Шесть сонат для скрипки соло Э. Изаи в контексте эволюции скрипичного исполнительства XX века

Шесть сонат для скрипки соло Э. Изаи в контексте эволюции скрипичного исполнительства XX века

Алиева Зарема Эбазеровна

доцент, Крымский инженерно-педагогический университет 295044, Россия, г. Симферополь, ул. Залесская, 76 Alieva Zarema Ebazerovna

associate professor at Crimea Engineering and Teachers'Training Uni\ersity 295044, Russia, Simferopol, str. Zalesska^a, 76

El lubov_lubochka@mail.ru

Статья из рубрики "Музыка и музыкальная культура"

Аннотация. В представленной статье были изучены «Шесть сонат для скрипки соло» Э. Изаи. Здесь представлено сравнение исполнения этих сонат автором и другими исполнителями в контексте эволюции скрипичного исполнительства ХХ века. Цель данной работы - раскрыть специфику влияния исполнительского стиля Э.Изаи на его творчество, как композитора, а также изучить, как повлияли «Шесть сонат для скрипки соло» на развитие профессионального скрипичного исполнительства в ХХ веке. По итогам проведенного исследования необходимо отметить, что каждая соната представляет собой необычное произведение, которое каждый скрипач-исполнитель представляет по-своему. В данной работе были использованы научные методы стилевого, сравнительно-исторического, музыкально-теоретического и

интертекстуального анализа, а также интерпретационно-исполнительские аспекты изучения, которые являются актуальными для «Шести сонат для скрипки соло». Для аналитического изучения музыкального материала этого произведения были рассмотрены историко-эстетические взгляды самого Эжена Изаи. Стоит отметить, что для написания данной статьи были использованы труды по скрипичному исполнительству и работы педагогов-практиков, отечественных ученых, таких как Л. Гинзбург, JI. Раабен, И. Ямпольский, В. Григорьев, А. Алексеев, В. Якубовской и других. Необходимостью решения задач, поставленных вначале написания работы явился факт отсутствия работ, в которых было бы изучено в полной мере практическое исполнительство и которые могли бы удовлетворить интерес тех, кто интересуется творчеством Э.Изаи. Научная новизна работы заключается в том, что здесь обосновывается творческий универсализм Э. Изаи, как исполнителя, композитора и педагога. Это стало основным принципом для изучения и понимания влияния Эжена Изаи на скрипичное исполнительство ХХ века. В работе было доказано, что исполнительское искусство Э. Изаи непосредственно влияет на его композиторское творчество. Рассмотрено, как «Шесть сонат для скрипки соло» Э. Изаи выполнены в разных исполнительских стилях ХХ века.

Ключевые слова: шесть сонат, скрипка соло, скрипичное исполнительство, композитор, музыкант, интерпретация, специфика музыкального языка, средства исполнительной выразительности, штрихи, аккорды

DOI: 10.7256/2454-0625.2017.7.23549

Дата направления в редакцию: 10-07-2017

Дата публикации:

Abstract. In her article Alieva analyzes "Six sonatas for solo violin" composed by Eugene Ysaye. The author gives a comparison of the performance of these sonatas by the author and other performers in the context of the evolution of violin performance in the 20th century. The purpose of this work is to describe specific influence of the performing style of Eugene Ysaye on his work as a composer, and also to study how the "Six Sonatas for Solo Violin" influenced the development of professional violin performance in the 20th century. According to the results of the study, it should be noted that each sonata is an unusual work, which each violinist-performer presents in his or her own way. In this work, scientific methods of stylistic, comparative-historical, musical-theoretical and intertextual analysis were used, as well as interpretative and performing aspects of the study, which are relevant for "Six Sonatas for Violin Solo." For the analytical study of the musical material of this work, the historical and aesthetic views of Ezhene Ysaye himself were considered. In the course of writing the article Alieva has also used researches on violin performance and researches of teachers, performers, and Russian scientists such as L. Ginzburg, JI. Raaben, I. Yampolsky, V. Grigoriev, A. Alekseev, V. Yakubovskaya and others. The need to solve the problems posed at the beginning of the research was caused by the fact that there are no works in which the practical performance would be fully studied and which could satisfy the interest of those who are interested in the work of Eugene Ysaye. The scientific novelty of the work is caused by the fact that Eugene Ysaye's creative universalism is shown as that of an artist, composer and teacher. This has become the basic principle for studying and understanding the influence of Eugene Ysaye on the violin performance of the 20th century. In the work it was proved that the performing art of Eugene Ysaye directly influences his composer's creativity. The author also shows how "Six sonatas for violin solo" were performed in different performing styles of the 20th century.

Keywords: specifics of the musical language, sevitus, musician, composer, violin performance, violin solo, six sonatas, means of performance expression, touches, chords

Эжен Изаи (Eugène Ysaye, 1850-1931) - выдающийся музыкант ХХ века. Его имя навсегда оставила след в истории мирового музыкального искусства. Но, в большинстве источников Изаи представлен как блистательный скрипач-виртуоз, который покорил слушателей своим дарованием и темпераментом. Известно, что он также организовал свой квартет и сотрудничал со многими известными музыкантами. Эжен также был выдающимся педагогом, дирижером, стал профессором Бельгийской консерватории, создал симфоническое общество «Концерты Изаи» и был прекрасным всесторонне развитым общественным деятелем.

Существует объективные обстоятельства, которые повлияли на то, что Эжена Изаи слушатели и исследователи ХХ века воспринимали, как виртуоза. Во-первых, необходимо сказать, что его исполнительское творчество, которое пришлось на завершение XIX и начало XX веков, не было каким-нибудь образом полноценно зафиксировано в звукозаписи, которая в это время только начинала развиваться. Многочисленные восторженные отзывы на выступлениях музыканта и сегодня остаются ценным свидетельством того, что Изаи, действительно был мастером своего дела.

Хочется отметить тот факт, что в портрете Изаи-музыканта несправедливо скромное место занимает композиторское творчество. А ведь его наследие состоит из более 50 сочинений разных жанров. В этом списке есть опера, 3 симфонические поэмы, концерты для мазурки, скрипки с оркестром, поэмы и другие пьесы, написанные для разных

музыкальных инструментов.

Художественный интеллект и большая эрудиция Изаи, как композитора сделали его творчество одной из завершений в историческом противоборстве двух профессий: композитора и исполнителя, носителем которых он являлся. Эжен Изаи прошел такой же трудный путь, как и его учитель Анри Вьетан. На этом пути самосовершенствования занятия композицией стали хорошим толчком для возникновения его творческих размышлений и поисков. На самом же деле, эволюция скрипичного исполнительства, которая прошла от инструментальной культуры барокко к романтической виртуозности XIX века, а дальше к искусству сотворческой интерпретации, которая возникла в ХХ веке, по большому счету связана с именем Изаи, его универсальной личностью, величеством его концертной деятельности и творчества, как композитора. Конечно, основой его творчества стали «Шесть сонат для скрипки соло» ор. 27 (1923).

Цикл Шести сонат стал значительным не только для творчества его автора, но и для музыки ХХ века в целом. Квинтэссенция художественных и технических возможностей скрипки соло - выдающееся сочинение, которое стало одной из завершающих в длительном процессе взаимодействия исполнительского и композиторского направлений творчества Эжена. Стоит сказать, что значительное влияние на сонаты Изаи Э. было оказано скрипичным наследием И.С. Баха, но только в плане того, что Эжен унаследовал эстетику музыкального неоклассицизма, по аналогии, например, с Хиндемитом и Регером. Вместе с тем универсализм Изаи до сих пор остается недооцененным, а его композиторское творчество было прямым продолжением исполнительской деятельности.

Как было известно, что Эжен Изаи написал сонаты вдохновленный исполнением сонат и партит Баха, который выполнял Йожеф Сигети. Есть также и некоторые описания того факта, что сигети услышал импровизации Эжена в барочном стиле, после чего

посоветовал Изаю записать их [10, 14°1. Кроме того, исторические аналогии с эпохой барокко по отношению к композиторскому творчеству Эжена Изаи в большинстве свое не были адекватно освещены, поскольку статьи самого музыканта, в которых раскрывалась и прояснялась специфика того, как он понимает симбиоз «собственного творчества», композиторского и исполнительского в художественном творчестве разных эпох, по большому счету не принимали во внимание. Но, прояснения в этом вопросе дают непосредственно высказывания самого автора, которые например, проявились в статье «Анри Вьетан - мой учитель» П^!.

В этой работе эпохе барокко Эжен отводит стратегически важную роль, поскольку именно в этот период был сформирован его типаж как исполнителя-композитора, которым и ощущал себя Изаи Эжен. По мнения Изаи, творчество скрипачей-композиторов, таких как Антонио Вивальди, Арканджело Корелли, Джованни Баттиста Виотти, Джузеппе Тартини, было неотъемлемой частью исторического процесса становления техники и жанров виртуозного инструментализма в целом. Со временем, когда усложнялась композиторская и исполнительская техники, когда совершенствовался инструментарий, который был традиционным для барокко и эпохи Просвещения симбиоз «личного творческого» и «исполнительски-сотворческого» исчезал. Это, по мнению самого Изаи, обозначало то, что в мире инструментального исполнительства его периода, возникает одна из острых профессиональных проблем.

Во время бесед Изаи и Сигети, Эжен говорил о том, что скрипичный репертуар того времени является достаточно ограниченным, и о том, что он хочет дополнить этот

репертуар чем-то кардинально новым: «Как должно быть это увлекательно сочинять произведение для скрипки, всегда сохраняя, прежде всего, уникальный стиль одного исключительного скрипача». Этот замысел он осуществил в своих сонатах. Интересными «Шесть сонат» являются и в том плане, что здесь собраны музыкальные посвящения шести известным скрипачам современности, таким как Жак Тибо, Йожеф Сигеты, Фриц Крейслер, Джордж Энеску, Мануэло Квирог и Матье Крикбом. С помощью этих сонат Изаи акцентировал внимание на столь важной для него смысловой доминанте в соотношении «собственно творческого» и «исполнительски-сотворческого».

Еще одним важным ресурсом изучения «Шести сонат» в представленной работе -современная их интерпретация со стороны исполнителей. Сегодня все также редко можно услышать их концертное исполнение или студийную запись. Работы, которые были посвящены Эжену Изаи стали появляться еще при жизни мастера. Ведь еще тогда поразил его современников исполнительский дар Э. Изаи. Первые монографические публикации, которые посвящались творчеству известного скрипача Э. Изаи стали значительными для его творчества, определив Эжена как еще одного мирового

скрипача-виртуоза [3, 81-88"".

Об Изаи, как о скрипаче писали известные музыкальные критики и русские музыканты начала ХХ века, которые были почитателями его таланта. Например, А.Оссовский и Н.Кашкин запечатлели для потомков и современников облик Изаи-виртуоза, который открыл для российского слушателя еще в 1901-1907 гг. свой необычный мир инструментального мышления ИЗ".

Кроме этого, о выступлениях Изаи в России писали отзывы Ц. Кюи, Н. Кочетов, Г. Конюс и В. Чешихин. Конечно, ценными для изучения творчества Э. Изаи являются немногие документальные материалы, которые были опубликованы после смерти виртуоза. Первым таким документом стала непосредственно записная книжка, которую вел сам Изаи, а также его письма, в которых музыкант описывал свои наблюдения и выводы. Также есть свидетельства о том, как Эжен Изаи общался со своими друзьями и коллегами Э. Шоссоном, К. Сен-Сансом, С. Франком, В. д'Энди и Г. Форе. Фрагменты текстов

переписки были включены в монографию Антуана Изаи ^ и книгу А. Изаи и Бертрама

Ратклиффа Хочется отметить тот факт, кто на сегодняшний день мир так и не видел полных текстов данных источников. В 1958 году была выпущена книга воспоминаний, в

которой есть мемуары Г. и А. Изаи, а также А. Корто, А. Моозер, Ф. Шмитт, Ж. Сигети [81.

На русский язык были переведены и опубликованы только некоторые письма Эжена Изаи, а также его статья «Антри Вьетан - мой учитель», которую выпустили в Бельгии в

1968 году, а в 1973 году она была переведена на русский язык И2" Детали и штрихи, которые стали чрезвычайно важными для создания данного исследования приходилось собирать по маленьким кусочкам в разной мемуарной литературе и беседах с

музыкантами, которые были записаны: П. Казальсом [14", Ж. Тибо [6", Дж. Энеску [22", В.

д'Энди

С 1940 и до недавнего времени отечественная и зарубежная музыкальная наука, которая изучала творчество Эжена Изаи, занималась только изучением его исполнительского мастерства. Это отражено было в монографии Л. Гинзбурга в статье К. Флеша [366, с 1171 и в очерке Л. Раабена [171, а из недавних работ - в труде Г. Фельдгуна

Единственная работа, которая была выполнена на русском языке - диссертация В. Сандлера «Западноевропейская соната для скрипки соло первой половины ХХ века»

J18!. Она была посвящена жанру сольной скрипичной сонаты. В этой работе «Шесть сонат» Изаи были рассмотрены вместе с сонатами Бартока, Регера, Хиндемита, Онеггера, и были только одним эпизодом в обзоре западноевропейской скрипичной сонаты. При изучении сольных сонат Э. Изаи в современной зарубежной исследовательской практике, в основном лидирует прикладная педагогическая направленность, в которой на первый план выводят технические (исполнительские) аспекты и анализ этого сложного скрипичного материала -Ш.

Кульминационный и инновационный творческий вклад Изаи в развитие скрипичного искусства по определения Karen D. Hoatson, было аргументированно связано тем, что он органично развивался и как скрипач, и как композитор исторических традиций европейской камерно-инструментальной культуры. Кроме того, этому способствовало его необычная манера и данные.

Вместе с тем данная корреляция в развитии европейский традиций виртуозного исполнения и композиторского мышления, которая эволюционировала значительными темпами еще в XIX веке, в качестве феномена «влияния виртуозного романтического исполнительства на композиторское творчество» справедливо была связана с достаточно близким для Изаи типом личности «композитора-виртуоза». Вполне закономерно личность Э. Изаи была представлена также и в современной

диссертационной работе Т. Д. Майтесянаi151, как одна из важных фигур в развитии и межнациональном взаимодействии скрипичных школ Европы.

Значительно изменила положение дел диссертация, представленная С. Нестеровым «Пути развития сонаты для скрипки соло в контексте стилевых, жанровых и

исполнительских исканий музыки XX века» [16]. В данной диссертации «Шесть сонат» Изаи были впервые включены в широкую панораму от барокко до современности. Нестеров представил свою версию истории сольной скрипичной сонаты от Баха до конца ХХ столетия. Она была в первый раз представлена в отечественной науке в качестве целостного объекта изучения. Но, в этой работе автор в основном определяет, какие существуют «проблемы жанрообразования, художественных стилей, какие бывают исполнительские тенденции в скрипичной музыки, учитывая особенности трех

исторических моделей этого жанра, которые сложились в ХУШ веке» Г16, с- 41.

Нестеров поставил перед собой цель продемонстрировать исторически обоснованное, по его мнению, движение к изначально акцентированному образу скрипки, как «инструменту ХХ1 века» (А. Шнитке)». Кроме того, в своей работе автор старается представить доказательства выдвинутой в работе гипотезы о том, что существует в скрипичной истории (от Баха до современности) некоторая жанровая и философская мета-идея, которая открывает логику «концепции метацикла с единым сквозным

процессом» Г16, с- 61. Нестеров в своей работе представил такого рода глобальные построения, в которых «Шесть сонат для скрипки соло» Э. Изаи являются одним из звеньев интеллектуально обширной модели процесса эволюции исполнительского и композиторского творчества мирового процесса.

Как многократно было отмечено ранее, Изаи в своем композиторском и исполнительском творчестве специально следовал идее, что исполнитель и композитор должны работать в соавторстве. При этом он предоставляет возможность музыканту-интерпретатору вносить изменения в замысел автора. В связи с этим в его «Шести сонатах» (1924) были созданы

специальные условия для реализации максимальной свободы для самовыражения и интерпретации исполнителя.

В большинстве случаев в текстах сонат можно увидеть темповые указания, оставленные автором, которые позволяют исполнителю самостоятельно выбирать конкретное решение. В качестве примера можно рассмотреть «Сонату № 3». Она написана в форме свободных вариаций, и в начале ее стоит обозначение In modo di recitative. Несмотря на то, что во вступлении стоит размер 4/4, тактовые черты отсутствуют. Это позволяет сделать вывод о том, что автор, сделал это специально, для того, чтобы исполнитель смог использовать свое вдохновение, ведь сам Эжен Изаи уделял этому немало значения. Такие примеры можно встретить и в других сонатах. Например первая часть «Сонаты №1» в традиционной вариации исполняется в достаточно свободном метроритме в стиле баховских adagio и grave (здесь имеются ввиду Сонаты и Партиты для скрипки соло). В форме вариаций была написана третья часть «Сонаты №2», но сами вариации являются достаточно разнохарактерными, что свободное определение темпов здесь достаточно уместное. В первой части «Сонаты №4» чередуются свободные каденционные и вариационные эпизоды с другими эпизодами, которые проходят в строгом метроритме Аллеманды. В первой части «Сонаты №5», которая называется «Аврора» есть комментарий от автора Mesure tres libre41. Это говорит о значительной свободе интерпретации, касаемо темпа и ритма исполнительства. Можно отметить, что вся эта часть была написана в каденционно-импровизационном ключе. Музыка «Сонаты №6» в крайних разделах трехчастной композиции тоже представлена в виде каденции, но, в среднем разделе есть элементы характерного танца Хабанера, ритм которых является контрастом этому rubato. Разницу в интерпретациях сонат Э. Изаи можно заметить лучше всего в темповых и ритмических решения исполнителей. Причем, здесь можно говорить не только о том, что они написаны в форме свободных вариаций, как «Соната №3».

Здесь хочется отметить тот факт, что «Третья соната» пользуется популярностью среди исполнителей, в связи, с чем у нее есть множество изменений, которых нет ни одной из сонат этого цикла. Чтобы сделать свое исполнение поистине эффективным многие скрипачи вносили немало коррективов в эту сонату. Но, если рассматривать другие, более строгие и жанрово определенные части цикла «Шести сонат», то и здесь можно заметить, как каждый исполнитель представляет свои индивидуальные решения по представлению слушателю своего исполнения сонаты. Например, Гидон Кремер, использует более быстрые и строгие темповые решения в ритмических отклонениях. Тогда как Томас Цеэтмайр, наоборот более созерцательный, его увлекают детали текста, благодаря чему его ритмика получается более необычной, а темпы игры - сдержанные.

Изаи, в первой части «Сонаты №1» использует модель старинной церковной сонаты и на ее основе создает что-то схожее с речитативом, но вместе с тем сохраняет внутренний ритмический пульс. В исполнении Гидона Кремера этот импульс в основном тоже сохранен, благодаря чему эта часть обладает более строгим характером. Если говорить о том, как исполняет эту сонату Томас Цеэтмайр, то можно отметить свободную игру в ритмическом и темповом отношении. В той версии, которую представляет слушателю Цеэтмайр, внутренняя пульсация гораздо более изменчива. Если рассматривать вторую часть этой же «Сонаты №1», то исполнения Кремера и Цеэтмайра отличаются общим темповым планом. Каждый из исполнителей представляет его в своей оригинальной трактовке и стиле исполнения.

Темповый план Цеэтмайра является не таким стремительным, как у Кремера. Игру Цеэтмайра здесь отличает созерцательность, тогда как в исполнении Кремера здесь

чувствуется сквозная игра и более стабильный в своей основе темп. Существуют также и различия в деталях игры. Например, Цеэтмайр в т. 83 начинает эпизод, который предваряет кульминацию, плавно, с разгона, тогда как Кремер здесь меняет темп достаточно резко, и с каждым тактом усиливает стремление вперед. Стоит отметить особенно выигрышную интерпретацию Цеэтмайра Третья части «Сонаты №1». Скрипач исполняет ее в спокойном движении и темпе, он как бы любуется каждой нотой и не желает расставаться с ней. Темп исполнения этой части медленный, практически без каких-то резких порывов, что позволяет создать образ внутреннего спокойствия и философского созерцания. Тогда как Кремер интерпретирует эту часть совсем по-другому. Темп его игры более подвижный, на грани того, что позволяет авторское обозначение Allegretto. В его игре преобладает ярко выраженный повествовательный момент, который является основным в представленной интерпретации. Музыкальные образы, которые воплотил в жизнь Кремер, более насыщенные эмоциями, в них практически отсутствуют те философские размышления, которые были отмечены у Цеэтмайра. Он даже в финале использует достаточно сдержанный темп исполнения сонаты. Здесь исполнитель представляет ярко выраженную декламационность, которая преобладает в этом эпизоде. Во время смены эпизодов исполнитель использует оттяжки и расширения темпа. Например, в конце аккордового эпизода в т. 17 перед переходом на эпизод с шестнадцатыми два последних аккорда исполняются Цеэтмайром с гораздо большей оттяжкой, чем это представляет Кремер.

Образно-смысловые оттенки разных исполнительских интерпретаций сонат Изаи можно заметить и на уровне технических приемов игры, которые используют скрипачи. Необходимо повториться, что техническая эволюция виртуозной игры Изаи Эжена была основой его собственного представления о музыкальной истории. В частности сюда относится техника исполнения аккордов на скрипке. В его шести сонатах, принципиальными моментами являются способы и направления разлома аккордов. Какой из них выбрать будет непосредственно зависеть от голоса, в котором на данный момент проходит тема. Так, например, Цеэтмайр, по своему усмотрению не варьирует направление разлома аккордов, а все их исполняет с разломом вверх.

В заключение необходимо отметить, что в современной исследовательской литературе традиционно преобладает тема «Изаи-виртуоз», несмотря на то, что уже был намечены пути изучения его композиторского творчества. Но своеобразие стиля и жанра скрипичного наследия Изаи Эжена и в частности его «Шесть сонат для скрипки соло», специфика музыкального языка и средств исполнительской выразительности - все эти специальные вопросы на сегодняшний день остаются открытыми, а поэтому и актуальны для современного слушателя.

Библиография

1. Curty, A. A pedagogical approach to Eugene Ysaye's six sonatas for solo violin, op. 27. Athens: The University of Georgia, 2003, в эл. виде -

https ://getd.libs.uga.edu/pdfs/curty_andrey_200305_dma.pdf, дата обращения 23.06.2017 г.)

2. D'Indy, V. César Frank. Paris, 1907.

3. Hadden, J. Cuthbert. Ysaye. (Modern misicians. London, 1914. Chapter XXVI).

4. Hoatson, Karen D. Culmination of the Belgian Violin Traditions: The Innovative Style of Eugène Ysaye. Diss. University of California, Los Angeles, 1999.

5. Stockhem, M. Eugène Ysaye et la musique de chambre / Michael Stockhem. - Liege, 1990. - 272 P

б- Thibaud, J., Dorian, J-P. Souvenirs de Jacques Thibaud. Un violon parle. Recueillis par JeanPierre Dorian. Paris, 1953.

7. Wang, Yu-Chi. A Survey of the Unaccompanied Violin Repertoire, Centering on Works by J.S. Bach and Eugène Ysaye. Diss. University of Maryland, College Park, 2005

8. Ysaye, A. Centenaire de la naissance de Eugène Ysaye / A. Ysaye. Liege - G. Thone, 1958. - 97 P.

9. Ysaye, A. Eugene Ysaye, 1858-1931: etude biographique et documentaire illustrie sur sa vie, son oeuvre, son influence / Antoine Ysaye. — Bruxelles: Editions Ysaye, 1972.

— 240 p. + supplement iconographique.

10. Ysaye, A. Ysaye: his life, work and influence / Antoine Ysaye, Bertram Ratcliffe; with a preface by Yehudi Menuhin. — [St. Clair Shores, Mich.]: [Scholarly Press], 1978. — XI, 250 p.: il. — [Английский перевод издания: Ysaye, A. Eugène Ysaye sa vie, son oeuvre, son influence / Antoine Ysaye; pref. par Yehudi Menuhin. — Bruxelles: Ecran du monde, 1947.]

11. Гинзбург, Л. С. Эжен Изаи / Лев Гинзбург. — М.: Музгиз, 1959. - 200 с.: ил., нот. ил.

12. Изаи, Э. Анри Вьетан — мой учитель / Эжен Изаи; пер. с фр: Л: Гинзбурга // Музыкальное исполнительство. Вып. 8. — M., 1973. — С. 213-238.

13. Кашкин, Н. Рецензии на выступления Э. Изаи в газетах «Московские ведомости», 1901, № 334; «Русское слово», 190б, № 303 и 1907, № 28б; Оссовский А. Евгений Изаи // Слово. 190б, № 29.

14. Корредор, X. M. Беседы с Пабло Казальсом [пер. с фр.] / Хосе Мария Корредор. — Л.: Музгиз, 1960. — 370 с.

15. Майтесян, Т.Д. Русско-франко-бельгийские музыкальные связи на примере взаимодействия скрипичных школ. Автореферат диссертации кандидата искусствоведения. Саратов. 2013.

16. Нестеров, С. Пути развития сонаты для скрипки соло в контексте стилевых, жанровых и исполнительских исканий музыки XX века / Автореферат диссертации кандидата искусствоведения. - Ростов-на-Дону, 2009.

17. Раабен, Л. Н. Жизнь замечательных скрипачей и виолончелистов: Биографические очерки / Лев Раабен. — Л.: Музыка, Ленинградское отделение, 1969. — 282 с.

18. Сандлер, В. И. Западноевропейская соната для скрипки соло первой половины XX века: (история, стиль, пролблемы интерпретации): Автореферат диссертации кандидата искусствоведения / Вадим Сандлер; Моск. гос. консерватория. — М., 1994. — 20 с.

19. Усенко, Н. М. Влияние романтического виртуозного исполнительства на композиторское творчество: от Ф. Шопена к А. Скрябину / Автореферат диссертации кандидата искусствоведения. - Ростов-на-Дону , 2005.

20. Фельдгун, Г. Ф. История зарубежного скрипичного искусства / Григорий Фельдгун.

— Новосибирск, 1983. — 347 с.

21. Флеш, К. Портреты музыкантов // Советская музыка. - М, 1960, № 12. - C. 57-59.

22. Энеску, Дж. Воспоминания / Джорджи Энеску; пер., вступ. ст., коммент. Е. Мейлаха.

— М.; Л.: Сов. композитор, 1964. — 263 с.

References

1. Curty, A. A pedagogical approach to Eugene Ysaye's six sonatas for solo violin, op. 27. Athens: The University of Georgia, 2003, v el. vide -

https ://getd.libs.uga.edu/pdfs/curty_andrey_200305_dma.pdf, data obrashcheniya

23.06.2017 g.)

2. D'Indy, V. César Frank. Paris, 1907.

3. Hadden, J. Cuthbert. Ysaye. (Modern misicians. London, 1914. Chapter XXVI).

4. Hoatson, Karen D. Culmination of the Belgian Violin Traditions: The Innovative Style of Eugène Ysaye. Diss. University of California, Los Angeles, 1999.

5. Stockhem, M. Eugène Ysaye et la musique de chambre / Michael Stockhem. - Liege, 1990. - 272 P

6. Thibaud, J., Dorian, J-P. Souvenirs de Jacques Thibaud. Un violon parle. Recueillis par JeanPierre Dorian. Paris, 1953.

7. Wang, Yu-Chi. A Survey of the Unaccompanied Violin Repertoire, Centering on Works by J.S. Bach and Eugène Ysaye. Diss. University of Maryland, College Park, 2005

8. Ysaye, A. Centenaire de la naissance de Eugène Ysaye / A. Ysaye. Liege - G. Thone, 1958. - 97 P.

9. Ysaye, A. Eugene Ysaye, 1858-1931: etude biographique et documentaire illustrie sur sa vie, son oeuvre, son influence / Antoine Ysaye. — Bruxelles: Editions Ysaye, 1972. — 240 p. + supplement iconographique.

10. Ysaye, A. Ysaye: his life, work and influence / Antoine Ysaye, Bertram Ratcliffe; with a preface by Yehudi Menuhin. — [St. Clair Shores, Mich.]: [Scholarly Press], 1978. — XI, 250 p.: il. — [Angliiskii perevod izdaniya: Ysaye, A. Eugène Ysaye sa vie, son oeuvre, son influence / Antoine Ysaye; pref. par Yehudi Menuhin. — Bruxelles: Ecran du monde, 1947.]

11. Ginzburg, L. S. Ezhen Izai / Lev Ginzburg. — M.: Muzgiz, 1959. - 200 s.: il., not. il.

12. Izai, E. Anri V'etan — moi uchitel' / Ezhen Izai; per. s fr: L: Ginzburga // Muzykal'noe ispolnitel'stvo. Vyp. 8. — M., 1973. — S. 213-238.

13. Kashkin, N. Retsenzii na vystupleniya E. Izai v gazetakh «Moskovskie vedomosti», 1901, № 334; «Russkoe slovo», 1906, № 303 i 1907, № 286; Ossovskii A. Evgenii Izai // Slovo. 1906, № 29.

14. Korredor, X. M. Besedy s Pablo Kazal'som [per. s fr.] / Khose Mariya Korredor. — L.: Muzgiz, 1960. — 370 s.

15. Maitesyan, T.D. Russko-franko-bel'giiskie muzykal'nye svyazi na primere vzaimodeistviya skripichnykh shkol. Avtoreferat dissertatsii kandidata iskusstvovedeniya. Saratov. 2013.

16. Nesterov, S. Puti razvitiya sonaty dlya skripki solo v kontekste stilevykh, zhanrovykh i ispolnitel'skikh iskanii muzyki XX veka / Avtoreferat dissertatsii kandidata iskusstvovedeniya. - Rostov-na-Donu, 2009.

17. Raaben, L. N. Zhizn' zamechatel'nykh skripachei i violonchelistov: Biograficheskie ocherki / Lev Raaben. — L.: Muzyka, Leningradskoe otdelenie, 1969. — 282 s.

18. Sandler, V. I. Zapadnoevropeiskaya sonata dlya skripki solo pervoi poloviny XX veka: (istoriya, stil', prolblemy interpretatsii): Avtoreferat dissertatsii kandidata iskusstvovedeniya / Vadim Sandler; Mosk. gos. konservatoriya. — M., 1994. — 20 s.

19. Usenko, N. M. Vliyanie romanticheskogo virtuoznogo ispolnitel'stva na kompozitorskoe tvorchestvo: ot F. Shopena k A. Skryabinu / Avtoreferat dissertatsii kandidata iskusstvovedeniya. - Rostov-na-Donu , 2005.

20. Fel'dgun, G. F. Istoriya zarubezhnogo skripichnogo iskusstva / Grigorii Fel'dgun. — Novosibirsk, 1983. — 347 s.

21. Flesh, K. Portrety muzykantov // Sovetskaya muzyka. - M, 1960, № 12. - C. 57-59.

22. Enesku, Dzh. Vospominaniya / Dzhordzhi Enesku; per., vstup. st., komment. E.