Воздействие русского комизма на прозу Азиза Несина

ВОЗДЕЙСТВИЕ РУССКОГО КОМИЗМА НА ПРОЗУ АЗИЗА НЕСИНА

Йылмаз Мустафа

Аннотация. В статье предпринята попытка на основе компаративного анализа выявить специфику литературных связей прозы турецкого писателя А. Несина с традициями русского комизма на материале анализа произведений Н. Гоголя, М. Салтыкова-Щедрина, А. Чехова.

Ключевые слова: русский комизм, А. Несин, художественное влияние, Н. Гоголь, М. Салтыков-Щедрин, А. Чехов.

Summary. The article reveals connections between Aziz Nesin's prose and Russian co-mism (based on analysis of works of N. Gogol, M. Saltykov-Shchedrin, A. Chekhov).

Keywords: Russian comism, A. Nesin, artistic influence, N. Gogol, M. Saltykov-Shched-rin, A. Chekhov.

352

В данной работе предпринята попытка на основе компаративного анализа выявить специфику литературных связей прозы турецкого писателя Азиза Несина с традициями русского комизма. Материалом для данного исследования были избраны юмористические и сатирические рассказы А. Несина, написанные в период 1943-1965 гг., и переводы на турецкий язык произведений Н. Гоголя, М. Салтыкова-Щедрина и А. Чехова, предшествующие несиновским рассказам. Кроме того, в сферу исследования вошли дневники, записные книжки и эссеистика А. Несина.

Корни взаимоотношений русской и турецкой литератур уходят в последнюю четверть XIX в., когда были сделаны первые переводы с русского языка произведений А. Грибоедова, А. Пушкина, М. Лермонтова и Л. Толстого. Литературные связи между

двумя культурами продолжали развиваться и обогащаться благодаря новым изданиям на турецком языке произведений русских художников, таких как Ф. Достоевский и М. Горький. С возвращением на родину турецких студентов-переводчиков, обучавшихся в Советском Союзе в 1920-х гг., турецкая аудитория открыла для себя новые стороны русской литературы - юмор и сатиру. Рассказы А. Аверченко и М. Зощенко появились в турецких газетах, в книжных лавках. В грядущих десятилетиях за ними последовали переводы произведений А. Чехова, Н. Гоголя, Л. Ленча и М. Салтыкова-Щедрина.

Турецкий юморист и сатирик Азиз Несин был свидетелем, а затем участником этого процесса межлитературного взаимодействия как читатель и начинающий литератор. Помимо других источников, он опирался и на рус-

скую переводную литературу на турецком языке при создании произведений на ранних этапах своей литературной карьеры. В этом контексте заслуживает особого внимания первый период его творческого пути, начинающийся входом писателя в литературу в 1943 г. и заканчивающийся во второй половине 1960-х гг., когда он в основном завершил свою творческую эволюцию как прозаик и окончательно нашел свой стиль. Представляется закономерным обращение А. Неси-на - писателя и общественно-политического деятеля - к традиции русского комизма, в ходе национального литературного процесса создавшего широкую парадигму форм: от бичующей сатиры М. Салтыкова-Щедрина до философского юмора А. Чехова [1]. Специфика русского комизма ясно чувствовалась отечественными писателями уже в XIX в. Н. Гоголь писал: «Трудно найти русского человека, в котором бы не соединилось вместе с уменьем пред чем-нибудь истинно воз-благоговеть - свойство над чем-нибудь истинно посмеяться. Все наши поэты заключали в себе это свойство <...> Естественно, что у нас должны были развиться писатели собственно сатирические»[2, с. 99].

Азиз Несин, в период становления особенно интенсивно впитывавший духовный смысл и разнообразие художественной формы русской литературы, воспринял русский комизм как творческий камертон: «В русской литературе есть такие гиганты как Гоголь, Чехов, Щедрин, Зощенко и даже Аверченко. Каждый из них - недоступная вершина»[3, с. 332]. Будучи художественно переосмыслен и обогащен фольклорной турецкой традицией, модус комического в прозе писателя

реализовался в сатирической, иронической и юмористической тональностях и позволил представить политическую, остро-социальную проблематику, обычную жизнь и вечные идеалы народа так, что многочисленные читатели называли его «Ходжой Насред-дином нашего времени» [4].

Н. Гоголь для А. Несина - один из «гигантов на вершине», наряду с М. Салтыковым-Щедриным и А. Чеховым. Влияние творчества Н. Гоголя на прозу А. Несина не является простой формой контактной связи: кроме непосредственного впечатления, оказанного на Несина-читателя, оно обусловлено сходными стадиями общественного и культурного развития в царской России XIX в. и в Турции ХХ в. В некоторых произведениях А. Несина, таких как "Пеп Gelenler" («Предводители», 1956) [5, с. 37-43], "Ббуик НепГ Gasabaya Geliyor" («Предводитель приедет в городок», 1955) [6, с. 67], прослеживается заимствование мотива административного страха из «Ревизора», проблематика которого совпадает с произведениями Несина, касающимися тем политизации и власти чиновничества в турецкой провинции в 1940-1950-х гг. Кроме того, в рассказе "Mebus Paltosu" («Депутатская шинель», 1961) [7, с. 191-202] А. Неси-ном была заимствована фабула «Шинели», но без присущей гоголевской повести драматичности.

А. Несин был хорошо знаком со «Сказками» и романом «Господа Го-ловлёвы» М. Салтыкова-Щедрина. Кроме этого, он имел сведения об «Истории одного города» и пытался издать ее на турецком языке. Эти произведения произвели большое впечатление на Несина и оказали влия-

353

3 / 2013

Преподаватель

354

ние на его творческую эволюцию. Несин познакомился с ними в 19551960 гг., во время поисков новых форм, и был весьма вдохновлен этой встречей; его привлек, в первую очередь, жанр литературной сатирической сказки, оказавшийся для Несина совершенно новым. При этом он всегда сохранял свой стиль, мироощущение и не отвлекался от собственной проблематики. Это хорошо можно проследить на примере сказки Не-сина "Tamburanm Teli" («Струна тамбуры», 1955). [8, с. 404] Имеется достаточно оснований для того, чтобы утверждать - «Струна тамбуры» является перефразированием щедринской сказки «Соседи». Система персонажей, сюжетная линия, проблематика, основные мотивы - те же самые, только находят выражение в рамках несиновского стиля, имеют свои художественные детали, свойственные турецкой культуре. Основные действующие лица в обеих сказках - богач и бедняк. Проблема, сформулированная Щедриным как «С чего бы?», выражается у Несина почти так же: «Что за дела такие?» Если в «Соседях» ответ принадлежит Простофиле, в «Струне тамбуры» он доверен слепому счастью бедняка Мехмеда-Аги. Обратив внимание на физическое сходство Простофили и Счастья бедняка, не ошибемся, сказав, что второй возник из первого. Несин одушевляет образ в турецком выражении "kör talih" («слепое счастье»), означавшее «неудача», и персонифицирует его, придавая не аллегорическое, как у Салтыкова-Щедрина, а символическое звучание.

Произведения А. Чехова впервые вошли в турецкую литературу в 1920-е гг., пользовались большой по-

пулярностью в 1930-е гг. и начиная с 1940-х регулярно переводились на турецкий язык. Азиз Несин был одним из тех турецких художников, в творчестве которых прослеживается сильное влияние Чехова. Имя Чехова - одно из чаще всего встречающихся в его записках, интервью и подобных материалах. Несин восхищался его творчеством и видел его неким мерилом, которым можно оценить свои литературные достижения. Если мы перечитаем "£ок §икиг" («Слава богу») [8, с. 191-195] Несина вместе с рассказом «Двое в одном» Чехова, то увидим достаточно сходных мотивов, чтобы уверенно говорить о художественном заимствовании. Хронотоп сохранен: вместо конки - трамвай. «Лицо высокопоставленное» из рассказа «Двое в одном» заменил «человек в кожаной куртке, с черными усами». Но самое интересное, что героя Чехова Ивана Капитоныча заменил не один, а несколько, точнее, семеро стамбуль-цев. И либеральная речь Ивана Ка-питоныча трансформирована в полуполитический разговор о бытовых проблемах 1950-х гг. в Турции. В «Слава богу» Несин обрамляет чеховские мотивы политико-бытовой атмосферой 1950-х гг. в Турции. Но при этом обнаруживается, что у писателей разные фокусы видения. Если Чехов рассказывает об определенном типе, о «нем», то Несин ломает голову над «нашим» поведением, поведением народа. Он заинтересован судьбой народа и интеллигента, который чувствует себя ответственным перед народом и считает себя частью этого народа.

Итак, внутренний диалог А. Неси-на с представителями русской тради-

ции комизма XIX в. очень активен. В этом играют большую роль социальные и политические параллели между царской Россией и Турцией, что позволило Несину заимствовать некоторые фабулы и мотивы из произведений Н.В. Гоголя. Несин также был вдохновлен творчеством М.Е. Салтыкова-Щедрина, в особенности его сказками, которые сыграли огромную роль в эволюции стилевого и жанрового мышления турецкого писателя. А.П. Чехов для Несина - образец для подражания, пример непревзойденного художественного мастерства. Влияние Чехова представлено не только художественно заимствованными из чеховской прозы мотивами и повествовательными стратегиями, но и формированием юмористического комизма: «приятие мира», грустная улыбка сострадания и умение видеть в

пошлой действительности осколки

счастья стали авторской позицией

Азиза Несина.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Выгон Н.С. Юмористическое мироощущение в русской прозе: проблемы генезиса и поэтики. - М., 2000.

2. Гоголь Н.В. В чем же, наконец, существо русской поэзии и в чем ее особенность: (Отрывок) // А.С. Грибоедов в русской критике: Сборник ст. - М., 1958.

3. Nesin A. Sanat Yazilan. - Istanbul, 2000.

4. Меликли Т.Д. История литературы Турции. - М., 2010.

5. Nesin A. Deliler Bo^andi. - Istanbul, 1956.

6. Nesin A. Orkestra Adam. - Sofya, 1960.

7. Nesin A. Bir Koltuk Nasil Devrilir-Yuz Liraya Bir Deli. - Istanbul, 1972.

8. Несин А. Если бы я был женщиной. - М., 1961.

355

3 / 2013

Преподаватель ^