Последний из первых

Последний из первых

Умер Владимир Жириновский

6 апреля ушел из жизни Владимир Жириновский — единственный из крупных действующих отечественных политиков, начавший свою карьеру еще при советском президенте Михаиле Горбачеве и ставший в итоге одним из символов новой, уже постсоветской России.

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ

Выражение «ворвался в большую политику» давно уже стало журналистским штампом, но к описанию политической карьеры Владимира Жириновского оно подходит просто идеально. В конце 1980-х годов политикой занялись многие люди, не имевшие к ней прежде никакого отношения, но у тех, кому удалось выйти в начале 1990-х на заметные роли, почти всегда был за плечами хоть какой-то партийно-хозяйственный опыт. Но господин Жириновский буквально «пришел с улицы» и с ходу застолбил себе место в отечественной истории как создатель первой всесоюзной партии, официально зарегистрированной весной 1991 года после отмены знаменитой шестой статьи Конституции СССР (о руководящей и направляющей роли КПСС).

Той же весной над ним от души потешались участники Съезда народных депутатов РСФСР, «чисто ради смеха» допустившие никому не известного, но очень красноречивого юриста к первым выборам президента России (для выдвижения нужно было заручиться поддержкой определенного числа парламентариев). По итогам июньского голосования господин Жириновский занял третье место с 7,8% голосов, уступив только Борису Ельцину и экс-председателю Совета министров СССР Николаю Рыжкову. А еще через два с половиной года, в декабре 1993-го, члены ЛДПР уже шумно праздновали в прямом телеэфире свою победу на первых выборах в Госдуму по партспискам, перекрывая дружными криками «Ура!» бормотание ошарашенных политологов.

После этого Владимир Жириновский окончательно поселился на российском политическом олимпе, установив попутно несколько рекордов. Например, он единственный отечественный политик, участвовавший в шести из семи президентских кампаний, и лидер одной из двух партий (вместе с КПРФ), избиравшихся в Думу всех восьми созывов. К рекордам можно отнести и его верность выбранному раз и навсегда политическому стилю: в 1990-е годы эпатировать избирателей, в том числе и в стенах парламента, пытались многие политики, но до начала 2020-х свое знамя донес только лидер ЛДПР.

Владимир Жириновский в ответах «Ъ» 1997–2019 гг.

Удивительно и то, что, позволяя себе яростно и в самых жестких, порой на грани фола, выражениях клеймить даже близких к власти оппонентов — от ельцинских либералов до путинских единороссов,— господин Жириновский никогда не впадал в «верховную немилость». Видимо, потому, что в наиболее важные моменты российской истории всегда выбирал правильную сторону. В 1991 году, еще не превратившись в системного политика, он выступал за ГКЧП и против Беловежских соглашений. Но уже осенью 1993-го не стал поддерживать мятежный Верховный совет в его схватке с Борисом Ельциным, заработав тем самым право участия в думских выборах (наиболее радикальных оппонентов Кремля к ним не допустили). В 1999 году ЛДПР проголосовала против объявления импичмента президенту Ельцину, обеспечив, по сути, провал этой затеи коммунистов. А после избрания президентом Владимира Путина партия Владимира Жириновского стала одним из верных проводников его курса, хотя иногда и устраивала локальные «бунты на корабле» — как, например, осенью 2009 года, когда три оппозиционные фракции (включая ЛДПР) ушли из зала заседаний Госдумы в знак протеста против «массовых фальсификаций» на выборах в Мосгордуму.

Тем же политическим чутьем, наверное, можно объяснить и многие легендарные «прогнозы Жириновского», самым раскрученным из которых в последние недели стало его «пророчество» о событиях на Украине. Еще в 90-е годы многие эксперты подмечали, что лидер ЛДПР часто вбрасывает в информационное пространство идеи, которые кремлевские чиновники уже всерьез обсуждают, но пока не хотели бы показывать свою к ним причастность. А инициированное господином Жириновским обсуждение в СМИ позволяло протестировать реакцию общества на эти новации и в зависимости от нее принять то или иное решение. Среди инициатив, успешно прошедших такой «естественный отбор», оказались, например, разделение России на семь губерний (воплотилось в форме федеральных округов), отмена прямых губернаторских выборов и избрание Думы исключительно по партспискам.

Наконец, еще одним политическим рекордом Владимира Жириновского можно считать уникальный, по сути, для России опыт создания успешной «вождистской партии». Лидер ЛДПР не только был фактически единственным ее «лицом», но и тащил на себе все избирательные кампании: лично возглавлял партсписки на выборах разных уровней, вплоть до муниципальных; месяцами путешествовал по России на знаменитых агитпоездах; без устали рубился на предвыборных теледебатах, даже если другие партии присылали на них откровенных статистов.

В этом был главный секрет 30-летнего успеха ЛДПР, но он же теперь станет и основной проблемой для осиротевшей партии. И об этом тоже еще с 90-х годов говорили многие политологи, предрекавшие, что как только у ЛДПР не станет Владимира Жириновского — не станет и самой ЛДПР, по крайней мере в ее нынешнем виде. Но это уже, как говорится, совсем другая история.

Фотогалерея

1 / 44