Состояние противодействия административным коррупционным правонарушениям в органах государственной власти и органах местного самоуправления

АДМИНИСТРАТИВНОЕ И ФИНАНСОВОЕ ПРАВО

УДК 342.95:328.185

Оксана Валерьевна Клок,

аспирантка

Национальный юридический университет имени Ярослава Мудрого, г. Харьков

СОСТОЯНИЕ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ АДМИНИСТРАТИВНЫМ КОРРУПЦИОННЫМ ПРАВОНАРУШЕНИЯМ В ОРГАНАХ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ И ОРГАНАХ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ

Статья посвящена анализу состояния противодействия административным коррупционным правонарушениям в Украине. Исследована статистическая информация по динамике, структуре, удельному весу, цене и латентности административных коррупционных правонарушений. Определены наиболее эффективные меры противодействия коррупционным проявлениям на государственной и муниципальной службе.

Ключевые слова: административное коррупционное правонарушение, административная ответственность, противодействие коррупции, количественно-качественные показатели коррупционных правонарушений.

Проблема борьбы с коррупцией, в том числе административно-правовыми методами, сегодня приобретает особую остроту. Основой для формирования новой целостной концепции противодействия коррупционным проявлениям должен стать именно анализ опыта борьбы с этим явлением в течение периода существования независимого украинского государства. Именно изучение недостатков и достижений такого противодействия является отправной точкой для определения адекватных мер противодействия коррупционным проявлениям и вектора дальнейшего совершенствования законодательства.

Результативность государственной политики противодействия коррупции определяется в первую очередь количественно-качественными показателями борьбы с правонарушениями в упомянутой сфере, в частности общим количеством совершенных правонарушений, динамикой зарегистрированных проступков, количеством составленных административных протоколов, удельным весом указанных правонарушений в структуре всех административных правонарушений, их «ценой» и уровнем латентности, соотношением между количеством субъектов, совершивших административные коррупционные правонарушения, и количеством лиц, подвергшихся административным взысканиям за их совершение, а также уровнем восприятия коррупции населением страны и представителями бизнеса. Только анализ указанных выше статистических показателей способен наглядно продемонстрировать реальную эффективность реформ, которые произошли в законодательстве, регулирующем вопросы борьбы с коррупцией, дать объективную информацию о реальных результатах проведенных изменений.

Исследованию коррупционной ситуации в Украине и состояния противодействия ей посвящены труды Л. А. Аркуши, Л. В. Багрий-Шахматова, В. Т. Белоуса, М. Ю. Бездольного, А. В. Гайдука, И. П. Голосниченка, В. А. Завгороднего, Д. Г. Заброды, А. П. Закалюка, В. С. Зеленецкого, А. Г. Кальмана, В. К. Колпакова, В. М. Куца,

A. М. Литвака, М. И. Мельника, Е. В. Невмержицкого, С. С. Рогульского,

B. М. Соловьева, А. В. Терещук, Р. М. Тучака, Н. И. Хавронюка, Н. М. Ярмыш.

Целью статьи является исследование количественно-качественных показателей административных коррупционных правонарушений, а также состояния противодействия им на протяжении 1995 - 2013 гг.

Учитывая, что история административной ответственности за коррупционные правонарушения берет свое начало с момента принятия 5 октября 1995 г. Закона Украины «О борьбе с коррупцией», в Украине уже успела сложиться определенная эмпирическая база, которая позволяет сделать выводы о состоянии и эффективности государственной политики противодействия коррупции административно-правовыми методами.

Имеющуюся статистическую информацию по противодействию коррупционным проступкам можно разделить на два относительно самостоятельных периода:

1) 16 ноября 1995 г. до 30 июня 2011 г., т. е. со дня вступления в силу Закона Украины «О борьбе с коррупцией» от 05.10.1995 г. до момента утраты им силы;

2) c 1 июля 2011 г., т. е. с момента вступления в силу Закона Украины «О принципах предотвращения и противодействия коррупции» и по настоящее время.

Безусловно, такое разделение носит достаточно условный характер. В рамках каждого из указанных периодов можно выделить определенные полупериоды.

В течение первого периода административная ответственность за коррупционные деяния предусматривалась непосредственно в разделе III Закона Украины «О борьбе с коррупцией». В частности, административная ответственность была установлена за: а) неправомерное получение лицами, уполномоченными на выполнение функций государства материальных благ, услуг, льгот и т. д. (ст. 7); б) нарушение специальных ограничений, установленных для лиц, уполномоченных на выполнение функций государства (ст. 8); в) нарушение требований финансового контроля (ст. 9); г) непринятие руководителями мер по борьбе с коррупцией (ст. 10); д) умышленное невыполнение своих обязанностей по борьбе с коррупцией (ст. 11).

Первый период можно разделить на два полупериода. Первый охватывает 1995-2006 гг. Полная информация о совершенных коррупционных правонарушениях и лицах, их совершивших, в указанный промежуток времени была опубликована частично, а имеющиеся отдельные статистические данные не позволяют сравнить указанный период с более поздними промежутками времени для всестороннего представления о динамике совершения коррупционных правонарушений и их структуре. Анализ данных Верховного Суда Украины за 2000 - 2005 гг. свидетельствует, что наибольшее количество коррупционных правонарушений в этот промежуток времени было зарегистрировано в 2001 г. Судами были рассмотрены дела в отношении 8692 лиц. В 2000 г. количество лиц, в отношении которых судами были рассмотрены дела, составляло 6653 лица, в 2002 - 6983 лица, в 2003 г. - около 5700 лиц, в 2004 г. - 5700 лиц, в 2005 г. - 5900 лиц. При этом количество лиц, которые реально были привлечены к ответственности за указанные нарушения с применением взыскания в 2000 г. составляло 2514 (37,7 % из всех, дела которых были рассмотрены судами), в 2001 г. - 3123 лица (35,92 % ), в 2002 г. - 3093 лица (44,29 %), в 2003 г. - 3033 лица (53,21 %), в 2004 г. - 3000 (52,63 %), в 2005 г. - 3900 (66,1 %) [1, с. 4-6]. Таким образом, динамика свидетельствует, что постепенно начинает увеличиваться количество лиц, которые привлечены к ответственности за совершенные коррупционные деяния. Если в 2000-2001 гг. к административной ответственности привлекалось лишь одно из трех лиц, протоколы в отношении которых были направлены в суд, то в 2003-2004 гг. - уже каждый второй, а в 2005 г.- два из трех. Впрочем, понятно, что несмотря на позитивные сдвиги, такую ситуацию все равно нельзя признать удовлетворительной.

Второй полупериод охватывает 2006 - 01.07.2011 гг. 11 сентября 2006 г. Указом Президента Украины № 742/2006 была одобрена Концепция преодоления коррупции в Украине «На пути к добропорядочности», одной из приоритетных задач которой было введение единой системы межведомственной статистики по делам о коррупционных деяниях и других правонарушениях, связанных с коррупцией, и обеспечение

формирования публичной судебной статистики по делам о коррупционных правонарушениях. Фактически именно с этого периода в Украине начала формироваться единая база публичной статистической информации о коррупционных правонарушениях и лицах, виновных в их совершении.

Так, с 2006 по 2011 г. ежегодно в суды поступало примерно одинаковое количество дел о коррупционных административных правонарушениях (в 2006 г. - 6632, в 2007 г.-6881, в 2008 г. - 7167, в 2009 г. - 6067, в 2010 г. - 6039) [2; 3]. Таким образом, используя базисный метод определения динамики совершаемых правонарушений, можно утверждать, что количество коррупционных проступков в 2010 г. по сравнению с 2006 г. уменьшилось на 8,9 %. В 2011 г. в местные суды общей юрисдикции поступило 686 дел о коррупционных действиях, направленных в порядке Закона Украины «О борьбе с коррупцией». Уменьшение количества дел в 2011 г. не свидетельствует о снижении уровня коррупционных проступков, а объясняется в первую очередь тем, что 07.04.2011 г. был принят новый Закон Украины «Об основах предупреждения и противодействия коррупции».

При этом, с вынесением постановления судами Украины рассмотрено дела в отношении: в 2006 г. - 5990 лиц, в 2007 г. - 6281 лиц, в 2008 г. - 6478 лиц, в 2009 г. -5503 лиц, в 2010 г. - 5535 лиц, в 2011 г. - 568 лиц. Из них к административной ответственности с применением взыскания привлечены: в 2006 г. - 4095 лиц (68,4 %), в 2007 г. - 4567 лиц (72,7 %), в 2008 г. - 4735 лиц (73 %), в 2009 г. - 4147 лиц (75,4 %), в 2010 г. - 4430 лиц (80 %), в 2011 г. - 382 лиц (67,3 %) [2]. Фактически на протяжении 2006-2011 гг. административной ответственности избежало каждое четвертое лицо, в отношении которого был составлен протокол о совершении коррупционного деяния. Большинство из привлеченных к административной ответственности составляют государственные служащие шестой-седьмой категории. 70 процентов административных дел о совершении государственных служащими первой-второй категорий коррупционных нарушений, которые были поданы для рассмотрения в судебные органы, было закрыто, то есть лишь каждый четвертый из числа правонарушителей этой категории был привлечен к ответственности [4]. Создается впечатление, что коррупция среди высших представителей государственной власти вообще отсутствовала. Такое положение вряд ли можно признать удовлетворительным. За отсутствием в деянии состава или события административного правонарушения в 2006 г. было закрыто дела в отношении 1037 лиц (54,72 % от всех закрытых дел), в 2007 г. - 1045 лиц (60,96 %), в 2008 г. - 1208 лиц (69,3 %), в 2009 г. - 970 лиц (71,69 %), в 2010 г. - 775 лиц (70,39 %), в 2011 г. - 94 лиц (50,53 %) [2]. Приведенное свидетельствует о недостаточной эффективности работы органов противодействия коррупции, наличии частых случаев неправильного составления протоколов о совершении правонарушения и недостаточно высоком уровне подготовки сотрудников подразделений по борьбе с коррупцией, низком качестве составления административных протоколов, поверхностности проведенных проверок.

Среди лиц, привлеченных к административной ответственности в течение 2006-2011 гг. наблюдается тенденция к уменьшению количества правонарушений, совершенных государственными служащими, при одновременном росте количества коррупционных деяний должностных лиц органов местного самоуправления. Когда в 2006 г. удельный вес государственных служащих в общем количестве лиц, которые привлекались к административной ответственности за коррупционные правонарушения, составлял 52,5 %, то в 2010-2011 гг. уже 34,1 % и 35,6 % соответственно. Зато должностные лица органов местного самоуправления в 2006 г. составляли 26,8 % от лиц, к которым было применено административное взыскание, а в 2010-2011 гг. уже 48,2 % и 46,6 % [2]. Такая тенденция, безусловно, является следствием невзвешенной государственной политики борьбы с коррупцией, которая долгие годы была направлена на преодоление этого явления именно среди государственных служащих, не уделяя должного внимания устранению коррупционных рисков в органах местного самоуправления.

Важной является и информация о реальном размере убытков, причиненных государству совершением коррупционных проступков. В 2007 г. материальный ущерб от их совершения составил 69807 грн, в 2008 г. - 116 371 грн, в 2009 г. - 394 594 грн, в 2010 г. - 315 595 грн, в 2011 г. - 6184 грн [2]. И хотя размер этих убытков является относительно небольшим (в частности, по сравнению с коррупционными преступлениями), это отнюдь не свидетельствует о том, что указанная категория правонарушений не причиняет существенный вред, а, наоборот, подтверждает, что последствия указанных действий являются большей частью нематериальными и общественная вредность их проявляется не столько в конкретных убытках, сколько в причинении вреда авторитету органов государственной власти и местного самоуправления, отношениям, которые обеспечивают нормальную служебную деятельность.

Из причиненного ущерба возмещено в 2007 г. - 12 634 грн (18,09 %), в 2008 г. -1843 грн (1,58 %), в 2009 г. - 751 грн. (0,19 %), в 2010 г. - 17 168 грн (97,46 %), в 2011 г. -0 грн [2]. Статистика ярко свидетельствует, что вплоть до 2010 г. компенсация причиненного государству административными коррупционными правонарушениями вреда не была приоритетной задачей органов противодействия коррупции.

7 апреля 2011 г. в ходе реформы антикоррупционного законодательства Верховной Радой Украины был принят Закон «Об основах предупреждения и противодействия коррупции», который должен был стать абсолютно новой концептуальной базой борьбы с коррупцией в Украине. С его принятием были внесены существенные изменения и в Кодекс Украины об административных правонарушениях. В Особенной части КУоАП появилась новая глава 13-А, в пределах которой прямо предусмотрено, какие деяния признаются административными коррупционными правонарушениями и какие взыскания могут применяться к лицам, виновным в их совершении. Официальные статистические сведения свидетельствуют, что в июле-декабре 2011 г. органами противодействия коррупции в суд были направлены 1534 протокола по обвинению 1279 лиц в совершении коррупционных правонарушений. По результатам их рассмотрения к ответственности в виде штрафа привлечено 1024 лица (80,1%) [5].

Министерство юстиции Украины в отчете отметило, что по результатам деятельности в 2012 г. специально уполномоченными субъектами в сфере противодействия коррупции в суд направлено 2438 протоколов об административных коррупционных правонарушениях, к ответственности за совершение которых было привлечено 1987 лиц [6]. В 2013 г. эти цифры составляли соответственно 2168 протоколов и 1969 лиц [7]. Аналогичные сведения содержатся в статистической информации Верховного Суда Украины. По данным управления изучения и анализа судебной практики Верховного Суда Украины в 2012 г. на рассмотрение в суды поступило 2,8 тыс. дел о совершении коррупционных правонарушений, ответственность за которые предусмотрена главой 13-А КУоАП, их удельный вес составил 0,3 % от общего количества дел об административных правонарушениях, поступившие на рассмотрение в суды. С вынесением постановлений суды рассмотрели 2,5 тыс. дел о коррупционных правонарушениях, или 87,2 % от числа находившихся на рассмотрении в отношении 2,5 тыс. лиц. При этом к административной ответственности с применением взыскания в виде штрафа было привлечено 1,9 тыс. лиц, или 76,8% от количества тех, по которым вынесены постановления [8].

Сравнивая статистику привлечения лиц к ответственности за административные коррупционные правонарушения за июль-декабрь 2011-2013 г. с аналогичной информацией 2006-2011 гг. следует обратить внимание, что при общем уменьшении количества дел об административных правонарушениях практически неизменным остается процент лиц, которые реально привлекаются к административной ответственности.

Анализ структуры административных коррупционных правонарушений, которые были совершены в течение июля-декабря 2011 г. позволяет сделать вывод, что половину из них - 521 (50,87 %) составляют нарушения ограничений относительно использования служебного положения (ст. 172-2 КУоАП), 210 лиц (20,5 %) были привлечены к ответственности за предложение или предоставление неправомерной выгоды (ст. 172-3), 187 лиц (18,26 %) - за нарушение ограничений относительно совместительства и совмещения с другими видами деятельности (ст. 172-4 ), 62 лица (6,15 %) - за нарушение требований относительно сообщения о конфликте интересов (ст. 172-7), 43 лица (4,2 %) были привлечены к административной ответственности за совершение других административных коррупционных правонарушений, предусмотренных главой 13-А КУоАП [9].

В 2012 г. структура этих правонарушений практически не изменилась - 1150 лиц (57,87 %) были привлечены к административной ответственности за нарушение ограничений относительно использования служебного положения (ст. 172-2 КУоАП), 330 лиц (16,6 %) - за нарушение требований финансового контроля (ст. 172-6), 207 лиц (10,41 %) - за нарушение ограничений относительно совместительства и совмещения с другими видами деятельности (ст. 172-4), 109 лиц (5,48 %) - за предложение или предоставление неправомерной выгоды (ст. 172-3), 83 лица (4,17 %) - за нарушение требований относительно сообщения о конфликте интересов (ст. 172-7), 51 лиц (2,5 %) были привлечены к административной ответственности за совершение других коррупционных правонарушений [6, с. 3-5].

Следует обратить внимание, что административная ответственность за деяния, предусмотренные ст. 172-2 и 172-3 КоАП Украины (по которым квалифицировано поведение 71,38 % из всех лиц, совершивших административные коррупционные правонарушения в июле-декабре 2011 г. и 63,35 % - в 2012 г.) отменена на основании Закона № 221-У11 от 18.04.2013 г. Указанные деяния, на наш взгляд, справедливо переведены из категории административных правонарушений в категорию преступлений во время приведения законодательства в соответствие со стандартами Уголовной конвенции о борьбе с коррупцией. Исключение ст. 172-2 и 172-3 с КУоАП хотя и решило вопрос об отграничении этих деяний от составов преступлений, предусмотренных ст.ст. 368, 368-2, 368-3, 369 УК Украины, тем не менее по сути может привести к: 1) значительному расширению применения мер уголовной репрессии в отношении таких деяний, которые хотя и обладают общественной вредностью, но явно не достигают уровня, достаточного для признания их общественно опасными; 2) существенного увеличения затрат ресурсов государства на борьбу с мелкими коррупционными проявлениями; 3) нивелированию значения мер административной ответственности в борьбе с коррупционными правонарушениями, не повлекшими и не создавшими угрозы причинения существенного вреда.

Указанные изменения в законодательстве привели и к изменениям в структуре административных коррупционных правонарушений, совершенных в 2013 г. 491 лиц (28,95 %) были привлечены к административной ответственности за нарушение ограничений относительно использования служебного положения (ст. 172-2 КУоАП), 749 лиц (44,16 %) - за нарушение требований финансового контроля (ст. 172-6), 197 лиц (11,61 %) - за нарушение ограничений относительно совместительства и совмещения с другими видами деятельности (ст. 172-4), 19 лиц (1,1 %) - за предложение или предоставление неправомерной выгоды (ст. 172-3), 182 лица (10,73 %) - за нарушение требований относительно сообщения о конфликте интересов (ст. 172-7), 57 лиц (3,3 %) были привлечены к административной ответственности за совершение других коррупционных правонарушений [7].

Что же касается «цены» этих противоправных деяний, то общая сумма убытков, причиненных коррупционными административными правонарушениями в 2011 г.

составила 331,5 тыс. грн, из которых 147,1 тыс. грн компенсировано государству (44,3 %) [5] .

В 2012 г. ущерб составил 1191730 грн. Из них возмещено было 706892 грн [6, с. 12]. В 2013 г. причиненный вред достиг уровня в 635 716 грн. Из них возмещено 448 961 грн. Для сравнения, ущерб от коррупционных преступлений, совершенных в этот же самый промежуток времени, составил 577,8 млн грн в 2012 г. и 268,8 млн грн в 2013 г.

Сумма штрафов, назначенных лицам, совершившим коррупционные проступки в 2011 г. составила 1157656 грн, что в три с половиной раза превышает нанесенный ими ущерб. За 2012 г. к правонарушителям было применено взыскание в виде штрафа на общую сумму 2104066 грн, что практически вдвое превышает материальный ущерб от совершенных ими деяний. За совершенные в 2013 г. административные коррупционные правонарушения общий размер взыскания в виде штрафа составил 1100514 грн [7, с. 3, 12].

Административным коррупционным правонарушениям присущ высокий уровень латентности. Значительная часть проявлений коррупции остается за пределами регистрации. Подтверждением этому является тот факт, что несмотря на достаточно невысокий удельный вес этой категории проступков в структуре всех административных правонарушений (на уровне 0,3 %), по индексам восприятия коррупции (Corruption Perceptions Index, CPI), рейтинг Украины по уровню коррумпированности в 2013 г. остался практически неизменным - 25 баллов из 100 (144 место среди 177 государств, где проводилось исследование) [10]. Это дает основания утверждать, что официальная статистика не в полной мере отражает всю полноту охвата Украины коррупцией.

В то же время, анализ эмпирического материала свидетельствует, что после принятия Закона Украины «Об основах предупреждения и противодействия коррупции» и утверждения Национальной антикоррупционной стратегии на 2011 - 2015 гг. произошли позитивные изменения. Акценты государственной политики перемещаются с противодействия коррупции как относительно массовому явлению на предотвращение коррупционных проявлений. Значительно расширяется инструментарий превентивных мер и методов предотвращения коррупционных рисков на государственной и муниципальной службе. Наиболее эффективными из них сейчас являются:

1) создание подразделений по предотвращению и выявлению коррупции в органах государственной власти и органах местного самоуправления;

2) привлечение ведущих научных и научно-образовательных учреждений для осуществления антикоррупционной экспертизы нормативно-правовых актов;

3) создание перечня должностей, где существуют высокие риски проявления коррупции [11];

4) корректировка персонального состава кадрового резерва на занятие руководящих должностей в органах государственной власти и местного самоуправления;

5) систематическое осуществление ротации кадров «по горизонтали» и «по вертикали»;

6) введение максимальных сроков пребывания на должностях, деятельность которых связана с повышенными коррупционными рисками;

7) совершенствование деятельности Единого государственного реестра лиц, совершивших коррупционные правонарушения [12. с. 158];

8) установление ограничений, в надлежащих случаях и на разумный срок, в отношении деятельности лиц, уволившихся с должностей или прекративших деятельность, связанную с выполнением функций государства, местного самоуправления, в частном секторе после их ухода в отставку или на пенсию, если такая деятельность или работа прямо связаны с функциями, которые такие публичные должностные лица выполняли в период их нахождения в должности или за выполнением которых они осуществляли надзор [13 с. 23-25; 14, с. 23];

9) систематическое информирование общественности о выявленных коррупционных правонарушениях, создание «горячих линий» для постоянной обратной связи с населением;

10) дальнейшее расширение сотрудничества с международными организациями в сфере борьбы с коррупцией.

Итак, с принятием новых антикоррупционных законов 2011 г. и началом реализации Национальной антикоррупционной стратегии на 2011 - 2015 гг. в Украине начала действовать принципиально новая система борьбы с коррупцией, которая имеет преимущественно превентивный характер, направлена, с одной стороны, на создание условий, которые делают невозможным или максимально затрудняют коррупционные проявления, а с другой, - на усиление ответственности за коррупционные правонарушения, которые уже имели место, на противодействие им традиционными правовыми методами [15, с. 124]. Несмотря на то, что индекс восприятия коррупции остается достаточно низким (25 в 2013 г. из 100 возможных баллов) [10], предложенные механизмы уже улучшают общее состояние предотвращения и противодействия коррупции в государстве. Тем не менее, анализ современного состояния коррупции в стране убедительно свидетельствует, что любое статистически зафиксированное снижение уровня совершения коррупционных правонарушений носит искусственный характер. Административно-правовые механизмы противодействия этому явлению только начинают нарабатываться и использоваться.

Список литературы: 1. Заброда Д. Г. Корупцшна ситуащя в Укра!ш : матерiали офщшно! статистики та аналiз результат дiяльностi оргашв державно! влади / Д. Г. Заброда // Право i суспшьство. - 2010. - № 6. - С. 3-9. 2. Збiрник даних судово! статистики щодо розгляду справ на виконання вимог Закону Укра!ни «Про боротьбу з корупщею» мюцевими загальними та апеляцшними судами з розгляду цившьних, кримшальних справ i справ про адмшютративш правопорушення упродовж 2006-2011 рр. [Електронний ресурс]. — Режим доступу : http://sc.gov.ua/ua/sudova_statistika.html. 3. Збiрник даних судово! статистики щодо розгляду справ на виконання вимог Закону Украши «Про боротьбу з корупщею» мюцевими загальними та апеляцшними судами з розгляду цившьних, кримшальних справ i справ про адмшютративш правопорушення протягом 2006-2010 рр. [Електронний ресурс] : - Режим доступу : http://sc.gov.ua/ua/sudova_statistika.html. 4. Соловйов В. М. Корупция в Украине : оценка масштабов / В. М. Соловйов // Материалы заочной конференции «Образование и наука XXI века». - 2010. [Електронный ресурс]. — Режим доступа : http://www.rusnauka.com/28_0INXXI_2010/Pravo/72208.doc.htm. 5. Звгг про результати проведення заходiв щодо запоб^ання i протидп корупцп у 2011 р. [Електронний ресурс] : Мшютерство юстици Укра!ни. - 2012. - 78 с. - Режим доступу : http://www.minjust.gov.ua/file/23456. 6. Звгг про результати проведення заходiв щодо запобшання i протидп корупцп у 2012 р. [Електронний ресурс] : Мшютерство юстицп Укра!ни. - 2013. - 165 с. - Режим доступу: http://www.minjust.gov.ua/file/21885. 7. Звгт про результати проведення заходiв щодо запоб^ання i протидп корупцп у 2013 р. [Електронний ресурс] : Мшютерство юстицп Укра!ни. - 2014. - 74 с. - Режим доступу : http://www.minjust.gov.ua/file/36531. 8. Аналiз стану здшснення судочинства судами загально! юрисдикцп у 2012 р. // Данш судово! статистики [Електронний ресурс]. - Режим доступу :

http://www.scourt.gov.ua/clients/vsu/vsu.nsf/%28documents%29/E4549252C88A2C5BC2257B 9В002Б464С. 9. Збiрник даних судово! статистики щодо розгляду мюцевими загальними та апеляцшними судами областей, мют Киева та Севастополя, Апеляцшного суду Автономно! Республши Крим справ про адмшютративш корупцшш правопорушення упродовж 2011 р. [статп 172-2 - 172-9 Кодексу Укра!ни про адмшютративш правопорушення]. [Електронний ресурс]. - Режим доступу :

http://sc.gov.ua/ua/sudova_statistika.html. 10. Corruption perceptions index of Ukraine: Transparency International // [Електронний ресурс]. - Режим доступу : http://www.transparency.org/country#UKR. 11. Орieнтовний перелк посад державних службовщв, яю працюють у сферах, де юнуе високий ризик прояву корупцп // [Електронний ресурс]. - Режим доступу:

http://nads.gov.ua/sub/hmelnitska/ua/publication/content/32602.htm?s398224032=145621dbb13 7b1454cb074133224c3fe. 12. Положення про Сдиний державний реестр оаб, якi вчинили корупцшш правопорушення : Мiнiстерство юстицп Украши // Бюлетень Мiнiстерства юстицп Украши. - 2012. - № 2. 13. Запобкання i протидiя корупцп в державних органах та органах мюцевого самоврядування : методичш рекомендацп // Мiнiстерство юстицп Украши. - К., 2013. - 60 с. 14. Кухарчук А. Антикорупцшш обмеження щодо осiб, якi припинили державну службу / А. Кухарчук // Юридичний вюник Украши. - 2012. - № 1/2 (7-20 ачня). 15. Бабич В. А. Адмшютративно-превентивш заходи протидп корупцГï в УкрашГ : перспектива застосування / В. А. Бабич // Часопис Кшвського ун-ту права. -2012. - № 1. - С. 123-126.

СТАН ПРОТИДП АДМ1Н1СТРАТИВНИМ КОРУПЦ1ЙНИМ ПРАВОПОРУШЕННЯМ В ОРГАНАХ ДЕРЖАВНОÏ ВЛАДИ ТА ОРГАНАХ М1СЦЕВОГО САМОВРЯДУВАННЯ Клок О. В.

Статтю присвячено аналiзу стану протидп адмшктративним корупцГйним правопорушенням в УкрашГ Дослiджено статистичну iнформацiю щодо динамки, структури, питомоï' ваги, щни та латентностi адмiнiстративних корупцГйних правопорушень. Визначено найбiльш ефективнi заходи протидп корупцГйним проявам на державнш i мунщипальнш службГ.

Ключовг слова: адмшютративне корупцГйне правопорушення, адмГнГстративна вГдповГдальнГсть, протидГя корупцп, кГлькГсно-якГснГ показники корупцГйних правопорушень.

THE CONDITION OF COUNTERACTION TO ADMINISTRATIVE CORRUPTION OFFENSES IN STATE AUTHORITIES AND LOCAL GOVERNMENT

Klock O. V.

Article discusses questions dedicated to the analysis of the condition of counteraction to administrative corruption offenses in Ukraine. The statistical information on the dynamics, structure, specific gravity, cost and latency of the administrative corruption is researched. The most effective measures against corrupt practices at the state and municipal service are drawn.

Key words: administrative corruption offenses, administrative responsibility, anticorruption, quantitative and qualitative indicators of corruption offenses.

Поступила в редколлегию 26.09.2014 г.