Джакарточные игры

В Индонезии фактически запущена программа переноса столицы из Джакарты — президент страны Джоко Видодо поручил Министерству планирования и развития детально изучить данный вопрос и представить свои выводы, в том числе и относительно месторасположения будущей столицы, в 2019 году, когда состоятся очередные президентские выборы.

Идея эта не нова и впервые была предложена еще в июле 1957 года первым президентом Индонезии Сукарно, который ратовал за перенос столицы на остров Калимантан с целью выровнять экономический потенциал разных регионов страны. Однако в последние десятилетия на первый план вышли проблемы экологического характера: Джакарта в буквальном смысле слова задыхается от пробок, над городом практически постоянно висит смог, а в сезон дождей (и не только) значительная часть города подвергается затоплению. Площадь собственно Джакарты составляет 662 кв. км, а численность населения (официально) — 10 млн человек, однако есть и более обширный ареал Джабодетабек, включающий помимо собственно Джакарты ее города-спутники: Богор, Тангеранг, Бекаси и Депок. Его площадь составляет уже 1500 кв. км, а население — 30 млн человек.

Люди ежедневно приезжают в Джакарту на работу преимущественно на личном транспорте, что в отдельные часы создает колоссальные проблемы для передвижения по городу. По данным нидерландской компании TomTom, разработчика программ GPS, в часы пик у Джакарты четвертая позиция в мире по плотности движения (лидерами по этому показателю являются Бангкок и Мехико), а компания Castrol, производитель автомобильных масел, вообще поставила Джакарту на первое место в мире в индексе Stop-Start, то есть по числу остановок во время движения (33 240 на одну машину в год, данные за 2014 год). Многие жители мегаполиса тратят на дорогу на работу и домой по 5-6 часов день. По данным индонезийского Национального статистического комитета, жители столичного округа в среднем, уезжая на работу, покидают дом на 14-16 часов, то есть, выезжая в 5 утра, возвращаются лишь поздно вечером. Общественный транспорт в столице развит слабо: выделенная полоса движения для джакартских автобусов ситуацию кардинально не улучшает, а первые линии метрополитена в городе пока находятся в стадии строительства. Ситуация усугубляется хаотичностью движения сотен тысяч мотоциклистов и бездействием дорожной полиции по регулированию движения. Когда же начинаются проливные дожди и многие улицы превращаются в реки, город просто встает.

В настоящий момент в Джакарте зарегистрировано не менее 19 млн единиц транспортных средств (из них более 15 млн приходится на мотоциклы), выхлопные газы которых обеспечивают около 70% столичного смога. Его тяжесть усугубляется тропической жарой и почти стопроцентной влажностью. Дышать в городе очень сложно, что связано и с малым количеством зелени — зеленые насаждения составляют лишь 9% площади Джакарты. Горожане по улицам практически не ходят, поскольку и дышать нечем, и ходить негде — тротуаров крайне мало. Единственное место в городе, где джакартцы действительно отдыхают,— это крупные кондиционированные торговые моллы, в них жители столицы в выходные дни стекаются целыми семьями. Правда, позволить себе это могут далеко не все, поскольку значительная часть населения до сих пор живет довольно бедно, в основном в трущобах.

Ежедневно Джакарта производит около 6 тыс. тонн мусора, часть которого попадает в реки и выносится впоследствии в море, в Джакартский залив. Именно захламление столичных рек мусором является одной из главных причин наводнений, которые периодически захлестывают Джакарту. Стекающие с окрестных гор реки в сезон дождей переполняются водой и выходят из берегов. При этом страдают жители и бедных кварталов, и более чем респектабельных районов. Например, в январе 2013 года в самом центре города, на улице Тамрин, которая является главной транспортной артерией столицы, в отдельные дни можно было передвигаться лишь на лодке.

Именно после наводнения 2013 года президент Индонезии Сусило Бамбанг Юдойоно поставил вопрос о необходимости переноса столицы из Джакарты, но срок его полномочий заканчивался, да и вода схлынула.

У нынешнего же президента идея переноса столицы имеет политическую подоплеку. Придя к власти в 2014 году на волне народного доверия и массовой общественной поддержки, Джоко Видодо оказался не готов к массовым протестам мусульман. Протесты были связаны с неосторожным высказыванием в отношении Корана его ставленника на посту губернатора Джакарты Басуки Чахая Пурнамы, китайца по национальности, больше известного как Ахок. Политические противники президента воспользовались этой оплошностью и устроили несколько многотысячных демонстраций радикально настроенных мусульман. В результате Ахок проиграл в апреле губернаторские выборы, и лидеры мусульманских организаций добились возбуждения против него уголовного дела за оскорбление ислама.

Вполне возможно, что именно в условиях массовых выступлений радикальных мусульман, которые многими в Индонезии рассматривались даже как своего рода репетиции госпереворота, президент и вспомнил идею Сукарно о переносе столицы в Палангкараю, административный центр провинции Центральный Калимантан. Произошло это в декабре 2016 года, во время визита Джоко Видодо в Палангкараю, вскоре после проведения в ноябре самой массовой демонстрации мусульман в Джакарте. Совершенно очевидно, что проведение массовых мусульманских демонстраций на Калимантане в условиях его удаленности от основных центров радикального ислама в Индонезии практически невозможно.

Хотя Палангкарая рассматривается лишь как один из возможных вариантов месторасположения новой столицы и президент ожидает соответствующих рекомендаций Министерства планирования и развития, именно этот город считается наиболее вероятной заменой Джакарте. Большое значение при этом имеет и позиция бывшего президента, Мегавати Сукарнопутри, дочери Сукарно, которая в 2015 году также высказалась в пользу переноса столицы в Палангкараю. Будучи лидером Демократической партии Индонезии, Мегавати в значительной мере определяет расклад в политической жизни страны. Именно благодаря ее поддержке Джоко Видодо сначала стал губернатором Джакарты, а затем был избран и президентом страны, после чего в отношениях двух лидеров наступило охлаждение.

Между тем в преддверии президентских выборов 2019 года Джоко Видодо вновь понадобится поддержка Мегавати, и идея переноса столицы по плану ее отца может стать основой для их нового сближения.

Идея эта впервые была высказана Сукарно 17 июля 1957 года, вскоре после основания столицы новой провинции Центральный Калимантан. Заложена она была фактически в джунглях и изначально получила имя Пахандут, а год спустя была переименована в Палангкарая, что значит "обширное святое место". Действительно, площадь города составляет 2400 кв. км при населении всего примерно 250 тыс. человек. По плану Сукарно в этом городе, как будущей столице страны, должны были быть представлены различные этносы, населяющие Индонезию. Интересно, что к развитию Палангкараи приложили руку и советские специалисты, которые до 1966 года работали здесь на строительстве дороги Тенгкилинг. Эта дорога, сооружаемая в условиях торфяников, строилась Советским Союзом на века (до сих пор стадион "Сенаян" — джакартские "Лужники" — является крупнейшим в Индонезии, а подаренный Джакарте госпиталь "Дружба" — одним из лучших медицинских учреждений столицы). Советские специалисты успели построить только 39 км этой дороги перед военным переворотом 1965 года, после которого советско-индонезийское сотрудничество было свернуто. По проекту советских специалистов в русле дороги на три метра выбирался весь торф, на место которого засыпался щебень и песок с землей, и только после этого осуществлялось асфальтирование. В дальнейшем так тщательно дорожное полотно на Калимантане не готовилось, и строители ограничивались забивкой деревянных свай перед укладкой верхнего слоя дороги.

В результате, по признанию местных чиновников, "Русская дорога" спустя более чем полвека остается лучшей частью всей калимантанской магистрали.

Перенос столицы в Палангкараю, несомненно, дал бы огромный толчок социально-экономическому развитию и провинции. Центральный Калимантан является настоящим природным кладезем Индонезии, потенциал которого используется пока незначительно. Огромные запасы древесины, нефти, газа, угля, бокситов, золота и прочих минералов не могут эксплуатироваться в силу труднодоступности соответствующих месторождений. Большой проблемой для дальнейшего экономического развития Калимантана является очевидный недостаток здесь электроэнергии. Достаточно сказать, что в самой Палангкарае в настоящее время действуют лишь две электростанции (одна работает на угле, а вторая на дизеле), общей мощностью всего 90 МВт. Общая же мощность электростанций на Калимантане составляет 700 МВт, и государственная электрокомпания ПЛН в настоящее время сооружает систему электропередачи "Барито", которая должна соединить все провинции Калимантана.

Однако генерирующих мощностей будет явно не хватать, в связи с чем все чаще в Индонезии говорят о необходимости развития на Калимантане атомной энергетики. Но против этого активно выступает высшее руководство страны, мотивируя это прежде всего вопросами безопасности функционирования АЭС. Между тем именно Калимантан является в Индонезии наиболее безопасным местом для строительства АЭС, поскольку в силу существующего геологического строения на этом острове не бывает ни землетрясений, ни извержений вулканов, и в случае строительства АЭС в глубине острова ей будет не страшна и угроза цунами.

Оценивая реальность переноса индонезийской столицы на Калимантан, следует отметить, что все же это дело не быстрое. Процесс может ускориться лишь в условиях гипотетической природной катастрофы, если, к примеру, процесс глобального потепления и подъем уровня вод мирового океана приведут к затоплению территории нынешней Джакарты, 40% площади которой уже сейчас находится ниже уровня моря.

В любом случае, речь идет лишь о переносе министерств и ведомств, тогда как экономической столицей страны останется Джакарта.

Именно территориальное удаление властных структур от бизнеса является еще одним аргументом в пользу переноса столицы, что может считаться одной из мер борьбы с коррупцией.

Следует отметить, что только в центральном аппарате министерств и ведомств в Джакарте работает около 950 тыс. человек, а есть еще и депутаты парламента со своим аппаратом. Вместе с членами семей получается несколько миллионов человек, переезд которых, даже временный, может существенно ослабить давление на индонезийскую столицу. Впрочем, пока все это представляется чистой фантазией, поскольку совершенно очевидно, что именно чиновничий аппарат самого высокого ранга будет всячески препятствовать переносу столицы. В первую очередь это касается депутатов парламента, которые должны принять соответствующий закон. И депутаты, и госчиновники имеют комфортное жилье в столице и пользуются всеми благами, которые может предоставить современный мегаполис.

Сложно представить, что весь этот аппарат добровольно откажется от роскошной жизни в Джакарте ради жизни в провинциальном захолустье.

Сейчас же ситуация прямо противоположная: вся провинциальная элита при первом удобном случае стремится в Джакарту, и подавляющее большинство провинциальных и областных чиновников высокого ранга хотят иметь дома и квартиры в столице. Пока же искренне в возможность переноса столицы Индонезии в Палангкараю, похоже, верит лишь руководство Центрального Калимантана, и, как недавно заявил губернатор провинции Сугьянто Сабран, в районе Палангкараи правительство провинции уже выделило 300 тыс. га земли для обустройства новой столицы Индонезии.