Монархия цифровой эпохи

На прошлой неделе король Испании Хуан Карлос I отрекся от престола в пользу своего сына — принца Фелипе Астурийского. Большинство современных монархов не располагают властью, богатством и экономическим влиянием, какие были у царственных особ лет двести назад, но и рудиментом назвать этот институт нельзя.

1 / 3

Британский стандарт

Монархии мира — а их сегодня 44 — чаще всего устроены по принципу "Король царствует, но не правит". Главный пример — это, конечно, Великобритания, эталон конституционной монархии. Британцы выработали уникальную систему управления государством, в котором вся полнота власти принадлежит "королеве (или королю) в парламенте". В конце XIX века ее попытался объяснить один из лондонских юристов: "Предположим, парламент захочет казнить Ее величество и примет соответствующий билль — законопроект. Чтобы билль стал законом, парламентарии должны передать его на подпись Ее величеству. Не существует ни одного закона, который бы заставил Ее величество подписать такой билль, однако в соответствии с чувством долга и традициями она должна будет это сделать".

Это описание справедливо и сейчас. Прерогатив у британского монарха огромное множество: назначение и увольнение министров, роспуск парламента, введение в силу новых законов, объявление войны и заключение мира, учреждение корпораций. До сих пор в стране существует наказание в виде заключения под стражу на неопределенный срок (дословно в приговорах пишут: "Содержать в заключении, пока это угодно Ее величеству"). Тем не менее никаким своим правом монарх не может воспользоваться без согласия "министров Его/Ее величества".

Заметим, речь идет об одной из самых развитых стран мира с ВВП на душу населения около $40 тыс. Казалось бы, анахроничная форма власти не помешала здесь экономическому развитию. Между прочим, среди самых богатых стран мира монархий много. По данным Всемирного банка, пятерка лидеров по подушевому ВВП состоит из Княжества Монако ($163 тыс.), Княжества Лихтенштейн ($135 тыс.), Великого Герцогства Люксембург ($107 тыс.), Королевства Норвегия ($100 тыс.), эмирата Катар ($90 тыс.).

В большинстве современных монархий мира принят британский стандарт. А в Европе взаимоотношения монарха и правительства прописаны более жестко, чем в Великобритании. К примеру, в Испании и Нидерландах закон не может быть подписан королем, если он не завизирован премьер-министром или профильным министром. Европейские короли обычно не имеют права публично выражать свое мнение по политическим или общественным вопросам.

Случаются, конечно, и исключения. Король Испании Хуан Карлос в 1981 году использовал свое конституционное положение верховного главнокомандующего, чтобы пресечь попытку военного переворота. И надолго стал настоящим героем Испании. С тем, увы, чтобы спустя три десятилетия (после коррупционных скандалов с участием его младшей дочери принцессы Кристины, ее мужа, гандболиста Иньяки Урдангарина, и злополучной охоты на слонов в Ботсване в разгар финансового кризиса) растерять авторитет настолько, что испанцы стали требовать референдума о переходе к республиканской форме правления. Со 2 по 5 июня онлайн-петиция на сайте avaaz.org собрала 315 тыс. подписей.

В Бельгии же принятие парламентом закона о легализации абортов привело к конституционному кризису. Король, не имеющий права вето на решение парламента, не мог его подписать, это противоречило его религиозным принципам. Закон же не мог вступить в силу без его подписи. Стороны приняли компромиссное решение: парламент на несколько дней отстранил Бодуэна от власти, закон в отсутствие короля вступил в силу за подписью премьер-министра, после чего король был возвращен на престол.

Брунейский стандарт

Шесть монархий мира принято считать абсолютными. Современный абсолютизм доведен до совершенства в султанате Бруней. Это богатое нефтью и газом королевство на острове Калимантан зажато с двух сторон малазийским штатом Саравак. Русскому человеку надо приложить изрядные усилия, чтобы туда попасть — хотя бы затем, чтобы убедиться, что делать там совершенно нечего. Несмотря на то что по ВВП на душу населения эта страна находится на уровне Великобритании, средний брунеец не намного богаче среднего малайца.

Дело в том, что львиная доля нефтегазовых доходов этой бывшей британской колонии принадлежит лично султану Хассаналу Болкиаху. Его состояние оценивается примерно в $20 млрд (по другим данным — $40 млрд), ему принадлежит, видимо, самый большой дворец в мире (1800 комнат) и коллекция то ли из трех, то ли из семи тысяч автомобилей, среди которых только "Роллс-Ройсов" более 600. Кроме того, султан коллекционирует награды, титулы и звания: помимо всего прочего он является фельдмаршалом, почетным доктором МГИМО и кавалером двух украинских орденов.

Султан коллекционирует награды, титулы и звания: помимо всего прочего он является , почетным доктором МГИМО и кавалером двух украинских орденов

Долгое время в стране не было конституции, теперь она есть, существует и некое подобие парламента, однако две трети его членов назначаются непосредственно султаном. Что же до министров (султан выполняет и обязанности премьера), то они по конституции имеют право давать султану советы, из чего вовсе не следует, что султан им должен следовать. Наконец, вносить изменения в конституцию может только сам султан. Политические партии запрещены, а все общественные организации действуют с разрешения монарха. Впрочем, жесткий абсолютизм в Брунее — это своеобразный общественный договор. В обмен на полноту власти султан платит своим подданным ежемесячную пенсию, оплачивает все их счета на учебу и медицинские услуги.

Сходным образом устроена жизнь и в большинстве других абсолютных монархий — Саудовской Аравии, Бахрейне, Катаре, Объединенных Арабских Эмиратах и Омане. Вероятно, неслучайно, что источник благосостояния всех этих стран — нефтяная рента.

На брунейский стандарт ориентируются и те арабские монархии, которые формально считаются конституционными — Иордания, Кувейт и Марокко. Политические партии здесь разрешены, законодательные собрания имеют больше полномочий, однако монарх здесь не просто глава государства, но и национальный лидер, оппозиции которому просто не существует.

Единственной бедной абсолютной монархией является Свазиленд. ВВП на душу населения здесь, по разным данным, $3-6 тыс., а экономические проблемы обостряются тем, что в этой стране самая высокая в мире доля взрослых, зараженных ВИЧ — 26% (CIA Factbook). Неудивительно, что и продолжительность жизни — 32 года — здесь самая низкая в мире.

Таиландский стандарт

Старейший из царствующих монархов, король Таиланда Пхумипон Адульядет (он вступил на престол в 1946 году), занимает промежуточное положение между европейскими и абсолютными монархиями. Он не столько правит, сколько влияет на происходящее в стране. В современной истории Таиланда — 18 переворотов. Все они произошли с предварительной санкции и с последующим формальным одобрением главы государства. Не далее как пару недель назад король своим указом превратил очередную военную хунту, отстранившую от власти гражданское правительство, в военное, но зато совершенно законное правительство страны.

Точно так же король спасает страну от переворотов. Так, в 1991 году он использовал придворный этикет для того, чтобы воспрепятствовать военному перевороту. В соответствии с дворцовыми правилами в присутствии его величества подданные обязаны опуститься на колени, склонить голову и оставаться в таком положении до тех пор, пока король не разрешит им подняться. Монарх вызвал во дворец соперничавших премьер-министра и командующего вооруженными силами и попросил их подать в отставку. Поза, в которой находились премьер-министр и генерал, не самая удобная для того, чтобы перечить монарху. Они согласились уйти в отставку, после чего им было позволено подняться с колен.

Пхумипон Адульядет еще и самый богатый монарх в мире. Его личное состояние оценивается примерно в $30 млрд и формируется за счет доходов от бюро королевской собственности — квазигосударственного агентства под управлением местного Минфина. Впрочем, это богатство — собственность не монарха, но короны, не личная, но институциональная, а значительная часть инвестиций направляется в то, что на Западе назвали бы социально значимыми проектами: реставрация храмов, образование, исследования в сфере сельского хозяйства.

К таиландскому стандарту тяготели монархии Лаоса и Непала. Но теперь их нет, и Таиланд остался единственной в мире монархией подобного рода.

Нестандартные монархи

Есть и по крайней мере две совершенно нестандартные монархии. Ватикан — единственная абсолютная теократия, ее глава папа Франциск не только царствует и правит, но еще и определяет мировоззрение 1,5 млрд католиков. Второе заметное исключение — Швеция. Ее монарха коронованной особой можно назвать лишь с большой натяжкой. Скорее это единственный в мире чиновник, чья должность передается по наследству.

Еще в начале XIX века Швеция была одной из самых влиятельных абсолютных монархий Европы наряду с Россией, Австрией и Пруссией. Но затем список королевских прерогатив стал стремительно сокращаться. Последняя коронация шведского монарха прошла в 1906 году. Затем ее заменил визит в парламент — Риксдаг — после восшествия на престол. В ходе визита король приносит присягу на верность стране. С начала 1970-х годов у короля отобрали право (пусть даже оно и существовало только на бумаге) распускать парламент и отправлять в отставку правительство страны. Эти полномочия были переданы главе Риксдага. Король не подписывает законы, принимаемые парламентом, не выступает на открытии парламента и даже не может пользоваться королевскими атрибутами власти.

К началу XXI века у короля осталось лишь три обязанности: встречаться с прибывающими в Швецию главами иностранных государств, вручать Нобелевские премии и выступать с новогодним обращением к жителям Швеции. За все это он получает зарплату. Зато у его положения есть и свои преимущества. Однажды один из его сыновей разделся догола и вымазался вареньем, которое потом дружно слизывали его одноклассники и одноклассницы. В Британии публикация подобной новости вызвала бы скандал, в Саудовской Аравии или Таиланде журналиста, решившего написать о подобном, в лучшем случае упрятали бы в тюрьму, а в Швеции — ее просто проигнорировали.

Столь же бесправен и император Японии, представитель старейшей из существующих ныне монархий. До 1945 года император считался прямым потомком богини солнца Аматэрасу и главой государства. После поражения в войне его заставили отказаться и от божественного происхождения, и от управления государством, даже номинального. В соответствии с конституцией император — лишь "символ нации и единства народа".

Сокращение полномочий монархов, превращение их собственности в общественную — общемировая тенденция. Не исключено, что, если Испания и не решится на возврат к республике, прерогативы династии Бурбонов окажутся сильно урезанными. Впрочем, есть и обратные примеры: формальный — Лихтенштейн, здесь референдум предоставил князю больше полномочий. Не говоря уже о том, что некоторые страны, включая, например, Северную Корею и некоторые постсоветские государства, по сути гораздо ближе к абсолютным монархиям, и мало кто удивится, если "коронация будет назначена на понедельник". В конце концов, на экономическое развитие страны содержание политики влияет гораздо больше, чем форма правления.