Компьютерная информация в уголовном процессе: сущность и способы закрепления в качестве доказательства по уголовному делу

7.4. КОМПЬЮТЕРНАЯ ИНФОРМАЦИЯ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ: СУЩНОСТЬ И СПОСОБЫ ЗАКРЕПЛЕНИЯ В КАЧЕСТВЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ

Зазулин Анатолий Игоревич, аспирант кафедры уголовного процесса

Место учебы: Уральский государственный юридический университет

a.zazulin@intellectmail.ru

Аннотация: Автор исследует проблему приобретения компьютерной информацией доказательственного значения по уголовному делу, которая обсуждается не только в российской научной литературе (Зигура Н.А., Волеводз А.Г. и другие), но и в иностранной (Minny Narang, Orin S. Kerr). В статье ставится вопрос о том, можно ли отнести компьютерную информацию к одному из видов доказательств, указанных в ч. 2 ст. 74 УПК РФ, или же необходимо выделение ее в качестве отдельного вида доказательств.

В ходе поиска ответа на данный вопрос обосновывается возможность отнесения электронных документов, не имеющих признаков, указанных в ст. 81 УПК РФ, к категории иных документов как доказательств по уголовному делу. Критически оцениваются выводы других исследователей о необходимости выделения компьютерной информации в качестве специального вида доказательств.

В результате исследования выдвигается предложение распространить режим сбора и закрепления, установленный для вещественных доказательств, на компьютерную информацию, существующую как в форме электронного документа, так и в иной форме, и обладающую признаками, указанными в ст. 81 УПК РФ.

Выводы, изложенные в данной статье, позволят повысить эффективность процесса сбора доказательств при расследовании уголовных дел о преступлениях в сфере компьютерной информации. Статья предназначена для ученых-процессуалистов, работников следственных органов и прокуратуры.

Ключевые слова: компьютерная информация, доказательство по уголовному делу, вещественное доказательство, электронный документ, иные документы.

COMPUTER INFORMATION IN

CRIMINAL PROCEDURE: ESSENSE AND METHODS OF FIXING AS AN EVIDENCE IN CRIMINAL CASE

Zazulin Anatoly I., postgraduate student

Study place: Ural state law University

a.zazulin@intellectmail.ru

Annotation: The author examines the problem of acquisition by computer information the status of evidence in criminal case. This problem is a subject of wide speculation of domestic scholars (Zigura N.A., Volevodz A.G. and others) and foreign scientists (Minny Narang, Orin S. Kerr). In this article author facing a following issue: is it possible to include computer information to one of the types of evidence specified in part 2 of article 74 Criminal procedure code of Russian Federation or we need to take it as a separate type of evidence?

In process of searching the answer to this question author proves the possibility of referring electronic documents which not have a features

specified in article 81 of the Code to category of other documents as evidence in a criminal case. Also author critically evaluates the findings of other researchers regarding the necessity of providing computer information as a special type of evidence.

In the end of article author puts forward a proposal to extend the regime of collection and fixation of material evidence on computer information in electronic document and other forms when it have features which specified in article 81 of the Criminal procedure code.

The findings in this articles will improve the process of collecting evidence in course of computer crimes investigations. The article is intended for scholars, investigators and prosecutors.

Keywords: computer information, evidence in criminal case, material evidence electronic document, other documents.

Теория информационного общества, главенствующая в настоящее время в области философии и политологии, наиболее точно раскрывает сущность процессов, происходящих в современном мире. Согласно ей, информационное общество представляет собой человеческое общество, в котором информация выполняет системообразующую функцию: в экономике она является ключевым фактором производства, превосходящим по значимости все остальные виды материального производства, а в социально-культурной сфере - основной причиной изменений в политике и обществе [11, с. 1086].

Такая концепция в России была принята не только в общественных науках, но и на уровне политики и права, найдя свое отражение, например, в тексте Доктрины информационной безопасности Российской Федерации. Согласно данному документу, «информационная сфера, являясь системообразующим фактором жизни общества, активно влияет на состояние политической, экономической, оборонной и других составляющих безопасности Российской Федерации» [3, с. 4].

Главенствующая роль информации в области общественных отношений, характеризующая информационное общество, объясняется, прежде всего, развитием новых информационно-коммуникативных технологий, а именно компьютерных технологий. Как пишет А.А. Чернов, «компьютер...произвел революционные изменения не только в средствах обработки информации, но и в мире связи, взяв на себя функции обработки потоков информации. Однако сам по себе он не стал условием перехода к информационному обществу» [15, с. 16]. Именно появление глобальных компьютерных сетей, по утверждению А.А. Чернова, «неизмеримо увеличило мощность и информационные возможности отдельных компьютеров» [15, с. 17].

Таким образом, современное информационное общество обязано своим появлением компьютерным технологиям, позволяющим мгновенно передавать информацию на любые расстояния. В качестве основы современного общества, компьютерная информация, в свою очередь, выступает в качестве неразрывного элемента общественных отношений. В связи с этим возникла необходимость ее правового регулирования и защиты.

Подобные попытки были предприняты законодателем как в частных, так и публичных отраслях права. В целях защиты компьютерной информации от противоправных действий в уголовные законы большинства стран мира были введены статьи, предусматривающие уголовную ответственность за противоправные действия в сфере компьютерной информации. Однако после криминализации отдельных деяний в данной сфере, возникло множество проблем, связанных с расследованием соответствующих преступлений. И

Зазулин А. И.

КОМПЬЮТЕРНАЯ ИНФОРМАЦИЯ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

если криминалистические стороны данных проблем были решены, с некоторыми оговорками, успешно, то уголовно-процессуальный аспект не нашел своего нормативного разрешения в подавляющем большинстве государств, включая Россию.

На подобное упущение справедливо указывают многие зарубежные авторы. Так, Минни Наранг пишет, что «если не предпринять соответствующие меры, в современную эпоху быстро развивающихся технологий систему уголовного судопроизводства ждет неминуемый крах, так как ее институты окажутся бесполезными» [4, с. 73]. Профессор Орин Керр также подчеркивает, что существующие уголовно-процессуальные нормы ориентированы на применение в ходе расследования материальных преступлений и неэффективны в ходе расследования компьютерных преступлений [5, с.280].

Суждения, изложенные ранее, полностью справедливы и по отношению к отечественной правовой науке. По-прежнему большое внимание уделяется уголовно-правовым проблемам борьбы с преступлениями в сфере компьютерной информации. Также, многочисленные исследователи посвящают свои работы криминалистическим аспектам расследования компьютерных преступлений.

При этом исследований, проведенных в рамках науки уголовного процесса и касающихся процессуальных аспектов расследования преступлений, предусмотренных главой 28 Уголовного кодекса РФ (далее -УК РФ), крайне мало. Их большая часть посвящена особенностям производства отдельных следственных действий по делам о компьютерных преступлениях, в то время как сущности и роли компьютерной информации в доказательственном праве уделено намного меньше внимания. Несмотря на это, только выработка единой доктринальной позиции в данном вопросе может повлечь за собой качественный сдвиг в направлении совершенствования законодательства по борьбе с компьютерными преступлениями.

Цель данной статьи - рассмотреть некоторые вопросы, касающиеся сущности компьютерной информации как доказательства по уголовному делу и способов ее закрепления в качестве такового.

Обратившись к тексту УК РФ можно заключить, что основным понятием, используемым в статьях 272-274 УК РФ, является компьютерная информация. При этом в статьях 272 и 274 УК РФ данный термин используется при определении предмета преступления, а в статье 273 УК РФ - для определения не только предмета, но и орудия совершения преступления.

Сам термин «компьютерная информация», тем не менее, раскрывается не в УК РФ, а в Соглашении о сотрудничестве государств-участников СНГ в борьбе с преступлениями в сфере компьютерной информации, согласно которому под компьютерной информацией подразумевается «информация, находящаяся в памяти компьютера, на машинных или иных носителях в форме, доступной восприятию ЭВМ, или передающаяся по каналам связи» [1, с. 144-145]. Таким образом, основным признаком компьютерной информации является возможность ее восприятия электронно-вычислительной (компьютерной) техникой или передачи по каналам связи.

Как известно, компьютерная техника воспринимает и оперирует информацией в форме нулей и единиц электрических сигналов (двоичной системы счисления) [6, с. 8]. Соответственно, компьютерная информация

представляет собой особый вид информации в форме двоичного кода. Как отмечают Н.А. Зигура и А.В. Кудрявцева, такую информацию человек воспринимает не с помощью органов чувств, а опосредовано, с помощью программно-аппаратных средств [9, с. 36].

Данные особенности компьютерной информации порождают проблему ее определения в качестве доказательства по уголовному делу. Так, в соответствии со статьей 74 Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее -УПК РФ), доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Согласно ч. 2 ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств допускаются:

1) Показания подозреваемого, обвиняемого;

2) Показания потерпевшего, свидетеля;

3) Заключение и показания эксперта;

4) Заключение и показания специалиста;

5) Вещественные доказательства;

6) Протоколы следственных и судебных действий;

7) Иные документы.

Таким образом, данная норма не закрепляет компьютерную информацию в качестве отдельного вида доказательства по уголовному делу. Как следствие, возникают два вопроса: можно ли отнести компьютерную информацию к одному из предусмотренных законодателем видов доказательств? Если нет, то возможно ли выделить ее в качестве отдельного вида доказательства?

При поиске ответа на первый вопрос следует отметить, что более всего компьютерная информация отвечает требованиям вещественных доказательств или иных документов.

Определяя признаки вещественных доказательств, законодатель в ст. 81 УПК РФ подразумевает, что в качестве вещественных доказательств по уголовному делу могут служить только предметы, то есть объекты материального мира. В связи с этим весьма затруднительным представляется отнесение компьютерной информации к категории вещественных доказательств, ведь она не привязана к своему материальному носителю, а также может быть воспроизведена только посредством технических и программных средств бесчисленное количество раз.

Неоднозначной представляется также точка зрения, в соответствии с которой компьютерную информацию следует относить к иным документам, выступающим в качестве доказательств в уголовном процессе. Для того, чтобы сделать такой вывод, необходимо понять, что именно подразумевает законодатель под документом в п.7 ч. 2 ст. 74 УПК РФ.

Определение документа содержится в ч. 11 ст. 2 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», согласно которой документированная информация (документ) представляет собой зафиксированную на материальном носителе путем документирования информацию с реквизитами, позволяющими определить такую информацию или в установленных законодательством Российской Федерации случаях ее материальный носитель [2].

Следующая ч. 12 ст.2 указанного закона содержит определение электронного документа, согласно которому он является отдельным видом документа,

представленным в электронной форме, то есть в виде, пригодном для восприятия человеком с использованием электронных вычислительных машин, а также для передачи по информационно-телекоммуникационным сетям или обработки в информационных системах [2].

Таким образом, электронный документ как особая форма выражения компьютерной информации может являться доказательством по делу в качестве иного документа. Однако следует учесть, что в соответствии с ч. 4 ст. 84 УПК РФ, документы, обладающие признаками, указанными в ч. 1 ст. 81 УПК РФ, должны признаваться в качестве вещественных доказательств. Как тогда быть с электронными документами, сохранившими на себе следы преступления (например, измененный в результате воздействия вредоносных компьютерных программ цифровой код), а также на которые были направлены преступные действия (электронные документы, содержащие коммерческую тайну, к которой был осуществлен незаконный доступ)? Ведь такие электронные документы, с одной стороны, не могут являться иными документами по делу в силу упомянутой ст. 84 УПК РФ, а с другой, они хотя и подпадают под признаки вещественных доказательств, однако не являются объектами материального мира.

Более того, стоит также помнить о том, что компьютерная информация не всегда выражается в форме электронного документа. Диспозиция статьи 273 УК РФ подразумевает уголовную ответственность за создание, распространение или использование компьютерных программ либо иной вредоносной компьютерной информации. Одним из видов последней являются, например, так называемые «логические бомбы», которые представляют собой цифровой код, внедренный в какую-либо полезную программу или файл [12, с. 114]. Как поступить с подобной компьютерной информацией, выраженной не в форме цельного файла или электронного документа, а лишь цифрового кода?

Совершенно справедливым является суждение о том, что подобная информация соответствует определению доказательства, изложенному в ст. 74 УПК РФ. С другой стороны, ее нельзя отнести ни к категории вещественных доказательств, ни иных документов.

Возможно ли, в таком случае, выделить электронные документы, подпадающие под признаки вещественного доказательства, а также иную компьютерную информацию в качестве отдельного вида доказательств по уголовному делу?

Для ответа на данный вопрос необходимо обратиться к проблеме закрепления компьютерной информации как доказательства по уголовному делу. Как писал М.С. Строгович, «пока доказательство не рассмотрено и не закреплено процессуально, нельзя утверждать, что доказательство действительно обнаружено и является ли действительно доказательством то, что обнаружено» [13, с. 302].

По мнению Н.А. Зигуры, компьютерная информация в любой форме должна выделяться в качестве отдельного вида доказательств и процессуально закрепляться в таком же порядке, какой предусмотрен законодателем для закрепления вещественных доказательств - посредством вынесения постановления о признании в качестве доказательства и приобщении к уголовному делу [8, с. 212].

Такая точка зрения, на взгляд автора, заслуживает критической оценки. Здесь необходимо учитывать тот факт, что выделение законодателем в ч. 2 ст. 74 УПК РФ отдельных видов доказательств обуславливается

особым порядком сбора и закрепления каждого из них. Тем самым, только специальный порядок сбора и закрепления компьютерной информации, отличный от других, позволяет выделить ее в качестве отдельного вида доказательств. Установление же для нее порядка, аналогичного порядку сбора и закрепления вещественных доказательств фактически нивелирует процессуальное значение выделения компьютерной информации в качестве отдельного вида доказательств.

Тем не менее, в данной позиции, по нашему мнению, есть рациональное зерно. Действительно, если исходить из предпосылки о том, что компьютерная информация (в форме электронного документа или вне данной формы) обладает признаками вещественного доказательства, то есть может служить орудием совершения преступления, сохранять на себе следы преступления или выступать в качестве предмета преступного посягательства, то единственным способом придания ей статуса данного доказательства будет являться признание ее в установленном порядке вещественным доказательством.

При этом стоит отметить, что компьютерная информация не может существовать отдельно от материального носителя. Любой электронный материальный носитель может служить в качестве ее предметного выражения в материальном мире. Как отмечает Худякова Ю.В., носителем информации всегда является предмет, а доказательственное значение имеет содержание и свойства предмета [14, с. 12].

Например, в случае с письменными документами, обладающими признаками вещественных доказательств, значение имеет как смысл, содержание и предназначение текста документа, так и письменный носитель информации (бумага, состав чернил). Аналогичным образом дело обстоит и с компьютерной информацией, которая выступает в роли текста документа, а ее носитель (например, компакт-диск) - в качестве бумаги и чернил. При этом материальный носитель, как справедливо отмечает О.Г. Григорьев, может обладать и собственным доказательственным значением, независимо от содержащейся на нем компьютерной информации [7, с. 5].

С данной позиции столь детально регламентированное законодателем в статье 183 УПК РФ копирование информации с электронного носителя представляет собой действие, аналогичное помещению, например, орудия убийства, найденного на месте происшествия, в специальный пакет для признания его в последующем вещественным доказательством и приобщения к материалам уголовного дела.

Таким образом, на компьютерную информацию может быть распространен режим вещественного доказательства по уголовному делу. Следовательно, необходимо не выделение ее в качестве отдельного вида доказательств, как предлагает Н.А. Зигура, но прямое включение компьютерной информации, не являющейся иным документом по делу, в понятие вещественных доказательств посредством внесения соответствующих изменений в статью 81 УПК РФ.

Обобщив вышесказанное, можно сделать выводы о том, что:

1. Для целей уголовного процесса компьютерную информацию можно разделить на три вида:

- компьютерная информация в форме электронного документа, не отвечающая признакам вещественного доказательства;

- компьютерная информация в форме электронного документа, обладающая признаками вещественного доказательства;

Зазулин А. И.

КОМПЬЮТЕРНАЯ ИНФОРМАЦИЯ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

- компьютерная информация, не являющаяся электронным документом, имеющая признаки вещественного доказательства.

2. В качестве доказательства по уголовному делу первый вид компьютерной информации относится к категории иных документов (п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ). В то же время, второй и третий виды компьютерной информации по смыслу действующего законодательства формально не могут быть отнесены к какому-либо виду доказательств, предусмотренному ч. 2 ст. 74 УПК РФ.

3. Компьютерная информация второго и третьего вида хотя и не обладает свойствами материального предмета, однако по своей сущности и значению является вещественным доказательством и подразумевает собирание и закрепление таким же образом, как и вещественных доказательств. В связи с этим необходимо внести уточнения в ст. 81 УПК РФ, предусмотрев в ней положение о том, что компьютерная информация может выступать в качестве доказательства по уголовному делу, а также порядок и особенности ее закрепления и хранения в сравнении с другими вещественными доказательствами.

Список литературы:

1. Соглашение о сотрудничестве государств-участников СНГ в борьбе с преступлениями в сфере компьютерной информации // Информационный вестник Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ. № 1 (37). С. 144145.

2. Федеральный закон от 27.07.2006 г. № 149-ФЗ (с изм. от 31.12.2014 г.) «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» // Российская газета от 29.07.2006 г. № 165.

3. Доктрина информационной безопасности Российской Федерации (утв. Президентом РФ 09.09.2000 г. № Пр-1895) // Российская газета от 28.09.2000 г. С. 4.

4. Minny Narang. Cyber Crimes: Problems of investigation and solutions // Indian journal of applied research. 2013. Vol. 3, Issue 11.

5. Orin S. Kerr. Digital evidence and the new criminal procedure // Columbia law review. 2008. Vol. 105.

6. Волеводз А.Г. Следы преступлений в сфере компьютерной информации // Российский следователь. 2001. № 7.

7. Григорьев О.Г. Роль и уголовно-процессуальное значение компьютерной информации на досудебных стадиях уголовного судопроизводства: Дисс. ... канд. юрид. наук. Тюмень, 2003.

8. Зигура Н.А. Компьютерная информация как вид доказательств в уголовном процессе России: Дисс. . канд. юрид. наук. Челябинск, 2010.

9. Зугура Н.А., Кудрявцева А.В. Компьютерная информация как вид доказательств в уголовном процессе России. М., 2011.

10. Соколов Ю.Н. Электронное наблюдение в уголовном судопроизводстве и оперативно-розыскной деятельности. Екатеринбург, 2006.

11. Соловьёв Э. Г. Информационное общество. Новая философская энциклопедия: в 4 т. М., 2010. Т. 2.

12. Спицын В.Г. Информационная безопасность вычислительной техники. Учебное пособие. Томск, 2001.

13. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968. Т. 1.

14. Худякова Ю.В. Вещественные доказательства в уголовном процессе. Автореф. дисс. .канд. юрид. наук. Челябинск, 2006.

15. Чернов А.А. Становление глобального информационного общества: проблемы и перспективы. М., 2003.

РЕЦЕНЗИЯ

на статью «Компьютерная информация в уголовном процессе: сущность и способы закрепления в качестве доказательства по уголовному делу» аспиранта кафедры уголовного процесса Уральского государственного юридического университета Зазулина Анатолия Игоревича

Статья Зазулина А.И. посвящена проблеме сущности и значения компьютерной информации как доказательства по уголовному делу.

Стоит отметить, что выбранная автором тема исследования является, без всякого сомнения, актуальной на фоне все большей информатизации современного общества, перехода множества общественных отношений в электронно-цифровую среду. Подобные процессы вызывают необходимость законодательного регулирования данной среды, включения понятия «компьютерная информация» в отрасли права, в том числе и уголовный процесс. В связи с этим научные исследования в данной области представляются весьма важными и значимыми.

Основной вопрос, который ставит перед собой автор, заключается в том, какое место занимает компьютерная информация в системе доказательств, предусмотренной частью 2 статьи 74 Уголовно-процессуального кодекса РФ. В процессе поиска ответа на данный вопрос, Зазулин А.И. исследует положения как УПК РФ, так и Уголовного кодекса РФ, а также иных нормативно-правовых актов. На основе анализа данных правовых норм, автором статьи делается обоснованный вывод о том, что электронный документ может относиться к категории иных документов как доказательств по уголовному делу (п. 7 ч. 2 ст. 74 УПК РФ).

В своей статье Зазулин А.И. также проводит анализ точек зрения других авторов, занимающихся сходными вопросами, делает интересный вывод о возможности распространения режима сбора и закрепления вещественных доказательств на компьютерную информацию, отвечающую признакам, изложенным в статье 81 УПК РФ.

Заслуживает внимания и то, что Зазулин А.И. в ходе исследования обращается к аспекту придания статуса доказательства не только электронному документу, но и иным видам компьютерной информации, что практически не освящается в других научных работах на данную тему.

Автором статьи четко определена исследуемая проблема, обоснованы ее значимость и необходимость разрешения. Проведен обширный анализ законодательства, мнений различный зарубежных и отечественных исследователей. Содержание статьи структурировано и логически обосновано, текст соответствует нормам русского языка и научному стилю речи.

В связи с указанным выше, научная статья Зазулина А.И. «Компьютерная информация в уголовном процессе: сущность и способы закрепления в качестве доказательства по уголовному делу» соответствует всем требованиям, предъявленным к работам такого рода и может быть рекомендована к публикации в научных изданиях.

Научный руководитель, доктор юридических наук, профессор кафедры уголовного процесса Уральского государственного юридического университета

Балакшин Виктор Степанович