Тикающая змея

Это часовое собрание, совсем, впрочем, маленькое, состоящее всего-то из трех моделей, можно, на наш взгляд, считать главной часовой ювелирной коллекцией 2010 года. Стоит только приветствовать тот факт, что и в римском доме Bvlgari с такой длинной и богатой историей наконец-то обратили внимание на собственное наследие. Ведь обращение к своим архивам, например, для французских коллег по драгоценному цеху вроде марок Van Cleef & Arpels или Cartier давно уже есть решительная творческая норма. Ювелиры дома Bvlgari в этом смысле почти исключение из правил: их единственным внятным «возвратом в прошлое» оказалась красочная ювелирная линия Elisia 2007 года выпуска, сделанная как оммаж искусству 1960-х годов.

Нынешний прыжок в прошлое гораздо тоньше и изящнее: за основу серии Serpenti выбраны уникальные часовые модели 1950–1960-х годов, которые можно назвать истинно фирменными часами знаменитого римского дома. Название Serpenti переводится с итальянского как «Змеи», и имя коллекции в данном случае прямо отражает конструктивную суть ее часовых украшений. Итак, часы «Змея» — это скрученная, но чрезвычайно гибкая пружина, на которую кропотливо и искусно нанизана не одна сотня золотых чешуек. Завершается конструкция совершенно логично, то есть плоской змеиной головой овальной формы, которая одновременно является и часовым корпусом. Первые часовые «Змеи», выпуск которых начался в 1950-х годах, в самый разгар золотой поры dolce vita, комплектовались механизмами швейцарской мануфактуры Girard-Perregaux. Нередко золотая змеиная голова обладала также еще и открывающейся с помощью секретной кнопки пастью, внутри которой и помещался едва заметный глазу часовой циферблат (иными словами, «Змеи» отвечали также и жанру «часы с секретом», le montre a secret).

Подобные часы-украшения, состоявшие в линейке «старого» дома Bvlgari два десятилетия (напомним, что в середине 1970-х в компании был взят курс на глобализацию, покорение знойных заокеанских рынков и постепенный отказ от традиций ателье), являлись исключительно коллекционными предметами, они часто выполнялись именно на заказ. Среди центральных клиенток, собиравших подобные часы, была верная поклонница украшений Bvlgari, статуарная актриса Элизабет Тейлор, чье знакомство с миром драгоценного прекрасного «от Булгари» произошло в процессе съемок античного блокбастера «Клеопатра» (именно римские ювелиры готовили для эпического фильма украшения). Антикварные «Змеи» сегодня являются лакомыми сокровищами, настоящими музейными раритетами. Кроме традиционного для Bvlgari ярко-желтого золота, из которого выполнялись чешуйки, в часах были использованы рубины, бриллианты, сапфиры и изумруды, а также дерево ценных пород, бирюза, эмаль и ляпис-лазурь. В середине 1970-х годов, когда производство столь трудоемких и дорогостоящих изделий было прекращено, идеи, заложенные в «Змеях», все-таки не пропали: конструкция гибкой, разворачивающейся пружины стала основой огромной, коммерчески очень успешной линии часов и украшений по имени Tubogas Bvlgari, положившей начало эре так называемых модельных украшений и позволившей марке покорить США.

В качестве одной из важных причин появления в ассортименте новых «Змей» можно назвать винтажный тренд, практически единолично правящий бал на часовой и ювелирной сцене уже третий год подряд. В Bvlgari в конце концов должны были хоть как-то отреагировать на всемирный драгоценный антикварный процесс, и их ход, долгожданный и ожидаемый, стоит считать очень удачным, поскольку таких часов (и по весьма умеренной цене) не предлагает сегодня ни одна часовая или ювелирная марка. Одним словом, это стопроцентный и довольно бюджетный эксклюзив. С другой стороны, современные «Змеи» сделаны таким образом, что представляют собой не трепетный кунштюк, а носибельный часовой продукт, это адаптированный аксессуар, не требующий никакого специального костюма. Эти часы можно носить как коктейльные, офисные, формальные, вечерние, пляжные, словом, они подойдут любой руке и к любому случаю. Конечно, с течением времени легендарная конструкция хотя и осталась в целом прежней — гибкая пружина, заканчивающая корпусом-головой, но все-таки перенесла некоторые заметные операции. Во-первых, две модели из трех выполнены из демократичной стали, и только последняя «Змея» — из розового золота. Во-вторых, змеиная голова растеряла анатомические подробности и стала более условной: в сущности, это плоский овальный корпус, в двух моделях украшенный 38 белыми бриллиантами; механизм установлен кварцевый. Между тем сама лихая идея и ее исполнение способны искупить нынешнюю простоту, ведь «Змеи» демонстрируют основу всех драгоценных часов и украшений мира: хитроумная, удивительная, почти бесполезная игрушка, да и только.