Металлургам припомнили инвестиции и дивиденды

Металлургам припомнили инвестиции и дивиденды

Минфин счел налоговую нагрузку на отрасль слишком низкой

Минфин вновь выдвинул тезис о низких инвестициях и высоких дивидендах в компаниях горно-металлургического комплекса. По мнению министерства, отрасль в отличие от нефтяной имеет низкую налоговую нагрузку, а ввод курсовых пошлин позволяет сделать ее лишь немного справедливой. Минфин анонсировал корректировку акциза на сталь, но, по мнению экспертов, не исключен возврат к обсуждению налога на дивиденды, который обсуждался в 2021 году, но был отложен.

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

За последние десять лет операционный денежный поток крупнейших компаний российского горно-металлургического комплекса (ГМК) составил 25 трлн руб. при инвестициях за тот же период в 8,5 трлн руб., пишет Минфин в опубликованных 28 сентября «Основных направлениях бюджетной, налоговой и таможенно-тарифной политики на 2024 год и на плановый период 2025–2026 годов». Доходность на вкладываемый капитал металлургов составляет 200%, тогда как у нефтяной отрасли она достигает 90%. Без рентных налогов этот показатель бы равнялся 230% в ГМК и 350% у нефтяников.

По данным Минфина, оставшийся свободный денежный поток после уплаты налогов и финансирования капиталовложений компании ГМК распределяют среди акционеров. Высокая доходность в отраслях ГМК объясняется рентной природой. Исторически, как следует из документа, металлурги имели низкую налоговую нагрузку. По расчетам министерства, она занимает не менее 5% свободного денежного потока до фискального раздела (EBITDA за вычетом рентных налогов после финансирования капиталовложений). Аналогичный показатель в нефтяной отрасли составляет 70%.

На данный момент доля перераспределения ренты в металлургии остается невысокой, хотя, как пишет Минфин, введение курсовых пошлин «будет содействовать некоторому улучшению справедливости распределения рентных доходов в этих отраслях».

Минфин ужесточает риторику, считает источник в горно-металлургической компании. По его словам, за последние три года металлургия уже шестикратно сталкивалась с увеличением фискальной нагрузки: увеличение НДПИ на ЖРС, экспортные пошлины в 15%, повторное увеличение НДПИ на ЖРС, акциз на сталь, налог на «сверхприбыль», курсовая экспортная пошлина. На 2024 год анонсирована донастройка акциза на сталь. Такая политика нивелирует инвестиционный потенциал бизнеса. Другой источник говорит, что дивиденды, которые получают акционеры, возвращаются в экономику страны в качестве инвестиций в самые разные отрасли.

В опубликованном документе говорится, что Минфин думает о корректировке расчета акциза на сталь на фоне высокой рентабельности экспорта полуфабрикатов. По данным министерства, в первом полугодии она составляла 37%, что значительно выше уровня 2022 года (12%). Росту рентабельности способствует повышение цен на стальные полуфабрикаты: средняя цена сляба в июле—декабре 2022 года составляла $442 за тонну, а в первом полугодии 2023 года — $562. Тезис о восстановлении стоимости сляба до $562 устарел, отмечает собеседник “Ъ”. В августе, по данным ФАС, цена снова упала до $439,3. В следующем году сляб будет запрещен к поставке на премиальные рынки ЕС, что еще сбавит цену.

Другой собеседник напоминает, что акциз платится со всей жидкой стали, в том числе с внутреннего рынка, где цены больше не связаны с ростом мировых котировок.

«Внешний нерелевантный индикатив распространяют на всю индустрию,— комментирует позицию Минфина собеседник “Ъ”.— При этом рентабельные поставки сляба за рубеж, на которые ссылается Минфин, доступны только одной компании — НЛМК, которая, будучи несанкционной компанией, может временно экспортировать сляб на рынки Европы. Но и для Липецка это временная возможность, которая скоро будет недоступна». Металлургические компании не дали официальных комментариев.

Актуализированные цифры показывают, что, по мнению Минфина, цель более справедливого распределения ренты не была достигнута, считает независимый эксперт Борис Луцет. Планировалось, что через налоги будет изъято в среднем 15–20% доходов, а на деле получилось всего 12%. Если в 2021 году данные выкладки использовались для обоснования повышения НДПИ, то теперь — экспортных пошлин.

По мнению эксперта, сравнение с нефтяной отраслью проводить легко: там доля участия государства значительно выше, налоговая система сложнее, и вопрос выплаты дивидендов не стоит столь остро.

Кроме того, там реализована целая серия ужесточений налогового режима и, по мнению самого Минфина, достигнут предел повышения фискальных изъятий. «Дивидендный» аргумент в части ГМК, говорит господин Луцет, играет совершенно иную роль: в сравнении с 2021 годом Минфин повысил оценку свободного денежного потока в отрасли за десять лет в два раза — с 8 трлн до 16 трлн руб. В связи с этим он полагает, что, помимо прочего, в самое ближайшее время не исключен возврат к идее дифференциации налоговой нагрузки в зависимости от соотношения инвестиций и дивидендов, рассмотрение которой отложили в 2021 году.