Игровой дискурс подвижных игр английского подростка

ИГРОВОЙ ДИСКУРС ПОДВИЖНЫХ ИГР АНГЛИЙСКОГО ПОДРОСТКА

GAME DISCOURSE OF OUTDOOR GAMES OF ENGLISH TEENAGER

H.B. Гаранина N.V. Garanina

Подвижные игры, этапы игры, дискурсивное пространство, речевое поведение, речевые стратегии, конфликт. В статье представлен анализ типов детской игры, определено место подвижных игр в игровом пространстве английского подростка, описываются речевые стратегии и тактики на всех этапах подвижной игры, анализируется их языковое наполнение.

Outdoor games, game stages, discourse space, speech behavior, speech strategies, conflict. The article presents the analysis of various types of children's games, defines the place of outdoor games in English teenagers' game space, describes speech strategies and tactics at all stages of an outdoor game and analyzes their language content.

В то время как для взрослого человека игра - это отдых от серьезных дел, игра в жизни ребенка занимает исключительное положение. Она начинается в колыбельный период и является вначале выражением чисто физиологических потребностей и побуждений. Со временем игра становится главным занятием ребенка, приобретает социальные черты. Это важнейший способ взросления, становления как личности, перехода в иную, более престижную социальную группу.

Целью исследования, представленного в настоящей статье, является определение места подвижных игр в игровом пространстве английского подростка и их речевого наполнения. Мы исходим из понимания игрового дискурса ребенка как речевого поведения, обусловленного ситуацией игры.

Согласно С.А. Шмакову, лишение ребенка игровой практики - «это лишение его главного источника развития: импульсов творчества, одухотворения осваиваемого опыта жизни, признаков и примет социальной практики, богатства и микроклимата коллективных отношений, индивидуального самопогружения, активизации процесса познания мира и т. п.» [Шмаков, 1994, с. 11]. Л.С. Выготский отмечает два парадокса игры ребенка. Первый заключается в том, что «ребенок оперирует оторванным от вещей и их действий значениями, но в реальной ситуации». Второй парадокс состоит в том, что ребенок действует в игре по линии наименьшего сопротивления, т. е. он делает то, что ему больше всего хочется, так как игра связа-

на с удовольствием. В то же время он научается действовать по линии наибольшего сопротивления: подчиняясь правилам, дети отказываются оттого, что им хочется, так как подчинение правилам и отказ от действия по непосредственному импульсу в игре есть путь к максимальному удовольствию [Выготский, 1966, с. 63-64].

Существуют многочисленные классификации детских игр: по педагогическому значению, по форме организации, по наличию правил, по количеству участников и пр.

Поскольку предметом нашего исследования являются подвижные игры школьников, обратим внимание на этот вид детской игры. По мнению исследователей (П.П. Блонский, Дж. Гольдштейн и др.), подвижные игры превалируют в поведении детей после 7 лет, когда у ребенка развивается способность к игре коллективной.

Изучая жизнедеятельность и психологию подростка, Э. Штерн включает спортивную игру в понятие «серьезная игра». По мнению исследователя, спорт и игра находятся в тесной связи, и в спорте можно увидеть «своеобразную форму слияния игрового начала с серьезностью» [Штерн, 2003, с. 477]. Таким образом, подвижная игра сопровождает ребенка с дошкольного возраста и до самой юности, меняя свои виды и цели по мере взросления индивида.

Английские фольклористы Айона (lona) и Питер Опи (Peter Opie) приводят 2500 названий игр для улицы и игровой площадки. Однако детская подвижная

игра в мире английского школьника связывается, прежде всего, с такими играми, как футбол, крикет, бейсбол. Особенности детской подвижной игры проявляются и в её структуре, и в её речевом сопровождении. И.П. Амзаракова говорит о своеобразном метаязыке игры, в который входит целый пласт специальной лексики и стереотипных фраз, обслуживающих игру [Амзаракова, 2005, с. 207].

Подвижная игра, являясь процессом социализации, способствует развитию коммуникативной компетенции ребенка. Здесь у ребенка формируется умение взаимодействовать с другими игроками, выигрывать и проигрывать. По мнению лингвистов, коммуникативная компетенция основывается на неразрывной связи языка и поведения. Коммуникативное поведение - «это лишь видимая часть айсберга, под которой скрываются латентные механизмы, обусловливающие реализацию коммуникативной компетенции в социально значимом взаимодействии людей» [Седов, 2009, с. 87]. Следовательно, в понятие коммуникативной компетенции входят «языковые умения, поведенческая компетенция, а также стратегии речевого поведения, которым соответствуют типы речевых актов» [Амзаракова, 2012, с. 140].

Как любое событие, подвижная игра включает в структуру начало, ход и окончание. Рассмотрим некоторые речевые стратегии и тактики, к которым прибегают дети на данных этапах игры. Речевую стратегию мы понимаем, вслед за О.С. Иссерс, как план комплексного речевого воздействия, осуществляемого говорящим для «обработки» партнера [Иссерс, 2008, с. 54]. Речевая тактика выступает как действие, способствующее реализации стратегии.

I. Начало игры включает в себя два этапа: зачин, то есть этап согласования (интродукции), своеобразного «договора» о выборе игры, и этап распределения ролей.

Следствием речевого взаимодействия на этапе интродукции становится согласие на участие в игре либо отказ. Как отмечает известный нидерландский историк и культуролог Й. Хейзинга, «игра по принуждению не может оставаться игрой» [Хейзинга, 1997, с. 26]. На этом этапе речевая стратегия зачинщика состоит в том, чтобы заинтересовать потенциальных игроков. Если инициатор предлагает какое-либо необычное название игры, дети, как правило, с большей охотой соглашаются на участие, поскольку все новое представляет для них повышенный интерес:

«Helios| -said the Biliiken, - «have а дате?» - «А game of what?» - Marmaduke replied. - « Well, there's Duck on the Rock», - he suggested, - «or Roly Poly». - «Duck on the Rock sounds interesting, lets try that» [Brazil, 1913].

Однако на данном этапе игры возможна коммуникативная неудача - категоричный отказ от участия: «Jehosophat called to him from the barnyard:

«Come'n and play "I spy"». But Marmaduke only grumbled: «Don»t want to». - «Well, let's play «Cross Tag' then», - Jehosophat suggested. - «Don't want to», repeated his brother again, not very politely» [Brazil, 1917]. Отказ от участия может быть аргументирован: «Never! It's a boy's дате, and the ball is so hard, it hurts my hands!» - objected Carmel [Там же].

В командных спортивных играх отказаться от участия в матче значит подвести команду и, следовательно, потерять свой авторитет среди сверстников. Информируя о своем неучастии, игрок, оправдываясь, часто прибегает к стратегии извинения, используя вежливые речевые формы, чтобы сгладить негативную реакцию капитана команды: «I'm fearfully sorry, Norris», - he said. - «Don't say you can't play on Saturday», - moaned Norris. - «Frightfully sorry. ! know it's a bit of a sickener. But I don't see how / can, really. The doctor says I shan't be able to play for a couple of weeks» [Brazil, 1913].

Коммуникативная неудача имеет место и в случае, если желание ребенка в участии игнорируют. Как правило, дети одной возрастной группы с солидарностью отказываются принимать в игру младших по возрасту, демонстрируя свое превосходство. Они прибегают к стратегии авторитетного отказа, аргументируя его неопытностью младших, сомнениями в их способностях к игре: «Naw, we don't want any kids!» -«I can catch and pitch - curves, too», - Marmaduke protested, but they wouldn't believe him. - «You can't, either», - Fatty yelled back, - «you'd muff it every time. Wouldn't he, Means?» - «Sure he'd muff it every time» [Wodehouse, 1909].

После получения согласия следует распределение ролей. На данном этапе каждый из играющих стремится получить наиболее «интересную» для него роль. Это может происходить: а) по индивидуальному желанию; б) коллегиально; в) по жребию.

Выбор роли по желанию характерен для детей младшего школьного возраста (7-10 лет): «Miriam will you play one of the forwards?» - «Who is going to play center?» [Hughes, 1906]. Если ребенку не предостав-

ляют желаемой роли, он может использовать тактику психического «шантажа»

«If I cannot play center, I shall play nothing!» -«Certainly you may center if you wish to.I am sure I don't wish to seem selfish» [Там же].

Коллегиальное распределение происходит через речевые акты согласования, включающие в себя логическое аргументирование. Данный тип характерен для детей среднего школьного возраста (13-15 лет), когда команда распределяет игроков на поле согласно индивидуальным особенностям каждого: «Rummy, Smith turning out to be a cricketer». - «Yes. I should think he'd be a hot bowler, with his height» [Wodehouse, 1909]. Распределение может проводить капитан команды, зная сильные стороны каждого игрока. Здесь речевое воздействие осуществляется посредством авторитета капитана:

«Now, look here, girls», - he said, - «Maggie, you're wicket-keeper, and Fan and Kitty must field, and Hugh shall bowl» [Farrar, 1902]

Самый нейтральный тип распределения ролей -жребий (считалка, вытягивание короткой спички, подбрасывание монетки и пр.). Данный тип считается детьми самым справедливым, так как он лишен субъективности.

В некоторых играх на начальном этапе участники нуждаются в предварительном объяснении правил. На этом этапе коммуникация между новичком и опытным игроком реализуется в форме инструктивного диалога, в котором можно рассмотреть стратегию подчинения: «But how do you play it? » - «Oh! its easy! You just place a little rock on a big one, and you each stand on the line with rocks in your head, and take turns trying to knock the little one off the big one». - «Suits me, here, you, stand on my head» [Anderson, 1922].

Очередность в командной игре также определяется жеребьевкой. Жребий в командных играх у детей может реализовываться подбрасыванием монеты.

Каждая команда желает выиграть жеребьевку, так как это дает ей преимущество. Так, например, в футболе команда, выигравшая жеребьёвку, определяет, в какие ворота она будет играть в первом тайме, вторая команда производит начальный удар. Капитан может поднять спортивный дух команды обещанием (комиссивом) выиграть жеребьёвку: «I will win the toss»

Иногда игрок может реализовывать в своей речи тактику «подначивания» (я бы на твоем месте...) для

стимуляции капитана на выигрыш в жеребьевке: «I should win the toss today, if I were you». После распределения ролей и жеребьевки начинается игра

1!. Ход игры

Любая игра создает дискурсивное пространство, имеющее определенную структуру. Главным компонентом подвижной игры являются, прежде всего, участники (игроки). В ходе игры можно выделить следующие речевые стратегии игроков, обеспечивающие их взаимодействия на поле:

1) обязательства (комиссивы): «I'll take it!»; «I'll pitch!»; «My ball!». Как правило, эти реплики маркируются глаголом в будущем времени (Future Simple);

2) инструкции, побуждения к действию (директивы): «Make a safe hit!», «Play!», «Carry that ball back!» и пр. Эти речевые высказывания отличает повелительное наклонение (Imperative Mood);

3) информативные сообщения (репрезентативы), когда реплика дана как ориентир в обстоятельствах игры для других членов команды: «Ball is out» (мяч вне поля); «Corner!» (мяч в углу); «In touch!» (за боковой линией);

4) подбадривание (директивы). Как правило, капитан команды (или авторитетный игрок) прибегает к данному виду речевой стратегии с целью поднятия духа участников, мотивируя их на победу. Подбадривание часто реализуется посредством фразеологических единиц, идиом. Следует отметить их разнообразие в речи школьников, наблюдается усиление экспрессивности высказываний за счет фразеологизмов: «АН right, Tommy», whispered East; «hold on the horse that's to win» [Hughes, 1906]; «Keep your head, old boy!»; «Now I want everybody on the job from the word до» [Там же];«We must have more snap and ginger!» cried Dale [Winfield, 1917];

5) оценка (экспрессивы). Оценочные высказывания игроков способствуют оптимизации игровых действий на поле. Объектом оценки чаще всего могут выступать игроки:

- положительная оценка: better players, the best captain, hurry fellows , a splendid girl, a pretty good player, a strong set (сильная команда);

- отрицательная оценка: rotten Rand-Brown. Она может реализовываться также посредством прозвищ, например, Butteifinger {ср. рус. дырявые руки). Как отмечает Ю.С. Климец, подросткам нравится давать прозвища, одной из причин является желание показать недостатки другого окружающим. Согласно исследо-

вателю, «основанием для употребления прозвищ являются их экспрессивность, оценочность и фатическая функция, что соотносится со стремлением молодежи выделиться, сохранив при этом корпоративную принадлежность» [Климец, 2010, с. 193].

Оценке могут подвергаться также действия игроков:

- положительная оценка: «А fine shot!», «Good work, Prescott», «The most wonderful shot I've ever seen!», «You've been playing brilliantly, old fellow!»:

-отрицательная оценка: «Badjob forthe batsman».

В структуру дискурсивного пространства игры, помимо участников, входят также наблюдатели (болельщики). По мнению Э. Штерн, массовое участие подростков в качестве зрителей в спортивных играх можно объяснить особенностями юношеской психики. «Это участие отнюдь не является простым "созерцанием", как в театре или даже кино; это - страстное участие с внутренним соучастием; поэтому оно занимает молодых людей гораздо дольше самого состязания» [Штерн, 2003, с. 478]. На всех этапах игры болельщики осваивают воздействующую функцию слова по отношению к игрокам в следующих речевых стратегиях и тактиках: 1) инструкции, побуждения игроков к действию (директивы): «Send the ball in!», «Kick!» и пр.; 2) комментарии репортажного характера (репрезен-тативы): «Conkey has the leather!»; «Our fellows have the ball!»; 3) подбадривания (директивы): отдельного игрока: «You are our only hope, Sammy. Do go and win!» [Wodehouse, 1909]; команды: «Now, Putnam Hall, do your best! We are looking at you!» [Wodehouse, 1903]. Посредством речевок, слоганов: «Who are we? Can't you see? Colby Hall! Dum! Dum! Dum!» [Там же]; 4) оценка (экспрессивы) событий на поле (положительная или отрицательная): «Well bowled! Well bowled indeed»; «How unlucky!»; «How foolish of them to run so hard!».

Все приведенные выше примеры речевых высказываний болельщиков маркированы восклицательной интонацией, экспрессивностью, что демонстрирует их эмоциональное состояние, отношение к игровому процессу.

Нередко в процессе игры между коммуникантами возникают ссоры. Как справедливо отмечает П.П. Блонский, «во время самой игры конфликты вспыхивают чаще вследствие нарушения каким-нибудь участником правил игры» [Блонский, 1999, с. 230]. Согласно Й. Хейзинги, «правила игры бесспорны и обязательны, они не подлежат никакому сомнению. Стоит

лишь отоити от правил, и мир игры тотчас же рушится» [Хейзинга, 1997, с. 29]. Однако, являясь деятельностью, свободной от каких-либо ограничений, игра дает возможность модернизировать правила, подгонять «под себя». Дети способны «обходить» правила игры, «мухлевать», обманывать партнеров ради успеха. «Тот, кто не принимает правила, притворяется, значит, не играет, а делает вид, значит, разрушает мир игры. Дети это хорошо чувствуют и изгоняют из игры не выполняющих ее правил» [Шмаков, 1994, с. 37]. Так, например, в игре в «камешки» («marbles»), один из участников нарушает правила, установленные ранее авторитетным игроком (Toyman), и этим вызывает возмущение и гнев остальных: «I won «ет, they are mine», - and Fatty kept putting marbles in his bag. - «That's not the way Toyman plays», -Jehosophat insisted, - «when we are through we divide «em up again so's to be even». - «Yourole Toyman doesn't know everything». - Fatty said with a sneer. - «He does, too - he knows most everything there in to know», -shouted both the brothers [Anderson, 1922].

Причинами конфликтов могут быть также недовольство действиями игрока, повышенная эмоциональность, агрессия, стремление занять лидирующее положение и пр. Исследуя коммуникативный конфликт, К.Ф. Седов выделил три типа речевых стратегий: инвективный (демонстрирует пониженную семиотич-ность речевого поведения: коммуникативные проявления здесь выступают отражением эмоционально-биологических реакций), куртуазный (отличается повышенной степенью семиотичности речевого поведения, которая обусловлена тяготением говорящего к этикетным формам социального взаимодействия) и рационально-эвристический (в ситуации конфликта опирается на рассудочность, здравомыслие; негативные эмоции выражает косвенным, непрямым способом, обычно в виде иронии) [Седов, 2004, с. 92-93]. По мнению исследователя, каждый из представленных типов несет в себе свой способ снятия напряжения. Рассмотрим, какие изданныхтипов речевых стратегий реализуются английскими школьниками в коммуникативных конфликтах подвижных игр.

1. «Play the game, and don't be an ass». - «I object to being called an ass», -said Chalmers. - «Apologize!» -«Sorry I upset you, Chalmers, but you elected me captain, and / do want a little success in the houses» [Coombe, 1912].

В данном примере капитан команды побуждает игрока к действию, употребляя при этом инвективную

зооморфную метафору (ass). Ответная реакция игрока - демонстрация обиды, требование извинений. В своем втором высказывании капитан приносит извинения, пытается аргументировать свое речевое поведение. На наш взгляд, речевая стратегия капитана команды в первом высказывании инвективная, во втором куртуазная.

2. Следующий пример демонстрирует несколько конфликтных ситуаций, связанных между собой в одном фрагменте игры: «You knocked те over on purpose then, you cad, I could see it! »-snarled he. - «Get out!» - said Rollitt, shouldering the speaker aside. В этой конфликтной оппозиции «игрок - игрок» оба участника избирают инвективную речевую стратегию. Используя инвективные лексические и грубые невербальные средства, они пытаются снять внутреннее напряжение, «выпустить пар».

Далее обиженный игрок обращается за поддержкой к капитану команды, т. е. здесь его речевая тактика - апелляция к авторитету: «I don't mean to stand this, Yorke. Rollit», - «Shut up!» - said the captain. - «Spread out, you fellow, and be ready. Go to your place, Dangle». -«Hold the ball!» - cried Yorke, as the side ranged out for the kick-off. - «Dangle, get off the field». - «What do you mean?» - said Dangle, very white. - «What I say. You'll either do that or he kicked off».

В приведенной конфликтной оппозиции «игрок -капитан» последний реализует инвективную речевую стратегию. В языковом наполнении она проявляется в повелительном наклонении глаголов, инвективной лексеме shut up. В последнем высказывании капитан, реализуя стратегию подчинения, применяет тактику психологической угрозы, шантажа.

Затем в конфликт вступает второй игрок: «Неге Clapperton interposed». - «Don't до, Dangle; he's no right to turn you off or talk to you like that before the field because of an accident. If you go, I'll go too». - «Go, both of you, then», - said Yorke. - «Are you going or not?» -They sullenly turned on their heels and walked behind the goals» [Flower, 1911]. В данной ситуации мы наблюдаем конфликтную оппозицию «игроки - капитан». Второй игрок поддерживает первого, применяя речевую тактику уговора, апеллирует к его правам. Однако капитан непреклонен и продолжает инвективную речевую стратегию, в результате которой два игрока покидают игровое поле.

Как и любое другое, речевое поведение в рамках межличностного общения подчиняется законам

статусно-ролевого взаимодействия. Статус капитана команды обязывает его защищать интересы своих игроков, быть справедливым и сдержанным в разрешении споров, способствовать сплочению членов команды. «Статусно-ролевое общение основано на ожиданиях того, что языковая личность будет соблюдать речевые нормы, свойственные ее положению в обществе и определяемые характером взаимоотношений с собеседником» [Седов, 2004, с. 81-82]. В приведенном конфликте капитан не оправдал этих ожиданий, неверно выбранная им инвективная стратегия речевого поведения привела к разрастанию конфликта (вместо одного игрока с поля ушли два). Недовольства и ссоры могут возникать в случае несогласия игроков с арбитром: «How's that, umpire?» - cries the bowler. - «Out, leg before», - he said. - «Out, do you hear, leg before?» - «It wasn't!» - growls Tom. - «The umpire gives it out», - is the unanswerable reply. - «It wasn't!» -growls Tom again [Coombe, 1912].

Здесь игрок, демонстрируя свое несогласие с мнением судьи, реализует речевую стратегию неподчинения через тактику «канюченья» (повторы с восклицательной интонацией).

В рассмотренных конфликтных ситуациях школьники чаще реализовывают инвективный тип речевых стратегий, реже куртуазный. Это можно объяснить особенностями психики подростка (повышенная эмоциональность, импульсивность, критическое отношение к окружающим), а также спецификой подвижной игры (быстрая смена событий на поле, требующая моментальной речевой реакции игроков; ограниченность во времени). Языковое наполнение маркировано экспрессивно-оценочными номинациями, инвективной лексикой, грамматическими повторами, повелительным наклонением глаголов, восклицательной интонацией.

Иногда игра может прерываться. Чаще всего это происходит по причине нарушения правил кем-либо из игроков: «Stop!» - was Blake's voice. - «I protest against that deliberate piece of foul play» [Flower, 1911].

III. Конец игры

Конец спортивной командной игры наступает по истечении времени матча, по свистку судьи. В спонтанной игре судью дети выбирают в случае, если игроков слишком много, или на роль судьи выбирается нежелательный игрок (младший по возрасту, слабый физически и пр.). Заканчивается игра тогда, когда играть надоест, то есть без регламента времени. Однако ри-

туальная реплика конца игры, как правило, произносится: «Time's up!».

Игра заканчивается победой одной команды и, соответственно, поражением другой. Победе сопутствуют торжество и триумф, «из нее вытекают честь, почет и престиж» [Хейзинга, 1997, с. 63]

Речевое поведение участников и наблюдателей в финале игры отмечено повышенной эмоциональностью, что проявляется в употреблении экспрессивно-оценочной лексики. Победители и их болельщики выражают свою радость и ликование приветственными возгласами (экспрессивами): «Colby Hall wins! Hurrah! Hurrah!», «Wasn»t that a great game?».

Проигравшая сторона проявляет разочарование и недовольство исходом игры: «Oh, Lord!», «This is awful!», «How unlucky!». Исходом игры может быть ничья: «No goal! The game is a tie!». После окончания игры участники оценивают финал и действия игроков, делают выводы: «I never thought we'd do it!», -murmured Winona to Betty. - «I reckoned our Captain wouldn't fail us!» - chuckled Betty delightedly. - «Well, I'm glad my last match at the old "High" has been a success, anyway!» [Brazil, 1913].

Таким образом, игровой дискурс английского подростка на всех этапах подвижной игры имеет свои особенности. Ребенок учится применять различные речевые стратегии для реализации игровой коммуникации и взаимодействия с её участниками.

э^блиографический список

1. Амзаракова И.П. Ребенок: язык, текст, коммуникация. Абакан: Изд-во Хакас, гос. ун-та им. Н.Ф. Ка-танова, 2012. 332 с.

2. Амзаракова И.П. Языковой мир немецкого ребенка младшего школьного возраста: дис.... д-ра филол. наук: 10.02.04 / Моск. пед. госуд. ун-т. М., 2005.495 с.

3. Блонский П.П. Педология: кн. для преподават. и студ. высш. пед. учеб. завед. / ред. В.А. Сласте-нин. М.: ВЛАДОС, 1999. 288 с.

4. Выготский Л.С. Игра и ее роль в психическом развитии ребенка // Вопросы психологии. 1966. № 6.

5. Иссерс О.С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи. М.: Изд-во Л КИ, 2008. 288 с.

6. Климец Ю.С. Номинации лица в речи молодежи (на материале имен и прозвищ немецкого и русского языков) // Вестник КГПУ им. В.П. Астафьева. 2010. № 3. С. 190-195.

7.

8.

9.

10

12

13

Седов К.Ф. Дискурс и личность. Эволюция коммуникативной компетенции. М., 2004. Седов К.Ф. Становление коммуникативной уникальности человека // Проблемы онтолингвисти-ки - 2009: материалы международ, конф., Санкт-Петербург, 17-19 июня 2009 г. СПб.: Златоуст, 2009. С. 85-92.

Хейзинга Й. HomoLudens: статьи по истории культуры. М.: Прогресс: Традиция, 1997.416 с. Шмаков С.А. Игры учащихся - феномен культуры. М.: Новая школа, 1994. 240 с.

11. Штерн Э. «Серьезная игра» в юношеском возрасте // Возрастная психология: Детство, отрочество, юность: хрестоматия: учеб. пособие для студ. пед. вузов / науч. ред. B.C. Мухина, А.А. Хвостов. М.: Академия, 2003. С. 471-481. Anderson R. Half-Past Seven Stories [Е/г]. URL: http:// www.childrenslibrary.org. files/21656/ (дата обращения: 26.11.2011).

Brazil A. The Princess of the School [E/r], URL: http:// www.gutenberg.org. files/21656/|(o,aid обращения: 25.12.2011).

14. Brazil A. The Youngest Girl in the Fifth. A School Story [E/r], URL: http:// www. gutenberg. org/2/l/6/8/21687/(flaTa обращения: 02.01.2012).

15. Coombe F. Jack of Both Sides. The Story of a School War [E/r], URL: http:// www.gutenberg.org. /2/0/3/5/20354/(дата обращения: 22.12. 2011). Hughes Т. Tom Brown's schooldays [Е/r]. URL: http:// www.gutenberg.org./files/1480/ (дата обращения:

29.11. 2011).

Farrar F. Eric or, Little by Little [Е/r]. URL: http:// www. gutenberg.org. /files/12083// (дата обращения:

14.12. 2011).

18. Flower J. Grace Harlowe's Junior Year at High School. The Merry Doings of theOakdale Freshmen Girls [E/r], URL: http:// www. gutenberg.org/2/0/4/7/20472/ (дата обращения: 01.01. 2012).

19. Winfield A. The Rover Boys at Colby Hall or The Struggles of the Young Cadets [Е/r]. URL: http:// www. gutenberg.org/2/1/8/9/21894/ (дата обращения: 05.01. 2012).

20. Wodehouse P.G. A Prefect's Uncle [Е/r]. URL: http:// www.gutenberg.org. /cache/epub/6985/ (дата обращения: 24.12. 2011).

21. Wodehouse P.G. Mike [Е/r]. URL: http:// www. gutenberg.net. /7/4/2/7423/ (дата обращения: 4.12.2011).

16

17