Функционирование водного хозяйства в субъектах Европейского Севера России

М.А. Лебедева

ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ВОДНОГО ХОЗЯЙСТВА В СУБЪЕКТАХ ЕВРОПЕЙСКОГО СЕВЕРА РОССИИ

M.A. Lebedeva

Water Economy Functioning in the Territorial Entities of the European North of Russia

Современное водное хозяйство является важнейшей составляющей экономики территорий, определяющей особенности производства и условия жизнедеятельности человека. Оно является одним из важных системных факторов устойчивого социально-экономического развития страны.

Теоретические и практические аспекты управления водными ресурсами, а также проблемы в создании инструментов для повышения эффективности функционирования водного хозяйства и ее регионов, включая принятие стратегических решений, представлены в работах Л.Г. Матвеевой, О.А. Черновой, А.А. Фридман, Н.И. Коронкевича, И.С. Зайцевой, В.Ф. Фоминой, В.М. Кумзерова. В работах этих авторов затрагивается главным образом количественный аспект водопользования. Н.И. Коронкевич и И.С. Зайцева в основном обращают внимание на территориальные различия в обеспеченности водными ресурсами12. В.Ф. Фомина, В. М. Кумзе-ров, Н.Н. Крупина, Л.Г. Матвеева фокусируются на водоемкости ВРП -показателе, характеризующем затраты воды на единицу ВРП3;4;5;6;7. Вместе с тем качественным характеристикам водопользования в отечественных исследованиях уделено недостаточно внимания, что обусловило актуальность данной работы.

Целью исследования является анализ показателей водного хозяйства и выявление региональных особенностей управления водными ресурсами Европейского Севера России.

Развитие российского водного хозяйства в значительной мере связано с достижением таких стратегических целей как конкурентоспособность, высокотехнологичность, сбалансированность социально-экономического развития территорий и повышение качества жизни. Российская Федерация является одним из наиболее обеспеченных водными ресурсами государств мира. Среднемноголетние возобновляемые водные ресурсы России составляют 10 % мирового речного стока, среднегодовой сток оценивается в 4,3 тыс. км3. В целом по стране среднегодовая обеспеченность водными ресурсами на душу населения составляет 30,2 тыс. м3.

По мнению М. Слипенчука, основные проблемы водного хозяйства России заключаются в слабом локальном взаимодействии водообеспечи-вающих и водопотребляющих организаций, а также неспособность существующей организационно-институциональной структуры управления водными ресурсами стимулировать в полной мере равноправный доступ к ним и их эффективному использованию, повышению инвестиционной привлекательности инфраструктурных проектов8.

Директор Института водных проблем РАН В.И. Данилов-Данильян, в существующем российском водном хозяйстве выделяет следующие проблемы:

- неудовлетворительные гидрохимические и микробиологические показатели качества воды в большинстве используемых водных объектов;

- неудовлетворительное состояние систем хозяйственно-питьевого водоснабжения, что влечет потери воды и несоответствие питьевой воды гигиеническим нормативам;

- ухудшение технического состояния гидротехнических сооружений;

- недостаточная защита населения и хозяйственных объектов от негативного воздействия вод;

- недостаточная эффективность государственного управления водными ресурсами и водохозяйственными системами9 10.

Так, например, Водным кодексом РФ № 167 ФЗ от 1995 г. (ст. 121 - 128) для экономического регулирования различных аспектов водопользования предусматривалось создание систем платежей за пользование водными объектами; финансирования восстановления и охраны водных объектов, а также системы экономического стимулирования рационального использования, восстановления и охраны водных объектов.

Система финансирования восстановления и охраны водных объектов формировалась за счет:

- платы за изъятие воды из водных объектов (в пределах установленного лимита и сверх него);

- платы за использование водных объектов без изъятия воды, в соответствии с условиями лицензии на водопользование;

- платы за сброс сточных вод в водные объекты (в пределах установленных лимитов и сверх них).

Платежи за использование водных объектов поступали в бюджеты субъектов Российской Федерации и использовалась для финансирования мероприятий по рациональному использованию водных ресурсов, а плата за сбросы должна была поступать в федеральный целевой экологический фонд и использоваться не менее чем на 80 % для финансирования мероприятий по восстановлению и охране водных объектов. Таким образом, расход платы за воздействие на природную воду было регламентировано, а механизм функционирования фонда выполнял компенсационную функцию.

Сегодня федеральный экологический фонд упразднен, плата за негативное воздействие на окружающей среды (НВОС) зачисляется в бюджеты различных уровней бюджетной системы Российской Федерации, а ее дальнейшее использование не регламентируется11.

Важнейшей характеристикой территории России является дифферен-цированность ее регионов по ресурсной обеспеченности, в том числе водным ресурсам. Существующие различия в природных и хозяйственных условиях этих регионов во многом определяют специфику природопользования. Так, европейская часть России меньше азиатской части по величине и объемам природных ресурсов, в том числе и водных ресурсов. Население здесь значительно больше, наблюдается более длительная подверженность антропогенному воздействию, а также более высокая сельскохозяйственная освоенность

При рассмотрении водного хозяйства страны особого внимания заслуживает северная часть европейской территории России. Европейский Север России (ЕСР), которая обладает весьма значительными водными ресурсами. Если в среднем по европейской территории России обеспеченность населения ресурсами речного стока составляет 7-9 тыс. м3/чел., то по ЕСР около 200 тыс. м3/чел. Но в силу климатических и гидрохимических особенностей водные объекты ЕСР обладают пониженной самоочищающей способностью и подвержены аккумулированию негативного воз-действия12.

Как было отмечено ранее, ряд отечественных исследований, направленных на оценку использования водных ресурсов, преимущественно включают количественные показатели (например, количество водных ресурсов, объем водозабора, объем использованной и сброшенной воды). Однако учет и качественных характеристик не менее важен, поскольку качественная составляющая может на здоровье населения конкретной территории.

В данной работе анализ качества эффективности использования водных ресурсов проведен по следующим показателям:

- доля проб воды, не соответствующих гигиеническим требованиям;

- доля населения, обеспеченного качественной питьевой водой;

- водоемкость ВРП (общая и по свежей воде);

- потери воды при транспортировке.

Европейский Север России более чем достаточно обеспечен водными ресурсами. Так, в 2017 г. обеспеченность населения в субъектах ЕСР составила более 50 тыс. м3, что больше чем средние многолетние значения по России (30,2 тыс. м3, таблица 1).

Таблица 1

Водные ресурсы Европейского Севера России

Территория Среднее многолетнее значение водных ресурсов км3/год** Водные ресурсы 2012 г., км3/год Водные ресурсы 2015 г., км3/год Водные ресурсы 2017 г., км3/год Отклонение значения 2017 г. от средних многолетних, % Водоо-беспе-ченность, тыс. м3 на душу населения

ЕСР 721,4 820,4 810,8 900,6 24,8 200,6

Республика Карелия 56 68,6 66,7 69,9 24,8 112,4

Республика Коми 164,8 188,6 211,7 206,1 25,1 245,1

Ненецкий авт. округ 212,1 232,2 272 243,8 14,9 5540,9

Архангельская область 175,1 192,7 143,7 228,2 30,3 205,4

Вологодская область 47,7 63,5 44 70,7 48,2 63,3

Мурманская область 65,7 74,8 72,7 81,9 24,7 108,6

** Средние многолетние значения водных ресурсов рассчитаны за период 1930-1980 гг.

Источник: Государственные доклады «О состоянии и использовании водных ресурсов Российской Федерации» за 2012-2018 гг.

Во всех субъектах ЕСР количество водных ресурсов в 2017 г. увеличилось относительно среднего многолетнего значения. Анализ показал хорошую обеспеченность водными ресурсами, а также их значительный прирост, обусловленный метеорологическими условиями и усилением речного стока данного региона.

Но следует отметить, что в 2018 г. в ряде субъектов Европейского Севера России сохраняются проблемы качества воды как в водных объектах, так и в распределительной сети (таблица 2).

В отношении качественной характеристики воды из поверхностных источников наиболее неблагоприятная ситуация наблюдается в Архангельской области, где только в 44, % случаев вода соответствует гигиеническим требованиям по санитарно-химическим показателям и в 71 % случаев - по

микробиологическим. Столь низкие показатели могут быть обусловлены воздействием предприятий по виду деятельности «сбор и обработка сточных вод» сброс загрязненных сточных вод от которых возрос в 2 раза и во столько же превышает количество сбросов нормативно-чистой (без очистки) воды; воздействием предприятий по виду деятельности «водоснабжение, водоотведение, организация сбора и утилизации отходов, деятельность по ликвидации загрязнений», где также имеет место большой сброс загрязненных сточных вод и очень низкая доля использования оборотной воды (0,13 % от всего объема использованной воды).

Таблица 2

Доля проб воды из поверхностных источников, не соответствующих гигиеническим требованиям (на 2018 г.), %

Территория По санитарно-химическим требованиям По микробиологическим требованиям

Поверхностные водные объекты

Россия 21,6 12,9

Республика Карелия 17,3 3,9

Республика Коми 44,7 8,2

Архангельская область 55,8 28,9

Ненецкий авт. округ н.д. н.д.

Вологодская область 5,2 26,0

Мурманская область 5,1 0,93

Централизованное водоснабжение

Россия 13,01 2,77

Республика Карелия 31,4 6,8

Республика Коми 34,3 4,2

Архангельская область 27,8 5,2

Ненецкий авт. округ н.д. н.д.

Вологодская область 17,4 5,0

Мурманская область 14,65 0,69

Нецентрализованное водоснабжение

Россия 24,97 17,78

Республика Карелия 31,6 16,6

Республика Коми 51,3 18,7

Архангельская область 34,2 27,4

Ненецкий авт. округ н.д. н.д.

Вологодская область 26,9 24,7

Мурманская область 18,5 0

Источник: государственные доклады «О санитарно-эпидемиологическом благополучии в 2018 году» территориальных органов Роспотребнадзора

Однако проблемы качества воды характерны не только для природных водных объектов. Так, следует отметить, что качество водопроводной воды в большинстве субъектов ЕСР значительно ниже, чем в целом по России. То же можно сказать и про нецентрализованное водоснабжение (за исключением Мурманской области).

В ходе работы был проведен анализ обеспеченности населения качественной питьевой водой (таблица 3). В большинстве субъектов ЕСР была выявлена положительная тенденция к увеличению доли населения, обеспеченного качественной питьевой водой.

Таблица 3

Доля населения, обеспеченного качественной питьевой водой, %

Территория 2010 г. 2012 г. 2013 г. 2014 г. 2015 г. 2016 г 2017 г. 2017 г. к 2010 г.

РФ 86,53 88,62 88,74 89,38 90,36 90,72 91,46 4,93

Республика Карелия 77,45 78,16 78,17 78,46 79,61 79,67 80,01 2,56

Республика Коми 94,39 94,87 96,33 96,31 96,51 96,53 96,45 2,06

Архангельская область 52,55 49,35 71,81 72,4 76,6 75,1 76,58 24,03

Ненецкий авт. округ 87,34 83,82 89,69 89,1 77,08 76,05 76,05 -11,29

Вологодская область 28,18 35,7 35,05 38,12 38,45 42,94 45,01 16,83

Мурманская область 99,87 99,89 99,88 99,88 99,88 99,88 99,88 0,01

Источник: Единая межведомственная информационно-статистическая система

Наиболее неблагоприятная ситуация в период с 2010 г. по 2017 г. наблюдалась в Вологодской области, где безопасной водой обеспечено менее половины населения, что обусловлено, в основном, неудовлетворительным состоянием разводящих сетей. Результаты опросов, проводимых в областном центре в период 2011-2012 гг., показывают, что 77-88 % населения были не удовлетворены качеством питьевой воды13.

Также по причине износа разводящих сетей снижается значение этого показателя в Ненецком автономном округе. В Мурманской области почти все население обеспечено качественной питьевой водой, несмотря на то, что протяженность ветхих водопроводных сетей увеличилась на 14 % за 2015-2017 гг., здесь отмечается самый низкий показатель несоответствия проб воды из поверхностных источников (таблица 3). То есть можно сделать вывод о том, что наравне с водоподготовкой, состояние природной воды отражается на характеристиках питьевой воды из централизованных источников.

Некоторые исследователи полагают, что одним из основных критериев оценки комплексного функционирования региональной водной экономики является показатель водоемкости ВРП, который позволяет охарактеризовать тип и уровень эколого-экономического развития вовлеченных территорий.

Водоемкость как частный случай показателя природоемкости отражает количество затраченных водных ресурсов на единицу ВВП или ВРП. В России на 2007 г. величина водоемкости составляла 2,4 м3 /тыс. руб. -весьма высокий показатель в сравнении с рядом других экономически развитых стран (в 2007 г. водоемкость по водозабору в США составила 1,4 м3/тыс. руб., в Норвегии - 0,4 м3/тыс. руб., в Швейцарии - 0,15 м3/тыс. руб.). Планируется, что к 2020 году величина водоемкости будет снижена до 1,4 м3 /тыс. руб.14.

В ходе анализа было установлено, что на территории Европейского Севера России и его субъектов показатели общей водоемкости и водоемко-сти по свежей воде в 2010-2017 гг. снизились (таблица 4).

Показатели водоемкости по использованию свежей воды составляют менее половины от общей водоемкости по ЕСР и в большинстве субъектов (кроме Мурманской области), что указывает на повышение доли использования оборотной воды, не изымаемой и не сбрасываемой в водные объекты. Это является положительным моментом относительно повышения эффективности использования воды. Также следует отметить, что и общая водоемкость ВРП ЕСР отличается тенденцией к снижению, хотя и непостоянной.

Во всех субъектах ЕСР, кроме Республики Коми, доля использования оборотной воды увеличилась. В Республике Коми снижение доли использования замкнутой системы водоснабжения обусловлено снижением мощностей очистных сооружений филиала «Печорская ГРЭС» АО «Интер

РАО-Электрогенерация». В Мурманской области доля использования оборотного водоснабжения не превышает 43 % от всего объема воды, что связано с износом природоохранных фондов. В целом долю использования оборотной воды на Европейском Севере России можно оценить как недостаточную. В ходе анализа установлено, что наибольший объем воды используется в хозяйственной деятельности Вологодской области (4112 из 10591 млн м3 по ЕСР) и здесь доля оборотного водоснабжения составляет 94 %, что указывает на имеющийся потенциал повышения замкнутости водооборота и в других регионах.

Таблица 4

Водоемкость ВРП Европейского Севера России, м3/ тыс. руб.

Территория Показатель 2010 г 2012 г 2014 г 2015 г 2016 г 2017 г 2017 к 2010, %

Европейский Север РФ Водоемкость по свежей воде 1,41 1,30 1,33 1,20 1,18 1,14 80,71

Водоемкость общая 4,55 4,48 4,51 4,43 4,48 4,19 92,17

Республика Карелия Водоемкость по свежей воде 0,83 0,76 0,77 0,67 0,64 0,67 80,48

Водоемкость общая 5,36 4,86 4,68 4,51 4,94 4,81 89,73

Республика Коми Водоемкость по свежей воде 0,77 0,73 0,75 0,80 0,82 0,84 109,46

Водоемкость общая 2,88 2,78 3,17 3,22 3,21 2,32 80,45

Ненецкий авт. округ Водоемкость по свежей воде 0,12 0,13 0,04 0,05 0,05 0,05 43,85

Водоемкость общая 0,16 0,17 0,06 0,11 0,12 0,14 85,50

Архангельская область Водоемкость по свежей воде 1,50 1,42 1,32 1,26 1,25 1,19 79,60

Водоемкость общая 3,39 3,32 3,19 3,08 3,08 3,09 91,16

Вологодская область Водоемкость по свежей воде 1,25 0,92 0,97 0,78 0,70 0,45 35,78

Водоемкость общая 8,58 8,16 8,37 8,38 8,53 8,09 94,30

Мурманская область Водоемкость по свежей воде 3,58 3,49 3,62 3,15 3,18 3,18 88,85

Водоемкость общая 5,77 6,11 5,72 5,49 5,51 5,50 95,28

Рассчитано по: Регионы России. Основные социально-экономические показатели. 2017: стат. сб./ Росстат. М., 2018. С.452-458.

Также для оценки рациональности использования водных ресурсов были проанализированы потери воды при транспортировке, которые отражают количество потерянной воды, как правило, по причине износа разводящих сетей (таблица 5).

Таблица 5

Потери воды при транспортировке, %

Территория 2010 г. 2012 г. 2014 г. 2015 г 2016 г 2017 г 2017 г. к 2010 г,

Европейский Север РФ 2,5 2,7 2,8 2,8 2,7 2,2 -0,3

Республика Карелия 4,1 4,2 4,1 3,3 2,8 3,1 -1,0

Республика Коми 2,8 2,2 1,5 1,9 1,5 1,9 -0,9

Ненецкий авт. круг 0,6 0,5 1,6 1,5 1,5 2,5 1,9

Архангельская область, 5,9 6,3 8,2 8,1 7,1 4,8 -1,1

Вологодская область 1,9 2,8 2,7 3,0 3,8 5,0 3,1

Мурманская область 1,2 1,3 1,3 1,2 1,0 0,8 -0,5

Источник: Единая межведомственная информационно-статистическая система

В России 2007 г. потери воды составляли 10 % от водозабора, и к 2020 г. ставится целью сократить их в 2 раза (5 %). В целом по Европейскому Северу России потери воды при транспортировке снизились и составили 2,2 %, что почти в 2 раза ниже целевого показателя в 5%, обозначенного Водной стратегией Российской Федерации на период до 2020 г. Увеличение потерь воды наблюдается в двух субъектах: Вологодской области и Ненецком автономном округе. В Вологодской области самая большая протяженность ветхих водопроводных сетей, подлежащих замене (1418,8 км из 4431,3 км (32 %) ветхих водопроводных путей, подлежащих замене).

Управление водными ресурсами на территории субъектов Европейского Севера осуществляется отделами Двинско-Печорского бассейнового водного управления (для всех субъектов ЕСР, кроме Республики Карелии) и Невско-Ладожского бассейнового водного управления (в Республике Карелии). Данные бассейновые водные управления (БВУ) являются подразделениями Федерального агентства водных ресурсов, которое подотчетно Министерству природных ресурсов и экологии Мониторинг качественного состояния водных объектов производят подразделения Федеральной службы по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды (Росгидромет). На территории Архангельской, Вологодской областей, республики Коми и Ненецкого автономного округа действуют подразделения Северного управления по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды (Северное УГМС), Республика Карелия входит в юрисдикцию Северо-Западного УГМС, а в Мурманской области действует обособленное Мурманское УГМС.

Видно, что количество объектов управления, находящихся под управлением одного субъекта не всегда одинаково, что усложняет процесс управления. Также следует отметить, что и БВУ управляют ресурсами не полного водосбора, а только их частью, принадлежащей определенному административно-территориальному субъекту.

В ближайшей перспективе планируется ряд мероприятий в рамках национального проекта «Экология» (утвержден президиумом Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам (протокол от 24 декабря 2018 г. № 16), направленных на повышение уровня обеспеченности населения, главным образом городского, качественной питьевой водой, а также улучшение состояния некоторых водных экосистем, где особенное внимание уделено реке Волге и озерам Телецкому и Байкалу. Восстановление остальных водных объектов планируется на площади 23 тыс. га, что составляет около 0,08 % водного фонда России. К тому же для восстановления реки Волги и озер Телецкого и Байкала нужно воздействовать и на водные объекты их водосборных бассейнов. Таким образом, водные объекты северных территорий при реализации данного нацпроекта будут задействованы незна-чительно15. В отношении водопроводной воды вопрос рациональности

использования водных ресурсов в количественном аспекте в региональных проектах практически не затрагивается.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что Европейский Север России - регион с большим запасом водных ресурсов. Обеспеченность населения ресурсами речного стока в целом большая, а доброкачественной питьевой водой значительно ниже, особенно это заметно в Вологодской области. Также следует отметить, что далеко не вся вода из водных объектов соответствует санитарно-гигиеническим требованиям.

В разрезе субъектов явно просматриваются как положительные, так и отрицательные моменты. Так, например, в Вологодской области самые большие потери при транспортировке, при этом самая высокая доля использования оборотной воды, в Мурманской области - доля использования оборотной воды менее половины всего используемого объема, но достаточно низкие потери (менее 1 %).

В результате изучения отечественного опыта управления водным хозяйством были выявлены основные недостатки действующей системы в субъектах ЕСР: отсутствие институционального обеспечения для реализации мер по повышению эффективности использования водных ресурсов; нерегламентированность платы за НВОС; отказ от экономических инструментов стимулирования рационального водопользования, охраны и восстановления водных объектов.

Для решения вышеуказанных проблем, на наш взгляд, могут быть эффективны такие инструменты как экологические фонды, блочные тарифы, реконструкция и мониоринг водопроводной сети.

Экологические фонды могут выступить инструментом софинанси-рования при внедрении предприятиями ресурсосберегающих инновационных технологий, и одновременно инструментом целенаправленного расхода платы за НВОС, за счет которой будет обеспечиваться данный фонд.

Блочные тарифы водопотребления подразумевают изменение стоимости единицы объема воды по ценовым блокам, ранжируемым в зависимости от установленного норматива и доступности водных ресурсов. Соответственно при увеличении использования воды и снижении ее доступности в природных водных объектах, где осуществляется водозабор, стоимость будет расти. Блочные тарифы могут способствовать рациональности использования воды, однако такой инструмент должен быть использован только после реконструкции водопроводной сети и введения системы ее регулярного мониторинга. Это будет способствовать улучшению качества питьевой воды, снижению потерь воды при транспортировке, а также обоснованности изменения тарифов. Реализация предложенных мер позволит увеличить эффективность использования водных ресурсов и управления финансированием для охраны и восстановления водных объектов.

Полученные результаты могут быть использованы в сфере государственного регулирования регионального природопользования разработке мероприятий, направленных на рациональное использование водных ресурсов.

Статья подготовлена в соответствии с государственным заданием для ФГБУН «Вологодский научный центр РАН» по теме НИР № 0168-2019-0004 «Совершенствование механизмов развития и эффективного использования потенциала социально-экономических систем».

Примечания Endnotes

1 Коронкевич Н. И., Барабанова Е.А.,Вишневская И.А.,Георгиади А.Г., Долгов С.В., Зайцева И.С.,Кашутина Е.А. Водно-ресурсный потенциал и его использование в Европейской и Азиатской частях России // Запад и Восток: пространственное развитие природных и социальных систем. Материалы международной научно-практической конференции, 2016. С. 192.

2 Коронкевич Н. И., Барабанова Е.А., Бибикова Т.С.,Зайцева И.С. Водообеспечен-ность и антропогенная нагрузка на водные ресурсы России в сравнении с другими странами // Вестник РФФИ. 2013. № 2 (78). С. 68.

3 Matveeva L. G., Chernova O. A., Kosolapova N. A., Kosolapov A. E. Assessment of water resources use efficiency based on the Russian Federation's gross regional product water intensity indicator// Regional Statistics. 2017, no. 6, P. 155.

4 Коронкевич Н. И., Барабанова Е. А., Зайцева И. С. Сравнение состояния водных ресурсов и антропогенного воздействия на них в Европейской и Азиатской частях России // Известия Русского географического общества. 2017. Т. 149. № 4. С. 10.

5 Фомина В. Ф. Эффективность использования водных ресурсов в регионах Северо-Западного федерального округа в свете Водной стратегии // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. 2010. № 3. С. 78.

6 Крупина Н. Н. Водоемкость общественного продукта как целевой ориентир Водной стратегии России (региональный аспект) // Региональная экономика: теория и практика. 2017. № 6. С. 1022.

7 Кумзеров В. М. Водная стратегия России и проблемы водохозяйственного комплекса регионов Северо-Западного федерального округа // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. 2009. № 4 (8). С. 68.

8 Слипенчук М. Водное хозяйство России: проблемы организации и управления // Общество и экономика. 2019. № 7. С. 62-67.

9 Данилов-Данильян В. И., Лосев К. С. Потребление воды: экологический, экономический, социальный и политический аспекты. Москва, 2006. С.25.

10 Данилов-Данильян В. И. Управление водным хозяйством и водными ресурсами: современное состояние и экономические проблемы // Водные ресурсы: новые вызовы и пути решения. 2017. С. 16.

11 Фридман А. А. Модели экономического управления водными ресурсами. Москва, 2012. С. 278

12 Государственный доклад «О состоянии и использовании водных ресурсов Российской Федерации в 2017 году». Москва, 2018. 298 с.

13 Ускова Т.В., Ворошилов Н.В., Гутникова Е.А., Кожевников С.А. Социально-экономические проблемы локальных территорий. Вологда, 2013. С.36

14 Демин А. П. Современная водоемкость экономик стран мира // Известия Российской академии наук. Серия географическая. 2012. № 5. С. 71-81.

15 Ильин В.А., Ускова Т.В. Национальные проекты 2019-2024 гг.: анализ и ключевые риски их реализации. Экономический блок: науч.- аналит. издание. Вологда, 2019. 93 с.

Автор, аннотация, ключевые слова

Лебедева Марина Анатольевна - инженер-исследователь Федерального государственного бюджетного учреждения науки «Вологодского научного центра Российской академии наук» (Вологда) lebedevamarina1@mail.ru

Рациональное использование водных ресурсов является одним из наиболее важных направлений обеспечения устойчивого развития страны и ее регионов, в частности Европейского Севера России. Целью данной работы стал анализ ключевых показателей водопользования, выявление региональных особенностей управления водными ресурсами Европейского Севера России. В результате работы была установлена тенденция к повышению рациональности использования водных ресурсов на рассматриваемой территории. Автор приходит к выводу, что основными недостатками управления водными ресурсами на территории Европейского Севера России являются: отсутствие институционального обеспечения и отказ от экономических инструментов стимулирования рационального водопользования, охраны и восстановления водных объектов; нерегламентированность платы за НВОС. Предложен инструментарий, способствующий повышению рациональности водопользования.

Водные ресурсы, Европейский Север России, рациональное водопользование, водоемкость ВРП, управление водными ресурсами, водное хозяйство, водопроводная сеть, экологический фонд

References

Articles from Scientific Journals

1. KoronkevichN. I., Barabanova E.A., Bibikova T. S., Zaitseva I. S. Vodoobespechennost i antropogennaya nagruzka na vodnye resursy Rossii v sravnenii s drugimi stranami. VestnikRFFI, 2013. no. 2 (78), pp. 64-73.

2. Matveeva L. G., Chernova O.A., Kosolapova N.A., Kosolapov A.E. Assessment of water resources use efficiency based on the Russian Federation's gross regional product water intensity indicator. Regional Statistics, 2017, no. 6, pp. 154-169.

3. Koronkevich N. I., Barabanova E. A., Zajceva I. S. Sravnenie sostoyaniya vodnyh resursov i antropogennogo vozdejstviya na nih v Evropejskoj i Aziatskoj chastyah Rossii. Izvestiya Russkogo geograficheskogo obshchestva, 2017, vol. 149, no. 4. pp. 1-12.

4. Fomina V. F. Effektivnost ispolzovaniya vodnyh resursov v regionah Severo-Zapadnogo federalnogo okruga v svete Vodnoj strategii //Ekonomicheskie i socialnye peremeny: fakty, tendencii, prognoz, 2010, no. 3, pp. 75-89.

5. Krupina N. N. Vodoemkost obshchestvennogo produkta kak celevoj orientir Vodnoj strategii Rossii (regionalnyj aspekt) // Regionalnaya ekonomika: teoriya i praktika, 2017, no. 6, pp. 1016-1033.

6. Kumzerov V. M. Vodnaya strategiya Rossii i problemy vodohozyajstvennogo kompleksa regionov Severo-Zapadnogo federalnogo okruga. Ekonomicheskie i socialnye peremeny: fakty, tendencii, prognoz, 2009, no. 4 (8), pp. 61-72.

7. Slipenchuk M. Vodnoe hozyajstvo Rossii: problemy organizacii i upravleniya. Obshchestvo i ekonomika, 2019, no.7, pp. 59-67.

8. Demin A. P. Sovremennaya vodoemkost ekonomik stran mira // Izvestiya Rossijskoj akademii nauk. Seriya geograficheskaya, 2012, no. 5, pp. 71-81.

Articles from Proceedings and Collections of Research Papers

9. Koronkevich N. I., Vishnevskaya I. A., Georgiadi A. G., Dolgov S. V., Zaitseva I. S., Kashutina E. A. Vodno-resursnyj potencial i ego ispolzovanie v Evropejskoj i Aziatskoj chastyah Rossii . Zapad i Vostok: prostranstvennoe razvitie prirodnyh i socialnyh sistem. Materialy mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii. Ulan-Ude, 2016. pp. 191-195.

10. Danilov-Danilyan V. I. Upravlenie vodnym hozyajstvom i vodnymi resursami: sovremennoe sostoyanie i ekonomicheskie problemy. Vodnye resursy: novye vyzovy iputi resheniya: sbornik nauchnyh trudov. Novocherkassk, 2017. pp. 14-19.

Monographs

11. Danilov-Danilyan V. I., Losev K. S. Potreblenie vody: ekologicheskij, ekonomicheskij, socialnyj i politicheskij aspekty. Moscow, 2006. 221 p.

12. Fridman A. A. Modeli ekonomicheskogo upravleniya vodnymi resursami. Moscow, 2012. 284 p.

13. Uskova T. V., Voroshilov N. V., Gutnikova E. A., Kozhevnikov S. A. Socialno-ekonomicheskie problemy lokalnyh territorij. Vologda, 2013. 196 p.

14. Ilin V.A., Uskova T. V. Nacionalnye proekty 2019-2024 gg.: analiz i klyuchevye riski ih realizacii. Ekonomicheskij blok: nauch.- analit. Izdanie. Vologda, 2019, 93 p.

Author, Abstract, Key words

Marina A. Lebedeva - Research Engineer at the Department for Issues of Federal State Budgetary Institution of Science "Vologda Research Center of the Russian Academy of Sciences" (Vologda, Russia). lebedevamarina1@mail.ru.

Rational use of water resources is one of the most important directions of sustainable development of the country and its regions, in particular the European North of Russia. The aim of this work was the analysis of key indicators of water use, identification of regional features of water resources management in the European North of Russia. As a result of work the tendency to increase of rationality of use of water resources in the considered territory was established. The author comes to the conclusion that the main disadvantages of water resources management in the European North of Russia are: the lack of institutional support and the rejection of economic instruments to stimulate rational water use, protection and restoration of water bodies; non-regulation of fees for negative impact on the environment. The tools promoting increase of rationality of water use are offered.

Water resources, European North of Russia, rational water use, water capacity of GRP, water resources management, water management, water supply network, ecological fund.