"Всегда улыбается и всем помогает"

3 ноября на экраны выходит фильм "Девушка в поезде" с Люком Эвансом в одной из главных ролей. Актер и амбассадор компании Bvlgari приехал в Москву и рассказал Нателе Поцхверии, за что он любит часы Bvlgari, как продолжится его музыкальная карьера и чем хорош уэльский акцент в кино.

— Всегда чувствую себя глупо, когда нужно сделать интервью за 20 минут с известным человеком. Я должна задавать вам личные вопросы, даже не поболтав пару минут о погоде. А вы любите отвечать на вопросы незнакомцев?

— Когда я только начинал давать интервью, в этом было что-то странное. А через какое-то время понял — люди видели мою работу, они читали обо мне, знают больше, чем многие мои реальные знакомые. И тогда я притворяюсь, что давно их знаю, и веду беседу как со старыми друзьями. Так что не волнуйтесь, я не откушу вам голову.

— У вас есть какие-то связи с Россией?

— У меня есть несколько друзей, с которыми мы учились вместе в музыкально-театральном колледже в Лондоне. Я учился актерскому мастерству, а они — танцам. Правда, я никогда не видел русский балет. Я помню, смотрел как-то фильм о знаменитом училище.

— Вагановском?

— Да, точно, о Вагановском училище. Боже, какой это тяжелейший труд для маленьких девочек. И сколько боли скрыто от глаз зрителей.

— В актерстве тоже есть скрытая от зрителей боль?

— Я не стал бы использовать такое сильное слово, но свои трудности есть безусловно. Нужно похудеть или набрать вес для роли, например. Но в этом есть свой драйв.

— Когда вы готовитесь к роли, вы будто бы надеваете на себя чужую кожу и становитесь этим человеком на все время съемок или это просто работа, которую вы делаете с девяти до одиннадцати?

— Очень зависит от роли, конечно. Часто я не хочу расставаться с ролью, мне нравится носить ее на себе и после работы. Но если я играю темного героя, то, конечно, в конце дня хочется поскорее избавиться от этого. Нельзя сказать, что это просто работа: мы тратим столько эмоций и энергии, вкладываем частицу себя. И чем значительнее роли, тем больший след они оставляют в моем характере и в моей душе. Я ношу их с собой потом всю жизнь.

— Вы когда-то отказывались от ролей, потому что вам очень не хотелось примерять этого персонажа на себя? Он вас пугал или раздражал.

— Да, несколько раз. Правда, однажды я отказался в пользу другого актера, потому что понимал: моему другу эта роль подходит больше. Нетипичная для киноиндустрии ситуация, конечно, но такой уж я человек. Не смогу спокойно вживаться в образ, зная, что кто-то подходит больше, чем я.

— Люди вокруг вас закатывают глаза и с придыханием говорят: "Это было потрясающе!" Вы верите им? Вас такая вездесущая лесть не изменила?

— (Смеется.) Конечно, нет! Приятно получать награды и призы, слышать похвалу, но мне жаль тех, кто изменился. Это слабохарактерность. Я всегда исповедовал один принцип: "Будь приветлив с теми, мимо кого идешь, поднимаясь в гору. Скорее всего, ты встретишь их на обратном пути". К разговору об известности. Недавно меня пригласили в Букингемский дворец на прием благотворительного фонда принца Чарльза — The Prince's Trust, и я, конечно, забыл свои документы. А во дворец можно попасть, только предъявив удостоверение личности с фотографией. Короче говоря, гвардейцам пришлось набирать мое имя в Google, чтобы подтвердить, что я — это я. Это уже второй раз, когда представители власти ищут меня в Google. Первый раз был в Штатах, пограничники сомневались, что у меня настоящий паспорт.

— Помните свое первое прослушивание?

— Это было в колледже. Я пробовался в мюзикл к Дане Брокколи, жене Альберта, или, как его все звали, Кабби Брокколи, известного американского продюсера, он в том числе продюсировал бондиану. Короче, это были самые известные люди киноиндустрии. И прослушивание проходило на Парк-Лейн, в их роскошнейшем особняке. За огромным обеденным столом сидели Дана, Барбара Брокколи (сейчас она продюсирует фильмы о Бонде), музыканты, актеры и кто только не... Недавно Барбара пригласила меня выпить вместе кофе, и вот я вернулся в ту самую комнату и сразу вспомнил, каково было входить сюда 21-летним мальчишкой...

— Когда вы попали в индустрию, вам пришлось работать над акцентом?

— Да, еще в колледже начал эту борьбу. А дальше в зависимости от роли всегда работал с логопедами. В новом фильме "Девушка в поезде" я упражнялся в американском акценте. Но мой уэльский акцент мне тоже пару раз пригодился. На съемках "Хоббита", например. Режиссеры говорят, что моя речь звучит теплее и проникновеннее. В Голливуде не так много актеров с уэльским акцентом, поэтому такое преимущество мне на руку.

— Вы же отлично поете. Когда вы наконец создадите свою группу?

— Больной вопрос. Когда-нибудь я обязательно это сделаю. Устрою прослушивания, соберу ребят, и мы запишем успешный альбом и будем гастролировать. Когда-нибудь...

— Вы представляете Bvlgari. Это бренд, который не боится трудностей, постоянно повышает планку, реализуя самые смелые проекты. Вы можете назвать свою самую большую победу, ну кроме того прослушивания на Парк-Лейн?

— Я рано уехал из родного Уэльса в Лондон, мне было 17. И я не думал, что это будет самым трудным — найти себя в жизни, без помощи мамы и папы. Но я сознательно пошел на это и рос независимым и сильным. Ну и не пропасть в киноиндустрии — это тоже непросто.

— Вы взяли на себя большую ответственность быть амбассадором компании Bvlgari.

— Во-первых, я должен сказать, что мне невероятно приятно ассоциироваться с компанией, которая так много внимания уделяет мастерству и работе над деталями. Во-вторых, это они рискнули, пригласив меня стать их амбассадором. (Смеется.) Если честно, у меня нет и никогда не было ощущения, что я ходячий рекламный щит. Это просто мои часы, которые мне нравятся и которые я ношу с удовольствием, а не по контракту. Это потрясающая команда профессионалов во главе с Жан-Кристофом Бабеном, генеральным директором Bvlgari. Он очень приятный и дружелюбный человек.

— Часы — это просто индикатор времени?

— Конечно, нет! Часы могут многое рассказать о человеке и его настроении. Я сам выбираю модель часов в зависимости от настроения. Сегодня на мне Bvlgari Octo Finissimo Minute Repeater — самые тонкие в мире часы с минутным репетиром. Люди полгода трудились на фабрике, чтобы сделать один только прототип, и я имею честь эти часы надеть на руку. Это же произведение искусства!

— Помните свои самые первые часы?

— Да, это были смешные часы Timex, но вместо 12 цифр на циферблате было 24. Родители купили мне их во время нашей поездки в Лондон в детстве. Они до сих пор лежат у меня где-то дома.

— Вам часто удается видеться с родителями?

— Не так часто, как хотелось бы. Но я шлю им открытки из любой точки мира. Из России тоже обязательно отправлю.

— Позволите последний вопрос? Как вы описали бы себя незнакомцу?

— Высокий. Всегда улыбается, очень дружелюбный, любит петь и всем вокруг помогает бескорыстно.