Криминогенные противоречия в среде лиц, заключенных под стражу

6.4. КРИМИНОГЕННЫЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ В СРЕДЕ ЛИЦ, ЗАКЛЮЧЕННЫХ ПОД СТРАЖУ

Кудряшов Эдуард Евгеньевич, соискатель. Место учебы: Академия ФСИН России, г. Рязань.

Аннотация: Статья посвящена оценке криминогенных факторов, действующих в среде лиц, заключенных под стражу. Анализируются особенности криминальной субкультуры в следственных изоляторах. Обосновывается, что следственные изоляторы по типу действующих противоречий следует относить к пенитенциарным учреждениям.

Ключевые слова: пенитенциарная преступность, следственный изолятор, заключение под стражу, криминальная субкультура, осужденный.

CRIMINOGENIC CONTRADICTIONS AMONG CONVICTS

Kudryashov Eduard Evgenievich, competitor. Place of study: Academy of Federal Penitentiary Service of Russia.

Annotation: The article is devoted to the valuation of the criminogenic factors functioning among the convicts. Features of criminal subculture in remand centers are analyzed. It is proved that remand centers according to the type of functioning contradictions should be classified as penitentiary institutions.

Keywords: penitentiary criminality, remand center, imprisonment, criminal subculture, convict.

Рассмотрение причинного комплекса преступлений, совершаемых в следственных изоляторах предполагает рассмотрение внутренних противоречий, возникающих в среде лиц, заключенных под стражу.

Ситуация, которая под воздействием множества факторов складывается в СИЗО, не всегда является благоприятной для лиц подозреваемых и обвиняемых, что приводит к нарушениям режима, конфликтам, правонарушениям и преступлениям. Насколько сильны эти противоречия в среде заключенных, настолько будет криминогенной и обстановка в следственном изоляторе.

Предварительное заключение под стражу предполагает не только изменение правового положения гражданина, но и как следствие имеет резкую перемену условий жизни. Практически у всех заключенных, к которым впервые была применена указанная мера пресечения, следственный изолятор вызывает шоковое состояние. Перед каждым встает вопрос о том, как он будет там жить, каково будет его окружение, на чью помощь и поддержку он может рассчитывать и т.п. Как свидетельствуют многие из них, первые три-шесть месяцев пребывания в СИЗО являются самыми трудными, а в последующем происходит постепенное привыкание к условиям содержания, и самое страшное, что «они начинают находить в «тюремной жизни» какие-то

определенные положительные моменты и начинают

~ 1

воспринимать тюрьму как «дом родной» .

Заключение под стражу неизбежно влечет за собой существенные личностные изменения, связанные с трансформацией жизненных установок, ценностных ориентаций, убеждений. Все эти изменения предопределяют приспособление индивида к новым правилам и

1 Олешкевич В., Александров Ю. Несовершеннолетние: тюрьма и воля // Актуальные проблемы исполнения уголовных наказаний в отношении несовершеннолетних. - М.: НИИ УИС Минюста России, 2000. С. 124-125.

условиям жизни2. Данный процесс во многом зависит от специфики идеалов, убеждений, сложившейся системы отношений человека, «т.е. подструктур направленности личности, определяющих предпочтение сфер жизнедеятельности и линию поведения»3, что представляет теоретическую и практическую значимость для организации работы по предупреждению преступного поведения лиц, заключенных под стражу.

Помещение обвиняемого или подозреваемого в необычную для него обстановку требует быстрой переориентации, изменения форм поведения, приспособления к новым условиям. Содержание в запираемом помещении - одна из главных детерминант внутреннего напряжения, беспокойства и недоверия к окружающим. Следствием этого выступает дальнейшее развитие и углубление в неблагоприятном направлении уже оформившихся особенностей личности - снижается самооценка, происходит ее огрубление, усиливается психологическая незащищенность, тем самым формируется почва для конфликтов между заключенными.

Перемены условий жизнедеятельности не проходят бесследно для заключенного. На новом месте ему приходится напрягать свои силы и форсированно использовать те качества, которые сильнее выражены, в целях приспособления к физическим условиям существования. Одни пытаются «занять место под солнцем» с помощью насилия и жестокости, стремясь подчинить себе как можно больше сокамерников, другие, в свою очередь, готовы выполнять любые требования первых. В этом случае регулярные нарушения режима зачастую приводят к совершению общественно опасных деяний и заключенный в очередной раз удостоверяются в том, что, используя силу и грубость, можно решить большинство проблем. С этим восприятием они в дальнейшем переводятся для отбывания наказания в исправительную колонию либо освобождаются из СИЗО.

В следственном изоляторе человек неизбежно сталкивается с проявлениями криминальной субкультуры. Реально существующая в учреждениях уголовноисполнительной системы криминальная субкультура устанавливает свою систему ценностных ориентаций, выполняющих роль внутренних регуляторов поведения лиц, изолированных от общества. Неформальный «кодекс чести преступника» позволяет формировать отношение этой категории людей к окружающим и самим себе, они начинают осознавать свою индивидуальность, обособленность, отличность от всех остальных граждан. Подобное представление о себе и об окружающей среде находит свое проявление не только внешне (в поведении), но и оказывает влияние на внутреннее содержание человека (его сознание) и способствует формированию антисоциального мировоззрения.

Особенно быстро процесс приобщения к ценностям криминальной среды происходит у несовершеннолетних обвиняемых, заключенных под стражу, которые в силу незавершенности процесса социализации не могут адекватно воспринимать общепринятые нравст-

2 См.: Тюгаева Н.А. Понятие адаптации личности осужденного к условиям отбывания наказания в ИТК // Личность преступника: криминологический и исправительно-трудовой аспекты: Труды РВШ МВД СССР. - Рязань: РВШ МВД СССР, 1977. Вып. 6. С. 219.

3Щербаков Г.В. Мотивационная сфера осужденных молодежно-

го возраста и ее влияние на адаптацию в исправительном учреждении: Автореф. дис. ... канд. психол. наук. - Рязань: Академия

права и управления Минюста России, 2002. С. 3.

2'2011

Пробелы в российском законодательстве

венные и правовые догматы и стремятся выделиться из однообразной законопослушной «толпы».

Приверженность криминальной субкультуре, усвоение ее норм и ценностей осуществляется как правило, личностью, не получившей в силу различных условий признания и решившей добиться его, по крайней мере, в криминальном сообществе. Кроме того, усвоение норм и ценностей криминальной субкультуры может осуществляться и личностью, неудовлетворенной своим низким статусом в системе социальных отношений до заключения под стражу4. Приобщение к криминальной субкультуре в следственных изоляторах происходит относительно быстро и является своеобразным способом компенсации неудач, особенно это касается лиц молодежного возраста.

Проведенное исследование показало, что значительная часть заключенных, особенно впервые попавших в учреждение, настороженно относится к будущим «сокамерникам». В этот момент они думают не о предстоящем суде и уголовной ответственности, больше всего они страшатся тех, с кем предстоит находиться в одной камере. Следует отметить, что эти страхи не совсем беспочвенны, поскольку всегда находятся заключенные, изгнанные из среды заключенных под стражу, причем почти всегда в оскорбительной форме - насмешками, побоями, насильственными действиями сексуального характера.

Взаимоотношения заключенных в камерах следственных изоляторов в значительной степени регулируются неофициальными нормами, которые относятся к личности члена группы и его поведению. Эти нормы сложились исторически, их соблюдение поддерживается определенной категорией лиц (так называемыми «блатными»). Асоциальная сущность указанных норм заключается в том, что они устанавливают неравноправное положение заключенных, что противоречит официальным требованиям; они не исключают, а в ряде случаев поощряют противоправное поведение заключенных. Указанные нормы ставят барьер между членами внутрикамерных групп и работниками следственных изоляторов. Даже не разделяя эти нормы, заключенный вынужден учитывать их в своем поведении, чтобы не оказаться в числе отверженных. В такой обстановке наиболее уверенно себя чувствуют «авторитеты» преступной среды, прилагающие усилия для распространения и поддержания норм подобного рода, которые обеспечивают им лидирующее положение в местах лишения свободы и определенные материальные льготы по сравнению с другими заключенными5.

В камере заключенные под стражу объединяются без учета всех индивидуально-психологических особенностей личности, поэтому в одну группу попадают, нередко, люди разного возраста, интересов, привычек, а порой и психологически несовместимые друг с другом. По нашему мнению, это объясняется тем, что у лиц, содержащихся в исправительных учреждениях

4 Александров Ю.К. Очерки криминальной субкультуры. - М: Издательство «Права человека». 2001. С. 4.

5 Андреев В.Н., Минаков Ю.А. Предварительное заключение под стражу в следственных изоляторах: практика исполнения и проблемы совершенствования: практическое пособие. - М.: ВНИИ МВД СССР, 1991. С. 33; Кутякин С.А. Характеристика и содержание деятельности «воров» и «авторитетов» в исправительных учреждениях и следственных изоляторах // Научные труды Московского гуманитарного университета. Доклады XII научной конференции аспирантов и докторантов Московского гуманитарного университета 19 апреля 2008 года. Вып. 93. - М.: Мос-ГУ, 2008. С. 100.

гораздо больше времени для определения личностных качеств человека, с которым он вступит в одну группу. В следственных изоляторах это период времени значительно короче и поэтому заключенный объединяется в группу с тем, кто ему кажется более подходящим для этого.

В многоместных камерах заключенные под стражу имеют возможность сделать определенный выбор. В таких камерах они, как правило, образуют неформальные объединения «семьи», по 3-4 человека в каждой. «Семьи» формируются по интересам, взаимной склонности, землячеству, знакомству до ареста или наличию общих знакомых, одинаковому по составу преступлению, близкому социально-психологическому статусу во внутрикамерной группе и другим признакам.

Члены «семей» стараются расположиться рядом на спальных местах, вместе питаются, делятся друг с другом продуктами питания и предметами, получаемыми в передачах или приобретаемыми в магазине СИЗО. Значительно труднее выбрать себе партнера тем, кто содержится в маломестных камерах, где все заключенные вынуждены образовывать одну «семью». Даже не испытывая неприязни со стороны окружающих, заключенный в такой «семье» нередко чувствует себя одиноким и беззащитным. В особенно тяжелом положении находятся лица, которые по тем или иным причинам отвергаются сокамерниками и подвергаются с их стороны унижениям и притеснениям. «Наиболее жестоко с такими заключенными обращаются подростки»6.

Жертвами столь унизительного отношения чаще всего становятся заключенные со слабым физическим развитием либо в силу мягкости характера не способные противостоять насилию, не соблюдающие требования санитарии и гигиены, имеющие психические и физические отклонения, замеченные в краже вещей и продуктов у сокамерников7. Эти заключенные образуют группу так называемых «отвергнутых» и по нашим данным составляют 5-10% от общей массы заключенных под стражу.

Одной из особенностей содержания в следственных изяляторах является неизбежное стремление заключенных к лидерству, особенно остро это стремление проявляется в первые дни пребывания в камере, что, как правило, сопровождается насилием в отношении других заключенных, совершением преступлений и дисциплинарных проступков. Но сразу же оговоримся, что лидерство в камерах СИЗО в основном занимают лица, которые уже имеют опыт отбытия лишения свободы и придерживаются «воровских традиций». Исключение могут составлять женщины и несовершеннолетние. Так называемым «смотрящим» по камере всегда выгодно предоставить возможность новичкам побороться за лидерство и проявить свои возможно-сти8.

6 Миннахметова Е.Ю. Отдельные аспекты социальной адаптации несовершеннолетних осужденных к условиям отбывания наказания в воспитательной колонии // Актуальные проблемы уголовно-исполнительного права и исполнения наказаний: материалы научно-практической конференции, г. Рязань, 26 марта 2009 г. Вып. 2. - Рязань: Академия ФСИН России, 2009. С. 143.

7 Канунник А.И. Личность осужденных, не адаптированных к условиям отбывания наказания в ИТК: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М.: ВНИИ МВД СССР, 1985. С. 17.

Кутякин С.А. «Смотрящие» как основное звено неформальной организации криминальной оппозиции в следственных изоляторах // Реформа уголовно-исполнительной системы Российской Федерации. К 10-летию передачи УИС из ведения МВД в ведение Минюста и 15-летию со дня принятия Закона Российской Федера-

В следственных изоляторах отдельные заключенных примыкают к какой-либо категории, существующей в местах лишения свободы неформальной иерархии. В процессе борьбы за лидерство, порой вынужденной борьбы определяется принадлежность заключенного к той или иной категории. «Очень часто чтобы не быть причисленным к самой низшей категории («масти»), заключенный должен доказать свое право находиться в камере на нормальных условиях (условиях «пацана», «мужика», «блатного») путем совершения насильственных действий в отношении сокамерников»9.

Результаты нашего исследования показали, что не все заключенные под стражу примыкают к неформальным категориям добровольно. Исключение составляют «отвергаемые», которые попадают в эту группу помимо своего желания. Основная же причина стратификации заключенных по стражу, обусловлена, прежде всего, предшествующим образом жизни и сложившимися жизненными установками, восприятие ими условий содержания под стражей, а также отношением к другим заключенным.

Опасность уголовных традиций и обычаев еще и в том, что они постоянно изменяются, приспосабливаются к ситуации, - то есть чрезвычайно жизнеспособны, значит, могут влиять на все сообщество, особенно нестойких его членов. Персонал следственных изоляторов, во исполнение своих функциональных обязанностей, предпринимает всевозможные усилия, для борьбы с этими проявлениями. В качестве результатов такой «борьбы», может считаться попытка пенитенциарного сообщества конспирировать свои традиции и обычаи, стараясь насаждать их с помощью различных ухищрений.

Криминогенность пенитенциарных противоречий усиливается бездеятельностью. Труд заключенных организован не во всех следственных изоляторах, причем трудом охвачено всего лишь около 15% всех содержащихся там лиц. Среди несовершеннолетних процент охваченных трудом значительно выше -41,7%. В камерах трудятся 57,2% работающих заключенных, остальные - в помещениях учебнопроизводственных мастерских10.

Таким образом, исходя из вышеизложенного очевидно, что сегодня в следственных изоляторах присутствует ряд внутренних противоречий, которые являются криминогенными и детерминируют поведение заключенных под стражу.

Резюмируя, сделаем некоторые выводы. Все вышеизложенные противоречия не являются обособленными друг от друга. Они всегда действуют в совокупности, дополняя и усиливая друг друга, оказывая негативное влияние на личность заключенного, изменяя и приспосабливая его к условиям, в которых он оказался.

Различные формы противоправного поведения заключенных имеют свои особенности, которые определяются социальной средой лиц, заключенных под стражу. Социальная среда, в которой находятся заключенные, ее неформальная структура обуславли-

ции «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы». - Рязань: Акад. ФСИН России, 2009. С. 212-217.

9 См.: Сопочкин А. Основные неформальные группы осужденных в местах лишения свободы // Актуальные проблемы правоохранительной деятельности. Материалы межвузовской конференции курсантов и слушателей, 22 мая 2003 г., - Владимир: ВюИ Минюста России, 2004. С. 1З5.

10 Ананиан Л.Л. Тюрьмы и заключенные. - М.: Изд. Группа «Орфей», 2004. С. 14.

вают линию поведения общей массы, а также происходящие в следственных изоляторах криминогенные процессы и явления. Положение личности в неформальной структуре, существование различных по силе криминальной окраске группировок - источник межличностных, межгрупповых противоречий, приводящих к совершению преступлений.

Приобщение к тюремной субкультуре, являющейся основной детерминантой совершения преступлений в следственных изоляторах и выступает результатом неправильной организации воспитательнопрофилактической работы в учреждения. Как следствие - большинство осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы приобретают свой неформальный статус и положение в неформальной иерархии в период содержания в следственном изоляторе.

РЕЦЕНЗИЯ

на статью Кудряшова Эдуарда Евгеньевича на тему «Криминогенные противоречия в среде лиц, {включенных под стражу»

Рецензируемая статья подготовлена автором на весьма актуальную тему. Современная уголовная политика России все увереннее ориентируется на требования международных стандартов, берет курс на активную перестройку пенитенциарной системы в соответствии с передовыми достижениями развитых европейских стран. Однако Россия продолжает занимать одно из первых мест в мире по числу заключенных. Перенаполнение следственных изоляторов рождает массу криминогенных противоречий, приводящих к совершению преступлений - ежегодно в СИЗО совершается более 60 преступлений. Специфика противоправности преступлений, совершаемых в СИЗО, состоит в том, что все преступления, совершенные здесь, нарушают не только соответствующий уголовно-правовой запрет, но и правила поведения заключенных, закрепленные в уголовно-исполнительном законодательстве, других законах и иных нормативно-правовых актах.

Автор обращает свое внимание на среду заключенных под стражу лиц и приводит результаты криминологического анализа основных криминогенных противоречий, проявляющихся в условиях изоляции от общества. Следует признать, что полученные автором выводы имеют как теоретическую, так и практическую значимость. Представленный развернутый анализ криминальной субкультуры, социально-психологических детерминант ее возникновения, особенностей проявления в отдельных социальных группах заключенных под стражу лиц информационно дополняет пенитенциарный раздел криминологической науки.

Следует поддержать автора в доказывании пенитенциарного характера исследуемых противоречий, что позволяет по-новому взглянуть на резервы пенитенциарной профилактики преступлений в следственных изолятора. Результаты получены на основе прикладного и теоретического исследования и могут быть признаны обоснованными.

Вывод: подготовленная статья отвечает требованиям актуальности, научной новизны, теоретической и практической значимости и рекомендуется к опубликованию.

Профессор кафедры криминологии и организации профилактики преступлений Академии ФСИН России доктор юридических наук, профессор

« . У » ' ________2011 г.