Развитие системы школьного образования в казачьей среде Приамурья и Приморья в конце XIX–начале ХХ в

Вестник ДВО РАН. 2013. № 4

УДК 94(47).083

И.Л. КУЗИНА, И.К. АНДРИАНОВ

Развитие системы школьного образования в казачьей среде Приамурья и Приморья в конце XIX-начале ХХ в.

Показано развитие системы образования у казачества в пер-иод освоения Приамурья и Приморья. Выделяются этапы развития школьной системы образования в казачьих станицах, раскрываются проблемы и особенности развития школьной сети. Делается вывод о том, что казачье войско по уровню грамотности опережало крестьянское население.

Ключевые слова: образование, школьная сеть, казачество, Амурское и Уссурийское казачьи войска, казачьи станицы Приамурья и Приморья.

Development of the secondary school system in Cossack environment of Priamurye and Primorye from

the end of XIX till the beginning of XX centuries. I.L. KUZINA, I.K. ANDRIANOV (Komsomolsk-on-Amur State Technical University).

The paper shows the process of development of the secondary school system of Cossacks during the reclamation of Priamurye and Primorye. The emphasis has been placed on the stages of development of the secondary school system in Cossack villages; the problems and characteristics of the school network development have been unfolded. The conclusion about dynamic trends of development of Cossack school network has been made. Cossack army anticipated the peasant population by the level of literacy.

Key words: education, school network, Cossacks, Amurskiy and Ussuriyskiy Cossacks armies, Cossack villages in Priamurye and Primorye.

Вопросы развития системы школьного образования в казачьей среде приобретают сегодня особую актуальность в связи с появлением в последние годы казачьих лицеев, классов, корпусов, в которых большое внимание уделяется патриотическому и нравственному воспитанию молодежи, подготовке казачат к военной службе и защите Отечества. Усиление патриотического воспитания подрастающего поколения отвечает запросам общества и является целью специальных государственных программ. Поэтому изучение исторического опыта развития образования в казачьей среде действительно становится актуальным на современном этапе.

Отдельные проблемы школьного образования в дальневосточной казачьей среде поднимались ранее региональными исследователями. В монографии А.И. Коваленко школа рассматривается как социальный институт в среде дальневосточного казачества и развитие образования представлено в контексте формирования казачьей культуры [7]. В статье С.Б. Белоглазовой отмечено, что школьное образование на начальном этапе освоения юга Дальнего Востока России наибольшее распространение получило именно в местах дислокации казачьих войск [1]. Тем не менее проблема развития образования в среде дальневосточного казачества еще не становилась предметом специального исследования.

Цель статьи - проследить процесс развития системы школьного образования в казачьей среде Приамурья и Приморья, выделяя основные проблемы и особенности на каждом этапе,

* КУЗИНА Ирина Львовна - кандидат исторических наук, доцент, АНДРИАНОВ Иван Константинович - магистрант (Комсомольский-на-Амуре государственный технический университет). *Е-тай: kuzina_irina@inbox.ru

и провести сопоставительный анализ динамики развития образования в Амурском и Уссурийском казачьих войсках.

Острая потребность в овладении грамотой казачьим населением Приамурья и Приморья на рубеже Х1Х-ХХ вв. была связана с социальным положением казачьего сословия. Демократическая организация самоуправления у казаков требовала грамотных атаманов, писарей, чиновников, делопроизводителей. Выполнение главной функции служилого сословия предполагало определенный уровень подготовки казаков к службе, подбор из их среды офицерского состава и его обучение. Грамотные казаки нужны были и для развития хозяйственной жизни в период освоения Приамурья и Приморья.

В развитии системы образования в казачьей среде Приамурья и Приморья можно выделить три этапа. Первый этап охватывает 1859-1872 гг. и является периодом становления образования в казачьих станицах этих регионов. Основная задача на данном этапе заключалась в том, чтобы научить казаков основам письма, чтения и счета.

По положению об Амурском казачьем войске, принятому в 1859 г., в сотенном округе необходимо было содержать хотя бы одну начальную школу (Российский государственный исторический архив Дальнего Востока, далее РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 2-3). На содержание каждой школы отпускалось из казны 100 руб. От казаков, живущих вне поселений и не имевших возможности обучать детей в чужой станице, требовали организовывать школы за свой счет. В 1860 г. таких школ было более 10.

В школах при сотенных управлениях учителями назначались казаки и урядники из отбывающих действительную службу, которые не были подготовлены к педагогической деятельности. Соответственно низким было и качество образования: ученики едва выучивались читать, кое-как писать и с трудом усваивали правила арифметики.

Средств, выделяемых для содержания сотенных школ, было явно недостаточно. Войсковой старшина Амурского казачьего войска Р.С. Иванов, анализируя состояние начального образования в подведомственных войску казачьих школах, отмечал, что «учителями были простые казаки, едва умевшие сами читать и писать, учебных пособий было недостаточно, писали гусиными перьями, чернила делали из сажи» [6, с. 140].

Слабые успехи школ не снижали строгих требований начальства к населению в вопросах обучения детей. Нужны были грамотные казаки, и этого можно было добиться путем введения обязательного образования, прежде всего для мальчиков.

Для обеспечения строевых частей войска и гражданских управлений грамотными урядниками и писарями в хуторе Верхнеблаговещенский, как центральном войсковом пункте, была организована казачья бригадная школа. Позже она была переведена в Благовещенск. В школу принимались лучшие ученики сотенных школ. Здесь обучалось от 50 до 70 чел., курс обучения составлял 5-6 лет (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 6). Наряду с обучением арифметике, русской грамоте и чистописанию бригадной школе вменялось в обязанность фронтовое образование. При школе учреждены были мастерские для обучения воспитанников разным нужным в казачьем быту умениям. Практика давать ученикам элементарные профессиональные навыки наряду с общим образованием позднее стало стандартом советского образования.

В 1864 г. по инициативе офицеров и чиновников открылось первое народное училище для всех сословий. Здесь обучалось 25 детей из казачьих семей. Амурский военный губернатор Н.В. Буссе, относясь сочувственно к первому в крае училищу, ходатайствовал об учреждении еще одного народного училища, с отделением для девочек. Буссе отмечал: «... обучение девочек важнее, чем обучение мальчиков, так как первые, будучи впоследствии матерями, легко и удобно сами могут обучать казачат грамоте, а потому предписываю командирам частей наблюсти, чтобы девочки обязательно посещали школы» [6, с. 133]. 8 сентября 1865 г. состоялось открытие этого училища, но без отделения для девочек.

Таким образом, школы при казачьих сотнях и бригадах являлись первыми учреждениями начального образования, с которых и начиналось массовое обучение казачества.

Станичные и поселковые школы составляли низшую ступень образования казаков. Учебных заведений среднего и высшего звена, находящихся в ведении казачьего войска Приамурского края, на первом этапе не было. Стремясь к постоянному повышению уровня грамотности населения, руководство казачьими войсками Приамурья принимало меры к расширению школьной сети. Совершенно очевидно, что состояние школьного дела во многом зависело от отношения к нему руководителей территорий и казачьих войск. В Амурской области большой вклад в становление образования внес военный губернатор Иван Константинович Педашенко, служивший в этой должности с 1866 по 1874 г. При активном его участии здесь появилась возможность организовать дело обучения на новом уровне. Были приглашены грамотные преподаватели, в результате казачья бригадная школа стала готовить не только урядников и писарей, но и учителей сотенных школ. Благодаря губернатору система народного образования в Амурском казачьем войске значительно улучшилась, что во многом способствовало повышению уровня грамотности среди казаков.

На втором этапе развития образования в казачьей среде (1873-1903 гг.) происходят заметные улучшения в строительстве школ в Амурском и Уссурийском войсках. В 1872 г. с введением в казачьих станицах общественного самоуправления все школы перешли под попечение станичных обществ, на их содержание стало направляться более четверти войскового капитала [4, с. 26]. К этому времени в Амурском казачьем войске (бригаде и батальоне) имелось 15 школ, где обучалось 508 мальчиков и 70 девочек. В Уссурийском батальоне насчитывалось 6 школ со 115 мальчиками (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 11).

В 1875 г. в казачьем войске учредили комиссию из командиров строевых частей для проверки экономического состояния войскового населения. Эта комиссия после детального обследования школ пришла к выводу, что народное образование «стоит на низкой ступени, из 9955 человек мужского населения войска грамотных насчитывалось 1075 человек, полуграмотных 539» (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 12-13). В результате комиссия признала необходимым учреждение гимназии в Благовещенске, учительской семинарии в Хабаровске и создание двухклассных школ в станицах Аносовой, Поярковой, Екатерино-Никольской, Козловой.

В 1877 г. в Благовещенске была открыта прогимназия. Ее учениками стали в основном воспитанники бригадной школы, которая к тому времени закрылась, так как надобности в особом училище для казаков при наличии прогимназии уже не было. Прогимназия находилась в ведении Министерства народного просвещения, и в ней могли обучаться все желающие, а не только дети из семей казаков. Прогимназия стала первым опытом организации гимназического среднего образования в Приамурье.

Проблем в организации образования среди казаков было много. Более трети казачат в силу различных обстоятельств не посещали школу. Например, в станице Иннокентьевской в школе обучалось 50 детей, но более 20 детей не учились, так как привлекались родителями к сельскохозяйственным работам (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 14). Кроме того, большие расстояния между казачьими селениями при отсутствии дорог были серьезным препятствием для обучения детей из небольших поселков. Причинами непосещения школы часто называлось отсутствие у детей обуви и одежды. Войсковое начальство, заботясь о повышении грамотности в казачьем войске, настойчиво требовало, чтобы все казаки обучали своих сыновей в школах. Нередко за удержание мальчиков дома без уважительных причин отец подвергался аресту. Для того чтобы школа стала доступной для всех казачат, были созданы попечительские советы.

В борьбе с безграмотностью казачьего населения особый акцент делался на подготовку учителей, поскольку, как отмечалось в различных обзорах, «учителя были мало пригодны для работы в начальной школе, ни по своему общему развитию, ни по практическим знаниям, ни тем более по специальной подготовке к учительской деятельности» [9, с. 22]. По программе испытаний от 20 марта 1896 г. учитель должен был освоить методику

преподавания русского языка (обучение грамоте, письму, объяснительному чтению) и арифметики. Кроме того, он обязан был пройти полугодовую практику при начальном училище и после теоретических испытаний дать не менее двух практических уроков. Как отмечал окружной инспектор училищ Приамурского края Н.С. Иваницкий, «учитель должен обладать солидным общим развитием, разносторонними практическими знаниями, нужно не только быть безупречно грамотным, знать историю и географию, арифметику и геометрию, но и понимать физическую и духовную природу человека, иметь практический навык труда» [5, с. 26].

Жесткий контроль за делом народного просвещения способствовал исправлению ситуации с грамотностью казаков. Уже в 1899 г. наказный атаман войска, говоря о мужской половине казачьего населения, свидетельствовал в своем отчете, что «почти все казаки грамотны. Постановка учебной части в школах удовлетворительна, благодаря тому что войсковое начальство регулярно командировало в Иркутскую учительскую семинарию казачат для подготовки в учителя, большинство учащих были питомцами этой семинарии из своих же казаков» (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 16).

По высочайше утвержденному в 1879 г. положению, Амурскому казачьему войску был установлен отпуск из казны на содержание школ в размере 2 700 руб. в год, из которых 500 руб. предназначалось на развитие школ Уссурийского казачьего батальона (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 18). Однако главные расходы по содержанию школ (жалованье учителям, покупка учебных пособий) несли станичные общества. Поскольку у казачьих общин доходов почти не было, необходимые средства приходилось брать с каждого отбывающего повинность казака. Ежегодно казак платил за обучение детей около трех рублей, не считая расходов на сторожей и отопление (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 19-20).

Отсутствие у войскового правления собственных средств на школьное дело ограничивало его роль в организации казачьего образования. Положение изменилось, когда командир казачьего полка Г.В. Винников предложил питейную торговлю вином от частников передать в руки станичных обществ. Благодаря его ходатайствам был принят новый закон о питейной торговле. В результате с 1890 г. в войске частным лицам было запрещено торговать спиртными напитками и эта торговля была полностью передана в руки станичных обществ (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 23). Этот закон положительно повлиял на развитие образования в казачьей среде. В результате казаки избавились от общественной повинности содержать станичное правление и школы. Большинство станичных округов в короткий срок скопило до 40, а более деятельные до 70 тыс. руб. Имея такие капиталы, станичные общества уже могли позволить себе строительство просторных и добротных школ во всех крупных поселениях казачьего войска. Торговля вином стала основным источником для строительства и содержания школ: 47 питейных заведений обеспечивало содержание 61 школы. Старые школы начали перестраиваться, расширяться. Сами казачьи общины стали организовывать у себя двухклассные школы.

Большую роль в развитии образования сыграли съезды учителей школ казачьего войска Приамурья, состоявшиеся в 1899 и 1903 гг. На обоих съездах председательствовал бывший директор Благовещенской гимназии Ф.И. Васильев (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 25). Съезды учителей приняли решение об обязательном обучении мальчиков в тех селениях, где имеются школы. Началась работа и по привлечению девочек к обучению. Съезды установили четырехгодичный срок обучения в одноклассных и шестигодичный в двуклассных школах. Были утверждены программы обучения в войсковых школах и попечительские советы. Учебный год устанавливался с 1 октября по 15 марта. Такой сокращенный период обучения объяснялся тем, что дети в земледельческий сезон помогали родителям в хозяйстве. Станичным сборам рекомендовано было устраивать при школах библиотеки, а для физического развития учащихся завести гимнастические городки.

По итогам этих съездов учителям было установлено минимальное годовое жалованье -480 руб. и дополнительно 60 руб. за преподавание Закона Божьего (РГИА ДВ. Ф. 704.

Динамика численности образовательных учреждений в станицах Амурского и Уссурийского казачьих войск. 1 -Амурское казачье войско, 2 - Уссурийское казачье войско (до 1888 г. - данные по станицам Уссурийского казачьего батальона). Составлено по данным архивов (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117; ГААО. Ф. 10-и. Оп. 1. Д. 10), а также обзоров Амурской области с 1887 по 1916 г и обзоров Приморской области с 1893 по 1916 г.

Оп. 7. Д. 117. Л. 27). Кроме того, войсковое правление обязывалось делать взносы в пенсионную кассу, создавая тем самым условия для обеспечения учителя после отставки.

Таким образом, к началу XX столетия положение учителей казачьих школ значительно улучшилось во многом благодаря съездам учителей казачьих войск Приамурья.

На третьем этапе (1904-1917 гг.) казачье школьное образование развивалось особенно интенсивно (см. рисунок). В Амурском казачьем войске с 1872 по 1890 г. было открыто 8, с 1890 по 1900 г. - 12, в последующие десять лет - 14 школ (Государственный архив Амурской области, далее ГААО. Ф. 10-и. Оп. 1. Д. 10. Л. 1-2). В Ус -сурийском казачьем войске также наблюдался значительный рост образовательных учреждений, что было связано с интенсивным наращиванием численности войска в начале XX столетия. В 1905 г. на его территории располагалось 35 школ, в 1909 г. - 53, в 1914 г. - 70 школ, из них 12 церковно-приходских (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 33). Церковно-приходские школы, как и станичные, выполняли важную миссию по распространению грамотности среди казачьего населения. Одновременно на них было возложено воспитание детей в духе преданности самодержавию и православию, что соответствовало казачьим традициям.

С начала XX в. во всех станичных школах стали обязательными занятия гимнастикой, военным строем и изучение основ военной службы. Казачьи общества должны были заботиться о развитии у детей понятий о высоком предназначении казака как воина, давать им воинскую подготовку, приучать к верховой езде и добиваться ношения, хотя бы в школах, форменной одежды.

19 января 1904 г. в Уссурийском казачьем войске были утверждены «Временные правила об обязанностях станичных и поселковых атаманов и попечителей станичных и поселковых школ» [10, с. 4-5], согласно которым атаман поселка обязан был присутствовать при приеме школы от строителей, должен был следить за всеми нуждами станичных школ. В обязанности попечителя школы входило участие в испытаниях учащихся с правом голоса при оценке знаний, а также наблюдение за посещением церкви учениками православной веры.

По войсковому уставу каждый казак должен был знать присягу, государственную и казачью символику, основы воинской дисциплины, статус воинских чинов и ритуал чинопочитания, обязанности караула, часового, казачьих чинов, требования к оружию и т.д. Обязательными были практические строевые занятия. Занятия, как правило, вели инструкторы из числа льготных казаков или урядников, для которых эта работа засчитывалась как служба (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 35). Не имея специальной педагогической подготовки, а часто и вовсе безграмотные, инструкторы внедряли в школу муштру, начетничество и казенщину. Поэтому для обеспечения лучшей постановки школьного дела на каждого учителя казачьей школы стали заводить послужной список, где указывались возраст, семейное положение, вероисповедание, наличие дипломов, аттестатов или свидетельств, знание ремесел и промыслов (ГААО. Ф. 10-и. Оп. 1. Д. 28. Л. 3).

Школьное дело в казачьих поселениях было поставлено значительно лучше, чем у крестьян. В 1909 г. на одну казачью школу в Амурском войске приходилось 680 жителей, в то время как на земскую - 767 чел. [4, с. 11].

По мере укрепления финансового положения станиц одноклассные школы преобразовывались в двухклассные. К 1912 г. число двухклассных школ в Амурском войске возросло до 13, тогда как в 1896 г. была лишь одна - Поярковская станичная школа. В станицах Уссурийского казачьего войска к 1910 г. функционировало 7 таких школ: Бикинская, Гро-дековская, Иманская, Богуславская, Медведицкая, Венюковская, Полтавская (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 341. Л. 95). Большая часть средств выделялась на развитие именно двухклассных школ: от войскового правления они получали в среднем 1 150 руб., в то время как одноклассные - только 350 руб.

В церковно-приходских школах учились дети преимущественно из бедных семей. Главным уроком здесь был Закон Божий. Расписание занятий включало также чистописание, церковно-славянское чтение, счисление, пение, русский язык, заучивание наизусть стихов [2, с. 155]. Программой религиозного образования и воспитания было предусмотрено изучение краткого катехизиса, Ветхого и Нового Заветов, литургия и общее богослужение [3, с. 67]. Большое внимание уделялось подбору в окружные школы учителей по религиозным предметам: они утверждались наказным атаманом Забайкальского казачьего войска по согласованию с руководством епархии. Для обучения светским дисциплинам в штатном расписании включались и персонально утверждались наказным атаманом учителя русского языка, арифметики и геометрии, истории и географии.

Расширение сети начальных учебных заведений давало положительный эффект, хотя и не обеспечивало стопроцентную ликвидацию безграмотности среди дальневосточных казаков. За 15 лет, с 1901 по 1915 г., удельный вес казачьего населения, обученного грамоте, среди населения Амурской области возрос с 21,5 до 35,5%. Однако в конце XIX в. процент грамотных был выше. Снижение грамотного населения в казачьей среде Амурского и Ус -сурийского войск было обусловлено большим потоком переселенцев из других регионов и войск в начале XX в. Численность войска росла, но вместе с ней росло и количество приезших казаков, не умеющих читать, писать и считать. Особенно сильно это ударило по общей грамотности казаков Уссурийского войска, поскольку после его выделения в самостоятельное войско оно вплоть до 1916 г. постоянно пополнялось переселенцами с запада [8, с. 34].

С 1907 г. финансовое положение станичных обществ стало ухудшаться. В крае усилилась контрабандная торговля спиртными напитками, отбивавшая у станичных обществ их доходы от питейных заведений (РГИА ДВ. Ф. 704. Оп. 7. Д. 117. Л. 38). В войско волной хлынули переселенцы из европейской России, в большинстве своем неграмотные, очень бедные крестьяне, не способные самостоятельно что-либо сделать для обучения своих детей.

Несмотря на очевидные успехи в развитии казачьего образования, с массовым переселением крестьян на Дальний Восток появилась опасность постепенной утраты казаками своей социально-экономической и культурной самобытности. Пытаясь сохранить эту самобытность, войсковое начальство вводило для мальчиков дополнительные уроки военного строя, гимнастики и джигитовки. В женских учебных заведениях особое внимание уделялось обучению домашнему хозяйству и рукоделию.

Таким образом, в годы освоения Приамурья и Приморья образование в казачьей среде развивалось довольно динамично. Отличительной особенностью образовательной политики Амурского и Уссурийского казачества было то, что начальное обучение носило ярко выраженную прагматическую направленность. Казачью молодежь нужно было подготовить к выполнению профессиональной и социальной функций, традиционно закрепленных за казачеством. Школа должна была давать знания и навыки, необходимые для воинской службы и выполнения гражданских и трудовых обязанностей. Казачье войско

по грамотности опережало крестьянское население. При этом система образовательных учреждений существовала и развивалась за счет войсковых средств, при мизерной казенной помощи.

ЛИТЕРАТУРА

1. Белоглазова С.Б. Начальный этап истории образования на юге Дальнего Востока России // Россия и АТР. 2010. № 3. С. 42-53.

2. Благовещенские Епархиальные ведомости. Благовещенск. 1905. № 13/14. 858 с.

3. Благовещенские Епархиальные ведомости. Благовещенск. 1915. № 27. 643 с.

4. Дацкова А.В. Очерки начального образования в Амурской области. Благовещенск, 1910. 44 с.

5. Иваницкий Н.С. Нужды народного образования в Приамурском крае. Хабаровск: Типография Канцелярии Приамур. Генерал-губернатора, 1914. 100 с.

6. Иванов РС. Краткая история Амурского казачьего войска. Благовещенск: Типография Войскового правления АКВ, 1912. 228 с.

7. Коваленко А.И. Культура казачества восточных окраин России (ХУ11-ХХ вв.). Благовещенск, 2008. 208 с.

8. Обзор Амурской области за 1909 г. Благовещенск, 1910. 64 с.

9. Обзор Приморской области за 1890 г. Владивосток, 1891. 58 с.

10. Приказы по Уссурийскому казачьему войску. Владивосток, 1904. 65 с.