Перспективы установления уголовной ответственности юридических лиц в условиях развития сферы автономного транспорта

уголовное и уголовно-исполнительное право

DOI 10.24412/2227-7315-2022-2-184-193

УДК 343.22, 343.3/.7

Е.В. Кобзева, В.Н. Ситник

ПЕРСПЕКТИВЫ УСТАНОВЛЕНИЯ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ В УСЛОВИЯХ РАЗВИТИЯ СФЕРЫ АВТОНОМНОГО ТРАНСПОРТА

Введение: цифровая трансформация многих сфер жизнедеятельности общества обусловливает необходимость реформирования имеющихся у государства средств правового регулирования и правовой охраны общественных отношений. Модернизация транспортной системы за счет расширения практики эксплуатации беспилотных транспортных средств актуализирует проблему уголовной ответственности юридических лиц, деятельность которых связана с производством и использованием таковой продукции. Цель: обосновать необходимость установления уголовной ответственности юридических лиц за деяния, связанные с созданием, обслуживанием и функционированием автономного транспорта. Методологическая основа: общенаучные и частнонаучные методы (диалектический, анализ, синтез, системный, логический, формально-юридический и др.). Результаты: авторы статьи полагают, что значимым направлением совершенствования российского уголовного права в условиях развития цифровых технологий является введение уголовной ответственности юридических лиц. Выводы: аргументами в пользу установления уголовной ответственности юридических лиц служат социально-экономические причины, международно-правовые предпосылки, положительный опыт зарубежных государств, нравственно-этические аспекты, потребность в эффективных мерах защиты интересов личности, общества и государства, вектор движения закона в ногу со временем.

Ключевые слова: автономное транспортное средство, беспилотники, уголовная ответственность, юридическое лицо, искусственный интеллект.

E.V. Kobzeva, V.N. Sitnik

PROSPECTS FOR THE ESTABLISHMENT OF CRIMINAL LIABILITY OF LEGAL PERSONS IN THE DEVELOPMENT OF THE AUTONOMOUS TRANSPORT SPHERE

Background: digital transformation of many spheres of society necessitates the reform of the state's means of legal regulation and legal protection of social relations.

^ © Кобзева Елена Васильевна, 2022

1 Кандидат юридических наук, доцент, профессор кафедры уголовного и уголовно-исполнительного права

i (Саратовская государственная юридическая академия); е-mail: evkobzeva@yandex.ru

© Ситник Владислав Николаевич, 2022

Студент Институт прокуратуры (Саратовская государственная юридическая академия); е-mail: vladdsitvl@ mail.ru

© Kobzeva Elena Vasilyevna, 2022

Candidate of Law, Associate Professor, Professor, Department of Criminal and Penal Enforcement Law

© Sitnik Vladislav Nikolaevich, 2022 184 Student at the Institute of Prosecutor's Office

Modernization of the transport system due to the expansion of the practice of operation of unmanned vehicles actualizes the problem of criminal liability of legal persons whose activities are related to the production and use of such products. Objective: to substantiate the need to establish criminal liability of legal entities for acts related to the creation, maintenance and operation of autonomous transport. Methodology: general and special research methods (dialectical, analysis, synthesis, system, logical, formal legal, etc.). Results: the authors of the article believe, that a significant area of improvement of Russian criminal law in the development of digital technology is the introduction of criminal liability of legal persons. Conclusions: arguments in favor of establishing the criminal liability of legal persons are socio-economic reasons, international legal prerequisites, the positive experience of foreign countries, moral and ethical aspects, the need for effective measures to protect the interests of an individual, society and the state, the vector of the law moving with the times.

Key-words: autonomous vehicle, drones, criminal liability, legal entity, artificial intelligence.

Повсеместное внедрение цифровых технологий способствует возникновению не только новых способов совершения известных уголовному закону преступлений, но и деяний, которые, хотя и обладают общественной опасностью, однако не подпадают под признаки существующих составов преступлений.

Примером динамически развивающихся общественных отношений является сфера использования автономных (беспилотных) транспортных средств, активно внедряемых в различные области экономической деятельности. По мнению специалистов Json & Partners, к 2035 г. рынок продаж самоуправляемых машин возрастет до 30,4 млн автомобилей в год, а объем рынка роботизированных автомобилей составит минимум $ 364,8 млрд1. По оценке Morgan Stanley, благодаря экономии топлива, снижению смертности и затрат на перемещение товаров и пассажиров суммарный эффект ресурсосбережения и роста продуктивности экономики США от беспилотных автомобилей составит 8% ВВП [1, с. 7].

В нашей стране сфера эксплуатации автономного транспорта также развивается весьма стремительно. Прогноз научно-технологического развития Российской Федерации до 2030 г. в качестве перспективных рынков и продуктовых групп, помимо прочего, определяет автоматизированные транспортные средства (беспилотники)2. В настоящее время список регионов для проведения тестирования беспилотных автомобилей на дорогах общего пользования увеличился до тринадцати (в 2018 г. их было только два); открыты коридоры для беспилотных фур на трассах М-11 «Нева» Москва-Петербург и строящейся М-12 Москва-Казань-Екатеринбург3.

1 См.: Компания J'son & Partners Consulting представляет результаты исследования: «Миро- 2 вой рынок самоуправляемых автомобилей, 2020-2035 гг.» // RoboNews: портал новостей робо- 8 тотехники. URL: https://robonews.su/19776-Kompaniya-J-son-Partners-Consulting-predstavlyaet-rezul-taty-issledovaniya-Mirovoiy-rynok-samoupravlyaemyh-avtomobileiy-2020-2035-gg.html (дата обращения: 30.01.2022).

2 См.: Прогноз научно-технологического развития Российской Федерации на период до 2030 года (утвержден Правительством РФ). Документ опубликован не был. Доступ их справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

3 См.: Что происходит в России с беспилотными автомобилями // iPhones.ru. URL: https:// www.iphones.ru/iNotes/8-sovremennyh-bespilotnyh-rossiyskih-avtomobiley-o-kotoryh-vy-ne-slyshali-no-oni-vot-vot-poyavyatsya-na-dorogah-08-05-2021 (дата обращения: 30.01.2022). 185

Очевидно, что активное продвижение данных аппаратов и бизнес-пиар преимуществ их эксплуатации должны обладать экономической целесообразностью. Прежде всего следует понимать, что беспилотные транспортные средства выступают в роли тренда цифровизации общества, поскольку по своей сути полностью исключают человека из процесса управления, позволяя ему насладиться поездкой либо посвятить себя чему-то иному. В сети Интернет можно обнаружить множество заголовков о том, что та или иная компания выпускает собственный концепт беспилотного транспортного средства: речь идет о таких мастодонтах автомобильной отрасли, как Toyota, General Motors, Volkswagen Mercedes-Benz, Audi, а также малоизвестных компаниях EvoCargo и отечественной Volgabus. Данные действия продиктованы множеством факторов, основными из которых выступают желание компаний развивать соответствующие технологии, занять определенную долю на рынке беспилотников, снизить экономические издержки от использования автономного транспорта при осуществлении предпринимательской деятельности, существенно повысить узнаваемость своего бренда и, соответственно, стоимость акций на фондовой бирже.

Остановимся на экономических преимуществах беспилотников. Прежде всего следует понимать, что деятельность каждой компании-автопроизводителя направлена на извлечение прибыли, что обусловливает необходимость сделать товар более привлекательным на рынке для конечного потребителя — гражданина либо компании, осуществляющей деятельность, связанную с перемещением различных объектов. Так, лидирующим направлением разработки беспилот-ников является отрасль беспилотных такси, которая в перспективе позволит компаниям многократно увеличить собственную прибыль посредством исключения водителя-оператора из процесса управления. Следует отметить, что за счет этого будет снижена и стоимость самой поездки, что благоприятно скажется на потребителе.

Особого внимания заслуживает деятельность по грузоперевозке, где экономическая выгода от использования беспилотников огромна. В качестве примера выступает разработанная отечественными исследователями концепция «взвода» (движение в колоннах) для беспилотных автомобилей. В структуре затрат тяжелого грузового транспорта 70% составляют затраты на водителей и топливо (примерно поровну). Автоматизация передвижения взводом будет способствовать сокращению обеих затратных статей. Уменьшение воздушного сопротивления при взводе грузовиков дает 5-20%-ный потенциал сокращения потребления топлива [2, с. 66].

Исходя из этого, можно утверждать, что рынок использования беспилотных транспортных средств, который зародился совсем недавно, развивается стремительными темпами, что заставляет задуматься о перспективах уголовно-правового воздействия в ситуациях дорожно-транспортных происшествий с участием беспилотных транспортных средств.

Обратившись к ст. 264 УК РФ, можно обнаружить, что уголовной ответственности за предусмотренное ей преступление подлежит лицо, непосредственно управляющее автомобилем либо иным механическим транспортным средством1. Поскольку сущность беспилотных транспортных средств состоит в исключении

1 См.: Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-Ф3 (с изм. и доп. от 9 марта 2022 г., № 49-ФЗ) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 1996. № 25, ст. 2954; Российская газета. 2022. 11 марта.

человека (полностью или частично) из процесса управления транспортным средством, остается открытым вопрос о том, кто будет признаваться субъектом преступления, совершенного с участием такого рода транспортного средства. Большинство исследователей акцентирует внимание на определении вины оператора либо собственника (владельца) транспортного средства, однако вполне перспективной видится и уголовная ответственность его производителя.

Современное уголовное право России предусматривает возможность привлечения к ответственности исключительно индивидуализированных субъектов правоотношений. Данное положение находит свое закрепление в ст. 19 УК РФ, согласно которой уголовной ответственности подлежат только вменяемые физические лица, достигшие установленного законом возраста. При этом следует понимать, что динамическое развитие общественных отношений, оказывающее влияние на различные сферы жизнедеятельности людей, побуждает законодателя принимать определенные решения, направленные на реализацию охранительной функции права по защите положительных и предупреждении негативных, вредных для общества явлений [3, с. 11].

В данном контексте представляется необходимым рассмотреть некоторые аргументы в пользу установления уголовной ответственности юридических лиц за дорожно-транспортные преступления с участием беспилотников [4, с. 486].

Отдельные исследователи рассматривают вопросы, связанные с ответственностью юридических лиц в целом и беспилотников в частности, исключительно через призму гражданско-правовой ответственности, считая принципиально невозможным привлечение компании к уголовной ответственности [5, с. 36]. В порядке возражения указанной позиции уместно привести слова Л.С. Белогриц- ш Котляревского: «Требуемые условия для уголовной ответственности: желание со- и вершить преступное деяние и способность его совершить могут быть и в деятельно- а сти юридического лица, так как имеется волевое начало, более широкое по объему О интересов и более интенсивное, чем воля отдельных лиц. Наличие этих условий О вызывает возможность не только виновности юридического лица, но и возможное О'

о

привлечение его в пределах его дееспособности» [6, с. 108]. а

По нашему мнению, необходимо учитывать, что уголовная ответственность в является более суровой государственно-правовой реакцией для субъекта право- О нарушения, нежели гражданско-правовая либо административная ответствен- ю

Т5

ность. Уголовная ответственность не ограничивается применением мер уголов- |

но-правового характера, степень ее влияния гораздо шире, поскольку включает к

в себя более существенное воздействие на нарушителя установленных норм. а

Потеря деловой репутации юридического лица, а соответственно и финансовые |

потери, которые следуют за этим, являются куда более фатальными, чем послед- ||

ствия применения средств гражданско-правового и административно-правового ¡§

воздействия [7, с. 87]. При этом привлечение юридического лица к гражданско- 1

правовой ответственности само по себе не исключает возможности его админи- )

стративной или уголовной ответственности. 2

Обратившись к доктрине уголовного права можно обнаружить, что многие ученые и видные практические деятели ратуют за установление соответствующей ответственности. Например, заместитель председателя Следственного комитета РФ А.В. Федоров справедливо отмечает, что отсутствие уголовной ответственности юридических лиц в Российской Федерации является пробелом в позитивном

праве [8, с. 11]. Указанный пробел очевиден с позиции учения о правосубъект- 187

ности как способности лица, будь то физическое или юридическое лицо, иметь и осуществлять права и обязанности, т.е. выступать субъектом правоотношений, включая правоотношения юридической ответственности.

Вопреки сложившимся стереотипам одним из признаков экономической преступности в наднациональном правовом поле является наличие с криминологической точки зрения трех субъектов преступления: а) юридических лиц (преступность предприятий и корпораций); б) физических лиц, действующих от имени и в интересах предприятия (преступность по роду занятости); в) физических лиц, действующих от собственного имени и в собственных интересах (преступность по роду деятельности) [9, с. 32].

Помимо этого, установление уголовной ответственности позволит внедрить в национальную уголовно-правовую систему международные правовые стандарты в данной области, что будет способствовать совершенствованию отечественного законодательства, а также привлечению к ответственности недобросовестных иностранных компаний, осуществляющих общественно опасную деятельность на территории нашей страны.

Уголовная ответственность юридических лиц (в целом, а не применительно к объекту настоящего исследования) закреплена в огромном количестве международно-правовых актов, среди которых Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности1, Конвенция ООН против коррупции2, Конвенция о защите окружающей среды посредством уголовного законодательства3.

Дополнительным аргументом в пользу установления уголовной ответственности юридических лиц является имеющийся зарубежный опыт США, Великобритании, Чешской Республики, Эстонии, Латвии, Финляндии и других стран, допускающих возможность привлечения компании к ответственности за деяния, которые могут быть сопряжены с процессом производства и эксплуатации беспилотного транспортного средства. Следует при этом отметить, что единый подход к определению условий уголовной ответственности юридических лиц в законодательстве указанных государств отсутствует. Так, ст. 260.3 УК Республики Молдова содержит основание для привлечения к ответственности юридического лица за воздействие на функционирование информационной системы4. Данное деяние может выразиться во внесении вредоносных изменений в систему искусственного интеллекта беспилотника, при этом рассматриваемое деяние должно быть совершено умышленно, поскольку лицо осознает, что воздействие на функционирование информационной системы путем ввода, передачи, изменения, удаления или повреждения информационных данных или ограничения доступа к этим данным может привести к наступлению общественно опасных последствий, предвидит реальную возможность наступления данных последствий и желает их наступления либо не желает, но сознательно допускает или относится к ним безразлично. Аналогом данной статьи в отечественном законодательстве является ст. 273 УК

i 1 См.: Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности от 15 ноября

2000 г. // Бюллетень международных договоров. 2005. № 2. С. 3-33.

2 См.: Конвенция ООН против коррупции от 31 ноября 2003 г. // Бюллетень международных договоров. 2006. № 10. С. 7-54.

3 См.: Конвенция о защите окружающей среды посредством уголовного законодательства (CETS 172) (принята в Страсбурге 4 ноября 1998 г.). URL: https://rm.coe.int/168007f58b (дата обращения: 30.01.2022).

4 См.: Уголовный кодекс Республики Молдова от 18 апреля 2002 г. № 985-XV (с изм. и доп. от 11 ноября 2021 г., № 178). URL: https://online.zakon.kz/Document/?doc_id=30394923 (дата

188 обращения: 30.01.2022).

РФ, предусматривающая ответственность за создание, распространение или использование компьютерных программ либо иной компьютерной информации, заведомо предназначенных для несанкционированного уничтожения, блокирования, модификации, копирования компьютерной информации или нейтрализации средств защиты компьютерной информации. Однако на сегодняшний день адресатами содержащейся в данной статье уголовно-правовой нормы являются лишь отвечающие определённым требованиям физические лица.

В соответствии с Примерным Уголовным кодексом США умышленные действия юридического лица следует квалифицировать в зависимости от фактически наступивших общественно опасных последствий, в том числе как убийство (§ 1111)1. Зарубежной практике известны случаи, когда юридическое лицо было признано виновным в совершении убийства. Так, компания «Форд» выпустила на рынок автомобили, зная о проблемах с бензобаками, из-за расположения которых существовал риск взрыва в случае аварии2. В конечном итоге это стало причиной смерти трех человек, а компания «Форд» была признана судом виновной в совершении убийства второй степени. На закрепление подобного вида ответственности направлены также положения уголовных законов ряда штатов. В частности, в УК штата Нью-Йорк 1967 г. говорится, что корпорация признается виновной в совершении посягательства, если оно: состоит в неисполнении возложенной на нее специальной обязанности совершать положительные действия; совершено, санкционировано или по неосторожности допущено советом директоров или высокопоставленным агентом-управляющим, действующим в пределах своего служебного положения в интересах корпорации и т.п. (§ 20.20)3.

Руководствуясь положениями указанных ранее конвенций, ратифицирован- ш ных РФ, и уголовно-правовых актов иностранных государств, можно рассуждать | о возможности привлечения юридического лица к уголовной ответственности а за определенные преступления. О

Ещё одним аргументом в пользу введения уголовной ответственности для про- О

изводителей автономного транспорта является ее морально-этическая обуслов- О

о

ленность, поскольку при невозможности достоверного установления виновного а физического лица альтернативой реакции государства на совершённое престу- | пление будет привлечение к уголовной ответственности виновного юридического О лица. Так, рассматривая процесс производства и эксплуатации автономного ю

"О

транспортного средства, можно отметить, что само беспилотное средство как |

агрегат состоит из непосредственно транспортного средства и снабжающей его к

системы искусственного интеллекта. В производстве обеих составляющих уча- а

ствует огромное количество работников, которые не только выполняют четко |

закрепленные за ними функции (при сборке отдельных элементов транспортного ||

средства), но и работают в коллективе (при разработке программного кода для ¡§

системы искусственного интеллекта). Соответственно, если, например, в до- 1

рожно-транспортном происшествии с участием беспилотника будет причинен )

тяжкий вред здоровью гражданина, однако установить конкретное физическое 2 лицо (лиц), виновное в преступлении, не представится возможным, то с позиции

1 См.: Crimes and criminal procedure. URL: https://www.legislationline.org/download/id/8301/ file/ USA_title_18_us_code_crimes_2017_en.pdf (дата обращения: 15.03.2022).

2 См.: Grimshaw v. Ford Motor Co. Cal. 119 Cal. App. 3d 757. 174 Cal. Rptr. 348 App. 3d. 1981.

3 См.: Consolidated Laws of New York's Penal code. URL: https://ypdcrime.com/penal.law/ article20.php#p20.20 (дата обращения: 15.03.2022). 189

действующего законодательства уголовное дело с большой долей вероятности будет прекращено либо же вовсе не возбуждено по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 24 УПК РФ (отсутствие в деянии состава преступления), либо по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 27 УПК РФ (непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления)1. Очевидно, что в этих условиях охрана прав и свобод человека и гражданина, общественного порядка и общественной безопасности (ч. 1 ст. 2 УК РФ) не будет обеспечена в полном объеме. Не будет восстановлена и социальная справедливость, ключевые идеи которой связаны с защитой интересов потерпевшего и формированием в общественном сознании убеждённости в неотвратимости наказания. Именно поэтому уголовная ответственность юридического лица будет являться наиболее эффективным средством разрешения возникшего социального и правового конфликта.

В связи с осмысливаемым вопросом представляет интерес подход С. А. Симо-няна и А.С. Гамбаряна. Статья авторов, хотя и посвящена исследованию другой уголовно-правовой и криминологической проблемы, содержащееся в ней методологическое решение рассматриваемых проблем является верным и уместным в контексте настоящего исследования [10, с. 240]. Так, во Франции при наличии вреда, причиненного в результате осуществления медицинской деятельности, и при отсутствии вины докторов и иного медицинского персонала вина презю-мируется за соответствующей медицинской организацией, а вред возмещается за счет фонда национальной солидарности2.

Приведенные аргументы позволяют рассуждать о возможности привлечения производителя беспилотного транспортного средства к уголовной ответственности при наличии так называемой объективной формы вины, поскольку применение мер уголовно-правового воздействия не требует доказывания вины конкретной личности в определенных случаях (например, когда дорожно-транспортное происшествие с участием автономного транспортного средства произошло по причине наличия каких-либо технических неисправностей транспортного средства либо вызвано отклонениями в функционировании искусственного интеллекта). При этом должно быть доказано, что компания проявила, как минимум, небрежность в отношении дефектов, рисков и потенциальных опасностей, связанных с использованием своей продукции.

Указанные обстоятельства позволяют задуматься о потенциальной квалификации рассматриваемых преступлений. Прежде всего следует руководствоваться имеющимися в УК РФ составами преступлений и с учётом фактически наступивших общественно опасных последствий, а также формы вины квалифицировать содеянное по соответствующей статье/статьям Особенной части УК РФ. Так, при умысле юридического лица, производящего, обслуживающего или непосредственно эксплуатирующего беспилотное транспортное средство, на причинение смерти или вреда здоровью человека, содеянное в зависимости от наступивших последствий надлежит квалифицировать, соответственно, по

1 См.: Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (с изм. и доп. от 9 марта 2022 г., № 51) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2000. № 52, ч. I, ст. 4921; Российская газета. 11 марта.

2 См.: Кодекс общественного здравоохранения Франции [Code de la santé publique]. URL: https://www.legifrance.gouv.fr/affichCode.do?cidTexte=LEGITEXT000006072665&dateTex

190 te=20181005 (дата обращения: 30.01.2022).

ст. 105, 111, 112 или 115 УК РФ, инкриминируя их в случае необходимости по совокупности со ст. 273 УК РФ.

Особое внимание должно уделяться привлечению к уголовной ответственности юридического лица по ст. 238 УК РФ, предусматривающей ответственность за производство, хранение, перевозку в целях сбыта, а также сбыт товаров и продукции, оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, что имеет особую актуальность в современных условиях, когда автономные транспортные средства повсеместно позиционируются как более безопасный аналог привычному автотранспортному средству. В случае если указанные нарушения, связанные с производством и эксплуатацией беспилотного транспорта, повлекли за собой по неосторожности тяжкий вред здоровью либо смерть человека, применению подлежит п. «в» ч. 2 либо ч. 3 ст. 238 УК РФ.

Очевидно, что дальнейшее развитие сферы беспилотного транспорта повлечет за собой изменение понятийно-категориального аппарата транспортного права и законодательства, что сделает возможным применение к юридическим лицам некоторых норм главы 27 УК РФ (ст. 264, 266).

Резюмируя изложенное, следует отметить, что в современных реалиях, как и с момента зарождения юридических лиц, их деятельность в основном направлена на обслуживание потребностей рынка. Эксплуатация беспилотного транспорта обладает рядом экономических преимуществ, позволяющих предположить их скорейшее повсеместное внедрение. Производители беспилотников безоговорочно являются субъектами как частного, так и публичного права, выступают в гражданских правоотношениях от своего имени и отвечают по обязательствам всем принадлежащим им имуществом. ш

Во

свете исторического опыта отечественного уголовного права, всегда при- |

знававшего субъектом преступления исключительно физическое лицо, сложно а

представить, чтобы не учитывался весь предшествующий экономический и по- О

литический процесс развития государства, в котором формальное воплощение О

уголовной ответственности корпорации так и не нашло свое отражение. О

о

Несмотря на это, совокупность имеющихся теоретических изысканий, зару- а

бежный уголовно-правовой опыт и международные правовые акты позволяют в

утверждать, что признание производителя автономных транспортных средств — О

юридического лица субъектом преступления представляет собой неизбежный р

процесс обновления классической формулы уголовной ответственности физиче- |

ского лица. По нашему мнению, при решении вопроса об уголовной ответствен- к

ности производителя следует напрямую исходить из имеющейся социальной а

опасности правонарушения, выражающейся в причинении или создании угрозы |

причинения серьёзного имущественного ущерба либо вреда жизни или здоровью |

личности в процессе эксплуатации беспилотников. ¡г

Основателю социологической школы права Франц фон Листу принадлежат 1

слова о том, что законодательство будущего будет глубоко отличаться от зако- )

нодательства настоящего [11, с. 151]. На наш взгляд, признание производителя 2 беспилотников субъектом уголовной ответственности — закономерный и неизбежный шаг на пути становления уголовного законодательства будущего. Классического, строго определенного и единообразного подхода к пониманию уголовной ответственности юридического лица не существует. Однако правотворцу следует стремиться к модернизации отечественного законодательства, его

интеграции в мировую правовую систему. Современному правовому российскому 191

государству необходим институт уголовной ответственности юридических лиц, что продиктовано социально-экономическими причинами, нравственной обусловленностью нового социума, а также необходимостью существования эффективных мер защиты социальных интересов личности, общества и государства.

Библиографический список

1. Morgan Stanley & Co (2013). Autonomous Cars: Self-Driving the New Auto Industry Paradigm. New York // Morgan Stanley Blue Paper. Nov. 6. P. 1-109.

2. Лазуткина В.С., Покусаев О.Н., Куприяновский В.П., Синягов С.А. Экономические эффекты автономных (беспилотных) автомобилей // International Journal of Open Information Technologies. 2019. № 2. С. 66-80.

3. Курганская Е.В., Працко Г.С. Охранительная функция права в системе функций права и государства // Современная юриспруденция: актуальные вопросы, достижения и инновации: сборник статей XII Международной научно-практической конференции (25 сентября 2018 г.). Пенза: Наука и Просвещение, 2018. С. 11-14.

4. Беспилотники на дорогах России (уголовно-правовые проблемы) / под ред. А.И. Чучаева. М.: Проспект. 2021. 520 с.

5. Зайнуллина Э.Ф. Особенности понимания вины в отношениях гражданско-правовой ответственности с участием беспилотных транспортных средств // Тенденции развития науки и образования. 2019. № 47-4. С. 35-37.

6. Белогриц-Котляревский Л.С. Учебник Русского Уголовного права. Общая и особенная часть. Киев; Петербург; Харьков: Южно-Русское Книгоиздательство Ф.А. Ио-гансона, 1903. 625 с.

7. Кибальник А.Г., Волосюк П.В., Демин С.Г. Вопросы уголовной ответственности юридических лиц. М.: Юрлитинформ, 2017. 192 с.

8. Федоров А.В. Уголовная ответственность юридических лиц и цифровая экономика // Право и цифровая экономика. 2021. № 1 (11). С. 5-12.

9. Мацкевич И.М. Причины экономической преступности: учебное пособие. М.: Проспект, 2017. 272 с.

10. Симонян С.А., Гамбарян А.С. Необходимость и проблемы правосубъектности искусственного интеллекта // Юридическая техника. 2021. № 15. С. 237-240.

11. Франц фон Лист. Уголовное право. Общая часть. М., 1903. 334 с.

References

1. Morgan Stanley & Co (2013). Autonomous Cars: Self-Driving the New Auto Industry Paradigm. New York // Morgan Stanley Blue Paper. November 6. P. 1-109.

2. Lazutkina V.S., Pokusaev O.N., Kupriyanovsky V.P., Sinyagov S.A. Economic Effects of Autonomous (Unmanned) Cars // International Journal of Open Information Technologies. 2019. No. 2. P. 66-80.

3. Kurganskaya E.V., Pratsko G.S. The Protective Function of law in the System of Functions of Law and the State // Modern Jurisprudence: Current Issues, Achievements and Innovations: Collection of Articles XII of the International Scientific and Practical Conference (September 25, 2018). Penza: Science and Education, 2018. P. 11-14.

4. Drones on the Roads of Russia (Criminal Law Problems) / edited by A.I. Chuchaeva. M.: Prospect. 2021. 520 p.

5. Zainullina E.F. Features of Understanding Guilt in Civil Liability Relations Involving Unmanned Vehicles // Trends in the development of science and education. 2019. No. 47-4. P. 35-37.

6. Belogrits-Kotlyarevsky L.S. Textbook of Russian Criminal Law. The general and special part. Kiev-Petersburg-Kharkov: South Russian Publishing House of F.A. Iogan-son, 1903. 625 p.

7. Kibalnik A.G., Volosyuk P.V., Demin S.G. Issues of Criminal Liability of Legal Entities. M.: Yurlitinform, 2017. 192 p.

8. Fedorov A.V. Criminal Liability of Legal Entities and the Digital Economy // Law and the digital economy. 2021. No. 1 (11). P. 5-12.

9. Matskevich I.M. The Causes of Economic Crime: textbook. M.: Prospect, 2017. 272 p.

10. Simonyan S.A., Gambaryan A.S. Necessity and Problems of Legal Personality of Artificial Intelligence // Legal technique. 2021. No. 15. P. 237-240.

11. Franz von List. Criminal Law. The general part. M., 1903. 334 p.

о

го

о ^

О

Sc о

n

д

QJ T3

0 т го

п>

1 I о Sc

5

тз

S

д

х

X ф

о

X

о

Sc а ж ш

д

ф §

ю

II 4

(Л