Конструкция отрицания в законе на испанском языке

Вестник Челябинского государственного университета.

2018. № 10 (420). Филологические науки. Вып. 114. С. 120—127.

УДК 81 ББК 80/84

DOI 10.24411/1994-2796-2018-11017

КОНСТРУКЦИЯ ОТРИЦАНИЯ В ЗАКОНЕ НА ИСПАНСКОМ ЯЗЫКЕ

А. Г. Зверев

Тюменский государственный университет, Тюмень, Россия

Поставлена задача выявить существенные характеристики текстов законов на испанском языке при формировании конструкций отрицания. Частотность слов испанского языка, формирующих конструкции отрицания, сравнивается с результатами исследования текстов законов на русском, польском, немецком языках. Гипотеза настоящего исследования состоит в том, что число элементов отрицания в тексте испаноязычного закона будет значительно меньше по сравнению со средствами отрицания в испанском языке. Доказывается возрастание ограниченного набора элементов отрицания в текстах испанских законов по сравнению с частотностью средств отрицания в испанском языке и уменьшение общего числа элементов и конструкций эксплицитного отрицания.

Ключевые слова: отрицание, правовая норма, функционально-семантическая категория, условная конструкция, грамматика конструкций, семантические примитивы.

Юридические тексты, такие как законы (кодексы), в действительности представляют собой подобие синхронического среза правовых норм, регулирующих социальную, экономическую, политическую жизнь общества. Структурной единицей законов и кодексов является правовая норма. Условная конструкция (далее УК) правовой нормы означает наличие условия и его следствия (одного/нескольких условий, одного/нескольких следствий). Испания в силу разнообразных исторических, политических, социальных, экономических и географических причин является уникальным объектом для юрислингвистики. Языки Испании в соответствии с ее колониальным прошлым создали правовые языки в латиноамериканской правовой культуре. Правовая традиция и правовая культура выражаются в языке, в нем существуют и развиваются. Язык права в силу своих уникальных свойств: логической строгости, абстрактного характера отношений, фактов, явлений, вещей и прочего остается объектом исследования юристов, лингвистов, философов, социологов, антропологов. Законы являются «посредниками» между миром воображаемым (собственность, справедливость, благо и т. д.) и миром реальным (людей, вещей, государственных институтов и т. д.). Законы подчиняются правовым принципам, правовой культуре и правовой традиции в явном и неявном виде. Правовая норма конкретного закона (кодекса) создается и действует внутри правовой культуры и правовой традиции. Правовые нормы с точки зрения реальности/ирреальности являются гипо-

тетическими, так как являются моделью нашего мира, и, как всякая модель, она имеет элементы упрощения и усложнения мира действительного (окружающего, физического). Человек способен интуитивно различать добро и зло, законное и незаконное, справедливое и несправедливое. Для того чтобы заявить о своих правах, интуиции недостаточно. Знание законов является важнейшей составляющей правосознания. На уровне обыденного сознания формируются навыки распознавания правовых форм и формирование реакции на окружающий мир. В языке закреплены правовые формулы и правовые практики, которые утверждают правила поведения в обществе. Безусловное значение имеет языковой коллектив, в рамках которого происходит прививание и усвоение таких ценностей, как добро, зло, справедливость, несправедливость, честность, обман, преступление, наказание и т. п. Закон (кодекс) — это застывший памятник национального способа выражения правовой мысли, представлений о правовых ценностях в ту или иную эпоху. И, наконец, тексты законов позволяют изучить развитие лексики и синтаксических структур испанского (кастильского) языка.

Испанские исследователи языка права: юристы, судьи, филологи — предпринимают меры по совершенствованию языка права. В 2016 г. Королевская академия испанского языка (Real Academia Española) совместно с Генеральным советом судебной власти (Consejo General del Poder Judicial) завершила работу над двумя важнейшими проектами: Diccionario del español jurídico

(Юридический словарь испанского языка) и Libro de estilo de la Justicia (Учебник по юридической стилистике). Председатель Верховного суда Испании (Tribunal Supremo de España) и председатель Генерального совета судебной власти Карлос Лесмес (Carlos Lesmes) пояснил, что необходимость написания данного учебника вызвана «желанием преодолеть некоторое злоупотребление языком, сделать язык доступным для судей, адвокатов, прокуроров, граждан и государственных органов...» [15]. Ответственный редактор учебника Муньос Мачадо (Muñoz Machado) подчеркивает: «Ясность языка права это обязанность учреждений, которые осуществляют правосудие и права граждан.» [Ibid.].

Материалами для исследования послужили тексты на испанском языке Гражданского кодекса Испании (Código Civil), Гражданского процессуального кодекса Испании (Ley de Enjuiciamiento Civil), Уголовного кодекса Испании (Codigo Penal), «Фламандская доска» (La tabla de Flandes — роман Артуро Переса-Реверте), «Образ жизни» (Victus — роман Санчеса Пиньоля). Выбор художественных произведений продиктован объемом текстов, совпадающих со сравниваемыми кодексами. Для сопоставительного исследования с другими законами выбраны: на немецком языке — Гражданский кодекс ФРГ (Bürgerliches Gesetzbuch), Австрийский Всеобщий гражданский кодекс (Allgemeines bürgerliches Gesetzbuch), на польском языке — Гражданский кодекс Республики Польша Kodeks Cywilny, на русском языке — Гражданский кодекс РФ.

Для разграничения отрицания в логике и лингвистике возьмем за основу определение Е. В. Падучевой: «.отрицание — это специализированное языковое средство для выражения идеи о том, что некоторое положение вещей не имеет места <...> отрицание, вопреки общему представлению, не аналогично утверждению <...> отрицание употребляется не только в утвердительных предложениях, но и в вопросительных или побудительных, которые не могут быть истинными или ложными» [9]. Категория «отрицание» является языковой универсалией, связанной с другими универсалиями. Выбор для настоящего исследования категории «отрицание» вызван важностью ее для структуры правовой нормы и всего текста закона, что определяет восприятие и толкование законов их получателями. В списке частотности слов испанского языка (далее СЧС испанского языка), как и в тексте за-

конов, наречие по является основным эксплицитным средством выражения отрицания. Наречие по занимает третье место в СЧС испанского языка, что сближает по этому показателю с такими языками, как польский и русский. Исследование категории отрицания в текстах законов на испанском языке связано с исследованием структур, формирующих и отрицание, и утверждение, так как «информационная и формальная структура отрицания вторична и производна от утверждения» [4. С. 12]. Полинегативность испанского языка является другим его отличием, и поэтому в сфере внимания грамматистов до настоящего времени в основном находились плеонастические отрицательные образования. И это неудивительно — парадигма их в испанском языке особенно велика. Это модели двойного отрицания, модели, включающие избыточные отрицательные элементы, и, наконец, редуплицированные модели и модели экспрессивного расширения (эмфаза) [Там же. С. 20]. Настоящим исследованием мы сформулируем и опишем способы, которыми испанский получатель закона устраняет неясность в толковании отрицания в правовой норме, несмотря на все многообразие средств выражения отрицания. С помощью количественных методов были сопоставлены частота употребления ста наиболее частотных слов в исследуемых текстах на испанском, немецком, польском и русском языках. В рамках функционально-семантического поля сгруппированы языковые средства выражения отрицания. Категория отрицания описывается с учетом синтаксических конструкций испанского языка, формирующих правовые нормы испанских законов. Установлена тенденция значительного снижения употребления наречия по по сравнению с общеиспанским языком.

Отрицательные предложения в испанском языке обладают набором грамматических, лекси-ко-грамматических и лексических показателей, главным из которых является наречие ^ (наиболее частое выражение категории отрицания в испанском языке). М. В. Зеликов утверждает: «.в испанском языке — модели с отрицательной частицей "no", которая в испанском относится к грамматическим средствам отрицания и имеет фиксированное место в предложении, а именно перед отрицаемым членом, не привнося дополнительного лексического значения. В испанском языке она является самым распространенным грамматическим средством отрицания» [Там же. С. 32].

Глава 48 в «Новой грамматике испанского языка» (Nueva gramática de la Lengua española) описывает отрицание в испанском языке. Отрицательная частица no именуется в грамматике наречием (adverbio no). Мы также будем придерживаться этого наименования, не разделяя в статье отрицательную частицу, отрицательное местоимение и наречие no. Количественный анализ эксплицитных средств выражения отрицания в тексте испанских законов показывает подавляющее преобладание наречия no (к примеру, на 1413 случаев употребления наречия no в тексте ГК Испании приходится: местоимения ni — 128; tampoco — 32; nada — 12, nadie — 8; наречие nunca — 7) по сравнению с другими средствами. Кроме того, некоторые полинегативные предложения испанского языка содержат отрицательные элементы, которые усиливают отрицание (adverbio no), а не исключают его.

Примеры из ГК Испании: Artículo 156. ...Esta medida tendrá vigencia durante el plazo que se fije, que no podrá nunca exceder de dos años (Эта мера будет действовать в течение установленного периода, который не может превышать двух лет).

Artículo 1449. El señalamiento del precio no podrá nunca dejarse al arbitrio de uno de los contratantes (Установление цены не может быть навязано одной из сторон).

Отметим, что некоторые отрицательные слова «по происхождению и по сути своей являются позитивными, например: nada (nacida, подразумевая вещь), nadie (nacido, подразумевая человека), jamás (ya más), и, предшествуя глаголу, они как будто поглощают частицу no» [3].

Употребление отрицательного местоимения перед глаголом в некоторых случаях исключает использование наречия no.

Пример из ГК Испании. Artículo 414. Nadie puede penetrar en propiedad privada para buscar aguas o usar de ellas sin licencia de los propietarios (Статья 414. Никто не может войти на частную собственность для поиска воды или ее использования без разрешения владельцев).

Другой пример из ГК Испании содержит несколько элементов отрицания: Artículo 199. Nadie puede ser declarado incapaz sino por sentencia judicial en virtud de las causas establecidas en la Ley (Статья 199. Никто не может быть признан неправо- и недееспособным, за исключением решения суда и с причинами, изложенными в законе).

Другим примером полинегативности в испанском языке является «вариант, основанный на подхватывающем отрицании ni... ni...» [8. C. 218].

Примеры из ГК Испании Artículo 180. <...> 3. La extinción de la adopción no es causa de pérdida de la natsionalidad ni de la vecindad civil adquiridas, ni alcanza a los efectos patrimoniales anteriormente producidos (Статья 180 <.. > 3. Прекращение усыновления не должно быть причиной потери приобретенного гражданства или гражданского места жительства, а также не должно воздействовать на родовые связи, существовавшие раньше).

Количественный анализ эксплицитных средств выражения отрицания в тексте испанских законов показывает подавляющее преобладание наречия no. Ядром функционально-семантического поля (далее ФСП) отрицания текстов законов на испанском языке является наречие no, так как оно наиболее полно выражает отрицательную функцию, которая заключается в семантическом разъединении элементов предложения. К периферийным средствам с общей семой отрицания мы отнесли те, что выполняют функцию конкретизации отрицания за счет наличия в них дополнительных значений. Отметим, что, согласно Новой грамматике испанского языка, с отрицательными префиксами образуются выражения аргументированно более сильные, чем с наречием no [14. C. 927]. В качестве примера использования отрицательного префикса in приведем сему incapas*, в прилагательных incapaz, incapacitado (неправоспособный, недееспособный).

Из числа элементов, усиливающих отрицание, отметим наречие tampoco, которое имеет аддитивное значение, поскольку добавляет некоторую негативную информацию к другой, столь же негативной [Там же]. Как полагает К. В. Ламина, «в сочетании ni tampoco два отрицания не утверждают, а усиливают простое ni» [6. C. 74].

Пример 1 из ГК Испании: Artículo 413. El dominio privado de los álveos de aguas pluviales no autoriza para hacer labores u obras que varíen su curso en perjuicio de tercero, ni tampoco aquellas cuya destrucción, por la fuerza de las avenidas, pueda causarlo (Статья 413. Частная собственность, находящаяся на ручейках из дождевой воды, не разрешает выполнять задания или работы, которые могут привести к изменению русла в ущерб третьей стороны или же работы, разрушительная сила которых может привести к нарушению русла).

Пример 2 из ГК Испании: Artículo 424. Las disposiciones de este título no perjudican los derechos adquiridos con anterioridad, ni tampoco al dominio privado que tienen los propietarios de aguas, de acequias, fuentes o manantiales, en virtud del cual las aprovechan, venden o permutan como propiedad particular (Статья 424. Положения настоящего раздела не затрагивают прав, приобретенных до этого документа, или частной собственности владельцев вод, ирригационных каналов, родников и ручьев, в соответствии с которым они пользуются ими, продают или обменивают их как частную собственность).

Результаты проведенных нами ранее исследований языка гражданского права Англии, Франции, Германии, США позволяют утверждать, что в тексте закона, таком как Гражданский кодекс Испании, утвердительные предложения составляют лишь небольшую часть всех предложений. Дело в том, что текст закона, такого как ГК Испании, состоит из правовых норм, в которых реализуется условная конструкция, что «снимает» утвердительность. Категория отрицания, в свою очередь, реализуется внутри условной конструкции. Под конструкциями мы понимаем, вслед за другими исследователями грамматики конструкций, «языковые единицы любого уровня, если они обладают формой и содержанием, так что их элементами могут быть и морфемы, и слова, и предложения» [10. C. 19]. К сложностям разграничения утвердительных предложений от отрицательных относится то, что проблема « синхронно -диахронных сем антико - синтаксических связей УК с другими конструкциями, прежде всего с временными, уступительными, причинными... связи УК с относительными, вопросительными и некоторыми другими конструкциями... формальные различия между УК и перечисленными конструкциями могут быть довольно зыбкими» [11. С. 8]. Заметим, что в указанной монографии 1998 г. отсутствует описание условной конструкции в испанском языке. В испанском языке союз si употребляется, когда важным является соотношение условий двух процессов: если / в случае если..., тогда. Союз (наречие, предлог) cuando употребляется, когда необходимо подчеркнуть совпадение по времени двух или больше процессов: когда/всегда..., тогда. Вопрос реальности/ирреальности в условной конструкции рассматривается следующим образом: «.в прототипических условных конструкциях (УК) и условие (р), выражаемое в зависимой

части, и следствие (q), выражаемое в главной части, рассматриваются говорящим по отношению к миру не как действительные, а как возможные или невозможные. Указанная смысловая особенность составляет универсальный отличительный признак УК, который соответственно принимает два значения: 1) в УК выражается реальная, то есть выполнимая возможность; 2) в УК выражается нереальная, то есть невыполнимая возможность» [Там же. С. 98].

Анна Вежбицкая к числу семантических примитивов относит союз «если», формирующий конструкцию правовой нормы: «.имеется набор семантических примитивов, совпадающий с набором лексических универсалий, и это множество примитивов-универсалий лежит в основе человеческой коммуникации и мышления. набор из нескольких десятков понятий, получающих, по-видимому, лексическое воплощение во всех языках мира, которые могут рассматриваться как семантические примитивы, из которых строятся все остальные понятия. Этот список включает, среди прочего, такие мегапредика-ты, как "если", "из-за", "весь" и "не"» [1. С. 297]. Некоторые из элементов условной конструкции и отрицания мы свели в таблицу.

При описании конструкций имплицитного отрицания в тексте законов на испанском языке следует отметить модальные конструкции и конструкции, в которых отрицание заложено в семантике слов. В части модального отрицания «Отрицание включается в категорию модальности и признается существование модальности отрицания. категория отрицания считается субкатегорией модальности. Ученые выделяют модальность отрицания, поскольку отрицательные высказывания обладают модальной окраской оценочного характера. типичными средствами выражения модальности отрицания являются стандартные синтаксические конструкции с отрицательным значением» [2]. В рамках настоящей статьи представим некоторые модели имплицитного отрицания. Как полагает М. В. Зеликов: «Одной из отличительных черт модальности испанского высказывания является возможность одновременного использования моделей эксплицитного и имплицитного отрицания» [4. С. 28]. Например, испанские глаголы faltar, carecer в тексте ГК Испании содержат компонент с семантикой отрицания и «благодаря своей семантике имплицитно выражают отрицание, являясь, таким образом, его лексической

Элементы отрицания и условной конструкции

Список частотных слов испанского языка Código Civil

место место место место место место

3. no 15. no 15. no 24. no 11. no 11. no

23. si 17. si 19. si 26. si 20. si 22. si

47. cuando 22. cuando 25. cuando 25. cuando 36. cuando 26. cuando

52. o 8. o 11. o 3. o 25. o 27. o

98. sin 30. sin 34. sin 46. sin 30. sin 29. sin

разновидностью» [Там же. С. 34]. М. В. Зеликов также считает: «Предложения, в которых употребляются данные глаголы, следует выделить в особую группу имплицитно-отрицательных именно на основании близости этих глаголов как к глаголам с имплицитно-отрицательной семантикой, так и к глаголам, выражающим необходимость» [Там же. С. 35].

Приведем пример использования глагола с семантикой имплицитного отрицания carecer в тексте ГК Испании.

Пример 1 из ГК Испании: Artículo 1. 1. Las fuentes del ordenamiento jurídico español son la ley, la costumbre y los principios generales del derecho. 2. Carecerán de validez las disposiciones que contradigan otra de rango superior (Статья 1. Источники права в Испании. 1. Источниками законодательства Испании являются статуты, обычные права и общие принципы права. 2. Любые нормативные акты, противоречащие вышестоящим источникам, являются недействительными).

Направленность правовой нормы в будущее передается формой глагола carecerán (Futuro Imperfecto Indicativo Activo — будущее незавершенное время, изъявительное наклонение).

Пример 2 из ГК Испании: Artículo 9. <..> 10. Se considerará como ley personal de los que carecieren de natsionalidad o la tuvieren indeterminada, la ley del lugar de su residencia habitual (Статья 9. <...> 10. Право на постоянное место жительства считается личным правом для лиц без гражданства или с неопределенным гражданством).

В примере глагол употреблен уже в другой временной форме — carecieren (Futuro Imperfecto Subjuntivo Activo — будущее незавершенное время, сослагательное наклонение). Futuro imperfecto de subjuntivo выражает незаконченное действие, относящееся к настоящему или будущему момен-

ту, и используется в книжной речи. Это время может употребляться в договорах, законодательных актах и прочих официальных документах.

Отметим многочисленную группу рестриктив-ных конструкций в тексте испанских законов, выражающих семантику отрицания. Предлог и союз sin — 365; наречие sólo — 220; предлог и союз sino — 88; наречие solamente — 15. Для испанского языка установлено, что «ядерным лексическим показателем ограничительного значения в испанском высказывании является частица solamente (sólo)... глагольные конструкции с ограничительным значением по + V + más que и no + V + sino. понятие ограничения в языке строится на утверждении эксплицитного члена и отрицании имплицитных. в рестриктивной конструкции отрицание имплицируемого содержания выражено эксплицитно частицей no» [12]. Следует отметить, что рестрикция в установленных нами случаях может ограничивать не только отрицание, но и утверждение.

Заключение

В испанском языке, как и в тексте законов на испанском языке, наречие no является основным эксплицитным средством выражения отрицания. Наречие no занимает третье место в рейтинге частотности слов испанского языка, что сближает по этому показателю с такими языками, как польский и русский. В русском языке частица не занимает третье место [7], в польском nie занимает четвертое место [13]. В тексте законов Испании, таких как Гражданский кодекс (частица no 15-е место), Гражданско-процессуальный кодекс (no — 15-е место), Уголовный кодекс (no — 24-е место), происходит заметное снижение употребления наречия no. В немецком языке, как и в тексте законов, отрицательная частица nicht

является основным эксплицитным средством выражения отрицания. При этом частотность употребления эксплицитных средств выражения отрицания, такого как nicht (17-е место в немецком языке), поднимается на 10-е место в тексте Германского Гражданского кодекса, на 13-е место в Австрийском Гражданском кодексе. Отто Есперсен полагал, что многократное отрицание «становится обычным только в тех языках, где отрицательный элемент имеет сравнительно малый фонетический вес, например: ne или n-в древнеанглийском, во французском, в славянских языках, en или n- в средневерхненемецком (и средненижненемецком), ou в греческом языке, s- или n- в венгерском языке. Они легко притягиваются к различным словам, и невесомость этих начальных звуков или слабоударных слогов вызывает желание увеличить их число в предложении, чтобы они не остались незамеченными» [5. С. 385].

Более частое использование семантических примитивов типа cuando (когда/если), o (или) в тексте законов на испанском языке объясняется следующим. Тексты законов нуждаются в «простых» семантических примитивах, выражающих отрицание, причинность и условную конструкцию правовой нормы. Результаты настоящего исследования получены «на основании простого наблюдения» [1. С. 332] за текстами законов на испанском языке, тем не менее это придает «определяемой таким образом программе исследования строго эмпирический характер» [Там же]. Один из выводов настоящего исследования заключается в том, что отрицание в тексте испанского закона кодируется законодателем и затем декодируется получателем с учетом синтаксических отношений внутри рамки условной конструкции правовой нормы, в которой сложные единицы образуются композиционально, как сумма простых, с учетом их синтаксических отношений, вслед-

ствие взаимопроникновения своих составных компонентов. Использование в качестве основного эксплицитного средства выражения наречия no, обладающего малым фонетическим весом в тексте испанских законов, с одновременным снижением употребления местоимений, наречий с отрицательной семантикой по сравнению с частотностью слов испанского языка объясняется следующим. Язык законов в силу своей сложности требует внимательного прочтения со стороны читателя, а в некоторых случаях специалиста в области права. Для такого читателя нет необходимости в многократном дублировании отрицания или его эмфатическом употреблении (как, например, в устной речи). Следовательно, снижается количество употреблений отрицательных элементов в языке испанских законов. Снижение количества употреблений отрицательных элементов в тексте закона происходит в польском и русском языках (хотя и не в такой степени). В тексте Гражданского кодекса РФ количество употреблений отрицательной частицы не снижается с третьего до четвертого места. В Польском Гражданском кодексе частотность nie снижается с четвертого до шестого места.

Сравнение ядерных средств выражения отрицания в текстах законов на четырех языках (испанском, немецком, русском, польском) указывает на следующую тенденцию. Элементы отрицания, часто используемые в языке (испанский, польский, русский), в языке законов используются реже. И наоборот, элементы отрицания, используемые в языке не так часто (как в немецком языке), в тексте законов увеличивают частотность для повышения точности отрицания. Установлена тенденция увеличения количества употреблений элементов отрицания в текстах испанских законов и в текстах литературных произведений по сравнению с частотностью испанского языка.

Список литературы

1. Вежбицкая, А. Язык. Культура. Познание / А. Вежбицкая. — М. : Рус. словари, 1996. — 416 с.

2. Ворожищева, Т. А. Нестандартные модальные конструкции отрицания в современном испанском языке : автореф. дис. ... канд. филол. наук / Т. А. Ворожищева. — СПб., 2006. — 16 с.

3. Глущук-Олея, А. И. Теоретические основы изучения категории отрицания испанскими грамматиками / А. И. Глущук-Олея // В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии : сб. ст. — Новосибирск : СибАК, 2013. — С. 97—101.

4. Зеликов, М. В. Синтаксис испанского языка: Особенности структуры предложений по характеру коммуникативной установки и цели высказывания / М. В. Зеликов. — СПб. : КАРО, 2005. — 304 с.

5. Есперсен, О. Философия грамматики / О. Есперсен ; пер. с англ. В. В. Пассека [и др.]. — М. : Изд-во иностр. лит., 1958. — 400 с.

6. Ламина, К. В. Из истории испанских отрицаний (Наречие tampoco 'также не') / К. В. Ламина // Романские языки в прошлом и настоящем : сб. ст. к 80-летию проф. Т. А. Репиной / отв. ред. Т. И. Зеленина. — СПб., 2007. — 353 с.

7. Ляшевская, О. Н. Новый частотный словарь русской лексики (на материалах Национального корпуса русского языка) / О. Н. Ляшевская, С. А. Шаров. — М. : Азбуковник, 2009.

8. Мед, Н. Г. Экспрессивное отрицание в диалоге (на материале испанской и португальской разговорной речи) / Н. Г. Мед // Логический анализ языка. Ассерция и негация / отв. ред. Н. Д. Арутюнова. — М. : Индрик, 2009. — 506 с.

9. Падучева, Е. В. Отрицание (2011) [Электронный ресурс] / Е. В. Падучева // Проект корпусного описания русской грамматики. — URL: http://rusgram.ru (дата обращения 11.10.17).

10. Лингвистика конструкций / отв. ред. Е. В. Рахилина. — М. : Азбуковник, 2010. — 584 с.

11. Типология условных конструкций / отв. ред. В. С. Храковский. — М. : Наука, 1998. — 584 с.

12. Филиппова, Т. Н. Формально-семантический и прагматический аспекты функционирования ре-стриктивных высказываний (на материале русского и испанского языков) : автореф. дис. ... канд. филол. наук / Т. Н. Филлипова. — Воронеж, 1996. — 19 с.

13. Indeks: Polski — Najpopularniejsze slowa 1-1000 wersja Jerzego Kazojcia [Электронный ресурс]. — URL: http://pl.wiktionary.org/wiki (дата обращения 11.10.17).

14. Nueva gramatica de la lengua española: manual. Asociatsion de Academias Americanas y Real Academia Española. — Espasa Libros, S.L.U., 2010. — 1094 p.

15. Real Academia Española [Электронный ресурс]. — URL: http://www.rae.es/noticias/la-rae-y-el-cgpj-presentan-el-libro-de-estilo-de-la-justicia (дата обращения 11.10.17).

Сведения об авторе

Зверев Александр Георгиевич — аспирант кафедры английского языка, Институт социально-гуманитарных наук Тюменского государственного университета. Тюмень, Россия. antikrizis00@list.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University.

2018. No. 10 (420). Philology Sciences. Iss. 114. Pp. 120—127.

THE CONSTRUCTION OF NEGATION IN THE LAW IN SPANISH

A.G. Zverev

Tyumen State University, Tyumen, Russia. antikrizis00@list.ru

The legal language not only describes and explains the world, but also the effectively designs a reality. The task is to identify the essential characteristics of the texts of laws in Spanish when forming the constructions of negation. The characteristics of negative constructions are revealed by comparing the texts of laws in Spanish with novels in Spanish. The frequency of words forming a construction of negation is compared to the results of the study of legal texts in Russian, Polish and German. In the course of the study, quantitative data were obtained, confirming the similarities and differences in the Spanish language with legislative texts and novels. The hypothesis of the present study is that the number of elements of negation in the text of the Spanish-language law will be significantly less in comparison with the means of negation in the Spanish language. The increase in the limited set of negation elements in the texts of Spanish laws is proved, in comparison with the frequency of the means of negation in the Spanish language and the decrease in the total number of elements and constructions of explicit negation. The study describes the grammar of the conditional construction of the legal norm, within which elements of negation and elements of the restriction structure are realized.

Keywords: negation, legal norm, the functional-semantic category, conditional construction, grammar of constructions, semantic primitives.

References

1. Vezhbitskaya A. Yazyk. Kul'tura. Poznanie [Language. Culture. Cognition]. Moscow, 1996. 416 p.

(In Russ.).

2. Vorozhishcheva T.A. Nestandartnye modal 'nye konstruktsii otritsaniya v sovremennom ispanskom yazyke [Non-standard modal constructions of negation in modern Spanish. Abstract of thesis]. St. Petersburg, 2006. 16 p. (In Russ.).

3. Glushchuk-Oleya A.I. Teoreticheskiye osnovy izucheniya kategorii otritsaniya ispanskimi grammatikami [Theoretical basis for studying the category of negation by Spanish grammars]. V mire nauki i iskusstva: vo-prosy filologii, iskusstvovedeniya i kul 'turologii [In the world of science and art: questions of philology, art criticism and culturology]. Novosibirsk, 2013. Pp. 97—101. (In Russ.).

4. Zelikov M.V. Sintaksis ispanskogo yazyka: Osobennosti struktury predlozheniy po kharakteru kommu-nikativnoy ustanovki i tseli vyskazyvaniya [The syntax of Spanish: structure of proposals on the nature of the communicative setting and purpose of communication]. St. Petersburg, 2005. 304 p. (In Russ.).

5. Espersen O. Filosofiya grammatiki [Philosophy of grammar]. Moscow, 1958. 400 p. (In Russ.).

6. Lamina K.V. Iz istorii ispanskikh otritsaniy (Narechiye tampoco 'takzhe ne') [From the history of Spanish negations (adverb tampoco 'also not')]. Romanskiyeyazyki v proshlom i nastoyashchem [Romance languages in past and present]. St. Petersburg, 2007. 353 p. (In Russ.).

7. Lyashevskaya O.N., Sharov S.A. Novyy chastotnyy slovar' russkoy leksiki (na materialakh Natsional 'nogo korpusa russkogo yazyka) [New frequency dictionary of Russian vocabulary (on the materials of the National Corps of the Russian language)]. Moscow, 2009. (In Russ.).

8. Med N.G. Ekspressivnoye otritsaniye v dialoge (na materiale ispanskoy i portugal'skoy razgovornoy rechi) [Expressive negation in dialogue (on a material of the Spanish and Portuguese colloquial speech)]. Logicheskiy analizyazyka. Assertsiya i negatsiya [Logical analysis of the language. Assertion and negation]. Moscow, 2009. 506 p. (In Russ.).

9. Paducheva Ye.V. Otritsaniye [Negation] (2011). Proekt korpusnogo opisaniya russkoy grammatiki [Project of the structural descriptions of Russian grammar]. Available at: http://rusgram.ru, accessed 11.10.2017.

10. Rakhilina Ye.V. (ed.). Lingvistika konstruktsiy [Linguistics of constructions]. Moscow, 2010. 584 p. (In Russ.).

11. Khrakovskiy V.S. (ed.). Tipologiya uslovnykh konstruktsiy [Typology of conditional constructions]. Moscow, 1998. 584 p. (In Russ.).

12. Filippova T.N. Formal'no-semanticheskiy i pragmaticheskiy aspekty funktsionirovaniya restriktivnykh vyskazyvaniy (na materiale russkogo i ispanskogo yazykov) [The formal-semantic and pragmatic aspects of restrictive statements (based on Russian and Spanish languages). Abstract of thesis]. Voronezh, 1996. 19 p. (In Russ.).

13. Indeks: Polski — Najpopularniejsze slowa 1-1000 wersja Jerzego Kazojcia. Available at: http:// pl.wiktionary.org/wiki, accessed 11.10.2017. (In Polish).

14. Nueva gramatica de la lengua española: manual. Asociatsion de Academias Americanas y Real Academia Española. Espasa Libros, S.L.U., 2010. 1094 p. (In Spanish).

15. Real Academia Española (2010). Available at: http://www.rae.es/noticias/la-rae-y-el-cgpj-presentan-el-libro-de-estilo-de-la-justicia/, accessed 11.10.2017. (In Spanish).