Сопоставительная характеристика средств формирования отрицательных предложений в разноструктурных языках (на материале русского и аварского языков)

УДК 811.161.1

Гаджиева Марьям Магомедариповна

соискатель кафедры общего языкознания Дагестанского государственного педагогического университета тел.: (988) 440-66-68

СОПОСТАВИТЕЛЬНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СРЕДСТВ ФОРМИРОВАНИЯ ОТРИЦАТЕЛЬНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ В РАЗНОСТРУКТУРНЫХ ЯЗЫКАХ

В статье анализируются средства формирования отрицательных предложений в разноструктурных языках. Анализ производится на материале русского и аварского языков. Проведенный сопоставительный анализ способов построения отрицательных предложений в русском и аварском языках позволяет глубже понять природу языковой универсалии - категории модальности в разноструктурных языках, а также выявить сходные и отличительные черты в оформлении отрицания.

Ключевые слова: отрицание в русском языке, отрицание в аварском языке, отрицательные предложения.

Gadzhieva Maryam Magomedaripovna

Postgraduate Student of the Department of General Linguistics of Dagestan State Pedagogical University

tel.: (988) 440-66-68

COMPARATIVE CHARACTERISTIC OF THE MEANS OF NEGATIVE SENTENCES FORMATION IN THE LANGUAGES WITH DIFFERENT STRUCTURES

The author of the article analyzes the formation means of negative sentences in the languages with different structures. The analysis is based on the material of the Russian and Avarian languages. The carried-out comparative analysis of ways of building negative sentences of the Russian and Avarian languages allows to understand more deeply the nature of language universals, the categories of modality in the languages with different structures, and also single out similar and distinctive features in the formation of negation.

Key words: negation in the Russian language, negation in the Avarian language, negative sentences.

Как известно, любой человек, высказывая свои мысли, дает оценку высказыванию с точки зрения подлинности, реальности того, о чем он говорит. Русский и аварский языки не составляют исключение, в них все, что высказывается о чем-либо, утверждается как реально существующее или отрицается как нереальное. Кроме того, как и во всех языках мира, здесь содержание высказываемого может мыслиться как возможное и невозможное, необходимое или вероятное, желательное или нежелательное и т.д. Такую оценку в предложении выражает модальность, «функционально-семантическая категория, выражающая разные виды отношения высказывания к действительности, а также разные виды субъективной квалификации сообщаемого» [2, с. 303]. Модальность является языковой универсалией, она принадлежит к числу основных категорий естественного языка.

Наиболее определенной модальностью в предложении русского и аварского языков выступает утверждение или отрицание смысла выраженной мысли. Вследствие этого предложения делятся на две группы - утвердительные и отрицательные с многообразными оттенками значения: подтверждения, сомнения, недоверия, возможности, невозможности, допустимости, недопустимости и т. д.

Деление предложений на утвердительные и отрицательные основывается на утверждении или отрицании информирующим того, что он сообщает. При этом утверждение/отрицание - это не противопоставление реальной и ирреальной модальности, а «лишь выраженное в предложении значение объективной модальности» [1, с. 146].

В отличие от утвердительных предложений, в которых речь идет об утверждении какого-либо явления действительности, в отрицательных предложениях отрицается признак предмета мысли, т.е. сказуемого.

И для русского, и для дагестанских языков характерны 2 типа отрицательных предложений: общеотрицательные предложения, в которых сферой действия отрицания может быть всё предложение целиком: Их не пустили на трибуну [3, с. 13]; Дица ц1алиларо гьеб т1ехь, или: Дица ц1ализе гьеч1о гьеб т1ехь. «Я не прочитаю эту книгу»;

частноотрицательные предложения, в которых отрицание относится не ко всему предложению в целом, а к какому-то его отдельному компоненту; Как будто не себя, а ее он увидел [3, с. 46]; Дица гуро ц1ализе бугеб гьеб т1ехь. «Не я буду читать эту книгу»; Гьеб т1ехь гуро дица ц1ализе бугеб. «Не эту книгу я буду читать».

Отрицание в языке может выражаться отрицательной частицей или другим отрицательным словом, например в русском языке показателем отрицания является частица не (не пришел, не

уходи, не русский, не вчера и т.д.): Надежда на то, что на митинг не пребудет спецназ, была невелика, и она не оправдалась [3, с. 58].

Отрицание в русском языке выражается также частицей ни (на небе ни облачка; ни слуху, ни духу): Ни почти трехлетний плен не вспоминался, ни послевоенное житье [3, с. 93]; местоимениями и наречиями с ни- (никто, ни о чем, никогда): Никто не спешил ему ответить [3, с. 88]; предикативными местоимениями с не- (негде, некому): Некому было поддержать разговор [3, с. 80]; словами нет, нельзя и другими предикативами, прилагательными и наречиями с префиксом не- (невозможно, нежелательно, неженатый, немного): ...где-то голоса невидимых спутников, и позвякивает посуда, и проводника нет, и что-то невнятное мелькает за окном [3, с. 72]. (Следует иметь в виду, что префикс не- может выражать не только отрицание, но и неопределенность, как в словах некто, некий, некоторый).

В русском языке наблюдаются также специфические типы отрицания: внутрилексемное и подразумеваемое отрицание.

Внутрилексемное отрицание может не иметь отдельного выражения, т.е. быть компонентом значения слова: отказаться - «не согласиться», сухой - «не влажный», промахнуться - «не попасть» и т.д.

Подразумеваемое отрицание относится, как правило, к целому предложению и растворяется в его общей семантике предложения: (Много ты понимаешь!; Так я ему и поверила!).

Основными выразителями общего отрицания в аварском предложении является набор отрицательных глагольных аффиксов, дифференцирующих:

а) прошедшее время (суфф. - ч1о): Гьас жеги лъийниги квешлъи гьаби-ч1о, гьереси бицин-ч1о, бикъа-хъами-ч1о [5, с. 115]. «Он еще никому зла не делал, не лгал, не воровал»; Коч1охъан бечедавги вихьи-ч1о, г1алимчи мискинавги вихьи-ч1о [5, с. 130]. «Не видели певца богатого, бедного ученого тоже не видели»;

б) непрошедшие времена (суфф. -ро): Г1олохъанаб заман нахъ буссина-ро [5, с. 13]. «Молодое время не вернется»; Г1орц1арасда вакъарав лъала-ро [5, с. 206]. «Сытый голодного не узнает»;

в) повелительное («запретительное») и желательное наклонения (суфф. -[у]ге): Инч1ого къоги беццу-ге, вихьич1ого чиги веццу-ге [5, с. 318]. «Не хвали день, пока (он) не прошел, не хвали человека, пока (его) не увидишь»; К1анц1у-ге! «Не прыгай(-те)!».

Для выражения семантики противопоставления в качестве связки используются вспомогательные глаголы гуро и гьеч1о «нет»: Доб кьуруялда г1адада абулеб жо гуро «Беццаб кьуруян» [5, с. 192]. «Ту скалу не напрасно назвали “Слепой скалой”» и т.д. Он же используется в функции отрицательной частицы: Гьелъулъ гуро иш бугеб. «Не в этом дело».

В частноотрицательных предложениях обязательной является семантика противопоставления, при этом обычно повторяется положительная форма глагола во второй части, а первый член противопоставления маркируется постпозитивным словом гуро 'нет': Гьеб ч1обогояб хьами-наг1ана гуро. «Это не пустое ругательство»;

Как видно из примеров, отрицательное предложение подобного вида представляет собой конструкцию с составным именным сказуемым, где отрицательный глагол гуро выполняет роль связки.

Усиление отрицательной семантики аварского предложения достигается за счет использования, во-первых, отрицательных местоимений, образуемых, как известно, от вопросительных с помощью частицы -ниги, ср.: Дида щив-ниги дова ватич1о [5, с. 18]. «Я никого там не видел».

Частица -ниги может присоединяться также к вопросительным наречиям, а также к числительному цо «один»: Цо-ниги куплеталъул маг1на бич1ч1изе толеб бук1инч1о [5, с. 119]. «Ни одного куплета не было понятно»; Дун цо-ниги миллаталъул вакил гуро [5, с. 46]. «Я не представитель ни одной национальности»;

Во-вторых, отрицательное значение приобретают в отрицательных предложениях вопросительные слова, маркируемые обобщительной частицей -го, которая в контексте может приобретать семантику отрицания: Мух1амадида рокъов щив-го ватич1о [5, с. 130]. «Магомед дома никого не застал»; Дица гьезда щиб-го жо бицинч1о [5, с. 108]. «Я им ничего не рассказал».

Если надо усилить мысль в сопоставляемых языках применяется двойное отрицание: Под трибуной были развешены транспаранты с нелепыми надписями, которые никогда и никого не смогли бы побудить к поступку [3, с. 64]; Столалда т1адги, шкафалда гъоркьги кибго дида гьеб батич1о [5, с. 203]. «Ни на столе, ни под шкафом нигде я ничего не нашел».

При двойном отрицании в аварском предложении, как и в русском ни один из формальных выразителей отрицания не опускается: Мун киего инаро. «Ты не пойдешь никуда»; Инч1ого ч1оге! Букв.: «Не оставайся не идя». Особенно часто двойное отрицание встречается в аварском побуди-

тельном предложении. Такую активность побудительных предложений, содержащих двойное глагольное отрицание, М.М. Халиков, исследующий стилистику аварского языка, относит к одной из типологических особенностей аварского языка [4, с. 148].

Проведенный сопоставительный анализ способов построения отрицательных предложений в русском и аварском языках позволяет глубже понять природу категории модальности в разноструктурных языках и выявить сходные черты в оформлении отрицания, основная из которых заключается в сохранении компонентов двойного отрицания; в качестве основного отличия можно отметить препозицию отрицания в русском языке и постпозицию в аварском языке.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Золотова Г.А. О модальности предложения в русском языке. М., 1973.

2. Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990.

3. Прилепин З.Н. Санька. (Роман). М., 2006.

4. Халиков М.М. Основы стилистики современного аварского языка: автореф. дис. ... д-ра филол. наук. Махачкала, 1997.

5. Х1амзатов Р.Х1. Дир Дагъистан (Гамзатов Р.Г. Мой Дагестан). Махачкала, 2008.