Историческое развитие уголовно-правового статуса сотрудника органов внутренних дел c XI до XX века

ИСТОРИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ УГОЛОВНО-ПРАВОВОГО СТАТУСА СОТРУДНИКА ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ

C XI ДО XX ВЕКА

ЛАРИН Виктор Юрьевич

Аннотация. Автором проведен ретроспективный анализ уголовно-правового статуса сотрудника органов внутренних дел с XI до начала XX века. Обращается внимание на то, что законодательство в рассматриваемой области носило разрозненный характер. С 1845 года берет начало системное развитие уголовно-правового статуса сотрудников органов внутренних дел. Он формировался через большое количество составов преступлений, законодательная техника которых была далека от совершенства. К началу двадцатого столетия сформировались «базовые» составы должностных преступлений, которые сохранялись до настоящего времени.

Annotation. The author carried out the retrospective analysis of criminal legal status of the personnel of agency ofInternal Affairs since the XI century before the beginning of the XX century. Draws attention to the fact that legislation in this area was fragmented. Since 1845 originates system development of criminal legal status ofpersonnel of agency of Internal Affairs. It was formed through a large number of crimes, legislative technique which was far from perfect. By the early twentieth century, formed the ’’basic ” compositions of crimes by officials, to be preserved till the present time.

Ключевые слова: сотрудник органа внутренних дел, уголовно-правовой статус, должностные преступления, уголовно-правовая охрана.

Key words: the personnel of agency of Internal Affairs, criminal-legal status, official malfeasance, criminal-legal protection.

В настоящее время продолжается начатый несколько лет назад процесс реформирования органов внутренних дел, целью которого является повышение эффективности их деятельности, в том числе в борьбе с преступностью. Сегодня сотрудники органов внутренних дел обладают специфическим уголовно-правовым статусом, который проявляется как при совершении в отношении них преступлений, так и при совершении уголовно-наказуемых деяний сотрудниками органов внутренних дел. Ретроспективное изучение уголовно-правового статуса сотрудников органов внутренних дел необходимо для выявления общих свойств и закономерностей развития данного явления, тенденций преемственности развития уголовно-правовых норм в данной области и возможности оценки современного состояния законодательства и разработки предложений для дальнейшего его совершенствования.

Первым крупным отечественным памятником права принято считать Русскую Правду. В ней можно обнаружить зачатки уголовноправовой охраны сотрудников органов внутренних дел: повышенную ответственность

влекло убийство должностных лиц, служивших князю (огнищанина, тиуна, княжого мужа). Они выполняли функции, схожие с теми,

которыми сегодня наделены сотрудники органов внутренних дел. За их убийство устанавливался двойной штраф в 80 гривен1. В целом для Русской Правды была характерна повышенная уголовная ответственность за посягательства на лиц, выполняющих в государстве административные функции.

Упоминаний о повышенной ответственности каких-либо должностных лиц за совершение ими преступлений в Русской Правде не имелось. В Судебнике 1497 года можно обнаружить первые должностные преступления. Так, в ст. 1 данного документа говорится о запрете получения взятки лицами, осуществляющими судебные полномочия2. В Судебнике 1550 года продолжилось формирование составов должностных преступлений: в ст. 3 и 4 была предусмотрена ответственность за получение взятки и подлог судебных документов3. Как видно, первые должностные преступления призваны были охранять отношения в сфере осуществления правосудия, и это вполне обос-

1 См.: Титов Ю.П. Хрестоматия по истории государства и права России. М., 2000. С. 9.

2 См.: История государства и права России: Источники права. Юридические памятники ХІ-ХХ вв. М., 1995. С. 22.

3 См.: Титов Ю.П. Указ. соч. С. 43.

нованно, так как расследование, рассмотрение и разрешение дел проводил не князь или царь, а специально уполномоченные для этих целей лица.

Таким образом, несмотря на отсутствие в законодательных актах упоминания о лицах, осуществляющих полномочия, схожие с полномочиями сотрудников органов внутренних дел, как о специальных субъектах преступлений, в ХУ-ХУ1 столетиях начала формироваться система должностных преступлений, призванная сдерживать лиц, наделенных властными полномочиями, от злоупотребления ими.

Следующим крупным законодательным актом стало Соборное уложение 1649 года, которое уделило значительное внимание вопросам уголовного права. В нем в первую очередь интерес представляют гл. 2 и 10, где закрепляются нормы уголовной ответственности за преступления в отношении различных должностных лиц, в том числе выполняющих функции, схожие с теми, которые в настоящее время возложены на сотрудников органов внутренних дел. В ст. 20-21 гл. 2 Соборного уложения говорится о дополнительных мерах уголовно-правовой охраны ряда должностных лиц, в той или иной степени выполняющих обязанности сотрудников органов внутренних дел (воеводы, приказные люди)4. Согласно буквальному смыслу данных статей их уголовноправовая охрана была поставлена на один уровень с охраной главы государства (царем).

Но это не ограничивалось охраной их служебной деятельности, жизни, здоровья и имущества. В ст. 93 гл. 10 Соборного уложения закреплялась уголовно-правовая охрана чести и достоинства представителя власти5. Таким образом, Соборное уложение 1649 года продолжило тенденцию уголовно-правовой охраны должностных лиц, однако пока еще не было специального выделения среди них лиц, выполняющих правоохранительные функции.

Исследуя уголовно-правовой статус лиц, выполняющих правоохранительные функции как субъектов преступления, следует отметить имеющуюся в Соборном уложении гл. 7 «О службе всяких ратных людей Московского государства». В ст. 8 данной главы предусмотрена ответственность за оставление службы, наказы-

4 См.: Отечественное законодательство Х1-ХХ вв. : пособие для семинаров. Ч. I (Х1-Х1Х вв.) / под ред. О.И. Чистякова. М., 2004. С. 127.

5 См.: Там же. С. 145.

ваемое битьем кнутом и снижением оклада. Кроме того, здесь предусмотрены иные должностные преступления. В ст. 22 установлена ответственность за превышение или злоупотребление должностными полномочиями. Также ответственность за должностные преступления предусмотрена в гл. 10 Соборного уложения «О суде» (ст. 3, 5, 6, 12, 16 и др.)6. В то же время ни в одной статье не говорится

о взятке («посуле») как о самостоятельном преступлении. Законодатель, по-видимому, полагал, что получение взятки или ее вымогательство становится основой для совершения иных должностных преступлений (служебный подлог, вынесение неправосудного решения, волокита по делу). Иными словами, взяточничество рассматривалось как способ совершения других должностных преступлений, усиливающий ответственность за них. Таким образом, в Соборном уложении 1649 года продолжилось формирование системы должностных преступлений, что характеризовалось расширением их круга и мер наказания за их совершение.

Следующим этапом исторического развития уголовно-правового статуса сотрудников органов внутренних дел следует считать эпоху правления Петра I, который уделял значительное внимание развитию законодательства. С существенным расширением государственных служащих принимались меры по ужесточению ответственности за должностные преступления. Указом «О воспрещении взяток и посулов и о наказании за оное» от 24 декабря 1714 года предусматривалась уголовная ответственность вплоть до смертной казни за получение взятки любым из чиновников, «которые у дел приставлены великих и малых, духовных, военных, гражданских, политических, купецких, художественных и прочих, какое звание оные ни имеют»7.

В принятом 27 февраля 1720 года Генеральном регламенте имелась гл. 50, содержащая ряд составов должностных преступлений: служебный подлог, разглашение служебной тайны, злоупотребление или превышение должностных полномочий8. Артикул воинский 1715 года также включал некоторые деяния, которые следует отнести к должностным пре-

6 См.: Отечественное законодательство Х1-ХХ вв. С. 131139.

7 Законодательство Петра I / В.М. Клеандрова [и др.] ; отв. ред. А.А. Преображенский, Т.Е. Новицкая. М., 1997. С. 749-750.

8 См.: Там же. С. 121-122.

ступлениям. Например, артикул 206 предусматривал ответственность за незаконное освобождение преступника до передачи его су-

9

ду .

Не обошло петровское законодательство и вопросы уголовно-правовой охраны лиц, выполняющих полицейские функции. Целый ряд статей в Артикуле воинском 1715 года был посвящен охране государственных служащих. В гл. 3 Артикула воинского содержались преступления, устанавливающие ответственность за противодействие приказам, распоряжениям и оскорблениям офицеров . Особый интерес представляет содержащийся в гл. 23 артикул 204, где говорится об ответственности за противодействие представителям власти11. В продолжение данной нормы в артикуле 205 закреплена специальная норма об ответственности за сопротивление осужденного конвою. Следует согласиться с мнением Ю.В. Баглай, которая считает, что «данный артикул содержит предпосылки существующих ныне положений ст. 318 УК РФ»12. В соответствии со ст. 163 Артикула воинского 1715 года за убийство офицера предусматривалось колесование, особо жестокий вид смертной казни, что показывает учет законодателем того времени повышенной общественной опасности посягательств на офицеров.

Следует отметить, что в ст. 205 Артикула воинского содержалась норма следующего содержания: «Ежели осужденный будет проти-витца против того, который командрован будет его взять, а оного взять будет невозможно, тогда хотя осужденнаго оный и убьет, то за оное наказать не надлежит»13. Фактически в ней речь идет о причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление, как об обстоятельстве, исключающем преступность деяния. Это, безусловно, расширило рамки уголовно-правовой охраны рассматриваемых в настоящей работе лиц.

Таким образом, в период правления Петра

I вопросам уголовной ответственности долж-

9 См.: Законодательство Петра I. С. 790.

10 Там же. С. 755-759.

11 Российское законодательство Х-ХХ веков: Законодательство в период становления абсолютизма : в 9 т. / отв. ред. А.Г. Маньков ; под общ. ред. О.И. Чистякова. М., 1986. Т. 4. С. 388.

12 Баглай Ю.В. Уголовно-правовая охрана сотрудников правоохранительных органов, осуществляющих деятельность по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2010. С. 24.

13 См.: Законодательство Петра I. С. 790.

ностных лиц уделялось значительное внимание. Разросшийся аппарат государственных чиновников требовал от государства адекватных мер, способных удержать от злоупотребления предоставленной властью. Одновременно законодательство содержало нормы, устанавливающие повышенную уголовно-правовую охрану данной категории лиц. Лица, выполняющие функции, схожие с возложенными сегодня на сотрудников органов внутренних дел, не были выделены в качестве самостоятельного субъекта преступления и несли ответственность наряду с иными чиновниками. Они же не выделялись в качестве специальной категории потерпевших. Это можно объяснить тем, что в государстве в то время еще не сложилось самостоятельной целостной структуры, выполняющей полицейские функции.

23 апреля 1733 года была подписана Высочайшая резолюция на доклад Полицейской канцелярии «Об учреждении полиции в городах», в соответствии с которой полиция была учреждена в двадцати трех губернских центрах14. Однако ее полномочия в тот период времени были довольно узкими. Во времена правления Екатерины II функции полиции были расширены и в уголовном законодательстве впервые появились нормы, затрагивающие интересы полиции. Так, в ст. 193 Устава благочиния или полицейского 1782 года был установлен запрет неподчинения требованиям полицейских органов, а в ст. 235 - наказание за данное деяние в виде заключения под стражу и передаче «в суд»15. В п. 1 ст. 271 рассматриваемого документа было закреплено: «Буде кто учинит сопротивление закону, или должности действием или словами, того имать под стражу, и отослать к Суду»16, то есть была установлена ответственность за противодействие должностным лицам.

В период правления Екатерины II должностным преступлениям уделялось незначительное внимание, в связи с чем ответственность за них была существенно смягчена. В частности, виновные в совершении этих преступлений в основном прощались; за взяточничество чиновники низшего ранга увольнялись со службы с лишением чина и взыскани-

14 История полиции дореволюционной России (сборник документов и материалов по истории государства и права) : учеб. пособие / отв. ред. В.М. Курицын. М., 1981. С. 21.

15 Российское законодательство Х-ХХ веков / отв. ред. Е.И. Индова ; под общ. ред. О.И. Чистякова. М., 1987. Т. 5. С. 413.

16 Там же. С. 383.

ем полученного в двойном размере, а наказание высших чиновников ограничивалось временным пребыванием в своих поместьях17. Следует отметить, что и сегодня возникают

серьезные проблемы с назначением наказа-

18

ния .

Следующим наиболее значимым источником уголовно-правового регулирования статуса сотрудников органов внутренних дел стало Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года (далее - Уложение 1845 года), где был выделен специальный разд. IV «О преступлениях и проступках против порядка управления»19. Здесь содержались составы преступлений, охраняющих представителей власти в целом, а также имелись специальные составы, где речь шла именно об охране полицейских. В ст. 293 Уложения 1845 года содержалась общая норма, запрещающая неповиновение власти под угрозой наказания20. В ст. 299 данного документа за неповиновение полицейским предусматривался штраф до десяти рублей или арест до трех дней21. В ст. 315 здесь же была закреплена ответственность за посягательства на честь и достоинство полицейских, причем оскорбление могло быть совершено двумя способами: неприличным ругательством и насильственным действием, от которых зависела строгость наказания22. Не исключено было применение к преступлениям в отношении полицейских также общих норм о посягательствах в отношении представителей власти (например, ст. 284, 285, 289, 335-338 Уложения 1845 года). Таким образом, в рассматриваемом документе появилось большое количество составов преступлений, применимых к охране полиции, что, по справедливому замечанию Ю.В. Баглай, объяснимо необходимостью обеспечения надлежащего выполнения полицейскими своих функций в условиях разрос-

17 См.: Басова Т.Б. Уголовная ответственность за должностные преступления: Проблемы правотворчества и правоприменения в условиях административной реформы Российской Федерации : дис. ... д-ра юрид. наук. Владивосток, 2005. С. 44.

18 См., например: Ларина Л.Ю. Некоторые проблемы назначения дополнительных наказаний за совершение совокупности преступлений // Право и политика: теоретические и практические проблемы. Рязань, 2012. С. 392-395 ; Она же. К вопросу

об изменении судом категории преступления // Юридическая наука. 2013. № 2. С. 56-59 и др.

19 Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. СПб. : Тип. Второго отд-ния Собственной Его Императорского Величества Канцелярии, 1845. С. 110-152.

20 Российское законодательство Х-ХХ веков / под общ. ред. О.И. Чистякова. М., 1988. Т. 6. С. 233.

21 Там же. С. 244.

22 Уложение о наказаниях уголовных и исправительных.

С. 127.

шейся системы полицейских органов23. Вместе с тем, указанные составы преступлений не были лишены недостатков, как, впрочем, и ныне действующие нормы об уголовно-правовой охране здоровья (в том числе полиции)24.

Применительно к вопросам уголовной ответственности полицейских за совершение преступлений Уложение 1845 года содержало разд. V «О преступлениях и проступках по службе государственной и общественной»25. В литературе отмечалось, что для данных норм характерно «казуистическое описание различных разновидностей преступления»26, чем объяснимо наличие в данном Уложении большого количества близких по конструкции нескольких десятков составов должностных преступлений. При этом в указанном разделе можно найти прообразы практически всех современных должностных преступлений.

В Уложении 1845 года (в первоначальной редакции) полицейские не указывались в качестве самостоятельных специальных субъектов должностных преступлений, однако на практике именно они часто выступали субъектами таких преступлений. Так, полицейский десятский Я. был привлечен к уголовной ответственности по ст. 392 Уложения 1845 года за оскорбление словами и действием своего на-

27

чальника сотского Б.

В последующем в данный документ вносились многочисленные изменения и дополнения. В ст. 447 Уложения 1845 года (в ред. 1885 года) содержался состав преступления, субъектом которого могли быть только полицейские. В нем предусматривалась ответственность вплоть до увольнения с должности за неизве-щение полицейским своевременно о совершенном преступлении или незадержании совершившего его лица при наличии к тому оснований. Совершение данного деяния умышленно или сокрытие следов преступления или обвиняемого влекло, кроме увольнения, наказа-

23 Баглай Ю.В. Указ. соч. С. 26.

24 См.: Ларина Л.Ю. О некоторых проблемах уголовной ответственности за причинение тяжкого вреда здоровью человека // Право и политика: теоретические и практические проблемы. Рязань, 2013. С. 380-384.

25 Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. С. 153-181.

26 Волженкин В.Б. Служебные преступления. М., 2000.

С. 10.

27 Тимофеевский В.И., Кузнецов С.П. Систематический сборник решений Правительствующего сената по вопросам об ответственности должностных лиц административного ведомства за преступления должности (1868-1896 гг.). СПб. : Тип. Правительствующего сената, 1896. С. 882-886.

ние за укрывательство преступления28. Данное деяние скорее можно отнести к дисциплинарному проступку, однако данный состав преступления показывает необходимость криминализации деяний, совершаемых полицейскими при исполнении своих обязанностей.

Таким образом, Уложение 1845 года, действующее в условиях разросшейся системы полицейских органов, выделяло сотрудников полиции в качестве особой категории потерпевших, а также в качестве специальных субъектов преступлений. При этом законом было предусмотрено большое количество составов таких преступлений, законодательная техника которых была далека от совершенства.

В Уголовном уложении 1903 года, которое полностью так и не было введено в действие и применялось наряду с Уложением 1845 года, в связи с рассматриваемой темой интерес представляет ст. 455, регламентирующая квалифицированные виды убийства. Данная статья предусматривала ответственность в виде пожизненной каторги или сроком не менее десяти лет за убийство должностного лица при исполнении или в связи с исполнением им своих служебных обязанностей29. В пояснениях редакционной комиссии к Уложению 1903 года применительно к данной норме указано, что посягательство на жизнь полицейского, участвующего в обыске или аресте, убийство следователя лицом, мстящим ему за успешное раскрытие преступления, или его соучастниками, убийство начальника тюрьмы или смотрителя содержащимся в ней арестантом и т.д. проникнуто публичным элементом, как разрушающее в лице жертвы убийства идею служебного достоинства, служения долгу и обязанности, выражающей собою восстание против установленной власти, сопротивления ей, которое может повлечь серьезные последствия для охраны общественного порядка и спокойствия; требуя от служащих или исполняющих общественные обязанности точного и неуклонного исполнения возложенных на них обязанностей, невзирая на личную опасность и неудобства, государство и общество должны с большей строгостью относиться и к посяга-

тельствам на них.30 Высказанное более века назад обоснование усиления уголовноправовой охраны полицейских в полной мере актуально и в настоящее время.

В Уголовном уложении 1903 года содержалось также большое количество составов должностных преступлений. Этому служила гл. 37 «О преступных деяниях по службе государственной и общественной», включающая несколько десятков составов преступлений31. Как отмечал В.В. Есипов, 22 статьи данной главы посвящены превышению и бездействию власти, 10 - мздоимству и лихоимству и 20 статей касаются иных служебных преступлений, которые «можно было и не упоминать в этой главе, поместив их частью в других соответствующих общих отделах уголовного уложения, частью в устав о служебных провинностях»32.

Таким образом, Уголовное уложение 1903 года сохранило тенденцию уголовно-правовой охраны полицейских, а также во многом расширило уголовно-правовое воздействие на указанных лиц за счет увеличения составов должностных преступлений.

Резюмируя изложенное, отметим, что в период XI - начала XX века законодательство, регулирующее уголовно-правовой статус сотрудников органов внутренних дел, носило бессистемный характер. До Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года уголовное право не рассматривало лиц, выполняющих полицейские функции, ни как специальных субъектов преступлений, ни как особую категорию потерпевших. С 1845 года можно говорить о начале системного развития уголовно-правового положения сотрудников органов внутренних дел, однако оно формировалось через довольно большое количество составов преступлений, законодательная техника которых была далека от совершенства. К первой четверти двадцатого столетия определилась «базовые» составы должностных преступлений, которые сохранялись до настоящего времени (злоупотребление властью, превышение власти, бездействие власти, халатность, незаконное задержание, взяточничество, служебный подлог).

28 Тимофеевский В.И., Кузнецов С.П. Указ. соч. С. 895-896.

29 Уголовное уложение 22 марта 1903 г. (с мотивами, извлеченными из объяснительной записки редакционной комиссии, представления Министерства юстиции в Государственный совет и журналов - особого совещания, особого присутствия департаментов и общего собрания Государственного совета). СПб. : Изд. Н.С. Таганцева, 1904. С. 607.

30 См.: Уголовное уложение 22 марта 1903 г. С. 610.

31 Уголовное уложение 22 марта 1903 г. С. 958-1103.

32 Есипов В.В. Уголовное уложение 1903 года, его характер и содержание. Варшава : Тип. Варшав. учеб. округа, 1903. С. 11.