели бы видеть президента во главе своей партии.
       — Пока я не вижу той партии, которую мог бы возглавить Путин. Не ту же, о деятельности которой в регионах людям мало что известно! Сначала партия должна доказать, что она является дееспособной политической структурой. А пока партии это лидерство гораздо выгоднее, чем самому Путину.
       — Не является ли заведомо ущербной партия, выстроенная на платформе поддержки одного конкретного политика? Что же станет с партией после того, как в стране появится другой президент?
       — Сегодня курс президента является базой для объединения, а в дальнейшем существом нашей программы будет обеспечение преемственности этого курса. Мы строим партию не только на полтора ближайших президентских срока. Люди от нас ждут не этого. Знаете, сколько народу в том же опросе посчитали, что простая поддержка политики Путина принципиальна для улучшения жизни в стране? Один процент! Люди ждут от нас самостоятельных действий, а не пассивной поддержки, массовки за спиной президента.
       — А разве возможны самостоятельные действия, если у партии нет своего президента или хотя бы нескольких своих министров? Ставите ли вы себе задачу превращения из партии власти в по-настоящему правящую партию?
       — Смысл контроля над рычагами госуправления сегодня в том, чтобы обеспечить продолжение структурных реформ. Ведь у нас не было бы сегодня ни 13-процентного подоходного налога, ни судебно-правовой реформы, ни Земельного кодекса, если бы в Думе большинство контролировали левые. Значит, реформирование экономики и общественной жизни сегодня возможно, во-первых, при условии, что ключевые посты в исполнительной власти находятся у сторонников курса действующего президента, и во-вторых, при наличии нашего большинства в Думе. Поэтому мы будем стремиться к тому, чтобы наши представители максимально участвовали в кабинете министров, и, конечно, будем стремиться к формированию устойчивого, а лучше — конституционного большинства в парламенте. Но это задача только сегодняшнего и завтрашнего дня, то есть пока не проведены структурные реформы. А стратегия и тактика изменятся тогда, когда мы решим основные задачи по реформированию страны.

Вячеслав Володин: мы не можем бросить Путина

     — Удалось ли решить все организационные проблемы?
       — Объединительный процесс идет нормально. На съезд мы выходим с единой программой, проектом устава. Все проблемные вопросы отложены на декабрь. Например, по Томской, Кемеровской областям, Туве, Карачаево-Черкесии мы не стали утверждать полномочия делегаций союза из-за того, что региональные организации "Единства" и "Отечества" не нашли точки соприкосновения друг с другом. Это беспрецедентный шаг, но мы на него пошли. На протяжении последних месяцев мы сутками работали. И мы увидели, что решение об объединении было правильным.
       — Считается, что у "Отечества" более сильная система региональных отделений. Почему же "Отечеству" поручили создавать партию в 24 регионах, а "Единству" — в 51?
       — Никто сейчас даже речи не ведет, кому отдали регионы. Эти цифры отражают лишь принадлежность уполномоченных к той или иной организации. Да, если говорить о членах "Единства", их больше. Но мы сами предложили, чтобы уполномоченные в ряде регионов были от "Единства". Кстати, если говорить о представительстве, исходя из численности населения в регионах, то у "Отечества" и "Единства" — паритет.
       — В новой партии Юрию Лужкову, Сергею Шойгу и Минтимеру Шаймиеву отводится второстепенная роль...
       — Стоп. Это как?
       — Они ведь всего лишь будут членами высшего совета, который, согласно уставу, обладает экспертно-консультативными функциями...
       — Они создают партию! Без их участия не принимается ни одно решение. Будет три сопредседателя высшего совета — Шойгу, Шаймиев, Лужков. Высший совет будет решать самое главное: предлагать состав центрального и генерального советов. Если высший совет не предложит Иванова, на съезде кандидатура Иванова рассматриваться не будет. Им принадлежит ключевая роль в формировании всех выборных органов. Определять политику партии однозначно будут Лужков, Шойгу и Шаймиев. Их авторитет непререкаем. Но в федеральном законе о партиях есть норма, по которой госслужащие категории А не могут избираться в выборные руководящие органы партии. Поэтому мы предложили создать высший совет. Кроме кадровых функций у высшего совета есть право созвать съезд. У нас есть три сопредседателя партии, а за кулисами никого нет.
       — А Кремль разве не за кулисами?
       — Послушайте, наши три организации поддержали президента, фамилия его — Путин. Мы что, должны бросить человека, которого поддержали? Не вести с ним консультации? Это было бы неправильно.
       — Председатель президиума генерального совета сможет принять решение вопреки желанию высшего совета?
       — У нас в партии вождизма нет. Никто не сможет принять решение единолично.
       — А если председатель президиума генсовета захочет изменить список кандидатов в депутаты Госдумы?
       — Не имеет права. Даже если кто-то из аппарата случайно забудет чью-то фамилию, то и съезд, и генеральный совет, и центральный совет смогут это в любое время поправить.
       — Почему назначать руководителей региональных и муниципальных отделений будет центральный исполком?
       — Потому что имущество, которым будет пользоваться региональное отделение, принадлежит всей партии. Мы оставляем за собой контроль. Бывает, что руководители региональных организаций, используя свое партийное положение, идут вразрез с решениями, принятыми центральными органами. Допустим, в ходе избирательной кампании руководитель организации поддерживал одну кандидатуру, а актив — другую. Этого не должно быть. А региональное отделение может распустить центральный совет по предложению высшего совета партии.
       — А может и не распустить?
       — Если у центрального совета есть аргументы, то ему удастся убедить членов высшего совета изменить точку зрения. Кстати, член высшего совета может быть беспартийным. Есть понятие "сторонники партии".
       — А чего ему в партию не вступить, если он в ее руководящих органах состоит?
       — Если человек не может вступить в партию, почему ему не дать возможность поучаствовать в партийном строительстве? Разве хорошо было, когда губернаторы избирались в партийные органы и ежемесячно получали представление прокуратуры о том, что им этого делать нельзя? Сейчас эти вопросы решены.
       — "Единство и Отечество" будет партией власти?
       — Это не партия власти, это партия, которая собирается отстаивать интересы большинства.

Олег Морозов: нам прописано держаться за слово "единство"

     — Первоначально переговоры об объединении велись между "Единством" и "Отечеством". Почему в последний момент "Вся Россия" решила присоединиться к союзу?
       — Если сходные по своим политическим установкам силы не объединяются, значит, эти силы конкурируют либо у них разный взгляд на процесс. Если это не так, то необходимо конструировать единую организацию, которая будет соответствовать новому закону о партиях. То есть либо каждый строит свою партию и таким образом полностью дезориентирует избирателя, либо создается одна партия. Мы выбрали последнее.
       — Не связано ли ваше вступление в союз со стремлением получить для Минтимера Шаймиева руководящий пост в партии власти?
       — Он, как сопредседатель союза, появился в конструкции не одновременно с идеей объединения, а после того, как она уже полным ходом реализовывалась. Правильная формулировка звучит не "от Шаймиева к союзу", а "от союза к Шаймиеву".
       — Пока ваше участие в разработке программы партии и в работе региональных отделений выглядит номинальным. Вам не кажется, что "Единство" и "Отечество" не воспринимают "Всю Россию" в качестве равноправного участника будущей партии?
       — Что касается регионов, то здесь есть логика: доминируют те структуры, которые имеют действительно мощные организации на своих территориях. Поэтому совершенно естественно, что там, где есть "Единство" и нет "Всей России", доминирует "Единство". В перспективе зоны влияния "Всей России" будут восстановлены. Я полагаю, что представители "Всей России" будут возглавлять и Татарстан, и Башкыртостан, и Санкт-Петербург. Что касается потенциального президиума генерального совета, то там нормально выдерживается паритет.
       — То есть вас все устраивает?
       — Ну кто может быть доволен до конца? Всегда, когда формируются новые органы, недовольных больше, чем довольных. Но подход довольно объективный.
       — Вас не обижает, что в названии всероссийской партии "Единство и Отечество" ссылка на "Всю Россию" вообще отсутствует? Ведь слово "всероссийская" в данном случае вынесено за скобки...
       — Я был сторонником названия без прямых указаний на то, кто с кем объединяется. Сегодня мы объединяемся, а завтра будем членами одной партии, и название будет играть уже совсем другую роль. Мне нравились названия "Единая Россия", или Партия демократического единства, если уж нам социологическими исследованиями прописано держаться за слово "единство". Я бы пожертвовал очень красивым названием "Вся Россия", для того чтобы получилось нормальное название.