Банкротства планируют развитие

Очередной мораторий на банкротство, введенный в 2022 году на фоне военных действий на Украине, поддержал наблюдающуюся с 2019 года тенденцию на снижение их количества в корпоративном секторе — на этот раз на 12%. Между тем все чаще инициаторами процедуры становятся налоговики, что, по мнению экспертов, может говорить об усугублении финансовых проблем бизнеса. На фоне увеличения в октябре—декабре числа намерений кредиторов начать банкротства эксперты допускают перелом тренда к росту. Банкротство граждан продолжает расширяться, медленно, но устойчиво.

Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ

Предстоят сложные времена

Федресурс опубликовал данные о процедурах несостоятельности в РФ по итогам 2022 года.

Несмотря на серьезный экономический кризис, банкротами признаны на 12,2% меньше юрлиц год к году — 9 тыс.

Ключевой причиной динамики стал действовавший с 1 апреля по 1 октября 2022 года мораторий, который не позволял кредиторам банкротить должников, если только те не откажутся от применения этой защитной меры.

Впервые мораторий на банкротство был применен в начале пандемии в 2020 году и тогда подействовал сильнее — число процедур упало сразу на 19,9%, до 9,9 тыс. юрлиц. Однако в определенной степени тенденция проявилась еще в 2019 году, когда число банкротств снизилось на 6%, до 12,4 тыс.

Первый замминистра экономики Илья Торосов уверен, что «мораторий сыграл свою роль и защитил бизнес и граждан в условиях турбулентности в экономике». В Сбербанке также считают мораторий «ключевым фактором, повлиявшим на динамику банкротств бизнеса».

«Если учесть полугодовой период моратория, приняв во внимание отложенный спрос, можно предположить, что в отсутствие этой меры показатели 2021 года были бы, скорее всего, превышены»,— соглашается старший юрист BGP Litigation Владимир Клименко. Подтверждением такой оценки выглядит четвертый квартал 2022 год: по завершении моратория количество публикаций о намерениях кредиторов обанкротить должников выросло в 1,6 раза, до 12,26 тыс. против 7,4 тыс. в октябре—декабре 2021 года.

В то же время глава Федресурса Алексей Юхнин полагает, что рост числа намерений кредиторов после завершения моратория (во время его действия намерения публиковать было нельзя) «быстро себя исчерпал» и серьезного увеличения количества банкротств ждать не стоит.

В Сбербанке также «не ожидают в 2023 году роста корпоративных банкротств». Там отметили, что в четвертом квартале 2022 года банк опубликовал около 300 уведомлений о намерениях, основная часть которых скопилась за время моратория, но проблемы большинства должников «возникли задолго до этого».

Советник Orchards Азат Ахметов уточняет, что с момента публикации о намерении кредитору нужно подождать 15 дней до обращения в суд с заявлением о банкротстве должника. Еще два-три месяца проходит до введения судом первой процедуры (наблюдения), уточняет Владимир Клименко. Наблюдение по закону занимает пять месяцев (но может быть продлено), после чего компанию могут признать банкротом и открыть конкурсное производство. Таким образом, в статистике эти юрлица-должники окажутся не раньше весны-лета — в этот период, по ожиданиям опрошенных “Ъ” юристов, начнется увеличение числа банкротств.

Одним из косвенных свидетельств общего ухудшения финансового состояния бизнеса эксперты считают изменение состава инициаторов банкротств — к этому все реже прибегают «обычные кредиторы»: в 2022 году на них пришлось 66,4% дел, тогда как в 2021 году — 72,4%, а в 2020 году — 77,1%.

Зато быстро растет роль налоговиков: в 2022 году структуры ФНС инициировали банкротство компаний почти в четверти случаев (23,1% дел), тогда как в 2020 году речь шла только о 13%.

Чаще прибегают к банкротству и сами должники, в 2022 году на такие случаи пришлось 10,1%, годом ранее — 8,2%. А вот сотрудники банкротят работодателей все реже (0,4% дел в 2022 году и 0,6% в 2021 году).

В Сбербанке рост числа самобанкротств юрлиц объясняют снижением активности кредиторов из-за моратория. Азат Ахметов добавляет, что все больше организаций «осознают нормальность процедуры банкротства как таковой», также есть «страх контролирующих должника лиц перед неизбежностью субсидиарной ответственности за неподачу заявления».

Увеличение же роли ФНС, по мнению юриста, выглядит «сигналом усиливающегося кризиса в экономике»: «Как правило, предприниматели стараются гасить налоговые долги в первую очередь под страхом уголовной ответственности. Если теперь они не способны погасить даже налоговые долги, то обычным коммерческим кредиторам предстоят сложные времена».

Финансовые проблемы остаются прежними

Банкротство граждан тем временем сохраняет тенденцию к достаточно быстрому увеличению, хотя и замедляет темпы.

Всего за 2022 год несостоятельными признаны 278,14 тыс. человек — это на 44,2% больше год к году.

В 2021 году рост составлял 62%, в 2020 году — 72,6%. Всего с момента введения процедуры в октябре 2015 года через суды обанкротились 753,3 тыс. россиян. Как и раньше, в 2022 году граждане чаще всего банкротили себя сами (96,7% случаев), 2,2% процедур начинали кредиторы, 1% — налоговики.

Учитывая низкую базу, столь быстрые темпы роста числа банкротств граждан не могут сохраняться вечно, поясняет исполнительный директор ООО «Управляющая компания "Помощь"» Анна Ларина. Гендиректор союза арбитражных управляющих СРО «Северная столица» Валерия Герасименко добавляет, что замедление роста может быть связано с замедлением экономики в целом начиная с весны 2022 года и уменьшением числа выданных в 2020–2021 годах потребкредитов. В Сбербанке полагают, что темпы судебного банкротства граждан продолжат снижаться, в то время как «причины финансовых проблем останутся прежними: потеря дохода, нерациональное управление бюджетом, семейные разводы».

На этом фоне растет востребованность процедуры внесудебного банкротства.

Так, в 2022 году МФЦ опубликовали 7,2 тыс. сообщений о возбуждении процедуры, что на 52,6% больше год к году. Ошибок при сборе документов становится меньше — в 61,8% случаев должникам удается начать процедуру, тогда как в 2021 году это получалось только у половины заявителей.

Судебная и внесудебная процедуры банкротства граждан не являются взаимозаменяемыми, уточняет Анна Ларина: «Для проведения "внесудебки" необходимо соблюсти ряд условий: задолженность до 500 тыс. руб. и полное отсутствие имущества должника, на которое можно обратить взыскание, в ином случае внесудебное банкротство попросту невозможно». Значительный рост внесудебных процедур может, по словам госпожи Герасименко, объясняться тем, что механизм появился сравнительно недавно (в сентябре 2020 года).

В связи с недавними предложениями правительства увеличить порог задолженности до 1 млн руб. и упростить доступ к процедуре для наиболее незащищенных категорий граждан (см “Ъ” от 17 ноября) банкиры и юристы ожидают дальнейшего роста внесудебного банкротства в текущем году.