Проблемы правового статуса добросовестного приобретателя при осуществлении его охраны и защиты

Бутенко Александр Александрович

кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры гражданского права Волгоградской академии МВД России

Проблемы правового статуса

добросовестного приобретателя

при осуществлении его охраны и защиты

В статье предлагается конкретный механизм по совершенствованию правового регулирования способов защиты добросовестного приобретателя (титульного владельца) от всех противостоящих ему лиц в процессе приобретения и владения имуществом. На основании действующего гражданского законодательства автором выявлен ряд проблем гражданско-правового регулирования общественных отношений по осуществлению защиты имущественных интересов добросовестного приобретателя.

Ключевые слова: добросовестный приобретатель, недобросовестный приобретатель, способы защиты субъективных прав, собственник, субъекты гражданского оборота.

A.A. Butenko, Master of Law, Assistant Professor, Assistant Professor of the Chair of Civil Law of the Volgograd Academy of the Ministry of the Interior of Russia; e-mail: Aleksbut21@mail.ru

Legal status of bona fide purchaser in exercising its protection

The article is devoted to specific mechanisms for the improvement of legal regulation of the ways to protect a bona fide purchaser (title holder) from all persons opposed him in the process of acquisition and ownership of property. On the basis of current civil legislation of the author identified a number of problems of civil-legal regulation of public relations in the implementation of the protection of property interests of bona fide purchaser.

Key words: bona fide purchaser, no bona fide purchaser, methods of protection of subjective rights, owner, subjects of civil turnover.

Среди ученых в области гражданского права нет однозначного подхода к проблеме оптимизации урегулирования общественных отношений с участием добросовестных и недобросовестных приобретателей. Как следствие, защита и восстановление своих субъективных прав и охраняемых законом интересов добросовестными приобретателями обусловлена противоречиями в судебной практике. С подобными противоречиями систематично соприкасаются субъекты гражданского оборота.

Если законодатель, принимая соответствующие нормы права, не в состоянии дать объективное определение «добросовестному владельцу», чего можно ожидать слабой стороне в процессе разрешения подобных споров? Это проявляется и будет проявляться в самых разнообразных мотивировочных судебных решениях не в пользу добросовестных приобретателей своего «сомнительного» имущества.

Если в ближайшее время не будут приняты поправки, которые на законодательном уровне поставят в более справедливое положение добросовестных приобретателей, это может

негативно отразиться на общественных отношениях, где недобросовестные приобретатели будут иметь побуждающую причину для совершения новых противоправных действий в своих интересах.

В судебной практике существуют определенные способы защиты права собственности, но не все из них гармонично вписываются в правовое поле, регулирующее гражданские правоотношения.

Судебная практика неоднократно сталкивалась с неразрешенными противоречиями двух вещно-правовых способов защиты субъективных прав, а именно: истребование имущества из чужого незаконного владения (ст. 301 ГК РФ) и применение последствий недействительной сделки (ст. 167 ГК РФ). У первоначального собственника, который желал вернуть свое имущество, возникала проблема: какой способ защиты наиболее приемлем в том случае, если покупатель (добросовестный приобретатель) купил чужую вещь у продавца (добросовестного приобретателя), являющегося не собственником и не первоначальным владельцем.

48

Возникают вопросы, что является наиболее приемлемым для собственника: истребовать имущество у последнего владельца или признавать недействительной сделку по отчуждению имущества? Суды в подобных случаях, как правило, рассматривали иски о признании существующих заключенных сделок «недействительными». Частичную ясность внес Конституционный Суд РФ, указав на порядок разрешения подобных споров между субъектами [1]. С возникновением новых правоотношений между субъектами гражданского оборота с участием «добросовестных и недобросовестных приобретателей» стали также выноситься самые разнообразные судебные решения в арбитражных судах и судах общей юрисдикции [2].

Споры возникают по самым разным обстоятельствам, как правило, в них фигурирует определенное количество лиц. Это может быть собственник своего имущества, который по тем или иным причинам утратил «триаду» правомочий над имуществом по владению, пользованию и распоряжению; недобросовестный приобретатель, завладевший неправомерным путем данным имуществом (движимым или недвижимым) в своих интересах; добросовестный приобретатель в надежде приобрести вещь без «криминального» прошлого, который в определенной ситуации становится слабой стороной в подобных правоотношениях.

При заключении договора купли-продажи движимого или недвижимого имущества с пороком в содержании или субъекте собственник или добросовестный приобретатель на определенном этапе данной сделки лишается своей вещи, а недобросовестный приобретатель на период разбирательства обладает презумпцией невиновности. Собственник, узнав о выбытии своего имущества без его волеизъявления, захочет защитить правомерный интерес и вернуть имущество в первоначальное положение. Добросовестный же приобретатель, узнав о своей «добросовестности», начнет в суде доказывать не только свое титульное владение, но и право собственности на «спорную» вещь [3].

Что предпочтительнее в данной ситуации для «слабой стороны» в качестве способа защиты? Но слабой стороной может быть как собственник своего имущества, так и добросовестный приобретатель на него.

Добросовестный приобретатель при наступлении случая по поводу спорного имущества между заинтересованными лицами может защитить свое правомочие владения, используя возможность по ограничению права собственника на виндикацию своего имущества, т.е. истребование имущества, принадлежащего собственнику, из незаконного владения.

Если собственник на основании судебного решения получает отказ в иске об истребовании недвижимого имущества на законных основаниях, то, в свою очередь, у добросовестного приобретателя может возникнуть право собственности на имущество.

Это исключение из правил распространяется только относительно недвижимого имущества. Так, исключена возможность у добросовестного приобретателя стать собственником недвижимого имущества в силу приобретательной давности (ст. 234 ГК РФ), а значит, такое право может распространяться по отношению только к движимым вещам.

Согласно п. 1 ст. 302 ГК РФ если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

При исследовании существенных признаков данной нормы (ст. 302 ГК РФ) нельзя однозначно утверждать, на кого и в какой мере в процессе судебного разбирательства по искам собственника об истребовании имущества ложится бремя доказывания.

Собственник не обязан доказывать «недобросовестность» титульного владельца, а на добросовестного приобретателя не ложится бремя доказывания своей «добросовестности» при защите владения приобретенного имущества.

В п. 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25 февраля 1998 г. № 8 «О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», указываются некоторые рекомендации по распределению бремени доказывания между сторонами спора. Так, приобретатель вещи должен доказать, что он завладел имуществом в возмездном порядке и что он не знал и не должен был знать о том, что имущество приобреталось у лица, не имевшего права на его отчуждение [4, с. 81].

Сформировавшаяся судебная практика как арбитражных судов, так и судов общей юрисдикции по данному вопросу с учетом п. 3 ст. 10 ГК РФ однозначно придерживается правил по возложению на добросовестного приобретателя определенных обязанностей. Речь идет не о доказывании разумности и добросовестности действий самого приобретателя при реализации им своих прав, а об обязанности доказать

49

невозможность получения им информации от недобросовестного отчуждателя по противоправному обороту чужого имущества.

Для возникновения права собственности у приобретателя по фактическому овладению своим имуществом недостаточно самого факта «добросовестности». В определенных законом случаях необходимы действия по совершению юридических фактов. Собственник не вправе вернуть свое недвижимое имущество от добросовестного приобретателя, если последний своевременно осуществил государственную регистрацию в своем интересе. Так как право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 ГК РФ).

Судьба имущества, которое принадлежит собственнику, во многом может зависеть от факта передачи имущества неуправомоченному правообладателю. Добровольное отчуждение имущества правообладателем по недействительной сделке лишает его возможности при необходимости вернуть обратно свое имущество, используя для этого виндикационный иск.

Все, что утрачено и принадлежало собственнику без его воли, однозначно может быть возвращено через виндикацию (см.: п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 1 июля 1996 г. № 6 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; п. 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 ноября 1997 г. «Обзор практики разрешения споров, возникающих по договорам купли-продажи недвижи-

1. По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан О.М. Мариничевой, А. В. Не-мировской, З.А. Скляновой, Р.М. Скляновой и

B.М. Ширяева: постановление Конституционного Суда РФ от 21 апр. 2003 г. № 6-П.

2. Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения: информ. письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 нояб. 2008 г. № 126.

3. Анисимов А.П., Гончаров А.И., Рыженков А.Я., Черноморец А.Е. Отрицание собственнической правосубъективности сущностью юридического лица // Бизнес. Образование. Право: Вестн. Волгоград. ин-та бизнеса. 2011. № 3(13).

C. 160-165.

4. Обзор судебной практики // Вестн. Высшего Арбитражного Суда РФ. 1998. № 10.

мости»; определения Высшего Арбитражного Суда РФ от 9 октября 2008 г. № 11404/08, от 18 сентября 2008 г. № 8447/08; постановления ФАС ВВО от 31 июля 2006 г. № А43-33340/2005-2-944, ФАС ВСО от 28 июня 2006 г. № А58-8408/05-Ф02-3109/06-С2 и др.).

Наличие таких ситуаций в судебной практике свидетельствует о необходимости проработки правового механизма признания прав добросовестного приобретателя, возможно, схожего с механизмом приобретения имущества в силу приобретательной давности, при этом следует отталкиваться от того, что добросовестность приобретения имущества является основанием возникновения вещных прав на него как самостоятельный юридический факт, влекущий возникновение гражданских прав и обязанностей в силу ст. 8 ГК РФ. С сожалением следует констатировать, что начатая законодателем работа над решением проблем юридического оформления прав добросовестного приобретателя недвижимости с нововведений в ст. 223 ГК РФ не обеспечила фундаментальной правовой защиты этого субъекта гражданского оборота.

Осуществляя в соответствии со ст. 71 (пп. «в» и «о») и 76 Конституции РФ регулирование оснований возникновения и прекращения права собственности и других вещных прав, договорных и иных обязательств, оснований и последствий недействительности сделок, федеральный законодатель должен предусматривать такие способы и механизмы реализации имущественных прав, которые обеспечивали бы защиту не только собственникам, но и добросовестным приобретателям как участникам гражданского оборота.

1. In the case on the constitutionality of the provisions of paragraphs 1 and 2 of article 167 of the Civil code of the Russian Federation in connection with complaints of citizens O.M. Marinicheva, A. V. Ne-mirovskaya, Z.A. Sklyanova, R.M. Sklyanova and V.M. Shiryaeva: resolution of the Constitutional court of the Russian Federation of Apr. 21 2003 № 6-P.

2. Review of judicial practice on certain issues relating to the recovery of property from unlawful possession: information letter of the Presidium of the Supreme Arbitration Court of the Russian Federation of Nov. 13, 2008 № 126.

3. AnisimovA.P., GoncharovA.I., RyzhenkovA.Ya., Chernomorets A.E. The denial of legal personality proprietary entity legal entity // Business. Education. Law: Bull. of the Volgograd institute of business. 2011. № 3(13). P. 160-165.

4. Review of judicial practice // Bull.of the Supreme Arbitration Court of the Russian Federation. 1998. № 10.

50