О некоторых психологических особенностях тактики борьбы с преступностью с применением оперативно-разыскных технологий

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРИКЛАДНЫЕ АСПЕКТЫ ч ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ПРЕСТУПНОСТИ

ОРГАНАМИ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ

о некоторых психологических особенностях тактики борьбы с преступностью с применением оперативно-разыскных технологий

some psychological peculiarities of the tactics of the fight against crime with the use of investigative technologies

Аннотация: в статье автором рассматриваются психологические особенности в контексте некоторых тактических приемов и методов борьбы с преступностью оперативно-разыскными технологиями и применения таких приемов, как хитрость и обман. Особое место в исследовании уделено таким явлениям, как целесообразность и дозволенность применения определенных тактических приемов в ходе оперативно-разыскных мероприятий (ОРМ) с целью решения задач оперативно-разыскной деятельности (ОРД). В ходе исследования автором обосновывается ряд положений и истинные задачи института прекращения уголовных дел, а также уголовного преследования, имеющего место в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве, как совокупности норм, по убеждению автора, служащих для обеспечения и реализации задач и достижения целей ОРД. В статье автором делается вывод об основных правилах, которые необходимо соблюдать сотрудникам оперативных подразделений (в первую очередь начинающим и неопытным сотрудникам) для верной тактики борьбы с преступностью, реализации дел оперативного учета, а также обеспечения собственной безопасности сотрудников оперативных подразделений и безопасности граждан.

Ключевые слова: оперативно-разыскная деятельность, оперативно-разыскные мероприятия, борьба с преступностью, обман, хитрость, тактика.

Для цитирования: Середнев В.А. О некоторых психологических особенностях тактики борьбы с преступностью с применением оперативно-разыскных технологий // Проблемы правоохранительной деятельности. 2019. № 1. С.61-67.

Abstract: the author considers psychological features in the context of some tactical methods and methods of combating crime with operational-investigative technologies and the use of such techniques as cunning and deception. A special place in the study is given to such phenomena as the expediency and

УДК 343

в.а. середиев

(Арзамасский филиал Нижегородского государственного университета им. Н.И.Лобачевского, Россия, г. Арзамас) naganov1910@mail.ru

vladimir a. serednev

permissibility of the use of certain tactical techniques during operational investigative measures (ORM), with the aim of solving the tasks of operational investigative activities (PSA). In the course of the study, the author substantiates a number of provisions and true tasks of the institute for the termination of criminal cases, as well as the criminal prosecution that occurs in criminal and criminal procedure legislation, as a set of norms, according to the author, serving to ensure and implement the objectives and achieve the objectives of the OSA. In the article, the author concludes about the basic rules that must be followed by employees of operational units (first of all, beginners and inexperienced employees) for the correct tactics of combating crime, the implementation of operational accounting cases, as well as ensuring their own security for employees of operational units and the safety of citizens.

Keywords: operational and investigative activities, operational and investigative activities, the fight against crime, deception, cunning, tactics.

For citation: Serednev V.A. Some psychological peculiarities of the tactics of the fight against crime with the use of investigative technologies // Problems of Law Enforcement Activity. 2019. № 1. Рр. 61-67.

Содержанием оперативно-разыскной тактики является система приемов и методов, при реализации которых определяется направление и объемы оперативно-разыскной деятельности (далее - ОРД). Кроме того, именно исходя из имеющихся на вооружении приемов и методов тактики ОРД определяется наиболее эффективное и целесообразное осуществление конкретных оперативно-разыскных мероприятий (далее - ОРМ), направленных на решение задач ОРД в ходе достижения ее целей. Сущность и содержание тактики ОРД заложены в силах, средствах и методах осуществления данного вида государственной деятельности, которая регламентирована Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12.08.1995 № 144-ФЗ (далее - ФЗ «Об ОРД»).

Основным вопросом, который вызывает интерес, в рамках тактических особенностей проведения ОРМ является их целесообразность и дозволенность, а также соотношение между ними в ходе осуществления ОРД. В связи с рассматриваемым вопросом необходимо указать на две существующие противоположности, которые являются препятствиями и наносят ущерб в деле борьбы с преступностью. То есть одной крайностью является ничем не обоснованная и, как правило, бесполезная инициатива оперативного сотрудника в ходе проведения ОРМ. Другой крайностью является также ничем не обоснованный отказ оперативного сотрудника от проведения активных действий в рамках ОРМ для решения задач ОРД.

Первая указанная крайность приводит к тому, что в ходе проведения ОРМ субъекты ОРД, действуя по принципу «для достижения обеспечения целей ОРД все средства хороши», порой переходят границу дозволенного, в результате происходит нарушение законодательства, которое граничит с совершением преступления как

самим сотрудником оперативного подразделения, так и конфидентом, оказывающим содействие субъектам, осуществляющим ОРД. Но в связи с этим необходимо отметить, что посредством права невозможно урегулировать абсолютно все общественные отношения, поэтому должна быть достаточно точно определена сфера их регулирования. Другими словами, нельзя допускать, чтобы сфера правового регулирования была слишком сужена либо чересчур расширена. В случаях, когда роль права при регулировании общественных отношений занижена или незначительна, может возникнуть ситуация хаоса и произвола в обществе, грозящая серьезным нарушением правопорядка. И наоборот, в тех случаях, когда при помощи права пытаются урегулировать практически все общественные отношения, которые даже не нуждаются в этом, возникает ситуация тотального контроля государства за всей социальной жизнью общества и, как следствие, произвола уже со стороны самого государства1. Поэтому теоретический принцип, в контексте правового регулирования являющийся общедозволительным, который гласит, что «разрешено все, что прямо не запрещено законом», должен активно применяться в ходе организации тактики в рамках борьбы с преступностью оперативно-разыскными технологиями. Именно поэтому принцип «все средства хороши...» будет действенен и законен, если он сочетается с принципом «разрешено все, что прямо не запрещено законом», который является порождением общедозволительного принципа правового регулирования. Соответственно, «принцип общих дозволений в сочетании с конкретными, точно установленными в законе запретами, обеспечивает оптимальную и упорядоченную социальную свободу, характерную для определенного этапа развития общества. Его ос-

1 Теория государства и права / Под ред. В.М. Корельского и В.Д. Перевалова. М.: ИНФРА М-Норма, 1997. 570 с.

нову составляют общие дозволения, представляющие собой специфические социально-правовые явления, исходные нормативно-регулирующие начала, общим образом определяющие правомерность поведения субъектов»2 [2, с. 265]. Таким образом, запреты в общедозволительном регулировании и, соответственно, ограничения, обременения, санкции и ответственность за их нарушение обеспечивают максимально возможную меру свободы и активности субъектов, свободы, не переходящей в произвол, не ущемляющей права и интересы других лиц и общества в целом.

Кроме того, в отношении государственных органов и должностных лиц, которые имеют государственно-властные полномочия, действует принцип разрешительного регулирования со своими способами регулирования полномочий:

1) конкретными, точно установленными дозволениями по принципу «допустимо только то, что прямо разрешено, предусмотрено в законе» и

2) общими запретами, когда в законодательстве устанавливается система строгих юридических обязанностей воздерживаться от определенного вида действий, а права предоставляются в виде исключения и используются по строго установленным правилам (исключительное разрешительное регулирование). Отметим, что только разрешительный порядок регулирования надежно обеспечивает определенность деятельности субъектов, при которой складывается психологическая, устойчивая обстановка для использования субъективных прав. По нашему убеждению, разрешительный принцип призван обеспечить высокую организованность, дисциплину и порядок в жизнедеятельности общества.

Вторая крайность связана с тем, что субъект, осуществляющий ОРД, желая «подстраховаться» и избежать нарушения им законодательства, при проведении какого либо ОРМ отказывается от осуществления активных наступательных действий, в контексте проведения тактических, наступательных мероприятий, направленных как на реализацию дел оперативного учета (далее - ДОУ), так и иных действий в рамках ОРД, с целью изобличения преступной деятельности. То есть, другими словами, оперативный сотрудник, во-первых, как правило, теряет оперативные позиции, переставая практиковать привлечение граждан к конфиденциальному сотрудничеству. Во-вторых, отказывается от проведения оперативно-тактических комбинаций, при этом пренебрегая имеющейся оперативной информацией и ее реализацией в ходе проведения конкретных видов ОРМ. В-третьих, что естественно вытекает из первого и второго,

2 Алексеев С. С. Общая теория права. Т. 1. М., 1981. С. 265.

- обедняет тактику ОРД, отказываясь использовать комплексный подход для решения задач ОРД, внося в нее лишь рутину и примитивизм.

В ходе тактического осуществления ОРД возможно ли применение лжи со стороны субъектов, осуществляющих ОРД в отношении криминальных элементов? Данный вопрос вызывает споры, в том смысле, что ряд ученых в области ОРД ведут речь об использовании в ходе ОРД не лжи, а хитрости [1, с. 20-21]. Такой автор, как Г. Шнейкерт в связи с этим писал, что «хитрость является неизбежным, адекватным средством в борьбе против хитрых преступников» [2, с. 26]. Необходимо ответить на данный вопрос, исходя из логической посылки, при этом рассмотрев соотношения таких понятий, как разум, хитрость и глупость. Думается, никто не будет спорить с тем, что разум - это высший тип мыслительной деятельности, способность мыслить всеобще, способность анализа, абстрагирования и обобщения, который очевидно стоит выше хитрости и глупости в иерархии мышления. Глупость - это самая низкая степень интеллекта, отсутствие способности самостоятельного мышления, которое основано на здравом смысле, и отсутствие способности принимать рациональные (разумные) решения. Хитрость же, на наш взгляд, имеет элементы как разума, так и глупости. Соответственно, если расположить все три понятия в вертикальной плоскости, то вверху будет разум, ниже, под ним, - хитрость, а под хитростью, как самая низкая степень умственной способности, - глупость. Исходя из этого построения иерархии ценностей образа мышления, можно дать определение хитрости, которое будет иметь следующую редакцию: хитрость - это высшая степень глупости и низшая степень ума. Именно поэтому хитрого человека очень часто видно сразу (обычно и говорят: «Иван Иванович очень хитрый, с ним нужно быть внимательным....»), а лживого человека очень трудно порою бывает установить. Кроме того, хитрость проявляет себя, как правило, в манипуляции с правдивыми сведениями в ходе их интерпретации либо в умолчании всех сведений или определенной их части. Поэтому, на наш взгляд, при проведении ОРМ для наиболее эффективного причинения вреда криминальному миру необходимо использовать механизм лжи, хотя использование хитрости не исключается, например, при использовании одного из отраслевых принципов ОРД

- конспирации, который в основном выражается в умолчании, оставлении в секрете проведение определенного ОРМ. Но при осуществлении конспирации возможно использование и лжи, т.е., например, распространение лживых сведений о времени проведения определенного ОРМ,

причем данные сведения распространяются не только среди объектов, представляющих интерес для оперативных сотрудников, но и среди коллег по службе, которые не имеют отношения к проведению данного ОРМ. Соответственно, соблюдение правила конспирации является обязанностью субъектов, осуществляющих ОРД (ч. 5 ст. 14 ФЗ «Об ОРД»). На использование лжи (неправды) указывает ряд прав субъектов, осуществляющих ОРД (ст. 15 ФЗ «Об ОРД»). Например, п. 4 и 5 ст. 15 ФЗ «Об ОРД» содержит основания, по которым субъекты, осуществляющие ОРД, имеют право использовать в целях конспирации документы, зашифровывающие личность должностных лиц, ведомственную принадлежность предприятий, учреждений, организаций, подразделений, помещений и транспортных средств органов, осуществляющих оперативно-разыскную деятельность, а также личность граждан, оказывающих им содействие на конфиденциальной основе. Также вправе создавать в установленном законодательством Российской Федерации порядке предприятия, учреждения, организации и подразделения, необходимые для решения задач, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Очевидно, что использование документов, с внесением в них данных, не соответствующих действительности, о сотруднике оперативного подразделения, являются ложным, но необходимым для решения задач ОРД. При создании учреждений, организаций и предприятий для решения задач ОРД в регистрационные документы вносятся ложные данные, и хитростью это не назовешь, вернее обманом или имитацией, являющейся процессом творческим и обязательным, на благо борьбы с преступностью [3, с. 139-210]. Поэтому можно говорить, что «.главными тенденциями, обеспечивающими превосходство над современным противником в ходе подготовки и ведения операций, становится обман.» [4, с. 7]. Но необходимо особо подчеркнуть, что обман, как и имитация определенных действий сотрудниками оперативных подразделений для достижения целей ОРД, не должен выходить за рамки законности. Соответственно, верно, на наш взгляд, указывается в литературе: «Характер поведения преступников, которые во многих случаях действуют тайно, замаскировано, применяют различные ухищрения для достижения своих целей, предопределяет возможность и необходимость применения в ОРД таких специфических приемов, как имитация, проведение оперативных комбинаций. Но эти и любые другие тактические приемы должны применяться в определенных границах, очерченных требованиями законности.» [1, с. 21]. Нужно понимать, что применительно к ОРД,

имеющей особенный организационно-правовой механизм реализации своих функций, который связан с государственной тайной, к соблюдению законодательства при решении задач ОРД сотрудниками оперативных подразделений следует относить не только «открытые» (не секретные) нормативно-правовые акты, но и правовые акты ведомственного характера, содержащие сведения, относящиеся к государственной тайне. Не раскрывая содержания ряда ведомственных нормативно-правовых актов, имеющих гриф «секретно» или «совершенно секретно», укажем лишь на то, что выполнение определенных действий, указанных в них, возможно лишь для людей с определенным психологическим типом, с иными понятиями и представлениями, отличными от обывательских, что является моральным, а что аморальным, что нравственным, а что безнравственным [5, с. 18-23; 6, с. 53-57].

Такое оперативно-разыскное мероприятие, как «оперативное внедрение», без осуществления которого практически невозможно раскрытие тщательно маскируемых и организованных преступлений, представляющее собой внедрение оперативного сотрудника (либо лиц, оказывающих конфиденциальное содействие) в среду преступников, вообще построено на применении лжи и хитрости в отношении разрабатываемых (преступников) лиц. Для получения необходимой информации о преступной деятельности разрабатываемой группы, в которую внедрен оперативный сотрудник, ему необходимо получить доверие разрабатываемых, а для этого как минимум он должен знать субкультуру преступного мира. Поэтому оперативный сотрудник « должен сообразовывать свое поведение с повадками, привычками, обычаями этой среды, быть, как здесь говорят, "своим человеком", что требует от него известной "криминальной" активности.» [1, с. 21], которая в определенных рамках допустима. Что следует понимать, на наш взгляд, под пределами «допустимости» преступной деятельности: во-первых, оперативный сотрудник (конфидент) не должен принимать участие в преступлениях с материальными составами, которые влекут материальные последствия, относящиеся к категории тяжких и особо тяжких; во-вторых, при склонении его (предложении ему) со стороны преступной группы быть участником преступления, имеющего материальные последствия вышеуказанных категорий, найти возможность уклониться от его совершения (например, заболеть), о чем изыскать возможность сообщить своему руководству. В третьих, оперативный сотрудник в случаях, вызванных оперативной необходимостью в ходе решения задач ОРД, мо-

жет участвовать в совершении как преступлений частного обвинения, уголовные дела по которым возбуждаются только по жалобе потерпевшего, так и некоторых преступлений, относящихся к категории частно-публичного и публичного обвинения, что должно быть урегулировано «закрытыми» ведомственными нормативными актами об организации и тактике проведения ОРД (например, ст.ст. 115, 128.1, 128, 116, 137, 138 УК РФ и др.). Кроме того, согласно Федеральному закону от 08.01.1998 № 3-ФЗ (ред. от 29.12.2017) «О наркотических средствах и психотропных веществах» на основании ст. 36 (Использование наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров в оперативно-розыскной деятельности) субъектам, осуществляющим ОРД, в ходе ОРМ «оперативное внедрение» разрешается иметь при себе и использовать наркотические средства.

Мы соглашаемся с тем, что «поведение конфидента и пределы тактической активности оперативника, руководящего его действиями, ограничиваются установленными уголовным законом рамками. Исследование правовых основ оперативно-розыскной тактики, определение юридических рамок каждого тактического приема, правильных соотношений целесообразности и дозволенности применительно к конкретным ситуациям ОРД являются одной из важнейших задач теории ОРД» [1, с. 21], но, думается, что данная мысль должна быть более доступно интерпретирована, особенно для понимания начинающими сотрудниками оперативных подразделений. В связи с этим необходимо указать на то, что благодаря юридической технике выработаны и систематизированы нормативно-правовые нормы, которыми «выражается интерес ОРД», в направлении решения задач и достижения целей данного государственного вида деятельности. Другими словами, существуют законодательные нормы, на основании которых лица могут быть освобождены от уголовной ответственности или уголовное дело в отношении них может быть прекращено (ст. 24, 25, 25.1, 27,28, 28.1 УПК РФ ст.75, 76 УК РФ). Но весь глубинный смысл данного механизма заложен не в «душевной доброте государства», которое идет навстречу лицу, совершившему деяние, в котором содержатся признаки состава преступления, а в том, что это лицо сделает полезного для государства, чтобы в отношении лица прекратилось уголовное преследование. Соответственно, помощь и конфиденциальное содействие субъектам, осуществляющим ОРД, гражданами на основании ч.1 ст. 17 ФЗ «Об ОРД» (Содействие граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность) есть основная мотивация

государства, руководствуясь которой уполномоченные на то органы имеют право прекратить уголовное преследование вышеуказанных лиц. С ч.1 ст.17 ФЗ «Об ОРД» корреспондирует ст. 18 ФЗ «Об ОРД» (Социальная и правовая защита граждан, содействующих органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность).

Особо подчеркнем, в законодательстве указывается, что уполномоченные законом лица «. вправе», а не обязаны, например, прекращать уголовное дело в отношении лиц по вышеуказанным основаниям. То есть реализация данного механизма есть право, а не обязанность. Использование предоставленного права в корне должно зависеть от вклада граждан своей посильной помощи в борьбу с преступностью в ходе оказания конфиденциального содействия субъектам, осуществляющим ОРД [7, с. 46-48].

Кроме всего прочего, оперативному сотруднику необходимо иметь психическую устойчивость, в смысле отношения его к неожиданным изменениям обстановки и обстоятельствам в момент нахождения сотрудника в преступной группе, и выбором им определенной тактики поведения, а именно встречи оперативного сотрудника с лицом, которое может знать о принадлежности внедренного лица к правоохранительным органам. В связи с этим укажем, что «в преступных группах и сообществах существует иерархичность между членами, что способствует слаженному механизму криминальных технологий. в настоящее время практически каждое серьезное преступное формирование имеет своих людей в правоохранительных органах.»3. Соответственно, к такому повороту событий сотрудник оперативного подразделения (либо конфидент) должен психологически быть готов.

Хотим заметить, что в контексте ОРД и направлений ее деятельности мы используем именно термин «борьба с преступностью» [8, с. 94-104], хотя в литературе есть мнение достаточно авторитетного автора, что использование данного термина является не совсем корректным. Предлагаются следующие термины: «защита (обеспечение безопасности) от преступных посягательств», «воздействие на преступность», «реагировать на преступность» [9, с. 55; 8, с. 99]. Думается, что авторы, которые отказываются видеть целью ОРД борьбу с преступностью, при этом не синтезируя и не обобщая ее (борьбу с преступностью) с целями ОРД, которые указа-

3 Середнев В.А. Конфиденциальное содействие граждан субъектам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность // учебно-методическое пособие для студентов филиала, обучающихся по направлению подготовки 40.03.01 Юриспруденция профиль уголовно-правовой / Арзамас, 2017. С. 44

ны непосредственно в ст. 1 ФЗ «Об ОРД», по нашему убеждению, подвержены влиянию западно-либеральной мысли, которая породила такое понятие, как пацифизм. Соответственно, пацифизм - это идеология, отрицающая действия, связанные «с борьбой», а именно: силу, сопротивление, самоотдачу, самопожертвование и т.п. [8, с. 99]. Мы считаем, что такие понятия, как «реагирование», «воздействие» направлены на контроль за преступностью. Термин же «борьба» нацелен на ведение «войны» с преступностью как негативным социальным явлением [10, с. 3556]. Но «в отличие от военной, борьба в условиях ОРД. состоит также в том, что "противник", как правило, уклоняется от открытого столкновения. Он действует тайно, замаскировано, применяет различные ухищрения. Отсюда вытекает поисковый, разведывательный характер ОРД, что во многом определяет ее специфическое положение в ряду всех основных направлений борьбы с преступностью» [1, с. 24].

Одним из самых важных тактических приемов при разработке определенной группы преступников является выявление каких-либо противоречий в их взаимоотношениях (например, конфликт в ходе разделения между собой похищенного имущества; конфликты, связанные с распределением ролей в группе; бытовые конфликты; семейные проблемы членов группы, которые могут влиять на их преступную деятельность, и т.д.), это необходимо и целесообразно для «нанесения удара» субъектами, осуществляющими ОРД, в «слабое место» преступной группы. Например, при реализации дела оперативного учета (ДОУ) и задержания членов преступной группы уместно начинать с психологически более слабого лица (занимающего в группе, как правило, второ-

степенные позиции, «слабохарактерного» и по возможности «колеблющегося» относительно своей преступной деятельности), а это возможно после анализа личных характеристик каждого участника группы.

Необходимо указать три основных правила, которые мы уяснили для себя в ходе практического опыта (порою «горького опыта») более чем 20-летней службы в оперативно-следственных подразделениях МВД РФ. Данные правила необходимо соблюдать для выбора верной тактики борьбы с преступностью, а также соответственно в ходе реализации ДОУ, с целью как реализации оперативного дела, так и обеспечения собственной безопасности (жизни и здоровья) и безопасности граждан:

1. Никогда не задерживать лицо (группу лиц), если это не вызвано оперативной необходимостью (например, создается угроза жизни других граждан, преступники собираются бежать за границу, преступники могут уничтожить предметы, документы и иное имущество, которое может быть впоследствии приобщено к материалам уголовного дела в качестве доказательств), в неблагоприятных условиях при обстоятельствах, когда создается угроза жизни и здоровью сотрудников оперативных подразделений.

2. Важным условием верной тактической борьбы является установление местонахождения и задержание преступной группы (лица) неожиданным для преступников образом, т.е. врасплох.

3. При задержании преступников стремиться к тому, чтобы применять неизвестные противоборствующей стороне тактические приемы задержания (например, с помощью новых, неизвестных для преступников научно-технических средств).

Литература

1. Актуальные проблемы теории оперативно-розыскной деятельности: сборник научных трудов / под общ. ред. К.К. Горяи-нов, В.С. Овчинский. - Москва: ИНФРА-М, 2017. 530 с.

2. Шнейкерт Г. Тайна преступника и пути ее раскрытия (к учению о судебных доказательствах) / Тайна преступника: сборник. - Москва: ИД «Книжная находка», 2002. С. 17-102.

3. Середнев В.А. Компендиум по оперативно-разыскной психологии. - Арзамас: Арзамасский филиал ННГУ, 2018. 224 с.

4. Марущенко П.Н. Обман противника - процесс творческий и обязательный // Воздушно-космический рубеж. 2018. № 2 (4) С. 7.

5. Середнев В.А. Идея дифференциации морально-этических принципов в оперативно-разыскной деятельности // Оперативник (сыщик). 2016. № 2 (47). С. 18-23.

6. Середнев В.А. К содержанию «внутреннего мира» личности «разведчика» (о положительных сторонах «профессиональной деформации») // Оперативник (сыщик). 2017. № 4 (53). С. 53- 57.

7. Середнев В.А. Тактика приобретения агентурного аппарата субъектами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность // Научный аспект. 2013. № 1. С.48-68.

8. Середнев В.А. К вопросу исследования мифотворчества в современной теории оперативно-разыскной деятельности, в контексте познания объекта оперативно-разыскной науки // Территория инноваций. 2017. № 8 (12) С. 94-104.

9. Шумилов А.Ю. Оперативно-разыскная наука в Российской Федерации: монография. В 3 т. Т. III: Основные положения. Кн.1. Объект, предмет и система оперативно-разыскной науки. (Теория и практика профессионального сыска). - Москва: ИД Шумиловой И.И., 2015. 360 с.

10. Середнев В.А. К вопросу «нового» видения сущности терроризма и личности террориста. Проблема «асимметрии» / Вопросы политической науки: материалы III Международной конференции (г. Казань, май 2017 г.). - Казань: «Бук», 2017. С. 35-56.

= References =

1. Aktual'nye problemy teorii operativno-rozysknoj deyatel'nosti: sbornik nauchnyh trudov / pod obshch. red. K.K. Goryainov, V.S. Ovchinskij. - Moskva: INFRA-M, 2017. 530 s.

2. SHnejkert G. Tajna prestupnika i puti ee raskrytiya (k ucheniyu o sudebnyh dokazatel'stvah) / Tajna prestupnika: sbornik. -Moskva: ID «Knizhnaya nahodka», 2002. S. 17-102.

3. Serednev V.A. Kompendium po operativno-razysknoj psihologii. - Arzamas: Arzamasskij filial NNGU, 2018. 224 s.

4. Marushchenko P.N. Obman protivnika - process tvorcheskij i obyazatel'nyj // Vozdushno-kosmicheskij rubezh. 2018. № 2 (4) S. 7.

5. Serednev V.A. Ideya differenciacii moral'no-ehticheskih principov v operativno-razysknoj deyatel'nosti // Operativnik (syshchik). 2016. № 2 (47). S. 18-23.

6. Serednev V.A. K soderzhaniyu «vnutrennego mira» lichnosti «razvedchika» (o polozhitel'nyh storonah «professional'noj deformacii») // Operativnik (syshchik). 2017. № 4 (53). S. 53- 57.

7. Serednev V.A. Taktika priobreteniya agenturnogo apparata sub»ektami, osushchestvlyayushchimi operativno-rozysknuyu deyatel'nost' // Nauchnyj aspekt. 2013. № 1. S.48-68.

8. Serednev V.A. K voprosu issledovaniya mifotvorchestva v sovremennoj teorii operativno-razysknoj deyatel'nosti, v kontekste poznaniya ob»ekta operativno-razysknoj nauki // Territoriya innovacij. 2017. № 8 (12) S. 94-104.

9. SHumilov A.YU. Operativno-razysknaya nauka v Rossijskoj Federacii: monografiya. V 3 t. T. III: Osnovnye polozheniya. Kn.1. Ob»ekt, predmet i sistema operativno-razysknoj nauki. (Teoriya i praktika professional'nogo syska). - Moskva: ID SHumilovoj I.I., 2015. 360 s.

10. Serednev V.A. K voprosu «novogo» videniya sushchnosti terrorizma i lichnosti terrorista. Problema «asimmetrii» / Voprosy politicheskoj nauki: materialy III Mezhdunarodnoj konferencii (g. Kazan', maj 2017 g.). - Kazan': «Buk», 2017. S. 35-56.