Деятельное раскаяние как составная часть досудебного сотрудничества обвиняемого с органом следствия

Проблемы и вопросы уголовного права уголовного процесса и криминалистики

УДК 343.234.5

ДЕЯТЕЛЬНОЕ РАСКАЯНИЕ КАК СОСТАВНАЯ ЧАСТЬ ДОСУДЕБНОГО СОТРУДНИЧЕСТВА ОБВИНЯЕМОГО С ОРГАНОМ СЛЕДСТВИЯ

Г. В. Абшилава, кандидат юридических наук, президент Международного центра прав

и интересов юридических и физических лиц

В статье анализируется объективный состав досудебного соглашения о сотрудничестве с органом следствия. Отдельные обстоятельства, которые могут входить в предмет соглашения, сравниваются с составом деятельного раскаяния, а также явкой с повинной. Объясняются различие и сходство между институтом деятельного раскаяния и обстоятельствами, смягчающими ответственность, которые могут образовать предмет досудебного соглашения сторон о сотрудничестве.

Ключевые слова: досудебное соглашение, деятельное раскаяние, явка с повинной.

По поводу правовой природы и содержания деятельности обвиняемого, ставшей предметом досудебного сотрудничества, в науке высказываются различные точки зрения. Некоторые ученые проводят прямую аналогию между институтом досудебного соглашения о сотрудничестве и институтом деятельного раскаяния1. Вряд ли можно согласиться с утверждением о том, что мы имеем дело просто с «квалифицированным» случаем деятельного раскаяния, т.е. уже известным нашему праву обстоятельством, смягчающим уголовную ответственность2. Однако и отрицать близость анализируемых институтов трудно.

Очевидно, что правовая процедура, регламентированная гл. 40.1 УПК РФ, - это форма применения норм, заключенных в ст. 6163.1 УК РФ, или, иначе сказать, уголовноправовых норм, регламентирующих реализацию уголовной ответственности. Прекращение уголовного дела (преследования) ввиду деятельного раскаяния - это иная форма правоприменения. Развивая нашу мысль, скажем, что формой применения и в том, и в другом случае являются отчасти совпадающие по своему содержанию уголовно-правовые нормы. Предметом соглашения сторон, а соответственно уголовно-правовым фундаментом института досудебного соглашения являются обстоятельства, предусмотренные пунктами «и» и (или) «к» ч. 1 ст. 61 и ст. 62 УК РФ, и

также иные обстоятельства, которые могут подпадать под состав деятельного раскаяния, предусмотренного в ст. 75 УК РФ и примечаниях к ряду статей Особенной части УК РФ. Важнейшей институциональной чертой процедуры, регламентированной гл. 40.1 УПК РФ, является ее договорной характер, т.е. обязательства по соглашению имеют двусторонний характер, условия соглашения формируются, хотя и в рамках закона, но по воле сторон.

Таким образом, хотя речь идет о разных уголовно-процессуальных институтах, есть смысл провести сравнительный анализ потенциальных элементов предмета досудебного соглашения о сотрудничестве, касающихся посткриминального позитивного поведения обвиняемого, и таких, несомненно, родственных ему явлений, как явка с повинной, признание вины, согласие с обвинением и др. У предмета досудебного соглашения и деятельного раскаяния, безусловно, есть общее ядро, позволяющее говорить о наличии между ними если не родства, то близости. В то же время очевидно, что между ними есть и различия.

Деятельное раскаяние определяется в ст. 75 УК РФ как добровольная явка лица после совершения преступления с повинной, способствование раскрытию и расследованию совершенного им преступления, возмещение причиненного ущерба или иным образом заглаживание вреда, причиненного в результате

Уголовный закон указывает в качестве признаков деятельного раскаяния на добровольную явку с повинной, активное способствование раскрытию преступления, изобличение других соучастников преступления и розыск имущества, добытого преступным путем, а также оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение имущественного ущерба, а также физического и морального вреда, причиненных в результате преступления, или иным образом заглаживание вреда, причиненного потерпевшему (п. «и», «к» ст. 61, 75 УК РФ).

Следователь и суд обязаны установить «состав деятельного раскаяния»: объект, объективную сторону, субъект, субъективную сторону6. Деятельное раскаяние предполагает добровольность. Оно предполагает признание обвиняемым своей вины в совершении преступления, но, кроме того, включает в себя действия, которые направлены на помощь государству в борьбе с преступностью и возмещение вреда потерпевшему. Подчеркнем, деятельным раскаянием охватываются правомерные действия, направленные, с одной стороны, на удовлетворение претензий потерпевшего, а, с другой стороны, способствующие производству по делу; последствия этих действий, причинная связь между указанными

действиями и их последствиями. Два или несколько таких действий должны рассматриваться в их единстве и взаимосвязи. Должна быть установлена совокупность обстоятельств, указанных в ст. 61 и 75 УК РФ. Наличие лишь одного из них должно пониматься не как деятельное раскаяние, а как отдельное смягчающее ответственность обстоятельство согласно ст. 61 УК РФ.

Деятельное раскаяние может проявиться как до изобличения виновного, так и после предъявления ему обвинительных доказательств. Закон не связывает наступление каких-либо правовых последствий с причинами возникновения деятельного раскаяния у лица, совершившего преступление, оно может явиться результатом целенаправленных действий со стороны органов, ведущих процесс, или наступить исключительно в силу внут-

7

ренних причин .

В п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающее обстоятельство сформулировано так: явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления». В ч. 2 ст. 3171 УПК РФ говорится о «содействии следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления».

Сквозным понятием для вышеприведенных определений является следующее действие - «способствование раскрытию и расследованию преступления». Но если в деятельном раскаянии речь идет о способствовании обвиняемым в раскрытии и расследовании только «своего» преступления, то при досудебном соглашении обвиняемому необходимо поспособствовать раскрытию и расследованию не только тяжкого или особо тяжкого преступления (преступлений), совершенного (совершенных) им самим, но и преступлений, совершенных другими лицами, т.е. без его участия. «Содействие в изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления» надо истолковать в широком смысле: не только соучастников по инкриминируемому обвиняемому преступлению, но и других лиц, о преступной деятельности которых известно обвиняемому.

Следует согласиться с теми, кто говорит о двух разновидностях смягчающего обстоя-

преступления. Исходя из ст. 75 УК РФ и ст. 28 УПК РФ можно сделать вывод, что деятельное раскаяние подразумевает полное признание вины обвиняемым, что выражается не только в словесном раскаянии, но подтверждается его конкретными действиями. X. Аликперов включает в состав «позитивного посткриминального поведения» указание на соучастников преступления; оказание помощи в их обнаружении, в необходимых случаях - задержании и доставлении в органы внутренних дел; правдивое изложение всех обстоятельств совершенного, активное участие в следственных действиях; помощь в отыскании вещественных доказательств и

3

т.д.

По мнению большинства специалистов, институт деятельного раскаяния представляет собой самостоятельный институт в уголовном праве и уголовном процессе4. При этом справедливо отмечается, что деятельное раскаяние есть «собирательное», «эклективное» основание освобождения от уголовной ответственности5, объединяющее в себе различные по своей юридической природе явления.

тельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ: 1) смягчающее обстоятельство, указанное в п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, которое может выражаться в явке с повинной, активном способствовании раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления, - без заключения досудебного соглашения о сотрудничестве; 2) смягчающее обстоятельство, которое может включать в себя перечисленные в п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ позитивные посткрими-нальные действия, а также и другие действия, которые стали предметом досудебного соглашения сторон о сотрудничестве8.

В содержательном плане указанные обстоятельства одни и те же. Однако в первом случае речь идет не о договорном позитивном, посткриминальном поведении обвиняемого, не о результатах реализации досудебного соглашения о сотрудничестве, а о тех действиях обвиняемого, которые следователь может, а иногда даже должен квалифицировать как собственно «деятельное раскаяние». Поведение обвиняемого здесь носит односторонний характер; во всяком случае оно не является следствием предварительного соглашения со стороной обвинения. Обвиняемый, скорее всего, рассчитывает на смягчение ответственности или даже полное освобождение от нее, но государство в лице правоохранительных органов предварительно специального соглашения по этому поводу с ним не заключает. Когда же мы говорим о второй ситуации, то она является результатом волеизъявления сторон, ее элементы были предварительно предметом соглашения, воплотились в систему обязательств с обеих сторон. Причем со стороны обвиняемого обязательно требуется совершать конкретные действия: участвовать в процессуальных действиях, оперативно-розыскных мероприятиях и пр. Со стороны государства обязанность по соглашению состоит в применении норм УК РФ и УПК РФ, регулирующих применение к виновному поощрительных мер, если последним будут выполнены условия соглашения. Как уже отмечалось, предметом соглашения не обязательно должны быть все элементы того юридического состава, что предусмотрен п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

На усмотрение сторон любое из обстоятельств, входящих в состав деятельного раскаяния, может стать предметом досудебного

соглашения. Совсем не обязательно предметом соглашения должна быть вся совокупность позитивных посткриминальных действий обвиняемого, о которых говорится в ч. 2 ст. 62 УК РФ. В этом плане мы не можем согласиться с позицией тех авторов, которые настаивают на том, что по любому делу обязательно должна быть вся совокупность такого рода смягчающих обстоятельств. Органы следствия и прокуроры в зависимости от ситуации уполномочены делать предметом соглашения как всю совокупность смягчающих обстоятельств, перечисленных в п. «и» и (или) «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, так и двух или даже хотя бы одного из них (ввиду его особой значимости).

Соглашением о сотрудничестве может быть придана обязательная сила тем или иным элементам возможного сотрудничества, о которых говорится в законе. Это может быть или помощь в раскрытии тяжкого или особо тяжкого преступления, совершенного самим обвиняемым в соучастии с другими лицами, путем изобличения обвиняемым этих лиц, или помощь в раскрытии иных тяжких, особо тяжких преступлений, к которым сам обвиняемый не причастен, или содействие в розыске имущества, полученного преступным путем как самим обвиняемым, так и другими лицами. При этом, на наш взгляд, речь может идти или об имуществе, ставшем предметом тяжкого или особо тяжкого преступления, совершенного обвиняемым в соучастии с другими лицами, или о любом ином имуществе преступного происхождения, о котором известно обвиняемому. Содействие должно состоять не только в указании на местонахождение такого имущества, но и в изъятии, наложении ареста на данное имущество, доказывании его преступного характера.

Стороны вправе определять и иные условия сотрудничества, не прописанные в законе. Главное, чтобы они не носили противоправный характер; что же касается аморальности, то моральными следует считать любые действия со стороны обвиняемого, направленные на помощь органам следствия и суда в достижении правомерных целей института досудебного соглашения. Обязательное наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, не исключает существование иных договоренностей между сторонами по поводу взаимных обязательств, в том числе обязательств обвиняемого совершить какие-либо действия, подпадающие в

широком смысле под понятие деятельного раскаяния.

Сотрудничество обвиняемого с органами следствия выходит за рамки обвинения, предъявленного обвиняемому (при том, что предполагает его наличие и как бы наслаивается на него), фактически оно может охватывать самый широкий круг вопросов, связанных с оказанием содействия следствию9. Так что содержание собственно «деятельного раскаяния» как бы растворяется в перечне тех действий, которые потенциально могут стать предметом досудебного сотрудничества.

С. А. Касаткина справедливо указывает на то, что для оценки досудебного соглашения о сотрудничестве решающее значение имеет не признание обвиняемым своей вины, а выполнение им обязательств по оказанию содействия следствию в раскрытии и расследовании групповых преступлений, что может повлечь рассмотрение уголовного дела в особом порядке10. Мы считаем, что сотрудничество возможно при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением, требовать же от обвиняемого полного раскаяния, в том числе, например, возмещения причиненного преступлением вреда или иного заглаживания вреда прокурор вправе, но не обязан.

Несмотря на то что в гл. 40.1 УПК РФ нигде не упоминается явка с повинной как необходимый атрибут сотрудничества, надо заключить, что его содержательный момент (добровольное сообщение новых данных о преступлении) присутствует в данном институте. Еще важнее то, что явка с повинной входит в состав деятельного раскаяния и в состав смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ. В связи с этим имеет смысл остановиться на рассмотрении вопроса о значении явки с повинной для состоятельности досудебного сотрудничества.

Явка с повинной в узком смысле является поводом для возбуждения уголовного дела. Однако в правовом обиходе данное понятие наделено рядом признаков, позволяющих его квалифицировать как смягчающее уголовную ответственность обстоятельство, которые стоит привести. Важно иметь в виду то, что данное понятие было предметом многочисленных разъяснений Верховного Суда РФ, сделанных по ряду конкретных уголовных дел. Им в числе прочего было отмечено: 1) добровольное заявление лица правоохранительным органам о совершенном им преступ-

лении должно рассматриваться как явка с повинной, если на момент явки органам не было известно о причастности этого лица к совершению преступления11; 2) как явка с повинной рассматривается заявление лица, привлеченного к уголовной ответственности, о совершении им иных преступлений, неизвестных органам предварительного расследования12; 3) уголовно-процессуальный закон не связывает явку с повинной с условиями, в которых находилось в то время лицо, явившееся с повинной, и если заявление обвиняемого о добровольной явке в милицию не опровергнуто, суд должен признать наличие явки с повинной и дать ей надлежащую правовую оценку13; 4) если при допросе в качестве свидетеля лицо изъявило желание написать заявление о явке с повинной, а сотрудники милиции не располагали достоверными данными о его причастности к преступлению, то данное сообщение следует признать явкой с повинной14; 5) согласно п. 6 ч. 2 ст. 74, ст. 140 и ст. 142 УПК РФ заявление о явке с повинной может являться доказательством по делу в случаях, когда отсутствуют обстоятельства, препятствующие признанию его допустимым доказательством (ст. 75 УПК РФ), и при выполнении требований к допустимости доказательств заявление о явке с повинной может быть предъявлено присяжным заседателям в качестве обвинительного доказательства15.

Явка с повинной составляет, так сказать, «плавающий элемент» в юридическом составе основания досудебного соглашения о сотрудничестве: она может быть, но может и отсутствовать. Желание сотрудничать со следствием у обвиняемого может возникнуть и после того, как он будет изобличен в совершенном преступлении, в таком случае явка с повинной отсутствует, но смягчающее обстоятельство возникает, поскольку ценность сотрудничеству придают другие обстоятельства.

Поэтому явка с повинной может входить в качестве одного из элементов в состав смягчающего ответственность обвиняемого обстоятельства (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ) и может быть предметом досудебного соглашения о сотрудничестве (например, обвиняемый обязуется сообщить о неизвестных тяжких преступлениях, совершенных им самим и другими лицами). Присущий явке с повинной признак добровольности сотрудничества с органом уголовного преследования пронизывает весь институт, регламентированный гл. 40.1 УПК РФ, однако не делает саму явку

обязательным атрибутом сотрудничества по соглашению.

Обязательным условием заключения соглашения о сотрудничестве являются согласие обвиняемого с предъявленным обвинением, дача им признательных показаний. Если другие элементы состава обстоятельства, смягчающего ответственность (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), связанные с изобличением иных лиц в совершении тяжких или (и) особо тяжких преступлений, могут присутствовать в действиях обвиняемого не в полном объеме, то согласие обвиняемого с предъявленным обвинением должно быть.

В п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 января 2007 г. № 2 говорится: «Явка с повинной в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, учитывается в тех случаях, когда лицо в устном или письменном виде добровольно сообщило органу, осуществляющему уголовное преследование, о совершенном им или с его участием преступлении (ст. 142 УПК РФ). Сообщение о преступлении, сделанное лицом после его задержания по подозрению в совершении преступления, не исключает признания этого сообщения в качестве смягчающего наказание обстоятельства. Если же органы следствия располагали сведениями о преступлении (показаниями потерпевших, свидетелей, процессуальными документами и т.п.) и задержанному лицу было известно об этом, то подтверждение им факта участия в совершении преступления не может расцениваться как явка с повинной, а признается в качестве иного смягчающего наказание обстоятельства (например, изобличение других участников преступления). Если сообщение лица о совершенном с его участием преступлении в совокупности с другими доказательствами положено судом в основу обвинительного приговора, то данное сообщение может рассматриваться как явка с повинной и в том случае, когда лицо в ходе предварительного расследования или в судебном заседании изменило свои показания. Сообщение лица, задержанного по подозрению в совершении конкретного преступления, об иных совершенных им преступлениях, неизвестных органам уголовного преследования, следует признавать как явку с повинной и учитывать при назначении наказания при осуждении за эти преступления. При совокупности совершенных преступлений явка с повинной как обстоятельство, смягчающее наказание, учитывается при на-

значении наказания за преступление, в связи с которым лицо явилось с повинной»16. Необходимо обратить внимание в связи с данным определением на то, что явка с повинной, сделанная даже после изобличения обвиняемого органом предварительного расследования, может быть признана смягчающим обстоятельством, если сопровождалась «изобличением других участников преступления». Явка с повинной может быть связана как с самоизобличением, так и с изобличением соучастников совершенного преступления. В последнем случае полезность явки, естественно, повышается.

По общему правилу, одной явки с повинной, одного деятельного раскаяния обвиняемого недостаточно, чтобы состоялось досудебное соглашение, при оказании содействия обвинительной власти нужен выход за пределы того обвинения, которое предъявляется самому обвиняемому; ему недостаточно раскаяться в содеянном, важно оказать содействие в раскрытии иных преступлений.

На это прямо указывается в п. 1.14 Приказа Генеральной прокуратуры РФ от 15 марта 2010 г. № 107, содержащем запрет на внесение представления в порядке ст. 317.5 УПК РФ в случае, когда содействие подозреваемого или обвиняемого следствию заключалось только в сообщении им сведений о его собственном участии в преступной деятельности. Поскольку предметом соглашения может быть сотрудничество в раскрытии только тяжких и особо тяжких преступлений (и никаких других), постольку условиями соглашения могут быть охвачены действия обвиняемого, направленные на раскрытие тяжкого или особо тяжкого преступления, на обнаружение тяжкого или особо тяжкого преступления или возбуждение уголовных дел по таким преступлениям (п. 3 ч. 4 ст. 3177, п. 3 ч. 1 ст. 3175 УПК РФ). Обвиняемому недостаточно раскаяться в содеянном им лично, важнее оказать содействие в раскрытии иных преступлений или изобличить других обвиняемых по делу.

Необходимо иметь в виду то, что если деятельное раскаяние направлено как бы вовнутрь предмета уголовно-правового спора, то досудебное соглашение направлено как вовнутрь, но еще более - за пределы того предмета уголовно-правового отношения, которое возникло между обвиняемым и государством после совершения преступления. Если деятельное раскаяние замыкается рам-

ками деяния, совершенного самим обвиняемым, то досудебное соглашение о сотрудничестве, главным образом, заключается ради получения содействия в раскрытии преступлений, совершенных другими соучастниками данного преступления, а также и для раскрытия иных тяжких, особо тяжких преступлений, совершенных лицами, не причастными к совершению преступления обвиняемым, по которому он привлекается к уголовной ответ-свенности. Благодаря заключенному соглашению о сотрудничестве уголовное преследование реализуется не только и не столько против самого обвиняемого, но обращается против других преступников. Еще одним самостоятельным направлением сотрудничества может быть оказание содействия в розыске имущества, полученного преступным путем как самим обвиняемым, так и другими лицами.

Отличие досудебного соглашения от деятельного раскаяния или признания состоит в том, что обвиняемый обязуется совершить позитивные, посткриминальные действия, направленные на сотрудничество с обвинительной властью в отношении не только инкриминируемого ему преступления, но и других преступных актов, при этом со стороны государства к нему могут быть применены более значимые юридические меры правового поощрения.

Мы не склонны к догматическому толкованию положений закона и поэтому не вполне разделяем следующее утверждение А. Грича-ниченко: «Кроме того, должны быть преступления или уголовные дела, обнаруженные или возбужденные в результате сотрудничества с подсудимым. В противном случае в действиях обвиняемого будет иметь место смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, - активное способствование раскрытию и расследованию преступления (или явка с повинной)»17. На наш взгляд, это слишком узкий подход к пониманию института, образованного гл. 40.1 УПК РФ. Он не учитывает его диспозитивной, согласительной природы. Закон, как нам представляется, только в общих чертах определяет параметры соглашения, а в остальном предоставляет свободу усмотрения сторонам относительно того, в чем должно заключаться сотрудничество. Опять же надо напомнить, что назначение нового института состоит в том,

чтобы обвиняемые содействовали раскрытию тяжких и особо тяжких преступлений. Если без содействия обвиняемого невозможно раскрыть особо тяжкое преступление, совершенное им самим, разыскать имущество, значит, прокурор может заключить с ним соглашение о сотрудничестве. Ставить достижение этой цели в зависимость от мелочных условий и формальностей было бы недальновидно.

1 См.: Александров А. С., Александрова И. А. Соглашение о досудебном сотрудничестве со следствием: правовая сущность и вопросы толкования норм, входящих в гл. 40.1 У11К РФ 11 Уголовный процесс. 2009. № 8. С. 4.

2 Гам же.

3 Аликперов X. Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием 11 Законность. №5. 1999. С. 18.

4 См., например: Головко Л. В. Альтернативы уголовному преследованию в современном праве. СПб., 2002. С. 403^110; Щерба С. 11., Савкин А. В. Деятельное раскаяние в совершенном преступлении. М., 1997. С. 8 и др.; Матвеева Ю., Сумин А. Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием 11 Российская юстиция. 2001. № 9. С. 23-24.

5 Головко Л. В. Указ. соч. С. 404.

6 См.: Щерба С. П., Савкин А. В. Указ. соч. С. 12.

7 Там же. С. 43.

8 См.: 1’ричаниченко А. Особый порядок судебного решения: сравнительный анализ содержания гл. 40 и гл. 40.1 УПК РФ, проблемы их применения 11 Уголовное право. 2010. № 1. С. 84.

9 Александров А. С., Александрова И. А. Указ. соч. С. 3^1.

10 Касаткина С. А. Соглашение о сотрудничестве в российском уголовном процессе 11 Актуальные проблемы уголовного права и уголовного процесса: труды института государства и права РАН. М., 2009. С. 175.

11 Постановление Президиума Верховного Суда РФ от

16 ноября 2005 1'. № 650-1105 11 Бюллетень Верховного

Суда РФ. 2006. №10. С. 18.

12 Постановление Президиума Верховного Суда РФ от

20 ноября 2005 г. № 785-П05 11 Бюллетень Верховного Суда РФ. 2006. №7. С. 19.

13 Постановление Президиума Верховного Суда РФ от

21 сентября 2005 г. № 537-1105 11 Бюллетень Верховного Суда РФ. 2006. №3. С. 9.

14 Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2005 1'. № 635-110511Р 11 Бюллетень Верховного Суда РФ. 2006. № 5. С. 4.

15 Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 16 июля 2004 г. № 89-004-29 сп // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2005. № 6. С. 30.

16 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11 января 2007 г. № 2 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» 11 Российская газета. 2007. № 13.

17 Гричаниченко А. Указ. соч. С. 85.

Статья поступила в редакцию 12 мая 2011 г.