Размер государственного значения

Пересмотр задач государственных институтов развития уже начался. Хотя госкорпорация "Роснано" может избежать смены целей и стратегии, нанотехнологи имеют возможность сыграть на опережение: спрос на "нано" упадет в кризис и резко вырастет сразу по выходе компаний из его острой фазы.

Еще в августе 2008 года предположить, что институты развития, создававшиеся правительством России в 2007-2008 годах в принципиально других, нежели сейчас, условиях, будут уже через два месяца поставлены перед задачей переопределить свои задачи, не мог ни один человек в российском Белом доме. В конце 2008 года о задачах, ставившихся при создании Фонда содействия реформированию ЖКХ, превращении Внешэкономбанка в Банк развития, формировании Фонда будущих поколений никто не вспоминает. ВЭБ по определению — агент правительства и ЦБ по замещению оттока капитала, ФБП, ставший Фондом национального благосостояния,— кризисный инвестпортфель правительства, строительный и коммунальный фонды — инструменты поддержки строительной отрасли. Мало того, уже к зиме 2009 года забудутся и эти определения: то, как фонды, госкорпорации и институты встроятся в процесс структурной перестройки экономики в ходе неизбежной "мягкой посадки" ВВП, и определит их будущее место.

Все это на первый взгляд касается кого угодно, только не госкорпорации "Роснано". 130 млрд руб. вложенных в рамках бюджета-2007 в госкорпорацию средств правительство даже не пыталось перебросить в другие сектора экономики. "Роснано" по-прежнему выглядит как изолированный сектор экономики (а вернее, выращиваемый Белым домом на периферии от базовых секторов), перспективы которого, не слишком определенные до сентября 2008 года, стали еще более неопределенными к началу 2008 года. Теоретически "Роснано" вполне может пережить финансовую нестабильность, продолжая реализовывать программу 2007 года — создание гибрида Федерального агентства по инвестициям в фундаментальные исследования и холдинга венчурных инвестиционных фондов, благо базовый этап уже пройден. Однако особенности финансового кризиса вряд ли позволят новому главе "Роснано" Анатолию Чубайсу воспользоваться куда более привлекательным шансом — попытаться стать не столько институтом развития, сколько институтом восстановления конкурентоспособности экономики.

По оценкам наиболее авторитетной аналитической структуры в нанотехнологиях Lux Research, 2008 год стал первым годом в истории развития этого сектора экономики, в течение которого вливания частных компаний в нанотехнологический R&D (порядка $6,57 млрд) превысили госфинансирование сектора ($6,22 млрд), а с учетом венчурного капитала ($700 млн) — существенно обогнали. Ситуация на рынках в 2009 году неизбежно вернет на рынок статус-кво — встраивание в процесс временного отступления негосударственного капитала с нанотехнологического фронта, что, собственно, и является шансом для "Роснано" быстро реализовать то, на что в других условиях экономике потребовались бы десятилетия.

На чем экономит частная компания в острой фазе кризиса, когда размеры будущего сокращения спроса еще не определены? На текущих издержках, в том числе на НИОКР и исследованиях: умеющие "рубить косты" финансисты прекрасно понимают самоубийственность разработок на меняющемся рынке. Уже через несколько месяцев после приведения компании в "кризисную" форму R&D станет для любой компании тем, на что острее всего не хватает денег: фактором, который определит конкурентоспособность в нашем случае на рынке 2011-2013 годов. Помочь компаниям, входящим в антикризисную программу, "Роснано" не в силах. Но уже во второй половине 2009 года софинансирование разработок, цель которых — обеспечить приемлемые показатели в квартальных ведомостях P&L-2012, будет цениться в отдельных компаниях не меньше, чем в декабре 2008 года рефинансирование ВЭБа.

Разумеется, эти возможные проекты "Роснано" — не для всего рынка, однако происходящее сейчас в корпоративном секторе для подчиненных Анатолия Чубайса — бесплатный искусственный отбор потенциальных партнеров и клиентов, крайне дорогостоящий еще в июле 2008 года. Селекция рисков нанотехнологических R&D-разработок внутри компаний из чисто шкурных соображений — это лишь часть картины. Добавим к ней селекцию корпоративных стратегий, селекцию менеджмента и особенно его финансовых блоков (до осени 2008 года оценка рисков явно не была сильной стороной российского корпоративного управления), рост конкуренции на основных докризисных рынках, снижение запросов со стороны персонала, переориентация компаний на рост производительности труда любой ценой, рост стоимости кредита — на выходе мы будем иметь чрезвычайно интересную карту возможностей и для "Роснано", и для тех, кто готов работать с госкорпорацией.

Дмитрий Криницкий, директор "Роснано" по взаимодействию с региональными институтами развития, оценивая карту регионального распределения заявок в "Роснано" (см. на стр. 26), в беседе с "Ъ" рассматривал ее прежде всего с точки зрения взаимодействия с региональными институтами развития. Тем не менее нельзя не отметить: за исключением Москвы, в целом центра деловой активности России, "точки возмущения" на ней достаточно хорошо совпадают с географией проблем в обрабатывающей промышленности и индустрии. Вдобавок она достаточно неплохо дополняется двумя графиками исследований и прогнозов Lux Research по подотраслевым перспективам нанотехнологической индустрии. Ожидаемые хиты нанотехнологических разработок на ближайшие годы — композитные материалы и покрытия для обрабатывающего сектора (машиностроение — Татария, Ленинградская область и Санкт-Петербург, Московская область, Екатеринбург), автомобиле- и авиастроения (Татария), электронная, фармацевтическая промышленность и биологические исследования (Новосибирск, Иркутск). Некоторое сокращение темпов роста сектора уже сформировавшихся нанотехнологий в 2009-2014 годах с опережающим ростом новых нанотехнологий дает шанс всем остальным. Как, впрочем, и "Роснано".