Водный мир

Волгоградская область обладает уникальной естественной инфраструктурой для туризма: Волга, Дон, сеть малых рек и соленое озеро Эльтон. Для динамичного развития отрасли не достает идей, трудолюбия и солидарности в предпринимательской среде, — считает директор туристической компании «Круиз» Алексей Растегаев.

GUIDE: Вы считаете, вода — достаточное условие для становления Волгоградской области как туристического и рекреационного региона?

АЛЕКСЕЙ РАСТЕГАЕВ: Почти достаточное... Именно инфраструктура, подаренная региону природой, дала первоначальный всплеск туристической отрасли в условиях либерализации экономики. Прежде всего, вновь стали популярными длительные речные круизы с посещением больших городов. Затем возрос спрос на индивидуальный водный транспорт. С 2002 года до осени 2007 года его количество в Волгоградской области ежегодно удваивалось. На июнь 2007 года было зарегистрировано 20 466 маломерных судов (катера, яхты, моторные лодки, гидроциклы и т.д.). Из них 70% непосредственно в Волгограде. На заводе ЖБИ-1 запустили уникальное для России производство катамаранов «Елань-12» класса «houseboat», произведя переворот в традициях отдыха на воде. Возобновилась работа частных мастерских по производству яхт. Например, яхтсмен Дмитрий Бордюгов в тандеме с севастопольским конструктором Альбертом Назаровым построил яхту, отвечающую мировым стандартам. Их пример способствовал появлению интереса к яхтостроению у владельцев и менеджеров судоремонтных заводов. Затем прирост малого водного транспорта замедлился. И в 2009 году практически прекратился.

G: Может быть, причины проще: кризисное падение покупательской способности и предел рынка?

А.Р.: Нет. Региональный рынок отреагировал на предел возможностей природной инфраструктуры за год до экономического кризиса. На это есть две причины. Первая — в отсутствии точечных бизнес-проектов: зеленых стоянок, яхт-клубов, причалов, сервисных центров. Предложение данных услуг отстало от спроса. И владельцы малых судов вместо ожидаемой романтики получили проблемы хранения, обслуживания и т.д. Вторая причина — в обмелении рек. До 90-х годов малые реки — Хопер, Ахтуба, Бузулук и Медведица — были частично судоходными. Многие мои знакомые покупали катера, основываясь на воспоминаниях о былых возможностях этих рек. А сегодня даже дойти по плесам Волги в Астрахань — проблема. Естественная инфраструктура, как и созданная, нуждается в обслуживании. Программы по очистке русел не работают.

G: Ваше предложение?

А.Р.: Поддерживать инфраструктуру. Как минимум, реинвестировать в нее взимаемые с судовладельцев налоги и сборы. Обычно в предпринимательской вызревают точечные проекты, идеи. И предприниматели требуют от органов государственной власти и местного самоуправления инвестировать в инфраструктурные проекты. Феномен Волгоградской области заключается в том, что здесь проблема стартовых инвестиций решена. Нужно только поддерживать то, что создано природой, снимать барьеры на пути предпринимательской активности.

Сегодня перспективно произвести ребрэндинг «волгоградского моря». Оно вполне может стать лучшей в Европе площадкой для проведения парусных регат. Отсутствие мелей на всем протяжении, масштабы водного пространства (370 км в длину и до 25 км в ширину) позволяют заявить, что условия гонок больше напоминают морские, чем речные. И сегодня директор ЗАО «СИМ» Амиль Юдаев вынашивает эту идею.

G: Кстати, о проектах и идеях предпринимателей. Их действительно много?

А.Р.: Есть проблема и с количеством, и с качеством… Возьмем, например, речные круизы, которые вновь стали популярны во всех регионах России. Только из Самары через Волгоградскую область ходит 12 теплоходов. А есть Саратовские, Нижегородские, Казанские... Маршруты похожие. Волга, с ее утесами, живописными берегами и закатами, уже банальна. Для путешествующего второй–третий раз, это уже просто трасса, типа автомагистрали «Волгоград-Москва». Нужны «изюминки». Например, «зеленые стоянки».

Хороший пример — стоянка «Ахтуба» в Астраханской области, организованная ООО «Ахтубинская судоходная компания»: живописное место, благоустроенный пляж площадью 0,5 гектара, который убирается два раза в сутки, водные аттракционы, парашют, гидроциклы, лыжи, детские надувные бассейны… Чистота как в Турции! Стоянка работает три года. Правда, все время дорожает. Сначала швартовка теплохода «Александр Невский» нам обходилась в 3 тыс. рублей, сейчас — 15 тыс. Тем не менее, решаются две проблемы: предоставлен отличный сервис путешествующим по Волге и растет благосостояние местных жителей, которые заняты в бизнесе, выращивают и поставляют продукты, сувениры народных промыслов.

G: Идея, в общем, простая…

А.Р.: Простая. Таких стоянок по Волге немало. А на отрезке Волгоградской области — нет. Наша компания пытается развить эту тему в Камышине. Во-первых, интересен город — с краснокирпичными купеческими особняками и административными зданиями XVIII–XIX веков. Во-вторых, находящийся рядом природный парк «Щербаковский» с каньоном, водопадами и редкими представителями флоры и фауны. Мы два года работаем над проектом с комитетом охраны природы администрации Волгоградской области. Но не находим людей, желающих сделать это своим бизнесом: засучить рукава и работать. В районе Щербаковской балки есть причал. Там нужно просто наладить сервис: уборку мусора, зонтики, шезлонги, кафе, водные развлечения. И разослать предложения фирмам, организующим круизы по Волге, чтобы стоянка была внесена в карты, лоции. Это интересно туристам теплоходов, которые идут из Москвы, Перми, Казани.

В целом, в отношении въездного туризма в Волгоградской области много теоретических работ, проектов, концепций и так далее. А реальные дела делаются в основном выше по Волге: в Саратовской, Ульяновской, Самарской областях, в республике Татарстан. Речные круизы привозят много посетителей, которые готовы пользоваться дополнительными услугами: приобретать сувениры, кататься на гидроциклах, дегустировать национальную кухню, посещать фермерские хозяйства и музеи. Но у нас на них не обращают внимания. Поэтому когда на конференциях по проблемам туризма говорят о том, что для развития бизнеса нужна инфраструктура, я говорю, что в Волгоградской области все наоборот: инфраструктура есть, а бизнес не развивается. Корабли приходят в Саратов, затем — без остановок до Волгограда, и от Волгограда — до зеленой стоянки «Ахтуба».

G: В качестве версии: может быть негостеприимные берега Волгоградской области готовят туриста к встрече непосредственно с Волгоградом — городом памятников? Так усиливается впечатление…

А.Р.: Не спорю: Впечатление от Волгограда всегда сильное. Брэнд города держится на трех китах: Мамаев курган, музей-панорама «Разгром немецко-фашистских войск под Сталинградом» и перенесенная в 40–50-х годах ХХ века из Европы классическая архитектура. В прошлом году восприятие города улучшилось после реализации проектов ночной подсветки исторических зон. Но и вдоль берегов Волги — целый исторический пласт: территория некогда экономически развитой республики немцев Поволжья, остатки храмов, домов культуры… Можно открывать музеи, выстраивать туристические маршруты. Об истории тех мест я узнал случайно — из буклета фотовыставки Игоря Гольдберга во Франции (Льеж, 1992).

Но теплоходы проходят и мимо Волгограда. Много лет идут дискуссии: что делать с причальной стенкой Волгоградского речного вокзала. По проекту все причалы должны быть задействованы. Но их не обслуживают. Стенка принадлежит МУП «Берегоукрепление». С 9 по 16 причалы сдаются в аренду речпорту, который занимается обслуживанием транзитного флота. Говорят, невыгодно. Достаточно теплоходиков «ОМ» и «Москва».

Но осенью будет сдан мост через Волгу. Небольшие суда, перевозящие пассажиров на другой берег, останутся невостребованными. Зарабатывать можно будет только на обслуживании больших судов, как в Саратове, в Астрахани, да и везде. А сейчас используются только два причала. И это при том, что у Волгограда отличное положение для бизнес-стратегий в сегменте речного туризма, т.к. он расположен между двумя большими городами — Саратовом и Астраханью. Теплоходы, которые идут сверху, раньше могли заходить в Волгоград два раза (когда шли туда и обратно). Сначала — экскурсии, затем — свободное время. Сейчас один раз. А можно по дороге в Астрахань организовать экскурсии, а на обратном пути — шоппинг: для того чтобы местные производители ощутили пользу от туриндустрии. Но причальная стенка не позволяет.

G: Вы неоднократно поднимали проблему солидарности в бизнес-сообществе. О чем идет речь?

А.Р.: Все просто. Во всем мире туристов завозят на местные предприятия, в магазины, чтобы поддерживать местную экономику. Особенно — на предприятия, брэндовые для региона, страны. К примеру, в Неаполе лицензии дают туристическим фирмам при условии, что они организуют экскурсии на предприятия местных промыслов: обработка кораллов, резьба по дереву, керамическая посуда, сандалии... Три на выбор. Плюс к лицензии получают дотацию на топливо. И главное в европейской политике — не наполнение бюджета, а создание рабочих мест. Также с помощью туриндустрии местные брэнды выводятся на международный рынок.

Такие стратегии работают и в России. Выше по Волге, в Самаре, организованы посещение пивзавода и винного завода, и кондитерской фабрики.

Волгоградская область, наверное, единственный регион, где об этом не думают. Привезли туристов и выпустили. Хотя на территории региона действуют известные в стране производства: «Конфил», «Пивовар — Живое Пиво», «Волгоградский тракторный завод», где президент Нижневолжской ассоциации по связям с общественностью Игорь Малюгин давно предлагает организовать «индустриальный парк», агрокомпания «Сады Придонья». Наконец, в Волгограде работают художники, за работами которых гоняются коллекционеры.

В мире развиты фирменные музеи, решающие проблемы профориентации, продвижения торговых марок. В Волгоградской области тоже есть уникальные музеи, например, «Музей аграрной цивилизации» в страховой компании «Царица» и музей ОАО «Химпром». Но последний находится на режимной территории.

Единственная альтернатива военному Сталинграду — вязанные платки из козьего пуха, в основном из Урюпинска. Бабушки приходят к теплоходу, занимательно рассказывают о козах, Урюпинске и секретах мастерства. Заслушаешься! И платки расходятся по миру, полностью в соответствии с концепцией маркетинга, которая вывела на мировой рынок двух портных Доменико Дольче и Стефано Габбана (Dolce&Gabbana). Но при сегодняшнем равнодушии регион может потерять и этот промысел. Волгоградское бизнес-сообщество атомизировано. Каждый вертится сам по себе. И не видит пользы от сотрудничества и кооперации.

G: Давайте добавим ложку меда в кружку дегтя…

А.Р.: В принципе, все решаемо. Более того, в Волгоградской области есть два проекта, известные далеко за пределами региона. Первый — сеть профильных лагерей детского отдыха, созданная комитетом по делам молодежи администрации Волгоградской области. Сегодня она изучается, копируется другими регионами. Второй — сеть природных парков, созданная областным комитетом охраны природы. И в целом, у Волгоградской области положительная динамика в области развития внутреннего и въездного туризма. Несмотря на ряд названных мною негативных тенденций.