"В этой стране сейчас много раздражения в отношении России"

В рамках специального проекта "Коммерсантъ FM. Выборы по-американски" обозреватель Константин Эггерт обсудил дальнейшие перспективы развития отношений США и России после переизбрания Барака Обамы с научным сотрудником Центра стратегических и международных исследований Джеффри Мэнкоффом.

К.Э.: Джеф недавно был на Валдайском клубе, общался с президентом Путиным. Отношения между Обамой и Путиным — тоже важный элемент российско-американских отношений. Первое: ухудшатся ли отношения России и Соединенных Штатов? Второе: кто будет госсекретарем, потому что это тоже важно, как бы тональность отношений важна.

Д.М.: Что касается отношений между двумя странами, то я бы сказал, что до определенной степени, да, ухудшатся. Но все-таки я считаю, что самые главные проблемы в последние месяцы были связаны, скорее всего, с предвыборной кампанией в США. Поскольку это уже закончилось, и президент Обама был переизбран, то, как он сказал во время его встречи с бывшим президентом Медведевым, что после его переизбрания, у него будет больше гибкости в отношении России…

К.Э.: На самом деле, не ухудшится, получается, больше гибкости, да?

Д.М.: С одной стороны, я бы сказал, что да, у него будет больше гибкости. Но, с другой стороны, много зависит от того, как пройдет война в Сирии, на Среднем Востоке вообще. Потому что в этой стране сейчас много раздражения против России. От поведения российского правительства в Сирии, в отношении с Ираном и с другими проблемными странами на Среднем Востоке, и если на самом деле это будет продолжаться в будущем, то, я бы сказал, что, да, на самом деле, отношения между ними, возможно, ухудшатся.

К.Э.: Джеф, получается, что все, что связывает Россию и Соединенные Штаты, даже где происходят какие-то недопонимания и конфликты — это все внешние события — Иран, Сирия, противоракетная оборона. Администрацию Обамы, как считают, кстати, многие представители оппозиции в России, вообще совершенно не волнует ситуация внутри России, права человека, демократические свободы и так далее, что на самом деле политика крайне прагматическая, в ней вообще не заложено никаких ценностей, вы с этим согласны?

Д.М.: Понимаете, это для Обамы, я бы сказал, очень важный вопрос. По сравнению с Ромни, с другими членами Республиканской партии, я бы сказал, что Обама понимает, что самые главные черты отношений с Россией не в этом, а в их внешнеполитических вопросах.

К.Э.: Скажите, Джеф, а что касается их личных отношений – Обамы и Путина. По их нескольким встречам очень кратким мы успели по body language, по языку жестов понять, что все-таки нет между ними такой симпатии, как например, была между Обамой и Медведевым. Как в этом плане сложится?

Д.М.: Да, я с этим согласен, это не секрет, что у них немного напряженные отношения. И я считаю, что Обама сделал ошибку, когда он сказал, что у Путина одна нога в прошлом, и одна нога в будущем. Потому что после этого стало ясно Путину, что Обама хотел сделать Медведева настоящим президентом, главным политиком в России, и это невозможно, но все-таки это было в отношениях с Путиным.

К.Э.: Кто все-таки будет госсекретарем, останется Клинтон или будет Керри?

Д.М.: Я бы сказал, ни Клинтон, ни Керри. Это будет, мне кажется, Сьюзан Райс, нынешний представитель Соединенных Штатов в ООН.