Значение «Норма» в семантике лексических единиц русского языка

8. Шаховская, З.А. В поисках Набокова. Отражения. — М.: Книга, 1991.

9. Бло, Ж. Набоков. — СПб.: Русско-Балтийский информационный центр БЛИЦ, 2000.

10. Камышова, А.Е. Сравнение и его функции в структуре прозаического текста: Дис. ...канд. филол. наук. СПб.: РГПУ, 2006.

11. Набоков, В.В. Дар. Собр. соч. в 4-х т. Т. 3. — М.: Правда, 1990.

12. Федоров, А.И Образная речь. — Новосибирск: Наука, 1985.

13. Томашевский, Б.В. Стилистика.— Ленинград: Изд-во Ленинградского университета, 1983.

14. Болотнова, Н.С. О трех направлениях коммуникативной стилистики художественного текста и изучении текстового слова// Коммуникативно-прагматические аспекты слова в художественном тексте. Науч. тр. каф. совр. рус. яз. Том.гос. пед.ун-та.- Томск: Изд-во ЦНТИ, 2000.

15. Ерофеев, В.В. Русская проза Владимира Набокова // Набоков В.В. Собр. соч. в 4-х т. Т. 1. — М.: Правда, 1990.

16. Букс, Н. Эшафот в хрустальном дворце. О русских романах В.Набокова. — М.: Новое литературное обозрение, 1998.

17. Болотнова, Н.С. Филологический анализ текста.— Томск: Изд-во Томского государственного педагогического университета, 2006.

18. Болотнова, Н.С. Функционирование сравнений, конкретизирующих речь, в произведениях Ю.М.Нагибина // Языковые единицы русского языка в функциональном аспекте. — Иркутск: Изд-во ИГПИ, 1985.

19. Носик, Б. Мир и дар Владимира Набокова. М.: Пенаты, 1995.

20. Блэкуэлл, Ст. Границы искусства: чтение как «лазейка для души» в «Даре» Набокова // В.В.Набоков: Pro et contra. Антология. Т.2. — СПб.: РХГИ, 2001.

21. Черемисина, М.И. Сравнительные конструкции русского языка. М.: КомКнига, 2006.

Статья поступила в редакцию 14.07.08.

УДК 81.373

Н.Д. Федяева, научный сотрудник ОмГПУ, г. Омск

ЗНАЧЕНИЕ «НОРМА» В СЕМАНТИКЕ ЛЕКСИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ РУССКОГО ЯЗЫКА

В статье представлены результаты описания русских лексем, в значение которых входит семантический компонент «норма». Описание предполагает систематизацию лексических единиц на основании общности базовых смыслов нормы. Одним из результатов исследования является составление перечня смыслов нормы, значимых для русского языкового сознания.

Ключевые слова: лексикография, семантика, сема, семантическая структура.

В настоящем очерке представлены результаты анализа лексических единиц русского языка, в толковании которых встречаются слова норма и нормальный. Цель анализа — выявить смыслы нормы, не упомянутые в словарной дефиниции соответствующей лексемы, но «работающие» в семантике языка.

Нормативные представления (представления о типичных, обычных проявлениях объекта) необходимы человеку в любой ситуации оценивания, сравнения и проч. Так, чтобы выяснить, как именно человек идет — быстро или медленно — необходимо представлять себе шаг вообще — нормальный, обычный. Определить, какая кошка ласковая, а какая неприветливая, можно, только зная норму для кошки вообще и для кошачьей приветливости в частности. То же верно и для огромного числа других случаев. Между тем нормативные представления при всей своей важности крайне редко вербализуются, оставаясь в подтексте, в фоновых знаниях носителей языка. Говоря об этом, Л. Крысин заметил: «Норма незримо присутствует и в таких наших высказываниях, в которых нет слов норма или нормальныш... Когда мы говорим удобныш стул, слишком темная комната, невыразительное пение, мы имеем в виду (хотя не отдаем себе в этом отчета) некие общепринятые нормы удобства стула, освещенности помещения, выразительности пения» [1, с. 36]. Таким образом, существует некое противоречие между необходимостью нормативных представлений и регулярностью их выражения в речи — это первое базовое положение нашего исследования.

Из сказанного о важности знаний о норме вытекает, что лексические значения многих слов во многом сводятся именно к этим знаниям. Так, значения нарицательных существительных, обозначающих, как известно, предмет из ряда однородных, в принципе и есть формула нормы для соответствующего класса. Каче-

ственные прилагательные обозначают признак, выраженный в той или иной степени относительно нормы. Наречия «промеряют» интенсивность, качество и прочие свойства действия или признака относительно обычного положения дел. Глаголы называют действие — то или иное — в зависимости от того, какова норма. При этом, как и в обыденной речи, в словарных дефинициях идея нормы выражена крайне редко. Мы проанализировали толкования, данные в словаре С.И. Ожегова, и выяснили, что прямое указание на норму, т.е. указание посредством слов норма, нормальный, ненормальный и подоб., встречается около 100 раз (на 57 тысяч слов). Словарь, таким образом, отражает противоречие,

о котором говорилось выше, — это второе базовое положение.

Обратимся к толкованиям исходных лексем — норма и нормальныш. Норма — 1. Узаконенное установление, признанный обязательным порядок, строй чего-нибудь. 2. Установленная мера, средняя величина чего-нибудь. Нормальныш — 1. Соответствующий норме, обычный. 2. Психически здоровый (здесь и далее приведены толкования по: Ожегов С.И. Словарь русского языка. — М.: Русские словари, 1986). Другие толковые словари русского языка дают аналогичные толкования, которые оставляют ощущения недостаточности. Например, норма удобства стула, о которой говорил Л. Крысин, — это точно не узаконенное установление, не обязательный порядок и не средняя величина, это также вряд ли установленная мера (хотя последнее возможно). Ближе кажется только определение обытныш (постоянный, привычный), но это значение сформулировано только для нормальныш. Слова типа обытныш, средний, нормальныш Э.Сепир назвал квазинаучными [2, с. 59], однако представления, которые стоят за ними, — это обыденные представления рядовых носителей языка. Итак, третье положение: словарные де-

финиции лексем норма и нормальный не отражают реального многообразия смыслов нормы.

Какие из смыслов нормы, помимо упомянутых в дефинициях, «работают» в семантике русского языка? Для того чтобы выяснить это, мы на первом этапе обратились к тем 100 словам, в толкование которых лексикографы сочли обоснованным включить компоненты норма и нормальным. Гипотеза заключалась в том, что анализ значений выявленных слов позволит дополнить перечень смыслов нормы.

Обнаруженные слова — это существительные, прилагательные и глаголы, в примерном количестве 40+30+30. Среди них довольно много слов с «полярной» функционально-стилевой окраской — книжное (аномалия, кондиция, правопорядок, подобать) и просторечное (тронуться, чокнутыш, горб). Мы объединили слова в группы на основании общности того смысла нормы, который лежит в основе семантики соответствующих слов; в результате было образовано 5 групп. Дадим краткое описание каждой группы.

Первыми охарактеризуем смыслы, соотносимые со значениями слова норма, сформулированными в словаре С.И. Ожегова.

Базовый смысл «норма— правило, требование». Этот смысл соотносится с первым значением слова норма «узаконенное установление» и представляет императивную интерпретацию нормы: норма — признанный обязательным порядок чего-нибудь; порядок — правильное, налаженное состояние, расположение чего-нибудь; правильныш — не отступающий от правил, норм, пропорций; правило — постановление, предписание, установленный порядок чего-нибудь. Квазисинонимы, обозначающие смежные понятия, — это правило (многозначное слово, в том числе ЛСВ 3 «образ мыслей, норма поведения»), кондиция — норма, которой должна соответствовать продукция, товар, право (ЛСВ 1 «совокупность устанавливаемых и охраняемых государственной властью норм и правил, регулирующих отношение людей в обществе»). Недифференцированный антоним — аномалия — обозначает различного вида неправильности.

Необходимо подчеркнуть, что такого рода нормы могут при общем императивном характере иметь различную природу в диапазоне от писаных до неписаных законов. В русском языке нашли наибольшее отражение два вида императивных норм: юридические нормы и нормы поведения, морали.

Юридические нормы обозначены в основном лексемами с корнем прав-: право, правовой, правопорядок и подоб. Отклонения от таких норм также вербализуются, например, прилагательным вольны й (ЛСВ 3 «не ограниченный каким-либо правилами, нормами, законами»).

Нормы морали являются традиционным объектом изучения особой науки — этики, которая характеризует по отношению к нормам различные философские теории (например, стоицизм, который в своих этических нормах требует сознательного подчинения человека господствующей в мире необходимости) и формы поведения (например, цинизм, которому свойственно пренебрежение к нормам общественной морали, наглость).

Итак, соответствовать норме, подобать — одно из требований общества, а смысл «норма — правило, требование» соотносится с одной из важнейших интерпретаций нормы.

Базовый смысл «норма — заведенный порядок, обычное, привыганое состояние». Этот смысл задает одно из значений слова норма, однотипно формулируемое словарями как «обычный, признанный обязательным порядок, состояние» (Ушаков), «обычный, общеприня-

тый, обязательный порядок, состояние чего-л.» (МАС), «обычный, установленный порядок, обычное состояние чего-л.» (Ефремова). Заметим, что два базовых определения — обычный и обязательный — отражают различные возможности фиксации нормы: это может быть юридическое установление, научное положение, правила этикета и т.п., с одной стороны, и естественный ход вещей, привычка, ставшая второй натурой, с другой. Выше речь шла о первой разновидности нормы, в данном случае имеется в виду вторая.

Нормально — когда всё в порядке, всё идет свои чередом, своим ходом, всё в природе вещей — одним словом, естественно. Такое состояние позитивно, однако именно по причине своей естественности не всегда замечается, между тем на восстановление утраченного порядка человек направляет значительные усилия. Характерно, что лексические единицы выражают идею утраты и восстановления нормы, а вовсе не ее поддержания. Одно из немногочисленных исключений — глагол регулировать, все значения которого объединены семой «поддержание порядка, нормального состояния».

Результатом некоторых действий может стать выход из нормального состояния: последнее может быть нарушено и расстроено — и в том, и в другом случае Х мешает нормальному состоянию, развитию, прерывает его. В ряде случаев помеха конкретизируется с объяснением причины, механизма действия: так, застояться — утратить нормальное состояние от долгого пребывания в неподвижности (известна причина), пробка — скопление чего-нибудь, мешающее нормальному движению (известен механизм и «виновник» помехи).

Возврат к норме — результат целенаправленных действий, более или менее детально отраженных в русском языке. Например, преодолеть последствия, обозначенные глаголом застояться, можно, если ослабевший орган промять — движением привести в нормальное состояние; в этом и многих других случаях следует прибегнуть к такому действию, как разработать — упражнениями, работой привести в нормальное, рабочее состояние. В результате силы, жизнеспособность восстанавливаются, и человек может спокойно вздохнуть — прийти в нормальное состояние после чего-нибудь.

Несоответствие норме как обычному, заведенному порядку осмысляется не только в наивной картине мира, но и в научной. Так, филологи говорят об инверсии — изменении нормального положения компонентов (в этом случае актуализируется смысл «порядок — последовательность»), медики — о критических состояниях, при которых опасность связана с возможностью нарушения нормального положения.

Итак, норма воспринимается как нечто обычное, привычное, что практически не замечаешь, но, утратив, стремишься вернуть. Такая норма становится системой, несоответствие которой становится объектом пристального внимания.

Базовый смысл «норма — необходимое, должное количество». Этот смысл соотносится со вторым словарным значением «установленная мера, средняя величина», но не совпадает с ним полностью. Вообще, это значение нам представляется целесообразным разделить на два: 1. установленная мера; 2. средняя величина.

В значении «установленная мера» актуализируется смысл границ, в которых явление соответствует традиционным представлениям о нем: норма — установленная мера; мера — предел, в котором осуществляется, проявляется что-нибудь; предел — пространственная или временная граница чего-нибудь; граница — предел, допустимая норма. Значение «средняя величина» заключает представление об особенностях

выведения нормы как своеобразного среднего арифметического: норма — средняя величина; величина — размер, объем протяженность предмета; средний — представляющий величину, полученную делением суммы величин на их количество. Такое понимание позволяет в ряде случаев прояснить, какова установленная мера, однако эта связь возможна далеко не всегда: например, норма выпадения осадков — это и мера, и средняя величина, а норма температуры тела — мера, но не среднее. С другой стороны, верно, что средняя величина выступает мерилом для качеств объектов восприятия. Таким образом, видна следующая смысловая зависимость: установленная мера — не всегда средняя величина, но средняя величина почти всегда мера.

Узаконенность количества, составляющего норму, может быть обозначена лексемами квота, такса, ставка, которые в большинстве случаев обслуживают сферу экономики. Лексема лимит и лексико-семантический вариант граница 2 имеют более широкое значение, обозначая норму как допустимое, оговоренное количество в какой бы то ни было сфере.

Несоответствие норме, заключающееся в отклонениях от нее в обе стороны (в сторону как уменьшения, так и увеличения), обозначается глаголами и отглагольными прилагательными занизить — завысить, пониженный — повышенныш, превысить. Сфера применения этих слов весьма велика: можно занизить оценку, талию, стоимость, иметь повышенный холестерин, давление, интерес и проч. Большинство других слов, входящих в эту группу, называют частные количественные характеристики в их соотношении с нормой. Рассмотрим некоторые случаи.

Время. Недостижение нормы времени обозначено, например, словом недоношенны й — родившийся до истечения нормального срока беременности; а соответствие временной норме — прилагательным полномет-ражныш — достаточный для показа в течение одного сеанса нормальной продолжительности.

Вес. Прилагательное полновесныьй — имеющий полный, нормальный вес — обозначает зону нормы.

Величина, размер. Молодых рыб и животных, не достигших нормальной величины, называют молодь.

Частота, насыщенность. Так, медики говорят как о нормальном о пульсе хорошего наполнения — полном, насыщенном.

Финансы. В экономике для обозначения средств, необходимых для нормального существования, используется особый термин — прожиточный минимум.

Итак, норма — определенное количество чего-либо, необходимое для того, чтобы в полном объеме были реализованы функции, свойства объекта, а также установленное законодательством, наукой, самой природой объекта и т.п.

Базовый смысл «норма— здоровье». Здоровье является одной из важнейших ценностей человеческой жизни; отсутствие серьезных, неизлечимых болезней — характерный признак идеальной картины мира, из которой удалены все необратимые отрицательные явления: болезни, зло, смерть [3, с. 200]. В толкованиях самого слова норма сема «здоровье» никак не обозначена, в дефинициях слова нормальны й указано только значение «психически здоровый», между тем среди слов русского языка можно выделить весьма представительную группу с базовым смыслом «норма — здоровье (как психическое, так и физическое)».

Итак, основное значение слова здоровье — правильная, нормальная деятельность организма, его полное физическое и психическое благополучие. Изучением условий сохранения здоровья занимается специальная наука — гигиена; профилактика предупреждает появление болезней; при прочих благоприятных факторах

достигается оптимальное жизнеобеспечение — обеспечение сохранения и нормального протекания жизни. Заболевшего человека стремятся оздоровить и вы ходить — вернуть в здоровое нормальное состояние. Возвращение в здоровое состояние приравнивается к возвращению к свету: у человека светлеют мысли, сознание.

Полярное состояние — нездоровье — связано с расстройством — заболеванием, нарушением нормальных функций органа, организма и часто является результатом истощения — крайней слабости, изнуренности вследствие нарушения нормального питания или нормальных функций организма. Проявления нездорового состояния многообразны, в самом общем виде их можно разделить на физические и психические.

К физическим ненормальностям, относятся, прежде всего, случаи непропорционально развитых органов или нестандартные размеры (например, горб — большая ненормальная выпуклость на спине или груди человека, карликовость — ненормально маленький рост).

Психическое нездоровье прочно связывается в наивной картине мира с состоянием ума (норма — быть в здравом уме и твердой памяти), отклонения от этой нормы имеют в русском языке многочисленные наименования. Это, конечно, имена прилагательные, служащие для характеристики человека в различной степени психического расстройства: так, тронутый — со странностями, психически не совсем нормальный, а психованны й — психически неуравновешенный, ненормальный. Во внутренней форме устаревших прилагательных могут быть также зафиксированы причины ненормальности, какими они представлялись носителям архаичной картины мира: бесноватый — такой, в которого вселился бес, порченый — такой, на которого напустили порчу. Человек, который ведет себя подобно психически нездоровому, психует; окончательное превращение обозначается глаголом тронуться. Наконец, имена существительные обозначают весь спектр ненормальности: от причуд и странностей (бзик, вы вих, сдвиг) до полного помрачения рассудка (психопатия) и противоестественного поведения, извращения. Заметим, что психические отклонения в равной степени интересуют и ученых (психологов, психиатров, психолингвистов и др.), и обычных носителей языка. Как следствие, среди существительных с такой семантикой можно найти как специальные, так и разговорные и просторечные.

Физическое и психическое нездоровье в сознании носителей языка связаны, что находит отражение в семантической структуре многозначного слова. Показательны в этом отношении слова уродство — 1. прирожденный физический недостаток, 2. очень некрасивая внешность, 3. нечто отрицательное, ненормальное; и порок — 1. тяжелый предосудительный недостаток, позорящее свойство, 2. развратное поведение, 3. аномалия, отклонение от нормального вида, состояния. В первом случае обозначено движение от идеи недостатка физического к психическому нездоровью, во втором — противоположный ход мысли.

Итак, в русской языковой картине мира здоровье является одной из основных норм, а его отсутствие оценивается как ненормальность. Русский язык располагает весьма представительным репертуаром лексических средств для обозначения различных аспектов этой идеи. Заметим, что этот базовый смысл, несомненно, пересекается с базовым смыслом «норма — заведенный порядок»: лечение и последующее выздоровление есть возврат к норме.

В особую группу — не по семантическому, а по формальному принципу — следует выделить слова с корнем норм-. Помимо норма и нормальныш в словаре С.И. Ожегова истолкованы следующие лексемы:

Нормализовать — 1. Подчинить (-нять) норме 2. Сделать (делать) нормальным. || нормализация.

Нормализоваться — стать (становиться) нормальным, войти (входить) в норму.

Норматив (спец.) — экономический или технический показатель норм, в соответствии с которыми производится работа. || нормативным.

Нормативным — 1. см. норматив. 2. Устанавливающий норму, правила. || нормативность.

Нормировать — установить (-навливать) пределы чего-н., ввести (вводить) в норму. || нормирование, нормировка, нормировочны й.

Нормировщик — работник, проводящий нормирование чего-н. || нормировщица.

Ненормальный — 1. Отклоняющийся от должного, от нормы. 2. Душевно больной, психически неуравновешенный (разг.). || ненормальность.

Ненормальность — 1. см. ненормальный. 2. Ненормальное явление.

Очевидно, что все выявленные смыслы характерны для слов с корнем норм-: это и правила, требования (норматив), и обычный порядок (нормализоваться), и надлежащее количество (нормировать), и здоровье (ненормальный); при этом у многозначных слов эти смыслы сосуществуют, задавая семантическую структуру слова. Заметное место в этой группе занимают глаголы, указывающие на преходящий характер нормы, из которой можно выйти, в которую можно войти или ввести. Норма, действительно, динамична: она может изменяться, в том числе на противоположную, следовательно, возможна смена нормы на антинорму. Кроме того, человек может измениться сам относительно нормы: стать нормальным или, напротив, перестать быть таковым.

Итак, для слов с корнем норм- актуальными являются те же самые смыслы нормы, которые мы выявили при анализе других групп.

Для выделенных 5 групп характерны некоторые общие особенности.

Во-первых, группы объединены общим смыслом «человечности» норм. Наличие норм, их осознание, фиксация, трансляция и проч. — специфический признак мира человека. Обнаруженные лексемы, в том числе называющие признаки не человека, а других живых организмов (молодь) или неодушевленных объектов (полнометражны й), представляют результаты упорядочивающей, нормирующей деятельности человека.

Во-вторых, выявленные смыслы активно пересекаются. Так, в значении слова карликовость заметны как смысл «норма — здоровье», так и смысл «норма — необходимое количество»; в значении слова восстановиться — смыслы «норма — здоровье» и «норма — заведенный порядок» и т.д. Пересечение смыслов возможно благодаря инвариантному значению, верному для всех случаев: норма — это тот диапазон проявлений, который большинством людей устойчиво воспринимается как обычный, привычный, типичный и который в той или иной форме зафиксирован обществом.

Сформулированные таким образом смыслы нормы: «правило», «порядок», «количество», «здоровье» — позволяют расширить по сравнению с первоначальным перечень лексем, относящихся к семантическому полю «норма». Так, в первую группу должны войти слова типа руководство, график, требование, канон, стандарт; во вторую — обыкновенный, средний, стандар-тныш, в третью — убегаться, лиловатыш, очень, весьма, в четвертую — болезнь, беспокойство, вирус и проч. Важно, что вовлеченными в поле оказываются лексемы самые разнообразные: во-первых, различной частеречной принадлежности (что указывает на сосуществование значения нормы и основных типовых значений

предмета, признака и действия), во-вторых, различной функционально-стилевой окраски (наличие слов всех основных окрасок — книжное, нейтральное, разговорное — свидетельствует о выходе идеи нормы в различные коммуникативные сферы), в-третьих, различного оценочного потенциала (нейтральные слова констатируют соответствие / несоответствие норме, оценочные — передают ценностное отношение к этому факту).

Рассматривая норму как семантическую категорию, то есть как понятийную категорию, заключенную в грамматических, лексических, словообразовательных значениях языка и их речевых реализациях [4], необходимо отметить следующие ее особенности:

1. Категория образована по бинарному принципу и включает значения «норма — не-норма». Это свойство может быть иллюстрировано нашим материалом: в каждой группе слова со значением «соответствие норме» противопоставлены словам со значением «несоответствие норме»

2. Это двухъярусная семантическая категория, так как реализуется на лексическом и словообразовательном уровнях (имеются специальные лексемы и морфемы для выражения соответствующего значения) и демонстрирует связь семантического признака с грамматическим значением (см. грамматику качественных прилагательных). Избранный материал не показывает всех возможностей словообразования, однако некоторые наблюдения сделать можно. Так, очевидна активность отрицательного префикса не-, посредством которого образуются слов со значением несоответствия норме (нездоровый, неестественный, ненормальный и проч.). При привлечении более обширного материала можно говорить, например, об антонимич-ных префиксах недо- и пере- (недоварить — переварить), о суффиксах субъективной оценки (здоровенны й, худющий) и др. О связи семантики нормы и грамматики говорилось выше: существительные констатируют соответствие / несоответствие норме, прилагательные позволяют охарактеризовать степень нормальности, глаголы указывают на динамичный характер нормы.

3. Семантической категории нормы свойствен эксплицитно-имплицитный характер. Случаи, ставшие предметом описания в нашем очерке, являют собой пример эксплицитного выражения: в значениях рассмотренных слов наличие семы «норма» осознается говорящими, в том числе лексикографами, включающими этот семантический компонент в словарные дефиниции.

4. Из двух значений — «норма» и «не-норма» — имплицитным чаще оказывается значение нормы (что связано со слабой осознанностью нормы вообще), в то время как значение «не соответствует норме» всегда имеет формальное выражение. Наш начальный материал (100 слов, в толковании которых есть требуемый семантический компонент) не отражает количественное превосходство слов с семантикой антинормы: в нашем случае наблюдается примерно равное деление. Однако этот факт легко объяснить: к числу выявленных слов в первую очередь относятся слова, называющие разновидности нормы (такса, квота, лимит, правопорядок и т.п.), которые и увеличивают численность лексем со значением «норма». Если же расширить границы материала, то перевес окажется на стороне значения «несоответствие норме». В частности, все те словообразовательные средства, о которых шла речь выше, участвуют в образовании слов именно с такой семантикой.

Итак, анализ слов, толкование которых включает прямое указание на норму, позволило сформулировать четыре смысла нормы: 1) «правило, требование», 2) «заведенный порядок, обычное, привычное состояние», 3) «необходимое, должное количество», 4) «здоровье». Эти смыслы пересекаются со словарными значениями лексемы «норма», но не полностью им соот-

ветствуют. В связи с этим рассмотрение в совокупности позволяет детализировать представления о норме, значимые для русского языкового сознания. Опираясь на сформулированные смыслы, можно расширить границы материла и тем самым включить в семантическое поле нормы большее число единиц.

Библиографический список

1. Крысин, Л.П. Языковая норма и речевая практика / Л.П. Крысин // Отечественные записки. — 2005. — №2.

2. Сепир, Э. Градуирование / Э. Сепир // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 16. — М., 1985.

3. Арутюнова, Н.Д. Типы языковых значений. Оценка. Событие. Факт / Н.Д. Арутюнова. — М., 1988.

4. Бондарко, А.В. Основы функциональной грамматики / А.В. Бондарко. — СПб., 2001.

Статья поступила в редакцию 7.05.08.

УДК 81'27

Э.В. Хилханова, канд. филол. наук, доцент Восточно-Сибирскои государственной академии культуры и искусств, г. Улан-Удэ, Республика Бурятия

КУЛЬТУРНО-АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ КОЛЛЕКТИВНОГО ВЫБОРА ЯЗЫКА

Дается теоретическое обоснование продуктивности культурно-антропологического подхода для поиска причин сохранения или утраты языка и эмпирический анализ влияния культурных измерений (коллективизм — индивидуализм, степень дистанции власти, внутренний и внешний контроль) на выбор языка бурятской этнической группой.

Ключевые слова: выбор языка, языковая ситуация, культурно-антропологические факторы, этническая Бурятия, индивидуализм и коллективизм, дистанция власти, экстерналистские и интерналистские культуры.

При изучении проблематики языкового выбора, этнолингвистической витальности группы, ее языковой лояльности исследователь должен исходить из того, что выбор языка как контактно-обусловленное явление охватывает, помимо чисто языковых, социальные и внутригрупповые факторы. Соответственно, комплексный анализ причин, сформировавших и формирующих дву-или многоязычную языковую ситуацию, невозможен без учета какой-либо из данных групп факторов. В настоящей статье предлагается обозначить эти группы как внешние, внутренние и собственно лингвистические. Каждая группа состоит из нескольких факторов, а их совокупность представляет собой «факторную сетку» — достаточно исчерпывающую экспланаторную модель, способную с некоторыми вариациями объяснить практически все релевантные причины языковой ситуации в любом национальном регионе, где имеет место языковое контактирование миноритарного и мажоритарного языков.

В состав внешних факторов нами включаются социолингвистические, социокультурные, социальнопсихологические и культурно-антропологические факторы, в состав внутренних — психолингвистические, субъективные, прагматические и фактор идентичности и, наконец, в ряду собственно лингвистических предлагается рассмотреть интер-дискурс и тему разговора, недостаточную языковую компетенцию в миноритарном языке наряду с высокой языковой компетенцией в мажоритарном языке, частоту использования мажоритарного языка, а также передачу чужой речи. Каждый комплекс факторов смены или, наоборот, сохранения языка представляет собой обширное направление современной лингвистики и может быть развернут в отдельное исследование.

В настоящей статье анализируется только одна из групп внешних факторов языковой ситуации, когда эт-

ническое сообщество либо меняет свой этнический язык на другой, как правило, язык доминирующей группы, либо сохраняет его, а именно культурно-антропологические факторы. Социальным объектом исследования является одно из национальных меньшинств Российской Федерации — бурятская этническая группа, дисперсно проживающая преимущественно на территории этнической Бурятии1. Языковая ситуация в данном регионе достаточно типична для России и может быть квалифицирована как многокомпонентная, коммуникативно и демографически неравновесная, двуязычная с функционально неравнозначными языками — бурятским и русским. В работе использованы материалы полевого исследования, проведенного автором в 20042006 гг. на данной территории, в ходе которого было опрошено и частично проинтервьюировано 714 респондентов; отбор осуществлялся по принципу квотной пропорциональной выборки.

Прежде чем приступить непосредственно к анализу, необходимо провести разграничение между двумя близкородственными терминами — социокультурные и культурно-антропологические факторы выбора языка. Строго говоря, культурно-антропологические факторы включают в себя социокультурные, а разграничение между ними проводится скорее для удобства презентации материала и его интерпретации. Культурная антропология, как известно, исследует вопросы взаимодействия человека с культурой, в рамках которой он существует и действует. Иными словами, она изучает человека через призму его культуры. Следовательно, в рамках соотношения «человек — культура» ее интересует человек как природное существо, становление его личности в истории и конкретной социальной среде, типичные ситуации его взаимоотношений с другими людьми, принадлежащими как к «своей», так и к иной культуре, отклонение его поведе-

1 Современная этническая Бурятия включает в себя Республику Бурятия, бывший Усть-Ордынский Бурятский автономный округ (ныне часть Иркутской области) и Агинский Бурятский автономный округ, который вскоре должен объединиться с Читинской областью.