Вопросы эмиссионных ценных бумаг как объектов гражданско#правовых сделок

* АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ *

Вопросы эмиссионных ценных бумаг как объектов гражданско-правовых сделок

Р. В. Чикулаев

В последние годы отечественные цивилисты все чаще обращаются к вопросам правового регулирования эмиссионных ценных бумаг. Основные вопросы и ключевые проблемы были тщательно исследованы в трудах В. В. Долинской, М. И. Брагинского, Д. В. Мурзина, Е. Н. Решетиной, Е. А. Суханова, Д. И. Степанова, Г. С. Шапкиной, Г. Н. Шевченко, Л. Р. Юлдашбаевой и других ученых. Актуальность этих вопросов несомненна, ведь эмиссионные ценные бумаги служат основным инструментом осуществления инвестиций на финансовом рынке России, обеспечивая эффективность развития механизмов рыночной экономики. Но именно в этой сфере правового регулирования стали проявляться проблемные моменты, не в последнюю очередь связанные с существом эмиссионных ценных бумаг как объектов гражданско-правовых сделок.

Актуальность и практический аспект данных проблем связаны еще и с тем, что эмиссионные ценные бумаги широко вовлечены в современный хозяйственный оборот. Возникающие здесь вопросы важны как для огромного числа граждан — владельцев, так и для юридических лиц — эмитентов ценных бумаг, а также профессиональных участников рынка ценных бумаг, обеспечи-

Чикулаев Роман Владимирович — доцент кафедры гражданского права и процесса Пермского государственного университета, кандидат экономических наук.

вающих цивилизованный характер фондового рынка.

Чтобы продемонстрировать связь теории и практики, сошлемся на деятельность высшей судебной инстанции в области экономических отношений — практику ВАС РФ, уделяющего большое внимание вопросам единообразия применения законодательства о ценных бумагах. Так, в 2006 г. Президиум ВАС РФ подготовил проект Информационного письма «О заключении договоров займа бездокументарных именных акций», для обсуждения которого были привлечены наиболее компетентные специалисты арбитражных судов и судов общей юрисдикции, Генеральной прокуратуры РФ, Банка России, ФСФР России, адвокатуры, саморегулируемых организаций — НАУФОР и ПАРТАД, а также ведущие ученые1.

Ключевым вопросом обсуждаемого Информационного письма можно назвать вопрос о самой возможности заключения договоров займа акций с учетом современной практики развития российского фондового рынка. Экономическая потребность в развитии многообразия финансовых инструментов и реалии сложившейся практики операций с ценными бумагами оказывают свое существенное влияние на проблему, которую нельзя не учитывать.

1 http://www.arbitr.ru/presidium/index.asp; Высший арбитражный суд озаботился займом акций // Коммерсантъ. 2006. № 85.

Следует отметить, что не только сделки займа, но и иные многочисленные виды гражданско-правовых сделок с ценными бумагами вызывают все больше вопросов в правовой теории и практике: от повседневной купли-продажи до более редкого наследования ценных бу-маг2.

При этом стало явным, что трудности правовой и судебной квалификации сделок с ценными бумагами во многом вызваны сложным характером предмета правового регулирования и недостаточной проработанностью законодательства, отрывом быстроразвивающейся практики от теоретических доктрин и некогда закрепленных в законе норм. Для современных ученых очевидно, что «...нельзя забывать о двуединой природе ценных бумаг.»3 и что «.многие вопросы, связанные с понятием акций, их эмиссией и обращением, нуждаются в теоретическом исследовании»4.

Тем не менее для разрешения возникших вопросов и формирования единства обоснованной судебной практики в порядке ст. 16 Федерального конституционного закона от 28 апреля 1995 г. № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах Российской Федерации» автор считает необходимым применять подход, который можно назвать «легально-позитивным». Это означает, что в первую очередь нужно непосредственно руководствоваться нормами действующего законодательства, но учитывая их теоретическое обоснование, доктри-нальное толкование и правоприменительную практику, одновременно вырабатывая предложения по со-

2 См., например: Михеева Н. В. К вопросу о порядке наследования бездокументарных акций и акций закрытого акционерного общества // Право и экономика. 2007. № 8. С. 81—83.

3 Шевченко Г. Н. Акция как корпоративная ценная бумага // Журнал российского права. 2005. № 1. С. 40.

4 Там же. С. 46.

вершенствованию законодательства.

Так, согласно п. 1 ст. 142 ГК РФ ценная бумага является документом, удостоверяющим имущественные права. Как осуществление, так и передача таких прав возможны только с предъявлением такого документа. При этом соответствующая совокупность имущественных прав неразрывно связывается с документом, но не отождествляется с ним. Принадлежность акции к ценным бумагам закреплена в ст. 143 ГК РФ, а возможность существования ценной бумаги, в том числе и акции, в бездокументарной форме следует из п. 2 ст. 142 ГК РФ. В то же время ст. 128 ГК РФ прямо относит ценные бумаги к вещам как к объектам гражданских прав, а п. 2 ст. 130 ГК РФ еще раз провозглашает это положение, уточняя отнесение ценных бумаг к движимым вещам.

При формулировании современного понятия ценной бумаги в гражданском законодательстве отсутствовало определение уже первоначального квалифицирующего признака — понятие документа. Сегодня лишь один источник законодательства содержит понятие документа — Федеральный закон от 29 декабря 1994 г. № 77-ФЗ «Об обязательном экземпляре документов». Закон определяет документ как материальный носитель с зафиксированной на нем информацией в виде текста, звукозаписи (фонограммы), изображения или их сочетания, предназначенный для передачи во времени и пространстве в целях общественного использования и хранения5. Такое определение является достаточно широким и в необходимой степени точным. Однако специфика ценных бумаг и их многоаспектная природа в подобном определении вряд ли отражена.

Неслучайно существование двух основных концепций ценных бумаг — документарной (приверженцы кото-

5 СЗ РФ. 1995. № 1. Ст. 1.

рой считают ценными бумагами лишь то, что облечено в форму документа) и бездокументарной (последователи которой допускают в семью ценных бумаг и те бумаги, которые существуют в иной форме, нежели бумажный документ)6.

Законодательство иностранных государств в основном использует не совсем тождественный понятию «ценная бумага» термин security paper (охранная бумага, пер. с англ.)7. Однако российское гражданское право давно и прочно стало использовать понятие документа как главного определяющего признака ценной бумаги: «Документы, предъявление которых необходимо для осуществления выраженных в них прав, носят название ценных бумаг»8.

В свою очередь научно-технический прогресс, глобализация экономики и развитие фондового рынка потребовали новых правовых решений, одним из которых стали существенные новеллы первой части нового ГК РФ, принятого в 1994 г. По сравнению с ранее действовавшим регулированием института ценных бумаг (ГК РСФСР 1922 г., ГК РСФСР 1964 г.) новый ГК РФ по-новому определил: 1) понятие «ценная бумага», вводя в него упоминание о соблюдении установленной формы и обязательных реквизитах документа; необходимости предъявления ценной бумаги для передачи удостоверенных ею прав; достаточности доказательства закрепления ценных бумаг в реестре (обычном или компьютеризированном) для осуществления и передачи прав, удостоверенных ценной бумагой (ст. 142 ГК РФ); 2) критерий деления ценных бумаг на предъяви-

6 См., например: Шевченко Г. Н. Эмиссионные ценные бумаги: понятие, эмиссия, обращение. М., 2006. С. 271.

7 См. подробнее: Пенцов Д. А. Понятие «security» и правовое регулирование фондового рынка США. СПб., 2003. С. 302.

8 Агарков М. М. Ценные бумаги на предъявителя // Очерки кредитного права. М.,

1926. С. 43.

тельские, ордерные и именные (принцип сочетания двух способов — обозначения и легитимации упра-вомоченного лица (ст. 145 ГК РФ); 3) порядок восстановления ценной бумаги (ст. 148 ГК РФ); 4) выделение института бездокументарных ценных бумаг (ст. 149 ГК РФ) и др.

Таким образом, более или менее однозначно можно признать лишь три признака ценной бумаги: 1) она удостоверяет субъективные гражданские права; 2) обладает определенной формой и обязательными реквизитами; 3) обеспечивает возможность передачи удостоверенных ею прав другому лицу особыми юридическими способами.

С учетом вышесказанного можно было бы предложить новое определение ценной бумаги с позиций современного права, учитывающих реалии развития экономики. Ценная бумага — это совокупность субъективных имущественных прав владельца, удостоверенных документом в бумажной или иной установленной законом форме, которые могут осуществляться и/или передаваться в предусмотренном законом порядке.

Перспективная задача науки и практики усматривается в выяснении возможности более тесного взаимодействия между экономическими и правовыми системами разных стран, в рамках которых развивается современная концепция правового регулирования эмиссии и обращения ценных бумаг.

Можно безусловно согласиться с Д. И. Степановым9 в том, что главными дискуссионными проблемами являются: а) определение правовой природы ценных бумаг; б) передача прав по бумагам, учитываемым записью на счета; в) защита прав владельцев эмиссионных бумаг. Также Д. И. Степанов полагает, что норма п. 2 ст. 146 ГК РФ (передача прав в порядке цессии) является «досадным недоразумением». Таким образом,

9 Хозяйство и право. 2002. № 3. С. 64—80; № 4. С. 73—85; № 5. С. 78—97.

выработать единое понятие ценной бумаги в ближайшем будущем невозможно, и дуализм в правопони-мании ценных бумаг в скором времени неустраним.

Тем не менее есть возможность сделать ряд важных выводов. Прежде всего, до изменения ключевых норм ГК РФ (в первую очередь понятия ценной бумаги) нельзя рассматривать ценные бумаги, в том числе бездокументарные, эмиссионные, акции, иначе как движимые вещи. Также не видится достаточных оснований рассматривать такие ценные бумаги исключительно как совокупность имущественных прав. Признавая акции движимыми вещами, нельзя отказывать им в присущей таким вещам гражданской оборотоспособности, в том числе способности выступать предметом договора займа, отношений наследования и других гражданско-правовых договоров и сделок. В условиях дискус-сионности и неопределенности вопроса автор склонен рассматривать ценные бумаги, в том числе и эмиссионные, как вещи особого рода.

Проблема отнесения акций к вещам, определенным индивидуальными, видовыми, родовыми признаками, не должна стать препятствием на пути правоприменения и тем самым свести на нет усилия законодателя по правовой регламентации соответствующих объектов прав и общественных отношений. Эта проблема решается путем научно-теоретического и доктринально-право-вого толкования и применения общеизвестных практических и юридических положений.

Поэтому можно согласиться с мнением, что акции бездокументарной формы выпуска являются движимыми вещами, определенными родовыми признаками, а значит, могут являться и предметом договора займа в силу ст. 807 ГК РФ. Сказанное, впрочем, относится и к иным бездокументарным эмиссионным ценным бумагам.

Проблема определения родовых признаков акций решается с использованием норм Федерального закона от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг», а также иных многочисленных подзаконных правовых актов, в том числе актов ФКЦБ (ФСФР) России. Родовыми признаками в данном случае будут являться в совокупности: наименование эмитента ценной бумаги, ее номинал, единый государственный регистрационный (при отсутствии государственной регистрации — идентификационный) номер выпуска. При этом проблему отнесения всех названных черт к родовым признакам эмиссионной бездокументарной ценной бумаги также можно признать существующей. Указанные признаки подлежат однозначному определению и фиксации в соответствующих законно создаваемых и используемых документах (устав, решение о выпуске, решение о регистрации выпуска, выписка по счету владельца).

Отмеченные специалистами при обсуждении упоминавшегося выше проекта Информационного письма ВАС РФ проблемы отсутствия таких же ценных бумаг к моменту их возврата по причине возможной ликвидации эмитента, отсутствия ценных бумаг у заемщика, в продаже на рынке на самом деле вряд ли имеют отношение к вопросу о возможности заключения соответствующего типа договора и его правовой квалификации. Ведь если проанализировать ситуацию с позиции практики, такие же проблемы могут возникнуть и в случае, если заем был бы осуществлен не ценными бумагами, а иными вещами, определенными родовыми признаками. Данная проблема повлечет соответствующие, но совершенно иные по отношению к рассматриваемым правовые задачи, как-то: неисполнение обязательств по договору, юридическую ответственность за неисполнение обязательств.

Обязанности по юридически грамотному изложению текста договора в соответствии с нормами закона, соблюдению соответствия воли выбранной правовой форме ее реализации, исполнению в ходе совершения сделки иных норм гражданского законодательства лежат исключительно на сторонах (можно сказать, «остаются на их совести»). Поэтому вполне вероятна ситуация (очевидно, имевшая место в юридической практике), когда суд в конкретном деле установит такие нарушения закона, которые приведут его к выводу о недействительности сделки, что будет совершенно правомерно.

Наконец, возможность передачи ценных бумаг в заем прямо предусмотрена ФЗ «О рынке ценных бумаг» ( п. 4 ст. 3). Это еще раз подтверждает мнение о способности акций (а при буквальном толковании закона и иных ценных бумаг) выступать предметом договора займа.

С учетом всего сказанного сегодня можно признать ценные бумаги, в том числе эмиссионные, вещами особого рода, способными быть предметом договоров займа и иных гражданско-правовых сделок, и это не снимает с повестки дня вопросов о радикальном совершенствовании правового регулирования их гражданского оборота.

Договор между акционерным обществом и управляющей организацией — договор возмездного оказания услуг

А. В. Лебедев

Одной из нерешенных и пока не-решаемых на теоретическом уровне проблем, связанных с осуществлением функции единоличного исполнительного органа акционерного общества управляющей компанией, является определение вида договора между ней и обществом. Решение этого вопроса важно для систематизации и дальнейшего развития практики управления акционерными обществами.

При обобщении взглядов на указанную проблему можно выделить три основных подхода к данному вопросу. Договор между акционерным обществом и управляющим или

управляющей организацией определяют как:

1) договор доверительного управления имуществом. Так, Н. С. Ковалевская пишет, что российский законодатель также предусматривает возможность передачи по решению общего собрания акционеров полномочий исполнительного органа по договору коммерческой организации (управляющей организации) или индивидуальному предпринимателю (управляющему) и по своей природе этот договор следует квалифицировать как договор доверительного управления1 ;

2) договор подряда;

Лебедев Андрей Владимирович — генеральный директор группы компаний «Крикунов и партнеры».

1 См.: Коммерческое право. Учебник: В 2 ч. / Под ред. В. Ф. Попондопуло, В. Ф. Яковлевой. СПб., 1997. С. 405—406.