«На официальный детский туризм в России упала атомная бомба»

Следствие по уголовному делу против организатора детского туристского лагеря приключений "Золото Белого моря" Дениса Орлова завершается, и в ближайшее время материалы могут быть переданы в суд. Эксперты в области детского туризма убеждены, что решение по этому делу определит судьбу всей отрасли, которая до сих пор существует в зоне неотрегулированного законодательства.

"Сын вернулся из лагеря воодушевленным"

Сын Вадима Воронина Роман в первый раз попал на программу спортивно-исторического туристского лагеря "Золото Белого моря" летом 2015 года. Ему было 13 лет, он жил в палатке, учился готовить на костре, ходил на лодке по бухте, участвовал вместе с отрядом в исторических реконструкциях, для которых организаторы лагеря шили одежду поморов, строили замки и форты. Программу проводили на острове Сидоров Кандалакшского залива Белого моря, на территории Лоухского района Республики Карелия. "Мы регулярно общались, каждый день в группе лагеря в Facebook выкладывали подробные фотографии и видео детей, так что родители владели всей информацией,— рассказывает Вадим Воронин.— В команде было много инструкторов и родителей — получалось, что на одного инструктора приходилось три-четыре ребенка, это очень высокий коэффициент".

По словам Воронина, его сын вернулся из лагеря таким воодушевленным, что сразу записался на историческое фехтование: "На программе "Золота Белого моря" он получил колоссальный опыт, так что в следующем лагере его сделали помощником инструктора".

15 января 2016 года руководитель туристической компании "Золото Белого моря" Денис Орлов объявил набор в летние смены. При цене на двухнедельную смену 40 тыс. руб. все путевки были раскуплены за два часа, говорит Вадим Воронин: "Многие родители, как и мы, уже знали и самого Орлова, и его команду, и то, как ответственно они подходят к организации лагеря. Найти что-то лучше в этой сфере весьма сложно".

Роман должен был ехать в лагерь в июле 2016 года и с нетерпением ждал своей смены: к этому времени он уже хорошо фехтовал, и всю зиму мастерил себе одежду и приспособления для лагеря. В первую, июньскую, смену поехали дети младшего возраста, для которых эта поездка была ознакомительной — для них руководство лагеря разработало программу низкого уровня сложности.

"Смена заканчивалась 26 июня, но 22 июня на острове Сидоров появилась комиссия из местных чиновников, которая потребовала прекратить программу, посадила детей в лодки и поздним вечером попыталась эвакуировать их с острова,

— вспоминает Воронин.— Это было через три дня после трагедии на Сямозере, когда перепуганный Худилайнен (экс-глава Республики Карелия.— "Власть") запретил все передвижения с детьми по воде и потребовал строго наказать виновных. Тогда и начались тотальные проверки чиновниками всех лагерей". Руководитель лагеря Денис Орлов отказался выполнить требование об эвакуации детей в ночное время — по его словам, комиссия не представила ему никаких документов, которые возлагали бы на проверяющих ответственность за безопасность детей и подтверждали бы их полномочия. "Когда я отказался эвакуировать детей ночью по воде, прокурор Лоухского района Бондаренко сказал мне, что "упечет" меня за сопротивление,— вспоминает Денис Орлов.— В тот же вечер меня увезли в полицию в Чупу. С трех часов ночи до пяти утра меня там опрашивали по поводу незаконной вырубки сухостоя. Утром выпустили, но в девять утра опять повезли в полицию и опрашивали еще несколько часов по тому же вопросу. К полудню, когда они собрали на меня материал, меня увезли в изолятор временного содержания". 25 июня Лоухский районный суд предъявил Орлову обвинение по 238-й статье УК (оказание услуг, представляющих опасность для жизни и здоровья) и избрал меру пресечения в виде домашнего ареста.

Прокурор Мирослав Бондаренко в беседе с "Властью" сообщил, что Орлова задержали вечером 22 июня по 238-й статье и что руководство лагеря "умышленно задерживало эвакуацию детей". Комментировать уголовное дело прокурор отказался, назвав себя одним из свидетелей. Впрочем, оговорился, что до суда дело может и не дойти.

Когда Орлова увезли в Чупу, в лагере остался его заместитель Максим Митрофанов, рассказывает Вадим Воронин: "В течение последующих дней в лагерь приезжали новые комиссии, а по телевизору сообщали, что "на острове в Белом море нашли незарегистрированный лагерь". Орлов уже сидел в изоляторе за оказание "опасных услуг". Все это время дети оставались на острове — целых четыре дня. Если опасность была так серьезна, власти должны были уже на следующее утро подогнать лодки, выдать детям подходящие детские спасательные жилеты и эвакуировать их с острова. Но ничего этого они не сделали. Детей вывезли с острова с помощью МЧС только 25 июня, 26-го они и так должны были уезжать поездом в Москву, и Максим Митрофанов сам обратился в МЧС с просьбой об эвакуации, ведь уже действовал запрет на передвижение детей по воде".

27 июня прокурор Мирослав Бондаренко подал иск в Лоухский районный суд за "самовольное занятие и использование участков лесного фонда" на площади 204 кв. м для устройства детского палаточного лагеря. В вину руководителю лагеря вменили пять навесов из досок и деревянный туалет. Суд удовлетворил иск, ООО "Золото Белого моря" было оштрафовано на 200 тыс. руб. за нарушение Лесного кодекса. Адвокат Ирина Ельшина называет навесы легкими разборными конструкциями: "В программе лагеря записано, что это походный лагерь, то есть дети постоянно перемещались по острову. Но суд счел его стационарным".

28 июня родители написали письмо главе СК РФ Александру Бастрыкину, в котором назвали уголовное дело против Орлова "бессмысленной и показушной реакцией" на трагедию на Сямозере.

В открытом письме в адрес "Русского географического общества" и Федерации спортивного туризма, опубликованном в "Ведомостях", они задали вопросы: "Нужен ли детский туризм и клубы исторической реконструкции в России? Нужны ли детские клубы исторической реконструкции в России?". "Лагерь "Золото Белого моря" существует вот уже 14 лет без единого ЧП,— говорилось в открытом письме.— С детьми работают увлеченные своим делом люди, опытные инструкторы-профессионалы. Стандарты подготовки и безопасности в лагере самые высокие: ООО "Золото Белого моря" является зарегистрированным туроператором; многие инструкторы "Золота Белого моря" имеют права ГИМС (Государственной инспекции маломерных судом.— "Власть") на управление маломерными судами, международные шкиперские права Bareboat; все инструкторы и стажеры "Золота Белого моря", а также большая часть команды технической поддержки имеют действующие сертификаты о прохождении курсов первой помощи; в лагере круглосуточно дежурит врач; в лагере есть действующая система связи с МЧС Карелии; все участники программы, дети и взрослые, проходят инструктаж по технике безопасности и практические занятия по оказанию первой помощи, по поведению на воде, по взаимодействию в экстремальных условиях". Авторы письма, которое подписали 160 человек, отмечают, что в лагере "вдохновляют людей на любовь к России".

1 августа 2016 года Лоухский районный суд запретил деятельность ООО "Золото Белого моря" по иску прокурора Бондаренко. В решении суда говорится о "стационарном детском палаточном лагере", который самовольно занимал участок лесного фонда. Этим же решением суд взыскал с ООО "Золото Белого моря" в пользу министерства по природопользованию и экологии Республики Карелия за "ущерб, причиненный лесам" сумму в размере 383 руб. 85 коп.

А родительское сообщество начало собственное расследование этого дела.

"Дети сидели в лодках как заложники"

"На острове Сидоров есть туристическая база, которая принадлежит ООО "Аурелия",— рассказывает Вадим Воронин, который с лета прошлого года представляет родительское сообщество "Золота Белого моря".— На этой базе отдыхают влиятельные люди, в том числе местные чиновники. Официально на сайте говорится о фотоохоте и рыбной ловле, но на некоторых фотографиях можно увидеть людей с подстреленными птицами.

Наш палаточный лагерь очень мешал этой базе. В августе 2015-го в лагерь приехала первая комиссия из местных чиновников. Они выписали Орлову административный штраф за несоблюдение СанПиНов (санитарных правил и норм.— "Власть").

Денис заплатил штрафы и начал организацию лагеря на новый сезон. И в ту же зиму кто-то сжег на острове домик с печкой — он давно там стоял, и мы использовали его для исторической реконструкции".

К лету 2016 года Орлов, по его словам, исправил все нарушения, уведомил о проведении новых смен Роспотребнадзор, МЧС и другие органы власти, расширил палатки, как того требовали СанПиНы. А 2 июня его пригласили в районную администрацию на общественные слушания по созданию заказника на островах Керетского архипелага. Он поддержал идею, и ему, как туроператору, официально предложили открыть структурное подразделение в Лоухском районе для организации новых туристических маршрутов. "Но что такое заказник? — говорит Вадим Воронин.— Это место, где запрещены разработка недр, охота, бесконтрольный туризм. Влиятельным людям идея с заказником очень не понравилась".

В Едином федеральном реестре туроператоров найти ООО "Аурелия" "Власти" не удалось. Ростуризм в ответ на наш запрос сообщил: "Туроператор, внесенный в Единый федеральный реестр туроператоров как ООО "Аурелия", исключен из реестра 20 мая 2013 года. С исключением из реестра организация теряет возможность осуществлять туроператорскую деятельность, но при этом может продолжать деятельность как турагент и оказывать иные услуги туристам (например, проводить экскурсии)".

На сайте туристической фирмы "Аурелия" в разделе "Утверждение цен на 2017 год" сообщается, однако, о туроператорской деятельности — проведении "полных туров". В стоимость полного тура, как говорится здесь же, входят: трансфер на автомобиле УАЗ до берега, проживание, трехразовое питание, услуги повара, сопровождение проводника-гида, организация рыбалки, предоставление мотолодок, баня. У фирмы есть несколько турбаз в разных частях Лоухского района. В разделе "Гостевой дом "Сидоров"" размещены фотографии стационарных построек — одноэтажного бревенчатого гостевого дома из двух комнат и столовой с кухней на острове Сидоров, также здесь сообщается о наличии бани на берегу моря.

Туристическая фирма "Аурелия" зарегистрирована на имя индивидуального предпринимателя Леонида Лангуева. По словам Орлова, 22 июня Лангуев прибыл на территорию лагеря "Золото Белого моря" вместе с комиссией местных чиновников. "Власть" дозвонилась Леониду Лангуеву. На вопрос, какой статус у "Аурелии" — туроператор или турфирма, тот ответил: "Ни то ни другое, у нас все закрыто". На уточняющий вопрос сообщил: "Эта организация больше не существует",— и прервал разговор. Однако 9 марта 2017 года, когда сдавался этот материал, сайт турфирмы "Аурелия" с описанием условий туров и цен на 2017 год работал.

"17 июня 2016 года, еще до трагедии на Сямозере, на остров Сидоров снова приехала комиссия, которая вновь оштрафовала Орлова за нарушение СанПиНов, несмотря на то что он выполнил все предыдущие предписания,— продолжает Воронин.— Они, по сути, повторили свой акт от августа 2015 года. Добавили туда еще, что дети намусорили. А через два дня случилась трагедия на Сямозере. И 21-го Дениса вызвали в прокуратуру Лоухского района, где прокурор Бондаренко заявил, что в лагере есть "незаконные деревянные постройки", и потребовал от Орлова закрыть лагерь и увезти детей. Но эти палатки являются туристскими хижинами, это сборно-разборные конструкции. Орлов нарушений со своей стороны не видел. Перевозки детей по воде уже были запрещены. Поэтому он отказался. Ну а 22 июня приехала та самая комиссия, которая и попыталась эвакуировать детей ночью. Республиканским властям требовалось найти крайних, а у местных были бизнес-интересы, все сошлось.

Эти люди в комиссии не имели представления о правилах эвакуации детей. То, что они делали 22 июня, не поддается никакой логике. В вечернее время загнали детей в лодки, дали им взрослые спасательные жилеты: часть жилетов не подходила по размеру, часть — с неисправными застежками.

И пошли искать других детей, которые в это время были на другой стоянке. Дети сидели в лодках как заложники, без еды, некоторые собрались прыгать за борт, чтобы убежать".

"В лагере мобильная связь была постоянно"

Денис Орлов живет в Москве под подпиской о невыезде — мера пресечения была изменена в августе 2016 года. Следствие по его уголовному делу в ближайшее время будет закончено. Защитники обвиняемого, адвокаты Дмитрий Журавлев и Елена Бухарина, говорят, что долгое время у следствия была "импульсивная стратегия": после трагедии на Сямозере многие россияне поддерживали жесткие меры, направленные на пресечение подобных чрезвычайных ситуаций.

Сейчас, по мнению защитников "Золота Белого моря", родительское и туристское сообщества поняли, что уголовное преследование Орлова на самом деле ставит под угрозу весь детский туризм в России: если к походным лагерям будут предъявлять те же претензии, что и к стационарным, российские дети разучатся ходить в походы, ставить палатки, разводить костры и принимать самостоятельные решения. Не могли не понять это и в Следственном комитете: за последние полгода в адрес СК по Республике Карелия направлено более 40 обращений, касающихся судьбы лагеря "Золото Белого моря". Родительскую петицию в защиту лагеря, адресованную президенту Владимиру Путину, на известном портале Change.org подписали более 10 тыс. человек.

На сайте Следственного комитета РФ по Республике Карелия, а также на сайте республиканской прокуратуры подробно сообщается официальная версия следствия по уголовному делу против Орлова. Орлов, как утверждает следствие, не получил санитарно-эпидемиологического разрешения на открытие лагеря, не обеспечил лагерь мобильной связью, не оборудовал места для приготовления и хранения пищевых продуктов, а также не обеспечил детей спальными мешками и бутилированной водой. На острове, по данным следствия, отсутствовал медпункт, а медикаменты, изъятые из аптечки, были просроченными. Наконец, Орлов нарушил правила безопасности в части водных программ лагеря.

Адвокат Дмитрий Журавлев считает, что доказать опасность оказанной услуги можно только по факту ее оказания и наличия последствий, тогда как, например, некачественный товар можно проверить еще до реализации потребителю. Услуга, оказываемая "Золотом Белого моря" детям, не была завершена — ее прервали. Ни одной жалобы от родителей или детей в адрес поставщика услуги нет. Защитник Елена Бухарина, в свою очередь, говорит, что даже в случае оказания некачественных услуг "Золото Белого моря" подпадало бы под административную ответственность, а не уголовную.

Она подчеркивает, что в отношении лагеря невозможно доказать систематичность нарушений и злостное неисполнение законов: за 14 лет существования фирмы не было ни одной жалобы в ее адрес от получателей услуг и ни одного уголовного дела о нарушении законодательства.

"Когда 17 июня к нам нагрянула первая комиссия, мы сразу поняли, что к чему,— говорит Орлов.— Этой комиссии не понравились бутылки с водой, которые были завезены нами на остров и хранились в специальной палатке. Комиссия сказала, что эта вода не заводская, хотя мы при них с щелчком раскупоривали эти бутылки. Тогда мы поехали в Лоухи, пройдя в итоге 180 км по морю и автодороге и закупили другую бутилированную воду, попросив у магазина чеки и сертификаты. Но в уголовное дело легли результаты первой проверки от 17 июня, которая посчитала нашу воду не заводской". По словам Орлова, в его лагере на ребенка предоставлялось два-три литра воды в сутки, хотя эта норма СанПиНа имеет рекомендательный характер. "Этот же пункт СанПиНа разрешает в походах использовать воду из источников после десятиминутного кипячения, тогда как в стационарном палаточном лагере дети могут пить либо бутилированную воду заводского производства, либо воду из источников, где проведены соответствующие исследования. Но следствие упорно не хочет считать наш лагерь походным". С таким подходом следствия связано и обвинение в отсутствии разрешения на организацию лагеря от санитарно-эпидемиологических служб. Раньше для организации походного лагеря, действительно, требовалось такое разрешение, но с 2013 года в отношении походных палаточных лагерей были приняты новые СанПиНы, которые позволяют организатору такого лагеря лишь уведомить надзорные органы о месте и времени проведения туристской программы.

"В лагере у каждого инструктора помимо рации и спасательного набора была аптечка "Первой помощи",— говорит Орлов.— Еще три аптечки в момент проверки находились у дежурного врача: две новые и одна с просроченными медикаментами, отложенная врачом для утилизации. Но именно эту аптечку приобщили к уголовному делу". Единственное обвинение, которое он признает,— отсутствие в лагере маркированных разделочных ножей для разных видов продуктов, а также специального покрытия для столов — это является административным нарушением. "Опытные туристы давно говорят, что в походном лагере невозможно выполнить все требования, которые предъявляют СанПиНы. Хотя я честно пытался выполнить все, что было возможно",— признается Орлов.

Защита считает необоснованным и обвинение Орлова в отсутствии стабильной мобильной связи на острове Сидоров.

В ответ на адвокатский запрос компания МТС сообщила, что "фактическое покрытие сети и фактическая скорость приема передачи данных зависят от типа и характеристик абонентского устройства". На сайте оператора Yota, использующего вышки компании "Мегафон", говорится, что 90% территории острова находится в зоне покрытия голосовой мобильной связи. При этом собеседники "Власти" Вадим Воронин и инструктор Владимир Новоселов отмечают, что мобильная связь в лагере была постоянно: все инструкторы, кураторы и руководитель имели работающие рации. По их словам, на территории лагеря есть несколько точек, откуда можно было позвонить по сотовому телефону, а также безопасная вышка с направленными антеннами, увеличивающими скорость интернета. С этой вышки можно было не только звонить, но и выкладывать в родительскую группу в Facebook фото и видео, что и делали организаторы лагеря каждый день. "У нас было постоянное дежурство на вышке,— отмечает Орлов.— На территории наших стоянок работала радиосвязь. Радиостанций — 30 штук на лагерь, связь между нами была на всей территории. Если бы что-то случилось, мы могли в течение двух минут позвонить в МЧС, больницу или скорую помощь".

Сразу после ареста Орлова местные СМИ сообщили, что в его лагере зафиксировано два случая острой кишечной инфекции — это напрямую связывали с некачественными услугами. Инструктор "Золота Белого моря" Владимир Новоселов рассказывает, что на самом деле у одного ребенка было подозрение на ОРВИ, у другого — небольшое кишечное расстройство, в походах такое бывает. Дети находились в двух отдельных палатках в изоляторе лагеря, и обнаружившая их комиссия отправила обоих в инфекционное отделение больницы города Чупа, несмотря на протест их родителей. Детей отпустили из больницы на следующий день, и они успели на поезд. В Москве они прошли обследование в поликлинике и получили официальное заключение о том, что никакой кишечной инфекции у них нет. Тем не менее в уголовном деле записано, что двое детей оказались в больнице в результате оказания им некачественных услуг. Вред, нанесенный детям, назван легким. "Логика понятна,— поясняют адвокаты,— для того чтобы уголовное дело существовало, важно иметь хотя бы несколько потерпевших". Сейчас адвокаты оспаривают достоверность судмедэкспертиз, полагая, что связь между состоянием детей и оказанными им услугами не доказана. По словам защитников, дети и взрослые в лагере употребляли одну пищу и одну бутилированную воду, но заболели только двое. "Вода, продукты питания, дезинфицирующие средства завозились централизованно,— утверждает Дмитрий Журавлев,— все закупалось не на рынке, а в магазине, о чем имеются платежные документы и сертификаты. Да, ребенок может самостоятельно черпнуть воды из источника, но это невозможно отнести к оказанной ему услуге.

Следствие, по сути, утверждает, что если человек находится на природе и вы оказываете ему услугу, то вы должны обеспечить над ним такой контроль, чтобы он никуда не мог сдвинуться с места.

В договоре, который Орлов подписал с каждым инструктором, четко прописано выполнение санитарных норм для питьевого режима, а участнику программы следует выполнять правила лагеря. Но если ребенок не может выполнить условия договора, подписанного его родителями, тогда надо законодательно установить, чтобы дети без родителей вообще никуда не выезжали". По словам адвоката, никакое количество инструкторов и кураторов не может круглосуточно наблюдать за каждым ребенком: "Чего добивается государство? Чтобы профессиональные, здравомыслящие и предприимчивые люди ушли из туристского бизнеса? Чтобы дети вообще никуда не выходили, а находились все время на закрытой территории, под колпаком Роспотребнадзора? Но в таком случае кого мы вырастим?"

"Представляете, что значит для ребенка из города увидеть северное сияние?"

Главная часть обвинений в адрес Орлова касается водных программ лагеря. По версии следствия, руководитель лагеря "Золото Белого моря" "организовал выходы несовершеннолетних детей без сертифицированных спасательных жилетов, а также без сопровождения спасателей в открытую акваторию Белого моря по неразработанным маршрутам, используя при этом незарегистрированные маломерные суда, с последующим купанием в необорудованных для этого местах, чем создал угрозу их жизни".

Адвокат Журавлев говорит, что "следствие смешивает специальные понятия", говоря о выходе на лодках с детьми в "открытую акваторию" Белого моря. "Есть открытое море, есть акватория, а есть бухта — закрытая территория. В программе лагеря были выходы в бухту. Мы представили органу следствия официальную навигационную карту с указанием, что там глубина от 0 до 2 м".

"В этой бухте волн нет никогда,— поясняет Денис Орлов.— С точки зрения морской практики эту часть моря, где волна никогда не поднимается выше полуметра, никто не назовет открытой. Открытая — там, где волны двигаются свободно. Отдалиться от берега дальше чем на 40 м в нашей бухте невозможно. И нахождение в этой бухте не является "незарегистрированным маршрутом". Дело в том, что для перемещения на маломерных судах вообще не обязательна регистрация маршрутов. Мы регистрируем свои маршруты в МЧС добровольно, а они рекомендуют нам зарегистрироваться, но это не обязательное правило". Не доказано, по его мнению, и использование для перевозки детей "незарегистрированных маломерных судов": "У нас в лагере пять лодок: две надувные с мотором и три деревянные — из них две, с условными названиями "Республика" и "Крошка", весят менее 200 кг и по закону не подлежат обязательной регистрации. Третья лодка "Сольвейг" весит 270 кг, и мы собирались ее регистрировать, у нас была договоренность с местным МЧС о прохождении процедуры регистрации. Но на лодке "Сольвейг" детей мы не перевозили, это может подтвердить любой участник программы". По словам Орлова, на лодках "Республика" и "Крошка" дети вместе с инструкторами выходили только в маленькую защищенную бухту размером 100 на 50 м. "Это маломерные устойчивые суда, испытанные нами неоднократно. На "Республике" мы вместе с инструкторами совершали дальние переходы в 2013-2015 годах. Что касается "Сольвейг", то это лодка с большой грузоподъемностью, в этом году она использовалась нами для перевозки грузов — продуктов и воды. Да, мы знали, что совершаем административное нарушение, используя "Сольвейг", но за это грозит штраф от 500 до 1000 руб. (статья 11 КоАП пункт 8). Административное нарушение и реальная безопасность — это разные вещи".

Все свои лодки Орлов строил в Москве вместе с инструкторами по водному туризму по старинным образцам поморов — в строительстве участвовали дети с родителями, и это было частью этнографической программы лагеря. В 2013 году команда лагеря провела испытания лодок "Республика" и "Сольвейг" при участии инструкторов-водников: по словам Орлова, "испытания показали, что это отличные и надежные морские лодки".

Чтобы доказать теперь уже следствию, что лодка "Сольвейг" отвечает требованиям ГОСТа, в январе этого года команда "Золота Белого моря" пригласила для исследования морского инженера, специалиста по технической эксплуатации судов и судового оборудования, технического директора ООО "НИТЕК" Наталью Исаеву.

Эта фирма имеет свидетельство о признании от Российского речного регистра, позволяющее компании выполнять проектирование судов с классом речного регистра, а сама Исаева, как индивидуальный предприниматель, в 2016 году получила свидетельство о соответствии предприятия от Российского морского регистра судоходства, подтверждающее ее право на выполнение проектно-конструкторских работ, а также испытания мореходности судов. Испытание было согласовано со следователем СК РФ по Республике Карелия Валерием Кулаковским.

Испытание "Сольвейг" Исаева провела 31 января в карельской деревне Нижняя Пулонга. "Нам нужна была чистая вода, а везде лед,— рассказала "Власти" Наталья Исаева,— поэтому мы проводили испытание в устье реки Пулонга. Команда обеспечения доставила лодку "Сольвейг" на берег, а потом дотащила до воды. Для того чтобы проверить грузоподъемность лодки, нам нужно было погрузить в нее 750 кг. Мы упаковали в мешки камни, взвесили, отмаркировали и разместили их на судне, как положено по ГОСТу при таких испытаниях. Кроме этого, в лодку в разные периоды испытаний поднимались один-три человека".

Условия и результаты испытания зафиксированы в протоколе, состоящем из восьми актов. В актах описываются размеры и техническое состояние судна к началу испытаний, определяются его масса, высота надводного борта, угол крена после того, как в лодке перемещали к борту балласт от 40% до 60% грузоподъемности, а также результаты проверки непотопляемости "Сольвейг". В проколе отмечено, что в затопленном состоянии, с балластом 450 кг, лодка выдержала полтора часа и не пошла ко дну. 450 кг — это 60% грузоподъемности лодки, тогда как ГОСТ требует для такого испытания нагрузку 40%.

Кроме этого, испытатели раскачивали затопленную лодку и вставали на край борта. "При приложении массы 92 кг (стоя в полный рост) к правому и левому бортам судно не перевернулось, борт находился над водой, крен составил девять градусов",— говорится в протоколе. Затопленная лодка была полностью осушена двумя людьми и при этом продолжала оставаться на воде. Это значит, что даже с экипажем десять человек полностью залитая волнами лодка не перевернется и не затонет.

"Испытания проводились на соответствие лодки ГОСТу 19356-79,— поясняет Исаева,— и я могу констатировать, что указанному ГОСТу она соответствует. Замеры показали, что высоты наводного борта достаточно для высоты волны 0,94 м, а они в такую волну не ходили — максимум полметра в защищенной акватории. Я вижу, что лодка не тонет и не переворачивается при заявленной нагрузке. Так что я могу утверждать, что при соблюдении правил техники безопасности судно "Сольвейг" следует считать безопасным для эксплуатации в Кандалакшинском заливе Белого моря при удалении до 3 км от берега и высоте волны до 0,6 м, о чем я и написала в протоколе испытаний".

Исаева говорит, что была приятно удивлена во время испытаний: "Это историческая реконструкция поморского карбаса. В этих местах жили поморы, и у них были как раз такие весельно-гребные лодки с парусами или без. Они достаточно легкие для такой длины. Сочетание небольшого веса этой лодки и высоких бортов дает очень хорошие маневренные характеристики. Обычно я занимаюсь проектированием и испытанием судов из металла и пластмассы, но здесь я была приятно удивлена характеристиками этой деревянной лодки".

Адвокат Дмитрий Журавлев, комментируя результаты испытаний "Сольвейг", снова задает главный вопрос защиты: "Так является ли использование "Сольвейг" опасной услугой? И как это можно доказать, если лодка безопасна?"

Кроме официальной экспертизы Наталья Исаева составила и свое личное мнение о команде "Золота Белого моря": "Во время испытаний я общалась со студентами, которые выросли в этом лагере, а теперь они были командой обеспечения. Это увлеченные ребята, у них горят глаза, это смысл их жизни.

Я вижу, что люди, которые делали этот лагерь, не зарабатывали деньги, они делали хороший продукт на своем энтузиазме и любви к этим краям.

Представляете, что такое для ребенка из города увидеть северное сияние? Руководители лагеря делали доступной для детей всю эту красоту".

"Все эти свистки и лампочки никак не помогли детям на Сямозере"

Денис Орлов напоминает, что в шторм на Сямозере перевернулись оба каноэ с детьми, потому что такой тип лодок неустойчив и небезопасен при высокой волне (при этом они не подлежат обязательной регистрации как маломерные суда, и их до сих пор могут использовать в детских туристических лагерях). Кроме этого, спасательные жилеты на детях были большими, а теплая одежда отсутствовала. Одно из главных правил на воде — наличие плотно прилегающего спасательного жилета, а еще теплого свитера и шапки, говорит Орлов: "Если защищены горло и голова, то при падении в воду это предотвращает теплопотери на 50%. Плотно прилегающий жилет тоже сохраняет тепло".

Спасательные жилеты заслуживают отдельного внимания в этой истории. По словам Орлова, в его лагере половина детей носила сертифицированные жилеты "Вольный ветер", а другая половина — сделанные командой лагеря жилеты по типу сертифицированных. "У наших жилетов, самодельных и сертифицированных, сходные характеристики, на самодельных нет только бирки",— говорит Орлов. Он показывает на фотографиях оба жилета: они яркого цвета, у них есть светоотражающая полоса и фиксирующие со всех сторон ремни, и эти спасательные жилеты могут быть разных размеров, то есть плотно фиксируются на ребенке. Единственное их отличие друг от друга — сертифицированный жилет покрыт синтетической тканью, которая может подгореть у костра, а самодельный, покрытый плотным льном, при сушке не портится.

Однако следствие полагает, что даже жилеты "Вольный ветер" не являются спасательными — у них есть сертификат ГИМС, но они не отвечают ГОСТу. "Давайте разберемся, что такое спасательный жилет по ГОСТу,— предлагает Орлов.— Это огромный нагрудник рыжего цвета, который, как правило, болтается на человеке, потому что на нем нет надежных ремней, закрепляющих плотно жилет на теле. Существует всего два размера таких жилетов — до 36 кг и от 36 кг. Если ребенок весит 40 кг, то ему дадут взрослый жилет, рассчитанный на мужика в 90 кг. Этот жилет так устроен, что человек в бессознательном состоянии перевернется в нем на спину. В нем есть свисток и лампочка. Но в таком жилете трудно плыть, ребенок из него выпадает. У этого жилета нет паховых ремней, и человек, который прыгает в нем за борт, рискует сломать себе шею. И что очень важно — такой жилет не будет греть, он огромен и не прилегает к телу.

А чем хорош наш жилет? Если я затянул его на свитере, я в три раза дольше буду в нем плыть, чем человек в спасательном жилете, который отвечает ГОСТу".

Орлов подчеркивает: спасательный жилет, отвечающий требованиям ГОСТа — а в России только один такой тип жилетов,— в ряде ситуаций на воде может оказаться опасным. Руководство "Золота Белого моря" использовало на своих программах те жилеты, которые считало по-настоящему безопасными. "Но оказалось, что реальная безопасность никого не волнует — важно только соблюдать формальности",— отмечает Орлов.

Один из подростков, пострадавших во время шторма на Сямозере, Александр Браун ранее рассказывал "Власти", что после опрокидывания лодок дети, падая в воду, "выскакивали" из огромных жилетов и уходили на дно. Другими словами, разработанные государством правила безопасности для организованных туристических групп на воде, не всегда обеспечивают безопасность. "Все эти свистки, лампочки, способность переворачиваться на спину никак не помогли бы детям на Сямозере,— говорит Денис Орлов.— На Сямозере все дети были в спасательных жилетах. Всех погибших нашли на берегу, а не на дне. Никого не искали по цвету жилета. И свисток в такой ситуации не помог бы. Там не было высокой волны, не было какого-то особенного шторма. Просто дети очень долго находились в воде, они погибли от переохлаждения. Отсутствие средств связи, большое удаление от берега, разрыв дистанции между лодками и отсутствие квалифицированных людей, которые не допустили бы такой разрыв и вывели бы детей из опасной ситуации,— вот что привело к трагедии". В Белом море свистки и лампочки тоже не помогли бы, убежден Орлов: летом на Белом море светло круглые сутки: "Взрослый человек в воде замерзает от часа до полутора, ребенок — быстрее, притом что МЧС при лучшем раскладе прибудет только через три часа. Но для любого из наших инструкторов эта ситуация не была бы опасной. Мы проводили отработку взаимодействия в экстремальной ситуации, у нас всегда на каждой лодке есть взрослые с работающими рациями, и нам понадобилось бы несколько минут, чтобы страхующая моторная лодка добралась до тех, кто оказался в опасности".

"Следствие необоснованно привязывает регистрацию и сертификацию к вопросу безопасности,— считает адвокат Дмитрий Журавлев.— Одно не вытекает из другого. Более того, жилеты, использовавшиеся в лагере "Золото Белого моря" более безопасны, чем те, которые официально считаются безопасными. И доказательством этого является то, что в "Золоте Белого моря" все живы, а дети на Сямозере погибли, несмотря на наличие спасательных жилетов, отвечающих требованиям ГОСТа".

"Лагерь на Сямозере не был туристским лагерем, но под раздачу попали туристские лагеря"

Федерация спортивного туризма России (ФСТР) подготовила экспертное заключение об уровне профподготовки инструкторов и кураторов, принимавших участие в программах "Золота Белого моря" в июне 2016 года. Документ будет опубликован в ближайшее время. В заключении перечисляются все нормативные документы, регулирующие сферу детского и спортивно-оздоровительного туризма в России, и сообщается, что на основании этих документов Орлов разработал и в 2014 году опубликовал для собственных инструкторов "Стандарт подготовки сотрудников лагеря "Золото Белого моря"" с объемом подготовки более 212 часов, "являющийся стандартом работы персонала в соответствии с ГОСТ Р 50681-2010 п. 3.14". Все сотрудники "Золота Белого моря", чьи имена перечисляются в экспертном заключении ФСТР, "освоили все вышеназванные нормативы, курсы обучения и практики в полном объеме".

В федерации отмечают, что инструкторы лагеря и их заместители "имеют необходимый уровень квалифицированной подготовки: туристской, медицинской, тренерской по избранным видам спорта, в том числе водному туризму" и что "более 75% специалистов, работающих по программам лагеря, имеют многолетний стаж проведения походов и других активных туристско-рекреационных мероприятий с детьми".

Наконец, экспертный совет ФСТР заключает, что "в предложенных детям--участникам лагеря "Золото Белого моря" программах походов нет маршрутов повышенной опасности".

"Все вышеперечисленные данные и факты позволяют экспертному совету ФСТР сделать обоснованный вывод о том, что профессиональная подготовка инструкторов и специалистов лагеря "Золото Белого моря", а также их многолетний опыт качественной работы на программах лагеря обеспечивают высокий уровень безопасности проводимых туристических мероприятий с детьми",— резюмируют специалисты ФСТР.

Один из экспертов, член президиума ФСТР, инструктор туризма международного класса и мастер спорта СССР по туризму Игорь Дрогов называет дело против Орлова охотой на ведьм: "Его преследуют за то, что он не подчинился комиссии, потребовавшей эвакуировать детей в ночное время с острова. Но в такое время перевозить детей по воде запрещено. Родители официально доверили своих детей Орлову, а кто бы нес за них ответственность во время этой эвакуации? На чем предлагали эвакуировать детей по ночному морю? Куда бы их повезли, где их разместили бы ночью? В каких условиях? И вообще, кто нес бы ответственность за детей после эвакуации? Ответа на эти вопросы нет, но человек находится под следствием. В то лето со стороны чиновников по всей России творился беспредел: детей возвращали из походов, закрывали смены и лагеря, где оказывались качественные услуги, возбуждались административные и уголовные дела. При этом все забыли, что лагерь на Сямозере не был туристским лагерем. У них ни одного слова про туризм не было в программе. Но под раздачу попали туристские лагеря. Сейчас люди запуганы, впереди лето, но кто рискнет открывать детские туристские программы? Все это закончится тем, что детский туризм вообще прекратит свое существование".

В письме 168 родителей в адрес "Русского географического общества" от лета прошлого года говорится: "Защищая проект "Золото Белого моря", мы защищаем все направление детского и юношеского туризма. Если мы сейчас не защитим на примере "Золота Белого моря" право на адекватные походным условиям требования, то подобные проверки и претензии уничтожат еще не один лагерь и станут удобным инструментом давления на всех руководителей туристских, реконструкторских, археологических, геологических, биологических, морских и других детско-юношеских организаций, строящих свою деятельность на понятии "палаточный лагерь"".

По мнению руководителя общественной комиссии по детскому туризму при Ростуризме Сергея Минделевича, прошлогодняя "атака" на туристический бизнес приведет к тому, что российские дети будут проводить лето у телеэкранов и гаджетов.

"Статистика показывает, что такой неорганизованный отдых, без присмотра взрослых, гораздо чаще приводит к трагедиям с детьми, чем отдых в лагерях и походах",— отметил он.

Этим летом 15-летний Роман Воронин поедет с родителями за границу. "Теперь наши дети будут отдыхать в Черногории, а не в Сибири или Карелии,— говорит его отец Вадим.— Летом прошлого года на официальный детский туризм в России упала атомная бомба. Но дети очень просятся в походы, так что появится "серый туризм": родители начнут кооперироваться, ставить палатки в лесу и доверять детей друг другу. И поскольку никаких договоров на оказание услуг между родителями не будет, то ни одного чиновника в государстве не заинтересует, опасно это или нет".