Связь языковой картины мира с фразеологизмами в арабской лингвокулыуре

предпочтение тех или иных средств, выражает субъективное, тельности. Метаязыковой комментарий с этой точки зрения пред-

избирательное отношение к языковым ресурсам и, тем самым, ставляет собой единицу речевого взаимодействия адресата и

усиливает личностное начало своей речекоммуникативной дея- адресанта, местом их встречи и осуществления диалога.

Библиографический список

1. Обыденное метаязыковое сознание: онтологические и гносеологические аспекты: коллективная монография / отв. ред. Н.Д. Голев. -Кемерово; Барнаул, 2009. - Ч. I.

2. Вепрева, И.Т. Метаязыковые стратегии в стилистически неоднородных текстах современных СМИ // Современная речевая коммуникация: стратегии и жанры: сб. науч. статей / под ред. О.С. Иссерс. - Омск, 2009. - Вып. 1.

3. Перфильева, Н.П. Метатекст: текстоцентрический и лексикографический аспекты: автореф. дис. ... д-ра филол. наук. - Новосибирск, 2006.

4. Голев, Н.Д. Юридизация естественного языка как юрислингвистическая проблема // Юрислингвистика-2: Русский язык в его естественном и юридическом бытии. - Барнаул, 2000.

5. Норман, Б.Ю. Синтаксис речевой деятельности. - Минск, 1978.

6. Болотнова, Н.С. Лексическая структура художественного текста в ассоциативном аспекте. - Томск, 1994.

7. Верещагин, Е.М. В поисках новых путей развития лингвострановедения: концепция рече-поведенческих тактик / Е.М. Верещагин, В.Г Костомаров. - М., 1999.

8. Степанов, Ю.С. Константы. Словарь русской культуры. - М., 1997.

9. Шварцкопф, Б.С. Проблема индивидуальных и общественно-групповых оценок речи // Актуальные проблемы культуры речи. -М., 1970.

Bibliography

1. Obihdennoe metayazihkovoe soznanie: ontologicheskie i gnoseologicheskie aspektih: kollektivnaya monografiya / otv. red. N.D. Golev. -Kemerovo; Barnaul, 2009. - Ch. I.

2. Vepreva, I.T. Metayazihkovihe strategii v stilisticheski neodnorodnihkh tekstakh sovremennihkh SMI // Sovremennaya rechevaya kommunikaciya: strategii i zhanrih: sb. nauch. stateyj / pod red. O.S. Issers. - Omsk, 2009. - Vihp. 1.

3. Perfiljeva, N.P. Metatekst: tekstocentricheskiyj i leksikograficheskiyj aspektih: avtoref. dis. ... d-ra filol. nauk. - Novosibirsk, 2006.

4. Golev, N.D. Yuridizaciya estestvennogo yazihka kak yurislingvisticheskaya problema // Yurislingvistika-2: Russkiyj yazihk v ego estestvennom i yuridicheskom bihtii. - Barnaul, 2000.

5. Norman, B.Yu. Sintaksis rechevoyj deyateljnosti. - Minsk, 1978.

6. Bolotnova, N.S. Leksicheskaya struktura khudozhestvennogo teksta v associativnom aspekte. - Tomsk, 1994.

7. Verethagin, E.M. V poiskakh novihkh puteyj razvitiya lingvostranovedeniya: koncepciya reche-povedencheskikh taktik / E.M. Verethagin, V.G. Kostomarov. - M., 1999.

8. Stepanov, Yu.S. Konstantih. Slovarj russkoyj kuljturih. - M., 1997.

9. Shvarckopf, B.S. Problema individualjnihkh i obthestvenno-gruppovihkh oce-nok rechi // Aktualjnihe problemih kuljturih rechi. - M., 1970.

Статья поступила в редакцию 15.07.12

УДК 942 3

Al-Otaibi Bader Tarakhib.COMMUNICATION OF THE LANGUAGE PICTURE OF THE WORLD WITH PHRASEOLOGICAL UNITS IN THE ARAB LINGVOKULYURA.This article deals with the conception of the“language picture of the world”, how it is reflected in phraseology of the Arabic linguistic culture in the context of language - culture relation.

Key words: language picture of the world, phraseology, Arabic linguistic culture.

Аль-Отаиби Бадер Тарахиб, аспирант МГУ им. М.В. Ломоносова, г. Москва, E-mail: bta_bader@hotmail.com

СВЯЗЬ ЯЗЫКОВОЙ КАРТИНЫ МИРА С ФРАЗЕОЛОГИЗМАМИ В АРАБСКОЙ ЛИНГВОКУЛЫУРЕ

В данной статье автор исследует понятие языковой картины мира и ее связи с фразеологией в арабской лингвокультуре, рассматривает понятие картины мира в современной науке, говорит о связи языка и культуры в современномлингвострановедении.

Ключевые слова.языковая картина мира, фразеология, арабская лингвокультура.

Каждый естественный язык отражает определенный способ восприятия и организации (концептуализации) мира. Выражаемые в нем значения складываются в некую единую систему взглядов, своего, рода коллективную философию, которая навязывается в качестве обязательной всем носителям языка. Свойственный данному языку способ концептуализации действительности отчасти универсален, отчасти национально специфичен, так что носители разных языков могут видеть мир немного по-разному, через призму своих языков. С другой стороны,язы-ковая картина мира является «наивной» в том смысле, что во многих существенных отношениях она отличается от «научной» картины. При этом отраженные в языке наивные представления отнюдь не примитивны: во многих случаях они не менее сложны и интересны, чем научные. Таковы, например, представления о внутреннем мире человека, которые отражают опыт интроспекции десятков поколений на протяжении многих тысячелетий и способны служить надежным проводником в этот мир. В наивной картине мира можно выделить наивную геометрию, наивную физику пространства и времени, наивную этику, психологию и т.д. [1].

Итак, понятие языковой картины мира включает две связанные между собой, но различные идеи: 1) картина мира, пред-

лагаемая языком, отличается от «научной» (в этом смысле употребляется также термин «наивная картина мира») и 2) каждый язык «рисует» свою картину, изображающую действительность несколько иначе, чем это делают другие языки. Реконструкция языковой картины мира составляет одну из важнейших задач современной лингвистической семантики. Исследование языковой картины мира ведется в двух направлениях, в соответствии с названными двумя составляющими этого понятия. С одной стороны, на основании системного семантического анализа лексики определенного языка производится реконструкция цельной системы представлений, отраженной в данном языке, безотносительно к тому, является она специфичной для данного языка или универсальной, отражающей «наивный» взгляд на мир в противоположность «научному». С другой стороны, исследуются отдельные характерные для данного языка (лингвос-пецифичные;концепты, обладающие двумя свойствами: они являются «ключевыми» для данной культуры (в том смысле, что дают «ключ» к ее пониманию) и одновременно соответствующие слова плохо переводятся на другие языки: переводной эквивалент либо вообще отсутствует (как, например, для русских слов тоска, надрыв, авось, удаль, воля, неприкаянный, задушевность, совестно, обидно, неудобно), либо такой эк-

вивалент в принципе имеется, но он не содержит именно тех-компонентов значения, которые являются для данного слова специфичными (таковы, например, русские слова душа, судьба, счастье, справедливость, пошлость, разлука, обида, жалость, утро, собираться, добираться, как бы).В последние годы в отечественной семантике развивается направление, интегрирующее оба подхода; его целью является воссоздание русской языковой картины мира на основании комплексного (лингвистического, культурологического, семиотического) анализа лингвоспецифических концептов русского языка в межкуль-турной перспективе (работы Ю.Д. Апресяна, Н.Д. Арутюновой,

A. Вежбицкой, Анны А. Зализняк, И.Б. Левонтиной, Е.В. Рахилиной, Е.В. Урысон, А.Д. Шмелева, Е.С. Яковлевой и др.).

Феномен, именуемый «картина мира», является таким же древним, как сам человек. Создание первых «картин мира» у человека совпадает по времени с процессом антропогенеза. Тем не менее, реалия, называемая термином «картина мира», стала предметом научно-философского рассмотрения лишь в недавнее время.

При характеристике картины мира необходимо различать три важных взаимосвязанных, но не тождественных явления: 1) реалию, именуемую термином «картина мира»; 2) понятие «картина мира», воплощающее теоретическое осмысление этой реалии; 3) термин «картина мира».

Термин «картина мира» был выдвинут в рамках физики в конце XIX - начале XX в. Одним из первых этот термин стал употреблять В. Герц применительно к физическому миру.

B. Герц трактовал это понятие как совокупность внутренних образов внешних объектов, которые отражают существенные свойства объектов, включая минимум пустых, лишнихотноше-ний, хотя полностью избежать их не удаётся, так как образы создаются умом.

Современные авторы картину мира определяют как «глобальный образ мира, лежащий в основе мировоззрения человека, то есть выражающий существенные свойства мира в понимании человека в результате его духовной и познавательной деятельности.

Картина мира представляет собой центральное понятие концепции человека, выражает специфику его существования. Понятие картины мира относится к числу фундаментальных понятий, выражающих специфику человеческого бытия, взаимоотношения его с миром, важнейшие условия его существования в мире. Картина мира есть целостный образ мира, который является результатом всей активности человека. Она возникает у человека в ходе всех его контактов и взаимодействий с внешним миром. Это могут быть и бытовые контакты с миром, и предметно - практическая активность человека.

Так как в формировании картины мира принимают участие все стороны психической деятельности человека, начиная с ощущений, восприятий, представлений и заканчивая мышлением человека, то очень сложно говорить о каком-либо одном процессе, связанным с формированием картины мира у человека. Человек созерцает мир, осмысливает его, ощущает, познаёт, отражает. В результате этих процессов у человека возникает образ мира, или мировидение.

Что касается отражения картины мира в языке, то введения понятия «картины мира» в антропологическую лингвистику позволяет различать два вида влияния человека на язык - влияние психофизиологических и другого рода особенностей человека на конститутивные свойства языка и влияние на язык различных картин мира - религиозно-мифологической, философской, научной, художественной.

Язык непосредственно участвует в двух процессах, связанных с картиной мира. Во-первых, в его недрах формируется языковая картина мира, один из наиболее глубинных слоев картины мира у человека. Во- вторых, сам язык выражает и эксплицирует другие картины мира человека, которые через посредство специальной лексики входят в язык, привнося в него черты человека, его культуры. При помощи языка опытное знание, полученное отдельными индивидами, превращается в коллективное достояние, коллективный опыт.

Каждая из картин мира, которая в качестве отображаемого фрагмента мира представляет язык как особый феномен, задаёт своё видение языка и по-своему определяет принцип действия языка. Изучение и сопоставление различных видений языка через призмы разных картин мира может предложить лингвистике новые пути для проникновения в природу языка и его познание.

Языковая картина мира - это отражённый средствами языка образ сознания - реальности, модель интегрального знания о концептуальной системе представлений, репрезентируемых

языком. Языковую картину мира принято отграничивать от концептуальной, или когнитивной модели мира, которая является основой языкового воплощения, словесной концептуализации совокупности знаний человека о мире.

Вопрос концептуализации мира языком при помощи слов, очень важен. В своё время Р Ладо, один из основоположников контрастивной лингвистики, заметил: «Существует иллюзия, свойственная порой даже образованным людям, будто значения одинаковы во всех языках и языки различаются только формой выражения этих значений. По сути же, значения, в которых классифицируется наш опыт, культурно детерминированы, так что они существенно варьируются от культуры к культуре» [2, с. 34-35]. Варьируются не только значения, но и состав лексики. Специфика этого варьирования составляет существенную часть специфики языковых картин мира.

Исследуя когнитивные основания языковой номинации, Е.С. Кубрякова справедливо говорит о языковой картине мира как о структуре знаний о мире, тем самым дополнительно подчёркивая когнитивный характер этой ментальной сущности. «Когнитивно ориентированное исследование деривационных процессов позволяет уточнить не только специфику «картирования» мира в отдельно взятом языке, но и - при должном обобщении таких данных в типологическом плане - способствовать выведению некоторых общих положений о понимании человеком главных бытийных категорий, особенностей мироздания, закономерностей устройства мира, как в физическом аспекте человеческого бытия, так и в его социальной организации и во всей свойственной человеку системе его ценностей и нравственных, морально- этических оценок» [3, с. 336-337].

Современные лингвисты утвердились в мысли, что понять природу языка можно лишь на основе изучения человека и его картины мира в целом. Отсюда новые осмысления наследия классиков (в частности, В.фон Гумбольдта, А.А. Потебни и др.). В целом эта парадигма может быть названа когнитивной. А среди аксиом когнитивистики выделяется как внимание к ментальной репрезентации языковых явлений, так и признание фактора воздействия культуры на языковую личность. Анализ представленной проблемы соответствует, по крайней мере, двум основным принципам современной научной парадигмы, определенным Е.С. Кубряковой - принципу экспансионизма и принципу антропоцентризма [4].

Мироощущение любого народа позиционируется в картине мира, более того, оно подвержено постоянному изменению в силу тех или иныхсоциальных потрясений, глобальных перестановок и навязываемых стереотипов. Одно и то же представление действительности выражают разные языковые проявления в разных языковых культурах. Методы проявления понятий осуществляются посредством своеобразия социокультурных моментов языкового сообщества. Многообразие языкового мышления выражено в осознании избыточности или недостатка форм экспрессии одного и того же значения [5, с. 67]. Картина мира или знание о мире создает основу социального и индивидуального сознания. При этом язык обслуживает познавательные процессы. Концептуальные представления у людей и народов могут не совпадать из-за разных социальных, половых, межрасо-вых, возрастных, религиозных установок. Функции языка заключаются в трансляции информации и во внутреннем устройстве этой информации. Картина мираэто не только группа символов или знаков - она имеет некий эмоциональный оттенок отношений субъекта. Это отношение может меняться в зависимости от деятельности. Таким образом, группа общественно-типичных установок обретает определенный символ в системе национального языка и создает языковую картину мира [6, с. 208].

На современном этапе развития человеческого общества лингвистика активно разрабатывает направление, в котором язык рассматривается не только как средство общения и познания, но и как кладовая знаний и памяти о материальных, социальных и духовных достижениях и богатствах различных народов, как культурный код нации. «Каждая цивилизация, социальная система характеризуется своим особым способом восприятия мира» [7]. Отсюда вполне очевидна необходимость изучения национального менталитета, наиболее концентрированно и ярко выраженного в первую очередь в национальном языке.

Потребности сотрудничества, координации совместной деятельности, а также преодоление возможных трудностей, связанных с расхождениями в подходах при решении всевозможных задач в процессе межкультурной коммуникации требует от ее участников знания чужого языка. Расширение международного сотрудничества ставит также наиболее трудно решаемую в общении проблему ощущения, понимания реципиентом того глубинного национального менталитета, который заложен в язы-

ке представителей иных культур с целью полного понимания тех или иных действий партнеров по коммуникации.

Предельно концентрировано, полно и ярко процесс развития культуры народа, его фрагменты целостной системы знаний об окружающем мире, стереотипы, эталоны и архетипы выражены во фразеологических единицах языка. Фразеологизмы, по мнению Ф.И. Буслаева, - своеобразные микромиры, они содержат в себе «и нравственный закон, и здравый смысл, выраженные в кратком изречении, которые завещали предки в руководство к потомкам» [8]. Поэтому, на наш взгляд, весьма актуальным является изучение фразеологических единиц с позиций антропологической лингвистики, в которой язык рассматривается как культурный код нации, как неотъемлемая часть когниции, как когнитивный механизм, играющий роль в репрезентации и трансформации информации.

Проблема взаимосвязи и взаимозависимости языка и сознания, языка и национального менталитета исследуется в социолингвистике, психолингвистике, нейролингвистике, этнолингвистике, в культурологии, в когнитивной лингвистике и т.д. В отечественной лингвистике ею занимаются Е.М. Верещагин,

В.М. Костомаров, В.А. Маслова, Е.С. Кубрякова, P.M. Фрумкина и др.В русской арабистике вопросы зависимости значимых для менталитета арабских народов явлений жизни и обозначающих их лексем частично освещены в работах Е.А. Резвана, В.Э. Ша-галя, Б.Я. Шидфера и др.

Данный вопрос частично находил и находит свое отражение в арабской лингвистической традиции., в работах таких известных ученых, как Ибн абдРаббихи, Сибавейхи, Саалиби. Среди современных исследований можно назвать монографию Ахмеда Мутавакиля «Размышления о теории сигнификации в арабской лингвистической мысли».Арабская фразеология рассматривается в исследованиях аль-Амида, ат-Тикрити, аз-Замахша-ри, ал-Хамазани, ал-Джурдани; в отечественной лингвистике -в трудах B.C. Морозовой, В.Д. Ушакова, Г.Ш. Шарбатова и др.

С лингвистической точки зрения вопрос национального арабского менталитета и формы его выражения изучен недостаточно. Развитие теории фразеологии в последнее время достаточно активно внедряется в практику преподавания иностранных языков. И это вполне оправданно, т. к. фразеологический мате-

Библиографический список

риал отражает язык во всем его многообразии. Изучение фразеологизмов и пословиц дает возможность одновременно заниматься фонетикой, грамматикой, лексикой, синтаксисом; помогает понять культуру, традиции, обычаи, быт, а также образ мышления носителя изучаемого языка. Сравните, например арабский фразеологизм Ч gjAjLSjMjii уа^ (похожи друг на друга, как два финика) с русской пословицей «похожи как две капли во-ды»или <н>зу/ L-dsjLiJijb. ‘(под шкурой барана сердце волка) с «волк в овечьей шкуре»,в то время как фразеологизм су* 0*1 (храбрее мухи)не имеет аналога в русском языке и будет понятен лишь носителю арабскойлингвокультуры

Проблема исследования языка и культуры при помощи единиц фразеологического уровня оказалась в центре внимания лингвострановедения [Верещагин, Костомаров 1983] - особой отрасли прагматической лингвистики и методики преподавания русского языка как иностранного, цель которой - дать учащимся системную лингвистическую и экстралингвистическую информацию об особенностях использования национальных устойчивых единиц в коммуникации.

Одной из наиболее сложных областей любого языка является его фразеология. Как считают лингвисты, без обладания фразеологией знание языка является неполным. Фразеология обогащает знания студентов, пополняет их лексический запас, служит иллюстрацией к ранее изученному грамматическому материалу. Она придает речи учащихся особый колорит, делает ее более выразительной. И особая значимость фразеологизмов заключается в том, что они являются бесценным страноведческим источником.

Знание образов фразеологии не только расширяет лингвистический кругозор учащихся, но и развивает различного рода компетенции (языковую, речевую, ситуативно-коммуникативную и др.), способствуя языковой и культурной толерантности в обществе. Проблема использования стереотипов как явлений, упрощающих социальные контакты, имеет самое непосредственное отношение к процессу овладения новым языком, новой культурой с целью общения с представителями другой этносоциальной общности. Социально-психологические стандарты и стереотипы облегчают, упрощают отношения, общение и поведение.

1. Апресян, Ю.Д. Языковая картина мира и системная лексикография. - М., 2006.

2. Lado, R. Linguisticsacrosscultures: Appliedlinguisticstorlanguageteachers - AnnArbor: UniversityofMichiganPress, 1957.

3. Кубрякова, Е.С. Язык и знание. На пути получения знаний о языке: части речи с когнитивной точки зрения. Роль языка в познании

мира. - М., 2004. - Язык. Семиотика. Культура.

4. Кубрякова, Е.С. Эволюция лингвистических идей во второй половине XX века // Язык и наука в конце XX века. - М., 1995.

5. Горбатовский, В. Спасите нашу самобытность // Свет. - 2004, № 8.

6. Антология концептов / под ред. В.И. Карасика, И.А. Стернина. - М., 2007.

7. Гуревич, А.Я. Человек и культура: Индивидуальность в истории куьтуры. - М., 1990.

8. Буслаев, Ф.И. Исторические очерки русской народной словесности и искусства. - М., 1961. - Т. 1.

Bibliography

1. Apresyan, Yu.D. Yazihkovaya kartina mira i sistemnaya leksikografiya. - M., 2006.

2. Lado, R. Linguisticsacrosscultures: Appliedlinguisticstorlanguageteachers - AnnArbor: UniversityofMichiganPress, 1957.

3. Kubryakova, E.S. Yazihk i znanie. Na puti polucheniya znaniyj o yazihke: chasti rechi s kognitivnoyj tochki zreniya. Rolj yazihka v poznanii

mira. - M., 2004. - Yazihk. Semiotika. Kuljtura.

4. Kubryakova, E.S. Ehvolyuciya lingvisticheskikh ideyj vo vtoroyj polovine XX veka // Yazihk i nauka v konce XX veka. - M., 1995.

5. Gorbatovskiyj, V. Spasite nashu samobihtnostj // Svet. - 2004, № 8.

6. Antologiya konceptov / pod red. V.I. Karasika, I.A. Sternina. - M., 2007.

7. Gurevich, A.Ya. Chelovek i kuljtura: Individualjnostj v istorii kujturih. - M., 1990.

8. Buslaev, F.I. Istoricheskie ocherki russkoyj narodnoyj slovesnosti i iskusstva. - M., 1961. - T. 1.

Статья поступила в редакцию 19.07.12