Военно-теоретические взгляды М. В. Фрунзе и современность

После окончания Гражданской войны главной задачей руководства Советского государства было осуществление перехода страны к мирному строительству, восстановление разрушенного войной народного хозяйства, создание материально-технической базы. В то же время, исходя из факта капиталистического окружения и постоянной угрозы военного нападения, считалось необходимым совершенствовать оборону страны, укреплять ее Вооруженные Силы.

Решение этой задачи было сопряжено с огромными трудностями. Все проблемы теории и практики военного строительства, военного искусства, воинского обучения и воспитания, создания прочного тыла вооруженных сил приходилось решать в условиях неимоверной разрухи. Правительство направило все усилия на преодоление этих трудностей.

Именно в это время, несмотря на огромную служебную занятость, М.В. Фрунзе уделял много внимания разработке военно-теоретических проблем. Война и военная история, особенности войн в защиту Отечества, оценка военно-политической обстановки, пути создания и укрепления новой армии, ее основные черты, важнейшие формы и методы обучения и воспитания рядового и командного состава, военная наука и военная доктрина, взаимосвязь фронта и тыла, система обороны страны, военная экономика - вот основные проблемы, которыми плодотворно занимался М.В. Фрунзе. Его успешной военно-теоретической деятельности способствовали талант исследователя и повседневный напряженный труд по изучению военной истории и военного искусства, огромный личный опыт, приобретенный на полях сражений гражданской войны и в послевоенные годы.

М.В. Фрунзе сыграл выдающуюся роль в проведении принципа политического руководства всеми вопросами военного строительства, в усилении позиций правящей партии в армии. В своем выступлении в связи с шестилетием Военной академии Красной Армии он говорил: «Никто и ничто не может строить и проводить своей политики как в стране, так и в армии помимо партии и без нее. Пока крепка и едина партия, несокрушим и Союз Советских Республик» [1, с. 157].

Теоретически обосновывая важность неуклонного соблюдения принципа политического руководства Вооруженными Силами, М.В. Фрунзе особо подчеркивал, что непременным условием крепости армии и флота и их боеспособности является глубокая, непоколебимая преданность политической

элиты, ибо: «великие цели и задачи, поставленные перед Красной Армией и флотом, целиком и безоговорочно совпадают с задачами и целями коммунистической партии. Больше того - они выработаны в неустанной борьбе и работе партии» [2, с. 68].

Значительный вклад внес М.В. Фрунзе в реализацию идей о создании регулярной кадровой армии. Особенно остро этот вопрос встал в конце Гражданской войны. В этот период Фрунзе склоняется к необходимости постепенного перехода к милиционно-территориальной системе формирования армии. Он обстоятельно излагал свои взгляды на строительство Вооруженных Сил в работе «Регулярная армия и милиция». В ней рассматриваются социально-политические и экономические предпосылки, которые в сочетании с правильной организацией военно-учебного дела могут поставить милицию на один уровень с постоянными армиями.

Именно об использовании положительных качеств милиции, а не о полном и немедленном переходе к ней говорил и писал М.В. Фрунзе. Он был инициатором создания смешанных дивизий. «Я лично думаю, - отмечается в его работе «Регулярная армия и милиция», - что следует высказаться за смешанные дивизии. Главную роль для меня здесь играет то соображение, что при этом условии устанавливается известная организационная связь, нечто вроде живого моста, соединяющего регулярные и милиционные части» [3, с. 445].

Таким образом, М.В. Фрунзе обосновал необходимость и возможность смешанной системы формирования Красной Армии, которая в сложившихся конкретно-исторических условиях могла обеспечить достаточную обороноспособность страны.

Смешанная система комплектования Вооруженных Сил, сочетавшая кадровые и территориальные формирования, была законодательно закреплена декретом ЦИК и СНК СССР от 8 августа 1923 г. «Об организации территориальных войсковых частей и проведении военной подготовки трудящихся» [см.: 4, с. 142]. В нем отмечалось, что кадрово-территориальная система распространяется лишь на стрелковые и кавалерийские части, а технические, специальные войска и Военно-Морской Флот по-прежнему остаются кадровыми.

К концу 30-х годов территориально-кадровая система выполнила возложенные на нее задачи. Был осуществлен переход к единому кадровому

принципу строительства Советских Вооруженных Сил. Это было вызвано ростом милитаризма в капиталистических странах, возрастанием опасности нападения на Советский Союз.

В настоящее время усложнение и расширение задач в области военного строительства, повышение исторической ответственности правительства за безопасность государства и всего содружества, за сохранение и упрочение мира обусловливают возрастание роли руководства Вооруженными Силами.

Практически занимаясь оценкой военно-политической обстановки на основе идей того времени о характере начавшейся новой эпохи, об ее основном противоречии и неотвратимости новой полосы войн [см.: 5, с. 78], М.В. Фрунзе показал высокие образцы конкретно-исторического подхода к анализу международного положения Советского государства после гражданской войны, сделал верные и далеко идущие выводы для военного строительства, тем самым он определил теоретическую базу и методику реальной оценки военно-политической обстановки страны.

Проблема сущности войны является чрезвычайно актуальной и в наши дни. Некоторые современные западные исследователи этой проблемы считают, что если бы произошло глобальное военное столкновение между двумя мировыми системами с применением ракетно-ядерного оружия, то эта война была бы лишена всякой политической сущности. На самом же деле политика обусловливает самые существенные черты и мировой ракетно-ядерной войны, глубоко влияя на вероятность как ее возникновения, так и предотвращения.

Агрессивная политика враждебно настроенных сил может привести к ракетно-ядерной войне, политика нашей страны, а также широких демократических движений способна эту войну предотвратить. В случае возникновения такая война была бы самой «политической» из всех войн, известных истории, она сохранила бы в своей основе общую социальную сущность войны как продолжение политики иными, насильственными методами.

Хотя война неразрывно связана с политикой классов и государств и имеет специфическую форму проявления в виде вооруженной борьбы, ее корни уходят в экономические отношения общества. Лишь с их изменением исчезнут и истоки, порождающие саму войну. «Капитал... ненасытен, - указывал М.В. Фрунзе. Пока он силен, он готов грабить без конца, готов заливать кровью, опустошать огнем весь мир, лишь бы росли его барыши. Капи-

талисты - это те же разбойники. Внутри своей страны они пьют соки подвластных им детей труда, а вне - стараются как можно больше увеличить количество своих владений. Отсюда столкновения и войны. И этот порядок до тех пор будет продолжаться на земле, пока трудящийся люд не сбросит со своих плеч паразитов-капиталистов и не установит царства труда» [1, с. 102 - 103].

Большое внимание М.В. Фрунзе уделял проблеме содержания войны. При этом он руководствовался положением о том, что «необходимо в каждом отдельном случае, для каждой войны особо, определить ее политическое содержание» [6, с. 262]. На основе осмысления Первой мировой и Гражданской войн, войн в Марокко и Китае М.В. Фрунзе пришел к выводу, что политические цели и, содержание этих войн определялись экономической и политической заинтересованностью буржуазии в новых прибылях и рынках сбыта, в разделе и переделе сфер влияния в мире, в подавлении революции и всякого демократического движения, что и определило несправедливый характер этих войн.

М.В. Фрунзе отмечал, что главным специфическим элементом содержания войны является вооруженная борьба. Война начинается тогда, указывал он, когда все другие формы борьбы исчерпаны и наступает кризис, который разрешается вооруженной борьбой [2, с. 44, 95 -98]. В то же время в ряде своих работ он убедительно показал, что понятие «содержание войны» нельзя сводить только к вооруженной борьбе. Оно охватывает широкий круг явлений и процессов, связанных с вооруженным насилием. «Но одна армия, конечно, не могла бы много сделать, - писал М.В. Фрунзе, - если бы попутно ее борьба не облегчалась рядом экономических и политических мероприятий, направленных к ослаблению противника» [1, с. 221]. В его высказываниях последовательно проводится мысль о том, что современные войны ведутся не одной армией, а всей страной в целом [см.: 2, с. 253].

Мысли М.В. Фрунзе о содержании войны имеют важное методологическое значение для исследования современных войн. В настоящее время содержание войн еще более расширилось. Вооруженная борьба не исключает, а предполагает и требует для своего успешного хода и исхода использования и других форм борьбы - экономической, дипломатической, идеологической, разведывательной, научно-технической и т. д. Считается, что только при умелом сочетании и единстве всех форм борьбы может быть достигнута по-

беда в современной войне. Определяющее значение при этом имеет ее социально-политическая направленность.

Взгляды М.В. Фрунзе на сущность и содержание войны органически связаны с его воззрениями на армию, в том числе и на армию нового типа, как на инструмент проведения политики определенного класса средствами вооруженного насилия.

В произведениях и выступлениях М.В. Фрунзе последовательно проводится мысль о том, что армия является составной частью политической надстройки общества, важным органом государства. Она создается стоящим у власти классом и проводит его политику специфическими средствами и способами. Он развивал положение о том, что армия является непосредственным отражением природы государства, его экономического и социальнополитического строя, что экономические интересы господствующего класса, выраженные в политике государства, определяют социальную природу и назначение его вооруженных сил [см.: 3, с. 301-302].

Глубокий теоретико-методологический анализ войны и армии, знание тенденций развития военного дела оказались той необходимой базой, которая позволила М.В. Фрунзе определить характер возможной войны на подлинно научной основе. Он раскрыл важнейшие особенности такой войны: ее классовую природу; ожесточенность борьбы; усиление влияния народных масс на ход и исход грядущей войны; возрастание роли тыла и укрепление его связи с фронтом; технический характер войны и повышение роли человека в ней. Подразделяя эти особенности на политические и военнотехнические, он в то же время рассматривал их в тесном диалектическом единстве.

Исследуя характер войн, происшедших за длительный период исторического развития, особенно Первой мировой и Гражданской, проанализировав существо вероятных военных задач Вооруженных Сил нашей страны, условия их решения, М.В. Фрунзе пришел к выводу о необходимости разработки единой военной доктрины Красной Армии, на базе которой создается цельный и согласованный план общей работы государства и его вооруженных сил, производится военное строительство, развивается военное искусство, осуществляются обучение войск и подготовка страны к войне.

М.В. Фрунзе указывал на объективную необходимость иметь единую военную доктрину Красной Армии. Рассмотрев характерные черты войн

(многомиллионные армии, использование всех сил народа и государства, высокое насыщение техническими средствами борьбы и др.), Фрунзе сделал важнейший вывод: «Государство должно заранее определить характер общей и, в частности, военной политики, наметить соответственно с нею возможные объекты своих военных устремлений, выработать и установить определенный план общегосударственной деятельности, учитывающий будущие столкновения и заранее обеспечивающий их удачу целесообразным использованием народной энергии» [3, с. 210].

В статье «Единая военная доктрина и Красная Армия» раскрывалось исключительно важное практическое значение учения о единой военной доктрине Красной Армии. Оно указывало на характер боевых столкновений, которые ожидали Страну Советов, отвечало на вопрос, должны ли мы утвердиться на идее пассивной обороны или преследовать активные, наступательные задачи, рекомендовало пути и формы строительства Советских Вооруженных Сил, боевой и политической подготовки войск. М.В. Фрунзе обратил внимание на практическое значение единой военной доктрины для разработки системы морально-политической и психологической подготовки народа к военным испытаниям, отметил, что военной доктриной определяется «...военно-политическая пропаганда и вся вообще система воспитания страны» [3, с. 210].

Подготавливая определение понятия «единая военная доктрина», М.В. Фрунзе проделал аналитическую работу, связанную с материалами дискуссии на страницах существовавшего до 1920 г. журнала «Военное дело» по поводу военной доктрины, изучил многочисленную литературу, в том числе иностранную, провел ряд научных совещаний, ознакомился с соображениями многих работников из войск.

Опираясь на результаты исследования, М.В. Фрунзе выделил две группы вопросов, составляющие как бы две стороны понятия «единая военная доктрина»: политическую и техническую. К первой группе - политической -были отнесены вопросы, отражавшие политические цели и характер войны, зависимость от них военного строительства. Автор определил все это как связи военного строительства «с общим строем государственной жизни», в силу чего политическая сторона военной доктрины являлась ведущей. Ко второй группе вопросов военной доктрины - технической - относилось все

то, что касалось организационной структуры Красной Армии, ее вооружения, подготовки к боевым действиям, военного искусства.

Данное М.В. Фрунзе определение единой военной доктрины не претендовало на исчерпывающее, однако оно выдержало испытание временем, подтвердилось на практике в насыщенный военными событиями период истории Советского государства. М.В. Фрунзе писал: «...единая военная доктрина есть принятое в армии данного государства учение, устанавливающее характер строительства вооруженных сил страны, методы боевой подготовки войск, их вождение на основе господствующих в государстве взглядов на характер лежащих перед ним военных задач и способы их разрешения, вытекающие из классового существа государства и определяемые уровнем развития производительных сил страны» [3, с. 211].

Практические задачи защиты государства требовали прежде всего ответа военной теории на вопрос относительно общей ориентации советской военной доктрины и подготовки страны и армии к войне: быть ли им наступательными или носить оборонительный характер. Ответ на этот вопрос предопределял выбор средств, видов и форм стратегических действий, необходимую подготовку народа и территории страны, направленность работы экономики, науки и культуры, соответствующее оснащение, обучение и воспитание войск.

М.В. Фрунзе отчетливо выделял оборонительный характер советской военной доктрины в ее ведущей политической части. В то же время он постоянно подчеркивал, что оборонительная суть отнюдь не характерна для военно-технической стороны доктрины. Напротив, справедливый для нас характер войны, если ее развяжут империалисты, свойства могучего вооружения, военные преимущества наступления в отношении захвата инициативы, достижения внезапности, подавления воли противника к борьбе - все это диктует необходимость воспитывать войска и силы флота в наступательном духе.

Военно-теоретическое наследие М. В. Фрунзе весьма многообразно. Его взгляды на войну как общественно-политическое явление, на армию как инструмент политики и орудие войны, на военную доктрину и науку, на обороноспособность страны и ее систему, его военно-экономическое наследие в своей основе были подтверждены в годы Великой Отечественной войны. Не утратили они своего значения и в современных условиях. Более того, в об-

становке усиления агрессивных устремлений враждебно-настроенных государств, опасности развязывания ими новой мировой войны использование военно-теоретического наследия М.В. Фрунзе при решении многих вопросов военного строительства, укрепления боевого потенциала Вооруженных Сил, повышения их боевой готовности представляется исключительно важным.