Эффективность гипертонической морской воды в терапии инфекционного мононуклеоза у детей

5,3 ± 0,21 (р < 0,05), длительность пребывания в стационаре до 9,13 ± 0,31 дня против 10,3 ± 0,48 на традиционном лечении (р < 0,05).

Для оценки экономической эффективности применения Анаферона детского в терапии ОРВИ был произведен расчет стоимости лечения с учетом стоимости 1 койко-дня в ОДКБ № 2 (без стоимости симптоматических средств, используемых в терапии — жаропонижающих, отхаркивающих препаратов и сосудосуживающих капель). Стоимость лечения была рассчитана индивидуально для каждого больного, учитывая длительность сохранения симптомов заболевания и применение антибактериальных препаратов у пациентов с осложненным течением ОРВИ. Так на затраты по лечению одного ребёнка контрольной группы приходилось в среднем 7407,9 ± 242,9 руб., а в группе детей, получавших Анаферон детский, эта сумма составила 6692,5 ± ± 345,2 руб., что на 715,4 руб. (9,7%) меньше.

Таким образом, при выборе препарата противовирусной и/или иммунотропной направленности в комплексной терапии ОРВИ необходимо учитывать клинические проявления заболевания и эпидемический сезон, а также возраст пациента и возрастные ограничения лекарственного препарата.

Полученные результаты показали, что применение Ана-ферона детского при ОРВИ у детей ведёт к сокращению продолжительности основных симптомов ОРВИ, в том числе и при наличии ГППС. Препарат может быть рекомендован как у детей раннего возраста, так и старших возрастных групп.

Применение Анаферона детского в составе комплексного лечения позволяет сократить продолжительность антибактериальной терапии при осложненном течении ОРВИ, длительность стационарного этапа лечения и снизить затраты на пребывание в стационаре.

Литература:

1. Учайкин В.Ф. Диагностика, лечение и профилактика гриппа и острых респираторных заболеваний у детей. — Москва, 2001. — С. 16.

2. Иванников Ю.Г., Жуков А.О., Парсагашвили Е.З. Смертность от гриппа, ОРЗ и острой пневмонии как один из факторов, определяющих здоровье населения // Вестн. Рос. АМН. — 1994. — № 9. — С. 44—48.

3. Ершова А.К. Комплексный подход к лечению острых респираторных вирусных заболеваний // РМЖ. — 2011. — N 18. — С. 1132—1134.

4. Ингибитор нейраминидазы в терапии гриппа / О.И. Афанасьева и др. // Детские инфекции. — 2010. — Т. 9, № 3. — С. 35—41.

5. Бурцева Е.И. Арбидол — специфический препарат для профилактики и лечения гриппа во время эпидемий и пандемий // Вопр. практической педиатрии. — 2010. — Т. 5.,№ 1. — С. 55— 59.

6. Кокорева С.П., Головачева Т.В., Санина М.В., Доценко А.В. Особенности течения и терапии пандемического гриппа А/ Н1 N1/2009 у детей Воронежской области // Педиатр. —

2011. — Т. 2, № 2. — С. 22—26.

7. Малеев В.В., Селькова Е.П., Простяков И.В., Осипова Е.А. Фармакоэпидемиологичесикое исследование течения гриппа и других ОРВИ в сезоне 2010/11 гг. // Инфекционные болезни. —

2012. — Т. 10, № 3. — С. 15—23.

8. Кокорева С.П., Доценко А.В. Клинико-экономическая эффективность арбидола в лечении ОРВИ у детей // Врач. — 2013. — № 6. — С. 56—58.

9. Петров В.А., Горелов А.В., Медведева Т.О. Клинико-экономиче-ская оценка применения лекарственных препаратов для профилактики и лечения ОРИ у детей / / Детские инфекции. —

2012. — Т. 11, № 3. — С. 46—51.

10. Булгакова В.А., Ханова Н.И., Антонова Е.В., Молочкова О.В. Лечебно-профилактическая эффективность отечественного противовирусного препарата в педиатрии // Педиатрия. —

2013. — Т. 92, № 3. — С. 078—085.

11. Клиническая эффективность препарата кагоцел при гриппе и ОРВИ у детей с 2 до 6 лет / Ф.С. Харламова и др. // Детские инфекции. — 2010. — Т. 9, № 4. — С. 34—41.

Эффективность гипертонической морской воды в терапии инфекционного мононуклеоза у детей

Т. М. Чернова1, С. Л. Баннова12, А. Н. Рябова3, Е. Н. Дяченко3, С. К. Рубцова3

ГБОУ ВПО Санкт-Петербургский государственный педиатрический медицинский университет МЗ РФ1, КДЦ Клиника ГБОУ ВПО СПбГПМУ МЗ РФ2, ГБУЗ ДПО № 413, Санкт-Петербург

Инфекционный мононуклеоз сопровождается увеличением лимфоидной ткани глоточного кольца, что может значительно ухудшать качество жизни больного ребенка. При орошении носоглоточной и небных миндалин натуральной гипертонической морской водой с экстрактами алоэ и ромашки проходимость дыхательных путей восстанавливается в среднем на 2 дня раньше, чем при назначении топических деконгестантов, а фарингоскопическая картина нормализуется на 3,5 дня быстрее, чем при использовании местных антисептиков. Комплексный препарат с широким спектром действия позволяет повысить приверженность пациентов к терапии и существенно снизить материальные затраты на лечение в амбулаторных условиях. Ключевые слова: инфекционный мононуклеоз, дети, лечение, морская вода

Effectiveness of Hypertension Sea Water in Treatment of Infectious Mononucleosis in Children

T. M. Chernova1, S. L. Bannova12, A. N. Ryabova3, E. N. Dyachenko3, S. K. Rubtsova3

Saint Petersburg State Pediatric Medical University , Russia1

Consultative and Diagnostic Center of Saint Petersburg State Pediatric Medical University, Russia2 State Budgetary Institution of Post Graduate Education № 41, St. Peterburg3

An enlargement in pharyngeal lymphoid ring accompanies infectious mononucleosis. This can significantly degrade the quality of life of a sick child. When nasopharyngeal and palatine tonsils are irrigated with saline seawater with aloe and chamomile hypertonic, the airway patency restores on average 2 days faster

than in conventional treatment with decongestants. The condition of the pharynx normalizes 3,5 days faster in comparison with treatment by local antiseptics. The complex preparation with a broad spectrum of activity can improve patient's commitment to therapy and significantly reduce expenses for outpatient treatment. Key words: infectious mononucleosis, children, treatment, seawater

Контактная информация: Чернова Татьяна Маратовна — к.м.н., доц. каф. инфекционных заболеваний у детей им. М. Г. Данилевича СПбГПМУ; 194100, Санкт-Петербург, Литовская ул., д. 2; 8 (812) 295-61-88; t-chernova@mail.ru

УДК 616.9:578.825.11-08

В соответствии с Международной статистической классификацией болезней и проблем, связанных со здоровьем, Х пересмотра (ВОЗ, 1995) инфекционный мо-нонуклеоз (ИМ) относится к полиэтиологическим заболеваниям. Раньше принято было считать, что ИМ вызывается исключительно ДНК-содержащим вирусом герпеса человека 4 типа — вирусом Эпштейна-Барр (ВЭБ), но в настоящее время в этиологии ИМ доказана роль и других герпетических вирусов (ЦМВ, ВГЧ-6).

По данным различных авторов, в настоящее время до 80—90% населения земного шара инфицировано ВЭБ. В социально неблагополучных и густонаселенных регионах большинство детей заражается уже в раннем и младшем возрасте. До 60% заболевших ИМ — это лица в возрасте 2—20 лет [1, 2]. В большинстве случаев острая ВЭБ-инфек-ция протекает бессимптомно или в виде незначительных признаков ОРВИ. При массивном инфицировании и/или наличии иммунодефицита развивается картина ИМ.

В основе патогенеза ИМ лежит поражение лимфоидной ткани. Вирусы попадают в организм воздушно-капельным путем, проникают в эпителий небных и носоглоточной миндалин, далее в лимфоидную ткань и через специфический рецептор CD21+ (CR2) путем трансцитоза избирательно инфицируют В-лимфоциты [3]. Массивная репликация вирусов инициирует местный воспалительный процесс, который характеризуется расширением сосудов, повышением их проницаемости, клеточной инфильтрацией и продукцией медиаторов воспаления. В результате кровенаполнения и отека лимфоидные органы значительно увеличиваются в размере. Повреждение и десквамация эпителиальных клеток миндалин создают благоприятные условия для развития бактериальных осложнений (тонзиллита, аденоидита) [4, 5].

Уже в ранние сроки инфекционного мононуклеоза может значительно ухудшаться качество жизни больного ребенка. Отечная и инфильтрированная носоглоточная миндалина создает препятствие в просвете хоан (назофарин-геальная обструкция), что приводит к затруднению прохождения воздушной струи через носовые ходы. Вибрация мягкого неба придает дыханию «храпящий» оттенок, особенно заметный во время сна. В тяжелых случаях ребенок вынужден дышать через рот. У большинства детей отмечается боль в горле при глотании, яркая разлитая гиперемия и разрыхленность слизистой оболочки зева, увеличение и отечность небных миндалин (вплоть до полного их соприкосновения), дужек мягкого неба и маленького язычка. Значительное увеличение размеров лимфоидной ткани глоточного кольца может привести к развитию фарингеаль-ного стеноза и дыхательной недостаточности. Воспалительный процесс небных миндалин вначале имеет катаральный или фолликулярный характер. С 3—4 дня за счет присоединения микробной флоры в лакунах появляется воспалительный экссудат (лакунарный тонзиллит). В результате поражения носоглотки и шейной лимфаденопатии у детей с ИМ развивается лимфостаз, что клинически проявляется дли-

тельно сохраняющейся (до 2—4 недель) пастозностью век, реже одутловатостью лица [6, 7].

С целью восстановления носового дыхания при ИМ назначают сосудосуживающие препараты. Терапевтический эффект топических деконгестантов обусловлен активацией а-адренорецепторов сосудов слизистой оболочки, что приводит к быстрому их сужению и устранению отека. Однако они малоэффективны при выраженном отеке носоглоточной миндалины в связи с небольшим количеством адре-норецепторов на ее поверхности и их отсутствием в ткани самой миндалины [5]. Кроме того, использование местных вазоактивных средств небезопасно у детей, особенно младшего возраста, из-за повышенной проницаемости слизистых оболочек и склонности к развитию артериальной гипертензии при передозировке препарата. Длительное (более 5—7 дней) использование местных ва-зоконстрикторов может приводить к ишемии и атрофии слизистой оболочки, нарушению ее нормальной физиологической функции, тахифилаксии [8].

Для уменьшения размеров лимфоидной ткани и восстановления носового дыхания могут применяться глюкокорти-коидные гормоны, которые, блокируя активацию простаг-ландинового каскада, подавляют синтез провоспалитель-ных цитокинов. При этом в качестве нежелательных эффектов возможны снижение активности иммунного ответа, лимфопения и угнетение клеточных иммунных реакций. В связи с этим глюкокортикоиды целесообразно применять только при тяжелых формах инфекционного мононуклеоза с обструкцией верхних дыхательных путей [2, 9, 10].

В настоящее время при лечении воспаления горла и носоглоточной миндалины у детей широко используют орошения и промывания растворами поваренной или морской соли, настоями и отварами лекарственных растений, обладающих антисептическим и противовоспалительным действием. Традиционно применяемые растворы в настоящее время могут применяться в более удобных промышленно приготовленных формах. Инновационный спрей Аквалор изготовлен на основе натуральной стерильной гипертонической морской воды с добавлением природных экстрактов алоэ вера и ромашки римской, усиливающих ее противовоспалительное, антисептическое, восстанавливающее и иммуномодулирующее действие. При его производстве особое внимание уделяется методу создания высокой концентрации препарата в месте нанесения: для орошения небных миндалин используется мягкий душ с непрерывным распылением (Аквалор для горла с алоэ и ромашкой), тогда как для купирования острого процесса в носоглотке необходимы системы с сильным напором струи (Аквалор экстра форте с алоэ и ромашкой).

В клинических наблюдениях показано, что препарат высокоэффективен при лечении воспалительных заболеваний носа и горла, значительно снижает степень обсемененности слизистых патогенными микроорганизмами при бактериаль-

ных процессах, совместим с другими местными средствами, обладает высоким профилем безопасности [11—13].

Цель исследования — оценить эффективность спрея Аквалор с алоэ и ромашкой в терапии инфекционного мононуклеоза у детей в амбулаторных условиях.

Материалы и методы исследования

В открытом рандомизированном проспективном клиническом наблюдении в параллельных группах приняли участие 65 амбулаторных пациентов (31 мальчик и 34 девочки) в возрасте от 2 до 16 лет (в среднем 6,6 ± 4,18 лет) с диагнозом «Инфекционный мононуклеоз Эпштейна-Барр вирусной этиологии». Диагноз устанавливали на основании характерных клинических проявлений (лихорадка, симптомы интоксикации, острый тонзиллит, острый адено-идит, лимфаденопатия, гепатоспленомегалия) и лабораторных данных (наличие IgM к вирусу Эпштейна-Барр в венозной крови).

Критериями включения пациентов в исследование являлись: температура тела ^ 37,5°С; наличие симптомов интоксикации (головная боль, недомогание, снижение аппетита и т. д.); жалобы на боль в горле, затруднение носового дыхания, «храпящее» дыхание, увеличение размеров шейных лимфатических узлов; отсутствие топической терапии до включения пациента в наблюдение; способность пациента/родителей адекватно оценивать состояние и выраженность симптомов.

К критериям исключения относились: развитие осложнений, непереносимость компонентов, входящих в состав препарата, отказ пациента или родителей от дальнейшего участия в наблюдении, необходимость использования топических глюкокортикоидов, развитие нежелательных явлений.

Все пациенты получали терапию, которая включала препараты человеческого рекомбинантного интерферо-на-альфа-2Ь и антибактериальные средства (оральные це-фалоспорины I или II поколения, макролиды). По показаниям назначались жаропонижающие (парацетамол, ибупро-фен), гепатопротекторы растительного происхождения.

Наблюдаемые дети были рандомизированы на 2 группы. Пациентам 1-ой группы (42 человека) дополнительно к основной терапии ежедневно проводилось орошение небных миндалин и задней стенки глотки препаратом Аквалор для горла с алоэ и ромашкой по 4 впрыскивания 5—6 раз в день и промывание слизистой оболочки полости носа и носоглотки препаратом Аквалор экстра форте с алоэ и ромашкой по 1 распылению в течение 1—2 секунд поочередно в каждый носовой ход 5—6 раз в сутки, по показаниям использовался топический деконгестант. Пациенты 2-ой группы (23 человека) в составе комплексной терапии дополнительно получали орошение небных миндалин местным антисептиком и топический деконгестант в носовые ходы, выбор которых был индивидуален в каждом конкретном случае. Обе группы сформированы однородно по возрасту (средний возраст — 6,4 ± 4,68 лет и 6,7 ± 4,52 лет в 1 и 2 группах соответственно), полу (20 мальчиков и 23 девочки в 1 группе и 11 мальчиков и 12 девочек во 2 группе) и начальным клиническим проявлениям, что допускает проведение сравнительной оценки результатов наблюдения и определения до-

стоверности результатов. Размер выборки был достаточным для формирования выводов.

Осмотр проводился ежедневно до полного восстановления носового дыхания и нормализации фарингоскопической картины и включал: сбор и анализ анамнеза болезни, субъективную оценку пациентом выраженности симптомов (боль в горле, затруднение носового дыхания), объективную оценку врачом наличия и выраженности симптомов (симптомы интоксикации, «храпящее» дыхание, фарингоскопия, размеры лимфоузлов). Выраженность симптомов оценивали по 6-ти бальной шкале, где: 0 — отсутствие симптома, 1 — очень слабая выраженность симптома, 2 — слабая выраженность симптома, 3 — умеренная выраженность симптома, 4 — сильная выраженность симптома, 5 — очень сильная выраженность симптома. Все результаты фиксировали в индивидуальной регистрационной карте (ИРК).

Эффективность терапии определяли по срокам уменьшения выраженности и полного исчезновения изучаемых клинических проявлений, наличия и тяжести осложнений инфекционного мононуклеоза. Критериями оценки эффективности являлись: выздоровление — полное исчезновение симптомов заболевания, улучшение — значительное уменьшение выраженности клинических симптомов заболевания, отсутствие эффекта — отсутствие положительной динамики, прогрессирование симптомов заболевания.

На протяжении всего наблюдения проводился мониторинг нежелательных явлений, при возникновении которых применение препаратов могло быть прекращено.

Статистическая обработка результатов проведена на персональном компьютере с помощью программы Microsoft Excel 2010. Для параметрических переменных определяли среднее значение показателя по группе пациентов (М), стандартного отклонения (s). Различие средних величин считалось достоверным при уровне значимости p < < 0,05, соответствующим достоверной вероятности 0,95 и более.

Результаты и их обсуждение

Причиной обращения у всех больных явились повышение температуры тела до 37,5—39,9°С (в среднем 38,7 ± 0,78°С), наличие симптомов интоксикации (общее недомогание, снижение аппетита, головная боль), увеличение шейных лимфатических узлов до 3—4 см. На затруднение носового дыхания жаловались 95,4% больных, «храпящее» дыхание наблюдалось в 81,5% случаев, боль в горле отмечалась у 52,3% детей, пастозность век/лица — у 29,2%. При фарингоскопии у всех пациентов выявлялись яркая гиперемия и различной степени увеличение небных миндалин, в том числе у 43,3% за счет отека, в 38,5% случаев с разрыхлением слизистой оболочки, гнойный выпот в лакунах выявлен у 86,2% детей.

При первичном осмотре частота и выраженность начальных клинических проявлений ИМ статистически не различалась в обеих группах (табл. 1). Так выраженность боли в горле на момент обращения пациенты обеих групп оценивали в среднем на 3,8 ± 0,78 балла и 3,9 ± 0,86 балла соответственно, затруднение носового дыхания — на 4,1 ± 0,96 балла и 4,2 ± 0,85 балла соответственно. Аналогичные результаты были получены при фарингоскопии — выраженность гиперемии составила в среднем 4,9 ± 0,30

балла и 4,8 ± 0,46 балла, а небные миндалины были увеличены до 2,4 ± 0,40 степени и 2,3 ± 0,53 степени соответственно (р > 0,05). Гнойный выпот в лакунах с одинаковой частотой наблюдался в обеих группах (80,9 и 86,6% соответственно). Таким образом, на момент обращения группы были сопоставимы не только по основным демографическим, но и по клиническим признакам.

Уже при повторном осмотре через сутки от начала терапии у детей обеих групп наблюдалось снижение температуры тела (в среднем до 37,9 ± 0,62°С в 1 группе и 38,0 ± ± 0,74°С во 2 группе), уменьшение выраженности симптомов интоксикации, практически в 2 раза уменьшилась выраженность боли в горле (до 1,9 ± 0,61 балла в 1 группе и 1,8 ± 0,55 балла во 2 группе). Несмотря на то, что изменения в ротоглотке сохранялись у всех наблюдаемых детей, у каждого пятого больного основной группы выявлено снижение выраженности гиперемии и отечности небных миндалин (рис. 1—3). Кроме того, 61,9% детей, получавших Ак-валор, отмечали субъективное улучшение носового дыхания и уменьшение интенсивности храпа и только 38,1% пациентов этой группы однократно использовали сосудосуживающие капли для улучшения носового дыхания в ночное время.

В дальнейшем у всех больных отмечалась отчетливая положительная динамика: уменьшение симптомов интоксикации и болевого синдрома в горле, значительное улучшение носового дыхания и фарингоскопической картины (рис. 1—3). Однако более отчетливый клинический эффект наблюдался в группе детей, получавших Аквалор, что можно объяснить выраженным противоотечным, противовоспалительным и антимикробным действием препарата. Так уже на 3-й день наблюдения треть детей основной группы перестала предъявлять жалобы на боль в горле, у каждого четвертого ребенка исчез храп. Подавляющее большинство пациентов ощущали значительное улучшение носового дыхания (в среднем до 3,2 ± 0,43 балла против 4,1 ± 0,51 балла в контрольной группе) и только 9,5% детей с 5-баль-ной субъективной оценкой выраженности затруднения дыхания через нос однократно использовали сосудосуживающие капли на ночь. К 4 дню наблюдения все пациенты первой группы перешли на монотерапию Аквалор экстра форте (против 100% пациентов контрольной группы, продолжавших получать топические деконгестанты еще в течение 7 дней).

Уже через 6 дней от начала лечения у всех пациентов первой группы отсутствовали жалобы на боль в горле (в контрольной группе сохранялись у 25% детей), к 10 дню наблюдения полностью восстановилось дыхание через нос (в контрольной группе жалобы сохранялись в 26% случаев). Кроме того, у детей, получавших Аквалор, значительно быстрее купировались фарингоскопические признаки воспалительного процесса: очищение лакун от гнойного выпота и восстановление слизистой оболочки небных миндалин во всех случаях завершилось к 8 дню наблюдения (в контрольной группе — к 14 дню), цвет слизистых зева полностью нормализовался после 10-дневного курса орошения

Количество больных

100-, 9080706050 40 30 20 10 0

АКВАЛОР

Контроль

а

а

дни

1 23456789 Рисунок 1. Продолжительность боли в горле в обеих группах

100 90 80 70 60 50 -40 -30 -20 -10 -0

Количество больных

АКВАЛОР

Контроль

_П1

дни

12 3 4 5 6 7

9 10 11 12 13 14

Рисунок 2. Продолжительность затруднения носового дыхания в обеих группах

Количество больных

100 90 8070605040 30 20 10 0

АКВАЛОР

Контроль

Ьи

1 2 3 4 5 6 7 8 9 101112131415161718 Рисунок 3. Продолжительность гиперемии зева в обеих группах

морской водой (в контрольной группе у 4,3% гиперемия сохранялась до 18 дня наблюдения).

Анализ динамики клинических проявлений показал, что основные клинические симптомы инфекционного мононукле-оза и фарингоскопические признаки воспалительного процесса в зеве у пациентов 1 группы купировались в среднем на 3,5 дня быстрее по сравнению с больными 2 группы (табл. 2).

Известно, что снижение воздушного потока и нарушение мукоцилиарного транспорта при аденоидите способствует застою секрета в полости носа и колонизации задних ее отделов реактивировавшейся условно-патогенной и патогенной флорой [6]. Среди наблюдаемых нами детей с инфекционным мононуклеозом, получавших ирригационную

дни

Таблица 1. Частота (%) и выраженность (баллы, М ± г) начальных клинических проявлений инфекционного мононуклеоза в наблюдаемых группах

Симптомы Аквалор Контроль

Температура тела 100% 100%

3В,7 ± 0,79 3В,В ± 0,94

Симптомы интоксикации 100% 100%

Боль в горле 57,1% 52,2%

3,В ± 0,7В 3,9 ± 0, В6

Затруднение носового дыхания 100% 100%

4,1 ± 0,96 4,2 ± 0,В5

«Храпящее» дыхание 100% 100%

Гиперемия зева 100% 100%

4,9 ± 0,30 4,В ± 0,46

Увеличение размеров небных миндалин 100% 100%

2,4 ± 0,40 2,3 ± 0,53

«Разрыхленность» миндалин 33,3% 30,4%

Гнойный выпот в лакунах В0,9% В6,6%

Таблица 2. Средняя продолжительность (дни, М ± г) симптомов инфекционного мононуклеоза в наблюдаемых группах

Симптомы Аквалор Контроль

Лихорадка 3,1 ± 1,50 4,9 ± 2,21

Симптомы интоксикации 3,4 ± 1,45 5,4 ± 2,50

Боль в горле 3,5 ± 1,63 4,6 ± 1,97

Затруднение носового дыхания 5,5 ± 2,12 7,6 ± 2,В1

Храпящее дыхание 4,4 ± 1,97 6,В ± 2,3В

Гиперемия зева В,4 ± 1,ВВ 12,0 ± 2,70

Увеличение миндалин 7,4 ± 2,19 В,2 ± 2,00

Разрыхленность миндалин 3,2 ± 0,В9 4,В ±1,21

Гнойный выпот в лакунах 4,9 ± 1,29 5,3 ± 1,77

терапию, ни в одном случае не отмечалось бактериальной суперинфекции, тогда как практически всем пациентам контрольной группы потребовалось дополнительное назначение антибиотиков для местного применения (полимиксин В+неомицин, фрамицитин).

На фоне терапии Аквалором ни у одного из пациентов не выявлено нежелательных явлений. Хорошая переносимость в совокупности с выраженным клиническим эффектом объясняет его высокую комплаентность: все пациенты выразили желание в дальнейшем использовать препарат при воспалительных заболеваниях носа и горла.

Заключение

Таким образом, проведенное клиническое наблюдение показало, что ирригация слизистых ротоглотки, полости носа и носоглоточной миндалины натуральной гипертонической морской водой с экстрактами алоэ и ромашки значительно быстрее, чем традиционное лечение, улучшает качество жизни пациентов с инфекционным мононукле-озом. Bосстановление проходимости дыхательных путей регистрировалось в среднем на 2 дня раньше, чем при назначении топических деконгестантов, а нормализация фарингоскопической картины происходила в среднем на 3,5 дня быстрее, чем при использовании местных антисептиков. Полученные результаты позволяют рекомендовать Аквалор с алоэ и ромашкой для местной терапии инфекционного моно-нуклеоза у детей. Применение комплексного препарата с широким спектром действия (противоотечное, противовоспалительное, антисептическое, иммуностимулирующее) позволяет повысить приверженность пациентов к терапии и существенно снизить материальные затраты на лечение в амбулаторных условиях.

Литература:

1. Epstein-Barr Virus and Infectious Mononucleosis / Center for Disease Control and Prevention 24/7: Saving Lives. Protecting People. — http: // www.cdc.gov/ncidod/diseases/ebv.htm

2. Тимченко B.H., Чернова Т.М. Инфекционный мононуклеоз: проблемы диагностики и лечения // TERRA MEDICA nova. — 2006. — № 1. — С. 62—65.

3. Hutt-Fletcher L. M. Epstein-Barr Virus Entry // J. Virology. — 2007. -№ 15. — Р. 7В25—7В32.

4. Инфекционный мононуклеоз: клиника, патогенез, новое в диагностике и терапии / Иванова B.B., Железникова Г.Ф., Аксенов O.A. и др. // Инфекционные болезни. — 2004. — № 4. — Р. 5—12.

5. Карпова Е.П., Тулупов Д.А. Хронический аденоидит у детей: Пособие для врачей. — М., 2009. — 26 с.

6. Особенности инфекционного мононуклеоза у детей: Мат. I Конгресса педиатров-инфекционистов России «Актуальные вопросы инфекционной патологии у детей» / Тимченко B.H., Чернова Т.М., Шустова E.B. и др. — М., 2002. — С. 192.

7. Баннова С.Л. Bозрастные клинико-иммунологические аспекты инфекционного мононуклеоза Эпштейна-Барр вирусной этиологии на современном этапе: Автореф. дисс. ... к.м.н. — СПб., 2010. — 24 с.

В. Овчаренко Л.С. Hазальные деконгестанты и солевые растворы для лечения ринитов у детей: безопасность и перспективы // Здоровье Украины. — 200В. — Т. 1В, № 1. — С. 42—43.

9. Dexamethasone for the treatment of sore throat in children with suspected infectious mononucleosis: a randomized, double-blind, placebo-controlled, clinical trial / Roy M., Bailey B., Amre D.K. et al. // Archives Pediatrics & Adolescent Medicine. — 2004. — № 3. — P. 250—254.

10. Gershburg E., Pagano J.S. Epstein-Barr infections: prospects for treatment // J. of Antimicrobial Chemotherapy. — 2005. — № 2. — P. 277—2В1.

1 1. Местная терапия воспалительной патологии гортаноглотки у детей / Богомильский М.Р., Радциг Е.Ю., Котова E.H. и др. // Bестник оториноларингологии. — 2010. — № 2. — С. 63—65.

12. Богомильский М.Р., Радциг Е.Ю., Шкляр ДЗ. Эффективность гипертонических растворов в лечении острых неосложненных ри-носинуситов у детей // Bопр. совр. педиатрии. — 201 1. — №5. — С. 124—129.

13. Bозможности топической терапии тонзиллофарингитов у детей в практике участкового педиатра / Чернова Т.М., Тимченко B.H., Дробаченко O.A. и др. // Педиатрическая фармакология. — 2012. — № 1. — С. 112—116.