Политика устойчивого развития и Управление «Зеленым» ростом

ПОЛИТИКА УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ «ЗЕЛЕНЫМ» РОСТОМ

Аннотация. В данной статье рассмотрены тенденции развития зеленого финансового рынка как одного из инструментов, способствующих сбалансированному развитию зеленых инвестиций в рамках концепции устойчивого развития. На основании этого выделены проблемы, влияющие на текущую ситуацию в стране и мире в рамках решения задач устойчивого развития. Также охарактеризованы пути дальнейшего развития российского и мирового рынка зеленого финансирования.

Ключевые слова. Устойчивость развития, зеленые инвестиции, инвестиционно-финансовая система, факторы ESG.

Borkova E.A.

SUSTAINABILITY POLICY AND GREEN GROWTH MANAGEMENT

Abstract. This article discusses the development trends of the green financial market as one of the instruments contributing to the balanced development of green investments within the framework of the concept of sustainable development. Based on this, problems are identified that affect the current situation in the country and the world in the framework of solving the problems of sustainable development. The ways offurther development of the Russian and world green finance market are also described.

Keywords. Sustainability, green investments, investment financial system, ESG factors.

Введение

Концепция устойчивого развития (sustainable development) традиционно рассматривается как соединение воедино социальной, политической и экономической сфер деятельности человека. Развитие инновационных финансовых инструментов может способствовать улучшению процессов устойчивого развития и при поддержке государства может быть организовано сбалансированное развитие рынка зеленых инвестиций. Мир постепенно учится жить в рамках концепции и правил устойчивого развития.

В 2015 году, а именно 25 сентября 193 страны приняли «Повестку дня в области устойчивого развития до 2030 года», которая определила 17 глобальных Целей устойчивого развития (ЦУР). Новые ЦУР носят комплексный и неделимый характер и обеспечивают сбалансированность всех трех компонентов устойчивого развития [6, 7, 10, 11, 22]. ЦУР носят комплексный характер и актуальны для всех стран, но каждая страна составляет из них список приоритетных целей, необходимость в решении которых существует в первую очередь.

Глобальная инвестиционно-финансовая система тоже глубоко вовлечена в процесс устойчивого развития. Она всё в большей мере учитывает факторы ESG ^vit^me^a!, social and governance), учитывающие три ключевых составляющих устойчивого развития (экологическая, социальная и корпоративная управленческая ответственность), которые легли в основу такого понятия, как «ответствен-

ГРНТИ 06.03.07 © Боркова Е.А., 2020

Елена Аркадьевна Боркова - кандидат экономических наук, доцент, доцент кафедры общей экономической теории и истории экономической мысли Санкт-Петербургского государственного экономического университета. Контактные данные для связи с автором: 191023, Санкт-Петербург, Садовая ул., д. 21 (Russia, St. Petersburg, Sadovaya str., 21). Е-mail: e.borkova@mail.ru. Статья поступила в редакцию 03.01.2020.

ные/зеленые инвестиции» [3, 13]. «Зеленые» инвестиции - это вложения в экологически чистые и ресурсосберегающие технологии.

Такие вложения подразумевают инвестиции в различные программы и проекты, обычно целью которых является развитие «зеленой» экономики. Вместе с тем, существующие как национальные, так и международные системы агрегирования статистических показателей, имеющие открытый доступ, представляют информацию в иной классификации и в части инвестирования всех отраслей экономики (не только «зеленых») в проекты, реализуемые в сфере охраны окружающей среды и рационального использования природных ресурсов [14].

С развитием глобализации и ростом влияния транснациональных корпораций и их доли в глобальной экономике, основной фокус концепции устойчивого развития и зеленых инвестиций стал смещаться от национального уровня к корпоративному. Многие финансовые рынки в настоящее время по всему миру проявляют большой интерес к вопросам устойчивого развития. При поддержке государства рынки ценных бумаг могут сыграть огромную роль в достижении ЦУР (см. рис. 1) [20].

- развитие инновационных финансовых инструментов, направленных на финансирование зеленых проектов

- подготовка информационно-аналитических документов и тематических исследований о том, какие возможности предоставляют финансовые инструменты устойчивого развития

- упорядочение деятельности участников финансового рынка в целях развития устойчивого финансирования

- разработка, поддержание или стимулирование развития процессов маркировки (labell), а также политик (frameworks) в области зеленого финансирования, для сертификации фондов, индексов или других устойчивых инвестиционных продуктов

Рис. 1. Меры по укреплению и поддержке ЦУР в содействие зеленым инвестициям

Особенности страновыхмоделей «зеленого» финансирования

Система «зеленого» финансирования включает в себя широкий спектр финансовых организаций и классов активов и предусматривает как государственное, так и частное финансирование [2, 5, 21].

Некоторыми странами сделаны значительные шаги в этом направлении. Например, Народный банк Китая (People's Bank of China, PBoC) вместе с шестью другими правительственными учреждениями, включая Комиссию по регулированию Ценных бумаг Китая (China Securities Regulatory Commission, CSRC), в 2016 г. выпустил руководство по созданию зеленой финансовой системы (Guidelines for Establishing the Green Financial System), которое является частью усилий правительства Китая по созданию зеленой финансовой системы и улучшению функционирования рынка капитала в распределении ресурсов и обслуживанию реальной экономики.

В этом руководстве описаны рекомендации, направленные на усовершенствование правил и положений в отношении зеленых облигаций, также рекомендации по разработке стандартов для проверки зеленых облигаций и рейтингов зеленых кредитов. Руководство нацелено поддержать разработку индексов зеленых облигаций, индексов зеленых акций и сопутствующих финансовых продуктов [17]. По оценкам Народного банка Китая, 85-90% инвестиций, необходимых для достижения цели «экологической цивилизации», должны исходить от частного капитала. Таким образом, можно констатировать что экологическая политика Китая в своем развитии перешла от слов по поводу необходимости препятствовать загрязнению окружающей среды к действиям и экологическим требованиям.

В Бразилии в 2017 году при инициативе регионального банка развития (Inter-American Development Bank) была создана Лаборатория финансовых инноваций, которая создала рабочие группы по зеленым финансам, зеленым облигациям, финтех и рабочую группу по финансовым инструментам для социального воздействия. Лаборатория существует при поддержке Бразильской комиссии по ценным бумагам и биржам (Brazilian Securities and Exchange Commission, CVM) и Бразильской ассоциации развития (Brazilian Development Association) и работает в направлении создания и разработки финансовых инструментов, ориентированных на устойчивое развитие.

В 2018 году Европейская комиссия опубликовала предложения о разработке нормативного акта, устанавливающего рамки и единые критерии для определения того, какая экономическая деятельность является экологически и социально устойчивой. Европейская комиссия учредила Техническую экспертную группу по устойчивому финансированию (Technical Expert Group on Sustainable Finance) для оказания помощи в разработке таксономии, в создании стандарта зеленых облигаций ЕС, в улучшении раскрытия информации, связанной с климатом, в разработке низкоуглеводных индексов [12].

Также в 2018 году Управление по рынку капитала Марокко (Moroccan Capital Market Authority) при поддержке Международной финансовой корпорации (IFC) выпустило Принципы по экологическим, социальным и устойчивым облигациям (Guidelines on green, social and sustainable bonds) [19]. В этом документе представлен обзор принципов, которым должны соответствовать эмитенты зеленых облигаций, а также производиться порядок проведения сертификации зеленых облигаций.

И таких примеров, касающихся перехода к зеленым инвестициям, можно привести довольно много (Нидерланды, Кения, Малайзия и др.). В таблице представлены регулирующие органы финансового рынка, осуществляющие деятельность в поддержку ЦУР, функционирующие в различных странах мира.

Таблица

Регулирующие органы на финансовом рынке

Страна Регулирующий орган

Австралия Австралийское агентство по пруденциальному регулированию

Бразилия Комиссия Бразилии по ценным бумагам и биржам

Канада Комиссия по ценным бумагам провинции Альберты

Чили Управление по ценным бумагам и страхованию Чили

Китай Комиссия по регулированию ценных бумаг Китая

Гонконг Комиссия по ценным бумагам и фьючерсам Гонконга

Индия Совет по ценным бумагам и биржам Индии

Индонезия Управление финансовых услуг Индонезии

Япония Японское агентство финансовых услуг

Кения Управление рынков капитала

Малайзия Комиссия по ценным бумагам Малайзии

Марокко Управление марокканского рынка капитала

Нидерланды Голландское управление по финансовым рынкам

Новая Зеландия Управление финансового рынка Новой Зеландии

Перу Управление рынками ценных бумаг Перу

ЮАР Управление по финансовому рынку Южной Африки

Турция Совет по рынкам капитала Турции

Великобритания Управление по контролю за финансовой деятельностью

Источник: Sustainable Stock Exchanges Initiative.

В глобальном контексте процесс экологизации рассматривается как ключевой элемент стратегии устойчивого развития. Вовлечение в этот процесс все большего числа стран приводит к формированию глобальных договоренностей, которые не только требуют от каждой страны-участницы договора официальной декларации политики перехода к «зеленой» экономике, но и практического подтверждения этих намерений реальными действиями в области экологизации промышленного производства, пользования природными ресурсами, транспортной и иной инфраструктуры, «озеленения» национальной финансовой системы. И многие страны делают значительные шаги в этом направлении.

Так, например, 6 февраля 2019 года филиппинская энергетическая компания AC Energy стала эмитентом климатических облигаций в объеме $410 млн. Средства от выпуска облигаций будут направлены на финансирование проектов компании в области возобновляемой энергетики стран Азиатско-Тихоокеанского региона, в том числе Вьетнама, Филиппин и Индонезии. Данный выпуск облигаций стал первым выпуском сертифицированных климатических облигаций, номинированным в долларах, который был размещен на Сингапурской фондовой бирже (Singapore Stock Exchange).

19 февраля 2019 года второй по величине банк Испании Banco Bilbao Vizcaya Argentaría осуществил первый выпуск структурных зеленых облигаций (structured green bonds) на собственной блок-чейн-платформе. В ходе частного размещения страховая компания Mapfre инвестировала €35 млн в долговые обязательства сроком на шесть лет. Структурные облигации отличаются от традиционных облигаций привязкой купона к различным активам, например, курсам валют, стоимости акций, значениям индексов. Купон выпущенных облигаций банка Banco Bilbao Vizcaya Argentaría привязан к ставке пятилетнего свопа в евро (euro swap rate).

Общее количество членов Ассоциации ответственного инвестирования PRI - Principles for Responsible Investment - увеличилось в течение 2018 года на 21% и достигло 2 232 членов. Среди новых членов Ассоциации ответственного инвестирования PRI, в частности, корпоративные пенсионные фонды швейцарской фармацевтической компании Novartis и британской энергетической компании National Grid, государственный пенсионный фонд Таиланда (The Government Pension Fund of Thailand), государственный пенсионный фонд штата Гавайи (Hawaii Employees' Retirement System) и др. Наибольшее число новых членов, вступивших в Ассоциацию ответственного инвестирования PRI, представляют США, Канаду, Великобританию и Ирландию.

Ассоциация ответственного инвестирования PRI планирует ввести с 2020 года обязательное раскрытие информации о принятых мерах в области управления рисками изменения климата для своих членов. В течение 2019 года раскрытие данной информации будет осуществляться на добровольной основе. Наиболее крупные и экономически развитые страны ( «Группа двадцати») рассматривают развитие «зеленой» экономики как одно из основных направлений решения проблемы глобального изменения климата. В свою очередь, «зеленый» рост обеспечивается за счет развития и повышения эффективности «зеленого» финансирования, предполагающего взаимодействие государственных и рыночных институтов и механизмов [14]. Российский опыт регулирования и климатическая проблема

21 сентября 2019 года было подписал постановление Правительства РФ о принятии Парижского соглашения по климату. Основная цель данного соглашения - предотвратить изменение климата и удержать прирост глобальной средней температуры к концу XXI века в пределах «намного ниже» 2°C сверх доиндустриальных показателей (участники соглашения намерены приложить усилия к ограничению роста температуры уровнем 1,5°C). По мнению ученых-климатологов, главным антропогенным фактором глобального потепления является углекислый газ, поступающий в атмосферу в основном с выбросами промышленных предприятий. В связи с этим, именно снижение уровня выбросов С02 стало целевым показателем для реализации Парижского соглашения.

Предшествовавший этому документу Киотский протокол (1997 года) обязывал страны-участницы сократить выбросы парниковых газов относительно уровня 1990 года на 5,2% [18]. Парижское соглашение не устанавливает общемировые нормативы снижения выбросов, а каждая страна-участница определяет целевые показатели самостоятельно (предполагается, что участники соглашения будут пересматривать их каждые пять лет). Для стран, не достигающих заявленных показателей, меры наказания не предусмотрены, но учет таких стран ведется в целях оказания им возможной помощи.

Для выполнения обязательств, предусмотренных соглашением, Россия установила цель снизить выбросы парниковых газов «до уровня 70-75% выбросов 1990 года к 2030 году при условии максимально возможного учета поглощающей способности российских лесов» [15]. Существует мнение, что подобное ограничение может иметь значимые негативные последствия для экономики РФ. Эти опасения связаны с тем, что ряд исследователей [1] отмечает низкую оценку поглощающей способности российских лесов, приведенную в углеродном балансе страны.

Помимо этого, РСПП выражает опасения, что введение «углеродного налога» может нанести ущерб российской промышленности [16]. По мнению АКРА, оценку потенциальных рисков замедления экономического роста в связи с принятием Парижского соглашения нужно проводить с учетом корректной оценки поглощающей способности российских лесов.

По оценке Росгидромета, в 2017 году выбросы парниковых газов в С02~эквиваленте оказались на уровне 2,2 млрд т, что с учетом поглощения углерода лесами страны (580 млн т) эквивалентно 1,6 млрд т. Если сравнивать это с объемом выбросов парниковых газов в 1990 году (по разным оценкам - от 2,3 до 3,1 млрд т), то даже по самым консервативным подсчетам сейчас выбросы С02 составляют 69% от уровня 1990 года, что укладывается в указанный выше целевой диапазон 70-75%.

Надо сказать, что 2018 год стал годом, в котором выбросы углерода за последние семь лет стали самыми большими в мире и выросли на 2,0% по сравнению с предыдущим годом (см. рис. 2), эксперты на прямую связывают такой рост с увеличением спроса на энергию [4].

34500 34000 33500 33000

32500 32000 31500

На саммите оон по климатическим изменениям, в рамках /3-й генассамблеи этой международной организации, 77 стран обязались к 2050 году полностью остановить выбросы парниковых газов в атмосферу, еще 70 государств пообещали расширить свои национальные планы по данному вопросу уже к 2020 году. К примеру, Франция заявила, что не будет вести торговлю со странами, которые не соблюдают Парижское соглашение по климату, Германия будет добиваться «углеродного нейтралитета» к 2050 году,

Кроме того, 12 стран обещали внести средства в «Зеленый климатический фонд». Великобритания до 2025 года выделит дополнительно £11,6 млрд на борьбу с климатическими изменениями. Индия к 2022 году планирует увеличить производство энергии из возобновляемых источников до 175 ГВт, а позже - и до 450 ГВт. Китай сократит ежегодные выбросы парниковых газов на 12 млрд тонн [8]. Пакистан обязался в ближайшие пять лет высадить 10 млрд деревьев. И т.д. Заключение

С каждым годом глобальный рынок все больше включается в процесс устойчивого развития и ответственного инвестирования, учитывающего факторы экологии, социального благополучия и гуманного корпоративного управления. Россия находится в самом начале пути следования этому мировому тренду. «Зеленые» инвестиции имеют огромный потенциал для устойчивого развития, но для его ис-

33890,8

32799,9 32844,8 32804,4

32316,7

31978,3

32913,5

2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018

Рис. 2. Выбросы СО2 в мире, млн тонн

пользование нужен механизм финансирования подобных инвестиций. Для построения такого механизма в России необходимо принять соответствующее политическое решение [9].

Важным аргументом сегодня для инвесторов становится то, насколько компания заинтересована в привлечении инвестиций и придерживается принципов ESG. Оценить это позволяют публичные данные, которые отражаются в специальной нефинансовой отчетности. Существует целый ряд международных инициатив и организаций в области ответственных финансов, среди которых Глобальный договор ООН, Глобальная инициатива по отчетности (GRI), Инициатива по климатическим облигациям (CBI) и пр. Эти структуры - каждая в силу своих компетенций - собирают отчетность ESG, ведут статистику, создают стандарты и системы верификации «зеленых» и социальных проектов. Нам представляется, что этот опыт необходимо активнее внедрять и в РФ, для чего необходима корректировка инструментов соответствующей государственной политики.

ЛИТЕРАТУРА

1. Аналитический обзор методик учета выбросов и поглощения лесами парниковых газов из атмосферы / А.Н. Филипчук, Н.В. Малышева, Б.Н. Моисеев, В.В. Страхов // Лесохоз. информ.: электрон. сетевой журн. 2016. № 3. С. 36-85.

2. Барсукова М.А., Боркова Е.А., Ватлина Л.В. Управление экономической устойчивостью в условиях инновационного развития // Известия Санкт-Петербургского государственного экономического университета. 2019. № 2 (116). С. 54-57.

3. Боркова Е.А., Тимченко М.Н., Маркова А.А. Инвестиции в зеленые технологии как инструмент экономического роста России // Бизнес. Образование. Право. 2019. № 3 (48). С. 87-91.

4. Выбросы CO2 BP. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.bp.com/en/global/corporate/energy-economics/statistical-review-of-world-energy/co2-emissions.html (дата обращения 28.10.2019).

5. «Зеленое финансирование» в России: создание возможностей для «зеленых» инвестиций аналитическая записка. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://documents.shihang.org/curated/zh/ 699051540925687477/ pdf/131516-RUSSIAN-PN-P168296-P164837-PUBLIC-Green-finance-Note.pdf (дата обращения 10.11.2019).

6. Зеленые финансы: повестка дня для России. Диагностическая записка. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.cbr.ru/content/document/file/51270/diagnostic_note.pdf (дата обращения 10.12.2019).

7. Зеленая экономика и зеленые финансы / под ред. Б.Н. Порфирьева. СПб.: Изд-во «МБИ», 2018. 327 с.

8. К 2050 году 77 стран обязались прекратить выброс парниковых газов. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://ec.europa.eu/eurostat/documents/3217494/7731525/KS-DK-16-001-EN-N.pdf/cc2b4de7-146c-4254-9521-dcbd6e6fafa6 (дата обращения 17.12.2019).

9. Кабир С.К. «Зеленые» инвестиции и устойчивое развитие: поиск баланса? [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.academia.edu/39305827Z_ (дата обращения 17.01.2019).

10. Казанцева А.Н. Вопросы разработки и реализации государственной политики в сфере производства и обращения экологически чистой продукции // Теория и практика сервиса: экономика, социальная сфера, технологии. 2018. № 2 (36). С. 16-20.

11. Конкурентоспособность и прорывное позиционирование в посткризисный период / Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена. СПб., 2011. 298 с.

12. КовалевЮ.Ю. Концепция устойчивого развития и ее реализация в ЕС. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://elar.urfu.ru/bitstream/10995/28100/1/iuro-2014-134-08.pdf (дата обращения 17.10.2019).

13. Ответственные инвестиции / РБК + Тематическое приложение к ежедневной деловой газете РБК. Четверг, 6 июня 2019. № 80 (3035).

14. Отчет о научно-исследовательской работе. Практический опыт поддержки «зеленого» финансирования (на примере стран «Группы двадцати») (заключительный). [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.minfin.ru/common/upload/library/2018/06/main/2017_practical_20.pdf (дата обращения 13.12.2019).

15. Официальный документ о национально определяемом вкладе выбросов. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www4.unfccc.int (дата обращения 17.05.2019).

16. СМИ сообщили об отказе правительства вводить предложенный Чубайсом налог. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://iz.ru/936877/2019-10-28/smi-soobshchili-ob-otkaze-pravitelstva-vvodit-predlozhennyi-chubaisom-nalog (дата обращения 28.10.2019).

17. Устойчивое развитие и зеленые инвестиции. № 2, февраль. 2019. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://investinfra.ru/frontend/images/PDF/NAKDI_green_Feb-2019.pdf (дата обращения 10.03.2019).

18. Energy, transport and environment indicators 2016 edition. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://ec.europa.eu/eurostat/documents/3217494/7731525/KS-DK-16-001-EN-N.pdf/cc2b4de7-146c-4254-9521-dcbd6e6fafa6 (дата обращения 01.01.2020).

19. Guidelines on green, social and sustainable bonds. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://marra-kechpledge.com/wp-content/uploads/2017/11/AMMC-BR0CHURE-VGB.pdf (дата обращения 06.01.2019).

20. How securities regulators can support the Sustainable Development Goals. A sharing of experiences. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www. sseinitiative.org/wp-content/uploads/2018/10/SSE-Regulator-Report-com-pressed.pdf (дата обращения 13.12.2019).

21. Vertakova Y., Plotnikov V. Problems of sustainable development worldwide and public policies for green economy // Economic Annals XXI. 2017. Vol. 166 (78). P. 4-10.

22. Vertakova Y.V., Plotnikov V.A. The Integrated Approach to Sustainable Development: The Case of Energy Efficiency and Solid Waste Management // International Journal of Energy Economics and Policy. 2019. Vol. 9 (4). P. 194201.