Сущность инвестиционной активности и её значение в управлении региональной экономикой

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 9 (147). Экономика. Вып. 20. С. 83-88.

Л. Н. Салимов

сущность инвестиционной активности и её значение в управлении региональной экономикой

Обобщены исследования сущности активности субъекта как таковой и инвестиционной активности в частности. Уточнен понятийный аппарат и определена взаимосвязь инвестиционной активности и смежных понятий, характеризующих инвестиционную деятельность.

Ключевые слова: инвестиции, региональная экономика, инвестиционная деятельность.

И теория, и практика хозяйствования свидетельствуют, что социально-экономическое развитие территориального образования (страны, региона) обеспечивается не столько достигнутым объемом валовых инвестиций, сколько их структурой и динамикой. Инвестиционная активность — прежде всего — как интенсивность реализации инвестиций вообще и отдельных ее разновидностей есть дискуссионный объект исследования в современной экономической науке. Актуальность исследования инвестиционной активности обусловлена как недостаточностью разработки теоретической базы, так и современным состоянием инвестиционной сферы.

Исследование сущности инвестиционной активности целесообразно осуществлять следующим образом. Во-первых, необходимо раскрыть содержание понятия «активность». Во-вторых, выявить принципиальные отличия понятия «активность» и смежных понятий, характеризующих общественную деятельность, в том числе инвестиционную. В-третьих, определить сущность и содержание инвестиционной активности в контексте управления экономикой региона в современных условиях.

Современные толковые словари определяют понятия «активность» и «активация» следующим образом: «Активация — возбуждение или усиление активности; перевод в деятельное, подвижное состояние. Активность — деятельное участие в чем-либо» [1. С. 16]. Представляет интерес также точка зрения психологов на природу активности, в частности, личности: «В психологии активность личности рассматривается в противопоставлении реактивности — поведению, зависящему главным образом от внешних воздействий» [2. С. 14]. Согласно физиологической науке, «активность проявляется тогда, когда запрограммированное организмом то или иное движение к определенным стимулам-целям требует прохождения барьера сопротивления окружающей среды» [3. С. 13].

Анализ литературы, проведенный в 1980-х гг. авторским коллективом Челябинского государственного университета, свидетельствует, «что существует три основных определения понятия “активность”: активность как самодвижение; активность как состояние напряжения, возбуждения; активность как способность к изменению. Эта многозначность определения активности сложилась исторически, на основе лексики естественного языка, обобщившего коллективный опыт людей, зафиксировавшего эмпирический материал» [4. С. 25]. Наряду с активностью различают пассивность, которая представляет собой характеристику деятельности, реализуемой в обратном, противоположном направлении. Если активность вообще есть степень практического участия в реализации намеченных мероприятий, то для оценки активности используют такие характеристики, как «активные действия» или, напротив, «пассивные действия». Одним из первых, кто поставил вопрос о соотношении «активности» и «пассивности» был В. И. Кремянский. Как справедливо отметил упомянутый ранее авторский коллектив Челябинского государственного университета, отношение между активностью и пассивностью аналогично соотношению движения и покоя. Вышеуказанный научноисследовательский коллектив внес значительный вклад в понимание природы пассивности вообще. Действительно, определение А. К. Манеева, согласно которому пассивность есть относительная характеристика, выражающая неспособность «данного элемента оказать воздействие на другой элемент или их совокупность, но не вообще, а лишь в том отношении, в котором этот элемент как раз испытывает воздействие» [4. С. 27], было существенным образом расширено и уточнено авторским коллективом Челябинского государственного университета: «Пассивность включает в себя: во-первых, любую устойчивость, то есть сохранение свойств, состояний и отношений, присущих материальным и идеологическим

системам. Пассивность — одно из условий качественной определенности, равновесия системы. Во-вторых, отсутствие у материальной системы самодвижения в каком-либо отношении, «неучастие» ее в каком-либо виде движения материи». Для нас представляет также интерес исследование и активности, и пассивности не только как процесса, но и как свойства. В этом контексте пассивность в интерпретации вышеуказанного коллектива есть «относительный момент активности материальной системы, показывающий ее неспособность к изменениям либо в данном отношении, либо в данный момент времени» [4. С. 28]. Следовательно, «активность проявляется и в действиях, “защищающих” целостность системы от внешних воздействий, обеспечивающих ее устойчивое состояние, ее качественную определенность» [4. С. 29]. Таким образом, соотношение активности и пассивности отражает действие закона диалектического единства противоположностей.

По мере углубления исследования сущности активности вообще нами были сделаны выводы, которые на первый взгляд абсолютно не соответствуют традиционным представлениям. Действительно, в рамках философской науки отечественные и зарубежные ученые сделали вывод о том, что деятельность есть и разновидность, и проявление активности. Как следствие, было сформировано отдельное научное направление — исследование структуры деятельности, представителями которого были М. С. Каган, Ю. К. Плетников, М. В. Дёмин и другие. В частности, М. В. Дёмин считает, что «деятельность характеризуется как информационно направленная, целесообразная активность» [5. С. 51]. По мнению болгарского ученого Л. Николова, человеческому индивиду, кроме деятельности, присущи и другие виды активности; конкретная форма жизненной активности приобретает качества деятельности и обособляется как таковая тогда, когда имеет структуру целенаправленного воздействия на определенный предмет с целью получения продукта и результата с определенным предназначением [6. С. 95].

Выводы ученых, исследующих активность и деятельность вообще, на первый взгляд, противоречат современному пониманию взаимосвязи конкретных форм деятельности и активности, в т. ч. инвестиционной деятельности и инвестиционной активности. В частности, Х. Н. Назипова, резюмируя исследование

социальной активности, делает следующий вывод: «Социальная деятельность и социальная активность, будучи весьма близкими, не совпадают по своему содержанию. Если в первом случае речь идет о виде деятельности, то во втором — о мере, уровне, степени ее интенсивности» [7. С. 32]. Активность, по мнению А. Б. Мискевича, определяется не только объемом деятельности, но и ее направленностью, детерминированной общественными и личными интересами, находящимися в постоянном изменении [8. С. 9]. Активность содержит в себе субъективное, позитивное ценностное отношение общества и (или) личности к характеризуемой деятельности. Ряд ученых справедливо отмечают, что активность как процесс, имеющий определенную направленность, может оказывать как позитивное, так и негативное воздействие на каждого участника. В этом контексте представляет интерес следующее наблюдение, изложенное в научной работе «Социальная активность трудящихся масс в условиях социализма» (1987): «Необходимо отдавать себе отчет в том, что может быть активность, направленная на защиту устаревших, отживающих отношений, консервативных структур. Активны стяжательство, потребительство, мещанство. Эти явления общественной жизни... ведут активную борьбу за самосохранение» [9. С. 29]. Такая позиция в силу ряда причин, в том числе идеологических, была подвергнута неаргументированной критике. В частности, в ходе исследования экономических аспектов активной жизнедеятельности личности некоторые ученые отметили следующее: «Ряд исследователей к общественно-политической активности относят любую деятельность субъекта в этой сфере. Очевидно, такой подход нельзя считать правомерным. Возьмем, к примеру, активность человека с целью спекуляции, воровства народного богатства, стяжательства и т. п. Перечисленные виды деятельности противоречат принципам и целям социализма и являются по существу антиобщественными. Одной из важнейших отличительных черт общественно-политической активности следует считать ту деятельность, которая полезна и не противоречит принципам социализма» [10. С. 65].

Таким образом, в различных областях отечественной и, прежде всего, советской науки — философской, социологической, экономической, психологической и других — было сформулировано понятие «деятельность вообще»,

определены виды и структура деятельности, а следующим закономерным этапом в рамках вышеуказанных исследований стало выявление характеристик соответствующей деятельности, в т. ч.: эффективность, активность и прочее. Именно на этом этапе исследования понятие «активность» предстало во всем своем многообразии: с одной стороны, активность как характеристика деятельности, а с другой стороны, деятельность есть форма активности. Следовательно, в научной литературе активность имеет двойственное толкование: во-первых, активность как самодвижение, формой которого является, в частности, деятельность как целенаправленная продуктивно-предметная активность; во-вторых, активность как активная или пассивная деятельность, то есть характеристика деятельности.

В определенном смысле вышеуказанное формально-логическое противоречие разрешается в рамках исследования понятия «поведение». М. В. Дёмин выделил ряд отличий между понятиями «активность», «деятельность» и «поведение», в т. ч.: «если в понятии деятельности фиксируются активные внешние и внутренние действия, то понятие поведения отражает лишь внешние проявления — и притом как активные, так и пассивные» [5. С. 54]. Следовательно, в экономической науке деловая, инвестиционная и прочая экономическая активность определяется как поведение хозяйствующих субъектов, или совокупность внешних проявлений хозяйственной деятельности. Резюмируя вышеизложенное, мы делаем следующие выводы относительно взаимосвязи понятий «активность вообще», «инвестиционная деятельность» и «инвестиционная активность» (таблица).

Таким образом, понятие «активность» имеет двойственное толкование: форма движения

материи; поведение субъектов деятельности, то есть характеристика деятельности. В ряде случаев использование понятия «активность» в научной литературе предполагает исследование и процесса, и характеристики этого процесса. Например, понятие «вулканическая активность» используется для обозначения, во-первых, физико-химического процесса, а понятие «вулканическая деятельность» отсутствует, поскольку вулкан есть объект неживой природы, во-вторых, интенсивности вышеуказанного процесса. Что касается понятия «инвестиционная активность», то оно используется исключительно как характеристика инвестиционной деятельности.

В экономической литературе понятие инвестиционной активности не имеет единой трактовки, не определено однозначно ее место в структуре инвестиционного климата и ее взаимодействие с иными смежными понятиями, среди которых: инвестиционный потенциал, инвестиционная привлекательность, инвестиционный риск и инвестиционный механизм. Региональный аспект инвестиционной активности исследован недостаточно. Однако фактическая и объективно закономерная дифференциация регионов по уровню, структуре и динамике социально-экономического развития обусловливает необходимость исследования региональной инвестиционной активности (далее — РИА). Р. И. Шнипер в ходе обоснования региональной специфики управления инвестициями приводит пример регионов, отличающихся уровнем хозяйственного освоения: «для вновь осваиваемых районов задача сводится к формированию такой инвестиционно-строительной политики, которая обеспечила бы гармоничное и сбалансированное развитие материального производства

Соотношение понятий «активность вообще», «инвестиционная деятельность»

и «инвестиционная активность»

Понятие Содержание понятия

Активность вообще форма движения материи

Социальная активность тип активности вообще

Социальная деятельность форма социальной активности; целенаправленная предметно-продуктивная активность социума

Экономическая деятельность вид социальной деятельности, ориентированный на удовлетворение материальных потребностей

Инвестиционная деятельность вид экономической деятельности по финансово-кредитному обеспечению воспроизводства основного капитала

Инвестиционная активность поведение субъектов инвестиционной деятельности

и непроизводственной сферы, с опережающим развитием последней» [11. С. 16].

В ходе обобщения экономической литературы были выявлены следующие определения инвестиционной активности вообще и региональной в частности. По мнению Е. А. Казакевич, инвестиционная активность региона есть совокупность собственных финансовых возможностей и возможностей привлечения внешних финансовых ресурсов [12. С. 8]. В интерпретации И. И. Ройзмана, А. Г. Шахназарова и И. В. Гришиной — авторского коллектива Совета по изучению производительных сил (далее — СОПС) Минэкономразвития РФ и РАН — РИА есть развитие и интенсивность инвестиционной деятельности в регионе, характеризующиеся объемом и темпами привлечения инвестиций в основной капитал региона [13. С. 7].

Н. И. Климова определяет инвестиционную активность как «степень интенсивности процессов инвестирования в рамках региона, учитывающую ресурсные и реализованные инвестиционные возможности региональной экономической системы» [14. С. 17], Д. В. Соколов — как объем, темпы роста и эффективность использования инвестиционных ресурсов [15. С. 39], а Л. Г. Паштова — как динамику размера и структуры инвестиций [16. С. 24].

Подавляющее большинство ученых-эконо-мистов определяет РИА как динамику инвестиционной деятельности в регионе, однако, по нашему мнению, следует внести ряд уточнений и дополнений, а также критических замечаний. В частности, Е. А. Казакевич по сути определяет не инвестиционную активность региона, а его потенциал как совокупность объективных возможностей для реализации инвестиционной деятельности. Определение Н. И. Климовой содержит понятие «степень интенсивности процессов инвестирования», которое нуждается в уточнениях, прежде всего в целях формирования в дальнейшем системы показателей оценки РИА. Аналогичное понятие — интенсивность инвестиционной деятельности в регионе — в определениях Д. В. Соколова и авторского коллектива СОПС Минэкономразвития РФ и РАН приобрело более конкретные очертания в виде показателей объема и темпов привлечения инвестиций в основной капитал региона. Однако РИА, по нашему мнению, есть интенсивность не только размещения денежных средств и иных форм инвестиционных ресурсов

в воспроизводство основных фондов региональной экономики, но и создания предпосылок соответствующего размещения, то есть РИА есть одновременно и интенсивность формирования как доходов, так и возникающих на их базе накоплений. Следует также отметить, что РИА отражает не только динамику достигнутого объема инвестиций, их источников и результатов, но и их качество, определяемое прежде всего структурой. Определение Л. Г. Паштовой в большей мере отражает экономическую природу РИА, однако имеют место определенные противоречия. В частности, Л. Г. Паштова утверждает, что темпы обновления основного капитала и темпы накоплений не отражают РИА, тем самым отождествляя РИА исключительно с динамикой размера и структуры непосредственно вложений денежных средств вне связи с их источниками и промежуточными и конечными результатами. Инвестиции, по нашему мнению, есть не самоцель, а средство достижения следующих целей: обновление основного капитала и, как следствие, обеспечение экономического роста. Поэтому мы считаем, что РИА — это степень изменчивости инвестиционной деятельности в регионе. Изменчивость в контексте нашего исследования есть не только динамика объема и структуры инвестиций в экономику региона, но и динамика объемов и структуры источников и результатов инвестирования в экономику региона — во-первых, взаимосвязь объема инвестиций в экономику региона с источниками и результатами инвестирования — во-вторых.

РИА есть относительно автономный объект исследования. Действительно, экономическая категория «инвестиционная активность», обладая характерными исключительно для нее чертами, в то же время тесно взаимодействует с такой категорией, как инвестиционный климат и его составляющими. Вероятно поэтому И. В. Тихомирова отождествляет РИА с фактической инвестиционной привлекательностью [17. С. 33], а Е. А. Казакевич, определяя РИА, фактически раскрывает содержание инвестиционного потенциала. Как следствие, необходимо уточнить характер взаимодействия РИА со смежными понятиями. Несмотря на имеющиеся различия в понимании сущности инвестиционной активности, И. И. Ройзман, Е. А. Казакевич и ряд других ученых-экономистов, проявляя солидарность, определяют место РИА в структуре инвестиционного климата следующим образом:

инвестиционный климат есть результат взаимодействия инвестиционной привлекательности и инвестиционной активности региона. В свою очередь, инвестиционная привлекательность региона есть сочетание инвестиционного потенциала и инвестиционных рисков. А. Фоломьев и В. Ревазов, обобщив результаты исследований природы инвестиционного климата, отметили следующее. Во-первых, в экономических публикациях инвестиционный климат и инвестиционная привлекательность нередко отождествляются. Во-вторых, существуют три наиболее характерных подхода к оценке инвестиционного климата, в т. ч. так называемый рисковый подход, сторонники которого различают в составе инвестиционного климата только два элемента — либо инвестиционный потенциал и инвестиционные риски, либо инвестиционные риски и социальноэкономический потенциал [18. С. 57]. В обоих случаях инвестиционная активность отсутствует как составляющая инвестиционного климата, что, по нашему мнению, противоречит практике составления инвестиционных рейтингов регионов, отраслей и иных хозяйственных систем. Как правило, оценка инвестиционного климата базируется в т. ч. и на данных об инвестиционной активности в период, предшествующий моменту формирования инвестиционного рейтинга. По мнению ряда специалистов, в том числе Г. Марченко и О. Мачульской, сопоставление оценок инвестиционного климата регионов с фактической инвестиционной активностью позволяет выявить регионы, характеризующиеся недостаточным и избыточным вниманием инвесторов [19. С. 77].

Инвестиционная активность есть в некотором роде фактическая реализация имеющегося потенциала с учетом уровня инвестиционных рисков. Инвестиционный потенциал — это объективные предпосылки интенсификации инвестиционной деятельности. Основополагающим условием привлечения и размещения инвестиционных ресурсов является наличие денежного, трудового, производственного, инновационного и иного капитала. Наличие объективных возможностей для активного инвестирования не означает в действительности предопределенность функционирования инвестиций в силу наличия инвестиционных рисков. Ф. Найт ввел методологическое разграничение между риском и неопределенностью [20. С. 17]. Однако, по мнению

А. А. Акопяна, инвестиционный риск есть одно

из проявлений неопределенности в инвестиционной сфере экономики [21. С. 10]. Исследуя природу рисков инвестирования, А. А. Акопян сделал вывод о том, что «хотя инвестиционные риски генерируются неопределенностью, их следует дифференцировать от другого явления неопределенности — случайности. Инвестиционные риски возникают лишь в случае сознательного планирования и оценки качества инвестиционных проектов и представляют собой оценку возможности неблагоприятного отклонения целевого результата инвестиционной деятельности от планового» [21. С. 11]. Таким образом, инвестиционная активность в широком смысле есть фактический результат сложного динамичного взаимодействия, с одной стороны — возможностей инвестирования, а с другой стороны — уровня вероятности достижения заданной конечной цели инвестиционной деятельности.

Итак, подведем итоги сказанному. Смежными и более обширными понятиями являются инвестиционная система и инвестиционный процесс. Оба понятия охватывают весь спектр отношений по поводу реализации инвестиционной деятельности. Однако при использовании понятия «инвестиционный процесс» акценты смещаются на исследование последовательности действий, этапов, фаз, стадий инвестиционной деятельности. Региональная инвестиционная активность есть составляющая не только инвестиционного климата, но и инвестиционной системы, и инвестиционного процесса. Однако если в рамках понятий «инвестиционный процесс» и «инвестиционная система» раскрывается весь спектр инвестиционный отношений, то исследуемое понятие охватывает лишь отдельный аспект их реализации, а именно: региональная инвестиционная активность отражает динамику и взаимосвязь стадий инвестиционного процесса, а также круг субъектов и спектр механизмов воздействия на темпы устойчивого и сбалансированного развития региональных инвестиций, их первоисточники и социально-экономические результаты. В то же время следует отметить, что различные виды инвестиций нередко оказывают разнонаправленное воздействие на развитие региона, что, в свою очередь, обусловливает исследование внутренне присущих проявлений региональной инвестиционной активности, или ее функций.

Понятие «активность вообще» имеет двойственное толкование: форма движения материи; поведение субъектов деятельности, то есть

характеристика деятельности. Понятия «инвестиционная активность» и «эффективность инвестиций» используются исключительно в контексте характеристики инвестиционной деятельности. Инвестиционная активность отражает не только динамику привлечения инвестиций в экономику территориального образования, но и соотношение ряда макроэкономических показателей, характеризующих степень изменчивости инвестиционной деятельности. В частности, инвестиционная активность региона дополнительно определяет показатели сберегательной квоты, капитализации сбережений, капитало- и фондоотдачи. Инвестиционная активность и эффективность инвестиций есть самостоятельные и взаимосвязанные экономические категории. В этой связи объективно возникает потребность в продолжении научных изысканий в направлении детального исследования влияния инвестиционной активности на социально-экономическое развитие региона.

Список литературы

1. Современный толковый словарь русского языка / гл. ред. С. А. Кузнецов. СПб. : Норинт, 2002. 960 с.

2. Педагогический энциклопедический словарь / гл. ред. Б. М. Бим-Бад ; редкол. : М. М. Безруких,

B. А. Болотов, Л. С. Глебова и др. М. : Большая рос. энцикл., 2003. 528 с.

3. Современный словарь по психологии / авт.-сост. В. В. Юрчук. Минск : Элайда, 2000. 704 с.

4. Социальная активность. Челябинск : Челяб. пед. ин-т, 1981. 172 с.

5. Дёмин, М. В. Природа деятельности. М. : Изд-во Моск. ун-та, 1984. 168 с.

6. Николов, Л. Структуры человеческой деятельности [пер. с болг.] / под общ. ред. и с предисл. Л. П. Буевой. М. : Прогресс, 1984. 176 с.

7. Назипова, Х. Н. Социальная активность трудящихся в условиях всестороннего совершенствования социалистического общества // Тезисы выступл. участников науч.-практ. конф. / отв. ред. М. А. Нугаев. Казань, 1986. 226 с.

8. Мискевич, А. Б. Общественно-политическая активность: сущность, проблемы развития / под ред.

C. А. Шавеля. Минск : Навука i тэхшка, 1991. 183 с.

9. Социальная активность трудящихся масс в условиях социализма / Ин-т истории БКП при ЦК БКП и др. М. : Политиздат, 1987. 368 с.

10. Активная жизнедеятельность личности: (Экономические аспекты) / науч. ред. З. И. Гиор-гидзе. Минск : Наука и техника, 1985. 127 с.

11. Шнипер, Р. И. Регион: экономические методы управления. Новосибирск : Наука. Сиб. отд-е, 1991. 320 с.

12. Казакевич, Е. А. Формирование инвестиционного климата в урбанизированном промышленном комплексе: методический аспект : автореф. ... канд. экон. наук. Новосибирск, 2002. 23 с.

13. Гришина, И. В. Комплексная оценка инвестиционной привлекательности и инвестиционной активности российских регионов: методика определения и анализ взаимосвязей / И. В. Гришина, А. Г. Шахназаров, И. И. Ройзман // Инвестиции в России. 2001. № 4. С. 5-16.

14. Дерябина, Я. Сравнительный анализ подходов к оценке инвестиционной привлекательности и инвестиционной активности российских регионов // Инвестиции в России. 2003. № 8. С. 9-19.

15. Соколов, Д. В. Активизация инвестиционной деятельности инструментами региональной экономической политики : дис. . канд. экон. наук. М. : РГБ, 2003. 223 с.

16. Паштова, Л. Г. Формирование многоуровневой инвестиционной политики как фактор обеспечения экономической безопасности : дис. . д-ра экон. наук. М. : РГБ, 2001. 351 с.

17. Тихомирова, И. В. Инвестиционный климат в России: региональные риски. М., 1997. 312 с.

18. Фоломьев, А. Инвестиционный климат регионов России и пути его улучшения / А. Фо-ломьев, В. Ревазов // Вопр. экономики. 1999. № 9.

С. 57-68.

19. Марченко, Г. Исследование инвестиционного климата регионов России: проблемы и результаты / Г. Марченко, О. Мачульская // Вопр. экономики. 1999. № 9. С. 69-79.

20. Данилова, Т. Н. Институциональный анализ организаций инвестиционного рынка // Финансы и кредит. 2003. № 5. С. 17-27.

21. Акопян, А. А. Государственная инвестиционная политика и инвестиционные риски в рыночной экономике : автореф. ... канд. экон. наук. М., 2001.