Порядок признания сделки несостоявшейся: теоретические и практические аспекты

Д.А. Ларионов

ПОРЯДОК ПРИЗНАНИЯ СДЕЛКИ НЕСОСТОЯВШЕЙСЯ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

Вопросы судебной защиты прав сторон несостоявшейся сделки в настоящее время являются весьма актуальными в связи с проблемами пересмотра судебных решений.

Проведенный анализ способов защиты, которыми вправе воспользоваться стороны недействительных и незаключенных сделок, позволяет сделать вывод о том, что круг способов защиты, которыми вправе воспользоваться стороны несостоявшейся сделки существенно уже по сравнению с правовыми возможностями, предоставленными сторонам недействительной сделки. Применительно к незаключенным договорам имеется лишь возможность использования специальных способов защиты. Это связано с тем, что по общему правилу «несостоявшаяся сделка в принципе не должна порождать правовых последствий, она юридически иррелевантна. Специальные последствия для такой сделки могут наступить лишь в случае исполнения ее одной из сторон» [1, с. 8].

К таким специальным последствиям относится, прежде всего, возможность применения норм о неосновательном обогащении. Поскольку в соответствии со ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу с момента заключения, а в случае с незаключенными договорами заключения договора не происходит, то нет и правового основания для исполнения таких договоров. В случае же исполнения такого договора одна сторона (приобретатель) без соответствующих оснований приобретает или сберегает имущество за счет другой стороны (потерпевшего), т.е. имеет место неосновательное обогащение.

Дискуссионным в научной литературе является вопрос о том, с какого момента договор является незаключенным (сделка несостоявшейся): после признания ее таковой судом или изначально, т.е. независимо от такого признания.

По нашему мнению, обращение в суд в данном случае является необходимым: сделка или договор не могут быть признаны несостоявшимися вне рамок судебного разбирательства. В принципе, при рассмотрении судом любого иска о присуждении по сделке вопрос ее оценки на предмет состоятельности в той или иной мере всегда присутствует, даже когда стороны не ссылаются на это обстоятельство, потому что в конечном итоге именно от этого обстоятельства зависит законность и обоснованность вынесенного решения.

Кроме того, обращение в суд необходимо и для применения правовых последствий несостоявшейся сделки или договора. Рассматривая требования о взыскании неосновательного обогащения, суд так или иначе вынужден будет оценивать заключенную сторонами сделку на предмет согласования в ней существенных условий и исследовать вопрос о ее исполнении сторонами. Путем обращения в суд происходит юридическая оценка сложившихся правоотношений и констатация того факта, что договор или сделка не состоялись, не приобрели значения юридического факта, не породили соответствующих прав и обязанностей, т.е. судом устанавливается так называемый «отрицательный факт». Под отрицательным фактом в научной литературе обычно понимается отсутствие чего-то, несовершение каких-то актов, невыполнение обязательств, которые указывают на то, чего нет или не было в реальной действительности [2, с. 19; 3, с. 123].

Таким образом, по нашему мнению, сделка может быть признана незаключенной лишь в судебном порядке, после того, как суд оценит ее содержание, исполнение ее сторонами и, соответственно, сделает вывод о том, является ли сделка несостоявшейся, а исполненное по такой сделке -неосновательным обогащением одной из сторон.

Изучение теоретических оснований исков о признании сделок несостоявшимися позволяют присоединиться к мнению В.А. Кияшко о том, что такие требования всегда имеют исковую природу, поскольку они связаны с наличием спора о праве - праве, возникающем из сделки, относительно которой заявлены требования о признании ее несостоявшейся [3, с. 122]. Указанная позиция нашла свое подтверждение и в судебной практике, в которой было признано недопустимым рассмотрение подобного требования в порядке установления юридического факта [4, с. 48, 51].

Анализируя процессуальные аспекты признания сделки несостоявшейся, представляется важным рассмотреть вопрос о субъектах, имеющих право предъявить такое требование. В отношении недействительных сделок этот вопрос законодателем разрешен. В соответствии со ст. 166 ГК РФ в отношении ничтожных сделок таким правом обладает любое заинтересованное лицо, а в отношении оспоримых сделок - субъекты, прямо названные в законе. Важно обратить внимание на то, что понятие «заинтересованное лицо» в законодательстве отсутствует. Указанное обстоятельство порождает ряд проблем в правоприменительной практике, когда суды отказывают в иске лицу, считая его лицом, не имеющим своего материально-правового интереса в деле, т.е. ненадлежащим истцом. В связи с этим представляется обоснованным мнение Н. Рогожина, что «материально-правовой интерес наличествует

в деле, если истец требует защиты своего конкретного субъективного права или охраняемых законом интересов. Истец должен защищать только свои конкретные нарушенные права и законные интересы, которые непосредственно затрагиваются сделкой, которую он считает ничтожной» [5, с. 128].

Однако, как обоснованно отмечается в научной литературе, несостоявшиеся сделки являются самостоятельной категорией гражданского права [6, с. 249-250; 1, с. 7—11], следовательно, и нормы гражданского права, регулирующие сходные правоотношения (аналогия закона), должны применяться к ним с известной осторожностью. К таким правоотношениям, прежде всего, следует применять аналогию права, т.е. правоотношения сторон должны определяться исходя из общих начал и смысла законодательства, требований добросовестности, разумности и справедливости.

Как представляется, говорить о возможности предъявления требований о признании договора незаключенным либо сделки несостоявшейся любым заинтересованным лицом, нет оснований. Ничтожная сделка, нарушая требования законодательства, причиняет вред публичным интересам государства, т.е. обществу в целом, поэтому в отношении такой сделки введены иные, более гибкие способы защиты, в том числе возможность предъявления иска любым заинтересованным лицом. Несостоявшаяся сделка не несет государственным интересам такого вреда, как ничтожная, в данном случае нарушаются частные интересы сторон в возможности защиты возникших правоотношений договорными средствами реагирования, поэтому и право на заявление иска о признании договора незаключенным (сделки несостоявшейся) должно принадлежать только самим сторонам спорного правоотношения. В этой связи иск о признании договора незаключенным (сделки несостоявшейся) не может предъявить и прокурор, поскольку государственные интересы при этом не нарушаются. Если же согласиться, что требование о признании договора незаключенным может быть предъявлено любым заинтересованным лицом, то будет нарушена и стабильность гражданского оборота, потому что станет возможным постороннее вмешательство в отношения сторон правоотношения помимо их воли. Такое вмешательство оправданно только при причинении вреда публичному порядку, т.е. для ничтожных сделок.

Дополнительным аргументом в пользу обоснованной нами точки зрения является тот факт, что требование о применении последствий незаключенной сделки в виде взыскания неосновательного обогащения может быть заявлено только потерпевшим.

Необходимо также рассмотреть и вопрос о сроках предъявления судебных требований о признании договора незаключенным (сделки несостоявшейся).

Следует обратить внимание на то обстоятельство, что требования, связанные с незаключенностью договора, могут касаться как содержания договора, так и иметь своим предметом возврат имущества, переданного в рамках исполнения подобной сделки.

В первом мы согласны с мнением, высказанным в научной литературе, что «требование об устранении неопределенности в возникших между сторонами правоотношениях, как правило, может быть заявлено в течение срока действия договора, а если срок действия в договоре не определен, то в течение срока исполнения обязательств по договору (п. 3 ст. 425 ГК РФ). Заявление требования о признании договора незаключенным за пределами этих сроков лишено смысла» [3, с. 128].

В случаях, когда ставится вопрос о взыскании неосновательного обогащения как применении последствий несостоявшейся сделки, то в отсутствие специальных указаний на срок исковой давности в ГК РФ, следует поддержать высказанное в научной литературе мнение о необходимости применения общего срока исковой давности, равного трем годам [1, с. 9].

В то же время в законодательстве остается нерешенным вопрос о моменте, с которого должен исчисляться срок исковой давности по подобному кондикционному требованию. В соответствии со ст. 200 ГК РФ исчисление срока исковой давности начинается с того дня, когда лицо (потерпевший) узнало или должно было узнать о нарушении своего права, т.е. о возникновении у контрагента неосновательного обогащения. По мнению В.А. Кияшко, «с учетом того, что предполагается, что стороны осведомлены об условиях законодательства о порядке заключения договоров, потерпевший должен узнать о неосновательности обогащения приобретателя по несостоявшейся сделке в момент исполнения такого обязательства» [3, с. 129]. На наш взгляд, с высказанной точкой зрения трудно согласиться по следующей причине. Признание сделки несостоявшейся (договора незаключенным) по причинам, изложенным выше, должно производиться в судебном порядке. Кроме того, в силу положений ГК РФ о форме договора, одна из сторон может полагать, что условия договора согласованы достаточно четко, и начать исполнять сделку. Таким образом, потерпевший в момент исполнения сделки может и не предполагать, что в будущем договор окажется незаключенным, а переданное исполнение утратит свое основание и будет подлежать возврату. В связи с этим представляется, что моментом начала исчисления срока исковой давности должен признаваться не момент исполнения сделки одной из сторон, а момент, когда сторона сталкивается с обстоятельствами, очевидно свидетельствующими о том, что заключенный договор не состоялся как юридический факт.

Литература

1. Садиков О.Н. Недействительные и несостоявшиеся сделки // Юридический мир. 2000. № 6.

2. Зайцев И., Фокина М. Отрицательные факты в гражданских делах // Российская юстиция. 2000. №

3. Кияшко В.А. Несостоявшиеся сделки. СПб.: Юридический центр «Пресс», 2007.

4. Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 17.02.2004 № 76 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел об установлении фактов, имеющих юридическое значение» Пункты 5, 11 // Вестник ВАС РФ. 2004. № 4.

5. Рогожин Н. Некоторые проблемы и особенности доказывания материально-правового интереса при рассмотрении исков о недействительности сделок // Хозяйство и право. 2002. № 9.

6. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: Общие положения. М.: Статут, 2005.