Календарные песни калмыков

6. Ефименкова, Б.Б. Причетная песня в бассейне реки Юг / Б.Б. Ефименкова // Памяти К. Квитки: сб. ст. / ред.-сост. A.A. Банин. М., 1983. С. 149 -165.

7. Ефименкова, Б.Б. Ритмика русских традиционных песен: учебное пособие по курсу «Народное музыкальное творчество» / Б.Б. Ефименкова. М.: Моск. гос. ин-ткультуры, 1993.

8. Ефименкова, Б.Б. Свадебные песни и причитания как один из кодов ритуала / Б.Б. Ефименкова // Фольклор: проблемы сохранения, изучения и пропаганды: тез. докл. науч.-практ. конф.: в 2 ч. М., 1988. 4.1. С. 152-157.

9. Костюрина, М.Н. Крестьянская свадьба в подгородных деревнях г. Тобольска / М.Н. Костюрина // Ежегодник Тобольского губернского музея. Тобольск, 1898. Вып. IX. С. 1-16.

/./. БАСАНГОВА

КАЛЕНДАРНЫЕ ПЕСНИ КАЛМЫКОВ

Исследуется малоизученный жанр обрядовой поэзии калмыков - календарные песни, которые исполняются на праздниках Зул, Цаган Сар, Урюс Сар. В фольклорной традиции калмыков их количество незначительно, но воспроизведение имеет магический смысл.

Календарные песни калмыков не были объектом специального изучения. В современной фольклорной традиции калмыков сохранилось не столь большое количество песен, отражающих календарную обрядность. Тема приуроченных песен, в частности, исполнявшихся на календарных праздниках, представляется тем более актуальной, что проблематика календарного фольклора у калмыков практически не получила отражения в исследовательских работах, хотя именно обрядовые формы образуют наиболее архаичную, основополагающую часть песенной культуры.

Тексты песен календарного цикла опубликованы как приложение к монографии [1]. Народные календарные песни

сохранились в репертуаре Б. П. Амбековой и Ц.К. Джаргаевой [2]. Календарные песни калмыков, как и других народов мира, не мыслятся вне обряда, но и обряд без песни, предписанной ему традицией, невозможен [3]. Календарная поэзия представлена песнями и благопожеланиями, при превалировании вторых. К календарным песням могут быть отнесены сезонные песни. В обрядах калмыков в течение всего хозяйственного года преобладают скотоводческие и земледельческие. Календарные обряды и обрядовая поэзия сохранили древние поверья и культы. Песни калмыков были приурочены к исполнению обрядов, связанных с традиционным календарем. А.Ф. Некрылова, вводя термин «календарное сознание», отмечает: «Календарные тексты имели как правило, магическое назначение и отличались императивным характером» [4]. Календарные обряды и поэзию принято делить соответственно четырем временам года на циклы: зимний, весенний, летний и осенний. У калмыков подобное деление соответствует календарным праздникам - Цаган Сар, Урюс Сар, Зул. Календарные песни по своей роли в обряде неоднородны - одни тексты изображают обряд, «формируют обрядовые действия», другие «возникли благодаря обряду», некоторые тексты изображали «обрядовое отношение участников ритуала к совершавшимся событиям» [5. С. 13].

Весенний праздник Цаган Сар (Белый месяц) для калмыков - это праздник обновления жизни, тесно связанный с хозяйственной деятельностью. Цаган Сар как исторически сложившийся праздник характеризуется сохранением древних архаических обрядов, некоторые из них сохранились в календарных песнях. Поиски и восстановление календарных песен Цаган Сара позволили обнаружить два новых текста. Один опубликован в сборнике «Песни родной степи» [6], второй принадлежит известному знатоку фольклора С. Манджикову [7]. По своей жанровой принадлежности это протяжные песни. Протяжная песня (ут дун) является феноменом не только калмыцкой культуры, но и культуры монголоязычных народов в целом. Ее корни уходят в глубокую древность. В калмыцкой фольклорной

© Басангова Т.Г., 2008

традиции протяжная песня - один из самых значительных жанров, который наряду с эпическими песнями составляет основу традиционного музыкально-поэтического искусства калмыцкого народа. Ут дун является характерной формой, в которой исполняются различные по содержанию песни, объединяющиеся общей направленностью, - возвысить человека в его чувствах, передать его переживания, надежды, мечты, печаль. Первый вариант песни о Цаган Саре отражает структуру праздника - обычай ритуального приветствова-ния, побуждает к приветствиям и поздравлениям: Белого месяца первое число / Благополучно дождавшись, будем / приветствовать друг друга.

Цаган Сар - это праздник единства, радости, благополучного выхода из зимней стужи. Обычай празднования отражен в словосочетании Цака Парках. - Попраздновав, хорошо его проводить. Упоминаются образы коней: это бело-соловый, с длинной гривой, соловый конь с позолотой. В песнях воспевается бег коня (бежит быстро, рвется подпруга, бежит красиво, замедленно). Упоминание коня не случайно, ибо на соловом коне с белым пятном прибывает богиня Окон Тенгри, чтобы спасти людей. Для поэтики ут дун образ движущегося коня, изображаемого в разнообразии мастей и статей, является типичным и излюбленным. Общеизвестно, что конь является самым почитаемым животным в центрально-азиатской традиции. Но в анализируемом тексте начальный поэтический мотив выступает не просто художественным средством, а имеет отношение к обрядовой реальности: С белым пятном гнедой. / На белом снегу резвится.

В первом варианте песни основной мотив - это мотив возрождения природы, людей, продления жизни, заключающийся в упоминании любовных мотивов, что свидетельствует о народном характере песни.

Во втором варианте песни о Цаган Саре любовную тему сменяют буддийские мотивы: это упоминание Богини Белого Зонта (Ушнишавиджая - Богиня долгой жизни) и Окон Тенгри, с образом которой связано происхождение этого праздника. Окон Тенгри выступает как освободительница небесного светила от Эрлик Номин-хана [8]. Песенник просит покровительства у этих божеств буддийского пантео-

на, ставших, по всей видимости, родовыми покровителями, призывает всех в этот день совершить молебен.

В песне, посвященной празднику Зул, получил отражение главный ритуал этого праздника - «нас авх» (брать годы, или продление жизни человека на один год). Взятые годы благословлять Позовем в гости стариков.

В обрядовом действе «продление жизни» применяется белая трава, стебли которой олицетворяют прожитые годы, ее собирают в чистом месте у родников. Срежем белую траву,

Чтобы сосчитать прожитые годы.

В календарных песнях, записанных в последние годы, присутствуют наименования буддийских божеств (Окон Тенгри, Будды Дзонкавы, Далай-ламы).

Основной ритуал календарного праздника Зул отражен в протяжной песне [9]. В этот праздник всем желали долголетия и прибавляли посредством праздничных ритуалов еще один год.

25 числа, в месяц тигра,

Мы продлеваем свою жизнь.

Тема продления жизни в данном тексте звучит повторно, подчеркивая значимость данного ритуала для калмыков. Особая роль в празднике Зул принадлежит праздничной трапезе.

Запах от молока, масла и хлеба Испаряется вверх.

Воспроизведение ритуала календарного праздника Урюс Сар также характерно для календарной песни, посвященной этому празднику. Песня полностью воспроизводит все ритуалы, совершаемые степняками.

В праздник Урюс Сар Зажжем, радуясь, светильники зул, Поставим перед бурханами Почетную пищу - деежи-Масло, молоко,чигян,чай.

В праздник Урюс Сар,

Принесем жертвы огню и земле,

Пусть на освященную землю и воду Прольется солнечный свет И благодатный дождь.

В праздник Урюс Сар.

В календарной поэзии калмыков зафиксированы особенности четырех времен года. В них воспевается труд скотовода.

В осенние три месяца,

Я пас восемь телят...

Каждый этап календарного праздника сопровождался произнесением молитв внутри каждой семьи, а затем во время застолья с гостями. Совершались магические обряды, люди посещали родственников с определенной ритуальной целью, обменивались борцоками - ритуальным печеньем.

Очень важные моменты - количество гостей, пришедших в дом, и приветствие друг друга. В ритуалах большое значение имела цветовая символика: в Цаган Саре - это белый цвет, в Зуле - цвет пламени, огня, в дни Урюс Сара - зеленый, цвет пробуждения природы. В календарных празднествах гармонично сочетались развлекательная часть (устройство найров-гулянок, скачек, соревнований борцов) и ритуальная часть, имеющая символический, сакральный смысл. В календарных обрядовых действиях активно присутствует вербальный компонент. Специфика поэтики рассматриваемых текстов календарных песен заключается в прямых связях между вербальным рядом и обрядовым содержанием.

Литература

1. Биткеев, Н.Ц. Калмыцкий песенный фольклор /Н.Ц. Биткеев. Элиста, 2005.

2. Живой родник. Из репертуара Ц.К. Джар-гаевой / подгот. к печати Н.Ц. Биткеева. Элиста, 1990.

3. Путилов, Б.Н. Миф -обряд - песня Новой Гвинеи / Б.Н. Путилов. М., 1980. С. 167.

4. Некрылова, А.Ф. Календарное сознание как категория традиционной культуры / А.Ф. Некрылова // Первый Всероссийский конгресс фольклористов: сб. докл., М., 2005. Т.1. С. 314 -315.

5. Круглов, Ю. Русские обрядовые песни / Ю. Круглов. М., 1982.

6. Оконов, Б.Б. Торскн Ьазрин дуд / Б.Б. Оконов. 1989. С. 67.

7. Научный архив КИГИ РАН. Ф. № 9. Оп. 1. Ед.хр.58. Богшрахинский аймак и бог-шрахинцы / авт.-сост. П.Э. Алексеева.Элиста, 2002. С. 113.

8. Смирнов, П. Несколько слов о хуру-лах, богослужениях и празднествах, отправляемых калмыками, кочующими в Астраханской губернии / П. Смирнов // Элиста, 1999. С. 55 -58.

9. Сто калмыцких народных песен. Элиста, 1991. № 9.