История становления и развития уголовной (криминалистической) регистрации

УДК 343.982.3

история становления и развития уголовной (криминалистической) регистрации

© Койсин А. А., 2018

Иркутский государственный университет, г. Иркутск

На основе анализа исторического опыта рассматриваются вопросы становления и развития уголовной (криминалистической) регистрации. Появившись как средство «выделения» преступников от законопослушных граждан, регистрация прошла долгий путь развития от клеймения и калечения (членовредительства) до компьютеризированной обработки огромного объема информации. Каждый этап добавлял что-то свое в систему регистрации, но пиком ее развития следует считать XIX в., когда в достаточно короткий промежуток времени появились основные виды учетов — учет по внешним признакам, дактилоскопия и фотографическая регистрация. Именно эти три учета заложили основу уголовной регистрации. Появление этих учетов связано с именами таких ученых, как Э. Ф. Видок, А. Бертильон, У. Гершель, Ф. Гальтон, Г. Фулдс, Э. Генри и мн. др. В период империи, а позднее и в советское время уголовная регистрация развивалась по общемировому сценарию — усложняясь и прирастая новыми видами учетов. Среди отечественных ученых, внесших неоценимый вклад в дело развития системы уголовной (криминалистической) регистрации, следует отметить В. И. Лебедева, С. Н. Трегубова, И. Н. Якимова, С. М. Потапова и др. Пройдя путь от простого описания признаков внешности преступников до регистрации по геномным признакам, криминалистическая регистрация представляет собой сложную систему, состоящую из нескольких десятков различных по своему содержанию учетов, и продолжает постоянно совершенствоваться. Увеличился не только объем информации, но и скорость ее получения. Если раньше сотрудникам правоохранительных органов приходилось работать с бумажными карточками, то сегодня большая часть интересующей сотрудников информации компьютеризирована, что значительно упрощает и ускоряет процесс ее получения.

Ключевые слова: информация, криминалистический учет, уголовная регистрация, криминалистическая регистрация, розыск, клеймение, членовредительство, бертильонаж, описание внешности, дактилоскопия.

Регистрация различных объектов, имеющих значение для раскрытия, расследования и предупреждения преступлений, имеет давнюю историю своего становления и развития. Появившись как средство регистрации преступников, в дальнейшем она постоянно расширяла сферы своего «внимания», и в нее входили все новые и новые объекты.

У ее истоков стоят такие способы «регистрации» преступников, как клеймение и членовредительство, цель которых — предупреждение побегов и отделение преступников от мирного населения. Этим процедурам подвергали людей, которых хотели отметить на будущее.

Клеймение выражалось в нанесении на тело преступников (в основном на видимые его части) неизгладимых знаков в виде различных изображений (эмблем) или начальных букв, указывающих на совершенное ими преступление или на присужденное наказание. Самым распространенным было выжигание какого-то знака раскаленным железом, клеймо такого типа было достаточно глубоким, и избавиться от него было крайне сложно.

Клеймение преступников использовали издревле многие народы мира. Так, в Индии похитителям золота у жрецов клеймили изображением собачьей ноги, убийцу брамана — изображением обезглавленного человека. В Римской империи выжигали букву на рабах, бывших в бегах; клеймо налагалось и на преступников, осуждённых на работы в рудниках. Император Константин I Великий (271—337 гг.) повелевал, чтобы клейма налагались на руки, плечи и икры, но не на лицо, созданное по образу и подобию Божию. В Древнем Китае клеймением татуировкой наказывали особо опасных преступников. В Японии в зависимости от выполняемых функций различали татуировку-клеймо — иредзуми, которая наносилась на лицо, икры, ступни и ладони, и татуировку-украшение — хори-моно. Ацтеки Мексики в доколумбовый период помечали осужденных татуировками, напоминающими полосы [1].

В Средние века клеймение преступников было в большом ходу и поддерживалось каноническим правом и инквизиционной практикой. Тех, кого в Средние века отда-

вали на суд церкви, обычно клеймили буквой «T» за воровство и «M» за убийство. В Швейцарии богохульников клеймили на губах раскаленным железом. Во Франции воров метили буквой «V», воры-рецидивисты носили клеймо «VV», каторжников клеймили буквами «TF» (что означало принудительные работы), нанося их на правом плече; клеймом в виде лилии клеймили государственных преступников: воров, гугенотов, женщин, сделавших аборт; буквами «G» или «GAL» обозначали осужденного на галеры. В Австрии вплоть до конца XVIII в. преступникам выжигали различные буквы на спине (по этим буквам можно было определить, где было совершено преступление и какое именно). В Англии во время правления короля Вильгельма III Оранского клеймению подвергались преступники, причастные к сообществу «компрачикосов». Также в Англии клеймили воров: пойманному в первый раз у основания большого пальца выжигали литеру «T» — первую букву слова thief (вор); богохульники получали на лоб букву «B», мошенники — «R», бродяги — «V» на грудь, а скандалисты — «F». Продолжали клеймить даже во время Крымской войны 1854—1856 гг.: дезертиров — буквой «D», а тех, кто опозорил честь родного полка, — «BC».

Помимо клеймения, в отношении преступников применялось и членовредительство (отрезание уха, вырывание ноздрей), а также калечение. Так, в Древнем Египте особым способом выбивали передний зуб. В средневековой Европе вор оставался без ушей, разбойник — без носа, клятвопреступнику отрубали палец или руку, обманщику надрезали уши. В Мексике, во время войны с США, клеймили женщин, замеченных в интимных отношениях с американскими оккупантами, отрезанием ушей и выжиганием на лбу литер «US».

На Руси также не обошлось без клеймения и членовредительства. Впервые о клеймении на Руси упоминается в Двинской уставной грамоте (1397 г.), которая в п. 5, предусматривая смертную казнь за третью кражу, дополняла наказание следующим — «а татя всякого пятнити» [2].

Преступников, подлежащих ссылке на каторгу в Сибирь (вплоть до 1863 г.), клеймили особыми клеймами: 1) «КТ» или «К» «А» «Т» — «каторжник». Это делалось для того, чтобы они «от прочих добрых и не подозрительных людей отличны были»;

2) «Р» «З» «Б» — «разбойник». Клеймо, использовавшееся в XVП-XVШ вв. На правой щеке ставили литеру «Р», на лбу — «З», на левой — «Б»; 3) Буквами «Т» «А» «Т» клеймили воров за татьбу (кражу); 4) «ВОРЪ» заклеймили фальшивомонетчиков, осужденных по следствию на Московском монетном дворе (1637 г.), «дабы эти воры были знатны»; 5) в 1662 г. буквой «Б» — «бунтовщик» были клеймены участники беспорядков в столице (так называемого денежного бунта). Однако в целом клеймение было очень непопулярным на Руси наказанием. Ни в Судебниках (1497, 1550 гг.), ни в Соборном уложении (1649 г.) о клеймении не говорится ни слова. Очевидно, что это наказание противоречило русской национальной традиции и вплоть до времен Петра I применялось довольно редко и всякий раз в виде исключения.

О членовредительстве как способе «выделения» преступников также упоминается в некоторых правовых актах. В Медынском губном наказе 1555 г. говорится, что за вторую кражу преступника следовало бить кнутом, отсечь руку и посадить в тюрьму (ст. 11) [3]. Уставная книга Разбойного приказа (1616 г.) предусматривала аналогичные действия (отсечение руки) в отношении лица, совершившего вторую кражу (ст. 38) [4].

В Соборном уложении (1649 г.) упоминается о членовредительстве — отрезании ушей: за первую кражу добавочным наказанием служило отрезание левого уха, за вторую кражу отрезали правое ухо; если же попадался в краже человек, у которого обрезаны оба уха, то это служило доказательством, что он уже два раза был обвинен в татьбе, и тогда он предавался смертной казни (ст. 9 и 10 гл. XXI «О разбойных и иных татиных делах») [5]. У осуждённого за первый разбой отрезали правое ухо, а за второй — полагалась смертная казнь (ст. 16 и 17 гл. XXI «О разбойных и иных татиных делах») [6]. Позднее смертная казнь в указанных статьях была заменена на отсечение пальца на левой руке [7].

Вплоть до конца XVII в. клеймение и членовредительство (отсечение пальцев рук, самих рук и ног) предусматривалось в различных законодательных актах, в том числе и в Указных грамотах [8].

При Петре I клеймение и членовредительство в России получило новое рожде-

ние. В этот период было введено новое клеймо — двуглавый орел. При этом от клеймения и вырезания ноздрей не освобождал ни пол, ни возраст, ни общественное положение. Известно, что клеймению в щеку подверглись в 1698 г. все стрельцы, отправленные в ссылку. С 1703 г. клеймить («пятнать») начали всех воров, не совершивших убийства.

В начале XVIII в. в России появилась практика клеймения спины осужденного так называемым городовым тавром, т. е. буквой, соответствовавшей определенному городу. В случае обнаружения на теле преступника такого клейма личность человека можно было установить посредством письменного запроса в канцелярию того города, где клеймо было поставлено. Однако такая практика не прижилась, и от нее довольно быстро отказались.

Указом Петра I от 5 февраля 1705 г. «О нечинении смертной казни преступникам, кроме бунтовщиков и смертоубийц, о наказании их кнутом, о вырезывании ноздрей у важнейших преступников и заклеймении прочих» [9] было введено для всех обвиненных в татьбе и разбоях и во всяких воровствах новое клеймо и «натирать те пятна порохом многажды накрепко, чтобы те пятна на них ворах были знатны по смерть их»; колодников, которые уже прежде заклеймены были, повелено было при этом переклеймить новым клеймом, а у важнейших преступников, которые вместо смертной казни будут наказаны кнутом и запятнаны, вырезать ноздри и ссылать на вечную каторгу. Другим Указом Петра I от 10 ноября 1721 г. «О нечинении в Нижних Судах над виновными экзекуции без аппро-бации Надворных Судов, и о наказаниях, каковыя должно определять ворам и смертоубийцам» [10] предусматривалось «разбойникам за один или два разбоя, ежели смертного убийства не чинили» вырывание ноздрей и ссылка на вечную каторгу; «ворам за совершение третей кражи» — вырывание ноздрей и ссылка на галеры. Предусматривалось вырывание ноздрей и в Указе Петра I от 15 января 1724 г. «О вынимании у каторжных колодников ноздрей до кости» [11], причем мера эта применялась в отношении тех «каторжных невольников», у которых «ноздри вынуты малознатно». Вырывание ноздрей было отменено в России только в 1817 г. [12].

При Екатерине II клеймение становится уже для каждого преступника особым. За одни и те же преступления могли заклеймить по-разному: так, в 1762 г. фальшивомонетчик Сергей Пушкин получил на лоб литеру «В» (вор), а в 1794 г. майор Фейнберг и барон Гумпрехт за аналогичное преступление — следующую аббревиатуру: «В. С. Ф. А.» (что расшифровывалось как «вор и сочинитель фальшивых ассигнаций»); в 1766 г. самозванца Кремнева клеймили литерами «Б» и «С», означавшими «беглец» и «самозванец» (были наложены преступнику на лоб), проходивший с ним по одному делу священник Евдокимов был заклеймен литерами «Л» и «С», что означало «ложный свидетель»; убийцы стали получать на правую руку литеру «У» («убийца»), причем клеймились как мужчины, так и женщины; а в 1782 г. регистратор Шацкий за должностной подлог получил на правую руку литеру «Л» («лжец»). Особые литеры были использованы для клеймения участников восстания Е. Пугачева в 1744 г.: «З» — «злодей», «И» — «изменник», «Б» — «бунтовщик» [13].

Наложение клейма было сохранено и в Своде законов Российской империи 1832 и 1842 гг., и в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Согласно ст. 28 Уложения наложение клейма производилось на осужденных к тому преступников через палачей. Оно состояло в «поставлении, определенным для того способом, на лбу и щеках осужденного букв КАТ (т. е. каторжный)». Достигшие семидесяти лет и женщины от наложения клейма освобождались [14].

В 1817 г. в Российской империи клеймение преступников формально отменили, но на деле все осталось по-прежнему вплоть до 1863 г. Указом от 17 апреля 1863 г. было установлено, что «...наложению клейм и штемпельных знаков впредь никого не присуждать» [15].

К середине XIX в. клеймение преступников также постепенно прекратилось и в других странах. Дольше всего клеймили преступников в Китае — до 1905 г. А в Таиланде даже в 1940 г. подобным образом наказывали виновных, правда, каленое железо заменила татуировка.

Помимо клеймения и членовредительства, практиковалось также описание преступников по признакам внешности. Еще в Древнем Египте были разработаны две

системы описания признаков внешности человека. Одна из них применялась для фиксации внешности (создания портрета), определяла имя, возраст, особенности фигуры, рост, цвет кожи и глаз, форму лица и носа, размеры отдельных частей тела (она использовалась людьми, занимавшимися сыском преступников), другая называлась «Кулай-Пулай» и использовалась для краткого описания признаков [16]. В Древнем Риме описание беглых рабов делалось на стенах зданий. Самым старым документом такого рода является описание беглого раба, относящееся к 14 г. н. э.: «Молодой раб Аристогена, сына Хризиппа, представителя от Алабанды, бежал в Александрию, имя его Герман, прозываемый также Нейлос, он уроженец Сирии, из Бамбико, 18 лет от роду, среднего роста, с прямыми ногами, безбородый, с ямочкой на подбородке, с рубцом через левый угол рта». Первым из дошедших до нас описаний внешности преступника в России можно считать кожаную грамоту XIV в.: «Микита плешив, бородат, Швец портной. Бородавица на правом лици, пятно у него в коснице» [17]. Как и в первом случае, внимание было уделено индивидуальным особенностям внешности разыскиваемого человека.

Одним из основателей современного метода словесного портрета можно назвать Эжена Франсуа Видока (1775—1857) — преступника, ставшего впоследствии первым главой Главного управления национальной безопасности (по-французски — Surete Nationale), а потом и одним из первых современных частных детективов и «отцом» уголовного розыска в его современном виде. Э. Ф. Видок создал обширную картотеку преступников с описанием внешности, манер, особых примет. В разработанную им карточку заносились: фамилия и имя преступника, вид совершенного преступления, судимости, описание внешности. В сумме таких карточек было собрано около пяти миллионов. Помимо этого, Э. Ф. Видок приучал своих сотрудников тренировать свою фотографическую память на лица. Для этого они регулярно посещали тюрьмы и приказывали водить вокруг себя заключенных, запоминая их внешность и запечатлевая это в своей памяти [18].

С середины XVIII в. стала осуществляться систематическая письменная регистрация преступников вначале во Франции, где в Парижской префектуре велся реестр при-

влеченных к уголовной ответственности, а потом и в других государствах. Россия ввела письменную регистрацию в 1870 г. Тогда же начали регистрировать преступников по способу совершения преступных посягательств. В то время в Англии издавался «Ньюгейтский календарь» — справочник о заключенных лондонской Ньюгейт-ской тюрьмы, содержащий биографические данные заключенных и описание способов совершения преступлений.

С изобретением фотографии (в 1839 г.) и расширением сферы её применения преступников стали фотографировать. Первые регистрационные фотоснимки были изготовлены в бельгийской тюрьме «Форест» в 1841 г. Также одной из первых стран, где стала применяться фотография, является Швейцария — в 1854 г. швейцарским судебным властям удалось разыскать по фотографии скрывшегося от правосудия преступника (по высланному из Лозанны дагерротипу в одном из кантонов страны преступник был опознан и арестован) [19]. Достоверные сведения об использовании фотографии русской полицией относятся к 60-м гг. XIX в. В 1864 г. в г. Бобринце Одесской губернии открыли полицейское фотоателье, в 1867 г. такое же ателье создали при московской полицейской типографии.

С накоплением снимков стали заводить специальные альбомы, располагая фотографии по алфавиту фамилий. Первый такой альбом был сделан в январе 1874 г. в префектуре Парижа, а в 1876 г. — в Берлине. К 1910 г. берлинский альбом преступников насчитывал 53 тома и содержал 370 тыс. снимков. Фотографии распределялись по категориям преступных профессий, но использовать их для установления личности неизвестных преступников было затруднительно. Аналогичные альбомы велись и в полицейских отделах России [20].

Целенаправленная работа по сбору и накоплению полицейского архива фотографий в Российской империи проводилась с 1880-х гг. Департаментом полиции Министерства внутренних дел — центральным учреждением государственной полиции Российской империи. Вплоть до ликвидации в 1917 г. самого Департамента полиции его сотрудники формировали и совершенствовали справочную часть для внутреннего пользования. С созданием в 1898 г. в структуре департамента Особого отдела к нему перешли фототека на деятелей революцион-

ного движения (20 тыс. фотографий) и именные картотеки на 55 тыс. человек. Фототека первоначально содержала в себе разнообразный материал, связанный с ведением дел о политических и государственных преступлениях, сюда же стекались сведения об уголовных преступниках — бродягах, «не имеющих родства», без вести пропавших, скрывавшихся из назначенных им мест жительства, бежавших из-под стражи [21].

Использование фотографии в целях учета лиц, подвергшихся уголовному преследованию, заложило основу уголовной регистрации.

Однако начало формированию уголовной регистрации на строго научной основе было положено в конце XIX в. служащим Парижской префектуры Альфонсом Бертильоном с внедрением в практику разработанного им антропометрического способа регистрации преступников. Система антропометрии, созданная А. Бертильоном, заключалась в измерении отдельных частей тела человека и занесении их в специальную регистрационную карту. В основу этой системы легла идея А. Кетле, считавшего, что нет двух людей, размеры частей тела которых совпадали бы, и что длина костей человека практически не изменяется с определенного возраста. Проводя измерения заключенных в тюрьме Сюрте, А. Бертильон пришел к выводу, что размеры всех частей тела разных людей не совпадают, и если получить 11 единиц измерения параметров человеческого тела, таких как рост, длина верхней части туловища, окружность и длина головы, длина ступней, рук, пальцев и ушей и т. д., то согласно теории вероятности шанс их полного совпадения будет равен 1:4 000 000., а при 14 показателях шанс совпадения составит 1:286 435 456, что являлось на тот момент основой точной идентификации. В 1888 г. А. Бертильон основал антропометрическое бюро при полицейской префектуре г. Парижа. Он ввел обязательное измерение антропологических данных осужденных преступников, разработал правила словесного описания внешности (получившего в последствии название «бертильонаж»), сокращенным вариантом которого мы пользуемся и до настоящего времени [22].

В 1893 г. А. Бертильоном было издано пособие, которое он назвал «Инструкцией по сигналетике» [23]. В нем давались схемы и

чертежи тех инструментов, которые были необходимы при исследовании, а также рисунки, на которых были видны приемы измерений частей тела. Он приводил указания для полицейских-регистраторов, каким образом нужно заполнять анкеты. Антропометрическая система регистрации, предложенная А. Бертильоном, достаточно быстро вошла в полицейскую практику многих европейских стран. В 1905 г. систему «словесного портрета» А. Бертильона усовершенствовал швейцарский профессор Р. А. Рейсс, применивший цифровой код, позволивший передавать данные по телеграфу и тем самым ускорять розыск преступников.

Помимо антропометрической системы описания внешности, А. Бертильоном был также изобретен метод сигналитической фотосъемки, согласно которому преступника фотографировали при помощи специального метрического фотоаппарата в трех видах: в профиль, анфас (1/7 натуральной величины), а также в полный рост (1/20 натуральной величины). Эти снимки должны были прилагаться к анкетам людей, однажды совершивших преступление и попавших в картотеку А. Бертильона. Это еще больше расширило возможности уголовной регистрации того времени.

Примерно в это же время был открыт и дактилоскопический способ регистрации. Появление дактилоскопии связывают с именами У. Гершеля, Ф. Гальтона, Г. Фулдса и Э. Генри [24].

Уильям Гершель, работая в Индии, с 1858 г. стал применять отпечатки пальцев для удостоверения подписи договоров. Обратив внимание, что отпечатки двух разных людей не совпадали, стал их изучать и пришел к выводу, что с течением времени рисунки отпечатков пальцев не меняются, даже после смерти человека. В 1877 г. У. Гершель в письме на имя генерального инспектора тюрем Бенгалии (Индия) описал новый метод идентификации личности и возможности его применения для регистрации арестантов, однако дальше дело не пошло. Вернувшись в Англию, в 1879 г. У. Гершель описал свои исследования по дактилоскопии в книге «Происхождение отпечатков пальцев».

Генри Фулдс работал в Японии и ничего не знал об исследованиях У. Гершеля. Изучая глиняные черепки, обратил внимание на отпечатки пальцев рук. Собирая коллекцию и исследуя отпечатки (в

1879—1880 гг.), пришел к выводу об их индивидуальности, что было аналогично выводам У. Гершеля. Г. Фулдс также установил, что отпечаток пальца может быть оставлен и неокрашенной рукой, так как потовые железы на кончиках пальцев имеют жировые выделения, которые на многих поверхностях делают отпечаток таким же четким, как сажа или краска.

Метод опознания преступников по их отпечаткам пальцев, разработанный У. Гершелем, и его практическое применение в судебной практике, предложенное Г. Фулдсом, первоначально не нашел отклик в практической деятельности полиции, поскольку этому мешал недостаток уверенности в том, что у двух людей не может быть одинаковых отпечатков пальцев. Решить этот вопрос помогли исследования, проведенные Френсисом Гальтоном. Именно он дал научное обоснование для использования отпечатков пальцев в криминалистике, выделил основные типы дактилоскопических узоров и математически обосновал практическую невозможность совпадения отпечатков пальцев у людей. Шанс, что у двух людей окажутся совершенно одинаковые отпечатки пальцев, был определен как 1:64 000 000 000. Свои научные изыскания Ф. Гальтон опубликовал в 1892 г. в книге «Отпечатки пальцев».

Завершающим этапом внедрения дактилоскопии в практическую деятельность полиции является решение по использованию строения папиллярных узоров в создании системы картотечной дактилоскопической регистрации. Это решение было предложено Эдвардом Генри (в 1900 г.), который разработал основу «дактилоскопической формулы», в соответствии с которой производится раскладка дактилоскопических карт по разделам картотеки. Им также была написана книга «Классификация и использование отпечатков пальцев».

В России после отмены клеймения главным способом регистрации преступников стало описание их внешности. Но система описания, которая действовала в то время, имела множество недостатков и часто приводила к ошибкам. Широкое применение фотографирования на тот момент было также невозможным в связи с его дороговизной.

Система А. Бертильона стала успешно использоваться в России с 1890 г., когда в г. Санкт-Петербурге было открыто антропометрическое бюро, соединенное с фото-

графическим павильоном, где осуществлялась работа по регистрации преступников с помощью «бертильонажа». Позднее антропометрические бюро учреждаются во многих других городах России: Ревеле, Новгороде, Гродно, Вятке, Вологде, Витебске, Казани, Ярославле, Одессе, Самарканде, Хабаровске и Владивостоке. В 1900 г. антропометрическая служба была создана в Московской сыскной полиции.

Система дактилоскопирования преступников в России была введена в 1906 г. А в 1907 г. распоряжением Министерства внутренних дел были приняты «Единые правила антропометрической регистрации». Теперь регистрация лиц, проходивших по полицейскому ведомству, проводилась по фотоснимкам, дактилоскопическим оттискам и описанию по методу словесного портрета. На каждого зарегистрированного изготавливались: 1) основная регистрационная карта с тремя фотоснимками и дактилоскопическими оттисками в двух экземплярах (второй экземпляр предназначался для Центрального регистрационного бюро); 2) снимок для фотоальбома преступников; 3) алфавитная карточка; 4) специальная карточка с фотоснимком — на профессиональных преступников [25].

Таким образом, к началу XX в. в мировой практике и в России сформировалась уголовная регистрация, с помощью которой осуществлялся учет преступлений и лиц, подвергшихся уголовному преследованию.

Достаточно большое внимание уголовной регистрации было уделено в работе Г. Гросса «Руководство для судебных следователей как система криминалистики» [26]. Анализируя накопившийся опыт, Г. Гросс достаточно подробно рассмотрел вопросы применения фотографии, словесного портрета и дактилоскопии в целях фиксации и регистрации преступников, отмечая при этом положительные и негативные моменты, связанные с применением антропометрии и дактилоскопии.

К концу 1914 г. дактилоскопирование стало основой системы уголовной регистрации в большинстве государств, и сегодня правоохранительные органы всех без исключения стран мира используют именно ее. В этот период в России появились первые теоретические работы, посвященные уголовной регистрации. В. И. Лебедев выпустил книгу «Искусство раскрытия преступлений» [27], включив в неё подробные

научные сведения о дактилоскопии, антропометрии и судебно-полицейской фотографии. Аналогичных взглядов на систему уголовной регистрации придерживался С. Н. Трегубов, который указывал, что целям регистрации преступников служат «...их фотографирование, составление словесного портрета, антропометрические измерения и дактилоскопические отпечатки» [28]. О серьёзной постановке регистрационной работы свидетельствует и изданный Российским департаментом полиции в 1914 г. «Розыскной альбом» в пяти выпусках, содержащий тщательно систематизированные сведения о преступниках-профессионалах. Первый выпуск альбома аккумулировал данные о гастролирующих ворах-карманниках (марвихерах), второй — о взломщиках (шниферах), третий — о мошенниках и аферистах, четвертый — о коно- и скотокрадах, пятый — о грабителях и убийцах.

История развития советской уголовной регистрации тесно связана со становлением органов советской милиции и уголовного розыска. Уже через пять дней после принятия положения об организации уголовно-разыскных подразделений в ОВД Центральное управление уголовного розыска взялось за практическое налаживание дактилоскопической и фотографической регистрации преступников. С января 1919 г. была введена регистрация судимости, а в 1922 г. на территории РСФСР были внедрены единая централизованная система регистрации преступников — дактилоскопическая — и обязательное фотографирование их по правилам сигналитической съемки. Широко использовалась также пофамильная регистрация преступников.

Профессор И. Н. Якимов в первом советском учебнике по криминалистике, рассматривая технические способы регистрации преступников, выделяет уже помимо основных методов регистрации «...дактилоскопии, сигналетической фотографии и словесного портрета.» и «подсобный

лица; 5) о почерке преступников; 6) о лицах, так или иначе близких к преступникам, оказывающих им ту или иную помощь. Кроме регистрации преступников, И. Н. Якимовым была предложена в качестве вспомогательной регистрация материалов и сведений: а) притонов; б) похищенного движимого имущества; в) безвестно пропавших людей и найденных трупов; г) вырезок из газет со сведениями о совершенных преступлениях, о розыске пропавших лиц и т. п. [29].

Таким образом, в системе уголовной регистрации, помимо основных видов учета лиц, совершивших преступления, появились и вспомогательные учеты, «которые должны были дополнять основную систему, а обе они в целом давать полный физический и нравственный облик преступника» [30].

Большой вклад в развитие отечественных криминалистических учетов внес С. М. Потапов. В 1926 г. вышла его книга «Судебная фотография», а в 1928 г. статья «Введение словесного портрета как обязательного метода уголовной регистрационной работы». В последней С. М. Потапов указывал на необходимость регистрации как нераскрытых преступлений с указанием индивидуальных признаков каждого из них, так и преступников, имеющих определённый «профессиональный почерк» [31].

С течением времени уголовная регистрация стала обрастать новыми видами учетов: появились учеты огнестрельного оружия, транспортных средств, документов, денежных знаков, пулегильзотеки, рисованных и композиционных портретов преступников, поддельных рецептов, запаховых проб и т. д.

Вплоть до 60—70-х гг. XX в. понятие «уголовная регистрация» присутствовало во всех учебниках по криминалистике, входило в юридические словари и Большую советскую энциклопедию [32]. Уже тогда под ней понималась система учета преступников, а также лиц, пропавших без вести, и некоторых видов объектов, имеющих значение в расследовании уголовных дел, в целях их розыска, идентификации и получения о них справочных сведений. Как правило, в систему уголовной регистрации включались следующие группы объектов: преступления и лица, их совершившие; задержанные и пропавшие без вести лица; неопознанные трупы; животные; вещи; следы пальцев рук; пули и гильзы (с нераскрытых преступлений), похищенные и изъ-

ятые вещи; похищенное, утерянное, изъятое или найденное огнестрельное оружие и некоторые другие объекты.

Однако постепенно в связи с увеличением и усложнением системы регистрации объектов, изменением и усовершенствованием способов и методов регистрации, внедрением автоматизированных регистрационных систем понятие уголовной регистрации стало трансформироваться в понятие «криминалистическая регистрация», что отвечало духу времени, хотя в некоторых учебниках термин «уголовная регистрация» встречается до сих пор [33].

Сегодня практически во всех работах, посвященных данной теме, можно встретить понятие «криминалистическая регистрация», под которой принято понимать систему криминалистического учета отдельных видов объектов — носителей информации, используемой в целях раскрытия, расследования и предупреждения преступлений.

Криминалистическая регистрация сегодня представляет собой систему, состоящую из нескольких десятков учетов, которые можно объединить в группы по различным основаниям: по функциональному назначению (оперативно-справочные, оперативно-разыскные, экспертно-криминалистиче-ские), по охвату территории (местные, региональные, центральные, международные), по способу фиксации информации (выполненные путем описания, фотографирования, схематического отображения, получения оттисков, коллекционирования объектов в натуре), по видам учитываемых объектов (учеты живых лиц, учет трупов и их частей, учеты предметов, учеты животных, учеты следов, учеты преступлений), по значимости (основные, вспомогательные и иные) и т. д. [34].

Таким образом, пройдя долгий путь от клеймения и калечения до автоматизированной обработки информации, уголовная регистрация переросла в нечто большее, и сегодня действительно, на наш взгляд, правильнее говорить о криминалистической регистрации, поскольку объем регистрируемой в настоящее время информации несопоставим с ее первоначальным объемом. Система регистрации выросла и усложнилась, в нее добавляются новые объекты (ярким примером является введение геномного учета в 2008 г.), расширяя ее возможности.

А что будет дальше — покажет время. Ш

1. Мельников И. Татуировки и клеймение. Тенденции [Электронный ресурс]. URL: http://www.rumvi.com/products/ ebook/татуировка-и-клеймение-тенденции/afa4ad15-b167-4438-9848-2fe4ba51417a/preview/preview.html (дата обращения: 03.12.2017).

2. Российское законодательство Х—ХХ вв. Т. 2: Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. М., 1985. С. 181—182.

3. Памятники русского права. М., 1956. Вып. 4. С. 179—185.

4. Там же. С. 197.

5. Епифанов П. П., Тихомиров М. Н. Соборное уложение 1649 г. М., 1961.

6. Там же.

7. О наказании воров и разбойников вместо смертной казни кнутом, с отсечением у левой руки по персту, о ссылке их в Сибирь, и об учинении смертной казни за повторение тех же преступлений: Именной указ от 20 октября 1653 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649—1825 гг. Т. 1: 1649—1675 гг. № 105. СПб., 1830. С. 301-302.

8. О продаже вина в Перми, Чердыни и Соликамской по 3 рубля ведро, и о наказании за корчемство: Грамота воеводе Наумову 16 октября 1660 г. // Там же. № 285. С. 519-520; О наказаниях подельщиков монеты и их соучастникам: Царские указы от 18 сентября и 21 октября 1661 г. // Акты исторические, собранные и изданные археографической комиссией. Т. 4: 1645-1676. № 158 / под. ред. И. И. Григоровича. СПб., 1842. С. 304-307; О пытках и наказаниях воров и разбойников : Указ от 28 нояб. 1682 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649-1825 гг. Т. II: 1676-1688 гг. № 970. СПб., 1830. С. 481; О ссыльных людях: Царская грамота Тюменскому воеводе Титу Раевскому от 9 июля 1698 г. // Дополнения к актам историческим, собранным и изданным археографической комиссией. В 12 т. Т. 12: 1684-1699. № 91 / под. ред. А. Тимофеева. СПб., 1872. С. 395-396; О ссыльных людях: Царская грамота Иркутскому воеводе от 9 июля 1698 г. // Акты исторические, собранные и изданные археографической комиссией. Т. 5: 1676-1700. № 280 / под. ред. М. А. Коркунова. СПб., 1842. С. 509-510 и др.

9. О нечинении смертной казни преступникам, кроме бунтовщиков и смертоубийц, о наказании их кнутом, о вырезывании ноздрей у важнейших преступников и заклеймении прочих : указ Петра I от 5 февр. 1705 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649-1825 гг. Т. 4: 1700-1712 гг. № 2026. СПб., 1830. С. 286-287.

10. О нечинении в Нижних Судах над виновными экзекуции без аппробации Надворных Судов, и о наказаниях, каковыя должно определять ворам и смертоубийцам : указ Петра I от 10 нояб. 1721 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649-1825 гг. Т. 6: 1720-1722 гг. № 3847. СПб., 1830. С. 452-453.

11. О вынимании у каторжных колодников ноздрей до кости : указ Петра I от 15 янв. 1724 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649-1825 гг. Т. 7: 1723-1723 гг. № 4417. СПб., 1830. С. 204.

12. О нервании ноздрей у преступников : указ Александра I от 25 дек. 1817 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649-1825 гг. Т. 36: 1817 г. № 27.197. СПб., 1830. С. 949.

13. Клеймение преступников в Российской империи [Электронный ресурс]. URL: https://historicaldis.ru/blog/ 43505046436/Kleymenie-prestupnikov-v-Rossiyskoy-Iperii (дата обращение 20.02.2018).

14. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. // Свод законов Рос. империи. Т. 15: Законы уголовные. СПб., 1857. С. 6.

15. О некоторых изменениях в существующей ныне системе наказаний уголовных и исправительных : указ от 17 апр. 1863 г. № 59504 // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 2. Т. 28. Отд. 1. СПб., 1866. С. 352-353.

16. Гейндль Р. Дактилоскопия и другие методы уголовной техники в деле расследования преступления / под ред.: А. И. Крюкова ; пер. с 2-го нем. изд.: В. В. Шпеер. М., 1927. С. 233.

17. Бастрыкин А. И. Криминалистика : учебник. М., 2014. Т. 1. С. 27-28.

18. Торвальд Ю. Век криминалистики : пер. с нем. / под ред. и со вступ. ст. Ф. М. Решетникова. 3-е изд. М., 1991. С. 24.

19. Journal des Tribunaux. 1854. 10.9.

20. Крылова Н. А. Из истории полицейской фотографии в России второй половины XIX - начала XX столетия // Ист. вестн. 2013. № 06(153) [Электронный ресурс]. URL: http://www.runivers.ru /doc/historical-journal/article/?ID=479527&JOURNAL (дата обращения 24.02.2018).

21. Перегудова З. И. Политический сыск в России (1880-1917). М., 2000. С. 61.

22. Более подробно о жизни Альфонса Бертильона и его системе антропологической регистрации можно прочитать в книге: Торвальд Ю. Век криминалистики : пер. с нем. / под ред. и со вступ. ст. Ф. М. Решетникова. 3-е изд. М., 1991. С. 39-50; а также: Файкс Г. Большое ухо Парижа. Французская полиция: история и современность : пер. с нем. М., 1981.

23. Bertillon A. Identification anthropométrique. Instructions signalé tiques. Paris, 1893. 141 p.

24. Краткие истории приводятся по работам: Торвальд Ю. Век криминалистики : пер. с нем. / под ред. и со вступ. ст. Ф. М. Решетникова. 3-е изд. М., 1991. С. 64-96; Локар

3. Руководство по криминалистике / под. ред. С. П. Митричева. М., 1941. С. 87-216.

25. Инструкция фотографирования преступников и составления регистрационной карты примет : прил. к циркуляции Департамента полиции от 29 дек. 1906 г. № 1 и от 9 апр. 1907 г. № 110). СПб., 1907.

26. Гросс Г. Руководство для судебных следователей как система криминалистики. Новое изд., переп. с изд. 1908 г. М., 2002. С. 293-334.

27. См.: Лебедев В. И. Искусство раскрытия преступлений:

4. 1. Дактилоскопия (пальцепечатание). СПб. : Тип. МВД, 1909; Лебедев В. И. Искусство раскрытия преступлений: Ч. 2. Антропометрия. СПб., 1909.

28. Трегубов С. Н. Основу уголовной техники, научно-технические приемы расследования преступлений. Нов. изд., переп. с изд. 1915 г. М., 2002. С. 254.

29. Якимов И. Н. Криминалистика. Руководство по уголовной технике и тактике. Нов. изд., переп. с изд. 1925 г. М., 2003. С. 31-116.

30. Якимов И. Н. Указ. соч. С. 104.

31. См.: Потапов С. М. Судебная фотография. Учебное и практическое пособие. М., 1936. 135 с.; Потапов С. М. Введение словесного портрета как обязательного метода уголовно-регистрационной работы [Электронный ресурс] // Админ. вестн. 1928. URL: http://www.expert.aaanet.ru/arhiv/identif.htm (дата обращения 05.03.2018).

32. См. например: Криминалистика : учебник. Ч. 1 / А. И. Винберг [и др.] ; под ред.: А. И. Винберга, С. П. Мит-ричева. М., 1950. С. 137-151; Советская криминалистика : учеб. пособие. Ч. 1 / под ред. С. П. Митричева, Н. В. Терзиева. М., 1958. С. 252-272; Криминалистика : учебник. Т. 1 / под ред. Р. С. Белкина, Г. Г. Зуйкова. М., 1969. С. 350-367; Юридический словарь / под ред. С. Н. Братуся. М., 1953; Большая советская энциклопедия. 3-е изд. Т. 26: Тихоходки -Ульяново. М., 1977 и др.

33. См. например: Криминалистика : учебник / И. Ф. Герасимов [и др.] ; под ред. И. Ф. Герасимова, Л. Я. Драпкина. М., 1994. С. 199-200; Лоер В. Криминалистика [Электронный ресурс] : учебник. URL: http://be5.biz/pravo/k015/index.html; Драпкин Л. Я., Карагодин В. Н. Криминалистика : учебник. 2-е изд., перераб и доп. М., 2011. С. 148 и др.

34. Криминалистика : учебник / под ред. А. Г. Филиппова, А. Ф. Волынского. М., 1998. С. 171-177; Криминалистика : учебник / Т. В. Аверьянова, Р. С. Белкин, Ю. Г. Корухов, Е. Р. Россинская ; под ред. Р. С. Белкина. М., 2001. С. 368-385; Шурухнов Н. Г. Криминалистика : курс лекций. М., 2006. С. 169-187; Маликов С. В., Савенков А. Н. Руководство по военно-полевой криминалистике. М., 2011. С. 368-374; Аленин А. П., Роменеко М. А. Криминалистические учеты органов внутренних дел : учеб. пособие. Омск, 2008. С. 41-104; Криминалистика : учеб. пособие / под общ. ред. В. И. Комиссарова. М., 2011. С. 124-131; Койсин А. А., Фомина И. А. Криминалистика : курс лекций. 2-е изд., перераб. и доп. Иркутск, 2015. С. 168-180; Койсин А. А., Фомина И. А. Вспомогательные виды учетов // Сиб. юрид. вестн. 2017. № 1. С. 118-123 и др.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Инструкция фотографирования преступников и составления регистрационной карты примет (прил. к циркуляции Департамента полиции от 29.12.1906 № 1 и от 09.04.1907 № 110). - СПб., 1907. - 70 с.; 11 табл.

О наказании воров и разбойников вместо смертной казни кнутом, с отсечением у левой руки по персту, о ссылке их в Сибирь, и об учинении смертной казни за повторение тех же преступлений : именной указ от

20 окт. 1653 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649-1825 гг. Т. 1: 1649-1675 гг. № 105. -СПб. : Тип. 2-го Отд-ния Собств. Е. И. В. Канцелярии, 1830. - 1072 с.

О продаже вина в Перми, Чердыни и Соликамской по 3 рубля ведро, и о наказании за корчемство : грамота воеводе Наумову 16 окт. 1660 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649-1825 гг. Т. 1: 1649-1675 гг. № 285. - СПб. : Тип. 2-го Отд-ния Собств. Е. И. В. Канцелярии, 1830. - 1072 с.

О наказаниях подельщиков монеты и их соучастникам : царские указы от 18 сент. и 21 окт. 1661 г. // Акты исторические, собранные и изданные археографической комиссией. Т. 4: 1645-1676. № 158 / под. ред. И. И. Григоровича. - СПб. : Тип. 2-го Отд-ния Собств. Е. И. В. Канцелярии, 1842. - 608 с.

О пытках и наказаниях воров и разбойников : указ от 28 нояб. 1682 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649-1825 гг. Т. 2: 1676-1688 гг. № 970. - СПб. : Тип. 2-го Отд-ния Собств. Е. И. В. Канцелярии, 1830. - 979 с.

О ссыльных людях : царская грамота Тюменскому воеводе Титу Раевскому от 9 июля 1698 г. // Дополнения к актам историческим, собранным и изданным археографической комиссией. В 12 т. Т. 12: 1684-1699. № 91 / под. ред. А. Тимофеева. - СПб. : Тип. В. В. Пратц, 1872. - 423 с.

О ссыльных людях : царская грамота Иркутскому воеводе от 9 июля 1698 г. // Акты исторические, собранные и изданные археографической комиссией. Т. 5: 1676-1700. № 280 / под. ред. М. А. Корку-нова. - СПб. : Тип. 2-го Отд-ния Собств. Е. И. В. Канцелярии, 1842. - 580 с.

О нечинении смертной казни преступникам, кроме бунтовщиков и смертоубийц, о наказании их кнутом, о вырезывании ноздрей у важнейших преступников и заклеймении прочих : указ Петра I от 5 февр. 1705 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649-1825 гг. Т. 4: 1700-1712 гг. № 2026. -СПб. : Тип. 2-го Отд-ния Собств. Е. И. В. Канцелярии, 1830. - 890 с.

О нечинении в Нижних Судах над виновными экзекуции без апробации Надворных Судов, и о наказаниях, каковыя должно определять ворам и смертоубийцам : указ Петра I от 10 нояб. 1721 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649-1825 гг. Т. 6: 1720-1722 гг. № 3847. СПб. : Тип. 2-го Отд-ния Собств. Е. И. В. Канцелярии, 1830. - 817 с.

О вынимании у каторжных колодников ноздрей до кости : указ Петра I от 15 янв. 1724 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649-1825 гг. Т. 7: 1723-1723 гг. № 4417. - СПб. : Тип. 2-го Отд-ния Собств. Е. И. В. Канцелярии, 1830. - 933 с.

О нервании ноздрей у преступников : указ Александра I от 25 дек. 1817 г. // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 1: 1649-1825 гг. Т. 36: 1817 г. № 27.197. - СПб. : Тип. 2-го Отд-ния Собств. Е. И. В. Канцелярии, 1830. - 959 с.

О некоторых изменениях в существующей ныне системе наказаний уголовных и исправительных : указ от 17 апр. 1863 г. № 59504 // Полн. собр. законов Рос. империи. Собр. 2. Т. 28. Отд. 1. - СПб. : Отд-ния Собств. Е. И. В. Канцелярии, 1866. - 1071 с.

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. // Свод законов Рос. империи. Т. 15: Законы уголовные. - СПб. : Тип. 2-го Отд-ния Собств. Е. И. В. Канцелярии, 1857. - 964 с.

Аленин А. П. Криминалистические учеты органов внутренних дел: учеб. пособие / А. П. Аленин, М. А. Роменеко. — Омск : Изд-во Ом. гос. ун-та, 2008. - 160 с.

Бастрыкин А. И. Криминалистика : учебник / А. И. Бастрыкин. - М. : Экзамен, 2014. - Т. 1. - 512 с.

Большая советская энциклопедия. Т. 26: Тихо-ходки-Ульяново. - 3-е изд. - М. : Сов. энцикл., 1977. - 622 с. : ил., карты, фото.

Гейндль Р. Дактилоскопия и другие методы уголовной техники в деле расследования преступления / Р. Гейндль ; под ред.: А. И. Крюкова ; пер. с 2-го нем. изд. В. В. Шпеер. - М. : Гостехиздат, 1927. -332 с.

Гросс Г. Руководство для судебных следователей как система криминалистики. - Нов. изд., переп. с изд. 1908 г. / Г. Гросс. - М. : ЛэксЭст, 2002. - 1088 с.

Драпкин Л. Я. Криминалистика : учебник / Л. Я. Драпкин, В. Н. Карагодин. - 2-е изд., перераб и доп. - М. : Проспект, 2011. - 768 с.

Епифанов П. П. Соборное уложение 1649 г. / П. П. Епифанов, М. Н. Тихомиров. - М. : Изд-во Моск. ун-та, 1961. - 431 с.

Клеймение преступников в Российской империи [Электронный ресурс]. - URL: https://histori-caldis.ru/blog/43505046436/Kleymenie-prestupnikov-v-Rossiyskoy-Iperii (дата обращение 20.02.2018 г.).

Койсин А. А. Криминалистика : курс лекций. -2-е изд., перераб. и доп. / А. А. Койсин, И. А. Фомина. - Иркутск : Изд-во ИГУ, 2015. - 409 с.

Койсин А. А. Вспомогательные виды учетов /

A. А. Койсин, И. А. Фомина // Сиб. юрид. вестн. -2017. - № 1. - С. 118-123.

Криминалистика : учебник / А. И. Винберг [и др.] ; под ред.: А. И. Винберга, С. П. Митричева. -М. : Госюриздат, 1950. - Ч. 1. - 304 с.

Криминалистика : учебник / под ред. Р. С. Белкина, Г. Г. Зуйкова. - М. : НИиРИО ВШ МВД СССР, 1969. - Т. 1. - 376 с.

Криминалистика : учебник / И. Ф. Герасимов [и др.] ; под ред. И. Ф. Герасимова, Л. Я. Драпкина. -М. : Высш. шк. 1994. - 528 с.

Криминалистика : учебник / под ред. А. Г. Филиппова, А. Ф. Волынского. - М. : Спарк, 1998. -543 с.

Криминалистика : учебник / Т. В. Аверьянова, Р. С. Белкин, Ю. Г. Корухов, Е. Р. Россинская ; под ред. Р. С. Белкина. - М. : Норма-ИНФРА М, 2001. - 990 с.

Криминалистика : учеб. пособие / под общ. ред.

B. И. Комиссарова. - М. : Юрлитинформ, 2011. -296 с.

Крылова Н. А. Из истории полицейской фотографии в России второй половины XIX - начала XX столетия [Электронный ресурс] // Ист. вестн. - 2013. -№ 06(153). - URL: http://www.runivers.ru/doc/ historical-journal/article/?ID=479527&JOURNAL.

Лебедев В. И. Искусство раскрытия преступлений. Ч. 1: Дактилоскопия (пальцепечатание) / В. И. Лебедев. - СПб. : Тип. МВД, 1909. - 60 с.

Лебедев В. И. Искусство раскрытия преступлений. Ч. 2. Антропометрия / В. И. Лебедев. - СПб. : Тип. МВД, 1909. - 126 с.

Лоер В. Криминалистика [Электронный ресурс] : учебник / В. Лоер. - URL: http://be5.biz/pravo/ k015/index. html.

Локар Э. Руководство по криминалистике / Э. Локар ; под ред. С. П. Митричева. - М. : Юрид. изд-во НКЮ СССР, 1941. - 544 с.

Маликов С. В Руководство по военно-полевой криминалистике / С. В. Маликов, А. Н. Савенков. -М. : Этника, 2011. - 656 с.

Мельников И. Татуировки и клеймение. Тенденции [Электронный ресурс]. - URL: http://www.ru-mvi.com/products/ebook/татуировка-и-клеймение-тенденции/afa4ad15-b167-4438-9848-2fe4ba51417a/ preview/preview.html.

Памятники русского права. - М. : Гос. изд-во юрид. лит., 1956. - Вып. 4. - 632 с.

Перегудова З. И. Политический сыск в России (1880-1917) / З. И. Перегудова. - М. : РОССПЭН, 2000. - 432 с.

Потапов С. М. Судебная фотография : учеб. и практ. пособие / С. М. Потапов. - М. : Сов. законодательство, 1936. - 135 c.

Потапов С. М. Введение словесного портрета как обязательного метода уголовно-регистрационной работы [Электронный ресурс] // Адм. вестн. 1928. -URL: http:/ / www.expert.aaanet.ru/arhiv/identif.htm (дата обращения 05.03.2018).

Российское законодательство Х-ХХ вв. Т. 2: Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. - М. : Юрид. лит, 1985. - 520 с.

Советская криминалистика : учеб. пособие / под ред. С. П. Митричева, Н. В. Терзиева. - М. : Госюр-издат, 1958. - Ч. 1. - 428 с.

Торвальд Ю. Век криминалистики : пер. с нем. / Ю. Торвальд ; под ред. и со вступ. ст. Ф. М. Решетникова. - 3-е изд. - М. : Прогресс, 1991. - 323 с.

Трегубов С. Н. Основу уголовной техники, научно-технические приемы расследования преступлений / С. Н. Трегубов. - Нов. изд., переп. с изд. 1915 г. - М. : ЛэксЭст, 2002. - 336 с.

Файкс Г. Большое ухо Парижа. Французская полиция: история и современность : пер. с нем. / Г. Файкс. - М. : Юрид. лит., 1981. - 264 c.

Шурухнов Н. Г. Криминалистика : курс лекций / Н. Г. Шурухнов. - М. : Эксмо, 2006. - 624 с.

Юридический словарь / под ред. С. Н. Брату-ся. - М. : Госюриздат, 1953. - 784 с.

Якимов И. Н. Криминалистика. Руководство по уголовной технике и тактике / И. Н. Якимов. - Нов. изд., переп. с изд. 1925 г. - М. : ЛэксЭст, 2003. -496 с.

Bertillon A. Identification anthropométrique. Instructions signalé tiques / A. Bertillon. - Paris : Melun, Impr. administrative, 1893. - 141 p.

Journal des Tribunaux. - 1854. - 10.9.

REFERENCES

Instruktsiya fotografirovaniya prestupnikov i sostavleniya registratsionnoy karty primet. Prilozhenie k tsirkulyatsii Departamenta politsii ot 29 dek. 1906 g. N 1 i ot 9 apr. 1907 g. no 110. Sankt-Peterburg, 1907, 70 p.

O nakazanii vorov i razboynikov vmesto smertnoy kazni knutom, s otsecheniem u levoy ruki po perstu, o ssylke ikh v Sibir', i ob uchinenii smertnoy kazni za povtorenie tekh zhe prestupleniy. Imennoy ukaz ot 20 okt. 1653 g. Polnoe sobranie zakonov Rossiyskoy imperii. Sobranie 1. 1649-1825 gg. T. 1. 1649-1675 gg. N 105. Sankt-Peterburg, Tip. 2-go Otd-niya Sobstv. E.I.V. Kantselyarii, 1830, 1072 p.

O prodazhe vina v Permi, Cherdyni i Solikamskoy po 3 rublya vedro, i o nakazanii za korchemstvo.

Gramota voevode Naumovu 16 okt. 1660 g. Polnoe sobranie zakonov Rossiyskoy imperii. Sobranie 1. 16491825 gg. T. 1. 1649-1675 gg. N 285. Sankt-Peterburg, Tip. 2-go Otd-niya Sobstv. E.I.V. Kantselyarii, 1830, 1072 p.

O nakazaniyakh podel'shchikov monety i ikh souchastnikam: TSarskie ukazy ot 18 sent. i 21 okt. 1661 g. Akty istoricheskie, sobrannye i izdannye arkheograficheskoy komissiey. T. 4. 1645-1676. N 158 Sankt-Peterburg, Tip. 2-go Otd-niya Sobstv. E.I.V. Kantselyarii, 1842, 608 p.

O pytkakh i nakazaniyakh vorov i razboynikov. Ukaz ot 28 noyab. 1682 g. Polnoe sobranie zakonov Rossiyskoy imperii. Sobranie 1. 1649-1825 gg. T. 2. 1676-1688 gg. N 970. Sankt-Peterburg, Tip. 2-go Otd-niya Sobstv. E.I.V. Kantselyarii, 1830, 979 p.

O ssyl'nykh lyudyakh. Tsarskaya gramota Tyumenskomu voevode Titu Raevskomu ot 9 iyulya 1698 g. Dopolneniya k aktam istoricheskim, sobrannym i izdannym arkheograficheskoy komissiey. V 12 t. T. 12: 1684-1699. N 91. Sankt-Peterburg, Tip. V. V. Pratts, 1872, 423 p.

O ssyl'nykh lyudyakh. TSarskaya gramota Irkutskomu voevode ot 9 iyulya 1698 g. Akty istorich-eskie, sobrannye i izdannye arkheograficheskoy komissiey. T. 5. 1676-1700. N 280. Sankt-Peterburg, Tip. 2-go Otd-niya Sobstv. E.I.V. Kantselyarii, 1842, 580 p.

O nechinenii smertnoy kazni prestupnikam, krome buntovshchikov i smertoubiyts, o nakazanii ikh knutom, o vyrezyvanii nozdrey u vazhneyshikh prestupnikov i zakleymenii prochikh. Ukaz Petra I ot 5 fevr. 1705 g. Polnoe sobranie zakonov Rossiyskoy imperii. Sobranie 1. 1649-1825 gg. T. 4. 1700-1712 gg. N 2026. Sankt-Peterburg, Tip. 2-go Otd-niya Sobstv. E.I.V. Kantselyarii, 1830, 890 p.

O nechinenii v Nizhnikh Sudakh nad vinovnymi ekzekutsii bez aprobatsii Nadvornykh Sudov, i o nakazaniyakh, kakovyya dolzhno opredelyat' voram i smertoubiytsam. Ukaz Petra I ot 10 noyab. 1721 g. Polnoe sobranie zakonov Rossiyskoy imperii. Sobranie 1. 1649-1825 gg. T. 6. 1720-1722 gg. N 3847. Sankt-Peterburg, Tip. 2-go Otd-niya Sobstv. E.I.V. Kantselyarii, 1830, 817 p.

O vynimanii u katorzhnykh kolodnikov nozdrey do kosti. Ukaz Petra I ot 15 yanv. 1724 g. Polnoe sobranie zakonov Rossiyskoy imperii. Sobranie 1. 1649-1825 gg. T. 7. 1723-1723 gg. N 4417. Sankt-Peterburg, Tip. 2-go Otd-niya Sobstv. E.I.V. Kantselyarii, 1830, 933 p.

O nervanii nozdrey u prestupnikov. Ukaz Alek-sandra I ot 25 dek. 1817 g. Polnoe sobranie zakonov Rossiyskoy imperii. Sobranie 1. 1649-1825 gg. T. 36. 1817g. N 27.197. Sankt-Peterburg, Tip. 2-go Otd-niya Sobstv. E.I.V. Kantselyarii, 1830, 959 p.

O nekotorykh izmeneniyakh v sushchestvuyushchey nyne sisteme nakazaniy ugolovnykh i ispravitel'nykh. Ukaz ot 17 apr. 1863 g. N 59504. Polnoe sobranie zakonov Rossiyskoy imperii. Sobranie 2. T. 28. Otdelenie 1. Sankt-Peterburg, Otd-niya Sobstv. E.I.V. Kantselyarii, 1866, 1071 p.

Ulozhenie o nakazaniyakh ugolovnykh i ispravitel'nykh 1845 g. Svod zakonov Rossiyskoy imperii. T. 15. Zakony ugolovnye. Sankt-Peterburg, Tip. 2-go Otd-niya Sobstv. E.I.V. Kantselyarii, 1857, 964 p.

Alenin A.P., Romeneko M.A. Kriminalisticheskie uchety organov vnutrennikh del. Omsk, Izd-vo Om. gos. un-ta, 2008, 160 p.

Bastrykin A.I. Kriminalistika. Moscow, Ekzamen, 2014, t. 1, 512 p.

Bol'shaya sovetskaya entsiklopediya. T. 26, Tikhokhodki — Ul'yanovo. Moscow, Sovetskaya entsiklopediya, 1977, 622 p.

Geyndl' R., Kryukova A.I.

Gross G. Rukovodstvo dlya sudebnykh sledovate-ley kak sistema kriminalistiki. Moscow, LeksEst, 2002, 1088 p.

Drapkin L.Ya., Karagodin V.N. Kriminalistika. Moscow, Prospekt, 2011, 768 p.

Epifanov P.P., Tikhomirov M.N. Sobornoe ulozhe-nie 1649 g. Moscow, Izd-vo Mosk. un-ta, 1961, 431 p.

Kleymenie prestupnikov v Rossiyskoy imperii. URL: https://historicaldis.ru/blog/43505046436/ Kleymenie-prestupnikov-v-Rossiyskoy-Iperii.

Koysin A.A., Fomina I.A. Vspomogatel'nye vidy uchetov. Sib. yurid. vestn., 2017, no 1, pp. 118-123.

Vinberg A.I., Komarinets B.M., Mitrichev S.P., Popov V.I. i dr. Vinberga A.I., Mitricheva S.P.

Belkina R.S., Zuykova G.G.

Gerasimov I.F., Drapkin L.YA., Ishchenko E.P. i dr. Gerasimova I.F., Drapkina L.Ya.

Filippova A.G., Volynskogo A.F.

Aver'yanova T.V., Belkin R.S., Korukhov Yu.G., Rossinskaya E.R., Belkin R.S.

Krylova N.A. Iz istorii politseyskoy fotografii v Rossii vtoroy poloviny XIX — nachala XX stoletiya. Istoricheskiy vestnik, 2013, no 06

Lebedev V.I. Iskusstvo raskrytiya prestupleniy. Ch. 1. Daktiloskopiya

Lebedev V.I. Iskusstvo raskrytiya prestupleniy. Ch. 2. Antropometriya. Sankt-Peterburg, Tip. MVD, 1909, 126 p.

Loer V. Kriminalistika. URL: http://be5.biz/ pravo/k015/index.html.

Lokar E., Mitricheva S.P.

Malikov S.V., Savenkov A.N. Rukovodstvo po voenno-polevoy kriminalistike. Moscow, Etnika, 2011, 656 p.

Mel'nikov I. Tatuirovki i kleymenie. Tendentsii [Elektronnyj resurs]. URL: http://www.rumvi.com/ products / ebook / tatuirovka-i-kleymenie-

tendentsii/afa4ad15-b 167-4438-9848-2fe4ba51417a/pre-view/preview.html

Pamyatniki russkogo prava. Moscow, Gos. izd-vo yuridich. lit., 1956, vyp. 4, 632 p.

Peregudova Z.I. Politicheskiy sysk v Rossii

Potapov S.M. Vvedenie slovesnogo portreta kak obyazatel'nogo metoda ugolovno-registratsionnoy rabo-ty. Admin. vestn., 1928. URL: http://www.expert. aaanet.ru/arhiv/identif.htm.

Rossiyskoe zakonodatel'stvo X-XX vv. T. 2. Zakonodatel'stvo perioda obrazovaniya i ukrepleniya Russkogo tsentralizovannogo gosudarstva. Moscow, Yurid. lit., 1985, 520 p.

Mitricheva S.P., Terzieva N.V.

Torval'd Yu., Reshetnikova F.M.

Fayks G. Bol'shoe ukho Parizha. Frantsuzskaya politsiya: istoriya i sovremennost'. Moscow, Yurid. lit., 1981, 264 p.

Shurukhnov N.G. Kriminalistika. Moscow, Eksmo, 2006, 624 p.

Bratusya S.N.

Yakimov I.N. Kriminalistika. Rukovodstvo po ugolovnoy tekhnike i taktike. Moscow, LeksEst, 2003, 496 p.

Bertillon A. Identification anthropométrique. Instructions signalé tiques. Paris, Melun, Impr. Administrative, 1893. 141 p. Journal des Tribunaux, 1854, 10.9.

The History of Formation and Development of Criminal (Forensic) Registration

© Koysin A. A., 2018

In the article on the basis of the analysis of historical experience the questions of formation and development of criminal (criminalistic) registration are considered. Appearing as a means of "isolating" criminals from law-abiding citizens, registration has gone a long way from branding and maiming (self-harm) to computerized processing of a huge amount of information. Each time added something to the registration system, but the peak of its development should be considered XIX century, when, in a short period of time, there were the main types of accounting - accounting for external features, fingerprinting and photographic registration. These three records laid the Foundation for criminal registration. The appearance of these accounts is associated with the names of scientists such as: E. F. Vidok, A. Bertillon, W. Herschel, F. Galton, G. Fulds and E. Henry and many others. In Russia, and later in the Soviet period, a criminal check was developed by the global scenario is making it more difficult and increment the new types of accounts. Among the Russian scientists who have made an invaluable contribution to business of development of system of criminal (forensic) check, it should be noted, V. I. Lebedev, S. N. Tregubova, I. N. Yakimova, S. M. Potapova and others, not less eminent scientists. Having passed the way from simple descriptions of physical appearance of criminals to register on the genomic characteristics of criminalistic registration is a complex system consisting of several dozens of different content on accounting and continues to improve. Increased not only the amount of information, but also the speed of its receipt. If earlier law enforcement officers had to work with paper cards, today, for the most part, the information of interest to employees is computerized, which greatly simplifies and accelerates the process of obtaining it.

Key words: information, forensic accounting, criminal check, crime check, search, branding, mutilation, Bertillon System, physical description, fingerprinting.