Социалистическая модернизация национальных меньшинств Сибири и проблема социальных болезней в 1920-х гг. (на примере Бурят-Монгольской АССР)

Всеволод БАШКУЕВ

СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ НАЦИОНАЛЬНЫХ МЕНЬШИНСТВ СИБИРИ И ПРОБЛЕМА СОЦИАЛЬНЫХ БОЛЕЗНЕЙ В 1920-х гг.

Статья посвящена истории борьбы с социальными болезнями в 1920-х гг. в Бурят-Монголии. Организованная наркоматом здравоохранения Бурят-Монгольской АССР кампания рассматривается как элемент модернизационных процессов в национальной республике, имевший большое социальное, культурное и геополитическое значение.

The article is devoted to the history of struggle against social diseases in the 1920s in Buryat-Mongoiia. The campaign, organized by The People’s Commissariat of Health of the Buryat-Mongoiian ASSR, is considered as a socially, culturally and geopolitically important element of modernization processes in a national republic.

Ключевые слова:

Бурят-Монголия, социальные болезни, традиционная культура, европейская медицина, тибетская медицина; Buryat-Mongolia, social diseases, traditional culture, European medicine, Tibetan medicine.

БАШКУЕВ Всеволод Юрьевич — к.и.н., научный сотрудник Института монготоледения, Ууддологии и тибетологии СО РАН

seva91 @ут/юо.сот

Образование 30 мая 1923 г. Бурят - Монгольской АССР (БМАССР) расценивалось как важнейший фактор воздей -ствия на «народы угнетенного Востока». В большевистских геополитических стратагемах Бурят - Монголия выступала в роли форпоста социализма на буддийском востоке, а бурятский народ

— как перспективный образец социалистической модернизации «малокультурных» национальных меньшинств. Однако для этого требовалось решение проблемы социальных болезней, которые, по мнению специалистов, ставили бурят на грань вымирания1.

В дореволюционный период медицинское обслуживание бурят осуществляли эмчи -ламы, практиковавшие тибетскую медицину, которая не могла заменить европейскую медицину там, где дело касалось инфекционных заболеваний. Для борьбы с опасными социальными болезнями — сифилисом, туберкулезом, трахомой, — от которых особенно страдало автохтонное население республики, требовалось создание эффективной системы современного здраво -охранения на основе современной европейской медицины.

В докладе наркома здравоохранения БМАССР А.Т. Трубачеева на состоявшемся в декабре 1923 г. I съезде Советов Бурят -Монгольской АССР указывалось, что руководство борьбой с соци альными заболеваниями в республике осуществляет специальная секция социальной медицины санитарно - эпидемиологического отдела Бурнаркомздрава (народного комиссариата здравоохране ния БМАССР), которая приступила к работе 7 октября 1923 г. На тот момент в республике не было ни одного специализирован -ного лечебного заведения; число больных венерическими болез -нями, лечившихся в больницах общей врачебной сети, составляло 70—80% всей численности пациентов; в штате секции социальной медицины состоял всего один человек — ее заведующий. Нарком признавал, что недавно образованный Бурнаркомздрав мало сделал для организации борьбы с социальными болезнями. Однако уже на

1 Государственный архив Республики Бурятия (ГАРБ), ф. Р- 665, оп. 1, д. 1, л. 154, 154(об); Баткис Г. Вымирание народов // Большая медицинская энци -клопедия, т. 6. — М., 1929, с. 63—64.

этом этапе были определены необходимые шаги, по которым впоследствии проводи лась кампания против социальных болез ней в республике.

Наркомздрав БМАССР детально озна -комился с ситуацией и определил мас штабы распространенности социальных болезней среди населения республики. Значительные усилия были приложены к тому, чтобы заручиться поддержкой Бурревкома и центральных органов власти и добиться увеличения финансирования. Кроме того, Бурнаркомздрав «подготовил материал к разрешению давно назревшего вопроса о тибето -ламской медицине в республике»1. Это означало решительное столкновение рациональной европейской медицины, которую поддерживали боль шевики, с традиционными тибетскими и монгольскими лечебными практиками, прочно ассоциировавшимися в идеоло -гическом дискурсе большевиков с суеве риями и религиозными предрассудками.

В практическом плане из за нехватки средств на приобретение современных препаратов йода и сальварсана нарком здрав БМАССР был вынужден ввести их платный отпуск. Это противоречило принципам «социалистической меди -цины», но давало возможность продол жать лечебную работу. Началась борьба с некоторыми социальными причинами распространения венерических заболева ний. При Бурнаркомздраве был организо -ван Центральный совет по борьбе с про -ституцией. По его линии в Верхнеудинске была открыта школа кройки и шитья, где в 1924—1925 гг. обучалось около 30 одино -ких женщин, которых таким образом ста рались удержать от вовлечения в торговлю телом.

Таким образом, шаг за шагом выстраи валась стратегия кампании по ликвидации социальных болезней. Сопоставляя де -ятельность Бурнаркомздрава с идеологиче -скими и геополитическими императивами большевистского руководства страны, можно убедиться в том, что практическая необходимость решения насущной для бурят проблемы была прочно увязана с процессом социалистической модерниза ции национальных меньшинств Сибири, в большевистском дискурсе именовав

1 Батоев Д.Б., Демкова Н.П., Батоев С.Д. Первый нарком Андрей Тимофеевич Трубачеев в истории здравоохранения Бурятии. — Улан-Удэ : Изд-во РЦМП, 2009, с. 41, 58, 60.

шихся «малокультурными народами». В ходе борьбы с венерическими болезнями, туберкулезом и трахомой поднимались фундаментальные проблемы трансформа ции традиционного образа жизни, систем мировосприятия, ментальности и жизнен ного пространства бурят. Перед советским руководством республики стояла слож нейшая задача, решение которой требо вало привлечения значительных финан -совых, кадровых и творческих ресурсов, гибкости и адаптивности в распределении и применении имевшихся в распоряже нии ограниченных средств, способности лоббировать свои интересы в вышестоя щих органах власти и путем использова -ния международных контактов.

Изучая особенности заболеваемости сифилисом и туберкулезом в БМАССР, советские врачи проводили разделитель ную линию между ними, основываясь на социально - бытовых и социокультурных факторах. Так, считалось, что сифилис был более распространен среди восточ ных бурят, которые вели кочевой образ жизни, занимались скотоводством и отличались традиционным для кочев ника бытом. Заболеваемость туберку лезом среди западных бурят, живших оседлым или полукочевым хозяйством, объяснялась скученностью, сыростью, недостатком тепла и света в традицион ном деревянном жилище, вредными при вычками взрослых — курением и плева -нием на пол2. Кроме того, специалисты уделяли внимание другим социокуль -турным факторам — наличию или отсут -ствию традиций личной гигиены, пище, напиткам, одежде и бытовым предметам, ритуальным практикам, особенностям половой жизни бурят. В соответствии с большевистской идеологической доктри -ной именно социальная среда порождала условия для распространения социаль -ных заболеваний. В этом плане история борьбы с сифилисом и венерическими болезнями в Бурят Монголии позволяет лучше понять глубинное значение свя -занных с ней социально - бытовых, социо -культурных, идеологических и мировоз зренческих трансформаций. Изучение этих заболеваний делает неизбежным вторжение не только в тонкую сферу индивидуальных интимных отношений,

2 Жилище и туберкулез. — Верхнеудинск : Наркомат здравоохранения Бурят- Монгольской Республики, 1927, с. 3-4.

но и в морально - этические и религиоз -ные догматы общества, а также, через важнейшую биологическую функцию репродукции, в области евгеники, демо графии и геополитики.

С научно медицинской точки зре ния сифилис в Бурят Монголии пред ставлял собой сложную проблему. Дореволюционные и советские венеро логи не могли с уверенностью определить ни точную дату начала эпидемии, ни ее происхождение. Доктор Д.А. Лапышев, начальник обследовательского венотряда, работавшего в Троицкосавском аймаке и в Адон - Челонском хошуне Агинского аймака БМАССР в 1924-1925 гг., считал, что среди бурятского населения сифилис существовал в течение нескольких столе тий. К такому выводу он пришел на основе данных по степени распространенности скрытых, врожденных и третичных форм болезни1. Другие гипотезы утверждали, что сифилис занесли в XVIII в. с запада — рус -ские купцы на пути через Кяхту в Китай2 или отправленные на каторгу проститутки и уголовные преступники. Э.Ф. Шперк считал, что болезнь была занесена в Сибирь с востока моряками иностранных китобойных судов. С.Е. Гальперин писал, что сифилис был занесен шведскими военнопленными, интернированными в Тобольск после 1709 г.3 Встречались и совсем экзотические версии о проис хождении эпидемии из Китая, где близ границы якобы существовал целый город сифилитиков4.

Каждая из указанных гипотез, скорее всего, содержала долю истины. Сифилис в Бурят Монголии отнюдь не являлся исключительным для России явлением. Однако в Бурят Монголии существовала определенная специфика. Она заключа лась, во первых, в гораздо более высокой общей заболеваемости (в среднем 246 случаев на 10 тыс. населения в 1924-1925 гг. против 72 случаев на 10 тыс. населения в царской России в 1914 г.), во -вторых, в огромной разнице между заболеваемостью

1 Лапышев Д.А. К характеристике сифилиса среди бурят // Врачебная газета, 1929, № 8, с. 550.

2 Батоев Д.Б., Демкова Н.П., Батоев С.Д. Указ. соч., с. 244.

3 Гусаков Н.И., Мавров Г.И. История венерологии. Венерология в России // Дерматолопя та венеролопя, 2009, № 2(44), с. 72.

4 Кубанцева М.А. Партийно - советский актив в борьбе с венерическими болезнями // Жизнь

Бурятии, 1929, № 5, с. 59.

среди бурят и русских (289 бурят и 161 русский на 10 тыс. населения в Аларском аймаке; 627 и 61 — в Хоринском, 503 и 13

— в Боханском аймаках БМАССР на 1924— 1925 гг., т.е. от 2 до 38 раз)5 и, в -третьих, в невозможности определить, каким путем (половым или бытовым) преимущественно распространялась инфекция. Характерно, что советские медики обходили внима -нием многократно увеличившиеся после ввода в эксплуатацию Транссибирской магистрали миграционные потоки, регу лярный транзит крупных воинских кон тингентов, наплыв временных трудовых мигрантов и другие результаты социально экономических изменений начала ХХ в., которые могли способствовать половой передаче инфекции. Из виду также упу скался период Гражданской войны, когда мирное население регулярно подвергалось насилию со стороны различных вооруженных формирований, часто состоявших из уголовников и каторжников.

Напрашивается вывод о том, что селек тивное объяснение причин объяснялось распространенной среди русских врачей парадигмой отсталости и темноты кре -стьянских масс и инородцев, не сознавав ших опасности сифилиса и венерических болезней. Этот тезис прекрасно уклады вался в идеологическое русло, позволяя позиционировать венерические болезни как «тяжелое наследие прошлого», «соци альный бич», доставшийся от царизма, и обосновывать на этом фоне необходи -мость культурной революции по социа листическому сценарию с ведущей ролью ВКП(б) в этом процессе.

Борьба с социальными болезнями носила характер широкомасштабной кампании, состоявшей из нескольких взаимосвязанных этапов. Медицинский этап включал обследование населения в наиболее пораженных районах респу блики, осуществлявшееся специальными отрядами и научными экспедициями; комплексное исследование заболеваний, их этиологии, течения, последствий; апробацию новых медикаментов и мето дов лечения. Параллельно изучались социальные причины распространения болезней: особенности быта, половой жизни, матримониальные традиции, отражение проблемы социальных заболе -

5 ГАРБ, ф. Р- 665, оп. 16, д. 1, л. 184—184(об), 150(об).

ваний в языке, фольклоре, традиционной культуре1. К этой работе привлекались социальные антропологи из Комиссии по изучению племенного состава СССР (КИПС), местные ученые этнографы, педагоги2.

Следующий этап включал в себя раз личные виды санитарной пропаганды. В периодической печати объявлялись дни и месячники борьбы с венерическими забо леваниями, изготавливались плакаты, муляжи, наглядные пособия для домов санитарного просвещения, проводи лись публичные лекции, печатные мате риалы переводились на бурятский язык. Тематические мероприятия вплетались в работу специальных комиссий, напри мер, созданной в начале 1925 г. комиссии по улучшению быта тружениц при ЦИК БМАССР. Централизованно проводилась работа по борьбе с проституцией, созда вались программы бытовой и социальной адаптации беспризорных женщин, орга низовывались специальные общежития, дома временного пребывания и трудовые артели3.

Большое внимание уделялось коор динации борьбы с социальными болез нями с вышестоящими учреждениями: наркоматом здравоохранения РСФСР, Академией наук СССР, с научноисследовательскими учреждениями, пре жде всего Государственным венерологиче ским институтом и его директором, про фессором В.М. Броннером.

В ходе борьбы с социальными болез нями были установлены международ ные научные связи и организованы две советско германские медицинские экс педиции по изучению сифилиса — в 1926 и 1928 гг. В ходе второй экспедиции врачи пришли к парадоксальному, но законо мерному выводу, что в условиях Бурят Монголии сифилис носил не бытовой, а половой характер и основным фактором его распространения были особенности сексуальности и половой быт бурят, а не

1 Пестерев А.М. Половой быт бурят // Жизнь Бурятии, 1930, № 7; Баторов П.П. Материалы по народной медицине аларских бурят // Бурятоведческий сборник, 1926, № 1, с. 35—36; Жинкин В.Н. Указ. соч., с. 55—64.

2 Solomon S.G. The Soviet- German Joint Syphilis Expedition to Buriat- Mongolia, 1928 : scientific research on national minorities // Slavic Review, 1993, № 3, т. 52, с. 218.

3 ГАРБ, ф. Р - 250, оп. 2, д. 68, л. 4-5, 14.

антисанитарные условия и невежество коренного населения4.

Кампания против социальных болез -ней была ярким примером модерниза -торских амбиций большевиков. Являясь важным компонентом ленинской нацио нальной политики, борьба за оздоровле -ние национальных меньшинств в случае Бурят -Монгольской АССР увенчалась успехом. В ходе упорной работы с 1923 по 1930 гг. удалось существенно снизить заболеваемость сифилисом и другими венерическими болезнями, а также тра -хомой и туберкулезом в республике. За несколько лет были открыты 6 венеро -логических и 2 туберкулезных диспан сера в аймаках БМАССР, 1 венерологи -ческий и 1 туберкулезный диспансер в г. Верхнеудинске. Пропаганда европей -ской медицины, личной гигиены и здо рового образа жизни, санитарное про свещение и, самое главное, казавшееся бурятам чудодейственным исцеление, казалось бы, безнадежных больных вли ваниями сальварсана и препаратов вис мута возымели действие. Лечение вене -рических болезней стало действительно массовым явлением. В феврале 1928 г. «Бурят - Монгольская правда» писала, что за 3 года в Верхнеудинском венерологи ческом диспансере было зарегистриро -вано 95 870 посещений5. Эта колоссаль -ная цифра свидетельствовала об эффективности проводимой Бурнаркомздравом кампании.

Еще одной причиной эффективности кампании по борьбе с социальными болезнями был прагматизм большевиков, опиравшихся на достижения современной рациональной науки, и связанная с этим доля гибкости и адаптивности, позволив шая им без особых проблем использовать международные научные связи, невзирая на идеологические разногласия. Многое также зависело от профессионализма советских и бурятских врачей, сумевших перенять опыт ведущих мировых специа листов в области социальных болезней.

Период 1920 х гг. с его относительной открытостью и идеалистическими зада -чами социальной модернизации «отста -лых» народов СССР позволил осуще -ствить многие амбициозные проекты и

4 Solomon S.G. Указ. соч., с. 218.

5 На борьбу с венерическими болезнями. Здоровье трудящихся — дело самих трудящихся // Бурят- Монгольская правда, 1928, 2 февр., с. 5.

заложил фундамент советской медико санитарной помощи соседним странам Азии в 1930 х гг. Можно сказать, что в этот промежуток времени идеология и внутренняя политика были больше обра щены к человеку и его проблемам, чем во все другие периоды российской исто рии. Попытка создать из бывших «мало -культурных народностей» новых людей социалистической генерации путем их окультуривания и оздоровления, несмо тря на свою идеалистическую сущность, в целом привела ко многим положитель ным результатам. Снижение заболевае мости социальными болезнями, ликви дация очага эндемического сифилиса в Бурят Монголии, построение практиче ски с нуля эффективной системы здраво охранения были маркерами социальной модернизации и гуманизации социаль ной жизни на национальной периферии.

К сожалению, этот период вскоре сме нился сталинской «революцией сверху», когда гуманистическая направленность и относительный персоноцентризм 1920 - х гг. сменился механистической безликостью индустриализации и коллективизации. Кампания по поиску идеологических ошибок и самобичевание, характерное для эпохи сталинизма, коснулось и соци альной венерологии. В свете постановле -

ний XVII партконференции В.М. Броннер пересмотрел и признал ошибочными свои гуманные взгляды в области венерологии и предложил перейти от лозунга 1928 г.: «Сифилис — не позор, а несчастье» к пониманию, что «в напряженной борьбе за новую жизнь, в борьбе за выполнение директив партии о снижении заболевае мости, в борьбе за выполнение и перевы полнение плана каждое заболевание вене рической болезнью должно быть осознано заболевшим как вредящее этой борьбе»1. Бывший «социальный бич» превратился в социальную стигму, упоминания о про блеме социальных болезней постепенно исчезли из общественного и даже науч ного дискурса, а участники международ ного медицинского сотрудничества либо сгинули в ГУЛАГе, либо десятилетиями боялись рассказывать о своей работе в 1920 - х гг. Именно поэтому столь яркий эпизод в истории социальной модерни -зации Бурятии долгие годы не попадал в поле зрения исследователей и по новому раскрывается только сейчас, почти столе тие спустя.

1 Мавров Г.И. История венерологии. Венерология в России и СССР в XX веке // Дерматологія та венерологія, 2009, № 3(45), с. 87.