Профессиональный дискурс как среда функционирования категорий мышления

Вестник Челябинского государственного университета.

2018. № 6 (416). Филологические науки. Вып. 113. С. 28—35.

УДК 81'42

ББК 81.0

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ДИСКУРС КАК СРЕДА ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ КАТЕГОРИЙ МЫШЛЕНИЯ

Г. Г. Галич1, А. М. Клёстер2

1 Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского, Омск, Россия 2 Омский государственный технический университет, Омск, Россия

Отражен опыт исследования терминологических фрагментов, включающих категориальные номинации, — фрагментов текста, рассматриваемого как письменная фиксация профессионального дискурса, с целью уточнения категориальной структуры отображаемого в нем знания. В центре внимания находятся термины, обозначающие специальные объекты определенной области научного познания, общенаучные термины, а также общеязыковые лексемы — результаты обыденной категоризации элементов бытия и его многопланового осмысления. Посредством использования метода когнитивной и прагматической интерпретации дискурсивного содержания предпринимается попытка классификации отображаемых в дискурсе когнитивных категорий научного и обыденного знания. Фиксируется общность глобальных категорий ономасиологического и гносеологического типа, в равной мере свойственных когнитивному уровню общеязыкового и профессионального дискурсов и обнаруживающих частные различия на уровне номинирующих категории лексических и грамматических экспонентов.

Ключевые слова: профессиональный дискурс, термин, терминологический фрагмент, категория, категория мышления, когнитивная и прагматическая интерпретация.

Для современного когнитивного языкознания характерно стремление к максимально полному и разностороннему освещению языковых явлений, сочетаемое с многоаспектностью и комплексностью научного описания. В этой связи актуальным становится поиск языковых методик, позволяющих делать выводы о структуре и содержании мысли, воплощенной в текстовой (дискурсивной) форме.

В данной статье представлен опыт анализа языковых реализаций категорий научного и обыденного мышления, присутствующих в форме терминологических и общеязыковых номинаций в профессиональном дискурсе/тексте.

Прежде всего необходимо определить, в каких ракурсах в статье анализируются понятия и термины «профессиональный дискурс» и «категория».

Профессиональный дискурс принято рассматривать как специальную, часто — институциональную, иногда — личностную сферу коммуникации [5. С. 8; 11. С. 32—33; 12. С. 250]. В прагматической и социолингвистической дис-курсологии в центр внимания исследователей помещаются специфические черты профессионального дискурса, отличающие его от других дискурсивных практик и формирующие его как относительно автономный, самостоятельный объект изучения. В этом качестве он может быть рассмотрен также как особая коммуникативная

среда, порождаемая целеполаганием субъектов, специфичная по тематике, оформляемая в соответствии с условиями общения и наполненная определенными языковыми единицами разного уровня обобщения, позволяющими успешно реализовать поставленные коммуникативные цели.

Понятие и термин «категория» все чаще встречается в трудах по когнитивной лингвистике, преодолевая первоначальное неприятие и получая заслуженный статус наиболее общей структуры познания [6. С. 5; 14. С. 44; 17. С. 5; 18. С. 180; 22. Р. 30 и др.]. Авторы этих трудов уделяют большое внимание происхождению термина «категория», истории изучения категорий, их номенклатуре, структуре и типологии. Абстрактный обобщающий характер категории как ментальной структуры вызывает значительные трудности определения и описания этого ненаблюдаемого феномена, наиболее достоверно проявляющего себя в форме вербализации в дискурсе/тексте.

В начале 1980-х гг. с логико-гносеологических позиций еще высказывались сомнения по поводу принципиальной возможности выделения и эффективного описания лингвистическими методами инвентаря мыслительных категорий, несомненно наличествующих в тексте [7. С. 66].

В современной лингвистике выработаны также новые определения понятия «категория»: «одна из познавательных форм мышления», которая «обобщает опыт, обобщает свойства вещей,

осуществляет классификацию» [14. С. 44]; «формат знания» [6. С. 5]; «некие общие разряды», «рубрики опыта» человека [17. С. 3].

Дополнительную междисциплинарную информацию о наборе и сущности глобальных категорий мышления можно получить в работе В. Ф. Асмуса «Античная философия». Эта работа подвергает строго научному логическому анализу известную и многократно упоминаемую в современных трудах когнитологов концепцию категорий Аристотеля, которая, при всей своей фундаментальности, насыщена нерешенными проблемами и поисками истины: «Неразработанность вопроса об отношениях и о связях категорий, логических и лингвистических, привела к тому, что найденные Аристотелем категории выступают у него то как категории бытия и познания, то как категории языка» [3. С. 352].

Сегодня, по прошествии веков, можно зафиксировать весьма скромный прогресс в решении вопроса об отношениях и связях категорий — логических, категорий бытия и познания, с одной стороны, и категорий языка — с другой. Многие известные авторы настаивают на необходимости четкого разграничения концептуальной и языковой картин мира, включающих в себя соответствующие категории, однако убедительные критерии разграничения обычно не приводятся. Это свидетельствует о сложности вопроса и его сохраненной актуальности для когнитивной науки и лингвистики. Выход, возможно, лежит в плоскости отказа от строгого разграничения мыслительного содержания и языковой семантики [23. С. 50] и выделения категорий речемыслительных в понимании С. Д. Кацнельсона [13. Р. 64].

Намеченная в данной статье позиция продолжает научные традиции, развиваемые в трудах Л. В. Щербы [19], С. Д. Кацнельсона [13] и других представителей петербургской школы языкознания. Применяемая — новая по отношению к структурализму 80-х методика когнитивной и прагматической интерпретации явлений дискурса/текста восходит к работам И. П. Сусова [15; 16].

Согласно концепции И. П. Сусова, прагматические и семантические значения дискурсивных структур «можно объединить в рамках единого содержательного (контенсивного) стратума» [16. С. 11]. Связь кодируемых в этих двух видах значений структур человеческой деятельности с фонологической формой высказывания осуществляется посредством лексико-грамматических механизмов языка, закрепленных в его системно-структурной парадигме — независимо от стиля и жанра текста/дискурса.

Как в повседневном бытовом общении, так и в профессиональном дискурсе эти механизмы могут быть представлены как «правила интерпретации формальных языковых структур относительно структур сознания и структур деятельности... Совокупность формальных и семантических правил языка и правил прагматической интерпретации позволяет видеть язык в его целостности, то есть как прагматически интерпретируемую (или социально-интерактивную) систему» [Там же]. Единство функциональных механизмов когнитивной и прагматической интерпретации высказывания коррелирует с реальным единством одноименных форм деятельности говорящего при восприятии, осознании и дискурсивном воплощении отражаемой предметной и — в том числе — профессиональной ситуации.

Наиболее общим можно признать деление категорий мышления по принципу различения того, что в них отображается, и того, как это содержание функционирует в мыслительно-речевой деятельности коммуникантов. Это деление подготовлено опытом изучения содержания предложения в аспекте разграничения диктума и модуса [4; 8], а также некоторыми подходами к содержанию когнитивных категорий в их текстовой реализации [9; 10; 20]. В рамках проблемы систематизации категорий мышления в данной работе формулируется гипотеза, что наиболее общим следует считать деление речемыслительных категорий на онтологические (бытийные) и гносеологические (парадигмальные).

Онтологическими признаются категории, отображающие элементы объективной действительности, бытия: материальные объекты, «вещи», их свойства и отношения, явления природы и артефакты, проявления их функционирования, процессы, события, виды деятельности, а также человека, явления антропосферы и социума, включая язык и языковые формы. В профессиональном дискурсе к этой сфере могут быть отнесены научные категории, формирующие предметное содержание специального научного знания и номинируемые специальными и общенаучными терминами. Дискурс с его разновидностями и термины как единицы, обладающие коммуникативной реальностью, также должны быть признаны категориями сферы онтологии.

Гносеологические категории представляют способы, пути и стратегии познания объективного мира и оперирования онтологическими категориями: чувственное восприятие («точка зрения») и следующие из него виды осмысления — дескрипции и оценки, утверждение и отрицание, точное и приблизительное отражение, определенные

и неопределенные знания, ментальные операции сравнения, метафоры и метонимии, внутренние формы слова: субстантивации и другие виды категориальной деривации в языке, местоименная репрезентация, модальность в широком и узком смыслах, включающая грамматические наклонения и волевые отношения субъекта к отражаемым действиям (желание, возможность, необходимость) и т. д. Профессиональное, научное познание, с одной стороны, и общеязыковое, обыденное — с другой — также отражают различия сферы гносеологии. Профессиональный дискурс, отличающийся тем, как в нем ведется коммуникация, какие и как сообщаются знания, сам по себе предстает как симбиоз онтологии (предметное содержание) и гносеологии (способ подачи предметного содержания) и поэтому представляет собой оптимальную среду для изучения типологии категорий мышления, объективируемых в языке.

В рамках данной статьи один из вариантов приближения к решению новых комплексных задач, связанных с изучением типологии категорий, может быть показан на материале функционирования терминологических единиц в профессиональном дискурсе.

Основным материальным блоком комплексного когнитивного исследования категорий в их дискурсивном функционировании в данной статье признается терминологический фрагмент — отрывок текста, дискурса, содержащий наименование (ономасиологический аспект) или толкование (гносеологический аспект) специального объекта определенной области научного знания [24. Р. 57]. Семантико-когнитивные и коммуникативные свойства категориальной номинации могут быть более полно описаны при ее рассмотрении не только и не столько в словарной статье, как это происходит при дефиниционном анализе, а в контексте достаточного объема, который и является терминологическим фрагментом. Объем фрагмента может различаться в зависимости от его содержания и функций: от поясняющего категориальный термин синонима до текста, посвященного развернутому толкованию номинируемой категории.

Функциональная нагруженность терминологического фрагмента в аспекте когнитивного и прагматического содержания наиболее полно выявляется именно в профессиональном тексте/ дискурсе. Вне специального текста когнитивную функцию несет дефиниция термина в толковом или энциклопедическом словаре как источнике справочной информации о некоторой профессиональной сфере деятельности человека. Эта же дефиниция может присутствовать в самом дис-

курсе. Как правило, дискурсивные дефиниции терминов содержат категориальные признаки обозначаемого объекта или понятия: Der Elektromotor ist eine Maschine zur Umwandlung von elektrischer Energie in mechanische Arbeit [21. S. 138]. Определительная часть содержит название материальной подкатегории («вещи»), к которой посредством глагольной идентификации (ist) относится дефи-нируемый артефактный объект — «машина», и процессуальной категории конкретного действия Umwandlung — «преобразование», для осуществления которого создана эта машина. Общеязыковой компонент zur — «для» несет в себе указание на целевое или функциональное предназначение машины для выполнения каких-то видов предметной деятельности, которое также обладает обобщающим, категориальным статусом — категории «цель» и «деятельность», «функционирование».

Характерно, что категория или подкатегория, стоящая за термином, может иметь разные признаки в качестве существенных в разных дискурсивных практиках. Так, для дискурсов машиностроения термин «машина» связан прежде всего с материальным производством, электротехники — с выработкой, транспортировкой и применением электроэнергии, теплотехники и холодильной техники — с процессами изменения температуры, а в новой дискурсивной области инженерной психологии он чаще всего обозначает устройства, способные выполнять интеллектуальные функции: X-Y-Schreiber ist eine Maschine, die die Veränderung einer Größe ,,X" in Abhängigkeit von einer anderen Größe „Y" aufzeichnet [Ibid. S. 469].

К этой же категории в данной практике относится компьютер.

Соответственно, можно утверждать, что подкатегория «машина» включается в более общую онтологическую категорию «артефактные объекты, предназначенные для выполнения каких-то видов предметной или интеллектуальной деятельности». Так, в следующем энциклопедическом определении подчеркивается, что машина есть не вещь, а средство труда: Unter dem Abstraktionsbegriff "Maschine " wird die Gesamtheit der Arbeitsmittel und Arbeitsplatzgegebenheiten zusammengefasst (z. B. Werkzeug- und Verarbeitungsmaschine, Geräte und Aggregate, Steuerpulte und Bedienstände, Steuerbühnen und Kabinen), vor allem bezüglich der bedien- und überwachungsseitigen Auslegung [Ibid. S. 285].

Категориальное структурирование дискурса, содержащего термин «машина», включает, таким образом, не всегда выраженную в поверхностной структуре, но присутствующую в системе знаний, то есть в мышлении коммуникантов, гипо-гиперо-

нимическую цепочку «объект — машина — вещь/ средство».

Аналогичным образом можно выстроить категориальную цепочку для объектов категории «вещество», «субстанция» в дискурсе холодильной и криогенной техники. «Гелий (азот, водород, аммиак, фреон) — это газ, используемый для получения низких температур» — подкатегория «газ со специфическими свойствами» принадлежит к узкоспециальной технической подкатегории «хладагент» (вещество, используемое в силу своих физических свойств в холодильной или криогенной технике для охлаждения машин и сред) и вместе с ней к онтологической категории «вещество» и более общей категории «субстанция». Подобные гипо-гиперонимические категориальные цепочки выявляют структуру мышления коммуникантов и могут эксплицироваться не только в словаре, но и в профессиональном дискурсе.

Специальные термины несут в себе научное знание, которое приобретается посредством овладения им в процессе обучения и усвоения субъектом категориального аппарата соответствующей науки. В этот аппарат могут входить онтологические и гносеологические категории. При этом онтологические категории для разных наук могут быть различны. Это связано со спецификой предмета науки. Так, для холодильной техники — науки о получении и применении искусственного холода при помощи различных субстанций — холодильных «агентов» преобладающими категориальными номинациями оказываются компоненты категории «процессы»: Entwicklung, Erzeugung, Kühlung, Verdampfung, Verflüssigung, Stabilisierung, Strömung, Kondensation, Sublimation, Vorgang, Prozess, Strom, Betrieb (в значении «работа, эксплуатация») и др. Значительно менее частотны категориальные компоненты «вещи, материальные артефактные объекты»: Maschine, Apparat, Bauteil, Wand, Vorratstank, Rohrleitung, Magnet и подобные, которые включаются в специальную терминологию и приобретают необходимую частотность при конкретизации посредством словосложения или сочетания с атрибутивными процессуальными компонентами: Kühlmaschine, Verdichtungsmaschine и т. д. Названия субстанций немногочисленны и ограничиваются подкатегорией веществ с необходимыми холодильными свойствами, то есть имплицируют для специалиста категорию «свойства»: Gas, Flüssigkeit, Produkt, Helium, Stickstoff, Wasserstoff, Kohlenwasserstoffe. Эксплицитными номинациями категории «свойства» можно признать лексемы Eigenschaften, Temperatur, Unterschiede, Wärme, Kälte, Volumen, Gewicht, Vakuum, Druck, Fläche, Raum, Zeit, Vor-

teil, Nachteil и подобные, которые выходят за рамки узкоспециальных категорий и проявляют свою принадлежность к данной научной области синтагматически — в терминологических фрагментах профессионального дискурса.

Гносеологические категории — в отличие от онтологических — чаще оказываются общими для разных областей знания: математика и история, физика и психология, аналитические и описательные науки в равной мере имеют своей целью получение специального знания и сообщение его научной общественности посредством профессиональных дискурсов. Речь здесь идет об общенаучных терминах.

Динамический (гносеологический) характер механизмов формирования категориальной структуры текста и его фрагментов (категория «процессы познания») обусловливает их выражение глагольными терминами познания и их субстантивными коррелятами: erkennen — Erkenntnis, erfahren — Erfahrung, einsehen — Einsicht, beobachten — Beobachtung, betrachten — Betrachtung, wahrnehmen — Wahrnehmung, bedeuten — Bedeutung, feststellen — Feststellung, bezeichnen — Bezeichnung, untersuchen — Untersuchung, forschen — Forschung, verallgemeinern — Verallgemeinerung и подобными.

В гносеологической фрагментации текста участвуют также собственно названия его разделов: Einführung, Prozessbeschreibung, Resultat/ Resultate der Forschung, Vorteile und Nachteile der Methodik, Zusammenfassung, Ausblick и подобные.

Термины познания могут получать дефиницию в специальном тексте, как и любые другие термины, но более специфична для них метатексто-вая функция построения и организации текста/ фрагмента, его смыслового структурирования: von der Erkenntnis ausgehen, ich erwarte eine tiefere Erkenntnis, dahinter steht die Erkenntnis, dieser Hinweis scheint allein nicht auszureichen für die Erkenntnis, dass.., ein gemeinsames Verständnis haben wir noch nicht erreicht, der Verfasser äußerte Verständnis, dass.., diese Einsicht ist weit verbreitet, dies bringt die Einsicht, das ist von grundsätzlicher Bedeutung, die durchgeführte Untersuchung hat gezeigt... der neue Stoff hat die Bezeichnung "Teflon " erhalten и т. п. Подобные фрагменты иногда называют ориентирами или метатекстовыми операторами — показателями информационно-смысловой и категориальной структуры текста, вводящими в текст конкретную когнитивную информацию и определяющими ее место в линии рассуждений автора.

Когнитивная интерпретация терминологического фрагмента осуществляется относительно

фонда знаний автора и реципиента. Как наиболее эксплицитные номинации рассматриваются текстовые дефиниции — определения научных понятий автором текста с указанием их гипо-гипе-ронимических категориальных связей: Denjenigen Bereich der Technik, der sich mit ... befasst, pflegt man als Energietechnik zu bezeichnen. Дефиниру-емый специальный термин Energietechnik выступает как более частный по отношению к общенаучному, категориальному — гиперониму Bereich der Technik.

Общеязыковые лексемы — результаты естественной категоризации бытия, часто понимаемые реципиентом интуитивно, без специального определения, выявляются в профессиональном дискурсе посредством комплексной когнитивно-прагматической интерпретации его фрагментов.

К этой группе можно отнести категории субъекта и адресата дискурса, их цели, мотивы, намерения, когнитивные и речевые стратегии и т. д. [1. C. 390; 2]. Объектом прагматического истолкования, таким образом, оказываются категории языка-деятельности, в сфере языка науки — вербализуемой профессиональной познавательной и коммуникативной деятельности. Языковые формы выступают в этой среде как средство обмена информацией в процессах совместной познавательной деятельности людей, способ вербализации категорий человеческого опыта и его осознания. Так, например, с прагматической целью популяризации науки автор стремится избегать узкоспециальных формулировок и выражает категорию «профессиональная деятельность» общеязыковым глаголом tun: Ingenieurpsychologie ist ein eher unbekanntes Betätigungsfeld. Was genau tun Ingenieurpsychologen? — Sie untersuchen das Verhältnis von Mensch und Technik [21. S. 223].

Наиболее насыщенным и важным для авторской подачи информации в дискурсе и облегчения ее восприятия реципиентом в прагматическом плане является категориальный аппарат, в который входят прежде всего глаголы речи и мысли, относящиеся к категориям речемыслительной деятельности (behandeln, besprechen, darlegen, darstellen, beachten, diskutieren, formulieren, her-

vorheben, resümieren и подобные), и специальные клише, эксплицирующие когнитивную структуру дискурса с позиций категории значимости тех или иных его фрагментов (Äußerst wesentlich ist, dass.., im Mittelpunkt der Untersuchung stehen.., sind von fundamentaler Bedeutung, besondere Rücksicht auf etwas nehmen и подобные).

Личность (категория) адресата (особенно совпадающего с потребителем-практиком) как полноправного участника речевой и предметно-практической деятельности коммуникантов может быть эксплицитно номинирована в терминологическом фрагменте также общеязыковыми лексемами: Nutzer, Anwender и т. п.

Если дискурс адресован учащимся, студентам, аспирантам, его основной интенцией может быть стремление передать систему категорий соответствующей научной области, включить новое знание во фреймовую категориальную структуру той или иной науки. Элементами такого дискурса могут быть фрагменты-рекомендации, включающие гносеологические категории «опыт», «ценность», «практика», «теория» и т. п.: Dabei ist der Erfahrung ein relativ hoher Wert einzuräumen. Bei stark praktisch orientierten Untersuchungen sollte das Literaturstudium nicht über Gebühr strapaziert werden и т. п.

Представленные в статье возможности комплексного многоаспектного рассмотрения мыслительных категорий, вербализуемых в составе дискурсивного фрагмента, позволяют уточнить особенности выражения в профессиональном дискурсе элементов категориальной сетки знаний и намерений субъектов. Приведенные варианты когнитивной и прагматической интерпретации фрагментов профессионального дискурса в аспекте наличия в нем элементов специального, общенаучного и общеязыкового знания включаются в обширную открытую систему его параметров и могут быть в дальнейшем дополнены исследованием отношений между познающим субъектом и объектом познания, выражением знания и мнения, дескрипции и оценки и других компонентов категориальной сетки человеческого мышления.

Список литературы

1. Арутюнова, Н. Д. Прагматика / Н. Д. Арутюнова // Лингвистический энциклопедический словарь. — М., 1990.

2. Арутюнова, Н. Д. Истоки, проблемы и категории прагматики / Н. Д. Арутюнова, Е. В. Падучева // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 16. — М., 1985. — С. 3—42.

3. Асмус, В. Ф. Античная философия / В. Ф. Асмус. — М., 1976.

4. Балли, Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка / Ш. Балли. — М., 1955.

5. Бейлинсон, Л. С. Профессиональный дискурс: признаки, функции, нормы : дис. ... д-ра филол. наук / Л. С. Бейлинсон. — Волгоград, 2009. — 325 с.

6. Болдырев, Н. Н. Языковые категории как формат знания / Н. Н. Болдырев // Вопр. когнитив. лингвистики. — 2006. — № 2. — С. 5—22.

7. Васильев, С. А. Категории мышления в языке и тексте / С. А. Васильев // Логико-гносеологические исследования категориальной структуры мышления. — Киев, 1980. — С. 66—105.

8. Гак, В. Г. О категориях модуса предложения / В. Г. Гак // Предложение и текст в семантическом аспекте. — Калинин, 1978. — С. 19—26.

9. Галич, Г. Г. Категории: грамматические, ономасиологические, когнитивные / Г. Г. Галич // Вестн. Омс. ун-та. — 2011. — № 3. — С. 238—244.

10. Галич, Г. Г. Когнитивная категория в языковой реализации: к методике описания / Г. Г. Галич // Функционально-когнитивный анализ языковых единиц и его аппликативный потенциал. — Барнаул, 2012. — С. 84—86.

11. Голованова, Е. И. Профессиональный дискурс, субдискурс, жанр профессиональной коммуникации: соотношение понятий / Е. И. Голованова // Вестн. Челяб. гос. ун-та. — 2013. — № 1 (292). — С. 32—35.

12. Карасик, В. И. Языковой круг: Личность. Концепты. Дискурс / В. И. Карасик. — М., 2004.

13. Кацнельсон, С. Д. Типология языка и речевое мышление / С. Д. Кацнельсон. — Л., 1972.

14. Кубрякова, Е. С. Категория / Е. С. Кубрякова // Краткий словарь когнитивных терминов. — М., 1996. — С. 44—47.

15. Сусов, И. П. Личность как субъект языкового общения / И. П. Сусов // Личностные аспекты языкового общения. — Калинин, 1989. — С. 9—16.

16. Сусов, И. П. Деятельность, сознание, дискурс и языковая система / И. П. Сусов // Языковое общение. Процессы и единицы. — Калинин, 1988. — С. 7—13.

17. Шафиков, С. Г. Категории и концепты в лингвистике / С. Г. Шафиков // Вопр. языкознания. — 2007. — № 2. — С. 3—17.

18. Шнякина Н. Ю. Когнитивная интерпретация в сфере изучения конструирования мира средствами языка / Н. Ю. Шнякина // Филология и культура. — 2015. — № 4 (42). — С. 180—184.

19. Щерба, Л. В. Языковая система и речевая деятельность / Л. В. Щерба. — Л., 1974.

20. Эйхбаум, Г. Н. Теоретическая грамматика немецкого языка / Г. Н. Эйхбаум. — СПб., 1996.

21. Charwat, H. Jü. Lexikon der Mensch-Maschine-Kommunikation / H. Jü. Charwat. — Oldenbourg ; München ; Wien, 1994.

22. Galich G. Categories of immaterial objects in mind and language / G. Galich, N. Shnyakina // Procedia — Social and Behavioral Sciences. — 2015. — Vol. 206. — P. 30—35.

23. Jackendoff, R. Semantics and Cognition / R. Jackendoff. — Cambridge, 1986.

24. Klyoster, A. The fragmentation of professional discourse / A. Klyoster, G. Galich // Procedia — Social and Behavioral Sciences. — 2015. — Vol. 206. — P. 56—61.

Сведения об авторах

Галич Галина Георгиевна — доктор филологических наук, профессор кафедры «Немецкая филология», Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского. Омск, Россия. gggalich.2014@ mail.ru

Клёстер Анна Михайловна — кандидат филологических наук, доцент кафедры «Иностранные языки», Омский государственный технический университет. Омск, Россия. annaklyoster@mail.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University.

2018. No. 6 (416). Philology Sciences. Iss. 113. Pp. 28—35.

PROFESSIONAL DISCOURSE AS AN AREA FOR MENTAL CATEGORIES FUNCTIONING

G.G. Galich

Omsk State Dostoevsky University, Omsk, Russia. gggalich.2014@mail.ru

A.M. Klyoster

Omsk State Technical University, Omsk, Russia. annaklyoster@mail.ru

34

r. r. ranm, A. M. Knecmep

The paper represents the experience of studying terminological fragments which include nominative categories — the fragments of the text viewed as a written record of professional discourse — with the purpose to clarify the categorical structure of the knowledge represented there. The terms denoting special objects of the specific research field, general scientific terms, and common language lexemes — the results of existence elements ordinary categorization and multidimensional conceptualization — are analyzed. By using the method of cognitive and pragmatic interpretation of discursive content, an attempt to classify the cognitive categories of scientific and everyday knowledge displayed in the discourse is made. In the paper, the commonality of the onomasiological and epistemological global categories, being equally characteristic of the cognitive level of general language and professional discourses and revealing particular differences at the level of the nominating categories of lexical and grammatical exponents, is proved. The article emphasizes that the categorical content of the term, included in the professional discourse / text, on the one hand, participates in the formation of its deep semantic-syntactic structures, in the primary deployment of data during its generation, quantization, segmentation of knowledge elements, and, on the other hand, it is included into a categorical mental network, objectified by grammatical and lexical discursive structures.

Keywords: professional discourse, term, terminological fragment, category, mental category, cognitive and pragmatic interpretation.

References

1. Arutyunova N.D. Pragmatika [Pragmatics]. Lingvisticheskiy entsiklopedicheskiy slovar' [Linguistic encyclopaedic dictionary]. Moscow, 1990. (In Russ.).

2. Arutyunova N.D., Paducheva E.V. Istoki, problemy i kategorii pragmatiki [The origins, problems and categories of pragmatics]. Novoe v zarubezhnoy lingvistike. Vyp. 16 [New in Foreign Linguistics. Iss. 16]. Moscow, 1985. Pp. 3—42. (In Russ.).

3. Asmus V.F. Antichnayafilosofiya [Ancient Philosophy]. Moscow, 1976. (In Russ.).

4. Balli Sh. Obshchaya lingvistika i voprosy frantsuzskogo yazyka [General linguistics and questions of the French language]. Moscow, 1955. (In Russ.).

5. Beylinson L.S. Professional'nyy diskurs: priznaki, funktsii, normy [Professional discourse: signs, functions, rules. Thesis]. Volgograd, 2009. 325 p. (In Russ.).

6. Boldyrev N.N. Yazykovye kategorii kak format znaniya [Linguistic categories as format of knowledge]. Voprosy kognitivnoy lingvistiki [Issues of Cognitive Linguistics], 2006, no. 2, pp. 5—22. (In Russ.).

7. Vasil'yev S.A. Kategorii myshleniya v yazyke i tekste [Mental categories in language and text]. Logiko-gnoseologicheskiye issledovaniya kategorial'noy struktury myshleniya [The logical-epistemological study of the mental categorical structure]. Kiev, 1980. Pp. 66—105. (In Russ.).

8. Gak V.G. O kategoriyakh modusa predlozheniya [On the modus categories of sentence]. Predlozheniye i tekst v semanticheskom aspekte [Semantic aspect of the sentence and text]. Kalinin, 1978. Pp. 19—26. (In Russ.).

9. Galich G.G. Kategorii: grammaticheskiye, onomasiologicheskiye, kognitivnye [Categories: grammatical, onomasiological and cognitive]. Vestnik Omskogo universiteta [Bulletin of Omsk University], 2011, no. 3, pp. 238—244. (In Russ.).

10. Galich G.G. Kognitivnaya kategoriya v yazykovoy realizatsii: k metodike opisaniya [Cognitive category in the language implementation: on the description method]. Funktsional'no-kognitivnyy analizyazykovykh yedinits i ego applikativnyy potentsial [Functional-cognitive analysis of linguistic units and their applicative potential]. Barnaul, 2012. Pp. 84—86. (In Russ.).

11. Golovanova Ye.I. Professional'nyy diskurs, subdiskurs, zhanr professional'noy kommunikatsii: soot-nosheniye ponyatiy [Professional discourse, subdiscourse, genres of professional communication: concepts relation]. Vestnik Chelyabinskogo gosudarstvennogo universiteta [Bulletin of Chelyabinsk State University], 2013, no. 1 (292), pp. 32—35. (In Russ.).

12. Karasik V.I. Yazykovoy krug: lichnost', kontsepty, diskurs [Language circle: personality, concept, discourse]. Volgograd, 2002. (In Russ.).

13. Katsnel'son S.D. Tipologiya yazyka i rechevoye myshleniye [Typology of language and speech thinking]. Leningrad, Nauka Publ., 1972. (In Russ.).

14. Kubryakova E.S. Kategoriya [Category]. Kratkiy slovar'kognitivnykh terminov [Concise dictionary of cognitive terms]. Moscow, 1996. Pp. 44—47. (In Russ.).

15. Susov I.P. Lichnost' kak sub''yekt yazykovogo obshcheniya [Personality as a subject of language communication]. Lichnostnye aspekty yazykovogo obshcheniya [Personal aspects of language interaction]. Kalinin, 1989. Pp. 9—16. (In Russ.).

16. Susov I.P. Deyatel'nost', soznaniye, diskurs i yazykovaya sistema [Activity, Consciousness, Discourse and Language System]. Yazykovoye obshcheniye. Protsessy i edinitsy [Linguistic communication. Processes and units]. Kalinin, 1988. Pp. 7—13. (In Russ.).

17. Shafikov S.G. Kategorii i kontsepty v lingvistike [Categories and concepts in linguistics]. Voprosy yazykoznaniya [Questions of Linguistics], 2007, no. 2, pp. 3—17. (In Russ.).

18. Shnyakina N.Yu. Kognitivnaya interpretatsiya v sfere izucheniya konstruirovaniya mira sredstvami ya-zyka [Cognitive interpretation in the studies devoted to the construction of the world by means of language]. Filologiya i kul'tura [Philology and Culture], 2015, no. 4 (42), pp. 180—184. (In Russ.).

19. Shcherba L.V. Yazykovaya sistema i rechevaya deyatel'nost' [Language system and speech activity]. Leningrad, 1974. (In Russ.).

20. Eykhbaum G.N. Teoreticheskaya grammatika nemetskogo yazyka [Theoretical grammar of the German language]. St. Petersburg, 1996. (In Russ.).

21. Charwat, H.Jü. Lexikon der Mensch-Maschine-Kommunikation. Oldenbourg, München, Wien, 1994. (In German).

22. Galich G., Shnyakina N. Categories of immaterial objects in mind and language. Procedia — Social and Behavioral Sciences, 2015, vol. 206, pp. 30—35.

23. Jackendoff R. Semantics and Cognition. Cambridge, 1986.

24. Klyoster A., Galich G. The fragmentation of professional discourse. Procedia — Social and Behavioral Sciences, 2015, vol. 206, pp. 56—61.