К вопросу о понятии криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений

Сокол Валерий Юрьевич

кандидат юридических наук, доцент

помощник начальника Краснодарского университета МВД России по международному сотрудничеству

К вопросу о понятии криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений

Л. юбая наука, как определенная  сфера человеческой деятельности, призвана решать «социальный заказ», идущий из практики. Для криминалистики, как прикладной науки, этот заказ заключается в содействии борьбе с преступностью своими рекомендациями, использование которых практическими работниками оптимизирует деятельность по установлению истины по уголовным делам1. Р.С. Белкин справедливо отмечал, что «положение о том, что «служебная функция криминалистики состоит в обеспечении потребностей практики в научных методах борьбы с преступностью, является общепризнанным»2.

Однако ученые-криминалисты по-разному трактуют содержание и пределы этого обеспечения. В.П. Бахин обоснованно формулирует вопрос: «Но что значит обеспечивать? Просто разрабатывать то, что сегодня бесспорно относится к предмету криминалистики и может быть при необходимости использовано в любой сфере правоохранительной деятельности или вести целенаправленную заказную разработку основ и выходных для них результатов (средств, приемов, методов) для решения частных практических задач, в том числе в сфере оперативно-розыскной деятельности?»3.Однако и этот вопрос нуждается в дальнейшем развитии: должна ли криминалистика наряду с разработкой необходимых практике криминалистических методов, приемов и средств также заниматься и обеспечением их внедрения в практику?

За период своего существования отечественной криминалистикой накоплены значительные

знания, опубликованы многочисленные диссертации, монографии, статьи, пособия и т.п. Но по-прежнему нет ясных ответов на вопросы: куда исчезают многочисленные криминалистические новшества, почему при таком обилии новых идей, концепций, технологий и рекомендаций мы не видим существенного прогресса в борьбе с преступностью? Почему и дальше обостряется противоречие между относительно высоким уровнем развития криминалистических знаний и крайне низким уровнем их использования в практике борьбы с преступностью? Почему отечественная криминалистика все чаще подвергается критике со стороны практических работников за ее отставание от потребностей практики?

Очевидно, что диалектика соотношения научного знания и его использования в практической деятельности предопределяется объективным характером существования указанного противоречия, в том числе и большей мобильностью научного знания. Тогда как для практического использования нового знания требуется определенное время, в течение которого должна быть обеспечена его методическая обработка, переподготовка кадров и т.д.

Однако имеются и другие причины усиливающегося разрыва между криминалистикой и практикой борьбы с преступностью, часть из которых связана с тем, что в последние десятилетия криминалистика стала концентрироваться преимущественно на внутренних характеристиках своего развития. В.Я. Колдин точно обнаружил тенденцию теоретизации криминалистики и ее отрыва от решения практических задач криминалистической деятельности4. Указанная ситуация создает

1 См.: Белкин Р.С. Курс криминалистики в 3-х тт. Т. 1: Общая теория криминалистики. М., 1997. С. 224.

2 Белкин Р.С. Курс криминалистики в 3 т. Т. 1: Общая теория криминалистики. М., 1997. С. 250.

3 Бахин В.П. Криминалистика. Проблемы и мнения (1962-2002). Киев, 2002. С. 9.

4 См.: Колдин В.Я. Криминалистика: теоретическая наука или прикладная методология? Вестник Московского университета. Сер. 11. Право. 2000. № 4. С. 12.

_100

КРИМИНАЛИСТИКА, ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ реальную угрозу абстрагирования криминалистики от насущных проблем практики и, как результат, влечет невостребованность криминалистических изысканий практикой.

Следует согласиться с М.В. Субботиной, что прикладная роль науки не может ограничиваться теоретическим обслуживаем практической деятельности, т.е. только разработкой того, что предназначено для развития и совершенствования практики, а должна быть реализована в создании условий для их реального использования практикой1.

Перед учеными-криминалистами встают сложные методологические задачи увеличения технологической результативности и социальной эффективности криминалистической научной деятельности. Настоятельно назрела необходимость исследования процессов трансформации традиционного криминалистического знания в практи-ко-ориентированное, изучения механизмов реализации криминалистической теории в практическую деятельность в целях повышения эффективности раскрытия, расследования и предупреждения преступлений.

Для достижения этого от криминалистики требуется комплексное изучение не только вопросов разработки, но и внедрения в практическую деятельность правоохранительных органов криминалистических методов, приемов и средств выявления, собирания, исследования и использования значимой для раскрытия и расследования информации.

Необходимо четко различать две относительно самостоятельные системы деятельности:

1) той, в которую криминалистические методы, приемы и средства внедряются, встраиваются (собственно деятельность по раскрытию и расследованию преступлений), и которая должна при этом так или иначе качественно измениться;

2) той, посредством которой это внедрение, встраивание должно осуществляться, и которая требует своего научного обеспечения. И эта (вторая) система деятельности должна стать объектом криминалистических исследований.

Но, не несмотря на то, что в последние годы

все большее число криминалистов отмечает важность изучения различных аспектов внедрения криминалистических рекомендаций в практическую деятельность2, среди них по-прежнему нет единства мнений о признании в качестве самостоятельной задачи криминалистики такой, как научное обеспечение внедрения криминалистического арсенала в практику борьбы с преступностью и целенаправленном изучении тех аспектов их внедрения, которые следует относить к предмету науки криминалистики.

Проблема внедрения, а точнее «невнедрения», в нашей стране имеет давнюю историю. Еще в 1969 г. группа ученых в результате проведенного исследования сделала неожиданный для того времени вывод о низкой эффективности научных исследований в СССР, подкрепленный количественными данными, в противовес часто звучавшим утверждениям о высокой эффективности науки в СССР и ее превосходстве над наукой капиталистических стран3. В последующие годы вывод о недостаточной эффективности отечественной науки стал еще более актуальным, поскольку уровень внедрения новых знаний по различным областям в России не соответствует реальным потребностям4. До сих пор разрыв между наукой и практикой остается критическим. Изложенное в полной мере относится к проблеме реализации разрабатываемых криминалистикой рекомендаций на практике.

До 80-х гг. прошлого столетия вопросы, непосредственно относящиеся к проблеме внедрения в практику криминалистических рекомендаций, крайне редко рассматривались в литературе.5 Это было связано с тем, что исследователи не относили их к предмету криминалистики, полагая, что различные аспекты внедрения достижений криминалистики в деятельность правоохранительных органов должны изучаться не криминалистикой, а наукой управления или другими научными дисциплинами.

А.Я. Гинзбург был первым, кто в 1974 г. отнес внедрение криминалистических рекомендаций в практику борьбы с преступностью к числу частных задач криминалистики6. Но его мнение не

1 См.: Субботина М.В. Теория и практика расследования хищений чужого имущества: Монография. Волгоград, 2002. С. 30; Субботина М.В. Криминалистические проблемы расследования хищений чужого имущества. автореф. дис. ... докт. юрид. наук. Волгоград, 2004. С. 22.

2 См., например: Бахин В.П. Криминалистика. Проблемы и мнения (1962-2002). Киев, 2002. С. 21; Субботина М.В. Криминалистические проблемы расследования хищений чужого имущества. автореф. дис. ... д-ра. юрид. наук. Волгоград, 2004. С. 22.

3 См.: Пенькова О.В., Тютюнник В.М. Науковедение, наукометрия и их производные: Методы количественной оценки научной деятельности: Монография. Тамбов, 2002. С. 26.

4 См.: Власов М.В. Стратегия производства новых знаний // Общественный науки и современность. 2007, № 3. С. 18-19.

5 См.: Доклад врио министра внутренних дел Российской Федерации генерал-полковника милиции Р.Г. Нургалиева // Вестник МВД России. Специальный выпуск. М., 2004. С. 17.

6 См.: Гинзбург А.Я. Принципы советской криминалистики. Караганда, 1974. С. 38-43.

101

получило широкой поддержки. Перечисленные А.Я. Гинзбургом частные задачи криминалистики, включая и внедрение рекомендаций, Р.С. Белкин исключал из числа задач криминалистики, мотивируя тем, что они относятся к вопросам организации науки, поскольку внедрение криминалистических рекомендаций в практику и распространение криминалистических знаний -это уже использование результатов развития науки1.

В криминалистической литературе стали отдельные публикации, в которых отмечалась необходимость исследования криминалистами вопросов внедрения в практику криминалистических рекомендаций для изучения причин и условий эффективности использования последних2. Указанные вопросы стали рассматриваться в контексте проблематики криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений.

С 80-х гг. прошлого века в научной и учебной литературе, а также в ведомственных нормативных актах различных правоохранительных органов стал активно использоваться термин «криминалистическое обеспечение», призванный отражать тесные взаимосвязи криминалистической науки и практики борьбы с преступностью.

Так, В.Г. Коломацкий понимал под криминалистическим обеспечением систему внедрения в практическую деятельность криминалистических знаний, воплощенных в умении работников использовать научные, методические и тактические криминалистические рекомендации, технико-криминалистические средства и технологии их применения3. Однако он не раскрывал содержание понятия «система внедрения», не акцентировал внимание на то, что внедрение представляет собой деятельность, отличную как от разработки криминалистических рекомендаций, так и собственно деятельности по раскрытию и расследованию преступлений, сводя сущность криминалистического обеспечения преимущественно к проблеме использования уже разработанных криминалистикой научных, методических и тактических рекомендаций, технико-криминалистических средств и технологий их применения.

Следует признать, что теоретические основы криминалистического обеспечения практической

деятельности правоохранительных органов до настоящего времени остаются недостаточно разработанными. Одной из причин этого является недооценка криминалистами важности исследования внедрения в практику «продуктов» криминалистики.

Основное внимание криминалистов концентрировалось преимущественно на проблемах повышения эффективности использования криминалистической техники в раскрытии и расследовании преступлений, получивших развитие в рамках различных концепций технико-криминалистического обеспечения раскрытия, расследования и предупреждения преступлений (А.Ф. Волынский, В.А. Волынский, И. Глава, Г.И. Грамович, С.И. Зернов, З.И. Кирсанов, Е.П. Ищенко, П.Т. Скор-ченко и мн. др.).

В частности, А.Ф. Волынский провел комплексный анализ организации, правового регулирования, научно-методического обеспечения использования криминалистических методов и средств в раскрытии и расследовании преступлений; рассматривал проблемы технико-криминалистического обеспечения в контексте научно-технического и общественного прогресса; обосновал непосредственное влияние социально-экономических факторов на процесс разработки новых средств и методов криминалистической техники и механизм их внедрения в практику борьбы с преступностью; определил технико-криминалистическое обеспечение как одну из криминалистических теорий, которая оказывает непосредственное влияние на формирование общей теории криминалистики (ее предмет, природу, задачи, методы, средства и т.п.)4.

В.А. Волынский рассматривал технико-криминалистическое обеспечение как информационную систему и как деятельность, направленную на «решение организационных, правовых, научно-методических и сугубо технических проблем использования криминалистической техники в раскрытии и расследовании преступлений»5, как организационно-функциональную систему (деятельность), направленную на достижение двуединой цели: с одной стороны, на создание условий постоянной готовности ее субъектов к применению криминалистической техники, к быстрому и ре-

1 См.: Белкин Р.С. Курс криминалистики в 3-х тт. Т. 1: Общая теория криминалистики. М., 1977. С. 121-122.

2 См., например: Шиканов В.И. Актуальные вопросы уголовного судопроизводства и криминалистики в условиях современного научно-технического прогресса. Иркутск, 1984. С. 9.

3 См.: Коломацкий В.Г. Криминалистическое обеспечение деятельности органов внутренних дел по расследованию преступлений // Криминалистика. Т. 1. М., 1994. С. 62.

4 См.: Волынский А.Ф. Концептуальные основы технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений. Дис.... д-ра. юрид. наук. М., 1999. С. 10.

5 См.: Волынский В.А. Закономерности и тенденции развития криминалистической техники (исторический, гносеологический и социальный аспекты проблемы). автореф. дис.. д-ра юрид. наук.. М., 2001. С. 30.

_102

зультативному решению технико-криминалистических задач, а с другой, - на практическую реализацию этих условий в целях получения, накопления, обработки криминалистически значимой информации и ее использование в каждом конкретном случае раскрытия и расследования преступлений1.

Именно в такой трактовке понятие и содержание технико-криминалистического обеспечения были представлены в докторских диссертациях А.Ф. Волынского, В.А. Волынского, А.М. Черен-кова и ряде кандидатских диссертаций, написанных под их руководством (Г.Н. Голубенко, А.П. Гайдука, А.С. Шаталова и др.).

Однако А.Ф. Волынский, В.А. Волынский, как и большинство других исследователей, чрезвычайно широко рассматривали понятие технико-криминалистического обеспечения, которое приобретало междисциплинарный характер, отражающий комплекс взаимосвязанных правовых, организационных, научно-технических и методических проблем, в том числе и явно выходящих за пределы криминалистики. Это, кстати, признавали и сами авторы, отмечая, что многие проблемы технико-криминалистического обеспечения находятся на стыке криминалистики и ряда других отраслей знаний: уголовного процесса, научной организации труда, информатики и др2.

Явно выходящими за пределы криминалистики следует признать и мнение тех исследователей, которые считают, что «криминалистика как прикладная наука просто обязана активно внедрять свои достижения в повседневную практику раскрытия и расследования преступлений, в том числе через законотворческий процесс»3. Очевидно, что криминалистика, как наука, не может сама внедрять свои рекомендации в практику, несмотря на то, что ученые-криминалисты выступают не только производителями, но и трансляторами нового знания в социальную практику.

Необходимо четко различать науку и практику, а их взаимосвязи не должны приводить к их слиянию. Задача криминалистики заключается не во внедрении, а в научном обеспечении этого внедрения, поскольку внедрение является практической деятельностью определенных субъектов

и помимо научного обеспечения со стороны криминалистики эта деятельность нуждается в организационном, материально-техническом и других видах обеспечения, выходящих за пределы криминалистики.

Выделение в качестве самостоятельной задачи криминалистики научного обеспечения внедрения в практическую деятельность разрабатываемых ею методов, приемов и средств послужит ориентиром для привлечения внимания криминалистов к проблеме, требующей комплексного исследования вопросов обеспечения «выхода» криминалистических рекомендаций в практическую деятельность, будет определять содержание и направления исследования криминалистикой путей и форм внедрения ее научных результатов в практику.

С учетом изложенного, становится возможным указать на общий недостаток существующих концепций криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений (Р.С. Белкина, В.А. Жбанкова, З.И. Кирсанова, В.Г. Коломацкого и др.), связанный с тем, что в них фактически смешиваются понятия «обеспечение», «внедрение» и «применение (использование)» криминалистических рекомендаций, тогда как процесс «использования» вторичен по отношению к «обеспечению» и «внедрению».

Другими словами, проблема внедрения криминалистических рекомендаций в большинстве существующих концепций криминалистического обеспечения раскрытия, расследования и предупреждения преступлений рассматривается упрощенно, преимущественно как процесс доведения криминалистической научной продукции до потребителя и ее практическое использование с целью положительного результата. Указанное понимание внедрения, в частности, закреплено в Инструкции о порядке внедрения научной продукции в деятельность органов внутренних дел Российской Федерации и внутренних войск МВД России и ее авторском сопровождении4. Несложно заметить, что тем самым внедрение отождествляется лишь с деятельностью по распространению передового и положительного опыта, информированию практических работников о современных разработках криминалистики или исполь-

канд. юрид. наук.

1 См.: Волынский В.А. Технико-криминалистическое обеспечение раскрытия преступлений: Дис. М., 1991. С. 31.

2 См.: Волынский А.Ф. Криминалистическая техника в свете современных научно-технических достижений // Криминалистическая техника: достижения науки и практики в учебный процесс. Тезисы выступлений на научно-методическом семинаре-совещании по актуальным проблемам совершенствования преподавания криминалистики (Ленинград, май 1990 г.). Ленинград, 1990. С. 5.

3 Горячев Э.К., Тишутина И.В. Тактико-криминалистическое обеспечение расследования преступлений. М., 2006. С.11.

4 См.: Приложение № 3 к приказу МВД России № 1055 от 28 декабря 2005 г.

103

менем встала необходимость исследования инновационных изменений и в других сферах об-

зованием криминалистических средств, приемов и методов на практике. Тогда как проблематика внедрения значительно сложнее.

Прежде всего, вне поля зрения криминалистов, по верному замечанию В.Я. Колдина, остается то, что научная разработка любой криминалистической рекомендации, средства, метода, технологии обязательно включает в себя этап внедрения, на котором и достигается органическое единство криминалистической науки и практики1.

Было бы неверным считать, что в криминалистике отсутствуют теоретические разработки, отражающие различные этапы обеспечения практики научно-техническими достижениями, в том числе и криминалистическими. Так, широко известны посвященные этой тематике работы В.П. Бахина, Е.П. Ищенко, А.Ф. Волынского и многих других криминалистов2. Однако существующие концепции криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений все же рассматривают разработку, внедрение и использование на практике криминалистических рекомендаций как самостоятельные и относительно независимые друг от друга этапы (виды) деятельности. И, несмотря на заявления авторов о применении системного подхода при их исследовании, следует признать, что взаимосвязи и взаимообусловленности этих стадий недостаточно изучены.

Задачи оптимизации криминалистической научной деятельности, проведения системных исследований механизмов взаимодействия (интеграции) теории и практики, отражающих взаимосвязи разработки, внедрения и использования криминалистических рекомендаций требуют новых методологических подходов. К их числу, в частности, следует отнести те, которые основаны на осознании возрастающей роли инновационных процессов в обществе, отражением которых явилось появление новой области знания -науки о нововведениях3.

Инновационный путь изменений выступает как форма управляемого развития различных областей человеческой деятельности, целенаправленного ее изменения в целях оптимизации, улучшения, преодоления инерционности и консерватизма. Долгое время проблема инноваций рассматривалась главным образом в области экономических исследований,создания и внедрения научно-технических инноваций. Однако со вре-

щественной жизнедеятельности, в том числе и в практике борьбы с преступностью.

Использование в криминалистике методологии инновационной деятельности позволяет объединять в единую систему процессы создания, освоения, внедрения и применения криминалистических новшеств. Только с позиций инновационной деятельности указанные процессы представляют собой завершенную структуру последовательно сменяющих друг друга этапов, обладающих общей внутренней логикой и направленностью на эффективную реализацию потенциала новшества.

Любой новый метод, новый прием, новое средство, новая методика и т.п., разработанные криминалистикой для нужд практики, могут быть рассмотрены с позиций инноватики как криминалистическое новшество. С момента принятия к распространению это новшество становится инновацией. Инновация - это результат инновационной деятельности, доведенный до стадии практического использования этого новшества. Соответственно, к разработке криминалистического новшества без его внедрения и распространения нужно относиться как к научного продукту, еще не дающему реального полезного эффекта, а лишь создающего предпосылки для его последующей реализации на практике. Изложенное имеет важные последствия для признания тех или иных новых научных разработок криминалистическими инновациями. В частности, они должны обладать помимо прочих и такими непременными свойствами как новизна и практическая применимость. Тогда как криминалистической наукой по-прежнему игнорируется затратная сторона разработки и внедрения ее «продукции».

Рассматриваемые таким образом криминалистические разработки выступают как промежуточный результат в цепи - «наука - практика борьбы с преступностью» и по мере их внедрения и практического применения превращаются в криминалистические инновации, рассматриваемые как конечный результат криминалистического инновационного цикла (цепи).

Процесс переведения новшества в нововведение связан с определенного рода деятельностью - инновационной деятельностью. Различают жизненный цикл (период времени) новшества и

1 См.: Колдин В.Я. Криминалистика: теоретическая наука или прикладная методология? Вест. Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 2000. № 4. С. 13-14.

2 См., например: Бахин В.П. Следственная практика: проблемы изучения и совершенствования. - Киев, 1991; Бахин В.П. Криминалистика. Проблемы и мнения (1962-2002). Киев, 2002; Технико-криминалистическое обеспечение раскрытия и расследования преступлений /. Под ред. Ищенко Е.П., Скорченко П.Т. М., 2000.

3 См.: Пригожин А.И. Нововведения: стимулы и препятствия (Социальные проблемы инноватики). М., 1989. С. 20.

104

жизненный цикл нововведения (инновации). Указанные циклы тесно связаны, взаимообусловлены и невозможны один без другого, однако их следует отличать друг от друга. Разница заключается в том, что в одном случае происходит процесс формирования новшества, в другом -процесс его применения1.

Оба жизненных цикла охватываются более общим понятием «инновационный процесс». Таким образом, инновационный процесс неразрывно связан с созданием, освоением и распространением инноваций. Начальной стадией этого процесса является научная деятельность, неразрывно связанная с последующими этапами (элементами) инновационного процесса. Соответственно, криминалистический инновационный процесс не может считаться завершенным, если разработанная криминалистическая рекомендация не внедрена в практику и не используется в постоянном режиме.

Несложно заметить, что в современной криминалистике основной упор делается на исследованиях жизненного цикла новшества, тогда как жизненный цикл нововведения, представляющий собой относительно самостоятельный процесс, остается без должного внимания исследователей.

Указанное обстоятельство обусловлено методологическими просчетами в криминалистике, не позволяющими различать новшество и нововведение, а также выделять в качестве самостоятельного объекта криминалистических исследований криминалистическую инновационную деятельность2.

Очевидно, что сегодня никакая другая наука, кроме криминалистики, не заинтересована в научном обеспечении внедрения криминалистических рекомендаций в практику борьбы с преступностью. Изложенное настоятельно требует, чтобы в криминалистике существовала система научных положений, объединенных в теорию, обеспечивающих «выход» из системы научного знания и «вход» в практическую деятельность с целью оптимизации процесса разработки и реализации научных рекомендаций криминалистики. На наш взгляд, такая частная криминалистическая теория должна называться «криминалистическая инноватика», ее объектом является специальный вид деятельности - инновационная криминалистическая деятельность, предметом - специфичес-

кие закономерности этой деятельности3. Криминалистическая инновационная деятельность носит обслуживающий (обеспечивающий) характер по отношению к деятельности по раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений.

Решение криминалистикой задачи научного обеспечения внедрения разрабатываемых ею рекомендаций предполагает выделение и всестороннее изучение в предмете криминалистики относительно самостоятельной, однородной группы закономерностей, отражающей взаимосвязи разработки и внедрения в практику криминалистических методов, приемов и средств оптимизации борьбы с преступностью - закономерностей криминалистической инновационной деятельности4. К числу указанных закономерностей относятся, в частности, взаимосвязи и взаимозависимости различных этапов (элементов) криминалистической инновационной деятельности; взаимозависимости между «продуктами» криминалистики и способами их внедрения в практику; закономерности распространения криминалистических методов, приемов и средств; закономерности, отражающие особенности среды внедрения и восприятия криминалистических новшеств практическими работниками и т.д. Игнорирование указанных закономерностей приводит к негативным процессам: потенциально эффективные криминалистические новшества не внедряются или внедряются с задержкой; внедряется новшество, не обладающее необходимым инновационным потенциалом или значительно меньшим по сравнению с другим новшеством; внедрение не дает должного результата из-за игнорирования средой внедрения, сопротивления практических работников его внедрению и т.д.

Способность криминалистики разрабатывать современные криминалистические рекомендации, адресованные практике, характеризует ее эвристический потенциал, творческую роль и интеллектуальную продуктивность, тогда как способность криминалистики научно обеспечивать внедрение ее «продуктов» в практическую деятельность правоохранительных органов выступает необходимым условием эффективных изменений практики раскрытия, расследования и предупреждения преступлений, свидетельствует о подлинной реализации наукой своей служебной функции.

1 См.: Пригожин А.И. Нововведения: стимулы и препятствия (Социальные проблемы инноватики). М., 1989. С. 31.

2 См.: Сокол В.Ю. Инновационная деятельность как объект криминалистических исследований // «Черные дыры» в Российском законодательстве. 2008. № 1. С. 388-389.

3 См.: Сокол В.Ю. Методологические и организационные аспекты тактико-криминалистического обеспечения раскрытия преступлений. Краснодар, 1998. С. 39-42.

4 См.: Сокол В.Ю. Внедрение как объект криминалистических исследований // Юрист-Правоведъ. 2008. № 3 (28). С. 5-9.

105