Юридические аспекты борьбы английского парламента 1604-16і0 гг. За прерогативу

УДК 94

ЮРИДИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ БОРЬБЫ АНГЛИЙСКОГО ПАРЛАМЕНТА 1604-1610 ГГ. ЗА ПРЕРОГАТИВУ

Д.А. Батшев

Аннотация. В статье рассматривается борьба английского парламента 1604-1610 гг. за прерогативу в условиях существования общего и цивильного права в период восшествия на престол династии Стюартов. Работа строится на исследовании двух систем права, а также на практике действия этих систем, лежащей в основе работы парламента. Рассматриваются дела Ширли, Гудвина и другие проявления отстаивания своих прав парламентом. Он опирался на систему общего права, а король на систему цивильного права. На основе исследования можно говорить о начале конституционного кризиса в Англии в период правления Якова I Стюарта.

Ключевые слова: Английский парламент 1604-1610, борьба за прерогативу, общее право, цивильное право, системы права.

LEGAL ASPECTS OF FIGHT OF THE ENGLISH PARLIAMENT 386 OF 1604-1610 FOR A PREROGATIVE

| D.A. Batshev

Abstract. The article deals with the struggle of the English Parliament of 1604-1610 for prerogative under the condition of existing common and civil law in the period of early Stuarts. The article is based on the investigation of two law systems in theory and in the Parliaments practice. Shirleys Case, Goodwins cases and other examples of the Parliaments struggle for its rights are also under the investigation. In general MPs used the common law, but the king rest on the civil law. On the basis of the article it is possible to say about the beginning of the constitutional crisis in England during the reign of James I Stuart.

Keywords: The English Parliament 1604-1610, struggle for a prerogative, common law, civil law, systems of law.

Английский парламент начала

XVII века - особый орган государства, не обладающий, однако, возможностью участвовать в политической жизни на постоянной основе. Тем не менее, он базировался на старых традициях и основах общего права. Своими корнями этот институт общества уходил в XIII век, когда крупные землевладельцы страны в 1215 г. добились от Иоанна Безземельного подписания Великой хартии вольностей.

К XVII веку с точки зрения развития конституционализма столкнулись две больших правовых системы. История любой из них начинается задолго до того, как появилось большое количество законов. История права должна начинаться с истории судопроизводства. И английская система права связана с судами более, чем какая-либо [1, с. 1]. Речь идет об общем и цивильном праве. Юристы общего права чаще поддерживали парламент и его борьбу за древние привилегии, их профессия считалась делом благородным. Юристы цивильного права прославились своим роялизмом и поддержкой политики короны на пути к абсолютизму. Представители этих направлений вели между собой непрерывную борьбу за расширение границ юрисдикции представляемых ими судебных институтов, за должности в государственном аппарате, прерогатив-ных судах (Звездной палате, Палате прошений, суде по делам опеки, Советах Севера и Уэльса, Высокой комиссии), канцелярии и, следовательно, за увеличение своих доходов [2].

При этом цивилистов было не так уж много — в 1603-1641 гг. насчитывалось всего около 200 адвокатов со степенью «доктор права» [3, с. 9, у].

Относительно социального состава Брайан П. Ливек сообщает, что среди адвокатов общего права большинство выходцев были джентльмены и эсквайры. Такая же картина наблюдается и у цивилистов [3, с. 1011]. Чаще всего образование последних строилось на тех нормах права, которые были более распространены в Европе, нежели в самой Англии [2].

В отношении занятия должностей цивилисты выигрывали из-за более высокого академического и социального статуса [3, с. 22]. Но иногда они этих постов не получали. Это была определенного рода социальная и физическая сегрегация, которая не зависела от способностей или преимуществ. Для них появление перед провинциальным джентри как аутсайдеров, людей без местных корней, не разделяющих их образ жизни и интересы, было тяжелым. Многие даже не имели своей земли. Причина этой изоляции кроется в том, что занятия их часто вынуждали переезжать из родного графства, и они впадали в долги. В отличие от практикующих барристеров, которые могли работать во время перерывов между судебными сессиями, цивилисты зависели от вышестоящих должностных лиц и покровителей [3, с. 35]. По роду своей деятельности они находились в зависимости от короны и даже практикой занимались в судах, которые она контролировала [2].

Соответственно, большие надежды юристы цивильного права возлагали на нового монарха, которому нормы римского права, применяемые в Шотландии, были ближе общего права Англии. Они руководствовались некоторыми принципами

«Дегестов» Юстиниана, которые гласили, что «государь свободен от соблюдения закона», и «то, что угодно государю, имеет силу закона». Таким образом, они оспаривали единоличное право парламента на издание законов и обосновывали право Якова I на неограниченную власть [2].

В XVII веке до 1642 г. в английский парламент было выбрано в общей сложности 30 цивилистов. В первом парламенте Якова Стюарта их было совсем немного — всего шестеро [3, с. 45-46]. При этом все они, кроме одного, участвовали в заседаниях, но даже в такие моменты ориентировались на своих покровителей, среди которых можно найти епископов, архиепископов и Королевский двор [3, с. 43].

Влияние их противников — юристов общего права — во второй половине XVI — начале XVII века значительно выросло [2]. Они существенно богатеют за счет своих клиентов (нередко их разоряя) и вкладывают деньги в землю. Такое положение вещей делало профессию юриста престижной и давало возможность 388 пробиться в высшие слои общества. Связь между юристами общего права и джентри вполне очевидна, но остается открытым вопрос об их месте в социальной структуре английского общества рассматриваемого периода. Бесспорно, что они принадлежали к господствующему классу.

Российский исследователь К.А. Кузнецов считал, что с точки зрения политических взглядов, юристы общего права были проводниками идей парламента. Именно они руководили его борьбой против королевского абсолютизма [4, с. 56]. Исследователь С.В. Кондратьев, проследив образовательный уровень парламентариев

(1563—1642), говорит о существенной динамике роста престижности высшего образования среди парламентариев. Это обеспечивало их осознанный выбор в период борьбы за прерогативы — парламентской либо королевской — в зависимости от политических, идейных и конъюнктурных соображений (имели ли они адвокатскую практику или же должность в государственном аппарате) [2].

В оппозиционном короне лагере ведущую роль играл Эдвард Кок. В 1606 г. он был назначен главным судьей суда общего права, привело его к конфликту с властью монарха — он встал на защиту общего права и его судов от королевской прерогативы. Юрист отстаивал идею верховенства общего права и ограниченности власти суверена его нормами. При этом право понималось не абстрактно, как веление разума, а как исторически сложившаяся система прецедентов [5, с. 78].

Те законы, которые были подвергнуты толкованию со стороны юристов общего и цивильного права, являлись результатом долгого становления английской правовой системы [6, с. 81].

Р. Давид [7, с. 259] выделял в ее истории четыре этапа:

1. До нормандского завоевания страны в 1066 г.

2. 1066—1485 гг. — от нормандского завоевания до установления династии Тюдоров, в период которого происходит становление общего права.

3. 1485-1832 гг. - расцвет общего права при компромиссе с правом справедливости.

4. С 1832 г. до нашего времени.

По мнению Е.Н. Тонкова [6, с. 8190], толкование английского законо-

дательства претерпело ряд существенных влияний. К XVII веку серьезное воздействие на правовую сферу общества оказал, прежде всего, Блаженный Августин, с его провиденциализмом. Он считал, что никто не может нарушать общественного договора, за исключением действующих по воле Бога. Подчеркивается обязанность подчиняться законам царя, подотчетного лишь Господу, чья власть стоит выше всего [8, с. 63].

Принцип разумности и рациональности в теорию толкования были внесены Фомой Аквинским, который обосновал четыре формы права - вечного, естественного, человеческого и божественного. Позитивное право -создается человеком. Естественное право - законы его априорно включены в сознание каждого человека. Вечный закон - универсальный порядок вещей, посредством которого Бог реализует свой промысел. Божественный закон — сумма христианских правил, содержащих запреты и предписания, текстуально отраженные в Ветхом и Новом Заветах.

Следующим влиятельным мыслителем был Генри Брактон, который написал сочинение «О законах и обычаях Англии», содержащее изложение общего права по состоянию на XIII век. Он делил право на три категории: 1) естественное, внушенное всем живым существам природой;

2) гражданское — обычное право, которым пользуется городская община;

3) общенародное, которым пользуются все народы и которое базируется на естественном праве. В английском праве он подчеркнул ту особенность, что его источник — не только законы, но и обычаи. Королевская власть понималась им как гарант справедли-

вости и правосудия, сам монарх за свои деяния отвечал перед Богом.

Последним в этом ряду (относительно указанного периода) является Ф. Бэкон, который стоит скорее на цивильных позициях и говорит о необходимости четкой формулировки любого закона [9, с. 486, 517]. Кроме того, он предлагает создать новую систему законов, некоторые из которых возвести в разряд высших.

Именно в таких условиях проходило развитие конституционализма в Англии в начале XVII века Сам парламент заседал с 1604 по 1610 гг. В общей сложности было проведено пять сессий. По традиции король выпустил особую прокламацию о созыве парламента [10, с. 967].

Изначально предполагалось, что законодательный орган соберется осенью 1603 г., однако на территории страны свирепствовала чума, заседание пришлось отложить до марта 1604 г. [11]. Эти выборы оказались самыми «свободными» за весь тюдо-ровско-стюартовский период. Новый король, проявив невероятное легкомыслие, самостоятельно отбросил те 389 средства, с помощью которых Елизавета I контролировала парламент. Не было ни королевского надзора, ни целенаправленных попыток продвинуть придворных кандидатов. При этом впоследствии король жаловался на плохую службу в парламенте, потому что там оказалось мало его сторонников. От тех сторонников монарха, которые туда попали, парламентарии сами пытались избавиться, потому что считали это нарушением принципа представительства. С другой стороны, Яков I не допускал ко двору деятелей парламентской оппозиции [12, с. 177-178].

В 1603 г. король имел 8 из 13 парламентариев в Совете, к 1613 — только 5 из 26 членов Совета. Только два-три члена Совета заседали в первом парламенте, и четыре — во втором [13, с. 56]. Но дело не в количестве — те, кто были выбраны для этого, были неспособны контролировать и направлять парламент. Таким образом, сразу сложилась система нескольких очагов власти — королевский двор с шотландскими фаворитам; представители высшей знати Англии; парламент в виде палаты общин.

И хотя корона не влияла на выборы, тем не менее, монарх выпустил особую прокламацию от 11 января 1604 г., в которой призывал голосовать за людей достойных, как в моральном, так и в материальном плане [4, с. 119]. В этом, казалось бы, достаточно незначительном моменте поднимается очень важный вопрос относительно материального состояния парламентариев. В 1604 г. он проявился в так называемом «деле сэра Томаса Ширли», рыцаря, который был выбран от города Стенина 390 (Сассекс) [14, с. 303]. Он был арестован до того, как парламент начал свою работу по причине наличия долгов и был посажен в тюрьму Флит, откуда его не собирался выпускать смотритель [15, с. 303-317].

Сам случай обсуждался в палате общин с 22 марта по 22 мая 1604 г., что объясняется тем, что парламентарии считали одной из основных своих привилегий право на свободу от арестов. Этим они, конечно, пользовались так широко, как только могли, в том числе и распространяя свою власть на свою прислугу. Против этого некоторые активно выступали, так как сильно распространилась прода-

жа протекции со стороны представителей парламента [4, с. 89].

Сержанты, которые арестовали должника, сообщили, что не знали об его избрании [16, с. 316]. Однако в ходе разбирательств выяснилось, что об этом знал кредитор Гилес Симп-сон, ювелир. Рассмотрев вопрос по существу и взвесив силу привилегий и силу закона, общины постановили освободить должника на период работы парламента. Если бы было принято противоположное решение, то в случае с прецедентным правом для парламентариев в дальнейшем все могло стать хуже. Кроме того, это одна из древнейших привилегий.

Случай интересен тем, что жена смотрителя тюрьмы активно его поддерживала — когда мужа самого арестовали за неподчинение парламенту, она удерживала Томаса Ширли и «слезно» просила парламент принять правильное решение [17, с. 311312]. Однако она проявила активное упорство и мужество, запершись в тюрьме и требуя назад своего супруга. Тот, в свою очередь, пошел на уступки и признал свою неправоту [18, с. 313], что произошло не без помощи пыток [15, с. 313-314].

В результате рассмотрения дела по существу парламент в 1604 г. составил общий акт по «делу Ширли», который был направлен против тех, кто мог покуситься на древние привилегии парламентариев [19, с. 317]. В дополнение к этому документу был издан еще один акт, в котором говорилось о том, что долг Симпсона и других кредиторов остается в силе, и они могут начать судопроизводство как только закончится срок полномочий парламентария [15, с. 302]. Таким образом, палата общин отстаивала свои

древние привилегии в области защиты от ареста, но, тем не менее, прослеживается явная мысль о том, что парламент — это выборный орган и его члены являются неприкосновенными только на период их избрания. Но никто не предлагал заранее проверять кандидатов от разных округов, по всей вероятности, результаты таких действий могли бросить тень на многих парламентариев.

Другой немаловажный случай борьбы парламента за свои прерогативы произошел также в 1604 г. по поводу выборов от Букенгемшира, вошедший в историю как «дело Гуд-вина», рыцаря. Оно рассматривалось с марта по апрель 1604 г. [20, с. 202215]. Изначально выборы были выиграны Френсисом Гудвиным. Однако это голосование лордом-канцлером было признано недействительным. Были назначены новые выборы, победителем которых стал Джон Фортескью. Вопрос стоял настолько остро, что палате общин грозило совещание с лордами. Эту идею они без колебаний отвергли, потому что расценили ее как посягательство на свою прерогативу.

Дж. Фортескью был членом Королевского совета [4, с. 123], монарху ничего не оставалось делать, как вмешаться ситуацию. Палата общин начала этому сопротивляться, расценивая его действия как усиления абсолютистских тенденций короны [21, с. 209-213]. Яков I, уверенный в своей правоте (ибо Ф. Гудвин был должником, а король постановил избирать только людей достойных), обратился за помощью к судьям, которые согласились на встречу с королем весьма неохотно и указали, что сделали для него больше, чем было сделано для

любого суверена со времен нормандского завоевания [4, с. 123]. Вопреки его ожиданиям, они встали на сторону парламента [20, с. 214]. После долгих дебатов дело закончилось компромиссом: на место от Букингемшира был избран сэр Кристофер Пиггот, который занимал его до 1607 г., когда по настоянию короля был исключен за нелестные высказывания в отношении шотландцев. Оба старых претендента получили освободившиеся места в палате общин в 1606 г. [22, с. 175].

Таким образом, несмотря на вмешательство и заступничество короля, палата общин активно отстаивала свои прерогативы, в том числе и связанные с порядком избрания парламентариев, чем раньше, по сути дела, не занималась. Из этой схватки монарх не вышел победителем, что повлияло на его дальнейшую тактику управления страной. Так, вскоре после коронации он посветил 300 человек в рыцари и фактически удвоил количество пэров, а также убрал советников из палаты общин, переместив их в палату лордов. Последним своим действием он вызвал негодование респектабельных нобилей, но, что еще хуже — в 1604 г. в палате представителей осталось только два его советника [22, с. 176].

Король мог повлиять на состав палаты общин другим способом, по крайней мере, он имел возможность избавиться от неугодных ему людей. Нельзя быть избранным в парламент, будучи мэром или находясь на государственной службе в подчинении короля. Используя это правило, монарх мог просто назначить кого-либо из парламентариев, например, шерифом, и тот должен был освободить свое место.

391

392

Вслед за вышеупомянутыми событиями палата общин 20 июня 1604 г. выпустила «Апологию и удовлетворение» («Апологию палаты общин») [23, с. 217-230], которую составил специальный комитет, возглавляемый сэром Томасом Ридвеем и сэром Эдвином Сандисом. В нем они объясняли королю, что его ввели в заблуждение относительно привилегий и свобод парламента, которые он получил так же, как и получаются земли и титулы, — по праву наследования [5, с. 74]. Отмечается, что оклеветали самих парламентариев по поводу их нежелания видеть королем Якова I и тех речей, которые они ведут на заседаниях. Права парламента являются древними установлениями, а следовательно, они не могут быть отменены или ограничены; говорится о свободе слова во время выступлений. Кроме того, палата общин является Рекордным судом, но ни она, ни палата лордом, ни король по отдельности не могу принимать законы — все вместе они составляют единый организм государственной и правовой системы. Решительно заявляется, что только палата общин имеет право рассматривать дела, касающиеся выборов. Также подчеркивалось, что король не имеет абсолютную власть в принятии решений, касающихся религии. По-видимому, в парламенте боялись отхода от англиканства в сторону католицизма, со своей стороны общины заявляли, что они не сторонники пуританизма. Но не все готовы подписаться под «Апологией» [22, с. 177]. Несмотря на саму подачу документа, где постоянно говорится о людях, которые ввели в заблуждение короля, по сути, он представлял собой попыт-

ку указать место шотландскому королю. Как считает М.А. Барг [24, с. 102], спор, начатый в 1604 г. об объеме полномочий короля, был в своей основе спором о границах прав монарха на имущество подданных.

Одним из видных юристов цивильного права, стоявших на позициях роялизма, был доктор Джон Коуэл, бывший вице-канцлером Кембриджа в 1603—1604 гг. и главным викарием архиепископа Кен-терберийского с 1608 г. В 1607 г. вышла его знаменитая книга «Толкователь», один из лучших юридических словарей своего времени. Его определения весьма своеобразны — нет поиска строгих значений, которые, скорее, берутся из контекста. Он пытается построить последовательные, краткие и ясные дефиниции. При этом иногда автор так их использует, что пытается через понятия цивильного права вывести понятия общего права [25, с. 121].

Книга подверглась серьезной критике со стороны парламента, который обратил на него внимание в 1610 г. Особенно негодование палаты общин вызвали определение слов «субсидия», «король», «парламент» и «прерогатива» [26, с. 1хххуи]. В «Толкователе» [27] эти определения сводятся к следующему:

Субсидия — это помощь, налог или дань, предоставляемая безвозмездно парламентом королю в случае особой необходимости, собираемая с каждого человека в соответствии с его владением землей или товарами.

Король — субъект, обладающий высшей властью и абсолютный правитель всей земли, а следовательно, и единоличный законодатель, стоя-

щий над законом; господин духовный и светский, главный судья.

Королевская прерогатива — те права и привилегии, которые имеет монарх, стоя над общим правом в связи со своим положением суверена.

Парламент — конференция представителей всех земель королевства, собираемая только под руководством королевской власти.

В этих четырех определениях парламентарии увидели ограничение своих исконных прав. В момент выхода книги, видимо, многие юристы общего права из палаты общин ее приметили, но предметом ожесточенных споров она стала только в период конца работы парламента [28, с. 1122]. В этом немаловажную роль сыграл комментарий Эдварда Кока (одного из виднейших ораторов палаты общин) о том, что трактат Томаса Литтлетона является образчиком общего права Англии [29, с. 122]. Возможно, она попала «под горячую руку» недовольных парламентариев, которые вынудили короля разобраться с ситуацией. Это он якобы и сделал, однако второе издание, вышедшее при Карле I в 1637 г., осталось без изменений [26, с. lxxxvii].

Палата общин активно претендовала на то, чтобы стать постоянным органом государства, что отразилось в самоопределении как именно Рекордного суда. Судебная система была постоянно действующим институтом королевства. Еще в акте от 1604 г. общины называют себя «Высший суд парламента» [30, с. 11]. Встречаются также названия «Высокое собрание совета» и «Общий совет королевства» [4, с. 32]. Дело в том, что понятие суд и собрание в английском языке обозначаются одним сло-

вом (court). Граница между палатой общин как судом и как советом оказалась весьма подвижной.

Чтобы играть ту роль в государстве, которую хотели парламентарии, им нужно было бороться за посещаемость заседаний. Отсутствие на заседании рассматривалось не просто как проступок против короны, но против палаты как коллективного целого. Эта борьба с абсентеизмом также понималась как прерогатива [4, с. 32]. Содействие короны в этом вопросе решительно отвергалось. Палата действовала, прежде всего, на законодательном уровне со второй половины XVI века. В 1607 г. 4 апреля была попытка принять билль о регулировании посещаемости палаты общин, но она провалилась, как и более поздние мероприятия такого рода. Достаточно посмотреть на заседание третьей сессии парламента за 20—21 апреля 1607 г., которое было отменено из-за малой явки. Провал этих регулирований был связан с нежеланием связывать самих себя определенными обязательствами по посещению заседаний и нежеланием сокращать практику в других судах, что является доказательством весьма высокого удельного веса адвокатов в палате.

Однако парламент всеми силами пытался обеспечить привод хотя бы основных участников заседаний — тех, кто руководил комитетами. Оправданиями считались посольская служба и отсутствие по болезни. К.А. Кузнецов приводит несколько курьезных случаев связанных с абсентеизмом [4, с. 67, 72-73]. 9 ноября 1604 г. есть решение парламента об обязательном посещении заседаний неким Хассардом

393

Несмотря на то, что его мучила подагра, палата сочла этот недуг недостаточным оправданием. Однако в том же году было разрешено отлучиться одному из парламентариев на неделю по случаю королевской охоты, проходившей рядом с его поместьем при условии привести спикеру самца оленя.

Другими способами контроля была перекличка присутствующих на заседании, точнее, угроза ее проведения, создание списков отсутствующих, принудительный привод через сержантов и даже шерифов (подчиняющихся королю). Ссылаясь на дневник Роберта Бойера, историк сообщает о том, что в 1606 г. на заседании не было ряда парламентариев. К шерифам было решено разослать циркулярные письма с требованием, чтобы они сделали напоминание находящимся на местах членам парламента о необходимости явиться на службу в палату. Кроме того, здесь содержится требование сообщить спикеру о моменте получения письма и о том, какие действия 394 шерифы предприняли. Редакция послания была одобрена, но некоторые спикеры выразили сомнение, по поводу слова «требование» (to require) и предложили заменить его на «просьба» (to pray). Голоса разделились. Находятся противники обращения к шерифам (ведь это королевские слуги, не парламентские). Сэр Эдвин Сандис успокаивает, что в северных частях Англии слово требовать употребляется в смысле «пожелание» (to desire). Сам автор дневника предлагает следующее решение — разослать частные письма свои друзьям — парламентариям, чтобы они не пропускали заседания.

Игра словами нужна была потому, что у парламента нет прямой юридической власти по отношению к слугам короля. Это приводит к появлению ряда побочных вопросов: кто должен был посылать подобные циркуляры, за чей счет, что делать, если шерифы откажутся повиноваться, как быть с теми, кто не подчинится? В ситуацию, где могут быть замешаны его слуги, вмешивается король, настаивая на том, что подобные обращения должны идти только через него. Парламент, боясь создания прецедента, отказывается и решает обойтись собственными силами. В результате, выносится парадоксальное решение — надеяться на то, что в следующий раз прибудет достаточно парламентариев и без рассылки писем.

Здесь важно учитывать тот момент, что при любом количестве присутствующих палата общин считалась полноправной. Дело было не столько в количестве, сколько в необходимости обеспечения его стабильной, непрекращающейся работы как важного государственного органа

Таким образом, структура английского права была построена на существовании двух систем — общего и цивильного права, которые были воплощены в определенных институтах государственной власти — парламенте и короне. Их столкновение было неизбежным, что и проявилось в период английского парламента 1604—1610 гг. Главными вопросами для парламентариев в нем являлись отстаивание прерогативы парламента в избирательном праве и стремление стать постоянной частью государственного аппарата.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Holdsworth, W.S. A History of English Law [Text] / W.S. Holdsworth. - Vol. 1. - London, 1922.

2. Кондратьев, С.В. Английские юристы накануне буржуазной революции [Текст] / С.В. Кондратьев // Правоведение. 1990. № 4 [Электронный ресурс]. - URL: http:// law.edu.ru/article/article.asp?articleID= 156623 (дата обращения: 17.03.2015).

3. Levack, B.P. The Civil Lawyers in England 1603-1641. A political Study [Text] / B.P. Levack. - Oxford, 1973.

4. Кузнецов, К.А. Английская палата общин при Тюдорах и Стюартах [Текст] / К.А. Кузнецов. - Одесса, 1915.

5. История буржуазного конституционализма XVII-XVin вв. [Текст] / Отв. ред. В.С. Нерсесянц. - М.: Наука,1983.

6. Тонков, Е.Н. Толкование закона в Англии: Монография [Текст] / Е.Н. Тонков. - СПб., 2013.

7. Давид, Р. Основные правовые системы современности [Текст] / Р. Давид. - М., 1988.

8. Блаженный, Августин. Исповедь [Текст] / Августин Блаженный. - М., 2006.

9. Бэкон, Ф. Сочинения. Т. 1-2 [Текст] / Ф. Бэкон. - Т. 1. - М., 1977.

10. The Kings Proclamation for calling a Parliament [Text] // Cobbets Parliamentary History of England. From the Norman Conquest, in 1066 to the year, 1803. - Vol. 1. - London, 1806.

11. The Parliament of 1604-1610 [Text] // The History of Parliament. British Political, Social & Local History [Электронный ресурс]. - URL: http://www.historyofparlia-mentonline.org/volume/1604-1629/survey/ parliament-1604-1610 (дата обращения: 31.04.2015).

12. Ковин, В.С. Королевский двор Якова I Стюарта: королевская спальня, ее слуги и все остальные. // Королевский двор в Англии XV-XVIII веков [Текст] / В.С. Ковин / Под. ред. С.Е. Федорова. - СПб., 2015.

13. Aylmer, G.E. 1603-1689. The Struggle for the Constitution. England in the Seventeenth Century [Text] / G.E. Aylmer. - London, 1963.

14. Letter by Edward Phelips, Speaker [Text] // Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner. - Cambridge, 1930.

15. Shirleys Case, 1604 [Text] // Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner. - Cambridge, 1930.

16. The most humble petition of William Wat-kin, Serjeant the Mace in the City of London [Text] // Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner. - Cambridge, 1930.

17. Letter by Anne Trench, Wardens wife [Text] // Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner. - Cambridge, 1930.

18. Letter by G. Hervey, Mr. Lieutenant of the Tower to Mr. Speaker [Text] // Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J. R. Tanner. - Cambridge, 1930.

19. General Act in Shirleys case, 1604 // Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner. - Cambridge, 1930.

20. The Bucks elections, 1604 [Text] // Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner. - Cambridge, 1930.

21. The humble answer of the Commons House of Parliament to his Majestys objections in Sir Francis Goodwins case [Text] // Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner. - Cambridge, 1930.

22. Bryant, C. Parliament. The Biography: Ancestral Voices [Text] / C. Bryant. -London, 2014. - Vol. 1.

23. Form of Apology and Satisfaction, 1604 [Text] // Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner. - Cambridge, 1930.

24. Барг, М.А. Великая английская революция в портретах ее деятелей [Текст] / М.А. Барг. - М., 1991.

25. Stone, J. John Cowells Interpreter: Legal Tradition and Lexicographical Innovation

395

1ЕК

[Text] / J. Stone // SEDERI: Journal of the Spanish Society for English Renaissance Studies. - Barcelona, 2001. - № 10.

26. McIlwain, Ch.H. Appendix B [Text] / Ch.H. McIlwain // The political works of James I. Intr. by Ch. H. McIlwain. - London, 1918.

27. Cowel, J. A Law Dictionary or the Interpreter of Words and Terms, Used either in the Common or Statute Laws of Great Britain and in Tenures and Jocular Customs [Text] / J. Cowel. - London, 1727.

28. The Common complain of Dr. Cowels Book, tending to advance the Prerogative Royal [Text] // Cobbets Parliamentary History of England. From the Norman Conquest, in 1066 to the year, 1803. - Vol. 1. - London, 1806.

29. Sommerville, J.P. Politics and Ideology in England, 1603-1640 [Text] / J.P. Sommerville. - NY, 1986.

30. Succession Act, 1604 [Text] // Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner [Text]. - Cambridge, 1930.

REFERENCES

1. Augustine of Hippo

2. Aylmer G.E., 1603-1689. The Struggle for the Constitution. England in the Seventeenth Century, London, 1963.

396 3. Barg M.A., Velikaja anglijskaja revoljucija v portretah ee dejatelej, Moscow, 1991.

4. Becon Francis, Sochinenija, Vol. 1-2, Moscow, 1977.

5. Bryant C., Parliament. The Biography: Ancestral Voices, London, 2014, Vol. 1.

6. Cowel J., A Law Dictionary or the Interpreter of Words and Terms, Used either in the Common or Statute Laws of Great Britain and in Tenures and Jocular Customs, London, 1727.

7. David R., Osnovnye pravovye sistemy sovre-mennosti, Moscow, 1988.

8. "Form of Apology and Satisfaction, 1604", in: Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner, Cambridge, 1930.

9. "General Act in Shirleys case, 1604", in: Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603 -1625 with a historical commentary by J.R. Tanner, Cambridge, 1930.

10. Holdsworth W.S., A History of English Law, Vol. 1, London, 1922.

11. Istorija burzhuaznogo konstitucionalizma XVII-XVIII vv., ed. V.S. Nersesjanc, Moscow, Nauka, 1983.

12. Kondratev S.V., Anglijskie juristy nakanune burzhuaznoj revoljucii, Pravovedenie. 1990. No. 4, available at: http://law.edu.ru/article/ article.asp?articleID=156623

13. Kovin V.S., "Korolevskij dvor James I Stuart: korolevskaja spalnja, ee slugi i vse ostal-nye", in: Korolevskij dvor v Anglii XV-XVIII vekov, ed. S.E. Fedorova, St. Petersburg, 2015.

14. Kuznecov K.A., Anglijskaja palata obshhin pri Tjudors i Stuarts, Odessa, 1915.

15. "Letter by Anne Trench, Wardens wife", in: Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner, Cambridge, 1930.

16. "Letter by Edward Phelips, Speaker", in: Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner, Cambridge, 1930.

17. "Letter by G. Hervey, Mr. Lieutenant of the Tower to Mr. Speaker", in: Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner, Cambridge, 1930.

18. Levack B.P., The Civil Lawyers in England 1603-1641. A political Study, Oxford, 1973.

19. McIlwain Ch.H., "Appendix B", in: The political works of James I. Intr. by Ch.H. McIl-wain, London, 1918.

20. "Shirleys Case, 1604", in: Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner, Cambridge, 1930.

21. Sommerville J.P., Politics and Ideology in England, 1603-1640, New York, 1986.

22. Stone J., John Cowells Interpreter: Legal Tradition and Lexicographical Innovation,

SEDERI: Journal of the Spanish Society for English Renaissance Studies, Barcelona, 2001, No. 10.

23. "Succession Act, 1604", in: Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner, Cambridge, 1930.

24. "The Bucks elections, 1604", in: Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner, Cambridge, 1930.

25. "The Common complain of Dr. Cowels Book, tending to advance the Prerogative Royal", in: Cobbets Parliamentary History of England. From the Norman Conquest, in 1066 to the year, 1803, Vol. 1, London, 1806.

26. "The humble answer of the Commons House of Parliament to his Majestys objections in Sir Francis Goodwins case", in: Constitutional documents of the Reign of James I

A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J.R. Tanner, Cambridge, 1930.

27. "The Kings Proclamation for calling a Parliament", in: Cobbets Parliamentary History of England. From the Norman Conquest, in 1066 to the year, 1803, Vol. 1, London, 1806.

28. "The most humble petition of William Wat-kin, Serjeant the Mace in the City of London", in: Constitutional documents of the Reign of James I A.D. 1603-1625 with a historical commentary by J. R. Tanner, Cambridge, 1930.

29. "The Parliament of 1604-1610", in: The History of Parliament. British Political, Social & Local History, available at: http:// www.historyofparliamentonline .org/vol-ume/1604-1629/survey/parliament-1604-1610 (accessed: 31.04.2015).

30. Tonkov E.N., Tolkovanie zakona v Anglii: monografija, St. Petersburg, 2013.

Батшев Денис Александрович, учитель истории, Школа с углубленным изучением отдельных

предметов № 415, Москва, denisbatshev@yandex.ru Batshev D.A., History Teacher, School with Advanced Course of Several Subjects No. 415, Moscow, denisbatshev@yandex.ru

397