СИСТЕМАТИЗАЦИЯ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ РАСТИТЕЛЬНОСТИ ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ И ЗАКАВКАЗЬЯ В ЦЕЛЯХ КАРТОГРАФИРОВАНИЯ

С. А. ГРИБОВА, Т. И. ИСАЧЕНКО, А. С. КАРПЕНКО, Е. М. ЛАБРЕНКО

СИСТЕМАТИЗАЦИЯ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ РАСТИТЕЛЬНОСТИ ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ И ЗАКАВКАЗЬЯ В ЦЕЛЯХ КАРТОГРАФИРОВАНИЯ

При современной тенденции увеличения информативности геоботанических карт особое значение приобретают разработка системы единиц растительпого покрова и создание на ее основе легенды к карте.

Проблемы картографирования и классификации растительности тесно связаны между собой, и связь эта двусторонняя (КисЫег, 1951; Сочава,

36

1957, 1961а, 19616; Грнбова п Исаченко, 1972, и др.)- Известно, что каждая геоботаническая карта является отражением той классификации, которую ее автор положил в основу легенды. Поэтому уровень геоботанического картографирования существенно зависит от состояния классификации растительности. К сожалению, не для всех регионов и не для всех типов растительности есть достаточно разработанные и обоснованные классификации. К тому же наш опыт геоботанпческого картографирования свидетельствует о том. что создаваемые для различных целей классификационные схемы растительности не полностью удовлетворяют целям геоботанической картографии и не всегда приемлемы для использования их при построении легенд геоботанических карт. Поэтому в процессе создания карт часто приходится разрабатывать своп классификационные схемы па основе тех принципов, которые в наибольшей степени отвечают задачам геоботанпческой картографии. Таким образом, потребности картографии являются толчком для разработки классификаций, и каждое крупное картографическое произведение является одновременно вкладом в классификацию растительности. Этот вклад существен как с точки зренпя разработки принципов классифицирования, так и потому, что картографический материал углубляет знания о поместных особенностях п пространственной выраженности растительных сообществ.

В последние годы при разработке вопросов классификации растительности В. Б. Сочава (1972) применил пдеи теории систем, согласно которой классификация растительности рассматривается как иерархия динамических систем. Эта концепция воплотила в себе ранее высказанные им мысли о классификации растительности п практический опыт отечественной п мировой картографии, трансформированные в соответствии с современным уровнем геоботаники и смежных наук. Применительно к задачам геоботанпческой картографии в этой концепции классификации растительности наиболее существенны два обстоятельства, а именно: установление трех порядков размерности растительного покрова (планетарного, регионального п топологического), каждый из которых требует своего подхода к классификации и картографированию растительности, и понимание классификации растительности как иерархии систем растительного покрова, отображающей его структурно-динамические черты.

В этой связи необходимо подчеркнуть, что при систематизации растительности Восточной Европы и Закавказья в целях картографирования мы стремились не только выявить местные особенности растительного покрова этого региона п показать закономерности пространственного распределения растительных сообществ, но в первую очередь определить их положение в системе растительного покрова западной части материка Евразии (Грибова и др., 1975). Это достигается благодаря тому, что мы основываемся не на произвольно выбранных единичных ботапических показателях, а учитываем совокупность важнейших признаков растительного покрова в их взаимосвязи п развитии. К числу наиболее существенных критериев, на основе которых осуществляются выделение и группировка картируемых подразделений растительности, мы относим флористический. фитоценотнческий. динамический, экологический и географический. Учету флористических данных при ботанико-географическом анализе территории, в том числе при районировании и картировании, особое значение придает Е. М. Лавренко (1954, 1970 и др.).

Нам удалось использовать в единой системе растительности многие признаки растительных сообществ благодаря построению легенды по регионально-типологическому принципу. В соответствии с этим прппципом каждый из критериев учитывается многократно — на разных ступенях легенды — для выявления наиболее значимых качественных признаков соответствующих ее подразделений. Благодаря этому особое значение приобретает разработка структуры самой легенды, т. е. упорядочение ее разделов и установление соподчпненностн картируемых категорий расти-

тельности. Наша легенда (Грибова и др., 1975) представляет собой систему соподчиненных друг с другом подзаголовков, соответствующих единицам растительности разного ранга, последовательно отражающих типологическую, региональную (провинциальную и подпровинциальную) и широтную дифференциацию растительного покрова.

Воплощение этих принципов в легенде к карте рассмотрим на примере темпохвойпых лесов Восточной Европы (см. таблицу). Помимо собственно темнохвойных лесов в эту группу включены еловые редколесья, широколиственно-темнохвопные леса, а также производные сообщества (мелколиственные леса и сельскохозяйственные земли), возникшие на их месте.

Региональное и зонально-поясное расчленение темнохвойных н широколиственно-темнохвойных лесов

Среднеевропейские еловые, пихтовые, буко-во-пихтовые леса Прибалтийско-белорусские еловые леса Североевропейские еловые леса Камско-печорско-западноуральскне смешанные темнохвойные леса Восточноев- кепнекие елово-пихто-вые леса

Пояс в Карпатах Широколиственно-еловые (подтаежные) леса Предтундровые редколесья Северотаежные леса Среднетаежные леса Южнотаежные леса Широколиственно-еловые (подтаежные) леса Предтундровые редколесья Северотаежные леса Среднетаежные леса Южнотаежные леса Широколиственно-еловые (подтаежные) леса Пояс в горах Кавказа

Темнохвойпые леса являются господствующим зональным типом на севере Русской равнины и западных склонах Урала, а также образуют особый пояс в Карпатах п на Кавказе. Они представлены мопо- и поли-доминантнымп формациями, сложенными Picea abies (L.) Karst., P. obo-vata Ledeb. и гибридными формами этих елей, Abies sibirica Ledeb., Pi-nus sibirica Du Tour; на Карпатах — Picea abies (L.) Karst, и A bies alba L., а па Кавказе — A. nordmanniana (Stev.) Spach, Picea orientalis (L.) Link.

Восточноевропейские равнинные темнохвойные леса в отличие, например, от широколиственных лесов п степей характеризуются значительным однообразием состава эдпфпкаторов п строения сообществ. Это связано как с относительной молодостью растительности бореалыюй области Европы, так и с спльпым фитоценотичеекпм влиянием на окружающую среду темнохвойных древесных пород, нивелирующих действие природных факторов. Однако в пределах своего обширного ареала общий флористический состав сообществ темнохвойных лесов все же не остается постоянным, что дает основанпе для пх регпональпого расчленения.

Региональное подразделение темнохвойных лесов основывается нами на учете впдовых различий доминирующих, содоминирующих и дифференциальных видов. Последние не достигают большого обилия, но обычно играют важную роль бпоклпматпчеекпх индикаторов, достаточно четко маркирующих региональные рубежи. При региональной дифференциации темнохвойных лесов мы использовали также анализ спектров географических элементов (геоэлементов) видового состава плакорпых сообществ. При этом в первую очередь учитывалось соотношение среднеевропейских, европейских, евросибирскпх и сибирских элементов.

По региональному принципу темнохвойные леса разделяются нами на пять географических групп: среднеевропейские, прибалтийско-белорус-

3S

ские, североевропейские, камско-печорско-западноурадьские и восточно-евксинскпе.

В лесах, относимых нами к среднеевропейской группе, в древостое, подлеске и травяном покрове широко распространены среднеевропейские виды [Abies alba L., Fagus sylvatica L., Pinus cembra L., Lonicera nigra L., Pinus mugo Turra, Ainu s viridis (Chaix) Opiz, Rubus hirtus Waldst. et Kit., Luzula sylvatica (Huds.) Gandin, Dentaria glandulosa Waldst. et Kit., Symphytum cordatum Waldst. et Kit.]. Одним из основных здификаторных видов лесов этой группы является Picea abies (L.) Karst., впд с широким европейским ареалом. В пределах СССР к среднеевропейской группе принадлежат темнохвойные леса Карпат.

Леса прибалтийско-белорусской группы по флористическому составу занимают промежуточное положение между лесами средне- и североевропейского подразделений. В пх составе отмечено доминирование европейских видов [Picea abies (L.) Karst.. Querciis robur L.. Fraxinus excelsior L., Acer platanoicles L.. Corylus avellana L., Lonicera xylosleum L., Galeob-dolon luteum Huds.]. а также постоянное участие среднеевропейских видов [Carpinus betnlus L.. Ribes alpinum L., Swida sanguínea (L.) Opiz, Allium ursinum L.]. Леса этого географического типа распространены на побережье Балтийского моря, в юго-западной Лптве и в юго-западной части Белоруссии. В сложпых еловых лесах северо-западной Эстонии граб отсутствует, однако в составе нижних ярусов большое участие принимают среднеевропейские виды, что дало основание для включения их в группу прибалтпйско-белорусскпх лесов. За пределами СССР леса этого типа встречаются в северо-восточной части Польши и па юге Фенно-скандии.

Более обширны до ареалу н разнообразны в типологическом отношении североевропейские темнохвойные леса. Их эдифпкаторамп являются Picea abies (L.) Karst, (европейский впд), P. obovata Ledeb. (восточно-европейско-спбпрскнй впд) п гибридные формы между ними. Значительная часть доминантных видов имеет широкий евроспбпрскпй ареал, что обусловливает флористическое однообразие этпх лесов. Однако в западной части ареала североевропейских лесов присутствуют среднеевропейские и европейские элементы [5i¿vV/a sanguínea (L.) Opiz, Euonymus europaea L., Quercus robur L.. Fraxinus excelsior L.. Rosa canina L.], a в восточной — сибирских (Abies sibirica Ledeb., Rubus humiililoliiis C. A. Mey., Atragene silúrica L.). Североевропейские темнохвойные леса господствуют в восточной. Прибалтике и на Русской равнине, доходя на востоке почти до Урала.

Камско-печорско-западноуральскпе темнохвойные леса образованы во-сточноевропейско-спбпрскпмп п спбпрскпмп видами: Picea obovata Ledeb., Abies sibirica Ledeb... Pinus sibirica Du Tour. В нижнем ярусе среди дифференциальных видов заметную роль пграют сибирские геоэлементы [Aconitum septentrionale Koelle. Cacalia hastata L.. Bupleurum aureum (Hoffm.) Fisch, ex Spreng.]. Эти леса распространены в Вятско-Камском бассейне п на западном склоне Урала и характеризуются таким же значительным типологическим разнообразием, как леса предыдущей региональной группы.

Флористическое своеобразие восточноевксинскпх темнохвойных лесов из Abies nord-manniana (Stev.) Spach u Picea orientalis (L). Link выражено особенно отчетливо. В пх составе участвуют мпогие восточноевкспн-скпе и евкспнскпе виды (Fagus orientalis Lipsky. Acer trautvetteri Medw., Alnus barbata C. A. Mey.. Rhododendron ponticum L. п др.).

Все перечисленные региональные подразделения темнохвойных лесов, выявляя географическую приуроченность картируемых едпнпц, одновременно подчеркивают пх ботаппко-географнческую. главным образом флористическую, общность. Региональные разделы легенды отражают меридиональное расчленение темнохвойных лесов Восточной Европы, а каждый географический ареал соответствует единицам ботанпко-географиче-

ского районирования разного ранга, преимущественно провинциям и под-провинциям.

Региональные подразделения дифференцированы далее в основном по шпротно-географпческому принципу. Шпротно-географпческие подразделения по своему фптоценотнческому содержанию соответствуют подзо-нальным типам растительности. Они характеризуют шпротные отрезки в пределах провпнцпп, т. е. полосы I порядка в системе единиц ботапико-географического районпроваппя по Е. М. Лавренко, или подзоны в рамках природного районирования.

Широтно-географические подразделения представляют собой следующую после региональной ступень в системе подзаголовков легенды. Например, в группе североевропейских темнохвойных лесов мы выделяем: предтундровые редколесья, северо-, средне-, южно-, и подтаежные леса.

ФРАГМЕНТ ЛЕГЕНДЫ «КАРТЫ РАСТИТЕЛЬНОСТИ ЕВРОПЕЙСКОЙ ЧАСТИ СССР»

Североевропейские еловые леса Предтундровые редколесья

38. Еловые, обычно с участием березы (Picea obovata, Betula tortuosa) низкорослые, с куртинным подлеском из Betula папа, с мозаичным зеленомошным (Pleurozium schreberi, Hylocomium splendens, Polytrichum commune, Aulacom-nium turgidum) и кустарничковым (Vaccinium myrtillus, Bhodococcum vitis-idaea) покровом.

39. Еловые, обычно с участием березы (Picea obovata, Betula tortuosa) низкорослые, с куртинпым подлеском нз Betula папа, с мозаичным зеленомошно-лишайнико-вым (Cladonia rangiferina, С. alpestris, С. sylvatica, Bhacomitrium ¡anuginosum, Rhytidium rugosum, Pleurozium schreberi. Hylocomium splendens) и кустарничковым (Rhodococcum vitis-idaea. Empetrum hermaphroditum, Arctous alpina) покровом (псаммофитный вариант).

40. Березово-еловые (Picea obovata, Betula tortuosa) низкорослые, с куртинным подлеском из ив и ерника (Betula папа, Salix lapponum, S. lanata, S. phylicifolia), с мозаичным долгомошно-сфагновым (Sphagnum girgensohnii. Polytrichum commune) и осоково-кустарничковым (Ledum palustre, Yaccinium uliginosu m, Carex globularis) покровом (гидрофптный вариант).

401. Березово-еловые редколесья с куртинным подлеском из ив и ерника, с мозаичным долгомошно-сфагповым и осоково-кустарничковым покровом в сочетании с крупнобугристыми болотами.

Северотаежные леса

41. Еловые с примесью сосны и березы (Picea abiesXP. obovata} P. obovataX XP. abies, P. obovata, Pinus sylvestris, Betula pubescens, B. tortuosa), большей частью редкостойные, с участием в подлеске Betula папа, с мозаичным лишай-никово-моховым (Hylocomium splendens. Pleurozium schreberi, Polytrichum commune, Sphagnum girgensohnii, S. nemoreum, Cladonia sylvatica, C. rangiferina) покровом, с господством гипоарктических и бореальных кустарничков (Vaccinium uliginosum, V. myrtillus, Empetrum hermaphroditum, E. nigrum, Ledum palustre. Rhodococcum vitis-idaea); преобладают вороппчно-черничдые. голубичпо-чорнич-ные, ерниковые.

а) Карело-северодвинские из Picea abies X P. obovata, P. obovata X P. abies.

б) Северовосточноевропейские и кольские из Picea obovata и P. obovataX X P. abies.

42. Березово-еловые (Picea obovata, Betula pubescens) редкостойные, часто с кустарниковым ярусом из Betula папа, Salix phylicifolia, S. lapponum сфагновые и дол-гомошные (Sphagnum girgensohnii, Polytrichum commune) травяно-кустарничко-вые (Ledum palustre, Empetrum hermaphroditum, E. nigrum. Vaccinium uligino-sum, Rubus chamaemorus, Carex globularis. Chamaepericly m enum suecicum)', преобладают ернпково-сфагновые, морошково-сфагновые, кустарничково-сфагново-долгомошные, деренпо-сфагновые (гпдрофитный вариант).

41 Еловые с примесью сосны и березы редкостойные с мозаичным ли-шапниково-моховым покровом кустарничковые леса в сочетании

1 При написании гибридных форм па первое место ставится вид, признаки которого являются преобладающими.

с березово-еловымн редкостойными сфагновыми и долгомошпыми лесами и сосново-кустарничково-пупшцево-сфагповыми мсзоолиго-трофными и травяпо-сфагновыми мезотрофными болотами.

412. Еловые с примесью сосны и березы редкостойные с мозаичным ли-шайниково-моховым покровом кустарничковые леса в сочетании с елово-сосновымп редкостойными зеленомошно-лишайниковыми ку-старничковыми лесами, а также сосново-кустарничково-сфагновыми мезоолиготрофными и аапа-болотами.

43. Березовые (Betida pubescens. В. pendula, В. tortuosa) редкостойные моховые (зеленомошные, сфагновые, долгомошные) кустарничковые на месте северотаежных североевропейских еловых лесов.

Среднетаежные леса

44. Еловые (Picea abies. Р. abiesxP. obovata, Р. obovata ХР. abies, Р. obovata) зеле-номошные (Pleuroziutn schreberi, Hylocomium splendens) кустарничковые (Vacci-niumyrtillus. Rhodococcu m vitis-idaea, Linnaea borealis) с мелкотравьем (Maian• themum biiolium. Trientalis europaea, Pyrola rotundi folia. Orthdia secunda, Gym-nocarpintn dryopteris); преобладают зеленомошные черничные, зеленомошные брусничные, зеленомошные.

а) Ладожско-северодвинские из Picea abiesXP. obovata, Р. obovataXP. abies.

б) Вычегодские из Picea obovataXP abies, Р. obovata.

45. Еловые из ели сибирской (Picea obovataXP. abies, Р. obovata) сфагновые и долгомошные {Sphagnum girgensohnii, S. squarrosum, Polytrichum commune) кустар-ничково-травяные (Equisetum sylvaticum, Carex globularis, Rubus chamaemorus, Vaccinium uliginosum, V. myrtillus, Ledura palustre); преобладают хвощово-сфагповые, осоково-долгомошные, хвощово-долгомошные, кустарничково-долго-мошные (гидрофитный вариант).

441. Еловые зеленомошные кустарничковые леса в сочетании с еловыми травяно-долгомошными и травяно-сфагповы.чи лесами.

442. Еловые зеленомошные кустарничковые леса в сочетании с елово-сосповыми зсленомошпыми кустарничковыми лесами, а также сос-лово-кустарничково-сфагиовыми мезоолиготрофными и травяно-сфаг-новыми мезотрофными болотами.

46. Березовые и осиново-березоьые (Betula pubescens, В. peí,dula. Populas trémula) зеленомошные травяно-kvc'iарничковые и травяные, частично долгомошные

и сфагновые леса.

47. Сельскохозяйственные* земли (пашни, мелколесья, луга и небольшие участки лесов).

Южнотаежные леса

48. Еловые (Picea abies. Р. abiesX-P. obovata, Р. obovataXP. abies) с несомкнутым покровом зеленых мхов травяно-кустарничковые и кустарничково-травяные (Oxalis acetosella, Maianthemum biiolium, Trientalis europaea, Gymnocarpium dryopteris. Dryopteris cartkusiana, D. dilatata, Vaccinium myrtillus), с участием неморальных элементов (Stellaria holostea, Asaram- europaeum, Pulmonaria obscura, Asperula odorata); преобладают кпслично-черничные, кисличпо-папоротниковые, немора льнотравяно-кис личные.

а) Чудско-ильменские из Picea, abies, Р. abiesXP. obovata.

б) Приладожско-верхневолжские из Picea abiesXP. obovata, Р. obovataX ХР. abies.

49. Еловые из ели сибирской (Picea obovataXP. abies, Р. obovata) долгомошные и сфагновые (Polytrichum commune. Sphagnum girgensohnii. S. nemoreum) кустарничковые и травяные (Vaccinium uliginosum, V. myrtillus, Carex globularis, Equisetum sylvaticum): преобладают черничпо-долгомошпые, осоково-долгомошные, хвощово-долгомошные, осоково-сфагновые (гидрофитный вариант).

48'. Еловые с несомкнутым покровом зеленых мхов травяно-кустарничковые леса в сочетании с еловыми долгомошнымп и сфагновыми лесами.

50. Березовые, осиновые, сероольховые (Betula pendula, В. pubescens, Populas trémula, Alnus incana) травяные с участием неморальных видов, а также березовые долгомошные и сфагновые травяно-кустарничковые леса.

51. Сельскохозяйственные земли (нашни. залежи, луга, мелколесья и небольшие участки леса).

Широколпственно-еловые (подтаежные) леса

52. Еловые, часто с примесью сосны (Picea abies, Р. abiesXP. obovata, Р. obovataX ХР. abies, Pinus sylvestris) неморальнотравяные (Aegopodium podagraria, Asarum europaeum. Stellaria holostea, Orobus vernus) сложные с подлеском из Corylus

На месте среднетаежных североевропейских еловых лесов.

На месте южнотаежных североевропейских еловых лесов.

avellana, Tilia cordata, Euonymus verrucosa. с незначительным участием во втором подъярусе древостоя широколиственных пород (Tilia cordata, Acer platanoi-des, Quercus robur).

а) Восточноприбалтийско-среднерусскпе пз Picea abies.

б) Приволжские из Picea abiesXP. obovata, P. obovataXP. abies.

53. Широколиственно-еловые (Picea abies, P. abiesXP. obovata. Quercus robur. Tilia cordata, Acer platanoides) восточнопрпбалтписко-среднерусские и приволжские неморальнотравяные (Carex pilosa, Asarum europaeum, Asperula odorata, Stellaria kolostea, Mercurialis perennis).

54. Березово-черноольховые с елью (Alnus glutinosa, Betula pubescens. Fraxinus excelsior. Picea abies, P. abies^xP. obovata) болотпокрупнотравные (Carex acula, C. vesicaria, Crepis paludosa, Cirsium oleraceum, Filipéndula ulmaria. Calla palu-stris, Comarum palustre, Sphagnum squarrosum, S. teres) п производные от ппх черноольхово-березовые с елыо.

521. Еловые неморальнотравяные сложные леса в сочетании с еловыми травяпо-сфагновыми и березово-черноольховыми болотпокруппотрав-ными лесами.

55. Осиновые и березовые (Populas trémula, Betula péndula) с участием широколиственных пород (Tilia cordata, Acer platanoides, Quercus robur) неморальнотравяные леса.

56. Сельскохозяйственные земли (пашни, залежи, луга, мелколесья и небольшие участки лесов).

На месте подтаежных североевропейских еловых лесов.

Это разделение в первую очередь основывается нами на различиях фитоценотпческпх признаков лесных сообществ: их видового состава п состава жизненных форм господствующих ярусов, особенностей вертикального и горизонтального сложения, бонитета п полноты древостоев, жизпепности, сомкнутости древесного и кустарникового ярусов. Одновременно мы принимаем во внимание и соотношение в видовом составе сообществ каждого подзонального подразделения различных типов шпротных геоэлементов: гппоарктпческпх, бореальных, неморальных.

Ниже дано краткое описание основных подзональных типов североевропейских темнохвойных лесов.

В предтундровых редколесьях доминируют Picea obovata п Betula tortuosa. Преобладают деревья V и Va классов бонитета. Характерной чертой редколесий является куртпнно-групповое сложение всех ярусов. В подлеске и кустарпичковом ярусе господствуют гппоарктпческие и бореаль-ные виды [Betula nana L., виды ив, Vaccinium myrtillus L., V. uliginosum L., Ledum palustre L., Empetrum nigrum L. н E. hermaphroditum Hagerup. Rhodococcum vitis-idaea (L.) Аугог.].

В северотаежных лесах помимо Picea obovata Ledeb. распространены и ее гибридные формы с Picea abies (L.) Karst., а также Betula pubescens Ehrh. и Pinus sylvestris L. Древостой низкого бонитета (IV—V). редкостойные, но в отличие от редколесий более или менее равномерные по сложению. Мозаичное сложение свойственно в основном напочвенному покрову, где наряду с зелеными мхами, как и в редколесьях, еще довольно велика роль сфагпов (Sphagnum girgensohnii Russ.. 5. nemoreum Scop.) и характерно широкое распространение лишайников. Среди кустарников и кустарничков доминирующее положение сохраняют бореаль-ные и гппоарктпческие виды.

В древостоях средне- и южнотаежных североевропейских еловых лесов кроме Picea obovata Ledeb. на западе значительно участие также Р. abies (L.) Karst, и ее гибридов с Р. obovata Ledeb. Гппоарктпческие кустарнички покидают плакорные н переходят в заболоченные местообитания. В среднетаежных лесах оптимального развития достигает моховой [Pleurozium schreberi (Brid.) Mitt.. Hijlocomium splendens (Hechy.) Br., Sch. et Gmb.] и кустарничковый ярусы; в последнем наряду с кустарничками постоянно присутствует бореальное мелкотравье [Maianthemum bifo-liurn (L.) F. W. Schmidt. Trientalis europaea L.. Pyrola rotundijolia L. и др.].

В южпотаежных ельниках в отлпчпе от среднетаежных происходит естественная деградация мохового покрова, который имеет здесь фрагмен-

тарное сложение. В травяно-кустарничковом ярусе помимо мелкотравья широко представлены папоротники: Gymnocarpium dryopteris (L.) Newn., Dryopteris carthusiana (Vill.) H. P. Fisch., D. dilatata (Hoffm.) A. Gray. Характерна небольшая прпмесь неморальных элементов (Asarum euro-paeum L., Stellaria holostea L., Pulmonaria obscura Dum., Orobus vernusL.).

В широколпственно-еловых (подтаежных) лесах мы выделяем два типа: еловые сложные и шпроколпственно-еловые. В еловых сложных лесах неморальные элементы господствуют в двух ярусах: в кустарниковом (Corijlus avellana L.. Euonymus verrucosa Scop., кустарниковые формы Tilia cordata Mill., Queráis robur L.) и травяном (Stellaria holostea L., Asarum europaeum L.. Asperula odorata L.), но не проникают еще в древесный ярус. В широколиственно-еловых лесах в древостое наряду с Picea abies (L.) Karst, растут Quercus robur L., Tilia cordata Mill., Acer plata-noides L. Еловые сложные и широколиствеппо-еловые леса характеризуют северную п южную полосы II порядка в полосе широколиственно-еловых лесов.

Наряду с коренными плакорными сообществами широтно-географичес-кпе подразделения легенды включают и наиболее широко распространенные эдафические варианты зональных типов (псаммофитные, гндрофит-ные и др.).

В группе темнохвойных лесов гпдрофитные варианты представлены заболоченными сфагновыми и долгомошпымп лесами п редколесьями; для редколесий типичны также лпшайннковые п мохово-лпшайниковые типы, рассматриваемые нами как псаммофитные варианты.

Широтно-географпческпм подразделениям подчинены п антропогенные модификации соответствующих коренных сообществ (березовые, осиновые, сероольховые леса н сельскохозяйственные земли), с которыми они связаны сукцесспоннымп отношениями. Благодаря этому достигается одновременный показ современной и восстановленной климаксовой растительности.

Помимо гомогенпых фптоценотических единиц широтно-географи-ческие подразделения легенды содержат также хорологические категории растительного покрова — фптоценохоры, по В. Б. Сочаве (1968, 1972), или сочетания (Исаченко. 1969). Они используются при картировании тех территорий, где пестрота растительного покрова, обусловленная неоднородностью физико-географической среды, выражена особенно резко (например, в условиях сельгового, грядово-холмистого рельефа и т. п.). В районе распространения североевропейских темнохвойных лесов наибольшее ландшафтное значение имеют сочетания коренных и заболоченных еловых лесов и различных типов болот. Они свойственны преимущественно полосам редколесий, северо- и среднетаежных лесов. Здесь же наблюдается и наибольшее типологическое разпообразпе сочетаний (см.легенду, №№ 401, 411, 412 п др.).

Легенда карты, использующая многообразную информацию по типологии и географии темнохвойных лесов, представляет собой систематический список их подразделений и может внести известный вклад в разработку проблемы классификации растительности на новом уровне.

ЛИТЕРАТУРА

Г р п б о в а С. А. и Т. И. Исаченко. 1972. Картографирование растительности в съемочных масштабах. В кн.: Полевая геоботаника, т. IV. Л. — Грибова С. А., Т. И. Исаченко, А. С. Карпенко, Е. М. Л а в р е н к о, В. В. Липатов а, Н. П. Литвинова, И. Т. Федорова, Т. К. Ю р к о в с к а я. 1975. Растительность европейской части СССР и Закавказья. (Проект легепды обзорной «Карты растительности европейской части СССР»), В кн.: Геоботаническое картографирование 1975. Л. — Исаченко Т. И. 1969. Сложение растительпого покрова и картографирование. В кн.: Геоботанпческое картографирование 1969. Л. — Лавренко Е. М. 1954. Степи Евразпатской степной области, их география, динамика и история. В кн.: Вопросы ботаники, вып. 1. М.—Л. — Лавренко Е. М. 1970. Провинциальное

разделение Причерноморско-Казахстанской подобласти степной области Евразии. Бот. журп., т. 55, № 5. — С о ч а в а В. Б. 1957. Пути построения единой системы растительного покрова. В кн.: Делсгатск. съезд Всес. бот. общ. (май 1957). Тез. докл., вып. IV. Секция флоры и раст., 2, Л. — Сочава В. Б. 1961а. Вопросы классификации растительности, типологии физико-географических фаций и биогеоценозов. Тр. Ипст. биол. Уральск, фил. АН СССР, вып. 27, Свердловск. — Сочава В. Б. 19616. Современное состояние проблемы картографирования растительности. Изв. АН СССР, сор. биол., № 4. — Сочава В. Б. 1968. Растительные сообщества и динамика природных систем. Докл. Ипст. геогр. Сибири и Дальнего Востока, вып. 20, Иркутск. — Сочава В. Б. 1972. Классификация растительности как иерархия динамических систем. В кн.: Геоботанпчсское картографирование 1972. Л. — Küchle г A. W. 1951. The relation between classifying and mapping vegetation. Ecology, v. 32. Л° 2.

Ботанический институт им. В. Л. Комарова АН СССР Ленинград

Грибова С. А., Т. И. Исаченко. 1972. Картографирование растительности в съемочных масштабах // Полевая геоботаника, т. IV. Л.

Грибова С. А., Т. И. Исаченко, А. С. Карпенко, Е. М. Лавренко, В. В. Липатова,

Н. П. Литвинова, И. Т. Федорова, Т. К. Юрковская. 1975. Растительность европейской части СССР и Закавказья. (Проект легенды обзорной «Карты растительности европейской части СССР») // Геоботаническое картографирование 1975. Л. https://doi.org/10.31111/geobotmap/1975.3

Исаченко Т. И. 1969. Сложение растительного покрова п картографирование // Геоботаническое картографирование 1969. Л.

https://doi.org/10.31111/geobotmap/1969.20

Лавренко Е. М. 1954. Степи Евразиатской степной области, их география, динамика и история // Вопросы ботаники, вып. 1. М.; Л.

Лавренко Е. М. 1970. Провинциальное разделение Причерноморско-Казахстанской подобласти степной области Евразии // Бот. журн., т. 55, № 5.

Сочава В. Б. 1957. Пути построения единой системы растительного покрова // Делегатск. съезд Всес. бот. общ. (май 1957) // Тез. докл., вып. IV. Секция флоры и раст., 2, Л.

Сочава В. Б. 1961а. Вопросы классификации растительности, типологии физико-географических фаций и биогеоценозов // Тр. Инст. биол. Уральск. фил. АН СССР, вып. 27, Свердловск.

Сочава В. Б. 1961б. Современное состояние проблемы картографирования растительности // Изв. АН СССР, сер. биол., № 4.

Сочава В. Б. 1968. Растительные сообщества и динамика природных систем // Докл. Инст. геогр. Сибири и Дальнего Востока, вып, 20, Иркутск.

Сочава В. Б. 1972. Классификация растительности как иерархия динамических систем // Геоботаническое картографирование 1972. Л. https://doi.org/10.31111/geobotmap/1972.3

Küchler A. W. 1951. The relation between classifying and mapping vegetation. Ecology, v. 32. № 2. https://doi.org/10.2307/1930419