Типология коммуникативных ходов, реализующих тактику негативной презентации объекта рецензии

УДК 81.411

Н.Е. Петрова, А.Н. Морева Нижний Новгород, Россия

ТИПОЛОГИЯ КОММУНИКАТИВНЫХ ХОДОВ, РЕАЛИЗУЮЩИХ ТАКТИКУ НЕГАТИВНОЙ ПРЕЗЕНТАЦИИ ОБЪЕКТА РЕЦЕНЗИИ

Предпринимается попытка систематизации коммуникативных ходов, посредством которых осуществляется тактика негативной презентации объекта рецензии. Так как основной задачей данной тактики является оценка объекта рецензии, в качестве основания классификации берутся такие компоненты категории оценки, как субъект, объект и основание оценки. В зависимости от субъекта оценки выделены такие коммуникативные ходы, как впечатление от прочитанного, обманутые ожидания, совет, апелляция к чужому мнению и др.; в зависимости от объекта оценки - утверждение недостатков произведения, порицание, обвинение, указание на достижение писателя и др.; в зависимости от основания оценки - включение в контекст современной литературы, указание на стилистическое несовершенство и др. Многообразие и специфика проанализированных коммуникативных ходов в рамках тактики негативной презентации позволяет сделать вывод об установке критика на привлечение внимания читателя к рецензируемому произведению путем едкой критики, а также об усложнении авторского начала и персонализации оценки.

Ключевые слова: литературная рецензия, тактика негативной презентации, коммуникативный ход, оценка.

Жанр литературной рецензии предполагает выявление и обоснование путем критического анализа достоинств и недостатков художественного произведения. Однако для современных медиаизданий характерна систематическая публикация критических текстов, содержащих исключительно негативную оценку, о чем свидетельствует наличие специальных рубрик. К примеру, в «Литературной газете» (далее - ЛГ), выступающей в качестве источника языкового материала данного исследования, существует рубрика «Литпрозектор». Из метафорического названия рубрики следует, что литературное произведение изначально позиционируется как «мертвый» материал, а результатом критического анализа должно стать подтверждение «нежизнеспособности» произведения.

Значительная доля отрицательной оценки в тексте современной литературной рецензии объясняется двумя причинами. С одной стороны, это связано с низким, по мнению критиков, качеством современной литературы, которая зачастую представляет собой некий коммерческий проект, ориентированный на завоевание популярности среди читатель-

© Н.Е. Петрова, А.Н. Морева, 2015

ской аудитории. С другой стороны, это вызвано функционированием жанра литературной рецензии в медиадискурсе и ориентацией в силу этого на массового читателя, что требует от критика использования определенных моделей речевого поведения. Интерес широкой читательской аудитории к эпатажу, сенсационным заявлениям и разоблачениям (что отличает медиатексты разных жанров] обусловливает стремление рецензента через негативную презентацию объекта критики привлечь внимание как к анализируемому произведению, так и к собственной публикации.

В контексте современных лингвистических изысканий в области жанров медиадискурса актуальным представляется рассмотрение литературной рецензии в рамках стратегического подхода. Данный подход предполагает описание механизма реализации коммуникативных стратегий и тактик литературного критика через описание совокупности коммуникативных ходов.

В настоящее время существует большое количество исследований, посвященных изучению коммуникативных стратегий и тактик в разных жанрах и типах дискурса [Андреева 2009; Ланских 2008], а также в русской речи в целом [Иссерс 2012]. Элементы анализа коммуникативных стратегий и тактик непосредственно в жанре литературной рецензии представлены в работах Ю.А. Говорухиной (см. интерпретационные стратегии] [Говорухина 2010] и Е.А. Набиевой (см. общеупотребительные и специфические тактики стратегии убеждения, используемой в жанре рецензии] [На-биева 2010]. Однако отсутствуют работы, содержащие комплексное описание стратегической коммуникации в области литературной критики.

Целью данной статьи является системное описание коммуникативных ходов, реализующих тактику негативной презентации объекта в медиажанре литературной рецензии.

Понятие «коммуникативный ход» выделяется не всеми исследователями, из-за чего в ряде работ происходит его отождествление с понятием «речевая тактика» [Горяинова 2009]. На наш взгляд, выделение понятия «коммуникативный ход» является необходимым, так как позволяет описать собственно вербальную составляющую коммуникативной стратегии.

Коммуникативный ход является инструментом реализации той или иной тактики, выступая в качестве приема более низкого порядка. Т. ван Дейк определяет речевой ход «как функциональную единицу последовательности действий, которая способствует решению локальной или глобальной задачи под контролем стратегии» [Дейк 1989: 274]. Л.П. Рыжова пишет: «Собственно языковая сторона... представлена различными речевыми актами, образующими речевые ходы говорящего, направленные на организацию общения» [Рыжова 1989: 57]. Таким образом, коммуникативный ход непосредственно вербализует речевую тактику и опосредованно стратегию в целом [Ланских 2008: 32-33].

В основу классификации коммуникативных ходов, реализующих тактику негативной презентации объекта рецензии, нами положено со-

отношение речевого действия и компонентов категории оценки (см. также: [Петрова, Морева 2015]]. Оценка - сложная категория, обладающая определенной структурой. В качестве основных ее компонентов ученые выделяют субъект, объект и основание оценки [Ивин 1970: 21-28]. Под субъектом понимается тот, кому принадлежат оценочные суждения, под объектом - адресат оценки, которому приписываются определенные ценностные характеристики. Основанием оценки выступают те параметры, с точки зрения которых производится оценка. Учет названных компонентов позволил при систематизации коммуникативных ходов принять во внимание их роль и значимость в формировании оценочной семантики.

Не претендуя на исчерпывающий характер, мы выделяем следующие разновидности коммуникативных ходов, используемых с целью негативной презентации объекта рецензии:

1] в зависимости от субъекта оценки - впечатление от прочитанного, обманутые ожидания, совет, апелляция к чужому мнению, согласие / несогласие с чужим мнением и навязывание самооценки;

2] в зависимости от объекта оценки - утверждение недостатков произведения, отрицание достоинств произведения, характеристика образа потенциального читателя, порицание, обвинение, издевка;

3] в зависимости от основания оценки - включение в контекст современной литературы, указание на стилистическое несовершенство и указание на фактическую неточность.

Рассмотрим средства и способы вербализации коммуникативных ходов, реализующих тактику негативной презентации объекта рецензии.

1. Основание - субъект оценки. Здесь объединяются коммуникативные ходы, которые, работая на тактику негативной презентации, теми или иными средствами формируют образ субъекта оценки. Для типологии коммуникативных ходов важно, кто позиционируется в качестве субъекта оценки: сам критик, автор рецензии (1.1], или третье лицо (1.2], которым может быть также автор рецензируемого художественного текста.

1.1. В качестве субъекта оценки выступает критик, целью которого является дискредитация объекта рецензии в глазах читателя посредством определенных коммуникативных ходов:

• Впечатление от прочитанного. Ход базируется на использовании эмотивной лексики, обозначающей негативные чувства, эмоции, ощущения, вызванные прочтением художественного произведения: Нагоняют тоску весёлые истории из студенческой жизни (ЛГ. 2012. № 34]; Что до российского рассеяния в окружении Лимонова, автор пишет, что-деубрал множество пассажей, «чтобы сократить листаж». А жаль. Читать о реальных людях было бы куда интереснее, нежели давиться бесконечными «политологическими» экскурсами, газетными компиляциями, притом с фактическими ошибками и прямыми искажениями непреложных фактов! (ЛГ. 2011. № 43].

Этот ход является средством косвенной отрицательной оценки книги, которая не подлежит верификации, так как представляет описание личных чувств и переживаний.

• Обманутые ожидания. Пропозициональное содержание данного хода - несоответствие предположений читателя (в роли которого в данном случае выступает сам критик] о качестве художественного текста впечатлению после его прочтения: Заявка принята и одобрена! Осталось найти подтверждение в тексте. И вот добросовестный читатель на протяжении без малого 400 страниц докапывается до «неугомонности», «вдохновения» и, страшно сказать, «религии». Уже к странице 50-й он понимает, что обманут. Введён в заблуждение. Всё это очень мягкие синонимы ощущений во время чтения и послевкусия по его завершении (ЛГ. 2011. № 29]; ...я с надеждой открыл книгу Алексея Варламова «Михаил Булгаков» в серии «ЖЗЛ». Варламов - прозаик, и, может быть, именно прозаику удастся сделать то, что не удалось критикам и литературоведам? Увы, меня ожидало большое разочарование (ЛГ. 2009. № 9-10].

Данный ход строится на основе антитезы ожидаемого и полученного, воображаемого и действительного. Вербальными средствами выступает лексика с семантикой «разочарования»; лексико-грамматическая оппозиция «прошлое - настоящее», «ожидание - реальность».

• Совет. В рамках негативной презентации адресатом совета выступает, как правило, писатель. Внешняя сторона этого хода состоит в том, что критик, указывая на недостатки текста, предлагает различные варианты их устранения. Для высказываний в целом характерна ирреальная модальность, использование лексики с семантикой возможности, целесообразности: Сборник можно было бы сократить примерно на треть, убрав элементы случайного, - представление о поэтическом творчестве Красновой в нём дано настолько полно, что иногда кажется избыточным... (ЛГ. 2011. № 51].

Если постулат искренности сознательно нарушается, то совет приобретает саркастический характер и становится скорее средством выражения насмешки / издевки: Н-да, а может быть лучше к помощи литрабов всё-таки прибегать и не лишать людей иллюзий? (ЛГ. 2008. № 47].

Любой совет должен быть нацелен на улучшение существующего положения вещей, но в данном примере, где речь идет об авторе, самостоятельно написавшем очень некачественную книгу, рецензент рекомендует заведомо неприемлемый для настоящего писателя вариант действий, подчеркивая тем самым несоответствие лица, которому адресован совет, понятию «писатель».

1.2. В качестве субъекта оценки выступает третье лицо, как правило, это другой критик, чье мнение вводится в текст рецензии, или сам писатель. В этом случае мы выделяем коммуникативный ход апелляции

к чужому мнению. Вербализация данного хода осуществляется за счет использования прямой, несобственно-прямой или косвенной речи; в тексте рецензии употребляются имена собственные, называющие субъекта мнения, наименования его профессиональной, социальной принадлежности: Вновь о похожести: в том же номере саратовской «Волги», где увидел свет «Дирижабль», напечатана повесть Бориса Хазанова «Плюсквамперфект и другие времена». Что послужило поводом для того же В. Топорова выдать такую инвективу: «Саратовские интеллектуалы... впали в провинциализм самого дурного толка: журнал лёг под эмигрантов! Под американское и немецкое захолустье!» (ЛГ. 2009. № 30].

• Навязывание самооценки автору книги. Специфика данного хода заключается в том, что для характеристики рецензируемого произведения используется такая цитата из него самого, которая уже содержит негативную оценку, обращенную, конечно, не на собственное произведение. Манипулятивный эффект при этом основывается на целенаправленном отнесении цитат из художественного текста к его автору, как правило, без указания на субъективность и определенную вольность такого рода компиляций. На языковом уровне данный ход реализуется за счет метаязыковых указателей имитации автоадресации оценки (его же словами; самооценка; о себе пишет] и цитации: Заключение же по состоянию «Плохого мальчика» можно сделать его же словами: «Что хотел сказать автор? Что, кому, чего ради? Зачем он это всё? Про что? Цель и смысл?» (ЛГ. 2010. № 16-17]; «Апатия достигла максимума. Нет веры, нет стремления, нет злости, нет ненависти, даже желания нет». Очень точно подмечено, г-н Минаев. Исчерпывающе правильная самооценка (ЛГ. 2010. № 27]; О себе Дёмин пишет в ключе ироническом: «В сочинителях я случайно - получил предложение написать книгу от небольшого издательства (она ниже, «Наму»). С тех пор живу писаниной. Не всегда, правда, художественной...» Спасибо за признание! (ЛГ. 2011. № 29].

В двух последних примерах сочетаются коммуникативные ходы навязывания самооценки и согласия с чужим мнением, которое предполагает «возврат инициативы» в выражении оценки, так что последнее слово остается за автором рецензии. Данный ход используется в рамках тактики негативной презентации, если в чужих словах содержится отрицательная оценка: И в грустных своих недоумениях я опять же был не одинок. Некоторые итоги своего прочтения пытается подвести критик Анна Наринская: «Собранные вместе, эти писатели действительно должны - пусть с некими изъятиями и допущениями - являть собою картину нашей литературной жизни. Они её собой и являют - картину почти полного этой жизни отсутствия. Из этих собранных вместе интервью практически нельзя получить представление ни о том, какие в России сегодня имеются литературные течения, какие есть союзы и противостояния, какая ведётся литературная полемика... (ЛГ. 2009. № 25].

Отметим, что критик с целью негативной презентации объекта рецензии использует также ход несогласия с чужим мнением: «Моя новая книга - это попытка поделиться моими эмоциями. Я подумала, что хватит уже писать о фитнесе, пора писать о любви», - сказала Юлия Бордов-ских на встрече со своими читателями. Нет, Юлия, не пора. Фитнес ещё не принял своего решения. И ему, судя по всему, виднее (ЛГ. 2008. № 47].

Как видно из последнего примера, в качестве субъекта чужого мнения может выступать и сам писатель, в таком случае полное или частичное несогласие критика призвано дискредитировать мнение автора книги в глазах читателя.

2. Основание - объект оценки. Это основание объединяет такие коммуникативные ходы, где эксплицирован объект отрицательной оценки: художественное произведение (2.1] или его создатель (2.2].

2.1. Объект оценки - художественное произведение. Все коммуникативные ходы, рассмотренные ниже, объединяет общий признак - наличие лексики семантического поля «художественное произведение»: стихотворение, рифмы, текст, персонажи, книга, тема, герои, сюжет и т. п.:

• Утверждение недостатков произведения. Состоит в акцентировании внимания читателя на слабых сторонах художественного произведения через указание недостатков построения сюжета, образной системы, стилистики рецензируемой книги. Для этого используется лексика с отрицательной оценочной семантикой: Он вторичен и даже третичен, до обидного банален: стихотворение ещё только началось, а ты уже знаешь, чем оно кончится, - в конце непременно будет некая мудрая мысль, очередная прописная истина... С рифмами та же история: почти все они избиты и прозвучали у других поэтов уже тысячи раз... (ЛГ. 2014. № 12]; Но это ещё полбеды. Текст беспомощен с художественной точки зрения. Первое. Персонажи - не живые люди, а лишь носители идей и потому не вызывают доверия (ЛГ. 2011. № 11-12].

Открытая прямолинейная негативная оценка позволяет в некоторых случаях говорить о проявлении критиком речевой агрессии, вербализующейся за счет использования дисфемизмов, сниженной лексики (банален, очередная прописная истина, избиты, прозвучали тысячу раз, беспомощен].

• Отрицание достоинств произведения. В этом случае отрицательная оценка книги строится «от противного»: критик перечисляет достоинства, которые отсутствуют в произведении, имплицитно сопоставляя его с эталоном. На языковом уровне это осуществляется за счет использования на фоне слов, выражающих позитивную оценку, лексики с семантикой отрицания и/или отсутствия (не нова, недостает, не имеет]: Однако общее ощущение вот какое. Во-первых, книга Кучерской неровная, рассказы неравноценны (ЛГ. 2014. № 21]; Тема, надо сказать, отнюдь не нова. И у Игоря Савельева она, увы, не получила свежего звучания (ЛГ. 2013.

№ 8); Не получается у Зорина настоящей «галереи образов», недостаёт героям гротеска и содержания (ЛГ. 2014. № 20).

В отличие от коммуникативного хода утверждения недостатков произведения, данный ход является одним из способов эвфемизации речи, так как, с точки зрения психологии, отрицание положительного не так задевает самолюбие, как утверждение отрицательного.

• Характеристика образа потенциального читателя. Критик моделирует в тексте рецензии непривлекательный образ читательской аудитории, которую должна заинтересовать рецензируемая книга. Это позволяет косвенно указать на недостатки последней: В довершение к весьма тривиальному сюжету написана книга стилистически не изящно, изобилует штампами как художественными, так и мировоззренческими и рассчитана на читателя всеядного, не слишком разборчивого (ЛГ. 2015. № 12); Стихи Зинаиды Миркиной могут очаровать и произвести серьёзное впечатление лишь на профанного читателя... (ЛГ. 2014. № 10).

Перлокутивный эффект данного коммуникативного хода рассчитан на нежелание любого человека казаться необразованным, нелюбопытным, неразборчивым, а значит, причислять себя к созданному в рецензии негативному образу читателя, который, по мнению критика, захочет прочесть анализируемую книгу.

2.2. Объект оценки - автор книги. В данном случае критиком оценивается непосредственно личность писателя, что является не совсем корректным, но типичным для медиадискурса ходом:

• Порицание. Специфика этого коммуникативного хода состоит в том, что предметом порицания становятся не только профессиональные, но и личностные качества писателя. Критик может прямо или косвенно упрекнуть писателя в прагматичности, эпигонстве, лжи, лицемерии, меркантильности. При этом используются слова тематических групп «действия, поступки», «характер» с негативной семантикой или коннотацией: Он из тех современных российских писателей, что сочиняют, уже нацеливаясь на перевод, и стараются быть, скорее, общепонятны и увлекательны, чем глубоки и самобытны (ЛГ. 2012. № 43); К сожалению, Борис Орлов лишён главного для поэта - собственной узнаваемой интонации (ЛГ. 2014. № 12); Верить автору этой книги ни в чём нельзя (ЛГ. 2008. № 50); Но даже не эта недостоверность, небрежность меня смущала, смущал сам авторский текст. Сначала я было подумал, что это юмор автора или таков его стиль. Но чем больше встречал такой «стиль», почти на каждой странице, пришёл к выводу, что это обыкновенная неряшливость, вызванная, видимо, торопливостью, или, как раньше говорили, строчкогонством (ЛГ. 2009. № 6).

• Обвинение - выступает в качестве варианта коммуникативного хода порицания, когда автора уличают в противоправном действии, например плагиате или искажении действительности: Сергей Иванович Зи-

нин - не новичок в есенинском мире. Ранее он выпустил книгу «Софья Толстая» (М., 2008), которая также не отличалась оригинальностью. Исходным источником нового произведения Зинина является моя книга «Сергей Есенин и Галина Бениславская» (СПб.: Росток, 2008, тираж 3000 экз.), а также публикации воспоминаний Бениславской и Назаровой в книге «С. А. Есенин. Материалы к биографии» (М., 1993) (ЛГ. 2011. № 27]; Критик Р. Арбитман уже подсчитал количество ляпов, недопустимое в книге столь авторитетной серии, где искажена фамилия даже популярного «правдоруба», поименованного без мягкого знака - Иртенев. Что уж говорить о Всеволоде Кочетове, которого Петров перекрестил в Виктора, и прочих «мелочах» (ЛГ. 2012. № 30].

• Издевка (насмешка). Порицание может содержаться в тексте имплицитно, когда критик прямо не говорит о тех или иных недостатках писателя, но многозначительно намекает на них. Средством выражения в данном случае служит ирония, намек, метафора: Вот ещё более категорично: «За что я особенно люблю современную литературу, так это за то, что её можно не читать» («Писатель и современность», «полное собрание сочинений и писем»). Ах, если бы её ещё мог бы кое-кто и не писать... (ЛГ. 2010. № 16-17]; Итак, что хорошо в русской литературе? Набоков - абсолютный звон, слияние смысла и звука, невнимание к русскому народу. Что плохо, что мешает русской литературе? Религиозность, мессианство, социальное беспокойство, чувство вины, учительность (негативные эпитеты, которые ко всему этому добавляет Улицкая, опустим). Всё, что абсолютно неотъемлемо от русской классики, что делает её уникальным великим явлением, по мнению Улицкой, следует из русской литературы убрать - во имя «абсолютного звона» (ЛГ. 2012. № 44]. В последнем примере используется прием парадокса, который демонстрирует абсурдность позиции объекта рецензии и служит явной негативной оценке последнего.

В качестве языкового средства реализации данного хода нередко выступает дискредитация лексического значения слова: А может, искомая мудрость запрятана в этом фундаментальном исследовании: «Остаётся вопрос. В пачке 20 штук сигарет - это исходя из обычной дневной порции курильщика? Или это курильщик выкуривает в день 20 сигарет, потому что в пачке столько?» («Пачка в день», «дар напрасный, дар случайный») (ЛГ. 2010. № 16-17]. Лексемы с положительной коннотацией используются в контексте, нарушающем их пресуппозиции, что создает иронический и даже издевательский подтекст.

3. Основание - основание оценки. Все коммуникативные ходы этой группы ориентированы на оценку идейной или собственно языковой стороны произведения. Их основная функция - в доступной для читателя форме аргументировать общую негативную оценку объекта рецензии или навязать ее:

• Включение в контекст современной литературы. Средством отрицательной оценки художественного произведения выступает указание на его типичность для современной литературы, качество которой критики, как правило, оценивают очень низко: Думал ли Фрейд, когда выделял психологические структуры Эго и Супер-Эго, что они будут намеренно подавляться во имя того, чтобы высвободилось Оно? Этим и занимается сегодня поп-культура, к которой мы с полным основанием отнесём рассматриваемую книгу Пьера Байяра (ЛГ. 2012. № 49]; Самое печальное - всепроникающий цинизм, завладевший текстом. Интонация циничного злорадства. Только цинизма в современной литературе много. Много и разрушительной немилосердной иронии. И так мало жалости. Сердечности. Доброты (ЛГ. 2011. № 35]. Во втором примере подчеркивается такая типичная для современной литературы черта, как отсутствие духовно-нравственного начала, что имплицитно отсылает читателя к часто воспроизводимому в текстах рецензий образу классической литературы, неотъемлемой составляющей которой является апелляция к вечным ценностям.

• Указание на стилистическое несовершенство. В презумпцию слова писатель входит мастерское владение языком, так что в русском сознании образцовый язык прочно ассоциируется с художественной литературой. Именно поэтому указание, а иногда и высмеивание нарушений стилистических и иных норм стало надежным средством дискредитации книги и ее автора в глазах массового читателя: Ну то, что в одном предложении два однокоренных слова «высоченный» и «выше», будем считать мелочью. Ну не стилист автор. Но как можно надевать высоченные каблуки? Или уже изобретены такие туфли, состоящие из одних каблуков? (ЛГ. 2008. № 47]; Весьма вероятно, что и редактор книги Д.З. Хасанова отродясь на подобном производстве не бывала, однако чтобы не пропустить в печать такую развесистую клюкву, как «вой ледяной пороши», специальных знаний вовсе не требуется, могло бы хватить и здравого смысла (ЛГ. 2009. № 15]. Такой ход эффективен в прагматическом плане еще и потому, что указание на языковые ошибки понятно даже неискушенному читателю и позволяет легко навязать последнему нужную точку зрения.

• Указание на фактическую неточность. Прагматический потенциал этого хода базируется на таком свойстве литературного произведения, как жизнеподобие. Придумывая сюжет, писатель обычно старается быть точным в исторических деталях, чтобы виртуальная действительность, создаваемая им, вызывала доверие у читателя. Выявление и демонстрация критиком фактических неточностей позволяет дискредитировать писателя как знатока и в определенном смысле учителя жизни: Помимо перевранной цитаты (см. выше) в книге Э. Каррера вообще перебор дезинформации всякого рода. Ну для чего, например, нью-йоркское «Новое русское слово», старейшая газета русского зарубежья, переименовано в

«Русское дело»; и чего ради его тогдашний глава, почтеннейший Андрей Седых, окрещён неким Михаилом Безбородых? В любом случае это мелко, глупо и недостойно (ЛГ. 2011. № 43]. Критик, указывая на фактические неточности, допущенные автором книги, помимо негативной презентации последнего, играет в то же время на повышение собственного статуса, демонстрируя осведомленность в том или ином вопросе.

Подведем итоги. Анализ коммуникативных ходов с точки зрения компонентов категории оценки позволил выявить и систематизировать способы реализации отрицательной оценочной семантики в рамках тактики негативной презентации объекта рецензии.

Мы продемонстрировали, каким образом осуществляется игра на понижение статуса объекта рецензии через субъективацию и объективацию повествования, а также моделирование образа потенциального читателя и указание на негативные качества как художественного произведения, так и его автора.

Кроме того, как показал анализ, характерным для медиажанра литературной рецензии является использование таких коммуникативных ходов, в которых оценка не аргументируется, а навязывается, внушается читателю. Это обусловлено функционированием анализируемого жанра в медиадискурсе, типичным признаком которого выступает речевое воздействие на аудиторию, в том числе путем манипулирования массовым сознанием.

Список литературы

1. Андреева В.Ю. Стратегии и тактики коммуникативного саботажа: авто-реф. дис. ... канд. филол. наук. Курск, 2009. 24 с.

2. Говорухина Ю.А. Русская литературная критика на рубеже XX-XXI веков: автореф. дис. ... д-ра филол. наук. Томск, 2010. 42 с.

3. Горяйнова Н.Н. Стратегии и тактики говорящего в речевых актах похвалы // Наука. Инновации. Технологии. 2009. № 3. С. 47-53.

4. Дейк Т.А. ван. Язык, познание, коммуникация. М., 1989.

5. Ивин А.А. Основания логики оценок: монография. М.: МГУ, 1970. 230 с.

6. Иссерс О.С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи: монография. М.: Изд-во ЛКИ, 2012. 304 с.

7. Ланских А.В. Речевое поведение участников реалити-шоу: коммуникативные стратегии и тактики: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Екатеринбург, 2008. 22 с.

8. Набиева Е.А. Оценочность в жанре рецензии: лингвистический и прагматический аспекты (на материале «Литературной газеты» и региональной парламентской газеты «Тюменские известия» постсоветского периода 1993-1995 и 2003-2005 гг.): автореф. дис. ... канд. филол. наук. Тюмень, 2010. 26 с.

9. Петрова Н.Е., Морева А.Н. Типология коммуникативных ходов, реализующих тактику положительной презентации объекта рецензии // Вестник Мининского университета. 2015. № 2 (10). URL: http://vestnik.mininuniver.ru/upload/iblock/ 808/9-tipologiya-kommunikativnykh-khodov_-realizuyushchikh-taktiku....pdf (дата обращения: 17.10.2015).

10. Рыжова Л.П. Коммуникативная активность личности в сфере производственного управления // Личностные аспекты языкового общения. Калинин, 1989.

С. 54-61.

References

1. Andreeva V.Yu. Strategii i taktiki kommunikativnogo sabotazha [Strategy and tactics of communicative sabotage], Author’s abstract of Dissertation of Candidate of Philological Sciences. Kursk, 2009. 24 p.

2. Govorukhina Yu.A. Russkaya literaturnaya kritika na rubezhe 20-21 vekov [Russian literary criticism at the turn of 20th - 21th centuries], Author’s abstract of Dissertation of Doctor of Philological Sciences. Tomsk, 2010. 42 p.

3. Goryainova N.N. Strategy and tactics of the speaker in the speech acts of praise [Strategii i taktiki govoryashchego v rechevyh aktah pohvaly]. Nauka. Innovat-siya. Tekhnologii - Science. Innovation. Technologies, 2009, no. 3, pp. 47-53.

4. Dijk T.A. van. Yazyk, poznanie, kommunikatsiya [Language, Cognition, Communication]. Moscow, 1989.

5. Ivin A.A. Osnovaniya logiki otsenok [Foundations of logic evaluations], Monograph. Moscow, MGU, 1970. 230 p.

6. Issers O.S. Kommunikativnye strategii i taktiki russkoj rechi [Communicative strategy and tactics of the Russian speech], Monograph. Moscow, LKI. 2012. 304 p.

7. Lanskih A.V. Rechevoe povedenie uchastnikov realiti-shou: kommunikativnye strategii i taktiki [Speech behavior of reality show participants: communication strategies and tactics], Author’s abstract of Dissertation of Candidate of Philological Sciences. Yekaterinburg, 2008. 22 p.

8. Nabieva E.A. Otsenochnost v zhanre retsenzii: lingvisticheskij i pragmatiche-skij aspekty (na materiale “Literaturnoj gazety" i regionalnoj parlamentskoj gazety “Tyumenskie izvestiya" postsovetskogo perioda 1993-1995 i 2003-2005 gg. [Evaluativ-ity in a review genre: linguistic and pragmatic aspects (based on the “Literary newspaper” and regional parliamentary newspaper “Tyumen izvestia” of post-soviet period, 1993-1995, and 2003-2005)], Author’s abstract of Dissertation of Candidate of Philological Sciences. Tyumen, 2010. 26 p.

9. Petrova N.E., Moreva A.N. Typology of communicative moves, implementing a tactic of a positive presentation of a review’s object [Tipologiya kommunikativ-nykh khodov, realizuyushchikh taktiku polozhitelnoj prezentatsii ob’ekta retsenzii]. VestnikMininskogo Universiteta - Bulletin of Minin University, 2015, no. 2 (10), available at: http://vestnik.mininuniver.ru/upload/iblock/808/9-tipologiya-kommunikativnykh-khodov_-realizuyushchikh-taktiku....pdf.

10. Ryzhova L.P. The communicative activity of the person in the field of production management [Kommunikativnaya aktivnost lichnosti v sfere proizvodstvennogo upravleniya]. Lichnostnye aspekty yazykovogo obshcheniya [Personal aspects of linguistic communication]. Kalinin, 1989, pp. 54-61.

N.E. Petrova, A.N. Moreva Nizhny Novgorod, Russia

TYPOLOGY OF CONVERSATIONAL TURNS IMPLEMENTING A TACTIC OF THE NEGATIVE PRESENTATION OF THE REVIEW’S OBJECT

The paper attempts to systematize conversational turns, implementing a tactic of the negative presentation of the review’s object. Since the main objective of this tactic is to assess the object of the review, it seems appropriate to choose such components assessment category as subject, object and the base assessment as the basis of classification. Depending on the subject of the evaluation the author highlights communication passages as the impression from reading, deceived expectations, the board, the appeal to the opinions of others, etc.; depending on the object of evaluation - approval of piece of work disadvantage, blame, accusation, an indication of the achievement of the writer, etc.; depending on the assessment base - including into the context of contemporary literature, an indication of the stylistic imperfections and others. The diversity and specificity of the analyzed conversational turns within the tactics of negative presentation allow making a conclusion about critic’s statement to attract the reader’s attention to the peer-reviewed book by caustic criticism; as well as the complication of the author’s source and assessment personalization.

Key words: literary review, tactic of the negative presentation, conversational turn, evaluation.

Сведения об авторах:

Петрова Наталия Евгеньевна,

доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой русского языка и культуры речи

Нижегородский государственный педагогический университет имени Козьмы Минина

603002, Россия, Нижний Новгород,

ул. Ульянова, 1

E-mail: petrova_ngpu@mail.ru

Морева Анастасия Николаевна,

старший преподаватель

Нижегородский государственный педагогический университет имени Козьмы Минина

603002, Россия, Нижний Новгород, ул. Ульянова, 1

E-mail: linguanastya@yandex.ru

About the authors:

Petrova Nataliya Evgenievna,

Doctor of Philological Sciences, Professor, Head of Department of Russian Language and Speech Culture Kozma Minin Nizhny Novgorod State Pedagogical University

1 Ulianova ul., Nizhny Novgorod,

603002, Russia

E-mail: petrova_ngpu@mail.ru

Moreva Anastasiya Nikolaevna,

Senior lecturer

Kozma Minin Nizhny Novgorod State Pedagogical University

1 Ulianova ul., Nizhny Novgorod,

603002, Russia

E-mail: linguanastya@yandex.ru

Дата поступления статьи 31.10.2015