Роман с «Тилем» не сложился

Воронежский академический театр драмы имени Кольцова показал премьеру спектакля «Тиль» по одноименной пьесе Григория Горина о средневековом народном герое Тиле Уленшпигеле. Московский режиссер Глеб Черепанов решил продемонстрировать местной публике едва ли не все театральные тренды — почти четыре часа актеры почти дословно пересказывали текст произведения, показывали пластические этюды и много пели. Не все зрители приняли такую эстетику. Среди оставшихся оказался корреспондент “Ъ-Черноземье” Александр Прытков, который удивился терпеливым воронежцам. Они по завершении спектакля наградили артистов овацией.

1 / 2

Премьера спектакля «Тиль» по пьесе драматурга и сценариста Григория Горина прошла в Воронежском академическом театре драмы имени Кольцова 6 ноября. Еще один показ планировали на 7 ноября, но он был отменен «по техническим причинам». Режиссером спектакля пригласили московского специалиста Глеба Черепанова, который ставил в МХТ имени Чехова, Театре на Таганке, Мариинском театре, а сейчас работает над оперой «Гостиный двор» в Большом. Как пояснил худрук воронежского драмтеатра Владимир Петров, приезд господина Черепанова стал возможен только благодаря Году театра, под мероприятия которого выделено дополнительное финансирование.

Сам режиссер рассказал, что в пьесе Григория Горина (со спектакля по ней легендарного Марка Захарова началось в советское время возрождение театра «Ленком») его привлекла в первую очередь вневременная история о «человеке, который пытается что-то сделать в условиях, этому совсем не способствующих».

Драматург взял за основу роман бельгийского писателя Шарля де Костера «Легенда о Тиле Уленшпигеле…» о герое средневековых легенд, эдаком Робине Гуде и Ходже Насреддине в одном лице, который сражается с захватившими Фландрию испанцами и постоянно устраивает плутовские выходки. Григорий Горин усилил комическую составляющую, насытив пьесу шутками и забавными ситуациями вроде той, когда народ требует гуманной казни для отца Тиля — сожжения на быстром огне, а не на медленном. В спектакле Глеба Черепанова большинство шуток явно не работает. Возможно, потому, что почти все актеры, включая исполнителя главной роли Евгения Чистякова, представившего Тиля рэпером и стендап-комиком, механически проговаривают заученный текст.

Задач психологического характера Глеб Черепанов перед артистами, кажется, и не ставил. При этом московский режиссер решил показать местной публике все модные столичные направления в театральном процессе, задействуя сценические механизмы. Поворотный круг постоянно вертится, подъемные механизмы поднимают и опускают актеров под сцену, а занавес одновременно служит пространством для видеопроекций.

Испанский король Филипп (Евгений Баханов также играет противника испанцев Вильгельма Оранского с выражением непрекращающейся восторженности на лице) очень манерно разговаривает, срываясь в истерику. Его корона из огромных черных перьев издалека делает персонажа похожим на Красную королеву из фильма Тима Бертона «Алиса в Стране чудес». В это же время играющая королеву Марию Екатерина Марсальская изображает сексуальное желание, двигаясь как кукла, у которой разряжаются батарейки. В другом эпизоде кричащего «Йа! Йа!» Филиппа хлещет кнутом жена испанского генерала Анна (Анна Кикас) в образе томной блондинки с мундштуком и немецким акцентом, а позже они погружаются под сцену под композицию «Du hast» немецкой группы Rammstein: поет король, играют одетые в костюмы позднесоветских ВИА актеры.

В сцене женитьбы безумной старухи (Татьяна Егорова) и доносчика Иоста (Вячеслав Гардер с накладным горбом убедительно играет подобие толкиновского Голлума, мерзавца, которого хочется и придушить, и пожалеть) актеры произносят текст уже под индийские танцы и музыку. После горбун и пьяный священник (Егор Казаченко) надрывно поют песню Ефрема Амирамова «Молодая». Проститутки в притоне разговаривают как люди с ментальными отклонениями, а шестирукая маман (Владимир Летунов) фехтует с Тилем парой оторванных конечностей. Отец Тиля Клаас (Роман Слатвинский) перед казнью после сухо прочитанного в зрительный зал монолога («Долго еще вы будете стараться не заглядывать в глаза друг дружке, потому что пусто там, в глазах») поет «Праздник начинается сейчас» «Машины времени» и удаляется в спроецированное на сцену пламя.

Весь этот маскарад способен вызвать смех в очень редких случаях. Скорее, складывается грустное впечатление, что вся эта придуманная режиссером пестрота и детализация не подкреплены смыслом. Разве только тем, что актеры что-то создают в условиях, которые этому не способствуют.

Не все зрители в результате дождались финала, в котором после рассуждений спроецированного на экран Тиля о его ненужности в мирное время и нужности в минуты опасности его друг Ламме (Дамир Миркамилов) читает отрывки из стихотворения «Песня невинности, она же — опыта» Иосифа Бродского со строкой «пустота вероятней и хуже ада». Уходить многие начали еще в антракте, когда узнали, что после двух часов спектакля предстоит провести в театре еще столько же.

Некоторые удалялись прямо во время второго действия. Но почти все оставшиеся встретили спектакль стоячей овацией и криками «Браво!».

Действительно, прекрасно, что привезенная в Воронеж история Тиля все-таки имеет конец.

Один из благодарных зрителей, едва выйдя на улицу, прямо на глазах корреспондента “Ъ-Черноземье” одним махом допил содержимое принесенной с собой фляжки. Многие другие размышляли вслух только о скорости приезда такси.

Третьего ноября спектаклем для подростков «Я хочу в школу» Российского академического молодежного театра (РАМТ) завершился пятый воронежский фестиваль детского театра «Маршак».