Информационная модель российской благотворительности и меценатства

БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ И МЕЦЕНАТСТВО

ИНФОРМАЦИОННАЯ МОДЕЛЬ РОССИЙСКОЙ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ И МЕЦЕНАТСТВА

О.В. РАДЗЕЦКАЯ, кандидат культурологии

Московский государственный институтмузыки им. А. Шнитке

В дореволюционной России меценатство и благотворительность были широко распространены. Однако, несмотря на это, глубоких и серьезных исследований этого явления не было. Современные исследователи при его изучении сосредоточились преимущественно на историческом аспекте. Изучались биографии выдающихся меценатов и благотворителей, оценивались масштабы и направления вложений денежных средств в культуру, образование, здравоохранение, анализировались последствия этих действий. В последующем сформировалась обширная сфера исследований, посвященных деятельности отдельных русских фамилий, как дворянских, так и купеческих. Их меценатство в литературных источниках рассматривалось, как правило, в качестве составной части благотворительной деятельности, например работы по меценатской и коллекционной деятельности таких дворянских родов, как Шереметьевы, Барятинские, Юсуповы, Мещерские, Тенишевы. Из купеческой среды наибольшее внимание привлекли Алексеевы, Бахрушины, Морозовы, Рукавишниковы, Третьяковы, Солдатенковы, Солодовниковы.

В настоящее время экономическое обоснование принимаемых финансовых решений в поддержку меценатства и благотворительности приобретает особое значение, поскольку результаты исследования позволят в итоге выработать концепцию государственного, общественного и экономического подхода к развитию нематериальной сферы в целом, меценатства и благотворительности в частности.

Безусловно, одним из истоков российского меценатства и благотворительности являются морально-нравственные нормы, которые проповедует православная церковь, постулаты которой пронизаны послушанием и глубокой верой в гуманизм и всепрощение. Подобные идеи пропагандируются учениями и других конфессий. Воспитание, полученное в духе христианства у русских меценатов, получило выражение в их конкретных действиях в этом направлении. Этому способствовал уклад жизни, духовное и экономическое состояние общества, его устройство. В дореволюционной России они содержали определенные предпосылки для развития меценатства и благотворительности.

Жизненные устои, мировоззрение российских меценатов, представленных в большинстве своем православными христианами и старообрядцами, подвигли их на богоугодные деяния. Известно, что православную веру исповедовали такие видные русские меценаты, как Савва Морозов, Алексей Бахрушин, братья Третьяковы и др. Что касается старообрядчества, то канонов старой веры придерживались издатель К.Т. Солдатенков, купцы Рябушинские.

Несмотря на это, развитие меценатства и благотворительности в России строится, прежде всего, на материальной базе самих меценатов и их поощрении со стороны общества и государства.

Изучению экономических проблем, раскрытию материальной основы меценатства и благотворительности способствовала работа С.А. Щербатова, опубликованная в русском эмигрантском журнале

ДА1Д1ЕСТ4Ш1СЫ

43

«Современные записки» в 1938 г. После Второй мировой войны много внимания уделил этому вопросу П.А. Бурышкин. В наше время специальные монографии на эту тему подготовили А. Н. Боханов и Н.Г. Думова. Особо следует отметить работы В.А. Тарханова «Благотворительность и спонсорская деятельность в национальной экономике» и А.А. Глаголева «Экономическая философия великих русских меценатов конца XIX — начала XX вв.», в которых авторы рассматривают проблемы российского меценатства с позиции ученого-экономиста.

Несомненно, важным аспектом в изучаемом вопросе является материальное обеспечение меценатства и благотворительности.

Классическая теория прибыли, «работающая» в категориях рыночной экономики, широко была представлена и в дореволюционной России. Однако объяснение с ее позиций феномена меценатства оказывается делом весьма затруднительным, поскольку природа предпринимательства основана на максимизации прибыли, а средства, перечисляемые на эти цели, носят характер безвозмездного пожертвования, содержания деятелей культуры, театральных коллективов или целенаправленного вложения в предметы материальной культуры для последующей передачи в дар государству. Конечно, подобная практика меценатам не приносила материальных благ и в рыночные отношения совершенно не вписывалась. Поэтому рассматривать процесс «товарообмена» и возникновения на этой основе товарно-денежных отношений в меценатстве не представляется возможным. Причина состоит в том, что фактически отсутствует одна из стадий обращения — «обмен», которая в итоге приводит к появлению денег. Обмен рассматривается в рыночной теории как эквивалентный только в том случае, если за «определенное» количество товара поступает «определенное» количество денежных знаков. На этом постулате строятся концепции цены, денег, в целом финансовых отношений.

Видимо, нет необходимости доказывать, что производственные, хозяйственные отношения экономических субъектов — работника, трудового коллектива, предприятия — строятся, прежде всего, на целесообразности совершаемых действий с точки зрения получения дохода, прибыли, эффективности капитальных вложений, в целом финансово-хозяйственной деятельности. Однако в своих поступках люди руководствуются не только материальными и денежными интересами, но и духовными, нравственными соображениями. И если последние приобретают постоянный, причем активный, характер, то хозяйственная деятельность таких субъектов уже не может описываться только с позиций эквивалентного обмена и понятиями

рыночной экономической теории. Необходимо применить другой подход. Такую возможность дает категория, которая относится к так называемой этической школе политической экономии, появившейся в России, Германии и Англии в XIX в. Она объясняет хозяйственные действия индивидов нравственными мотивами с сочетанием эгоистических и альтруистических побуждений.

Как справедливо отметил A.A. Глаголев, только этическая экономическая теория, оперирующая как рыночными, так и внерыночными постулатами, стимулируя хозяйствующих субъектов, способна дать теоретическое обоснование феномену благотворительности и меценатства.

В развитие этого вывода следует добавить, что экономическая теория меценатства получит серьезное обоснование путем применения классификации признаков меценатской деятельности.

Классификация признаков меценатской

деятельности

1. Мотивы: религиозные; морально-этические; патриотические; эгоистические; альтруистические.

2. Цели: общественное признание; социальные льготы; экономические льготы; привилегии.

3. Источники: наследство, предпринимательство.

4. Формы: организатор-руководитель; собиратель-коллекционер; покровитель искусств.

5. Направление вложений: библиотеки; театры; картинные галереи; государственные учреждения; индивидуальные лица; издательская деятельность.

6. Сроки вложений: единовременные пожертвования; пожизненное содержание.

Каждый из представленных в классификации признаков может быть темой отдельного самостоятельного исследования. Здесь же ограничимся их общим обзором, проливающим свет на экономические основы меценатства.

При объяснении мотивов поведения меценатов исследователи предпочли подойти к этому вопросу с двух сторон. Одни из них изучали это явление с позиций материализма, а другие — с позиций духовно-нравственного начала. Безусловно, это нашло место в жизни и заслуживает внимания. Однако необходимо обратить внимание на тот факт, что меценатами движет еще и чувство патриотизма, принадлежности к родине - России как источнику и материального, и духовного содержания. Русские люди коллекционировали и оказывали активное содействие творческим коллективам и творческим индивидам. Так, П.М. Третьяков, по словам И.Е. Репина, «вынес один на своих плечах вопрос существования целой русской школы живописи. Колоссальный, необыкновенный подвиг.» А Савва Морозов создал в Москве на свои собственные средства оперный театр (русскую оперу), тем самым

44

Дй1ДЖЕСТ-*ННСЫ

оказав влияние на все русское оперное искусство. В то же время издательская фирма К.Т. Солдатенкова сосредоточилась на публикации сочинений крупных русских писателей - A.C. Пушкина, И.С. Тургенева, H.A. Некрасова, A.B. Кольцова.

Вместе с тем русские меценаты коллекционировали и собирали предметы культуры и искусства Западной Европы. Это говорит об их истинном патриотизме, так как, пропагандируя западноевропейское искусство, они посильно способствовали не только сохранению памятников культуры, но и занимались просвещением, воспитанием народа. В этом случае патриотизм не мешал, а напротив, помогал глубже проникнуть в суть художественного произведения, правильно оценить достижения западной культуры в отношении к русской культуре.

Что касается эгоистических и альтруистических мотивов меценатства, то в действиях меценатов в этой или иной пропорции они могут проявляться и присутствовать одновременно. Однако, как бы там нН было, мотивы меценатства характеризуют побудительные причины движения души, которые находят свое выражение в конкретных действиях. А вот достижению определенной, поставленной самим меценатом, цели способствуют стимулы, создаваемые государством, обществом, коллективом, индивидом. В этом отношении стимулы могут быть представлены тремя видами, и собственно меценатов можно объединить в три группы.

В первую группу меценатов — осуществляющих свою деятельность преимущественно по религиозным соображениям — можно отнести К.Т. Солдатенкова и семью Рябушинских.

Во вторую — движимую патриотическими началами — братьев Третьяковых, С.И. Мамонтова, С.Т. Морозова и многих других.

Представители этих групп получили общественное признание, которое выразилось преимущественно в народной памяти. Но цели могут быть и такие, которые до некоторой степени удовлетворяют и здоровое тщеславие мецената. На этом основании можно говорить о третьей группе меценатов. К ней можно отнести Востряковых, К.А. Гутхейля, J1.C. Полякова Эти меценаты ставили перед собой цели получить звания, чины, ордена, переместиться в другое сословие. Но надо отдавать отчет в том, что подобная практика не является самоцелью, а лишь свидетельствует о том, что меценаты, добившись общественного признания, льгот, привилегий, при совершении более значимых благотворительных акций не выдвигали подобных требований, действовали бескорыстно и отзывчиво.

Относительно такой цели, как экономические льготы, необходимо сказать следующее. При выполнении функций мецената российское го-

сударство предоставляло льготы в виде снижения части взноса (налога) в государственную казну, как в натуральном, так и в денежном выражении. И вероятно, этот стимул в полной мере был использован меценатами-предпринимателями. Хотя в хозяйственных отчетах об их производственной деятельности или отчетах о других источниках получаемых доходов трудно выявить полезную информацию, подтверждающую эту мысль.

Экономическое обоснование меценатской деятельности будет неполным, если не изучить ее источников, природы возникновения денег, направляемых на меценатство.

Согласно теории К. Маркса, их появление возможно в результате циркуляции «сгустков труда». Это точка зрения марксистов. Физиократы склонны считать, что деньги появляются путем оборота полезных веществ в природе, а представитель третьего течения Й. Шумпетер представляет это себе как круговорот нововведений. Тем не менее деньги из воздуха не появляются, они, как правило, изымаются из торговой и промышленной сфер и переводятся в отрасли культуры и искусства. Проследить эти финансовые потоки довольно сложно, поскольку в условиях частной собственности на средства производства владельцы капитала, меценаты неохотно делятся с общественностью своими коммерческими тайнами. К тому же из существовавшей в ту пору статистической отчетности это сделать тоже практически невозможно. Тем не менее некоторые выводы здесь можно сделать из сопоставления и анализа торгово-промышленной деятельности меценатов и их благотворительной работы. Конкретные факты показывают, что первоначальный капитал меценатов создавался их предками—дедами, отцами. Молодое же поколение отчасти преумножало наследство, отчасти давало ему другое назначение.

Приведем ряд характерных примеров. Так, купцы Солодовниковы и Солдатенковы оставили своим сыновьям значительные капиталы от торговли мануфактурой. Получив средства, они продолжали дело отцов. Один даже стал хозяином известного магазина «Пассаж Солодовникова» на Кузнецком мосту в Москве, банкиром и крупным землевладельцем, а другой — пайщиком ряда крупных фирм, в том числе Никольской мануфактуры.

Замечательна судьба семьи Бахрушиных. Алексей Федорович Бахрушин, основатель династии меценатов, владея кожевенным производством, завещал его своим сыновьям Александру, Василию и Петру. Они в свою очередь создали суконную фабрику, таким образом приумножив капитал отца. Сын Александра Алексей финансировал строительство театра Ф.А. Корша и явился основателем театрального музея, названного впоследствии его именем.

ДА1ДКЕСТ-|1ШШ

45

Другой внук Алексея Федоровича — Алексей Петрович собрал замечательную коллекцию русской и западноевропейской живописи. Впоследствии свое собрание он завещал Историческому музею. Отметим, что средства на цели меценатства получены ими в виде наследства от деда и отцов, а также преумножены собственными усилиями.

Весьма показательны примеры других русских семей, таких как Третьяковы, Морозовы, Мамонтовы.

Семья Третьяковых издавна торговала льняным полотном. В 1840-х гг. Третьяковым принадлежало 5 лавок в торговых рядах между Ильинкой и Варваркой. В 1850-х гг. братья Павел и Сергей создали торговый дом под вывеской «Товарищество братья П. и С. Третьяковы и В. Коншин». В середине 1860-х гг. им удалось построить несколько льняных фабрик на окраине Костромы и учредить «Товарищество Большой Костромской льняной мануфактуры» с капиталом в 270 тыс. руб. Это производство и стало базой их меценатства и благотворительности.

Династия Морозовых - текстильные фабриканты. В конце XIX в. они владели четырьмя фирмами — Товариществом Никольской мануфактуры «Савва Морозов сын и К0», Товариществом мануфактур «Викула Морозов с сыновьями», Компанией Богородско-Глуховской мануфактуры и Товариществом Тверской мануфактуры. Крупнейшей из них была Никольская мануфактура - ныне Хлопчатобумажный комбинат им. К.И. Ушколае-вой в Орехово-Зуево Московской обл. Именно эту мануфактуру возглавил в конце Х1Х-начале XX в. знаменитый Савва Морозов, она стала источником его баснословных доходов и пожертвований.

Отец и дядя Саввы Мамонтова были винными откупщиками. Отец, Иван Федорович, занимался откупом в Сибири — в Шадринске и Ялуторовске. В конце 1840-х гг. он переехал в Москву, чтобы возглавить откупное хозяйство Московской губернии, в конце 1850-х гг. основал совместно с В.А. Кокоревым Закаспийское торговое товарищество, торговавшее шелком с Персией, а в 1860-е гг. приступил к строительству Троицкой железной дороги до Сергиева Посада и вошел в руководство

Духовно-нравственная сфера

Меценат

Организатор-руководитель

Рис. 1. Экономические формы меценатства

Общества Московско-Ярославской железной дороги. Весь свой капитал и опыт Иван Федорович передал Савве, который после смерти отца стал директором Общества Московско-Ярославской железной дороги. Он продлил ее до Костромы и Вологды, получил концессию на Донецкую железную дорогу, которая была построена окончательно к 1882 г.. Однако уже к середине 1980-х гг. капитал Саввы Мамонтова, возникший из откупов, торговли шелком, железнодорожного строительства, начал искать новые сферы для вложений. И таким вложением стало меценатство.

Таким образом, капитал меценатов имел вполне «земное» происхождение. В этом смысле меценатство представляется как форма «перекачивания» и перевоплощения капитала, имеющего оттенок материально-производственного характера, в культурно-художественный.

В свою очередь этот вывод позволяет перейти к характеристике экономических форм меценатства. Согласно классификации, они представлены двумя основными, а именно «меценаты-организаторы-ру-ководители» и «меценаты-собиратели-коллекционеры». Их роль можно пояснить с помощью рис. 1.

Как следует из рис. 1, существуют две жизнеутверждающие сферы — это духовно-нравственная и материально-производственная. В обществе обе эти сферы находятся во взаимосвязи и взаимовлиянии. В качестве связующего звена могут выступать органы государственного управления, используя механизм государственного бюджета, стимулы экономического перераспределения средств, а также меценаты, используя тоже механизм перераспределения, но на своем уровне и, руководствуясь названными мотивами, целями и возможностя ми.

Меценатов с известной долей условности можно отнести либо к «организаторам-руководителям», либо к «собирателям-коллекционерам». Первая форма характеризуется тем, что «меценат-органи-затор-руководитель» может выделить средства на содержание конкретных творческих личностей, коллективов или целых учреждений. Порой он своим трудом участвует в управлении учреждением культуры, составляет его хозяйственно-правовые документы, определяет стратегию организационно-творческого развития. Его финансовую помощь дополняет спрос потребителей на услуги учреждений культуры, а также государственную субсидию этому учреждению, если таковая выделяется.

46

ДЯЙДНЕСТ-вНАНСЫ

Второму типу благотворителей в сфере культуры и искусства даем имя мецената - «собирателя-кол -лекционера». Его роль состоит в приобретении произведений культуры и искусства, не пользующихся спросом на современном рынке, составлении из них коллекции и передаче ее обществу, государству. Одним из способЬв дополнения художественного спроса является покупка им произведений у посредников, в магазинах, в художественных салонах, на выставках-продажах. Другой способ предполагает непосредственную поддержку творцов через покровительство, закупку их произведений, частичную оплату их расходов, финансирование творческих командировок, в том числе и зарубежных.

С экономической точки зрения обе формы меценатства в итоге выполняют одну функцию

— возвращают создателям ту часть стоимости культурных благ и услуг, которую общество получило бесплатно и по логике вещей обязано возместить. Эту функцию по тем или иным причинам и побудительным мотивам выполняют меценаты.

Меценаты — «организаторы-руководители» покрывают создавшийся дефицит средств, а потом, пользуясь властью попечителя, реорганизуют управленческую структуру данного учреждения или коллектива. Такова, например, модель экономического поведения театрального мецената, который заведомо готов нести определенные невосполнимые расходы.

По-иному обстоит дело у «собирателей-коллек-ционеров». Большинство из них начинают собирать коллекции не из благотворительных, а из-за каких-то иных соображений. Например, для выгодного вложения капитала, перепродажи произведений искусства, получения выгодных заказов от государственной казны и т. д. В том случае, если эти замыслы срывались, собиратель вставал перед дилеммой

- распродать коллекцию с аукциона, получив прибыль, или подарить ее обществу, став меценатом.

В России оба вида меценатской деятельности имели особое значение потому, что в XIX в. среди тогдашней образованной публики существовало предубеждение против всего русского и господствовало преклонение перед западноевропейским искусством. В этих условиях произведения представителей русского искусства оказывались недооцененными, а на меценатов ложилась задача поддержки самобытных национальных форм творчества. С особой доблестью выполняли эту функцию представители обеих форм меценатства — организаторы К.С. Станиславский и С.Т. Морозов, а также собиратели Третьяковы и К.Т. Солдатенков.

В этом отношении показательна история Московского художественного театра, в судьбе которого активное участие приняли видные русские

Рис. 2. Вид деятельности мецената

меценаты К.С. Станиславский и С.Т. Морозов. Их деятельность на театральной ниве дает основание в классификацию признаков меценатской деятельности внести такой признак, как «вид».

В целом, признак «вид» характерен для всех форм меценатства и ему присущи следующие свойства, которые придают особенность той роли, которую выполняют меценаты в том или ином случае (рис. 2).

Последний вид меценатской деятельности является отличительной особенностью театрального мецената - «организатора-руководителя».

Пример, который своим служением искусству преподнес К.С. Станиславский, согласно приведенной классификации, соответствует такому виду меценатской деятельности, как арендатор, учредитель, пайщик. Именно К.С. Станиславскому принадлежит идея создания Московского общества искусства и литературы, именно он явился инициатором образования акционерного общества с применением модели паевого товарищества, в последующем совместно с В.И. Немировичем-Данченко выступив учредителем данного общества.

Что касается характеристики меценатской деятельности С.Т. Морозова, то следует отметить, прежде всего, его самоотверженную подвижническую деятельность, которая проявилась и может быть отнесена к таким видам, как арендатор, пайщик, антрепренер.

Год 1905 является годом смерти русского мецената С.Т. Морозова. Имя человека, по сути, материально создавшего Московский художественный театр, заслуживает всеобщего уважения.

Финансовый аспект деятельности мецената — «собирателя-коллекционера» в основном проистекает из целей вложения средств. Первые опыты по созданию собраний, а впоследствии и картинных галерей, по сути, были неудачными. Их судьбы развивались приблизительно по одной схеме: зарождение коллекции, проблемы с ее содержанием, расформирование, распродажа или преподнесение в дар.

Сведения приведенной таблицы, поясняющие виды меценатства в театральной деятельности, являются иллюстрацией сказанному.

ДД1ДЖЕСТ-9Ш1СЫ

47

Характеристика видов меценатской деятельности

Вид меценатства Меценат Годы деятельности Краткое изложение деятельности

1. Арендатор К. С. Станиславский 1888 Создание Московского общества искусства и литературы. Аренда помещения в доме Гинцбурга на Тверской улице

С. Т. Морозов 1 1902 Аренда дома Лианозова в Камергерском переулке для Московского художественного театра

2. Учредитель К.С. Станиславский В.И. Немирович-Данченко 1897 Образование акционерного общества с применением модели паевого товарищества

3. Пайщик К.С. Станиславский С.Т. Морозов Д. Р. Востряков Н.А. Лукутин И.А. Прокофьев К.К. Ушков К.А. Гутхейль 1898 Подписание договора об учреждении общественного театра

4. Антрепренер С.Т. Морозов 1903 Формирование нового «Товарищества на паях» и перестройка театрального помещения для Московского художественного театра

5. Арендодатель С.Т. Морозов 1905 Подписание Условий для продолжения дела Московского художественного театра между 13 пайщиками и меценатом-арендодателем

Характерным примером мецената — «соби-^эателя-колЛекционера» является К.Т. Солдатен-ков, который всю свою библиотеку и собрание живописных произведений русского и западноевропейского искусства по завещанию передал Румянцевскому музею.

В свою очередь, братья Третьяковы явили миру высочайший образец русского меценатства. Их гражданская зрелость и экономическая философия проявились в создании общественной картинной галереи, в настоящее время носящей имя Третьяковской. Основная идея создания коллекции состояла в сохранении для потомков русской национальной школы живописи, совершив своеобразный подвиг. Завещав коллекцию, по примеру К.Т. Солдатенкова, городу Москве, братья создали собственную галерею на определенных условиях, обессмертив свое имя и дело, проявив бескорыстие и патриотизм.

Таким образом, экономическое обоснование деятельности русских меценатов строится на вы-

явлении прежде всего побудительных мотивов, целей, форм, видов, направлений и сроков вложений средств. Природу капиталов, направляемых на развитие меценатства, можно объяснить с позиций и рыночной, и классической экономической теории. В результате вырисовывается экономическая модель меценатства и благотворительности. Ее использование даст надежный инструмент в выработке государственной политики в отношении отечественной культуры и организации работы с меценатами и благотворителями.

Литература

1. Абаренкова Е. Чудодеи. Из истории художественной жизни России конца XIX - начала XX в. М., Фонд им. Сытина, 1995.

2. Боханов А. Коллекционеры и меценаты в России.-М., 1989.

3. Бердяев H.A. Философия свободы. Смысл творчества.- М.: Правда, 1989.

ДД| Д1ЕСТ* НА1СЫ