Современные тенденции исследования проблем реабилитации и возмещения вреда

СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ИССЛЕДОВАНИЯ ПРОБЛЕМ РЕАБИЛИТАЦИИ И ВОЗМЕЩЕНИЯ ВРЕДА

О.В. ВОЛЫНСКАЯ,

профессор кафедры уголовного процесса Московского университета МВД России,

доктор юридических наук, доцент О.Н. ГРАШИЧЕВА,

преподаватель кафедры уголовного процесса Московского университета МВД России

Аннотация. В статье исследуются такие вопросы о: содержании понятия термина «реабилитация», формировании процессуального статуса реабилитированного, соотношении понятий «реабилитация» и «возмещение вреда», а также пути их реализации в уголовном судопроизводстве.

Ключевые слова: прекращение уголовного преследования, реабилитация, возмещение вреда.

THE CONTEMPORARY TENDENCIES OF EXAMINATION OF PROBLEMS OF REHABILITATION AND COMPENSATION OF HARM

O.V. VOLINSKAYA, O.N. GRASHICHEVA

The summary. In this article deals with problems of the essence of conception of the «rehabilitation» term, the formulation of the procedural status of an rehabilitated person, the correlation of conception of an «rehabilitation», and the «compensation of harm», and the ways of their realization in the criminal procedure as well.

Key words: the breach of criminal prosecution, rehabilitation, the compensation of harm.

В отечественном уголовно-процессуальном законодательстве долгое время проблемам, связанным с реабилитацией, возмещением вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностными лицами, не уделялось достаточного внимания. Это связано с тем, что институт реабилитации получил законодательное регулирование сравнительно недавно. Разными правовыми актами были закреплены в законе положения о видах и порядке возмещения вреда, но термин «реабилитация» в его современной интерпретации в тексте УПК вообще отсутствовал.

В УПК впервые в истории российского уголовного судопроизводства закреплена гл. 18 «Реабилитация», где регламентируются основания возникновения права на реабилитацию, процедура признания права на реабилитацию, а также порядок восстановления прав реабилитированного и возмещения вреда. В иных нормативных актах, прежде всего в ст. 53 Конституции РФ, закреплено лишь право на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностными лицами. Такой подход законодателя требует осмысления понятий «реабилитация» и «возмещение вреда», их соотношения и взаимосвязи.

Реабилитация есть порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвер-

гнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 УПК).

Происхождение термина «реабилитация» различно. Так в одних источниках указано, что он происходит от немецкого «rehabilitation» и означает возвращение в прежнее состояние, восстановление1. В других утверждается, что этот термин происходит от латинского «rehabilitation», что означает, во-первых, восстановление в юридических правах, а во-вторых, восстановление доброго имени, прежней репутации2. По свидетельству юриста начала XX в. Н.И. Миро-любова, впервые это понятие употребил средневековый французский легист Bleynianus для обозначения древнейшего института помилования осужденного с восстановлением всех его прежних прав3. Толкование термина «реабилитация» в словарях рассматривается как: восстановление чести, репутации неправильно обвиненного человека4; восстановление прежней хорошей репутации или в прежних правах5.

Таким образом, несмотря на разное содержание, термин «реабилитация» всегда нес одинаковую смысловую нагрузку, а именно под ним подразумевалось признание лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, невиновным.

Термин «реабилитация» включает в себя две составляющие: 1) порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого

уголовному преследованию; 2) порядок (процедура) возмещения причиненного вреда.

Терминологически, это означает, что порядок есть правила, по которым совершается что-либо, а под «восстановлением» понимается возвращение в прежнее состояние, т.е. прежде всего в общественное, служебное положение6.

Порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно и необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, как часть института реабилитации, может быть реализован в нескольких формах7. Трудно проследить механизм действия норм, регламентирующих категории «реабилитация», «возмещение вреда» на всех стадиях уголовного процесса, поэтому ограничимся рассмотрением проблем, возникающих на этапе досудебного производства на стадии предварительного расследования.

По мнению некоторых процессуалистов8 элементами процедуры реабилитации на предварительном расследовании выступают с одной стороны, отмена незаконного и необоснованного решения9, а с другой — устранение причиненных таким решением последствий. Следовательно, начальным моментом реализации процедуры реабилитации следует считать вынесение постановления о прекращении уголовного преследования по основанию, влекущему за собой реабилитацию лица. В соответствии с ч. 2 ст. 212 УПК такими основаниями являются отсутствие события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24), отсутствие в деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24), непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления (п. 1 ч. 1 ст. 27). Такое лицо с этого момента приобретает процессуальный статус реабилитированного в той части, которая касается восстановления его прав и свобод.

Правоприменителю следует уяснить, кто именно из участников уголовного процесса понимается под реабилитированным, с тем, чтобы определить, какие правовые последствия необходимо устранить для его восстановления в правах. Несмотря на то, что в п. 35 ст. 5 УПК реабилитированный упоминается как лицо, имеющее в соответствии с этим Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, в юридической литературе не сложилось единого подхода к процессуальному положению такого лица. Соответственно такая ситуация не могла не повлиять и на отсутствие нормативного его закрепления в тексте закона.

При формулировании процессуального статуса реабилитированного следует учитывать, что, во-первых, это лицо до вынесения постановления о прекращении уголовного преследования имело процессуальный статус подозреваемого и (или) обвиняемого, во-вторых, в отношении этого лица осуществлялось уголовное преследование. Формирование этого статуса предполагает не только разработку понятия, за-

крепления прав и обязанностей, но и указание на то, с какого момента и каким образом (в каком порядке) это лицо приобретает статус реабилитированного.

Одной из наиболее сложных проблем является соотношение (взаимосвязь) понятий «реабилитация» и «реабилитированный». Так, исходя из смысла закона лицу, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, предоставляется право на возмещение вреда (ч. 2 ст. 133 УПК). Только от реабилитированного зависит воспользуется ли он правом на возмещение ему вреда, причиненного в ходе осуществления уголовного преследования, или нет.

Следует согласиться с мнением А.А. Подоприго-ры, который указывает, что в понятие реабилитации должно входить не обязательное возмещение вреда, а предоставление права на такое возмещение и гарантии реального возмещения вреда в случае изъявления желания реабилитируемым путем официального заявления в предусмотренном законом порядке10.

По мнению некоторых процессуалистов11, реабилитированному предоставляется право выбирать, в каком порядке будет возмещен причиненный вред: в порядке реабилитации или в порядке разрешения гражданского иска по уголовному делу. Уголовно-процессуальная природа этих правоотношений определяется следующим:

методом правового регулирования, основанном на неравенстве субъектов (следователя и обвиняемого, потерпевшего и т.д.) по правовому положению, что характерно именно для уголовного процесса;

единым назначением уголовного судопроизводства и процедуры реабилитации (ст. 6 УПК);

# вред, причиненный уголовным преследованием, возмещается независимо от вины должностных лиц. Основанием гражданско-правовой ответственности является совершение гражданского правонарушения;

# возмещение вреда осуществляется не должностными лицами и не учреждением, а государством, что не типично для гражданско-правовой ответственности;

# правоотношения, связанные с возмещением вреда, обусловлены уголовно-процессуальным правоотношениями по привлечению лица к уголовной ответственности, осуждением и т.д.;

возмещение вреда представляет собой реализацию оправдательного приговора, постановления о прекращении уголовного дела, что связано только с уголовным судопроизводством12.

Таким образом, законодатель в УПК окончательно разрешил спор об отраслевой принадлежности13 правоотношений, возникающих при возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования.

1 Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского

языка: в 4 т. / под ред. И.А. Бодуэна де Куртенэ. — М., 1998.

Т 3. С. 1663.

2 Крысин Л.П. Толковый словарь иноязычных слов. — М., 1998. С. 588; Ожегов С.И. Словарь русского языка. — М., 1990. С. 669.

3 Миролюбов Н.И. Реабилитация как специальный правовой институт. — Казань, 1902. С. 17.

4 Современный словарь иностранных слов: толкование, словоупотребление, словообразование, этимология / Л.М. Баш [и др.] — М., 2006. С. 648.

5 Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. — М., 2003. С. 670.

6 Там же. С. 566, 98.

7 Тазиев Д.А., Химичева О.В. Реабилитация в российском уголовном процессе: учеб. пособие. — Уфа, 2006. С. 27.

8 Уголовно-процессуальное право (уголовный процесс): учебник / под ред. Г.П. Химичевой, О.В. Химичевой. — 3-е изд., перераб. и доп. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2004. С. 207.

9 Предполагается, что это могут быть следующие виды решений, выраженных в постановлениях, о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица (подозреваемого), привлечении в качестве обвиняемого, применении меры пресечения и др.

10 Подопригора А.А. Реабилитация в уголовном процессе России.: автореф. ... канд. юрид. наук. — Ростов н/Д, 2004. С. 10.

11 Глыбина А.Н. Реабилитация и возмещение вреда в порядке реабилитации в уголовном процессе РФ.: автореф. ... канд. юрид. наук. Томск, 2006. С. 19.

12 Подробнее об этом см.: Прокудина Л.А. Возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями правоохранительных органов (научно-практический комментарий): 2-е изд. — М. 1998. С. 12—17; Безлепкин Б.Т. Новые гарантии законных интересов реабилитированного // Сов. гос-во и право. 1982. № 6. С. 62—70.

13 В науке существовало две основные концепции в определении отраслевой принадлежности этих норм: гражданско-правовая (Ярошенко К.Б. Возмещение вреда, причиненного гражданам действиями должностных лиц // Сов. гос-во и право. 1982. № 8. С. 135—142.) и уголовно-процессуальная (Безлепкин Б.Т. Возмещение вреда, причиненного гражданину в уголовном судопроизводстве.: автореф. ... д-ра. юрид. наук. — М., 1981, а также Уголовный процесс: учебник / под ред. В.П. Божьева. — М., 1998. С. 531—542; Уголовный процесс: учебник / под ред. К.Ф. Гуценко: 4-е. изд. — М., 2000. С. 514—535).

ПРОБЛЕМАТИКА ПОНЯТИЙНОГО АППАРАТА РОССИЙСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА В СФЕРЕ ИМУЩЕСТВЕННОГО СТРАХОВАНИЯ

Н.И. ЕГОРОВ,

аспирант кафедры «Экономическое право» РЭА им. Г.В. Плеханова

Аннотация. В статье анализируется российское и зарубежное законодательство о страховании, проблемы понятий «имущество», «страхование», «страховая деятельность», «форма» как критерий деления страхования.

Ключевые слова: законодательство, проблемы, имущество, страхование, форма.

PROBLEMS OF CONCEPTUAL STRUCTURE OF THE RUSSIAN LEGISLATION IN THE PROPERTY INSURANCE SPHERE

N.I. EGOROV,

post-graduate student of chair «Economic right» В£А of G.V.Plehanova

The summary. The article shows analysis of the Russian and foreign legislation for insurance, problems of definitions «property», «insurance», «insurance activity», «form» as criteria of insurance dividing. Key words: legislation, problems, property, insurance, form.

Дальнейшему развитию страхового рынка должно способствовать и совершенствование страхового законодательства. В процессе исследования практики применения разных нормативных правовых актов о страховании было установлено, что законодательство

не свободно от проблем понятийного аппарата. Так, при анализе ст. 927—970 ГК РФ, ст. 246—283 КТМ РФ, ст. 1—36 Закона РФ «Об организации страхового дела в РФ» (в дальнейшем — Закон о страховании) было выявлено, что в них отсутствует определение