97. 01. 030-032. Экономические реформы в странах ближнего зарубежья: в Украине, в Белоруссии и Эстонии (сводный реферат)

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК

ИНСТИТУТ НАУЧНОЙ информации ПО ОБЩЕСТВЕННЫМ НАУКАМ

СОЦИАЛЬНЫЕ И ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ И ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА

РЕФЕРАТИВНЫЙ ЖУРНАЛ СЕРИЯ 2

ЭКОНОМИКА

1

издается с 1972 г.

выходит 4 раза в год

индекс РЖ 2

индекс серии 2.2

рефераты 97.01.001 -97.01.097

МОСКВА 1997

внутреннего финансирования, то непередаваемые права на доход, обусловленные фактом занятости на предприятии, также ведут к неэффективности уровня финансирования.

Таким образом, результаты деятельности хозяйственных организаций в большей мере зависят от преобладающих прав собственности и договорного права, на основе которого они функционируют, чем от неоклассической производственной функции и уровня технологии, считает автор. Преобладающие права собственности определяют тип добровольного соглашения между участниками предприятия, а договорное право, будучи средством осуществления обмена правами, связывает их с экономическими результатами. С учетом этой реальности большинству правительств стран Восточной Европы, особенно бывших республик СССР и Югославии, еще предстоит разработать действенный метод выбора среди различных форм предприятий. Перед ними два пути. Первый -создание правового пространства, которое позволит сделать свободный выбор организационных форм на основе равенства всех форм собственности, уточнить права на основе свободы договорных отношений, получить достоверную информацию о стоимости ресурсов и предоставить их собственникам стимулы к поиску наиболее выгодных решений, поощрить распространение типов предприятий, доказавших свою эффективность. Другой путь -указывать разрешенные формы предприятий, следуя собственным предпочтениям, советам домашних и зарубежных консультантов, давлению иностранных политиков и бизнесменов.

И.Г.Минервин

97.01.030-032. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ РЕФОРМЫ В СТРАНАХ БЛИЖНЕГО ЗАРУБЕЖЬЯ: В УКРАИНЕ, В БЕЛОРУССИИ И ЭСТОНИИ (Сводный реферат).

1. СЕКАРЕВ А. Экономическая реформа в Украине //Вопр. экономики - М., 1996. - № 5. - С.62-77.

2. АФАНАСЬЕВ М., Экономика Белоруссии: состояние и

перспективы // Вопр. экономики. - М., 1996. - С.78-88.

3. ЛИУХТО К. Развитие предпринимательства в Эстонии // Вопр. экономики. - М., 1996. - № 5. - С.89-98.

9-1234

В статьях анализируются результаты экономических реформ, осуществляемых в странах ближнего зарубежья (Украина, Белоруссия, Эстония).

А.Секарев, сотрудник Института Восточной Европы (Мюнхен, Германия), отмечает, что радикальная экономическая реформа на Украине началась значительно позже, чем в других странах, - лишь в

1994 г. в результате победы Л.Кучмы на президентских выборах (1). Радикальный подход к стратегии реформ был выбран в результате катастрофического положения в хозяйстве Украины в 1993 г. (гиперинфляция) и начале 1994 г. (спад промышленного производства на 35% в первом квартале). Кроме того, из-за бездействия прежней администрации к неблагоприятным условиям добавились такие, как быстрый рост внешнего долга и общая "запущенность” социальной и производственной сфер.

В этих условиях руководство страны принимает радикальную программу социально-экономических преобразований, исходным пунктом которой являютея краткосрочные мероприятия по достижению макроэкономической стабилизации, многие из которых уже выполнены. Наряду с этим большое внимание уделяется системным преобразованиям - реформе отношений собственности, созданию динамичной конкурентной среды, развитию рыночных институтов, а также мерам по социальной защите наименее обеспеченных слоев населения.

Неотъемлемой частью теории рыночной трансформации являются стабильность политической системы и общественное согласие по поводу содержания и темпов преобразований. Лишь в июне 1995 г. в результате подписания конституционного договора с парламентом Л.Кучма не только “примирил” органы власти, но и обеспечил условия для укрепления идеи украинской государственности в сознании всего населения.

Руководству страны для осуществления реформ впервые удалось привлечь помощь международных финансовых организаций: средства, выделяемые Международным валютным фондом (МВФ) для системной трансформации (STF), и кредит стэндбай (stand by) общим объемом около 1,5 млрд. долл. (1, с. 65). Однако невыполнение запланированных показателей финансовой стабилизации отодвигает перспективу заключения следующего соглашения с МВФ о кредите ’’расширенного фонда” стабилизации

(ЕБЕ), которое обычно следует за успешным выполнением проектов ЗТИ и стэндбай.

Комплекс мер в области макроэкономической стабилизации позволил существенно, снизить уровень инфляции и сократить бюджетный дефицит. В течение 1995 г. годовой индекс инфляции составил 181,6%, а среднемесячный - 6,6% (1, с.66). Был спланирован “потолок” бюджетного дефицита через фиксирование объема денежной базы и кредитов Национального банка. В целом за 1995 г. бюджетный дефицит составил 7,6% ВВП, слегка превысив запланированный уровень - 1% ВВП (1, с.66). Однако этот показатель сильно колебался от месяца к месяцу. Нестабильность фискальных показателей, обусловленная сезонными факторами, свидетельствует о необходимости выработки в рамках бюджетной политики определенного механизма накопления, не допускающего резких скачков расходов. Коррективы надо внести и в формирование доходной части бюджета, поскольку налоговая система по-прежнему является пассивным инструментом перераспределения средств по заранее известной схеме. Следует переориентировать базу налогообложения на реальные доходы хозяйствующих субъектов, например, на суммы фактически расходуемые предприятиями и частными лицами на производительное и конечное потребление.

Фискальная стабилизация на Украине во многом зависит от способности правительства держать под контролем два фактора: расходы на закупку урожая и дотирование тарифов на коммунальные услуги и цен на энергоносители для домашнего хозяйства. В 1995 г. государство впервые отказалось от закупки урожая в полном объеме, ограничив объем госконтракта 10 млн. т зерна (1/3 всего урожая). Сбыт продукции осуществлялся в основном через аграрные биржи. Хотя под давлением аграрного лобби правительству пришлось уступить и выделить значительные суммы для заполнения государственного зернового фонда, тем не менее важный шаг по реформе экономических отношений в аграрном секторе был осуществлен.

Существенной антиинфляционной мерой является сокращение бюджетного дотирования потребительских цен на энергоносители и тарифов на коммунальные услуги. Однако провести такие меры на практике чрезвычайно трудно. В течение

1995 г. правительству Украины не удалось поэтапно поднять цены и

тарифы в коммунальном секторе до 80% их себестоимости, как предусматривалось стабилизационной программой, поэтому экономия энергоносителей, которую надеялись получить в результате повышения цен, оказалась незначительной. Не удалось добиться главного - преодолеть тенденцию к расточительности при индивидуальном потреблении энергоресурсов.

Известный риск для макростабилизации заключается в росте взаимной задолженности предприятий (ВЗП). По существу, пишет автор, проблема неплатежей связана, скорее, с системой хозяйственных мотиваций, чем с системой финансирования. Реальная, т.е. скорректированная на индекс оптовых цен, задолженность в течение последнего года имеет тенденцию к снижению. Постепенно выходят из кризиса неплатежей банки: удельный вес просроченных долгов предприятий банкам в общем объеме ВЗП неуклонно падает. По мнению автора, решить проблему можно лишь методом “материализации” долгов, когда предприятие отвечало бы по обязательствам своим имуществом, но для этого необходимо продолжить реформу отношений собственности и структурную перестройку предприятий.

Приватизация на Украине началась практически только в 1994 г. Стабилизационная программа упростила процедуры приватизации. Важными явились два новшества: передача прав государственной собственности от отраслевых министерств Фонду госимущества в отношении больших и средних предприятий, подлежащих корпоратизации, а также положение о том, что в малой приватизации смена формы собственности объектов может происходить только путем аукционов или продаж по конкурсу.

Если к концу 1994 г., по данным Всемирного банка, было приватизировано 8909 малых и 2694 средних и крупных предприятий, то на начало 1996 г. число приватизированных объектов резко возросло: до 22002 и 5815 соответственно (1, с.69). По официальной статистике, в промышленности на негосударственный сектор приходится более половины предприятий, которые производят свыше 40% общего объема продукции (1, с.69). Выражая сомнение в достоверности официальной статистики, автор отмечает, что несмотря на усиление приватизационной активности, практические результаты этого процесса пока невелики.

В свете системной реформы неоднозначна роль финансовопромышленных групп (ФПГ), создаваемых для предотвращения разрушения производственных систем. Несмотря на все достоинства ФПГ, пишет автор, их создание станет препятствием для формирования полноценной предпринимательской среды,

поскольку ФПГ займут монопольное положение в своих отраслях. Их создание является возрождением прежних производственных объединений-гигантов и приводит к ошибочному размещению капитала и спаду эффективности во всем промышленном комплексе.

Вопреки ожиданиям в 1995 г. в материальном производстве не произошло принципиальных изменений. Спад ВВП и

промышленного производства продолжался, хотя и более

умеренными темпами: реальный ВВП сократился в 1995 г. на 11,8%

по сравнению с предыдущим годом, промышленное производство уменьшилось на 11,5% (1, с.71-72).

В 1996 г. должно произойти резкое замедление темпов спада и стабилизация главных показателей развития материальной сферы. Процесс структурной перестройки на Украине сдерживался инвестиционным застоем. Объем инвестиций в 1994 г. сократился на 25%, в 1995 г. темпы падения _этого показателя несколько ускорились. Со всей остротой встал вопрос о создании условий для перехода к новому инвестиционному механизму при сохранении финансовой стабильности.

Спад объемов инвестиций и капитального строительства сопровождается неблагоприятными изменениями в структуре украинской промышленности: растет удельный вес сырьевых отраслей, снижается доля машиностроения, легкой и пищевой промышленности. Все это свидетельствует о необходимости последовательного проведения системной реформы, направленной на формирование жизнеспособного предпринимательства в передовых подотраслях и видах производства.

Показатель безработицы на Украине, по официальным данным, невысок - 0,6% трудоспособного населения, такой

показатель в сочетании с глубоким спадом производства свидетельствует о постоянном снижении производительности труда и росте скрытой безработицы.

Автор отмечает некоторые достижения Украины в области внешней торговли: в 1995 г. совокупный экспорт возрос на 18,5% по

отношению к предыдущему году, а импорт - на 16,9%, дефицит торгового баланса с Россией сократился с 3,4 млрд. долл. в 1994 г. до 2,6 млрд. долл. в 1995 г., отмечается устойчивая переориентация внешней торговли на западные рынки (1, с.75). В настоящее время страна стоит перед необходимостью наращивания экспортного потенциала и создания экспортоориентированной экономики.

В заключение автор отмечает, что при условии продолжения проводимой сегодня политики и достижения реальных сдвигов в приватизации Украина уже в текущем году может стабилизировать материальное производство.

Заместитель руководителя Рабочего центра экономических реформ при правительстве России М.Афанасьев исследует состояние и перспективы развития экономики Белоруссии (2). Правительство Белоруссии, начавшее проведение реформ в 1993 г., стремится проводить их по более мягкому сценарию, чем в России, в результате чего курс экономических преобразований отличается нестабильностью. *•

Темпы приватизации невысоки, что не способствует возникновению предпосылок к структурной перестройке экономики. К настоящему моменту приватизировано около 20% промышленных предприятий (2, с.78).

Большим достоинством белорусской программы приватизации является то, что она позволяет предприятиям привлекать инвесторов, включая иностранных, которые могут стать совладельцами предприятий. Это способствует платежеспособному спросу на денационализируемое имущество, притоку на предприятия денежных средств, новых технологий и оборудования.

В Белоруссии расположено много предприятий военно-промышленного комплекса бывшего СССР и ей предстоит провести их масштабную конверсию. Хотя в настоящий момент продукция белорусских предприятий еще конкурентоспособна, ее требуется постоянно совершенствовать. Необходимо также

демонополизировать систему торговли посредством разукрупнения торговых организаций для создания конкуренции в этой сфере.

Обостряется положение в сфере занятости: количество

безработных на конец 1995 г. составляло 2,7% экономически активного населения. Хотя такой уровень безработицы не слишком высокий, Белоруссия может повторить путь России с длительным

наращиванием скрытой безработицы, постепенно перерастающей в открытую.

До весны 1995 г. инфляция в Белоруссии превышала российскую. Рост цен в 1995 г. существенно замедлился - с 38,6% в январе до 3,9% в декабре. Этого удалось достичь, в частности, сильным сжатием денежной массы, что привело к росту задолженности в экономике, увеличению числа убыточных предприятий и падению промышленного производства.

До недавнего времени Национальный банк Белоруссии (НББ) помогал неблагополучным предприятиям, выдавая дешевые кредиты и субсидируя таким образом экономику. В 1995 г. НББ резко сократил предоставление кредитов, что привело к снижению инфляции до уровня 3,2% в месяц (2, с.81). В период между маем и октябрем 1995 г. НББ уменьшил предложение денег на 20%, реальные процентные ставки находились на уровне 10-20% годовых, т.е. были явно завышены.

Дезинфляция в Белоруссии может быть сравнена с экономической ситуацией в России летом 1994 г., когда инфляция была снижена до 4% в месяц, но во втором полугодии она резко возросла и привела к “черному вторнику”.

Важнейшим условием становления самостоятельной финансовой системы страны является развитие независимых коммерческих банков, максимизирующих прибыль. Государство должно контролировать их деятельность, но банки должны быть свободны в принятии хозяйственных решений. В этой связи, пишет автор, вызывают тревогу недавние решения правительства по слиянию коммерческих банков, переводу депозитов государства и предприятий в один банк, навязыванию банкам функций по выдаче кредитов на выплату заработной платы. По мнению автора, в Белоруссии следует поднять процентную ставку до российского уровня, кроме того, МВФ рекомендует повысить уровень обязательных резервов до 12%. Проблемы нехватки ликвидности коммерческих банков следует решать путем их рефинансирования, механизмом которого должны стать кредитные аукционы НББ. Все дополнительные кредиты нужно предоставлять по ставке не ниже установленной на аукционе.

В первой половине 1996 г. в Белоруссии был введен валютный “коридор” в границах 11300-13000 бел. руб. за 1 долл. Автор считает,

что при нынешнем финансовом состоянии республики данные границы не могут сохраняться на основе применения чисто экономических методов.

НББ поддерживает стабильность номинального обменного курса белорусского рубля, несмотря на отрицательное сальдо торгового баланса и сокращение валютных резервов. Это достигается, в частности, путем ограничения допуска коммерческих банков на валютный рынок. Государство усиливает свое вмешательство в политику валютного курса: в апреле 1996 г. Межбанковская валютная биржа, бывшая акционерным обществом, была национализирована и передана НББ, ожидается национализация шести крупнейших белорусских банков. Автор отмечает, что это будет означать подрыв доверия партнеров к состоятельности белорусской денежной системы.

В настоящее время дефицит государственного бюджета не является источником инфляции в Белоруссии и контролируется правительством. Основным^ задачами на 1996 г. являются: стабилизация реального ВВП, бюджетный дефицит в размере 3,5% ВВП, среднемесячная инфляция на уровне 2,5% (2, с.83).

Основное отличие бюджета Белоруссии на 1996 г. от российского состоит в том, что белорусское правительство вынуждено финансировать дефицит либо с помощью внешних займов, либо используя кредиты НББ, последние будут способствовать росту инфляции, но пока дефицит остается на запланированном уровне, их влияние на инфляцию окажется ничтожным. Снижение расходов бюджета идет по следующим направлениям: ограничение темпов роста заработной платы темпом инфляции с индексацией два раза в год; постепенное сокращение субсидирования экономики; прекращение выдачи

правительственных гарантий по внешним займам государственных предприятий.

Промышленность Белоруссии традиционно во многом зависит от торговли. В январе-июле 1995 г. экспорт в страны СНГ составил 33,4% ВВП, в страны дальнего зарубежья - 20,1%, импорт соответственно 45,1 и 15,6% ВВП (2, с.85). Торговый баланс со странами СНГ сводится с дефицитом, со странами дальнего зарубежья - с суфицитом. Крупнейшим торговым партнером Белоруссии в СНГ является Россия. В настоящее время Белоруссия

испытывает трудности с продажей в России товаров своего традиционного экспорта. Частично это объясняется чрезмерно завышенным курсом белорусского рубля по отношению к российскому, частично - снижением спроса на эти товары в России.

По мнению автора, реальная цена белорусского рубля по отношению к доллару США завышена почти на 60% (2, с.85). Поскольку НББ поддерживает стабильный курс национальной валюты к доллару, ему приходится продавать свои резервы. Выходом из создавшегося положения является девальвация белорусского рубля, однако, пишет автор, трудно сказать, решит ли она структурную проблему нехватки иностранной валюты в Белоруссии, а также пойдет ли на этот шаг правительство.

В целом, полагает автор, основная проблема белорусской экономики заключается в недостаточной последовательности политики реформ. Эксперты МВФ выражают серьезную озабоченность следующими вопросами: политикой обменного курса и интервенциями НББ; непоследовательностью проводимой денежно-кредитной политики и ухудшением ситуации в банковском секторе; излишней оптимистичностью прогноза доходов государственного бюджета на 1996 неполным урегулированием значительной задолженности перед Россией, а также несогласованностью порядка осуществления текущих платежей за газ; медленными темпами приватизации.

К.Лиухто, научный сотрудник Высшей школы экономики и бизнесу (Турку, Финляндия), исследует развитие предпринимательства в Эстонии (3). Сохранение духа свободного предпринимательства в течение всего периода пребывания в составе СССР привело к тому, что в начале 90-х годов, когда были приняты законы об акционерных обществах, в Эстонии началась настоящая регистрационная “горячка”: к 1992 г. количество

зарегистрированных предприятий превысило 35 тыс., а к концу 1995 г. достигло 93 тыс. (3, с.91).

Однако в начале 1995 г. реально действовало лишь 25 тыс. предприятий. Слабостью эстонского предпринимательства являются незначительные размеры уставного капитала частных предприятий: у 60% зарегистрированных в 1994 г. предприятий средний размер уставного фонда не превышал 625 нем. марок (3, с.91). 80% вновь созданных предприятий насчитывало не более 5 работников и только

10-1234

4% - более 100 (3, с.91). При этом за последние три года число крупных предприятий уменьшилось примерно на 30%, что привело к сокращению рабочих мест на 164 тыс. (3, с.92).

Большую роль в предпринимательском секторе Эстонии играют иностранные инвестиции, позволившие ускорить процесс восстановления промышленного производства, расширить ассортимент конкурентоспособной продукции, укрепить сферу услуг. На начало 1995 г. иностранные предприятия составляли около 15% общего числа частных фирм. 45% всех иностранных инвестиций приходится на Швецию и Финляндию (3, с.93).

Анализ отраслевой структуры предпринимательского сектора Эстонии показывает, что 40% всех частных предприятий сосредоточено в торговле, в промышленности их доля несколько превышает 10%, что дает основание говорить о достаточно прогрессивной структуре частного сектора. Вопреки оптимистическим прогнозам снизилась предпринимательская активность в сфере гостиничного обслуживания, общественного питания, операций с недвижимостью.

Несмотря на довольно низкую конкурентоспособность эстонской продукции на рынках Западной Европы, эстонское национальное предпринимательство имеет ярко выраженную европейскую направленность. Наиболее целесообразным для Эстонии является развитие таких отраслей, как электронная, пищевая и текстильная. Но поскольку ЕС проводит особенно жесткую протекционистскую политику в двух последних отраслях, в Эстонию могут быть переведены лишь отдельные, наиболее трудоемкие производственные процессы.

Размещение в Эстонии западных предприятий будет стимулировать развитие торговых отношений с ЕС. Значительная часть эстонского экспорта по-прежнему будет приходиться на Скандинавские страны, третьим торговым партнером, доля которого быстро растет и уже превышает 7%, является Германия. Однако в будущем эстонские предприятия могут столкнуться с растущей конкуренцией со стороны Латвии и Литвы, структура экспорта которых аналогична эстонской.

Эстония заинтересована также в развитии сотрудничества с Россией, откуда она может получать сырье, кроме того, она может предложить посреднические транспортные услуги между Россией и

Западной Европой. В случае политической и экономической нестабильности в России, пишет автор, Эстония может переориентироваться на сырьевые поставки из Украины и Польши.

В настоящее время лишь 5% эстонских предприятий обладает конкурентоспособностью на мировых рынках (3, с.97). Несмотря на ожидаемый абсолютный рост частного сектора Эстонии, 1/3 его по-прежнему будут составлять малые предприятия. Поскольку частный сектор Эстонии развивается быстрее, чем в других бывших советских республиках, он оказывает существенное влияние на экономику сопредельных районов: Ленинградскую область, Латвию, Литву, Белоруссию и Украину. Кроме того, опережающее развитие предпринимательства в Эстонии по сравнению с другими постсоветскими государствами может не только позитивно сказаться на рынке товаров и капиталов бывших советских республик, но и послужить основой для разработки наиболее оптимальных экономических программ переходного периода.

Н.Н.Иванова

97.01.033. БОЖОВИЧ Г. "СЕРАЯ" ЭКОНОМИКА И ХОЗЯЙСТВЕННАЯ СИСТЕМА. -

BOZOVIC G. Siva ekonomija i sisnem // Industrija. - Beograd, 1995. - N

4. - S.59-66.

Югославская специалистка в области статистики рассматривает взаимосвязь между функционированием хозяйственной системы Югославии и развитием "серой" экономики.

Поскольку функционирование хозяйственной системы обусловлено ее институциональной структурой, указывает автор, экономическая деятельность также институционализована или формализована (формальный сектор экономики). Неформальный сектор экономики можно определить как "совокупность видов экономической деятельности, осуществляемых вне институционализированных экономических структур" (с.59). На определенной ступени развития рынка, общественного разделения труда и специализации лишь небольшая часть экономической деятельности осуществляется вне рынка, т.е. вне формально определенных условий хозяйствования. К неформальным видам деятельности автор относит: 1) ведение членами семьи домашнего ю*