Младшие послешкольники

Младшие послешкольники

Поступили — что изменилось? Родительские наблюдения и переживания Маши Трауб

Об ужасах окончания сезона поступлений в вузы

На этой неделе появились списки зачисленных в вузы абитуриентов. Марафон поступления закончен. Кто-то добежал успешно, у кого-то сдали нервы раньше, иные добежали, но не туда, куда хотели.

Если честно, я так и не разобралась до конца с этой приемной кампанией. И таких мам, как я, много. Почти все. Несколько родительских сообществ специализировались исключительно на теме поступления, объясняли отличие ДВИ (дополнительное внутреннее испытание) от БВИ (без вступительных испытаний), определяли смысл понятий «ранжированные списки», «зеленая волна» и уточняли, когда всего этого ждать. Мамы и папы помогали друг другу с поиском на сайтах вузов — в каком разделе искать информацию, что значат цифры в графах и почему они вдруг меняются.

Родители недалеко ушли от детей. Некоторые показали себя снобами: «Ну о чем вы говорите, с такими низкими баллами? Вам вообще ничего не светит!»; «Этот факультет вообще-то слабенький. Но у вас хотя бы там есть шанс». Находились универсалы, которые знали про все вузы, ориентировались в направлениях, транслировали институтские сплетни. Но в большинстве своем родители пребывали в панике и тихо шептали: «Сколько можно детей мучать? Сколько еще может длиться это ожидание? Раньше ведь такого не было».

Раньше действительно много чего не было. Сдал экзамен, тут же узнал оценку, тут же понимаешь — прошел или нет. Да, был один шанс, один вуз и экзамены в этот конкретный вуз. Сейчас пять вузов на выбор, пять собеседований (или как минимум три), списки, намеки от преподавателей — есть шанс или нет и отдельный квест, шарада, трудный выбор — куда сдать оригинал аттестата. И на что это повлияет или не повлияет.

Баллы, полученные по ЕГЭ, результаты внутренних испытаний, собеседований, творческие конкурсы, плюс баллы за декабрьское сочинение, плюс баллы за личные достижения (ГТО, золотая медаль, спортивный разряд и прочее). Министерство образования говорит о прозрачности поступления, выставляет сроки институтам, в которые они должны представить данные — количество бюджетных мест, проходные баллы, число платных мест, квот… Результаты экзаменов появлялись глубокой ночью, списки вывешивались ближе к вечеру, когда нервов уже не оставалось. И эта схема совершенно равнодушна к детям, которые и в 18 лет — дети. Они плачут, переживают, сходят с ума в ожидании результата, успокаивают нервных родителей и одновременно прямо на глазах становятся циничными и взрослыми.

Мой сын очень прилично сдал ЕГЭ, выше 90 баллов по всем предметам. Мечтал поступить в конкретный вуз, готовился к этому три года, участвовал в летних и зимних выездных школах, олимпиадах, даже привыкал к ритуалам общежития. Желание отбили на собеседовании. Преподаватель объяснил, что на тот факультет, на который он хотел бы попасть, ему хода нет. Потому что там только олимпиадники и бэвэишники высокого уровня. А его уровень — факультет, считающийся заштатным. Перевестись можно, но шансов мало. Сын, нарвавшийся на сноба, обиделся. Он имеет на это право. Он ребенок. Не взрослый мужчина, который может одним словом унизить абитуриента, которого и так тошнит от волнения. Ровно поэтому сын отнес оригинал аттестата не в вуз мечты, а в другой, не хуже, но где никто высокомерно не рассуждал о его шансах. И только потому, что к нему там отнеслись доброжелательно. На всех этапах. Для мальчика это было важно.

Самые тяжелые недели были после сданных ДВИ — дополнительных внутренних экзаменов. Мы сидели и ждали «ранжированные списки». Вроде бы попадает. Но вдруг все, кто находится в списке перед ним, принесут оригиналы аттестатов? Тогда пролетаем. Или нет — такое невозможно? Все смотрят, сколько человек принесли оригиналы, в реальном режиме отслеживая свои шансы на поступление. Сначала ты был 40-м в списке, через день откатился на 100-е место. Но вроде бы все равно поступишь. Хуже тем, у кого пограничные баллы и кто ждет «вторую волну» зачисления.

Даже гуманитарии должны научиться считать. Ситуация меняется каждый день. И каждый день родители качаются на качелях — от состояния «все хорошо» до «шеф, все пропало».

Я спрашивала у сына, а если, допустим, он неправильно оценил свои шансы, есть ли шанс быстро перекинуть аттестат в другой вуз и тогда что?

— Мам, худший вариант — это казарма,— шутит сын, но это не похоже на шутку.

Дочь моей подруги тоже поступала в вуз-мечту. И отказалась в последний момент. Подавать документы с ней поехала мама, и в приемной комиссии женщина спросила: «Она что, у вас маленькая? Сама не может? Вы с ней вместе учиться будете?» «Да, если надо, я буду сидеть с ней рядом»,— ответила моя приятельница. Она переехала в Москву два года назад, и ее дочь все еще боится большого города. Да и мама сама боится. Дочь обиделась и не стала поступать в этот вуз. Отдала оригинал в другой, где ей просто было комфортно. Где ее маму не считали ненормальной заполошной родительницей.

Мне нравится тот вуз, который в результате выбрал сын. Там по старой традиции проводят «родительские собрания» — родителям абитуриентов объясняют, что значат цифры в списках и есть ли шанс на поступление. Мне нравится сайт этого вуза, который рассчитан не на продвинутых пользователей, ориентирующихся в аббревиатурах факультетов, а на родителей старшего поколения. Даже наша бабушка смогла в нем разобраться и мониторила ситуацию.

А теперь я просто хочу уехать. Вывезти издерганного сына на море, в деревню, куда угодно. Но не могу. Психологически. Пока не увижу его фамилию в списках о зачислении. Он сказал, что уедет в Питер с друзьями, на три дня. Один из этих друзей, умница-олимпиадник, с 5-го класса побеждавший на всех этапах всех олимпиад, завалил с треском все, что только можно. Из-за несчастной любви. Девушка бросила. Будет учиться в заштатном вузе и в следующем году снова станет сдавать ЕГЭ и поступать. Слава богу, ему не грозит армия — зрение минус восемь. Второй друг поступил на платное отделение, родители настояли. Он говорит, что просто потеряет четыре года. Потом, на этапе магистратуры, поступит туда, куда сам хочет, куда лежит душа, а не в тот институт, куда захотели «поступить» родители.

Они все еще дети. И нам, родителям, за них страшно, куда бы они ни шли, какой бы путь ни выбрали. Мы хотим выбрать за них, но это не всегда получается и не всегда нужно. Хочется пожелать родителям и абитуриентам следующего года — терпения, а преподавателям — внимания и понимания того, что вы имеете дело с перепуганными детьми, а не с готовыми математиками, физиками, биологами, журналистами, историками и педагогами.