2015. 01. 032. Анимализм и постгуманизм в романе Дж. М. Кутзее «Бесчестье». (сводный Реферат)

2015.01.032. АНИМАЛИЗМ И ПОСТГУМАНИЗМ В РОМАНЕ Дж.М. КУТЗЕЕ «БЕСЧЕСТЬЕ». (Сводный реферат).

1. ЧИОБАНУ К. Этика постгуманизма у Дж.М. Кутзее. CIOBANU С. Coetzee's posthumanist ethic // Modern fiction studies. -Baltimore: John Hopkins univ. press, 2012. - Vol. 58, N 4. - P. 668698.

2. ВИГАНД К. Образ «человека-собаки» и кинизм в романе Дж.М. Кутзее «Бесчестье».

WIEGANDT K.J.M. Coetzee's «Dog-Man» and the cynicism of «Disgrace» // Anglia: Journal of English philology. - Berlin: De Gruyter, 2013. - Vol. 131, N 1. - P. 121-140.

Ключевые слова: постгуманизм; анимализм; Эрос; кинизм.

Профессор Калина Чиобану (университет Дьюка, США) рассматривает роман Дж.М. Кутзее «Бесчестье» в свете этики постгуманизма, основа которой - распространение норм поведения не только на человеческое сообщество, но и на мир животных. Ее реализация в произведении зависит от способа использования литературных элементов текста и связана с интертекстуальным отношением между «Бесчестьем» и рассказом Франца Кафки «В исправительной колонии».

Работа персонажа романа Кутзее Дэвида Лоури в клинике для животных Бев Шоу представляется, на первый взгляд, проигрышным делом. Лишенной всякого смысла выглядит его попытка «сохранить честь трупов» собак. Но бессмысленность при сопоставлении этой «истории» с романом Томаса Харди «Джуд незаметный», где писатель, исследуя социальные проблемы общества, ставит на первое место жизнь представителей человеческого рода. В «Бесчестье» стираются границы между животным и человеком, помещение собак в клинику и последующее их уничтожение соотносится с ужасами апартеида и насилием над человеком. Сравнивая обреченность детей у Харди с безвыходным положением собак у Кутзее, К. Чиобану обозначает две возможных точки зрения на неразличимость людей и животных в романе: либо мир фауны приближается к человеческому сообществу, являясь его продолжением, либо человек приравнивается к животному, и таким образом отрицается ценность жизни человека. То есть традиционный антропоцентризм гуманистического мышления заменен на постгума-

нистическое видение мира, при котором весь спектр человеческих взаимоотношений может быть передан и через особенности поведения животного.

Появление в романе постгуманистической этики, возможно, связано с влиянием на писателя творчества Франца Кафки. В «Бесчестье» наблюдается некоторое сходство с рассказом «В исправительной колонии» (1914). Например, ферма Люси и клиника Бев Шоу могут рассматриваться как вариант исправительной колонии Кафки, только здесь функцию Другого, имеющего подчиненное бесправное положение, выполняют животные. В аналогичной роли выступают Люси и Лоури, когда на них нападают чернокожие соседи, наказывая их за предполагаемую причастность к апартеиду. Насилие объединяет людей и животных и стирает границы между ними. В обоих произведениях присутствует мотив суда, приговор которого оставляет следы «бесчестья» на телах и душах подсудимых, которые не ведают своей вины. Но эти же следы остаются и на палачах.

Протест Лоури против этого мира, лишенного чувства братства, показан через бессмысленное стремление героя реализовать свою цель правильно усыплять и кремировать собак. Постепенно он доводит себя до нервного срыва и своего рода безумия, от которых освобождается только к концу произведения, когда отправляет на эвтаназию полюбившегося ему пса. Освобождая своего подопечного от страданий, Лоури ставит себя рядом с ним, а точнее, старается объединить свое и его сознание и понять, что же хочет собака перед смертью. В то же время акт убийства близкого существа свидетельствует о том, что герой осознал несоответствие своего миропонимания реальному миру. Это «предательство» представлено в романе как своеобразное проявление доброты, ибо освобождает «заключенного» из его земной клетки. Лоури берет на себя вину за убийство животного и разделяет его боль.

Финал романа отличается от окончания рассказа Кафки большей оптимистичностью, так как бесчестье может быть в конечном счете нивелировано проявлением доброты и сострадания. По мнению К. Чиобану, заключительная сцена представляет собой вариацию на тему «Пьеты» Микеланджело: Лоури, выступающий в роли Марии, держит на руках искалеченную собаку (Христа).

Смерть пса в этом случае становится очередной жертвой ради спасения мира. А может быть - очередной бесполезной казнью.

Такая вариативность трактовки - следствие особого вида романной эстетики и поливариантности понимания образа собаки. Расшифровке смысла финала способствует и позиция дочери профессора - Люси, ее стремление, несмотря на пережитое насилие и переживаемое бесчестье, оставить ребенка надругавшегося над ней, ее домом и ее отцом человека и не покидать свою ферму, адаптируясь к действительности. Она принимает на себя роль бесправного существа, животного, чья дальнейшая жизнь будет зависеть от навязанных истинными хозяевами Южной Африки норм существования на их земле.

Таким образом, равенство человека и собаки в романе «Бесчестье» основано на признании их уязвимости перед царящим в мире злом. Они зависят друг от друга, и оба в той или иной степени могут бороться с несправедливостью. Их оружие - доброта, любовь и взаимопонимание.

В центре статьи профессора Кая Виганда (Берлинский институт английской филологии) - Дэвид Лоури, главный герой романа Дж.М. Кутзее «Бесчестье», чья животная сущность, скрытая от окружающих социальными запретами и этическими нормами, в определенных условиях может вырваться наружу. Проявление его животного начала связано со сложной сущностью Эроса, инстинктом, свойственным как людям, так и животным. К концу романа позиция персонажа Кутзее становится схожей с позицией Диогена Си-нопского, современника Платона и главного представителя киников. Профессор литературы Лоури подчиняет свою жизнь и творчество (он пишет оперу о Байроне) сексуальному инстинкту, чистому вожделению, которое не может быть подчинено нормам поведения. С ним происходит своеобразная метаморфоза: превращение в так называемого «собако-человека», произошедшее благодаря полному принятию им своей животной сущности наравне с человеческой. Этому сопутствует его постепенный отход от традиционных религиозных институтов и социальных объединений, что показано в романе как через их критику, так и с помощью гротеска. К концу повествования его потребности сокращаются до сна, еды и работы. Потеряв дом, он получает свободу передвижения и становится, как и Диоген, «космополитом».

К. Виганд выделяет несколько ключевых эпизодов романа: совращение Дэвидом Лоури Мелани Айзекс, изнасилование Люси Лоури и отстрел бесконтрольно размножающихся собак. Они в разной степени связаны с раскрытием содержания понятия «Эрос» в произведении, и через них можно проследить путь обретения героем новой идентичности. Многогранный концепт Эроса существует в романе наравне с другими терминами, принятыми для описания различных уровней межличностных взаимоотношений и показывающими весь эмоциональный спектр от желания, импульса, искушения, инстинкта, страсти и вожделения до привязанности, каритаса и любви. В тексте Кутзее противоположные характеристики чувственной стороны жизни часто сталкиваются, создавая своеобразный вид языковой игры, служащей для их наиболее яркой демонстрации. Герой романа видит изначальное значение слова «любить» в слове «друг», которым называет себя Билл Шоу, муж его любовницы и хозяйки приюта Бев. Другое нетрадиционное проявление Эроса в «Бесчестье» - эвтаназия путем усыпления собак, она используется в клинике Бев Шоу для борьбы с последствиями сексуального влечения у животных.

Эрос в романе характеризуется двумя группами терминов: с одной стороны, связанных либидо, телесными проявлениями чувств, сближающими человека с животными; с другой - Эрос в его традиционном понимании, высшая сила, которая позволяет приблизиться к божественной сфере. Эта двойственность свойственна началу и середине романа. В конце его Лоури отказывается подчиняться животному началу и стремится к величию духа. Он отрицает восприятие женщины и мужчины только как животных, не имеющих собой сферы проявления естества, и отвергает также некоторые принципы традиционного христианства и этики гуманизма, считая их иллюзорными и навязанными человеку обществом.

Я.Г. Гудкова

БИОГРАФИЧЕСКИЕ МАТЕРИАЛЫ

2015.01.033. САФРАНСКИ Р. ГЁТЕ: ЖИЗНЬ КАК ПРОИЗВЕДЕНИЕ ИСКУССТВА.

SAFRNSKI R. Goethe: Kunstwerk des Lebens: Biographie. - München: Carl Hanser Verlag, 2013. - 750 S.