Рента в экономической политике государства

5. Щербакова Т.Н. К вопросу о формировании имиджа образовательного учреждения.// Молодой ученый. 2012. № 3. С. 430-434.

6. Эш Ф.Р. Оценка современных условий управления брендами. Учет рыночных условий: обесценение продуктов и брендов. Бренд-менеджмент. 2008. - № 4. C. 198-210.

Рента в экономической политике государства Волков И. В.

Волков Иван Васильевич / Volkov Ivan Vasilievich - аспирант, кафедра мировой экономики,

Дипломатическая академия МИД России, г. Москва

Аннотация: в статье анализируются роль и значение ренты в экономической политике государства. Рассматривается история развития рентных отношений в аграрную и индустриальную эпоху на примере производственных отношений разных этапов развития экономики СССР. Показана преемственность форм распределения ренты согласно сословной иерархии общества. Установлено, что основой рентных отношений был и остается наемный труд.

Ключевые слова: анализ, рента, рентные отношения, наемный труд, частная собственность, государственная собственность, экономическая политика государства.

Тема ренты при всей её значимости и популярности крайне слабо освещена в науке.1 Последние серьёзные исследования, ставшие основой современных взглядов на природу ренты, были проведены К. Марксом полтора века назад, и с тех пор ничего принципиально нового сказано не было. Причины былого взлета научной мысли и последующего падения интереса ученых к данной теме не совсем очевидны.

Классическая теория ренты, построенная на анализе земельных арендных отношений, начала создаваться еще физиократами (Ф. Кенэ, Ж. Тюрго). Но подлинное развитие данная теория получила у классиков политэкономии (У. Петти, А. Смит, Д. Рикардо, К. Маркс) в период активного перехода аграрной Европы от простого товарного производства к расширенному капиталистическому производству (XVIII-XIX вв.). На смену мелким крестьянским хозяйствам стали приходить большие коммерческие предприятия, лучше оснащенные и организованные. Появился новый класс собственников, владеющих оборотным капиталом, но не владеющих землей. Землёй владели помещики-феодалы, у которых зачастую не было оборотного капитала. Таким образом, сошлись две группы интересов, и земля стала точкой их пересечения. Аренда земли на принципах равных партнерских отношений крупных фермеров с феодалами стала массовым явлением и дала новый импульс развитию сельского хозяйства, что в итоге привело к промышленной революции. 2

1 «К сожалению, сегодня... ренте отводится весьма скромное место в экономической науке, что находит отражение, к примеру, в учебных пособиях. Так, всего несколько строк посвящено ренте в одном из самых популярных учебников мира по экономике П. А. Самуэльсона и В. Д. Нордхауса» [1, с. 7].

2 «Когда место независимых иоменов заняли. мелкие фермеры, арендовавшие землю погодно... систематическое расхищение общинных земель наряду с грабежом государственных имуществ особенно помогло образованию тех крупных ферм, которые в XVIII веке назывались капитальными фермами или купеческими фермами; эти же причины способствовали превращению сельского населения в пролетариат, его «высвобождению» для промышленности» [2, т. 23. с. 736].

26

В аграрную эпоху земля была главным производственным активом и символом богатства. Но если раньше, в период классического феодализма эти две функции были неразрывно связаны и взаимообусловлены, то с приходом на землю капитала они разделились. Как средство производства земля стала служить фермеру-арендатору, принося ему прибыль, а как собственность она стала источником постоянного рентного дохода для её владельца, стала богатством в чистом виде, синекурой. Это была привилегия старого класса дворян, узаконенная властью и освященная церковью.

На эту вторую, негативную сторону земельных арендных отношений обратили внимание классики политэкономии. Они считали, что земельная рента достается феодалам незаслуженно. Однако дальше постановки проблемы они не шли. Маркс взялся за решение этой проблемы и в свойственной ему манере стал рассматривать земельную собственность в свете логики развития классовых отношений. И нашел в ней то, что искал - «высшую власть феодалов»,1 2 пережиток феодализма. Так Маркс пришел к выводу, что земельная частная собственность является главным препятствием на пути развития нового строя - капитализма.3 Делая такой вывод, Маркс исходил из следующих обстоятельств.

Все улучшения земли, производимые арендатором, вели к её удорожанию. По окончании срока аренды следующий договор заключался уже по другой, более высокой цене.4 Получалось, что арендатор, действуя рационально, в интересах дела, сам усложнял себе жизнь. Обогащая землевладельца, он обирал себя.5

Это противоречие требовало разрешения. Надо было менять соотношение доходов в пользу капитала. Но как? Что можно было противопоставить старым порядкам, поддерживаемым авторитетом государства?

Только другой авторитет - науку. Так родилась классическая политэкономия, главный принцип которой - свобода предпринимательства - полностью отвечал интересам буржуазии. Из буржуазного сословия вышли все теоретики классической школы: Уильям Петти, Адам Смит, Давид Рикардо и Джон Стюарт Милль. Двое

1 «С тех пор, как вся земля в той или иной стране превратилась в частную собственность, землевладельцы, подобно всем другим людям, хотят пожинать там, где не сеяли, и начинают требовать ренту даже за естественные плоды земли» [4, с. 52].

2 «Высшая власть в промышленности становится атрибутом капитала, подобно тому как в феодальную эпоху высшая власть в военном деле и в суде была атрибутом земельной собственности» [2, т. 23. с. 344].

«Земельная собственность предполагает монополию известных лиц распоряжаться определенными участками земли как исключительными, только им подчиненными сферами их личной воли» [2, т. 25, ч. 2, с. 165].

«...монополия земельной собственности является исторической предпосылкой и остается постоянной основой капиталистического способа производства, как и всех прежних способов производства, основанных на эксплуатации масс в той или иной форме. Но та форма, в которой находит земельную собственность зарождающийся капиталистический способ производства, не соответствует этому способу» [2, т. 25, ч. 2, с. 166].

3 «И вот в качестве такой чуждой силы и преграды капиталу при его приложении к земле противостоит земельная собственность, или капиталисту - земельный собственник. Земельная собственность служит здесь барьером, который, если не уплачивается пошлина, то есть не взимается рента, не допускает никакой новой затраты капитала на невозделанной до того времени или не сданной в аренду земле» [2, т. 25, ч. 2, с. 321].

4 «.произведенные в земле улучшения достаются собственнику земли в качестве его собственности как акциденции, неотделимые от субстанции, от земли. При заключении нового договора об аренде земельный собственник присоединяет к собственно земельной ренте процент на капитал, вложенный в землю, - безразлично, сдает ли он теперь землю тому самому фермеру, который произвел улучшение, или уже другому» [2, т. 25, ч. 2, с. 169].

5 «.. .земельные собственники повсюду оказывают значительное, в Англии даже преобладающее влияние на законодательство. это влияние может быть использовано для того, чтобы обирать целый класс фермеров.» [2, т. 25, ч. 2, с. 176].

27

последних были настоящими капиталистами. И Фридрих Энгельс, соратник К. Маркса - тоже был фабрикантом.

Не случайно Маркс и Ленин с восторгом отзывались о новом строе. Он впечатлял их небывалыми масштабами и динамикой развития производств.1 И хотя оба они вошли в историю как сторонники пролетариата, своим местом в жизни они были обязаны ему, капиталу. Это он их выдвинул в авангард борьбы со старым укладом, с феодализмом.2 Правда, потом это обернулось против самого капитала. 3Но таков уж марксизм. Признав земельную собственность феодалов главным злом, Маркс решил этим не ограничиваться и все формы частного капитала объявил вне закона. В его «черный список» вместе с аграрным капиталом (землей) попал и промышленный: частные фабрики, заводы и вообще все частные производства. Конечной целью общественно-экономического развития Маркс считал полное уничтожение частного капитала («экспроприация экспроприаторов»4). Так он видел решение основного противоречия капитализма, выраженного в процветании капиталистов за счет безудержной эксплуатации наемного труда и обнищания народа.5

Освобождение труда от ига капитала путем ликвидации частного капитала - суть решения, предложенного Марксом. Оно подкупало своей простотой. И вскоре нашлись люди, готовые эту задачу выполнить.

Не совсем так, как хотел Маркс, и совсем не там, где он планировал, но капитализм был «упразднен», и в отдельно взятой стране, в России, стараниями марксистов-большевиков идеи Маркса стали быстро воплощаться в жизнь.

В аграрной, патриархальной стране, где преобладало мелкое товарное производство, и где капиталистические отношения были еще неразвиты, свершилась «социалистическая революция». Большевики взяли власть и в оправдание совершенного ими переворота6 объявили о начале строительства «государства нового типа» - «государства диктатуры пролетариата».7 Для укрепления своей власти

1 К. Маркс: «Один из великих результатов капиталистического способа производства состоит в том, что он, с одной стороны, превращает земледелие из эмпирического, механически передаваемого по наследству занятия самой неразвитой части общества в сознательное научное применение агрономии..» [2, т. 25, ч. 1, с. 166].

Ленин: «И там, и здесь новые, капиталистические формы хозяйства являются крупным прогрессом, несмотря на все свойственные им противоречия» [3, т. 3, с. 199].

^{Промышленные капиталисты, эти новые властители, должны были, со своей стороны, вытеснить не только цеховых мастеров, но и феодалов, владевших источниками богатства. С этой стороны их возвышение представляется как плод победоносной борьбы против феодальной власти с ее возмутительными привилегиями» [2, т. 23, с. 727].

^«..капиталистическая система противоречит рациональному земледелию. рациональное земледелие несовместимо с капиталистической системой. и требует либо руки мелкого, живущего своим трудом крестьянина, либо контроля ассоциированных производителей» [2, т. 25, ч. 1, с. 135].

4«Монополия капитала становится оковами того способа производства, который вырос при ней и под ней. Централизация средств производства и обобществление труда достигают такого пункта, когда они становятся несовместимыми с их капиталистической оболочкой. Она взрывается. Бьет час капиталистической частной собственности. Экспроприаторов экспроприируют» [2, т. 23, с. 772-773].

5«.. .основное противоречие: с одной стороны, неограниченное развитие производительной силы и увеличение богатства. с другой стороны, как основа этого, ограничение массы производителей предметами первой необходимости» [2, т. 26, ч. 3, с. 51-52].

«.продукт общественного труда присваивается отдельным капиталистом. Это и составляет основное противоречие.» [2, т. 20, с. 674].

6 «.с тех пор как Бисмарк бросился на путь огосударствления, появился особого рода фальшивый социализм. объявляющий без околичностей социалистическим всякое огосударствление.» Из работы Ф. Энгельса «Анти-Дюринг» [2, т.20, с.289 - в сноске].

7«Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа», принятая в 1918 году, «.законодательно закрепила завоевания. рабочего класса России, революционной практикой претворившего в жизнь учение Маркса, Энгельса, Ленина о том, что государством переходного

28

большевики установили свою, партийную диктатуру и вместо обещанного социализма построили «военный коммунизм».

Все крупные предприятия перешли в собственность большевистского государства. А мелкие, формально частные хозяйства (аграрные в основном) попали под жесткую «продразверстку». У крестьян изымались не только излишки продукции, но зачастую и средства к существованию. «Продотряды», действовавшие таким образом, стали подрывать основы сельскохозяйственного производства - материальную базу власти. И тогда продразверстку заменили умеренным «продналогом». Частные хозяйства начали оживать. Когда у них появились те самые излишки, ими стали торговать. Однако с появлением у крестьян денег продуктовый налог был заменен прогрессивным денежным налогом. В результате поэтапной оптимизации налоговой политики государства фискальная система вернулась в обычный режим работы, типичный для буржуазного строя.

Так на смену военному коммунизму пришел НЭП (новая экономическая политика). Но тоже ненадолго. Вскоре это признали ошибкой, ведущей к реставрации капитализма, и первый в мире проект «смешанной» экономики был закрыт.

Партия взяла курс на централизацию управления народным хозяйством. Предприятия перешли под диктат Совнаркома и полностью лишились самостоятельности. Производственный рынок был свернут, и страна вновь встала «на рельсы коммунистического строительства».

На селе началась коллективизация - объединение крестьянских хозяйств в колхозы. В итоге, власть над землей крестьяне окончательно потеряли. Так пал последний оплот частной собственности на средства производства (на землю). И хотя формально собственность колхозов оставалась крестьянской (коллективной), на деле она уже целиком принадлежала государству - оно всем распоряжалось.

Что же дало стране огосударствление производств?

В короткий срок экономика страны из аграрной превратилась в индустриальную. Её мобилизационные возможности резко выросли,1 и это решающим образом повлияло на исход Великой Отечественной войны 1941-1945 гг., которую Советский Союз выиграл.

Однако в стратегическом плане, в условиях мирного соревнования со странами капитализма полная государственная монополия на средства производства оказалась менее эффективной.

Монополия есть монополия. Как её ни называй - «социализмом» или «коммунизмом» - лучше она от этого не становится. Г осударство фактически объявило себя живым воплощением общественного интереса и на этом основании стало навязывать обществу свою волю от его же имени, от имени общества. Понятно, что на таком фундаменте устойчивые отношения между властью и обществом построить невозможно. Рано или поздно эта конструкция должна была рассыпаться. И в 1991 году СССР распался.

Возникнув случайно, без необходимых на то экономических предпосылок,

2

«советская власть» держалась на плаву усилиями отдельных личностей и во многом

периода от капитализма к социализму может быть только диктатура пролетариата. Она подтвердила декреты об отмене частной собственности на землю...» [3, т. 35, Предисловие, с. XVI].

«Декларация впервые в истории человечества практически поставила основные задачи диктатуры пролетариата - уничтожение эксплуатации человека человеком, ликвидацию эксплуататорских классов, построение социализма» [3, т. 35, с. XVII].

^«..Бисмарк без малейшей экономической необходимости превратил в государственную собственность главнейшие прусские железнодорожные линии просто ради удобства приспособления и использования их в случае войны.» [2, т. 20, с. 289 - в сноске].

2«Народные Советы» были наглядным доказательством подмены реального народовластия формальным (ложным), за которым пряталась назначаемая «сверху» администрация (номенклатура). И хотя в работе Советов было много положительного, принцип их

29

благодаря счастливому стечению обстоятельств. В целом же ни власть, ни народ особых стараний для защиты «советского строя» не прилагали. Страну защищали, а строй - нет. Это отчетливо проявилось во время августовского путча 1991 года, когда высшая власть страны разошлась во взглядах на будущее СССР. Ни одну из сторон конфликта народ не поддержал. Да и сами участники конфликта о сохранении советского строя не помышляли - власть народу никто из них отдавать не собирался.

Конфликты постоянно сотрясали и власть, и общество. В них проявлялись и классовые противоречия, и групповые, и личные. Но главное противоречие носило системный характер, и заключалось оно в подмене власти народа властью государства, властью чиновников.

В СССР хозяином страны был не советский народ, а партийный и административнохозяйственный аппарат. Чиновники заигрывали с народом, восхваляли и возвеличивали его средствами официальной пропаганды. Но до обещанного «освобождения труда» дело не доводили. Труд людей оставался подневольным.

Рядовые советские граждане, как и все наемные работники других стран мира, трудились на полях, фабриках и заводах, которые им не принадлежали - за деньги и оклады, которые не они себе назначали и на которые даже не всё можно было купить. Значительная часть благ для большинства советских людей была просто недоступна. Качественный ширпотреб, многие продукты питания, машины, квартиры, импортные товары - всё это было дефицитом, распределяемым «сверху» по закрытым ведомственным каналам. В худшие времена распределение товаров осуществлялось по карточкам. А в лучшие - через «спецмагазины» и «спецраспределители» («спецпайки», «продуктовые наборы» и пр.). Распределение осуществлялось по принципу: чем ниже, тем меньше. Что-то перепадало и низам, но уже по остаточному принципу, если повезёт.

Это разлагало руководящий аппарат, порождало нездоровый карьеризм и коррупцию. В конце концов власть деградировала настолько, что когда под действием внутренних конфликтов и внешнего влияния возникла угроза её уничтожения (1991 г.), абсолютное большинство советского народа просто не встало на её защиту. И власть чиновников рухнула, увлекая за собой в небытие всю страну. Власть не ушла мирно, не уступила бразды правления здоровым силам общества, как многие надеялись - а с треском провалилась, лишив страну шансов на выживание.

Так что же такое дефицит? Какую роль он сыграл в развале СССР?

Дефицит не был причиной всех бед. Он сам был следствием (симптомом) другого, более фундаментального явления под условным названием «неумеренные рентные отношения», которые были навязаны обществу изначально, в момент учреждения государственной монополии на средства производства. Не народ, а чиновники определяли порядок распределения благ в обществе. Ближе к финалу советской истории рентные отношения стали приобретать всё более разрушительный характер. Дифференциация доходов населения росла вместе с ростом коррупции, которая поощрялась снижением ответственности чиновников за их деяния (должностные и уголовные).1 Разлагалась власть, расстраивалась и экономика. Планы не выполнялись, «приписки» множились, проблема дефицита обострялась. Некогда доступные: жильё, образование, медицина и другие «завоевания социализма» - становились всё менее

формирования не позволял им развиваться и качественно выполнять свои функции. Этому мешала исполнительная власть, администраторы.

1 Не все чиновники в СССР паразитировали на власти. Многие на своих постах приносили гораздо больше пользы стране, чем от нее получали. Но не они определяли общий характер власти. Доказательством тому - судьба большинства из них. Людей честных, принципиальных и самостоятельных власть не терпела, потому что ими трудно было управлять, манипулировать. «Твердый план» исключал всякую инициативу «снизу». Производственная дисциплина ценилась выше. Поэтому во власти уживались только угодливые исполнители. Такова была объективная основа порочной кадровой политики государства.

30

доступными. Деградация социальной сферы стала необратимой. Это был закономерный процесс приведения в соответствие социально-политической надстройки реальному экономическому базису - монополии государства на средства производства.

Поскольку собственность была государственной, все блага в приоритетном порядке направлялись государству. То, что часть благ возвращалась народу (через общественные фонды потребления), это сути дела не меняло. В отношениях собственности всё определяет первичное распределение благ. Оно было в руках государства. Из соображений политической целесообразности власть могла делиться с народом своей рентой. Но это был её выбор, народ тут мало что решал. Если ситуация позволяла, государство сворачивало социальные программы. Так было на исходе советской власти, когда люди, разуверившись в коммунистической перспективе, замкнулись на обустройстве частного быта и отказались от коллективной борьбы за свои интересы. Так же было и в США, когда с развалом СССР исчезла «коммунистическая угроза». Рабочее движение лишилось ориентиров, морально ослабело, и в 1996 году федеральные власти сократили финансовую помощь безработным и малоимущим, т. е. забрали часть своей ренты.

Экономики СССР и США имели много общего. И там, и там в основе национального хозяйства стояли монополии. В СССР это были производственные объединения, а в США - корпорации. Американские корпорации были более самостоятельными, но их деятельность тоже регламентировалась государством.1 И характер труда был одинаковым - наемным.

Если судить по доле наемных работников в структуре занятого населения, то в СССР она была, пожалуй, самой высокой в мире. В этом отношении «страна советов» была гораздо более «капиталистической», чем даже самые что ни на есть капиталистические: США, ФРГ и все остальные, официально признанные таковыми. В странах запада был мощный средний класс и целая армия мелких хозяев, работавших на себя (те же фермеры, например). В Советском Союзе таковых почти не было. За исключением двух коротких периодов - НЭПа и «перестройки», всё остальное время абсолютное большинство граждан СССР работало на государство.2

Сегодня в России есть и фермеры, и коммерсанты, и другие частные физические и юридические «лица», включая олигархов. Но лучше от этого не стало. Очередной кризис тяжело ударил по экономике. Как и сто лет назад все замерли в ожидании катастрофы. И вновь аналитики говорят о крахе капитализма. А что говорит наука? Что она предлагает?

Последнюю четверть века (с момента развала СССР) экономическая наука неустанно несла миру идею «свободного рынка»,3 за которой легко угадывались интересы крупного транснационального капитала. Отрабатывая заказ корпораций, западные теоретики настойчиво насаждали «экономический образ мышления»4 и ничем

1 В СССР была полная централизация управления, всё замыкалось на Совете Министров. Экономику США опекала целая сеть контролирующих органов (комиссий и комитетов), учрежденных Конгрессом и общественными организациями.

2 В СССР после войны (при Сталине) было 114 000 частных предприятий, в которых работало около двух миллионов человек. Это всего 2 % занятого населения. При Хрущеве и Брежневе их было еще меньше [6].

3 «Еще одно обвинение, которое часто выдвигается против экономического образа мышления... это обвинение в рыночном уклоне. экономическая теория не считает рыночные решения лучше (или хуже) правительственных, поскольку для нее правительственные решения - это и есть рыночные решения» [5, с. 28-29].

4 «.экономический подход исходит из того, что действия человека основываются на калькуляции затрат и выгод» [5, с. 28].

«Главная цель этой книги состоит в том, чтобы вы начали думать как экономисты; а однажды начав, вы уже никогда не остановитесь. Экономическое мышление подобно наркотику» [5, с. 33].

31

другим по большому счету не занимались. Очередной мировой экономический кризис застал экономистов врасплох. Они уже давно не занимались этой темой серьёзно, по-настоящему. Все старые наработки, вскрывающие природу капитализма, давно вышли из употребления. В такой ситуации велик риск повторения тех ошибок, что уже не раз подводили народы под власть диктатуры. Только теперь ситуация особая. Есть опасность установления не локальной, а глобальной диктатуры рыночных механизмов с вытекающими отсюда последствиями для всей цивилизации.

Однако сторонников «свободного рынка» это вряд ли напугает. Они легче примут очередную волну «экспроприации», которая, по всей видимости, уже на подходе, и которая наверняка будет избирательной (в пользу крупнейших монополий) - чем признают необходимость вмешательства в дела «рынка». Девальвация национальных валют развивающихся стран создает такие предпочтения. Но что интересно. Под вмешательством они обычно понимают участие государства в делах экономики. А вот вмешательство корпораций в дела государства таковым, почему-то, не признают. Странная такая избирательность в трактовке «вмешательства»! Однобокий меркантильный подход к анализу экономических явлений - характерная черта западной науки. Не может она усомниться в идее свободного рынка. Без этого от неё ничего не останется.

Заслугой марксистской политэкономии был вывод о том, что главной причиной экономических циклов и кризисов является неравный обмен между трудом и капиталом. И хотя споры на данную тему давно утихли, само неравенство никуда не делось. Доходы предприятий по-прежнему распределяются непропорционально затратам переменного и постоянного капиталов. Наемный труд, как и прежде, оплачивается по минимуму (согласно договору), независимо от результатов труда. И вся прибыль по-прежнему достается собственнику средств производства (государству - в СССР). Именно прибыль (как в своё время рентный доход феодалов) стала главной причиной периодических кризисов. Так было при Марксе, Ленине, Сталине, Хрущеве, Брежневе и других. Со времен промышленной революции ничего не изменилось. Рента как мешала нормальной работе экономики, так и мешает. Поэтому кризисы повторяются. Но если раньше, в период господства классической марксистской политэкономии многие экономисты хорошо разбирались в таких вопросах, то теперь придется заново всё «открывать».

Время безответственных экспериментов прошло. Ревизия науки о ренте, в первую очередь природоресурсной, стала насущной необходимостью. С неё и следует начинать решение стоящих перед наукой и практикой задач.

Литература

1. Малышев Б. С. Общая теория ренты. Томск: ФЖ ТГУ, 2012. 196 с.

2. Маркс К., Энгельс Ф. ПСС 2-е изд., в 50 т.

3. Ленин В. И. ПСС 5-е изд., в 55 т.

4. Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М.: Соцэкгиз, 1962. 677 с.

5. Хейне П. Экономический образ мышления. - М.: Каталаксия, 1997, 704 с.

6. Трубицын А. К. О Сталине и предпринимателях. [Электронный ресурс]: Сайт КПРФ. URL: http://kprf.ru/rus_soc/99271.html (дата обращения: 16.05.2015).

32