Певица разговорного жанра

рассказывает Юрий Яроцкий

Лори Андерсон никогда не была похожа на звезду авангарда, не похожа она и сейчас — приятная тихая женщина, не похоже, чтобы с бурным прошлым. В то время как на самом деле и звезда, и с прошлым. В Москву она приезжает с концертом, но слово "певица" или "музыкант" по отношению к ней не совсем корректно, правильное ее название — performance artist. Выступления Лори Андерсон — это и музыка, которую она играет как в одиночестве, так с другими музыкантами, и мелодекламация, и просто чтение стихов, и пение.

Ее ранние записи практически не сохранились — они если и делались, то случайно и исключительно для личного пользования. Зато известно, где они производились, и это очень важно. Вся карьера Лори Андерсон связана с Нью-Йорком. А началась она в 1970-х годах. То есть тогда, когда этот город переживал один из своих самых ярких культурных расцветов. Там было все — от клуба Studio 54 до интеллектуального американского панк-рока, от Энди Уорхола до пионера в области гитарного шума Гленна Бранки. В этой пестрой компании Лори Андерсон сумела показаться своей. Поначалу она вела себя совсем уж записной авангардисткой (выступала на коньках, которые были вморожены в лед; выступления длились до тех пор, пока лед не растает). Но потом нашла себя в мелодекламации — стиле, при помощи которого до нее никому не удавалось стать звездой.

При этом Лори Андерсон — выходец из того тихого и уютного арт-мира, где получают гранты, открывают небольшие выставки, а потом читают про себя небольшие милые рецензии. Лори Андерсон даже и к этому не стремилась. Свою карьеру она начала с получения высшего образования по истории искусств и работы арт-критиком, а такой старт если и приводит к успеху, то не в искусстве, а где-то очень рядом с ним. По идее она должна была стать куратором, сотрудником какого-нибудь прогрессивного издательства, может быть, писателем. Но Лори Андерсон о будущем не задумывалась, а просто как-то старалась делать то, что считала нужным. Защитила диплом в Колумбийском университете, устроилась работать арт-критиком и по ходу дела творила что-то сама, не слишком рассчитывая на признание. В самом деле, глупо было бы говорить даже о шансах на успех Симфонии для автомобильных гудков, одного из первых самостоятельных художественных опытов Лори Андерсон. Такое делают просто для себя, для друзей, а совсем не для публики. Но так получилось, что она оказалась в нужном месте в очень нужное время.

Нью-йоркский авангард конца 70-х--начала 80-х годов прошлого века во многом определил будущее культуры. Техно, современная живопись, хип-хоп, новая литература, грандж, современный гитарный инди-рок — все это во многом было придумано там и тогда. Первопроходцы в этих жанрах в большинстве своем звездами не стали. Не стала и Лори Андерсон — ну, то есть почти не стала. В 1981 году для большого проекта под названием "Соединенные Штаты" она написала песню "Oh Superman", произведение с очень сложным происхождением. Песня была усовершенствованной кавер-версией арии из одной из опер французского композитора Жюля Массне, более всего известного как автор оперы "Манон". Ария называлась "O Souverain, o juge, o pere" ("О господин, о судья, о отец"). Лори Андерсон заменила слово Souverain на Superman, позаимствовала кое-что из Геродота и Дао Дэ Дзина, вместо музыки в качестве аккомпанемента положила закольцованное собственное взволнованное вздыхание "ах-ах-ах" и закончила все словами: "Так что, мама, держи меня в своих руках./ Длинных руках. Автоматических руках./ Электронных руках./ Нефтехимических руках".

Из такой песни просто не мог получиться хит, но он, тем не менее, получился — за океаном, в Англии, где "Oh Superman" совершенно неслыханным для нью-йоркской авангардистки образом заняла второе место в национальном чарте. К этому успеху приложил руку Джон Пил — знаменитый диджей и подвижник, которого на тот момент эта песня свела с ума, и он совал ее куда только мог. Но делал он так со многими песнями, при этом такого, что получилось у него с Лори Андерсон, ни до, ни после не получалось. Английский слушатель не то чтобы оценил текст, проникся оригинальностью музыкальной основы или сложностью использованных первоисточников. Просто все вместе оказалось очень эффектно и вместе с тем загадочно. А авангард становится популярным именно в таких случаях. Хитов у Лори Андерсон больше не было, хотя инерция успеха 20 лет поддерживала ее контракт с мейджором Warner Brothers (сейчас она выпускает пластинки на фирме Nonesuch Records, саблейбле Warner, где в разные времена записывались в числе прочих такие люди, как Анджело Бадаламенти, Жоао Жильберто, Брайан Уилсон, Филипп Гласс и Гия Канчели).

Записываться с Лори Андерсон в разные периоды считали за честь такие разные люди, как выдающийся битник Уильям Берроуз, гениальный саунд-продюсер Брайан Ино, звезда гитарного авангарда Арто Линдсей, обаятельный джазовый вокалист Бобби Макферрин, даже знаменитый комик Энди Кауфман, увековеченный Милошем Форманом в фильме "Человек на Луне".

Еще с одним человеком, отнюдь не последним в популярной музыке,— Лу Ридом ее на много лет связали романтические отношения. На, возможно, лучшем диске Лори Андерсон — пластинке "Bright Red" 1994 года — он исполнил партию второго голоса. Получилось совершенно удивительно: в заглавной песне, чередуя слова, два голоса произносят "Твоя рубашка на моем стуле", создавая просто невероятное эротическое напряжение.

Лори Андерсон всегда удавалось, несмотря на свое иногда очень непростое творчество, казаться какой-то очень простой и даже наивной. Хотя, конечно, при этом ей нельзя отказать в хватке, которая так необходима в мире современного авангарда. Так, помимо внушающего уважение списка людей, с которыми ей довелось поработать, к примеру, она получила от NASA грант и статус так называемого artist in residence — человека, которому предоставлена возможность изучить организацию изнутри, чтобы впоследствии тем или иным образом что-то про нее увековечить. Приглашение в сферу высоких технологий она с некоторой точки зрения заслужила. К примеру, для того, чтобы исполнять свои произведения вживую, Лори Андерсон изобрела два совершенно новых музыкальных инструмента — особую электрическую скрипку, в которой использовалась заранее записанная магнитная лента, и так называемый talking stick — устройство, расщепляющее звуки на мельчайшие составляющие, которые потом можно использовать по своему усмотрению.

Не послушав записей Лори Андерсон, не прочитав ее текстов, а только лишь узнав биографию, можно даже подумать, что, пытаясь быть ни на кого не похожей, она старается компенсировать какие-то свои творческие недостатки. Но нет. Просто она записывала музыку, на фоне которой она читала стихи настолько авангардные, насколько того требовала окружающая ее культура и ее собственная авангардная жизнь.

Московский дворец молодежи, 26 апреля, 19.00