новые тенденции развития лексики современного шведского языка

УДК 811.113.6

Е. Л. Жильцова

кандидат филологических наук, доцент,

доцент кафедры германской и кельтской филологии филологического факультета Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова; e-maiL: eL-zhiLc@yandex.ru

НОВЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ ЛЕКСИКИ СОВРЕМЕННОГО ШВЕДСКОГО ЯЗЫКА

Статья посвящена анализу особенностей новой лексики шведского языка, включенной в изданный в 2015 г. словарь неологизмов, в который вошли слова, впервые зафиксированные в шведском языке в 2000-2015 гг.

На формирование новой лексики существенное влияние оказали экстралингвистические факторы, поскольку новые слова появляются, главным образом, как отражение новых явлений в разных областях жизни современных шведов. Поэтому наибольшее количество новой лексики зафиксировано в тех тематических группах, которые имеют отношение к самым актуальным сферам жизни современного шведского общества: информационным технологиям, экологии и здоровому образу жизни, проблемам гендерного равенства.

Происхождение новой лексики двояко: она может быть образована с помощью языковых средств шведского языка или быть заимствованной. Среди новых заимствований по-прежнему преобладают английские, однако наблюдается резкое увеличение числа заимствований из языков стран Ближнего и Среднего Востока, что связано с большим наплывом иммигрантов и беженцев из этих регионов.

Способы образования новых слов с помощью средств шведского языка весьма разнообразны, но самым распространенным остается основосложение. Среди композитов встречаются как нецельнозначные, значение которых складывается из значений составляющих их компонентов, так и цельнозначные, семантика которых не сводится к сумме значений компонентов. Среди сложных слов встречается много эпонимов, первым компонентом которых является имя собственное. Эпонимы всегда существовали в шведском языке, однако в последние полтора десятилетия их количество сильно возросло. В рассматриваемый период в шведском языке появилась и совершенно новая группа композитов - ретронимы, новые слова для обозначения устаревающих предметов и явлений, что помогает отличить их от приходящих им на смену более современных (fasttelefon - стационарноый телефон, в отличие от мобильного).

Еще один распространенный способ образования новой лексики в шведском языке - деривация. Неологизмы образуются с помощью словообразовательных средств шведского языка как от шведских, так и от иноязычных основ. Набор шведских словообразовательных аффиксов за последние полтора - два десятилетия не изменился, но изменилась их продуктивность. Так, очень большую словообразовательную активность демонстрирует глагольный суффикс -о, потеснивший бывший очень продуктивным в ХХ в. суффикс -era. То же самое можно сказать о суффиксе

существительных -о, который приходит на смену очень популярному в предыдущий период суффиксу -is. Среди префиксов самым продуктивным оказался давно существующий в шведском языке отрицательный префикс -о. Он стал присоединяться к большому числу употребительных прилагательных и даже существительных, с которыми раньше не использовался. В качестве усилительных префиксов в рассматриваемый период использовались, главным образом, ap- и tok-, пришедшие на смену бывшим популярными во второй половине прошлого века sten-, kanon-и skit-. В целом можно отметить, что в рассматриваемый период суффиксальное словообразование было более характерно для существительных и глаголов, а префиксальное - для прилагательных.

В разговорном шведском языке существуют также такие способы словообразования, как стяжение и усечение, посредством которых более краткие формы слов образуются от уже имеющихся в языке.

Ключевые слова: шведский язык; лексика; неологизм; тематическая группа; заимствование; основосложение; композит; метафора; деривация; аффикс.

E. L. Zhiltsova

PhD in PhiLoLogy, Associate Professor,

German and CeLtic PhiLoLogy Department,

Lomonosov Moscow State University; e-maiL: eL-zhiLc@yandex.ru

NEW TRENDS OF VOCABULARY DEVELOPMENT IN MODERN SWEDISH

The articLe is dedicated to anaLyzing the pecuLiarities of the new Swedish LexicaL units that were incLuded into the Dictionary of NeoLogisms, pubLished in 2015, and were first observed in Swedish in the period from 2000 to 2015.

ExtraLinguistic factors have infLuenced the formation of new LexicaL units due to the fact that new words appear primariLy as a refLection of new phenomena in different areas of Life of modern Swedes. That is the reason why most of the new words were spotted in the thematic groups that are dedicated to the most important topics in the Life of the modern Swedish society, such as IT, eco-friendLy and heaLthy LifestyLe, gender equaLity probLems.

The origin of the new vocabuLary is doubLe-natured. On the one hand, it can be created with the Linguistic means of the Swedish Language, on the other hand, it can be Loaned from another Language. EngLish Loanwords dominate among the new ones, but there is a sharp increase in the number of Loanwords from the Languages of the MiddLe East due to the infLux of immigrants and refugees from the region.

The ways of forming new words with Linguistic means of the Swedish Language are quite diverse, but the most widespread one is the compounding. Among the compound words there are ones whose meaning is derived from the meanings of their components and the ones whose meaning is not derived from the meaning of their components. Among the compound words there are many eponyms, the first part of which is a proper noun. Eponyms have aLways existed in Swedish, but in the Last

fifteen years the number of them has increased. During the observed period another new group of compound words appeared in Swedish that is caLLed "retronyms". Those are the new words that heLp differentiate between obsoLete objects and phenomena and the newer ones that are repLacing them (for instance, "fasttelefon" a LandLine teLephone as opposed to a mobiLe phone).

Another common way of forming new words in Swedish is derivation. NeoLogisms are formed with the means of word formation of the Swedish Language both from Swedish stems and stems of other Languages. The set of Swedish word-formationaL affixes has not changed in the Last two decades, but their productivity has aLtered. The verb suffix "-a" has partiaLLy repLaced "-era" which was a very productive suffix in the 20th century. The same can be said about the noun suffix "-o" that is repLacing "-is" that was quite popuLar in the previous period. Among the prefixes the most productive one turned out to be the aLready existing "o-" that has begun to be used with many adjectives and even some nouns with which it was not used before. "Ap" and "tok-" were mainLy used as empatic prefixes during the observed period. They repLaced "sten-","kanon-", and "skit-" that were popuLar during the second haLf of the 20th century. In generaL, during the observed period word formation with suffixes was more characteristic for nouns and verbs, and word formation with prefixes was more common for adjectives.

In spoken Swedish there are aLso such ways of word formation as contraction and apocope, that are used to form shorter words from aLready existing ones.

Key words: the Swedish Language; Lexis; neoLogism; thematic group; Loanword; compounding; compound word; metaphor; derivation; affix.

Каждый год в шведском языке, как и в других языках, появляются тысячи новых слов. Списки таких слов ежегодно публикует на своем сайте Шведский языковой совет (Sprakradet) [Institut for sprak ... ]. В 2015 г. на основе этих списков был издан словарь шведских неологизмов «Новые слова в шведском языке» [Agazzi 2015]. В него вошли более двух тысяч слов, впервые зафиксированных в шведском языке с 2000 по 2015 гг. Это, главным образом, лексика из периодических изданий и Интернета, а также, частично, из произведений новейшей шведской художественной литературы. Все слова, представленные в списках Шведского языкового совета, естественно, в словарь не вошли. Критериями отбора стали частотность слова и его общеупотребительность [Agazzi 2015, c. 10-11].

Новая лексика, представленная в словаре, послужила материалом для настоящей статьи. На то, какие именно слова появились в шведском языке в 2000-2015 гг., оказали влияние многие экстралингвистические факторы, а именно те процессы, которые происходили в этот период в шведском обществе. Ведь новые слова обычно появляются

для обозначения новых реалий в окружающем мире, в общественно-политической, социальной и культурной жизни людей. В зависимости от того, к какой сфере деятельности относятся шведские неологизмы, их можно разделить на несколько тематических групп.

Самая многочисленная группа - слова, связанные с Интернетом, информационными технологиями и мобильной связью. В этом нет ничего удивительного. Известно, насколько быстро и интенсивно развивается данная сфера современного общества в последние два десятилетия, играя всё более существенную роль в повседневной жизни. Для обозначения постоянно появляющихся новых реалий, естественно, начинают использоваться новые слова.

Большинство слов данной тематической группы - это композиты, в качестве первых компонентов которых используются уже имеющиеся в шведском языке слова, относящиеся к области информационных технологий. Наиболее частотные среди них nät «сеть, Интернет», mobil «мобильный» и e- - сокращение прилагательного elektronisk «электронный»: nätjournalistik «интернет-журналистика», nätbokhandel «книжный интернет-магазин», nätdeklarera «подавать налоговую декларацию по Интернету»; mobilbank «мобильный банк», mobilsurfa «сидеть в мобильном телефоне»; e-bok «электронная книга», e-faktura «электронный счет», e-tjänst «услуга, предоставляемая в электронном виде».

Всего в словаре зафиксировано более 30 слов с первым компонентом nät-, около 20 - с mobil- и более 10 - с e-.

Для шведов всегда были очень важны проблемы экологии, а в последние два десятилетия - связанные с ними проблемы изменения климата. Поэтому лексика, связанная с охраной окружающей среды, также достаточно многочисленна.

Наиболее частотны в этой тематической группе сложные слова с первым компонентом klimat «климат», обозначающие новые понятия, связанные с климатом. Таких слов насчитывается более трех десятков, что свидетельствует о повышенном интересе шведского общества к проблемам климата. Вот лишь несколько примеров: klimat-hot «угроза ухудшения климата», klimatkompetens «компетентность в вопросах климата», klimatturism «туристические поездки в места с хорошим климатом», klimatvänlig «благоприятный для климата».

Разумеется, группа слов, связанных с охраной окружающей среды, не ограничивается только лексикой, имеющей отношение к климату.

Тематика ее намного шире. Так, например, уже прочно вошло в обиход существительное morotsaktivism - название ставшего в последние годы очень популярным в Швеции общественного движения, оказывающего поддержку магазинам, кафе и ресторанам, торгующим экологически чистой продукцией.

К рассматриваемой тематической группе весьма тесно примыкают слова, связанные с проблемами здорового питания. Шведы очень внимательно относятся к своему здоровью, стараются придерживаться здорового образа жизни, в том числе, есть здоровую пищу. В связи с этим в последнее время появилось множество новых диет и систем питания, что немедленно нашло отражение в лексике, в частности в сложных существительных с последним компонентом kost «пища»: stenälderskost «пища каменного века», включающая мясо, рыбу, ягоды, дикорастущие овощи, фрукты и грибы, т. е. пищу, которую предположительно ели люди в каменном веке, и räkost «вегетарианская сырая пища», которую можно нагревать не больше, чем до 42 градусов.

Еще одна достаточно обширная тематическая группа лексики, о которой необходимо упомянуть, - это слова, имеющие отношение к равенству полов и гендерной проблематике в целом. Как известно, в последние десятилетия в Европе и, в частности, в Швеции в этой области появилось очень много нового, и это отразилось в новой лексике.

Большинство слов гендерной тематики составляют композиты с первыми компонентами genus «(грамматический) род» и homo-«гомо-»: genusbudgetering «распределение бюджета с учетом интересов обоих полов», genuskompetens «компетентность в вопросах тендера»; homoäktenskap «однополый брак», homoadoption «усыновление ребенка гомосексуальной парой».

К этой же группе относится и единственное представленное в словаре и уже весьма употребительное новое шведское местоимение. Это нейтральное в гендерном отношении личное местоимение 3-го лица единственного числа hen, которое может относиться к лицам обоего пола вместо местоимений мужского рода han «он» и женского рода hon «она».

Есть, конечно, и ряд других, достаточно обширных тематических групп новой лексики, но те, о которых было сказано выше, наиболее показательны с точки зрения отражения изменений, происходящих в жизни шведского общества в течение последних полутора десятков лет.

По своему происхождению неологизмы делятся на две группы. Это слова, образованные с помощью лексических средств шведского языка и заимствования. Последние достаточно многочисленны и пришли в шведский язык, главным образом, из английского. Такие слова, как blogg «блог», псд'я «милый, приятный», ¡а]к «лайк» и целый ряд других быстро вошли в обиход и стали широкоупотребительными. В отдельных случаях морфемы, из которых состоят заимствованные слова, заимствуются из разных языков. Так, в существительном /азНютз1а «человек, пристально следящий за модой» корень /азкюп-«мода» заимствован из английского языка, а суффикс -Ша - из итальянского.

По сравнению с предшествующим периодом увеличилось количество заимствований из восточных языков. Это также вызвано экстралингвистическими причинами - большим притоком иммигрантов, а в последние годы и беженцев из стран Ближнего и Среднего Востока. В разговорный вариант шведского языка уже довольно прочно вошли такие слова, как guss «девушка», заимствованное из турецкого языка, и кв$' «плохой», заимствованное из арабского.

Несмотря на довольно существенный объем заимствований, большая часть новых слов всё же образуется при помощи лексических средств шведского языка, т. е. путем словообразования.

Как показывает материал словаря, наиболее продуктивным способом словообразования в шведском языке остается основосложение, что демонстрируют и приведенные выше примеры, абсолютное большинство которых - композиты.

Наряду с нецельнозначными [Маслова-Лашанская 2011, с. 172; Берков 1994, с. 140], или, как их еще называют, нелексикализован-ными [Malmgren 1994, с. 24] сложными словами, значение которых представляет собой сумму значений их компонентов (например, natbedrageri «мошенничество в Интернете»: пШ «Интернет» + bedrageri «мошенничество»), среди новых шведских композитов много и цельнозначных, семантика которых не сводится к сумме значений их частей [Маслова-Лашанская 2011, с. 172].

Для таких слов характерен метафорический перенос названия в одном из компонентов. Так, в приведенном выше примере morotsaktivism morot как отдельное слово имеет конкретное значение «морковь». Будучи же частью композита, этот компонент, становясь

метафорой, обобщенно обозначает все природные, экологически чистые продукты, буквально «такие, как морковь».

В существительном curlingforaldrar «родители, чрезмерно опекающие своих детей» (букв. «расчищающие им дорогу») первый компонент при самостоятельном употреблении обозначает вид спорта «кёрлинг». В рамках сложного слова данная лексема приобретает значение «защищающий, чрезмерно опекающий». Метафорический перенос здесь основан на сходстве действий и целей спортсменов и родителей. Последние готовят «гладкую» дорогу для своих детей так же, как кёрлингисты для своего камня.

Среди новых шведских композитов также немало эпонимов -слов, в состав которых в качестве первого компонента входят имена собственные. Такие слова начали широко распространяться в шведском языке примерно с 80-х гг. прошлого века. В последние полтора -два десятилетия композиты данного типа стали еще более популярны. В качестве первых компонентов эпонимов могут выступать имена людей и животных, топонимы, названия организаций и торговых марок: pompekunskap «не очень важная, но любопытная, интересная информация» (Pompe имя любимой собаки Карла XII, kunskap «знание»), bullerbysyndromet «пристрастие к шведской деревенской идиллии» (Bullerby - название деревни в одной из повестей Астрид Линдгрен), IKEA-monarki «народная монархия»; так шведы стали называть свою монархию, поскольку многие члены королевского дома покупают мебель и аксессуары в IKEA, который в Швеции считается народным магазином.

Также в последние два десятилетия в шведском языке появилось много сложных слов, которые получили название ретронимы. Это новые слова, которые обозначают старые, известные предметы или явления, для того чтобы отличить их от приходящих им на смену новых вариантов этих же предметов и явлений. В качестве второго компонента ретронима всегда используется исходная лексема [Савицкая 2017, с. 66], а первый компонент указывает на отличительную черту старого предмета по сравнению с его новым вариантом: naturgras «естественная трава» в отличие от искусственной (konstgras); fasttelefon «стационарный телефон» в отличие от мобильного (mobiltelefon); tjock-tv «"толстый" телевизор», т. е. телевизор старого образца в отличие от современных плоских (platt-tv).

Как способ образования новых слов также распространена деривация, при которой новые слова образуются посредством шведских словообразовательных элементов, как от шведских, так и от иноязычных основ.

Так от заимствованных из английского языка существительных blogg «блог», google «Гугл» и lajk «лайк» образованы глаголы blogga «вести блог», googla «смотреть в Гугле, гуглить», lajka «ставить лайки, лайкать» и существительные bloggare «блогер», lajkare «тот, кто ставит много лайков» и googling «поиск информации в Гугле».

Как видно из примеров, все имеющиеся там глаголы образованы с помощью суффикса -а. Этот суффикс в последние два десятилетия демонстрирует очень большую продуктивность, вытесняя почти все другие глагольные суффиксы, в том числе и бывший ранее продуктивным суффикс -era. Причем посредством суффикса -а образуются новые глаголы не только от иноязычных, но и от шведских основ: dygn «сутки» - dygna «бодрствовать целые сутки», vard «хозяин» - varda «вести какое-либо мероприятие или программу», tart/a «торт» - tarta «бросать торт в кого-либо в знак протеста».

Еще один словообразовательный элемент, представленный в примерах, - это суффикс существительных -are. Традиционно этот суффикс в шведском словообразовании считается суффиксом деятеля, с помощью которого nomina agentis образуются от глагольных основ. Если посмотреть на приведенные выше примеры bloggare и lajkare, то трудно сказать, от какой основы они образованы - от глагольной или от именной. Скорее всего процессы образования глаголов blogga и lajka и имен деятеля шли параллельно, и те, и другие были образованы от соответствующих заимствованных существительных. То, что с помощью суффикса -are существительные теперь могут образовываться от именных основ, демонстрирует ряд примеров неологизмов, образованных от шведских лексем, в частности слово forortare «человек, живущий в пригороде большого города» от шведского существительного forort «пригород».

Еще один суффикс существительного со значением лица, суффикс -о, стал в последние два десятилетия весьма продуктивным, придя на смену очень популярному в ХХ в. суффиксу -is. C его помощью образуются существительные от именных основ, чаще от основ прилагательных: fet «жирный» - fetto «толстяк», hygglig «приятный,

любезный» - hygglo «приятный, любезный человек». Кроме того, с этим суффиксом, как и ранее с суффиксом -is, образуются сокращенные разговорные формы слов, как простых, так и сложных: favorit - favvo «фаворит», melodifestival - mello «песенный фестиваль». В отличие от существительных с суффиксом -are, которые являются стилистически нейтральными, слова с суффиксом -о, как и с суффиксом -is, относятся к разговорному стилю речи.

Если же говорить о самом суффиксе -is, то с ним в словаре зафиксировано только три слова, что свидетельствует о существенном снижении его продуктивности. Это существительные snackis «актуальная тема для разговора» (от глагола snacka «болтать»), förväntis «человек или событие, от которого многого ждут» (от глагола för-vänta «ожидать») и funkis, которое вошло в словарь как сокращение субстантивированного причастия funktionshindrad «человек с серьезными нарушениями различных функций», т. е. инвалид. Следует отметить, что с последней трети ХХ в. и по сей день существительное funkis является официально принятым обозначением стиля в искусстве, т. е. сокращением термина funktionalism «функционализм». Таким образом, эти два слова в современном шведском языке, оба представляющие собой сокращения, имеют разное происхождение и являются омонимами.

В отличие от существительных и глаголов, новые прилагательные, образованные суффиксальным способом, весьма немногочисленны. Большинство из них образованы посредством самого частотного в шведском языке, но, судя по материалам словаря, несколько утрачивающего свою продуктивность суффикса -ig: satsig «тот, кто прилагает много сил, чтобы достичь цели, целеустремленный» (от глагола satsa «вкладывать, делать ставку»), ägig «лучший» (от глагола äga, в его новом значении «быть лучшим», на которое указывает словарь). Кроме -ig, ряд новых прилагательных образованы от глагольных основ с помощью суффикса -bar, обозначающего возможность осуществления глагольного действия, например, googlebar «который можно найти в Сети, погуглить».

Вместе с тем большое количество новых прилагательных образуется посредством префиксации. И здесь нужно прежде всего сказать о давно существующем в шведском языке отрицательном префиксе о-. С его помощью до последнего времени образовывалось не очень

большое количество слов, однако в последние два десятилетия этот словообразовательный элемент демонстрирует всплеск продуктивности, присоединяясь ко многим очень распространенным прилагательным, с которыми он раньше не употреблялся. При этом префикс меняет семантику прилагательного на негативную, указывая на отсутствие соответствующего признака: obra «нехороший», ofast «непостоянный» (о работе), ofestlig «несмешной», oglad «невеселый», okul «неприятный», omysig «неуютный», oskojig «незабавный», -и это далеко не полный перечень новых прилагательных с данным префиксом. Префикс о- присоединяется и к существительным, хотя и значительно реже, например, oradsla «отсутствие страха».

Кроме того, к прилагательным могут присоединяться усилительные префиксы. Большинство из них в самостоятельном употреблении имеют собственное лексическое значение и являются полно-значными словами, но, используясь в качестве первого компонента прилагательного, они утрачивают это значение, выполняя только усилительную функцию, и поэтому считаются префиксами [Kotsinas 2003, с. 8]. Усилительные префиксы быстро сменяют друг друга, так как при частом употреблении выражаемая ими экспрессивность стирается. Так, в разные десятилетия ХХ в. были популярны усилительные первые компоненты jatte-, sten-, kanon-, skit- и ряд других [Kotsinas 2003, с. 9]. В последние же годы их место заняли усилительные префиксы ap- и tok-, присоединяющиеся к качественным прилагательным различной семантики: apbra «очень хороший», apfin «очень красивый», apsnygg «очень симпатичный», apskon «невероятно прекрасный», aptrist «безумно скучный», aptrott «жутко уставший»; tokbillig «безумно дешевый», tokdyr «безумно дорогой», tokjobbig «очень трудный», tokkar «влюбленный до безумия». Любопытно, что, как показывают примеры, ap- и tok- не взаимозаменяемы, и присоединяются в качестве усилительных префиксов к разным прилагательным.

Помимо основосложения и деривации, довольно часто новые слова образуются от уже существующих в языке путем усечения. Чаще всего усечению подвергается вторая часть сложного слова. Среди усеченных слов встречаются как глаголы, так и существительные: frontalkrocka - fronta «совершать лобовое столкновение», transa - transvestit «трансвестит». В этом случае нельзя говорить об

образовании нового слова в полном смысле, а только о краткой, усеченной форме уже имеющегося. Похожий процесс происходит при стяжении слов, которое также встречается в новой лексике, обычно в сложных существительных. При этом в середине слова выпадает один или несколько слогов: Нетез1ет «отпуск, проведенный дома» (от Нетзетез1вг, букв. 'домашний отпуск'), Ачтез1ег «отпуск, когда человек совершенно свободен и не связан с работой ни по почте, ни по мобильному телефону» (от fiisemester, букв. 'свободный отпуск').

Как усеченные, так и стяженные формы слов, в отличие от полных, используются исключительно в разговорной речи.

Таким образом, можно выделить некоторые новые тенденции в развитии словарного состава современного шведского языка.

Многие появившиеся за последние полтора десятка лет неологизмы относятся к тематическим группам лексики, отражающей наиболее активные процессы в жизни современного шведского общества. Это прежде всего лексика, относящаяся к таким областям, как информационные технологии и электронные средства связи, экология и здоровый образ жизни, взаимоотношения между полами.

В шведский язык по-прежнему заимствуется довольно много новых слов. Как и раньше, это, главным образом, слова из английского языка. Однако в рассматриваемый период существенно увеличилось количество заимствований из восточных языков, многие из которых стали активно употребляться в разговорной речи.

Новые слова в шведском языке образуются разными способами, основным из которых является основосложение. Среди сложных слов в последнее время появилось достаточно большое количество цельнозначных композитов и эпонимов, придающих языку особую образность.

Состав словообразовательных аффиксов за последние полтора десятилетия не претерпел существенных изменений, однако изменилась их продуктивность. Наиболее продуктивными стали глагольный суффикс -а, суффикс существительного -о и префиксы о- и ар-. Суффиксальное словообразование в шведском языке характерно в большей степени для существительных и глаголов, а префиксальное - для прилагательных.

Для разговорной речи также продуктивны такие способы словообразования, как стяжение и усечение.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Берков В. П. Норвежская лексикология. СПб. : Изд-во С.-Петербург. ун-та, 1994. 184 с.

Маслова-Лашанская С. С. Лексикология шведского языка. СПб. : Филол. ф-т

СПбГУ, 2011. 232 с. Савицкая А. В. Традиционное и новое в современном шведском словообразовании // Романо-германистика : сборник статей по материалам XLVI Междунар. филол. конф. СПб. : ВВМ, 2017. С. 62-68. Agazzi B. Nyord i svenskan. Stockholm: Morfem, 2015. 303 s. Institutet för spräk och folkminnen: [сайт]. URL : sprakradet.se/nyord. Kotsinas U.-B. Spräkets uppkomlingar // Spräkvärd. Stockholm, 2003. № 3. S. 4-10. Malmgren S.-G. Svensk lexikologi. Lund : Studentlitteratur, 1994. 150 s.