Бизнес и народное образование

Афанасенко И. Д.

БИЗНЕС И НАРОДНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ

Аннотация. Россия находится в состоянии исторического выбора: чтобы сохранить независимость, ей необходимо сделать рывок в шестой технологический уклад. Нужны интеллектуалы и всесторонне образованные личности. Практика показала, что Россия может лишиться всякой надежды на рывок в будущее: нынешние бакалавры и магистры на научные порывы не способны.

Ключевые слова. Обучение, просвещение, образовательное пространство, интеллектуальная безопасность, общее образование, специальное образование, широта образования, глобальное образование.

Afanasenko I.D.

BUSINESS AND PUBLIC EDUCATION

Abstract. Russia is in a State of historic choice: to preserve its independence, it needs to make jerk in the sixth technological way. Need intellectuals and comprehensively educated person. Practice has shown that Russia could lose any hope of spurt in the future: current bachelors and masters for scientific impulses are not capable.

Keywords. Learning, education, educational space, intellectual security, general education, special education, latitude, education global education.

4 4 4

В либеральной среде всё отчётливее звучат заявления о необходимости смены российской модели образования. А на Гайдаровском экономическом форуме (январь 2016 года) Герман Греф, председатель Сбербанка, бывший министр экономразвития, близкий к правительственным кругам человек, уже открыто заявил: чтобы встроиться в глобальную экономику, нужно поменять всю цепочку «наука - образование - бизнес». Необходима смена российской модели образования «от детского садика до высшей школы». А «мы пытаемся воспроизводить старую советскую, абсолютно негодную систему образования, мы напихиваем в детей огромное количество знаний».

В СМИ уточняют: оговорки нет. Греф озвучил «план по окончательному демонтажу российского суверенного образования, в целом - российского суверенитета» [1]. Этот, на первый взгляд бредовый план, разработан представителями транснационального бизнеса. Делается это в рамках международного проекта «Глобальное образование». Он «навязан круглым столом европейских промышленников, объединяющих 47 крупнейших корпораций, и представлен ЮНЕСКО как модель для всего мира». В России уже работает проект «5-100-20». Управляется этот проект «Советом по повышению конку-

ГРНТИ 04.21.41 © Афанасенко И. Д., 2016

Иван Дмитриевич Афанасенко - доктор экономических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, заслуженный работник высшей школы РФ, почётный профессор Санкт-Петербургского государственного экономического университета.

Контактные данные для связи с автором: 191023, Санкт-Петербург, ул. Садовая, 21 (Russia, St. Petersburg, Sado-vaya str., 21). Тел.: 8 (812) 310-40-37. E-mail: comr@finec.ru.

Статья публикуется к 80-летию со дня рождения профессора Ивана Дмитриевича Афанасенко.

рентоспособности» - международным совещательным органом, куда входят семь иностранцев и шесть человек из России (в том числе Герман Греф).

Выделим главное: меняется цепочка «наука - образование - бизнес». Теперь во главе её стоит бизнес. Демонтируется национальная российская модель образования, которое традиционно нацелено не только на подготовку специалиста, но и на воспитание его как личности. И делается это, якобы, для того, чтобы «встроиться в глобальную экономику». Что это означает и к чему это может привести? Рассмотрим, действительно ли нужна смена отечественной модели образования «от детского сада до вуза».

В России научно продуманная национальная концепция профессионального образования впервые сформировалась в конце XIX - начале XX столетий. Причины, которые определили необходимость принятия государственной программы высшего профессионального экономического образования в России, объяснялись насущной потребностью экономического и социального развития страны.

Человек рождается с одними задатками. Знания о мире и навыки социального поведения он должен приобретать сам. Для этого ему нужно войти в образовательное пространство, созданное его социумом. Отечественная концепция профессионального образования предполагала глубинные преобразования. Она затрагивала само содержание образовательного пространства. Уточним в этой связи исходное понятие - «народное образование».

Образование в самом общем виде - процесс приобретения индивидом знаний и навыков общественного поведения, протекающий в двух формах: в форме обучения и в форме просвещения. Обучение - процесс приобретения индивидом знаний и профессиональная выучка; объектом воздействия здесь является интеллект человека (ум, рассудок, разум). Другая задача обучения - развитие у человека мыслительной способности. Просвещение - запуск в человеке в процессе обучения механизма саморазвития, расширение его сознания, осознание индивидом полученных знаний до той степени, когда они превращаются в свойство духовной жизни и порождают у обучаемого чувство ответственности за применение полученных знаний. Отметим: стереотип социального поведения человека мыслящего опосредствуется уровнем его сознания. Если две линии процесса образования не пересекаются, наступает кризис всей системы народного образования.

Понимание сущности образовательного процесса сложилось в «серебряный век» русской культуры. Основная мысль нашла чёткое толкование в определении В.И. Даля: просвещение предполагает «развитие умственных и нравственных сил человека; научное образование, при ясном сознании долга своего и цели жизни. Просвещение одною наукою, одного только ума, одностороннее, и не ведёт к добру» [2, с. 412]. Такое понимание образовательного процесса и роли в нём просвещения - ценнейший вклад русской культуры в сокровищницу мировой культуры. Следует иметь в виду, что в культуре Запада нет понятия «образование» как единства двух процессов. Образовательное пространство там ограничивается обучением.

Практически эта концепция была реализована при создании в начале ХХ века национальной системы профессионального образования, необходимость которого обусловил переход в основных отраслях производства к профессиональной деятельности. Россия самостоятельно разрабатывала собственную концепцию профессионального экономического и научно-технического образования. Импортировать её было неоткуда, «поскольку на Западе этот вопрос отнюдь ещё не был разрешён» [3, с. 34]. Примечателен и такой факт: инициатива создания государственной системы высшего профессионального экономического образования одновременно исходила из двух источников - от властных структур и от торгово-промышленного класса.

Так, Государственным Советом 15 апреля 1896 года при обсуждении Положения о коммерческом (в то время всё, что ныне мы называем «экономическое», именовали «коммерческое») образовании «была в принципе официально признана необходимость высшего коммерческого образования». В журнале Государственного Совета от 18 января того года говорится: высшая коммерческая школа в России необходима, «дабы коммерсанты по своей предварительной подготовке могли стать на один уровень с их соперниками на иностранных рынках». Таким образом, уже изначально речь шла о суверенном образовании, о недопущении подрыва национального суверенитета страны.

С принятием «Положения о коммерческом (экономическом) образовании» от 15 апреля 1896 года, на С.Ю. Витте, тогдашнего министра финансов, была возложена разработка вопроса об организации в России национальной системы высшего профессионального коммерческого и научно-технического

образования.

Создание государственной системы профессионального экономического образования началось с укрепления системы среднего профессионального образования. Вот как писал об этом С.Ю. Витте: «Я провёл через Государственный совет положение о коммерческом образовании, благодаря которому последовало значительное расширение сети коммерческих училищ. По этому положению я возбудил инициативу между самими промышленниками и коммерческим людом, дав им значительную инициативу, как в учреждении коммерческих школ, так и в их управлении. Вследствие этого они охотно начали давать средства на устройство и поддержание коммерческих училищ». С развитием профессионального экономического образования экономическая работа в целом по стране была поставлена на более высокий уровень.

Но системы высшего профессионального экономического образования как такового ещё не было. Не только в России, но и в Западной Европе экономистов готовили, как правило, на юридических факультетах университетов. Качество их подготовки не соответствовало возросшим требованиям: должного внимания специальным (экономическим) дисциплинам не уделяли. Необходимость создания государственной системы высшего профессионального экономического образования становилась всё более наглядной. Такую необходимость осознавали и в торгово-промышленной среде. Уже на первом съезде русских деятелей по техническому и профессиональному образованию, собравшемся в декабре 1889 - январе 1890 гг., в специальном докладе был поставлен вопрос о коммерческом институте. В то же время в Москве на базе средней профессиональной школы под названием «Практическая академия коммерческих знаний» образовалась инициативная группа коммерсантов и промышленников, которая «выделила специальную комиссию по вопросу о создании в Москве Коммерческого Института».

Эта инициатива нашла реализацию не в Москве, а в Санкт-Петербурге. В январе 1899 года состоялся доклад министра финансов С.Ю. Витте Государственному Совету как отчёт о «выполнении порученного ему делу». «Речь шла об утверждении в Петербурге Политехнического Института. С.Ю. Витте вводил в его состав экономическое отделение. Оно должно было стать рассадником просвещённых коммерсантов и промышленников. Этого требовал и торгово-промышленный класс крупных российских центров». Вместо учреждения отдельного коммерческого института власти пошли на создание Экономического отделения Политехнического Института.

Необходимость включения экономического отделения в состав нового вуза объяснялась так: «Интересы прежде всего государственной службы требуют в настоящее время учреждения высшего учебного заведения, в котором на преподавание экономических наук и тесно связанных с ними отраслей знания было бы обращено внимание гораздо большее, чем то, которое уделяют и могут уделять юридические факультеты наших университетов». «При современном осложнении хозяйственной жизни и при непрерывном развитии функций государственных агентов, признанных регламентировать экономические отношения, в высшей степени важно, чтобы агенты эти стояли на высоте своего положения, а для этого им должна быть дана возможность получить в школе надлежащую подготовку по всем отделам экономических наук» [3, с. 32].

19-го февраля 1899 года Министр финансов С.Ю. Витте представил Императору Николаю II на Высочайшее рассмотрение доклад, в котором «в доказательство необходимости высшего экономического образования говорилось, во-первых, о недостатке в лицах, специально подготовленных к государственной и частной деятельности в области банковского дела, кредита и вообще о финансовых операциях; во-вторых, о потребности в людях с высшим коммерческим образованием для некоторых отраслей государственной службы, в том числе консульской; в-третьих, о нужде в лицах для замещения должностей преподавателей в коммерческих учебных заведениях и, наконец, в-четвёртых, о надобностях в людях для ведения обширных и сложных операций, в особенности на всемирном рынке» [3, с. 32].

Итак, инициаторы создания собственного образовательного пространства, не уступающего западным системам, исходили из необходимости обеспечения интеллектуальной безопасности России, её государственного суверенитета. Государство непосредственно входило в образовательное пространство и брало на себя заботу о народном образовании. На примере России мы видим, что образовательные национальные системы, которые по проекту «Глобальное образование» должны быть уничтоже-

ны, формировались с учётом культурных особенностей данного народа, которые в виде принципов закреплены в формах социальной практики и формах мышления.

Система просвещения впитывает в себя национальные традиции, обычаи, нравственность, приличия, право, то есть всё, что относится к нормативным формам организации социального опыта. Выделим некоторые закономерности формирования, развития и разрушения образовательного пространства.

Первое: основание образовательного пространства образует выносная (социальная) память социума. И поскольку каждый народ по-своему воспринимает окружающий мир и в соответствии с этим его переустраивает, то сохранение в образовательных системах национальных различий, несхожестей имеет значение объективной необходимости. Многообразие национальных форм здесь является источником развития самой мировой системы образования.

Второе: социальная память переходит во времени от поколения к поколению. Образование относится к унаследованным системам. Практическая ценность унаследованных систем имеет особое измерение - она наработана творчеством огромного количества людей в течение длительного исторического времени. Народное образование есть тот слой национальной культуры, который является основой жизненного пути целой нации.

Третье: народное образование, с точки зрения восприимчивости нововведений и реакции на них, относится к системам с отложенным эффектом. Основной результат преобразований может проявиться только спустя длительное время, исчисляемого иногда десятилетиями.

Теперь вернёмся к проекту «Глобальное образование». Он предполагает слом классического гуманизма. Человек рассматривается не как личность, творящая небывшее, а как ступенька перехода в новое состояние - от человека мыслящего к постчеловеку. Новым властителям мира мыслители не нужны, личностями трудно управлять. Уже началась перестройка человека по двум направлениям: на уровне сознания (борьба за управление сознанием человека на основе новых научных достижений в области изучения мозга) и на уровне подавления его воли. Человека хотят превратить в биоробота, его сознание должно встраиваться в единую информационную управляющую сеть. Началось превращение человека в примитивного потребителя. При этом используется инструментарий маркетинга влияния. В обществе потребления духовный уровень человека резко занижен, им проще управлять.

На пути «Глобального образования» стоят национальные образовательные системы, которые воспитывают человека как всесторонне развитую личность и отстаивают свой интеллектуальный суверенитет. Именно этим и объясняется «необходимость» смены российской модели образования «от детского садика до высшей школы». Не представляет особой сложности для понимания и стремление «перестройщиков» поменять всю цепочку «наука - образование - бизнес». По проекту «Глобальное образование», обучение превращается в сферу бизнеса.

Ещё при разработке в России первой концепции государственной системы высшего профессионального экономического образования заявило о себе противоречие между интересами бизнеса и задачами, которые решает народное образование. Образовательный процесс как единство обучения и просвещения направлен, прежде всего, на подготовку человека для решения не только уже проявившихся, сегодняшних задач, но и тех, которые ещё не обозначились, они ещё в будущем. Общее образование трактуется как подготовка человека для неопределённых заранее возможностей.

Граф С.Ю. Витте проявил себя как выдающийся стратег: он избрал для подготовки экономистов и инженеров с высшим профессиональным образованием особую форму учебного заведения - политехнический институт, которая объединяет многомерное понятие «институт» с политехнизацией и позволяет применять широту образования, которая свойственна университету. Такое сочетание предполагало, что студенты будут изучать не только экономические дисциплины, но и ознакомятся с теорией и практикой основных отраслей производства, получат широкую общенаучную подготовку.

Бизнесу нужна рабочая сила для решения сегодняшней, конкретной задачи. Его не интересует человек как таковой, с его способностями и возможностями. Специальное образование, в котором заинтересован бизнес, - это подготовка человека для определённых заранее возможностей.

В тот исторический период образование не являлось сверхприбыльным бизнесом. Противоречие между общим и специальным образованием сводилось к неспособности предпринимателей и чиновников воспринимать общегосударственные интересы. Предполагалось, что снятие остроты данного противоречия возможно через решение двух задач, которые ставились перед Экономическим отделе-

нием (подготовка образованных слуг администрации и подготовка просвещённых коммерсантов). Объясняли это так: «Благодаря тому, что будущий администратор и общественный деятель получит воспитание вместе с людьми, имеющими возможность выступить в торгово-промышленной сфере, он скорее научится входить в их интересы, которые благодаря школе становятся вполне доступны его пониманию», в то время как «будущий фабрикант, директор банка, торговец вследствие соприкосновения с кандидатами скорее проникнется пониманием общегосударственных интересов и умением отрешиться от той узкой сословности, которая так часто препятствует осуществлению назревших нужд страны» [3, с. 35].

Пройдёт совсем немного времени и мировая практика покажет, что когда систему народного образования нацеливают на узкие и односторонние потребности бизнеса, а обучение из важнейшего общенационального и государственного дела превращается в объект коммерческих сделок, в жертву в первую очередь приносят общее образование. Опасна и другая крайность - ущемление профессионального обучения. Ведь спрос на знания и квалифицированную рабочую силу связан с процессом общественного воспроизводства. Творцы первой российской государственной системы профессионального экономического образования нашли правильное решение: была выработана программа профессиональной подготовки, включающая общее образование и специальное образование, соотнесённые в определённой мере.

Западная Европа уже испытала на себе воздействие «глобального образования», предусматривающее «переход на новую систему ценностей», некое «оккультное мировоззрение, в центре которых толерантность», и последствие слома национальных образовательных систем. При формировании общеевропейского образовательного пространства национальные системы образования подверглись разрушению. В разных странах Евросоюза уровень образования отличался и иногда значительно. Унификация с усреднёнными показателями привела к понижению уровня образования в странах с более развитой системой. Как и следовало ожидать, в заново созданном общеевропейском образовательном пространстве условий для сочетания обучения и просвещения не оказалось.

Когда народное образование превращается в сферу прибыльного бизнеса, вместо знаний утверждаются компетенции и навыки - особый товар, который нужен бизнесу. Само образование вместо важнейшего государственного дела становится сферой услуг. Прекращается бюджетное финансирование высшего и среднего образования. Исчезает само понятие «профессиональное образование». Государство уходит из образовательного пространства. В сфере образования теперь господствует инновационный бизнес. Вузы вместо госзадания готовят кадры для бизнеса, по его усмотрению и его программам. Ни о каком патриотическом воспитании обучающихся речи не идёт. Транснациональным корпорациям национальные патриоты не нужны. Государство снимает с себя ответственность за интеллектуальную безопасность общества. И это не просто прогнозы. Это становится практикой.

В 2010 году в России по закону № 83-ФЗ началась коммерциализация бюджетных образовательных учреждений; по закону № 210-ФЗ образование и здравоохранение из государственной обязанности стали сферами услуг. Окончательный уход государства из образовательного пространства намечен на 2017-2022 годы. За государством сохраняются лишь административные функции. Утверждение Г. Грефа, что слом национальной образовательной системы нужен, чтобы «встроиться в глобальную экономику», не выдерживает критики. Какая экономика имеется в виду?

Действительно, необходимость коренных изменений системы образования, как правило, была включена в общий процесс экономических и технологических перемен в народном хозяйстве. Так, первая государственная система профессионального образования рассматривалась как составной элемент программы экономических и хозяйственных преобразований в начале ХХ столетия. В 30-е годы ХХ века стратегическое направление развития страны вновь совпало со стратегической линией системы народного образования. Накопленный опыт технологического прорыва не был утрачен. Именно тогда закладывались истоки национальной системы образования, которая позволила СССР сделать невероятное - выиграть битву за четвёртый технологический уклад.

Ключевую роль в технологическом рывке безусловно сыграла система образования, основным звеном которой были политехнические институты. Позже её назовут лучшей системой образования в мире. А президент США Р. Рейган отметил, что «самое мощное оружие русских - это их образование». И такое достояние нашего народа, основу жизненного пути нации Г. Греф огульно назвал «абсолютно негодной системой образования».

Косыгинские реформы в 1960-1970 годы позволяли учитывать рыночные связи. Требовались изменения в системе подготовки, прежде всего, экономистов. Была разработана и внедрена новая модель специалиста широкого профиля, предусматривающая переход с четырёхгодичного на пятилетний срок подготовки экономистов, были открыты новые направления и специальности. Решающую роль в этом деле сыграл Ленинградский финансово-экономический институт им. Н.А. Вознесенского, который разработал данную модель и стал головным вузом в процессе перехода на новую систему подготовки специалистов.

Широкий профиль означал сочетание обучения и просвещения изначально. Большое внимание уделялось воспитанию через предмет. В практике российского образования сложилась традиция, которая ныне высшей школой утрачена. Профессорско-преподавательский состав вуза определялся набором преподаваемых дисциплин. Учебные курсы различались по степени сложности изучаемого материала и роли в воспитательном процессе и были представлены двумя видами. По «предметам, для которых имеются учёные университетские степени, назначались профессоры». По аттестации профессора были представлены как ординарные и экстраординарные. Ординарные профессора имели степень доктора наук. Им доверяли преподавание наиболее сложных и важных учебных дисциплин первого вида. Экстраординарные профессора имели степень магистра по соответствующему разряду наук. Специальные предметы, «для которых не имеется учёных университетских степеней, вели адъюнкты института по избранному ими отделу наук».

Ныне наша страна находится в состоянии исторического выбора, который напоминает ситуацию 1930-х годов. Чтобы сохранить независимость и закрепить за собой своё место в изменяющемся мире, России необходимо сделать рывок в шестой технологический уклад, а по некоторым позициям и в седьмой, минуя пятый уклад. Для этого нужны интеллектуалы и всесторонние образованные личности, а не биороботы. На шестом уровне на первом плане будут находиться биотехнологии, робототехника, генная инженерия, нанотехнологии. Но и это не всё. Главной производительной силой общества станет творческая способность личности, сила человеческого разума.

Реформы образования, ориентированные на «Глобальное образование», не предусматривают ни подготовку интеллектуалов, ни воспитание личности. Практика показала, что Россия может лишиться всякой надежды на рывок в будущее: нынешние бакалавры и магистры на научные прорывы не способны [4]. Такой вывод сделал вице-премьер, курирующий самый наукоёмкий и технологичный сектор экономики, Д. Рогозин. Навязанные России реформы противоречат и задачам, которые поставил перед высшей школой Президент РФ В.В. Путин на Х съезде ректоров вузов страны: «Если мы с вами не сможем сформировать, воспитать хорошего специалиста, у нас, конечно, не будет будущего. Это очевидный факт. Нам нужны люди со специальными знаниями и навыками. Но если мы не сможем воспитать человека с широкими, глубокими, всеобъемлющими, объективными знаниями в гуманитарной сфере, если мы не воспитаем человека самодостаточного, но осознающего себя частью большой великой многонациональной и многоконфессиональной общности, если мы этого не сделаем, у нас с вами не будет страны. Чрезвычайно важная задача стоит перед вами в гуманитарной сфере».

Образовательное пространство России просто не может не содержать условия для становления не только человека мыслящего, но и для воспитания человека, мыслящего позитивно. Человек, обладающий такой мощью знаний с неразвитым уровнем сознания становится социально опасным. Предупреждение В.И. Даля, что просвещение одного только ума не ведёт к добру, и в наши дни особо актуально.

ЛИТЕРАТУРА

1. Чуйков А. Демонтаж суверенитета // Аргументы недели. № 3 (499). 28 января 2016 г.

2. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. III. М., 2001.

3. Петров Е.П. Очерки истории Экономического факультета Политехнического института за 25 лет // Известия экономического факультета ЛПИ. 1928. Вып. 1 (XXV).

4. Рогозин Д. Прыжок в шестое поколение. Русское агентство новостей, 29 марта 2014 г.