Социопрагматический аспект функционирования высказываний со значением «совет» и «предложение»

© 2007 г. З.С. Гусейханова

СОЦИОПРАГМАТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ВЫСКАЗЫВАНИЙ СО ЗНАЧЕНИЕМ «СОВЕТ» И «ПРЕДЛОЖЕНИЕ»

На современном этапе своего развития лингвистическая наука характеризуется повышенным интересом к исследованию механизмов функционирования языковых единиц в речи, к роли человеческого фактора в выборе способов достижения коммуникативного намерения, а также к изучению языковых явлений на фоне широкого экстралингвистического контекста. Лежащее в основе данного подхода понимание языка как деятельности, направленной на удовлетворение социальных потребностей [1], позволяет взглянуть на языковые факты сквозь призму социально-культурных отношений того сообщества, в котором данные факты функционируют.

Человек вступает в коммуникацию с конкретным намерением, определяющим содержание высказывания, с помощью которого он реализует это намерение. Коммуникативно релевантные данные непосредственных участников коммуникативного процесса неоднородны. Среди них мы выделяем постоянные свойства, характеризующие коммуникантов как социологизиро-ванных личностей (пол, возраст, семейный статус и т.д.), а также переменные величины, релевантные только в рамках конкретной ситуации речевой интеракции [2].

По мнению Н.Д. Арутюновой, на воплощение говорящим коммуникативного намерения влияют социально-психологические характеристики его партнера по коммуникации [3]. В этом отношении функционирование директивных речевых актов детерминировано такими факторами, как 1) ролевые отношения; 2) отношения социально-психологической дистанции; 3) обстановка общения, которые лежат в основе выделения трех основных типов директивов:

1) прескриптивы (приказ, распоряжение, инструкция);

2) реквестивы (просьба, мольба);

3) суггестивы (совет, предложение) [4].

Совет и предложение относятся к суггестивным речевым актам, поскольку в основе их функционирования лежат бенефактивность каузируемого действия и его необлигаторность для адресата. В импликатуре совета и предложения, как и остальных директивных речевых актов, содержится конфликт между реальным и желательным положением дел. Реализация каузируемого действия, по мнению субъекта каузации, позволит устранить данный конфликт. Отметим, что рассматриваемые речевые акты относятся при этом к области неконфликтного общения, поскольку связаны с учетом субъектом пожеланий адресата и имплицируют возможность негативной реакции с его стороны.

Наряду с выделенными общими моментами речевые акты предложения и совета различаются по ряду признаков. В настоящем исследовании предпринята попытка выделить наиболее релевантные признаки, позволяющие отграничить рассматриваемые речевые ак-

ты друг от друга и определить сферы их употребления, а также проанализировать степень зависимости их функционирования от таких факторов, как статус коммуникантов, их близость/дистанция и социально-психологическая обстановка общения. При этом мы исходим из того, что реализация речевых актов, в том числе и суггестивных, находится в определенной зависимости от социальных устоев общества, которые детерминируют речевое поведение личности [5, 6].

По классификации речевых актов, предложенной В.И. Карасиком, мы можем обозначить предложение как статусно-нейтральный речевой акт, поскольку он характеризуется симметричными отношениями между коммуникантами. В таком случае совет относится к статусно-маркированным фиксированным речевым актам с восходящим статусным вектором говорящего [7]. Следует отметить, что позиционное преимущество в речевом акте совета может быть ситуативным, приобретаемым в результате экспликации конкретного речевого акта. Тем не менее данное статусное преимущество (реальное или мнимое) кажется говорящему достаточным основанием для того, чтобы каузировать партнера по коммуникации к действию, которое кажется ему наиболее приемлемым в сложившихся обстоятельствах.

Поскольку основной сферой употребления суггестивных речевых актов является диалогическая речь, то представляется целесообразным провести социоп-рагматический анализ высказываний, реализующих рассматриваемое значение. В структурном отношении высказывания данного типа характеризуются большим разнообразием. При выборе средств воздействия на адресата в речевых актах совета и предложения говорящий исходит из комбинации прагматических переменных, характеризующих коммуникативный контекст.

Суггестивные речевые акты представляют собой акты волеизъявления говорящего с целью побудить адресата к выполнению действия, поэтому начнем анализ с конструкций с глаголом в форме императива:

(1) «Have a piece of candy,» I said, offering the sack [Т. Capote].

(2) Nothing is hopeless, Dolly; sit down and finish your pudding [T. Capote].

Императив - средство прямого побуждения адресата к действию - характеризуется некоторой категоричностью, поэтому высказывания с императивом характер -ны для коммуникантов, находящихся в симметричных отношениях - родственников, близких друзей и т.д. При этом частотность использования императивных конструкций для выражения совета в два раза ниже частотности использования тех же конструкций для передачи значения предложения. На наш взгляд, это связано с различным восприятием социолингвистических

контекстов функционирования предложения и совета. Если предложение - это относительно безопасный вид речевого воздействия, не связанный с вмешательством говорящего в сферу деятельности его партнера по коммуникации и принятием на себя статуса вышестоящего, то совет для носителя английской культуры представляет собой потенциально опасный, «невежливый» акт. Это обусловлено прежде всего характером взаимоотношений между коммуникантами. Приоритетная позиция в речевом акте совета всегда принадлежит субъекту, который в силу социально обусловленной позиции в отношении адресата (учитель - ученик, врач - пациент, начальник - подчиненный, родители - ребенок и т.д.) или в силу большего житейского опыта считает себя вправе принимать на себя статус вышестоящего (пример (2)).

Прагматический контекст функционирования речевого акта предложения характеризуется симметричными отношениями между коммуникантами, которые либо имеют равные социальные статусы (пример (1)), либо игнорируют статусное превосходство одного из участников интеракции. В последнем случае говорящий обращается к иным синтаксическим конструкциям для экспликации предложения - повествовательным, вопросительным или императивным конструкциям со значением побуждения к совместному действию:

(3) Let's think mythologically [D. Quinn].

(4) Why not turn him to El Sordo and let El Sordo seil him to fascists? [E. Hemingway]

В примерах (3) и (4) говорящие в статусном отношении выше своих собеседников - военачальник и учитель соответственно. Выбранная стратегия речевого воздействия свидетельствует об их стремлении к интимизации коммуникативного контекста и сокращению дистанции между ним и адресатом. Поэтому в случае статусного неравенства собеседников предложение может исходить только от лица, занимающего более высокую ступень в иерархии социальных отношений. Так, подчиненный не может выступить инициатором предложения по отношению к начальнику.

Другое различие между рассматриваемыми речевыми актами состоит в их содержательном плане. Если в предложении мы имеем дело непосредственно с волеизъявлением говорящего, направленным на побуждение адресата к выполнению каузируемого действия, то во втором случае говорящий скорее высказывает свое мнение относительно того, как следует себя вести адресату, предоставляя ему полную свободу в выборе стратегий поведений. С этим связана высокая частотность неимперативных конструкций, используемых для реализации речевого акта совета. Это прежде всего вопросительные и повествовательные предложения, позволяющие говорящему минимизировать прямое коммуникативное воздействие на адресата:

(5) «Papa, - she called from the window, - if you get Gennaro, he might be able to get him for you».

(6) Well, aren't you supposed to stop smoking?

Использование подобных структур для экспликации

предложения связано, во-первых, со стремлением говорящего к интимизации коммуникативного контекста

(примеры (3), (4)), либо с экспликацией одного из условий успешности реализуемого речевого акта:

(7) Do you want me to rub the chest? [E. Hemingway] -экспликация условия желания адресата в том, чтобы действие было выполнено.

(8) Your breakfast is waiting on the table [B. Glanville] -экспликация условия мотивированности предложения; сам факт предложения содержится в импликатуре высказывания.

Различные стратегии, которыми руководствуются коммуниканты в выборе одних и тех же структур для реализации речевого акта совета и предложения, связаны с различной степенью ответственности говорящего за исход каузируемого действия. В случае совета ответственность субъекта гораздо выше, поскольку связана с импликацией приемлемости только этого действия в сложившихся обстоятельствах. Совет и предложение - неконфликтные виды речевого воздействия, поэтому в процессе побуждения говорящий должен придерживаться принципов вежливости, т.е. социально обусловленной формы речевого поведения, детерминирующей поведение говорящей личности с помощью исторически сложившихся в рамках данной языковой общности норм, правил и ограничений [8].

Поскольку рассматриваемые речевые акты связаны (в большей или меньшей степени) с вторжением говорящего в сферу деятельности его партнера по комму -никации, то именно принцип вежливости является причиной широкого использования косвенных и имплицитных средств выражения совета и предложения (примеры (4) - (8)). В этой связи отметим высокую представленность высказываний, содержащих модальные предикаты возможности и долженствования, актуализирующие различные аспекты каузируемого действия. При этом для выражения речевого акта предложения больше свойственны высказывания с модальными глаголами возможности:

(9) You can go out the back way if you want [S. Sheldon].

Высказывания с модальными предикатами возможности служат для экспликации условия возможности адресата выполнить каузируемое действие и поэтому позволяют сократить дистанцию, существующую между коммуникантами. Конструкции с модальными предикатами долженствования характеризуются значительно большой степенью категоричности, позволяющей говорящему выразить свое субъективное мнение относительно необходимости выполнения каузируемого действия. По этой причине эти высказывания больше свойственны для реализации речеактного содержания совета, предполагающего оценивание субъектом каузации действия как наиболее приемлемого для адресата:

(10) «We must get on», - Robert Jordan said [Е. Hemingway].

(11) You ought to dream. All our business mеn have been dreamers [Е. Hemingway].

Категоричность предложения в примере (10) смягчается условием бенефактивной направленности действия на адресата и возможным участием говорящего в реализации каузируемого действия. Что касается

использования глаголов долженствования для экспликации совета (пример (11)), то в этом случае они связаны с социально или психологически обусловленным позиционным преимуществом говорящего либо с принятием говорящим статусного превосходства в силу взаимной договоренности с адресатом (реагирующий совет). В противном случае говорящий должен «маскировать» невежливые намерения языковыми средствами с эксплицитными и имплицитными значениями. К числу таких средств относятся различного рода модальные маркеры, извинение за принятие на себя статуса вышестоящего, просодические средства, средства, указывающие на вынужденность экспликации совета и т. д.

Будучи наиболее деликатными из всех директивных речевых актов, поскольку говорящий должен считаться с эмоциональной сферой своего партнера по коммуникации, совет и предложение часто выражаются с помощью высказываний с предикатом в сослагательном наклонении. Предложение, выраженное с помощью такого рода высказываний, менее навязчиво для адресата и выражает оценочное отношение к нему субъекта:

(12) May be you'd better sit down, boys [A. Miller].

Совет, выражаемый с помощью условных конструкций, позволяет облечь его в форму предположения, где действие представлено как гипотетическое в воображаемой ситуации, что позволяет говорящему завуалировать свое статусное превосходство и следовать принципам вежливости:

(13) Then if I were you I'd just lay on it on any grave without looking at the name [S. Fitzgerald].

В обоих рассматриваемых речевых актах регулятором направленности каузируемого действия выступает прагматическая пресуппозиция, т.е. те условия или контексты, которые должны иметься, для того чтобы замысел говорящего по передаче задуманного осуществился [9]. Функционирование предложения связано с возможностью следования предлагаемому действию, отличающемуся от действия в других директивных актах, так как в большинстве случаев предполагает бе-нефактивность как для говорящего, так и для его собеседника. Субъект в этом случае выступает не только источником каузируемого действия, но и непосредственным участником выполнения искомого действия. Функция объекта в этом случае заключается в одобрении каузации действия, исходя из оценки ее целесообразности.

В отличие от речевого акта предложения функционирование совета связано не только с пресуппозицией возможности следования эксплицированному совету, но и компетентностью дающего его лица. Позиция говорящего в этом случае заключается в доведении до сведения адресата своего мнения относительно целесообразности совершения данного действия. По этой причине в высказываниях совет достаточно часто сопровождается показателями эпистимической модальности I think, I suppose, may be, probably, really и т.д., указывающих на суппозитивный характер совета. Позиция адресата, также как и в предложении, сводится к оценке возможности следования данному совету.

Таким образом, исходя из вышесказанного, мы можем утверждать, что совет и предложение отличаются друг от друга следующими прагматическими свойствами:

1) характером отношений между коммуникантами;

2) направленностью каузируемого действия;

3) фактором авторитетности говорящего;

4) степенью побудительности высказывания;

5) степенью заинтересованности говорящего в выполнении адресатом каузируемого действия;

6) статусной маркированностью.

В ходе конкретного коммуникативного акта субъект исходит из комбинации конкретных прагматических переменных, характеризующих его. При этом если при выражении речевого акта предложения говорящий более свободен в выборе средств выражения, что обусловлено симметричностью его отношений с адресатом, то ситуация совета несколько иная. В ходе каузации говорящий должен учитывать, что совет - это потенциально опасное для него действие, поскольку имплицирует лучшее понимание им той ситуации, в которой находится реципиент и в результате этого предполагает его ответственность за исход каузируе-мого действия. Кроме того, совет относится к невежливым директивным актам, и в ряде случаев его прямая экспликация может привести к нарушению правил речевого общения в рамках данного социума и вытекающей из этого коммуникативной неудаче.

Еще одно существенное различие между рассматриваемыми речевыми актами состоит в том, что совет, особенно в тех случаях, когда высказывается говорящим, характеризующимся ситуативным статусным преимуществом, предполагает необходимость обоснования бенефак-тивности каузируемого действия. Предложение не предполагает аргументации, поскольку имеет место в коммуникативном контексте, характеризующемся симметричностью отношений между коммуникантами.

Таким образом, указанные различия между рассматриваемыми речевыми актами влияют на выбор средств, служащих реализации поставленной цели. Существенным фактором, влияющим на воплощение этой цели, можно считать принцип лингвистической вежливости как глобальной стратегии речевого поведения, направленной на координирование отношений между участниками коммуникативного процесса, а также набор социопрагмати-ческих характеристик, релевантных относительно данного коммуникативного контекста. При этом степень обли-гаторности действия зависит от фактора авторитетности говорящего. Поэтому одним из наиболее существенных факторов при выборе средств воздействия на адресата является характеристика самого говорящего, его социальный статус.

Литература

1. Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 17. Теория речевых актов. 1986.

2. Почепцов Г.Г. О коммуникативной типологии адресата // Речевые акты в лингвистике и методике. Пятигорск, 1986. С. 10-17.

Арутюнова Н.Д. Речевой акт // Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990. С. 412-413. Беляева Е.И. Грамматика и прагматика побуждения: английский язык. Воронеж, 1992. Gass S.M., Neu J. Speech acts across cultures: Challenges to communication in a second language. Berlin, 1995.

Караулов Ю.Н. Языковая личность // Русский язык: Энциклопедия: 2-е изд. М., 1997.

7. КарасикВ.И. Язык социального статуса. М., 1992.

8. Brown, P., Levinson, S. Politeness: Some Universals in Language Usage. Cambridge, 1987.

9. Демьянков В.З. Логический аспекты семантического исследования предложения // Проблемы лингвистической семантики. М., 1981. С. 115-132.

Пятигорский государственный лингвистический университет

3 октября 2006 г.