Изучение чешского политического консерватизма конца xix В. В чешской исторической науке

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 8. ИСТОРИЯ. 2013. № 1

Н.С. Барсуков

(аспирант кафедры истории южных и западных славян исторического

факультета МГУ имени М.В. Ломоносова)*

ИЗУЧЕНИЕ ЧЕШСКОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО

КОНСЕРВАТИЗМА КОНЦА XIX в. В ЧЕШСКОЙ

ИСТОРИЧЕСКОЙ НАУКЕ

Деятельность правого крыла чешской политической сцены конца XIX в. имела далеко идущие последствия для формирования политической культуры Чехии. Автор анализирует развитие чешской историографии, посвященной данной проблематике, на протяжении длительного периода — с конца XIX до начала XXI в. Рассмотрены основные тенденции в развитии чешской исторической науки на разных этапах, выявлены основные «белые пятна», требующие дальнейшего изучения. В центре внимания — идеологическая основа чешского консерватизма XIX в.

Ключевые слова: политический консерватизм, чешская историография, Австро-Венгрия, Чешская национальная партия, старочехи, Ф.Л. Ригер.

The activities of the right wing of Czech political scene in the late XIXth century had far-reaching consequences for the formation of political culture of the Czech Republic. The author analyzes the development of Czech historiography devoted of this subject over a long period — from the late XIXth to the early XXIst century. The basic trends in the development of Czech historical science at different stages were examined, the main "white spots" requiring further study are revealed. The main point is the ideological basis of the Czech conservatism of the XIXth century.

Key words: political conservatism, Czech historiography, Austria-Hungary,

Czech National party, staroczechs, F.L. Rieger.

* * *

Чешский политический консерватизм конца XIX в. связывают прежде всего с деятельностью Национальной партии1. Эта политическая организация, которая позиционировала себя как представительница всего чешского народа, наряду с другими политическими структурами, функционировавшими в Чешских землях (Партия консервативного велькостатка, Католическая партия2, немецкие политические партии консервативного толка), олицетворяла основные постулаты чешского консерватизма того времени.

* Барсуков Никита Сергеевич, тел. 8-916-526-72-31; e-mail: nik-badger@yandex.ru

1 Национальная партия как политическая сила окончательно сформировалась в 1860—1861 гг., однако ее истоки следует усматривать в национальном движении времен революции 1848—1849 гг.

2 Подробнее о католическом направлении в чешской политике XIX в. см. в коллективной монографии: Cesky politicky katolitismus. 1848—2005. Brno, 2008.

Естественно, что интерес ученых к политике этой партии всегда был особым и не угас до сих пор, особенно в кругах чешских историков. Исследование широкого круга проблем, связанных со староче-хами, берет начало уже в XIX в., в то время, когда еще были живы многие приверженцы партии. Это изучение шло на разных уровнях, в том числе и на личностном. Членами Национальной партии были знаменитые чешские политики, к ней была близка целая плеяда выдающихся деятелей чешского искусства, литературы, науки. Деятельность партии оставила глубокий след не только в политике, но и в других сферах, в том числе образовании и культуре3.

Однако, как это ни парадоксально, по-прежнему остается целый ряд малоизученных вопросов, связанных с трансформацией этой политической организации. Недостаточно внимания уделяется времени кризиса Национальной партии и попыткам восстановления ее былого положения в политической системе Чехии и Австрии (1889—1903 гг.)4. Это во многом связано с тем, что в межвоенный период в чешской исторической науке приоритетным было направление политической мысли, ассоциировавшееся с Т.Г. Масариком (1850—1937). Затем марксистская историография пыталась «развенчать» этого политика, и целый ряд сюжетов оказался в тени исторических исследований. При этом главным не-проработанным теоретическим вопросом по-прежнему остается консервативный характер Национальной партии, ее установки и программа, особенно в самый сложный для нее период — 80-90-е гг. XIX столетия.

Эти годы стали вершиной в развитии социальной жизни чехов в XIX в., временем ускорения научного прогресса. Однако уже тогда начинают проявляться первые симптомы кризиса, охватившего в начале XX в. все составляющие социальной, экономической и политической жизни. Сходные процессы имели место в Австро-Венгерской дуалистической монархии и в ее важной части — Чешских землях5.

Если в начале XIX в. здесь только начинался процесс Национального возрождения, то к его концу Чехия стала самой развитой промышленной провинцией Австро-Венгрии, а чешский народ по своей образованности и экономическому развитию уже не отставал

3 Старочешских политических установок придерживались такие известные деятели, как Антонин Дворжак, Йозеф Вацлав Мыслбек, Карел Вацлав Райс, Ярослав Врхлицки и др.

4 В 1889 г. после выборов в чешский сейм старочехи, сохранив в нем большинство, значительно теряют свои позиции из-за значительного усиления младочехов. 1891 год ознаменовал полное поражение старочехов на выборах в австрийский рейхсрат. В 1903 г. умер лидер Национальной партии Ф.Л. Ригер.

5 Имперский контекст в истории Чехии подробно охарактеризован в коллективной монографии чешских авторов: Dëjiny Какошка. РгаЪа, 2002.

от немцев, с которыми веками жил бок о бок. Чешские земли характеризовались как «главный драгоценный камень в австрийской короне»6. Такие перемены должны были изменить и политическое положение чехов, однако этого не произошло. Так называемый «чешский вопрос» стал болевым вопросом всей империи Габсбургов, а его решение — залогом ее стабильности. Вене было о чем беспокоиться. Начиная с 80-х гг. усиливаются национальные противоречия между чехами и богемскими немцами, а в 90-е гг. резкий антагонизм между ними вылился в распространение таких лозунгов, как «Свой к своему!», «Немцы, покупайте у немцев!» и т.д.

80-е гг. принесли изменения и в политику Вены. Ведь теперь кабинет Эдуарда Тааффе (1879—1893 гг.)7 опирался не на либеральных немцев, как прежде, а на широкий круг консервативных сил Цислейтании8. В эту коалицию вошла и Национальная партия, которая, отказавшись от политики «пассивной оппозиции», выдвинула новую стратегию. Это время принесло большие успехи старо-чехам и всей чешской политике. Именно этот факт заставляет серьезно задуматься над причинами, которые привели к упадку успешной партии, основой которого во многом стал и кризис чешской консервативной мысли.

Между тем в последние десятилетия XIX в. начинается эпоха массовых движений, активности социально ориентированных партий, распространения современных политических взглядов. Большую актуальность получают лозунги социального и национального характера. Старые модели политической репрезентации постепенно уходят в полосу кризиса, этот процесс был присущ всей Западной и Центральной Европе. Для Чехии образцом старой модели политического представительства была Национальная партия9. Таким образом, встает вопрос о внутренней сути первой крупной чешской партии, ее политическом и идеологическом имидже.

Казалось бы, у чешских исследователей уже не должно возникать вопроса о том, как охарактеризовать Национальную партию, так как история старочехов довольно широко изучена. Однако дело обстоит намного сложнее. Большинство чешских авторов от-

6 Solle Z. Stoleti ceske politiky. Praha, 1998. S. 75.

7 Тааффе Эдуард — граф, известный австрийский государственный деятель имперского уровня; в 1867 г., 1870—1871 гг., 1879 г. — министр внутренних дел, в 1868—1870 гг. и 1879—1893 гг. министр-президент.

8 Имеется в виду «железное кольцо правых».

9 Национальную партию следует относить к так называемым элитарным политическим организациям, которые характеризуются отсутствием четкой организационной структуры и программы. Приоритетным способом решения политических вопросов для них являются закрытые переговоры, активное сотрудничество с правительством и государственной элитой.

носят представителей Национальной партии к правому, консервативному крылу. В то же время в литературе часто встречаются и такие характеристики, как «умеренные либералы», «либерал-консерваторы», а иногда просто «либералы» или «центристы». Эта разница в подходах связана с двумя важнейшими моментами. Во-первых, такое сложное явление, как «консерватизм» трактуется с разных точек зрения. Во-вторых, при характеристике той или иной партии XIX в. стали учитываться изменения в понятиях, которые произошли в XX в.

Консерватизм, если говорить о нем в философском смысле, представляет собой сложный социальный феномен, который можно представить в трех измерениях, в трех плоскостях. Во-первых — как совокупность психических качеств индивида; во-вторых — как одну из великих политических идеологий и, наконец, это общественно-политическое движение, находящее свое проявление в деятельности политических партий консервативной и неоконсервативной ориентации10.

Однако у социологов и политологов нет единства в определении консерватизма в качестве политической идеологии. Наиболее удачной, на наш взгляд, представляется трактовка консерватизма, предложенная известным американским исследователем С. Хантингтоном. В его интерпретации консерватизм предстает как ситуационное, т.е. исторически вариативное явление, как «система идей, которая служит сохранению существующего порядка независимо от того, где и когда он имеет место, и направлена против любых попыток его разрушения, от кого бы они не исходили»11.

Настоящие консерваторы (т.е. осознанно так себя идентифицирующие) всячески подчеркивают разницу между консерватизмом и реакционностью. Реакционер — это тот, кто стремится вернуть прошлое, в то время как консерватор заинтересован в сохранении существующего положения. Консерваторы не против перемен в общественной и политической жизни. Однако для них гораздо важнее вопрос, какой ценой эти изменения достигаются. Уже Э. Берк, родоначальник европейского консерватизма, писал о том, что «государство, не способное к изменениям, — не способно к сохранению». В своей известной работе «Размышления о революции во Франции» он выделил основные черты консерватизма12.

Однако автор описывает «универсального» консерватора, не учитывая региональной специфики, и больше концентрируется на философском толковании этого понятия. Все же ключ к понима-

10 См., например: Nisbet R. Konzervatismus. Praha, 1993; Kirk R. Konzervativni smyslenl. Praha, 2000.

11 Цит. по: Hanak D. Ceske konzervativni mysleni. 1789-1989. Praha, 2007. S. 13.

12 Ibidem.

нию консерватизма нужно искать в политической сфере, где его социально-политические функции наиболее устойчивы. Консервативная политика может делать ставку на жесткие методы отстаивания социального господства, иногда она играет роль своеобразного «амортизатора» человеческого прогресса, регулирует масштабы и темпы перемен, а иногда вынуждена идти на резкие изменения существующего положения для сохранения — хотя бы частично — старого порядка. Таким образом, в консервативном движении всегда можно выделить ультраконсервативное (традиционалистское) и умеренное (либерально-консервативное) крыло13.

Так, П.Ю. Рахшмир выделяет четыре этапа в развитии консерватизма на протяжении XIX в.14 На первом этапе консерватизм был направлен на противостояние общественному прогрессу. Второй этап характеризуется аристократическо-буржуазным синтезом в консервативном движении. На третьем этапе главной целью как консерваторов, так и либералов является борьба с рабочим движением, хотя методы этой борьбы у них разнятся. На последнем этапе происходит сближение умеренных консерваторов с либералами, возникает так называемый «реформистский консерватизм», цель которого — контроль над прогрессом.

Данная схема довольно условно отражает развитие консерватизма в XIX в., при этом не совсем понятны критерии выделения этапов. Но даже эта классификация дает нам возможность понять, что консерватизм как социально-политическое явление на протяжении XIX в. менял свое содержание и свою направленность. Кроме того, и, пожалуй, это самое важное та или иная партия, политическая группа на протяжении своего существования могла вносить изменения в содержание своей идеологии и соответственно в политическую практику.

Таким образом, вопрос о характере Национальной партии как консервативного крыла чешского политического спектра в конце XIX в. является актуальным и по сей день. Именно определение степени консервативности этой партии стало для чешских историков ХХ в. одним из важнейших векторов исследований.

Особое внимание в этом ключе стоит уделить периоду 1889— 1891 гг., когда чешский консерватизм переживал глубокий кризис, закончившийся уходом Национальной партии с политической сцены Чехии. Это была критическая ситуация для всей партии старочехов и лично для ее лидера Франтишка Ладислава Ригера (1818—1903), проверка партии, ее тактики и, конечно, идеологии на прочность.

13 См.: Рахшмир П.Ю. Эволюция консерватизма в новое и новейшее время // Новая и новейшая история. 1990. № 1. С. 49—63.

14 Там же. С. 50.

На 1892—1903 гг. приходится деятельность чешских консерваторов после политического поражения старочехов. Это время в жизни Национальной партии изучено в чешской литературе менее всего, что объясняется малым влиянием старочехов на «большую политику» на данном этапе. Между тем именно тогда происходит переоценка самими старочехами своих политических установок, поиск стратегических ориентиров, которые бы позволили выйти из кризиса. В этой связи анализ этих попыток не менее важен для создания целостной картины политического курса старочехов.

В чешской исторической науке существуют специальные издания, посвященные общественно-политической деятельности Ри-гера и Национальной партии. Однако они относятся в основном к периоду 60-80-х гг. XIX в. и не затрагивают этапа ее глубокого кризиса. В чешской межвоенной и социалистической историографии история общественно-политической жизни Чехии в конце XIX в. разработана гораздо шире и серьезнее.

Впервые анализ событий, связанных с деятельностью Национальной партии, чешско-немецкими противоречиями и т.п. был сделан еще в конце XIX в. Тогда сами участники политической жизни Чехии дали оценки происходящему. Эти работы носят скорее публицистический и отчасти философский характер. Однако уже в них заложены основы тех взглядов, которые встречаются в последующих исторических работах. К таким трудам относятся, например, «Чешский вопрос» и «Наш нынешний кризис»15 Т.Г. Масарика и «Чешские мысли»16 Й. Кайзла (1854—1901).

В первой половине 90-х гг. XIX в. чешская общественность все чаще обсуждала проблемы, касающиеся так называемого «чешского вопроса». Это было связано с тем, что австрийское правительство, по мнению чешской элиты, старалось его просто не замечать. Между тем это понятие включало не только проблему государственного исторического права Чешских земель, но и весь комплекс характерных для того времени сложностей: экономических, социальных, культурных, национальных и др.

Именно работа «Чешский вопрос» Масарика открыла знаменитый, длившийся более 40 лет (и в известной мере не затихший до сих пор) «спор о смысле чешской истории», который составляет основу чешской философской традиции. Теоретический разбор широкого круга проблем заставил автора критически посмотреть на чешскую политику того времени.

15 MasarykT.G. Ceska otäzka. Praha, 1990; Idem. Nase nynejse krise. Praha, 1895.

16 Kaizl J. Ceske myslenky // Spor o smysl ceskych dejin. Praha, 1995. Dil. I.

В «Чешском вопросе» автор осудил как старочехов, так и мла-дочехов17. По его мнению, у Национальной партии была многообещающая и соответствующая духу времени программа, однако после смерти Франтишека Палацкого (1798—1876)18 начался ее упадок. Масарик считал, что отказ от программы Палацкого привел к тому, что старочехи вместо ее обновления пошли по пути реакции. Кроме того, он подчеркивал, что Национальная партия свободомыслящих являлась продолжением Национальной партии и мало чем отличалась от нее. Кризис партии младочехов он связывал напрямую с упадком партии старочехов. Таким образом, Масарик сделал вывод о необходимости создания новой партии, которая бы соединила в себе различные современные ему политические и общественные течения.

Эти мысли имели свое продолжение в работе 1895 г. «Наш нынешний кризис», в которой Масарик опять упрекал младочехов в отсутствии у них современной программы. Таким образом, не критикуя чешский консерватизм как таковой, Масарик указал на главный его недостаток — неспособность меняться в соответствии с духом времени, отвечать запросам чешского общества.

Очередной выпад против Национальной партии свободомыслящих заставил Й. Кайзла написать в том же году достойный ответ. Своим трудом «Чешские мысли» один из лидеров младочехов включился в открытую дискуссию, к которой призывал Масарик. Во-первых, Кайзл подверг сомнению гуманизм Масарика и его критическое отношение к либерализму. Во-вторых, он отверг критику в адрес младочехов. По его мнению, программа старочехов изначально была инволюционной и отбрасывала чешскую политику ко временам до «эпохи Гавличека». Он также признал, что, хотя младочехи на определенном этапе и развивались в русле Национальной партии, однако именно упадок старочехов стал началом их возвышения.

По мнению Кайзла, Национальная партия свободомыслящих смогла создать новую, современную программу, которая отвечала интересам чешского народа. При этом он утверждал, что младочехи вернулись к программе Палацкого и Гавличека, придав ей истинно общенациональный характер. Таким образом, главную причину упадка Национальной партии Кайзл видел в том, что старочехи отошли от первоначально заявленной программы и перешли на консервативные позиции.

17 Национальная партия свободомыслящих (младочехи) была основана в 1874 г. членами оппозиционного течения внутри Национальной партии, недовольными умеренностью и осторожностью в отстаивании национальных интересов старочехами.

18 Подробнее о Ф. Палацком см.: Stajf J. РгапИвек Ра1аску. 2луо11, (Шо, шу1;ш. РгаИа, 2009.

Таким образом, начальный этап изучения чешского политического консерватизма, носивший скорее не научный, а публицистический и философский характер, приобрел форму длительной дискуссии. Ее основой были не научные, а политические интересы авторов. Вопрос о чешских консерваторах был для них тем сюжетом, рассмотрение которого давало возможность лучше понять характер чешской политической системы и проанализировать ее перспективы.

Особый интерес представляют для нас работы тех профессиональных историков, которые были участниками анализируемых событий. К ним можно отнести несколько трудов: А. Срба «Политическая история чешского народа от 1861 г. и до прихода министерства Бадени»19; З. Тоболки «Политическая история чехословацкого народа»20; «История чешской политики в новое время»21, написанная совместно З. Тоболкой и К. Крамаржем (1860—1937)22. При анализе данных монографий необходимо особое внимание обратить на политическую принадлежность авторов, поскольку они во многом продолжали традицию «спора о смысле чешской истории», пытались понять закономерности в развитии чешской политики, значение деятельности чешских консерваторов XIX в. для последующих поколений.

Книга А. Срба написана с позитивистским уклоном: об этом свидетельствует ее фактографичность, изобилие прямых цитат из источников, преимущественное внимание к области политики. При этом работа отражает партийно-политическую принадлежность автора к старочехам. В сочинении последовательно объясняется правильность, неизбежность и справедливость их политики. Монография оказала огромное влияние на чешскую историческую мысль того времени. Однако в этом труде почти полностью отсутствуют оценочные моменты, анализ описываемых событий, поэтому его можно отнести к одному из первых этапов разработки истории чешской политики второй половины XIX в.

Такие же характеристики применимы и к более поздним работам Срба — «Политическая история чешского народа со времен конституции» и «Шестьдесят лет политической борьбы за права

19 Srb A. Politické déjiny národa ceského od r. 1861 do prichodu ministerstva Badeni v r. 1895. Praha, 1897.

20 Tobolka Z. Politické déjiny ceskoslovenského národa od roku 1848 az do dnesní doby. Praha, 1934. Díl tretí. 1879-1914.

21 Kramár K., Tobolka Z. Ceská politika. Díl tretí. Déjiny ceské politiky nové doby. Praha, 1909.

22 Подробнее о К. Крамарже см.: Lustigová M. Karel Kramár. První ceskoslovensky premier. Praha, 2007; Karel Kramár (1860-1937). Zivot a dílo. Praha, 2009.

чешского народа. 1848—1908 гг.»23. Обе монографии охватывают обширные периоды истории, в них освящены многие сюжеты, связанные с деятельностью Национальной партии. Так, например, Срб характеризует старочехов как партию правого, консервативного толка. Этот тезис важен для понимания того, как идентифицировали себя ее представители. Кроме того, автор доказывает неправомерность обвинений младочехов в том, что Пунктации24 ослабили всю систему аргументов, связанных с государственным историческим правом Чешских земель.

Труд З. Тоболки «Политическая история чехословацкого народа» занимает особое место в чешской историографии. По образованию автор был историком и принадлежал к так называемой позитивистской школе Я. Голла. Огромное влияние на него оказал ТГ. Масарик, вместе с которым он стал одним из основателей Чешской народной партии (реалисты). В 1906 г. он вступил в Национальную партию свободомыслящих, активно участвовал в политической деятельности Чехии, был депутатом рейхсрата. В 20-е гг. XX в. стал членом Социал-демократической рабочий партии.

З. Тоболка очень подробно исследует период 1879—1891 гг., особое внимание уделяя выборам в чешский сейм 1889 г., Пунктациям и избирательной кампании 1891 г. в рейхсрат. Несмотря на свои политические взгляды, историк в целом позитивно оценивает деятельность старочехов после их отказа от «пассивной оппозиции». Он подчеркивает, что чешская политика не достигла большего успеха только потому, что внутренние и внешние условия были чрезвычайно сложны, целый комплекс факторов мешал реализации чешских амбиций25. К ним он относит и изменение внешнеполитического курса, сильную зависимость старочехов от правительства, от немецких либералов, усиление агитационной деятельности младочехов.

Автор раскрывает позицию императора, который так и не смирился с ролью конституционного монарха, придерживался консервативных взглядов и не считал национальную проблему главной в империи.

Причину недовольства избирателей политикой старочехов исследователь видит во многом в их сотрудничестве с консервативным дворянством. И хотя З. Тоболка не отрицает успехов старочехов на политическом поприще, он отмечает, что именно консерватизм

23 Srb A. Politické déjiny naroda ceského od pocatku doby konstitucni. Praha, 1909; Idem. Sedesat let politického zapasu o prava naroda ceského. 1848—1908. Praha, 1908.

24 Речь идет о заключительном документе, подписанном по итогам чешско-немецкой конференции в 1891 г., созванной для урегулирования национальных противоречий.

25 Tobolka Z. Op. cit. S. 5.

партии все больше отталкивал от нее избирателей. В целом автор характеризует старочехов как консерваторов, а младочехов как либералов. При этом З. Тоболка усматривает трансформацию Национальной партии в сторону консерватизма в контексте сближения с «историческим» дворянством. Но историк не осуждает старочехов за их консервативную идеологию и тактику, так как он убежден, что в условиях того времени ответственный политик не мог действовать по-другому и должен был сотрудничать как с дворянством, так и с Веной.

В этом же ракурсе автор рассматривает и чешско-немецкое соглашение 1890 г. По его мнению, в том виде, в каком оно было подписано в Вене, соглашение не представляло никакой угрозы для чешского народа. Наоборот, часть его положений была полезна для него, могла стать основой успехов, поскольку с этого момента пришел бы конец «положению чехов как меньшинства»26.

Однако в действительности старочехи потеряли способность быть представителями всей чешской нации и поэтому после выборов 1891 г. становятся аутсайдерами на чешской политической сцене. В то же время Тоболка не игнорирует развитие Национальной партии в 1891—1903 гг. Он старается осветить деятельность старочехов в период их распада, их роль в общеполитическом процессе, основное внимание уделяя младочехам. При этом он подчеркивает преемственность между старочехами и младочехами.

«История чешской политики в новое время» — весьма объемное сочинение, З. Тоболка написал разделы, охватывающие 70-е гг. XIX в. вплоть до 1879 г., до вхождения старочехов в рейхсрат. Автором других разделов книги является Карел Крамарж.

Следует признать, что он довольно объективно говорит о положительном значении и важности результатов, достигнутых Национальной партией в 80-е гг. Однако Крамарж уточняет, что все-таки это были незначительные успехи, во многом связанные с внутренней разобщенностью парламентских партий. В работе подчеркивается, что старочехи боялись смены консервативного правительства Тааффе и поэтому шли на непонятные для части политической элиты шаги, были готовы на слишком большие уступки немцам.

Вершиной таких действий, по его мнению, стало подписание чешско-немецкого соглашения 1890 г., — Пунктаций, которое старочехи, как пишет Крамарж, не имели права заключать, поскольку они означали «катастрофу чешской политики»27.

Однако причину поражения старочехов автор видит не только в Пунктациях. Он выделяет комплекс причин, приведших к краху партии старочехов. Это, во-первых, авторитаризм, вера в вождя

26 Ibid. S. 177.

27 Kramâr K., Tobolka Z. Op. cit. S. 493.

и простое подчинение его авторитету, нетерпимость к мнению других политиков, недостаток новых молодых сил, влияние дворянства, т.е. регрессивный характер партии. Во-вторых, он указывает на небольшие успехи старочехов, которые за время своего долгого существования могли бы сделать намного больше. В-третьих, свою лепту внесла успешная политическая, агитационная, пропагандистская деятельность Национальной партии свободомыслящих. И только четвертым по счету фактором стал провал Пунктаций и попытка заключения чешско-немецкого «мира».

Таким образом, Крамарж делает акцент главным образом на субъективный фактор, хотя и проанализированный всесторонне, — политику старочехов и их взаимоотношения с правительством и младочехами. Однако позиция историка в этом вопросе неоднозначна: с одной стороны, он осуждает Ригера и старочехов, с другой — признает пользу от подписанных соглашений.

Традиционные взгляды чешской историографии получили свое отражение и в монографии Йозефа Пенижека «Чешская деятельность в 1878—1918 гг.»28. Автор подчеркнул, что примирение чехов и немцев было невозможно. Главную причину такого положения он видел в нежелании самого императора устранить противоречия между обоими народами. Этот неожиданный тезис, к сожалению, не получил дальнейшего развития в работе. Кроме того, историк утверждает, что вся затея с Пунктациями была придумана только для усмирения немцев и возвращения их в сейм. Он обвиняет Ри-гера в непонимании интересов чешского народа и политики мла-дочехов. Таким образом, монография явно отражает политические пристрастия ее автора.

Другим направлением в изучении чешской консервативной мысли стало непосредственное обращение к личности и деятельности лидера Национальной партии Ф.Л. Ригера. К нему относятся монографии чешских историков Вацлава Винша и Хуго Трауба. Данные исследователи в своих работах a priori исходили из той огромной роли, которую играл Ригер в чешской политике своего времени. Тот неоспоримый факт, что Ригер был главным идеологом и вдохновителем чешского консерватизма, позволил авторам посмотреть на широкий круг проблем через призму личности этого чешского политика.

Монография Х. Трауба29, опубликованная в 1924 г., является одной из первых полных биографий лидера старочехов. Однако в основном работа носит описательный характер и почти не содержит емких выводов. Особый интерес представляет глава о жизни

28 Penizek J. Ceska aktivita v letech 1878-1918. Praha, 1931.

29 Traub H. Frantisek Ladislav Rieger. Praha, 1924.

и деятельности Ригера в 1891—1903 гг. Говоря о последствиях Пунк-таций и выборов 1891 г., все вину за их результат исследователь возлагает на младочехов и немцев, защищая действия и позицию старочехов. Трауб особо подчеркивает, что после 1891 г. ни Национальная партия, ни Ригер не прекращали своей работы. Вплоть до новых выборов в сейм в 1895 г. старочешские депутаты активно выступали в ландтаге с предложениями и участвовали в обсуждении различных вопросов.

По мнению автора, несмотря на упадок партии старочехов, они играли положительную роль в чешской политике в конце XIX в. Историк включает в контекст своего труда широкий фактический материал о жизни и политической деятельности лидера старочехов в этот период. Трауб подчеркивает, что лидеры младочехов неоднократно консультировались с Ригером по политическим вопросам. Таким образом, в данной монографии была предпринята попытка более всесторонне оценить вклад Национальной партии в развитие Чехии.

Работа В. Винша30 вышла в 1948 г., хотя самого историка следует отнести к межвоенному поколению ученых. Автор подробно описывает весь жизненный путь Ригера, его деятельность на политическом поприще. Говоря о важнейшей проблеме чешско-немецких переговоров, Винш настаивает на том, что именно немецкие политики мешали продвижению в этом направлении из-за своей жесткой позиции, тогда как чехи выступали за равные права для обоих народов.

По его мнению, Пунктации были лишь инструментом для возвращения немцев в сейм, их усмирения и привели бы к разделению Чехии на немецкие и смешанные округа. Главной же причиной провала договоренностей автор считает отсутствие при их заключении младочехов. Таким образом, его взгляды являются вполне традиционными. В то же время В. Винш высказывает важную мысль о том, что на практике Венские соглашения были извращены и поэтому неправильно поняты чешской общественностью, т.е. не отрицает полностью тех положительных возможностей, которые стояли за этим документом.

Историк подчеркивает заслуги старочешской политики, ее успехи. Особенно он выделяет факты, которые свидетельствовали о том, что Национальная партия свободомыслящих во многом была обязана старочехам и уже во времена своего господства на политической сцене не раз пользовалась их советами. Вообще В. Винш делает весьма обязывающий вывод о том, что без Национальной партии и ее лидера не было бы свободной Чехословакии.

30 Vins V. Frant. Lad. Rieger. Praha, 1948.

Подводя итог проведенного анализа чешской буржуазной историографии, вполне правомерно заметить, что ею были обобщены многие материалы, раскрывающие особенности чешской политики конца XIX в. В свою очередь в межвоенный период была создана серьезная база для дальнейшего изучения данной проблематики. При этом значительная часть источников оставалась все еще не введенной в научной оборот.

В социалистической (марксистской) чешской историографии существовали некоторые различия во мнениях о принадлежности и сущности старочехов и их политической деятельности. Однако в целом преобладала характеристика их как консерваторов и оппортунистов. Следует отметить, что, отдавая предпочтение сюжетам из экономической истории Чехии, авторы этой школы почти не уделяли внимания проблемам чешского консерватизма. Однако определенный интерес могут вызывать работы таких чехословацких историков, как В. Ваничек, Т. Войтех, М. Беранкова, О. Урбан и др.

Монография известного чешского историка В. Ванечека «История государства и права в Чехословакии до 1945 года»31 претерпела несколько редакций и была переведена на русский язык. Ванечек не только признает то, что Пунктации несли в себе угрозу для Чехии, но и подчеркивает, что со стороны старочехов подписание Венских соглашений было вызвано безысходностью.

Автор обвиняет Национальную партию в том, что она не привлекла новые силы, заявившие о себе в общественной жизни, — рабочих, широкие народные массы. Тем самым, по его мнению, она пошла на поводу у Вены, а значит, у немецкого национализма и централизма. Именно в отходе от основных требований чешской политики, игнорировании широких масс Ванечек видит причины поражения и распада Национальной партии и консервативного крыла.

В своей работе «Младочехи и борьба за политическую власть в Чехии»32 Томаш Войтех рассматривает развитие Национальной партии свободомыслящих с 1874 г., т.е. с момента институирова-ния самостоятельной структуры, и до 1891 г., когда младочехи встали во главе чешской политики и сменили на этом поприще старочехов. При этом автор не мог не обращаться к материалам, связанным с трансформацией Национальной партии в этот период.

Довольно подробно он описывает и анализирует события 1889— 1891 гг. Кризис консервативной идеологии, с точки зрения Войтеха, наступил уже после поражения Национальной партии на выборах 1889 г. Его он связывает, как и большинство других исследователей, с Пунктациями. Как одну из причин ухода старочехов с политиче-

31 Vanécek V. Déjiny státu a prava v Ceskoslovensku do roku 1945. Praha, 1970.

32 Vojtech T. Mladocesi a boj o politickou moc v Cechách. Praha, 1980.

ской сцены историк называет консервативный характер их партии, тактику, направленную на активное сотрудничество с Веной и немцами.

Большое внимание в данной работе уделяется предвыборным кампаниям обеих партий, анализу заявлений их лидеров и активных членов. Ученый делает вывод о том, что неправильно построенная агитация старочехов и умелая, напористая, хотя во многом и демагогическая пропагандистская деятельность младочехов, основанная на критике Национальной партии, определили исход выборов как в сейм, так и в рейхсрат.

Кроме того, в работе Войтеха указывается на связь перемен в чешской политике с экономическими процессами, проходившими в Австро-Венгрии и Чехии. Автор, говоря о последствиях экономического кризиса, делает акцент на усилении чешской буржуазии и ее противостоянии с немецкой, что в значительной степени привело к победе новой политической силы.

Значительный интерес для нас представляет работа Милены Беранковой «История чехословацкой журналистики»33, поскольку в ней дается общая характеристика старочешской и младочешской прессы. Когда речь идет собственно о газетах и журналах, изложение этого историка во многом напоминает сочинения позитивистов с присущим им фактографией и привлечением богатой источни-ковой базы. Следует отметить, что Беранкова один из немногих авторов того времени, который смог оценить огромное влияние прессы на политическую жизнь Чехии. Однако, к сожалению, это направление в чешской историографии почти не получило продолжения.

Автор выразил свое отношение и к Пунктациям. По мнению Беранковой, этот документ был уступкой немцам в области делопроизводства, школьной системы, сельскохозяйственной политики и т.д. Историк отмечает, что против реализации Венских договоренностей выступили народные массы и рабочие, что и определило их неудачу.

Самым фундаментальным трудом по проблемам политической жизни Чехии во второй половине XIX в. является работа Отто Урбана «Чешское общество. 1848—1918»34. Она знаменовала собой отход от марксистской историографии, что означало и использование иных методов в изучении прошлого чешского народа. В центре внимания автора оказались все значительные события второй половины XIX — первых десятилетий ХХ в. Для нас наибольший интерес представлял рубеж 80-90-х гг. XIX столетия.

33 Berankova M. Dejiny ceskoslovenske zurnalistiky. Praha, 1981. Dil I. Cesky perio-docky tisk do roku 1918.

34 Urban O. Ceska spdecnost 1848-1918. Praha, 1982.

Интересны рассуждения О. Урбана о практической деятельности Национальной партии. Он признает ее бесспорную пользу для чешского народа. Начало политического кризиса старочехов он относит к 1886 г., когда в обществе все более очевидным становилось недовольство ими, результатом чего стало падение популярности на выборах в сейм 1889 г. В этих условиях старочехи решились на последний, с точки зрения автора, «заведомо ошибочный»35 шаг — Пунктации. В целом исследователь отмечает, что этот документ не мог навредить чешскому народу, но содержал в себе много нерешенных вопросов, которые впоследствии могли бы создать еще большие проблемы.

О. Урбан указывает на прямую связь между провалом Венских соглашений и успехом Национальной партии свободомыслящих на выборах в рейхсрат. При этом особое внимание он уделяет предвыборной агитации младочехов, позиции Вены и императора. Говоря о политическом характере старочехов, автор не пишет о консервативности проводимой ими политики, а лишь отмечает их «политическую мудрость и осторожность»36, которая не только помогла им удерживаться на вершине политики в течение трех десятилетий, но и достичь значительных результатов в своих начинаниях.

Таким образом, именно монография Урбана, автора, отказавшегося от огульной критики консерватизма старочехов и в целом правого крыла чешской политики и ставшего примером социалистического либерализма в исторической науке, позволила чешской историографии вступить на путь внеидеологических подходов в изучении чешской истории конца XIX — начала XX в37.

Современная чешская историография также широко освещает общественно-политическую жизнь в Чехии этого времени. Во многом она продолжает предшествующую традицию. Вместе с тем современный этап развития чешской исторической науки характеризуется, особенно в отличие от предыдущего — марксистского, появлением региональных школ, обращением к новым сюжетам отечественной истории, интересом к чешским консерваторам как основоположникам чешской традиционной политической культуры, стремлением связать процессы, проходившие в Чешских землях, с общеевропейскими38.

35 Ibid. S. 392.

36 Ibid. S. 317.

37 В этой же связи нельзя не отметить еще две работы этого известного чешского историка: Urban O. Kapitalismus a ceska spolecnost. K otazkam formovani ceske spolecnosti 19. stoleti. Praha, 1978; Idem. Ceske a slovenske dejiny do roku 1918. Praha, 1991.

38 Показательным в этой связи является изданный в 2006 г. четырехтомник «Чешские земли в европейской истории»: Ceske zeme v evropskych dejinach. Praha, 2006.

Кроме того, современная историография все больше обращается к традициям начала ХХ в., вновь, на новом уровне, возрождается «спор о смысле чешской истории» с использованием ранее недоступных источников.

Крупной работой общего характера является монография известного чешского историка Яна Кржена «Конфликтные сообщества. Чехи и немцы. 1780—1918»39. Этот труд интересен тем, что в нем особое внимание уделяется взаимоотношениям чехов и немцев в монархии Габсбургов и проблеме чешско-немецких взаимоотношений во всех сферах: в политике, культуре, экономике и др. Именно поэтому автор не мог обойти стороной Венские соглашения 1890 г. и кризис старочешской партии.

Весьма подробно Я. Кржен описывает взаимоотношения между старочехами и правительством графа Тааффе в 1879—1891 гг. Автор оценивает политику австрийского правительства и Национальной партии как консервативную, при этом он считает, что у старочехов консервативные начала усилились во многом из-за тактических соображений. Кроме того, он указывает, что австрийский и чешский консерватизм имели свои особенности, которые отличали его от западноевропейского40. Старочехи, по мнению автора, на протяжении долгого существования партии постепенно теряли качества, присущие либералам, и превращались в партию правого толка.

Особо Я. Кржен подчеркивает роль немецкого национализма в чешской политике. Как отмечается в труде, усиление этого явления, его радикализация во многом и помешала как чешским политикам, так и правительству реализовать Пунктации и достигнуть чешско-немецкого примирения.

Оценивая этот документ, автор делает упор на то, что он был половинчатым и не мог решить всех накопившихся противоречий. По его мнению, Венские соглашения были более всего выгодны правительству, которое хотело как можно быстрее решить «чешский вопрос» и тем самым стабилизировать обстановку в стране для урегулирования других внутри- и внешнеполитических проблем.

Эту же мысль поддерживают авторы монографии по истории чешского права Карел Малый и Флориан Сивак41. Они подчеркивают, что Пунктации являлись капитуляцией чешской политики в языковом вопросе и фактически означали отход от требований равноправия чешского и немецкого языков. Их вывод о национальном расчленении Чехии при возможной полной реализации документа также не является новым.

39 Kren J. Konfliktni spolecenstvi. Cesi a Nemci. 1780-1918. Praha, 1990.

40 Ibid. S. 214.

41 Maly K., Siväk F. Dejiny statu a prava v ceskych zemi a na Slovensku do roku 1918. Praha, 1992.

Не менее важными являются обобщающие работы таких историков, как Й. Коржалка и З. Шолле. Известный историк Йиржи Коржалка, автор монографии «Чехи в Габсбургской монархии и Европе»42, значительную часть своей работы посвятил истории чешско-немецких противоречий. В этом контексте он пишет и о переговорном процессе в Вене 1890 г.

Характеристика этим исследователем Пунктаций в корне отличается от оценок других историков. Он утверждает, что этот документ был первым шагом в движении к образованию независимой провинции немецких земель, так как, по сути, означал разделение Чехии на две части — немецкую и двуязычную. Из этого посыла Й. Коржалка делает вывод, что чешские консервативные силы в то время уже не имели политической воли, чтобы решить чешско-немецкие противоречия с максимальной выгодой для себя, поэтому закат Национальной партии был неминуем.

В работе «Столетие чешской политики»43 З. Шолле, говоря о 80-90-х гг., указывает на огромные перемены в политической, экономической и культурной жизни Австрии и Чехии. По мнению автора, именно эти изменения во многом определили уход старо-чехов из активной политической деятельности. Консервативный характер Национальной партии по объективным причинам способствовал потере старочехами политического веса.

Еще одной работой общего характера является труд чешского историка Вратислава Доубека «Чешская политика и Россия (1848— 1914)»44. Она лишь отчасти касается нашей темы, затрагивает вопрос о переходе лидирующих позиций от старочехов к младочехам. При этом особое внимание автор уделяет успешным предвыборным кампаниям Национальной партии свободомыслящих. Одну из основных причин поражения старочехов он видит в том, что они не смогли противостоять политическому напору более молодой и более социально ориентированной младочешской партии. Таким образом, нараставший кризис старочехов он связывает с внутренними конфликтами и дезинтеграцией этой структуры.

Другая позиция выражена в сборнике статей «Братья Грегры и чешское общество во второй половине XIX века»45. Основной акцент здесь сделан на выяснении специфики развития младочеш-ской партии. При этом авторы проводят мысль о том, что главной причиной поражения старочехов стала нарастающая сила не только младочешской агитации, но и их политической деятельности.

42 Koralka J. Сея V НаЪвЪигекё ГШ а V Еугорё. 1815—1914. РгаЪа, 1996.

43 Z. Století севкё ро1Шку. РгаЪа, 1998.

44 Doubek V. Севка ро1Шка а Яшко. 1848-1914. РгаИа, 2004.

45 Bratfi Grёgrovё а севка spo1eCnost V ёгиИё роктпё 19. вМей. РгаИа, 1996.

К новым выводам пришла Марцела Эфмертова в работе «Чешские земли в 1848-1918 гг.»46. Она считает, что Пунктации не были причиной поражения Национальной партии и видит ее в деятельности младочехов. Однако автор не просто указывает на то, что младочехи извратили смысл Пунктаций, но и винит предыдущую историографию в том, что она попала под влияние младочешской аргументации при построении своих концепций, умаляющих историческую роль старочехов. По ее мнению, текст Венских соглашений не содержит положений, которые могли бы привести к расчленению Чехии и образованию так называемой «немецкой Богемии»47.

Из работ обобщающего характера также хотелось бы отметить монографию Алеша Валенты «Политическая история Чешских земель и монархии Габсбургов. 1848—1914»48. Характеризуя Пункта-ции в традиционном духе, автор делает существенное замечание о неоднородности немецкого политического лагеря, подчеркивая, что часть немецких политиков активно выступала за переговоры с чехами. Кроме того, он указывает на положительные для чехов пункты Венского соглашения, тем самым признавая неоднозначность документа.

Современная чешская историография также характеризуется увеличивающимся интересом к истории Австро-Венгрии и месте Чехии в ней. Так, историк Йиржи Пернес в своей работе «Под габсбургским орлом. Чешские земли и Австро-Венгрия на рубеже XIX и XX веков»49 рассматривает историю Чехии, Моравии и Силезии через призму общеимперского контекста, тем самым отходя от жесткой регионализации истории. Однако оценки автором Пунктаций, поражения Национальной партии не отличаются оригинальностью.

В последнее десятилетие вновь поднимается интерес к истории личности и деятельности Ф.Л. Ригера. В 2003 г. на родине этого чешского политика, в Семилах, прошла научная конференция, приуроченная к 100-летию со дня его смерти. По итогам конференции, в ходе которой рассматривались многие аспекты развития чешского общества второй половины XIX в., был опубликован сборник. В него вошла и статья Йиржи Штайфа «Франтишек Ла-

46 Efmertovà M. Ceské zemé v letech 1848-1918. Praha, 1998.

47Такой взгляд на Пунктации в чешской историографии не устоялся. Примером тому служат многочисленные упоминания данного документа в учебной и научной литературе, где он характеризуется как крайне опасный для чехов. См., например: Hledlkovâ Z., Janàk J., Dobes J. Déjiny spravy v Ceskych zemich od pocatku statu po soucasnost. Praha, 2007. S. 266.

48 Valenta A. Politické déjiny ceskych zemi a habsburské monarchie. 1848-1914. Praha, 2002.

49 Pernes J. Pod habsburskym orlem. Ceské zemé a Rakousko-Uhersko na prelomu 19. a 20. stoleti. Praha, 2001.

дислав Ригер и чешская национальная элита XIX века»50. Статья носит апологетический характер по отношению к лидеру староче-хов. Вместе с тем автор сделал ряд важных выводов. Так, он считает, что Ригер органично сочетал в себе черты умеренного либерала и конституционного монархиста, что и позволяло ему так долго находиться во главе чешского политического лагеря. Ученый подчеркивает, что именно благодаря сотрудничеству с историческим дворянством чешская политика приобрела вес и влияние при венском дворе.

Штайф видит в лидере старочехов пример идеального политика. Он пишет, что Ригер, как настоящий рыцарь, пал в равном бою, не выдержав конкуренции со стороны новых молодых сил. Пунктации, по мнению автора, стали итогом этой борьбы и констатацией политической смерти Ригера. Причем в их провале автор винит как радикализм младочехов и неуступчивость немцев, так и отсутствие политической воли центра.

В 2003 г. была опубликована книга Роберта Сака «Ригер. Консерватор или либерал?»51. Монография широко освещает жизненный путь политика, затрагивая и интересующие нас проблемы. Р. Сак отмечает, что «мир» с немцами был главной политической целью деятельности Ригера. Однако именно неудачная попытка его заключения стала причиной распада Национальной партии и постепенного отхода Ригера от политики.

Автор высказывает интересную мысль о том, что Ригер почти сразу понял: Венские соглашения не идеальны и не смогут принести долгожданного «мира». Однако, боясь признать свои ошибки, он первое время продолжал настаивать на их реализации. По мнению Сака, лидер старочехов был заложником собственной политики: реализация Пунктаций стала невозможной, однако официальный отказ от Венских соглашений означал бы «плевок себе в лицо».

Подробному обзору развития Национальной партии и Национальной партии свободомыслящих посвящена работа Йиржи Ма-лиржа «Старочехи и младочехи в Чехии, Моравии и Силезии»52. Главной заслугой автора монографии является подробное освещение деятельности этих партий в Моравии и Силезии, так как обычно историки уделяют им крайне мало внимания. Автор постарался выявить связи, которые объединяли чешских политиков из различных частей Чешских земель.

50 Staif J. Fr. Lad. Rieger a ceska narodni elita 19. Stoleti // Fr. Lad. Rieger a ceska spolecnost 2. poloviny 19. stoleti. Praha, 2002. S. 7-21.

51 Sak R. Rieger. Konzervativec nebo liberal? Praha, 2003.

52 Malir J. Starocesi a mladocesi v Cechach, na Morave a ve Slezku. Brno, 1998.

Малирж настаивает на постепенном упадке Национальной партии, говорит о сужении ее социальной базы, устаревшей структуре. При этом он подчеркивает, что полного прекращения политической деятельности старочехов не было. Важным является тезис о том, что победа младочехов в 1891 г. стала для них во многом экзаменом на прочность, так как теперь они были ответственны за судьбы чешского народа.

В самое последнее время в Чехии также появляются работы, исследующие различные аспекты развития чешского консерватизма в XIX в. Особо нужно отметить объемный коллективный труд «Чешские партии»53 в двух томах. Первый том посвящен деятельности партий на территории Чешских земель и Чехословакии в 1861—1938 гг. Авторы дают подробную характеристику возникновению, развитию партий, их печатных органов, различных организаций при них и т.д. Данный синтез содержит ценный материал для изучения чешских партий в широкой временной перспективе.

Особый интерес представляют очерки, посвященные Национальной партии, Национальной партии свободомыслящих, Партии консервативного велькостатка, Партии «верного конституции» велькостатка и немецким политическим партиям. Авторы этих статей (Й. Георгиев, Л. Велек, П. Цибулка, Й. Малирж) широко освещают периоды становления и развития данных политических сил, останавливаются на проблемах складывания их политических и идеологических взглядов.

Немалое внимание уделено деятельности Партии консервативного велькостатка, история которого является «белым пятном» в советской и российской историографии. Именно на примере этой политической силы Й. Георгиев раскрыл генезис консервативной мысли в Чешских землях, указав на ее особые черты, и прежде всего — на непосредственную связь с умонастроениями австрийской политической и аристократической элиты.

Не менее значимой является вступительная статья Йиржи Ма-лиржа «Система политических партий в чешских землях». В ней автор особое внимание уделяет трансформации политических сил в Чехии — от элитарных к массовым партиям.

Среди работ, посвященных отдельным личностям, необходимо выделить труд Яна Галандауера «Князь Франтишек Тун»54. В этой монографии он представлен как политический деятель Австрии и Чехии, наместник Чешских земель, член союзной старочехам Партии консервативного велькостатка. Кроме биографического материала автор активно апеллирует к политическим реалиям того времени.

53 Politicke strany. Vyvoj politickych stran a hnuti v Ceskych zemich a Ceskoslovensku. 1861-2004. Brno, 2005.

54 Galandaoer J. Frantisek knize Thun. Mistodrzici Ceskeho kralovstvi. Praha, 2007.

Говоря о рубеже 80—90-х гг. XIX в., Я. Галандауер показывает роль наместника в переговорном процессе в Вене, раскрывает его позицию по отношению к чехам и немцам, характеризует взгляды на решение чешско-немецких противоречий, на государственное историческое право Чешских земель и Пунктации. Благодаря этому мы имеем возможность узнать точку зрения одной из фракций Партии консервативного велькостатка, о ее контактах со старочехами. Автор опирается на богатый круг источников, самыми интересными из которых являются выступления князя в сейме по различным политическим проблемам.

Одной из последних монографий, посвященной данной проблематике, является труд Давида Ханака «Чешское консервативное мышление»55. Сам автор не является историком, по образованию он политолог. Кроме того, во время работы над книгой он занимал пост председателя Гражданского консервативного клуба, что необходимо учитывать при анализе его работы. В книге исследуется развитие консервативной идеи в Чехии от 1789 до 1989 г. Отдельную главу автор посвящает деятелям Национальной партии — Ф. Палацкому и Ф.Л. Ригеру. По мнению исследователя, старочехи были истинными консерваторами как в своих философских, так и политических взглядах. При этом он критикует такого именитого ученого, как Й. Кржен, считая, что старочехи с самого начала были консерваторами, а не стали ими под влиянием союза с «историческим дворянством». В своих рассуждениях Д. Ханак опирается на широкий массив источников. Это и речи деятелей партии ста-рочехов, их письма, официальные источники.

Подробный анализ имеющегося блока работ профессиональных историков показывает, что в данном случае известный политолог отчасти приближается к марксистам первого поколения, с чем нельзя согласиться.

Большого внимания заслуживают рассуждения автора на тему консерватизма, его основ. Особый упор Д. Ханак делает на отличия чешского консерватизма от западноевропейского (французского и английского), выделяет его основные черты. При этом следует подчеркнуть, что исследователя больше интересуют взгляды старочехов на философские, культурные и политические аспекты общественной жизни. В книге мало говорится о практической политической деятельности партии.

В современной чешской историографии проявляется интерес и к теоретической разработке идеологических течений в Чехии. В частности, примером может послужить статья профессора Карлова

55 Hanak D. Сезке копгегуаИут ту§1ет. 1789—1989. РгаИа, 2007.

университета Милана Главачки «К концепции либерального гражданского общества в Чешских землях: попытка определения»56.

Вопрос о формировании гражданского общества в Чехии и по сей день актуален, поскольку, как совершенно правильно отмечает автор, после обращения к этой теме О. Урбана, никто из чешских историков специально ею не занимался. И хотя Урбан довольно полно определил основные черты гражданского общества, он не показал, как шло его формирование на протяжении всего XIX в.

В своей статье Главачка на основе анализа постановлений венского административного суда 70-х гг. XIX в. выделил основные черты платформы либерального общества, таким образом, существенно расширив положения, сформулированные в работах Урбана. Особенно интересны замечания автора о том, что либерализм изначально предполагал неравенство между людьми, сохранил в экономическом плане остатки сословного общества и не признавал революционных перемен.

Эти тезисы говорят о крайне сложной трактовке либеральной идеи того времени. Между тем четкие представления о ее особенностях важны для понимания сущности консервативных сил Чехии конца XIX в., их роли и места в политической структуре Австрии. Изучение этой темы, в том числе и на теоретическом уровне, помогает глубже понять причины, по которым ведущие консервативные силы Чехии стали аутсайдерам на поле политической битвы.

Таким образом, история чешского консерватизма, оценка событий рубежа XIX-XX вв. и характера Национальной партии в чешской исторической науке далеко не однозначна и требует дальнейшего изучения в нескольких направлениях.

Во-первых, необходимо ответить на вопрос если не о философских, то о мировоззренческих взглядах старочехов, их представлениях о характере чешского общества, возможных путях его развития.

Во-вторых, до сих пор не ясна картина всего чешского правого политического крыла. Следует определить место в нем старочехов по сравнению с остальными политическими силами правого толка.

В-третьих, очевидно, что на сегодняшний день наиболее фундаментально изучена практическая деятельность старочехов в их «звездный» час — в 60-70-е гг. XIX в. В этом контексте в детализации нуждается и их политическая практика в период ухода с политической сцены. Она позволит намного шире посмотреть на те процессы, которые происходили в Чешских землях на рубеже XIX-XX вв.

56 Главачка М. К концепции либерального гражданского общества в Чешских землях: попытка определения // Власть и общество: непростые взаимоотношения. (Страны Центральной и Юго-Восточной Европы в XX в.). М., 2008. С. 45-61.

Список литературы

1. Рахшмир П.Ю. Эволюция консерватизма в новое и новейшее время // Новая и новейшая история. 1990. № 1.

2. Cesky politicky katolitismus. 1848-2005. Brno, 2008.

3. Dejiny Rakouska. Praha, 2002.

4. Hanak D. Ceske konzervativni mysleni. 1789-1989. Praha, 2007.

5. Kirk R. Konzervativni smysleni. Praha, 2000.

6. Nisbet R. Konzervatismus. Praha, 1993.

7. Solle Z. Stoleti ceske politiky. Praha, 1998.

Поступила в редакцию 22 июля 2011 г.