К макроструктурной типологии текстов новостных жанров

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 10. ЖУРНАЛИСТИКА. 2011. № 1

ЯЗЫК СМИ

А.А. Негрышев, кандидат филологических наук, доцент кафедры немецкого

языка факультета иностранных языков Владимирского государственного

гуманитарного университета; e-mail: negryshev@inbox.ru

К МАКРОСТРУКТУРНОЙ ТИПОЛОГИИ ТЕКСТОВ

НОВОСТНЫХ ЖАНРОВ

В статье предпринята попытка наметить основания макроструктур-ной типологии текстов прессы, относящихся к группе новостных жанров. Отдельно обосновывается целесообразность выделения данной группы внутри информационных жанров, при этом за основу принимается сравнительный анализ концептов «информация» и «новость». Макроструктура определяется как общая схема формально-содержательной организации текстового целого, порождаемая дискурсом и воплощаемая в композиционном и стилистическом оформлении текста. В основу макроструктурной типологии положен принцип динамической оппозиции прототипической и вариационных моделей.

Ключевые слова: новости прессы, жанровая типология, макроструктура текста.

In this paper author tries to outline the basis of macrostructure typology of the press-texts, which belong to the group of news genres. The expedience of differentiation of this group between the informational genres is particularly explained upon the comparative analyses of the concepts «information» and «news». The macrostructure is defined as a general scheme of the form-content text organization, which is generated by discourse and realized in the compositional and stylistic appearance of text. The macrostructure text typology is based upon the dynamic opposition between the prototype and variation models.

Key words: press news, genre typology, text macrostructure.

В последнее время новости СМИ привлекают внимание исследователей различных гуманитарных областей: философии, теории коммуникации, лингвистики, теории и практики журналистской деятельности, социологии и других [Зернецкая, 2000; Лазутина, 2006; Васильева, 2003; Елфимов, 1983; Сольев, 2003]. Лингвистическое изучение новостей осуществляется сегодня на пересечении стилистики, лингвистики текста и дискурс-анализа [ван Дейк, 1989; Добросклонская, 2005; Дроняева, 2004; Сметанина, 1999; Чичерина, 2008; Клушина, 2009; Панченко, 2005; Туркова, 2004]. Одним из активно обсуждаемых вопросов здесь является типологизация новостных текстов — их жанровая классификация и/или дифференциация общих формально-содержательных типов, обусловленных форматом новостного вещания.

Существуют различные подходы к решению данного вопроса, в разной степени учитывающие содержательные, структурные и

функциональные критерии. В нашей работе мы предполагаем обратиться к когнитивно-дискурсивному подходу, восходящему к концепции ван Дейка, однако расстановка акцентов в отношении данной концепции будет у нас несколько иной, чем это принято в когнитивной лингвистике. А именно: для типологии текстов новостного дискурса наиболее значимым, на наш взгляд, является макроструктурный критерий, позволяющий совместить в анализе параметры дискурса и собственно лингвистические особенности текста. Понимание макроструктуры как «связующего звена» в цепочке дискурс — текст заключает в себе широкие возможности теоретической интерпретации, и ниже мы попытаемся раскрыть эвристический потенциал данного понятия применительно к типологии новостных медиатекстов.

Предварительно считаем необходимым прояснить жанровый статус новостей, имея в виду прежде всего тексты печатных СМИ и опираясь на анализ структуры и содержания концептов информация и новость.

Жанровый статус новостей

Место новостей в традиционной классификации газетных жанров. В обширной отечественной литературе, посвященной классификации жанров прессы, выделение новости как самостоятельного жанра практически не встречается, если не считать работ, выполненых в русле западной коммуникативистики (подробнее об этом см. ниже). Общепринятая на сегодня типология газетных жанров включает в себя три родовые группы материалов — информационные, аналитические, художественно-публицистические [Риторические основы журналистики, 2007, с. 139; Тертычный, 2002], и считается, что сообщение новости относится к характеристике информационных жанров [Риторические основы журналистики, 2007, с. 13].

В научной литературе по данному вопросу к информационным жанрам принято относить информацию (новость), информационную заметку, информационную корреспонденцию, информационный отчет, информационное интервью, информационный комментарий, блиц-опрос, вопрос—ответ, репортаж, совет, пресс-релиз, программу, афишу, некролог [Тертычный, 2002; Риторические основы журналистики, 2007; Кобяков, 2004]. Кроме того, для заметки выделяются такие жанровые разновидности, как событийная заметка, хроникальная заметка, анонс, аннотация, мини-рецензия, блиц-портрет, мини-обозрение, мини-история, мини-совет [Тертычный, 2002, с. 63—72; Риторические основы журналистики, 2007, с. 141—150].

Даже при поверхностном рассмотрении становится очевидным, что не все из указанных жанров сообщают новость как таковую. Например, информация в аннотации, мини-рецензии, мини-обозрении, блиц-опросе, блиц-портрете, вопросе—ответе, мини-совете не является, строго говоря, первичной, а строится либо на базе уже имеющихся новостей и детализирует их, либо содержит подборку воспроизводимой информации по тому или иному вопросу. Такие жанры, как информационный комментарий, отчет, интервью, включают в себя не просто сообщение новости, но и значительную переработку информации, что неизбежно предполагает известную долю ее субъективно-оценочной интерпретации. И, наконец, программа, афиша, анонс сообщают не фактическую, а скорее «потенциальную» новость в целях привлечения внимания к предстоящему событию, т.е. тяготеют более к рекламным жанрам, нежели к новостным.

Не вдаваясь в рассмотрение критериев выделения указанных жанров, попытаемся взглянуть на проблему жанрового статуса новостей с точки зрения соотношения концептов информация и новость.

Сравнительный анализ концептов информация и новость

Лексикографические репрезентации данных концептов не выглядят достаточно подробными и позволяют очертить лишь контуры их семантической структуры. Так, в словарной статье «Информация» словари выделяют в различной последовательности два основных значения1: 1. Сведения об окружающем мире и протекающих в нем процессах, воспринимаемые человеком или специальным устройством и являющиеся объектом хранения, переработки и передачи: Теория информации; 2. Сообщения, осведомляющие о положении дел, о состоянии чего-н.: Научно-техническая информация. Газетная информация. Средства массовой информации (печать, радио, телевидение, кино). Генетическая информация. Текущая информация. Источники информации. Информация о погоде2. Новость также представлена в двух значениях, если не учитывать третье, устаревшее употребление этого слова: «1. Нечто новое. Новости в технике. Книжные новости. Эта картина в экспозиции — новость. 2. Недавно полученное известие. Узнать много новостей.

1 За пределами рассмотрения мы оставляем употребление термина информация в таких областях, как философия, кибернетика, когнитология и пр.

2 См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. — М.: Азъ Ltd, 1992. С. 255; КрысинЛ.П. Толковый словарь иностранных слов // CD Большая энциклопедия Кирилла и Мефодия, 2002. www.RM.ru; Советский энциклопедический словарь / Гл. ред. А. М. Прохоров. — М.: Сов. энциклопедия, 1989. С. 504.

Последняя, свежая новость. Приятная новость. 3. То же, что новизна (устар.). Новость впечатлений»3.

Как видим, уже в самой структуре концептов просматриваются области их пересечения и различий. Как информация, так и новость — это совокупность сведений, циркулирующих в процессе коммуникации, будь то общение между людьми или передача сведений посредством кодирования специальным техническим устройством (печать, радио, телевидение, компьютер и компьютерные сети и т.п.). Отличительным признаком новости является новизна, т.е. «первичность» предъявления и восприятия, переход из разряда неизвестного в известное. Этот признак тем не менее с полным основанием может быть включен и в состав концепта информация, ср. новая информация, свежая информация, актуальная информация, последняя информация. Иными словами, новость — это всегда информация, но информация — это не всегда новость.

Дифференциальные признаки информации выходят в область технических и биологических средств ее кодирования, хранения и передачи, ср.: «Теория информации — раздел кибернетики, изучающий количественные закономерности, связанные со сбором, передачей, преобразованием и измерением информации»4; Генетическая информация — совокупность наследственных признаков, передаваемых от клетки к клетке, от организма к организму5. Эти семантические компоненты не пересекаются с концептом новость: генетическая или электронная информация, хотя и может субъективно восприниматься как новая, не известная ранее, тем не менее не может быть обозначена в языке словом новость.

Таким образом, концепт информация, вбирая в себя семантические компоненты концепта новость и не ограничиваясь ими, предстает на первый взгляд более разноплановым и универсальным. Однако при рассмотрении репрезентаций данных концептов в дискурсе массмедиа картина оказывается несколько иной.

Изучение дискурса СМИ необходимо предполагает учет функционально-прагматических факторов — своего рода «социологии» медиатекста. Новости в системе массовой информации имеют свои «законы жанра», подчиняющиеся требованиям институционального порядка. Так, новость на телевидении или в газете — это особо отобранная новая информация, отвечающая критериям новостийности (см. ниже). Не всякие новые сведения имеют шанс стать новостной информацией, существует целая система фильтров, через которые отсеиваются одни факты и пропускаются другие

3 Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Указ. соч. С. 430.

4 Крысин Л.П. Указ. соч.

5 Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Указ. соч. С. 255.

[Зернецкая, 2000]6. Тем самым в семантике возможных речевых дистрибуций слова новость находят отражение ее функциональные особенности, ср.: горячая новость, свежие новости, последние новости, новости последнего часа, новость первой полосы и т.п.

Для концепта информация указанные словоупотребления менее характерны, так как информация обладает свойством воспроизводимости, повторяемости, ее источником могут быть базы постоянных данных: энциклопедий, справочников и т.п. Новость же принципиально «одноразова», воспроизведенная в одном и том же месте в одно и то же время новость теряет свойство новости как таковой и становится просто информацией. Тем не менее, как было указано выше, в СМИ встречаются и такие словосочетания, как свежая информация, последняя информация, информация последнего часа и т.п., что можно, видимо, рассматривать как расширение понятия информация за счет пополнения семами концепта новость. База для такого расширения внутри данного концепта существует в виде атрибутивных сочетаний, употребляющихся только со словом информация: актуальная (в значении свежая) информация, оперативная информация.

Особыми компонентами концепта информация являются вери-фицируемость и повседневно-прагматическая значимость, которые практически отсутствуют в концепте новость. Например: ложная (неверная, неточная, непроверенная, искаженная)/истинная (правдивая, достоверная, проверенная, точная) информация; полезная информация, нужная информация, необходимая информация и т.п.

Таким образом, представляется очевидным, что концепты информация и новость отнюдь не изоморфны, хотя во многом и пересекаются между собой. В массмедийном контексте объем концепта информация гораздо шире, чем новость, однако специфика новостей СМИ не позволяет говорить о полном поглощении последнего концептом информация. Отсюда можно заключить, что корректнее было бы выделять новостные жанры в особую группу внутри информационных, используя при этом на равных основаниях термины новостной и информационно-новостной. К таким информационно-новостным жанрам следует отнести информацию (собственно новость), информационную заметку (событийную и хроникальную), информационную корреспонденцию и репортаж. Именно эти виды материалов в максимальной степени отвечают принятым в современной журналистской практике критериям новостной ценности (news value), таким как актуальность, новизна, значимость, масштаб, последствия событий для массовой аудитории, пространственная близость, кофликтность или негативный харак-

6 О.В. Зернецкая дает обзор коммуникативных имиджей СМИ, отражающих различные степени посредничества между действительностью и реципиентом.

тер информации, эмоциональность [Дж. Доменик, цит. по: Добро-склонская, 2008, с. 95—97], или в обобщенном виде — событийность, оперативность, актуальность для аудитории [Риторические основы журналистики, 2007, с. 140—141].

Новости как функционально-жанровый тип медиатекста. Следует уточнить, что группы информационно-новостных жанров выделены нами в рамках традиционной классификации, принятой в отечественной науке. В зарубежной же (англо-американской) традиции проблема жанрового статуса новости решена более определенно: новость выделена в самостоятельный тип медиатекста. В русле данной традиции построена, например, классификация Т.Г. Доб-росклонской [Добросклонская, 2005, с. 38—44; Добросклонская, 2008, с. 56—59], разработанная с учетом как функционально-стилистической дифференциации языка, так и с опорой на комбинаторику функций сообщения и воздействия в каждом из жанров. Автор выделяет четыре основных функционально-жанровых типа медиатекстов: новости, информационную аналитику и комментарий, публицистику и любые тематические материалы, удобно обозначаемые английским термином «features», рекламу. В рамках данной классификации такие вышеупомянутые жанры, как анонс, программа, афиша, можно с полным основанием отнести к рекламе, а отчет, обзор, рецензию, комментарий и т.п. — к информационной аналитике.

Большое внимание в контексте данного подхода уделяется классификациям новостных сообщений по содержательно-тематическим критериям и формату, см., например: soft / hard news, home / foreign news, breaking / continuing news, news headlines / news in detail / news summary и др. [Землянова, 1999, с. 143—145; Добросклонская, 2008, с. 95—103; Чичерина, 2008, с. 122—125]. Следует, однако, заметить, что указанные разновидности текстов выделяются как для газетных, так и для телевизионных новостей; что же касается их собственно лингвистической структуры в прессе, то этот вопрос требует специального освещения, выходящего за пределы нашего исследования.

Таким образом, классификация в русле зарубежной исследовательской традиции лишний раз свидетельствует в пользу выделения новостей в особую группу внутри информационных жанров прессы. Если описать вкратце эту группу с точки зрения таких критериев жанра, как предмет, функция, метод (по В.Б. Шкловскому [Конурбаев, 2003, с. 185]), то ее характеристики могут выглядеть следующим образом: предмет новости — последние события, отобранные в соответствии с критериями новостной ценности, функция — привлечение внимания общественности к акцентируе-

мым аспектам действительности, метод — краткое оперативное изложение сути происшествия при минимальном объеме фоновой информации.

Основы макроструктурной типологии новостных газетных текстов

Обратимся теперь непосредственно к типологическим характеристикам новостных текстов в аспекте их макроструктурной организации. Исходной посылкой наших рассуждений является то, что новость как жанровая разновидность газетных материалов обладает своей формально-содержательной структурой, которая, с одной стороны, отличается от структур других жанров, с другой — допускает «внутреннее» варьирование, позволяющее выделить различные текстовые типы со своим набором лингвистических признаков. Описание именно такого варьирования возможно, на наш взгляд, наиболее адекватно с точки зрения макроструктурно-го анализа текста, принципы которого были заложены, как уже отмечалось, Теуном Ван Дейком. Необходимо оговорить, что понятие макроструктуры используется сегодня в разных значениях, поэтому исходные принципы макроструктурого анализа требуют уточнения.

Принципы макроструктурного анализа текста. Особенность подхода, обозначенного Т. ван Дейком, заключается в когнитивно-дискурсивном рассмотрении структуры и семантики текста. Термин макроструктура в его концепции «эксплицитно показывает общие топики или темы текста и одновременно дает характеристику тому, что можно было бы назвать общей связностью (когерентностью) текста, также как и его общим или основным смыслом» [ван Дейк, 1989, с. 129]. Приводя далее пример реконструкции макроструктуры новостного текста на основе когнитивного сценария, Ван Дейк показывает, что когерентность текста обеспечивается топиками, выводимыми из всего дискурса новостей, равно как и отдельные части текста обладают своими макроструктурами, иерархически подчиненными текстовым топикам [там же, с. 129— 130]. Таким образом, тематическое единство текста обеспечивается иерархией его макроструктур, производных от дискурса.

Позднее понятие макроструктуры получило более широкое толкование. Так, например, А.Н. Баранов [Баранов, 2007, с. 294] определяет макроструктуру как «способ оформления и одновременно структурирования содержания текста с использованием как вербальных, так и невербальных средств (разделение фрагментов текста, или элементов его макроструктуры, визуально распознаваемыми изобразительными элементами — отступом, линиями различной толщины и цвета, пробелами, фоном и т.д.)».

В отечественной германистике общепринятыми являются термины микро-/макротекст и соответствующие им микро-/макроструктура [Москальская, 1981, с. 13; Гончарова, Шишкина, 2005, с. 73, 90; Абрамов, 1999, с. 155—157]. При этом под макротекстом понимается «целое речевое произведение — текст, т.е. текст в широком смысле слова» [Москальская, 1981, с. 13], а под макроструктурами подразумеваются, по сути, единицы текста, например абзац [Гончарова, Шишкина, 2005, с. 73].

Понятие макроструктуры используется также в лингвистическом анализе текста. Так, Ф. Зиммлер [Филиппов, 2007, с. 270] определяет макроструктуры как «выходящие за пределы предложения языковые образования, обладающие по отношению к другим подобным или иерархически меньшим единицам (например, типам предложений) различительной функцией».

К макроструктурному уровню текста относят также формальную организацию текстовых сегментов (архитектонику), прагматическую структуру (тематическую прогрессию), семантическую структуру (композицию), включающую в себя как логику развертывания содержания текста, так и особенности использования композиционно-речевых форм. В художественном тексте макро-уровневыми считаются субъектная, пространственно-временная и сюжетная структуры. И наконец, к макроуровневым относятся такие текстообразующие категории, как цельность, связность, модальность, прагматическая установка, стиль.

Для уточнения нашего понимания макроструктуры вернемся к концепции Ван Дейка. Помимо упомянутых макроструктур он выделяет в новостном дискурсе формальные суперструктуры (схемы новостей) и риторические структуры (стилистические средства и риторические приемы) [Дейк, 1989, с. 130—133]. Таким образом, выделенные три типа структур отражают различные аспекты организации текста как формально-содержательного целого: дискурсивный (включенность топика в дискурсивный контекст), композиционный (возможность членения всего текста на структурно-семантические компоненты) и стилистический (использование уровневых механизмов языка для усиления воздействующего потенциала текста).

Обратим внимание, что понятие макроструктуры используется Ван Дейком применительно к дискурсивному аспекту текста, хотя, на наш взгляд, сам дискурсивный аспект позволяет распространить это понятие также на композицию текста и его стилистическое оформление. Такая возможность открывается в русле концепции дискурса как «речи, погруженной в жизнь» [Арутюнова, 1990, с. 137]. В рамках данного подхода, учитывающего контекстуальные факторы порождения речи, текст предстает как «продукт» институционального дискурса, своего рода проекция дискурсивных

параметров на тот или иной участок действительности. По выражению Е. С. Кубряковой [Кубрякова, 2001], текст «создается в дискурсе и является его детищем», и соответствующие школы дискурс-анализа рассматривают текст «лишь как часть дискурса, его знаковый продукт» [Петрова, 2003, с. 130]. Автор и читатель, «индивидуальный» или «массовый», не только подчиняются общим правилам дискурсивной среды, в которой они создают/воспринимают текст, но и используют те механизмы текстопорождения/ин-терпретации, которые выработаны в соответствующей сфере вербально-семиотической деятельности. Следовательно, дискурсивные факторы как бы «пронизывают» текст на всех уровнях его организации, определяя его стилистику и композиционное построение.

Таким образом, для описания динамики отношений дискурс — текст в свете концепции текста как «продукта» дискурса представляется необходимым расширить значение понятия макротекстовая структура, заложенное в него Ван Дейком. Макротекстовую структуру, или макроструктуру текста, можно определить как общую схему его формально-содержательной организации, которая задается дискурсом и воплощается в композиционном и стилистическом оформлении текста. Иными словами, частные лингвостили-стические особенности текста являются производными от его макроструктуры, выводимой в свою очередь из того типа дискурса, внутри которого порождается текст.

Параметры макроструктурной модели новостного текста

В общем виде мы предлагаем рассматривать макроструктуру текста как совокупность макротекстовых позиций (МТП), релевантных в плане различных, но тесно взаимосвязанных аспектов текстообразования: дискурсивного, композиционного и стилистического. МТП имеют потенциальный характер и приобретают реальное «заполнение» в каждом конкретном тексте. Состав и комбинация позиций определяются типом дискурса, внутри которого порождается текст. Так, например, для новостного дискурса можно выделить три основные МТП, включающие в себя ряд субпозиций:

1. Заголовок^текст — отношения между семантической структурой заголовка и фактологической информацией текста.

2. Композиция:

а) композиционно-фактуальные отношения — отражение в композиции текста структуры события;

б) композиционно-логические отношения — последовательность предъявления фактуальных блоков и характер логико-синтаксических связей между ними;

в) композиционно-прагматические отношения — особенности тематической прогрессии текста.

3. Стилистическая перспектива — характер преобладающих стилистических средств, константность либо вариативность стилистической окраски.

Обусловленность выделенных МТП параметрами новостного дискурса [Негрышев, 2009, с. 25—26] нам видится в следующем.

Заголовок^текст. Выделение этих отношений в качестве отдельной позиции очевидно даже при самом поверхностном знакомстве с дискурсом новостей. Одна только подборка новостных заголовков может создавать либо четкую информационную «картину дня», либо вводить в заблуждение сенсационностью псевдособытий и разного рода подтасовок, что достигается посредством особых способов конструирования заголовка. Способы эти основаны как на трансформации содержания основного текста (пропозициональное выдвижение), так и на лингвостилистических преобразованиях выделенной пропозиции, также влияющих на восприятие последующей текстовой информации [Негрышев, 2006].

Композиционно-фактуальные отношения непосредственно «связывают» текст с событием и ситуацией действительности, осмысленной в качестве новостной. Т. ван Дейк, одним из первых обратившийся к композиционной структуре новостей, выделил такие композиционные компоненты, как главный эпизод, причина, условие, мотивация, контекст, история, последствия, результаты, реакции [ван Дейк, 1989, с. 245]. Если объединить некоторых смежные по содержанию компоненты, то получим: главный эпизод, подробности (обстоятельства), история, причины, следствия. Наличие в тексте указанных композиционных блоков обусловлено как самим понятием новость, так и когнитивными особенностями восприятия и переработки информации в рамках определенных схем, сценариев и фреймов.

Если композиционно-фактуальные отношения структурируют информацию в плоскости «действительность — текст», то композиционно-логические отношения выстраивают информационные блоки внутри текста в определенной последовательности и логических связях. По сути, данная субпозиция «отвечает» за ментальный образ события, который формируется в сознании реципиента по прочтении текста. Использование разных видов логических отношений (конъюнкции, дизъюнкции, отрицания, импликации и пр. — в терминах символической логики [Гетманова, 1994, с. 24]) и в определенной мере соответствующих им синтаксических юнкти-вов (конъюнкции, дизъюнкции, контраюнкции и субординации [Каменская 1990, с. 67]) позволяет различным образом структури-

15 ВМУ, журналистика, № 1

237

ровать одну и ту же фактологическую информацию, по-разному расставляя акценты на различных ее компонентах.

Акцентированию либо затушевыванию тех или иных фрагментов события служат также композиционно-прагматические отношения, структурирующие содержание в плане соотношения данного/ нового. Само событие всегда предоставляет определенную свободу наблюдателю в отборе его значимых компонентов (рем) и в последовательности их предъявления в линейной тема-рематической цепочке текста.

Стилистическая перспектива есть, собственно говоря, то, что принято описывать как функционально-стилистические или жанровые особенности текста, подразумевая при этом характер используемых в нем лексических, синтаксических и прочих уровневых средств языка [Дроняева, 2003]. Сами средства принято относить к микроуровню текста, однако, на наш взгляд, направление их отбора определяется на макроуровне под действием дискурсивных факторов, а потому данную стилистическую позицию можно считать макротекстовой.

Итак, связь макротекстовой структуры новостей с дискурсом проявляется в обусловленности набора и содержания МТП дискурсивными факторами. Еще один аспект отношений текст^дис-курс — это характер заполнения указанных позиций в конкретном тексте. Дискурс как бы проецирует свои параметры на тот или иной участок событийной информации, задавая формально-семантическую структуру конкретного текста в единстве ее макро- и микроуровней. Механизмы такого проецирования и способы преломления событийной информации в ее вербально-семиотический гештальт (текст новостей) требуют отдельного освещения. В рамках же настоящей статьи ограничимся лишь попыткой выделить некоторые макротекстовые модели новостей (МТМ), значимые для типологического описания текстовых структур новостного дискурса.

Основные типы макротекстовых структур новостей

Прототипическая макротекстовая модель. Прототипической моделью макроструктуры новостного текста можно считать следующую схему заполнения МТП:

1. Заголовок^текст. Изоморфизм семантической структуры заголовка и текста, отсутствие дополнительных средств модальности в лингвистической структуре заголовка.

2. Композиция

а) Наличие композиционно-фактуальных блоков «событие» (субъекты действия + действия) и «обстоятельства события».

б) Преобладание композиционно-логических отношений конъюнкции и локально-временной субординации.

в) Развертывание тематической прогрессии текста по модели «перевернутой пирамиды» — от наиболее значимой информации к деталям.

3. Стилистическая перспектива. Константность «нейтральной» стилистической перспективы, исключающей межстилевую интерференцию и любые виды экспрессии.

Рассмотрим следующий пример:

Россия и Иран подписали нефтегазовый меморандум

Министр энергетики России Сергей Шматко и министр нефти Ирана Голямхоссейн Нозари подписали меморандум о взаимопонимании в нефтегазовой сфере, предусматривающий возможность осуществления своповых поставок Газпромом на север Ирана газа в обмен на поставки углеводородов с юга республики в страны Персидского залива. «Газпром будет поставлять туркменский газ, ранее купленный Россией, в Северный Иран в обмен на поставки углеводородов с юга Ирана в страны Персидского залива», — пояснил Шматко. Он отметил, что в настоящее время рассматриваются разные варианты осуществления такого сотрудничества: в частности, в обмен на туркменский газ Газпром может получать с юга Ирана нефть, конденсат, сжиженный природный газ или другие виды топлива.

В позиции (1) заголовок^текст наблюдается полное соответствие семантики заголовка основному содержанию текста (метонимические замены по линии «государство — его представитель» не являются семантически значимыми, так как представляют собой типичный случай дискурсивной синонимии номинативов-реалий и номинативов-персоналий [Дроняева, 2003, с. 304]). Средства субъективной модальности в заголовке отсутствуют. 2а. Компози-ционно-фактуальные отношения представлены блоками «событие» («субъекты действия» + «действие») и «обстоятельства события» (здесь — в виде изложения сути меморандума, его основных деталей и вариантов осуществления). 2б. Композиционно-логическая схема предъявления информации построена на отношениях конъюнкции и локально-временной субординации. Конъюнкция выражена асиндетоном с имплицированной семантикой изъяснения (меморандум о чем?, в чем его суть?). Пространственно-временная субординация заключается как в единстве локально-темпоральной структуры события, так и в соблюдении логики временных отношений между самим фактом подписания меморандума и предпо-

лагаемой реализацией намеченных в нем действий. 2в. Тема-рематическая структура текста построена по классической схеме «перевернутой пирамиды», или, по Т. ван Дейку [1989, с. 125], — «структурирования по принципу релевантности»: событие (подписание меморандума) ^ его обстоятельства (здесь — содержание документа). 3. Стилистическая перспектива текста константно нейтральна и соответствует всем стандартам информационного под-стиля [Дроняева, 2003, с. 295 и далее]: повествовательные утвердительные предложения, отсутствие экспрессивной лексики, обилие государственно-географических реалий и профессиональной лексики из сферы торговли и газопереработки.

Вариационные модели макроструктуры. Переходя к рассмотрению вариационных моделей, внесем оговорку, что в их описании мы вынуждены ограничиться только «внутрипозиционными» отклонениями от прототипической МТМ, не останавливаясь подробно на дискурсивных факторах варьирования.

Позиция заголовок^текст допускает варьирование двух типов — по способу пропозиционального выдвижения и по характеру дополнительных стилистических преобразований (см. выше). Оба типа могут выступать самостоятельно либо совместно, как в следующем примере:

Пираты украли 100 миллионов

Стоимость нефти на саудовском танкере Sirius Star, который захватили сомалийские пираты, оценивается в 100 миллионов долларов. На борту судна находятся 2 миллиона баррелей. Вчера представители компании-владельца Vela International Marine Ltd начали переговоры о выкупе.

Здесь мы наблюдаем пропозициональное выдвижение в заголовке по схеме КТ (комбинированный топик) [Негрышев, 2006], а именно: в одну пропозицию объединяются основная информация текста (общий топик — «сомалийские пираты захватили саудовский танкер») и одна из деталей события (частный топик — «стоимость нефти... 100миллионов долларов»). Кроме того, выдвинутая пропозиция * пираты захватили... 100 миллионов долларов подвергается стилистическому снижению: украли вместо захватили придает заголовку обиходно-разговорный оттенок.

В следующем примере можно проследить варьирование в позиции 2 (композиция). Отклонение от прототипической модели особенно отчетливо проявляется в композиционно-логических отношениях.

«Газпром» пересматривает отношения с Туркменией

Падение спроса на газ на основных рынках заставило «Газпром» требовать пересмотра соглашений с Туркменией. Как заявил вчера зампред правления «Газпрома» Валерий Голубев, «мы предложили туркменским коллегам ограничить некоторый объем поставок газа — так же, как это сделали сам "Газпром " и другие российские производители газа». Голубев пояснил, что основной рынок поставки туркменского газа — это Украина, которая сократила объем потребления на 40% — это 22 млрд куб. м. Также сократили потребление многие европейские страны. «Туркменский газ закупался по таким ценам, по которым мог быть реализован на европейском рынке, — пояснил Голубев. — Поэтому, если сегодня Европа газ не берет, мы сказали: уважаемые коллеги, сегодня некуда ваш газ с вашей ценой реализовы-вать. Или мы пересматриваем цену, или объемы».

Основной тип композиционно-логических отношений задается уже в первом предложении — «падение спроса... заставило...». Речь идет о каузативных отношениях как одной из разновидностей логической субординации. Общая причинно-следственная цепочка текста (сокращение объемов потребления газа ^ ограничение объемов поставок) осложняется, кроме того, отношениями дизъюнкции (или., или.) в комментирующей цитате В. Голубева, что также свидетельствует о вариационно-маркированном заполнении данной макротекстовой позиции.

Еще один тип варьирования макротекстовой структуры новостей — отклонение от прототипической модели по всем трем позициям. Текст, приводимый ниже, может служить примером межстилевой интерференции, столь характерной для современной прессы. Вне рубрики («События. Факты. Комментарии», подру-брика «Обзор недели») и вне самого издания, позиционирующего себя как новостное («Мир новостей»), было бы затруднительно определить и жанровую принадлежность этого авторского материала. Тем больший интерес представляет данная заметка для изучения макротекстовых трансформаций.

Ласковое теля двух маток сосет

Договорились с киргизами, что выведут американскую авиабазу из аэропорта Манас. Несколько сотен миллионов долларов им подарили — в виде льготных кредитов, списанных долгов и грантов. И вот как гром средь ясного неба — база остается! Только называться будет иначе — Центром транзитных перевозок. Охранять его будут воору-

женные до зубов американские солдаты. То есть по-прежнему действует режим военной базы. Меняются лишь вывеска и цена вопроса. Раньше США платили за базу $17,4 млн в год, теперь в 10раз больше отстегивать станут. Впрочем, говорят, окончательное решение по Манасу примут Медведев и Обама, который в начале июля приедет в Москву.

Георгий Палашевский

Основу варьирования составляет изменение стилистической перспективы, то, что можно было бы назвать сюжетно-жанровой трансформацией1. Собственно новостной факт (американская база Манас меняет свой официальный статус) представлен в форме мини-истории, сюжетное напряжение в которой создается за счет несоответствия ожидаемого и действительного положения дел: договорились о выводе базы, но база остается (хотя окончательное решение за Президентами США и России). Такого рода беллетризация изложения влечет за собой варьирование по всем макротекстовым позициям: в стилистической перспективе помимо рассмотренной сюжетно-жанровой трансформации — экспрессивизация на синтаксическом и лексическом уровнях; композиционно-фактуальные отношения — введение блоков «предыстория» и «последствия»; композиционно-логические отношения выстраиваются вокруг контра-юнкции (противопоставление предшествующих договоренностей нынешним решениям) и включают в себя также имплицитную каузативную субординацию (увязка договоренностей и их последующего пересмотра с денежными суммами); в композиционно-прагматических отношениях — отказ от модели «перевернутой пирамиды» в пользу нарративной схемы «предыстория ^ собственно новостной факт ^ последствия»; в заголовок выдвигается комбинированный топик (финансовая подоплека события), который подвергается полному экспрессивно-ироническому переосмыслению в форме русской пословицы.

Итак, мы попытались показать возможность типологизации новостных текстов прессы с точки зрения их макроструктурной организации. Описанные модели не претендуют на полноту и представляют собой скорее контуры возможной типологии, выходящей за пределы только новостных жанров. Динамический характер отношений прототип/вариант [Чернявская, 2009, с. 11—82]

1 Ср. другие обозначения схожих явлений: монтаж текстотипов, или интертекстуальное использование типов текста [Чернявская, 2006, с. 63—66]; развлекательная формула новостного печатного текста [W.J. Potter цит. по: Чичерина, 2008, с. 119]; беллетризированное изложение факта или конструирование из конкретного события «своего» сюжета как разновидность игрового «декорирования» новостного дискурса [Сметанина, 1999, с. 43].

позволяет отразить в научном описании реальное многообразие текстового пространства СМИ, что делает перспективными дальнейшие исследования в данном направлении.

Список литературы

Абрамов Б.А. Теоретическая грамматика немецкого языка: Учеб. пособие. — М.: Гуманит. изд. центр Владос, 1999.

Арутюнова Н.Д. Дискурс // Лингвистический энциклопедический словарь / Гл. ред. В.Н. Ярцева. — М.: Советская энциклопедия, 1990.

Баранов А.Н. Лингвистическая экспертиза текста: теория и практика: Учеб. пособие. — М.: Флинта : Наука, 2007.

Васильева Л.А. Делаем новости. — М.: Аспект-Пресс, 2003.

Гетманова А.Д. Учебник по логике. — М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 1994.

Гончарова Е.А., Шишкина И.П. Интерпретация текста. Немецкий язык: Учеб. пособие. — М.: Высшая школа, 2005.

Дейк ван Т.А. Язык. Познание. Коммуникация / Сб. работ. — М.: Прогресс, 1989.

Добросклонская Т.Г. Вопросы изучения медиатекстов (опыт исследования современной английской медиаречи). — М.: Эдиториал УРСС. 2005.

Добросклонская Т.Г. Медиалингвистика: системный подход к изучению языка СМИ: современная английская медиаречь: Учеб. пособие. — М.: Флинта: Наука, 2008.

Дроняева Т.С. Информационный подстиль // Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования: Учеб. пособие / Отв. ред. М.Н. Володина. — М.: Изд -во Моск. ун-та, 2003.

Дроняева Т.С. Новости в газете с точки зрения организации текста // Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования: Учеб. пособие. Ч. 2 / Отв. ред. М.Н. Володина. — М.: Изд -во Моск. ун-та, 2004.

Елфимов Г.М. Возникновение нового: Философский очерк. — М.: Мысль, 1983.

Землянова Л.М. Зарубежная коммуникативистика в преддверии информационного общества: Толковый словарь терминов и концепций. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1999.

Зернецкая О.В. Новостийные медиа в политическом дискурсе // Методология исследований политического дискурса: актуальные проблемы содержательного анализа общественно-политических текстов. Вып. 2 / Общ. ред. И.Ф. Ухвановой-Шмыговой. — Минск: БГУ, 2000.

Каменская О.Л. Текст и коммуникация: Учеб. пособие. — М.: Высшая школа, 1990.

Клушина Н.И. Стилистика публицистического текста. — М.: Медиа-Мир, 2008.

Кобяков А. О жанрах современной газетной журналистики. 2004 // Эл. ресурс. Режим доступа: http://www.mediasprut.ru/jour/theorie/genre/ak-genre. shtml.

Конурбаев М.Э. Критерии выявления публицистических жанров // Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования: Учеб. пособие / Отв. ред. М.Н. Володина. — М.: Изд-во МГУ, 2003.

Кубрякова Е.С. О тексте и критериях его определения // Эл. ресурс. Режим доступа: http://www.philology. ru/linguistics1/kubryakova-01.htm.

Лазутина Г.В. Основы творческой деятельности журналиста: Учебник для студентов вузов. — М.: Аспект Пресс, 2006.

Москальская О.И. Грамматика текста: Учеб. пособие. — М.: Высшая школа, 1981.

Негрышев А.А. Аспекты речевого воздействия в новостях СМИ: Учеб. пособие. — Владимир: ВГГУ, 2009.

Негрышев А.А. Прагматика новостного газетного заголовка: механизмы преобразования информации в системе заголовок-^текст // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 9. Филология. — 2006. — № 1.

Панченко Н.Н. Лингвистическая реализация комического в английском новостном дискурсе: Дис. ... канд. филол. наук. — Иркутск, 2005.

Петрова Н.В. Текст и дискурс // ВЯ. — 2003. — № 6.

Риторические основы журналистики. Работа над жанрами газеты: Учеб. пособие / З.С. Смелкова, Л.В. Ассуирова, М.Р. Савова, О.А. Сальникова. — М.: Флинта: Наука, 2007.

Сметанина С.И. Форсированная информация: приемы интерпретации новостей в СМИ // Речевая коммуникация: секреты успеха / Тезисы меж-дунар. конф. — М.: Моск. ун-та, 1999.

Сольев М.А. Новости на телевидении. Взгляд изнутри // Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования: Учеб. пособие / Отв. ред. М.Н. Володина. — М.: Изд -во Моск. ун-та, 2003.

Тертычный А.А. Жанры периодической печати. — М.: Аспект Пресс, 2002.

Туркова А. О специфике языка теле- и радионовостей: с точки зрения практика // Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования: Учеб. пособие. Ч. 2. / Отв. ред. М.Н. Володина. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 2004.

Филиппов К.А. Лингвистика текста: Курс лекций. — СПб.: Изд-во СПбГУ, 2007.

Чернявская В.Е. Дискурс власти и власть дискурса. Проблемы речевого воздействия: Учеб. пособие. — М.: Флинта: Наука, 2006.

Чернявская В.Е. Лингвистика текста: Поликодовость, интертекстуальность, интердискурсивность: Учеб. пособие. — М.: Книжный дом «ЛИ-БРОКОМ», 2009.

Чичерина Н.В. Медиатекст как средство формирования медиаграмот-ности у студентов языковых факультетов. — М.: Флинта: Наука, 2008.

Поступила в редакцию 30.06.2010