Периоды развития психологических концепций элит

ПЕРИОДЫ РАЗВИТИЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ КОНЦЕПЦИЙ ЭЛИТ

Н.Б. КАРАБУЩЕНКО

Кафедра социальной и дифференциальной психологии Российский университет дружбы народов Ул. Миклухо-Маклая, б, 117198 Москва, Россия

В данной статье рассматриваются два основных периода развития психологических концепций элит, связанных с социально-философскими и психологическим идеями XIX начала XX в., непосредственно выходящими на проблемы элитизации личности, раскрытия ее творческого потенциала и социальной ответственности.

Психологические концепции элит включают обширный теоретический материал, еще весьма поверхностно систематизированный и не в полной мере приведенный к какому-либо единому знаменателю. В XIX-XX вв. психологические особенности процессов элитообразования и проблемы политического лидерства мы легко обнаруживаем в философских системах таких выдающихся мыслителей как И. Фихте, Г.Ф.В. Гегель, Т. Карлейль, А. Шопенгауэр, Ф.М. Достоевский, Ф. Ницше, B.C. Соловьев, В. Парето, H.A. Бердяев, X. Ортега-т-Гассет и многих других.

Более подробный анализ некоторых работ XIX и XX вв. даст общее представление о развитии «концепций элит». Коснемся лишь наиболее значимых из них.

I. Период социально-философских концепций XIX - начала XX в.

Анализируя сущность данного периода, мы остановимся на двух принципиально значимых для рассмотрения данного вопроса тем:

а) рефлексии выдающейся личности над природой своей собственной элитности (уникальности, значимости, авторитета, гениальности);

б) собственно самих социологических теорий элит конца ХЕК - начала XX столетий.

Тему элитной рефлексии мы могли бы обозначить еще и как тему са-моэлитизации отдельного индивида, в процессе его профессионализации и самоактуализации. В настоящее время этой проблемой активно занимается такая научная дисциплина, как акмеология. Однако она не исчерпывает всю полноту нашего элитологического интереса, так как касается вопросов профессионализации личности, а проблемам гениальности и творчества, например, уделяет гораздо меньше внимание. В этом плане психологическая эли-

тология стремится охватить весь спектр указанной проблематики, т. е. для нее АКМЕ - составная часть исследований. И здесь психологическая элито-логия должна обратиться к данным философии и, в частности, к философии личности (персонализму).

Наиболее интересные наблюдения на этот счет оставил нам представитель немецкой классической философии И.Г. Фихте (1762-1814), который с позиции субъективного идеализма утверждал идею, касающуюся природы элитизации своей личности (то же самое мы видим и у Сенеки, и у Августина, и у H.A. Бердяева). Фихте пишет, что он возвысился до этого воззрения и стал новым существом. Все его отношение к данному миру коренным образом изменилось [12, с. 206-207].

Аналогичные примеры мы можем найти и в большинстве работ, авторы которых (люди выдающихся творческих способностей) оставили нам наблюдения за процессом элитизации своей собственной персоны (такие работы чаще всего носят мемуарный характер). И здесь на помощь общей элито-логии должна прийти персоналогия (как наука о личности) и персонализм (как философия личности). Классическим примером здесь может служить «Исповедь» Блаженного Августина или «Самопознание» H.A. Бердяева.

В этой связи уместно также вспомнить о том, что H.A. Бердяев (1874-1948) назвал «Третьем Заветом». По мнению выдающегося философа и мыслителя, человечество проходит три фазы в своем развитии. Первая эпоха, соответствует Ветхому Завету и «ипостаси Бога-Отца» - фаза законченного сознания; Вторая, новый завет, «ипостась Сына» (Иисуса Христа) - фаза искупления; Третья, эпоха «антропологического откровения», представленная в Св. Духе. По мысли H.A. Бердяева, человечество стоит на пороге создания новой истины, где человек выступает в роли свободной творческой личности, он становится подобным Богу [2, с. 15-16]. Христианские идеи H.A. Бердяева подчеркивают ведущую роль творческого начала личности, наделенной незаурядными способностями.

Авторство первых систематизированных «теорий элит» принадлежит известным социологам: Г. Моске, В. Парето и Р. Михельсу, причем Г. Моска и Р. Михельс исследовали элиту с точки зрения организационного методологического подхода, а В. Парето положил начало традиции психологического анализа элит. Однако В. Парето, по-видимому, весьма сложно будет называть родоначальником психологических концепций элит, поскольку пальма первенства в этом вопросе принадлежит еще древним грекам - Пифагору и Платону, наметившим это направление в истории элитологии, а в XX в. 3. Фрейду и Э. Фромму, создавшим свои психологические концепции элит.

Остановимся на трех знаковых именах: В. Парето (патриархе социологии элит), Э. Дюркгейма (социология позитивизма), X. Ортеги-и-Гассета (теоретика «восстания масс»).

В. Парето (1848-1923) весьма основательно разработана концепция «остатков» (или «осадков») и «производных». Основу этой теории социального поведения составляет разделение человеческих действий на логические

и нелогические. Логические действия основаны на рассуждении, а нелогические основаны на чувстве. По утверждению В, Парето, теории, посредством которых люди представляют свои нелогические действия в качестве логических, содержат в себе постоянный и изменчивый элемент. Первый В. Парето обозначает термином «осадок», второй - термином «производное» (или «деривация») [6, с. 32-35]. В. Парето утверждает, что во всех обществах есть привилегированное меньшинство, или элита. Элита (привилегированное меньшинство) удерживает свои позиции, сочетая силу и хитрость, так как невозможно управлять большинством, не используя силы, или не убеждая его в необходимости повиновения. Элиты существуют во всех обществах, независимо от формы правления.

Выдающийся французский социолог Э. Дюркгейм (1858-1917) придавал огромное значение воспитанию, которое способствует формированию особого типа элитной личности. Личное превосходство и врожденная личная одаренность являются одними из основных отличий социализации элиты. Образование же, по Э. Дюркгейму, должно цементировать, объединять вокруг фундаментальных моральных ценностей индивидов, способствовать их социальной сплоченности, упорядочивать отношения [3, с. 51.]. В то же время оно должно разделять людей, распределять их по разным отраслям деятельности и социальным группам, приспосабливать индивида к особым обстоятельствам социально-групповой деятельности.

Ссылаясь на И. Канта, Э. Дюркгейм пишет: «целью воспитания является развитие в каждом индивиде всего того совершенства, на которое он способен». Но что же следует понимать под словом «совершенство»? Это, как очень часто говорили, гармоничное развитие способностей человека. Поднять на самый высокий уровень все способности, заложенные в нас, реализовать их как можно полнее, но так, чтобы они не навредили друг другу, не в этом ли воспитательный идеал, выше которого невозможно было бы поставить другой?» [3, с. 10].

Все индивиды не могут, да и не должны, вести одинаковый образ жизни. В зависимости от их способностей им следует выполнять различные функции, и они должны жить, сообразуясь с той, которая выпала на их долю. «Не все созданы для теоретической мысли, нужны люди ощущений и действия. Но нужны и такие, задача которых - мыслительная деятельность» [3,с.11].

Идеи социальной иерархии прослеживаются и в социальной философии X. Ортега-и-Гассета (1883-1955), который в своей книге «Восстание масс» утверждал, что в основе таких социокультурных категорий как «толпа» и «элита» лежат именно психологические факторы. «Толпа» - это «понятие количественное и видимое. Выражая ее в терминах социологии, мы приходим к понятию социальной массы. Всякое общество — это динамическое единство двух факторов, меньшинств и массы. Меньшинства - это личности или группы личностей особого, специального достоинства. Масса -это множество людей без особых достоинств. Это совсем не то же самое, что рабочие, пролетариат. Масса - это средний, заурядный человек» [8, с. 120].

Человек элиты - это человек выдающийся, всегда чувствует внутреннюю потребность обращаться наверх, к авторитету или принципу, которому он свободно и добровольно служит.

Вопреки обычному мнению, именно человек элиты, а вовсе не человек массы, проводит жизнь в служении. Жизнь не имеет для него интереса, если он не может посвятить ее чему-то высшему. Его служение - не внешнее принуждение, не гнет, а внутренняя потребность. Когда возможность служения исчезает, он ощущает беспокойство, ищет нового задания, более трудного, более сурового и ответственного. Это жизнь, подчиненная самодисциплине, - достойная, благородная жизнь. Отличительная черта благородства - не права, не привилегии, а обязанности, требования к самому себе.

Таким образом, основными особенностями периода социально-философских концепций элит XIX - начала XX в. являются следующие:

1) возникает потребность в самоэлитизации (И.Г. Фихте);

2) подчеркивается ведущаю роль творческого потенциала личности, наделенной незаурядными способностями и возможностью приблизиться к божественному началу (H.A. Бердяева);

3) используется организационно-методологический подход в изучении элит (Г. Моска, Р. Михельс);

4) складывается традиция психологического анализа элит. Элита представляет собой привилегированное меньшинство, сочетающее в себе силу и хитрость (В. Парето);

5) отличительными особенностями элиты становятся личное превосходство и врожденная одаренность. Благодаря воспитанию возможно добиться гармоничного развития способностей человека (Э. Дюркгейм);

6) исследуются явления социальной иерархии: меньшинства представляются как личности особого, специального достоинства, а массы - как множество людей без особых достоинств. Человек элиты посвящает себя служению чему-то высшему, он наиболее требователен к себе, нежели к окружающим (X. Ортега-и-Гассет).

Уже у В. Парето мы наблюдаем объединение социологических, психологических и элитологических идей в единое целое. То же самое мы обнаруживаем и в общих представлениях 3. Фрейда и Э. Фромма - происходит соединение данных и методов психологии, элитологии и социологии. Причем в обоих случаях элитология выступает в роли соединяющего звена. Нечто подобное мы встречаем и в развитии элитологических воззрений Античности (Пифагор, Платон, Аристотель), где прослеживается явная связь «философии личности» с «социологией элит» на базе общей «философии избранности» (элитности).

И. Период социально-психологических концепций конца XIX - начала XX в. Психологические «теории масс» (Г. Тард, Г. Лебон, С. Сигеле) сложились на рубеже XIX-XX вв. примерно в одно и то же время, что и социологические «теории элит» (В. Парето, Г. Моска, Р. Михельс). Их объединяет то, что проблему масс и элит они рассматривали в качестве дихотомии,

подчиненной диалектическому принципу развития [5, 2002]. Эта тенденция сохраняется и по сей день. В последнее время психология власти чаще всего рассматривается в связи с воздействием ее субъектов на массовое сознание

[1; 13].

В произведениях Г. Тарда (1843-1904) мы впервые встречаем всесторонний анализ дихотомии «масса - элита (лидеры)». Основными социальными процессами Г. Тард считал «изобретение» (процесс совершенствования во всех сферах жизни человека и общества), «подражание» и «оппозицию» (социальный конфликт). Именно «изобретения» (категория присущая лидерам и элитам) являются главным двигателем всего мирового прогресса. Подражание «низших» социальных слоев «высшим». Именно это «человеческое свойство» и привело общество к неравенству и социальной иерархии. Социальный конфликт («оппозиция») - результат взаимодействия сторонников противоположных изобретений [4].

Г. Тард - основатель концепции, которая сложена под влиянием представлений о роли внушения в социальной детерминации поведения. Он констатировал об открытии им закона «подражания низшего высшему». Именно это «человеческое свойство» и привело общество к неравенству и социальной иерархии. Это было неизбежно, отмечает Г. Тард, потому что отношение образца и копии было отношением властителя к подданному. Чем выше уровень подражания, тем значительнее сословное неравенство в обществе [10].

По мнению Г. Тарда нужно различать два вида толпы: толпу «проникнутую любовью» (праздничная толпа, карнавал и т. п.) и толпу «проникнутую ненавистью». Толпа всегда рассеивается, когда теряет своего вожака [11, с. 34-35].

По его мнению, психология публики - это чисто духовное собирательное целое, в котором индивиды физически рассеяны и разделены друг от друга, но имеют общую и чисто духовную связь. В отличие от толпы публика «бесконечно растяжима». Она гораздо превышает толпу, так как связующим ее звеном являются средства массовой информации и коммуникации. Наше время, утверждает Г. Тард, - «эпоха публики или многих публик».

Г. Тард приходит к выводу, что ложь - это обычная норма взаимоотношения толпы, публики и элиты. Толпа весьма легковерна и безумна. Но если толпа творит революцию, то публика предпочитает избирать в парламент. И здесь Г. Тард детально касается вопроса взаимоотношений элиты и публики: «Сила публициста заключается, прежде всего, в присущем им инстинктивном знании психологии публики. Они знают, что ей нравится и что нет» [11, с. 45].

Имя основателя социальной психологии XX в. Г. Лебона (1841-1931) ассоциируется с его предсказанием наступления «эры масс». По его мнению, любое скопление людей представляет собой «массу» (толпу), главной чертой которой является утрата способности к наблюдению. В силу волевой неразвитости и низкого умственного уровня больших масс (толп) ими правят

бессознательные инстинкты. В толпе самостоятельность личности утрачена, критичность ума и способность суждения резко снижены. Обезличивание человека в массе приводит к господству импульсивных реакций, росту подверженности различным влияниям, к отсутствию контроля над страстями [7, с. 153].

У Г. Лебона идея «толпы» всегда идет параллельно с идеей «элиты». Он отмечает, что элита всегда стремилась проникнуть в тайны мыслительного процесса «толпы» (массы). Все великие властители мира всегда были бессознательными психологами, инстинктивно понимающими душу толпы. Все «цивилизации создавались и оберегались маленькой горстью интеллектуальной аристократии, никогда - толпой. Сила толпы направлена лишь к разрушению» [7, с. 152-153].

Касаясь вопроса взаимоотношения массы и элиты, Г. Лебон делает следующее очень важное для психологической элитологии замечание: «...все властители мира, все основатели религий или государств, апостолы всех верований, выдающиеся государственные люди и, в сфере более скромной, простые вожди маленьких человеческих общин всегда были бессознательными психологами, инстинктивно понимающими душу толпы и часто очень верно. Именно благодаря этому пониманию они и становились властелинами толпы» [7, с. 153].

Знание психологии толпы занимает важное место в системе профессиональной подготовки субъекта власти (элиты). Однако это знание, по мнению Г. Лебона, ему необходимо не для управления массами, так как в наше время это уже невозможно, а для того, чтобы не дать им слишком много воли над собой. Массы мало склонны к теоретическим рассуждениям, зато очень склонны к действию, поэтому толпами нельзя руководить посредством правил, основанных на чисто теоретической справедливости, а надо отыскивать то, что может произвести на нее впечатление и влечь ее. Вывод, к которому он приходит, звучит в духе воинствующего элитаризма: «нельзя руководить массами посредством предписаний только одного разума» [7, с. 151, 154, 155].

В своей программной книге «Преступная толпа» (1892 г.) итальянский психолог С. Сигеле (1868-1913), исследуя проблему взаимоотношения «психологий индивида» и «психологии массы», приходит к убеждению, что толпа более предрасположена к злу, чем к добру, и может дойти до преступления. В толпе могут культивироваться и успешно развиваться только самые дурные человеческие наклонности. Хорошие качества напротив уничтожаются.

С. Сегеле волнует главным образом юридическая сторона проблемы «индивид и толпа». Вслед за Г. Тардом он также полагает, что внушение оказывает влияние преимущественно на людей уже предрасположенных совершать внушаемое действие. Из этого он делает вывод об индивидуальной ответственности членов толпы за совершенные в ее составе действия. В толпе могут культивироваться и успешно развиваться только самые дурные человеческие наклонности. Хорошие качества напротив уничтожаются.

С. Сигеле признает, что психологические теории толпы должны быть дополнены психологической теорией элиты. Он выделяет два отряда мыслителей: индивидуалисты борются за право индивида на самостоятельное самовыражение своей личности независимо от воли большинства; аристократы критикуют деспотизм большинства, считая его исторической нелепостью [9, с. 110].

Мнение большинства в природе не существует. «Мнение большинства» (массы) есть трансформированное в их сознание идея меньшинства (элиты). «Мнение большинства» это - «мнение X. Внушено большинству. Это значит, что мнение данного лица (сегодня это - оратор, завтра - журналист и т. д.) имеет в себе столько силы, что обратило на себя внимание толпы гораздо больше, чем какое-нибудь другое мнение» [9, с. 114]. С. Сигеле занимает в этом вопросе откровенно элитарные позиции, весьма основательно критикуя демократию за ее лицемерную «любовь» к толпе. Для этого он вводит такое понятие как «люди высшего развития», подразумевая под этим термином тех, кто руководит толпой, тех, чье мнение является законом развития общественных отношений. «Верховное право большинства кажется поверхностному наблюдателю триумфом численности, между тем как, в сущности, оно - бессознательное подчинение посредственностей людям с высшим развитием». Такие люди обладают теми талантами, которые отсутствуют у большинства. Но С. Сигеле понимает, что «талантливые люди почти всегда остаются изолированными во время своей жизни, так как им приходится бороться против общественного мизонеизма (страха перед новшествами)» [9, с. 115].

Выводы, которые делает С. Сигеле, заключаются в следующем: «так как мнение большинства есть в сущности мнение великих людей, медленно проникшее в массу, то деспотизм большинства обращается в деспотизм гениальных идей, когда последние уже созрели и когда приложение их стало своевременным» [9, с. 116].

Период социально-психологических концепций конца XIX - начала XX в. характеризуется следующими особенностями:

1) предпринимается всесторонний анализ дихотомии «масса - элита (лидеры)»;

2) благодаря такому социальному процессу, как «изобретение», по мнению Г. Тарда, осуществляется совершенствование человека во всех сферах жизни и деятельности. «Изобретение» присуще только лидерам;

3) открыт закон «подражания низшего высшему» (Г. Тард);

4) исследуется психология публики - чисто духовного собирательного целого, в котором индивиды физически рассеяны и разделены друг от друга, но имеют общую и чисто духовную связь;

5) констатируется, что взаимоотношения толпы и элиты строятся на

лжи;

6) исследуются психологические особенности «массы»: утрата способности к наблюдению, доминирование бессознательных инстинктов, отсутст-

вие самостоятельности личности и критичности ума, подверженность влияниям, преобладание импульсивных реакций;

7) при этом задача «элиты» проникнуть в тайны мыслительного процесса «толпы»: быть бессознательным психологом, инстинктивно понимающим ее душу (Г. Лебон);

8) исследуется предрасположенность толпы к проявлению преступных действий;

9) рассматривается классификация мыслителей: индивидуалисты (стремятся к самовыражению не зависимо от воли большинства), аристократы (критикуют деспотизм большинства);

10) вводится понятие «люди высшего развития» - те, кто руководит толпой, чье мнение является законом развития общественных отношений;

11) утверждается, что талантливые люди изолированы от общества;

12) констатируется, что мнение большинства - это мнение великих людей (С. Сигеле).

Таким образом, два периода социально-философской и психологической мысли XIX - начала XX в. засвидетельствовали неоспоримый факт системного исследования в области элитологии и последовательного развития психологических концепций элит. Именно на этой фундаментальной базе и формируются современные элитологические исследования, анализирующие сущность элиты и элитности уже в условиях XXI в.

ЛИТЕРАТУРА 1 .АдаирД. Психология власти: Пер. с англ. - М.: Эксмо, 2004.

2. Бердяев Н.А. Философия творчества, культуры и искусства. Серия «Русские философы XX века»: В 2-х т. - Т. 1. - М.: Искусство, 1994.

Ъ.Дюркгейм Э. Социология образования. - М., 1996.

4. История буржуазной социологии ХІХ-ХХ вв. - Гл. 5.- М., 1979.

5. Карабущенко Н.Б. Психологическая дистанция (в дихотомии «элита-масса»). - М.: Прометей; МПГУ, 2002.

6. Карнеев Р.К. Психология и элитологическая теория В. Парето // Элитологические исследования. - 1998. - № 1, с. 32-35.

7. Лебон Г. Психология народов и масс. - СПб.: Макет, 1995.

8. Ортега-и-Гассет X. Восстание масс // Вопросы философии. - 1998. - № 3, с. 87-125.

9. Сигеле С. Преступная толпа. Опыт коллективной психологии // Преступная толпа. -М.: КСП+, Институт психологии РАН, 1998, с. 13-118.

10. Тард Г. Законы подражания. - СПб., 1903.

11. Тард Г. Личность и толпа. СПб., 1903.

12. Фихте ИГ. Несколько лекций о назначении ученого; Назначение человека; Основные черты современной эпохи // Сборник / Пер.с нем. - Мн.: Попурри, 1998.

13. Шейнов В.П. Психология власти. - М.: Ось-89, 2003.

PERIODS OF DEVELOPMENT OF PSYCHOLOGICAL CONCEPTIONS OF ELITES

N.B. KARABUSCHENKO

The Chair of Social and Differential Psychology Russian Peoples’ Friendship University

6, Miklucho-Maklay St., 117198 Moscow, Russia

In the article the two main periods of psychological conceptions of elites’ development are examined. These periods are connected with socio-philosophical and psychological ideas of the 19* - beginning of the 20th century, directly facing the problems of making the person elital, developing his creative potential and social responsibility.