Фрактальная модель самоорганизации пространства стилистической конвергенции как иконический знак

УДК 81-11

ФРАКТАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ САМООРГАНИЗАЦИИ ПРОСТРАНСТВА СТИЛИСТИЧЕСКОЙ КОНВЕРГЕНЦИИ КАК ИКОНИЧЕСКИЙ ЗНАК

Коваленко Г.Ф.

Статья посвящена фрактальному моделированию текстового пространства стилистической конвергенции. В ходе исследования описаны фрактальные модели самоорганизации «спираль», «кольца дерева» и «встроенные восьмерки». В работе доказывается возможность рассмотрения фрактальной модели как иконического знака, позволяющего определить то общее, что лежит в основе организации текстового пространства в местах конвергенции, тем самым обеспечить более адекватное декодирование информации, заключенной в структуре этого пространства. Ключевые слова: иконический знак, фрактальное моделирование, фрактальная модель, текстовое пространство, стилистическая конвергенция.

THE FRACTAL SELF-ORGANIZATION MODEL OF STYLISTIC CONVERGENCE SPACE

AS AN ICON SIGN

Kovalenko G.F.

The article is devoted to the fractal modelling of contexts with stylistic convergence. During the analysis the fractal models "spiral", "rings of the tree" and "enclosing eights" are revealed. The possibility to consider the fractal model of self-organization as an icon sign is proved. Fractal modelling allows the reader to state a common basis of the converged contexts and to ensure more adequate decoding of the information encoded in the structure of the textual space. Keywords: icon sign, fractal modelling, fractal model, textual space, stylistic convergence.

Самое простое определение знака сводится к следующим трем моментам: 1) форма знака всегда материальна; 2) форма знака служит для представления о чем-то; 3) замещая или представляя нечто отличное от своей формы, знак тем самым сообщает информацию (об этом свидетельствует и этимология слова знак - от знать, 'обладать знанием') [4, а 8]. Один из основоположников семиотики, науки о знаках и знаковых системах, Ч. С. Пирс, выделяет три вида знаков: символы, индексы и иконические знаки. «Одной из важнейших черт семиотической классификации Пирса является тонкое осознание того, что различие трех основных классов знаков - это лишь различие в относительной иерархии. В основе разделения знаков на иконические знаки, индексы и символы лежат не наличие или отсутствие подобия или смежности между означающим и означаемым, равно как и не исключительно фактический или

исключительно условный, привычный характер связи между двумя составляющими, а лишь преобладание одного из этих факторов над другими» [14, с. 115-116].

Для данного исследования представляют

интерес иконические знаки, форма и денотат которых сходны, похожи друг на друга в том или ином отношении. Иконические знаки могут быть не только словесными. Р. О. Якобсон приводит в качестве примера иконического знака латинскую пословицу Veni, vidi, vici, где порядок слов «копирует» временную последовательность обозначаемых действий (хотя предложение может быть построено и иначе, не иконически: Победил, как только пришел и увидел) [4, с.11]. Ч. Пирс отчетливо понимал, что «аранжировка слов в предложении должна служить в качестве иконического знака, чтобы предложение было понято» [14, с. 117].

Действие иконического знака основано на фактическом подобии означающего и означаемого, например, рисунок какого-либо животного и самого животного, первое заменяет второе «просто потому, что оно на него похоже» [14, с. 113]. Принципиальная особенность иконических знаков состоит в том, что форма их выражения берет на себя функции значения - она сама по себе есть информация о денотате. «Иконические знаки обозначают (денотируют) те объекты, которые имеют те же свойства, что и сами знаки, или - чаще - некоторый

ограниченный набор этих признаков» [6, с. 66]. Пространственные отношения между знаками могут не соответствовать пространственным отношениям между вещами, но здесь, возможно, есть некоторое отношение корреляции, а именно: каждому пространственному отношению между знаками соответствует некоторое отношение между объектами, обозначенными этими знаками [6, с. 68]. Из всего сказанного следует, что иконический знак преимущественно расчитан на зрительное восприятие. Ч. Пирс отмечал: «Мы обнаруживаем, что в действительности Иконические знаки могут быть весьма полезны для получения информации - например, в геометрии, - но все же справедливо то, что Иконический знак не может сам по себе передавать информацию, так как его Объект - это все что угодно, что может быть подобно данному Иконическому знаку, и это любое нечто является его Объектом в той степени, в которой оно подобно данному Иконическому знаку» [10, с. 169].

Целью данной работы является попытка показать правомерность рассмотрения фрактальных моделей самоорганизации пространства стилистической конвергенции как иконический знак. Под стилистической конвергенцией мы вслед за И. В. Арнольд понимаем «схождение в одном месте пучка стилистических приемов, участвующих в единой стилистической функции» [1, с. 100]. Конвергенции интересны не только тем, что выделяют наиболее важное в тексте, но и тем, что на основе обратной связи могут служить критерием наличия стилистической значимости у тех или иных элементов текста [1, с. 102].

Исследование фрактальных моделей самоорганизации дискурса находит отражение в работах современных исследователей. Так, Н. С. Олизько рассматривает синергетические механизмы реализации интердискурсивных отношений [8, с. 66-79], Н. В. Мамонова изучает особенности фрактальной самоорганизации британского сказочного дискурса [5], а возможности применения дискретной фрактальной парадигмы в исследованиях по метафоре проанализированы С. А. Хахаловой [13, с. 96-101], фрактальность пространства стилистической конвергенции исследуется Г. Ф. Коваленко [3, с. 129-132].

Понятие фрактала и фрактальности вошли в науку благодаря открытию Б. Мандельборта, который ввел термин «фрактал» (от лат. frangere -'разрывать', 'дробить' и fractus - 'неровный', 'прерывистый'). Отсюда фрактал (fractal) -

«нерегулярный фрагмент» и фрактальность -«способность распадаться на нерегулярные фрагменты» [18, с. 4]. Фрактальная парадигма из естественных наук стала проникать в гуманитарные науки. Синергетика исследует особо сложные процессы в культуре, обществе, природе, связанные с проявлениями самоорганизации, порядка и

противопоставленного им хаоса [11, с. 41-42].

По определению С. Н. Плотниковой, фрактал, - это такая часть целого, которая структурно подобна каждой другой части и всему целому В свою очередь, фрактальность -это рекуррентно-итерационный алгоритм, благодаря которому образуется фрактальное множество - множество самоподобных структур [9, с. 127]. «Многие природные структуры обладают фундаментальным свойством геометрической регулярности, известной как инвариантность по отношению к масштабу, или самоподобие» [8, с. 68]. Принцип динамической симметрии, регулирующий отношения порядка и хаоса в пространстве дискурса, находит реализацию в моделях фрактальной самоорганизации, которые позволяют представить динамический сценарий дискурса [8, с. 69]. Исследователями описаны такие фрактальные модели самоорганизации дискурса, как

«концентрические круги», «ризома», «спираль», «дерево» и прочие. Среди различных видов моделирования текста фрактальное моделирование является одним из наиболее значимых, поскольку представляет собой его логико-смысловое моделирование с учетом структурирования.

Обращение к стилистической

конвергенции обусловлено ее недостаточной изученностью с позиций

лингвосинергетической теории фракталов. Текстовое пространство стилистической конвергенции представляет собой зону бифуркации, где одна и та же совокупность языковых единиц обладает возможностью реализовывать разные смыслы [3, с. 129-132]. Рождение новых смыслов языковой единицы в синергетическом тексте может проявляться на фонетическом, синтаксическом,

грамматическом и на лексическом уровнях. Е. Ю. Муратова отмечает значимость тропеических средств при формировании новых смыслов [7, с. 13].

Мы рассматриваем стилистическую конвергенцию как фрактальную

семиотическую систему. В качестве примера

семиотической фрактальной системы исследователи приводят эволюционно-семиотический ряд «средства передвижения» Ю. С. Степанова [12, с. 21-26]. Каждая часть этой системы (лошадь, олень, слон, телега, повозка, карета, экипаж, фаэтон, кабриолет, купе и т. п) представляет собой «одно и то же», несмотря на их содержательное и формальное различие. У «одного и того же» единая когнитивная сущность, она трудно уловима, но все же может быть сформулирована («передвижение верхом на животном», «передвижение в транспортном средстве на четырех колесах» и т.д.). В более абстрагированном виде вся фрактальная система мыслится как целое, как единый семиотический фрактал «средство

передвижения» [9, с. 131]. Стилистическую конвергенцию мы рассматриваем как фрактальную систему (фрактал),

характеризующуюся набором представленных стилистическими приемами элементов, -назовем их «коституентами» фрактальной системы (от англ. constituent - component part [17, с. 182]).

Обратимся к материалу исследования, биографическому очерку американского писателя И. Стоуна "Clarence Darrow For The Defense", посвященному известному в прошлом адвокату Кларенсу Дарроу, который всегда отстаивал интересы рабочих. Рассмотрим контекст, в котором И. Стоун описывает отношение людей к известному правозащитнику:

(1) It was his abstention from judgment, his refusal to condemn on the standard codes of good and evil, that made him a fire to which chilled human beings came to warm their hands and hearts. To the men and women who were struggling against a fear of psychosis in a confused and competitive world, living in constant dread of a slip or mistake, an accident or a failure, of somehow breaking down, not making the grade, of being judged and found wanting, he seemed a tiny spark of the godhead that saw everything, understood and never condemned [19, с. 178].

Пространство стилистической

конвергенции заполнено следующими фрактальными конституентами: 1) развернутой метафорой made him a fire to which chilled human beings came to warm their hands and hearts; 2) парным эпитетом a confused and competitive world; 3) градационным рядом living in constant dread of a slip or mistake, an accident

or a failure, of somehow breaking down, not making the grade, of being judged and found wanting; 4) метафорой, усиленной градацией a tiny spark of the godhead that saw everything, understood and never condemned.

Далее рассмотрим смысловую общность каждого элемента фрактальной системы. Развернутая метафора, репрезентирующая часть стилистического фрактала, состоит из двух метафор: made him a fire и human beings came to warm their hands and hearts, характеризующих Дарроу как человека, согревающего людей своим теплом подобно огню. Смысловой общностью метафор, входящих в развернутую метафору (следующую часть фрактальной системы), является смысл «тепло» (fre - a small controlled mass of burning material that is used for heating [15, с. 321]; heat - warmth [15, с. 404]). Следующий компонент (конституент) фрактальной системы, представленный эпитетами, характеризует мир, в котором людям «холодно»: a confused and competitive world (confuse - to cause to feel uncertain or unclear [15, с. 178]; compete - to do an activity with others and try to do better than they do [15, с. 171]; when people compete they feel unclear). Эпитеты объективируют общий смысл «неуверенность». Градация репрезентирует еще один элемент фрактальной системы: living in constant dread of a slip or mistake, an accident or a failure, of somehow breaking down, not making the grade, of being judged and found wanting. Градонимы (элементы градационного ряда) актуализируют общий смысл «страх / переживания» . Метафора и взаимодействующая с ней градация, репрезентирующие фрактальные конституенты (a tiny spark of the godhead that saw everything, understood and never condemned), представляют смысловую общность «понимать людей как Бог».

Важным этапом фрактального моделирования является определение характера смысловых связей между частями фрактальной системы. На наш взгляд, это взаимодействие в рассмотренном примере происходит под действием креативного аттрактора «противопоставление». С одной стороны, Стоун описывает мир, в котором люди чувствуют себя некомфортно из-за постоянных страхов, а с другой стороны, в этом мире есть тепло огня, к которому люди тянутся, чтобы согреться и быть понятым. Выявленный характер взаимодействия элементов фрактальной системы реализуется во фрактальной модели «вложенные

восьмерки», где две верхние петли репрезентируют части, имеющие смысловую общность «постоянный страх людей, живущих в смутном мире», а две нижние петли -элементы, представляющие общий смысл «Дэрроу был огнем, согревающим людей, как Бог он их понимал и никогда не осуждал». Вся фрактальная система мыслится как единое семиотическое целое «В смутном мире был человек, который мог согреть сердца людей». Выявленную фрактальную модель

«вложенные восьмерки» правомерно считать иконическим знаком, своеобразным образом текстового пространства стилистической конвергенции.

Проанализируем следующий пример:

метафорическими эпитетами the smiling, booming sunshine City of Los Angeles; 2) градационным рядом bloodshed, violence, hatred, class war, oppression, injustice and a destruction of civil liberties; 3) метафорой the slow spot of American culture and democracy.

Первая фрактальная часть (конституент), представленная метафорическими эпитетами smiling, booming sunshine city, имеет смысловую общность «счастье». Фрактальный конституент, представленный восходящей градацией bloodshed, violence, hatred, class war, oppression, injustice and a destruction of civil liberties, репрезентирует общий смысл "violence and cruelty"(насилие и жестокость), обнаруживаемый в результате анализа значений градонимов (bloodshed - killing or wounding of people; putting to death [17, с. 89]; violence - state of being violent; violent - severe [17, с. 957]; severe - rigorous, violent [17, с. 783] hatred - hate, strong dislike [17, с. 393]; war - the use of armed forces; (fig) any kind of struggle or conflict [17, с. 965]; oppression - the condition of being oppressed; oppress - rule injustly or cruelly; cause to be troubled [17, с. 590-591]; injustice - lack of justice [17, с. 439]; justice - the quality of being right andfair [17, с. 461]; destruction - destroying or being destroyed; destroy - break to pieces, put an end to [17, с. 235]). Следующая часть фрактальной

системы, заполняющая пространство конвергенции, представлена метафорой slow spot of American culture and democracy, удерживающей смысл "the attitude toward each other as equals" (culture - the way of life of a particular people, esp as shown in their ordinary behavior and habits, their attitudes toward each other, and their moral and religious beliefs [15, с. 207]; democracy - (society in which there is) treatment of each other by citizens as equals and with absence of class feeling [17, с. 229]; democracy - the belief in freedom and equality between people [15, с. 226]).

Выявленные конституенты фрактальной системы поддерживают общий смысл «разные этапы истории города». Изучение характера взаимодействия смыслов, представленных частями фрактальной системы в пространстве конвергированного текста, позволяет говорить о том, что между ними существуют отношения развития, следовательно, фрактальная самоорганизация может быть представлена моделью «спираль», где каждый виток отражает определенный этап развития, роста ситуации. Восприятие смыслового пространства стилистической конвергенции в виде непрерывной линии, которая образует круги вокруг центра, помогает распознать признаки фрактальности, выделенные исследователями [5, с. 9]: динамичность (способность к саморазвитию), рекурсивность (процесс повторения чего-либо самоподобным образом), самоподобие (отдельная часть фрактала содержит информацию о всей фрактальной системе).

Поскольку фрактальная модель самоорганизации «копирует» ситуацию, описываемую в тексте, ее можно позиционировать как иконический знак, оптический образ, обладающий зрительно воспринимаемой формой, при этом восприятие всегда является интерпретирующим [16]. Здесь уместно привести высказывание Ф. Джонсона-Лэрда о том, «что из значений предложений в связном дискурсе слушающий имплицитно создает сокращенную и не обязательно языковую модель повествования и что воспроизведение текста по памяти в большой мере является активной реконструкцией, базирующейся на том, что сохранилось от этой модели» [2, с. 234]. Иными словами, выявление фрактальной модели самоорганизации на этапе восприятия текста в местах конвергенции способствует более адекватному декодированию содержания текста.

Обратимся к контексту,

демонстрирующему фрактальность

самоорганизации конвергированного

текстового пространства по типу «кольца дерева»: (3) To Otis all this was another Civil War; it was his bounden duty to crush the Rebels. Battle was breath in his nostril. When his Civil War II began his cohorts promoted him from captain to general, and he was known as General Otis to the end of his days [19, с. 196].

В данном текстовом отрывке речь идет о «войне», которую объявил управляющий издательством газеты The Times. Развязанная борьба с недовольными названа another Civil War; his Civil War II (Метафоры взаимодействуют с антономасией, зависимые слова another, his указывают на то, что речь идет не о настоящей Гражданской войне в Соединенных Штатах). Противники Отиса названы The Rebels (употребление имени нарицательного как имени собственного передает иронию автора, которая поддержана метафорой promoted him from captain to general (по логике после звания капитана невозможно получить сразу звание генерала и, более того, это звание «присвоили» гражданскому человеку).

Первое «кольцо» заполнения

пространства стилистической конвергенции репрезентировано фрактальным

конституентом, выраженным метафорами, взаимодействующими с антономазией (another Civil War; his Civil War II), следующее «кольцо» (часть фрактальной системы) представлено антономазией to crush the Rebels, далее следуют фрактальные конституенты, соответственно представленные метафорой battle was breath in his nostril и антономазией his cohorts promoted him from captain to general and he was known as General Otis.

Подобно тому, как кольца на срезе дерева в природе отражают изменение климатических условий разных лет, так и фрактальная модель «кольца дерева» акцентирует внимание на смысловом развитии, росте. Креативный аттрактор «дополнение» притягивает смыслы, репрезентированные частями фрактальной системы. Фрактальная модель

самоорганизации пространства

стилистической конвергенции является своеобразным «ключом» к декодированию смыслового развития текста: каждое кольцо -это новая подробность о войне, объявленной газетой The Times.

Однако следует отметить, что фрактальная модель, как любой знак, с точки зрения прагматики, замещает обозначаемые объекты только до известной степени. «Интерпретатор не смешивает по-настоящему знак с объектом, который знак означает: описанный или нарисованный человек может, разумеется, быть назван человеком, но при этом более или менее четко осознается статус знака - это только нарисованный или описанный человек» [6, с. 81]. Значимость выявления фрактальной модели заключается в том, что она создает в нашем уме некоторую интерпретацию.

Проанализируем следующий контекст, в котором один из соотечественников характеризует Отиса как воинственно настроенного человека:

(4) Otis was a large, aggressive man with a walrus mustache, a goatee and a warlike demeanor, resembling Buffalo Bill and General Custera. The military bee buzzed in his bonnet. He called his home in Los Angeles The Bivouac, and when the boom was at its height he built a new plant for the Times, which resembled a medieval fortress, with balliements, sentry boxes, surmounted by a screaming eagle. He was a natural warrier and not a man to be crossed. He was a holy terror in his newspaper plant; his natural voice was that of a game warden roaring at seal poachers [19, с. 194].

Текстовое пространство стилистической конвергенции заполнено фрактальными конституентами, репрезентированными

следующими стилистическими средствами: 1) эпитетами, характеризующими внешность Отиса (a large, aggressive man; a walrus mustache; a goatee) и его голос (the voice of a game warden roaring at seal poachers); 2) эпитетом, образным сравнением и буквализацией фразеологизма to have a bee in one's bonnet, иронично описывающими его воинствующее поведение (warlike demeanor, resembling Buffalo Bill and General Custera; The military bee buzzed in his bonnet); 3) антономазией the Bivouac и образным сравнением resembled a medieval fortress, раскрывающими его отношение к своему дому как военному лагерю и к издательскому дому как к средневековой крепости; 4) метафорой a natural warrier and not a man to be crossed и оксюмороном a holy terror, характеризующими Отиса как воинственно настроенного тирана. Каждая часть фрактальной системы репрезентирует определенную характеристику персонажа, при этом семантическим

аттрактором, точкой притяжения фракталов, является смысл «Отис - настоящий воин».

Самоорганизация смыслов реализуется во фрактальной модели «кольца дерева», образно показывающей, как растет помешательство Отиса на объявленной войне против несогласных работников издательства газеты. Совместное существование и общность места под воздействием креативного аттрактора «дополнение» заставляют элементы фрактала действовать согласованно, в результате чего стилистическая конвергенция превращается в диссипативную структуру, рассеивающую новые смыслы: «Отис был помешан на войне», «Отис - агрессивно настороенный человек», «Ироничное отношение автора к Отису».

Таким образом, выявленные в ходе исследования фрактальные модели «спираль», «вложенные восьмерки» и «кольца дерева» репрезентируют возникающее в тексте особое виртуальное денотативное пространство (семантическое пространство), которое может расширяться, углубляться, увеличиваться. При этом мы не видим жестко фиксированных «движений», имеет место упорядоченность в виде превалирующей тенденции. Фрактальная модель правомерно может считаться экономным средством представления текстового пространства стилистической конвергенции, иконическим знаком, на который можно смотреть, понимая, как устроено представляемое им текстовое пространство.

Список литературы

1. Арнольд И. В. Стилистика. Современный английский язык. - М.: Флинта; Наука, 2002. 384 с.

2. Джонсон-Лэрд. Процедурная семантика и психология значения // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XXIII. Когнитивные аспекты языка: Пер. с. англ. / Сост., ред., вступ. ст. В. В. Петрова и В. И. Герасимова. М. : Прогресс, 1988. С. 234-257.

3. Коваленко Г. Ф. Фрактальность пространства стилистической конвергенции в поэтическом тексте (на материале поэзии Рональда Стюарта Томаса) //Филологические науки. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2017. № 1 (67): в 2-х ч. Ч.1. С. 129132.

4. Лукин В. А. Художественный текст: Основы лингвистической теории и элементы анализа: Учеб. для филол. спец. Вузов. - М. : изд-во «Ось-89», 1999. 192 с.

5. Мамонова Н. В. Фрактальная самоорганизация британского сказочного дискурса: автореф. дис.... канд. филол. наук. - Челябинск, 2015. 23 с.

6. Моррис Ч. У Из книги «Значение и означивание». Знаки и действия // Семиотика: Антология / Сост. Ю. С. Степанов. Изд. 2-е, испр. и дор. М.: Академический Проект; Екатеринбург: Деловая книга, 2001. С.129-143.

7. Муратова Е. Ю. Лингвосинергетика поэтического текста: Монография. М.: ИНФРА-М, 2012. 220 с.

8. Олизько Н. С. Синергетические механизмы реализации интердискурсивных отношений // Вопр. когнитивной лингвистики. 2010. №1. С. 66-73.

9. Плотникова С. Н. Фрактальность дискурса как новое лингвистическое понятие // Вестник ИГЛУ Сер. Филология. 2011. № 3 (15). С. 126- 134.

10. Пирс Ч. С. Из работы «Элементы логики. GrammaticaSpeculativa» // Семиотика: Антология / Сост. Ю. С. Степанов. Изд. 2-е, испр. и дор. М.: Академический Проект; Екатеринбург: Деловая книга, 2001. С. 165-226.

11. Степанов Ю. С. В мире семиотики // Семиотика: Антология / Сост. Ю. С. Степанов. Изд. 2-е, испр. и дор. М.: Академический Проект; Екатеринбург: Деловая книга, 2001. С. 2-42.

12. Степанов Ю. С. Константы: словарь русской культуры. Изд. 3-е, испр. и доп. -М.: Академический Проект, 2004.

13. Хахалова C. А. возможности применения дискретной фрактальной парадигмы в исследованиях по метафоре // Вестник ИГЛУ Сер. Филология. 2008. № 4. С. 96-101.

14. Якобсон Р. В поисках сущности языка // Семиотика: Антология / Сост. Ю. С. Степанов. Изд. 2-е, испр. и дор. М.: Академический Проект; Екатеринбург: Деловая книга, 2001. С. 111-126.

15. CDAE - Cambridge Dictionary of American English. Cambridge: Cambridge University Press, 2000. 1069 p.

16. Hochberg J. E. Perception. Englewood Cliffs, N. J.: Prentice-Hall, 1964. P. 361-364.

17. Hornby A. S. Oxford Advanced Learner's Dictionary of Current English. Oxford: Oxford University Press, 1988. 1040 p.

18. Mandelbrot B. The Fractal Geometry of Nature. N. Y., Freeman, 1983. 468 p.

19. Stone I. Clarence Darrow For The Defense // The Irving Stone Reader. Garden City -N. Y.: Doubleday & Company, Inc., 1963. P. 176-232.

Об авторе

Коваленко Галина Федоровна - кандидат филологических наук, доцент кафедры лингвистики и межкультурной коммуникации, Тихоокеанский государственный университет, Kovalenkogf@mail.ru