2001. 02. 011. Молодежные субкультуры / Исламшина Т. Г. , Максимова О. А. , Салагаев А. Л. , и др. - Казань: Изд-во Казан. Гос. Технол. Ун-та, 1997. - 116 с

РОССИЙСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ

2001.02.011. МОЛОДЕЖНЫЕ СУБКУЛЬТУРЫ / Исламшина Т.Г., Максимова О.А., Салагаев А.Л., и др. — Казань: Изд-во Казан. гос. технол. ун-та, 1997. — 116 с.

Книга сотрудников Казанского государственного технологического университета, посвященная молодежным движениям и субкультурам, состоит из двух глав. В §1 первой главы рассмат-риваются субкультуры молодежи в социологическом аспекте.

Молодежные субкультуры 60-90-х годов стали неотъемлемой частью современного общества как на Западе, так и в России. Их нельзя не замечать. С ними бессмысленно бороться и запрещать. Их нужно описывать, понять механизмы их функционирования.

Понятие "субкультура" используется для характеристики стиля и образа жизни, набора символов, культурных образцов и ценностей той или иной обособленной социальной группы, в то же время не теряющей связей с более широкой социальной общностью и с доминирующей в обществе культурой. Субкультурные различия в современном обществе могут определяться этнической принад-лежностью людей, их профессией, полом, возрастом, социально-классовыми, региональными и многими другими различиями. Каждое общество фактически представляет собой мозаику из различных субкультур, взаимосвязанных и взаимодействующих друг с другом.

Молодежное субкультурное движение, начавшееся на Западе в середине 40-х — начале 50-х годов XX в., вскоре затронуло и отечественную молодежь, приобретая совершенно специфические черты.

Западные социологи (М.Брейк) считают, что появление молодежных субкультур — это попытка разрешения молодежью коллективно переживаемых проблем, являющихся результатом социальных противоречий. Субкультура стремится к созданию новой

коллективной идентичности, отличной от предписываемой клас-совым происхождением, образованием и родом занятий.

Вопрос о критериях выделения субкультур является спорным и нерешенным. Авторам монографии представляется неправомерным сведение главного критерия субкультуры к принадлежности ее к какой-либо социальной группе, то есть утверждение, что субкультура является культурой группы. В социологической литературе тради-ционно выделяются субкультуры этнических сообществ, иногда этнопрофессиональных групп, деликвентные субкультуры, суб-культуры различных профессиональных и возрастных групп и т.п. Иногда выделяются интеллигентская субкультура, субкультура бедности и ряд других. Таким образом, можно рассматривать социокультурную жизнь общества как мозаику субкультур, не доводя при этом данный принцип до абсурда, рассматривая, например, "субкультуры детсадовцев", "субкультуры пенсионеров" и т.д. Главными критериями при выделении субкультур являются различия в формах поведения, мышления, менталитета социально-демографических групп (при относительной их замкнутости).

Молодежь как одна из наиболее крупных социально-демографических общностей не представляет собой единства в культурном плане. Авторы придерживаются точки зрения, согласно которой речь следует вести не о молодежной культуре и не о единой молодежной субкультуре, а о различных ее направлениях или же о молодежных субкультурах: "Молодежные субкультуры можно определить как системы смыслов, средств выражения, стилей жизни, создаваемых группами молодежи, находящимися в подчиненных структурных позициях в качестве реакции на доминирующие системы ценностей" (с.8).

В ряде работ молодежной субкультуре либо приписывается адаптивно-конформистский характер, способствующий инкорпорированию молодых людей в общество, либо нигилистически-разрушительный, ничего не созидающий характер. Субкультура, с точки зрения данных теорий, предстает как социокультурный тупик. Авторы полагают, что дело обстоит иначе. Представление о молодежной субкультуре как об адаптивно-конформистской справедливо лишь по отношению к некоторым ее проявлениям, а нигилистически-разрушительный имидж, придаваемый ей некото-рыми публицистами и учеными, не учитывает того огромного пути, который молодежная

субкультура совершила с конца 60-х годов. Общество не только инкорпорирует различные субкультурные стили, но также изменяется и само: "субкультурные системы ценностей оказывают подрывное влияние на доминирующие системы, вызывая расширение и трансформацию последних" (с. 11). В 70-е годы

XX столетия идеологическая одномерность антиавторитарного молодежного протеста (маоизм, троцкизм, фрейдомарксизм, "новые левые") сменяется "зелено-пестро-альтернативным" плюрализмом. Все шире на Западе развиваются разнообразные новые социальные движения и гражданские инициативы, в которых осуществляется социо-культурное экспериментирование, строительство на принципах автономии и самоуправления "ячеек" нового, более справедливого общества.

Молодежным субкультурам присущ ряд специфических черт: субкультуры предлагают (на "магическим" уровне) решение некоторых коллективно испытываемых проблем, порождаемых противоречиями социально-экономической структуры; молодежные субкультуры предлагают культуру, из которой могут быть выбраны отдельные элементы (эстетический стиль, стиль жизни, жизненные ценности) с дальнейшим использованием их для создания идентичности, отличной от той, что предписывается семьей, школой, работой; членство в субкультуре позволяет переживать альтер-нативные формы социальной реальности, а иной раз и самому творить их.

В §2 рассматриваются молодежные субкультуры Западной Европы и США.

Первой молодежной субкультурой в собственном смысле этого слова исследователи считают битников. Битники появились в конце 40-х — начале 50-х годов в "обледеневшей, охваченной страхом Америке времен Маккарти И.Эйзенхауэра" (1, с.13). Среди битников были студенты, представители творческой интеллигенции и артистическая богема. Они не желали участвовать в жизни общества, хотели "выпасть" из него: не читали газет, не смотрели телевидение. Они демонстративно стремились отличаться от "нормальных" граждан своим пренебрежением к буржуазному комфорту и благо-получию: одевались как попало, работали лишь тогда, когда это было необходимо для поддержания собственного существования, и лишь там, где хочется, проводили время в разъездах по стране, выступая за непрерывную смену переживаний и "бытие в постоянной дороге". Движение битников, ставшее первым открытым вызовом молодежи традиционной культуре, было достаточно

аморфном и не носило массового характера.

Появление в 1956 г. "тедди-бойз" в Великобритании и США, "блузон-нуаров" во Франции — вызывающее одетых молодых людей 1420 лет, слушающих рок-н-ролл и устраивающих погромы в кинотеатрах, парках, танцзалах — было результатом того, что молодые люди, занятые неквалифицированным трудом, стали зарабытывать деньги в достаточном для ощущения своей относительной независимости количестве. Тем не менее они не имели доступа к более квалифицированной и "чистой" работе, будучи выходцами из бедных семей. Они имитировали "богато-бедную" манеру одеваться, но их субкультура была ярким выражением ценностей патриархально-консервативной части пролетариата: теды не скрывали своего агрессивного национализма по отношению к темнокожим иммигрантам, будучи, таким образом, предшест-венниками культуры "скинхедов" — бритоголовых.

Тедов в 1964 г. сменили "моды" — молодежь 12-20 лет из пролетарской среды, но из семей с более высоким статусом. Пытаясь хотя бы символически слиться со средним классом, они возвели тщательность в одежде в ранг религиозного обряда ("денди-плебеи"). Субкультурные ценности модов существенно отличались от общепринятых: работа, с их точки зрения, никакой ценностью не обладала, главным в их образе жизни стали раскрепощенные танцы, итальянские мотороллеры, употребление амфетамина. Врагами модов в 1966 г. становятся "рокеры" — молодежная субкультура из среды низкооплачиваемых низкоквалифицированных работников ручного труда. Они увлекались танцами, ранним американским рок-н-роллом, а главным их символом — символом свободы, мастерства и устрашения — стал мотоцикл: "Рокер лишь тогда чувствует свободу, когда мчится с бешенной скоростью в неведомое" (с.15). Для того чтобы отличить их от обычных поклонников рок-музыки, их все чаще стали называть "байкерами" (от английского bike — мотоцикл). Становится очевидным, что агрессивность как основная черта "настоящего крутого парня" присуща всем "пролетарским" моло-дежным субкультурам.

Но ни битники, ни моды, ни теды не оставили столь глубокого и мощного следа, как субкультура "хиппи". Движение хиппи было связано с традициями европейской и американской интел-лектуальной богемы. Однако оно было несравнимо более массовое, чем движение битников. Ядро хиппи составляла недоучившаяся молодежь, не получившая

высшего образования и занявшаяся поисками "исхода" от технократического, "материалистического" общества. Хиппи отвергли господствующие культурные стандарты и стали создавать новые. Протест против конкуренции, являющейся законом буржуазной экономики, которая лишает человека стабильности существования, против диктата обездушенной техники породили в молодежной культуре хиппи "тоску по неусложненному, наивному, патриархальному миру, где еще не утрачена интимность связей человека с миром, живы "здоровые", искренние узы в отношениях между людьми" (Теодор Роззак) (1, с.17). Этот мир, по мнению хиппи, обладает своей особой системой ценностей: отказ от участия в политике ("Лучше влезть в грязь, чем в политику!"), проповедь ненасилия и любви ("Занимайтесь любовью, а не войной!"), свободный секс и употребление наркотиков как средства расширения и преобразования сознания. Тяга к таким формам социального бытия, в которых человек и цивилизация оказались бы адекватными, вызвали к жизни определенные формы социального поведения и жизнеустройства. Возникает множество общин и коммун, где хиппи пытаются претворить на практике свою философию. В США их насчитывалось до 300 (в городах по 6-10 человек, в сельской местности — по 20-30). Хиппи пытались установить в коммунах антииерархический, антиавторитарный порядок жизни на основе коллективного разума, совместных переживаний, творческого самовыражения и спонтанности. Члены коммуны были в основном заняты ремесленным трудом, производством и продажей поделок, а в сельской местности — упорным физическим трудом. В среде хиппи существовала весьма своеобразная интеллектуальная атмосфера, в которой идеи восточной мистики и магии свободно соседствовали с теориями, подобными концепции "новых левых".

В 1967 г. обнаружились первые признаки кризиса субкультуры хиппи. По мнению исследователей, причины этого кризиса состоят как во внешнем давлении, носящем двоякий характер: во-первых, полицейские репрессии, а во-вторых, коммерциализация броских атрибутов "альтернативного жизненного стиля", так и в неу-странимых внутренних противоречиях — злоупотребление наркоти-ками, сексом, паразитический образ жизни. Невозможность реализации радикально-романтических идеалов привела к массовому "отливу" молодежи от движения.

Социологи, занимающиеся проблемами молодежи, определяя роль

хиппи в общеметодологической характеристике молодежной субкультуры, определяют ее как ядро более емкого понятия — контркультуры. Т.Роззак характеризует контркультуру как "тип протестующего мироощущения, комплекс идей, норм, ценностей, призванных выразить самосознание молодежи в противовес господствующей в обществе культуре. Контркультура — сложное и многогранное образование. Социальная значимость бунта молодежи заключается в том, что он позволит, по их мнению, привести как образ мышления и жизни людей, так и общественное устройство в соответствие с условиями и возможностями современной научно-технической революции. Цель молодежи, участвующей в контр-культурном движении, — разрушить своей культурой и образом жизни господствующую культуру, вырвать сознание людей из оков технотизированного индустриального общества.

Эпоха молодежного политического радикализма была недол-гой, но бурной. Основным субъектом контркультурного процесса выступала субкультура "йиппи". Во многом она сходна с хиппи, отличаясь лишь нарочитой политизацией. Пик активности йиппи приходится на август 1968 г., когда около 15 тыс. человек приняли участие в молодежных выступлениях. Схожие события произошли чуть раньше, в мае, в Париже. В других странах Западной Европы наибольшая молодежная активность наблюдалась в 1967-1968 гг. в ФРГ и Западном Берлине.

В дальнейшем эволюция молодежного контркультурного движения, истоками который послужили хиппи, происходила по следующим направлениям:

1. Усиление религиозно-мистических настроений. В 70-х годах появилось множество "неклассических" религиозных культов и сект, основанных чаще всего на искаженном понимании восточной философии, куда охотно шла молодежь, уставшая от социальной амор-фности хиппи и бессмысленности студенческого бунта. Аскетические установки, предъявлявшиеся религиозными гуру к своим последо-вателям, были прямо противоположны гедонистическим установкам контркультуры. Крайности одной субкультуры снимались противо-положными крайностями другой. Наиболее яркими проявлениями молодежной христианской субкультуры стали движения "Иисус — революция" и "Движение Иисуса".

2. Наиболее политизированная часть участников молодежного движения 60-х годов предпочла иной путь — ставка на террор, или

пропаганда действием. Среди таких группировок — "Черные пан-теры", группировка, основанная в 1966 г. в негритянском гетто Окленда. Организационной основой партии стала уличная банда, идейной основой — смесь идей Ницше, Фанона, Мао, Че Гевара. Главной своей целью "Черные пантеры" провозглашали "черный" террор против белого угнетения.

Существовала организация "Студенты за демократическое общество". После нескольких стычек с полицией, они заявили, что США стоят на пороге неприкрытого фашистского террора, и ушли в подполье.

3. Определенная часть участников молодежного движения конца 60-х годов избрала третий путь эволюции контркультуры, представляющий собой попытку занять "золотую середину" между крайностями двух первых направлений. Это путь развития граждан-ских инициатив и альтернативного движения — новые социальные движения. Основные элементы альтернативного сознания 70-80-х годов в США включает в себя отрицание американского образа жизни с его составляющими успеха, материализующегося в форме денег и частной собственности, достигнутых упорным трудом и самоотречением: конформизма, слепой политической лояльности, семейной жизни; культивировании ценностей, выражающих стрем-ление к созданию новых отношений между людьми, антипо-требительство, простоту; новую трудовую этику, подразумевающую совместную осмысленную деятельность вместе с другими людьми: разработку проблем, связанным с самоосуществлением индивида, выявлением его подлинного "я".

Картина, описывающая эволюцию молодежной субкультуры в Западной Европе и США, была бы неполной без характеристики консервативных мужских субкультур низшего слоя, например субкультура "скинхедов" (бритоголовых). Ее социальной основой стали низкооплачиваемые молодые рабочие, безработные, деклас-сированные элементы. Их характеризуют две черты: 1) сохранение традиций рабочего класса (упорный труд, патриотизм, аскетический образ жизни), 2) активная борьба с группами представляющими, по их мнению, угрозу традиционному образу жизни. Агрессивный расизм скинхедов привлекал внимание неонацистов, хотя рукру-тированию неонацистами новых сторонников из числа скинхедов препятствовала аполитичность последних.

Неонацисты и правые радикалы избрали своей нелегальной базой мотоклубы и рок-клубы. В 70-е годы и позже в ФРГ получила

распространение субкультура наци-рокеров. Они охотно исполь-зовали нацистскую символику, нападали на иностранных рабочих, на "левых". Их лозунги отражают восхищение Гитлером, войсками СС, национал-социализмом.

Ярким явлением в развитии молодежных субкультур 70-80-х годов стало появление субкультур, связанных с возникно-вением совершено нового направления в молодежной музыке, а именно, рок-музыки. Молодежной субкультурой, в основе которой лежит пристрастие к музыке, являются рокеры, а также металлисты, трешеры, рэпперы и т. д.

В конце 1976 г. в поле зрения исследователей попала новая молодежная субкультура — панки. По силе влияния на господ-ствующую культуру она уступает, пожалуй, лишь субкультуре хиппи. Обращает на себя внимание их шокирующий имидж: экзотические прически, раскрашенные в разные цвета волосы и лица, собачьи ошейники и цепочки от унитазов на шеях, булавки и другие мелкие металлические предметы, носимые как серьги, стоптанные башмаки, разодранные в клочья джинсы. Мироощущение панков: "Я дешевка, я отвратителен и отвергнут обществом, но черт возьми, я горжусь всем этим" (1, с.30). Идеология панков — тотальный анархический протест против общества. Социальные корни его ясны: панки появились в эпоху экономической депрессии в Великобритании в

70-е годы и отразили настроения низших слоев общества. Панков-ская культура оказала значительное влияние на молодежную моду: грим, цветные пряди волос, парики "а-ля ирокез", декоративные цепи и булавки — все это привнесено панк-стилем. Панк-стиль и панк-рок не умерли и в 80-90-е годы: отбросив многое из экстравагантной атрибутики, они стали аскетичней и суровей. Но по-прежнему панк — это жестокость и резкость как в выразительных средствах, так и в содержании, соединенные с некоторой небрежностью, вернее, подчеркнутым нежеланием украшательства.

По мнению ряда исследователей, середина XX века связана с наступлением постмодернистского мира. Он характеризуется широчайшим плюрализмом, альтернативностью, постепенным устране-нием из всех сфер — будь то политика или экономика, информация или культура — либо универсальной связующей власти. Общество переживает падение любых авторитетов. Люди больше не стремятся идентифицировать себя с государством, с какой-либо партией, с определенными институтами. Подобная социокультурная ситуация специфическим образом повлияла и на развитие молодежных субкультур. Новая реальность породила новые способы самовыра-жения молодежи и более правомерное использование понятия "стиля жизни" применительно к новой культурной активности молодежи. Одним из таких движений, молодежных стилей жизни, возникших на рубеже 80-х годов на Западе, является киберпанк. Первый корень этого слова — "кибер" — подразумевает, что направление описывает будущее, в котором жизнь кардинально изменилась под воздействием компьютерных сетей, высоких технологий. Центральным для киберпанка стало понятие виртуальной реальности — некоего мира внутри компьютерных сетей, куда человек может "проникнуть" посредством специальных приспособлений и наркотиков. Второй корень термина — панк, означает, что мир этот создается людьми, находящимися в конфликте с законами: истэблишментом и политическими институтами. Киберпанк отличался своеобразным рубленым стилем изложения и языком героев, сконструированным из уличного и молодежного сленга.

В последнее время общение в виртуальной реальности становится настолько увлекательным, что уже не требует дополни-тельной стимуляции в виде наркотиков. На первый план выступает новая группа — хакеры. Стиль жизни хакеров — это общение в виртуальной реальности, с которой они связывают всю свою досуговую активность.

Не остались в стороне постмодернистского влияния и более конформистские молодежные субкультуры. Среди них можно выде-лить так называемых попперов. Это группы молодежи, стремящейся модно одеваться, посещать лучшие дискотеки, наслаждаться тем, что есть, концентрируясь на внешних проявлениях блага (самая модная поп-музыка, самая модная марка автомобиля и т.д.).

Типичной постмодернистскими являются стили жизни яппи (или юппи) и флиеров. Яппи появились с США. Данную субкультуру выделяют по следующим критериям: проживание в крупных городах или около них, возрастает ее носителей — от 25 до 45 лет и самое главное — стремление к славе, престижу, власти, деньгам, высокому социальному статусу. Европейские яппи моложе — от 20 до 39 лет, их образование и доход выше, они более энергичны и оптимистичны. Главная жизненная ценность яппи — успех, достигаемый прежде всего в профессиональной сфере. Тяга яппи к новейшим технологиям, особенно к компьютерам, проявляется как на работе, так и в быту. Яппи предпочитают приобретать элитарные товары по высоким ценам, причем роль здесь играют как соображения престижа, так и (по отношению к продуктам) сохранение здоровья, стройности. Очень важное место в их жизни занимает спорт. По политическим взглядам яппи — либералы или консерваторы. Элита яппи — данки.

На смену яппи приходят флиеры, преуспевающие и шумные любители веселого времяпрепровождения. В основном это школьники и студенты от 13 до 25 лет, близкие по образу жизни к яппи и уже вступившие на путь борьбы за успех. По мнению исследователей, именно им принадлежит будущее, цель их — воспроизводство яппи, облик и уенности которых, вероятно, в будущем претерпят изменения.

В 90-х годах наряду с яппи и неконсервативной волной неожиданно появляется "Поколение Икс", подросшие дети хиппи. Представители "Поколения Икс" не торопились включаться в "крысиные бега" за место под солнцем, а предпочитали плыть по течению, проводить время в свое удовольствие, балуясь наркотиками, кое-как одеваться в секондхэндовские рваные джинсы и толстые клетчатые рубахи. Идеалы "иксовиков" были противоположны идеалам и целям яппи. Их музыкальный стиль — гранж, небрежный, грязный и тяжелый.

Параллельно существовала субкультура, основанная не на героине и саморазрушении, а на сумасшедшем танцевальном ритме, "мягких" наркотиках, доводящих до экстаза. Это рэйв-субкультура (rave — бред,

бессвязная речь, рев, неистовство). Неотъемлемая часть рэйверского стиля жизни — ночные дискотеки с мощным звуком, светом лазеров, компьютерной графикой.

Таким образом, делают вывод авторы, в западной молодежной субкультуре выделяются четыре основных группы:

1) первая группа не является субкультурой в строгом смысле этого слова. Сюда относится молодежь, не идентифицирующая себя ни с одной из субкультур.;

2) деликвентные субкультуры (чаще всего связанные со средой рабочего класса);

3) "культурные бунтари" — богемные субкультуры среднего класса;

4) политически активная молодежь.

§3 посвящен эволюции отечественных молодежных субкультур.

Первой специфически молодежной субкультурой в СССР следует, по-видимому, считать стиляг. Этот стиль жизни был заимствован из произведений Э.Хемингуэля и Э.М.Ремарка и появился в конце 40-х годов. Одевались они так: узкие брюки, большие ботинки, длинный клетчатый пиджак, белая рубашка, яркий и длинный галстук. Волосы стиляги носили длинные, зачесывая назад и обильно смазывая бриолином, спереди был кок. Центром бытия стиляг были танцы. Доминировали три стиля — "атомный", "канадский" и "тройной гамбургский". Они отчасти напоминали буги-вуги. Однако интересовало стиляг не только праздное времяпрепровождение, но и информация о различных "запретных плодах" — Э.Хемингуэле, Р.Олдингтоне, Дос. Пассосе, Э.М.Ремарке, импрессионистах, джазе. Главными местами сбора стиляг в Москве были каток "Динамо" и "Брод" — часть правой стороны улицы Горького от площади Пушкина до гостиницы "Москва". Помимо Москвы и Ленинграда стиляги были еще в нескольких городах, преимущественно в Прибалтике.

Власти активно боролись со стилягами: они однозначно считались "моральными уродами", "вредной опухолью общества". Места их сборищ подвергались регулярным проверкам рейдами милиции и дружинников. "Сегодня он танцует джаз, а завтра Родину продаст", — такое мнение навязывалось обществу через средства массовой коммуникации. Реакция окружающих на появление стиляг в общественных местах была крайне негативной и враждебной.

Внешне похожие, стиляги тем не менее дифференцировались по

интеллектуальному уровню и образу жизни. Первые — интеллектуалы; многих стиляг второй группы интересовали только танцы; третью группу составляла так называемая "золотая молодежь", дети крупных номенклатурных сановников, генералов, ученых. Образ жизни последних, чувствовавших свое превосходство, безнаказанность и имевших высокий уровень благосостояния, был неотделим от пьянок, "загулов", сопровождавшихся драками, насилием и пр. Немногочисленные статьи о стилягах, появлявшиеся в советской прессе, акцентировали внимание именно на этих отрицательных чертах не самой многочисленной категории стиляг.

После всемирного фестиваля молодежи и студентов 1957 г. в Москве стиляги практически исчезли. Знакомство с ситуацией, сложившейся на Западе, показало, что многие атрибуты движения уже изжили себя. Тем не менее "стиляги были первой попыткой создания молодежной субкультуры, первой стайкой диковинных попугаев и обезьян, пожелавших отделиться от серого мира казенной обыденности". Но наряду с этим нельзя не видеть, что "свой стиль они подсмотрели в щелочку, добавив к нему свой провинциализм" (с.40).

После 1957 г. в молодежной субкультуре было две основные группы: штатники и битники. Штатники носили фирменные двубортные костюмы, широкие плащи; на голове — короткую, с плоским верхом прическу "аэродром". Слушали музыку би-боп и кул. Битники же одевались в джинсы, свитера, кеды и танцевали рок-н-ролл. Жаргон битников представлял собой смесь англицизмов, слов из лексикона музыкантов и воровского арго. Часть битников занималась спекуляцией иностранными вещами и долларами. Определенная часть молодых писателей, поэтов, художников, которых впоследствии назовут "поколением шестидесятников", интересовалась битниками и отчасти была близка их взглядам (А.Вознесенский, В.Аксенов и др.).

Определяющим социокультурным фактором "хрущевского десятилетия" и позднее стала так называемая "духовная революция" (термин Е.Евтушенко). Процесс духовного обновления советского общества можно разделить на три этапа, на каждом из которых тот или иной жанр приобретал самодовлеющее значение, становясь символом духовной свободы и приобретая социокультурное зна-чение, намного превосходящее свое собственное эстетическое значение. На первом этапе (с 1954 по 1963 г.) такое значение имела поэзия вообще и лирическая

поэзия в частности. Поэтическое слово стало символом "оттепели". Выступления поэтов Е.Евтушенко, Б.Ахмадулиной, А.Вознесенского, Р.Рождественского собирали огромные аудитории. Второй этап связан с возникновением так называемой "авторской", или "бардовской" песни. Властителями умов в этот период стали Б.Окуджава, В.Высоцкий, А.Галич, Ю.Ким и др. Однако надежды и идеалы "шестидесятников" очень скоро подверглись жестокому испытанию. Вторжение советских войск в Чехословакию, судебный процесс Синявского и Даниэля, целая череда других подобных процессов означали начало противодействия тоталитарного государства духовной революции. Хотя какая-то часть поколения выбрала путь ненасильственного сопротивления — движение правозащитников и диссидентов, большинство осталось вне политики. Духовная революция не переросла в революцию политическую, продолжая свое существование в форме "скрытого (латентного) сопротивления". Так, движение авторской песни становится массовым, появляются клубы самодеятельной песни (КСП), получает широкий размах туристическое движение. Это было сложное сочетание конформизма и тщательно скрываемого нонконформизма в отношении к власти.

Неудача в реализации политических идеалов "оттепели" (социализм с "человеческим лицом") вызвала у нового, следующего за шестидесятниками поколения отвращение к политике. Поэтому противостояние тоталитарной системе у него не было противо-стоянием, как у диссидентов, а обернулось созданием своего параллельного мира со своей субкультурой, своей Системы — именно так называло себя движение хиппи в нашей стране. Система возникла в СССР в 1967 или 1968 г. Это было самое заметное "альтернативное движение молодежи в нашей стране. Мировоззрение волосатого, одетого в потрепанные джинсы и свитера хиппи состояло из наивного, но искреннего человеколюбия, неприятия мерзостей окружающего мира, бегства от действительности (ввиду безнадеж-ности попыток ее изменения), эскапической любви к свободе. Субкультура хиппи в СССР пережила два взлета: первый в конце

60-х — начале 70-х годов, второй — в конце 80-х. Только в одной московской Системе насчитывалось до 2000 человек.

Третий этап духовной революции наступил примерно в 1980 г. Умер В.Высоцкий — ярчайший певец и актер, творчество которого сплачивало различные слои советского общества, изгнан из страны

А.Галич. В движении КСП возобладали "гражданское бессилие..., инфантильно-ноющий тон, абсолютная некритичность в оценке творчества товарищей" (с.51). И тут место авторской песни в процес-се духовной революции занимает рок-музыка, по сути, та же авторская песня, только являющаяся самовыражением иного поколения и пользующаяся несколько иными выразительными средствами. Стало уже общепризнанным, что главный инструмент западной рок-музыки — ритм, тогда, как аналогичную роль в советском роке играет слово, текст. Беспорно одним из зачинателей этого "текстового" рока был А.Макаревич с группой "Машина времени". Благодаря "магнитофонному самиздату" стали широко известны такие имена, как Б.Гребенщиков, М.Науменко, В.Цой, Ю.Шевчук. Характерно, что одним из самых творчески плодот-ворных годов стал 1984 — год максимальных антироковых репрессий и "черных списков". С конца 80-х годов, когда демократическая культура начинает освобождаться от гнета тоталитарного режима, рок-музыка и рок-движение в целом начинают угасать, теряя свою актуальность, социальную значимость. Проверку временем смогли пройти лишь группы, сумевшие преодолеть "самодеятельность" и выйти на новый профессиональный уровень исполнения.

Если западная контркультура складывалась в основном на базе хиппи, то отечественный андеграунд обязан многим субкультуре панков, хотя и не сводится только к ней. Панки на Западе — это люди из очередей за пособием по безработице, наши панки никакого отношения к пролетариату не имеют. Стандартный панк выглядит так: длинный петушинообразный гребень — "ирокез" от затылка до лба, иногда раскрашенный, волосы по бокам сбриты; мягкие ткани лица, хрящи и мочки ушей могут быть проткнуты булавками или цепочками; стиль одежды также направлен на эпатаж окружающих (кожаный пиджак на голое тело, брезентовая роба на рубашке с жабо и пр.). Распространена в панковской среде наркомания, что отличает отечественных панков от западных. Образ и смысл жизни панков — разрушение того, что им не нравится, главным образом цивильности. Чем грязнее твоя одежда — тем круче, стирать запрещается, строить новое поколение ничего не собирается из-за патологически неприяз-ненного отношения к труду. Среди панков стало заметно деление на "левых" анархистов и на правых националистов и ксенофобов, выдвигавших лозунг "Россия для русских" или "Москва для русских". Четкая политическая ориентация, конечно,

свойственна далеко не всем группам.

Ярким явлением панковской субкультуры является панк-рок, особенно группа "Гражданская оборона". "Панк-рок открыл, что из всех человеческих ценностей нижнего ригистра лишь одно не поддается утряске: отчаяние партии. То самое гумилевское "холодное презрительное горе", размененное на тысячи и тысячи заурядных жизней дегениализированное, опустившееся в клоаку и преис-поднюю массового сознания" (с.55).

Достаточно крупной субкультурой является субкультура отечественных "металлистов". Внешний вид российских поклон-ников "хэви металл" практически не отличается от американских и западноевропейских аналогов. Обязательными атрибутами являются кожаные куртки и напульсники в заклепках, повязки на шею или плечи тоже в заклепках, значки с фотографиями кумиров или косой молнией, у поклонников черного или быстрого металла — прическа в виде рога (сатанинская символика). Чаще всего "металлистами" становятся выходцы из рабочей среды, учащиеся ПТУ.

В середине 70-х годов из среды "металлистов" выделяется новая субкультурная группа, уже практически никак не связанная с музыкой — мотоциклисты-байкеры. Из-за их первоначальной связи с "металлистами" в Союзе их часто называли рокерами. Одеваются они в кожаную одежду, блестяще ездят на своем мотоцикле, умеют совершать акробатические трюки. Байкеры часто собираются по 50-100 человек и демонстрируют друг перед другом мастерство вождения, или устраивают гонки, сняв глушители и развивая предельную скорость.

Во второй половине 80-х годов в России появился целый ряд групп-сателлитов, объединяющих поклонников определенного направления в музыке. Подобные группы нельзя отнести к субкультурам, поскольку здесь отсутствует такой существенный момент как идеологические обоснование субкультуры. К подобным группам можно отнести фан-клубы А.Пугачевой и В.Леонтьева, техно-группы ("Технология"), брейкеры — поклонники танца брейк с элементами акробатики и спортивной гимнастики.

Как субкультура формируется рэп, которая с подачи Б.Титомира, в России называется "высокая энергия" (high energy). Концепция "высокой энергии" сводилась к следующему: не пить, не курить, блюсти безопасный секс, зарабатывать хорошие деньги и тратить их в свое удовольствие.

В начале 80-х годов возникла субкультура мажоров — представителей "золотой молодежи", детей высокопоставленных чинов-ников, артистической и творческой элиты. Жизненная философия мажоров достаточно проста, но заразительна: стремление к легкой, красивой жизни, материальное обогащение любыми способами, преклонение перед Западом, возведенное в культ.

Появляются субкультуры, связанные с увеличением восточ-ными единоборствами, есть так называемые индеанисты — нечто среднее между клубом любителей американских индейцев и религиозно-мистическим движением; влиятельна молодежная субкультура толкинистов (от книг Дж.Р.Р.Толкина), она находится в русле российской романтико-эскапистской традиции.

В начале 70-х зародилась субкультура спортивных фанатов. Фанаты носили шапочки и шарфы цветов клуба, носили знамена, эмблемы, значки. Расцвет этой субкультуры пришелся на 1978- 1981 гг. Иногда болеть за свои команды в другие города отправлялись 25 тыс. фанатов. Они делились на пятерки во главе со старшим, ответственным за оповещение. Среди фанатов весьма почитались те, кто смог сделать "золотой выезд" — побывать на всех матчах сезона. С 1981 г. движение фанатов стало подвергаться милицейским репрес-сиям. В 1986 г. начался новый подъем этого движения: подросло новое поколение и стали возможны зарубежные поездки на между-народные встречи. Но чаще всего фанатство стало сводиться к потасовкам и хулиганству.

Есть молодежные субкультуры и профашистской ориентации. Первые молодежные группировки, где бравирование фашистскими идеями первоначально имело игровой характер, являясь формой эпатажа властей, стали возникать в 70-е годы. Более известны они стали в первой половине 80-х годов после нескольких шокирующих празднований "дня рождения Гитлера". В дальнейшем их активность уменьшается, хотя некоторые из их участников вошли в организации фашистского типа, возникшие чуть позже в рамках неформального движения протеста. В настоящее время в профашистском лагере существуют два направления. Первое, преимущественно молодежное, делает упор на свою принадлежность к международному фашизму. Второе, более влиятельное, избегает названия фашизм и подчер-кивает "самобытное" развитие России. Но для обоих направлений характерен культ вождя в той или иной форме, крайний нацио-нализм, отрицание демократии, плюрализма, создание военизи-рованных формирований и социальная

демагогия. В целом же, при всей своей активности, они не оказывают существенного влияния на процессы, происходящие в обществе.

Кроме субкультуры нацистских, правоэкстремистских кругов, можно с уверенностью говорить о существовании левой (левоэ-кстремистской) молодежной субкультуры, имеющей несколько направлений. Эти группы отличались крайней непримиримостью к любым проявлениям западной идеологии и к внешним признакам западной культуры. Названия данных групп прямо или косвенно отражали их взгляды: "Дети революции", "Набат", "Птенцы Дзержинского!", "Красные треугольники". Основной вид деятель-ности "левоэкстремистских групп" — физическое насилие по отно-шению к тем молодежным общностям. которые активно критико-вались партийно-комсомольскими СМИ: "металлистам", панкам, хиппи, мажорам.

Есть и "новые левые" — движение почти исключительно молодежное. В эту группировку входят клуб "Община", созданный студентами-историками МГПИИ, перешедший на позиции анархо-синдикализма; различные объединения и партии, входящие в Федерацию социалистических общественных клубов, профсоюз "студенческая защита", "Фиолетовый интернационал" и пр.

1985-1989 гг. — это период небывалой активности экологического движения, движения по охране исторических памятников, самоуправленческого движения, семейных коммун.

Авторы предлагают свой вариант классификации субкультур. Было выделено четыре группы:

1. Романтико-эскапистские субкультуры; романтика здесь — в той или иной степени средство для "побега" из этого мира или средство расширения его границ. Можно отнести к этому направлению хиппи, КСП, индеанистов, толкинистов и движение ролевых игр, в какой-то степени — восточные единоборства.

2. Гедонистско-развлекательные субкультуры. Эти субкультуры так или иначе направлены на получение удовольствий; хорошая жизнь — это легкая, приятная, беззаботная жизнь, и это жизнь "здесь-и-теперь" "И наслажденья брать и весело пожить". Это субкультуры рэпперов, рэйверов, поклонников модных, но эфемерных стилей. Вероятно, сюда же следует отнести субкультуру мажоров.

3. Полуделиквентные субкультуры ("люберы", "гопники", "на-родные дьяволы". Выделяя эту субкультуру, быть может самую многочисленную, отметим, что ведущее ценностное устремление представителей полукриминальных структур — тоже красивая, легкая, довольная жизнь, но их идеал грубее, проще, низменнее идеала "хорошей жизни" второй группы, к тому же путь к нему пролагается криминальными средствами.

4. Радикально-деструктивные или анархо-нигилистические субкультуры. Это радикально-левацкая субкультура и субкультура панков.

Существование различных типов менталитета обусловливает наряду с другими факторами различные варианты будущего, или социокультурные подсистемы, которые можно свести к трем типам:

1. Социокультурная подсистема, считающаяся доминирующей в данном обществе. Она характерна для молодежи, готовой принять господствующие ценности, не создающей никаких альтернативных субкультур, стремящейся быстрее интегрироваться в общество. Из вышеназванных основных групп молодежи это преимущественно первая и вторая группы, а из третьей — те, кто относится к гедонистско-развлекательным и гедонистско-прагматическим суб-культурам, как к наиболее конформистским.

2. Социокультурная подсистема, свойственная менталитету деликвентных молодежных субкультур и тех, кто в большей или меньшей степени попал под их влияние. Для общества, генери-руемого второй социокультурной подсистемой, характерен дух жестокости, злобы и насилия как по отношению к "чужим", так к нижестоящим по иерархии личностям. Такое общество можно назвать "криминально-феодальным", и признаки его — раздел городов на сферы влияния, насильственные конфликты из-за изменения их, беспрекословное подчинение авторитету и т.д.

3. Социокультурная подсистема, называемая "контр-культура", "альтернативная культура", определяемая авторами как "парал-лельная" культура. Эта подсистема образуется менталитетом членов первой и в некоторой степени четвертой субкультурой. Отрицание или разрушение существующей системы ценностей служит средством для утверждения более высокой, гуманистической, антитех-нократической и экологической ценностной системы.

Если первый тип менталитета сконцентрирован на настоя-щем, второй на прошлом, то третий — на будущем. Можно полагать, что успешно развиваться способно то общество, где здоровый консерватизм первой подсистемы уравновешивается новаторством третьей при маловлиятельности второй.

Глава вторая книги посвящена социокультурным ориен-тациям современной молодежи.

В § 1 рассматривается "Казанский феномен", определяется природа и сущность подростковых группировок. В 80-х годах в Казани сложилась трудная ситуация с подростками, сплотившимися в банды. Только за первую половину 1988 г. на почве выяснения отношений между группировками было убито 5 подростков, в 1989 г. — 3, в 1992 г. — 2. Эту ситуацию журналисты назвали "Казанский феномен". Общественность требовала от милиции принятия решительных мер, однако органы правопорядка были не в силах что-либо сделать. Более того, усиление борьбы с группировками приводило к

противоположным результатам — к совершенствованию форм их организации, и в конечном счете к их усилению. Группа социологов под руководством А.Алагаева, работавших в научно-исследовательской лаборатории Казанского государственного уни-верситета, провела исследование данной проблемы.

Была предпринята попытка реконструировать историю возникновения подобных группировок, используя материалы, относящиеся к банде "Тяп-ляп", которая сыграла решающую роль в формировании характерных для Казани форм подростковой преступности. Эта банда сформировалась в первой половине 70-х годов на базе молодежных дворовых компаний в районе, где основную часть населения составляли рабочие завода "Тепло-контроль". Эта банда занималась грабежами, разбоем, рэкетом и имела крышу в государственных органах, представленную рядом коррумпированных чиновников. Во главе нее стал С.Антипов, 25 лет, имевший судимость и абсолютный авторитет среди подростков. Большая территория, контролируемая "Тяп-ляпом" — "многофилиальная" структура банды, требовали создания эффективных форм организации. Для этого была создана иерархическая структура подчинения, тщательно отработанная система связи между подразделениями и членами банды. В результате большое количество членов банды могло собраться в считанные часы и даже минуты из разных частей города. Большой размах преступной деятельности банды и постоянные войны с другими группировками за территории и сферы влияния делали необходимыми наличие многочисленных хорошо организованных боевиков, объединенных в мобильные группы. Важно также отметить интенсивное сращивание молодежной дворовой субкультурой с преступным миром: помощи группировок стали активно искать преступные элементы. Благодаря во многом росту влияния "Тяп-ляпа" начали формироваться подобные группы и в других районах. После суда и заключения в тюрьму лидеров и некоторых участников банды, банда потеряла свое былое значение, но само явление — организованные уличные группы по месту жительства, объединение в союзы — осталось и зажило само-стоятельной жизнью. Но при этом группировка вынуждена улучшать конспирацию, развивать специализацию и принимать другие меры.

Если на этапе формирования группировок возникшие жесткие формы организации являлись средством защиты от внешних врагов, то теперь само наличие подобных структур определяло логику развития группировок. В сохранении организационных структур, сложившихся в ходе "войны", были заинтересованы многие. Тем, кто находился на верхних ступенях иерархии, не хотелось терять свою власть. История развития группировок насчитывала уже более 10 лет и не одно поколение группировщиков, вернувшихся из армии и тюрем, было не прочь использовать в своих целях дисцип-линированные, хорошо организованные команды.

Почему подростки идут в группировки? Во-первых, груп-пировка предоставляет подросткам определенную возможность для самоутверждения, самовыражения, которых они не имеют ни в школе, ни в семье. Во-вторых, попадание в группировку дает чувство защищенности. Если подросток не входит в группировку, он всегда находится под угрозой избиения, вымогательства, издевательств. Однако самая важная причина заключается в том, что у многих подростков нет выбора — "быть или не быть" в группировке. В нее не идут, а втягиваются естественным образом, постепенно.

В настоящее время субкультура молодежных группировок в России утратила свою былую широкомасштабность, но не исчезла совсем. Группировки стали составной частью и формой структу-рирования организованной преступности, они занимаются как нелегальным, так и вполне легальным бизнесом.

§ 2 посвящен субкультуре студенчества. На основе иссле-дования, проведенного О. А. Максимовой и Г. Р. Хамзиной с исполь-зованием феноменологической методики (анализ сочинений на темы: "Студент глазами студента", "Моя жизнь") среди студентов КГТУ им. А.Н.Туполева и КТГУ им. С.М.Кирова, выстраивается ряд представлений, характерных для современного студенчества. Ими выявлено, что, несмотря на декларируемое в последнее время падение престижа высшего образования, практически все студенты самоидентифицируют себя с особой социальной группой — студенчеством — и позитивно оценивают свою принадлежность к данной группе. Вне учебных занятий 80% студентов предпочитают неформальное общение в своем, студенческом кругу, имея общие интересы, потребности и свой особый язык.

Основным психологическим мотивом поступления в вузы для большинства выступает желание продлить период "полудетского" существования, отодвинуть срок вступления во взрослую самостоятельную жизнь. Давая оценку студенчеству как одной из общностей молодежи, сами студенты ставят свою группу на одно из первых мест по престижности, указывая на преимущественное положение в "молодежной" иерархии. При этом отмечаются такие отличительные характеристики, как более высокий интеллектуальный уровень, большие шансы устроить в жизни.

С целью изучения устойчивых стереотипов, присущих студенческой субкультуре, авторами была испробована методика изучения материалистических и постматериалистических ценностей (Р.Инглехарт). Материалистические ценности — это физиологи-ческие потребности — физическая и экономическая безопасность; постматериалистические ценности — социальные потребности и потребности

самореализации, эстетические и интеллектуальные самооценки. По данным исследования в казанских вузах, у студентов преобладают материалистический тип: на первое место ими выдвигаются такие ценности, как стабильная экономика, борьба с преступностью, на втором плане — проблема суверенитета, этно-культурного развития своего народа. В то же время у молодежи Западной Европы и США на первом месте — постматериалисти-ческие ценности. Похоже, в казанских исследованиях "схвачена" общая тенденция: ценным является не столько то, что уже достигнуто (достигнутое перестает быть побудительным мотивом действия), а то, что предстоит достичь. Если еще не удовлетворены материальные потребности — в комфортном существовании, в достойных человека условиях жизни и уровне потребления, то, естественно, материа-льные ценности будут более предпочтительными, чем духовные. Духовные ценности выдвинутся на первый план по мере удовлет-ворения материальных потребностей.

Исследовательская группа также достаточно подробно изучила один из важнейших факторов, влияющих на развитие субкультуры — студенческий сленг.

В § 3 подробно рассматриваются ролевые игры как новая молодежная субкультура. Разнообразную и богатую субкультуру представляет движение толкинистов, появившееся на рубеже 80-90-х годов. Это движение связано с именем профессора Дж.Р.Р.Толкиена. Жанр его книг ("Хоббит", "Властелин колец", "Сильмариллион") можно определить как волшебную сказку, вернее фэнтэзи, ненаучную, сказочную фантастику. Мастерство Толкиена так завораживает читателя, что он невольно и постоянно начинает отождествлять себя с тем или иным героем книги. Это вызвало к жизни необычный социокультурный феномен — ролевые игры по книгам Толкиена. В 80-е годы толкинисты начинают появляться в СССР, прежде всего в Москве и Ленинграде. В 1989 г. было объявлено о подготовке первой всесоюзной игры по "Властелину колец", а в августе 1990 г. под Красноярском, на берегу реки Маны, состоялись первые "Хоббийские игрища" ("ХИ" — 90). Успех их превзошел все ожидания. Буквально за 2-3 года толкинисты незаметно впитали в себя и хиппи, и панков, и рокеров, а КСПшники и фэны (любители фантастики) были в движении с самого начала. Главное событие в жизни толкинистов, конечно, Игра. Большие и малые Игры — вехи жизни для толкинистских тусовок. "ХИ" есть основной вид поступка в данной субкультуре, подобно тому как для субкультуры хиппи основной поступок — выход на "трассу", для субкультуры рокеров-байкерсов — гонки на мотоциклах. Для толкинисти "ХИ" то же самое, что для древнего грека — Олимпийские игры.

В настоящее время движение сдвигается в сторону исторических ролевых игр. В 1994 г. в России было проведено несколько крупных исторических ролевых игр. Наиболее интересной из них была игра "Осада Монсегюра" (игра по истории Южной Франции, XIII в.). В

Харькове состоялась игра по Войне Алой и Белой розы, в Котласе — по истории Древней Руси.

Всего в СНГ насчитывает около 100 клубов, занимающихся ролевыми играми. Число активных участников движения ролевых игр, по некоторым оценкам, приближается к 2000 человек. Социальный и возрастной состав их: школьники, студенты, гума-нитарная и научно-техническая интеллигенция, их возраст 14-30 лет, редко старше.

Э.П.Васильева

CURRICULUM: СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ КЛАССИКА

2001.02.016. ХОМАНС ДЖ. К. СОЦИАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ: ЕГО ЭЛЕМЕНТАРНЫЕ ФОРМЫ (ГЛАВЫ ИЗ КНИГИ). HOMANS G. C. Social behavior: Its elementary forms. — N.Y.; Burlingame: Harcourt, Brace & World Inc., 1961. — P. 1-16, 30-83, 378-398.

Джордж Каспар Хоманс (р. 1910) — американский социолог, профессор Гарвардского университета, известный как один из создателей теории обмена. В этой теории, которая задумывалась как альтернатива макросоциологической структурно-функциональной теории Т. Парсонса, была предпринята попытка положить в основу социологических обобщений фундаментальные факты человеческого поведения в малых группах. Первой книгой, в которой Хоманс систематически изложил эту теорию, опираясь на индуктивную стратегию, была книга "Человеческая группа" (1950). Спустя некоторое время была издана вторая книга, продолжающая и развивающая первую: "Социальное поведение: его элементарные формы" (1961). На этот раз Хоманс отошел от индуктивного подхода и попытался взять за основу дедуктивную стратегию. В первых главах был разработан понятийный аппарат и сформулированы основные положения, на основе которых далее анализировались такие феномены элементарного социального поведения, как влияние (гл. 5), конформность (гл. 6), конкуренция (гл. 7), оценка (гл.