Прокурорский надзор как гарантия прав личности при производстве дознания

Науменко Оксана Александровна

преподаватель кафедры предварительного расследования

Краснодарского университета МВД России

(тел.: +78612583268)___________________________________

Прокурорский надзор как гарантия прав личности при производстве дознания

В статье рассматриваются особенности прокурорского надзора при производстве дознания и его влияние на обеспечение прав личности в ходе расследования преступлений. Автор анализирует полномочия прокурора в досудебном производстве

Ключевые слова: прокурор, дознаватель, права, расследование, преступление.

O.A. Naumenko, Teacher of a Chair of Preliminary Investigation of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; tel.: +78612583268.

Public prosecutor's supervision as a guarantee of individual rights during the inquiry

In the article considered the features of Public Prosecutions during the inquiry and its impact on the provision of individual rights during criminal investigations. The author analyzes the powers of the public prosecutor in pre-trial proceedings.

Key words: prosecutor, investigator, law, investigation, crime.

Соблюдение прав и свобод человека и гражданина, законности производства дознания и принятия, содержания процессуальных решений дознавателя при производстве расследования в форме дознания являются одним из направлений прокурорского надзора. Согласно ч. 1 ст. 37 УПК РФ прокурор является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, установленной УПК РФ, осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе досудебного производства, а также надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и предварительного следствия. С принятием Федерального закона от 5 июня 2007 г. обе названные функции прокурора в досудебном производстве претерпели существенные изменения, которые активно обсуждаются юридической общественностью и критикуются как ослабившие прокурорский надзор и снизившие его эффективность в стадии предварительного расследования [1, с. 29-32].

Прокурорский надзор за дознанием расширился, и следует согласиться с мнением А.Г. Тетерюк о возникновении «полицейского дознания» [2, с. 4] в результате новелл в этом направлении.

Дело в том, что статистические данные прокурорского надзора убедительно свидетельствуют о необходимости существования такого надзора за дознанием и его усилении. Например, на досудебной стадии уголовного судопроизводства в 2010 г. прокурорами было выявлено 2 840 000 нарушений, допущенных органами дознания, в 2011 г. их количество составило более 3,2 млн, а в 2012 г. свыше

4 млн нарушений. Кроме того, ежегодно растет количество отмененных незаконных постановлений о приостановлении дознания ( 2009 г. - 158 567; 2010 г. - 167 946; 2011 - более 177 тыс.; в 2012 г. - более 300 тыс.) [3].

Кроме того, изученные материалы судебной практики обжалования процессуальных действий и решений субъектов дознания показали многочисленные нарушения уголовно-процессуального законодательства, среди которых наиболее часто встречаются следующие: незаконное производство следственных действий после приостановления дознания по уголовному делу, необоснованное приостановление дознания, неполное изложение обвинения в обвинительном акте, поверхностные допросы участников уголовного судопроизводства, несвоевременное признание потерпевшим и его допрос и др.

Прокурор может выявить нарушения закона при производстве дознания как на основании проверки жалоб (заявлений) в отношении действий дознавателя, так и путем ознакомления с материалами предварительного расследования либо непосредственного участия в расследовании преступлений, а также обобщения практики расследования преступлений.

Кроме того, на этапе окончания дознания при решении о прекращении уголовного преследования по таким основаниям, как примирение сторон, деятельное раскаяние, а также прекращение уголовного преследования по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности (ст. 28.1 УПК РФ), дознаватель, в отличие от следователя, должен получить обязательное согласие прокурора. Следовате-

192

лю же такое согласие дает руководитель следственного органа.

В научной литературе на этот счет высказывают мнение, согласно которому следователь обладает большей процессуальной самостоятельностью, чем дознаватель [4, с. 9]. Но, проанализировав указанные законодательные положения, считаем, что это не так. Проверяя законность и обоснованность решения дознавателя о прекращении уголовного преследования, прокурор тем самым выступает гарантом прав участников уголовного судопроизводства. Прокурор по отношению к дознанию обладает широкими полномочиями, и мы убеждены в необходимости такого положения в уголовнопроцессуальном законодательстве, которое обусловлено как историческими предпосылками, так и потребностями современного времени.

Прокурор вправе давать дознавателю письменные указания о направлении расследования, производстве процессуальных действий; давать согласие дознавателю на возбуждение перед судом ходатайства об избрании, отмене или изменении меры пресечения либо о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения; разрешать отводы, заявленные дознавателю, а также его самоотводы; отстранять дознавателя от дальнейшего производства расследования, если им допущено нарушение требований закона; изымать любое уголовное дело у органа дознания и передавать его следователю с обязательным указанием оснований такой передачи; утверждать постановление дознавателя о прекращении производства по уголовному делу; утверждать обвинительный акт; возвращать уголовное дело дознавателю со своими письменными указаниями и др.

Неясно, почему законодатель наделил прокурора полномочиями разрешать отводы, заявленные дознавателю, а также его самоотводы (п. 9 ч. 2 ст. 37 УПК РФ), отстранять дознавателя от расследования (п. 10 ч. 2 ст. 37 УПК РФ) по соединению уголовных дел, а также согласование ходатайства об избрании, отмене или изменении меры пресечения либо о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения (п. 5 ч. 2 ст. 37 УПК РФ), в отличие от следователя, где таким правом обладает только руководитель следственного органа. Считаем, что такими полномочиями следует наделить начальника подразделениями дознания, что будет логичным дополнением в ст. 40.1 УПК РФ и усилит контрольные функции данного участника уголовного судопроизводства. У начальника подразделения дознания есть полномочие давать дознавателю указания о

направлении расследования, производстве отдельных следственных действий, об избрании меры пресечения, о квалификации преступления и об объеме обвинения. Одновременно и у прокурора есть такие полномочия по отношению к дознавателю: давать письменные указания о направлении расследования, производстве процессуальных действий.

Законом от 28 декабря 2010 г. прокурор наделен правом передавать уголовное дело или материалы проверки сообщения о преступлении от одного органа предварительного расследования другому (за исключением передачи уголовного дела или материалов проверки сообщения о преступлении в системе одного органа предварительного расследования) в соответствии с правилами, установленными ст. 151 УПК РФ, изымать любое уголовное дело или любые материалы проверки сообщения о преступлении у органа предварительного расследования федерального органа исполнительной власти (при федеральном органе исполнительной власти) и передавать его (их) следователю Следственного комитета РФ с обязательным указанием оснований такой передачи.

Фактически прокурор может на законных основаниях вмешаться в процессуальную деятельность дознавателя на любом этапе производства по уголовному делу без каких-либо согласований с начальником подразделения дознания, начальником органа дознания. При этом указание прокурора для дознавателя, начальника подразделения дознания и начальника органа дознания обязательны (ч. 4 ст. 41, ч. 4 ст. 40.1 УПК РФ). Д.А. Гришин по этому поводу отмечает, что в такой ситуации под сомнение ставится профессионализм должностных лиц управленческого звена органа дознания [5, с. 151].

Что касается полномочий прокурора по поступившему к нему уголовному делу с обвинительным актом, то законодатель значительно их расширил. В статье 226 УПК РФ (в первоначальной редакции) указывалось, что прокурор рассматривает уголовное дело, поступившее с обвинительным актом, и в течение двух суток принимает по нему соответствующее решение. Если уголовное дело возвращалось для пере-составления обвинительного акта, то прокурор продлял срок дознания, но не более чем на трое суток. Федеральным законом от 4 июля 2003 г. прокурору предоставлены полномочия по продлению срока дознания уже на десять суток для производства дополнительного дознания и на трое суток для пересоставления обвинительного акта.

Одновременно на прокурора возложена обязанность вручать копии обвинительного акта с

193

приложениями обвиняемому, его защитнику и потерпевшему. На практике обязанность прокурора по вручению обвинительного акта обычно перекладывается на дознавателей, которые при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела и обвинительным актом вручают ему копию обвинительного акта и отбирают соответствующую расписку, что является грубейшими нарушениями уголовнопроцессуального законодательства. Кроме того, остается нереализованным право прокурора своим постановлением исключить из обвинительного акта отдельные пункты обвинения либо переквалифицировать обвинение на менее тяжкое (ч. 2 ст. 226 УПК РФ).

Прокурор вправе возвращать уголовное дело дознавателю со своими письменными указаниями о производстве дополнительного расследования. Принципиальное значение в рассматриваемом вопросе имеют положения закона, наделяющие дознавателя правом обжалования указания прокурора (ч. 4 ст. 41 УПК РФ). Однако, в отличие от следователя, который в силу ч. 4 ст. 221 УПК РФ может обжаловать вышестоящему прокурору с согласия руководителя следственного органа постановление прокурора о возвращении уголовного дела, дознаватель таким правом не обладает. В то же время анализ ст. 226 УПК РФ во взаимосвязи с другими предписаниями закона, регламентирующими производство дознания, позволил Т.Г. Николаевой прийти к выводу о том, что дознаватель в соответствии с ч. 4 ст. 41 УПК РФ вправе обжаловать указание прокурора о производстве дополнительного расследования вышестоящему прокурору, не приостанавливая его исполнение [6, с. 108].

Считая позицию Т.Г. Николаевой в целом обоснованной, о чем мы упоминали в других работах, [7, с. 156] полагаем необходимым уточнить: право дознавателя обжаловать указание прокурора о производстве дополнительного расследования должно возникать с момента получения согласия начальника органа дознания, что сближает полномочия дознавателя по этому вопросу с полномочиями следователя.

Проведение анкетирования практических работников по данному вопросу также показало, что 52% респондентов согласны с правом дознавателя обжаловать решение прокурора о производстве дополнительного расследования вышестоящему прокурору с согласия начальника органа дознания.

При изучении уголовных дел компетенции дознания нами было установлено, что письменные указания прокурора, в отличие от письменных указаний начальников подразделений дознания, содержат конкретные требования о проведении отдельных следственных

действий с установлением сроков исполнения. К сожалению, начальники подразделений дознания составляют такие указания формально, используя практически во всех материалах «шаблонные» фразы - устранить недостатки путем проведения дополнительных следственных действий.

Так, в изученных уголовных делах содержались идентичные по содержанию письменные указания начальника подразделений дознания, которые включали следующие требования:

1) составить план оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий, направить в оперативные службы отдельные поручения;

2) провести анализ собранных доказательств;

3) провести ряд других необходимых следственных действий [8].

Ясно, что никакой конкретизации в подобных указаниях нет и, естественно, что результатом такого расследования стало приостановление дознания на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ (в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого).

Таким образом, на основании изложенного, полагаем, что, несмотря на указанные полномочия прокурора по надзору за дознанием, их не следует рассматривать как ограничивающие процессуальную самостоятельность дознавателя, поскольку надзор служит цели обеспечения законности и обоснованности принимаемых решений при производстве дознания, дополнительной гарантией обеспечения прав участников производства дознания.

Подведем следующие итоги.

1. Прокурорский надзор за производством дознания является одним из основных обеспечительных мер прав и свобод участников уголовного судопроизводства. Усиление прокурорского надзора за органами дознания в целом за последние годы соответствуют реальному положению нарушения законности в стадии досудебного производства.

2. Полномочия по соединению уголовных дел, разрешению отводов дознавателя и его самоотводов, отстранению дознавателя от расследования, даче согласия дознавателю на возбуждение перед судом ходатайства об избрании, отмене или изменении меры пресечения либо о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения, необходимо делегировать начальнику подразделения дознания. Такое положение усилит его процессуальный статус, что, на наш взгляд, положительно отразится на качестве расследования.

3. Право дознавателя обжаловать решение прокурора о производстве дополнительного расследования вышестоящему прокурору должно быть реализовано с согласия начальника органа дознания, что необходимо процессуально закрепить в ч. 4 ст. 41 УПК РФ.

194

1. Быков В. М. Актуальные проблемы уголовного судопроизводства. Казань, 2008.

2. Тетерюк А. Г. Прокурорский надзор за производством дознания: уголовно-процессуальный и организационный аспекты: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2011.

3. URL: http // genproc.gov.ru.

4. Гаврилов Б.Я. О некоторых актуальных проблемах совершенствования предварительного следствия // Российский следователь. 2009. № 16.

5. Гоишин Д.А. Правовой статус начальника подразделения дознания // Проблемы управления органами расследования преступлений в связи с изменением уголовноправового законодательства: сб. материалов. межвуз. науч.-практ. конф. М., 2008.

6. Николаева Т. Г. О формах предварительного расследования преступлений // Актуальные вопросы применения уголовнопроцессуального и уголовного законодательства в процессе расследования преступлений (к 90-летию со дня рождения проф. И.М. Гуткина). М., 2009. Ч. 1.

7. Науменко О. А. Гарантии прав подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего и дознавателя при производстве дознания // Российский юридический журнал. 2012. № 3.

8. Архив ОМВД по Динскому району Краснодарского края. 2012. Уголовные дела

№ 218024, 218090, 218263.

1. Bykov V.M. Actual problems of the criminal proceedings. Kazan, 2008.

2. Teteryuk A.G. Public prosecutor's supervision over the production of inquiry: criminal procedure and organizational aspects: auth.abstr. ... Master of Law. N. Novgorod, 2011.

3. URL: http // genproc.gov.ru.

4. Gavrilov B.Ya. On the crucial issues of improvement of the preliminary investigation // Russian investigator. 2009. № 16.

5. Grishin D.A. The legal status of the Division Head of inquiry // Control authorities investigating crimes in connection with the change of criminal law legislation: coll. of papers of Interuniv. sci.-pract. conf. M., 2008.

6. Nikolaeva T.G. On the forms of the preliminary investigation of crimes // Actual problems of application of criminal procedure and criminal law in the process of criminal investigation (on the 90th anniversary of prof. I.M. Gutkin). M., 2009. Pt. 1.

7. Naumenko O. Guarantees of the rights of the suspect, the accused, the victim and the investigator during the inquiry // Russian Law Journal. 2012. № 3.

8. Archive for OMIA Dinskoy district of Krasnodar region. 2012. Criminal cases № 218024, 218090, 218263.

195