Возможности развития культурно-ландшафтных исследований региона КМВ на основе муниципальной трактовки понятия «Ландшафт»

Кознеделева Т. А.

Возможности развития культурно-ландшафтных исследований региона КМВ..._

ННУКП о ЗЕМЛЕ

ВОЗМОЖНОСТИ РАЗВИТИЯ КУЛЬТУРНО-ЛАНДШАФТНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ РЕГИОНА КМВ НА ОСНОВЕ МУНИЦИПАЛЬНОЙ ТРАКТОВКИ ПОНЯТИЯ «ЛАНДШАФТ»

Т. А. Кознеделева

POSSIBILITIES OF THE DEVELOPMENT OF CULTURAL-LANDSCAPE RESEARCHES OF THE REGION C MW ON THE BASIS OF MUNICIPAL TREATMENT OF CONCEPT "LANDSCAPE"

Koznedeleva T. A.

Possibilities of the research of the region KMV as cultural-landscape recreational area on the basis of municipal perusal of concept "landscape" are considered in the article. Preconditions of similar such interpretation of the given concept are connected with its primary conceptualization in political (municipal) sphere.

Key words: cultural landscape, cultural landscape region, the semantics of the concept of "landscape".

В статье рассматриваются возможности исследования региона КМВ как культурно-ландшафтного рекреационного района на основе муниципального прочтения понятия «ландшафт». Предпосылки подобной интерпретации данного понятия связаныi с его изначальной концептуализацией в политической (муниципальной) сфере.

Ключевые слова: культурный ландшафт, культурно-ландшафтный район, семантика концепта «ландшафт».

УДК 911.3

Кавказские Минеральные Воды (КМВ) -крупнейший бальнеологический регион России, обладающий уникальными рекреационными природными и культурно-историческими ресурсами, состояние которых в частности и рекреационной системы в целом вызывает тревогу. При этом речь идет не просто о проблеме неэффективного их использования, но о возможной утрате многих ценнейших свойств этой лечебной местности, среди которых не только уникальные гидроминеральная база и природные ландшафты, но и сформировавшаяся исторически рекреационная инфраструктура, профессионально специализированные трудовые ресурсы и многое другое.

Среди многочисленных причин сложившейся ситуации одной из важнейших наряду с комплексом накопившихся социально-экономических и этнополитических проблем остается проблема эффективной, планомерной и целенаправленной региональной политики, проведение которой невозможно без глубокого и всестороннего пространственного анализа особенностей современной структуры и функционирования рекреационного комплекса КМВ.

Нужно отметить, что по разным аспектам данной проблемы существует обширная библиография. Особенно продуктивным в этом плане был период 70-80 -х гг. ХХ века, когда, по сути, регион КМВ стал одним из ключевых экспериментальных исследовательских полигонов, на базе которого формировалась отечественная рекреационная география. Однако современные комплексные

74/2011 га

Вестник Ставропольского государственного университета ^рд

географические исследования региона, несмотря на их исключительную актуальность единичны.

Развитие подобных исследований возможно на основе культурно-ландшафтной концепции. В современной отечественной географии существует три основных подхода к пониманию культурного ландшафта: классический, этнолого-географический и информационно-аксиологический (1). Первый подход подразумевает выделение оптимально измененного человеком для жизнедеятельности природного ландшафта, второй - предполагает выявление освоенного определенным этносом пространства, третий - понимает культурный ландшафт как совместное произведение человека и природы, представляющее собой сложную систему материальных и духовных ценностей, обладающих высокой степенью экологической, исторической и культурологической информативности.

В настоящем исследовании основным исследовательским объектом является культурно-ландшафтный район, выделение которого основано на представлении о существовании в пределах глобального геопространства трех типов сложных геосистем: природных ландшафтов с корреляционными связями абиотического и биотического субстрата; культурных ландшафтов (этно-ландшафты, антропо- и демоэкосистемы и др.) с корреляционными связями абиотического, биотического и социального субстратов, в пределах которых появляются составляющие материальной и духовной культуры; культурно-ландшафтных районов и регионов - интегральных природно-общест-венных (хорологические) геосистем, формирующиеся в условиях многомерного геопространства административных единиц, где в процессе сложных исторических событий локализуются различные простые геопространственные структуры и их геополя (социальные, экономические, поведенческие, перцепционные и др.) (4).

Культурно-ландшафтные районы (регионы) формируются в особом социально-природно-хозяйственном геопространстве (чаще всего административных границах),

имеют органы управления, набор малых геосистем (МГС) и сложную окружающую среду жизни человека (населения) (рис. 1).

Рис. 1. Малые геосистемы и их поля взаимодействия в пределах культурного ландшафтного района

ПГС - природные геосистемы истории человека в границах КЛР и геополя других МГС: ЭС -этносоциальные; СР - расселения; АЛС - агро-ландшафтные; ПТС - природно-техногенные; ТЭС - техногенно-экономические; РС - рекреационные. 1 - каркас особо охраняемых природных территорий, 2 - человек (население).

Подобное муниципальное по сути понимание культурного ландшафта впервые сформулированное В. А. Шальневым является весьма конструктивным для комплексного пространственного анализа функционирования геосистем, в том числе и рекреационных, на региональном и локальном уровнях исследований и не противоречит, а скорее наоборот согласуется с ландшафтной традицией. Об этом свидетельствуют последние историко-терминологические и семантические изыскания, связанные с особенностями формирования и развития концепта «ландшафт».

Первичные представления о ландшафте сформировались в Германии в XIX веке и были связаны со сферой политики и искусства (3). В немецком языке выделяется семь уровней значений слова ландшафт, а в структуре концепта ландшафт - четыре смысловых слоя - территориальный, визуальный, художественный и земский (2). Земский пласт значений представляет собой самый архаичный языковой слой, исходно связанный с политической сферой. Именно в политической сфере оказался востребован термин ландшафт, который впервые был

Кознеделева Т. А.

Возможности развития культурно-ландшафтных исследований региона КМВ

использован в IX веке Карлом Великим в ситуации объединения разобщённых германских племён в одно государственное целое (3). Таким образом, политическое (муниципальное, геополитическое) прочтение ландшафта является первичным, а муници-пально-демократическое понимание ландшафта сохраняет свою значимость для современной европейской культурной традиции.

Важнейшим моментом муниципального прочтения ландшафта является его целостность, реализуемая за счёт связи местного сообщества с определённой местностью. Другая особенность муниципального (политического) понимания ландшафта — его преимущественно «горизонтальное» видение. Это привносит важный для географии территориальный аспект и ориентирует на возможность картографических репрезентаций, в том числе с использованием ГИС-технологий (2).

Как в русском языке в целом, как и в отечественной географии в частности, земские (муниципальные) интерпретации ландшафта в отличие от территориальных и художественных не получили развития, однако являются весьма перспективными в культурно-ландшафтных исследованиях, особенно на местном уровне.

В качестве модельного культурно-ландшафтного района можно рассматривать регион КМВ, который формируется в административно особом геопространстве (администрация КМВ и др.), имеет органы управления, набор малых геосистем (МГС) и сложную окружающую среду жизни человека. Важно отметить, что системообразующей для формирования этого района, является рекреационная функция, только в этом контексте возможно понимание генезиса этого района, понимание особенностей его функционирования и возможностей оптимизации его структуры.

Исследование региона КМВ как функционального культурно-ландшафтного района на основе муниципальной трактовки понятия «ландшафт» с использованием ГИС-технологий позволит выявить факторы и особенности организации геопространства региона, выявить значимость отдельных элементов в его структуре, оценить качество среды жизни как важнейшего критерия эффективности функционирования рекреационного культурно-ландшафтного района, улучшить систему управления и может послужить дальнейшему развитию концепции культурного ландшафта.

ЛИТЕРАТУРА

1. Веденин Ю. А., Кулешова М. Е. Культурные ландшафты как категория наследия // Культурный ландшафт как объект наследия. - М.: Институт Наследия; Спб: Дмитрий Буланин, 2004. - С. 13 - 36.

2. Калуцков В. Н. Ландшафт в культурной географии - М.: Новый хронограф, 2008.

3. Тютюнник Ю. Г. О происхождении и первоначальном значении слова «ландшафт» // Известия РАН. - Сер. Географич. - 2004 -№ 4. - С. 116 - 122.

4. Шальнев В. А. История, теория и методология географической науки. Часть 2. Теория и методология географии. - Ставрополь: Изд-во СГУ, 2011.

Об авторе

Кознеделева Татьяна Анатольевна, соискатель кафедры физической географии Ставропольского государственного университета. Научные интересы связаны с изучением культурных ландшафтов Ставропольского края. KDA25 @yandex.ru