Фабрика абстрактного

В Мадриде открылась крупнейшая в испаноязычном мире ярмарка современного искусства ARCO. К 32-му году жизни ARCO добилась явного международного признания: из 201 галереи-участницы 133 (то есть 66%) — иностранные. Россия в Мадриде на этот раз никем, кроме журнала-портала "Артгид", не представлена. Из Мадрида — АННА ТОЛСТОВА.

Ярмарка современное искусство

Ларри Гагосян, Иван Вирт и Дэвид Цвирнер, галеристы, возглавляющие "влиятельную сотню" по рейтингу ArtReview, сюда не ездят; в списке участников акул арт-капитализма ранга Lelong и Marlborough совсем немного, но тем не менее ARCO — главное событие на рынке испанского и латиноамериканского искусства, каковому прочат большие успехи. Цены на ярмарке сравнительно невысоки, редко перешагивают миллионный порог, и, хотя неоновая надпись чилийца Альфредо Хаара, украшавшая стенку берлинской галереи Томаса Шульте, гласила "Kultur = Kapital", судя по ценнику ($15 тыс.), речь идет об инвестициях в будущее.

Едва ли не самым дорогим из ныне живущих художников на нынешней ARCO оказался Ilya & Emilia Kabakov — "Цитата N1", батальная, в сущности, картина о борьбе соцреализма и абстракции, на стенде солидной мадридской галереи Ivorypress оценивалась в €700 тыс., скульптурная инсталляция "Золотые яблоки" — в €300 тыс. Остальные знаменитости у Ivorypress были куда дешевле: книжные объекты Фрэнсиса Бэкона и Ай Вэйвэя шли по €102 тыс. и €75 тыс. соответственно; клешнеобразный стеллаж кубинской группы Los Carpinteros стоил €70 тыс.; а гарнитур орхидеевидных мраморных стульев Захи Хадид — €185 тыс. Уровень цен повышают испанские классики модернизма — их достают из собственных кладовых и везут со всего Старого и Нового Света: повсюду то и дело встречаются работы Тапьеса, Чильиды, Хулио Гонсалеса и позднего Пикассо, а галерея Lelong вместо вывески устроила при входе в свой отсек поистине музейную инсталляцию из картин и скульптур Миро. Однако ARCO все же старается делать акцент на современном искусстве, что подчеркнул заслуженный нью-йоркский галерист Эдвард Тайлер Наэм, "прокомментировав" своих Миро и Тапьесов ироничным Маурицио Каттеланом, который пародирует Лучо Фонтану, разрезая холст зигзагом Зорро ($180 тыс.).

По количеству на ARCO, естественно, лидируют испанские галереи. Впрочем, в том, что касается классического испанского и латиноамериканского модернизма, они лидируют и по качеству: неплохой музей авангарда можно было составить, обследовав витрины мадридских Leandro Navarro, Guillermo de Osma и Cayon, а также барселонской Oriol Galeria d`Art. Не отстают от испанцев и передовые бразильцы: галерея DAN из Сан-Паулу, скажем, представила такой набор латиноамериканских кинетистов и оп-артистов (Лиджия Кларк, Хесус Сото, Мира Шендель, Франц Вайсманн, Виллис де Кастро и другие), как будто решила соревноваться с Музеем королевы Софии, где как раз сейчас проходит бесподобная выставка абстракции Южной Америки из знаменитой коллекции Патрисии Фелпс де Сиснерос. Конечно, все — в духе общего культурно-политического курса на интеграцию в "большой мир" — стараются, чтобы их стенды не превращались в испано- и португалоязычные гетто, смешивая "своих" и "чужих". Например, ветеран мадридского галерейного движения Хуана де Аиспуру разбавляет Дору Гарсия и Таню Бругеру звездами в диапазоне от Ясумасы Моримуры до Вольфганга Тильманса. А одна из лучших экспозиций была у валенсийской галереи espaivisor, специализирующейся на концептуализме: аргентинец Умберто Ривас с колумбийцами Мигелем Анхелем Рохасом и Освальдо Масией только выиграли от соседства с Брацо Димитриевичем, Саньей Ивекович и Хэмишем Фултоном.

На втором после испанцев месте по численности — немцы (их в три раза больше, чем турок, хотя именно Турция с десятью галереями в этом году в фокусе — то есть в специальной страноведческой программе ярмарки), а немецкий абстракционист Ими Кнебель имелся буквально у каждой третьей галереи вне зависимости от ее национальной прописки. Вообще немецкоязычные формалисты-перфекционисты вроде Хаймо Цобернига и Гюнтера Ферга явно пришлись к испанскому двору с его мощной традицией беспредметного искусства. Так что медаль за сообразительность, несомненно, заслужила франкфуртская галеристка Бербель Гресслин, у которой в ассортименте имелись и Кнебель, и Цоберниг, и Ферг.

ARCO, основанная в 1982-м, когда никаких музеев и центров современного искусства в Испании не было, долгое время, как и наша "Арт-Москва", служила чуть ли не единственным художественным фестивалем страны. Интеллектуальная рама в виде разнообразных форумов, специальных кураторских проектов и образовательных программ, то есть всего того, что сейчас считается правилом хорошего тона на любой ярмарке, у ARCO существовала исстари. И это, похоже, сыграло свою роль в поощрении меценатства. Несмотря на попытки заигрывать с начинающим и, очевидно, не самым состоятельным собирателем — всяческие интерактивности, конкурсы, гаджеты, онлайновые сервисы и поблажки молодому искусству, ARCO производит впечатление фабрики, работающей на крупные частные фонды, которых так много развелось в Испании, и на крупных коллекционеров — из числа тех 250, что удалось заманить в Мадрид со всего света. Главный приз ярмарки — "A" Prizes for Collecting — адресован не галереям, а именно таким собраниям, что в перспективе могут стать частными музеями. Во всяком случае, торжествующая на ARCO абстракция не той породы, чтобы просто висеть над диваном в гостиной. И неслучайно в первый же день стенды галерей — помимо обычных красных точек — украсились табличками отоварившихся в них fundaciones.