Владимир Путин встретился с потомками писателей

21 ноября

О месте и дате Всероссийского литературного собрания его потенциальные участники поначалу узнавали чуть ли не под секретом. Выступивший застрельщиком всей затеи советник президента России и директор музея "Ясная Поляна" Владимир Ильич Толстой некоторых приглашал на личную встречу, некоторым звонил сам, на наименее выдающихся напускал единомышленников — но в любом случае речь шла о том, что, вы же понимаете, литература как институция, включая преподавание в школе и состояние библиотек, переживает не лучшие времена — и давайте же об этом поговорим.

То, что это будет эдакая вампука с Путиным и потомками писателей в президиуме (в разосланных накануне события уведомлениях приглашающими числились "Достоевский, Лермонтов, Шолохов, Пастернак, Толстой"), стало известно позже. И с этого момента главным вопросом для имеющей отношение к литературе общественности оппозиционного толка (а это, не будем скрывать, большинство из тех, кто вообще считается) стал не "что обсуждать?", а "идти или не идти?". То есть опять же "коллаборировать или не коллаборировать?".

Рассуждения по этому поводу ожидаемо превратились во всеобщую перепалку (вот Акунин заявил, что не может "находиться поблизости от правителя, просто даже в одном с ним помещении, пока в стране есть политзаключенные", да как это он смеет ставить себя на такой моральный пьедестал?! И тому подобное).

В итоге "главные писатели" вроде того же Акунина, Сорокина и Улицкой на собрание не явились, но в зал Университета дружбы народов все равно набилось пятьсот человек. Не станем здесь пересказывать макабрно-карикатурные выступления писательских наследников и прочую знаменательную чушь, которая там происходила: это уже не однажды сделано. По настоящему показательного там, кажется, было вот что.

Те, кто пришел туда, чтобы сказать Путину правду в глаза — задать ему вопрос что о "болотниках", что о школьном образовании,— смогли беспрепятственно это сделать. И Путин смог беспрепятственно и отработанно им ответить ровно так, как он хочет и как ему надо.

В ситуации всеобщего отношения к Путину как к высшей силе (неважно — доброй или злой, но высшей) подобный диалог с ним — вещь по определению проигрышная. И, как следствие, если возможность какой-то основательной "коллаборации" еще можно как-то обсуждать, то реакция на события такого типа, кажется, может быть только одна. Неглект и игнор. Игнор и неглект.

Весь 2013 / январь / февраль / март / апрель / май / июнь / июль / август / сентябрь / октябрь / ноябрь / декабрь