Права интеллектуальной собственности и концепция общественного достояния

Карцхия Александр Амиранович

профессор, г.Москва e-mail: arhz50@mail.ru

Права интеллектуальной собственности и концепция общественного достояния

Рассматриваются современные концепции прав интеллектуальной собственности в российском и зарубежном законодательстве, анализируются концептуальные подходы к правовому режиму охраны и защиты прав интеллектуальной собственности, проблемы стимулирования развития современного законодательства в сфере интеллектуальной собственности с точки зрения теории общественного достояния. Реалии сегодняшнего дня требуют обновления концептуальных подходов к правовому режиму охраны и защиты прав интеллектуальной собственности, и это в значительной степени должно найти свое отражение в национальном законодательстве и международно-правовых актах в сфере интеллектуальной собственности.

Ключевые слова: интеллектуальная собственность, концепции прав интеллектуальной собственности, общественное достояние, осуществление исключительных прав.

Современные потребности развивающегося мира, глобальные политические и социальные процессы оказывают определяющее воздействие на формирование тенденций развития правовых систем и отдельных правовых институтов. Сфера интеллектуальной собственности, защиты интеллектуальных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации товаров, работ услуг и юридических лиц не осталась в стороне от глобальных процессов.

С повышением экономического значения интеллектуальной собственности во второй половине XX века повысился интерес и к теоретическим разработкам в сфере прав интеллектуальной собственности. Основная тенденция правовой охраны интеллектуальной собственности направлена на усиление защиты прав интеллектуальной собственности с использованием проприетарной модели, максимального привлечения юридического инструментария, используемого для защиты имущественных прав на нематериальные объекты. Но эта тенденция сталкивается с необходимостью решения двух важных проблем, возникающих практически

во всех сферах охраны интеллектуальной собственности (в авторском и патентном праве, праве на товарные знаки, ноу-хау и др.), а именно: проблемы доступности новых, а также жизненно важных технологий и других инноваци й для всех и прежде всего развивающихся стран (стран с переходной экономикой) и проблемы общественного достояния (public domain).

Исключительное право, являющееся важной составляющей комплекса интеллектуальных прав (ст.1226 ГК РФ) наряду с личными неимущественными правами и иными правами авторов и новаторов, представляет собой ограниченную правовую монополию на использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Означает ли наличие такого монопольного права у его правообладателя (например, владельца патента или товарного знака, лицензиата по исключительной лицензии) обладание монополией в имущественном, экономическом обороте. Насколько существенно может быть воздействие правообладателя исключительного права на техническое и интеллектуальное развитие, общее состояние конкуренции в экономике? Ответы на

эти вопросы связаны не только с определением правового режима для каждого вида охраноспособных результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации и иных особенностей правового регулирования в сфере интеллектуальной собственности. Определяющее значение могут иметь концептуальные подходы в отношении механизма правового регулирования в этой сфере.

Концептуальные основы доктрины интеллектуальной собственности в российском праве

В настоящее время в российском праве в части четвертой ГК РФ, как отмечает

А.Л.Маковский, используется единая концепция - концепция исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации товаров, работ, услуг, предприятий и юридических лиц,- отображающая общую природу правовых институтов в сфере интеллектуальной собственности и построенная на базе гражданско-правовой «единой юридической конструкции, применительно к которой определены взаимоотношения участников гражданского, связанные с результатами интеллектуальной деятельности и средствами индивидуализации» [1].

Российская цивилистика в процессе развития отечественного гражданского законодательства различных исторических периодов последовательно отстаивала концептуальную линию на самостоятельный характер прав на результаты творческой, интеллектуальной деятельности человека (автора), принципиально отличающихся от права собственности и иных вещных прав, а также от обязательственных прав. В свое время

Е.А.Флейшиц писала в отношении проприетарной конструкцией прав на нематериальные объекты, что эта конструкция была не чем иным, как «метафорическим декорированием» новых прав, «престижем собственности» [2].

В противовес проприетарной конструкции концепция исключительных прав принципиально различает правовой режим материальных вещей и правовой режим нематериальных объектов (художественных и промышленных произведений). В отличие от права собственности, которое в принципе бессрочно и не подвержено каким-либо территориальным ограничениям, права авторов и изобретателей ограничены во времени и в пространстве; исключительные пра-

ва защищаются с помощью правовых способов, не относящихся к числу вещно-правовых способов защиты; право на творческий результат тесно связано с личностью его создателя. Само же использование в законодательстве термина «интеллектуальная собственность» является условным и своего рода данью исторической традиции [3].

Поддерживая эту точку зрения, Е.А. Суханов замечает, что само понятие «интеллектуальная собственность», не имея какого-либо общепризнанного четкого определения ни в законодательстве, ни в доктрине, является «дважды условным»: оно не только не имеет никакого отношения к собственности, но и касается отнюдь не только результатов интеллектуальной деятельности в прямом смысле, но средств индивидуализации, а также запретов недобросовестной конкуренции [4].

Сформировавшееся в течение столетий психологическое восприятие священного и неприкосновенного права собственности, по замечанию И.А.Зенина [5], способствовало стремлению творческой интеллигенции использовать по аналогии инструменты вещно-правовой защиты своих прав. В то же время, сторонники проприетарной концепции интеллектуальной собственности, «пытались подключить к сравнительно новому правовому институту гражданского права - «интеллектуальному праву» освещенные традицией схемы вещно-правовой защиты» [6].

Тем не менее ряд ученых-цивилистов [7] полагают, что понимание российским законодателем интеллектуальной собственности как самих результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации «расходится с традиционной для мировой практики трактовкой интеллектуальной собственности» и противоречит ст. 44 Конституции РФ, положениям международных конвенций в сфере интеллектуальной собственности, включая п. VIII ст. 2 Конвенции об учреждении Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС) от 14 июля 1967 г., в которой указывается, что интеллектуальная собственность включает права, относящиеся к литературным, художественным и научным произведениям, изобретениям, товарным знакам и иным объектам.

Критикуя концепцию «интеллектуальных прав», В.П. Мозолин замечает, что «концепция об интеллектуальных правах, лежащая в основе «Общих положений» разд. VII ГК РФ, значительно отличается как от концепции права интеллектуальной собственности, выдвинутой

французскими философами-просветителями, так и от концепции исключительных прав, используемой в настоящее время в законодательстве многих стран мира, а также в международных конвенциях об интеллектуальной собственности. В целом она характеризуется своей противоречивостью, научно-практической несостоятельностью и принижением роли и значения личных неимущественных прав в системе российского законодательства, посвященного охране прав авторов (создателей) на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации» [8] .

Концепции интеллектуальной собственности в зарубежном праве

В зарубежной правовой литературе [9] интеллектуальная собственность характеризуется как определенная форма выражения нематериальных образов, имеющих стоимостную оценку (нематериальные активы) и способных воплощаться и воспроизводиться в материальных носителях (объектах). Формы выражения таких нематериальных образов могут быть различны, например: словесные образы, символы, генные сегменты, настройки в компьютере, физические структуры, процессы, цвета и звуки. В то же время, традиционное понятие «интеллектуальная собственность», по мнению большинства исследователей, недостаточно точно отражает его смысл. Из этого определения вытекает, что существует некая вещь, которой можно владеть. Интеллектуальная собственность, признанию многих ученых, - лишь концептуальная конструкция для определения нематериальных продуктов - нематериальной собственности («intangible property»). Например, доктринальное толкование термина право на товарный знак означает не право на вещь, называемую «товарный знак», а скорее установление права на защиту условного обозначения от мошенничества. Или авторское право (copyright) может рассматриваться как правовой механизм, предоставляющий автору защиту его произведения и возможность продавать копии своего произведения по разным ценам. Понятие «интеллектуальная собственность» достаточно широкое, которое применимо к нематериальным ценностям. Но не всякая нематериальная ценность является интеллектуальной собственностью.

Для интеллектуальной собственности важен не столько нематериальный характер объек-

та, сколько то, что он создан творческим, интеллектуальным (нематериальным) трудом человека. Хотя не всегда это характерно, например, для товарного знака, поскольку его владелец не всегда является его создателем. Или предоставление авторско-правовой (sui generis) защиты базам данных, которые являются продуктом больше физического, чем интеллектуального труда. Использование «интеллектуального» компонента при создании объектов, обладающих определенной ценностью, заключается либо в методах создания продукта либо в способах использования этого продукта. Например, ценность воды как субстанции возрастает, если создан напиток для питья или иного употребления в пищу [10].

Интеллектуальная собственность доктринально включает в себя, в частности, авторские права, права на патенты, торговые марки, коммерческую тайну, так называемые «моральные права», права на топологии интегральных микросхем, права на промышленный дизайн, права на новые сорта растений и селекции, права на гласность, права на базу данных, а также прав от незаконного присвоения.

Для определения правовой природы интеллектуальной собственности современные зарубежные исследователи указывают несколько характерных особенностей. Например, Wendy J. Gordon выделяет пять основных характеристик: вид объекта - нематериальные образы как результаты творческой деятельности человека; природа ограниченных прав на нематериальный объект и соответствующие средства его правовой защиты (remedies); определение критериев предоставления имущественных или иных прав на нематериальный объект; конкретные преимущества и привилегии, пределы осуществления и защиты прав на нематериальный объект; способы перехода прав и возможность передачи этих прав и привилегий [11].

Интеллектуальная собственность («intel-lectual property») рассматриваются современными зарубежными учеными [12] как нематериальный актив в отличие от материальной собственности на вещь, так же как и «права интеллектуальной собственности» («intellectual property rights» или «IPRs») определяются как права на нематериальные объекты, полученные в результате творческого труда индивидуума (знания, идеи) в отличие от права собственности вещь (права материальные). В этом смысле часто употребляется понятие «права интеллектуальной собственности» («intellectual property

rights»), под которыми подразумеваются авторские и смежные права («copyright»), патентные права («patent rights»), права дизайна («design rights»), права на товарные знаки («trademark rights»), ноу-хау («trade secrets rights») и др. Права собственности, связанное с физическим владением вещью, принципиально отличается от владения нематериальной сущностью, каким является результат творческой деятельности, нематериальный объект и проявляется в его неотчуждаемости («inalienability»). Тем не менее, западное законодательство и суды часто экстраполируют принципы правового регулирования права собственности на права интеллектуальной собственности, подразумевая, что передача этих прав и распоряжение ими осуществляется как правами частной собственности» («private property rights»). В этом отношении достаточно распространена теория монопольного права («monopoly right»), подразумевающая, что правообладатель объекта прав интеллектуальной собственности посредством ограниченной монополии может получать соответствующий доход или преимущества для стимулирования авторов (создателей) к творческой деятельности в своих интересах и интересах других людей, общества от использования таких творческих результатов.

Современные теоретические воззрения зарубежных исследователей по вопросам интеллектуальной собственности формируются в двух основных направлениях: европейское (страны континентального права) и англо-американское (страны общего права). Для европейских доктрин интеллектуальной собственности характерен исторически сложившийся подход на основе теории естественных прав человека. В странах англо-американской системы общего права (common law) преобладает подход с позиции теории утилитаризма, в основе которого лежат концепция утилитаризма, разработанная Дж. Бентамом (Jeremy Bentham), Д. Миллом (John S. Mill), а также А. Пигу (A. Pigou). С точки зрения классификации можно выделить следующие основные теоретические направления: утилитаризм, трудовая теория, теория личности и теория социального планирования [13].

Большую популярность приобрела теория утилитаризма, построенная на максимальном укреплении прав собственности в интересах всего общества. Применительно к правам интеллектуальной собственности такой теоретический подход означает выбор оптимального правового режима для охраны и защиты исключительных

прав на авторские произведения, изобретения и другие результаты творческой деятельности. Оптимальность правового режима, устанавливаемого нормами права, должно с одной стороны стимулировать творческую активности авторов и изобретателей, а с другой удовлетворять общественную потребность в общедоступности накопленных творчески активной частью человеческого сообщества знаний и умений для общего научно-технического развития, образования, накопления знаний.

Соблюдение баланса, как отмечает

В.Фишер (William Fisher), подразумевает установление в законе соответствующего объема и содержания исключительных прав на творческие результаты, обеспечивающих стимулы к инновациям и устанавливающих ограничения для их широкого и неограниченного распространения и использования [14].

Вся система права интеллектуальной собственности, по мнению В. Ландейса (William Landes) и Р.Познера (Richard Posner) [15], нацелена на содействие экономической эффективности, минимизации затрат и обеспечения твор-цов-новаторов стимулами для создания новых, перспективных разработок и технических результатов. Предоставление авторам и изобретателям на ограниченный законом период времени исключительного права на созданные ими произведения или изобретения, ограничивающего доступа к таким результатам обеспечивает экономическую эффективность и стимулирование инновационного процесса, создание и применение авторских произведений, новых технических решений. При этом потребительский спрос на новые разработки и новую продукцию с их применением определит цену и потребность в инновациях и одновременно позволит компенсировать авторам и изобретателям затраты на создание таких инноваций.

Аналогичные аргументы выдвигаются и в отношении прав на товарные знаки (и знаки обслуживания). Использование известного и заслужившего доверие потребителя товарного знака (бренда), по общему мнению, используемого для маркировки продукции, также стимулирует его правообладателя к постоянному выпуску товаров (оказание услуг) высокого качества как инструмента в конкурентной борьбе на рынке. Товарный знак используется не только как инструмент в борьбе за предпочтения потребителя, но и выполняет информационную функцию. Потребитель делает свой выбор среди множества товаров и услуг, ориентируясь на знакомые товарные знаки,

информирующие его о конкретных качественных характеристиках того или иного товара (услуги). В то же время, товарный знак может нанести вред общественным интересам при его первичном выводе на рынок для нарушения конкуренции с известными товарными знаками. В этом смысле товарный знак должен отвечать и на практике, как правило, отвечает общественной пользе и интересам потребителя [16].

Теория труда исходит из теории Дж.Лока (Johne Locke), основанной на естественном праве собственности автора на созданные его трудом объекты (включая результаты творческого интеллектуального труда), источником которых служат ресурсы общих знаний (in common) и еще неоткрытых закономерностей, которые в равной степени доступны каждому члену общества. Гарантируя право собственности, государство обязано признавать такие достижения интеллектуального труда и обеспечивать их защиту.

Впоследствии эта концепция получила развитие в теории адекватной справедливости («an adequate theory of justice»), основанной на равном доступе каждого к имеющимся общим источникам интеллектуального труда, позволяющем создать одно и то же произведение (иной результат труда) различными авторами. Это применимо в авторском праве, но не используется в патентном праве, т.к. признание и защита прав на результат творческого труда (изобретение) возможно только для изобретателя, который первым обратился за получением патента, даже если изобретение создано независимо несколькими изобретателями.

Концепция права интеллектуальной собственности, основанная на теории личности, зиждется на философских воззрениях Гегеля и Канта, убежденных в том, что право частной собственности имеет решающее значение для удовлетворения фундаментальных потребностей человека. С этой точки зрения существование прав интеллектуальной собственности может быть оправдано на том основании, что эти права защищают авторов от присвоения или изменения их творческих произведений, в которых авторы и художники выражают свои личностные ощущения. И вместе с тем права интеллектуальной собственности создают социальные и экономические условия, способствующие творческой интеллектуальной деятельности, которая, в свою очередь, является важной для человеческого процветания [17].

Основываясь на гегелевской философии права, Джастин Хьюз (Justin Hughes) [18], на-

пример, выводит следующие основные принципы надлежащего построения системы интеллектуальной собственности. Во-первых, предпочтение в правовой защите плодов творческого интеллектуального труда человека должно отдаваться более выразительным произведениям (роман, музыка), чем менее выразительным, таким как генетические исследования. Во-вторых, каждый человек как личность имеет общественный «имидж» (включая физические особенности, манеры, личную историю) и поэтому заслуживает щедрой правовой защиты, хотя сам по себе он не является обычно результатом труда. В-третьих, авторам и изобретателям должно быть позволено заработать уважение, честь, восхищение и, наконец, деньги за счет продажи или копирования своих работ. Но автор может отказаться от своего права запрещать другим лицам изменять или присваивать свои произведения.

Последняя из четырех концепций формируется на основе предположения, что права собственности в целом, и права интеллектуальной собственности, в частности, могут и должны быть сформированы таким образом, чтобы способствовать достижению справедливого и привлекательного общества с его высокой культурой. Сторонники этой концепции [19] обычно черпают свои воззрения из эклектической совокупности политических и правовых воззрений большого числа теорий, в том числе Т.Джефферсона, раннего К.Маркса, правовых реалистов, сторонников (древних и современных) классической республики. Этот подход схож с концепцией утилитаризма в его телеологической ориентации, но его отличает более многообразное понимание общества, в отличие от понятия «социальных благ» (social welfare), которым оперируют приверженцы теории утилитаризма.

В настоящее время существует множество научных точек зрения на теоретическую основу прав интеллектуальной собственности, учитывая новые реалии современного мира и разнообразие новых интеллектуальных продуктов творческого труда человека в самых различных областях, особенно в связи с бурным развитием информационно-коммуникационных технологий, интернета, генной инженерии и биотехнологий фармацевтики. Современные реальности ставят и новые актуальные проблемы, связанные с эффективностью защиты прав интеллектуальной собственности и формирования правового режима охраны различных инноваций

(авторских произведений, патентоспособных объектов, программ для ЭВМ и др.) при условии соблюдения рационального баланса интересов правообладателей и общества, доступности результатов новых разработок и технических решений в интересах научно-технического, социального и общекультурного развития общества.

В частности, Neil W. Netanel [20] критикует устаревший, по его мнению, подход к авторскому праву (copyright) как праву частной собственности, который трактует несанкционированное использование авторских произведений как акт «пиратства» и воровства. Целью должно стать сокращение объема правомочий в авторском праве для установления более эффективного и сбалансированного режима авторских прав. В частности, предлагается сократить срок действия исключительного авторского права (copyright) для увеличения возможностей использования авторских произведений, перешедших в общественное достояние («public domain»), в ракурсе их более широкого творческого использования любым лицом. Контроль авторов за производными произведениями также должен быть сокращен, обеспечив больше доступа к авторским произведениям применительно к их использованию в тех же целях. И наконец, система обязательной (принудительной) выдачи лицензий на использование авторских произведений должна применяться значительно чаще для соблюдения баланса интересов авторов и потребителей результатов авторского творчества.

Интересно отметить, что Верховный Суд США в своей практике [21], исходя из трактовки авторских произведений или патентов как собственности, а исключительного права на них как имущественного права, тем не менее неоднократно констатировал, что авторские права, являясь частной собственностью или «монопольными привилегиями», предназначенными для мотивации творческой деятельности и получения вознаграждения за творческий труд, ограничены по свое природе и в конечном итоге должны служить общественному благу. Как отмечает

Н. Нетаниел [22], в судебной практике США, по-прежнему, широко применяется идентичная (за некоторыми исключениями) правовая трактовка интеллектуальной собственности и вещного права собственности, основанная на федеральных законах. Более того, исходя из того, что имущественное авторское право (сopyright) создает экономическую ценность (стоимость) в оригинальном выражении, формирующую су-

щественную часть экономики, существует тенденция к оценке исключительного имущественного авторского права как полноценного вещного права, права собственности.

В современном мире, охваченном глобализацией, контрагенты стремятся получить максимальную защиту своих прав, включая права интеллектуальной собственности. По мнению зарубежных авторов [23], при установлении авторско-правового или патентного режима охраны и защиты творческих результатов и инноваций последовательно должны учитываться не только сбалансированность соотношения правовой монополии в форме исключительного права и общественных интересов, но и стимулирование творческой активности первоначальных новаторов (авторов и изобретателей) и их последователей в развитии новых идей и инноваций. Такого баланса не всегда можно достичь, определив раз и навсегда рамки правового регулирования и установив тот или иной правовой режим охраны результатов интеллектуальной деятельности в нормах закона. В этом смысле существенна роль суда в адекватной и сбалансированной охране прав интеллектуальной собственности в системе общего права (common law), принципиальную основу которого составляют судебные решения, использующие в отсутствии применимой нормы закона предыдущие судебные акты по вопросам права собственности, деликта или договорного права.

Для либералов, в лице Richard A. Epstein [24], права интеллектуальной собственности проникнуты духом классических либеральных ценностей. Незыблемость института частной собственности, по его мнению, должна проявляться как в отношении прав на вещи и иное имущество, так и в отношении интеллектуальных прав. Недопустима практика ограничения прав интеллектуальной собственности, например, в части установления судебных запретов, ограничивающих права интеллектуальной собственности в авторском и патентном праве при выдаче принудительных лицензий на использование исключительного права, что равносильно конфискации имущества. Независимо от того, что авторские и патентные права ограничены законом своим действием во времени, возможно, тем не менее, равнозначное применение правовой конструкции права собственности как к материальным, так и к нематериальным объектам. Только таким образом можно обеспечить не только интересы правообладателей интеллектуальной собственности, но стабильность частной

собственности. Негативные же эффекты от применения исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности могли бы быть компенсированы снижением цены использования авторских или патентных прав при заключении лицензионных договоров.

Интересна позиция Й.Шумпетера (Joseph Alois Schumpeter) [25] в отношении интеллектуальной собственности. Основываясь на неоклассической теории, он анализирует статическую модель экономики, где все параметры производства, обмена, распределения и потребления остаются неизменными, называет это хозяйственным (экономическим) оборотом. В статической модели хозяйственного оборота все доходы равны затратам, а ценность продукта производства равна ценности использованных факторов производства, подчиняясь закону альтернативных издержек. Он выделял факторы, которые изменяют равновесие рыночной системы и придают динамику в развитии экономики. Такими факторами производства являются, с его точки зрения, нововведения или, используя современную терминологию, - инновации. Инновации проявляются в различных формах, а именно: создание нового продукта, использование новой технологии производства; использование новой организации производства; открытие новых рынков сбыта и источников сырья, - и формируются в процессе предпринимательской деятельности. Основным звеном в инновационном развитии является предприниматель, который, преодолевая технологические и финансовые трудности, разноплановые риски, осваивает новые пути получения прибыли и новые комбинации факторов производства. Ключевым качеством предпринимателя является стремление к инновациям. Предпринимательская деятельность служит основой экономического развития, которое не может существовать без постоянных изменений в технике и технологии производства, освоения новых рынков и реорганизации рыночных структур.

Постоянные инновации в процессе экономической деятельности лежат в основе динамической модели экономического развития Шумпетера. Он ввел понятия «эффективной конкуренции» и «эффективной монополии». Связь предпринимательства и инноваций создают конкуренцию нового типа в отличие от ценовой конкуренции. Инновации как стержень конкуренции открывают возможность изменять не только технологию и продукцию, но и оказывают влияние на структуру спроса, условия

формирования издержек и цен. Конкуренцию на базе инноваций, стимулирующих получение прибыли за счет преимуществ в издержках производства и качестве самого продукта, Шумпетер назвал «эффективной конкуренцией». Он концептуально обосновал наличие инновационной монополии, отличающейся монополии, которая основывается на особых правах и привилегиях собственности на ограниченные ресурсы или дефицитные блага. Монополия, которая формируется в условиях активной конкуренции на базе инноваций и представляет собой следствие нововведений, была названа Шумпетером эффективной монополией. Монопольная прибыль, получаемая новатором на основе исключительных прав, является стимулом и вознаграждением за инновации. И в то же время монопольная прибыль - явление преходящее для той или иной компании, так как исчезает под действием того же механизма конкуренции, которому обязана своим существованием монополия, то есть вследствие конкретных нововведений.

Развитие теоретических взглядов на права интеллектуальной собственности происходило, как отмечают ряд исследователей [26], в 80-х годах XX века на основе неоклассических экономических взглядов Чикагской школы экономики и современной теории, обосновывающей проеприетарный подход к авторскому праву, сочетающийся с полным контролем автора над своим произведением по аналогии с правом собственности. Отмечая нематериальный характер объектов, на которые предоставляются права интеллектуальной собственности (авторские права, патентные права, права на товарные знаки, права на базы данных и компьютерные программы, права на топологии интегральных микросхем, права на ноу-хау и др.), созданных интеллектуальным трудом конкретной личности, сторонники проеприетарной теории рассматривают права интеллектуальной собственности как правовую конструкцию, закрепляющую право собственности на конкретные результаты творческой деятельности в форме авторских произведений, изобретений, ноу-хау и т.д. Предоставляемые законом права на такие результаты обеспечивают защиту имущественного авторского права (copyright) или сходную с ним (sui generis) защиту.

В настоящее время сохраняется доминирование проприетарного подхода к определению правовой природы имущественных исключительных прав для защиты нематериальных про-

дуктов - результатов интеллектуальной деятельности. При таком подходе овеществленные результаты интеллектуальной деятельности (авторские произведения, изобретения и т.д.) приобретают товарную стоимость и становятся товаром. Это логически склоняет к выводу

о трактовке прав интеллектуальной собственности (исключительных имущественных прав) как разновидности прав собственности, вещных прав. Однако собственность (как присвоение вещи) автоматически не появляется при создании продукта, имеющего товарную стоимость [27]. Частное присвоение стоимости в виде интеллектуального продукта может угрожать созданию социально значимой стоимости [28].

Права интеллектуальной собственности как стимул развития

С точки зрения теории стимулов, предоставление исключительных прав на авторские произведения, изобретения, товарные знаки и другие объекты интеллектуальной собственности (правовая монополия на использование результатов интеллектуальной деятельности) стимулирует инновационное развитие, способствует креативной активности авторов, изобретателей, создателей новых интеллектуальных продуктов [29]. В отсутствие законодательного закрепления исключительного права на охраноспособные результаты интеллектуальной деятельности, которые обеспечивают правообладателям получение дохода от применения инноваций и компенсацию инвестированных в новые исследования и разработки финансовых средств, материальных и трудовых ресурсов, приведет к сокращению предложения новой высокотехнологичной продукции, минимизирует стимулы к созданию новаторских решений и передовых результатов интеллектуальной деятельности.

Существует несколько теорий на базе постулата применения системы патентования для стимулирования инноваций и изобретательства, обосновывающих необходимость предоставления патентовладельцу исключительного права использования патента. Достаточно подробно об этом пишет В.Гордон (Wendy J. Gordon) [30]. Теория стимулирования изобретательской деятельности (the incentive to invent theory) исходит из того, что без выдачи патента и предоставления на его основе защиты патентных прав изобретатель не имеет заинтересованности в существенных инвестициях в изобретательскую

деятельность. Но изобретательская деятельность может потребовать больших материальных и трудовых вложений в процессе ее осуществления и регистрации заявки на патент при невысоких доходах от реализации патента. При этом могут рассматриваться иные стимулирующие такую деятельность инструменты: финансовые субсидии, налоговые льготы, которые могут быть более эффективными чем система патентования изобретений. Другая теория, теория договора (disclose theory) или «теория сделки», постулирует, что обладатель патента в обмен на раскрытие сути своего изобретения при патентовании, получает от государства исключительное право на его эксплуатацию. При этом раскрытие сути изобретения во многих правовых патентных системах государств происходит в сроки от

1 года до 3 лет с момента подачи заявки на патент. Эта теория предполагает, что без патентной защиты новатор может получить доходы, скрыв свое новое изобретение, которое необходимо для практического применения. Хотя далеко не всегда это применимо, скажем для патентования объектов дизайна. Кроме того, раскрытие сути патентованного объекта не всегда означает действительное раскрытие. Для изобретателя стимулом к обнародованию своего инновационного решения может являться уже общественное признание его изобретения или иные моральные стимулы, не в меньшей степени, чем денежное вознаграждение. Теория обходных разработок (design around theory) предполагает, что патент стимулирует создание более прогрессивных инноваций, которые могут быть получены не нарушая существующий патент, в обход запатентованных изобретений и иных технических решений. В этом случае стимулируется создание нового более производительного, или дешевого, или обладающего существенно новыми качествами или снижающего побочные негативные эффекты поколения продукта или способа, объекта дизайна и др. Теория перспективы (prospect theory) сосредотачивается на стимулировании не столько самого процесса инноваций или инвестированию в инновации, сколько на рациональном и широком использовании результата инновации, его коммерциализации, который может организовать владелец патента. Выдача патента стимулирует венчурный капитал, рекламодателей, разработчиков и продавцов новой продукции к активному применению запатентованного решения, кроме того, патентование избавить патентовладельца от опасений нелегального копирования и использования его инно-

вации и вынудит получать патент для продажи или предоставления лицензии.

Однако, необходимо учесть, что большие финансовые, интеллектуальные и материальные затраты в процессе исследований, разработок и патентовании инноваций, приводят к поиску других, альтернативных патенту (исключительному праву) способам стимулирования [31]. К ним можно отнести финансовые субсидии, гранты, налоговые льготы, репутационные поощрения и другие факторы, которые могут быть значительно менее затратными (по срокам и размерам финансовых вложений) нежели громоздкий и дорогой механизм патентной системы. В США, к примеру, средний срок патентования изобретения составляет 3 года с даты подачи заявки до выдачи патента. В то же время, увеличение числа патентуемых изобретений, повышение накала конкурентной борьбы приводит в большинстве случаев не к созданию кардинально новых технологий или устройств, а к росту числа технических улучшений или модификаций уже существующих и запатентованных технических решений. В этом может скрываться стремление правообладателей патентов к получению максимального дохода, поскольку инновационный продукт нового поколения может быть дешевле, проще и технологичнее. В этом случае патентная монополия уже не стимулирует научно-техническое развитие, а служит тормозом. Эта тенденция проявляется, скажем, в виде так называемых «патентных чащ», блокирующих техническое развитие в том или ином сегменте производства или рынка.

Вместе с тем, существует и противоположная точка зрения. Либеральная теория Ф. Хайе-ка (Friedrich Hayek) [32], Нобелевского лауреата по экономике (1974г.), исходит из того, что сам свободный рынок, общая конкурентная среда создает стимулы к инновационному развитию, а предоставление законом даже на ограниченное время исключительных прав отдельным личностям или группам, включая исключительные права на патенты, авторские произведения, или иные результаты интеллектуальной деятельности, установление привилегированного положения, какой-либо иной монополии могут служить серьезным препятствием в развитии знаний и поиске новых решений.

Один из лидеров Чикагской школы экономики Фрэнк Найт (Frank Knight) видел поощрение предпринимательства в качестве главного принципа предпринимательской экономики. По

мнению Ф.Найта [33], изобретения и технические усовершенствования иных видов, являются они патентоспособными или нет, на самом деле являются частной собственностью в соответствии с законами современных промышленно развитых стран (по крайней мере для целей экономического анализа), причем до тех пор, пока создатель инновации в состоянии получать доход от этой инновации сверх того вознаграждения, которые получают производители от введения инновации в экономический оборот.

Все три автора (Шумпетер, Хайек, Найт) видели в динамичном процессе принятия рисковых решений, предпринимательстве и инновациях главную силу свободного рынка и понимали, что это явление выходит за рамки технологических достижений, которые могли бы быть получены в тиши кабинетов. Инновация рассматривается как широкая, охватывающая все формы риска и предпринимательства деятельность, от новых технологий для организации нового бизнеса до детальных повседневных бизнес-решений.

В противоположность теории частно-правовой монополии на объекты интеллектуальной собственности взгляды некоторых современных исследователей [34], основанные на концепции всеобщего достояния («commons»), исходят из того, что культурные и природные ресурсы должны быть доступны всем членам общества, включая такие природные ресурсы как воздух, вода, леса, земля, которые принадлежат всем и не могут находиться в частной собственности. К числу всеобщего достояния относятся, в том числе, интеллектуальные достижения («intellectual commons»), т.е. результаты творческой деятельности в различных сферах интеллектуального труда человека: литература, живопись, музыка, телевидение и радио, информация и программные продукты, культурное наследие.

Определяя права интеллектуальной собственности как частные (исключительные) права, обладающие определенной ценностью и вкладом в общественное развитие (значением для общества), нельзя, тем не менее, отвергать их значения как всеобщего достояния.

В этом отношении примечательна концепция «глобальных общественных благ» («gtobal public goods»), предполагающая свободный доступ каждого к результатам творческого труда и их принадлежность всему международному сообществу как непременное условие развития всего человечества.

По мнению ряда зарубежных исследователей [35], право интеллектуальной собственности представляет собой совокупность прав, защищаемых нормами писанного права, законодательными актами (statute), норм деликтного права (tort law) или норм общего права (equity law). Право интеллектуальной собственности формируется из трех частей. Первая - патенты на изобретений и конфиденциальная информация (trade secrets), защищаемая нормами закона, не допускающими их использование третьими лицами. Вторая - авторские права (copyright), дизайн и моральные права, защищающие формы выражения авторских идей та часть которых относится больше к публичному интересу. И третья включает нормы о защите деловой репутации или имиджа с помощью норм о деликте и регистрации товарного знака. Коммерческая эксплуатация творческой идеи как продукта, процесса, услуги или публичное представление авторского произведения влечет определенной компенсации, репутации и возможной прибыли. Если же успех идеи сомнителен - это повлечет финансовые риски. Есть риск от незаконного использования (имитации, что подрывает коммерческую или творческую репутацию автора-создателя, если образец незаконно использует товарный знак или качественные характеристики произведения, содержащий объект IP), который защищается нормами права. Общепринятой правовой концепцией являются исключительные имущественные права (exclusive proprietary rights).

Как отмечается сторонниками этой теории, интеллектуальная собственность (intellectual property) в то же время выступает как разновидность собственности: она может переходить в порядке правопреемства, использоваться по лицензионным договорам, передаваться в залог и наследоваться. Обладатели прав интеллектуальной собственности (intellectual property rights owners) имеют естественное право (natural right) на созданный ими творческий результат (creation) и право на получение вознаграждения. Общество также имеет право на доступ и использование интеллектуальной собственности, особенно если это является передовым с точки зрения образования, технологических достижений, медицинских новаций как всеобщее достояние (public domain). Потребители имеют право на поддержание справедливой конкуренции. Невозможно дать общее понятие прав интеллектуальной собственности, поскольку право интеллектуальной собственности представляет собой целый пакет разнообразных прав (bundle

of rights), направленных на соблюдение баланса конкурирующих интересов применительно к различным объектам IP. В большинстве своем право интеллектуальной собственности - это писаные нормы права (законы). Патент - это монополия предоставляемая государственным патентным ведомством на патентоспособное изобретение на определенный срок, патент также предоставляет защиту правообладателю от независимого изобретателя, который создал, обладает или использует такое же изобретение. Моральные права (право на авторство, право на имя, на неприкосновенность произведения, неправомерного использования) защищают автора от ненадлежащего использования авторского произведения другими лицами. Право неприкосновенности частной жизни (right to privacy) при создании, например, фотографии или фильма для частного и личного пользования. Моральные права обеспечиваются при защите авторского права (copyright) и связаны с ним. Поскольку защита прав интеллектуальной собственности осуществляется на основе ном законодательных актов, общее право выработало две формы защиты этих прав: деликтная защита от нарушения прав (tort of passing off) и защита по праву справедливости при нарушении конфиденциальности (например, ноу-хау) [36].

Поскольку одной из целей глобальной торговли является свободное перемещение товаров, компаний, услуг и капитала, дальнейшая экономическая интеграция стран, так же как и поддержание справедливой конкуренции, требует баланса исключительных прав и монопольных прав интеллектуальной собственности с принципами свободной торговли. Права интеллектуальной собственности, законодательно установленные конкретным национальным законодательством, имеют территориальный характер по своей природе. Интеллектуальные монопольные права, фактически обеспечивая защиту интересов правообладателей от конкуренции посредством несанкционированного копирования, а также исключительные права, запрещающие использование продукта или процесса всем третьим лицам, могут служить препятствием открытой конкуренции и свободной торговле. Более того, обладая правовой защитой в одной стране, права интеллектуальной собственности могут нарушать аналогичные права на объекты интеллектуальной собственности при перемещении в другую страну, трансграничной торговле товарами или услугами. Ограничение исключительных прав, основанное на принципе ис-

черпания прав, позволяет решить эту проблему и применяется во всех национальных правовых системах.

Государственное стимулирование творческой деятельности и инноваций

Государственное стимулирование творческой деятельности и инноваций имеет особо важное значение, также как и государственная политика в сфере прав интеллектуальной собственности.

Государственное регулирование отношений в сфере интеллектуальной собственности, предусмотренное в ст. 1246 ГК РФ, предполагает издание нормативных правовых актов в целях регулирования отношений в сфере интеллектуальной собственности, связанных с объектами авторских и смежных прав, изобретениями, полезными моделями, промышленными образцами, программами для ЭВМ, базами данных, топологиями интегральных микросхем, товарными знаками и знаками обслуживания, наименованиями мест происхождения товаров, осуществляют уполномоченные федеральные органы исполнительной власти. Основные направления научно-технической политики в РФ изложены в Федеральном законе от 23.08.1996 № 127-ФЗ «О науке и государственной научнотехнической политике» (ред. от 03.12.2012).

В зарубежном законодательстве также определяется государственная политика в сфере инноваций. К примеру, детально определена государственная политика США (гл. 35 § 200 US Code) в отношении технических инноваций. В положениях закона указывается, что политика и цели Конгресса США сосредоточены: на использовании патентной системы для содействия использованию изобретений, полученных при федеральной поддержке результате исследований или разработок; поощрении максимально широкого участия предприятий малого бизнеса в проводимых федеральных исследований и разработок; содействие сотрудничеству коммерческих предприятий и некоммерческих организаций, включая университеты; использовании созданных некоммерческими организациями и предприятиями малого бизнеса изобретений в целях развития свободной конкуренции и предпринимательства без чрезмерного усложнения перспективных исследований и открытий; содействии коммерциализации и доступности для об-

щественности созданных в Соединенные Штаты изобретений силами национальной промышленности и трудом новаторов; предоставлении правительством необходимых и достаточных прав в случаях федеральной поддержки изобретений в целях удовлетворения потребностей правительства и защиты общественных интересов от неиспользования или ненадлежащего использования изобретений, а также минимизации расходов на управление в области патентной системы.

В дополнении к этому предусмотрены преференции для национальной промышленности США (35 U.S.C. 204). Установлено, что правообладатели предоставляют любому лицу исключительное право использования или продажи изобретения (инновации) только в случае согласия этого лица на производство продукции, включающей такую инновацию, и если производство будет осуществляться преимущественного в США. В §207 гл. 35 US Code определены права правительства при распоряжении такими разработками достаточно конкретно.

Ежегодно Правительство США финансирует более 60 млрд. долларов в фундаментальные и прикладные исследования. Большая часть этой суммы сосредотачивается в 11 федеральных агентствах и ведомствах, в частности, в Национальном институте здоровья (NIH), Национальном научном фонде (NSF), Министерстве энергетики, Министерстве обороны, Министерстве образования, Министерстве торговли, Министерстве сельского хозяйства, NASA и др.

Результаты этих исследований в виде значительного числа статей публикуется каждый год. Примерно 90 000 работ ежегодно публикуются только NIH. В целях развития науки и техники, обеспечения доступа к результатам исследований и разработок в феврале 2013 года в Конгресс США четырьмя сенаторами внесен законопроект Fair Access to Science and Technology Research Act (FASTR) [37] - «Справедливый доступ к научным и технологическим исследованиям». Законопроект преследует цель обеспечить свободный доступ в Интернете к разработкам и отчетам по финансируемых государством научным исследованиям в интересах всеобщего блага и стимулирования национальной науки.

Проблема формирования и использования общественного достояния (public domain) и баланса монополии исключительных прав интеллектуальной собственности приобретает новое звучание в связи с публикацией Швейцарским Федеральным Институтом Технологий (Swiss Federal Institute of Technology (ETH, Zurich) ре-

зультатов исследования роли международных транснациональных корпораций [38].

Инфраструктура государственной поддержки инновационной деятельности проявляется не только в прямом финансировании НИОКР за счет бюджетных средств, но и в субсидировании инновационной деятельности, создании специальной инфраструктуры (инновационные центры, многофункциональные центры и т.д.), предоставлении налоговых льгот для выполнения НИОКР (особенно в отношении малого бизнеса), стимулирование формирования рынка венчурных инвестиций в инновации, создание государственных фондов и иных структур. В России создана Российская венчурная компания и на начало 2013 года в России действует 22 региональных венчурных фонда инвестиций в малые предприятия в научно-технической сфере, созданных в 2006-2013 годах Минэкономразвития РФ совместно с администрациями регионов, общим объёмом 8,9 млрд руб. Представители РВК входят в попечительские советы этих фондов, создана госкорпорация Роснано, принят Федеральный закон от 28.11.2011 N 335-ф3 «Об инвестиционном товариществе» [39].

Венчурная индустрия в США, возникшая в конце 50-х годов ХХ века с принятием закона об инвестиционном финансировании малого бизнеса ^ВГС), узаконившего частные инвестиционные фонды по финансированию и участию в управлении малым и средним бизнесом, привела к созданию Национальной ассоциации венчурного капитала, осуществляющей не только лоббирование интересов венчурной индустрии, но и выработку корпоративных стандартов для работы венчурных фондов, в компетенцию которых входит поиск перспективных компаний на рынке высоких технологий, участие в их уставном капитале и обеспечение их роста и развития с целью последующей выгодной продажи своей доли акций [40].

В рамках Всемирной торговой организации, объединившей 157 стран мира, были сформулированы универсальные базовые положения системы прав интеллектуальной собственности, которая наделила правообладателей авторских прав, патентных прав, прав на товарные знаки и другие объекты ограниченными исключительными правами, которые может предоставить экономика рынка (ограниченная монополия). Эти права осуществляется в правоприменительной и судебной практике в национальных правовых системах судов, а также в реализации Соглашений ВТО по торговым аспектам прав интеллек-

туальной собственности (ТРИПС). Соглашение ТРИПС, призванное уменьшить нетарифное регулирование и торговые барьеры, вытекающие из различных национальных режимов охраны и защиты прав интеллектуальной собственности, стимулировало страны-члены ВТО принять минимальный уровень защиты прав интеллектуальной собственности. Тем не менее, многие аналитики опасаются, что эта система мешает глобальному технологическому прогрессу. В одном из исследований Федерального резерва США отмечалось, что патенты в своем действии очень похожи на торговые ограничения, поскольку они препятствуют свободному выходу конкурентов на национальные рынки, снижая тем самым развитие производственного потенциала и замедление экономического роста [41].

По мнению ряда исследователей [42], система прав интеллектуальной собственности может препятствовать государству предоставлять общественные блага, такие, как образование, доступные лекарства и внедрения сельскохозяйственных инноваций. Развивающиеся страны вынуждены тратить свои ограниченные средства на принудительную защиту прав интеллектуальной собственности вместо того, чтобы инвестировать в собственные инновации, и не в состоянии получать выгоду от коммерциализации своих знаний и естественных ресурсов, которые получили патентную защиту в промышленно развитых странах. В результате крепнет убеждение в том, что система прав интеллектуальной собственности противоречит интересам развивающихся стран.

Подвергается критике существующая система защиты прав интеллектуальной собственности и в развитых странах. Некоторые аналитики считают, что эта система не подходит для компьютерных программных продуктов и средств обеспечения, других быстро меняющихся технологий, и может может привести к информационной олигополий для получения ренты на национальном уровне. Например, в США торговое законодательство позволяет компаниям блокировать импорт для защиты патентов. Кроме того, многие заявители полагают, что получение патента является дорогостоящей и отнимающей много времени процедурой, часто сопровождающейся длительными судебными разбирательствами. Система защиты авторских прав не соответствует реальности человеческого поведения в интернете. Люди хотят обмениваться информацией, новостями, музыкой, фильмами, но в соответствии с действую-

щим международным правом (также как и многими национальными законами) такой обмен часто считается пиратством. Во всем мире растет число сторонников (граждан и компаний) изменения законов, которые запрещают или ограничивают обмен информации в Интернете. Директор Всемирной организации интеллектуальной собственности публично признал, что система защиты прав интеллектуальной собственности теряет уважение и общественное признание, а пиратство достигло «угрожающих размеров».

Некоторые страны, включая Великобританию и Новую Зеландию, пересматривают свои подходы к правам интеллектуальной собственности. Европейский Союз находится в процессе реформирования защиты авторских прав в интернете. Американский экономист Кейт Мазкш предложил создать Всемирной Организации интеллектуальной собственности всеобъемлющую базу данных всех существующих патентов и связать эту информацию с разработками и научными исследованиями. Создание такой базы данных расширит доступа к информации и снизит издержки поиска для изобретателей. Для облегчения обработки потока информации в Интернете, он призывает к заключению многостороннего международного соглашения для предоставления права передачи цифрового контента интернет-провайдерам. Единые лицензионные сборы могут привлечь больше пользователей и генерировать больше доходов для создателей интернет-контента [43]. Кроме того, он призвал к глобальному соглашению по науке и технике для облегчения открытого взаимного доступа к результатам научных исследований. Это базовое соглашение по науке и технике может дополнить соглашения в рамках ВТО обеспечить защиту информации в области передовых технологий (кибербезопасность) и определить различные уровни открытого доступа к такой информации, включая традиционные ограничения для защиты национальной безопасности и общественной морали. При этом большая часть финансируемых государством фундаментальных исследований может быть использована как общественное достояние для поощрения передачи знаний и распространения инноваций [44]. Некоторые участники глобального рынка, такие как крупные киностудии и фармацевтические фирмы, обычно выступают против такого подхода, но и они вынуждены признать, что нынешняя система защиты интеллектуальных прав неэффективна. Сосредоточив свое внимание на правоприменительной практике и увеличении штрафных санк-

ции против «пиратов», и они признают невысокую эффективность современной защиты прав интеллектуальной собственности, что особенно ярко проявилось в период мирового финансового кризиса.

Современные цифровые технологии и глобальные информационные сети, совершившие настоящую революцию в сфере накопления и обмена информацией, потребовали изменения установившихся принципов защиты интеллектуальной собственности, которая создавалась в совершенно иной технологической среде. Глобальная интернет-среда и развитие информационно-коммуникационных технологий требуют новых концептуальных оценок для международного регулирования интеллектуальной деятельности в Интернете. Исходя из этого, Президент России в преддверии саммита G20 2013 года обратился к лидерам государств-членов группы с новой концепцией использования и охраны результатов интеллектуальной деятельности в Интернете, выдвинув в ноябре 2011 года ряд предложений [45]. Новые концептуальные подходы предложены в целях определения пределов законного использования результатов интеллектуальной деятельности и пользователей Интернета, расширения возможностей правообладателей по управлению и осуществлению прав на результаты интеллектуальной деятельности в сети Интернет; оптимизации способа получения согласия правообладателя; контроля за соблюдением авторских и смежных прав в сети Интернет, информационных посредников, а также для разработки правового документа для осуществления и защиты правообладателей результатов интеллектуальной деятельности в сети Интернет.

Предлагаемые решения должны создать новые правовые, экономические и технологические механизмы, которые будут отвечать интересам всех Интернет-пользователей, правообладателей, информационных посредников, других участников глобальной сети, а также обеспечить защиту прав интеллектуальной собственности, их надлежащее осуществление правообладателями.

Содержание предложенных новшеств заключается в трех основных моментах:

1. Государство должно установить определенный уровень правовой охраны объектов авторского права и смежных прав в Интернете и предоставить право владельцу возможность выбрать модель защиты творческого результата в соответствии с интересами правообладателя.

2. Основным элементом нового подхода к защите авторских и смежных прав является то, что предлагается свободное использование объектов авторского права и смежных прав в Интернете, если правообладатель не предусмотрел иное. В то же время должен быть установлен минимальный уровень защиты прав, который не требует каких-либо заявлений от правообладателя.

3. В случае признания вины информационных посредников в Интернете (поставщиков услуг связи, Интернет, владельцев доменных имен, и т.д.) должны нести ответственность за нарушение авторских и смежных прав на общих основаниях, за исключением специально установленных случаев (напр., если они не знали или не должны были знать о незаконности содержания контента).

Реалии сегодняшнего дня требуют обновления концептуальных подходов к правовому режиму охраны и защиты прав интеллектуальной собственности, и это в значительной степени должно найти свое отражение в национальном законодательстве и международно-правовых актах в сфере интеллектуальной собственности.

Литература

1. Маковский А.Л. Исключительные права и концепция части четвертой Гражданского кодекса /О кодификации гражданского права (1922-2006).М.: Статут,2010.- С.590, 592.

2. Флейшиц Е.А. Личные права в гражданском праве Союза ССР и капиталистических стран // Ученые труды ВИЮН. М., 1941. Вып. VI. С. 66 - 67.

3. Гражданское право: Учебник. В 3 т. / Под ред. А.П. Сергеева. М., 2010. Т. 3. С. 103-104.

4. Суханов Е.А. О кодификации законодательства об «интеллектуальной собственности» // Суханов Е.А. Гражданское право России -частное право /Отв.ред. В.С.Ем. М.: Статут. 2008. С. 144.

5. И.А.Зенин. Право интеллектуальной собственности. Учебник. М.Юрайт.2011. С.-33.

6. Гражданское право: Учебник. В 4 т. / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2006. Т. 2. С. 272, 273;

7. Гражданское право: Учебник. В 3 т. / Под ред. А.П. Сергеева. М., 2010. Т. 3. С. 99,105; См. также: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. В 2 т. / Под ред. Т.Е. Абовой, М.М. Богуславского, А.Г. Светланова. 4-е изд. М., 2010. Т. 2. С. 1225; Корчагина Н.П., Моргунова Е.А., Погуляев

В.В. Комментарий к части четвертой Граж-

данского кодекса Российской Федерации (постатейный). М., 2008. С. 8.

8. Мозолин В.П.О концепции интеллектуальных прав. // Журнал российского права, 2007, N 12. С.108-109

9. Wendy J. Gordon. Intellectual Property. The

Oxford Handbook of Legal Staduies./ Peter Cane and Mark Tushnet, eds. Oxford University Press. October 2003. С- 617. Available at SS RN: http://ssrn.com/abstract=413001;

Catherine Colston, Jonathan Galloway. Modern Intellectual Property Law. 3-d edition. Taylor& Francis Library. 2010 c.2-4 ; Ove Granstrand. The Economics and Management of Intellectual Property: Towards Intellectual Capitalism. Edward Elgar Publishing Ltd. Cheltenham, UK, 2000. -C. 18, 75-76. ; Peter Menell, Suzanne Scotchmer. Intellectual Property. HANDBOOK OF LAW AND ECONOMICS. 2005. UC Berkeley Public Law Research Paper No. 741724. С.-1-2. Available at SSRN: http://ssrn.com/abstract=741424;

10. Wendy J. Gordon. Intellectual Property. The Oxford Handbook of Legal Staduies./ Peter Cane and Mark Tushnet, eds. Oxford University Press. October 2003. С- 618. Available at SSRN: http://ssrn.com/abstract=413001

11. Wendy J. Gordon. Intellectual Property. С. -618.

12. Ove Granstrand. The Economics and Management of Intellectual Property: Towards Intellectual Capitalism. Edward Elgar Publishing Ltd. Cheltenham, UK, 2000. -C. 18, 24-26

13. См.: Wendy J. Gordon. Intellectual Property. THE OXFORD HANDBOOK OF LEGAL STUDIES, Peter Cane and Mark Tushnet, eds., Oxford University Press, 2003. С. 624628 ; William Fisher. Theories of intellectual property. pp. 168-193 // Stephen R. Munzer. New Essays in the Legal and Political Theory of Property. Cambridge University Press, 2001. С.169

14. William Fisher. Theories of intellectual property. // Stephen R. Munzer. New Essays in the Legal and Political Theory of Property. Cambridge University Press. 2001. С.169 источник: http://books.google.ru/books/about/ New_Essays_in_the_Legal_and_Political_ Th.html?id=cBGGymggsJ0C&redir_esc=y

15. William M.Landes, Richard A. Posner. The Economic Structure of intellectual Property Law. Harvard University Press. 2003. С.13-14, 294-295 Источник: http://books.google.

ru/books/about/The_Economic_Structure_ of_Intellectual_P.html?hl = ru&id = X-KkvbT6F4UC.

16. William Fisher. Theories of intellectual property. С. 170

17. William Fisher. Theories of intellectual property. С. 173.

18. Justin Hughes. The Philosophy of Intellectual Property. Georgetown Law Journal . 1988.С. 299-330. Источник: http://www.justinhughes. net/docs/a-ip01.pdf

19. William Fisher. Theories of intellectual property. С. 173-174.

20. См.: Netanel, Neil W., Why Has Copyright

Expanded? Analysis and Critique. NEW

DIRECTIONS IN COPYRIGHT LAW, Vol. 6, Fiona Macmillan, ed., Edward Elgar, 2008; UCLA School of Law Research Paper No. 07-34. SSRN: http://ssrn.com/abstract=1066241 с. 30

21. Neil W. Netanel. Why Has Copyright

Expanded? Analysis and Critique. NEW

DIRECTIONS IN COPYRIGHT LAW, Vol. 6, Fiona Macmillan, ed., Edward Elgar, 2008; UCLA School of Law Research Paper No. 07-34. Available at SSRN: http://ssrn.com/ abstract=1066241 С.12-13,

22. Neil W. Netanel. Why Has Copyright

Expanded? Analysis and Critique. NEW

DIRECTIONS IN COPYRIGHT LAW, Vol.

6, Fiona Macmillan, ed., Edward Elgar, 2008; UCLA School of Law Research Paper No. 07-34. Available at SSRN: http://ssrn.com/ abstract=1066241 . С. 16-17.

23. Balganesh Shyamkrishna. The Pragmatic

Incrementalism of Common Law Intellectual Property (March 2010). Vanderbilt Law Review, Vol. 63, Nov. 2010, N6. ; U of Penn Law School, Public Law Research Paper No. 10-12. Источник SSRN: http://ssrn.com/ abstract=1572847. С.1549-1550, 1552

24. Richard A. Epstein. The Disintegration of Intellectual Property? A Classical Liberal Response to a Premature Obituary. Stanford Law Review, 62 (2) 2010. с. 455, 456, 520-21.

25. Peter S. Menell. Governance of Intellectual

Resources and Disintegration of Intellectual

Property in the Digital Age. Berkeley

Technology Law Journal. Vol. 26, N 4. 2011 C.1523-1560.

26. http://btlj.org/data/ articles/26_4/1523-1560_Menell_041712.pdf

27. См.подробнее: Шумпетер Й. Теория экономического развития. М.: ЭКСМО,

2007. Joseph A. Schumpeter. The Theory of

Ecomonic Development. 10th printing (2004). Transaction Publishers,1983

28. Wendy J. Gordon. Intellectual Property. As published in THE OXFORD HANDBOOK OF LEGAL STUDIES, Peter Cane and Mark Tushnet, eds., Oxford University Press. 2003. Available at SSRN: http://ssrn.com/ abstract=413001 or http://dx.doi.org/10.2139/ ssrn.413001 С.618-619

29. Rochelle C. Dreyfuss. Does IP Need IP? Accommodating Intellectual Production Outside the Intellectual Property Paradigm (April 1, 2010). NYU Law and Economics Research Paper No. 10-34. C. 1449-1452.

30. Available at SSRN: http://ssrn.com/

abstract= 1639590 Подробнее см.: Peter

Drahos. A Philosophy of Intellectual Property. Dartmouth, USA.1996. Reprinted 2001.

31. Peter S. Menell. Intellectual property: General theories. Bouckaert, Boudewijn and De Geest, Gerrit (eds.), Encyclopedia of Law and Economics, Volume II. Civil Law and Economics , Cheltenham, Edward Elgar, 2000.

С.130-131. Источник: http://encyclo.findlaw. com/tablebib.html ;

32. Wendy J. Gordon. Intellectual Property. THE OXFORD HANDBOOK OF LEGAL STUDIES, Peter Cane and Mark Tushnet, eds., Oxford University Press, 2003. С.631-633

33. Подробнее см.: Wendy J. Gordon. Intellectual Property. THE OXFORD HANDBOOK OF LEGAL STUDIES, Peter Cane and Mark Tushnet, eds., Oxford University Press, 2003.

С.632-633

34. Hayek F. A. The Constitution of Liberty: The Definitive Edition 2011. The University of Chicago Press. (всего 585 стр. ) стр.88 и др. http://books.google.ru/books?id=plCHyxBYr p8C&printsec=frontcover&hl=ru#v=onepage &q&f=false ;

35. Hayek F. A. Individualism and Economic Order. The University of Chicago Press. Published 1980 (всего 271 стр.). стр.20, 114 и др. Источник: http://books.google. ru/books?id=q1jn5nE3tsYC&redir_esc=y ; Hayek F. A. A Free-Market Monetary System. Ludwig von Mises Institute. 2008 всего 56 стр. Стр. Источник: http://books.google.ru/books ?id=oZoaRywICpoC&printsec=frontcover&hl =ru#v=onepage&q&f=false

36. Frank H. Knight. Risk, Uncertainty, and Profit. Sentry Press. 1964 (переиздание 1921г.).

37. Подробнее см.: Peter Drahos. A Philosophy of Intellectual Property. Dartmouth, USA.1996.

Reprinted 2001; Stephan Kinsella. Against Intellectual Property. Journal of Libertarian Studies. Volume 15, no. 2 (Spring 2001) Ludwig von Mises Institute. Источник: www.mises.org

38. Catherine Colston, Jonathan Galloway. Modern Intellectual Property Law. 3-d edition. Taylor& Francis Library. 2010 c.2-4

39. Catherine Colston, Jonathan Galloway. Modern Intellectual Property Law. 3-d edition. Taylor& Francis Library. 2010 .С.2-5

40. FASTR является преемником ранее пред-

ложенного в 2009 и 2012гг. законопроекта Federal Research Public Access Act (FRPAA). Источник: http://doyle.house.gov/sites/

doyle.house.gov/files/documents/2013%20 02%2014%20DOYLE%20FASTR%20FINAL. pdf

41. Stefania Vitali, James B. Glattfelder,

Stefano Battiston. The Network of Global Corporate Control. 2011. Источник: http://www.plosone.org/article/

info%3Adoi%2F10.1371%2Fjournal. pone.0025995

42. Собрание законодательства РФ. 05.12.2011, № 49 (ч. 1), ст. 7013.

43. А.Шилов. Инновационная экономика: наука, государство, бизнес. «Вопросы экономики», № 1, 2011. С.136-137 (с.127-137).

44. Susan A. Aaronson. Intellectual property rights. THE INTERNATIONAL ECONOMY. FALL 2012. C.68 (c.66-69) Electronic copy available at: http://ssrn.com/abstract=2189174

45. Susan A. Aaronson. Intellectual property rights. THE INTERNATIONAL ECONOMY. FALL 2012. C.68-69.

46. Keith E. Maskus, Private Rights and Public Problems: The Global Economics of Intellectual Property in the 21st Century, (Washington: Peterson Institute, 2012), pp. 18-19.

47. John H. Barton and Keith E. Maskus, «Economic Perspectives on a Multilateral Agreement on Open Access to Basic Science and Technology,» SCRIPTed Vol. 1, no. 3, September 2004, http://www.law.ed.ac.uk/ ahrc/scripted/issue3/barton-maskus.pdf

48. См. документ источник: http://eng.Kremlin. ru/news/3018