Антон Иванович Деникин: эскиз историко-психологического портрета. Часть вторая

УДК 94

Г. М. Ипполитов *

АНТОН ИВАНОВИЧ ДЕНИКИН: ЭСКИЗ ИСТОРИКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ПОРТРЕТА **

тт ***

Часть вторая

Во втором эскизе историко-психологического портрета генерал-лейтенанта Антона Ивановича Деникина (1872-1947), вошедшего в историю государства Российского в качестве выдающегося деятеля — полководца, политика, военного писателя, раскрываются в лапидарном стиле его морально-боевые качества. Это можно считать дополнением к освещению мировоззренческой позиции, личностных нравственных ценностей, которые исследователь осуществил в первой части статьи. Следовательно, по совокупности материала двух статей эскиз историко-психологического портрета А. И. Деникина станет более насыщенным и полным. Данная статья выполнена, исходя из проблемно-хронологического подхода к познанию истории, что позволило разделить единую ткань исследования на ряд важных проблем (в классических биографических трудах этого не делается). Работа также базируется на методологии и методах исследования, практикуемых в исторической психологии. Она адресуется, главным образом, специалистам. Хотя может стать, в какой-то степени, небезынтересной и для всех любителей истории нашего Отечества, ее ярких представителей.

Ключевые слова: Антон Иванович Деникин, историческая психология, эго-до-кументы, аттестация, морально-боевые качества, А. А. Брусилов, А. Ф. Керенский, М. Д. Бонч-Бруевич, В. И. Соколов, С. Н. Дельвиг.

G. M. Ippolitov

ANTON IVANOVICH DENIKIN: THE HISTORICAL AND PSYCHOLOGICAL PORTRAIT'S SKETCH Part 2

In the second sketch of the historical and psychological portrait of Lieutenant-General Anton Ivanovich Denikin (1872-1947), who became history of the Russian state as an

* Ипполитов Георгий Михайлович, доктор исторических наук, профессор, Поволжский филиал Института российской истории Российской академии наук (Самара); 1рро1953@ yandex.ru

** Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 17-83-01005.

Часть первую см.: Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2017. Т. 18, вып. 3. С. 200-212.

Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2017. Том 18. Выпуск 4

31

outstanding leader — a military leader, politician, military writer, his moral and combat qualities are revealed in lapidary style. This fact can be added to the narrative of the world outlook position, personal moral values, which the researcher achieved in the previous article. Consequently, according to the complex of the material of the two articles, the historical and psychological portrait's sketch of A. I. Denikin will become more eventful and complete. This article is accomplished on the base of a problem-chronological approach to the knowledge of history, which made it possible to divide a single research material into a number of important problems (it is not considered in classical biographical works). The work is also based on the methodology and research methods practiced in historical psychology. It is mainly addressed to specialists. Although to some extent, it can appear interesting for all history lovers of our Motherland and its bright representatives.

Keywords: Anton Ivanovich Denikin, historical psychology, ego-documents, attestation, moral and combat qualities, A. A. Brusilov, A. F. Kerenskiy, M. D. Bonch-Bruevich, V. I. Sokolov, S. N. Delvig.

Предварительные замечания

Анализ исторических и историографических источников, хронологически относящихся к имперскому [36; 17; 18, с. 105-122], советскому [6; 2; 39, с. 22-38], постсоветскому [31; 4], современному (начиная с XXI в.) [10; 1, с. 32-41; 3; 14] периодам развития отечественной исторической науки, позволяет утверждать: понятие «морально-боевые качества воинов», несмотря на то, что видоизменялось под воздействием конкретно-исторической обстановки, по сущности и содержанию, в основном, оставалось, в конечном итоге, константным. Это — совокупность тесно связанных и дополняющих друг друга характеристик черт воинов, их моральных, психологических и боевых возможностей, способность переносить испытания войны и тяготы воинской службы и напряженность боевой обстановки, выполнять задачи в мирное и в военное время, готовность в любых условиях добиться победы над врагом. Наиболее существенными морально-боевыми качествами, необходимыми для успешного выполнения боевых задач, являются следующие: верность воинскому долгу, присяге, боевая активность, дисциплинированность, стойкость, мужество, самоотверженность, храбрость и др. Причем формирование таких качеств зависит от социального строя общества, господствующей идеологии, мотивации и характера войны, преследуемых в ней политических целей. Морально-боевые качества воинов проявляется в полном объеме в период боевых действий, но формируются они, главным образом, в мирное время [16; 38; 11; 19].

Не вызывает сомнений, что генерал-лейтенант А. И. Деникин (1872-1947), вошедший в историю государства Российского в качестве выдающегося деятеля — полководца, политика, военного писателя, обладал высоким уровнем необходимых морально-боевых качеств. И это не прошло незамеченным для современных отечественных исследователей [9, с. 173-265; 30]. Причем отдельные из них уделяют освещению морально-боевых качеств Антона Ивановича повышенное внимание [13; 33, с. 5-67]. В свое время автор данной статьи также освещал морально-боевые качества А. И. Деникина в контексте анализа духовных основ его личности и деятельности [21, с. 96-114; 22, с. 328-435;

23, с. 25-26; 24, с. 31-70; 25, с. 30-102, 121-139, 152-177]. Теперь в настоящей статье морально-боевые качества Антона Ивановича Деникина раскрываются по-целевому. Материал преподносится в лапидарном стиле с позиций проблемно-хронологического подхода к познанию истории, что позволило разделить единую ткань исследования на ряд важных проблем (в классических биографических трудах этого не делается). Работа также базируется на методологии и методах исследования, практикуемых в исторической психологии [26, с. 143-149; 27; 28].

Исходной посылкой для раскрытия темы являются следующее положение: морально-боевые качества А. И. Деникина базировались на его мировоззренческой позиции и личностных нравственных ценностях, которые исследователь установил ранее в предыдущем эскизе историко-психологического портрета боевого русского генерала. Мировоззренческая позиция — идеализм с элементами дуализма, стихийного материализма и диалектики, где политическая составляющая — взгляды либерально-демократической направленности, в которые после 1917 г. реалии окружающей действительности, рожденные революцией, внесли существенные коррективы. Личностные нравственные ценности: патриотизм, в понимании которого генерал вынес за скобки такие категории, как «большевизм», «советская власть», «социализм», «сталинизм», признавая их реальность, он страстно ненавидел данные явления и никогда не отождествлял их с понятием «русский народ»; честность; неукоснительное соблюдение своих принципов, даже в самые тяжелые моменты российской Гражданской войны; оптимизм; уважительное отношение к людям.

Условия формирования морально-боевых качеств А. И. Деникина

Антон Иванович прослужил в рядах армии царской России 27 лет. Пройдя путь от вольноопределяющегося стрелкового полка до генерал-лейтенанта, командира армейского корпуса [34; 35; 15, с. 139], он стал высококлассным военным профессионалом. Этот процесс можно разделить на два взаимосвязанных периода, не совпадающих по времени: 1) служба А. И. Деникина в мирное время [учеба в Киевском юнкерском пехотном училище на военно-училищных курсах (1890-1892); период офицерского становления (1892-1895); учеба А. И. Деникина в Академии Генерального штаба (1895-1899); послеакадемическая служба в войсках в мирное время (1899-1904 и 1906-1913)]; 2) участие в Русско-японской (1904-1905) и Первой мировой войнах (1914-1918). В свое время автор настоящей статьи детально проанализировал службу А. И. Деникина в армии царской России как в мирное, так и военное время [21, с. 96-114; 22, с. 328-435; 23, с. 25-26; 24, с. 31-70; 25, с. 30-102, 121-139,152-177]. Поэтому ограничимся резюмирующими суждениями в контексте предмета данного исследования.

Учеба А. И. Деникина в Киевском юнкерском пехотном училище на военно-училищных курсах (1890-1892). Именно она дала ему стартовую возможность стать высококлассным профессионалом, несмотря на то что система первоначального военного образования в России находилась в то время в состоянии кризиса. Но здесь важную роль сыграл субъективный фактор.

А. И. Деникин нашел возможность не только успешно овладеть программным материалом, но и заниматься самообразованием, максимально сосредоточившись на учебе и достигнув больших успехов: был произведен через полгода в унтер-офицеры, окончил училище по первому разряду, получив вторую по значимости из вакансий в полевую артиллерию. В войска поступил молодой офицер с хорошей профессиональной подготовкой и морально-психологической закалкой, необходимой для дальнейшей военной службы.

Период офицерского становления (1892-1895). Буквально через полгода после выпуска из училища подпоручика А. И. Деникин назначили «учителем бригадной команды». Это стало признанием профессионализма молодого офицера. Вскоре он был назначен делопроизводителем батареи. Венец его деятельности — поступление в Академию Генерального штаба в октябре 1895 г. В период офицерского становления Антон Иванович научился управлять своей волей, проявил большую работоспособность, ответственное отношение к самосовершенствованию.

Учеба А. И. Деникина в Академии Генерального штаба (1895-1899). Ее значимость обусловливается тем, что он приобрел теоретический плацдарм и хорошо подготовился для дальнейшего прохождения военной службы на высоких офицерских должностях. Офицер смог развить дальше в мирное время личные качества (волю, целеустремленность, умение мыслить нестандартно), которые ему помогли в военное время стать военачальником, одержавшим ряд крупных побед. Но А. И. Деникин не был по окончании академии причислен к корпусу офицеров Генштаба из-за самоуправства военного министра А. Н. Куропаткина. Антон Иванович прочувствовал на себе все бесправие российского офицера того времени. В ответ на беззаконие он подал жалобу государю на А. Н. Куропаткина, т. к. свято верил в то, что царь, которому он служит, восстановит справедливость. Ошибся: противоборство всесильного военного министра с неизвестным капитаном закончилось в пользу первого. Однако после личного письма А. И. Деникина военному министру с повеления государя он все-таки причисляется к корпусу офицеров Генерального штаба (январь 1902).

Послеакадемическая служба в войсках в мирное время(1899-1904 и 1906-1913). А. И. Деникин зарекомендовал себя и методистом-новатором, и воспитателем личного состава. Вершин военно-профессионального мастерства он достиг, будучи командиром 17 Архангелогородского полка Киевского военного округа (1910-1914), город Житомир. Особое внимание в то время А. И. Деникин сосредоточил на проблемах укрепления воинской дисциплины, морально-психологического состояния военнослужащих, создания здоровой нравственной атмосферы в воинских коллективах. Командуя полком, он сформировал себя как строевой начальник. Но накануне Первой мировой войны А. И. Деникин ушел из строя в штаб Киевского военного округа. Заслуги его были оценены присвоением звания генерал-майора.

Участие А. И. Деникина в Русско-японской войне (1904-1905). Прошел войну на штабных должностях, был награжден двумя боевыми орденами, а также произведен в подполковники и полковники. Однако на протяжении всей войны перманентно стремился из штаба в строй. Именно в строю (24 но-

ября 1904 г. в бою у Цинхечена) состоялось его боевое крещение, показавшее его храбрость, смелость, решительность, готовность взять ответственность на себя. А. И. Деникин критически воспринимал ход боевых действий, умел сделать нестандартные выводы. Будучи дисциплинированным офицером, являлся нетерпимым к любым проявлениям хамства со стороны старших начальников. В целом А. И. Деникин приобрел опыт начальника штаба в крупных соединениях. У него сформировались и тенденции к командной деятельности, которые все более начинают доминировать.

Участие А. И. Деникина в Первой мировой войне (1904-1918). Вступил в войну в должности генерал-квартирмейстера 8 Армии, но стремился уйти в строй. И как только освободилась должность начальника 4-й стрелковой бригады в сентябре 1914 г., А. И. Деникин принял это соединение, вступив без промедления с ним в тяжелые бои на завершающем этапе Галицийской битвы Юго-Западного фронта. Что характерно: А. И. Деникин, получив в командование Железную бригаду, развернутую в 1915 г. в дивизию, вне зависимости от стратегической, оперативно-тактической обстановки на своих участках ответственности, всегда добивался успеха. Здесь налицо военно-исторический парадокс. К основным причинам его военных успехов можно отнести следующие: он зарекомендовал себя как мастер нестандартных решений; придавал особую значимость воспитательной работе, главную цель которой видел в том, чтобы обеспечить высокий моральный дух починенных ему войск; генерал постоянно заботился о своих подчиненных, о том, чтобы их подвиги не остались незамеченными. Однако А. И. Деникин, будучи назначенным в конце 1916 г. командиром 8-го армейского корпуса 4-й Армии Румынского фронта, ничем себя особым не проявил. Объективно этому способствовала обстановка на том фронте. Обе стороны перешли к позиционной обороне. И хотя фронтовое командование готовило зимнее наступление, оно вызывало неприятие не только у солдат, но и у офицеров, и у командования 4-й Армии. Здесь ощущалось, как и во всей стране, предреволюционное напряжение, прогрессировало разложение.

Окончательное же приобретение всего комплекса морально-боевых качеств военачальника и его шлифовка у А. И. Деникина произошли в революционном 1917 г., т. к. он прошел в нем последовательно три крупные должности в агонизирующей русской армии. А именно исполнение обязанностей на руководящих должностях стратегического и оперативно-тактического звена вооруженных сил, в первую очередь, командование фронтовыми операциями, дает основания относить военачальника к той категории, которую именуют полководцами.

Морально-боевые качества А. И. Деникина

Еще в сентябре 1899 г. начальник 10-й пехотной дивизии генерал-лейтенант барон А. Н. Меллер-Закомельский в аттестации выпускника Николаевской Академии Генерального штаба А. И. Деникина отмечал, что аттестуемый «зарекомендовал себя во всех отношениях прекрасно». При этом начальник 10-й пехотной дивизии счел необходимым особенно подчеркнуть, что капитан А. И. Деникин обладает «отличными нравственными правилами и сильным характером». Он, кроме того, «весьма тактичен в служебном отношении» [5,

л. 382]. Пройдет 16 лет и в ноябре 1915 г., в разгар Первой мировой войны, генерал-лейтенант С. Н. Дельвиг, непосредственный начальник Антона Ивановича, напишет в аттестации, что его подчиненный:

самостоятелен, тверд, лично храбр и смел в решениях. Проникнут духом активности и почина. В бою управляет дивизией мастерски. Действия его дивизии блестящи. Выдающийся боевой генерал и офицер генерального штаба. Заслуживает быстрого выдвижения вне очереди, а прежде всего утверждения в занимаемой должности.

Генерал А. А. Брусилов сделал в качестве старшего начальника такое заключение по аттестации на А. И. Деникина:

Отличный. Подлежит оставлению в занимаемой должности [20, л. 52-53].

Из приведенных выше двух официальных документов ясно, что морально-боевые качества будущего вождя Белого движения развивались по восходящей линии. Их просто и нельзя классифицировать иначе, как высокие.

Правда, есть еще один официальный документ, который идет в диссонанс с документами, приведенными выше. В сентябре 1906 г. начальник штаба командующего войсками на Дальнем Востоке генерал В. А. Орановский в отношении на имя начальника Генерального штаба генерала Ф. Ф. Палицына констатировал: полковник А. И. Деникин зря обратился с письмом-жалобой начальнику Генштаба по поводу того, что его боевую доблесть на Русско-японской войне не оценили по достоинству орденами. В. А. Орановский писал, что «полковник Деникин не имеет ни малейшего основания считать себя обиженным, вследствие недостаточного награждения». Начальник штаба также обратил внимание на то, что это письмо является дерзким по тону, носит «фельетонный характер». «Все это свидетельствует, — резюмировал В. А. Орановский, — что у полковника Деникина отсутствуют качества, которые желательны во всяком военном, но необходимы для офицера Генерального штаба, — это дисциплина и служебный такт» [41, с. 346-347]. Как видно, у Антона Ивановича имелись и отрицательные морально-боевые качества.

Все изложенное выше почерпнуто из официальных документов. Они дают довольно сконцентрированную картину по предмету нашего исследования. Но существенно дополнить ее помогут эго-документы

Из приведенных в таблице 1 сведений вытекает, что в комплексе морально-боевых качеств имелись как положительные, так и отрицательные составляющие. Однако следует помнить о субъективном характере эго-документов. Думается, что на оценки А. И. Деникина авторами эго-документов, приведенных выше в таблице, повлиял ряд обстоятельств, излагаемых ниже (см. табл. 2).

Таким образом, А. И. Деникин обладал следующими морально-боевыми качествами.

Положительные: самостоятельность, твердость, личная храбрость, смелость, непреклонность в решениях, сообразительность, мужество, способность к личному примеру и самопожертвованию, дух активности и почина, обширные военные знания.

Таблица 1

Сведения о морально-боевых качествах А. И. Деникина, почерпнутые из эго-документов

Эго-документ Сведения, содержащиеся в эго-документе

Брусилов А. А. Мои воспоминания. Считал, что А. И. Деникин был хороший боевой генерал, «очень сообразительный и решительный, но всегда старался заставить своих соседей порядочно поработать в свою пользу, дабы облегчить данную им для своей дивизии задачу; соседи же его часто жаловались, что он хочет приписывать их боевые отличия себе... Деникин человек характера твердого, но неуравновешенного, очень вспыльчивый и в этих случаях теряющий самообладание, весьма прямолинейный и непреклонный в своих решениях, не сообразуясь с обстановкой, почему часто попадал в весьма тяжелое положение. Не без хитрости, очень славолюбив, честолюбив и властолюбив. У него совершенно отсутствует чувство справедливости и нелицеприятия; руководствуется же он по преимуществу соображениями личного характера. Он лично храбрый и в бою решительный, но соседи его не любили и «постоянно жаловались на то, что он часто старался пользоваться плодами их успехов.» [8, с. 149-150, 370-372]. Кроме того, мемуарист подчеркивал, что его подчиненный не отличался скромностью в боевых заслугах, «был в штабе бесполезен». «Между тем, резюмируя все вышеизложенное, я по совести должен сказать, что А. И. Деникин «был выдающийся начальник дивизии», — заключает А. А. Брусилов [8, с. 372].

Соколов В. И. Записки о впечатлениях участника войны 1914-1915 года. Полагал, что А. И. Деникин — человек необъятного честолюбия, к удовлетворению он шел всеми способами, до самой дешевой рекламы включительно, но при этом он был человек, безусловно, храбрый, не только с военным, но и с гражданским мужеством. «Мы знали, что своего Деникин не упустит, а при случае захватит и чужое, разумеется, не в материальном, а в моральном смысле; хорошее дело раздувалось в выходящее за обычные рамки. Для рекламных целей Деникин держал при себе специального адъютанта (забыл фамилию), который посылал корреспонденции во все мелкие бульварные южные газетки, откуда в перепечатке реклама попадала и в большую прессу. На войне реклама быстро достигает цели, читающая публика жадно хватается за россказни о военных подвигах и героях, быстро создавая общественное мнение, и уже ему не легко раскрыть истину. Деникин не выделялся острым, живым умом и способностью быстро схватывать и правильно оценивать обстановку, т. е. качествами крупного начальника, не любил штабную службу и вообще представлял собою чисто строевого начальника, мужественного и отважного, способного на личный пример и самопожертвование. Поэтому в роли корпусного командира он чувствовал себя не в своей тарелке, ему необходима была близость боевых частей, но опять-таки не крупного масштаба, с которым он разбирался плохо..» [37].

Врангель П. Н. Записки. Ноябрь 1916 г. — Ноябрь 1920 г. Вспоминал, что А. И. Деникин — «один из наиболее выдающихся наших генералов, недюжинных способностей, обладавший обширными военными знаниями и большим боевым опытом, он в течение Великой войны заслуженно выдвинулся среди военачальников. Во главе своей Железной дивизии он имел ряд блестящих дел. Впоследствии, в роли начальника штаба Верховного Главнокомандующего, в начале смуты, он честно и мужественно пытался остановить развал в армии, сплотить вокруг Верховного Главнокомандующего все русское офицерство... Пробившись сквозь армейскую толщу исключительно благодаря знаниям и труду, он выработал свой собственный и определенный взгляд на условия и явления жизни, твердо и определенно этого взгляда держался, исключая все то, что, казалось ему, находилось вне этих непререкаемых для него истин» [12].

Керенский А. Ф. Россия на историческом повороте: Мемуары. Считал, что А. И. Деникин являлся «одним из самых способных офицеров Генерального штаба». В то же время, «на первом же митинге, на котором мы вместе выступали, меня поразил грубый тон его обращения с солдатами»...Если бы генерал Деникин не поддался пессимизму и не бросил 10 июля фронт, вернувшись в свой штаб в Минске, быть может, те несколько дней, когда «положение казалось крайне серьезным», не пришли бы к такому неожиданному концу» [29, с. 266-268].

Бонч-Бруевич М. Д. Вся власть Советам! Рассказал о мимолетной встрече с А. И. Деникиным в начале Первой мировой войны. Антон Иванович якобы тогда сказа ему: — А знаете, Михаил Дмитрич, я ведь того. собрался уходить от Брусилова, — неожиданно признался Деникин и вытер надушенным платком вспотевшее лицо. — С чего бы это, Антон Иванович? — удивился я. — Ведь оперативная работа в штабе армии куда как интересна. — Нет, нет, уйду в строй, — сказал Деникин. — Там, смотришь, боишко, чинишко, орденишко! А в штабе гни только спину над бумагами. Не по моему характеру это дело. Никакого расчета нет, — разоткровенничался мой гость и предложил выпить еще «по маленькой». Спустя долгих пять лет, когда Деникин сделался главнокомандующим Добровольческой армии, я, организуя в качестве начальника штаба Реввоенсовета республики вооруженный отпор рвущимся к Москве бандам белогвардейцев-дени-кинцев, не раз вспоминал разговор в Золочеве и думал, что и развязанную с его помощью гражданскую войну новоявленный белый «вождь» расценивал по той же стереотипной формуле — боишко, чинишко, орденишко» [7], — резюмировал мемуарист.

Мельгунова-Степа-нова П. С. «Деникин усмирял беспорядки на фронте, картечью и нагайками, казнил зачинщиков и расстреливал на месте без повязок каждого десятого. При одном имени Деникина солдаты бледнеют и содрогаются» [32, л. 60 об.].

Таблица 2

Сведения об авторах эго-документов и их отношениях с А. И. Деникиным

Автор эго-документа Отношения автора эго-документа с А. И. Деникиным

Брусилов Алексей Алексеевич (1853-1926) — выдающийся российской военачальник, герой Первой мировой войны, генерал от кавалерии. В конце жизни служил в Красной армии. Являлся начальником А. И. Деникина на Юго-Западном фронте в Первой мировой войне. Оба находились по отношению друг другу в идейно-политической конфронтации. А. А. Брусилов, раскрывая морально-боевые качества А. И. Деникина, иногда совмещал несовместимое.

Соколов Владимир Иванович (1862-1919) — русский генерал-лейтенант. Расстрелян за участие в антисоветском заговоре в 1919 г. Был небольшое время в подчинении у А. И. Деникина в 1915 г. Считал, характеризуя своего начальника, что все-таки не может «составить какое-либо суждение о деятельности Деникина в бою корпуса», так как сражался на другом тактическом направлении.

Врангель Петр Николаевич (1878-1928) — барон, генерал-лейтенант. Один из вождей Белого движения, выдающийся деятель белой эмиграции. В период Гражданской войны имел серьезные разногласия с А. И. Деникиным, перешедшие в тягостный конфликт, сыгравший негативную роль в истории Южнороссийского Белого движения.

Керенский Александр Федорович (1881-1970) — одна из ключевых фигур в политической истории России начала XX в. Председатель Временного правительства. Находился с А. И. Деникиным во взаимной жестокой политической конфронтации. Она длилась всю жизнь у обоих исторических деятелей.

Бонч-Бруевич Михаил Дмитриевич (1870-1956) — русский генерал-майор, советский генерал-лейтенант — один из первых царских генералов, добровольно перешедших на сторону советской власти. Что характерно: тенденциозность и субъективизм мемуариста были так ярко выражены, что он подвергся критике даже в советской литературе. В 1962 г. генерал-лейтенант А. И. Тодорский (1894-1965), отмечая, в частности, поверхностные характеристики А. И. Деникина, других белых генералов, данные М. Д. Бонч-Бруевичем, писал, что не следует изображать врагов советской власти «людьми безвольными и глупыми». Критик резонно замечает далее, что если бы враги были таковыми, то «стоило ли так затягивать борьбу с ними, да и велика ли честь Красной Армии разгромить таких противников [40].

Мельгунова-Степанова Прасковья Степановна (1882-1974) — общественная деятельница, жена видного русского историка и политического деятеля Сергея Петровича Мельгунова (1879-1956). Фрагмент приведен из источника, конечно, очень субъективного и основанного на слухах. Автор явно попала под влияние слухов, которые, как известно, при отсутствии правдивой информации, имеют свойство обрастать фантастическими подробностями, гипертрофироваться. Такие карательные акции, описанные автором, А. И. Деникину было бы трудно провести на практике из-за отсутствия надежного репрессивного аппарата. Между тем сам факт появления подобных слухов — косвенное свидетельство решительности генерала в борьбе с разложением войск Юго-Западного фронта [21, с. 17]

Отрицательные: честолюбие, славолюбие, отсутствие скромности в боевых заслугах, склонность к саморекламе, грубое отношение к солдатам в боевой обстановке (только в 1917 г., когда армия разлагалась), вспыльчивость.

Наличие здесь диаметрально-противоположных качеств не должно смущать. Человек — существо неодномерное, тем более человек в экстремальных условиях войны. В нем здесь иногда совмещается несовместимое, что свидетельствует о сложности процесса выработки морально-боевых качеств. Однако в их комплексе всегда есть доминанты. Они не статичны, а проявляются в зависимости от конкретно-исторической обстановки, ситуаций повседневного военного бытия, в которые попадал человек на войне. Эти доминанты становятся либо ведущими, либо ведомыми, либо, входя в состояние неустойчивого равновесия, в значительной степени обусловливают функционирование комплекса внутренних качеств личности. Именно они нашли конкретное проявление, в т. ч. и в комплексе морально-боевых качеств генерал-лейтенанта Антона Ивановича Деникина — личности яркой, диалектически противоречивой, трагической фигуры в истории государства Российского на ее судьбоносных этапах.

ЛИТЕРАТУРА

1. Азаров В. М. Оценка морально-психологического состояния военнослужащих / В. М. Азаров, С. М. Бурда // Военная мысль. — 2001. — № 3. — С. 32-41.

2. Актуальные проблемы укрепления морального духа социалистической армии. Материалы Всесоюзной научно-практической конференции. — М.: ВПА, 1989. — 696 с.

3. Арзамаскин Ю. Н. Морально-психологическое обеспечение боевых действий частей и соединений в вооруженных конфликтах, локальных и региональных войнах / Ю. Н. Арзамаскин, А. Ф. Вакаров. — М.: ВУ, 2014. — 541 с.

4. Арзамаскин Ю. Н. Морально-психологическое обеспечение деятельности Вооруженных Сил Российской Федерации: опыт, проблемы, перспективы развития / Ю. Н. Арзамаскин, А. В. Черкасов. — М.: ВУ, 1996. — 100 с.

5. Аттестация выпускника Николаевской Академии Генерального штаба А. И. Деникина (2 сентября 1899 г. г. Варшава) // Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). — Ф. 400. — Оп. 21. — Д. 2718. — Л. 382.

6. Боевой устав Сухопутных Войск. Ч. II. Батальон, рота. Введен в действие приказом, главнокомандующего Сухопутными войсками от 19 июля 1982 г. № 50. — М.: Воениздат, 1982. — 252 с.

7. Бонч-Бруевич М. Д. Вся власть Советам! Воспоминания. — М.: Воениздат, 1957. // Военная литература [сайт] — URL: http://militera.lib.ru/memo/russian/bonch-bruevich_md/ index.html (дата обращения:26.06.2017).

8. Брусилов А. А. Мои воспоминания. — М.: РОСПЭН, 2001. — 464 с.

9. Венков А. В. Деникин // Белые генералы. Корнилов. Краснов, Деникин, Врангель, Юденич. — Ростов-н/Д.: Феникс, 1998. — С. 173-265.

10. Военная доктрина Российской Федерации. Утверждена Президентом РФ В. Путиным 25 декабря 2014 г. // Российская газета. Федеральный выпуск. 2014. № 6570 (298). 30 дек. Интернет-версия // Российская газета. — URL: https://rg.ru/2014/12/30/doktrina-dok.html (дата обращения: 25 июня 2017).

11. Воспитательная работа в Вооруженных Силах Российской Федерации. — М.: ВУ, 1995. — 244 с.

12. Врангель П. Записки. Ноябрь 1916 г. — Ноябрь 1920 г.: в 2 т.: Воспоминания. Мемуары. — Минск: Харвест, 2002. — Т. 1. — 384 с. // Военная литература. — URL: http:// militera.lib.ru/memo/russian/vrangel1/index.html (дата обращения: 26.06. 2017).

13. Гордеев Ю. Н. Генерал Деникин. Военно-исторический очерк. — М.: Аркаюр, 1993. — 192 с.

14. Гуров В. А. Советские, российские вооруженные силы: их роль в разрешении вооруженных конфликтов в 1988-2008 гг. — Самара: Ас Гард, 2013. — 534 с.

15. Деникин А. И. Очерки Русской Смуты. Крушение власти и армии, февраль — сентябрь 1917. Репринтное воспроизведение издания J. Povolozky & G, Editeurs. 13, rue Bonopartie, Paris (VI). — М.: Наука, 1991. — 520 с.

16. Драгомиров М. И. Подготовка войск в мирное время: воспитание и образование. — Киев: Типография Окружного Штаба, 1906. — 126 с.

17. Драгомиров М. И. Учебник тактики. — СПб.: Тип. В. С. Балашева, 1879. — 459 с.

18. Дрозд-Бончевский. Нравственный элемент как основа управления, воспитания и обучения // Военный сборник. — 1907. — № 12. — С. 105-122.

19. Зеленков М. Ю. Система морально-психологического обеспечения деятельности Вооруженных Сил Российской Федерации. — М.: ВАГШ, 2011. — 324 с. 20. Из аттестации на А. И. Деникина (ноябрь 1915 года) // РГВИА. — Ф. 2067. — Оп. 2. — Д. 243. — Л. 52-53.

21. Ипполитов Г. М. Кто Вы, генерал А. И. Деникин? Монографическое исследование политической, военной и общественной деятельности А. И. Деникина в 1890-1947 гг. 2-е изд., переработанное. — Самара: Самарский университет, 1999. — 244 с. 22. Ипполитов Г. М. Антон Иванович Деникин на полях сражений Первой мировой войны (август 1914 — февраль 1917 г.) // Известия Самарского научного центра Российской академии наук. — 2014. — Т. 16, № 3 (2). — С. 428-435.

23. Ипполитов Г. М. Военная и политическая деятельность А. И. Деникина

26. Ипполитов Г. М. Как трудно избежать соблазна биографию писать, или Размышления о некоторых теоретико-методологических основах исследования исторических персоналий // Клио. — 2011. — № 6. — С. 143-149.

27. Исторические персоналии: мотивация и мотивировки поступков. Материалы Всероссийской научной конференции. 16-17 декабря 2002 г. Санкт-Петербург / под ред. С. Н. Полторака. — СПб.: Нестор, 2006. — 346 с. 28. История через личность: историческая биография сегодня / под ред. Л. П. Репиной. — М.: Кругъ, 2005. — 720 с. 29. Керенский А. Ф. Россия на историческом повороте: Мемуары / пер. с англ. — М.: Республика, 1993. — 384 с. 30. Козлов А. И. Антон Иванович Деникин (человек, полководец, политик, ученый). — М., 2004. — 440 с. 31. Морально-психологическое обеспечение деятельности Вооруженных Сил Российской Федерации в современных условиях. Материалы межвузовской научно-практической конференции. — М.: ВА ГШ, 1994. — 216 с. 32. Отрывки из дневника П. С. Мельгуновой-Степановой за 1917 год // Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ). — Ф.Р-5881. — Оп. 2. — Д. 1780. — Л. 60-60об.

33. Поляков Ю. Предисловие // Деникин А. И. Очерки Русской Смуты. Т. I. Крушение власти и армии, февраль-сентябрь 1917. Репринтное воспроизведение. — М.: Наука, 1991. — С. 5-67.

34. Послужной список генерал-квартирмейстера Штаба VIII Армии, Генерал-майора Деникина. Составлен 17 декабря 1915 г. в Действующей армии // РГВИА. — Ф. 409. — Оп. 1. — Д. 185203 (пс.249-508). — 12 л. (на обеих сторонах).

35. Послужной список Старшего Адъютанта Штаба 2-й пехотной дивизии Генерального Штаба капитана Деникина (составлен 4 декабря 1903 г.) // РГВИА. — Ф. 409. — Д. 171957(пс.146-000). — 35 л. (на обеих сторонах).

36. Приказы генерала М. Д. Скобелева (1876-1882) / изд. под ред. инженер-капитана Маслова. — Тип. А. С. Суворина, 1882. — 170 с. 37. Соколов В. И. Записки о впечатлениях участника войны 1914-1915 года // Отдел рукописей Российской государственной библиотеки (ОР РГБ). — Ф. 218, в составе собрания отдела рукописей № 138, 6 ед. хр., 1915-1920-е гг. // Русская армия в великой войне. — URL: http://www.grwar.ru/manifest/manifest.html (дата обращения: 26 06. 2017).

38. Средин Г. В. Человек в современной войне. Проблемы морально-психологической подготовки советских воинов / Г. В. Средин, Д. А. Волкогонов, М. П. Коробейников. — М.: Воениздат, 1981. — 256 с. 39. Стефановский Г. А. Политическая работа в боевой обстановке (по опыту выполнения советскими войсками боевых задач в Афганистане) // Военная мысль. — 1990. — № 11. — С. 22-28.

40. Тодороский А. И. Размышления над мемуарами // Литературная газета. — 1962. — 30 авг.

41. Трамбицкий Ю. А. Комментарии // Деникин А. И. Путь русского офицера. Статьи и очерки на исторические и геополитические темы / сост. Л. Ю. Тремсиной; предисл. и коммент. Ю. А. Трамбицкого. — М.: 2006. — С. 342-355.