ЦИФРОВАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ РОССИЙСКОГО ФИНАНСОВОГО РЫНКА КАК КЛЮЧЕВАЯ СТРАТЕГИЯ В ПОСТКОВИДНЫЙ ПЕРИОД

Радковская Н.П., Клочкова Е.Н., Львова ЮН.

ЦИФРОВАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ РОССИЙСКОГО ФИНАНСОВОГО РЫНКА КАК КЛЮЧЕВАЯ СТРАТЕГИЯ В ПОСТКОВИДНЫЙ ПЕРИОД

Аннотация. В статье проведен обзор эмпирических исследований по вопросам цифровой трансформации российского финансового рынка, а также определено место цифровой трансформации банковского сектора в общем мировом пространстве. Определено развитие цифровых технологий на финансовом рынке в качестве одного из важнейших направлений государственной политики в сфере цифровизации экономики. Проанализированы современные финансовые технологии на финансовом рынке в области цифровизации и определены основные участники рынка финансовых технологий.

Ключевые слова. Финансовый рынок, цифровизация, банк, цифровой рубль, финансовая платформа, технология.

Radkovskaya N.P., Klochkova E.N., Lvova Y.N.

DIGITAL TRANSFORMATION OF THE RUSSIAN FINANCIAL MARKET AS A KEY STRATEGY IN THE POST-COUNTRY PERIOD

Abstract. The article reviews empirical research on the digital transformation of the Russian financial market and defines the place of the digital transformation of the banking sector in the overall global space. The development of digital technologies in the financial market was defined as one of the most important directions of state policy in the sphere of digitalization of the economy. Modern financial technologies in the financial market in the field of digitalization were analyzed and the main participants of the financial technology market were identified.

Keywords. Financial market, digitalization, bank, digital ruble, financial platform, technology.

Введение

Развитие цифровых технологий на российском финансовом рынке является одним из важнейших направлений государственной политики в сфере цифровизации экономики. Цифровая трансформация экономики является приоритетной задачей стратегии развития страны [1]. В то же время, пандемия новой коронавирусной инфекции (СОУГО-19), которая в 2020 г. захлестнула весь мир и повлекла за собой введение небывалых по масштабам антиковидных действий правительств с целью сдерживания

ГРНТИ 06.73.01

© Радковская Н.П., Клочкова Е.Н., Львова Ю.Н., 2021

Надежда Петровна Радковская - доктор экономических наук, профессор, профессор кафедры банков, финансовых рынков и страхования Санкт-Петербургского государственного экономического университета. Елена Николаевна Клочкова - кандидат экономических наук, доцент, доцент кафедры банков, финансовых рынков и страхования Санкт-Петербургского государственного экономического университета.

Юлия Николаевна Львова - кандидат экономических наук, доцент, доцент кафедры банков, финансовых рынков и страхования Санкт-Петербургского государственного экономического университета.

Контактные данные для связи с авторами (Клочкова Е.Н.): 191023, Санкт-Петербург, Садовая ул., д. 21 (Russia, St. Petersburg, Sadovaya str., 21). Тел.: 8 (812) 310-26-91. Е-mail: klochkovaen@yandex.ru. Статья поступила в редакцию 29.04.2021.

темпов роста и распространения инфекции, включая введение глобальных локдаунов и беспрекословных мер самоизоляции населения, явилась триггером в развитии современных финансовых технологий на основе глобальной цифровизации как на мировом, так и на внутреннем финансовых рынках, которые должны обеспечить доступ к финансовым продуктам не только участников бизнес-сообщества, но и населения страны. Материалы и методы

При проведении исследования в качестве исходных данных были использованы материалы Банка России, опубликованные на его официальном сайте, кроме того, учитывались результаты аналитических исследований о ключевых изменениях на рынке финансовых технологий, размещенных на портале Bloomchain, также аналитические данные и обзоры развития цифровых технологий на финансовом рынке исследовательского центра компании Deloitte, аудиторско-консалтинговой компании «Эрнст энд Янг», консалтинговой компании BSG и аналитического центра НАФИ.

Вопросам цифровой трансформации экономики и развития цифровых технологий на финансовом рынке посвящены многочисленные научные исследования зарубежных и российских авторов. В публикациях можно выделить теоретические и практические аспекты цифровизации именно банковского сектора в направлении развития новых банковских продуктов и услуг, авторский подход к определению этапов развития цифровизации в российской банковской системе, сформулированы рекомендации по расширению внедрения цифровых технологий в банках [2].

Наблюдаемые на мировых финансовых рынках тренды по развитию цифровых финансовых активов, в том числе цифровых валют центральных банков, рассматриваются как вопросы трансформации денежно-кредитной политики центральных банков в условиях введения новых видов денег «под воздействием глобальных сдвигов, к которым привела цифровая революция» [3]. Авторами рассматриваются подходы идентификации и качественной оценки рисков, которые присутствуют при развитии и использовании цифровых валют в децентрализованных платежных системах, а цифровая валюта центральных банков выступает в качестве перспективной формы цифровизации денег [4].

Определению сущностных характеристик и уникальных особенностей цифровых платформ, а также особенностям и тенденциям развития зарубежных и российских платформенных компаний посвящена работа авторов [5], в которой определяется не только вопрос важности и необходимости формирования и развития цифровых платформ, обеспечивающих экономический рост посредством развития инноваций и конкуренции на рынке, но и сформулирован авторский понятийный аппарат и дается определение таким дефинициям, как «цифровая платформа», «платформенная бизнес-модель», «платформенная экосистема». Результаты и их обсуждение

Переход на платформенные модели и экосистемы является одним из ключевых трендов развития и российской цифровой экономики, и глобальной. Цифровая платформа - это сложная информационная система, обеспечивающая выполнение функций взаимосвязи между участниками рынка, открытая для использования клиентами и партнерами, включая разработчиков приложений, поставщиков услуг и агентов, позволяющая значительно улучшить качество жизни потребителей финансовых и нефинансовых услуг. Платформы дают возможность клиентам совершать покупки и осуществлять финансовые расчеты в онлайн режиме и в несколько кликов.

Изначально цифровые платформы были привилегией только крупных высокотехнологичных компаний, теперь они доступны для широкого круга участников независимо от сферы их деятельности. Активное продвижение глобальными корпорациями цифровых продуктов и развитие инновационных технологий привело к переходу платформ на новый уровень - создание экосистем. Впервые определение экосистеме дал Джеймс Мур в работе «Смерть Конкуренции» (англ. The Death of Competition). По его мнению, экосистема - это набор собственных или партнерских сервисов, объединенных вокруг одной компании [6].

Современные экосистемы собрали на своих платформах разнонаправленный бизнес, осуществляя деятельность, основанную на принципах «одного окна», что позволяет проводить все операции в едином мобильном приложении. Кроме того, аккумулирование большого массива персональных данных (Big Data) и их цифровая обработка дают возможность экосистеме сформировать «портрет клиента» и обеспечить бесшовность продвижения услуг на основе адресного подхода при продаже продуктов

с учетом их кастомизации под потребности конкретного человека. Важнейшим достоинством экосистемы является клиентоцентричность используемой модели бизнеса. Другим преимуществом платформ и экосистем является дезинтермедиация - устранение посредников из производственно-сбытовой цепочки движения продуктов от производителя к потребителю, что дает возможность значительно снизить их себестоимость.

Технологическая революция привела к трансформации традиционной модели экономических отношений, создав предпосылки для появления цифровой экономики и ее ключевых сегментов - платформенной экономики и экономики экосистем. В свою очередь, платформенные решения послужили основой для формирования экономики совместного потребления (sharing economy - «ширинг»), как уникального феномена и глобального тренда развития современного общества на основе рационального потребления и ответственного отношения к экологии. Ширинг, как правило, охватывает ряд секторов, обеспечивающих трансакции между отдельными участниками и организациями посредством использования цифровых платформ, например, для совместного финансирования (collaborative finance), пирингового кредитования (crowd-funding and peer-to-peer lending), совместного использования транспорта, пирингового размещения в неиспользуемых жилых помещениях и др.

Цифровые инновации и переход к Индустрии 4.0, ориентированной на потребности человека, позволили говорить еще об одном явлении в развитии современного общества - это крафтовая революция и крафтовая экономика. Под этим понимают кастомизацию товаров и услуг и их персонализацию (клиентоориентированность) еще на стадии предложения. Основной идеей формирования крафтовой экономики является отказ от массовых товаров и услуг в пользу индивидуализации и самовыражения человека. Этому как нельзя лучше отвечает модель экосистемы, ориентированной на потребности конкретного потребителя.

О создании экосистем в различных секторах экономики, в том числе в финансовом, впервые заговорили на Западе еще 20 лет назад. Сегодня это - мировой тренд развития рынка. Возможность получения в экосистеме широкого спектра услуг в режиме «одного окна» и в онлайн формате стала особенно актуальной в условиях пандемии и принятия ограничительных мер во всех сферах жизнедеятельности человека. Следует отметить, что экосистема не только трансформирует бизнес-модель цифровой платформы, но и формирует новый тип пользовательского поведения клиентов, максимально привязывая их к своей продуктовой корзине, в состав которой входят пакетные предложения финансовых продуктов и нефинансовых сервисов (банкинг и платежи, маркетплейсы, услуги связи, онлайн-кинотеатры, такси, доставка еды и продуктов питания, медицина, хранилище данных, гейминг и др.).

За последние годы локальные финансовые компании превратились в транснациональные цифровые платформы и экосистемы, действующие без географических ограничений и свободно проникающие через отраслевые барьеры. В настоящее время на глобальном рынке действуют 12 крупнейших транснациональных финансовых экосистем [7], из числа которых лучшими в мире (по версии Global Finance) признаны американские Citi, Google Pay, Goldman Sachs; лучшей в Восточной и Центральной Европе - mBank. В России лидирующей экосистемой является Сбербанк, который с 2017 г. вложил в ее создание и развитие 1 млрд долларов или 3% от чистой прибыли, направив денежные средства на приобретение различных компаний и сервисов [8].

В 2020 г. в разгар пандемии Сбербанк провел ребрендинг, сменив название на «Сбер», и представил потребителям новую линейку уникальных сервисов экосистемы: berBox (ТВ-приставка, позволяющая смотреть фильмы, слушать музыку, играть в онлайн игры, используя телевизор); SberPortal (умный экран, снабженный сенсором, функцией голосового управления, широкоугольной оптикой и качественной акустикой); SberPay (платежный сервис, аналог Google Pay, встроенный в приложение «Сбербанк Онлайн»); «СберДиск» (облачное хранилище для физических лиц). В настоящее время в экосистему банка входит более 40 финансовых и нефинансовых компаний. К другим наиболее значимым российским экосистемам можно отнести экосистему ВТБ, Тинкофф Банка, Mail.ru Group и «Яндекс».

Возможности экосистемы практически безграничны за счет ее способности использовать новейшие технологии и встраивать дополнительные цифровые платформы, такие как Open API, Маркет-плейс и др. Так, например, «Сбер» одним из первых в России позволил компаниям упростить взаимодействие с банком, применив технологию Fintech API (Open API), разрешив им получать доступ к услугам в его IT-инфраструктуре, тем самым упростив и автоматизировав взаимодействие банка и

клиентов. В 2021 г. «Сбер» в рамках развития e-comm (электронной коммерции) экосистемы запускает проект универсального кросс-категорийного маркетплейса.

Следует отметить, что в России Центральный банк активно поддерживает развитие инноваций на финансовом рынке. В 2017 г. он инициировал Проект создания единой платформы «Маркетплейс», основной целью которого стало создание регуляторных условий для дистанционной продажи финансовых продуктов и формирование законодательной и нормативной базы для обеспечения удаленного доступа к розничной продаже финансовых продуктов (услуг), зарегистрированных в специальном реестре (регистраторе финансовых транзакций) на территории страны. В 2020 году был принят Федеральный закон № 211-ФЗ от 20.07.2020 г. «О совершении финансовых сделок с использованием финансовой платформы» [9], регулирующий отношения по вопросам оказания операторами финансовых платформ услуг по обеспечению совершения финансовых сделок между потребителями финансовых услуг и финансовыми организациями.

Сейчас в реестр Банка России включены три финансовые платформы: «Финуслуги», где можно открыть банковский вклад и купить полис ОСАГО, «ВТБ Регистратор», которая предлагает внебиржевые государственные облигации, Специализированный депозитарий «ИНФИНИТУМ» с линейкой паев паевых инвестиционных фондов. Выписку по операциям на финансовых платформах можно получить у Регистратора финансовых транзакций, в том числе на Едином портале госуслуг. Реализуемый проект «Маркетплейс 2.0» позволит расширить спектр продуктов и сервисов на финансовых платформах, в том числе для юридических лиц, и будет способствовать повышению конкуренции на рынке и дальнейшему развитию дистанционных финансовых услуг.

Общественные консультации Банка России по вопросам внедрения на финансовый рынок цифровой валюты (ЦВЦБ, central bank digital currency, CBDC) как дополнительной формы российской национальной валюты в цифровом виде с целью развития национальной платежной системы, стали одним из главных новостных трендов на финансовом рынке в 2020-2021 гг. Принятая Банком России Концепция цифрового рубля предусматривает целевую модель введения цифрового рубля на основе двухуровневой розничной модели, предусматривающей возможность обеспечения взаимодействия клиентов с платформой цифрового рубля через мобильные приложения финансовых организаций, а также подходы денежно-кредитной политики и ключевые этапы реализации проекта, предусматривающие создание прототипа платформы цифрового рубля к концу 2021 г. и запуск его тестирования к 1 кв. 2022 г., а также поэтапное развитие платформы цифрового рубля [10].

Пандемия новой коронавирусной инфекции явилась триггером стремительного развития новых финансовых технологий, в первую очередь, это относится к развитию ИТ-технологий. Появление новых цифровых продуктов и услуг и реализации их с помощью дистанционных каналов дистрибуции, внедрение биометрических систем привело к изменению индустрии финансовых услуг. При этом происходит вытеснение традиционных участников финансового рынка и использования традиционных моделей бизнеса, за счет ориентации на онлайн-модели с целью снижения операционных затрат и сохранения доли рынка. Переход банков на цифровой формат обслуживания клиентов повлек за собой закрытие более 3 200 филиалов, отделений, дополнительных и иных офисов банков за 2018-2019 гг.

Развитие индустрии финансовых технологий началось после мирового финансового кризиса 2008 года и сопровождалось бурным ростом рынка мобильных технологий, что позволило обеспечить сокращение расходов предприятий. Пандемия COVID-19 стала катализатором развития и внедрения технологий управления, которые позволили ускорить переход крупнейших участников финансового рынка на финансово-технологичные продукты за счет внедрения массового дистанционного обслуживания. По данным «Ernst&Young» [11], средний уровень проникновения финансовых технологий в мире в 2019 году составил 64%. Россия, заняв 3 место по данному показателю, значение которого составило 82%, вошла в лидеры наряду с Индией (2 место, 87%) и Китаем (2 место, 87%).

Данные исследований компании Adjust совместно с Apptopia [12], в котором были проанализированы банковские, платежные и инвестиционные приложения в контексте исследования роста финансовых приложений и сервисов и роста количества сессий, показали, что число платежных сессий в 2020 году (по сравнению с аналогичным периодом 2019 года) выросло на 49%, число сессий в банковских и платежных сервисах - на 26%, число инвестиционных сессий - на 88,14% в мире в целом, а в России - на 64%. Также стоит отметить, что лидером в мировом сообществе по времени пользования

банковскими и платежными приложениями является Россия - 11,5 мин, при мировом показателе среднего пребывания в приложениях 8,35 мин.

Общее количество банковских приложений в 2020 году выросло на 26%, при этом пандемия изменила потребительские настроения клиентов коммерческих банков, которые в целях сохранения личного здоровья стали активнее пользоваться мобильными приложениями, рост данного показателя составил 63%. Для России отличительным показателем активности использования цифровых банковских сервисов, по данным исследования НАФИ, является показатель роста пользователей мобильных банковских приложений на 51% в 2019 году (+26% к 2018 г.), пользователей интернет-банкингом на 37% (+16% к 2018 г.) [13].

Еще одним направлением развития финансовых технологий стало развитие финтех-кредитования посредством мобильных приложений и необанков через кредитные платформы (Р2Р-платформы и маркетплейс). Предполагаемый рост по итогам 2020 года должен составить 9,1% по сравнению с данными 2019 года, а к 2024 году объем рынка достигнет 396,8 млрд долл. США, при этом в 2017 году мировая индустрия финтех-кредитования оценивалась лишь в 181,2 млрд долл. США [14].

Главными участниками рынка финансовых технологий в России являются банки. По данным исследования KPMG [15], 86% из числа крупных банков имеют собственные программы развития цифровых технологий, основными направлениями из которых являются: Open API, искусственный интеллект, Big Data, роботизация, создание чат-ботов и оптическое распознавание. Ведущими игроками рынка по размеру вложений в развитие финансовых технологий по итогам 2018 года стали Сбербанк (108,2 млрд руб.), ВТБ (21,68 млрд руб.), Россельхозбанк (5,35 млрд руб.), Газпромбанк (4,88 млрд руб.) [16], при этом цифровая трансформация банков, прежде всего, связана с развитием их собственных финансовых и нефинансовых экосистем.

Лидерами среди топ-50 российских банков по уровню развития цифровизации по итогам 2020 г. стали «Тинькофф», ВТБ, Сбербанк, Райффайзенбанк и Альфа-Банк. Также стоит отметить, что именно банковский сектор оказался наиболее подготовленным к цифровой трансформации в период пандемии, как на внутреннем рынке, так и в международном сравнении, что отмечают специалисты Boston Consulting Group [17]; Россия входит в десятку стран-лидеров по уровню развития цифрового банкинга согласно рассчитанному Deloitte индексу цифровизации банков по 15 российским банкам, позволяющему оценить уровень их цифровой зрелости и проанализировать конкурентную среду (см. рис.) [18].

-73

68 66 66 I 7 II I I

Поиск Открытие счета Первые шаги информации клиента

Ежедневное Инспользование Закрытие счета взаимодействие сервисов банка с клиентом

Мировой лидер  Среднее значение показателя  Россия

Рис. Индекс цифровизации банков по этапам клиентского пути Customer journey map (CJM) (Россия vs лидеры рынка), % [18]

В то же время, введенные ограничения в период пандемии потребовали от банковского сообщества принятия незамедлительных действий, и 60% банков были вынуждены закрыть свои отделения офисов или сократить часы их работы.

Заключение

Подводя итог рассмотрению вопросов цифровой трансформации российского финансового рынка, необходимо отметить, что банки являются главными участниками рынка финансовых технологий. Диджитализация банковских продуктов является одним из основных направлений модернизации банковской деятельности в формате цифрового развития на протяжении уже нескольких лет, поэтому вопрос цифровизации банковских процессов не стал новым для участников финансового рынка в период пандемии, а только заставил ускорить темпы перехода к обслуживанию клиентов в режиме онлайн и развитию процессов удаленного (дистанционного) обслуживания клиентов.

Полученный опыт банковского сообщества в период действия карантинных мер применительно к проведению таких банковских операций, как открытие расчетных счетов субъектам малого и среднего бизнеса и текущих счетов физическим лицам без личного присутствия их в отделениях банков, на условиях их последующей явки для проведения идентификации, был положительно оценен и предложен к дальнейшему использованию в банковской практике и после окончания пандемии, что требует, в свою очередь, определенных законодательных изменений в сфере банковской деятельности и развития функциональности Единой системы идентификации и аутентификации.

ЛИТЕРАТУРА

1. О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года: Указ Президента РФ от 07.05.2018 г. № 204.

2. Рудакова О.С., Маркова О.М. Цифровой банкинг в России: научная интерпретация, организационная структура и векторы развития (вопросы теории и практики) // Банковские услуги. 2021. № 3. С. 2-14.

3. Шакер И.Е. Цифровая валюта Центрального банка: трансформация финансовой экосистемы и эволюция видов денег // Финансы. Деньги. Инвестиции. 2018. № 3 (67). С. 8-17.

4. Ларина О.И., Акимов О.М. Цифровые деньги на современном этапе: ключевые риски и направления развития. Финансы: теория и практика. 2020. № 24 (4). С. 18-30.

5. Гелисханов И.З., Юдина Т.Н., Бабкин А.В. Цифровые платформы в экономике: сущность, модели, тенденции развития // Научно-технические ведомости СПбГПУ. Экономические науки. 2018. Т. 11, № 6. С. 22-36.

6. Moore J.F. The Death of Competition: Leadership and Strategy in the Age of Business Ecosystems. New York: Harper Business, 1996.

7. Мамчиц Р. Крупнейшие зарубежные финансовые экосистемы: результаты и планы на 2020 год // Национальный банковский журнал. 2020. № 03 (189).

8. Сбербанк инвестировал около $1 млрд в небанковскую часть экосистемы за три года. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.interfax.ru/business/671108 (дата обращения 16.04.2021).

9. О совершении финансовых сделок с использованием финансовой платформы: Федер. закон Рос. Федерации от 20 июля 2020 г. № 211-ФЗ.

10. Концепция цифрового рубля. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://cbr.ru/Content/Document/File/ 120075/concept_08042021 .pdf (дата обращения 09.04.2021).

11. Global FinTech Adoption Index. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://hollandfintech.com/wp-content/ uploads/2019/06/ey-global-fintech-adoption-index.pdf (дата обращения 01.04.2021).

12. Мобильный отчет о финансовой вертикали 2020. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.ad-just.com/ru/resources/ebooks/mobile-finance-report-2020 (дата обращения 19.03.2021).

13. Более половины россиян пользуются цифровым банкингом. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://nafi.ru/analytics/bolee-poloviny-rossiyan-polzuyutsya-tsifrovym-bankingom (дата обращения 24.03.2021).

14. Fintech lending industry to hit $291bn in 2020. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://bmmagazine.co.uk/in-business/fintech-lending-industry-to-hit-291bn-in-2020 (дата обращения 18.03.2021).

15. Будущее розничных банковских услуг. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://assets.kpmg/content/ dam/kpmg/ru/pdf/2021/01/ru-ru-future-of-retail-banking.pdf (дата обращения 18.03.2021).

16. Bloomchain. ФИНТЕХ 2019 годовое исследование рынка финансовых технологий в России. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://bloomchain-cdn.s3.amazonaws.com/uploads/pdf/9b7d1e8e-b499-11ea-9b11-0242ac-130004/original.pdf?v=63762914721 (дата обращения 10.03.2021).

17. Пандемия Covid-19 сделала цифровую трансформация неотложным приоритетом для банков. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.bcg.com/ru-ru/press/21apr2020-covid-19-pandemic-makes-digital-transfor-mation-priority-for-banks (дата обращения 18.03.2021).

18. Результаты исследования Deloitte Digital Banking Maturity 2020. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www2.deloitte.com/content/dam/Deloitte/ce/Documents/financial-services/ce-digital-banking-maturity-2020.pdf (дата обращения 16.03.2021).