Психические особенности больных алкоголизмом и наркоманией

ПСИХОЛОГИЯ ЗДОРОВЬЯ

УДК 159.938.363.6

Г. В. Мухаметзянова, А. Н. Грязное

Психические особенности больных алкоголизмом и наркоманией

Статья посвящена изучению индивидуально-личностных характеристик лиц, страдающих различными видами зависимостей. Рассмотрены аддитивные показатели (риск наркотизации и алкоголизации) в группе здоровых и наркозависимых людей.

The article issues psychical characteristics of people with different addictions. Additive indicates (such as risks of alcohol and drug addictions) are studded in a group of healthy people and in a group of people with drug addiction.

Ключевые слова: алкоголизм, наркомания, поведенческие реакции.

Key words: alcohol addiction, drug addiction, behavior reactions.

Актуальность исследований индивидуально-личностных особенностей лиц, страдающих алкоголизмом и наркоманией возрастает в связи с возникновением проблем профессионального становления студентов, обусловленных склонностью их к аддикци-ям (ежедневно умирает 82 человека призывного возраста). Россия по употреблению наркотиков вышла на первое место (Б. Грызлов, 2009). Число больных алкоголизмом и наркоманией в России столь велико, что значительная часть работоспособного населения оказывается вне активной социальной жизни. Кроме того, известно, что существенную роль в реализации аддиктивных свойств личности играют генетические факторы. Все это чревато деградацией общества и его генофонда, что представляет угрозу безопасности страны. Тема исследования представляется не только актуальной, но и весьма значимой в свете катастрофической ситуации, сложившейся сегодня в российском обществе. Решение данной проблемы связа-

но с необходимостью преодоления противоречия между потребностью общества в эффективных моделях социально-психологической коррекции и реабилитации аддиктивных личностей и отсутствием целостного, системного подхода к проблемам алкоголизма и наркомании в современной психологической практике.

Исходным в нашей работе является тезис о ведущей роли и детерминирующем влиянии макро- и микросоциальных факторов в формировании аддиктивной личности, поддерживании зависимого поведения и создании условий для преодоления последствий многолетней зависимости.

Выборку исследования составили 196 человек: 128 наркозависимых в период ремиссии, 38 лиц, страдающих алкоголизмом, и 30 здоровых испытуемых, не страдающих ни наркотической, ни алкогольной зависимостью. Для определения аддиктивных особенностей личности использовался тест В.Д. Менделевича «Склонность к зависимому поведению» [8], для изучения личностных характеристик - «Стандартный многофакторный метод исследования личности» (адаптирован Л.Н. Собчик). Результаты первичной статистической обработки отражены в табл. 1, 2.

Первичный анализ данных показывает, что в выборке наркозависимых по сравнению с контрольной группой и группой алкоголиков достоверно выше значения по седьмой шкале (тревожности), превышены нормативные значения по восьмой шкале (индивидуа-листичности) и отличаются в сторону превышения от здоровых испытуемых и лиц с алкогольной зависимостью значения по девятой шкале (оптимистичности).

Наиболее ярко по данным СМИЛ в группе наркозависимых был представлен параметр индивидуалистичность (аутизация). В тех случаях, где даже незначительные фрустрации ведут к возникновению тревоги и выраженных отрицательных эмоций, компенсация достигается за счет аутизации и дистанцирования, т. е. тенденции к уходу из окружающей среды во внутренний мир и соблюдению «психической дистанции» между собой и окружением.

Таблица 1

Выборочные значения по шкалам СМИЛ

Группы испытуемых и Наркоза- Алкозави- Здоровые ^критерий

личностные висимые симые испытуе- Стьюдента

характеристики (шкалы) мые (в сравнении

М а М а М а со здоровыми)

Лжи (^ 0 0 0 0 0 0 -

Достоверности 5,9 2,8 6,8 2,9 6,0 2,2 -0,21

Коррекции

С Сверхконторля

Пессимистичности 8,7 3,2 9,8 3,4 8,6 2,7 0,17

М

И Эмоциональной лабильности

Л Импульсивности

Ригидности

Тревожности

Индивидуали-стичности

Оптимистичности 8,0 1,9 7,2 1,5 7,2 1,7 2,3**

80 п

70 60 50 40 30 20 10 0

г/

^ ¿Р ^

ч*

^ .У # ^ Ж

Г ^ ^

¿г

г ж

Г У /" у * *

о

чр

Рис. 1. Личностные профили испытуемых

Поведенческие реакции отражают такие особенности личности и межличностных отношений наркозависимых, как изоляцию в результате нарушения социальных контактов и дисфункциональности семейных связей, отсутствие глубоких интересов, внутреннюю напряженность и неудовлетворенность ситуацией, своеобразное и не всегда адекватное восприятие реальности. Для наркозависимых характерно снижение способности к интуитивному пониманию окружающих и рефлексии, проигрыванию иных социальных ролей. В связи с этим поведение таких лиц может выглядеть своеобразным, эксцентричным или надменным, лишенным естественной эмоциональной окраски, наблюдается недостаточная адекватность эмоционального реагирования. Вместе с тем им свойственны неудовлетворенность ситуацией и ранимость, которые ослабляются аутизацией и дистанцированием, выполняющими функции механизмов психологической защиты.

Перечисленные черты наркозависимых, как правило, сопровождаются коммуникативными трудностями, которые выступают и в невербальных, и в вербальных контактах. Склонность к неопределенным и расплывчатым формулировкам в значительной мере связана с тем, что вторжение социальных стимулов во внутренний мир у лиц рассматриваемого типа могут выступать как источник тревоги, напряженности, длительных отрицательных эмоций. Нарушение социальной коммуникации может приводить к отсутствию четкого представления о том, как необходимо вести себя в той или иной си -туации, чего именно ожидают окружающие. Затрудненность повседневных контактов приводит к еще большему увеличению изоляции, поскольку ситуации, требующие таких контактов, порождают или усиливают ощущение внутренней напряженности. Дистанцирован-ность, отчужденность приводят к тому, что наркозависимые испытывают затруднения в реальной оценке ситуации и общей картины мира. Они нередко ощущают свою отчужденность, неспособность стать членом группы, к которой они принадлежат формально.

Стремление ликвидировать свою отгороженность и неспособность преодолеть коммуникативные затруднения порождает амбивалентность в отношениях с людьми, связанную с ожиданием внимания со стороны окружающих и боязнью отвержения с их сто -роны. В результате такие люди проявляют к окружающим то чрезмерное дружелюбие, то неоправданную враждебность, избыточно интенсивные контакты могут сменяться внезапными разрывами. Неэффективность социальных контактов обусловливает беспокойство наркозависимых по поводу принадлежности и значимости своей личности и служит основой для закрепления аддиктивного поведения.

Будучи обеспокоенными вопросами, о месте своей личности в обществе и ее значимости, наркозависимые нередко формируют круг своих знакомств и контактов таким образом, чтобы создать своеобразную среду, в которой их значимость безоговорочно признается, и предпочитают исключать из круга своего общения людей, от которых исходит негативная и тревожная информация. Намеренность такого изменения круга общения либо вытесняется, либо хорошо рационализируется. Подобного рода поведение может вести к нарастанию десоциализации. Не ощущая себя частью общества, личности описываемого типа обычно менее связаны социальными установками и считают себя вправе принимать решения, затрагивающие межличностные отношения вне зависимости от обусловленных предшествующими контактами ожиданий. Высказывания и действия окружающих, свидетельствующие об осуждении такой позиции, наркозависимые более или менее успешно игнорируют или избегают их путем прекращения общения с лицами, осуждающими их, или, наконец, прибегают ко лжи, чтобы избежать осуждения.

В тех случаях, когда нарушение межличностных связей и нарастающая аддикция сопровождаются формированием аффективно заряженной идеи или группы идей, профиль методики многостороннего исследования личности характеризуется сочетанием пиков по шестой и восьмой шкалам. Выраженные повышения профиля по этим шкалам (особенно при отсутствии подъемов по шкалам невро -тической триады) свидетельствуют о склонности к формированию труднокорригируемых или даже некорригируемых концепций, связанных с представлением о наличии угрожающих или опасных действий окружающих. Характерна выраженная избирательность перцепции, при которой воспринимается преимущественно информация, подкрепляющая уже сформированную концепцию. Если такой отбор информации выражен настолько, что приводит к утрате контакта с реальностью, а межличностные отношения организуются на базе некорригируемых представлений, то испытуемый с описываемым типом профиля заменяет реальное общество псевдообществом, представляющим собой совокупность его собственных проекций.

При умеренной выраженности пиков профиля по шестой и восьмой шкалам (что и наблюдалось в наших исследованиях) может отмечаться только сочетание дистанцирования, отчуждения с ригидностью, стремлением возложить на окружающих вину за нарушение межличностных отношений, жизненные трудности и эмоциональные конфликты.

Незначительное повышение в выборке наркозависимых седьмой шкалы свидетельствует о конституциональной предрасположенности в сочетании с особенностями индивидуального развития к

возникновению тревожных реакций. Низкая способность дифференцировать реально значимое и малозначимое связана с тем обстоя -тельством, что при высоком уровне бодрствования, характерном для состояния тревоги, отмечается изменение нормального соотношения между значимыми сигналами и фоном. Фон утрачивает нейтральность, круг стимулов, получающих эмоциональную значимость, неограниченно расширяется. Это обусловливает недостаточную способность к концентрации внимания, сомнения и колебания при необходимости принять решение, тревогу и страхи по поводу возможных последствий. Поскольку каждый новый стимул воспринимается как потенциально угрожающий, возникает стремление держаться уже известного, проверенного, представляющегося надежным.

В своей деятельности наркозависимые руководствуются главным образом не потребностью достичь успеха, а стремлением избежать неуспеха, и поведение строится так, чтобы свести к минимуму возможность неудачи. Тревожные опасения лежат в основе ограничительного поведения, которое проявляется в отказе от деятельности в ситуациях с непредсказуемым или труднопредска -зуемым исходом и в создании системы правил, ограничивающих возможности выбора в ситуации принятия решения. Таким образом, механизм фиксации тревоги (в отличие от вытеснения) не препятствует ее осознанию, но позволяет сузить круг ситуаций, вызывающих тревогу, и выбрать поведение, обеспечивающее снижение уровня тревоги. По сравнению с контрольной группой наркозависимые склонны к навязчивому беспокойству, напряженности, нерешительности, пониженной помехоустойчивости.

Примечательно, что описанные выше черты у наркозависимых сочетаются с незначительным повышением по сравнению с контрольной группой профиля по девятой шкале (отрицание тревоги и оптимистичные тенденции). Тенденция отрицать тревогу выражается обычно отсутствием спонтанных упоминаний о каких-либо трудностях, которые могут ее вызывать, пренебрежением к трудностям, декларируемым оптимизмом.

Для наркозависимых в период ремиссии характерны оптими-стичность, общительность, активность, непринужденность в общении. Они охотно вступают в контакты и при этом производят на окружающих впечатление людей приятных, веселых, отличающихся широкими интересами и энтузиазмом, охотно высказывающих свое мнение и готовых поделиться впечатлениями.

Анализ усредненного личностного профиля наркозависимых в контексте ранее установленных особенностей ценностно-смысловой сферы и интерперсональных отношений позволяет нам сформули-

ровать основные содержательные характеристики этой специфической социальной группы (наркозависимые):

• наличие «психологической дистанции» между членами данной специфической социальной группы и окружением; наркозависимые предпочитают исключать из круга своего общения людей, от которых исходит негативная и тревожная информация;

• нарушения в сфере иных социальных контактов вне специфической группы, включая дисфункциональные семейные отношения;

• невысокая значимость для наркозависимых отношений друг с другом, дистанцированность и отчужденность внутри группы;

• неспособность стать действительным членом социальных групп, к которым они принадлежат формально, затруднения в реализации иных социальных ролей и позиций;

• специфическая социальная группа наркозависимых пред -ставляет собой своеобразную «поддерживающую» среду, в которой их значимость безоговорочно признается;

• высокий риск десоциализации, легитимность асоциальных внутригрупповых норм и установок;

• игнорирование высказываний и действий окружающих, противоречащих внутригрупповым установкам, лживость и враждебность в отношениях с представителями других социальных групп.

В усредненном личностном профиле больных алкоголизмом наблюдаются иные особенности.

Обращает на себя внимание пик профиля по шкале достоверности результатов по сравнению и со здоровыми испытуемыми, и с наркозависимыми. Этот факт может свидетельствовать как о случайном или намеренном искажении результатов исследования, так и о фрустрированности обследованных.

К недостоверному результату могут приводить изменения внимания испытуемого, но в нашем случае, вероятнее всего, повышение шкалы F в профиле алкоголиков будет связано с нонконформизмом больных алкоголизмом, обнаруживающих реакции, не характерные для нормативной группы. Учитывая одновременное повышение профиля по восьмой шкале, можно предполагать, что нарушение конформности связано со своеобразием восприятия и мышления, характерным для лиц индивидуалистического склада, испытывающих затруднения в межличностных контактах, а также с импульсивными чертами у лиц, склонных к неупорядоченному поведению или характеризующихся выраженным чувством протеста против конвенциальных норм. Однако относительно высокий уровень результата по описываемой шкале может свидетельствовать о выраженной тревожности и потребности в помощи, что также согласуется с интерпретацией профиля алкоголезависимых в целом.

Лиц, страдающих алкоголизмом, отличают от наркозависимых испытуемых и контрольной группы повышенные значения по второй и четвертой шкалам.

Вторая шкала в наибольшей мере отражает выраженность тревоги, депрессивных и пессимистичных тенденций. Тревожно-пессимистичный феномен, возникая как субъективное отражение нарушенного психовегетативного (нейровегетативного, нейрогумо-рального) равновесия, является наиболее интимным механизмом психического стресса и лежит в основе большей части психопатологических проявлений. Субъективно тревога переживается в виде ощущения неопределенной угрозы, характер и (или) время возникновения которой не поддаются предсказанию, диффузными опасениями и тревожным ожиданием. Соответственно, тревожный ряд в порядке нарастающей тяжести включает в себя следующие явле -ния: ощущение внутренней напряженности - гиперестезические реакции - собственно тревогу - страх, ощущение неотвратимости надвигающейся катастрофы - тревожно-боязливое возбуждение, что может служить весьма точным индикатором неблагополучия и угрозы.

Исследования Балини М., Боулби Дж., Винникотта Д., Поттер-Эфрана Р. [1, 2, 3, 4, 9] гуморальных коррелятов тревоги также указывают на уменьшение интенсивности тревоги по мере нарастания пессимистичности. Поскольку депрессивный синдром сопровождается снижением уровня побуждений, депрессия на психологическом уровне может рассматриваться, в частности, как устранение вызвавшей тревогу фрустрации путем снижения уровня побуждений, за счет обесценивания исходной потребности.

При смене тревоги депрессией профиль обычно снижается по девятой шкале, что и наблюдается в нашем случае, причем повышение профиля по второй шкале и глубина снижения по девятой тем больше, чем больше выражены утрата интересов, ощущение безразличия, затруднения межличностных связей, недостаток побуждения деятельности, подавленность влечений. Все эти черты легкоузнаваемы для лиц, страдающих алкоголизмом.

В межличностных отношениях алкоголики могут выглядеть как ушедшие в себя и избегающие контактов. Однако в действительности эти люди характеризуются выраженной симбиотической тенденцией. Уже одна угроза разрыва симбиотических связей может вызвать у таких лиц тревогу. Их уединенность и отгороженность могут отражать стремление избежать разочарования. В действительности они испытывают потребность привлечь и удержать внимание окружающих, дорожат их оценкой, стремятся приобрести и сохра-

нить их близость. Для них характерны реакции, сопровождающиеся чувством вины, гневом, направленным на себя, аутоагрессией.

Что касается четвертой шкалы, то лиц, страдающих алкоголизмом, отличает от контрольной группы и наркозависимых блокирование и нереализованность основных потребностей, в результате чего возрастает эмоциональное напряжение и неудовлетворенность качеством жизни. Как следствие, может возникать пренебрежение к принятым общественным нормам, моральным и этическим ценностям, установленным правилам поведения и обычаям. В зависимости от уровня активности это пренебрежение проявляется в гневных и агрессивных реакциях или выражении пассивности. Протест против принятых норм может ограничиваться семьей и ближайшим несемейным окружением, отношениями с коллегами, но может приобретать и генерализованный характер. Неспособность организовывать поведение в соответствии с устойчивыми интересами и целями делают поведение больных алкоголизмом плохо предсказуемым. С этим же обстоятельством, по-видимому, связано их неумение планировать будущие поступки и пренебрежение последствиями своих действий. Непосредственная реализация возникающих побуждений и недостаточность прогнозирования приводят к отсутствию тревоги и страха перед потенциальным наказанием.

В межличностных отношениях (даже наиболее интимных) лица с алкогольной зависимостью отличаются поверхностными и нестойкими контактами. У них редко возникает чувство глубокой привязан -ности. Они могут быть приятны в кратковременном общении, но при длительном знакомстве обычно обнаруживается ненадежность этих личностей, их склонность к дисфориям. В патологических случаях асоциальные тенденции могут проявляться в беспричинной агрессивности, лживости, сексуальной несдержанности, реализации асоциальных влечений (алкоголизм, наркомания).

Психотерапевтические и корригирующие мероприятия обычно не имеют высокой эффективности в связи с неспособностью лиц, зависимых от алкоголя, извлекать пользу из собственного негативного опыта и затруднением образования терапевтического альянса.

Сочетание повышенных значений четвертой и седьмой шкал в профиле алкоголиков объясняет трансформацию асоциальных проявлений, при которой, в отличие от наркозависимых, враждебность и протест против существующей нормы осуществляются косвенным путем и асоциальные проявления, враждебность и агрессивность касаются в основном только ближайшего окружения.

Сходным с наркозависимыми у алкоголиков оказалось сочетание черт индивидуалистичности и ригидности личности. Так же, как и наркозависимые, больные алкоголизмом имеют тенденцию к ухо-

ду из окружающей среды во внутренний мир и к соблюдению дистанции между собой и окружением, утрачивают контакт с реальностью, заменяют реальное общество псевдообществом «собутыльников». Неэффективность социальных контактов обусловливает беспокойство больных алкоголизмом по поводу принад -лежности и значимости своей личности и служит основой для поддерживания аддиктивного поведения. Дистанцирование и отчужденность сочетаются с ригидностью, стремлением возложить на окружающих вину за нарушение межличностных отношений, жизненные трудности и эмоциональные конфликты.

Анализ усредненного личностного профиля личности алкоголика позволяет нам описать и внести в прогностическую модель следующие черты специфической социальной группы алкоголезави-симых:

• вследствие подавленности и пессимистичности алкоголики в межличностных отношениях могут выглядеть как ушедшие в себя и избегающие контактов, однако в действительности они характеризуются выраженной симбиотической тенденцией: испытывают потребность привлечь и удержать внимание окружающих, дорожат их оценкой, стремятся приобрести и сохранить их близость;

• отношения специфической социальной группы алкоголезави -симых с другими социальными группами детерминированы амбивалентными тенденциями: выраженной симбиотической потребностью и асоциальными установками и поведением;

•алкоголики стремятся вернуться в общество, наладить взаимоотношения с непьющим окружением, вследствие чего их специфическая группа, несмотря на дистанцированность, все-таки пытается выстраивать связи с другими социальными группами;

•среди внутригрупповых норм может возникать пренебрежение к принятым общественным нормам, моральным и этическим ценностям, установившимся правилам поведения и обычаям;

• враждебность и протест против существующей нормы осуществляются косвенным путем, и асоциальные проявления, враждебность и агрессивность касаются в основном только ближайшего окружения;

• интерперсональные отношения внутри специфической социальной группы алкоголиков характеризуются лживостью, неискренностью, заискивающей манерой общения и стремлением членов группы снискать расположение значимых «собутыльников»;

• алкоголики стремятся повысить свой статус среди неалкоголиков и вернуть уважение представителей иных социальных групп, но понимают, что не всегда готовы взять на себя связанную с этим ответственность.

Общие с наркозависимыми личностные черты проявляются пиками по шестой и восьмой шкалам профиля СМИЛ. Мы считаем, что этот факт может обусловливать следующие совпадающие характеристики специфических социальных групп алкоголиков и наркоманов (возможно, относительно их функций для потребностей зависимой личности):

• специфические социальные группы наркозависимых и алкоголиков представляют собой своеобразную «поддерживающую» среду, в которой безоговорочно признается значимость входящих в нее членов;

• специфические социальные группы аддиктов заменяют реальное общество псевдообществом «собутыльников» и «наркоманов», удовлетворяя базовые аффилиативные потребности своих членов, тем самым нивелируя тревогу по поводу социальной изоляции и отвержения;

• наличие «психологической дистанции» между данными специфическими социальными группами и другим социальным окруже -нием;

• противоречие в той или иной степени внутригрупповых цен -ностей и стандартов общепринятым социальным нормам.

Таким образом, специфические социальные группы наркозависимых и алкоголиков в отношении основного отличительного признака социальной группы - включенности в более широкий социальный контекст [4] - характеризуются закрытостью, изолированностью и неинтегрированностью в систему общественных отношений. Различия между этими двумя специфическими группами незначительны и касаются в основном функций, которые выполняют внутригрупповые отношения в аддиктивном поведении членов группы: алкоголикам необходима компания для организации самого процесса приема алкоголя, замаскированного под общение, но после опьянения эти ценности теряют значимость и смысл. В то время как в специфической социальной группе наркозависимых отношения кратковременны и существуют только для добывания и приобрете -ния наркотического вещества; при этом отсутствует даже иллюзия общения; после употребления наркотика отношения обесцениваются, потребность в них резко снижается и может быть повторно актуализирована лишь после восстановления от наркотического опьянения с целью «достать» новую дозу.

Проанализируем аддиктивные различия алкоголиков и наркоманов в социально-психологическом контексте (табл. 2).

Как видно из табл., между выборками лиц, страдающих тем или иным видом зависимости, и контрольной группой наблюдаются устойчивые статистически достоверные различия в отношении ад-диктивных особенностей личности. Это говорит о том, что и нарко-

110

зависимые, и алкоголезависимые обладают более выраженной склонностью к зависимому поведению и более высоким риском формирования патологической зависимости по сравнению со здоровыми испытуемыми.

Таблица 2

Выборочные значения аддиктивных особенностей личности алкоголика и наркомана

Группы испытуемых и личностные характеристики Наркозависимые Алкозави-симые Здоровые испытуемые ^критерий Стьюдента

М а М а М а

Склонность к наркозависимости 117, 9 8,3 116, 1 8,5 110, 0 6,4 5,7***

Склонность к алкоголизации 108, 1 9,1 103, 6 9,4 100, 2 4,7 6,7***

С одной стороны, этот факт лишний раз подтверждает валид-ность использованной методики на контрастных группах, с другой стороны, дает возможность рассмотреть аддиктивные особенности в связи с личностными качествами. С этой целью мы провели вторичную статистическую обработку данных методом корреляционного анализа Пирсона.

риск наркотизации риск алкоголизации

наркозависимые  алкоголики  здоровые

Рис. 2. Усредненные значения аддиктивных показателей в выборках алкоголиков, наркоманов и здоровых испытуемых

В выборке наркозависимых наблюдается сильная прямая связь между склонностью к наркотизации и склонностью в алкоголизации (г=0,60; р<0,01). У алкоголиков такая связь отсутствует (г=0,05), а в контрольной группе не достигает статистически достоверных значе -ний (г=0,30).

У наркоманов не наблюдается ни одной достоверной связи ме -жду аддиктивными особенностями личности и шкалами СМИЛ. Ау-тизация оказалась наиболее выраженной в профиле наркозависимых и одновременно имеющей максимальное число прямых корреляционных связей со сверхконтролем (г=0,57; р<0,01), импульсивностью (г=0,59; р<0,01), ригидностью (г=0,50; р<0,01), тревожностью (г=0,75; р<0,001) и оптимистичностью (г=0,46; р<0,05). В связи с этим мы склонны считать индивидуалистические черты структурообразующими в системе личности наркозависимых. Тревожность, имеющая интеркорреляционные зависимости с пессимистичностью (г=0,58; р<0,01), сверхконтролем (г=0,48; р<0,05) и импульсивностью (г=0,54; р<0,01), на наш взгляд, является скорее следствием психоэмоционального и нервного истощения, нарастающего по мере прогрессирования заболевания.

Разумеется, что на основе корреляционных зависимостей неправомерно говорить о причинно-следственной направленности проявившихся связей, но логично было бы предполагать индивидуалистические черты в качестве преморбидных особенностей личности наркозависимых, а черты тревожности в структуре личности наркозависимых, вероятно, имеют статус коморбидных. Однако эта гипотеза нуждается в дополнительном исследовании, выходящем за рамки настоящей работы.

В выборке алкоголиков проявилось максимальное число интеркорреляционных связей (20) между шкалами профиля СМИЛ. Корреляционные плеяды в группе алкоголиков имеют многоядерную структуру, центральные позиции в которой занимают тревожность (7 достоверных корреляций), индивидуалистичность

(6 статистически достоверных корреляций), импульсивность (6 достоверных корреляций), эмоциональная лабильность (5 достоверных корреляций), оптимистичность (5 достоверных корреляций), пессимистичность (5 достоверных корреляций).

В контрольной группе достоверные корреляции проявились между пессимистичностью и эмоциональной лабильностью (г=0,45; р<0,05), сверхконтролем и тревожностью (г=0,45; р<0,05), тревожность и индивидуалистичностью (г=0,70; р<0,001).

Специфические социальные группы аддиктивных личностей в отношении основного отличительного признака социальной группы - включенности в более широкий социальный контекст - характери-

зуются закрытостью, изолированностью и неустроенностью в систему общественных отношений.

Специфические социальные группы аддиктов заменяют реальное общество псевдообществом «собутыльников» и «наркоманов», удовлетворяя базовые аффилиативные потребности своих членов, тем самым, нивелируя тревогу по поводу социальной изоляции и отвержения; они дистанцированы от другого социального окружения, их внутригрупповые ценности и стандарты в той или иной степени противоречат общепринятым социальным нормам.

Различия между двумя специфическими группами наркозависимых и алкоголезависимых незначительны и касаются в основном функций, которые выполняют внутригрупповые отношения в аддик-тивном поведении членов группы: алкоголикам необходима компания для организации самого процесса приема алкоголя, замаскированного под общение, в то время как в группе наркозависимых отношения кратковременны и существуют только для добывания и приобретения наркотического вещества и здесь отсутствует даже иллюзия общения.

Между выборками лиц, страдающих тем или иным видом зависимости, и контрольной группой наблюдаются устойчивые статисти -чески достоверные различия в отношении аддиктивных особенностей личности: и наркозависимые, и алкоголезависимые обладают более выраженной склонностью к зависимому поведению и более высоким риском формирования патологической зависимости по сравнению со здоровыми испытуемыми.

Поскольку у алкоголиков и наркоманов, дефицитарны исходные основания личностных изменений - потребностно-мотивационная и коммуникативная сферы, то в процессе терциарной социализации можно опираться лишь на локальные, оставшиеся сохранными личностные фрагменты: потребность в персонификации, стремление быть принятым в группе (аффилиативные потребности), ценность семейных отношений, стремление сохранить или вернуть друзей, не злоупотребляющих алкоголем, бывших и настоящих коллег, желание быть «как все другие члены общества».

Список литературы

1. Балинт М. Базисный дефект. - М.: Когито-центр, 2004. - 124 с.

2. Боулби Дж. Привязанность. - М.: Медицина, 2005. - 141 с.

3. Боулби Дж. Создание и разрушение эмоциональных связей. - М.: Медицина, 2006. - 142 с.

4. Винникотт Д. Игра и реальность. - М.: Институт гуманитарных исследований, 2002. - 288 с.

5. Донцов А.И. О понятии "группа" в социальной психологии / А.И. Донцов // Вест. Московского гос. ун-та. - Сер. 14. - Психология. - 1997. - № 4. -С. 17-25.

6. Карпов А.М. Личные и административные ресурсы для создания межведомственной системы профилактики наркоманий / А.М. Карпов, Е.Н. Гатцук, А.Т. Бешимов // Журнал наркология. - 2003. -№ 11. - С.5-7.

7. Карпов А.М. Самозащита от наркомании. Образовательно-воспитательные основы профилактики и психотерапии: 5-е изд., доп. - Казань: Татполиграф, 2002. - 52 с.

8. Менделевич В.Д. Зависимость - норма или патология? Актуальная проблема психологии на современном этапе общественного развития: сб. науч. тр. / под ред. М.Г. Рогова и В.Г. Иванова. - Казань, 2003. - 243 с.

9. Поттер-Эфран Р. Стыд, вина и алкоголизм: клиническая практика. -М.: Институт гуманитарных исследований, 2002. - 416 с.

10. Шайдукова Л.К. Гендерная наркология. - Казань: Институт истории им. Ш. Марджани АН РТ, 2007. - 287 с.

УДК 159.922.5

В. А. Аверин

Личностные особенности больных с заболеванием нижних конечностей1

Представлены результаты психологического изучения личностных особенностей больных с венозной и артериальной патологией (выборка 116 человек) в сравнении с аналогичной выборкой здоровых людей. В психологическом профиле лиц с артериальной патологией ведущим психологическим синдромом является невротический; у больных с артериальной патологией - тревожно-фобический синдром на фоне психопатических и паранойяльных тенденций. Установлены статистически значимые различия в психологических профилях больных мужчин и женщин.

Here the results are given of psychological studies of the personal peculiarities of patients with the venous and arterial pathology (116 individuals were chosen) in comparison with the analogous choice of sound people. In the psychological profile of the individuals with the arterial pathology the leading psychological syndrome was neurotic one, and in the psychological profile of the individuals with the arterial pathology it was the alarm and phobia syndrome on the background of paranoia and psychopathic tendencies. The statistically significant differences are found in the psychological profiles of men and women.

Ключевые слова: психологические особенности, венозная и артериальная патология, психологический профиль, синдром.

Key words: psychological particularities, venous and arterial pathology, psychological profile, syndrome.

1 Эмпирический материал по программе, разработанной автором, собран сотрудником СПб. научно-исследовательского института переливания крови к.м.н. Шепиловым В.В.