История и основные результаты геолого-геоморфологических исследований территории юга Дальнего Востока

Из истории науки

Вестник ДВО РАН. 2009. № 4

УДК 930:551.1/4 (551.4.08) А.А.ГАВРИЛОВ

История и основные результаты геолого-геоморфологических исследований территории юга Дальнего Востока

Анализируются основные этапы и тенденции развития комплексных геолого-геоморфологических исследований региона. Показано, что познание строения и развития эндогенного рельефа территории неотделимо от исследований в области тектоники, магматической, структурной геологии, геодинамики, геофизики. В свою очередь, высокая информативность рельефа и геоморфологических исследований проявляется при проведении неотектонического и тектонического районирования, оценке корреляции крупных форм рельефа и элементов глубинного строения, анализе механизмов тектогенеза, определении интенсивности и направленности тектонических движений, решении многих других геологических задач. Основной акцент в статье сделан на изложении результатов морфоструктурно-металлогенического анализа, который наиболее востребован для реализации программы расширения минерально-сырьевой базы юга Дальнего Востока.

Ключевые слова: история, геолого-геоморфологические исследования, рельеф, морфоструктурно-металло-генический анализ.

History and basic results of the geologic-geomorphological studies in the Southern Far East of Russia.

A.A.GAVRILOV (V.I.Il'ichev Pacific Oceanological Institute, FEB RAS, Vladivostok).

The basic stages and tendencies of the development of comprehensive geologic-geomorphological investigations in the region are analyzed. It is shown that the knowledge of structure and development of the endogenous relief of the territory cannot be separated from investigations in the fields of tectonics, magmatic, structural geology, geodynamics, and geophysics. In its turn, high informativity of the relief is manifested in the result of the neotectonic and tectonic division into districts, estimation of correlation of large relief forms and elements of the deep structure, analysis of tectogenesis mechanisms, determination of tectonic motions intensity and directivity, and solution of many other geological problems. The emphasis in the paper is placed on presentation of the results of morphostructure-metallogenic analysis, which is the most essential for implementation of the program of expansion of the mineral-ore base in the Southern Far East of Russia.

Key words: history,, geologic-geomorphologic investigations, relief, morphostructure- metallogenic analysis.

Введение

Постоянная дифференциация и все более узкая специализация в науках о Земле требуют синтеза разноплановой информации в рамках развития комплексных исследований на стыках различных областей знаний. Неразрывность процесса познания рельефа и геологической среды отражена в обобщающем понятии «геолого-геоморфологические исследования». Такой подход ориентирован на возможно более широкое использование геоморфологических методов для целей геологии и геологических методов для решения геоморфологических задач. Учитывая огромный объем накопленных к настоящему времени данных по геологии и геоморфологии региона, автор концентрирует внимание прежде всего на истории изучения эндогенного рельефа, детально анализирует вопросы развития морфотектонических исследований и результаты морфоструктурно-металлогенического

ГАВРИЛОВ Александр Анатольевич - кандидат геолого-минералогических наук, ведущий научный сотрудник (Тихоокеанский океанологический институт им. В.И.Ильичева ДВО РАН, Владивосток). E-mail: gavrilov@ poi.dvo.ru

анализа, которые наиболее востребованы для реализации программы расширения минерально-сырьевой базы территории юга Дальнего Востока (ДВ).

Экспрессные, преимущественно камеральные виды работ при морфометрическом, морфографическом анализе рельефа, широкое применение различных методик дистанционного зондирования Земли из космоса, возможность синтеза разноплановой информации и другие специфические черты комплексных геолого-геоморфологических исследований имеют особое значение для огромной и слабо освоенной территории ДВ России. Все это позволяет считать их проведение одной из приоритетных задач дальнейшего изучения и освоения региона.

История геолого-геоморфологических изысканий на территории юга ДВ отражает этапы как технической революции, так и эволюции научных представлений, методологии и методов исследований земной поверхности и строения региона. Поэтому исторический анализ и оценка тенденций развития теории и практики геолого-геоморфологического изучения юга ДВ позволяют наметить приоритетные направления и выбор целевых установок для оптимизации исследовательских работ.

Основные этапы развития исследований

Первые данные о рельефе и геологическом строении территории юга ДВ содержатся уже в работах первых исследователей Приамурья и Приморья (труды А.П.Аносова, М.И.Венюкова, И.А.Лопатина, Р.К.Маака, А.Ф.Миддендорфа, Н.Г.Меглицкого, И.С.Пер-микина, Ф.Б.Шмидта и др.). Дальнейшее хозяйственное освоение региона и завершение строительства Транссибирской магистрали в начале ХХ в. способствовали активизации геологических исследований. Были составлены первые схематические геологические карты территории, выявлен и описан ряд россыпных, угольных и рудных месторождений (работы Э.Э.Анерта, В.К.Арсеньева, Б.Ю.Бриннера, П.В.Виттенбурга, Д.Л.Иванова, А.Н.Криштофовича, С.Ф.Малявкина, Д.И.Мушкетова,П.И.Полевого, А.И.Хлопонинаи др.). В ходе геолого-съемочных и разведочных работ на этом этапе изучения региона геоморфологическая информация использовалась редко, преимущественно в россыпеносных районах для оценки денудационного среза коренных источников золота и анализа особенностей формирования потенциально продуктивных аллювиальных, делювиальных и пролювиальных толщ рыхлых отложений. Описание рельефа ограничивалось указанием абсолютных и относительных высот, уклонов рельефа, рассмотрением орографических, гидрографических и общих ландшафтных особенностей территории.

Систематическое изучение геологии региона начинается с 1922 г., но наиболее масштабно и активно стало проводиться с 1946 г., когда было образовано Дальневосточное геологическое управление. В 1949 г. возникает Приморское геологическое управление. Среди публикаций этого времени хочется отметить статью Е.Ф.Малеева (1946 г.) «О линейном расположении древнечетвертичных вулканов на Дальнем Востоке», в которой впервые выделяется Амурско-Уссурийская зона глубинного магмоконтролирующего разлома. Планомерная реализация среднемасштабной государственной геологической съемки, постепенно охватывающей всю территорию юга Дальнего Востока, привела к накоплению огромных объемов информации. С конца 50-х годов ХХ столетия широко развиваются тематические работы, проводимые коллективами сотрудников ЦНИГРИ, ВСЕГЕИ, ДВИМС, институтов АН СССР и других научных подразделений. Публикуются региональные стратиграфические схемы, создается большое количество разномасштабных геологических и специализированных гидрогеологических, геохимических, тектонических и других карт (работы А.И.Жамойды, А.П.Жузе, Е.В .Быковской, Е.Б.Бельтенева, Н.А.Беляевского, Г.П.Воларовича, Е.А.Радкевич, С.А.Музылева, Л.И.Красного, И.И.Берсенева, М.А.Фаворской, И.Н.Томсона, С.А.Салуна, А.М.Смирнова, В.А.Бажанова, Б.А.Иванова, С.Ф.Усенко, М.В.Чеботарева, М.Г.Золотова и многих других специалистов).

Локальные геофизические и геохимические исследования начали проводиться в пределах отдельных рудных районов территории с начала 1950-х годов, постепенно приобретая статус региональных. Появление новых данных и представлений о геологии региона, формирование методологии и методик геолого-съемочных работ тесно связаны с общей эволюцией тектонических воззрений, среди которых следует выделить развитие теории геосинклинально-складчатых и орогенных процессов (труды В.В.Белоусова, В.Е.Хаина, А.Л.Яншина и др.), становление концепции «ядер роста земной коры» (В.И.Попов, 1960 г.), новую оценку распространения и значимости глубинных разломов (исследования А.В.Пейве, В.Е.Хаина и др.), методические положения о преемственности, унаследован-ности тектонических движений структурного плана, тектонических форм (публикации Н.С.Шатского, А.В.Пейве и др.).

Одновременно со среднемасштабными геолого-съемочными и поисковыми работами проводились геоморфологические изыскания, более активно стали применяться материалы аэрофотосъемок. Однако для начального периода (1946-1960 гг.) изучения территории юга ДВ характерна неподготовленность парадигмы геоморфологии к синтезу геолого-геоморфологической информации. Существенно ограничивала сферу применения данных о рельефе при решении геологических задач узость рамок неотектонического подхода, в соответствии с которым постулировались сохранность кайнозойских поверхностей выравнивания в горных областях и независимость процессов эндогенного морфогенеза от возраста и состава геологического субстрата (работы С.С.Шульца, Г.С.Ганешина, Ю.Ф.Чемекова и др.).

Особенности такой методологии отчетливо отражены в постановке ограниченного класса задач геоморфологического изучения рудоносных территорий (Т.В.Звонкова, 1959 г.; Прикладная геоморфология, 1961 г.), в пределах которых традиционно рассматривались вопросы россыпеносности, денудационного среза рудных тел и формирования месторождений кор выветривания. Не получили еще широкого развития морфометриче-ские, морфографические методы анализа рельефа, геоморфологические признаки идентификации разрывных нарушений. В связи с ограниченным объемом региональных геофизических работ геоморфологами практически не использовались данные о глубинном строении территории.

Для 1960-1970 гг. характерно расширение рамок неотектонического подхода и формирование воззрений о геоморфологическом этапе развития Земли (труды И.П.Герасимова, Ю.А.Мещерякова и др.). Постепенное внедрение в практику геоморфологических работ положений об унаследованном и унаследованно-наложенном развитии элементов мор-фоструктурного плана существенно увеличивало возможности применения и интерпретации неотектонических, геоморфологических данных для целей тектоники, структурной геологии и металлогении. К этому времени относится появление первой геоморфологической карты территории Приморья (работа Н.А.Лебедевой, И.И.Берсенева), построенной на основе анализа разновозрастных уровней рельефа. В пределах Приамурья при составлении геоморфологических карт (труды Г.С.Ганешина, Ю.Ф.Чемекова, В.В.Соловьева, Г.М.Власова, А.В.Горячева и др.) выделялись разновозрастные поверхности выравнивания, сформированные, как считалось, в результате интенсивного разрушения горноскладчатых сооружений, перед эпейрогеническими поднятиями в позднем кайнозое [37]. Детальный анализ состояния проблемы формирования поверхностей выравнивания в пределах региона на тот период дан в монографии Р.И.Никоновой [17].

Большое значение имели первые работы по определению влияния тектонической тре-щиноватости на процессы морфогенеза, установление парагенетических связей разломов и речных долин разного порядка (работы Н.А.Граменицкой, Г.И.Худякова, А.П.Кулакова, А.М. Короткого, Г.С.Ганешина и др.). На фоне интенсификации региональных геолого-геоморфологических исследований значительное внимание уделялось палеогеоморфоло-гическим реконструкциям и особенностям формирования коррелятных рельефу рыхлых

отложений в речных долинах, предгорных и межгорных впадинах (работы Г.М.Власова, И.И.Берсенева, Ю.Ф.Чемекова, В.Г.Варнавского, А.М. Короткого, В.В.Никольской, Р.И.Никоновой и др.). В ряде публикаций давалась оценка влияния вулканических явлений на процессы рельефообразования (труды Г.М.Власова, М.И.Ициксона, Е.К.Устиева, Е.В.Быковской, В.Г.Сахно, В.И.Сухова, Г.М.Фремда, В.И.Рыбалко, С.М.Тащи и др.). В 1965 г. появилась монография Е.П.Денисова «Новейшая тектоника и позднекайнозой-ский вулканизм южного Приморья и прилегающих областей».

В основу первых крупных обобщений (1960-1970 гг.) по металлогении региона положены данные геологического изучения типовых тектонических структур, состава и возраста сопряженных с ними магматических комплексов, формаций. Кроме этого, использовались модели общей эволюции магматизма, принципиальные схемы геосинклинального и эпигеосинклинального развития (работы Г.П.Воларовича, М.Г.Золотова, Е.А.Радкевич, М.И.Ициксона, И.Н.Томсона, В.И.Сухова, М.Г.Руб, С.Ф.Усенко, М.В.Чеботарева, М.П.Материкова, Ю.Г.Иванова и др.). В разработке тектонической, структурно-фор-мационной основы металлогенического районирования большую роль сыграли труды Л.И.Красного, Е.Б.Бельтенева, И.И.Шапочки, С.А. Салуна, И.А.Плотникова и др. Использование в металлогенических построениях информации о глубинном строении (труды И.И.Шапочки, Э.Н.Лишневского, Ю.А.Павлова и др.) позволило выявить существенные различия корреляционных связей золото- и оловорудных районов с положительными и отрицательными гравитационными аномалиями территории. Устанавливаемая зависимость металлогенической специализации территории от состава пород фундамента и состава доминирующих магматических комплексов дала основание Е.А.Радкевич выделить в Приамурье области сиалического и сиало-фемического профиля рудной минерализации [21]. Во многих работах Е.С.Павлова, М.И.Ициксона и Е.А.Радкевич этого периода подчеркивалась важнейшая роль разрывных нарушений в контроле и размещении оруденения различной формационной принадлежности.

Важную методическую роль в развитии новых представлений о металлогении региона сыграли воззрения о внегеосинклинальном характере орогенного гранитоидного магматизма (работы Ю.А.Кузнецова, А.Л.Яншина и др.) и о широком развитии в пределах консолидированных областей процессов тектоно-магматической активизации, нашедших выражение в сводово-блоковой и блоковой тектонике [6, 25, 38 и др.]. Большее распространение получает морфогенетический подход к изучению рельефа рудоносных территорий, разрабатываются принципы составления общих и специализированных геоморфологических и морфоструктурных карт (работы Н.В.Башениной, М.В.Пиотровского и др.). К концу 1960-х годов значительно возрастает число публикаций, посвященных применению различных морфометрических и морфографических методов выделения блоковых морфоструктур и зон разрывных нарушений, которым отводится главная роль в контроле и размещении оруденения [6] (труды А.В.Орловой, А.А.Лукашова, Ю.Г.Симонова и др.). Важную роль приобретает выделение трудно фиксируемых по геологическим признакам в пределах верхнего структурного яруса (скрытых), но проявленных в рельефе и геофизических полях сквозных глубинных разломов фундамента, имеющих, по мнению ряда исследователей (работы М.А.Фаворской, И.Н.Томсона, Р.Г.Иванова и др.), особое магмо- и рудоконтролирующее значение.

В середине 1960-х годов заметно активизируется геологическое изучение магматических и тектоно-магматических кольцевых структур (КС) (работы Г.Л.Поспелова, А.В.Авдеева, Г.З.Поповой, И.Н.Томсона, М.А.Фаворской и др.), которым отводится важная роль в контроле проявлений рудной минерализации. Однако в пределах региона исследования пока ограничивались изучением локальных вулканических и плутонических форм (работы В.И.Сухова, Е.В .Быковской, Г.М.Власова, В.Г.Сахно, В.И.Рыбалко, Г.М.Фремда и др.). К этому же времени относится появление работ Э.П.Изоха об интрузивном магматизме и поперечной зональности структуры Сихотэ-Алиня.

На новом техническом уровне в этот период продолжилось геолого-геоморфологическое изучение россыпеносных районов региона (работы В.К.Флёрова, П.А.Сушкова, С.В.Эпштейна, С.С.Воскресенского, А.П.Сорокина и др.). Проводилось изучение геолого-геоморфологических процессов, связанных с многолетней и сезонной мерзлотой, проблемами четвертичного оледенения и формирования палеогляциальных отложений и форм рельефа (труды С.А.Кушева, Ю.А.Ливеровского, Г.С.Ганешина, В.В.Соловьева, С.С.Воскресенского, Ю.Ф.Чемекова, Г.М.Власова, В.В.Никольской, В.А.Ярмолюка и др.). Многочисленные исследования этого времени посвящены вопросам формирования речных и морских террас, эвстатическим и климатическим факторам колебания уровня вод дальневосточных морей (работы Б.В.Бондаренко, В.И.Буданова, Г.Е.Быкова, Г.С.Ганешина, В.П.Зенковича, И.И.Берсенева, В.В.Никольской, В.С.Медведева, Р.И.Никоновой, А.М. Короткого, А.П.Кулакова, В.В.Соловьева, Ю.Ф.Чемекова и др.).

1970-1980 гг. Появление материалов дистанционного зондирования из космоса предопределило возросший интерес к геолого-геоморфологическому изучению КС. Однако размеры и ранг исследуемых на первых этапах геологами КС за редким исключением не выходили за уровень локальных магматогенных объектов. Выделяемые сводово- и глыбово-блоковые поднятия еще не идентифицируются с магматическими сводами и очаговыми структурами глубинного заложения (труды Н.В.Корешкова, Е.Д.Карповой, М.В.Пиотровского и др.), хотя некоторые исследователи и рассматривают их как маг-моконтролирующие, сквозные типы дислокаций [1, 19, 27 и др.]. Помимо понятия КС для описания подобных дислокаций используются термины с различной семантикой (концентрические комплексы, структуры и морфоструктуры центрального типа - СЦТ и МЦТ, очаговые системы, фрактуры и др.). Различие между ними определяется лишь акцентом на морфологических, структурных или генетических особенностях данных природных объектов.

Металлогеническое значение кольцевых структур Приамурья, выявленных при дешифрировании телевизионных космических снимков, впервые было рассмотрено в 1977 г. в работе В.В.Онихимовского. Приводимые в ней данные о попадании более 70% известных рудных узлов в контуры круговых фотоаномалий, несмотря на сложности их идентификации, показали высокую значимость изучения связанных с аномалиями КС для целей прогнозирования. Отдельные аспекты рудоносности локальных очаговых построек (вулканических, вулканоплутонических, плутонических куполов, вулканотектонических депрессий и т. д.) неоднократно освещались в печати и ранее, однако переход к изучению всего комплекса разноглубинных инъективных дислокаций региона стал возможен только после появления материалов космических съемок и прогресса методов морфоструктур-ных и геофизических исследований. В серии публикаций Л.И. Салопа, Е.В.Павловского, О.Б.Гинтова, М.З.Глуховского и других специалистов впервые представлены материалы о существовании первичных ядер роста протокоры Земли, так называемых нуклеаров, представляющих собой древнейшие КС, широко развитые в пределах щитов и древних платформ, в том числе на Алданском щите. Г.И.Князевым в 1973 г. выдвинуты положения о замкнутых и фрагментарных рудных поясах, обрамляющих области ранней консолидации. Рядом авторов (публикации М.Г.Золотова, 1976 г.; В.В.Соловьева, 1973, 1978 гг.) обосновывается представление о существовании в пределах окраины Азии мегаструктур центрального типа радиусом более 1000 км, в том числе Амурской и Яно-Колымской мегаМЦТ.

Другие характерные особенности исследований этого периода, помимо появления нового объекта исследований - МЦТ, связаны с формированием теоретических основ применения геоморфологических методов для поиска и прогнозирования оруденения с акцентом на интенсивном развитии методов дистанционного зондирования Земли из космоса (публикации И.К.Волчанской, Н.Т.Кочневой, В.С.Кравцова, Н.В.Скубловой, Ю.Г.Сафонова и др.). В.Б.Карауловым, А.Л.Ставцевым в 1975 г. впервые опубликована

схема трансрегиональных и региональных разломов востока Азии, которая составлена с использованием геолого-геоморфологических данных и материалов дешифрирования телевизионных космических снимков. В ряде работ (исследования Г.И.Худякова, Э.Н.Лишневского, В.К.Шевченко и др.) на основе данных об увеличенной мощности земной коры под горными сооружениями («корни гор») региона акцентируется внимание на глубинном аспекте морфоструктурных построений, сформулированы представления об активной рельефообразующей роли гранитоидных интрузий, унаследованном развитии элементов морфоструктурного плана.

На 1970-е годы приходится расцвет исследований по методологии геологических наук в ИТИГ (Хабаровск) под руководством Ю.А.Косыгина и В.А.Соловьева. В многочисленных публикациях того времени (работы Ю.А.Косыгина, В.А.Соловьева, В.Ю.Забродина, В.А.Кулындышева, Ю.С.Салина, Р.Ф.Черкасова и др.) анализировались содержание и соотношения базовых понятий геологии, рассматривались вопросы общей структуры геологических знаний, формализации научного языка, общих правил классификации и систематизации данных, математизации, компьютеризации исследований и др.

В монографии С.Ф.Усенко и М.В.Чеботарева [32] отмечалось особое металлогени-ческое значение орогенного этапа развития территории, характеризующегося широко проявленными процессами метаморфизма, интрузивного магматизма, сводово-блоковой тектоникой. В качестве типовых рудоконтролирующих структур регионального ранга рассматривались сводово-блоковые поднятия, еще не идентифицируемые с очаговыми структурами или МЦТ. Хингано-Охотская и Сихотэ-Алинская горные системы соотносились с разломно-магматическими рудоносными поясами.

В геолого-геоморфологических исследованиях того времени продолжались методические работы, связанные с оценкой поискового и прогнозного значений аномалий общей горизонтальной, вертикальной расчлененности рельефа, определением денудационного среза рудоносных блоков и их секций, совершенствованием методов геоморфологического картирования при поисках полезных ископаемых, изучением вертикальной зональности размещения проявлений эндогенной минерализации (труды А.В.Орловой, А.А.Лукашова, Г.С.Ананьева, Ю.Г.Симонова, Ф.Я.Корытова и др.). В коллективной монографии Г.И.Худякова с соавторами [9] на основе изучения конформных и коррелятных комплексов впервые проведен детальный и глубокий анализ истории развития рельефа региона. Получены данные о длительности формирования и устойчивости тенденций развития многих элементов морфоструктурного плана. Пересмотрены существовавшие ранее положения о значительной пенепленизации горных сооружений территории и формировании региональных поверхностей выравнивания. Отмечена относительно малая роль неоген-четвертичного этапа тектогенеза в становлении морфоструктур областей мезозойской и более древней складчатости. На схемах морфотектонического районирования, построенных в рамках геосинклинальной концепции [35], показаны такие региональные морфоструктуры, как Амуро-Зейская плита, Джугджуро-Становая эпигеосинклинально-эпиплатформенная, Буреинская эпиплатформенная, Куканско-Ямалинская эпиэвгеосинк-линальная, Сихотэ-Алинская эпигеосинклинальная и другие длительно развивающиеся области поднятий, а также различные по времени формирования (М7-К^ и Кг) группы межгорных впадин. Сформулированный Г.И.Худяковым принцип геолого-геоморфологической конформности [9] имел большое методическое значение для дальнейшего развития морфтектонических исследований. В работах других исследователей основными категориями неотектонического и морфоструктурного районирования орогенных областей по морфологическим признакам выступают щитообразные, глыбовые, сводово-глыбовые и сводовые поднятия [3, 19 и др.]. Н.М.Органовой в 1977-1978 гг. проводились исследования геолого-геофизических условий сейсмичности Приморья и анализировались признаки отражения сейсмоопасных зон в рельефе юга ДВ. В 1972 г. вышла монография Б.А.Иванова, посвященная Центрально-Сихотэ-Алинскому разлому (сдвигу).

Наряду с развитием неотектонического и морфоструктурного направлений исследований в пределах территории были продолжены работы по изучению геолого-геоморфологических условий формирования россыпей (работы Г.П.Воларовича, С.С.Воскресенского, М.В.Пиотровского, А.П.Сорокина и др.), угольных месторождений (труды А.П.Сорокина). Проводились палеогеографические и палеогеоморфологические реконструкции депрес-сионных морфоструктур юга ДВ (труды А.М. Короткого, Ю.К.Ивашинникова, В.Г.Вар-навского и др.).

Дальнейшее развитие представлений о внегеосинклинальном характере мезозойско-кайнозойского магматизма в пределах юга Дальнего Востока акцентировало внимание на глубинных структурах и факторах эндогенного рудообразования, связи рудной минерализации со спецификой эволюции магматизма зон и областей активизации (работы В.И. Казанского, В.К.Путинцева, В.И.Сухова, А.Д.Щеглова, И.Н.Томсона др.). В своих публикациях этого периода Г.Е.Усанов и Ю.И.Бакулин связывают специфику металлогении различных областей региона с существованием поля неоднородных геодинамических напряжений в коре и верхней мантии. Развитие астеносферы в режиме сжатия или растяжения, по их мнению, предопределяют условия поступления глубинных флюидов и проницаемости коры. Оригинальная интерпретация геолого-геофизических данных позволила Э.Л.Рейнлибу и Н.П.Романовскому (1977 г.) впервые представить Сихотэ-Алинский ороген в виде цепочки сводовых поднятий. Среди публикаций 1970-х годов необходимо отметить также серию работ П.М.Сычева о связях глубинных и поверхностных процессов тектогенеза, термальных моделях изостазии сводов.

В 1980-1990 гг. происходило дальнейшее внедрение материалов разных видов космических съемок в практику геолого-геоморфологических исследований региона. Это привело к количественному и качественному росту информации об основных особенностях геологического строения территории: выделению ранее неизвестных систем дислокаций, уточнению геолого-геоморфологических границ, пространственных соотношений элементов структурного и морфоструктурного плана. Главное значение приобрело выявление зон разрывных нарушений и кольцевых образований, широкое распространение которых в различных районах и регионах мира становилось по мере накопления данных дешифрирования и обработки космических снимков непреложным фактом [7, 8, 12-16, 26, 27 и др.]. Такие специфические свойства космических снимков, как обзорность и «глубинность», позволили получить более полные схемы основных структурных элементов изучаемых территорий, анализировать пространственную организацию и иерархию разрывных нарушений, кольцевых, блоковых морфоструктур и, следовательно, давать более точную оценку факторам структурного контроля оруденения.

Основные достижения в изучении очаговых образований рассматриваемой территории этого времени связаны с работами В.В.Соловьева, М.Г.Золотова, М.А.Фаворской, И.Н.Томсона, Н.П.Романовского, Б.В.Ежова, А.П.Кулакова, С.М.Тащи, В.В.Юшманова, И.К.Волчанской, Е.Н.Сапожниковой, В.В.Середина, А.А.Гаврилова и других исследователей. Большую роль в обобщении региональных геолого-геоморфологических материалов сыграли карты МЦТ территории СССР [27] и вулкано-тектонических структур прибрежно-материковой части Дальнего Востока [10], линеаментов ДВ и сопредельных территорий [11]. В монографиях А.П. Кулакова 1980 и 1986 гг. описана субпланетарная бинарная дуговая система мегаструктур континентальной части и зоны перехода Азиатского материка к Тихому океану. В фундаментальных работах [7, 8, 12, 14-16, 27] обоснованы положения о существовании планетарной и региональных систем СЦТ и МЦТ, рассмотрены основные механизмы очагового текто- и морфогенеза. В это время активно развивается концепция очагового тектогенеза (работы В.В.Соловьева, Б.В.Ежова, Г.И.Худякова и др.), которая опирается на известные и неоднократно апробированные теоретические положения о глубинных инъективных дислокациях, мантийном диапиризме (труды В.В.Белоусова, Ю.А.Кузнецова, Ю.М.Шейнманна и др.), модели плюмовой тектоники (Morgan, 1971 г.;

Андерсон, 1984 г. ; и др.), интрателлурических потоков, конвективных движений в мантии (Кирдяшкин, 1979, 1989 гг.; Добрецов, 1981 г.; и др.). Она относительно хорошо согласуется с результатами тектонофизических экспериментов по моделированию СЦТ в подвижных и неподвижных средах (работы В.А.Невского, П.М.Бондаренко, Х.Рамберга,

A.И.Петрова и др.).

При анализе закономерностей пространственной организации МЦТ региона рассматривались дуговые, перекрестные, орбитальные и другие типы их пространственных группировок [13, 15, 16, 40]. В большинстве публикаций МЦТ регионального ранга идентифицировались с проекциями глубинных длительно живущих энергетических центров, обусловливающих формирование в орогенных системах ДВ разновозрастных ядер гранитизации [14, 16, 22, 26, 27 и др.]. В работах [2, 3, 26, 27] и публикациях С.М.Тащи (1982 г.), А.А.Гаврилова (1988 г.) выдвигаются различные модели строения Сихотэ-Алин-ской орогенной системы сводовых и тектоно-магматических поднятий. В работах автора (1988-1989 гг.) выдвинуты положения о Корейско-Охотском и Больше-Хинганском рядах сводовых и тектоно-магматических поднятий, сателлитном типе инфраструктуры Амурского мегасвода.

Все названное способствовало быстрому развитию геолого-геоморфологических исследований, ориентированных на изучение и оценку магматических факторов структуро- и рельефообразования. Морфоструктурный анализ стал доминировать среди традиционных геоморфологических исследований рудных районов [2, 14-16, 26, 27 и др.]. Более широко для анализа геолого-геоморфологических ситуаций стали применяться геофизические материалы и данные [7, 8, 22, 26, 27]. В это время в пределах региона были развернуты широкомасштабные геофизические исследования: проведены гравиметрическая и магнитная съемки, завершено несколько профилей глубинного сейсмического зондирования, продолжилось сейсмическое изучение орогенных сооружений, предгорных и межгорных впадин (работы Ю.А.Косыгина, Э.Н.Лишневского, Р.Г.Кулинича, Ю.Ф.Малышева, С.В.Потапьева,

B.Я.Подгорного, И.К.Туезова и др.). Помимо региональных работ осуществлялись исследования глубинного строения отдельных рудных районов (работы Н.П.Романовского, Э.Н.Рейнлиба, В.А.Бормотова и др.), петрофизики гранитоидных рудно-магматических систем горных областей, разработан способ количественной оценки проявлений гранито-идного магматизма при глубинных геолого-геофизических исследованиях, сформированы представления о связях рудно-магматических систем с зонами и центрами глубинной разрядки эндогенных процессов, о соотношении Амурской мегаструктуры и горячего поля мантии [22]. В работах [3, 14, 26 и др.] получили дальнейшее развитие идеи о существовании в регионе крупных линейных рудогенерирующих тектоно-магматических систем глубинного заложения.

В последующем более детально анализируются вопросы пространственно-генетической связи процессов тектоно-магматической активизации, формирования орогенных структур и явлений рудообразования, специфики магматизма рудных районов (работы И.Н.Томсона, В. А.Баскиной, В.Г.Хомича и др.), типизации рудоконтролирующих зон разломов и очаговых структур. Большое значение приобретает выявление пространственно-временных соотношений процессов длительной гранитизации (магматизма, метаморфизма) с глубинными потоками тепла и флюидов и эволюцией тектоно-магматических орогенных структур внутриконтинентальных областей, характеризующихся преимущественно сиалическим профилем рудной минерализации [14-16, 22 и др.]. Получены новые данные об общем чередовании явлений конструктивного и деструктивного тектоморфогенеза во времени и соответствующей цикличности развития кислого и базитового магматизма региона (работы Г.С.Усанова, В.И.Сухова, А.А.Гаврилова и др.). Установлена временная сопряженность проявлений кислого и основного магматизма в пределах тектоно-магматических поднятий при пространственной разобщенности магматических центров [14, 27]. Эти представления соотносятся с принципом параллельности развития рудных процессов в пределах

месторождений, рудных узлов и районов, соучастия коровых и мантийных компонентов и факторов в реализации процессов рудообразования [39].

В 1980-е годы проводятся специализированные морфоструктурные исследования рудных полей, узлов с объектами одной формационной принадлежности [15, 16]. Приводятся доказательства зависимости металлогенической специализации МЦТ от их размеров и, соответственно, глубин заложения, что открывает возможности решения широкого круга задач по изучению общей металлогении очаговых систем, получения данных о рудной стратификации мантии, определения потенциальных источников и глубин поступления рудного вещества (монография Б.В.Ежова, В.Л.Андреева «Оруденение в МЦТ мантийного заложения», 1989 г.). Эти работы идейно стыкуются с геологическими исследованиями по нелинейной [39] и ринговой [12] металлогении. Намечается направление работ по моделированию глубинных очаговых систем на основе геолого-геофизических (работы Э.Л.Рейнлиба, Н.П.Романовского, В.А.Абрамова, Л.И.Брянского, В.А.Бормотова, Ф.И.Манилова, А.М.Петрищевского и др.) и морфоструктурных данных [7, 8, 16, 27].

Получены данные об общей линейно-узловой, дискретной инфраструктуре горных хребтов юга ДВ с хорошо выраженной трансляционной симметрией. Предполагается, что это обусловлено симбиотическим развитием глубинных разломов и очаговых систем, образующих цепи или ряды тектоно-магматогенных и магматогенных структур разного ранга, возраста и петрохимической специализации. Основные черты морфоструктурно-го строения орогенных областей юга ДВ и прилегающих областей Китая определяются изометричными и линейными системами МЦТ соответствующего ранга [5, 7, 8, 14, 16, 26, 27]. Главные элементы Амурского мегасвода - гранитные купола и своды Байкальской горной области и Больше-Хинганский, Корейско-Охотский, Сихотэ-Алинский субпараллельные ряды сводовых и тектоно-магматических поднятий, сопряженные с глубинными энергогенерирующими центрами и зонами магмоконтролирующих разломов [5].

В монографии Р.И.Никоновой [18] всесторонне проанализирована проблема пенеплена в геоморфологии, детализируются высказанные ранее представления о связи процессов формирования поверхностей выравнивания не столько с процессами денудации горных сооружений, сколько с изменением тектонических режимов развития региона [36]. На первое место в преобразовании горно-складчатых областей выступают процессы утонения, рифтогенной деструкции и базификации земной коры. Среди публикаций этого периода, посвященных широкому развитию рифтогенных процессов на восточной окраине Евразии в позднем кайнозое, необходимо выделить работу В.Г.Варнавского, Ю.Ф.Малышева (1986 г.) о формировании Восточно-Азиатского грабенового пояса и статью Е.Е.Милановского, А.М.Никишина (1988 г.) об особенностях строения и эволюции Западно-Тихоокеанской рифтовой системы. В пределах востока Азии и зоны перехода к Тихому океану по геолого-геоморфологическим, геофизическим данным и результатам дешифрирования КС выделяется система равноудаленных (шаг - 500 км) зон циркумти-хоокеанских глубинных разломов, которые определяют простирание и позицию основных орографических и структурных элементов (А.А.Гаврилов, 1988 г.). Большой вклад в расшифровку региональных особенностей тектогенеза внесли монографии (1980, 1989 гг.) и другие публикации В.П.Уткина о разнопорядковых системах сдвигов и сдвиговых дислокациях.

В этот же период появляются работы [3, 13], «Геоиндикационное моделирование...» (1984 г.); Н.В.Скубловой (1987 г.) и другие, обобщающие результат, опыт использования геоморфологического анализа и аэрокосмической информации (с применением электронно-вычислительной техники, математических методов) для решения прогнозных и поисковых задач металлогении. Принципиально важным для познания закономерностей геологического и геоморфологического строения и развития региона было создание более совершенных морфотектонических картографических моделей [29], раскрывающих основные особенности строения территории юга ДВ. Значительное место

в геолого-геоморфологических исследованиях территории занимают неотектонические построения [34], попытки применения структурно-геоморфологических моделей для решения вопросов сейсмотектоники, анализа региональной системы блоковых дислокаций, сети линеаментов и др. (работы Г.Ф.Уфимцева, Ф.С.Онухова, Ф.Г.Корчагина и др.). Существенное теоретическое и практическое значение для изучения СЦТ региона имела публикация монографии В.В.Юшманова «Тектоно-магматические концентрические комплексы» (1985 г.). В работе А.П.Сорокина (1989 г.) рассмотрены вопросы выделения иерархического ряда россыпеконцентрирующих структур, применения морфотектонического анализа для реконструкции условий вскрытия коренных источников золота. Большой научный интерес до настоящего времени представляет монография С.Ф.Усенко «Геоди -намика формирования, тектоника и оловоносность Сихотэ-Алинской складчатой системы», изданная в 1984 г. А.Б.Игнатьев с соавторами (1986 г.) выделили металлогенические типы вулкано-тектонических структур северо-восточной окраины Евразии. Л.В.Эйришем (1989-1990 гг.) описаны региональные уровни, экраны и ярусы гидротермального оруде-нения ДВ, рассмотрены вопросы региональной рудной зональности и золотоносности.

Начиная с 1991 г., в связи с распадом СССР и перестроечными процессами в экономике, масштабы геолого-геоморфологических исследований и производственных геологосъемочных работ резко сократились. С периодом 1990-2000 гг. совпала смена методологии и модельно-целевых установок в геологических исследованиях региона: в практику стали широко внедряться идеи и методы неомобилизма, палеогеодинамические модели и реконструкции, постулирующие превалирование горизонтальных тектонических движений, проявление субдукционных и аккреционных процессов. Наиболее широкое развитие получил один из разделов плейттектоники, так называемый террейновый анализ. В свете новых воззрений докембрийские срединные массивы территории юга ДВ стали интерпретироваться как микроконтиненты, структурно-формационные зоны позднемезо-зойских орогенных областей стали соотноситься с террейнами, сложенными окраинно-континентальными, шельфовыми, островодужными, турбидитовыми и другими комплексами, характерными для современных активных континентальных окраин и зон перехода к Тихому океану. Орогенные пояса стали рассматриваться как коллажи аккретированных геологических тел, автохтонных и аллохтонных блоков, пластин, зоны широкого развития коллизионных дислокаций (работы Б.А.Натальина, А.И.Ханчука, Л.М.Парфенова, И.В.Кемкина и др.).

В.П.Уткиным [33] предложена альтернативная геодинамическая модель синхронного формирования горст-аккреционных систем и рифто-грабенов юга ДВ, в которой главная роль отводится региональным левосдвиговым дислокациям. В качестве основных магмо-и рудоконтролирующих структур рассматриваются раздвиги и сколовые трещины, оперяющие сдвиги, а также блоки, сопряженные с процессами сосдвигового раздвига и узлами пересечения северо-восточных сдвигов поперечными системами разломов.

Показательно, что во всех этих моделях явно недооценивается активная геодинамическая роль процессов магматизма и глубинных инъективных дислокаций, а также практически игнорируется информация о рельефе и его конформных связях с геологией и глубинным строением территории. Не находят объяснения в рамках террейновых построений и так называемые процессы внутриплитовой геодинамики, в частности внедрение в пределах выделяемых коллизионных и надсубдукционных зон глубинных мантийных плюмов или диапиров, размеры проекций которых зачастую заметно превышают ширину полосы возможного влияния субдукционных процессов. Представляется, что возникновение и развитие ярусных систем магматических камер и очаговых структур, связанных с мантийными диапирами, зависит от геодинамических условий среды только на начальных этапах. В последующем по мере роста магматических центров они сами становятся важным фактором структурирования геологической среды, обеспечивая за счет периодического поступления глубинного материала длительный разогрев, анатексис, контаминацию,

мигматизацию вмещающих пород и поднятие участков земной коры. Предпосылки для образования изостатически неустойчивых линз разуплотненной мантии и магматических центров возникают в условиях существенного снижения литостатического давления при раздвиговых и сдвиговых подвижках в зонах глубинных разломов при относительно высокой насыщенности глубинных расплавов флюидами, газами. Повышение эффективности исследований фундаментальной проблемы взаимодействия мантии и земной коры приводит к необходимости связать воедино идеи плюмовой и линеаментной тектоники с воззрениями о существовании планетарной, региональных и локальных систем морфоструктур центрального типа и сети планетарных и региональных магмоконтролирующих разломов как основных энергонесущих систем Земли [5].

Для пропаганды идей МЦТ (СЦТ) и реализации крупных проектов (составление карт, проведение всероссийских конференций и др.) на базе лаборатории геоморфологии ТИГ в 1991 г. была создана общественная организация «Ассоциация исследователей структур центрального типа» (АИСЦТ) (А.А.Гаврилов, Б.В.Ежов), объединившая более 100 специалистов различных регионов России и ближнего зарубежья. АИСЦТ провела два всероссийских совещания, выпустила коллективную монографию «Проблемы очагового текто-генеза» (1993 г.) и 2 тематических сборника, но вследствие нарастания кризисных явлений в стране вскоре прекратила свою деятельность.

В серии работ этого периода (В.Г.Сахно, В.В.Ярмолюк, В.И.Коваленко, В.Г.Моисеенко и др.), посвященных характеристике позднемезозойско-кайнозойского магматизма территории юга ДВ, на основе анализа петрохимических, геохимических, минералогических и изотопных данных показана определяющая роль глубинных факторов (мантийных источников вещества и энергии) в формировании магматических систем региона. Приведенные в этих публикациях материалы позволяют идентифицировать выделяемую по геолого-геоморфологическим данным Амурскую кольцевую мегаструктуру с мантийным плюмом, выделить плюмовый тип вулканизма [24]. Для объяснения процессов взаимодействия земной коры и мантии при реализации очаговых процессов в литосфере В.А.Абрамовым в работах 1992-1997 гг. предложен механизм тектоносферной воронки, реализуемый при формировании МЦТ регионального ранга. Многочисленные геолого-геоморфологические и геофизические материалы о глубинных корнях сводово-блоковых поднятий орогенных систем и закономерностях размещения центров гранитоидного и базитового магматизма позволяют говорить о существовании сложной пространственно-иерархической системы мантийных диапиров региона и глубинной природе процессов морфогенеза [4, 5, 14-16, 22, 23, 26, 31 и др.]. В работах Ю.Ф.Малышева, В.Б.Каплуна, Ф.И.Манилова, А.М.Петрищевского, В.Я.Подгорного и других специалистов дается геофизическое обоснование существования в пределах региона современных выступов астеносферы, соотносимых с относительно небольшими плюмами или мантийными диапирами. В рельефе им отвечают, как правило, депрессионные морфоструктуры (впадины Чля-Орельская, Сунляо и др.).

В рамках исследований, проводимых в лаборатории геоморфологии ТИГ, публикуется ряд работ Е. А.Мясникова о рудоконтролирующих МЦТ Верхнего Приамурья, монография Б.В.Ежова с соавторами (1995 г.) об очаговых структурах подвижных и стабильных областей и книга А.А.Гаврилова (1993 г.) об основных проблемах морфоструктурно-металлоге-нического анализа. Введение понятия линейной системы очаговых структур как категории металлогенического районирования позволило решить вопрос пространственных и иерархических соотношений линейных и изометричных рудоносных площадей и послужило основой создания унифицированной схемы соотношений категорий морфоструктурно-металлогенического районирования. Предложенная формализованная классификация инфраструктур очаговых образований и представления об их морфологической и структурной гомологии позволяют проводить сравнительный анализ и паспортизацию проекций рудно-магматических систем с использованием широкого комплекса признаков [5].

Выделены кратоно-орогенные и рифтогенные типы КС, предложена оригинальная классификация СЦТ рассматриваемого региона и Земли в целом, сформулировано положение о минерагенической асимметрии СЦТ (Гаврилов, 1999, 2002 гг.). В монографии С.М.Тащи с соавторами (1996 г.) анализируются вопросы морфоструктурного строения и палеогеографии западного Приморья и сопредельных территорий Китая и Кореи.

В 1990-2000 гг. получили дальнейшее распространение комплексные исследования сейсмичности и сейсмотектоники региона, систематизированы данные о геологических и геоморфологических признаках палеосейсмодислокаций, изучались вопросы связи сейсмических процессов с глубинным строением и новейшей геодинамикой, прогноза землетрясений и др. (работы Ф.Г.Корчагина. Ф.С.Онухова, А.В.Олейникова, Н.А.Олейникова, В.Е.Кузнецова, Г.Ф.Уфимцева и др.).

Последующее развитие геолого-геоморфологических исследований конца ХХ и начала XXI столетий происходило на фоне господства плейтектонических воззрений и построений, с одной стороны, и возрождения идей глубинной, или плюмовой, тектоники - с другой. На фоне общего снижения интенсивности геолого-съемочных, поисковых и разведочных работ геолого-геоморфологическому изучению территории стало уделяться меньше внимания, количество публикаций по данной тематике резко сократилось. При этом намеченные в 1970-1990 гг. основные тенденции развития этого направления сохранили направленность и не потеряли своего значения, подтверждая устойчивый характер связей морфотектонических и морфоструктурно-металлогенических исследований прежде всего с идеями глубинной тектоники. Более широко стали внедряться в практику и компьютерные технологии, связанные с оцифровкой рельефа и геолого-геофизических данных, применением геоинформационных систем (ГИС) и созданием компьютерных версий различных карт (работы Б.А.Казанского, В.В.Ермошина, Ф.И.Манилова, Е.И.Иволги, В.В.Наумовой и др.).

Развитие методов, связанных с анализом данных космической геодезии (системы SLR, DORIS, GPS и др.), привело к появлению серии работ (труды М.Д.Герасименко, Н.В.Шестакова, В.Ю.Тимофеева, П.Ю.Горнова, А.И.Мирошниченко, А.П.Сорокина и др.) по оценке новейших тектонических движений в пределах рассматриваемого региона. На первый взгляд, появление данных о перемещениях плит однозначно решило вопрос в пользу мобилизма, и плейттектоника получила принципиально важное дополнительное обоснование. Но на самом деле ситуация продолжает оставаться достаточно неопределенной. Очевидно, что наблюдения носят слишком кратковременный характер, чтобы приобрести силу решающих доводов. В ряде случаев отмечается противоречивость полученных данных, что связано как с неполнотой данных GPS мониторинга, так и со сложным, гетерогенным макро- и микроблоковым строением территории юга ДВ. Данные инструментальных замеров на геодинамических полигонах Сахалина, Курильских островов, Камчатки (труды Н.Ф.Василенко, В.К.Захарова и др.) и повторного нивелирования Транссибирской магистрали (работа И.К.Туезова, Г.В.Золотарской) свидетельствуют о том, что современные тектонические движения носят возвратно-поступательный или колебательный характер, отражая периодические изменения направлений векторов поля напряжений, чередование режимов сжатия-растяжения в верхних частях литосферы. На некоторых полигонах интенсивность вертикальных движений не только не уступает, а существенно превосходит горизонтальные перемещения блоков.

В рассматриваемый период продолжилось изучение линеаментных систем региона (работы Л.И.Морозовой, Ф.С.Онухова, А.П.Кулакова и др.). Полученные автором материалы свидетельствуют о том, что существование каркасных систем глубинных разломов и общее макроблоковое строение зоны перехода между Евразией и Тихим океаном обусловливают дизъюнктивный характер границ впадин окраинных морей, представляющих собой обособленные депрессионно-глыбовые морфоструктуры со специфическим режимом развития. Особое значение имеет изучение сквозных разломов «суша-море»,

которые можно использовать как тектонические реперы для оценки амплитуд возможных тектонических подвижек Япономорского и Охотоморского регионов (Гаврилов, 2002, 2003 гг.) и выявления зон повышенного геодинамического риска. Новые данные о сейсмичности и применении геолого-геоморфологических методов при выявлении сейсмодислока-ций в южном Приморье приведены в монографии [20]. В книге С.М.Тащи и Е. А.Мясникова [28] рассмотрены геолого-геоморфологические системы территории агломерации Владивосток-Артем и предложена комплексная система оценки геодинамических рисков. Глу -бокий анализ строения и эволюции рельефа, изменчивости палеогеографических условий территории Приморья в позднем кайнозое содержится в многочисленных публикациях А.М.Короткого. В книге Ю.К.Ивашинникова и А.М.Короткого (2005 г.) суммированы последние данные о неотектонике и палеогеографии кайнозоя Азиатско-Тихоокеанской переходной зоны. Н.П.Романовским [23] продолжены работы по систематизации поверхностных и глубинных признаков гранитоидных рудно-магматических систем региона и Тихоокеанского рудного пояса в целом, оценены глубинные закономерности их формирования и размещения. Полученные для юга ДВ результаты во многом подтверждают положения плюмовой тектоники и согласуются с материалами геолого-геоморфологических исследований рудоносных районов территории [4, 5, 15, 16 и др.]. В коллективной монографии «Металлогения Дальнего Востока России» (2000 г.) охарактеризована рудонос-ность металлогенических провинций востока Азии, проведено выделение региональных и локальных (ранг - рудный район) рудно-магматических систем, установлены металло-генические циклы, эпохи и стадии, обоснован цикличный характер развития земной коры.

В книге В.Г.Хомича (1995 г.), посвященной металлогении вулканоплутонических поясов востока Азии, обосновывается положение о принципиальном петрохимическом сходстве островодужных, внутри- и окраинно-континентальных вулканоплутонических поясов (ВПП), сложенных комплексами пород известково-щелочного состава. Делается вывод о существовании сходного набора рудных формаций для всех типов поясов и корреляции между петрохимическим составом магматических образований и геохимической специализацией рудных объектов. Очевидно, что постулируемые в монографии взаимосвязи между седиментогенными, метаморфогенными, магматогенными и рудогенными процессами опосредуются рельефом и неотделимы от явлений морфогенеза. Создание целостной картины процессов, протекающих при формировании ВПП, предполагает синтез разноплановой геологической и геоморфологической информации.

Важным этапом в развитии плейттектонических воззрений на геологическое развитие и металлогению региона послужило создание печатных и компьютерных версий карт цир-кум Северо-Тихоокеанских тектоно-стратиграфических террейнов (Nokleberg, Parfenov, Monger et al., 1994 г.) и террейнов, месторождений полезных ископаемых и металлогени-ческих поясов российского Дальнего Востока, Аляски и канадских Кордильер (Nokleberg, West, Dawson et al., 1998 г.). Крупное обобщение региональных материалов по геологии юга ДВ и сопредельных территорий связано с появлением печатного и компьютерного вариантов «Тектонической карты области сочленения Центрально-Азиатского и Тихоокеанского поясов» (м-б 1 : 1 500 000) и объяснительной записки к ней [30]. Приведенные в ней многочисленные новые материалы по региональной геологии, минерагении юга ДВ и сопредельной территории Китая открывают дополнительные возможности геолого-геоморфологического анализа строения и развития Амурского мегасвода.

Перспективы совершенствования методической основы фундаментальных и прикладных геолого-геоморфологических исследований определяются, по мнению автора, созданием статических, динамических и ретроспективных моделей, отражающих общие и частные особенности пространственно-временной сопряженности магмо-, рудо-, струк-туро- и рельефообразующих эндогенных потоков вещества и энергии различных областей региона [4, 5]. Основные усилия специалистов необходимо направить на выявление и изучение энергонесущих (в трактовке автора), рудоконцентрирующих (в понимании

М.А.Фаворской, И.Н.Томсона) элементов морфоструктурного плана - индикаторов существования центров эндогенной активности и каналов, зон кумуляции и рассеивания эндогенных потоков вещества и энергии недр. Разработка морфоструктурно-металлоге-нических моделей, позволяющих синтезировать разнородную информацию и создавать сложные прогнозно-поисковые алгоритмы и программы на основе широкого комплекса признаков, будет способствовать более эффективному решению задач расширения минерально-сырьевой базы региона.

Заключение

1. Главные особенности и тенденции развития геолого-геоморфологических исследований региона характеризуются быстрым количественным и качественным ростом объемов используемой информации; существенным расширением исходной базы данных и комплексированием разноплановой геологической, геофизической, аэрофотографической и космической информации, результатов тектонофизического моделирования; более широким применением системного подхода к анализу и интерпретации данных; усилением глубинной направленности морфоструктурных построений, акцентом на изучение соотношений глубинных и коровых факторов морфогенеза; активным развитием концепций очагового текто- и морфогенеза, плюмовой тектоники, энергетических системообразующих центров и зон; общей компьютеризацией, развитием ГИС-технологий; возрастанием роли космических технологий (космическая геодезия, цифровые методы получения и обработки изображений, использование различных диапазонов спектра излучений для сканирования поверхности Земли и др.).

2. По данным геолого-геоморфологических исследований строение орогенных областей юга ДВ и прилегающих областей Китая определяется изометричными и линейными системами сводово-блоковых и тектоно-магматических поднятий, имеющих глубинные «корни». Наиболее важными элементами Амурского мегасвода служат Больше-Хинган-ский, Корейско-Охотский, Сихотэ-Алинский субпараллельные ряды сводов и тектоно-магматических поднятий, сопряженные с глубинными энергогенерирующими центрами и зонами магмоконтролирующих разломов.

3. Повышение эффективности исследований фундаментальной проблемы взаимодействия мантии и земной коры приводит к необходимости связать воедино идеи плюмовой тектоники с представлениями о существовании планетарной, региональных и локальных систем СЦТ, воззрениями о важнейшей роли процессов очагового текто- и морфогенеза.

4. Главные объекты морфоструктурно-металлогенических исследований - выраженные в рельефе энергонесущие структурные элементы литосферы, которые представлены очаговыми образованиями, их линейными системами (ряды, цепи, пояса) и зонами магмо-и рудоконтролирующих разломов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Анализ космических снимков при тектоно-магматических и металлогенических исследованиях. М.: Наука, 1979. 162 с.

2. Волчанская И.К. Морфоструктурные закономерности размещения эндогенной минерализации. М.: Наука, 1981. 238 с.

3. Волчанская И.К., Кочева Н.Т., Сапожникова Е.Н. Морфоструктурный анализ при металлогенических исследованиях. М.: Наука, 1975. 151 с.

4. Гаврилов А.А. Некоторые вопросы методологии и методики морфоструктурно-металлогенических исследований (юг Дальнего Востока) // Геоморфология. 2009. № 1. С. 59-68.

5. Гаврилов А. А. Проблемы морфоструктурно-металлогенического анализа. Ч. 1, 2. Владивосток: Дальнаука, 1993. 321 с.

6. Геоморфологические методы поисков эндогенного оруденения. Чита: Изд-во Забайкал. фил. ГО СССР, 1968. 147 с.

7. Ежов Б.В. Морфоструктуры центрального типа Азии. М.: Наука, 1986. 133 с.

8. Ежов Б.В., Худяков Г.И. Морфотектоника геодинамических систем центрального типа. Владивосток, 1984. 127 с.

9. История развития рельефа Сибири и Дальнего Востока. Юг Дальнего Востока / Худяков Г.И., Денисов Е.П., Короткий А.М., Кулаков А.П., Никонова Р.И., Чернобровкина Е.И. М.: Наука, 1972. 423 с.

10. Карта вулканотектонических структур прибрежно-материковой части Дальнего Востока СССР / ред. Н.А.Шило, Ю.А.Косыгин. М.: ГУГК, 1982.

11. Карта линеаментов ДВ и сопредельных территорий / ред. Ю.А.Косыгин. Хабаровск: ИТИГ, 1985.

12. Кольцевые структуры континентов Земли / В.Н. Брюханов, В.А. Буш, М.З. Глуховский и др. М.: Недра,

1987. 185 с.

13. Космическая информация в геологии. М.: Наука, 1983. 534 с.

14. Металлогения скрытых линеаментов и концентрических структур. М.: Недра, 1984. 272 с.

15. Морфоструктурные исследования - теория и практика. М.: Наука, 1985. 212 с.

16. Морфотектонические системы центрального типа Сибири и Дальнего Востока. М.: Наука, 1988. 216 с.

17. Никонова Р.И. Поверхности выравнивания в рельефе южного Приморья. М.: Наука, 1966. 95 с.

18. Никонова Р.И. Проблема пенеплена в геоморфологии (новый аспект). М.: Наука, 1986. 135 с.

19. Новые принципы металлогенических прогнозов на территории Приморья. М.: Наука, 1977. 204 с.

20. Олейников А.В., Олейников Н.А. Геологические признаки сейсмичности и палеосейсмология южного Приморья. Владивосток: Дальнаука, 2001. 183 с.

21. Радкевич Е.А. Металлогенические провинции Тихоокеанского рудного пояса. М.: Наука, 1977. 176 с.

22. Романовский Н.П. Петрофизика рудно-магматических систем Тихоокеанского пояса. М.: Наука, 1987. 191 с.

23. Романовский Н.П. Тихоокеанский сегмент Земли: глубинное строение, гранитоидные рудно-магматические системы. Хабаровск: ИТИГ ДВО РАН, 1999. 166 с.

24. Сахно В.Г. Позднемезозойско-кайнозойский континентальный вулканизм востока Азии. Владивосток: Дальнаука, 2001. 336 с.

25. Связь магматизма и эндогенной минерагении с блоковой тектоникой. М.: Недра, 1969. 264 с.

26. Середин В.В. Сводово-глыбовые структуры Тихоокеанского орогенного пояса. М.: Недра, 1987. 181 с.

27. Соловьев В.В.Карта морфоструктур центрального типа территории СССР. Объяснительная записка. Л.: ВСЕГЕИ, 1982. 44 с.

28. Тащи С.М., Мясников Е.А. Геолого-геоморфологические системы территории агломерации Владивосток-Артем. Владивосток: ДВГТУ, 2003. 180 с.

29. Тащи С.М., Ермошин В.В. Морфотектоническое картографирование складчатых областей. М.: Наука,

1988. 157 с.

30. Тектоника, глубинное строение и металлогения области сочленения Центрально-Азиатского и Тихоокеанского поясов. Объяснительная записка к Тектонической карте масштаба 1 : 1 500 000. Владивосток; Хабаровск: ДВО РАН, 2005. 264 с.

31. Томсон И.Н., Кравцов В.С., Кочнева Н.Т. и др. Металлогения орогенов. М.: Недра, 1992. 272 с.

32. Усенко С.Ф., Чеботарев М.В. Геология и оловоносность Приамурья. М.: Недра, 1973. 238 с.

33. Уткин В.П. Горст-аккреционные системы, рифто-грабены и вулканические пояса юга Дальнего Востока России. Ст. 1. Горст-аккреционные системы и рифто-грабены // Тихоокеан. геология. 1996. Т. 15, № 6. С. 44-72.

34. Уфимцев Г.Ф. Тектонический анализ рельефа (на примере востока СССР). Новосибирск: Наука, 1984. 183 с.

35. Худяков Г.И. Геоморфотектоника юга Дальнего Востока. М.: Наука, 1977. 256 с.

36. Худяков Г.И., Никонова Р.И. Проблемы поверхностей выравнивания горных стран (юг Дальнего Востока). Новосибирск: Наука, 1975. 311 с.

37. Чемеков Ю.Ф. Геоморфология Приамурья и смежных территорий. Объяснительная записка к геоморфологической карте. М.: Госгеолтехиздат, 1960.

38. Щеглов А.Д. Металлогения областей автономной активизации. Л.: Недра, 1968. 180 с.

39. Щеглов А.Д., Говоров И.Н. Нелинейная металлогения и глубины Земли. М.: Наука, 1985. 325 с.

40. Юшманов В. В. Тектономагматические концентрические комплексы. М.: Наука, 1985. 232 с.