Классификация диалога в триаде с молчащим наблюдателем

ЯЗЫК И ЯЗЫКОВАЯ ЛИЧНОСТЬ

УДК 81'316.772.2

В.Н. Бабаян*

Классификация диалога в триаде с молчащим наблюдателем

В работе изучены особенности диалога в присутствии молчащего наблюдателя (МН), дана классификация диалога в триаде с МН, в основу которой положены различные лингво-социально-психологические признаки, выявляющие роль МН в образуемом им триадном диалоге.

The work is devoted to the study of a silent third person's (bystander's) influence on a two-person talk, the classification of a triadic dialogue with a significant role of a silent third person based on different linguistic and socio-psychological aspects.

Ключевые слова: молчащий наблюдатель, диалог, классификация, триада, молчание, активные и пассивные члены триады.

Key words: silent third person (bystander), two-person talk, classification, a triad, silence, Active and passive members of a triad.

Диалог является своеобразным связным текстом, автором которого становятся все его участники: как активные - собеседники, так и пассивные - молчащий наблюдатель (МН). Диалогическая речь представляет важнейшую форму языкового общения и часто происходит в присутствии мН. Хотя МН может и не принимать прямого участия при двустороннем речевом обмене, он так или иначе оказывает на него влияние, создавая своим присутствием особую речевую ситуацию, т. е. превращает диаду (адресант и адресат) в триаду (адресант, адресат и МН).

Взаимоотношения членов такой триады могут быть чрезвычайно разнообразными и определяться динамикой раскрытия тезаурусов активных членов триады (АЧТ) и их адресованности/неадресованности к МН. Классифицировать диалог в триаде можно по лингвосоциально -психологическому портрету как самих АЧТ, так и МН, некоммуниканта:

• 1) по полу (гендерному признаку) - двое мужчин говорят при женщине/ мужчине, две женщины беседуют при мужчине; две сту-

* Бабаян Владимир Николаевич, кандидат филологических наук, доцент, институт лингвистики и массовой коммуникации Международного университета бизнеса и новых технологий (Ярославль); vladimirbabayan@rambler.ru

дентки при студенте/ студентке, юноша и девушка при юноше/ девушке и т. д. По голосу и интонации можно определить, кто говорит - мужчина или женщина. Существуют также лексические особенности мужской и женской речи, но, как отмечают исследователи, они для европейских языков не столь очевидны. Известно, что женщины чаще выбирают формы с уменьшительно-ласкательными суффиксами, строят оценочные и эмоционально-экспрессивные вы -сказывания; их речь мягче, они реже используют грубые выражения и т. д. Причем двое мужчин неодинаково будут говорить в присутст -вии мужчины/ женщины на определенные темы, в присутствии последней возможна полная/ частичная смена темы разговора;

• 2) по возрасту - два молодых человека говорят в присутствии пожилого мужчины или женщины, двое взрослых при ребенке и т. д. Известно, что признак возраста делит общество на детей, молодежь, среднее и старшее поколение. Речь ребенка не так трудно отличить от речи взрослого. Что касается речи молодежи, то следует подчеркнуть, что в своей среде, друг с другом они общаются сравнительно раскованно, непринужденно, они чаще всего даже к незнакомым, естественно, сверстникам, обращаются на «ты». В их речи преобладают жаргонные слова и обороты, чем они выражают свое желание отделиться от остальных людей. Вcего этого, очевидно, нельзя сказать о старшем поколении. Оно, по сравнению с молодежью, более консервативно, не склонно к языковым новациям и даже негативно относится к таковым. А молодому поколению их речь порой кажется смешной. Разумеется, АЧТ будут говорить неодинаково в присутствии людей различного возраста. Возраст МН вынуждает их так или иначе модифицировать свой стиль общения, полностью или частично тему разговора. Вместе с тем, присутствие МН может оказаться вполне уместным, когда МН оказывается поддержкой данного коммуникативного акта;

• 3) по месту жительства и национальности (географическому признаку) - двое русских при еврее, два кавказца при русском и т. д. По речи можно определить, иностранец ли человек, а иногда и его национальность или регион, откуда говорящий приехал. Можно иногда определить местность, из которой происходит человек (специфические особенности произношения, отдельные лексические единицы и выражения и др.). Региональные особенности произношения дают представление о том, где человек родился или где прошла большая часть его жизни [4: 44]. Кроме того, в разных регионах одной страны АЧТ и МН могут вести себя по-разному в одинаковой ситуации общения, в соответствии со своими нормами, правилами и принципами. Два коммуниканта (кавказца) при появлении третьего лица (русского) могут продолжать разговор, если они говорят на родном языке, или же вообще переключиться на родной язык, если общение велось на русском;

• 4) по образовательному, профессиональному и культурному признаку - два филолога при рабочем и т. д. По этому признаку все люди делятся на носителей литературного языка и просторечия. Культурный и образовательный уровень человека всегда коррелирует с культурой его речевого поведения. Выбор слов, произношение, грамматическая правильность и другие характеристики речи свидетельствуют с известной степенью вероятности об образовательном уровне и роде занятий говорящего, т. е. о его принадлежности к определенному социальному слою. Передвижение человека от одной культурной среды к другой сопровождается соответствующей корректировкой его речи. Как отмечает Е.А. Маймескул, несоответствие этому правилу, часто наблюдающееся в реальной жизни, имеет тенденцию к саморазоблачению. Назвать человека культурным могут только окружающие его люди, каждый раз исходя из собственного представления. Поэтому, как отмечает исследователь, бытующая культура есть понятие относительное, находящееся в определенном отношении к идеальному понятию «культурной нормы», в разной степени доступному отдельным индивидам. Последнее корреспондирует с понятием «языковой нормы». «Языковая норма» подразумевает ряд критериев, соответствие которым маркирует культурного человека: широкий лексический запас, усложненный синтаксис, а также владение формулами речевого этикета и вежливости [2: 28]. Так, два образованных, культурных человека в присутствии менее образованного, в зависимости от их отношения к последнему, будут по-разному вести разговор;

• 5) по месту ведения разговора - общественный транспорт, магазин, семья, в гостях, учебное заведение, референтная группа и т. д. В соответствии с конкретным местом речь АЧТ будет адекватно подвергаться модификации. Очевидно, что профессионализмы в речи скорее используются на работе, чем в семье. В общественном транспорте не всегда, а то и вообще не будет уместным говорить на темы, являющиеся вполне нормальными дома в кругу семьи и т. д.;

• 6) по степени известности /знакомства - хорошо известные друг другу АЧТ в присутствии неизвестного человека; два друга говорят в присутствии приятеля одного из них и др. Различают следующие градации данного признака (знакомства): близость, дружеское знакомство, поверхностное знакомство, отсутствие знакомства, т. е. «нулевая степень известности». Здесь следует заметить, что чем менее известны общающиеся друг другу, тем более вероятно общение в строгих статусно определенных рамках представительства; по родственным связям - родители говорят при ребенке, два брата беседуют при сестре или младшем брате и т. д. Два брата неодинаково будут говорить на определенные темы в присутствии младшего брата/ сестры и кого-нибудь из взрослых;

• 7) по социальным связям (статусно-ролевому признаку) -преподаватель со студентом при студенческой группе, начальник подчиненным при рабочих и т. д. Социальная роль требует определенного стиля речи. Даже при хорошо понятых словах, грамматически правильном построении фразы необходимо подбирать уместный в конкретной ситуации и по отношению к конкретному партнеру по коммуникации стиль общения, естественно, с учетом присутствующих. Так, речь учителя и родителя в присутствии мол -чащего учащегося (МН) будет подвергаться соответствующим изменениям, зависящим от цели АЧТ, т. е. взрослых и т. д. Отметим, что рассматриваемые сферы общения являются сферами с заранее заданными характеристиками речи статусно неравноправных партнеров (общение учителя и учеников на уроке). В речи учителя выделяются различные сигналы управления совместной деятельно -стью учащихся: привлечение внимания (а теперь послушайте, не надо говорить); контроль (вы можете что-нибудь сказать об этом?); контроль понимания (вам понятно, Петр?); резюмирование (итак, то, что я пытаюсь до вас донести); дефинирование («incamate» означает «во плоти»); направление изложения (теперь мы подходим к цели); корректировка (у ч и т е л ь: Дэвид, что значит слово «paramount»? У ч и т е л ь. Да, более того, крайне важный); выделение тем (так, это ещё одна важная тема) (цит. по [1: 2]);

• 8) по ситуационной (пространственно-временной) характеристике речи - двое АЧТ говорят, находясь рядом друг с другом в присутствии МН, либо два АЧТ говорят, например, по телефону, а МН находится рядом с одним из них, а может и каждый из общающихся вести разговор по телефону в присутствии своего МН, о присутствии которого визави (не)догадывается и соответственно (не)меняет тему разговора, переключается на другой язык, вообще прерывает беседу или же АЧТ продолжают разговор.

Говоря о многообразии отношений, возможных между двумя и более людьми, следует иметь в виду, что оно не бесконечно. По мнению О. Розенштока-Хюсси, возможны следующие типы комбинаций или чистых форм этих отношений:

• говорящий и слушающий единодушны, настроены на общий лад. Они соглашаются между собой.

• говорящий и слушающий «сомнительны» друг для друга, разобщены и настроены по-разному. Друг другу они чужие.

• говорящий зависит от слушающего, ожидая от него каких-то действий в ответ на свои слова.

• слушающий зависит от говорящего, поскольку говорящий уже совершил какое-то действие [3: 124].

Следует согласиться с точкой зрения Е.Ф. Тарасова, который считает, что информативные средства общения можно определить как знаки-признаки эмоционального состояния, коммуникативную деятельность, которая, естественно, может передаваться и треть-

ему лицу именно в виде знаков-признаков [5: 93]. Таким образом, если тезаурус АЧТ выглядит для них самих как знаки, для МН он же представляет собой признаки. При такой расстановке динамика те -заурусов АЧТ будет разной, а отдельные признаки получат возмож -ность разной интерпретации. Взрослому, наблюдающему за беседой двух подростков, может показаться, что обмена информацией вообще не происходит, и все общение носит исключительно фатический характер. У пассивного наблюдателя может даже соз -даться впечатление, что перед ним и вовсе не общение, а какой-то иной процесс [6: 41].

Итак, в основу классификации триад могут быть положены раз -личные признаки, учет которых и способствует выявлению роли МН как в различных типах триад, так и в каждом отдельном диалоге, иллюстрирующем характерные особенности перечисленных моделей двустороннего речевого обмена в присутствии МН.

Список литературы

1. Карасик В.И. Язык социального статуса. - М.: Гнозис, 2002.

2. Маймескул Е.А. Речевой этикет и его место в языке и культуре // РЖ. -1995. - № 4. - С. 28.

3. Розеншток-Хюсси О. Речь и действительность. - М.: Лабиринт, 1994.

4. Стернин И.А. Введение в речевое воздействие. - Воронеж, 2001.

5. Тарасов Е.Ф. Место речевого общения в коммуникативном акте // Национально-культурная специфика речевого поведения. - М.: Наука, 1977. -С. 67-95.

6. Ditmann A.T. Interpersonal Messages of Emotion. - NY Springer Publishing Co, Inc., 1972.

УДК 81'316.772.2

В.Н. Бабаян*

Молчащий наблюдатель и молчание в диалоге

В работе изучены особенности диалога в присутствии молчащего наблюдателя (МН), дана классификация диалога в триаде с МН, в основу которой положены различные лингвосоциально-психологические признаки, выявляющие роль МН в образуемом им триадном диалоге.

The work is devoted to the study of a silent third person's (bystander's) influence on a two-person talk, the classification of a triadic dialogue with a significant role of a silent third person based on different linguistic and socio-psychological aspects.

* Бабаян Владимир Николаевич, кандидат филологических наук, доцент, институт лингвистики и массовой коммуникации Международного университета бизнеса и новых технологий (Ярославль); vladimirbabayan@rambler.ru