Жизнь оставила отпечатки

Продолжается фестиваль «Мода и стиль в фотографии»: в Мультимедиа Арт Музее при поддержке MasterCard показывают захватывающую фотохронику модного Нью-Йорка конца 1960-х — начала 1990-х годов, снятую легендарным стрит-фотографом и журналистом Биллом Каннингемом. Рассказывает Игорь Гребельников.

Глядя на снимки Билла Каннингема (1929–2016), даже не скажешь, что раньше было лучше — настолько все раньше было по-другому. А уж представить сегодня на улицах или в закулисье модных показов те раскрепощенность и радость жизни, которыми сквозит каждый теперь уже бесценный кадр этой выставки, просто невозможно. И дело не только в медицинских масках. Тут многое, конечно, в глазах смотрящего — в великом фотографе, скромном трудяге, вечном внештатнике, который и в восемьдесят с лишним лет исправно выбирался на велосипеде, одетый в простенькую синюю куртку, снимать на улицах Манхэттена. На излюбленном перекрестке Пятой авеню и 57-й улицы, у входов на показы и светские вечеринки, да где угодно он фотографировал то, что казалось ему красивым, интересным, современным и важным,— модно одетых людей. При этом не фокусировался на знаменитостях, многих даже не знал в лицо. Так, например, вышло с великой затворницей Гретой Гарбо. Но пожилая женщина в вязаной шапочке и темных очках все же неслучайно попала в кадр: позже, когда ее опознали редакторы The New York Times, репортер признался, что дама привлекла его элегантно сидящим на ней норковым пальто.

Московская выставка объединяет фотографии, сделанные в разные годы, но все они будто бы на одном дыхании, на одной волне с теми, кто перед объективом,— очень знаменитыми, успешными или совершенно безвестными, но модно или броско одетыми прохожими, готовыми тут же откликнуться на призыв фотографа улыбнуться, принять позу. Еще юная, но уже заместитель главного редактора журнала Harpers & Queen Анна Винтур — целеустремленная девушка с ручкой и блокнотом. Мы встретим ее в экспозиции еще не раз — уже главным редактором главного модного журнала, но даже без тени чопорности, смеющейся, демонстрирующей отличную фигуру в самых модных нарядах. Королева Studio 54, яркая певица Грейс Джонс, а на фото рядом — безвестная гостья клуба, не менее уверенная в себе, чем темнокожая дива: девушка в мини-платье, вольно раздвинув ноги в колготках в сеточку, записывает что-то в блокнотик. Целая галерея каких-то пожилых модниц у витрин, и тут же дерзко одетая богема с улиц. И признанные звезды Барбра Страйзанд, Лайза Миннелли, Михаил Барышников, Элизабет Тейлор, Дэвид Боуи, и представители альтернативной культуры Кит Харинг, Бой Джордж, Клаус Номи, и главные фешен-дизайнеры тех лет Версаче, Лагерфельд, Сен-Лоран, и тогда еще просто эксцентричный магнат Дональд Трамп с женой Иваной и дочерью Иванкой — и все в приподнятом настроении, в неформальных ситуациях. Чувство нескончаемого праздника жизни, кажется, никогда не оставляло Каннингема и, безусловно, заражало всех вокруг, читателей его хлестких колонок и репортажей с его же фотографиями. Ничто в нем не изменили ни мода последних лет (какая уж тут элегантность?), ни интернет и соцсети — все то же любопытство и восторг перед людьми, своим видом будто бросающими вызов переменчивым обстоятельствам.

«В моде есть лишь одно правило, о котором не стоит забывать ни клиентам, ни дизайнерам,— рассуждал Каннингем в блистательно написанной автобиографии "Модное восхождение", изданной у нас два года назад.— Когда вам начнет казаться, что вы все знаете и уловили дух времени, в ту самую секунду забудьте обо всем, чему вы научились, переверните это с ног на голову, найдите новое применение старой формуле. Мода живет и дышит постоянными переменами». Когда в 2016 году, на 88-м году жизни, Каннингем умер, горевали не только на страницах модных журналов — собирали петицию о переименовании того угла Пятой авеню в перекресток его имени. Но лучшим памятником фотографу и фешен-энтузиасту стали его снимки. Когда-то он создавал вычурные шляпки и мечтал «сделать мир счастливее, одевая женщин так, чтобы те вдохновляли самих себя и всех, кто их видел <…> боже, каким же я был идеалистом! <...> ведь женщины использовали моду, чтобы произвести впечатление на подруг, подняться по социальной лестнице и еще бог знает для каких целей, но никак не для чистого удовольствия». Вдохновляющую энергию и любовь ему удалось передать в фотографиях, которые тем удивительнее, чем беспокойнее наступают времена.