К проблеме классификации российских регионов по уровню дефицита бюджета

налогами, другие виды - не подлежат налогообложению. Так, например, во Франции облагаются налогами на определенных условиях материальная помощь при рождении ребенка, пособие по беременности и родам, пособие на отпуск по отцовству; не облагается налогом пособие на время отпуска по уходу за ребенком. В Великобритании не облагается налогом пособие по беременности и родам, облагаются - материальная помощь при рождении ребенка, а также пособие на отпуск по отцовству.

В большинстве развитых стран социальная защита основана на принципах солидарности и совместного участия граждан в ее финансировании. Финансовые услуги не могут заменить государственное социальное обеспечение, они только открывают возможности для повышения уровня жизни в целом [4].

Страны различаются, в первую очередь, по помощи, которую они устанавливают по уходу за детьми. Знакомство с зарубежным опытом национальных систем социальной защиты расширяет представление о характере задач, которые в ближайшее время придется решать и нам [5].

Общее увеличение инвестиций варьируется от страны к стране, так же как и их направления, и инструменты, как показывает зарубежный опыт, используются в экономически развитых странах в качестве мер социальной поддержки семей с детьми значительно шире, чем в России. Современная демографическая ситуация в нашей стране требует улучшения социально-экономического потенциала семьи [6]. Организация социальной поддержки семьи является неотъемлемой частью социальной политики современного государства.

Литература

1. Social protection for maternity: key policy trends and statistics / International Labour Office, Social Protection Department. Geneva ILO, 2015 (Social protection policy paper; No. 15). [Электронный ресурс]. URL: http://www.social-protection.org/gimi/gess/RessourcePDF.action?ressource.ressourceId=51579.

2. Social protection for children: key policy trends and statistics / International Labour Office, Social Protection Department. - Geneva: ILO, 2015 (Social protection policy paper; No. 14). [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.ilo.org/wcmsp5/groups/public/—ed_protect/— soc_sec/documents/publication/wcms_366592.pdf.

3. OECD Family database. [Электронный ресурс]. Режим доступа:www.oecd.org/els/social/familv/database.

4. Рыжановская Л. Ю. Социальная и финансовые составляющие микрофинансовой деятельности: выявление рисков // Научно-исследовательский финансовый институт. Финансовый журнал. № 3, 2013.

5. Андреева Е. И., Бычков Д. Г. Универсальное пособие по бедности: опыт зарубежных стран и перспективы в России // Научно-исследовательский финансовый институт. Финансовый журнал. № 6, 2015.

6. Кораблева О. В. Систематизация терминологии, используемой в области социальной поддержки семей с детьми в Российской Федерации // Проблемы современной науки и образования. № 13 (55), 2016.

To the problem of the Russian regions classification concerning the level of budget deficits Kolmakov V.

К проблеме классификации российских регионов по уровню дефицита бюджета

Колмаков В. В.

Колмаков Владимир Владимирович /Kolmakov Vladimir — кандидат экономических наук, доцент, кафедра финансового менеджмента, Российский экономический университет им. Г. В. Плеханова, г. Москва

Аннотация: в работе представлен подход к классификации регионов по уровню дефицита бюджета. Выявлено, что дотационность региона и дефицит его бюджета могут быть не коррелированными, если рассматривать ситуацию с точки зрения удельных показателей. Обоснована необходимость модернизации экономики регионов и развития среднего класса с целью минимизации влияния бюджетной обеспеченности на социально-экономическое развитие.

Abstract: the paper describes the approach to regions classification concerning the level of their budget deficit. The conclusion is that a subsidized region cannot necessarily have a budget deficit, thus the concepts are uncorrelated if we take it from the point of view of per capita estimates or other basic indicators. The further action should be taken to provide the economy modernization and middle class development in order to minimize the influence of budget balance on social and economic development.

Ключевые слова: регион, бюджет, дефицит бюджета, средний класс, модернизация, дотации. Keywords: region, budget, budget deficit, middle class, modernization, subsidies.

Проблема выделения некоторых свойств любого предмета в качестве основания классификации имеет принципиальное значение как для повышения уровня научного осмысления объекта изучения, так и развития знания в целом. Эта мысль касается также и региональной экономики, в рамках изучения которой важно выделить субъекты того или иного государства по ряду признаков в целях их систематизации и обнаружения сходных проблем в их развитии с тем, чтобы на практике устранить недостатки развития экономики региона. В этом контексте нельзя не согласиться, что «реализация федеративного принципа управления российской экономикой приводит к усилению внимания к региональным аспектам» [5, с. 78]. Цитируемый тезис находит свое подтверждение в высказывании М. П. Логинова, который утверждает, что «в основу регионального управления закладываются принципы самообеспечения и самодостаточности, которые повышают экономическую заинтересованность региональных органов управления в создании собственных финансовых ресурсов» [6, с. 36].

Под регионом в экономике понимается исторически и культурно сложившаяся, территориально ограниченная местность с глубокими экономическими связями внутри этой территории. При этом существует целый ряд оснований классификации регионов, в основу каждого из которых положен значимый признак. В частности, к таким признакам можно отнести соотношение доходов и расходов региона, то есть состояние его бюджета. С этой точки зрения можно выделить регионы с профицитом бюджета, дефицитом (дотационные регионы) и регионы, доходы и расходы бюджета в которых равны друг другу. Данная классификация позволяет понять, какие субъекты являются дотационными, что позволяет на основе дальнейшего анализа понять, какие недостатки в развитии субъектов можно выделить в качестве общих для их дальнейшего устранения, а также «использовать полученные классификации и группировки для формирования таргетированной экономической политики и эффективного государственного регулирования экономики» [15].

Так, по итогам 2014 года лишь 9 регионов закончили финансовый год с профицитом: Республика Ингушетия, Липецкая область, Республика Алтай, Калининградская область, Ямало-Ненецкий автономный округ, Тюменская область, Ханты-Мансийский автономный округ, Ленинградская область и Сахалинская область (см. рис.). Сложившаяся ситуация, по мнению Э. Г. Дадяна, стала следствием нестабильности финансовой системы Российской Федерации, спровоцированной турбулентностью на внешних рынках энергоресурсов и капитала [3].

20000 10000 о

-10000

ю >

-20000 ^ 30000 s -40000 -50000 -60000

Доля безвозмездных поступлений в доходах, %  Дефицит/профицит бюджета, млн. руб.

Рис. 1. Распределение регионов России по уровню дотационности и величине дефицита бюджета

При этом суммарная величина дефицита составила 523,5 млрд. руб. Наибольший абсолютный дефицит бюджета по итогам 2014 года был зафиксирован в г. Москве (54,3 млрд. руб.), в Краснодарском крае (26,9 млрд. руб.) и в Красноярском крае (23,1 млрд. руб.). Однако в относительных значениях - по показателю дефицита бюджета на душу населения - наиболее тяжелым дефицит бюджета является для Магаданской области (29,4 тыс. руб. на человека), Чукотского (18,7 тыс. руб.) и Ненецкого автономных округов (14,9 тыс. руб.). В 2015 году из 85 регионов 76 исполнили бюджет с дефицитом, суммарная величина которого составила 191 млрд. руб. [1].

Обращает на себя внимание тот факт, что в ряде регионов безвозмездные поступления в бюджет значительно превышают 50% от величины их доходов, что указывает на чрезмерно высокую их дотационность и требует пересмотра порядка формирования собственных источников доходов бюджетов. Таких регионов по итогам 2014 года было 12, причем 4 субъекта Российской Федерации зависимы от поступлений из других бюджетов на три четверти и более:

- Республика Тыва - 75,34% безвозмездных поступлений в структуре доходов бюджета;

- Республика Алтай - 77,08%;

- Чеченская Республика - 81,61 %;

- Республика Ингушетия - 85,57%.

Описанная ситуация, по мнению В. В. Алещенко, явно не способствует преодолению сложившихся диспропорций и стимулирует дальнейшее укрепление пространственной асимметрии [2, с. 9].

Следует также отметить, что названные 4 региона в совокупности получают 7,14% всей величины безвозмездных перечислений, в том числе 3,68% приходится на Чеченскую Республику. Примерно столько же получает Московская область (3,67%), тогда как наиболее значительными получателями средств из федерального бюджета являются Республика Дагестан и Республика Саха (Якутия) - 4,08 % и 4,15 % соответственно.

Принято считать, что республики Северного Кавказа являются нетто-получателями бюджетных средств, однако анализ направлений их использования позволяет установить, что, например, уровень технологической модернизации традиционных производств, в частности агропромышленного комплекса, в Северной Осетии - Алании за последние годы сравнялся с хозяйствами других регионов России, снизив тем самым напряженность на рынке труда и обеспечив дополнительные поступления налоговых доходов в бюджет региона [16, с. 316].

Экономическое развитие тесно перекликается с преобразованиями в социальной сфере и, как отмечает А. Г. Полякова, модернизация экономики регионов связана с изменением социальных расходов [11]. Описанная ситуация с дотированием регионов обусловлена значительными социальными обязательствами, не обеспеченными собственными источниками поступлений в бюджет. Текущее соотношение численности плательщиков и получателей имеет не демографическую, а экономическую природу, обусловленную наличием тенденции роста безработицы и сокращения численности формально занятого населения, которое является плательщиком взносов в бюджеты и отчислений во внебюджетные фонды [8]. Тяжесть ситуации заключается в том, что в перспективе, как прогнозирует Т. М. Малева, «когда население начнет резко стареть, экономически активное население будет тратить все больше денежных и трудовых ресурсов для поддержки пожилых» [9, с. 97], а если этого населения недостаточно, бремя расходов перекладывается на государство. В этой связи, сложно не согласиться с тем, что в России необходимо проведение социальной модернизации, направленной на формирование сильного среднего класса [7], который, «являясь основным двигателем развития отраслей и видов экономической деятельности» [13, с. 75], будет в меньшей степени зависим от состояния бюджетной системы.

Для качественной оценки такой неравномерности в абсолютной величине безвозмездных трансфертов из федерального бюджета необходимо обратиться к вопросу использования полученных средств, хотя бы по видам расходов. Нельзя не согласиться с В. В. Матвеевым, который утверждает, что «расходование бюджетных средств на финансирование проектов развития инфраструктуры в современных условиях является примером наиболее рационального использования централизованных финансовых ресурсов» [10], что ставит необходимость дальнейшего соотнесения расходных частей соответствующих бюджетов с государственными программами и федеральной адресной инвестиционной программой. Более прогрессивные подходы, применение которых продиктовано процессами глобализации и встраивания российской экономики в мировое пространство, предполагают изучение регионов не с позиции баланса их доходов и расходов, а «исходя из оценки пространственных свойств территорий Российской Федерации с учетом их масштаба» [12, с. 50].

Вопрос преодоления существующих дефицитов региональных бюджетов также актуален. Предлагается большое количество рецептов от развития кластерных инициатив на основе малого предпринимательства [14] до пересмотра бюджетного законодательства в части нормативов зачисления различных налогов и сборов в бюджеты субъектов Российской Федерации.

Литература

1. 2015 год с дефицитом бюджета закончили 76 из 85 российских регионов. [Электронный ресурс]: Красная звезда. 14.01.2016. URL: http://www.redstar.ru/index.php/news-menu/vesti/tablo-dnya/item/27299-2015-god-s-defitsitom-byudzheta-zakonchili-76-iz-85-rossij skikh-regionov.

2. Алещенко В. В. Пространственная асимметрия уровня развития предпринимательства и государственного финансирования программ поддержки малого и среднего бизнеса в России / В сборнике: Двадцатые апрельские экономические чтения Материалы международной научно-практической конференции. Под редакцией В. В. Карпова, А. И. Ковалева, 2014. С. 8-11.

3. Дадян Э. Г. Анализ рисков и прогнозирования нестабильности финансовой системы Российской Федерации / В сборнике: Фундаментальная наука и технологии - перспективные разработки. Материалы V международной научно-практической конференции, 2015. С. 198.

4. Колмаков В. В., Полякова А. Г. Модернизация жилищно-коммунального хозяйства как фактор повышения качества жизни населения. Монография. Тюмень, 2008. 99 с.

5. Колмаков В. В. Подходы к терминологической идентификации региональной собственности. // Перспективы науки, 2010. № 9 (11). С. 78-80.

6. Логинов М. П. Ипотека земли - основа развития АПК в условиях кризиса // АПК: Экономика, управление, 2009. № 2. С. 32-36.

7. Малева Т., Овчарова Л. Социальная модернизация в России: теория, история, вызовы // SPERO. Социальная Политика: Экспертиза. Рекомендации. Обзоры, 2009. № 10. С. 11-32.

8. Малева Т., Синявская О. Пенсионная реформа в России: о политической экономии популизма. // Отечественные записки, 2005. № 3. С. 14.

9. Малева Т. М. Российский средний класс: вчера, сегодня, завтра // Уровень жизни населения регионов России, 2008. № 11 - 12. С. 94-98.

10. Матвеев В. В. Роль инфраструктурных инвестиций в национальном процессе воспроизводства // Экономические науки, 2011. № 10 (83). С. 68-72.

11. Полякова А. Г. Модернизация экономики регионов нового освоения. Диссертация на соискание ученой степени доктора экономических наук / Институт проблем региональной экономики РАН. Санкт-Петербург, 2012. 366 с.

12. Полякова А. Г., Симарова И. С. Региональное экономическое пространство и территориальное развитие: оценка действия сил связанности. // Вестник УрФУ. Серия: Экономика и управление, 2014. № 2. С. 48-60.

13. Попенкова Д. К. FMCG industry (petfood) development in Russia // Потенциал современной науки, 2016. № 3 (20). С. 72-77.

14. Редин Д. В. Разработка инновационных методов управления предприятиями промышленности на основе кластерного подхода. М., 2015. 115 с.

15. Санталова М. С. Механизм регулирования экономики как составляющая экономической политики государства / М. С. Санталова, Г. И. Тамошина, А. В. Турков; М-во образования Рос. Федерации, Моск. гуманит.-экон. ин-т. Воронеж. фил. Воронеж, 2003.

16. Тускаев Т. Р., Кучиева М. В., Камбердиева С. С. Формирование стратегического направления инновационного и технологического развития АПК РСО-Алания. Известия Горского государственного аграрного университета, 2012. Т. 49. № 1 - 2. С. 315-317.

Tendencies of development of Russian coal resource potential

Nifontov A.1, Chernikova O.2 Тенденции развития углересурсного потенциала России Нифонтов А. И.1, Черникова О. П.2

'Нифонтов Альберт Иванович /Nifontov Albert — кандидат технических наук, профессор; 2Черникова Оксана Петровна / Chernikova Oksana — кандидат экономических наук, доцент, кафедра корпоративной экономики и управления персоналом, Институт экономики и менеджмента Сибирский государственный индустриальный университет, г. Новокузнецк

Аннотация: в статье анализируются тенденции развития угольной отрасли России на фоне перехода европейской, китайской, американской, российской энергетики к более чистым видам топлива, приводящего к кризису перепроизводства продукции.