Приоритетные направления формирования и функционирования региональной системы здравоохранения

хования, доступного лишь наиболее обеспеченным категориям населения, дополнительные программы реализуются на тех же условиях, как и базовая программа обязательного медицинского страхования, т.е. являются максимально солидарными и регулируемыми. Привлекательность дополнительной программы для населения зависит от четкости определения пакета дополнительных услуг, соотношения размера уплачиваемого гражданином страхового взноса по данной программе и тех расходов, которые он понесет из-за отсутствия страховки (платные услуги на лечение и приобретение лекарственных препаратов). Дополнительные программы целесообразно формировать, прежде всего, по наиболее обременительным для семейных бюджетов видам медицинской помощи, например лекарственной и стоматологической.

Для контроля населения за деятельностью лечебно-профилактических учреждений предлагается создание общественных советов, призванных обеспечить максимальную гласность в отношении показателей деятельности данных учреждений, исключение чрезмерной коммерциализации, развитие прозрачных форм распределения поступлений от платных форм медицинского обслуживания. Важно развитие общественных организаций, способных участвовать в определении приоритетных направлений развития региональной системы здравоохранения, защите прав пациентов, информировании граждан. Эти и многие другие функции могут выполняться различными обществами, в том числе организации, объединяющие больных с определенными заболеваниями (например, общества больных астмой, диабетом и т.д.). За рубежом подобная практика получила развитие.

Для совершенствования организации медицинской помощи следует предусмотреть: оптимизацию мощности и структуры стационарной помощи, развитие стационар замещающих технологий (перенос на стационар замещающие технологии до 30% объема стационарной помощи); реструктуризацию коечной сети с учетом интенсивности лечебно-диагностического процесса; поэтапное внедрение системы врача общей практики; обеспечение профилактики и эффективного лечения сердечно-сосудистых, онкологических заболеваний, туберкулеза, ВИЧ/СПИД, ИППП, травматизма, определяющих низкую среднюю продолжительность жизни и высокую смертность в трудоспособном возрасте; улучшение здоровья матери и ребенка; совершенствование лекарственного обеспечения, в т.ч. льготного; охват 80% больных профилактическими программами; укрепление материально-технической базы лечебно-профилактических учреждений; сохранение и развитие муниципального здравоохранения, как источника бесплатной и доступной для всех категорий населения медицинской помощи;

Увеличение сети частных медицинских учреждений региональной системы здравоохранения с целью расширения рынка медицинских услуг. Развитие частной системы здравоохранения за последние годы приобретает все большее политическое, социальное и экономическое значение. В социальной сфере частная система здравоохранения способствует формированию среднего класса собственников, расширению круга работодателей, увеличению количества рабочих мест, созданию условий, при которых достойная жизнь и свободное развитие медицинских работников в большей степени обуславливается их личным вкладом в профессиональную деятельность. В экономической сфере частная система здравоохранения препятствует монополизации медицинской деятельности, создает предпосылки для развития цивилизованной конкурентной среды в медицине, приводит к увеличению налоговых поступлений в бюджеты, стимулирует поиск новых ресурсосберегающих медицинских технологий, обеспечивающих оптимальное для потребителя сочетание цены и качества медицинской услуги.

На современном этапе развития частной медицины частнопрактикующие врачи, некоммерческие и коммерческие медицинские организации сталкиваются с серьезными проблемами, связанные не только с недостаточностью материальных ресурсов. На уровне региональной системы здравоохранения требуют решения проблемы обеспечения субъектов частной медицины офисами, строительство которых сопряжено с крупными затратами на выполнение проектно-изыскательских работ, проведение работ по оформлению земельного участка, подведение необходимых коммуникаций и т.д. У частнопрактикующих врачей имеются трудности по привлечению финансовых ресурсов на

начальном этапе деятельности из-за отсутствия возможностей получения банковских кредитов, предоставлению гарантий для привлечения долгосрочных инвестиций, отсутствия доступа к соответствующим информационным ресурсам. Остается низким уровень подготовки частнопрактикующих врачей и руководителей частных медицинских учреждений в вопросах гражданского, финансового, трудового, налогового законодательства и медицинского права, а также в вопросах эффективного маркетинга и менеджмента на рынке медицинских услуг.

Необходимо дальнейшее совершенствование закупа медикаментов, продуктов питания, изделий медицинского назначения, аппаратуры и оборудования, санитарного автотранспорта, проведение капитального ремонта и пр. на конкурсной основе.

Также необходимо внедрение лизинга. Во многих регионах, в том числе в Республике Башкортостан, происходит переоснащение медицинских учреждений новым оборудованием в рамках региональных программ здравоохранения.

Одним из направлений развития региональной системы здравоохранения является совершенствование специализированной медицинской помощи. Началом становления этого звена здравоохранения считается 1968 г. В этот период был взят курс на создание мощных лечебно-профилактических учреждений, позволяющих развивать специализированные отделения и службы путем создания республиканских центров по приоритетным видам медицинской помощи. Исторически этот процесс имел два этапа развития. Первый этап предполагал создание республиканских лечебно-диагностических центров (РЛДЦ) на базе одного или нескольких близких по профилю отделений и соответствующей клинической кафедры Башкирского государственного медицинского университета. В числе приоритетных задач деятельности республиканских лечебно-диагностических центров являются организация подготовки и специализации врачебных кадров, оказание организационно-методической, лечебно-консультационной и практической помощи районным специалистам и межрайонным специализированным отделениям, изучение заболеваемости населения республики с последующей разработкой профилактических мероприятий по оздоровлению ситуации на ближайший период и перспективу и т.д. Основными клиническими базами деятельности центров являются Республиканская клиническая больница и Республиканская детская клиническая больница, в которых функционируют лечебно-диагностические центры.

На базе специализированных лечебных учреждений Республики Башкортостан функционируют 4 республиканских лечебно-диагностических центра и на базе лечебно-профилактических учреждений г. Уфы: 29 центров оказывает специализированную помощь взрослому, 23 — детскому населению. Республиканские лечебно-диагностические центры оказывают консультативный и стационарный прием. Более 60% консультативного приема и 53% пролеченных больных по республиканским лечебно-диагностическим центрам приходится на Республиканскую клиническую больницу, хотя ее база располагает 38% коечного фонда центров (удельный вес жителей городов и районов республики составляет 80%).

Для обеспечения доступности медицинской помощи населению, повышения ее качества и расширения возможностей своевременного клинического обследования созданы также системы межрайонных консультационно-диагностических центров и межрайонных специализированных отделений. Межрайонные консультационно-диагностические центры расположены на основных лечебных базах республиканских лечебно-диагностических центров и межрайонных специализированных отделений, что позволяет в несколько раз увеличить количество обследуемого населения с обеспечением необходимого уровня и качества проводимых исследований с целью оказания высококвалифицированной специализированной медицинской помощи. Функции межрайонных специализированных отделений выполняют специализированные отделения крупных городских или районных больниц, способные обеспечить сельскому населению высококвалифицированную стационарную медицинскую помощь в случаях, когда центральные районные больницы близлежащих районов не имеют данной возможности. Госпитализация больных из ближайших районов осуществляется в соответствии с порядком, установленным местным органом здравоохранения. Межрайонные специализированные отде-

ления расположены в 9 городах (Белебей, Белорецк, Бирск, Кумертау, Нефтекамск, Октябрьский, Салават, Стерлитамак, Сибай) и одном селе (Малояз). В структуре межрайонных специализированных отделений преобладают отделения травматологии (7), неврологии (7), кардиологии (6), офтальмологии (7), онкологии (5). Низкий удельный вес пролеченных больных — жителей села отмечается гастроэнтерологического (11,1%) и оториноларингологического (9,1%) отделений в г. Салават, Нефтекамск, Октябрьский. Это свидетельствует о сравнительно низкой доступности медицинской помощи для прикрепленного населения. Анализ функционирования межрайонных специализированных отделений показал на существование тенденции ориентации и деятельности преимущественно на население

районов и городов, где они расположены. Причинами малодоступности межрайонных специализированных отделений являются вопросы организационного характера и финансирования. Одним их направлений совершенствования специализированной медицинской помощи в Республике Башкортостан является оптимизация взаимодействия и преемственности в работе межрайонных консультационно-диагностических центров (МКДЦ) и межрайонных специализированных отделений (МСО). Для этого необходимо преимущественное развитие межрайонных специализированных отделений в районах и на базе расположения межрайонных консультационно-диагностических центров с одинаковым территориальным подчинением близлежащих районов.

Литература

1. Вялков А.И. Финансово-экономические механизмы повышения эффективности системы здравоохранения // Главврач. — 2005. — февраль.

2. Основные направления реформирования здравоохранения // Вопросы экономики и управления для руководителей здравоохранения. — 2005. — № 2. — С. 4-6.

3. Флек В. Финансово-экономические механизмы повышения эффективности системы здравоохранения // Главврач. — 2004. — май.

4. Чубарова Т.В. Управление медицинскими учреждениями: методологические подходы и новые тенденции // Вопросы экономики и управления для руководителей здравоохранения. — 2005. — № 7 (49). — С. 51-57.

5. Решение заседания межведомственной комиссии по развитию здравоохранения // Сибайский рабочий. — 2010. — № 144(8327) от 16.09.2010. — С. 3.

ПРОБЛЕМЫ ПРОЕКТИРОВАНИЯ ТУРИСТСКИХ КЛАСТЕРОВ И СОВРЕМЕННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ ИХ МОДЕЛИРОВАНИЯ

А.В. Васильев

управляющий проектами в туристско-рекреационной сфере Фонда поддержки предпринимательства Республики Бурятия, старший преподаватель кафедры государственного и муниципального управления Бурятского государственного университета (г Улан-Удэ), кандидат экономических наук uuvasilevav@mail.ru

В статье рассмотрены проблемы проектирования туристских кластеров. Основной акцент сделан на задачах обеспечения предшествующего территориального планирования и современных методах моделирования кластеров, использующих геоинформационные технологии.

Ключевые слова: туристские кластеры, региональная экономическая политика, территориальное планирование, геоинформационные системы

УДК 332.14 (671.54) ББК 65.04 В 191

Новым подходом в региональной экономической политике стало выделение в регионах зон опережающего развития с определением «точек» или «полюсов роста» и указанием конкретных предприятий (кластеров, отраслей), которым отведена роль катализаторов развития территории. Примером такой политики может служить Республика Бурятия, где одним из стратегических направлений развития определено формирование конкурентоспособного регионального туристско-рекреацион-ного комплекса, формирующегося по кластерному типу. Ядром кластера и инструментом стимулирования регионального экономического роста выступает особая экономическая зона (ОЭЗ) туристско-рекреационного типа «Байкальская гавань», созданная постановлением Правительства России от 03.02.2007 № 68. По предварительной оценке, общая стоимость проектов, реализуемых в ОЭЗ составляет 56,64 млрд руб., в том числе 18,64 млрд руб. (33%) бюджетных инвестиций и не менее 38 млрд руб. (67%) частных [4, с. 26-27]. В регионе начато формирование

локальных туристских кластеров, встроенных в трансграничные маршруты «Великий Чайный путь», «Восточное кольцо», «Транссибирский экспресс», «Байкал-Хубсугул». Так, Постановлением Правительства РФ от 2 августа 2011 г. № 644 в Федеральную целевую программу «Развитие внутреннего и въездного туризма в Российской Федерации (2011-2018 гг.)» включена реализация укрупнённых инвестиционных проектов создания туристско-рек-реационного кластера «Подлеморье», автотуристских кластеров «Тункинская долина», «Кяхта» и «Байкальский». Заявленный объём финансирования проектов составляет 10827 млн руб., в том числе 2922 млн руб. за счёт межбюджетных трансфертов из федерального бюджета, 795,8 млн руб. за счёт консолидированного бюджета Республики Бурятия, 7109,2 млн руб. планируется привлечь за счёт средств внебюджетных источников [1]. На республиканском уровне приняты решения о создании в Республике Бурятия зон экономического благоприятствования (ЗЭБ) туристско-рекреационного типов (ТРТ), инвестиционная

привлекательность которых складывается из предоставления резидентам налоговых преференций, упрощенного администрирования и обеспечения необходимой дорожной и инженерной инфраструктурой за счёт средств бюджетов.

Большинство российских регионов также объявили о создании отраслевых кластеров, закрепив свои намерения в Программах социально-экономического развития регионов и предпринимая все возможные усилия для обеспечения финансирования этих проектов через механизм федеральных целевых программ. Как отмечается в аналитических материалах Совета Федерации Федерального Собрания: «Власти большинства российских регионов провели «кластерный анализ» своих территорий (кое-где по настоятельному совету сверху, а где-то по собственной инициативе). Методика позволила проследить существующие в регионах технологические цепочки разработки, производства и реализации продукции, выявить участвующие в этих звеньях производственные структуры, определять перспективы различных секторов экономики, точки конкурентоспособности» [5].

Использование кластерного подхода, нашедшего широкое применение в региональном средне- и долгосрочном планировании, обретает новый импульс с переходом к концепции регионального развития, базирующейся на формировании центров регионального развития. При этом, как правило, и центр, и регионы руководствуются следующим:

— при кластерном подходе «полюсом роста» становится не отдельно взятая отрасль, а совокупность ресурсных объектов и хозяйствующих субъектов, объединённых созданием общего продукта и технологиями кластерных связей;

— экономическая политика региона, формирующего кластеры, более устойчива;

— кластер обладает синергетическим эффектом, стимулируя развитие основных предприятий, поставщиков товаров и специализированных услуг, научно-исследовательских и образовательных организаций, территориально и функционально связанных между собой.

Нисколько не подвергая сомнению целесообразность кластерных стратегий в целом, автор считает явно недостаточным уровень обоснованности принимаемых инвестиционных решений. Есть основания предполагать, что многие кластерные проекты, в том числе и уже получившие бюджетную и организационную поддержку федерального центра, могут оказаться недостаточно эффективными или даже привести к нежелательным результатам. Такие риски связываются с ограниченным (или даже отсутствующим) современным территориальным планированием.

Весьма характерным в этом отношении является проект создания особой экономической зоны туристско-рекреационного типа «Ворота Байкала» в Иркутской области. Первоначальные границы участков, включенных в ТР ОЭЗ, были определены в Иркутском районе области вблизи поселка Большое Голоуст-ное; был объявлен объём бюджетных вложений на строительство внутренней инфраструктуры, который должен был составить 4,7 млрд руб. до 2012 г. За счёт средств бюджета была разработана Концепция создания и развития зоны. Ещё в феврале 2008 года документ представлен консалтинговой компанией Roland Berger Strategy Consultants GmbH совместно с архитектурным бюро Albert Speer & Partner GmbH и маркетинговым бюро Abold. Однако в 2010 году по заявке Правительства Иркутской области согласованной Минэкономразвития России принято решение об изменении границ ОЭЗ за счет новых участков Слюдянского района. При этом только в 2011 г., то есть после принятия решений по изменению границ ОЭЗ, Министерством строительства и дорожного хозяйства области составлено техническое задание для разработки стратегической концепции развития новой территории, предполагающее проведение работ по оценке её потенциала, потребности в гостиничном фонде и дополнительной инфраструктуре, разработку транспортной схемы, расчёты инженерных нагрузок.

Председатель комитета Государственной Думы ФС РФ по делам Федерации и региональной политики В.Усачёв ещё в 2009 г. отмечал: «В настоящее время на федеральном уровне процесс территориального планирования, занимающего ключевое место в системе стратегического планирования, так и не начат. Отсутствие соответствующих ориентиров со стороны федеральных органов ведет к замедлению работы по подготовке и утверждению документов территориального планирования

на региональном и местном уровнях» [11]. Однако, если далее Усачёв делает вывод о том, что данный фактор «существенно сдерживает планирование и реализацию частных инвестиционных проектов, деловую активность в регионах», то автор видит в нём ещё и риски, связанные с неверными оценками инфраструктурной (в том числе логистической), экологической, социальной, трудовой и пр. обеспеченностью регионов и её прогнозируемой динамики.

Минимизация обозначенных рисков может быть достигнута при условии, когда местоположение будущих кластеров определяется не субъективным мнением ответственных лиц, а на основании схем территориального планирования, разработанных в соответствии с самыми современными требованиями.

По образному определению одного из специалистов, территориальное планирование — это планирование использования территории в интересах следующих типов субъектов: людей живущих на ней; людей живших на ней (сохранение историко-культурного наследия); людей, которые будут жить на ней (ответственность перед будущими поколениями); видами растений и животных (экологические аспекты, защита природной среды).

Остановимся только на трёх аспектах поднимаемой проблемы: экологии, качестве жизни и инфраструктуре, обеспечивающей внешнюю среду функционирования кластера.

1. Экология.

Без учёта экологической информации в процессе планирования развития территории невозможно достичь главной цели деятельности — создания комфортной и благоприятной среды для жизни населения. Поэтому для определения экономически целесообразных, экологически допустимых и социально обоснованных управленческих решений необходимо предусмотреть обязательность процедур экологического аудита территорий, методология которого разработана соответствующими научными учреждениями.

Под экологическим аудитом территории (ЭАТ) понимается процедура объективной оценки и анализа экологической, социально-экономической и правовой информации о конкретной территории, которая осуществляется с целью повышения эффективности инвестиционной деятельности. Главная задача применения ЭАТ — интеграция экологической информации в процесс территориального планирования. Такой подход создает базу для принятия экологически обоснованных управленческих решений.

Один из вариантов ЭАТ для территориального планирования предполагает следующие основные его этапы:

1. Анализ структуры землепользования позволяет выявить всех законных и незаконных участников земельно-имущественных отношений.

2. Анализ социально-экономических отношений позволяет определить глубину и масштаб социально-экономических связей в пределах рассматриваемой территории, а также оценить инвестиционный потенциал её отдельных участков.

3. Установление планировочных ограничений, позволяет учесть природоохранный и историко-культурный статусы территории и определить градостроительную ситуацию.

4. Определение экологических условий и ограничений. Эти данные устанавливаются в ходе тщательного покомпонентного анализа состояния окружающей среды [6].

Отличительной чертой большинства туристских кластеров является совмещение природоохранного и рекреационного типов использования природно-ресурсной базы территории, что вызывает особенности подходов к отбору предлагаемых инвестиционных проектов. Эффекты инвестиционных проектов по характеру их влияния на состояние окружающей природной среды могут быть как преимущественно положительными, выражаясь в улучшении (сохранении) качества природной среды и отдельных экосистем, так и отрицательными, сопровождаясь нанесением экологического ущерба. Следовательно, уже на этапе проектирования необходима прогнозная оценка экологических результатов (эффектов) инвестиционных проектов, которая, в свою очередь, должна включать две составляющих: оценку изменений в качестве окружающей природной среды и оценку ущерба наносимого загрязнением природной среды.

2. Качество жизни.

Представляемые проекты, как правило, не содержат обоснованных прогнозов экономической активности местного населения и динамики качества его жизни. Содержащиеся в проектах

планы по созданию рабочих мест не увязываются с качеством и количеством местных трудовых ресурсов и не включают в себя мероприятий по их подготовке и переподготовке.

Принимается за аксиому, что по мере экономического роста улучшаются показатели состояния здоровья населения. Однако вместе с тем установлено, что снижение качества социальных отношений негативно отражается на состоянии здоровья населения, причём как непосредственно — через повышение уровня стрессов, так и опосредованно — через деструктивные поведенческие практики. Различные исследования подтверждают явно выраженные связи индикаторов качества социальной среды с ожидаемой продолжительностью жизни. Например, индикатор социально-экономической привлекательности (коэффициент миграционного прироста) прямо связан с индикатором криминогенной обстановки [10]. В этой связи следует отметить, что при проектировании туристских кластеров никем в России не производились оценки корреляции между ожидаемой продолжительностью жизни и планируемым изменением размера среднедушевого дохода, тем более с учётом факторов, влияющих на изменение качества социальной среды.

По мнению специалистов, в настоящее время в России на первый план выходит не проблема строительства зданий, а проблема проектирования жилой среды, рационального развития старых и проектирования новых поселений и городских районов. Наблюдается явная теоретическая и концептуальная недостаточность в этой сфере, порождённая системным кризисом отечественного территориального планирования.

3. Инфраструктура, обеспечивающая внешнюю среду функционирования кластера.

Формируемый в республике туристский кластер является региональным, т.е. пространственной агломерацией субъектов подобной и связанной экономической деятельности, формирующих основу местной среды, стимулирующих различные формы обучения и адаптации. Такие кластеры обычно состоят из малых и средних предприятий, и их особенность в том, что участники менее взаимосвязаны, чем в промышленных кластерах.

Как неоднократно подчёркивалось автором,принципиальное условие состоит в том, что формирование кластера не может замыкаться границами отдельного муниципального образования. Не менее важны и связанные с кластером гостиничные, развлекательные, рекреационные объекты соответствующей мощности в первом принимающем центре (столице субъекта), других существующих и потенциальных дестинациях, наличие транспортной и логистической инфраструктуры, предприятий лёгкой и пищевой промышленности, агропромышленного комплекса, специализирующихся на поставках продукции и оказании услуг для нужд непосредственных участников кластера и т.д. В данном аспекте задача территориального планирования состоит в том, чтобы представляемый к инвестированию проект подкреплялся проектом размещения субъектов подобной и связанной экономической деятельности и комплексной программой содействия их развитию. Тем более это важно в отношении проектов, финансирующихся за счёт средств бюджетов.

В рамках действительно обоснованной региональной экономической политики и на основании комплексного территориального планирования такие проекты, как вошедшие в ФЦП «Развитие внутреннего и въездного туризма в Российской Федерации» проекты создания туристских кластеров в Республике Бурятия должны сопровождаться реализацией комплекса мер, обеспечивающих опережающее развитие субъектов подобной и связанной экономической деятельности. И такие возможности есть. Например, программы, предусматривающие субсидии из федерального бюджета на создание организаций, образующих инфраструктуру поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства, в том числе центров коммерциализации технологий, центров коллективного доступа к высокотехнологичному оборудованию, инжиниринговых центров, центров прототипирования и промышленного дизайна, центров субконтрактации, развитие учебно-инновационных центров с учебно-демонстрационными площадками, в том числе на базе высших учебных заведений и сельскохозяйственных потребительских кооперативов и т.д. Вместе с тем, явной недоработкой является то, что существующий порядок конкурсного отбора субъектов Федерации, бюджетам которых предоставляются субсидии для финансирования мероприятий, осуществляемых в рамках оказания государственной поддержки малого и среднего предпри-

нимательства, не отдаёт приоритета мероприятиям, обеспечивающим уже финансируемые проекты развития [3].

Отсутствие комплексного подхода демонстрируют и сами регионы, которые, претендуя на получение государственной поддержки малого и среднего предпринимательства, никак не увязывают представляемые ими заявки с разрабатываемыми или уже запущенными инвестиционными проектами, в том числе и в сфере туризма. Иллюстрирование проблемы можно продолжить на примере ФЦП «Развитие образования на 2011-2015 годы» , на примере ФЦП «Чистая вода» на 2011-2017 годы, на примере ФЦП «Развитие транспортной системы России (2010-2015 годы)», ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 годы» и т.д.

Несомненно, что сложившаяся ситуация совершенно не соответствует содержанию новой региональной экономической политики, при которой «мероприятия, предусматриваемые стратегиями развития отраслей экономики и социальной сферы, должны быть увязаны с приоритетными направлениями развития регионов. В этой связи одной из важнейших задач стратегического планирования является наличие регионального среза в стратегиях развития отраслей экономики и социальной сферы. Наличие регионального среза означает введение чёткой региональной и местной привязки всех планируемых программных мероприятий. Это обеспечит согласование стратегий развития отраслей экономики и социальной сферы с документами стратегического планирования территориального развития» [2].

Значительно способствовать выходу на необходимый уровень территориального планирования, а значит и повышению обоснованности принимаемых управленческих решений, в том числе и в вопросах формирования туристских кластеров, может широкое внедрение геоинформационных технологий. Современное научное моделирование, предшествующее принятию управленческих решений в определении «точек роста», способно радикально повлиять на их эффективность и минимизировать многие риски.

Проектирование туристских кластеров не может осуществляться по технологии локальных бизнес-планов и должно основываться на принципах и методах проектного управления. В данном случае совершенно недостаточны традиционные обоснования инвестиций, содержащие оценки ограниченного числа рисков, таких как операционный (эксплуатационный риск), связанный с недостаточностью потоков денежных средств, или риски, связанные со сбытом услуг (продукции) создаваемого объекта. Безошибочный выбор местоположения туристского кластера (как и кластера иной отраслевой направленности), оценка его перспективной мощности (масштаба) требует анализа и оценки массы дополнительных рисков, среди которых:

• риски выбора участков и получения разрешений;

• риски, связанные с охраной окружающей среды, в т.ч. риски опасных выбросов или отходов, риски, связанные с регулированием и лицензированием, риски возражений общественности;

• риски недостаточности опыта и ресурсов подрядчика;

• риски неудовлетворительной занятости местного населения;

• риски поставки строительных материалов и материально-технического снабжения;

• риски синхронности строительства вспомогательных объектов;

• транзакционные риски;

• социальные риски и т.д.

Одним из самых подходящих средств моделирования таких кластеров, позволяющих определить отведённые под них территории, проанализировать и спрогнозировать их развитие, являются геоинформационные системы (ГИС).

В наиболее общем смысле ГИС — информационная система, обеспечивающая сбор, хранение, обработку, доступ, отображение и распространение пространственно-координированных данных. ГИС содержит данные о пространственных объектах в форме их цифровых представлений. Эти системы достаточно давно зарекомендовали себя и находят всё более широкое применение. Для ГИС органов государственной власти уже сейчас проектируют следующие слои:

• границы административно-территориального деления;

• размещение городов, населённых пунктов;

• транспортная инфраструктура;