Проблемы войны и мира на страницах журнала "Вестник Европы" в 1898-1899 гг. (по материалам Л. З. Сломнимского)

УДК 930.1

Н. И. Николаев

ПРОБЛЕМЫ ВОЙНЫ И МИРА НА СТРАНИЦАХ ЖУРНАЛА «ВЕСТНИК ЕВРОПЫ» В 1898-1899 гг.

В статье проанализированы взгляды ведущих авторов журнала «Вестник Европы» на Гаагскую мирную конференцию 1899 г., ставшую важным событием в развитии международного права и способствовавшую росту миротворческих настроений в российском обществе. Кроме того, выявлена точка зрения редакции на важнейшие общественно-политические проблемы, обсуждение которых было актуализировано российской мирной инициативой. К числу таких вопросов, рассмотренных на страницах журнала осенью 1898-ле-том 1899 гг. относились: борьба с милитаризмом, достижение вечного мира, ограничение вооружений и военных бюджетов, кодификация гуманитар-

ного права и создание третейского суда. Показана благожелательная реакция «Вестника Европы» на предложение российского правительства созвать мирную конференцию, отмечен сдержанный оптимизм относительно ее возможных результатов и констатировано позитивное отношение к итогам. Сделан вывод о том, что позиция журнала была продиктована прежде всего его либеральной идеологией, ориентированной на «государственный пацифизм» и миролюбивую внешнюю политику, столь необходимую для проведения назревших внутренних преобразований.

Ключевые слова: конференция, милитаризм, разоружение, третейский суд, гуманитарное право.

N. Yu. Nikolaev

THE PROBLEMS OF WAR AND PEACE ON THE PAGES OF «VESTNIK EVROPY»

The article deals with the analysis of the key authors' views of the Herald of Europe Magazine on the Hague Peace Conference of 1899 which became an important event in the international law and favored the public peacemaking mood development. Besides, the performed analysis brings out the viewpoint of the editorial staff on the most important social and political problems discussed on Russian peace initiative. The problems, which were raised on the pages of the magazine from autumn/summer season 1898-1899, included such topics as the struggle against militarism, the everlasting peace achievement, the armament and military budget limitation, the humanitarian

law codification and the arbitration formation. The paper shows a good reaction of «the Herald of Europe Magazine» toward the Russian government proposal to convene a peace conference, observes restrained optimism toward its possible results and states positive attitude to the results. The conclusion made in the article is following: the position of the magazine was dictated first of all by its liberal ideology oriented to «state pacifism» and peaceful foreign policy which is very important for implementing burning domestic reforms.

Key words: conference, militarism, disarmament, arbitration, humanitarian law.

Гаагская мирная конференция 1899 г. стала мощным стимулом для активизации в России общественно-политической дискуссии по проблемам войны и мира. Безусловно, в центре обсуждения находился преимущественно сам мирный форум. Однако, российская инициатива уменьшения вооружений и военных бюджетов стала поводом для постановки вопросов

миротворчества в более категоричной и масштабной, чем прежде, форме.

В историографии анализ реакции российской общественности на предложение провести мирную конференцию, а также на ход и результаты ее работы представлен недостаточно. Кроме того, предметом исследования выступали преимущественно газеты [13, с.114-

129]. В связи с этим немалый интерес для исследователей представляет изучение позиции литературно-политических ежемесячников, на страницах которых идея созыва мирной конференции вызвала оживленную дискуссию. Бесспорно, «толстые» журналы были достаточно медлительны в освещении общественно значимых событий. Однако, уступая в оперативности газетам, они с лихвой компенсировали это глубиной анализа затрагиваемых проблем.

Старейшим и авторитетнейшим российским журналом конца XIX в. являлся «Вестник Европы». Стоявший на умеренно-либеральных позициях, он пользовался популярностью среди земской интеллигенции, чиновничества, буржуазии и университетской профессуры [12, с. 369-373]. Следует отметить, что вопросы миротворчества традиционно находились в поле зрения редакции «Вестника Европы». Ведущие журналисты издания (Л. А. Полонский, Л. З. Слонимский и др.) неоднократно указывали на опасность повсеместного роста милитаризма, призывая великие державы отказаться от агрессивной внешней политики [2, с. 820823; 16, с. 392-396; 20, с. 783-801].

12 (24) августа 1898 г. всем аккредитованным в Санкт-Петербурге иностранным дипломатам министр иностранных дел М. Н. Муравьев вручил циркулярную ноту. В ней российское правительство предлагало созвать международную конференцию для обсуждения вопросов, связанных с сокращением вооружений и военных ассигнований [1, л. 21-23].

«Вестник Европы» оперативно откликнулся на августовский циркуляр. Уже в сентябрьском номере журнала в разделе «Иностранное обозрение» была представлена позиция редакции на российскую мирную инициативу. Постоянный автор раздела «Иностранное обозрение» Л. З. Слонимский безоговорочно поддержал миролюбивые устремления правительства, указав на несостоятельность существующей «системы вооруженного мира». Внешнеполитическая стабильность Европы достигается путем бессмысленных трат колоссальных интеллектуальных и финансовых ресурсов на «военные усовершенствования и улучшения». В этих условиях надеяться на устойчивый и долговременный мир для Европы нет оснований.

Важным фактором, способным обеспечить благожелательное отношение иностранных правительств, по мнению Л. З. Слонимского, стало российское «происхождение» августовского циркуляра. Ни одна из великих европейских держав, убеждал читателей публицист, «не могла бы в настоящее время сделать по-

добное предложение без серьезных для себя неудобств». Германию заподозрили бы в желании зафиксировать существующий «status quo» в эльзас-лотарингском вопросе. Францию, напротив, в попытке подвергнуть ревизии результаты Франкфуртского мира. Наконец, Англию уличили бы в старании утвердить за собой монопольное положение «владычицы морей», заставив другие государства сократить свои военно-морские силы. Россия же, не стремящаяся к внешней экспансии, сохранившая дружеские отношения с Берлином и связанная союзническими обязательствами с Францией, в наибольшей степени подходила на роль инициатора созыва конференции по разоружению.

В то же время Слонимский считал, что едва ли следует ждать каких-либо серьезных успехов на предстоящем форуме. Причиной вероятной неудачи мирной инициативы станет нерешенность главной политической проблемы Европы - спора об Эльзасе и Лотарингии. До тех пор пока не будет урегулирован этот вопрос, утверждал публицист, «не может быть и речи о прочном и действительном облегчении непосильных тягостей вооруженного мира» [3, с. 380-384].

В октябре 1898 г. на страницах «Вестника Европы» появилась объемная рецензия Л. З. Слонимского на книгу известного промышленника и пацифиста И. С. Блиоха «Будущая война в техническом, экономическом и политическом отношениях». Укажем, что ряд современников считали Блиоха «крестным отцом» мирной конференции в Гааге [11, с. 310; 21, p. 71-74]. Обсуждение этого объемного сочинения стало для Слонимского поводом вновь обратиться к обсуждению «дипломатической ноты 12 августа». Оценивая значение российской мирной инициативы, он отмечал, что она «ясно поставила вопрос, но не предлагала способов к его разрешению». По мнению публициста, прежде чем приступить к ограничению вооружений, необходимо искоренить вражду и недоверие в отношениях между державами, а достичь это возможно лишь при уничтожении религиозной и этнической розни внутри самих государств. Первоначально следует создать предпосылки для внутреннего преобразования, привести внешнюю политику в соответствие с нормами христианской морали, изменить традиционное восприятие многих явлений общественной жизни, в конечном счете, трансформировать человеческую природу [15, с. 778-780].

Однако упреки правительству в отсутствии ясных способов решения проблемы милитаризма, на наш взгляд, вполне можно предъ-

явить и автору «Иностранного обозрения». «Рецептура» ограничения роста вооружений, предложенная Л. З. Слонимским, по сути, представляет собой набор тривиальных, эмоционально окрашенных рассуждений. Едва ли эффективными мерами борьбы с милитаризмом можно считать авторские призывы к внутреннему нравственному «преобразованию», изменению «чувств, традиций и стремлений» согласно этическим нормам христианства. Очевидным идеализмом грешили и геополитические прогнозы публициста. Описание тягот непрерывного роста вооружений парадоксальным образом сочеталось у Л. З. Слонимского с убежденностью «в немыслимость войны между великими державами Европы». Аподиктическое суждение публициста опиралось на якобы возрастающую политическую и культурную зрелость европейских народов, а также их экономическую взаимозависимость.

Упрощенным представляется и анализ Л. З. Слонимским природы современного ему милитаризма. Констатируя рост вооружений, журналист фактически игнорировал сложный комплекс факторов его порождавших. Для него милитаризм - это «вещь в себе», нечто автономное по отношению к социальной, политической и культурной жизни Европы. «Вооружения превратились в самостоятельное специальное дело, - утверждал автор, - разрастаясь и усиливаясь с ужасающей последовательностью, независимо от военных планов и предприятий; средство само стало целью, как часто бывает в человеческой истории» [15, с.781 - 782].

В ноябрьском номере «Вестника Европы» американский корреспондент журнала П. А. Дементьев, писавший под псевдонимом П. А. Тверской, проанализировал результаты завершившейся испано-американской войны. Он указал на возможную опасность расширения конфликта и вовлечения в него ведущих европейских держав. В этих условиях предложенное Россией разоружение Дементьев находил несвоевременным и скорее всего малоуспешным [17, с.378 - 379]. В мае 1899 г. публицист вновь вернулся к теме прошедшей войны, рассмотрев ее в контексте изменившейся внешней политики США. По его мнению, экспансионистский курс, взятый администрацией президента У. Мак-Кинли возможен лишь при соответствующем расширении «военных и морских сил» [18, с.257 - 276]. И хотя, начавшая свою работу Гаагская мирная конференция напрямую в статье не упоминалась, идейный посыл автора читателям был ясен. В условиях агрессивной внешней политики великих держав и развязан-

ной ими гонки вооружений, надеяться на положительные результаты предстоящего первого конгресса мира не приходилось.

Фашодский кризис, серьезно обостривший англо-французские отношения, вновь продемонстрировал хрупкость и неустойчивость мира в Европе. Л. З. Слонимский с горечью отмечал нежелание лидеров великих держав, прежде всего Великобритании, действовать в русле российской мирной инициативы. В то же время вне критики публициста оставались колониальные захваты европейских стран, ставшие непосредственной причиной столкновения у Фашоды и, бесспорно, провоцировавшие гонку вооружений. Им осуждались лишь агрессивные формы колониализма, приводящие к военным конфликтам или способные таковые вызвать. Напротив, мирные, «культурные» захваты почитались Слонимским как самые «прочные и законные» [4, с. 778-787].

Подводя внешнеполитические итоги 1898 г., Л. З. Слонимский обращал внимание читателей главным образом на сочувственное отношение иностранных правительств и общественности к августовскому циркуляру. Вместе с тем, он указывал на антиномичность общественно-политической реакции. Поддержка и симпатия к общим идеям российской мирной инициативы, по мнению публициста, сочеталось с «полным отрицанием их на практике» [5, с. 384].

30 декабря 1899 г. (11 января 1899 г.) иностранным послам был вручен новый циркуляр, который содержал уже конкретные положения программы предстоящей мирной конференции [19, с.1-2].

В февральском номере «Вестника Европы» Л. З. Слонимский подробно проанализировал новую дипломатическую ноту российского правительства. По его мнению, декабрьский документ представлял собой логическое продолжение идей, заложенных в августовской ноте. В то же время он весьма сдержанно оценил перспективы возможной реализации предложенной Россией программы. Публицист подчеркивал наличие у каждой из великих держав своих собственных военно-политических интересов. Желание их отстоять на предстоящем первом «парламенте мира» привело бы к неизбежному конфликту, что перечеркнуло бы все миролюбивые устремления российской дипломатии. Так, например, Великобритания, имеющая мощный надводный флот, не имела бы ничего против запрещения подводных лодок, что, естественно, не устроило бы другие страны. Германия, добившаяся количественного превосходства своей армии над соседями,

будет готова поддержать идею ограничения на известный срок численности военных соединений. Публицист предрекал закономерный конфликт интересов между могущественными в военном отношении странами и слабыми, между державами сухопутными и морскими. Сомневался Слонимский и в достижении успеха при обсуждении идеи посредничества и третейского суда. По его мнению, государство, решившее в действительности начать войну, не будет обращаться ни к какому арбитражу. В свою очередь, если «бряцанье оружием» есть лишь политический маневр, призванный испугать противника, то в таком случае стороны сами придут к согласию, не прибегая к посредническим услугам.

Впрочем, описание существующих сложностей в реализации российской миротворческой инициативы не мешало Л. З. Слонимскому убеждать читателей в величии намеченных двумя циркулярами задач. Вопреки прежнему скепсису, публицист утверждал, что «все правительства и народы отнеслись с полной симпатией к русской инициативе» [6, с. 807-815].

В апреле 1899 г. Л. З. Слонимский вновь возвращался к оценке общественно-политической реакции на российскую мирную инициативу. Несмотря на формальную поддержку правительств, обострение международной ситуации и рост националистических настроений публицист определял августовский циркуляр как «крупное явление, которому, быть может, принадлежит будущее». Обнадеживающим свидетельством того, по мнению Слонимского, сложил постоянное усиление общественной симпатии к идее созыва мирной конференции, что выразилось в многочисленных зарубежных «адресах, письмах, телеграммах» [7, с. 817-819].

Начало работы Гаагской мирной конференции было подробно разобрано Л. З. Слонимским в июньском номере «Вестника Европы». Публицист вновь указывал на широкие общественные ожидания, побуждавшие собравшихся делегатов к достижению положительных результатов. Думается, что рассмотрение Л. З. Слонимским первого парламента мира было несвободно от спорных суждений, а порой и откровенных ошибок. Например, по его мнению, в работе конференции принимало участие 24 государства. Между тем, число стран-участников мирного форума составляло 26. Преувеличивал Слонимский и общественное влияние на работу конференции. На наш взгляд, общественное мнение принималось в расчет представителями государств, лишь в той мере насколько оно соответствовало их политическим интересам.

В то же время оценка автором «Иностранного обозрения» возможных итогов конференции представляется нам достаточно взвешенной. В ней отсутствовали как чрезмерные ожидания, так и излишний скептицизм. Наибольшие успехи Л. З. Слонимский предсказывал деятельности третьей комиссии, которая изучала возможность использования в ходе военных конфликтов институтов посредничества и третейского разбирательства. (В первой комиссии, рассматривались вопросы, связанные с механизмом сокращения вооружений. Вторая комиссия занималась кодификацией гуманитарного права). Однако существующие международные отношения делали арбитраж неэффективной пристройкой к «крепкому и грозному зданию милитаризма». По этой причине главной темой обсуждения на конференции, по мнению публициста, должен стать вопрос о сокращении вооружений [8, с. 798-807].

«Иностранное обозрение» в июльском номере журнала подробно ознакомило читателей со всеми перипетиями пересмотра «дела Дрейфуса» во Франции. При этом «первый парламент мира» там даже не упоминался. И это в разгар работы мирной конференции?! Что же послужило причиной такого «невнимания»? На наш взгляд, это было связано, во-первых, с недостатком информации о политических баталиях, ведущихся в Гааге. Уже на первом заседании конференции было решено сохранять в полной тайне прения как общего собрания, так и отдельных секций и комиссий. Это решение, как считал Л. З. Слонимский, вызвало замешательство в журналистской среде, так как никто не предполагал, что придется довольствоваться краткими и сухими официальными сообщениями [8, с. 800-801]. Во-вторых, имело место общественное разочарование, вызванное провалом идеи даже незначительного сокращения вооружений и военных бюджетов. Ожидания «Вестника Европы» плодотворной деятельности от первой комиссии оказались завышенными. И хотя работа двух других комиссий принесла некоторые позитивные результаты, главные предложения августовского циркуляра оказались нереализованными.

Лишь в августе «Вестник Европы» кратко подвел итоги мирного форума. В целом Л. З. Слонимский достаточно высоко оценил достигнутые в Гааге договоренности. Прежде всего, это касалось конвенции о мирном разрешении международных споров и предпринятой кодификации гуманитарного права. Вопреки прежнему скептическому отношению к арбитражу, публицист теперь утверждал, что «обсуждение

и принятие подробно разработанного устава о третейском суде вводит совершенно новый элемент в практику международных отношений». Столь же положительно он отзывался и о разработанном «кодексе правил и обычаев войны», которые «подверглись тщательному пересмотру и вполне приспособлены к современным требованиям и условиям, равно как и к интересам сильных и малых держав». Впечатление успеха гаагских соглашений несколько портила неудача в деле ограничения вооружений. Однако и здесь Л. З. Слонимский был готов обнадежить читателей. Ведь мысль о разоружении была «высказана конференцией в принципе, в виде пожелания для будущего, а это само по себе есть уже несомненный шаг вперед, сравнительно с недавним прошлым». В заключение публицист убежденно констатировал, что «Гаагская конференция далеко не оправдала насмешливых предсказаний пессимистов, и не подлежит сомнению, что она займет почетное место в новейшей политической истории Европы» [9, с. 841-844].

Оценка «Вестником Европы» итогов прошедшего мирного форума, по нашему мнению, отличалась излишним оптимизмом. Учитывая, что накануне конференции на страницах журнала неоднократно подчеркивалась важность достижения существенных результатов именно по вопросам разоружения, оптимизм представляется не только излишним, но и парадоксальным. Объяснение этому нам видится в том, что редакция рассматривала достигнутые в Гааге результаты в контексте «теории малых дел» предполагавшей постепенное и совокупное (курсив наш - Н. Н.) давление на милитаризм со стороны правительств и общества. Либеральные деятели преподносили итоги завершившейся конференции лишь как первый шаг к решению поставленных в августовском циркуляре задач. Однако сторонники подобной позиции должны были запастись исключительным долготерпением, прощая непоследовательность государственного миротворчества, видя в милитаристской политике правительства лишь тактический маневр и веря в окончательную победу человеческого разума и гуманизма.

Стоит ли удивляться, что в сентябрьском номере журнала недавний оптимизм сменился привычным скепсисом и алармистскими ожиданиями. Рост милитаристских настроений в Германии и Франции, колониальная война США на Филиппинах, обострение отношений между Трансваалем и Великобританией вызывали закономерную обеспокоенность редакции. В условиях резко усилившейся междуна-

родной напряженности Л. З. Слонимский уже удивлялся тому относительному успеху, что удалось достичь на Гаагской конференции. «Нигде уже не думают, - с горечью писал он, -ни о применении третейского суда, ни о сокращении вооружений» [10, с. 368-371].

В октябре 1899 г. началась кровопролитная англо-бурская война, ставшая демонстративным вызовом прошедшему мирному форуму. Л. З. Слонимский откликнулся на это событие объемной статьей, в которой фактически призвал смириться с существующей практикой территориальных захватов. «В своих действиях относительно Трансвааля, - утверждал публицист, - англичане имеют за себя политическую практику, освященную веками, и было бы непоследовательно упрекать их с точки зрения традиционных понятий и обычаев, применяемых повсеместно с большей или меньшей откровенностью» [14, с. 341]. Вместе с тем он крайне негативно оценил любые попытки морального оправдания войны, стремление найти в ней прогрессивное начало. С жесткой критикой Слонимский обрушился на вышедшую незадолго до открытия Гаагской конференции брошюру профессора К. фон Штенгеля «Вечный мир» («Der ewige Fride»). В этой работе автор отстаивал идею необходимости военных конфликтов для политического, экономического, научно-технического и культурного (!?) развития народов. Аргументы Л. З. Слонимского, направленные против книги Штенгеля, полны хлесткой иронии и саркастических аллегорий. По его мнению, «нужно особое бездушное филистерство, чтобы припутывать к этим кровавым ужасам какие-то жалкие рассуждения о пользе науки и искусства, торговли и промышленности» [14, с. 345-346].

Однако едва ли справедливо искать в рассуждениях публициста радикально-пацифистские настроения. В действительности он вполне допускал в военных конфликтах определенный позитивный эффект. «Так называемые, полезные, оздоровляющие войны, - утверждал Л. З. Слонимский, - возможны..., когда нет законного способа избавиться от устарелых внутренних порядков и вывести страну из безнадежного, мертвенного застоя. Такова была для нас крымская война; она косвенно принесла нам громадную пользу, разоблачив несостоятельность системы, прикрывавшей внутреннюю гниль и бедность внешним обманчивым блеском и самодовольством» [14, с. 347].

В заключение Л. З. Слонимский в очередной раз показал себя горячим сторонником государственного миротворчества. Не пожелал

публицист увидеть в августовском циркуляре своекорыстных интересов, связанных с военно-техническим отставанием России от ведущих мировых держав. Напротив автор подчеркнул неизмеримо возросший нравственный авторитет империи, не позволивший приглашенным государствам отказаться от участия в мирной конференции. Моральная репутация России, ее культурное положение упрочились не вследствие ее политической мощи и миролюбивой внешней политики. Причиной этих благоприятных процессов Слонимский видел, прежде всего, в благотворном воздействии на Европу русской литературы, ставшей проводником «политического влияния и могущества России».

И если с восторженным описанием публицистом возможностей отечественной «soft power» согласиться можно, его описание реакции на мирную инициативу представляется, по меньшей мере, спорным. «Русский почин в деле разоружения, - писал он, - никого не удивил за границей и ни в ком не возбудил подозрений относительно своей искренности, потому что он соответствовал общему тону впечатлений, вынесенных из знакомства с новейшей русской литературой». Не меньше сомнений вызывают и предсказания Слонимского о том, что: «Восстав против бесправия внешних войн и против тягостей вооруженного мира, мы этим самым отвергли принцип господства силы над правом и определили тот путь, которого будет держаться Россия в дальнейшем ходе своей политической и общественной жизни» [14, с. 354].

Таким образом, анализ публицистики, связанной с российской мирной инициативой, позволяет сделать вывод о бесспорной поддержке «Вестником Европы» августовского циркуляра и дальнейших правительственных шагов по организации Гаагской конференции. Материалы о предстоящем мирном форуме преимущественно помещались в разделе «Иностранное обозрение», многолетним автором которого был Л. З. Слонимский. С учетом его членства в редколлегии «Вестника Европы» мы с полным правом может соотносить оценки Слонимского с общей позицией журнала.

Равно далекий и от толстовского неприятия государственного миротворчества и от «певцов милитаризма», видевших в войне непременное условие человеческого прогресса, «Вестник Европы» ратовал за миролюбивый курс во внешней политике. Выступая за масштабное реформирование страны, либералы прекрасно осознавали, что успех преобразований напрямую связан с отказом от милитаризма. Августовский циркуляр, предложивший сокращение вооружений и военных бюджетов полностью соответствовал либеральной идеологии. Издание полностью поддержало и циркулярную ноту от 30 декабря 1899 г. (11 января 1899 г.), в которой основное внимание уже уделялось арбитражу и кодификации гуманитарного права.

В то же время поддержка «государственного пацифизма» привела к замалчиванию журналом «теневых» сторон российской инициативы. В «Вестнике Европы» дипломатично обходили молчанием причины, толкнувшие правительственные круги созвать мирную конференцию. Следуя официальной линии, издание послушно тиражировало тезисы об «искреннем миролюбии» и «бескорыстной борьбе с милитаризмом». Истинные мотивы внезапного миротворчества власти, к примеру, нарастающее военно-техническое отставание России на страницах «Вестника Европы» не обсуждались. Когнитивным диссонансом выглядело нежелание журнала критиковать все аспекты милитаризма, включая и колониальную политику великих держав.

Итоги Гаагской мирной конференции редакция оценивала достаточно высоко. Достигнутые результаты в организации третейского суда и кодификации права войны «Вестник Европы» трактовал как успешные. Даже полная неудача в деле разоружения не обескуражила издание. Обсуждение проблемы сокращения вооружений на высшем уровне Слонимский считал достаточным поводом для оптимизма и убеждал читателей (и себя, видимо, тоже), что последующие конференции добьются в борьбе с милитаризмом больших успехов.

Источники и литература

1. Архив внешней политики Российской империи (АВПРИ). Ф. 151 (Политархив). Ф.151. Оп. 482. Д. 4684.

2. Внутреннее обозрение // Вестник Европы. 1870. №4. С. 808-828.

3. Иностранное обозрение // Вестник Европы. 1898. №9. С. 380-394.

4. Иностранное обозрение // // Вестник Европы. 1898. №12. С. 778-787.

5. Иностранное обозрение // Вестник Европы. 1899. №1. С. 384-398.

6. Иностранное обозрение // Вестник Европы. 1899. №2. С. 807-816.

7. Иностранное обозрение // Вестник Европы. 1899. №4. С. 817-829.

8. Иностранное обозрение // Вестник Европы. 1899. №6. С. 798-810.

9. Иностранное обозрение // Вестник Европы. 1899. №8. С. 834-844.

10. Иностранное обозрение // Вестник Европы. 1899. №9. С. 368-380.

11. Милюков П.Н. Воспоминания. М.: Политиздат, 1991. 528 с.

12. Очерки истории журналистики и критики. В 2 т. Т. 2. Вторая половина XIX в. Л.: ЛГУ, 1965. 516 с.

13. Рыбаченок И.С. Первая конференция мира в зеркале русской прессы // Отечественная история. 2002. №3. С.114-129.

14. Слонимский Л. З. Война и идея мира // Вестник Европы. 1899. №11. С. 341-355.

15. Слонимский Л. З. Вооруженный мир и проекты разоружения // Вестник Европы. 1898. №10. С. 778-792.

16. Слонимский Л. З. По поводу недавних толков о войне // Вестник Европы. 1886. № 9. С. 392-396.

17. Тверской П. А. (Дементьев П. А.) Мир - или новая война? Письмо в редакцию // Вестник Европы. 1898. №11. С. 365-379.

18. Тверской П. А. (Дементьев П. А.) Великая борьба в Соединенных Штатах. Наблюдения и заметки // Вестник Европы. 1899. № . С. 257-276.

19. Циркулярное сообщение министра иностранных дел пребывающим в С.-Петербурге представителям иностранных государств от 30-го декабря 1898 г. // Правительственный вестник. 1899. 12 января. С. 1-2.

20. Z (Л. З. Слонимский) Торжество миролюбия // Вестник Европы. 1894. №12. С. 783-801.

21. Dungen van den P. From St. Petersburg to The Hague: Bloch and the First Hague Peace Conference (1899) // The Future War. The Hague: Kluwer Law International, 2000. P. 69-83.

References

1. Archive of foreign policy of the Russian Empire (AVPRI). F. 151. Inv. 482. D. 4684. (In Russian).

2. Vnutrenneye obozreniye (Internal Review) // Vestnik Evropy. 1870. No. 4. P 808-828. (In Russian).

3. Inostrannoye obozreniye (Foreign Review) // Vestnik Evropy. 1898. No. 9. P. 380-394. (In Russian).

4. Inostrannoye obozreniye (Foreign Review) // Vestnik Evropy. 1898. No. 12. P. 778-787. (In Russian).

5. Inostrannoye obozreniye (Foreign Review) // Vestnik Evropy. 1899. No. 1. P. 384-398. (In Russian).

6. Inostrannoye obozreniye (Foreign Review) // Vestnik Evropy. 1899. No. 2. P. 807-816. (In Russian).

7. Inostrannoye obozreniye (Foreign Review) // Vestnik Evropy. 1899. No. 4. P. 817-829. (In Russian).

8. Inostrannoye obozreniye (Foreign Review) // Vestnik Evropy. 1899. No. 6. P. 798-810. (In Russian).

9. Inostrannoye obozreniye (Foreign Review) // Vestnik Evropy. 1899. No. 8. P. 834-844. (In Russian).

10. Inostrannoye obozreniye (Foreign Review) // Vestnik Evropy. 1899. No. 9. P. 368-380. (In Russian).

11. Milyukov P. N. Vospominaniya (Memories). Moscow: Politizdat. 1991. 528 p. (In Russian).

12. Ocherki istorii zhurnalistiki i kritiki (Essays on the history of journalism and criticism). In 2 Vols. Vol. 2. Vtoraya polovina XIX v. Leningrad: LSU publ. 1965. 516 p. (In Russian).

13. Rybachenok I. S. Pervaya konferentsiya mira v zerkale russkoy pressy (The First Peace Conference in the Mirror of the Russian Press) // Otechestvennaya istoriya. 2002. No. 3. P. 114-129. (In Russian).

14. Slonimskiy L. Z. Voyna i ideya mira (War and the idea of peace) // Vestnik Evropy. 1899. No. 11. P. 341-355. (In Russian).

15. Slonimskiy L. Z. Vooruzhennyy mir i proyekty razoruzheniya (Armed peace and disarmament projects) // Vestnik Evropy. 1898. № 10. P. 778-792.

16. Slonimskiy L. Z. Po povodu nedavnikh tolkov o voyne (On the recent talk about the war) // Vestnik Evropy. 1886. No. 9. P. 392-396. (In Russian).

17. Tverskoy P. A. (Dementyev P. A.) Mir - ili novaya voyna? Pismo v redaktsiyu (Is the peace a new war? A letter to the Editor) // Vestnik Evropy. 1898. No. 11. P. 365-379. (In Russian).

18. Tverskoy P. A. (Dementyev P. A.) Velikaya borba v Soyedinennykh Shtatakh. Nablyudeniya i zametki (Great struggle in the United States. Observations and notes) // Vestnik Evropy. 1899. No. 5. P. 257-276. (In Russian).

19. Tsirkulyarnoye soobshcheniye ministra inostrannykh del prebyvayushchim v S.-Peterburge predstavitelyam inostrannykh gosudarstv ot 30-go dekabrya 1898 g. (Circular message of the Minister of Foreign Affairs to the representatives of foreign countries staying in St. Petersburg of December 30, 1898) // Pravitelstvennyy vestnik. 1899. January 12 (24). P. 1-2. (In Russian).

20. Z (L. Z. Slonimskiy) Torzhestvo mirolyubiya (Triumph of Peacefulness) // Vestnik Evropy. 1894. No. 12. P. 783-801. (In Russian).

21. Dungen van den P. From St. Petersburg to The Hague: Bloch and the First Hague Peace Conference (1899) // The Future War. The Hague: Kluwer Law International, 2000. P. 69-83.