ВЛИЯНИЕ ПАНДЕМИИ COVID-19 НА МИРОВУЮ ФИНАНСОВУЮ СИСТЕМУ

ВЛИЯНИЕ ПАНДЕМИИ COVID-19 НА МИРОВУЮ ФИНАНСОВУЮ СИСТЕМУ

COVID-19 PANDEMICS IMPACT ON INTERNATIONAL FINANCIAL SYSTEM

DOI: 10.38197/2072 -2060- 2021- 230-4- 252 -258 ГОЛОВНИН Михаил Юрьевич

Первый заместитель директора Института экономики Российской академии наук, член - корреспондент РАН, д.э.н.

MikhailYU. GOLOVNIN

First Deputy Director of the Institute of Economics of the Russian Academy of Sciences, Corresponding Member of the Russian Academy of Sciences, Doctor of Economics

Аннотация Мировая финансовая система подошла к кризису 2020 г. с набором накопленных

проблем, ряд из которых были усилены в результате воздействия кризиса. Так, воз -росла угроза образования «пузырей» на отдельных сегментах мирового финансового рынка (фондовый рынок, рынок криптовалют); усилилось долговое бремя. В то же время кризис 2020 г. не вызвал «глобальной остановки» трансграничных потоков капитала, которые выросли во всех ведущих развитых странах. Предлага -ется активизация реформы мировой финансовой системы по следующим основ -ным направлениям: усиление представительства и влияния развивающихся стран и стран с формирующимися рынками в мировых финансовых институтах; выравнивание регулирования в различных сегментах мировой финансовой системы; созда -ние коллективных защитных механизмов.

Abstract The international financial system faced the crisis of 2020 with a set of accumulated

problems, a number of which were exacerbated by the impact of the crisis. Thus, the threat of the formation of "bubbles" has increased in certain segments of the international financial market (stock market, cryptocurrency market); the debt burden has increased. At the same time, the crisis of 2020 did not cause a "global sudden stop", gross cross -border capital flows have grown in all leading advanced economies. It is proposed to intensify the reform of the international financial system in the following main areas: strengthening the representation and influence of developing countries and emerging economies in international financial institutions; alignment of regulation in various segments of the international financial system; creation of protective collective mechanisms.

Ключевые слова Мировая финансовая система, мировые экономические кризисы, пандемия COVID - 19, мировые рынки ценных бумаг, международная финансовая архитектура.

Keywords International financial system, world economic crises, COVID -19, international securities

markets, international financial institutions.

Введение

На протяжении первых двух десятилетий XXI века мировая финансовая система претерпела значительные изменения, результаты которых в полной мере еще не могут быть однозначно оценены. Если в первой части рассматриваемого периода (до мирового экономического и финансового кризиса 2007-2009 гг.) шла речь о динамично развивающейся финансовой глобализации, общая оценка перспектив и результатов которой выглядела скорее оптимистично, то после кризиса произошла смена многих трендов, и в настоящее время в полной мере идет дискуссия о преобладании глобализационных или деглобализационных тенденций.

Под воздействием кризиса 2007-2009 гг. был запущен процесс реформирования мировой финансовой системы. Реформа была призвана бороться с теми проблемами в мировой финансовой системе, которые вызвали данный кризис, а также повысить ее устойчивость. Однако результаты реформы оказались неоднозначными, различные сектора были затронуты ею в разной степени. В результате к концу 2010 -х гг. вновь стали накапливаться проблемы в мировой финансовой системе.

На эти тенденции в 2020 г. наложился новый мировой экономический кризис, вызванный распространением пандемии COVID -19, который хотя и не зародился внутри мировой финансовой системы, но оказал на нее существенное влияние. Этот кризис вновь повысил актуальность реформирования мировой финансовой системы для повышения степени ее устойчивости.

Проблемы развития мировой финансовой системы между двумя мировыми экономическими кризисами

Мировой экономический и финансовый кризис 2007-2009 гг. вскрыл ряд серьезных проблем мировой финансовой системы,связанных с возникновением «пузырей» в отдельных ее сегментах (по мнению ряда исследователей, даже наличия глобального финансового «пузыря»); увеличением волатильности международных потоков капитала и, как следствие, волатильности валютных курсов, особенно в странах с формирующимися рынками. Продолжала увеличиваться значимость развивающихся стран и стран с формирующимися рынками в мировой экономике по сравнению с развитыми странами1. Между тем эта группа стран оставалась недопредставленной в международных финансовых институтах, где ведущую роль продолжают играть развитые страны.

Реакцией на последствия мирового экономического и финансового кризиса стала реформа мировой финансовой системы, которая происходила по следующим основным направлениям:

1 Так, доля стран с формирующимися рынками и развивающихся стран в мировом ВВП, измеренном в долларах США по текущим валютным курсам, выросла с 20,9% в 2000 г. до 28,3% в 2007г. К 2020 г. эта доля достигла уже 40,6%. Рассчитано на основе данных Международного валютного фонда (https://www.imf.org/en/ Pubiications/WEO/weo-database/2021/Aprii).

Глобальное финансовое управление. Здесь в борьбе с кризисом 2007-2009 гг. на первый план вышла Группа 20 (G20), что позволяет говорить о (по крайней мере, формальном) вовлечении в эти процессы крупнейших экономик с формирующимися рынками. Внутри Группы 20 выделилось объединение БРИКС, которое было нацелено на усиление позиций стран с формирующимися рынками в глобальном управлении, в том числе по вопросам реформирования мировой финансовой системы. Произошла институционализация глобального регулирования в финансовой сфере, выразившаяся в том числе в создании Совета по финансовой стабильности. В процессе реформирования мировой финансовой архитектуры было достигнуто некоторое увеличение квоты для развивающихся стран и стран с формирующимися рынками в Международном валютном фонде и Группе Мирового банка. Однако позиции этой группы стран в ключевых международных финансовых институтах по- прежнему остаются недопредставленными.

Банковский сектор. В этом направлении реформа получила наибольшее развитие, практическим воплощением которого стала разработка новых стандартов достаточности банковского капитала Базель III, которые, по сути, включали более широкий набор инструментов регулирования международной банковской деятельности.

Внебиржевой рынок производных финансовых инструментов. Поскольку этот сегмент был одним из наименее регулируемых в предшествующий период, реформирование было направлено на повышение его информационной прозрачности, перевод торговли и расчетов на более транспарентные и регулируемые площадки и т.д.

Борьба с офшорными юрисдикциями.

Однако следует отметить, что реформа мировой финансовой системы носила неполный характер - одни сектора (банковская система) оказались под более жестким регуляторным надзором, тогда как другие (главным образом рынки ценных бумаг) в гораздо меньшей степени подверглись реформированию. В результате возникло такое явление, как межсекторальный регуляторный арбитраж.

Незавершенность реформы мировой финансовой системы и тенденции ее развития в период после кризиса 2007-2009 гг. вызвали к концу 2019 - началу 2020 г. формирование новых рисков2:

«Схлопывания» «пузыря» на фондовом рынке США (частично этот риск начал реализовываться в 2018 г., но его возможная реализация была отложена смягчением денежно- кредитной политики в 2019 г.).

Наращивание долгового бремени, наблюдавшееся в период с 2010 г. В итоге к 2018 г., по оценкам Всемирного банка, глобальный долг достиг рекордной отметки в 230% ВВП, главным образом за счет роста частного долга в странах с формирующимися рынками и развивающихся странах [2].

Угрозы возникновения кризисов в странах с формирующимися рынками и их распространения в данной группе стран за счет действия «эффекта заражения». Эти угрозы начали проявляться осенью 2018 г. в отношении Турции и Аргентины, но были смягчены за счет ослабления денежно - кредитной политики в США.

2 Некоторые из этих рисков были обозначены нами в работе [1].

Влияние кризиса, начавшегося в 2020 г., на состояние мировой финансовой системы

Текущий мировой экономический кризис, начавшийся в 2020 г. в связи с распространением пандемии COVID -19, обладал определенной спецификой по сравнению с предыдущим мировым экономическим кризисом. Во - первых, следует отметить, что он пришел из реального сектора и лишь затем распространился на финансовый сектор. Во -вторых, после первоначального резкого негативного шока последовала быстрая реакция со стороны денежно - кредитной и бюджетно -налоговой политики развитых стран, способствовавшая восстановлению динамики мировых финансовых рынков.

Первоначальный шок имел место весной 2020 г. Наиболее ярко он проявился на мировом фондовом рынке и на мировых товарных рынках, на которых все большую роль играет финансовая составляющая (через производные инструменты). Индекс У1Х, измеряющий волатильность мирового фондового рынка, достиг максимальных значений в марте 2020 г., сопоставимых с пиковыми значениями октября -ноября 2008 г. Однако, в отличие от предыдущего мирового экономического кризиса, снижение волатильности происходило быстрее, хотя до марта 2021 г. она продолжала оставаться на более высоком уровне, чем «нормальные» докризисные значения.

Восстановление динамики мировых финансовых рынков происходило во многом благодаря оперативной реакции со стороны денежно - кредитной и бюджетно -налоговой политики развитых стран, прежде всего, США [3]. В частности, совокупные активы Федеральной резервной системы США резко выросли с 4,1 трлн долл. в середине февраля 2020 г. до 7трлн долл. в середине мая 2020 г., дальнейший рост активов происходил более плавно, и к середине июня 2021 г. они превысили 8 трлн долл.3 Тем самым резко возросли и объемы глобальной ликвидности в ведущих мировых валютах.

Рисунок 1.

Источник: расчеты на основе данных Международного валютного фонда (https:// data.imf.org/regular. aspx?key=62805742 и https://www.imf.org/en/Publications/WEO/ weo-database/2021/April).

3 https://www.federalreserve.gov/monetarypolicy/bst_recenttrends. htm.

Во время первоначального шока произошел краткосрочный отток капитала из стран с формирующимися рынками. Исходя из логики предыдущих кризисов, от кризиса 2020 г. следовало бы ожидать очередной «глобальной остановки» международных потоков капитала. Однако на практике после очередного снижения международных потоков капитала в ведущих центрах его движения в 2018-2019 гг. во время кризиса 2020 г. произошло увеличение валовых трансграничных потоков капитала по отношению к ВВП соответствующих стран (см. рис. 1).

Как и во время кризиса 2007-2009 гг., в 2020 г. произошел рост долгового рынка, прежде всего за счет увеличения государственного долга в результате значительных программ помощи экономике. Так, отношение валового государственного долга к ВВП выросло во всех странах G7 в 2020 г. по сравнению с предыдущим годом, при этом темпы прироста этого отношения составили от 9% в Японии до 35,7% в Канаде4.

В 2020 г. также резко увеличился объем международных долговых ценных бумаг к погашению (как в абсолютном выражении, так и по отношению к глобальному ВВП) (см. рис. 2).

Рисунок 2 Объем международных долговых ценных бумаг

в обращении

-»- в млрд.долл. -- в % от ВВП

Источник: данные Банка международных расчетов (https://www.bis.org/statistics/secstats. Ыга?т=6%7С33%7С615).

Кризис 2020 г. дал дополнительный импульс развитию цифровых финансов в национальных и мировой финансовых системах. Одним из отражений этого процесса стал резкий рост стоимости криптовалют, на который повлиял также рост глобальной ликвидности. Так, в частности, цена биткоина, выраженная в долларах США, составляла 10-11 тыс. в начале октября 2020 г., а в марте - апреле 2021 г. превышала отметку в 60 тыс., однако затем снизилась до 35-36 тыс. к концу мая -началу июня 2021 г.

4 Рассчитано на основе данных Международного валютного фонда (https://www.imf.org/en/Publications/WEO/ weo-database/2021/April).

Риски для мировой финансовой системы и процессы ее реформирования

В ходе текущего мирового экономического кризиса усилились предшествовавшие ему и появились новые риски для мировой финансовой системы:

В связи с резким ослаблением денежно -кредитной политики в ведущих развитых странах и ростом глобальной ликвидности увеличились риски возникновения финансовых «пузырей» на относительно менее регулируемых рынках (например, на рынке акций США) или в нерегулируемых сегментах (рынки криптовалют).

Произошло значительное усиление долговой нагрузки в мировой экономике (по линии как государственного, так и частного долга). При этом сохраняются риски дальнейшего роста долгового бремени, поскольку возвращение мировой экономики на траекторию экономического роста требует продолжения мягкой бюджет-но -налоговой политики, способствующей наращиванию государственного долга, и денежно -кредитной политики, снижающей издержки обслуживания как государственного, так и частного долга.

Ухудшилось качество кредитных портфелей в мировой банковской системе, причем оценить это ухудшение пока затруднительно в силу наличия временных послаблений в оценке качества кредитов на национальном уровне.

Возможное возникновение кризисных явлений в отдельных относительно крупных странах с формирующимися рынками и распространение эффектов «заражения» от них. Одним из импульсов подобных кризисов могут стать проблемы с обслуживанием долга, особенно в иностранной валюте.

Неопределенность, связанная с развитием цифровых технологий и рынка криптовалют.

Следует отметить, что реакция со стороны институтов глобального управления на мировой экономический кризис 2020 г. была относительно ограниченной. Основным достижением стало появление Инициативы о предоставлении отсрочки по обслуживанию долга для стран с низким уровнем дохода (DSSI) [4]. Тем не менее даже для преодоления проблем, связанных с ростом долгового бремени, подобная Инициатива представляется недостаточной.

На наш взгляд, в связи с мировым кризисом 2020 г. назрела необходимость продолжения реформы мировой финансовой системы по следующим основным направлениям: усиление представительства развивающихся стран и стран с формирующимися рынками в мировых финансовых институтах и, самое главное, их влияния на принятие решений в этих организациях; выравнивание регулирования в различных сегментах мировой финансовой системы; создание коллективных защитных механизмов (в том числе политики регулирования потоков капитала в глобальном масштабе); включение в повестку дня реформирования проблематики цифровых финансов, выработка коллективной позиции по цифровым финансовым активам/криптовалютам.

Библиографический список

1. Головнин М.Ю. Вызовы для экономики России со стороны глобальных финансовых рынков //Научные труды Вольного экономического общества России. 2019. Том 218. № 4.

2. Kose M.A., Nagle P., Ohnsorge F., Sugawara N. Global Waves of Debt Causes and Consequences. World bank Group, 2020.

3. Cavallino P., De Fiore F. Central banks' response to COVID-19 in advanced economies // BIS Bulletin. 2020. No. 21.

4. Декларация Эр-Риядского саммита лидеров «Группы двадцати» (21-22 ноября 2020 года). URL: http://kremlin.ru/supplement/5585.

References

1. Golovnin M.Yu. Vyzovy dlja jekonomiki Rossii so storonyglobal'nyh finansovyh rynkov//Nauchnye trudy Vol'nogo jekonomicheskogo obshhestva Rossii. 2019. Tom 4 (In Russian).

2. Kose M.A, Nagle P., Ohnsorge F., Sugawara N. Global Waves of Debt. Causes and Consequences. World bank Group, 2020.

3. Cavallino P., De Fiore F. Central banks' response to COVID-19 in advanced economies // BIS Bulletin. 2020. No. 21.

4. Leaders' Declaration. Riyadh Summit, November 21, 2020. URL: http://www.g20.utoronto.ca/2020/2020-g20-leaders-declaration-1121. html.

Контактная информация / Contact information

ФГБУН «Институт экономики Российской академии наук» 117218, Россия, Москва, Нахимовский проспект, 32. Institute of Economics of the Russian academy of Sciences 32, Nakhimovskiy pr., Moscow, 117218, Russia. Головнин Михаил Юрьевич / Mikhail Yu. Golovnin mgecon@mail.ru