Переводческие трансформации как операции реконцептуализации исходного сообщения

количество народноэтимологизированных слов функционирует и в зоне нейтральной лексики.

Таким образом, исследованный материал показывает, что в семантическом освоении иноязычной лексики немаловажную роль играют процессы, определяемые как народная этимология, т. е. приписывание русским языковым сознанием незнакомому лексическому элементу ассоциативных фонетических, морфологических и семантических характеристик родного языка.

1. Розенталь Д. Э. Словарь-справочник лингвистических терминов : пособие для учителей. Изд. 2-е, испр. и доп. М. : Просвещение, 1976. 543 с.

2. Барышникова С. В. Словари иностранных слов XIX века и отражение в них семантической адаптации иноязычной лексики : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Южно-Сахалинск, 2010. 24 с.

3. Большой толковый словарь русского языка / сост. и гл. ред. С. А. Кузнецов. СПб. : Норинт, 2000. 1536 с.

4. Этимологический словарь русского языка / под ред. Н. М. Шанского. М. : Изд-во Москов. ун-та, 1980. Т. 2. Вып. 7. 148 с.

УДК 811

ПЕРЕВОДЧЕСКИЕ ТРАНСФОРМАЦИИ КАК ОПЕРАЦИИ РЕКОНЦЕПТУАЛИЗАЦИИ ИСХОДНОГО СООБЩЕНИЯ

В статье с позиции когнитивно-дискурсивного подхода рассматривается проблема изменения концептуального содержания исходного сообщения при переводе. С опорой на когнитивно-лингвистические теории конструирования значения анализируется лингвистическое влияние переводческой трансформации на распределение выделенных и дефокусирован-ных свойств концептуализируемых феноменов. На примерах лексических добавлений, замен, конкретизаций и генерализаций, использованных переводчиками поэтических текстов, описываются различия в способах конструирования когнитивной сцены в исходном и переводном сообщениях. Делается вывод о том, что переводческие трансформации могут существенно изменить образ предметной ситуации, являющийся референтом языкового выражения в исходном тексте, а именно изменить по сравнению с оригиналом распределение целевых фокусных точек когнитивной сцены, область непосредственной видимости, уровень когнитивного разрешения.

Ключевые слова: переводоведение, когнитивная лингвистика, переводческий прием, реконцептуализация, конструирование.

Переводческие трансформации являются одним из ключевых предметов изучения в переводоведении. Традиционно они рассматриваются как межъязыковые опе-

5. Шанский Н. М., Иванов В. В., Шанская Т. В. Краткий этимологический словарь русского языка : пособие для учителей. 3-е изд., испр. и доп. / под ред. С. Г. Бархударова. М. : Просвещение, 1975. 543 с.

6. Этимологический словарь русского языка / под ред. Н. М. Шанского. М. : Изд-во Моск. ун-та, 1968. Т. 1. Вып. 3. 285 с.

7. Этимологический словарь русского языка / под ред. Н. М. Шанского. М. : Изд-во Моск. ун-та, 1973. Т. 1. Вып. 5. 304 с.

8. Этимологический словарь русского языка / под ред. Н. М. Шанского. М. : Изд-во Моск. ун-та, 1982. Т. 2. Вып. 8. 472 с.

9. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка : в 4 т. / пер. с нем. 2-е изд., стер. М. : Прогресс, 1987. Т. 3. 832 с.

10. Этимологический словарь русского языка / под ред. Н. М. Шанского. М. : Изд-во Моск. ун-та, 1965. Т. 1. Вып. 2. 270 с.

11. Введенская Л. А., Колесников Н. П. Этимология : учеб. пособие. СПб. : Питер, 2004. 221 с.

© Сечнев С. А., 2018

Т. В. Устинова T. V. Ustinova

TRANSLATION'S TRANSFORMATIONS AS THE OPERATIONS OF THE ORIGINAL MESSAGE RECONCEPTUALIZATION

The problem of changing the conceptual content of the original message during translation is considered in the article from the point of view of the cognitive and discursive approach. With the support of cognitive-linguistic theory of value construction, the linguistic influence of the translation's transformation on the distribution of the isolated and defocused properties of conceptualized phenomena is analyzed. Examples of lexical additions, substitutions, instantiations and generalizations used by translators of poetic texts, describe the differences in the ways of constructing the cognitive scene in the original and translated messages. It is concluded that the translation transformations can significantly change the image of the subject situation, which is the reference language expression in the original text, namely to change the distribution of target focal points of the cognitive scene, the area of direct visibility, the level of cognitive resolution in comparison with the original.

Keywords: translation studies, cognitive linguistics, translation technique, reconceptualization, construction.

рации «перевыражения» смысла [1, с. 118]. А. Д. Швейцер выделяет 1) компонентный подуровень семантической эквивалентности, для которого характерны грамматические

трансформации, преобразующие формальную структуру высказывания [1, с. 118]; 2) референциальный подуровень семантической эквивалентности, для которого характерны лексические и лексико-синтаксические трансформации [1, с. 124]. Таким образом, сущность переводческих трансформаций заключается в межъязыковом преобразовании формальных и семантических параметров исходного сообщения. Эти преобразования совершаются субъектом деятельности (переводчиком), реализующим установку на сохранение смысла информации, содержащейся в оригинале.

В когнитивном переводоведении отображение смысла в формах языков оригинала (ИЯ) и перевода (ПЯ) рассматривается как процесс, согласованно реализующийся на двух уровнях: 1) на уровне концептуальной репрезентации и 2) на уровне вербальной (лексико-семантической) репрезентации [2]. Концептуальное содержание исходного сообщения, сформированное в сознании переводчика, овнешняется через использование единиц ПЯ. В процессе переводческого трансфера в сознании переводчика происходит активация взаимосвязей между концептуальной системой, языковой подсистемой ИЯ и языковой подсистемой ПЯ. Следует принять во внимание тот факт, что когнитивно-лингвистические теории смыслообразования [3; 4] базируются на постулате лингвистической обусловленности процесса концептуализации: в языке естественным образом закреплены определенные способы «видения» и осмысления явлений действительности, в речи эти способы конкретизируются: устанавливается фокус внимания концептуализатора, определяются субъектно-объектные отношения (отношения между концептуализатором и объектами концептуализации), ряд когнитивных признаков получает большую выделенность с точки зрения концептуализатора и т. д. С учетом такого когнитивно-лингвистического подхода к проблеме смыслообразования переводческая трансформация может быть описана как операция рекон-цептуализации, реализующая альтернативный исходному (проявленному в ИТ) способ конструирования концептуального содержания сообщения [5].

В ситуации отсутствия прямых соответствий в двух языках (например, в случаях перевода текстов, наполненных стилистически маркированными, индивидуально-авторскими или окказиональными формами словесного выражения) переводчик применяет разнообразные виды трансформаций, тем самым влияя на концептуальное содержание оригинала в двух направлениях. Во-первых, из-за переводческой трансформации может измениться способ активации концептуального содержания. Переводчик опирается на тот же когнитивно-мотивирующий контекст, что и автор ИТ, но под влиянием объективных и субъективных факторов выбирает другие способы отбора релевантных аспектов концептуального содержания для языкового выдвижения (актуализации). Смысл переводного сообщения в таком случае будет оставаться изоморфным отображением оригинального смысла исходного сообщения. Во-вторых, из-за переводческой трансформации может значительно измениться само концептуальное содержание исходного сообщения. Под влиянием объективных и субъективных факторов переводчик существенно преобразует мотивирующий контекст, предопределяющий языковое смыслообразование: он опи-

рается на другую область знаний (когнитивную модель), что влечет за собой другой (отличный от ИТ) вариант динамической сборки и перестройки ментальных пространств. Смысл переводного сообщения и смысл исходного сообщения в таком случае будут находиться в отношениях дополнительности.

Если под исходной когнитивной сценой понимать образ предметной (денотативной) ситуации, воплощенный в исходном сообщении, то переводческие трансформации изменяют этот образ ситуации. Опираясь на типологию операций конструирования, предложенную Р. Лэнекером [4], можно проанализировать ИТ и ПТ на предмет сходств и различий в распределении выделенных и дефокусированных свойств концептуализируемых феноменов. Рассмотрим такие операции конструирования, как профилирование внимания концептуализатора и схематизация, применительно к переводческим трансформациям разного типа.

1. переводческие трансформации типа «опущение»/ «добавление» и изменение объектов и отношений когнитивной сцены.

Теории конструирования проводят аналогии между феноменом обработки языковой информации и феноменом зрительного восприятия [4]. Конструирование когнитивной сцены - это способ ее «видения» концептуализатором. Наиболее выделенные объекты и отношения сцены являются целевыми точками референции (targets), и доступ к этим целям может быть обеспечен различными референтными связями с другими объектами/отношениями, являющимися частью когнитивной сцены [4, р. 83]. Поскольку установление доступа к целевым точкам референции является лингвистически опосредованным, при иноязычном перевыражении могут модифицироваться как сами объекты концептуализации, так и связи между ними. Переводческие добавления и опущения влияют на распределение целевых фокусных точек и их отношений. Поясним данное утверждение на примере высказывания Джона Эшбери For time to be passing on like this, sinking deeper in the sand as it wound toward the conclusion [6, с. 811-816] и его перевода За вот так проходящее время, оседающее глубже в стойкость песка, поворачивающее к завершению [7, с. 202-215]. И в ИТ, и в ПТ целевой фокусной точкой сцены является «время», однако доступ к данному объекту выстраивается по-разному за счет различий в установлении в ИТ и ПТ референтных точек, взаимосвязанных с целевой. В ИТ осмысление высказывания обеспечивается привлечением концепта [SAND], открывающего доступ к моделям знаний о свойствах и внешнем виде неорганического природного материала (рыхлости, сыпучести, зернистости), и аналогического картирования между абстрактным и вещественным феноменами - TIME IS SAND. Концептуализация времени в исходном сообщении усложняется за счет установления сильновероятностной ассоциации с идиомой Sands of time и актуализации признаков быстротечности времени и кратковременности человеческой жизни. В ПТ из-за видоизменения референтной точки (лексического добавления в стойкость песка) возникает необходимость рассматривать объект «время» относительно концептуально интегрированного новообразования. Бленд стойкость песка построен на парадоксальном объединении антонимических

признаков двух исходных пространств, заданных именами «стойкость» и «песок»: с одной стороны, сопротивляемости изменениям и текучести, с другой стороны, прочности и неустойчивости. Соответственно, в ПТ целевой объект концептуализации «время» приобретает отличные от ИТ качества: оно быстротечно, изменчиво, преходяще и одновременно незыблемо в своей быстротечности, устойчиво в своей изменчивости, постоянно в своей мимолетности.

2. лексические замены и изменение области непосредственной видимости когнитивной сцены.

Потенциально языковая единица обеспечивает доступ к широкому набору областей знания, но в конкретных условиях речевого употребления единица активирует определенную (ограниченную) часть взаимосвязанного с ней семантического потенциала [3; 4]. Соответственно, по Р. Лэнекеру, необходимо разграничивать взаимосвязанный с языковой единицей «максимальный объем» (maximal scope) концептуального содержания в некоторой области знания (или взаимосвязанных областях) и ограниченную порцию концептуального содержания, релевантного для данной дискурсивной цели, попадающую в зону «непосредственной видимости» (immediate scope) [4, р. 63]. При иноязычном переводе средства ПЯ, обеспечивая доступ к той же когнитивной области, что и средства ИЯ, не всегда выводят в зону непосредственной видимости те же аспекты содержания, что в исходном сообщении. Объективные факторы, определяющие различия в установлении зоны видимости в ИТ и ПТ (например, фактор концептуальной неэквивалентности единиц двух языков), дополняются фактором субъективности переводческих решений.

В качестве примера изменения зоны непосредственной видимости при переводе рассмотрим пример перевода стихотворения Майкла Палмера Александром Скиданом: It is the role of the lovers to be figures of the book, / theillegible book, / changing as the pages turn, / now joined, now clawing the fruit from each other's limbs, / now interlaced, now tearing at throat and vein, / then splayfoot, then winged, then ember, / as the music of the book,/ rustling through the palms, / instructs

[8] - Такова роль любовников - быть изображеньями книги, / нечитаемой книги, / преображаясь с каждой страницей, / то соединяясь, то выцарапывая плод друг у друга, / то сплетаясь, то вгрызаясь в горло и вены, / потом c вывернутыми ступнями, потом крылатые, а потом - зола, / как музыка книги, / пересыпаемая в горсти, / учит тому

[9]. В заключительных строках ИТ микроконтекст the music of the book rustling through the palms определяет palm одновременно как «ладонь» и как «пальмовое дерево». В макроконтексте всего стихотворения актуализируется значение palm как «пальма»: локус концептуализируемой ситуации задан как In the palm garden. При этом, благодаря замыканию ассоциации the leaves of the palm - the leaves of the book на фоне осмысления клаузы as the pages turn, значение palm как «часть руки» поддерживается в фоновом режиме, дефокусируется, но не элиминируется полностью - страницы листают, держа книгу в руках. Таким образом, намеренная омонимическая неоднозначность слова palm реализуется в ИТ на уровнях микро- и макроконтекстов.

Очевидно, что в русском языке отсутствует подобная языковая единица, которая через сопоставимые лексичес-

кие концепты одновременно обеспечивала бы доступ к когнитивным моделям РУКА и ДЕРЕВО. Переводчик принимает решение использовать русское существительное горсть в качестве текстового субститута английского существительного palm. На первый взгляд, данный вариант перевода представляется лексической трансформацией, которая влечет за собой смысловую редукцию оригинала в силу объективных типологически обусловленных причин. Однако при сопоставительном контекстуальном анализе становится очевидным, что переводческое решение русскоязычного поэта отличается неординарностью ментальной образности и вербальной репрезентации.

Во-первых, из двух смысловых возможностей, заложенных в оригинальном тексте, Александр Скидан выбирает менее очевидную, используя концепт [ГОРСТЬ] и частично активируя общее с оригиналом когнитивное содержание часть руки. Словосочетание пересыпаемая в горсти, используемое в качестве определения к подлежащему музыка книги, вводит иную по сравнению с оригиналом семантическую роль этого имени: в исходном высказывании the music of the book rustling through the palms имя выступает как агенс непереходного глагола, в переводе - как паци-енс. Такая мена роли влечет за собой целый ряд сдвигов в транслируемом концептуальном содержании. В ПТ концепт [ПЕРЕСЫПАТЬ] активирует атрибуты модели знания об управляемом движении человека, связанные с намеренной возобновляемостью действия, постепенностью движения, изменением месторасположения. При этом концепт [ГОРСТЬ] профилируется относительно концептуальной базы РУКА ЧЕЛОВЕКА. Таким образом, перевод Александра Скидана, будучи результатом нескольких циклов ре-концептуализации, отличается уникальным набором лин-гвокреативных преобразований, 1) осуществляемых как развитие потенциальных возможностей системы русского языка и 2) направленных на выражение общего с ИТ концептуального значения.

3. конкретизация и генерализация как способы изменения уровня детализации когнитивной сцены.

При переводческой замене лексики на более (или менее) конкретную в основу лингвистически опосредованной концептуализации будет положен другой набор категориальных признаков, и, соответственно, возникнут другие возможности схематизации образа ситуации - более детализированного или менее детализированного. Рассмотрим пример более детализированного представления концептуализируемого явления в ИТ и менее детализированного - в ПТ. Следующее высказывание Сьюзен Хау из поэмы «Pythagorean Silence» переведено Александром Скиданом таким образом: deaf sea / Outside at the back of the sky / biography blows away - глухое море / Не здесь с изнанки небес /рушится жизнь [10]. Во-первых, концептуализация локуса сцены, опосредованная в ИТ с помощью наречия outside ('being beyond an enclosure, boundary, etc.'), формируется через противопоставление моря и неба с опорой на пространственные образные схемы UP-DOWN и IN-OUT. В ПТ локализация сцены задана более схематизировано, через отрицание самого факта расположения в этом месте - не здесь как «не в этом месте». Во-вторых, исходная метафора biography blows away осмысляется благодаря

концептуальному смешению элементов ментальных пространств, представляющих собой наборы знаний о жизнеописании, истории жизни (biography как "an account of smb.'s life, complete with details of the most important parts") и передвижении потока воздуха (blow away как "be moved away by the wind"). В ИТ конструирование значения метафоры опосредовано блендом, содержащим образ стремительно проходящей (ср. сдуваемой потоком воздуха) последовательности фактов и событий жизни. В ПТ дефокуси-рованы компоненты значения слова biography, связанные с описанием и последовательным изложением событий: переводчик использует единицу жизнь не для выражения совокупности всего сделанного и пережитого человеком, но в качестве обобщенного представления существования живого в период от рождения до смерти.

Подведем итоги. С когнитивно-дискурсивной точки зрения переводческая трансформация представляет собой переводческое решение, которое определяет направление формирования смысла речевого сообщения на ПЯ в воспринимающем сознании реципиента (читателя или слушателя). Выбирая другие (по сравнению с оригиналом) аспекты концептуального содержания для выдвижения, переводчик изменяет параметры конструирования когнитивной сцены: изменяется область непосредственной видимости сцены, ее детализация, распределение целевых фокусных точек, в ряде случаев - сам целевой объект концептуализации и его отношения с другими объектами сцены.

1. Швейцер А. Д. Теория перевода (статус, проблемы, аспекты). М. : Наука, 1988. 215 с.

2. Kroll J. F., De Groot A.M.B. Lexical and the conceptual memory in the bilingual: mapping form to meaning in two languages // Psycholinguistics: Critical Concepts in Psychology / edited by G. T. M. Altman. London ; New York : Routledge, 2003. P. 203-234.

3. Evans V. How Words Mean: Lexical Concepts, Cognitive Models and Meaning Construction. Oxford : Oxford University Press, 2009. 396 p.

4. Langacker R. W. Cognitive Grammar: a Basic Introduction. Oxford : Oxford University Press, 2008. 584 p.

5. Устинова Т. В. Неконвенциональное смыслообразо-вание в поэтической речи: опыт лингвокогнитивного моделирования читательской рецепции / науч. ред. Т. А. Гридина. Екатеринбург : Изд-во УрГПУ, 2017. 187 с.

6. Ashbery J. Collected Poems 1956-1987. New York : Library of America, 2008. 1042 p.

7. Эшбери Дж. Стихи / пер. с англ. Я. Пробштейна, А. Драгомощенко, И. Ковалевой // Иностранная литература. 2006. № 10. С. 202-2015.

8. Palmer M. Collected Poems. It is the role of lovers // Poetry International Web. URL: http://www.poetryinternationalweb. net/pi/site/poem/item/17482/auto/0/it-is-the-role-of-the-lovers-to-set-fire-to-the-book (дата обращения: 10.01.2018).

9. Палмер М. Избранные стихотворения / пер. с англ. А. Скидана // Новое литературное обозрение. 2015. № 133 (3). URL: nlobooks.ru/node/6320 (дата обращения: 10.01.2017).

10. Хау С. Европа надежд / пер. с англ. А. Скидана // Митин журнал. 1996. № 53. С. 251-275. URL: www.vavilon. ru/metatext/mj53/how.html (дата обращения: 25.01.2017).

© Устинова Т. В., 2018