Основания космической антропологии в трудах К. Э. Циолковского как вариант «Философии жизни»

ФИЛОСОФИЯ

УДК 1.091.470

ОСНОВАНИЯ КОСМИЧЕСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ В ТРУДАХ К.Э. ЦИОЛКОВСКОГО КАК ВАРИАНТ «ФИЛОСОФИИ ЖИЗНИ»

В.В. Лыткин

Калужский государственный университет им. К.Э. Циолковского e-mail: lytkin@kaluga.ru

В статье рассматривается проблема влияния личности на ход исторического развития цивилизации в творческом наследии наиболее ярких представителей русского космизма. Автор приходит к выводу о том, что их взгляды формировались под влиянием русской революционно -демократической мысли, немецкой классической философии, прежде всего «философии жизни», русской религиозно - философской традиции. Их социально - антропологические и философско -антропологические идеалы имели ярко выраженный характер социально - антропологического проекта, ибо признавались достижимыми и реализуемыми в будущем, или же уже реализованными другими высшими цивилизациями космоса.

Ключевые слова: русский космизм, идеалы, социально - антропологические идеалы, роль личности в истории.

Соразмерность человека и остального мира послужили основой для разработки русскими космистами целостного взгляда на мир. Параллельно этому шло формирование ими нового типа мышления, связанного с экологизацией и космизацией человеческой деятельности. Общественный прогресс, по мнению представителей космизма (К.Э. Циолковский, В.И. Вернадский, Н.Ф. Федоров, В.С. Соловьев и др.), есть закономерное и неизбежное явление во вселенной, живущей по единым законам. Более того, общество развивается, благодаря движению, совершенствованию и развитию научно-технического процесса, нравственному совершенствованию человечества.

Оценивая ситуацию, сложившуюся в XIX веке в духовной жизни России, Н.А. Бердяев писал: «Когда в XIX в. в России народилась философская мысль, то она стала, по преимуществу, религиозной, моральной и социальной. Это значит, что

центральной темой была тема о человеке, о судьбе человека в обществе и в истории».1 Как и вся русская философия, русский космизм, прежде всего в лице его классического представителя К.Э. Циолковского, был социальным направлением в философской мысли, ориентированным преимущественно на проблемы философской антропологии. Взгляды русских космистов носили характер «проекта», призванного улучшить человеческое общество и саму природу человека. В одном из писем Н.Ф. Федорову В.С. Соловьев писал: «Проект» Ваш я принимаю безусловно и без всяких оговорок. Со времени появления Христова, Ваш «проект» есть первое движение вперед человеческого духа по пути Христову. Я, с своей стороны, могу только признать Вас своим учителем и отцом духовным».2

По мнению космистов, именно развитие науки, и прежде всего, развитие науки в виде ее технической составляющей, и есть источник прогресса общества. А так как прогресс науки и техники бесконечен, ибо бесконечна и вселенная, познание которой и реализует наука и техника, следовательно, бесконечным будет и процесс развития общества. Что же в этом случае будет происходить с человеком, как индивидуальной составляющей общества. Будет ли и он развиваться вместе с обществом, и если будет, то в каком направлении произойдет это.

Каким образом, по мнению космизма, в практическом плане можно повернуть жизнь общества и индивидов к счастью, как уничтожить страдание? Каков будет субъект данного движения по пути к счастью? Кто явится непосредственным исполнителем грандиозного проекта переустройства Земли, человеческого общества, движения по пути к звездам, освоению планет? Кто сможет создать новые условия для достижения этих целей?

Своеобразным центром философии К.Э. Циолковского (классического представителя русского космизма) является его этическое учение, а именно учение о закономерности и неизбежности достижения счастья. При этом К.Э. Циолковский полагает, что счастье это отсутствие страданий, что страдания должны быть уничтожены в космическом масштабе. Именно это принесет счастье каждой мельчайшей частице космоса. Об этих идеях ученого упоминалось неоднократно.3 В то же время, именно эти идеи дают право связывать представления К.Э. Циолковского с восточной традицией, с буддистскими и необуддистскими представлениями. Достаточно сравнить представления К.Э. Циолковского о счастье как отсутствии страдания с самым общим толкованием буддистских истин: «Третья благородная истина - о прекращении страданий - вытекает из второй: о том, что несчастье зависит от некоторых условий. Если устранить условия, порождающие несчастья, то прекратится и страдание. ... Прежде всего следует заметить, что освобождение от страданий достижимо и в этой жизни, если только будут

4

выполняться определенные условия».

К.Э. Циолковский однозначно решает этот вопрос. Лишь избранные, отдельные личности, те, кого мы называем гениями, учеными, философами и мыслителями, способны понять, возглавить, повести за собою это вселенское движение по пути к счастью. Данные представления об определяющей роли гениев в

1 Бердяев Н.А. Русская идея. Основные проблемы русской МЫСЛИ XIX века и начала XX века. 0 России и русской философской культуре. М.,Наука, 1990. С. 118.

2 Булгаков С.Н. В.С.Соловьев Н.Ф.Федорову (письмо начала 80-х годов). Соч. в 2-х т. Т.2. М., Правда, 1993. С.296.

3 Мапельман В.М. К.Э.Циолковский о будущем человечества. XXXV Чтения К.Э. Циолковского. Тезисы докладов. - М.: ИИЕиТ РАН, 2000. С. 116-117.

4 Чаттерджи С., Датта Д. Индийская философия. М: «Селена», 1994. С. 127.

прогрессе человечества характерны для всего творчества ученого. Наиболее ярко в опубликованном виде они прозвучали уже в 1916 году в его работе «Горе и гений». Здесь К. Э. Циолковский, в частности, писал: «Нет ничего важнее, как наше счастье и счастье всего живого в настоящем и будущем. Как устранить горести? . если бы были отысканы гении, то самые ужасные несчастья и горести, которые даже кажутся нам сейчас неизбежными, были бы устранены! Гении совершали и совершают чудеса. Кому же это неизвестно!».5 Именно гении, по мнению ученого должны стать теми двигателями, теми локомотивами прогресса, которые мощно поведут за собою все общество по пути общественного прогресса: «Но где они, наиболее способные и добрые люди! Они нам нужны, они бесценны, но мы не можем или не умеем их найти. Где Ломоносовы, Ньютоны, Лапласы, Гаусы, апостолы ума и нравственности? Знания открываются и распространяются гениями».6

По мнению ученого, один гений, талантливый ученый или выдающийся изобретатель может принести намного больше пользы для общества, продвинуть человеческое общество и его прогресс намного эффективнее и быстрее вперед, чем обычный, ничем не выдающийся человек. Гений за свою жизнь может сделать намного больше, чем целые поколения человечества: «Выходит, что один человек даже при грубой и далеко не полной оценке может дать в биллионы раз больше другого, тоже очень полезного и почтенного труженика. . мысли гениев бессмертны так же, как и дела их, потому что и после смерти они продолжаются и дают бесконечный и беспредельный плод. Итак, высокая мысль бессмертна и лежит неисчерпаемым источником благ! Кто более мыслителей благодетельствует человечеству?!». Не случайно К.Э. Циолковский считает выдающихся деятелей человеческой культуры «двигателями прогресса», ведь, по его мнению, общественный и научно-технический прогресс прямо зависит от деятельности гениев. Более того, прогресс общества зависти от признания им гения, от способности общества воспользоваться теми изобретениями и открытиями, которые гении осуществляют. Но большинство гениев, большинство изобретений и открытий им сделанные, пропадают для человечества, или остаются не востребованными, забытыми, или становятся известными слишком поздно. Вывод, который делает К. Э. Циолковский однозначен: именно гении реально двигают прогресс человечества. Он абсолютизирует их роль в истории и культуре, считая, что лишь гениальные личности, лишь их деятельность, их открытия реально способны приблизить человечество к их социальным идеалам.

Идеи К. Э. Циолковского о роли гениев в истории человечества, благодаря своей яркости и однозначно высокой оценке уже давно привлекают исследователей его творчества. Сам ученый обращал наибольшее внимание на работы Платона, выделяя их как наиболее яркие в социально-философском плане. К.Э. Циолковский явно подчеркивал то большое значение, которое Платон оказал лично на его мировоззрение. И прежде всего в формировании им представлений о выдающейся роли личностей в развитии общества, прогрессе науки и техники. К. Э. Циолковский замечал, что: «Многие элементы моего труда сходятся с мыслями разных философов, утопистов и социалистов. Так, у Платона мне нравится его преклонение перед гениальностью некоторых людей и его стремление поставить во главе управления

5 Циолковский К.Э. Горе и гений. К.Э. Циолковский. Общественная организация человечества. Горе и гений. М.: МИП «Память», ИПЦ РАУ, 1992. С.23.

6 Там же.

7 Циолковский К.Э. Горе и гений. К.Э. Циолковский. Общественная организация человечества. Горе и гений. М.: МИП «Память», ИПЦ РАУ, 1992. С.24.

величайших философов. ... Несмотря на деспотизм, господствующий во всех

утопиях Платона, его идеи величавы, так как основанию их служит бескорыстное желание правды и добра людям».8 В этой же работе К.Э. Циолковский высоко оценивает и вклад Томаса Мора в развитие идеи справедливого и прогрессивного общества, путем участия в его управлении выдающихся личностей, освобождением труда и каждого человека как личности.9 При этом особенно пристальное внимание исследователей творчества К.Э. Циолковского привлекает тот факт, что, вероятнее всего эти идеи в той или иной степени, были заимствованы учеными, прежде всего, в русской философской традиции. Речь идет о влиянии на формирование мировоззрения К.Э. Циолковского идей Н.Г. Чернышевского, Н.А. Добролюбова, Д.И. Писарева. При этом особенно выделялась концепция П. Лаврова о роли героя-интеллигента в общественном прогрессе и особенной роли естествознания в социальном преобразовании общества.10 Более поздние исследователи творчества К.Э. Циолковского отмечают, что у русских революционных демократов ученый заимствовал, прежде всего, социально-утопические идеи.11 Очень интересным и заслуживающим внимания являются параллели, которые прослеживает Л. В. Лесков между К. Э. Циолковским и В. И. Вернадским по вопросу о роли гениев и выдающихся личностей в «Креативной функции ноосферы». И Циолковский и Вернадский крайне высоко оценивают здесь место и функции творца, создателя нового знания.12 В частности, по этому поводу В.И. Вернадский отмечал, что: «Я уверен, что все решает личность, а не коллектив, elite страны, а не демос».13 Похожие мотивы прослеживаются и в концепции богочеловечества В.С. Соловьева. Именно космическое, вселенское человечество способно менять мир и менять себя, достигая высших пределов совершенства, как нравственного, духовного, так и физического, интеллектуального.14 У Н.Ф.Федорова идея прогресса и вселенского совершенства и могущества человека увязана с его концепцией «супраморализма», в соответствии с которой человечество способно стать совершенным, лишь выполнив «сыновий долг» перед «праотцами». Их надо воскресить силами науки и веры к вечной блаженной жизни и расселить в космосе.15

Почему же столь велико было влияние революционно демократической социально-философской традиции на У.Э. Циолковского. Дело в том, что в 70-е годы Х1Х в., именно в то время, на которое приходится на московский период жизни К.Э. Циолковского (1873-1876), именно революционно-демократическая, народническая социальная и антропологическая доктрина в значительной мере владела умами радикально настроенной и еще только формирующейся русской интеллигенции. Именно поэтому отголоски и прямые параллели с идеями Н. Михайловского, П. Лаврова, Н. Добролюбова, Н. Чернышевского, Д. Писарева и других мы находим в

8 Циолковский К.Э. Утописты. Архив РАН. Ф.555, оп.1, д.396, л.5-6.

9 Там же, л.6.

10 Голованов Л.В. К вопросу об идейных влияниях на К.Э. Циолковского. Труды II Чтений К.Э. Циолковского. Исследование научного творчества К.Э. Циолковского.- М: АН СССР, 1968. С.7-8.

11 Нижников С.А. Истоки научных и утопических элементов в миросозерцании К.Э. Циолковского. ХХХШ научные чтения К.Э. Циолковского. Тезисы докладов. - М.: ИИЕиТ РАН, 1998. С. 16-17.

12 Лесков Л.В. Феномен человека по Циолковскому. Труды ХХХ-ХХХ1 чтений К.Э. Циолковского. К.Э. Циолковский и философские проблемы освоения космоса. - М.: ИИЕиТ РАН, 1998. С.9.

13 Вернадский В.И. Письма Петруничеву И.И. Новый мир, 1989, № 12. С.214.

14 Лосев А. Владимир Соловьев и его время. М.: Прогресс, 1990. С.215-216.

15 Федоров Н.Ф. Философия общего дела. Т.1. Верный, 1906. С.399.

философских проектах К.Э. Циолковского, в работах В.И. Вернадского, других представителей русского космизма. Велико было обаяние этих идей, их новизна, острота их социальной направленности, возвышение личности-творца, личности-устроителя нового общества!

Действительно, творчество революционных демократов и нарождающегося народничества, их идеи в период 60-70-х годов Х1 Х века были крайне популярны среди молодежи и либеральной интеллигенции. Не случайно именно они в наибольшей степени в то время повлияли на молодого К.Э. Циолковского. Он так вспоминал об этом в своей автобиографии «Моя жизнь»: «Известный молодой публицист Д.И. Писарев заставлял меня дрожать от радости и счастья. В нем я видел тогда второе «Я». Уже в зрелом возрасте я смотрел на него иначе и увидел его ошибки. ... все же это один из самых уважаемых мною моих учителей. Уважал я так же и другие издания Павленкова. В беллетристике наибольшее впечатление произвел на меня Тургенев и в особенности его «Отцы и дети». На старости и это я потом переоценил ... ».16

Именно это мировоззренческое воздействие, а именно, проникновение и

активное, идей новой философии, народнической, революционной, прежде всего,

основывающейся на идеях немецкой философской мысли, на идеях позитивной

философии, начинает менять духовную и структурную почву в России. Не случайно,

как замечал Э.Л. Радлов: «Все течения западной мысли находили отклик на русской

почве. Так, Ницше вызвал целый ряд переводов и статей (Л. Шестов), точно так же и

волюнтаризм Вундта нашел себе поклонников».17 В области этики сторонником

«разумного эгоизма» становится Н.Г. Чернышевский, который полагал, что разумная

личность понимает, что ее личное счастье сочетается с общим благополучием.

Наиболее убедительно свои этические теории Н.Г. Чернышевский изложил в романе 18

«Что делать?». А говоря о Д.И. Писареве тот же Н.О. Лосский замечает, что: «. он надеялся, что социальный прогресс будет достигнут благодаря значительному увеличению числа «мыслящих реалистов», которые в созидании жизни будут руководствоваться открытиями естественных наук».19 Вполне вероятно, что увлечение К. Э. Циолковского идеями «разумного эгоизма», вообще его увлеченность проблемами естествознания и решение посвятить себя естествознанию, происходят именно отсюда, от твердого убеждения, что изучение природы может реально изменить мир и самого человека. К. Э. Циолковский вспоминал: «Что я читал в Москве и чем увлекался? Прежде всего - точными науками. Всякой неопределенности и «философии» я избегал. ... Под точной наукой или, вернее, истинной наукой я подразумевал единую науку о веществе, или о вселенной. Даже математику я причислял и причисляю сюда же».20 Именно это рассуждение, по нашему мнению, во многом начинает определять дальнейшие выводы К. Э. Циолковского этического характера. Прежде всего о том, что требуется эгоистическая точка зрения на окружающий мир, «любовь к самому себе», которая заключена,

16 Циолковский К.Э. Моя жизнь. 14 октября 1932 г. Архив ГМИК им.К.Э. Циолковского. ф.1, оп.1, д.67.- л.21-22.

17 Радлов Э.Л. Очерк истории русской философии. Очерки истории русской философии. -Свердловск: Уральский университет, 1991. С.121.

18 Лосский Н.О. История русской философии. М: Высшая школа, 1991.С.87.

19 Там же, с.89-90.

20 Циолковский К.Э. Моя жизнь. 14 октября 1932 г. Архив ГМИК им.К.Э. Циолковского. ф.1, оп.1, д.67. - л.21.

прежде всего, в идее того, что для всеобщего счастья необходимо сделать счастливым самого себя, прежде всего.21

Если говорить о Писареве, то, скорее всего он еще не был ни социалистом, ни анархистом, он, действительно, начинал идейно оформлять нигилизм, как мировоззрение части интеллигенции. И среди его искренних поклонников и последователей, прежде всего в идейном плане, был в то время и К. Э. Циолковский. Не случайно, он вспоминал позднее, что видел в Писареве свое «второе Я». Так начинается тот процесс, который С.Н. Булгаков называл «раскрещиванием Руси»: «С крещения Руси началась история России, христианское семя пало здесь на совершенно девственную почву, на невозделанную целину, с раскрещиванием начинается совсем новая эпоха истории. Чем же заменяется старая вера, какими правилами жизни, какими нормами? Мы знаем, что по этому поводу значится в интеллигентском катехизисе: Бентам, Маркс, Конт и Фейербах (в русской

переработке Лаврова или Михайловского) Штирнер».22 Именно антропологические идеалы, идеалы личности, и личности социально-активной, социально значимой начинают приходить у Писарева и Чернышевского на смену христианским идеалам: «Проповедь эгоизма у Писарева менее всего означала проповедь эгоизма, она означала протест против подавления индивидуализма общим, была неосознанным и плохо философски обоснованным персонализмом. Писарев хочет бороться за индивидуальность, за права личности, и тут у него есть что-то свое, оригинальное. .. К социальной теме он не равнодушен, но она отступает на второй план по сравнению с борьбой за личность, за умственную эмансипацию».23

Но что весьма интересно, мы находим в философии космизма, у того же К.Э. Циолковского, явные и непосредственные следы влияния на распространение идей индивидуализма и значения личности в истории со стороны западноевропейской философии. И здесь можно найти много интересного, явные параллели, например, во взглядах К.Э. Циолковского и представителей «философии жизни»: Ницше, Шопенгауэра и некоторых других современных ученому философов, хотя, скорее всего, это влияние носило опосредованный характер. Историки русской философской мысли отмечают, что: «Наиболее ярко увлечение Фейербахом сказалось на антропологизме Н.Г. Чернышевского . антропологическая точка зрения представляла лишь прикрытый материализм, выразившийся у Чернышевского в его учении о том, что в человеке лишь одна природа, что добро есть польза . наиболее талантливого истолкователя эти идеи нашли себе в лице Писарева. Материализм Писарева почерпнут не только из Фейербаха, но и из Бюхнера, Фохта и Молешотта».24

Именно труды Писарева и других наиболее ярких русских революционных демократов являлись основным источником знакомства К. Э. Циолковского с последними социально-философскими и антропологическими идеями Западной Европы. Укажем только на некоторые из них, наиболее близкие, по нашему мнению, ко взглядам К. Э. Циолковского в вопросе о роли и места гениальной личности в социальном прогрессе. В своей книге «Афоризмы и максимы», оценивая место выдающихся личностей в обществе и истории, А Шопенгауэр, в частности, замечал:

21 Циолковский К.Э. Любовь к самому себе или истинное себялюбие. Калуга, 1928. С.36.

22 Булгаков С.Н. Христианский социализм. Новосибирск: Наука, 1991. С.133.

23 Бердяев Н.А. Русская идея. Основные проблемы русской МЫСЛИ XIX века и начала XX века. 0 России и русской философской культуре. М: Наука,1990. С.161.

24 Радлов Э.Л. Очерк истории русской философии. Очерки истории русской философии. -Свердловск: Уральский университет, 1991. С. 112

«Что касается до великих умов, то вполне естественно, что эти истинные воспитатели всего человеческого рода имеют также мало склонности сходиться с остальными, как педагоги вмешиваться в игры шумящих вокруг них детей. Ибо они, пришедшие в мир, чтобы в море заблуждений направлять его к истине и из мрачной бездны грубости и пошлости вести его к свету, образованию и облагораживанию».25

Шопенгауэр определяет здесь выдающихся людей не иначе как «учителей рода человеческого», людей, ведущих мир к свету и благополучию это весьма близко к характеристикой гениев, данной К.Э. Циолковским: «Кто более мыслителей

благодетельствует человечеству?! Гуманисты поучают нас жить мирно между собою».26 При этом позиция Шопенгауэра по отношению к гениями человеческого рода все-таки остается достаточно уравновешенной. Он выделяет их, определяет их отличие от остальных людей, а, поэтому, и невольное стремление жить отдельно от других. Но, все-таки гении не наделены у него чертами абсолютного. Совершенно иначе звучит определение гения в произведениях Ф. Ницше, которого К. Э. Циолковский так же косвенно упоминает как мыслителя, повлиявшего на формирование его собственных взглядов. Особенно ярко гимн выдающемуся человеку, гимн гению звучит у Ницше в его знаменитом произведении «Так говорил Заратустра». Гений здесь, это «сверхчеловек», это смысл и центр устремлений людей низших, «соль земли», как сказано в Библии: «Даже мудрейший среди вас есть только разлад и помесь растения и призрака. смотрите, я учу вас о сверхчеловеке! Сверхчеловек - смысл земли. Пусть же ваша воля говорит: да будет сверхчеловек смыслом земли! . Поистине, человек - это грязный поток. Надо быть морем, чтобы принять в себя грязный поток и не сделаться нечистым. Смотрите, я учу вас о

27

сверхчеловеке: он - это море, где может потонуть ваше великое презрение». Ницше абсолютизирует, гипертрофирует гения, возводя его в ранг «сверхчеловека» в самом зловещем значении этого слова. Это «гений-полубог», способный разрушать и наказывать, уничтожать, если это необходимо для достижения цели. Таков ли гений у К.Э. Циолковского? На первый взгляд, не совсем, хотя, если задуматься, если посмотреть и рассмотреть сущность того, что должен сотворить гений, как руководитель человечества у К.Э. Циолковского, то не так уж и сильно будет это отличие. Гении К.Э. Циолковского поведут общество к уничтожению всего низкого, всего несовершенного, всего того, что мешает истинной, высшей, совершенной жизни, с точки зрения высшего же разума. Высшая, космическая этика руководит гениями. Этика, не доступная человеку обычному.

Здесь и демоническая притягательность подобного образа гения, но и ущербность, отталкивающая сторона подобной позиции. Ибо этику гения должны воспринимать (а не понять, не осмыслить, ведь она для них недоступна) все остальные, обычные люди, а те, кто не способен понять или воспринять ее будут постепенно (безболезненно, но неизбежно) уничтожены. Космос принадлежит высшим, совершенным существа, сверхлюдям. Именно в этом, как нам кажется, в их абсолютистском звучании, совпадают позиции К. Э. Циолковского и Ф Ницше.

Развивая свою антропологическую концепцию, К.Э. Циолковский так же ориентирует ее, поворачивает в сторону гения. Вся система идеального общества, согласно К.Э. Циолковскому, направлена на поиск и селекцию гениев, продвижение их к руководству обществом. Можно так сказать, что социальная и

25 Шопенгауэр А. Афоризмы и максимы. Л-д.: Ленинградский университет.1991. С.168.

26 Циолковский К. Э. Горе и гений. К. Э. Циолковский. Общественная организация человечества. Горе и гений. М.: МИП «Память», ИПЦ РАУ. 1992. С.24.

27 Ницше Ф. Так говорил Заратустра. Соч. в 2 т., т. 2. М.: «Мысль».1990. С.8-9.

антропологическая концепция у К.Э. Циолковского едины. Это единый взаимообусловленный комплекс связей: цель деятельности общества направлена на выявление гениальных личностей с целью обеспечить им управление обществом; гении обеспечивают существование и развитие общества на пути достижения счастья в рамках своего поселка, континента, планеты, галактики, космоса). Гении - ученые К.Э. Циолковского поведут общество к уничтожению всего низкого, всего несовершенного, всего того, что мешает истинной, высшей, совершенной жизни, с точки зрения высшего же разума. Высшая, космическая этика руководит гениями.

Этика, не доступная человеку обычному. Космос принадлежит высшим,

28

совершенным существа, сверхлюдям, сверхцивилизациям. Таков социальноантропологический идеал К. Э. Циолковского.

По нашему мнению, в центре интересов всей философии К.Э. Циолковского, безусловно, стоят человек, человеческое счастье. Не атом эфира, как таковой, интересовал К. Э. Циолковского, не счастье атома, а счастье каждого человека через счастье каждого атома. По мнению К.Э. Циолковского, атомы эфира существуют вечно, это некие абсолютные образования. Идея эфирного атома лежит в основе его этики космоса: если счастлив атом эфира, значит счастлив и человек, состоящий из этих атомов. Следовательно, задача разума - преобразовать весь космос, уничтожить в нем несовершенное (страдания) с тем, чтобы сделать счастливым именно человека, разум, как конечную нравственную цель. Его идеал, этический, антропологический

29

идеал, это счастливый человек, а не счастливый атом .

Таким образом, по нашему мнению, и философия и этика К.Э. Циолковского носит ярко выраженный антропологический характер. К.Э. Циолковский формулирует свой антропологический идеал в виде ученого-гения, познавшего тайны бытия и несущего эти знания миру, обществу. В формулировании антропологических идеалов для русского космизма характерным было признание центрального, лидирующего места в общественном прогрессе за выдающейся личностью (В.И. Вернадский), бого-человеком (В.С. Соловьев), гением-ученым (К.Э. Циолковский). Именно гении, по мнению К.Э. Циолковского, должны выдвигаться обществом, возглавлять его, и, реализуя свои открытия и изобретения, осуществляя свои философские и этические концепции, способствовать общественному прогрессу на пути к счастью. Интересы человека, счастье для каждого человека, безграничное развитие каждой личности, его нравственное совершенство, достижение личностью бессмертия (Н.Ф. Федоров), вот антропологический идеал русского космизма. Этот идеал носит ярко выраженный утопический характер, ибо признается достижимым и реализуемым в далеком будущем.30 Но это и своеобразный «проект», «план» достижения будущего. Он будет реализован (в виде космической деятельности у К. Э. Циолковского), или же уже реализуется другими высшими цивилизациями космоса.

В формулировании антропологического идеала «космической философии» для К.Э. Циолковского характерным было признание центрального, лидирующего места в общественном прогрессе за гением-ученым. Именно гении, по его мнению, должны выдвигаться обществом, возглавлять его, и, реализуя свои открытия и изобретения, осуществляя свои философские и этические концепции, способствовать

общественному прогрессу на пути к счастью. Более того, антропологические идеалы

28 Циолковский К.Э. Космическая философия. Архив ГМИК им.К.Э. Циолковского. ф.1. оп.1. ед.хр.164. - л.2.

29 Циолковский К.Э. Любовь к самому себе, или истинное себялюбие. Калуга, 1928. С.36.

30 Лыткин В.В. Социально-антропологические и философские проблемы русского космизма. Калуга: КГПУ им. К.Э. Циолковского, 2003. С. 175-188.

находились в центре философской и этической концепции ученого. Интересы человека, счастье для каждого человека, безграничное развитие каждой личности, достижение личностью бессмертия, вот антропологический идеал ученого. В своих антропологических построениях он эклектически опирается на идеи русских и зарубежных философов, необуддистскую традицию, революционно-демократическую традицию, немецкую философскую мысль, прежде всего, в лице «философии жизни». Всем этим он закладывает основы принципиально нового направления в философии -космической антропологии.

Список литературы

1. Бердяев Н.А. Русская идея. Основные проблемы русской МЫСЛИ XIX века и начала XX века. 0 России и русской философской культуре. - М: Наука, 1990.

2. Булгаков С.Н. В.С. Соловьев Н.Ф. Федорову (письмо начала 80-х годов). Соч. в 2-х т. Т.2. М., Правда, 1993.

3. Мапельман В.М. К.Э. Циолковский о будущем человечества. XXXV Чтения К.Э. Циолковского. Тезисы докладов. - М.: ИИЕиТ РАН, 2000.

4. Чаттерджи С., Датта Д. Индийская философия. «Селена», М., 1994. - 279с.

5. Циолковский К. Э. Горе и гений. К. Э. Циолковский. Общественная организация человечества. Горе и гений. - М.: МИП «Память», ИПЦ РАУ, 1992. - 32с.

6. Циолковский К.Э. Утописты. Архив РАН. Ф.555, оп.1, д.396, л.5-6.).

7. Голованов Л.В. К вопросу об идейных влияниях на К.Э. Циолковского. Труды II Чтений К.Э. Циолковского. Исследование научного творчества К.Э. Циолковского. - М: АН СССР, 1968.

8. Нижников С.А. Истоки научных и утопических элементов в миросозерцании К.Э. Циолковского. ХХХШ научные чтения К.Э. Циолковского. Тезисы докладов. - М.: ИИЕиТ РАН, 1998. - 232с.

9. Лесков Л.В. Феномен человека по Циолковскому. Труды ХХХ-ХХХ! Чтений К.Э.Циолковского. К.Э. Циолковский и философские проблемы освоения космоса. - М.: ИИЕиТ РАН, 1998. - с. 3-23.

10. Вернадский В.И. Письма Петруничеву И.И. Новый мир, 1989, № 12. - с.214.

11. Лосев А. Владимир Соловьев и его время. - М.: Прогресс, 1990. - 720 с.

12. Федоров Н.Ф. Философия общего дела. Т.1. Верный, 1906.

13. Циолковский К.Э. Моя жизнь. 14 октября 1932 г. Архив ГМИК им.К.Э. Циолковского. ф.1, оп.1, д.67. - л.1-55.

14. Радлов Э.Л. Очерк истории русской философии. Очерки истории русской философии. -Свердловск: Уральский университет, 1991. - 592с.

15. Лосский Н.О. История русской философии. - М: Высшая школа, 1991.- 559с.

16. Циолковский К.Э. Любовь к самому себе или истинное себялюбие. Калуга, 1928.

17. Булгаков С.Н. Христианский социализм. - Новосибирск: Наука, 1991. -350с.

18. Шопенгауэр А. Афоризмы и максимы. - Л-д.: Ленинградский университет,1991.

19. Ницше Ф. Так говорил Заратустра. Соч. в 2 т., т. 2. - М.: «Мысль»,1990. - 802с.

20. Циолковский К.Э. Космическая философия. Архив ГМИК им.К.Э. Циолковского. ф.1. оп.1. ед.хр.164. лл.1-8.

21. Лыткин В.В. Социально - антропологические и философские проблемы русского космизма. -Калуга: КГПУ им.К.Э. Циолковского, 2003. - 196с.

THE SPACE ANTHROPOLOGY BASES AT KONSTANTIN TSIOLKOVSKY WORKS AS A VARIANT OF “THE PHILOSOPHY OF LIFE”

V.V. Lytkin

Kaluga state university by K.E.Tsiolkovsky e-mail: lytkin@kaluga.ru

This article is describes a problem of the personality influence on the history of civilization in the creative heritage of the most outstanding representatives of Russian cosmism. The author finds that their views were formed under the influence of Russian Revolutionary-Democratic thought, German classical philosophy, “philosophy of life”, Russian religious-philosophical tradition. There socio-philosophical and socio-anthropological ideas were the character of socio-anthropological project, as were achievable and implementable in the distant future, or were already implemented of other higher civilizations of space.

Keywords: Russian cosmism, ideals, socio-anthropological project, the role of the individual in history, “the philosophy of life“.