Явление речевой агрессии в современных условиях общения (аспекты и проблемы)

РЕЧЕВАЯ КОММУНИКАЦИЯ

УДК 808.2

I ЯВЛЕНИЕ РЕЧЕВОЙ АГРЕССИИ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ I ОБЩЕНИЯ

Филиппова О. А.,

редактор, rnn05@mail.ru, ФГОУВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса», г. Москва

The author reviews definitions of verbal aggression and examines types of verbal aggression in terms of their social relevance and reasons for use. The article offers a new definition for the concept and clarifies the causes andfactors for the verbal aggression.

Key words: verbal aggression, tolerant linguistic competence, types of aggression, communicative skills.

В статье сопоставляются существующие понимания речевой агрессии — актуального в настоящий период явления речевой коммуникации, анализируются различные подходы к этому явлению. Выделяемые в научной литературе типы (виды) речевой агрессии с точки зрения их социальной значимости и оправданности выделения. Оценивается объем понятия речевой агрессии, не совпадающий у различных исследователей, вносятся уточнения относительно причин и факторов речевой агрессии.

Ключевые слова: речевая агрессия, толерантное речевое поведение, типы агрессии, культура речевого общения.

Актуальность темы нашего исследования нам видится в том факте, что в современном нам обществе в бытовой, производственной, политической и даже деловой сфере, в т. ч. в сфере сервиса и туризма, наблюдается зримое и очевидное неблагополучие коммуникативного поведения людей — речевое общение имеет явный уклон в сторону грубости и недоброжелательности, выраженных внешне и внутренне, преднамеренных. Ср.: «Высокая степень категоричности авторов публикаций в современной прессе создает впечатление о недопустимом уровне агрессивности речевой коммуникации в современном русском обществе...» [4, с. 18].

Нередко это более или менее завуалировано, но прикрытость происходит не от желания смягчить явную недоброжелательность, а скорее по стилистическим соображениям и этикопрагматическим причинам. Грубые высказывания нередко смягчают не для того, чтобы не прослыть слишком неделикатными и невоспитанными, а, напротив, для демонстрации владения изящной насмешкой или умения тонко выразить свое отрицательное мнение.

Речевая агрессия имеет различные лики, подчас маскируясь и под корректность. В политике и других сферах ей все больше противопоставляется толерантность — как идеологический противовес и как призыв к практической реализации некой этической убежденности в необходимости доброжелательного отношения к существованию не своей духовно-нравственной позиции, признания чужой позиции. Призывы к толерантности в противовес речевой агрессии также актуальны — хотя бы потому, что относительно их имеются мнения за и против; они общественно политически значимы, и необходимо серьезное осмысление их реальной полезности, осуществимости, места и степени в социальной жизни.

Изучение речевой агрессии, как и противостоящей ей речевой толерантности, вызывает в последние годы немалый теоретический и практический интерес; появляется все больше научных работ, учебных изданий по этим вопросам.

В речевой агрессии, как и в толерантном поведении, имеются две стороны — явление и сущность, и для успешного осознания этого предмета

87

РЕЧЕВАЯ КОММУНИКАЦИЯ

исследования его нужно рассматривать во взаимосвязи этих двух сторон, без уклона в преимущественно формальное рассмотрение, в проявление речевой агрессии и толерантности, как нередко делается. Сущностная часть, сторона, сущностное начало речевой агрессии — это того или иного рода недовольство или несогласие субъектов (социальное, национальное, гендерное, возрастное, профессиональное, производственное, межличностное или другое). И главное внимание нужно обращать на эту сущность, стоящую за ее проявлениями.

Если взять чисто внешнюю сторону речевой агрессии (неприличную брань, некорректные выражения в разговоре и др.) или толерантного поведения (вежливые разговорные формулы в ситуации коммуникативного противостояния), то они не имеют самодовлеющего социально-этического значения, их нецелесообразно решать без учета их сущности. Без такого учета они и не могут быть удовлетворительно решены. Например, менее эффективно призывать к сдержанности в выражениях справедливого возмущения (действие на уровне учета явления, проявления), чем устранить причину или последствия такого возмущения (действие на уровне учета сущности, сущностной подоплеки явления). Другими словами, следует воздействовать преимущественно на сущность, устраняя ее, изменяя, считаясь с ней, отвергая или признавая ее полезность, необходимость и т. д. — во всех случаях, в том числе во всех конкретных ситуациях речевой агрессии или толерантности, по-разному.

Речевая агрессия и толерантность являются показателями недовольства или несогласия. И всякий раз нужно задаваться вопросом: как сущность воздействует на их появление, как определяет такое отрицательное или положительное коммуникативное явление, какой придает ему характер, насколько она влияет на их интенсивность и качество, насколько необходимо, желательно, возможно, полезно, реально и т. д. изменять, сохранять, устранять, использовать, дополнять, сокращать конкретную социальную или психологическую сущность-данность.

Речевая (или вербальная) агрессия понимается исследователями по-разному, иногда имеются заметные расхождения — и в определении содержания, и в установлении объема этого понятия. Естественно, речевую агрессию необходимо осознавать как специфическую разновидность агрессии вообще и, исследуя ее, отталкиваться от данного родового понятия.

В «Большом психологическом словаре» под редакцией Б. Г. Мещерякова и В. П. Зинченко вербальная агрессия определяется как «выражение негативных чувств как через форму (ссора, крик, визг), так и через содержание вербальных реакций (угроза, проклятье, ругань) [1, с. 19]. До этого в словаре определяется понятие агрессии вообще — «мотивированное деструктивное поведение, противоречащее нормам (правилам) сосуществования людей в обществе, наносящее вред объектам нападения (одушевленным и неодушевленным), приносящее физический ущерб людям или вызывающее у них психологический дискомфорт (отрицательные переживания, состояние напряженности, страха, подавленности и т. п.)» (там же). Во втором определении для исследования вербальной агрессии важны моменты указания а) на мотивированность такого поведения, б) на несоответствие социальным нормам, в) на психологический дискомфорт и его разновидности. Перенесение этих характеристик с родового понятия на видовое (речевая агрессия) помогает объяснить и понять его в отношении его сознательности-несознательности (скорее всего, нужно прийти к выводу о недостаточности в решении этого вопроса) и степени намеренности достижения результата таких действий.

Агрессивное поведение характеризуется психологами как способ решения проблем, связанных с сохранением индивидуальности и тождественности, с защитой и ростом чувства собственной ценности, самооценки, уровня притязаний, для сохранения контроля над окружением; агрессивные действия могут быть средством достижения значимой цели, способом психологической разрядки, способом удовлетворения потребности в самоутверждении. Речевая агрессия в этом отношении имеет, вероятно, даже больше возможностей, чем невербальные виды агрессии, и во всяком случае практически всегда сопровождает их.

В «Психологическом словаре» Л. А. Карпенко дается следующее определение агрессии: «Индивидуальное или коллективное поведение, действие, направленное на нанесение физического или психологического вреда, ущерба, либо на уничтожение другого человека или группы людей. В значительной части случаев агрессия возникает как реакция субъекта на фрустрацию и сопровождается эмоциональными состояниями гнева, враждебности, ненависти и пр. Для форм агрессии, развивающихся в массовых социальных явлениях (террор, геноцид, расовые, религиозные, идеологические столкновения),

88 научный журнал ВЕСТНИК АССОЦИАЦИИ ВУЗОВ ТУРИЗМА И СЕРВИСА 2009 / № 3

Явление речевой агрессии в современных условиях общения

типичны сопровождающие их процессы заражения и взаимной индукции, стереотипизации представлений в создаваемом «образе врага»» [4, с. 9]. Далее Л. А. Карпенко пишет: «уровни агрессивности определяются как научением в процессе социализации, так и ориентацией на культурносоциальные нормы, важнейшими из которых выступают нормы социальной ответственности и нормы возмездия за акты агрессии» [4, с. 10]; «в формировании самоконтроля над агрессивностью и сдерживании агрессивных актов большую роль играет развитие психологических процессов эмпатии, идентификации, децентрации, лежащих в основе способности субъекта к пониманию другого человека и сопереживанию ему..» [4, с. 10]. Децентрация поясняется автором как «механизм подавления эгоцентризма личности, заключающийся в изменении точки зрения, позиции субъекта в результате столкновения, сопоставления и интеграции ее с позициями, отличными от собственной» [4, с. 99].

Т Б. Трошева в «Стилистическом энциклопедическом словаре русского языка» пишет: «Речевая агрессия — использование языковых средств для выражения неприязни, враждебности; манера речи, оскорбляющая чье-либо самолюбие, достоинство... Содержательная сторона и формы речевой агрессии исторически изменчивы. Речевая агрессия может переживать периоды активизации и спады употребления; особенно характерна для современного этапа развития русского литературного языка, что тенденция к ней «продолжает действовать в период расширения границ речевой свободы — в период перестройки и постперестройки. Отмена цензуры, идеологических табу, строгих стилевых установок привела к раскрепощению языка публицистики». Автор делает акцент на публицистической речевой агрессии и приходит к следующему выводу: «Поскольку механизмы, традиционно сдерживавшие проявление речевой агрессии, в значительной степени утрачены в условиях общего культурного неблагополучия, обусловленного длительными социальными катаклизмами, в наше время назрела необходимость в научной разработке новых механизмов, которые предотвратили бы распространение речевой агрессии и способствовали тем самым процессам гуманизации общения» [8, с. 342]. Таким образом, в данном издании акцентируется внимание на социально-политических причинах существования и проявления речевой агрессии и обойдены молчанием психологические причины явления, которые вводятся в определение этого понятия

психологами. И та и другая позиция представляются нам односторонними, лишь в сочетании друг с другом они позволяют раскрывать явление речевой агрессии во всех его важных аспектах.

В «Словаре по русской речевой культуре» под общей редакцией В. Д. Черняк о речевой агрессии написано как о проявлении враждебности в общении. «Речевая агрессия обнаруживается в грубых резких высказываниях, употреблении просторечных, грубых, инвективных языковых средств, в тактиках подавления собеседника [7, с. 8].

Санди Хултгрен задается вопросом, «Что такое точно вербальная агрессия?» и отвечает на него, приводя слова Ричарда Л. Вивера: «Это сигнальное поведение, которое атакует самопонятие какой-то личности с целью причинения психологической боли». Это включает, поясняет С. Хултгрен, такие чувства, как неполноценность, унижение, депрессия, отчаяние, безнадежность, замешательство и гнев [13].

Рассматривая возможность положительной оценки речевой агрессии, Ю. В. Щербинина высказывает мнение, что «положительная» агрессия является скорее исключением, имеющим место в узкоспециальной сфере (например, имитация агрессии в психотерапии). С другой стороны, Ю. В. Щербинина считает, что речевая агрессия всегда однозначно негативна, хотя и в различной степени, имеет отрицательные последствия коммуникативного воздействия и взаимодействия. Нам представляется, что отрицание наличия позитивных моментов речевой агрессии — неоднозначное решение, требующее большего наблюдения и анализа. Хотя речевая агрессия в любом случае создает дискомфорт в общении и может быть неэффективной даже при самых добрых намерениях субъекта в отношении своего партнера по общению, но в определенных случаях она необходима (например, грубое речевое воздействие на человека, который готов вот-вот совершить опасное для общества действие, причем речевая агрессия может сочетаться с физической).

Другим важным аспектом в рассмотрении речевой агрессии является круг вопросов о ее типах и видах.

Исследователи предлагают различные классификации типов и видов агрессии и речевой агрессии в частности. Иногда они совпадают по содержанию, но конкретные типы и виды обозначаются разными терминами. Ни одна из типологий не представляется полностью приемлемой.

Целесообразно делить речевую агрессию на инициативную (когда говорящий является за-

89

РЕЧЕВАЯ КОММУНИКАЦИЯ

чинщиком или подстрекателем) и оборонительную (если высказывание представляет собой ответ на словесное нападение).

По интенсивности Ю. В. Щербинина выделяет сильные и слабые виды речевой агрессии. К сильным видам речевой агрессии она относит брань, ругань, резко выраженное прямое порицание, грубое требование повышенным тоном; сюда же включаются и враждебные замечания, язвительные насмешки, веские угрозы. К слабым проявлениям речевой агрессии относит очень грубый отказ, скрытый упрек, косвенное осуждение, непрямое оскорбление («сам такой»). С нашей точки зрения, скрытый упрек вряд ли следует относить к видам речевой агрессии.

Далее Ю. В. Щербинина выделяет виды речевой агрессии по третьему основанию — по способу ее выраженности, рассматривая высказывания, в которых агрессия выражается следующими способами:

• в форме и заключается в содержании;

• только посредством формальных признаков (в интонации, темпе речи, силе голоса);

• заключается только в содержании (злобные сплетни, очевидная клевета, явный донос), когда формальные признаки нейтральны.

В рамках последнего вида (речевая агрессия только в содержании) Ю. В. Щербинина различает открытую и скрытую речевую агрессию. Открытая предполагает, что негативные намерения говорящего очевидны для большинства участников общения, скрытая — когда негативные намерения говорящего неочевидны, неявного характера (иронические замечания, скрытые угрозы, доносы и др.) [10, с. 137—139].

Ю. В. Щербинина также выделяет виды речевой агрессии «по отношению к объекту» — переходную и непереходную речевую агрессию. «Переходная агрессия направлена на реального и конкретно представленного в данной речевой ситуации адресата, тогда как непереходная агрессия имеет место в случаях, когда говорящий абстрактно ругает «жизнь вообще», выражая в целом негативную позицию по отношению к обществу, окружающим людям» [10, с. 144].

В словаре А. Ребера, кроме других, отмечаются следующие виды агрессии:

• агрессия альтруистическая (выполняющая функцию защиты других), в частности, сюда относится материнская агрессия. Об альтруистической агрессии, в т. ч. в ее речевом виде, можно говорить всегда, когда она осуществляется в интересах другого лица, группы лиц — начиная со своей семьи

и кончая этносом или социальным классом, к которому относится агрессор. Это достаточно мотивирует ее логически, этически и психологически, в частности, любую политическую речевую агрессию, если воздержание от нее (толерантность) представляется объективно менее эффективным, чем ее применение;

• агрессия смещенная (направленная на организм или объект, который не ответственен за факторы, изначально стимулировавшие агрессивное поведение, если он оказался рядом в то время, когда субъект находится в агрессивном состоянии) [6, т. 1, с. 22, 23]. Это переадресовка разрядки эмоции, форма психологической защиты;

• агрессия инструментальная как результат научения (усвоенная в результате научения). Любая речевая агрессия воспитывается окружением, социальной практикой. Ср.: «Вся тяжесть положения, признавались собеседники [подростки], в том, что многие из них живут в семьях, где употребляют самые «лихие» выражения. Они вошли в плоть и кровь, т. е. стали привычкой. «Каждый день встаешь — и начинается...» — жаловались ребята [3, с. 126]. «Один из учащихся ПТУ заметил, что бригадир — пожилой человек — не стеснялся в выражениях, а вслед за ним мешали профессиональные слова с непечатными и члены бригады» (там же).

Отмечают и другие виды речевой агрессии. Так, М. Я. Гловинская считает, что проявлением коммуникативной агрессии может быть стремление «навязать свое мнение окружающим в условиях, когда им никто не интересуется» [2, с. 363]. Вероятно, это совершенно излишнее и неоправданное расширение данного понятия.

Речевая агрессия имеет свою формальную сторону — «план выражения» (т. е. языковые средства и речевые приемы), который, безусловно, неотделим от нее, во многом создает ее.

Обычно к таким средствам относят грубую, в том числе нецензурную лексику, отрицательно оценочные слова (идиот, ничтожество), примененные по отношению к собеседнику), грубые угрозы. Некоторые исследователи причисляют к таким средствам и другие единицы и приемы, что иногда вызывает сомнение и несогласие.

В статье М. Я. Гловинской указываются речевые акты, в которых отрицательная оценка действий субъекта содержится в высказывании имплицитно, «она как бы прилеплена к выбранной языковой форме» [2, с. 363]. В качестве примеров приводятся высказывания с отрицательными оценочными словами: «Натащили грязи», «Не путай-

90 научный журнал ВЕСТНИК АССОЦИАЦИИ ВУЗОВ ТУРИЗМА И СЕРВИСА 2009 / № 3

Явление речевой агрессии в современных условиях общения

ся под ногами», «Вечно он трется среди взрослых», «Кто навалил здесь свои вещи?» «Нечего на меня пялиться!» «Что ты вырядилась как на праздник?» Для сравнения даются синонимические параллели с нейтральными синонимами, которые не создают особую «раздраженно-грубоватую тональность общения»: «Наносили грязи», «Кто положил здесь свои вещи?» [2, с. 363 и далее].

В учебнике «Культура русской речи» под редакцией Л. К. Граудиной и Е. Н. Ширяева в качестве нарушения культуры общения отмечается неуместное замечание в адрес слушателя по поводу его действий, личностных качеств, которое может быть истолковано как недоброжелательное отношение говорящего [5, с. 70]. В том же учебнике говорится о перебивании и встречных репликах как о речевых нарушениях [5, с. 92].

В «Словаре по русской речевой культуре» под общей редакцией В. Д. Черняк сообщается, что «речевая агрессия может быть выражена по-разному: повышенным или пренебрежительно пониженным тоном, экспрессивными оборотами, следующими один за другим риторическими вопросами, содержащими обвинения, прямыми и скрытыми оскорблениями, оскорбительными жестами, неуместным молчанием и излишней напористостью в разговоре» [7, с. 8]. Обращает на себя внимание указание на неуместное молчание как средство выражения речевой агрессии, вызывающее серьезное сомнение. Авторы «Словаря по русской речевой культуре» полагают, что «неиспользование в речи этикетных формул считается проявлением грубого, недоброжелательного, невежливого отношения к собеседнику» [7, с. 155]. Это, вероятно, серьезное преувеличение.

Причины и факторы речевой агрессии — отдельный аспект нашей темы, который, по нашему мнению, в научной литературе освещается и решается недостаточно.

Ю. В. Щербинина, затрагивая эти вопросы, пишет, что большинство проявлений открытой вербальной агрессии возникают преимущественно на примитивном уровне общения, который характеризуется низкой речемыслительной культурой коммуниканта (коммуникантов) и это проявляется в неуважении к партнеру, ярко выраженном стремлении к доминированию; отсутствии осознанного представления об актуальной роли собеседника; недостаточном контроле собственных негативных эмоциональных состояний и др. [10, с. 137, 138].

Относительно скрытой речевой агрессии Ю. В. Щербинина пишет, что ее проявления воз-

никают почти всегда на манипулятивном уровне и характеризуются непрямым, косвенным воздействием на адресата, связаны с применением относительно спланированных коммуникативных тактик. Скрытые проявления агрессии в речи скорее реализуют различные негативные намерения, чем выражают отрицательные эмоции, однако отрицательные эмоции лежат в основе агрессивных намерений и таким образом являются первопричиной вербальной агрессии, ее пусковым механизмом [10, с. 139].

Мнение о том, что конкретные проявления речевой агрессии обусловлены отрицательными эмоциями, в очень многих случаях, бесспорно, верен. Однако эмоции все-таки не всегда мотивируют проявления речевой агрессии. В политике, например, подлинным фактором не так уж редко может быть не личная неприязнь к объекту речевой агрессии, а определенная политическая установка, конъюнктура, ангажированность.

А. Голдштейн приводит данные опроса: «Будучи спрошенными об этом, дети и подростки отвечали, что они дразнят других, потому что кто-то начал дразнить их первый; ради шутки; потому что им не нравится данный человек; потому что они в плохом настроении; или потому что остальные в их группе дразнят такого-то человека» [11].

Далее Голдштейн отмечает еще одно любопытное явление, касающееся неприличной брани и ее причин: почему люди ругаются неприлично? Он предполагает несколько причин: выражение гнева, привлечение внимания к себе, создать впечатление о себе (т. е. чтобы казаться «крутым»), как подражание, бунтарство.

В упомянутой выше статье Санди Хултгрен по данному вопросу пишет следующее: «Вербальная агрессия случается по многим другим причинам. Например, психопатологические причины очень часты, когда человек атакует тех, кто напоминает ему или ей неопределенный источник вреда. Во-вторых, человек может быть прямо или косвенно награжден за использование вербальной агрессии. Самое частое, человек может не быть способным эффективно защищать свои позиции или атаковать позиции своих оппонентов, поэтому прибегает к атаке на личность оппонента. Людей постоянно призывают дать свое мнение в демократическом обществе, и если они не имеют достаточных доводов для того, во что они верят, их мнения могут быть оспорены. За недостатком лучшей защиты люди прибегают к навешиванию ярлыков, ругательствам или подобным средствам,

91

РЕЧЕВАЯ КОММУНИКАЦИЯ

необходимым чтобы убедить других в своей правоте» [13, с. 5].

Нам представляется, что ответы на вопросы о причинах и факторах речевой агрессии следует искать, изучая процесс взаимодействия в общении, опыте коммуникативного взаимодействия. По нашему мнению, речевая агрессия — часто явление не инициативное, а стимулируемое партнером по общению, за конкретный случай речевой агрессии ответственны оба участника (обе стороны) коммуникативного акта. Факты реального общения показывают, что нередко во время общения речевое поведение, реплики одного собеседника действуют на другого собеседника в эмоциональном отношении — положительно или отрицательно. Нас, с точки зрения нашей темы, естественно, больше интересует возникновение отрицательной реакции. Так, болтливость одного собеседника может вызвать раздражение другого, жеманство — презрение, претенциозность речи — насмешливое отношение, насмешка может вызвать гнев, ярость, проявление недоброжелательности — ответную недоброжелательность и т. д. Между прочим, проявления толерантности, вежливости, корректности обычно ведут к ответным проявлениям такого же рода.

Далее отрицательное психическое воздействие в ответ нередко логически ведет к речевой агрессии. При этом совершенно непринципиально, намеренно или ненамеренно инициировал какой-то участник коммуникативного акта речевую агрессию другого его участника, признает или отрицает (искренне или лицемерно) свою вину в этом отношении — все равно она в той или иной мере ложится на него: он, собственно говоря, допустил нарушение культуры речи (зная или не зная ее нормы, правила), введя другого человека в грех речевой агрессии. Вина за проявление речевой агрессии может лежать не столько на реагирующем собеседнике, сколько на провоцирующем ее субъекте, в т. ч. действующем исподтишка, как бы наивными, невинными фразами.

Отрицательные инициативные речевые действия, провоцирующие речевую агрессию, нужно знать, как и остальные правила культуры общения, и не нарушать их. Это речевые действия, в т. ч. внешне вежливые, в результате которых говорящий унижает или оскорбляет собеседника, ставит его в неловкое положение (огульное обвинение, дерзость); задевает его за живое, делает неприятное ему замечание, задает нескромный вопрос, допускает развязность речи, переходит на личности. Сюда же относятся случаи, когда говорящий

снижает свое впечатление о себе: хвастает, умничает, излишне проявляет дух противоречия и т. д.

Спровоцированная отрицательная эмоция может вести к речевой агрессии не прямо и сиюсекундно, как к немедленной, непосредственной реакции, а во временной отдаленности, более или менее отсроченно (в более или менее отдаленном общении с этим же собеседником).

Это положение можно распространить и на другие случаи речевой агрессии:

• она может быть обусловлена предыдущими впечатлениями от данного партнера по общению, когда он в предшествующих разговорах вел себя как-то провоцирующее, раздражающе, тем более несколько раз;

• она может быть обусловлена статусом собеседника — социальным положением, принадлежностью к категории лиц, к которым субъект испытывает негативное отношение.

Реже речевая агрессия объясняется другими причинами: а) замещением объекта агрессии (это выражается поговорками «сорвать зло на ком-нибудь, попасться под горячую руку»); б) психическими особенностями реагирующего собеседника, его предрасположенностью к агрессивному поведению (мизантропией и др.).

Если смотреть на факты речевой агрессии под таким углом зрения взаимной обусловленности, взаимосвязанности, мы найдем множество подтверждений этому в политических выступлениях, печатных и устных — когда оппонирующие органы СМИ, противостоящие политические деятели соответственно реагируют на поведение друг друга; в ситуации обслуживания клиентов, посетителей учреждений и т. д.

Проблемы речевой агрессии за последние годы получают широкую разработку в научной литературе. Решение вопросов речевой агрессии, ее устранение во многом связывают с пропагандой толерантности в речевом общении, но сейчас вопросы толерантного речевого поведения разработаны еще недостаточно.

Обозначение «толерантность» в речеведении, коммуникативистике — очень новое слово. Хотя оно встречается в научных работах последних лет, оно пока не зафиксировано в изданиях по культуре речи или в словарях культуры речевого общения. Однако оно недвусмысленно ассоциируется с рядом давно существующих понятий культуры речевого общения. Прежде всего, оно сближается с понятиями речевого этикета и культуры общения, хорошего тона, хороших манер. Ряд исследователей сближает толерантность с вежливостью.

92 научный журнал ВЕСТНИК АССОЦИАЦИИ ВУЗОВ ТУРИЗМА И СЕРВИСА 2009 / № 3

К вопросу о презентации теории дискурса в рамках речеведческих дисциплин

Иногда складывается впечатление, что эти обозначения — не что иное, как синонимы новомодного термина толерантность (когда оно применяется к речи). В этой связи языковые и речевые

средства, предлагаемые для выражения толерантности, — это те же, давно известные, приемы вежливости и хорошего тона, противостоящие грубости (речевой агрессии).

Литература

1. Большой психологический словарь/Под ред. Б. Г. Мещерякова и В. П. Зинченко. СПб.—М.: Прайм-Еврознак, Олма-пресс, 2003. 672 с.

2. Гловинская М. Я. Постулат искренности vs постулат толерантности и их производные в разных культурных и языковых моделях поведения//Философские и лингвокультурологические проблемы толерантности: коллективная монография. Екатеринбург: Изд-во Уральского университета, 2003.

3. Горелов и др. Умеете ли вы общаться? М.: Просвещение, 1991.

4. КарпенкоЛ.А. Психология. Словарь. М.: Издательство политической литературы, 1990.

5. Кормилицына М.А. Некоторые итоги исследования процессов, происходящих в стиле современных газет//Про-блемы речевой коммуникации. Вып. 8. Изд-во Саратовского университета, 2008.

6. Культура русской речи/Под. ред. Л. К. Граудинй и Е. Н. Ширяева. М., 2000.

7. Ребер А. Большой толковый психологический словарь. В 2 т. М.: Вече-Акт, 2000.

8. Словарь по русской речевой культуре/Под общ. ред. В. Д. Черняк. М.: Сага, 2006.

9. Стилистический энциклопедический словарь русского языка/Под. ред. М. Н. Кожиной. М.: Флинта-Наука, 2003.

10. Философские и лингвокультурологические проблемы толерантности: коллективная монография. Екатеринбург: Изд-во Уральского университета, 2003.

11. Щербинина Ю. В. Русский язык: речевая агрессия и пути ее преодоления: Учебное пособие/Ю. В. Щербинина. М.: Наука, 2004. 221 с.

12. ArnoldP. Goldstein Catch It Low to Prevent It High: Countering Low-Level Verbal Abuse [Электронный ресурс].

13. Sandy Hultgren. I Hate Verbal Aggression! Dec 15, 1998 [Электронный ресурс].

УДК 808

к ВОПРОСУ о ПРЕЗЕНТАЦИИ ТЕОРИИ ДИСКУРСА В РАМКАХ РЕЧЕВЕДЧЕСКИХ ДИСЦИПЛИН

I Зорина Н. М.,

I старший преподаватель, alena289@rambler.ru, ФГОУВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса», г. Москва

The author shows the relevance of teaching discourse related courses in higher education within the modern languages curriculum. Discourse competence is the basic component of the communicative competence, which is essential for a professional practice, especially involving human interaction. The structuring and understanding discourse is an integral part of the discourse competence and is the core of the modern languages curriculum.

Key words: discourse, discourse analysis, discursive competence, communicative competence, competence approach

Рассматривается актуальность презентации дискурса в вузе в рамках речеведческих дисциплин. Дискурсивная компетенция выступает базовой составляющей коммуникативной компетенции, которая необходима любому специалисту, особенно работающему в контактной зоне. Создание и восприятие дискурса является неотъемлемой частью дискурсивной компетенции и составляет основное содержание речеведческих курсов.

Ключевые слова: дискурс, дискурс-анализ, дискурсивная компетенция, коммуникативная компетенция, компетентностный подход.

93