ВОПРЕКИ СОЦИАЛЬНОСТИ МОДЕРНА… (мобильный телефон и изменение социальных иерархий)

Ольга СЕРГЕЕВА

ВОПРЕКИ СОЦИАЛЬНОСТИ МОДЕРНА...

В статье анализируются социальные последствия, вызванные распространением мобильного телефона. Вызов обществу модерна обусловлен более тесным - благодаря мобильной технологии - взаимодействием человека с узким кругом своей социальной группы, в то время как «большое общество»все меньше находится в поле зрения индивида.

The author considers social consequences, determined by the spreading of mobile telephony. The author shows, that new media causes the concentration of individuals on small social networks, but not on the larger institutional society.

Ключевые слова:

мобильный телефон, использование средств коммуникации, изменение социального порядка; mobile phone, media usage, transformation of social order.

СЕРГЕЕВА

Ольга

Вячеславовна —

к.соц.н., доцент;

доцент кафедры

социологии

Волгоградского

государственного

университета

8гг§еугуа.о1§а@

mail.ru

Миниатюризация компьютерной техники приводит к появлению полноценных компьютеров карманного типа и «универсальной компьютеризации». По сути, устройство, которое мы по инерции называем мобильным телефоном, совмещает в себе навигатор, фотоаппарат, видеокамеру, почтовое отделение, справочную службу, музыкальный проигрыватель, записную книжку, калькулятор, календарь, часы, будильник, игровое уст-ройство1. Распространение мобильных телефонов является этапом в развитии новых медиа, эти приборы воплощают своим функционированием социальные эффекты цифровизации — интерактивность и персонализацию. Использование компьютера, стоящего дома, дополняется карманным компьютером со специфическими портативными, «подвижными» свойствами.

Слово «мобильный» пришло из латинского языка и имеет следующие значения: 1) легко перемещающийся, подвижный, свободный, нефиксированный, неустойчивый; 2) гибкий, ловкий, проворный, быстрый; 3) готовый к смене выражений; способный изменять социальный статус; 4) в отрицательном смысле — неустойчивый, непостоянный и изменчивый.

«Подвижные» и «портативные» качества мобильных средств коммуникации, конечно, их ключевая функциональная особенность. Однако мобильный телефон означает гораздо больше, чем можно понять по этимологии слова. Безотносительно к его названию люди развили такие отношения со своим мобильным телефоном, которые можно назвать «близкими». Явная физическая близость этого технического устройства к человеческому телу не может остаться незамеченной. Большинство пользователей удалены от их телефонов не больше, чем на метр, в любое время дня. Мобильный телефон дает пользователям представление о том, что они постоянно соединены с внешним миром и поэтому несколько менее одиноки.

Своеобразная физическая связь с телефоном сопровождается также сильной эмоциональной привязанностью. Потеря мобильного телефона может вызвать панику и даже разрушение хода жизни пользователя. Сегодня люди имеют более эмоциональные отношения с их мобильными телефонами, чем с любой другой формой информации и технологией коммуникации. «Мобильный» исполь-

1 Константинов А. Вперед, к сингулярности! // Русский репортер, № 39, 2009,

зуется, чтобы хранить личные номера телефонов, но кроме того, и личные сообщения, изображения и музыку. Часто все это не дублируется ни на каком другом устройстве. В некоторых отношениях мобильный телефон действует как «зеркало» личности, отражая идентичность пользователя и давая основание для поддержания его/ее социальных связей. Среди аналитиков есть точка зрения, что мобильный телефон осмысляется пользователями как расширение их самости.

Вездесущность мобильного телефона в повседневной жизни привела к тому, что различие между публичной и частной сферами человеческого существования стало менее явным. Общественные места теперь обычно «колонизируются» вторжением частной жизни мобильных индивидуумов. Мобильный телефон создал «симультант-ность места»: физическое пространство и виртуальное пространство скрещиваются в ходе разговора. Другими словами, наблюдается расширение физического места через создание и сопоставление передвижных «социальных мест». Это привело к постоянной «проницаемости» и «проходимости» между отдельными контекстами социальной жизни. Вторжение (или потенциальное вторжение) кого-либо отдаленного в любой данный социальный контекст стало банальным и даже ожидаемым.

Швейцарский социолог Х. Гезер выдвигает идею о «регрессивном» и «подрывном» воздействии мобильных телефонных устройств на социальные и социетальные структуры, рожденные обществом модерна, поскольку эта технология устанавливает неофициальные микросоциальные сети гораздо более эффективно и вне зоны любого институционального контроля (такое воздействие возникло еще при появлении традиционных стационарных телефонов, а в настоящее время оно необыкновенно усилено)1.

Мобильный телефон увеличивает сферу микросоциального взаимодействия, давая людям возможность достигнуть друг друга при любых обстоятельствах и без потребности соответствовать установленным нормам, соблюдения которых требует присутствие в определенном месте. Кроме того, допускаются отношения с другими

1 Geser H. Is the Cell Phone Undermining the Social Order? Understanding Mobile Technology from a Sociological Perspective // Knowledge, Technology,

& Policy, 2006, spring, vol. 19, № 1, p. 8-18.

людьми, находящимися далеко, с которыми вы связываетесь, не выходя за пределы своего настоящего места. Можно сказать, что «посеяны семена» долгосрочной контртенденции, ведущей к главному изменению: от надындивидуальных коллективов (бюрократических организаций), основанных на устойчивых местоположениях и деперсонализированных формальных правилах, к децентрализованным сетям, основанным на межличностном взаимодействии. Наблюдается нечто, действующее вопреки социальности модерна. По этому поводу американский исследователь Э. Таунзенд пишет: «Старый график минут, часов, дней и недель разрушается постоянным потоком переговоров, переконфигураций и перепланирований. Можно быть прерванным или прерывать друзей и коллег в любое время. Индивиды, живущие в этом телефонном пространстве, никогда не могут его игнорировать, потому что это — их первичная связь с пространственно фрагментированной сетью друзей и коллег, которую они построили для себя»2.

Наблюдая мир современных коммуникаций, Х. Гезер приходит к выводу о том, что кроме уменьшения внимания наших современников к средствам массовой информации есть несколько других веяний, показывающих, что сотовый телефон работает как «антиэволюционое устройство», привнося в нашу жизнь более простые, «предсовременные» образцы социальной жизни. Есть, по крайней мере, четыре способа, благодаря которым мобильный телефон, как кажется, подрывает или даже полностью изменяет долгосрочные тенденции социального развития, оформившиеся с началом индустриальной революции и в ходе возрастания роли больших бюрократических организаций. Благодаря мобильному телефону сегодня:

• увеличивается распространение первичных, частных социальных связей;

• сокращается потребность в планировании и координации на основе точного времени;

• подрывается институциональный контроль границ, который сменяется локальными коммуникативными системами, складывающимися вокруг человека;

• обеспечивается поддержка анахро-

2 Townsend A. M. Life in the Real-Time City: Mobile Telephones and Urban Metabolism // Journal of Urban Technology, № (7) 2, 2000, p. 90.

нических всепроникающих (устойчивых) ролей1.

Контроль и управление, исходящие из неограниченной власти средств массовой информации, уступают сегодня место своего рода «неокоммунитарному» контролю, проявляющемуся в более плотном горизонтальном единстве неофициальных групп, что облегчено вездесущностью мобильной цифровой связи.

С использованием мобильного телефона вторжение в вашу жизнь звонков незнакомых людей может быть уменьшено, а отношения уже существующей дружбы могут, наоборот, углубляться, поскольку высокая интенсивность связи в пределах близкого круга отношений поддерживается независимо от времени и места. Учитывая способность мобильных телефонов сохранять первичные социальные отношения на расстоянии, использование этих устройств может совпадать с регрессивными психологическими тенденциями: например, с развитием потребности в смягчении травматического опыта пребывания в инонациональной, иноэтнической среде. Таким образом, наш «мобильный» может функционировать как «соска для взрослых», уменьшающая чувство одиночества и уязвимости в любом месте и в любое время. Подобная метафора придает мобильному телефону значение «пуповины», превращающей социальную эмансипацию в постепенный и менее травмирующий процесс, позволяя, например, родителям и детям сохранять постоянный канал связи, когда они находятся на расстоянии2.

По истории средств коммуникации можно заметить, какую большую долю времени занимает развитие различных медиа, действующих по принципу «один-ко-многим». Эти медиа — например, печатный пресс, радио и телевидение — способны поддерживать централизованные и формализованные организации. Такие действующие по принципу «один-ко-многим» средства коммуникации вторгаются в частную сферу людей с пропагандой, коммерческими радиопередачами или другими сообщениями, обслуживающими интересы предприятий, правительств, политических партий или других коллективных субъектов, кото-

1 Geser H. Op. cit., p. 10.

2 Ling R. The Mobile Connection. The Cell

Phone's Impact on Society. — San Francisco : Morgan Kaufmann, 2004, p. 48.

рые обычно вынесены за пределы ежедневной жизни обычных людей. Появившиеся цифровые технологии вызвали инновации своими медийными качествами, замедляя или даже изменяя сложившуюся ранее тенденцию связи. Например, сеть компьютеров, Интернет дают возможность людям участвовать в любом виде двустороннего или многостороннего взаимодействия с публикацией личных сообщений во всемирном масштабе. И все это при минимуме стоимости и усилий и без любых пространственных ограничений.

Среди теоретических идей, посвященных телефону, мы находим чрезвычайно противоречивые положения. С одной стороны, телефон определяется как средство организации. Это устройство делает возможной интеграцию высокосложных организаций в масштабе реального времени, а также участвует в бесчисленных процессах координации в урбанизированном городском обществе, что не могло бы быть достигнуто на основе взаимодействия лицом к лицу3. С другой стороны, социологи высказывают идею о том, что телефон, позволяя каждому человеку достигнуть каждого непосредственно без соблюдения формализованных каналов связи, выступает «средством дезорганизации», производящим анархию. Такие подрывные эффекты особенно явны в системе образцовой бюрократии, внутри которой преобладают вертикальные коммуникации. Очевидно, телефон «регрессивен», по крайней мере, в том смысле, что он поддерживает самый старый способ словесного обмена — устную коммуникацию. Таким образом, он уменьшает использование писем или других письменных документов (которые будущие историки могли бы использовать для реконструкции нашего настоящего времени) и позволяет даже письменно неграмотным участвовать в способах пространственной коммуникации.

Мобильная коммуникация как коммуникация на основе «нескромной технологии» — такую модель объяснения развивает британский исследователь Д. Купер. Согласно Д. Куперу, мобильный телефон воплощает «нескромную (несдержанную, болтливую) технологию». Это связано не только с тем, что данная технология поддерживает разговорную форму коммуникации, но также с тем, что происходит

3 Townsend A. M. Op. cit., p. 85-104.

слияние до настоящего времени дискретных областей - публичной и частной. То, что оставалось скрытым при использовании телефона дома, теперь становится доступным для широкой аудитории. Все, что разыгрывалось «за кулисами», теперь выносится на «передний план». С мобильной связью вызов по телефону теряет интимность, и частные силы проникают в общественную сферу. Вездесущность мобильного телефона подразумевает, что различие между публичной и частной сферами человеческого существования стало менее явным. При некоторых обстоятельствах использование телефона за пределами домашнего пространства сопряжено с меньшим количеством социальных нарушений, чем звонок из дома. В этом - привлекательность мобильного телефона, например, для молодежи, поскольку он позволяет использовать телефон вне родительской сферы влияния (таким образом давая возможность обходить родительский контроль)1.

Швейцарский аналитик в сфере информационных технологий Лара Сривастава разрабатывает концепцию универсального «мобильного этикета»2. По ее мнению, сложился набор «мобильных манер», к которым прибегают представители различных культур во всем мире.

Л. Сривастава считает, что вхождение в практику новой технологии родственно овладению новым языком. С быстрыми изменениями в технологиях связи люди должны были дополнить языки социального взаимодействия. Старые стационарные телефоны потребовали, чтобы мы научились общаться в реальном времени без любых визуальных «ключей» или подсказок. Появление электронной почты преподало нам урок, как быть менее формальными при использовании нашего письменного языка. Мобильный телефон заставляет нас найти способ, как выходить на конфиденциальную связь в общественных местах, как и когда быть открытым для контактов-звонков, как и когда закончить «мобильную» беседу и т.д. Пользователи также применяют новые

1 Cooper G. The Mutable Mobile: Social Theory in the Wireless World // Wireless World. Social and Interactional Aspects of the Mobile Age / eds. B. Brown, N. Green, R.Harper. — London: Springer, 2002, p. 19—31.

2 Srivastava L. Mobile Mania, Mobile Manners // Knowledge, Technology, & Policy, 2006, summer, vol. 19, № 2, p. 7—16.

формы сленга в СМС. Мобильный телефон оказал большое воздействие на язык и коммуникацию, таким образом бросая вызов установленным традиционным нормам социального поведения.

В концепции «мобильного этикета» рассматривается, например, такое явление, как «мобильный голос». Громкость «мобильного голоса» может служить индикатором статусных отношений в группе: есть те, кто не прерывает встречу или беседу при телефонном звонке, кто отвечает на звонок в комнате, где проводится встреча. В зависимости от статуса отвечающего на звонок реакция группы в условиях «всеобщей тишины» может колебаться от недовольных взглядов и замечаний до терпеливого ожидания.

Эволюцию этикета под влиянием мобильных коммуникаций можно наблюдать и по такой форме отношений с посторонними, как «принудительное подслушивание». «Мобильная громкость» в общественных местах подразумевает, что пользователь телефона и его/ее партнер по разговору не могут быть единственными «вовлеченными» в беседу. Окружающие их люди, желают они того или нет, посвящаются в одностороннее содержание телефонного обмена. Именно поэтому часто можно заметить, как люди в случае звонка по мобильному телефону избегают контакта глазами с окружающими или поворачивают свою голову (или даже целиком тело) дальше от компании. Таковы средства управления потенциальным затруднением, лежащим в основе общественной слышимости частных бесед. Можно также сказать, что эта форма «принудительного подслушивания» фактически определяет ощущение «мобильного урбанизма». «Мобильный урбанизм» — это обстоятельства близости, которые создаются между незнакомцами, например, в транспорте, магазине и других местах.

Новый этикет помогает, как доказывает Л. Сривастава, «мобильному управлению» множеством задач. Пользователи мобильных телефонов должны были научиться манипулировать общественной физической средой с выделением места для своих частных бесед. Общение лицом к лицу может быть в любое время прервано звонком или получением сигнала о сообщении. Многие люди выбирают текстовое послание (используют СМС или электронную почту) чаще, чем разговор, в зависимости

от социальной ситуации, где их вызывают. Отправка СМС имеет преимущество, поскольку дает возможность участвовать в беседе, находясь в компании, одновременно связываясь с отдаленным третьим лицом через скрытый набор текста.

Становится понятно, что мы — это общество, одобряющее управление множеством задач. Мобильный телефон и синхронизация социальных пространств создает возможность сверхуправления задачами, и данное устройство в этом отношении отвечает на древнейшую человеческую потребность управлять местом и временем. Сегодня люди, располагая свободными минутами в очередях, на вокзале, в аэропорту, т.е. в ситуациях, когда время обычно рассматривается как потраченное впустую, могут воспользоваться для связи с другими через мобильный телефон. Л. Сривастава поднимает вопросы: нахождение в двух местах сразу увеличивает или уменьшает качество каждого пространства взаимодействия? подразумевает ли это, что ситуация «быть всегда рядом» теперь теряет смысл «здесь и теперь»?

Автор концепции мобильного этикета оперирует такими понятиями, как «игра с точностью» и «сохранение открытого выбора». Большинство обладателей мобильного телефона признают, что это устройство позволило им управлять ежедневной жизнью более эффективно. Назначенные встречи могут быть легко перенесены и отменены, если это требуется. Однако есть мнение людей о том, что мобильные телефоны привели к форме «невежливости» среди пользователей. Опрос, проведенный в сентябре 2003 г. компанией N0^, показал, что примерно 89% мобильных пользователей полагают, что люди должны лучше усвоить «мобильный этикет». Согласно результатам опроса 71% пользователей сегодня регулярно опаздывают на различные мероприятия, полагаясь на то, что они могут позвонить и предупредить1.

Люди с мобильным телефоном стали менее пунктуальными в обязательствах. «Приблизительная встреча» стала сейчас стандартной практикой: пользователи мобильного телефона редко устанавливают точное время и место для встречи, оправдывая это тем, что детали всегда могут быть уточнены позже. Распространилась привычка к «сохранению открытого вы-

1 ма., р. 12.

бора» или «многообразию возможностей встретиться». Люди делают часто несколько приблизительных и предварительных назначений, решая только в последнюю минуту, какую альтернативу выбрать. С другой стороны, наблюдения за мобильной практикой могут свидетельствовать о том, что мобильные телефоны дали пользователям большее количество инициативы и облегчили отчетность, например между детьми и родителями или подчиненными и начальниками.

Мобильные телефоны поощряют спонтанную коммуникацию, они обеспечивают возможность для того, чтобы скоротать время, но не обязательно укрепляют существующие отношения. При том что мобильный телефон увеличил количество контактов между людьми, есть основания полагать, что это устройство может изменять качество социальных взаимодействий лицом к лицу. И двусмысленность социальных норм, которым мобильные пользователи следуют, как кажется, еще больше воздействует на качество непосредственного общения. Кроме того, несмотря на постоянную готовность быть на связи при помощи средств коммуникации (электронная почта, стационарный телефон, мобильный телефон и т.д.), люди становятся все более труднодостижимыми. Пользователи знают, что мобильный телефон автоматически делает запись пропущенного вызова, поэтому отныне пользователи не так обеспокоены пропуском звонков, происходит ли это по причине плохой слышимости или в связи с трудностью физического доступа к телефону (например, он лежит на дне сумки). Мобильный телефон, универсально признанный как большой помощник в социальной коммуникации, теперь демонстрирует, как он может быть и преградой между людьми.

Социологизация научного дискурса о новых коммуникациях привела к утверждению целого комплекса понятий, раскрывающих характер изменившейся социальности. Мир «развеществленных коммуникаций», «мобильный урбанизм», смещение границ между частным и публичным, «тирания близости» — все эти концепты есть инструменты изучения новых медиа не просто как технических устройств, а как «социальных объектов» во всех проявлениях нашей ежедневной жизни.