Алогизм как основа комизма в малых жанрах абсурдного дискурса

10. Серебренников Б. А. Роль человеческого фактора в языке: Язык и мышление. -М., 1998.

11. Современный русский литературный язык / под ред. П.А. Леканта. - М., 1988.

12. Фомина А.Ю. Способы моделирования макрособытия в синтаксисе // Вестник ТГУ. - Вып. 4 (48). - 2007. - С. 39-44.

13. Шаталова О.В. Синтаксическая характеристика языковой личности. - СПб.: ЛГУ им. А.С. Пушкина, 2012.

Сладкевич Ж.Р.

Алогизм как основа комизма в малых жанрах абсурдного дискурса

В статье рассматривается природа комического в малых жанрах абсурдного дискурса. Смеховое начало таких текстов базируется на нарушении логических оснований разного порядка (классификации, квантификации, уровня тематической однородности понятий) и заключается в общей абсурдизации высказывания.

Ключевые слова: комическое, лингвистический абсурд, алогизм.

Вопросы, связанные с исследованием комического, являются актуальной темой междисциплинарных исследований, имеющей свои традиции в философии, психологии, языкознании, литературоведении, социологии [7; 20; 37]. Обилие теорий комического - это следствие его универсальности, легкости восприятия и неисчерпаемости его форм и оттенков.

Как справедливо указывает О.Н. Телятникова, лингвистическое исследование комических текстов может проводиться многоаспектно [39, с. 1613]. Представляется, что наиболее продуктивными направлениями изучения комизма являются когнитивный, лингвопрагматический и дискурсивный подходы.

В ракурсе лингвопрагматики [6] механизмы образования комических смыслов рассматриваются на основании теорий коммуникативного акта Дж. Остина [1], теории импликатур и принципа кооперации П. Грайса [3], а также как следствие несоблюдения постулата вежливости, описанного Дж. Личем [5].

В свете когнитивных теорий всевозможные отклонения от нормы и сочетание противоречивых явлений рассматриваются в качестве ведущего механизма создания комического эффекта: в основе комизма лежит «неожиданное соединение несоединимого на всех уровнях языка и речи» [15, c. 7]. В когнитивно-прагматическом ракурсе наиболее значимым представляется фреймовый подход к изучению механизмов комического [22, с. 87-88; 38, с. 1614; 13, с. 198], детерминированный стереотипностью человеческого сознания. Фрейм (схема, скрипт, сценарий) - это стереотипная структура знаний, вербализуемая определенной языковой единицей или комбинацией их комбинацией. «Вхождение в текст информации, которая не соответствует той или иной стереотипной схеме, ведет к нарушению

290

ожиданий воспринимающего, к возникновению противоречивых сценариев, столкновение которых создает комический эффект» [36, с. 9].

Наряду с попытками выстроить систему лингво-риторических средств создания комического эффекта (метафора, сравнение, метонимия, гипербола, литота, перифраз и т.п.) сегодня достаточно активно развивается принципиально иное, философско-психологическое направление [30, с. 150]. Главная идея данного направления заключается в том, что в основе комического эффекта лежат не отдельные лингвистические единицы, а взаимоналожение, столкновение контекстов, разных систем мышления [40, с. 55]. Основа комического эффекта находятся не на лингвистическом, а на более глубинном уровне- ее составляет «перевод» текста в другую систему мышления, в иной дискурс [41, с. 371-372]. Данное исследование посвящено анализу приемов нарушения формальной логики при создании комического эффекта в малых смеховых жанрах широко понимаемого абсурдного дискурса.

Интерес к категории лингвистического абсурда в научной гуманитарной мысли особенно активизировался в бурную эпоху социального карнавала, смены общественных и политических устоев, конфронтации идеологических течений, кардинального пересмотра традиционной системы ценностей [34, с. 387-388]. О.Д. Буренина утверждает, что «абсурд и как мировоззрение, и как элемент поэтики охватил все сферы культуры двадцатого столетия, не обойдя вниманием ни литературу, ни философию, ни науку, ни искусство, ни язык в целом» [12, c. 7]. В современных лингвистических исследованиях мы находим упоминание о проблеме абсурда и языковых аномалий прежде всего по отношению к анализу художественной речи, фольклорных текстов или политической риторики [12; 16; 19; 29; 35] и др.

В сознании носителей языка в ряду синонимов к слову «абсурд» (лат. absurdum «нелепое, глупое» [44]), несомненно, стоят лексемы «бессмыслица», «нонсенс», «нелепость», «вздор», «парадокс» и т.п. Такая трактовка неправомерна, поскольку в лингвистике понятия «абсурд» и «смысл» не рассматриваются как взаимоисключающие [35, с. 248-249].

В абсурдном дискурсе изначально присутствует какой-то парадокс, какое-то нарушение на любом уровне (семантическом, логическом, грамматическом, фонетическом, психологическом), создающее ощущение ненормальности, странности ситуации и имеющее языковой характер манифестации [11, с. 3]. В аномальном тексте экспрессия побеждает языковой стандарт. Соединение несовместимого, опровержение смысла высказывания с целью его интерпретации либо порождения нового смысла выступает здесь как фактор текстообразующий: «традиционное противопоставление смысла абсурду не совсем точно отражает суть этой языковой субстанции, так как абсурд, принимающий разные формы, может служить источником возникновения смысла там, где он изначально не предполагается» [23]. По словам Т.Б. Радбиля, такие отклонения от системных закономерностей «не

291

ведут к деструкции системы, а, напротив, являются выражением ее креативного и адаптивного потенциала» [29, с. 3].

О.В. Кравченко отмечает, что языковой абсурд обладает «специфическими формальными, содержательными, ортологическими, металингвистическими и функциональными характеристиками» [19, с. 5]. Нарушение языковой, ситуативной, коммуникативной и дискурсивной обусловленности употребления единиц приводит к созданию лингвистического абсурда. Смеховая природа малых жанров абсурдного дискурса обусловливает приемы построения в них комических смыслов. Можно выделить языковые (семантические, грамматические, словообразовательные, стилистические), логические, дискурсивные механизмы создания аномальных текстов (см. подробнее: [18; 19; 34; 35]). В рамках данной статьи остановимся на логических аномалиях, определяющих комический эффект рассматриваемых жанров, функционирующих в интернет-пространстве или устной коммуникации. Материалом для данного исследования послужили 530 единиц текстов армеизмов, приколов, черномырдизмов, шутливых афоризмов, собранных на интернет-сайтах [8; 9; 10; 25; 26; 27; 37; 41; 42]. Ведущей коммуникативной интенцией отправителей этих текстов является смехообразующая - развлечь, рассмешить, позабавить сокоммуникантов. Сущность комического в прикольных афоризмах, армеизмах (образцах армейского красноречия, приписываемых безграмотным офицерам и прапорщикам), черномырдизмах (речевых оборотах российского политика

В. С. Черномырдина, ставших народным фольклором) базируется на нарушении логических оснований разного порядка (классификации, квантификации, уровня тематической однородности понятий) и заключается в общей абсурдизации высказывания.

Ряд теоретиков представляет отсутствие логики и разумного начала основой комичного в произведении. Так, И. Кант считал, что во всем, что должно возбуждать громкий смех, «должно быть нечто, противное разуму», Жан Поль, наряду с другими объяснениями, определяет комическое как «чувственно воспринимаемое бесконечно неразумное» [28]. Иначе говоря, комический алогизм здесь представлен как некий механизм мысли, в котором нарушена содержимая составляющая. Польский ученый Б. Дземидок [14], хотя и не рассматривает средств комизма, указывает, что расхождение свойств предмета или явления и его норма, имеющейся в сознании и образующей основу человеческой жизни, является предпосылкой комического. Исследователь отмечает пять приемов создания комического: деформация явлений; неожиданные эффекты; несоразмерность в отношениях и между явлениями; мнимое объединение абсолютно разнородных явлений; создание явлений, отклоняющихся от логической или праксеоло-гической нормы. В.Ю. Новикова дефинирует «абсурд» как алогичную языковую субстанцию, которую составляют единицы различных уровней языка, аномальные по отношению к языковой норме, указывает на то, что «особенности смыслопорождения и восприятия каких-либо единиц в со-

292

ставе конкретной конструкции, кажущейся бессмысленной, противоречат, с одной стороны, прагматическим установкам коммуникативной логики языка и, с другой стороны, установкам логики традиционной» [23]. Когда речь идет об абсурде, то чаще имеется в виду «неправильность» формальная или смысловая, отделяющая его от «правильных» утверждений и рассуждений, которые принимаются за эталон, к которому человек старается «подогнать» непонятные ему явления речи и языка, называя их алогичными.

Под алогизмом обычно подразумевают «нарушение логических связей для умышленного подчеркивания противоречия» [33].

А.П. Сковородников определяет алогизм как принцип, лежащий в основе группы риторических приемов и состоящий в «намеренном и прагматически мотивированном отклонении от логических норм, под которыми понимаются основные законы формальной логики и вытекающие из них частные правила» [32, с. 38]. К риторическим приемам и фигурам, в организации которых участвует алогизм, исследователь относит амфиболию, антифразис, астеизм, гипаллагу, диафору, зевгму, катахрезу, оксюморон, плоку, силлепсис, перекурсию, некоторые разновидности антитезы.

Б.Ю. Норман отмечает, что языковая игра, основанная на несоблюдении логических правил, заложена глубоко в народном сознании, она обильно представлена в фольклоре (поговорках, загадках, прибаутках) [24, с. 154]: Живы будем - не помрем; Умная голова, да дураку досталась и т.п. Использование алогизма для показа иррациональности окружающей действительности характерно для творчества Н.В. Гоголя, Ф. Кафки, сегодня

С. Соколова, Т. Толстой.Весьма продуктивен этот прием в сатире, прежде всего в анекдоте, например:

- Чем отличается помидор от трактора?

- Помидор - красный, а у трактора дверца наружу открывается [8].

Подобного рода тексты не несут смысловой нагрузки, а комический

эффект вызван очевидной непоследовательностью, разрывом понятийносмысловой связи.

Разновидностями алогизма в малых смеховых жанрах являются:

- «алогичные компаративы», то есть противопоставление предметов и свойств, не заключающих в себе ничего противоположного, или сопоставление разноплановых предметов и свойств, лишённых всякого сходства, создание окказиональных метафор и сравнений, отражающих противоречащие законам логики и традиционной картине мира представления о предметах и свойствах: Брось, а то уронишь; Я вас не спрашиваю, где вы были. Я спрашиваю, откуда вы идете!; Что вы матом ругаетесь, как маленькие дети!; Что у вас за вид, товарищ курсант? Брюки не глажены, морда небритая - как пятилетний! О.В. Кравченко подчеркивает, что «метафоры и сравнения изоморфны явлению абсурда. Их изоморфизм объясняется тем, что абсурд возникает в результате сравнения неких явлений, понятий, представлений. Абсурд (в том числе языковой) «компаративен» по своей сути. Компаративные аномалии становятся действенным спосо-

293

бом расшатывания традиционных рамок осмысления действительности, зафиксированных в когнитивных структурах концептуальной картины мира» [19, с. 17];

- нарушение логики рассуждения: Или вы прекратите курить, или одно из двух; Осмотрите дыру в заборе и доложите, с какой она стороны - с этой или с той; У меня нет мании величия. Великие люди ею не страдают.

В ходе подобного рода рассуждения наступает подмена или смешение понятий: Вы что, не слышите? У вас что, гайморит?; Что вы, товарищ курсант, такой неровный квадрат нарисовали? Вы что, дальтоник?; Ну-ну, рисуй, рисуй, Паганини!; Хвойный лес горит лучше, чем лесистый;

- абсурдное умозаключение, разрушение причинно-следственных свя-зейлибо усмотрение их между объектами, которые такими связями не обладают: Сейчас разберусь как следует и накажу кого попало; Извините, что я говорю, когда вы перебиваете; Ядерная бомба всегда попадает в эпицентр; Будем отстаивать это, чтобы этого не допустить (В. С. Черномырдин, далее - ВСЧ);

- нарушение квантификации: Эй, вы трое! Идите оба ко мне! Чего смотришь, я тебе говорю; Что говорить о Черномырдине и обо мне? (ВСЧ); У меня приблизительно два сына (ВСЧ);

- нарушение логической однородности ряда перечисления: Передайте вашему командиру, пусть найдет меня живым или по телефону; Поставьте шлагбаум или толкового майора; Копать траншею от забора до обеда; У нас ещё есть люди, которые очень плохо живут. Мы это видим, ездим, слышим, читаем (ВСЧ). В алогичном и парадоксальном объединении понятий в иронических перечислениях, вскрывающих истинную сущность некоторых явлений проявляется эвристическая функция механизма комического;

- нарушение логических оснований для действий: Сапоги нужно чистить с вечера,чтобы утром надевать на свежую голову; Окна моют те, кто возле них спит - они ими чаще пользуются; Молчать, когда я вас спрашиваю!; А теперь закрой рот и скажи, где ты был; Всех отсутствующих построить в одну шеренгу!

- нарушение «естественного» представления о предмете, явлении: Живете, как свиньи в берлоге; Потом будете плакать и руки наизнанку выворачивать; Вчера я прошелся под вашими кроватями. Мне непонятно, как вы там живете?; Захожу в одну тумбочку - грязь. Захожу во вторую - грязь. Захожу в третью - кеды, по колено в грязи!; Что вы за ногти отрастили на ногах, как у орла? Хоть по деревьям лазай. Зачастую комический эффект в абсурдных высказываниях рассматриваемого типа является результатом нарушения смысловой и структурной целостности фразеологизма - Пора, товарищи, брать коня за рога!; Нельзя запрягать телегу посреди лошади (ВСЧ) - или следствием несоответствия значений и оценок, выраженных эксплицитно, называемым явлениям, фактам: Курсант, где вы были? В туалете? Вы бы еще в театр сходили! Такова же логика в

294

знаменитом утверждении Черномырдина, сделанном им в качестве посла Российской Федерации на Украине: Россия - это континент, и нам нельзя тут нас упрекать в чём-то (Итоги. - 2000. - № 46 (232). На попытки возразить, что на одном континенте с Россией есть и другие страны, например, Китай, Черномырдин ответил: А при чём здесь Китай? Китай - не континент [43];

- сочетание свойств несопоставимых предметов: Сигнал к атаке - три зеленых свистка вверх; Опрос будет письменный, но устно!; Говорю безо всяких - спад экономики ещё не полностью пошёл на подъём (ВСЧ). Комическое воздействие в этих случаях появляется в результате актуализации противоположных значений и оценок. Выделение общего в данных примерах позволяет сделать вывод, что при нарушении предметно-смысловой обусловленности соединения слов возникают необычные сочетания слов, сталкиваются слова далеких семантических сфер, сопоставление которых неожиданно [21]. Таким образом порождается комический эффект.

К аномалиям логичности и связности речи можно отнести тексты, базирующие на внутренних противоречиях, представляющие обрывочный поток мыслей. Великолепной иллюстрацией данного положения могут послужить «черномирдизмы» / «черномырдинки», то есть афоризмы В.С. Черномырдина, создавшие ему репутацию «народного» политика. Культуролог К. Душенко объясняет всенародный успех черномырдинских афоризмов их спонтанностью и неповторимостью [17]. Черномырдизмы полны недоговоренностей, несостыковок, основаны на парадоксах и нарушении максим коммуникации Поля Грайса (здесь - количества, релевантности и способа выражения): Говорил, говорю и буду говорить: не станет Черномырдин, не произойдет этого, как бы некоторые ни надеялись. Потому что, когда такие задачи стоят, когда мы так глубоко оказались, не время сейчас. Меня многие, я знаю, из-за того, что Черномырдин очень многим оказался, как в горле, как говорится. Но я всем хочу сказать, не говоря уж о Борисе Николаевиче, что пусть они не думают, что так легко. Ведь люди видят, кто болеет за судьбу, а кто просто занимается под маркой. Я знаю, кто тут думает, что пробил его наконец. Черномырдин всегда знает, когда кто думает, потому что он прошел все это от слесаря до сих пор. И я делаю это добровольно, раз иначе нельзя, раз такие спекуляции идут, что хотят меня сделать как яблоко преткновения. Это надо внимательно еще посмотреть, кому это надо, чтобы вокруг Черномырдина создавать атмосферу. Все должны знать: сделанного за годы реформ уже не воротишь вспять! (Черномырдин В.С., фрагмент телевизионного выступления, опубликованный бюллетенем «Самиздат» за 13-20 сентября 1998 г., см.[25]):

Таким образом, при нарушении формальной логики выражения мыслей и создании нестандартных способов описания действительности ярко проявляется креативный механизм комизма и парадокса. Показательны в

295

этом отношении интернет-списки профессий с комментариями читателей. Вот лишь некоторые выдержки [37]:

Варщик шубного лоскута

Вздымщик

Главный обогатитель

Заготовщик черни

Мойщик мокрых отходов

Обкатчик клюквы

Опрокидчик

Сестра медицинская диетическая

Чистильщик лица голья (работает в паре с заготовщиком черни).

Разумеется, в тексте различные приемы абсурдизации могут включаться в конвергенцию друг с другом (логические + грамматические + синтагматические: Здесь вам не тут - здесь вас быстро отвыкнут водку пьянствовать и безобразия нарушать) и иными риторическими приемами и фигурами (гиперболой, литотой, метафорой): Напоминаю - глаз у меня маленький, но очень злопамятный. Можно найти массу примеров, по отношению к которым можно говорить о синкретизме языковой абсурдизации, когда один и тот же текст может быть охарактеризован как аномальный одновременно на нескольких уровнях языковой системы. Таким образом, в понятиях «комическое» и «абсурдное» фиксируются определенные коллизии, имеющие глубинные корни в бытии [21]. Ресурсы русского языка, используемые для обыгрывания логико-смыслового содержания фразы, поистине чрезвычайно богаты.

Список литературы

1. Austin J.L. Mowienie i poznawanie. Rozprawy i wyklady filozoficzne. Warszawa,

1993.

2. Awdiejew A. Niesmieszne aforyzmy. (Refleksje nad semantyk^ humoru Viktora Raskina) // J^zyk a Kultura. - Tom 8. - Podstawy metodologiczne semantyki wspolczesnej / Red. I. Nowakowska-Kempna. - Wroclaw, 1992. - S. 279-285.

3. Grice H.P. Logika a konwersacja / Tlum. J. Wajszczuk // Przegl^d Humanistyczny.-1977. - Nr 6.-S. 85-99.

4. Kolakowski L. O smiechu // Mini wyklady o maxi sprawach. Seria druga. Krakow: Znak, 2000.

5. Leech G. Principles of Pragmatics. - London: Longman Publ. Gr., 1983. - P. 131139.

6. Lipinska M. Mechanizmy pragmatyczne komizmu w polskich przyslowiach // AN-NALES. Uniwersutatis Mariae Curie-Sklodowska. Lublin-Polonia. - 2009. - Vol. XXVII. -S. 59-74.

7. Michalski М. Komizm jako rewizjonistyczna kategoria historycznoliteracka // Slup-skie Prace Filologiczne. Seria Filologia Polska. - 2007. - №5. - S. 193-205.

8. Абсурдные анекдоты, собранные Полиной Канюковой. - [Эл. ресурс]: http://www.ark.ru/ins/zapoved/zapoved/absurd.html

9. Армеизмы. - [Эл. ресурс]: http://val000.livejournal.com/88625.html

10. Армеизмы. - [Эл. ресурс]: http://www.diary.ru/~kubrothers/?from=840

296

11. Арутюнова Н.Д. Аномалии и язык // Вопросы языкознания. - 1987 - №3. -С. 3-19.

12. Буренина О.Д. Что такое абсурд, или По следам Мартина Эсслина // Абсурд и вокруг. - М., 2004. - С. 7-72.

13. Гитис М.И. Структурные особенности звукозрительного контрапункта, используемого в качестве комического приема // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. - 2012. -№ 151. - С. 196-203.

14. Дземидок Б. О комическом / пер. с польского С. Свяцкого. - М.: Прогресс,

1974.

15. Желтухина М. Комическое в политическом дискурсе (на материале немецкого и русского языков): автореф. дис. ... канд. филол. наук. - Волгоград, 2000.

16. Карасик В. И. Абсурд в политической риторике // Современная политическая лингвистика: проблемы, концепции, перспективы: сборник научных трудов. - Волгоград: Перемена. - 2009. -С. 22-35.

17. Константин Душенко: «Черномырдин говорит неправильно, но ярко». - [Эл. ресурс]: http://www.dushenko.ru/news/121250/

18. Кравченко О.В. К вопросу об определении понятия «лингвистический абсурд» // Языковая система и речевая деятельность: лигвокультурологический и прагматический аспекты. Материалы междунар. науч. конф. - Ростов-на-Дону 2007. - Вып. I. -С. 87-89.

19. Кравченко О.В. Явления языкового абсурда в художественных текстах: автореф. дис. ... канд. филол. наук. - Ставрополь, 2010.

20. Мусийчук М.В. Когнитивные механизмы структур комического: философскометодологические аспекты: автореф. дис. ... д-ра филос. наук. - Новосибирск, 2011.

21. Мусийчук М.В. Имплицитный смысл как основание креативного механизма комического. - [Эл. ресурс]: e-koncept.ru>2014/54950.htm?download

22. Наер В. Л. Продукционные стратегии текстовой реализации категории комического // Стратегические стратегии текстообразования: Сб. науч. тр. / под ред. Борду-ковой Д.Г. - Вып. 339. - М.: МГЛУ, 1992. - С. 86-94.

23. Новикова В.Ю. Языковой абсурд как лингвистическое явление. - [Эл. ресурс]: http://fege.narod.ru/librarium/novikova.htm

24. НорманБ.Ю. Игра на гранях языка. - М.: Флинта: Наука, 2012.

25. ПолитЮмор. Черномырдизмы - фразы из выступлений Черномырдина. - [Эл. ресурс]: http://www.sovnarkom.ru/yhumor2.htm

26. Прикольные афоризмы. - [Эл. ресурс]: http://www.anekdotov-

mnogo.ru/aforizmi_prikolnie.html

27. Прикольные афоризмы. - [Эл. ресурс]: http://www.pojelanie.ru/aforizm/prikol/

28. Пропп В.Я. Проблемы комизма и смеха. - [Эл. ресурс]:

http://komichnoe.ru/content/alogizmy

29. Радбиль Т.Б. Языковые аномалии в художественном тексте: автореф. дис. ... д-ра филол.наук. - М., 2006.

30. Сачава О.С. Инсценируемая интердискурсивность как стратегия текстового постороения в немецкоязычной политической сатире // Политическая лингвистика. -2010. - №4(34). - С. 150-154.

31. СимутоваО.П. Языковая игра в словообразовании (на материале немецкого и русского языков): автореф. дис. ... канд. филол. наук. - Уфа, 2008.

32. Сковородников А. П. Алогизм как риторический прием // Русская речь. - 2004. - №1. - С. 35-49.

33. Скорик С.И. Алогизм как художественный прием. - [Эл. ресурс]: http://stihi.pro/949-alogism.html

297

34. Сладкевич Ж.Р. Лингвистический абсурд как средство дискредитации общественно-политической действительности в фельетоне // Русистика и современность: Материалы XIV международной научно-практической конференции 29 сентября -1 октября 2011. - Т. 1: Лингвокультурологая и межкультурная коммуникация. - СПб., 2011. - C. 387-392.

35. Сладкевич Ж.Р. Политический фельетон в свете теории речевого воздействия. -Гданьск: Изд-во Гданьского ун-та, 2013.

36. Смирнова О.П. Трансформированный текст как способ создания второй виртуальной реальности (на материале политкорректных сказок, притч, рассказов Ветхого Завета): автореф. дис. ... канд. филол. наук. - СПб., 2007.

37. Список РЕАЛЬНЫХ профессий из Классификатора профессийДК 003-95

Украины. - [Эл. ресурс]: http://megaforum. dp.ua/printthread. php?s=

0f9059ca4044f7e25a6075004e4af595&t=1352&pp=10&page=50

38. Сычев А.А. Природа смеха, или Философия комического. - Саранск: Изд-во Мордовского ун-та, 2003.

39. Телятникова О.Н. Художественный текст комической направленности в аспекте его интерпретации // Известия самарского научного центра РАН. - 2009. - Т. 11, 4 (6). - С. 1613-1618.

40. Тепляшина А.Н. Жанры и формы комического в современной российской периодике. - СПб.: СПбГУ, 2006.

41. Тынянов Ю.Н. О пародии // Русская литература XX века в зеркале пародии: Антология. - М.: Высшая школа, 1993. - С. 361-391.

42. Черномырдизмы. - [Эл. ресурс]: http://sokolov9686.livejournal.com/749091.html

43. Черномырдинки. - [Эл. ресурс]: https://ru.wikipedia.org/wiki/%D7%E5%F0%ED %EE%EC%FB%F0%E4%E8%ED%EA%E8

44. Этимологический словарь. - 2004. - [Эл. ресурс]:

http://slovari.yandex.ru/синонимы%20абсурд/правописание/

Лебедева Т.Е.

Стилистические особенности памятника «Память и похвала князю Владимиру Иакова Мниха»

В статье предпринимается попытка проанализировать памятник торжественного красноречия Древней Руси с точки зрения его стилистических особенностей в контексте формирования и развития русского литературного языка.

Ключевые слова: древнерусский язык, литературный язык, стилистический анализ текста.

«Память и похвала.» датируется XI веком и представляет собой памятник красноречия Древней Руси. Жанр произведения обозначен в его названии, что было обычным для древнерусских текстов (ср., например, «Поучение и молитва Феодосия Печерского», «Слово некоего калугера о чьтении книгъ», «Наказание богатым» и под.).

Рассмотрим стилистические особенности текста «Памяти и похвалы.», которые обусловлены во многом идеологической направленностью произведения. После крещения Руси в Древнерусском государстве дли-

298