Контактоподдерживающие конструкции как часть системы коммуникативного уровня языка

ЛИНГВИСТИКА

© 2012

Е. А. Савина

КОНТАКТОПОДДЕРЖИВАЮЩИЕ КОНСТРУКЦИИ КАК ЧАСТЬ СИСТЕМЫ КОММУНИКАТИВНОГО УРОВНЯ ЯЗЫКА

В статье представлен опыт коммуникативного анализа фактических контактоподдер-живающих конструкций, показано их место в системе коммуникативного уровня языка. На примере некоторых употребительных конструкций прослеживается, как присущие им семантические параметры объединяют и противопосталяют их и как они реализуются в соответствии с законами коммуникативного уровня.

Ключевые слова: коммуникативный уровень языка, фатическая целеустановка, семантические параметры конструкций

В настоящей работе мы хотели бы на примере некоторых употребительных контактоподдерживающих конструкций показать, какое место занимает каждая из них в системе коммуникативного уровня языка, и попытаться определить те семантические параметры, которые различают их и предопределяют их выбор в речи.

Коммуникативный уровень языка, как известно из работ М. Г. Безяевой и исследователей ее школы1, — это особая система языковых средств и закономерностей их функционирования. Он отражает соотношение позиций говорящего, слушающего и осознаваемой и оцениваемой ими ситуации и противопоставляется номинативному, вводящему информацию о действительности. Под позицией говорящего и позицией слушающего понимаются «физические, ментальные, коммуникативные действия участников общения как некая обобщенная данность», а под ситуацией — «некие обстоятельства, которые воспринимаются говорящим, осознаются и оцениваются им в том или ином аспекте, на который реагирует язык при формировании значения конструкции»2.

Основным понятием коммуникативного уровня является целеустановка — «языковой тип воздействия говорящего на слушающего, говорящего на говорящего, говорящего на ситуацию, либо фиксация типа воздействия слушающего или ситуации на говорящего»3. Каждой целеустановке соответствует вариативный ряд конструкций, ее выражающих.

Савина Елена Александровна — старший преподаватель Калужского государственного университета им. К. Э. Циолковского. E-mail: ElenaASavina@yandex.ru

1 Безяева 2002, 2005.

2 Безяева 2005, 214.

3 Безяева 2005, 23.

Среди целеустановок можно выделить группу фатических: это целеустановки установления контакта, размыкания контакта, перехвата речевой инициативы и поддержания контакта. Все они организуют коммуникацию, реализуя фатическую функцию языка4, и мало связаны с номинативным содержанием.

Общую целеустановку поддержания контакта со стороны более пассивного участника коммуникации можно определить так: 'говорящий сигнализирует собеседнику о том, что он воспринял вербально выраженную информацию, удовлетворяя коммуникативные ожидания собеседника и демонстрируя сходство позиций и отсутствие перехвата речевой инициативы'. Именно такая реакция способствует комфортному продолжению коммуникации с прежним распределением активной и пассивной ролей.

Многие конструкции, входящие в вариативный ряд с этой целеустановкой, коммуникативно многозначны, т.е. могут реализовать и другие, нефатические целеустановки, которые даже представляются для них первичными, «исходными», коммуникативно переосмысляемыми при фатическом употреблении; входить одновременно в другие вариативные ряды, служащие «донорами» для контактоподдерживающего ряда.

Вариативный ряд поддержания контакта пассивным коммуникантом включает следующие группы (ряды) конструкций: 1) конструкции уяснения (Понятно, Вот оно что, Мгм, подхваты и т.п.), 2) конструции десемантизированного фатического согласия (Точно, Не говори (с ИК-7) и т.п.), 3) уточняющие и развивающие тему вопросы и побудительные структуры (И что же? Ну, ну и т.п.) и, наконец, 4) эмоционально-оценочные конструкции заинтересованности, реагирующие на отклонение обсуждаемой ситуации от нормы, т.е. на высокую информативность (содержание новой информации) сообщения собеседника, а также на ее бенефактивность/ небенефактивность. На последней группе остановимся подробнее.

Для конструкций заинтересованности уточним формулировку контактоподдерживающей целеустановки, которая объединяет их и в то же время отличает от других групп: 'говорящий сигнализирует о том, что он воспринял вербально выраженную информацию, которая произвела на него воздействие (впечатление), на которое рассчитывал собеседник, при этом он определенным образом квалифицирует и оценивает обсуждаемую ситуацию или ценность информации о ней, демонстрируя сходство позиций и отсутствие перехвата речевой инициативы'.

Контактоподдерживающие конструкции заинтересованности можно, в свою очередь, разделить на две большие группы. Первая группа — это конструкции, актуализирующие сам момент приема сообщения говорящим и связанные с выражением сомнения в его истинности (которое, однако, в фатике трансформируется в заинтересованность), с преодолением разрыва между позициями коммуникантов. Это конструкции с исходным значением недоверия и «запросы об истинности». Вторая группа — оценка уже принятого сообщения как содержащего непрогнозируемую информацию (выражение удивления) и как бенефактивного или небенефактивного для говорящего, собеседника или третьего лица — субъекта обсуждаемой ситуации.

4 Якобсон 1975.

Выражение недоверия, удивления и «запросы об истинности» — очень близкие целеустановки, особенно при использовании их в фатической функции, при фатическом коммуникативном сдвиге; их часто смешивают. Мы предлагаем различать их и соответствующие им подгруппы конструкций по следующим семантическим параметрам: соотношение позиций коммуникантов по отношению к содержанию сообщения; отнесение момента приема информации ко времени до, в процессе или после момента речи.

Реакция недоверия возникает, когда новая частная информация вступает в конфликт с прежними более общими представлениями говорящего о мире, его позицией, которую ему необходимо изменить, чтобы усвоить сообщение собеседника. Произнося реплику недоверия, говорящий еще не принимает сообщение, но и не отказывается от этого: с ее помощью он каузирует собеседника на подтверждение информации, которое и поможет ему в конце концов принять ее (или на отмену сообщения, что позволило бы ему избежать этих усилий). Конфликт позиций и его преодоление дают многим конструкциям недоверия возможность использоваться как яркие, выразительные контактоподдерживающие реплики, подчеркивающие высокую степень информативности, а значит, успешности сообщения собеседника. К группе конструкций с «исходным» значением недоверия мы относим такие, как Не может быть, Врешь, Да ладно, Да что ты говоришь, Да ты что, Неужели, Да ну и некоторые другие.

«Запросы об истинности» (Да?, Правда?, Серьезно? В самом деле? и т.п., повторы-переспросы) тоже маркируют несоответствие прежней позиции говорящего услышанному и позиции собеседника, но выражают большую готовность говорящего изменить ее. Они фиксируют тот факт, что высказывание собеседника было произнесено, услышано и в данный момент происходит принятие его говорящим. Таким образом, их произнесение совпадает с моментом принятия сказанного, тогда как при использовании конструкций недоверия этот момент подается говорящим как еще не наступивший, но предстоящий в ближайшее время.

Конструкции же удивления ( Удивительно, С ума сойти, Ты подумай, Вот это да, Ничего себе и т.п.) показывают, что момент принятия сообщения уже в прошлом, позиции коммуникантов одинаковы и в отношении к истинности информации, и в высокой оценке ее информативности. Это объединяет их с конструкциями положительной и отрицательной оценки воспринятой обсуждаемой ситуации (Здорово, Какая прелесть, Замечательно; Ужас, Безобразие, Жалко и др.) и ее участников (Молодец, Сволочь (о 3 лице, каузировавшем небенефактивную для собеседника ситуацию), Бедняжка и др.); если это именно та оценка, на которую мог рассчитывать собеседник и которая совпадает с его отношением к ситуации, такие конструкции тоже реализуют контактоподдерживающую целеустановку.

Конткатоподдерживающие конструкции заинтересованности рассматриваются автором в диссертационном исследовании и в ряде статей5. Здесь мы покажем на нескольких примерах наш подход к анализу отдельных конструкций и выявлению тех параметров, которые различают их внутри одной из выделенных подгрупп — например, подгруппы с исходным значением недоверия.

5 Савина 2002, 2004, 2006а, 2006б, 2007, 2008.

Начнем с конструкции Не может быть. Как показывает материал, говорящий реагирует ею на введение такой информации, которая совершенно не вписывается в систему его прежних представлений и норм, не находит себе места в ней, так как он прежде даже не задумывался о возможности существования такой ситуации, как обсуждаемая. Это — одна из целеустановок недоверия, однако она подразумевает высокую оценку информативности сообщения и может использоваться для поддержания контакта.

В следующем примере конструкция выражает типичное недоверие и в то же время соответствует целям собеседника, которому нужно поразить, ошеломить говорящую и резко изменить ее представления о третьем лице; ее реплики показывают, что он достигает этого, и вдохновляют его на продолжение:

— ...А потом она украла в музее шкуру тигра, оделась в нее и по ночам грабила одиноких прохожих.

23

— Не может бы-ыть!

— Даю тебе слово. Так вот, когда ее ловили, она искусала трех милиционеров!

23

— Не может быть!

— Может. Пришлось делать прививки от бешенства!

23

— Не может быть.

— Не надо осуждать Алису. Девочке надо помочь! Она тяжело больна!

[х/ф «Гостья из будущего»]

Разумеется, конкретное значение реплики формируется не только ее словесным составом, но и его взаимодействием с суперсегментными средствами, с реализациями их инвариантных параметров. Так, здесь удлинение гласного указывает на впечатление, произведенное информацией на говорящую; ИК-23 вводит параметр ориентированности на собеседника, а именно — каузирует его либо отменить, либо подтвердить свое сообщение (что он и делает), а ИК-2 в последней реплике подчеркивает неизбежность именно такой реакции.

В примере ниже информация собеседника не так сильно отклоняется от нормы, и суперсегментное оформление более «спокойное» — ИК-2, быстрое и негромкое произнесение, — но и здесь говорящий показывает своей репликой, что не только не ждал, не предполагал, но даже не задумывался о том, что такой вариант возможен, и именно этим подчеркивает новизну, информативность, успешность сообщения собеседника:

— Владимир Васильевич уехал в командировку, на его место назначен товарищ Огурцов.

2

— Не может быть!

—Да. [х/ф «Карнавальная ночь»]

Возможна и иная — ироническая, антонимическая — реализация параметров:

— Мама, я сегодня три пятерки получил!

/ 5

— Не может быть! [разговорная речь]

Здесь наша конструкция выражает заинтересованность, но не обязательно

глубокое эмоциональное воздействие, произведенное информацией на говорящего, а может даже иметь целью несколько охладить восторг ребенка: 'ты думал, что в моей системе представлений нет возможности существования такого варианта, и твое сообщение поразит меня; но в ней была такая возможность, и я не считаю это таким уж (параметр степени, присущий ИК-5) отклонением от нормы'.

Некоторые другие конструкции недоверия, активно работающие на поддержание контакта, относятся не к самой возможности существования обсуждаемой ситуации, а к данному повороту, или варианту, развития ситуации, в целом представлявшейся говорящему до сих пор вполне нормальной.

Конструкция Что ты (вы) говоришь(те) используется как реакция на такую информацию, которая, по мнению говорящего, отклоняется от нормы, должного и является наименее вероятным и ожидаемым вариантом развития ситуации из возможных.

— Так что вы говорили о роботах?

— Мы начали выпуск робота для рыбной ловли. Я принимал участие в разработке.

23

— Что вы говорите! [х/ф «Интердевочка»]

Яркий пример этикетного поддержания контакта через выражение заинтересованности: говорящий подчеркивает своей репликой непрогнозируемость данного поворота обсуждаемой ситуации (можно было предположить любую другую функцию робота, но не рыбную ловлю), его воздействие на себя и тем самым успешность сообщения собеседника. Конструкция Не может быть здесь вряд ли была бы уместна.

— Н-ну это ведь североамериканский кролик.

— Конечно.

— А он прекрасно лазит по деревьям. --- / н 5

— [Ш]то вы говорите! [х/ф «День радио»]

Это имитация общения в прямом радиоэфире; собеседник импровизирует, а

ведущая изображает заинтересованность отклоняющимся от нормы поворотом темы, причем неадекватно сильную (ИК-5, назализация, усиленная артикуляция начального согласного) из-за своего нетрезвого состояния.

— ...Потом она хотела покончить самоубийством.

/ 5

— Что вы говорите!

— Если бы вы знали, как я с ней намучился.

— Как я вас понимаю. [х/ф «Безымянная звезда»]

Более сложная, но также контактоподдерживающая реализация конструкции:

намерение молодой женщины покончить самоубийством выглядит как отклонение от нормы и неожиданный поворот событий для собеседника, так что реплика полноценно выполняет контактоподдерживающую функцию, выражая именно

такую оценку этого; однако для говорящего это, наоборот, входит в норму ее поведения и является вполне предсказуемым и вероятным поворотом, так что параметры конструкции раскрываются одновременно и прямо — для собеседника, и антонимически — для говорящего. Это отражается и в контрасте ИК-5 и ослабленной артикуляции. Конструкция Не может быть не выражала бы здесь всех этих оттенков.

В свою очередь, конструкция Неужели? используется в фатике в близком, но не тождественном значении: она выступает реакцией на сообщение о таком варианте развития ситуации, который говорящий, исходя из своих знаний об этой ситуации или о норме ее развития, мог считать менее вероятным, чем противоположный (иногда, при антонимическом развертывании, — более вероятным). Например:

Аннунциата. И наконец король махнул рукой на все и стал увлекаться плохими женщинами, и только они не обманули его.

Ученый. Неужели?

А. Да, да! Уж они-то оказались воистину плохими женщинами.

[Е.Шварц. Тень]

Выбор конструкции подчеркивает, что более вероятным было бы противоположное развитие ситуации (плохие женщины обманули короля), а значит, сообщение собеседницы очень информативно, интересно.

— Ну, а ты кто?

— Я Гарри. Гарри Поттер.

/_ 5 /2

— Господи! |Неужели? [х/ф «Гарри Поттер и тайная комната»]

Эмоциональная реакция (а также предыдущая реплика) показывает, что героиня скорее могла бы предположить появление кого-то столь же «неблагонадежного», как и ее сыновья, а вместо этого обнаруживает Гарри, которого считает героем, Избранным, и чрезычайно быстро (как это вообще свойственно ей во всех фильмах цикла) перестраивается на противоположную эмоционально-оценочную волну. Конструкция Что ты говоришь здесь невозможна, а Не может быть выражала бы несколько иной смысл — что героиня вообще не считала мыслимым, возможным появление Гарри у себя в доме.

— А вам идет, когда вы сердитесь.

~2

— Неужели ? [х/ф «Военно-полевой роман»]

Этот обмен репликами — комплимент и реакция на него, иронически обыгрывающая недоверие ввиду избыточности информации ('странно было бы предположить высокую вероятность противоположного варианта') и произнесенная с четкой артикуляцией, кокетливо, вызывающе, — оказывается первым проявлением взаимного интереса и завязкой романа между персонажами (всплеск тона в предцентре привлекает внимание зрителей к следствиям из вводимой информации).

Таким образом, даже на этих немногих примерах мы можем видеть, что, при единой фатической целеустановке, конструкции данного вариативного ряда име-

ют разные семантические параметры, как общие для целых групп и подгрупп конструкций, так и различающие, противопоставляющие конструкции внутри подгрупп. Как и любой другой, вариативный ряд поддержания контакта представляет собой семантическую систему, где значение каждой единицы (конструкции) определяется соотношением со всеми другими единицами. Это неотъемлемая часть системы коммуникативного уровня языка.

ЛИТЕРАТУРА

Безяева М. Г. 2002: Семантика коммуникативного уровня звучащего языка. М.

Безяева М. Г. 2005: Семантическое устройство коммуникативного уровня языка (теоретические основы и методические следствия) // Слово. Грамматика. Речь. VII, 105109.

Савина Е. А. 2002: Божба и ругательства как контактоподдерживающая реакция на сообщение в русском и английском языках // Слово. Грамматика. Речь. IV, 84-91.

Савина Е. А. 2004: Русские и английские реплики-реакции с глаголом верить/believe и отрицанием // Вопросы русского языкознания. Аспекты изучения звучащей речи. XI, 283-288.

Савина Е. А. 2006а: Контактоподдерживающие реплики с прилагательными положительной оценки в форме на -о (ед.ч. ср.р.) // Слово. Грамматика. Речь. УШ, 113-124.

Савина Е. А. 2006б: Русские и английские реплики-реакции на сообщение с экспликацией невозможности обсуждаемой ситуации и их контактоподдерживающее употребление // Традиции и новации в преподавании русского языка как иностранного. Международная научно-практическая конференция. Москва, МГУ им. М. В. Ломоносова, 22-24 ноября 2006 г. М., 152-153.

Савина Е. А. 2007: «Запросы об истинности» и их контакгоподдерживающие возможности // Русский язык: исторические судьбы и современность. III Международный конгресс исследователей русского языка. М., 326-327.

Савина Е. А. 2008: Контактоподдерживающие структуры, эксплицирующие положительную оценку (с параметром невключенности говорящего) // Русский язык в научном освещении. 1, 208-216.

Савина Е. А. 2010: Параметр вовлеченности отстраненности в русских контакто-поддерживающих конструкциях // Русский язык: исторические судьбы и современность. IV Международный конгресс исследователей русского языка. М., 444-445.

Якобсон Р. О. 1975: Лингвистика и поэтика // Структурализм: "за" и "против". М.

CONTACT-SUPPORTING CONSTRUCTIONS AS A PART OF COMMUNICATIVE

LANGUAGE LEVEL SYSTEM

Ye. A. Savina

The article presents communicative analysis of phatic contact-supporting constructions, and their place in the system of communicative language level. Examples of some most frequently used constructions make it possible to trace semantic properties that unite and contrast them, and their speech realization in line with communicative level laws.

Key words: linguistics, communicative level of language, phatic intention, semantic parameters of constructions