Путин с китайцем братья на век

8 июня президент России Владимир Путин прилетел в Китай, встретился с председателем этой страны, прокатился на высокоскоростном китайском поезде и посмотрел малоскоростной китайский хоккей. Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников отмечает, что это все-таки был хоккей, и предлагает обратить внимание на то, что в 2022 году в Китае пройдут зимние Олимпийские игры, а значит, 8 июня страна уже начала готовиться к ним.

1 / 3

Возле северного входа в Дом народных собраний КНР маршировали молодые люди одинакового роста, в одинаковых черных костюмах, в одинаковых галстуках в синюю полоску, и уж понятно, что с совершенно одинаковыми выражениями лиц. И строем сейчас ходили тут все: гражданские, военные… Группами и даже в одиночку. Хотя что значит в одиночку? Тут не было одиночек. Каждый тут был в строю, хотя бы мысленно.

На площади у восточного крыла Дома народных собраний шли последние приготовления к церемонии встречи Владимира Путина с Си Цзиньпином (его Mercedes — и опять не отечественная машина проекта «Кортеж», которую до сих пор по каким-то причинам, кажущимся уже совсем странными, держат дома,— уже прибыл к входу, и российский президент зашел внутрь, но пока что явочно и потом должен был снова явиться в автомобиле на торжественную церемонию).

Я спускался по длинной широкой лестнице из здания на площадь, как вдруг оказался втянутым в мощный стремительный поток из детей семи-восьми лет с букетами цветов и китайскими и российскими флажками. Они были сосредоточены, строй их казался более легкомысленным, чем те, что видел до этого, но это было поверхностное впечатление, строй был, конечно, был, и они держали его и были при этом, вообще-то, прекрасны и чисты, они, наверное, выиграли конкурсы какой-нибудь детской китайской красоты, а скорее всего, были вне конкурса, их просто выбрали, им просто повезло. И теперь им предстояло справиться с великой миссией: искренне радоваться при виде председателя Си Цзиньпина и президента Путина.

И они даже отрепетировали в последний раз эту встречу под руководством молодой воспитательницы, и радость захлестывала эти чистые детские лица, как только она поднимала руку и разжимала кулак, и тогда они начинали что-то такое восторженно верещать, я даже спросил потом, что именно, и оказалось, что, разумеется, «Привет!..», просто сходили с ума от радости, пока кулак ее снова не сжимался — и они замирали, я беспокоился, не навсегда ли.

Перпендикулярно их строю застыла рота почетного караула, наполовину состоявшая из девушек не просто китайской, а на самом-то деле неземной красоты. Это были, я так понимаю, подросшие дети с букетами и флажками.

Надо только учитывать, что каждая из них, конечно, успела пройти курс оздоровительной гимнастики ушу и всей остальной гимнастики и была способна на многое, а точнее, на все. И эти их ноги… Я почему-то так хорошо представлял себе, как эти ноги обвивают шею… И вот она уже треснула…

Прямо передо мной, спиной ко мне, стоял китайский оркестр, а лицом ко мне — дирижер. От него в это жаркое утро исходило ледяное спокойствие. Он знал, что делать, и, когда подъехала машина российского президента с российским президентом внутри, даже не обернулся, чтобы понять, когда начинать. Он просто начал, когда нужно.

Между тем за пять минут до этого потянулся к месту встречи Владимира Путина Госсовет КНР и встал ровно, в четыре шеренги — залюбуешься. Не то что члены нашей делегации — спускались кто как, кто с кем, кто куда… Но чу — загремела музыка, и через мгновение все они, и Юрий Трутнев, и Александр Новак, и Владимир Мединский, и Юрий Ушаков… да все оказались, может даже неожиданно для себя самих, стоящими в таких же шеренгах, как будто родились в них.

И все происходило быстро и эпично. Российский гимн, который сыграл оркестр, не дано сыграть, может, и лучшему из российских оркестров: оттенки, глубина, эмоции, сила… С чувством, с толком, с расстановкой…

Так же не меняясь в лице, дирижер взмахнул палочкой, и, когда Владимир Путин и Си Цзиньпин проходили мимо него, раздалась «Катюша». Лицо дирижера оставалось таким же непроницаемым. Насчет сердца не уверен.

Господин Путин усмехнулся, услышав «Катюшу». Скорее всего, это была защитная реакция: не ожидал. А потом пришла очередь детей, и они показали, на что способны в решающую минуту. Не было в мире таких децибел, которые не взяли бы…

Так больше нигде, в общем, не встречают. Так даже не провожают. Ни в какой путь. Через полчаса в Доме народных собраний Владимир Путин встречался с премьером Госсовета КНР Ли Кэцяном. Встреча с председателем постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей Ли Чжаньшу отменили по причине опоздания. Не Ли Чжаньшу, конечно.

Переговоры в узком составе оказались стремительными. Да и в расширенном, честно говоря, тоже. В составе российской делегации были и Игорь Сечин, и Алексей Миллер, Геннадий Тимченко, и Андрей Костин, Олег Дерипаска, и половина кабинета министров… Но все равно ведь тут все было уже решено. И только порядок во всем, внешний и, главное, внутренний, внушал неуемную уверенность не только в завтрашнем, но и во вчерашнем дне.

И вот уже подписывали соглашения, их было много, в том числе о строительстве 7-го и 8-го блоков Тяньваньской АЭС.

Си Цзиньпин произнес в меру прочувствованную речь, в ней было о том, что «Китай имеет самое большое количество людей в мире, а Россия имеет самую большую территорию в мире», да еще добавил, «что наблюдается слияние интересов», и казалось уже, что мораль очевидна… К тому же он добавил, что надо «создать сообщество единой судьбы человечества…» Нет, ничего, слава богу, более конкретного. Но слишком уж многозначительно.

Владимир Путин все больше говорил о новых блоках АЭС и о новой площадке для новых блоков АЭС.

Российского президента наградили орденом Дружбы, и после этого президент России и председатель КНР покинули наконец Дом народных собраний, чтобы сесть в высокоскоростной поезд сообщением Пекин—Тяньцзинь. Была придумка Си Цзиньпина. Он хотел, чтобы Владимир Путин испытал здесь, в Китае, все привычные, видимо, для себя удовольствия, в том числе и хоккей (разве неизвестно, как Владимир Путин любит кататься на «Ласточке»?).

Китайцы очень гордятся своим поездом. Я все никак сначала не мог понять, чем именно в нем они гордятся. Очень низкие окна, тебе по колено, и верх заканчивается там, где у тебя, по сути, начинается низ.

Безусловно, спартанские условия. Никаких излишеств, даже в бизнес-классе. Едой и даже чаем или кофе не балуют: поезд все-таки. Настоящее наслаждение нужно испытывать от перестука колес. Но его-то, я обратил внимание, и нет. Поезд идет со скоростью 300 километров в час бесшумно и ровно. Отчего так?

— Бесшовный рельс,— доходчиво объяснил мне пресс-секретарь президента Дмитрий Песков (подозреваю, потому, что до этого ему то же самое доходчиво объяснил, например, глава РЖД господин Белозеров.— А. К.).— Такая сварка… В итоге без «тук-тук».

В остальном «Ласточка» и «Ласточка».

В поезд зашли и члены делегации во главе с Сергеем Лавровым и разместились в соседнем вагоне. Си Цзиньпин, кажется, и правда наслаждался. Он показал Владимиру Путину по телевизору презентацию на русском языке про поезд, это было при закрытых шторах, потом шторы открыли, появился более или менее живописный вид, и председатель КНР углубился в рассказ о том, как же чудесны места, по которым мы сейчас так бесшумно движемся.

Все тут было по-походному. Когда у них закончился чай (на него налегал в основном Владимир Путин), новую порцию налили немного, по-моему, воровато из термоса, который, было ясно, принесли с собой и перелили в изящный китайский чайник, и как будто все так и было.

Дорога в 120 км заняла 35 минут, и мы были уже в Тяньцзине. Я подумал было, что пригород Пекина не велик, но тут мы вышли из поезда. В общем, я потом не удивился, что здесь живут 15 млн человек.

Мы пересекли его насквозь и оказались в Центре олимпийских видов спорта. Российскому президенту предстояло теперь наблюдать за игрой юных хоккеистов, российских и, главное, китайских, а это была уже подлинная экзотика.

Впрочем, для Си Цзиньпина эта история важна, видимо, и потому, что в 2022 году в КНР пройдет зимняя Олимпиада, и он хотел продемонстрировать, что хоккеем в Китае тоже способны заниматься и даже занимаются. И еще посмотрим, в какой форме будут эти юные китайцы через четыре года. И я подозреваю в какой. На пьедестале-то точно будут стоять.

Я стоял во втором ряду на трибунах в окружении курсантов китайского летного училища, в руках они держали шары из блесток, счастливыми обладателями которых обычно являются чирлидеры. Сотни курсантов размахивали блестками и кричали, гудели что было сил. Когда на площадке появилась заливочная машина, они подняли на стадионе «волну» — в учебных, видимо, целях.

Девушка-диктор громким голосом сообщила, что все судьи выбраны Ассоциацией судей Китая, и я забеспокоился: конечно, теперь все понятно… Исход предрешен… А потом вышли на лед команды, и я просто ужаснулся: китайцы были на голову выше наших и года на три-четыре старше.

Между тем Владимир Путин и Си Цзиньпин вбросили шайбу. Вбрасывание было символическим, они сделали это не вбросив, а словно выбросив ее, одну на двоих, из рук, и вернулись на свои места, и это тоже производило впечатление: мест было 15–18 в ряд, так рассаживали раньше в президиуме членов политбюро ЦК КПСС. Так они и сидели в ряд, и Владимиру Путину, чтобы поговорить с Сергеем Лавровым, требовалось не просто нагнуться к нему, а перегнуться и, может, даже выгнуться.

Но разве это имело значение в сравнении с тем, что начинался хоккей. И первую атаку провел, я обратил внимание, китайский мальчик, а то и уже муж, которого Владимир Путин успел поцеловать в макушку.

Да, перед началом игры высоким гостям раздали большие бинокли — то ли театральные, то ли военные.

Зрители, несмотря на то что счет был уже 0:2 в пользу российских хоккеистов (да-да, они это сделали!..), скандировали, по-моему, «Хай-Го! Хай-Го!», и это все равно звучало как «Шай-бу! Шай-бу!», то есть именно так, как их научили перед этим матчем. Китайские хоккеисты передвигались по площадке как настоящие. И били, и даже забивали.

Они, разумеется, сравняли счет к концу первого периода, период этот закончился, и Владимир Путин и Си Цзиньпин покинули помещение.

— Первый период истек! — сообщила девушка-комментатор все на том же своем звонком русском языке.

Но хоккеисты так не считали. Они не видели больше смысла играть и тоже ушли сразу все, сколько их тут было.

Игра ведь была сделана.

Сделана в Китае.