Трансформация образа Бекки Шарп в романе Э. Троллопа «Брильянты Юстесов»

В.А. Бячкова (Россия, Пермь) ТРАНСФОРМАЦИЯ ОБРАЗА БЕККИ ШАРП В РОМАНЕ Э. ТРОЛЛОПА «БРИЛЬЯНТЫ ЮСТЕСОВ»

В статье мы рассмотрим трансформацию образа самой знаменитой героини У.М.Теккерея (W. М. Thackeray, 1811-1863) в творчестве его младшего современника Э.Троллопа (Anthony Trollope, 1815-1882). Хорошо известно влияние, которое романы У.М. Теккерея оказали на формирование творческого метода Э.Троллопа. Писатели хорошо знали друг друга, несколько романов Троллопа впервые увидели свет в издаваемом Теккереем журнале «Корнхилл Мэгэзин», наконец, в 1879 г. вышла в свет монография Троллопа о Теккерее. Все это дает достаточно оснований, чтобы проводить параллели между произведениями двух величайших английских романистов XIX в.

Нужно отметить, что роману «Ярмарка тщеславия» (“Vanity Fair”, 1847), лучшему творению Теккерея (как по мнению ряда критиков-современников, так и представителей последующих поколений) Троллоп предпочитал роман Теккерея «История Генри Эсмонда» («первый и лучший из романов, написанный по-английски», - читаем в монографии «Теккерей» [Trollope 1996: V]). Однако Троллоп признавал, что женские образы «Ярмарки тщеславия» и, в первую очередь, образ Бекки Шарп, показались ему настолько интересными, что вдохновили на творческий эксперимент.

Результат этого эксперимента, «трансформацию» образа Бекки Шарп находим в романе «Брильянты Юстесов» (“The Eustace Diamonds”, 1868). Троллоп сам отсылает читателя к роману Теккерея, называя его героиню «Бекки Шарп аристократии» уже в одной из первых глав [Trollope 1992: 19]. Лиззи Грейсток по рождению стоит много выше Бекки - она происходит из хорошей семьи, ее отец был адмиралом. Однако семейство героини принадлежит к гениально описанному Теккереем классу людей, которые «живут на широкую ногу неизвестно на что» [Thackeray 1994: XXXVI]. Поэтому, как и героине Теккерея, Лиззи с ранней юности приходится учиться сохранять респектабельный вид, оставшись практически без средств к существованию, выпрашивать у банкиров все новые и новые займы, уговаривать повременить с выплатой долгов и д.т. Лиззи, как и Бекки, необычайно тщеславна, упряма, предпочитает добиваться желаемого любыми средствами, включая интриги и ложь. Как мы помним, причины всех неудач Бекки кроятся в ней самой, в ее натуре. Бекки жизненно необходимо постоянное движение, обновление, стоит ей достичь определенного успеха и

О В.А. Бячкова, 2011

стабильности, она начинает скучать и от скуки совершает опрометчивые поступки, способные разрушить ее благополучие. Лиззи Юстес также свойственно состояние постоянного поиска, движения. Казалось бы, в самом начале романа героиня добивается положения, о котором многие могут только мечтать: она знатная, состоятельная и независимая вдова. Лиззи, будучи хорошо осведомлена о законах жизни светского общества, ведет себя разумнее Бекки, ей гораздо лучше удается сохранить все то, чего она добилась. Например, Бекки совершенно не скрывает равнодушия к единственному ребенку, совершенно не думая о том, что маленький Родон однажды может стать баронетом и, таким образом, обеспечить своей матери финансовое благополучие и положение в свете. Разумеется, впоследствии у повзрослевшего сына нет не малейшего желания видеть мать, которая им всегда пренебрегала. Лиззи Юстес, напротив, хорошо понимает, что сын - ее «козырная карта», им можно прикрыться как щитом от нападок родни покойного мужа, мальчик - залог ее будущего. Лиззи, разумеется, нельзя сравнивать с «образцовыми» вдовами и матерями Троллопа, которые после смерти мужей полностью посвятили себя детям (вспомним, например, миссис Элинор Болд из раннего романа писателя «Барчестерские башни» (“Barchestter Towers”, 1857). Героиня «Брильянтов Юстесов» перед знакомыми разыгрывает роль заботливой и любящей матери, какой на самом деле не является. Однако, по большому счету, Лиззи уделяет маленькому лорду Юстесу не меньше внимания, чем любая другая женщина ее круга, где принято ставить светские обязанности выше се -мейных и перепоручать воспитание детей няням, гувернанткам, бедным родственницам и пр.

Однако с другой стороны, Лиззи уступает героине Теккерея в изворотливости, хитрости, проницательности, умении разбираться в людях. Лиззи подчас кажется человеком, взвалившим на себя непосильную ношу интриг лжи. Желая во что бы то ни стало оставить у себя фамильное брильянтовое ожерелье, героиня своим упрямством и жадностью настраивает против себя родственников мужа. Ее выражение чувств к покойному сэру Флориану настолько наиграно, что уже никого не может обмануть. Позже Лиззи решается на более серьезную авантюру: инсценирует кражу ожерелья, в которой позже вынуждена признаться публично, когда брильянты оказываются похищенными на самом деле. Все это время героиня не задумывается о том, как губительно эта история отражается на ее репутации и как серьезно она мо -жет повредить ее амбициозным планам второго замужества. В устройстве личной жизни Лиззи также непоследовательна. Она разрывается между желаниями стать женой пэра лорда Фона и выйти замуж за сво -

его кузена Фрэнка Грейстока, которого могла бы искренне любить. Лиззи мечется между вероятными кандидатами в мужья, временами приближает к себе одного из них, при этом не упуская другого. Потеряв и Фрэнка, и лорда Фона, Лиззи вынуждена принять предложение своего «Джозефа Седли» - священника Джозефа Эмилиуса. Эмилиус уступает Фрэнку и лорду Фону по положению и личным качествам, зато, как пишет исследовательница Дж.Родас, «будучи склонен к обману и лживой театральности, является подходящей партией для Лиззи» [Oxford Reader’s Companion to Trollope 1999: 178].

Троллоп гораздо более подробно демонстрирует читателю внутренний мир своей «Бекки Шарп». Героиня Теккерея - это странствующая карьеристка, способная со стороны взглянуть на английское общество, она играет с ним, в зависимости от обстоятельств исполняя роли наивной девочки, кроткой гувернантки, светской львицы и т.д. При всей своей занимательности, Бекки - это определенный тип, кукла Ярмарки Тщеславия. Лиззи Юстес, в отличие от Бекки, предстает перед читателем живым человеком со своими правдоподобными страстями, слабостями, желаниями. Троллоп объясняет то состояние непокоя, в котором постоянно находится героиня, изображая ее за чтением романтической поэзии (Лиззи читает «Душу Ианты» Шелли), мечтающей о возлюбленном-«корсаре»: «если бы у меня был свой корсар, как бы я могла сидеть на берегу, ожидая, когда появится корабль моего любимого!» [Trollope 1992: 44]. Троллоп относится к своей героине с иронией, не давая читателю шанса «быть обманутым» Лиззи. Например, когда героиня вскоре после помолвки с лордом Фоном восторженно пишет родственнице: «Мой маленький Фло уже так любит своего нового папу!», автор-повествователь замечает: «Лиззи солгала, написав это, лорд Фон еще ни разу не видел ее ребенка» [Trollope 1992: 97]. Но не оправдывая леди Юстес, автор ей сочувствует, ведь, «будучи лживой, дурной и эгоистичной, она преуспевала, но никогда не чувствовала себя счастливой» [Trollope 1992: 191]. Для счастья Лиззи не хватает именно искренности, честности, некоей «чистой цельности». Всеми этими качествами Троллоп наделяет образ Люси Моррис - «антипод» Лиззи.

Интересно, что Троллоп для раскрытия образа своей героини использует тот же композиционный прием, что и Теккерей: создает два женских образа, служащих контрастом друг для друга. Однако Троллоп в «Брильянтах Юстесов» не выводит «вторую Эмилию Седли», а, скорее «раздваивает» образ Бекки Шарп. Конечно, у Люси и Эмилии есть общие черты. Главную из них, вслед за Троллопом, назовем «иметь характер героини, не будучи ею внешне». Одним из несомнен-

ных достижений Теккерея Троллоп в книге о нем назвал «развенчание понятия героини» [Trollope 1996: III]. Ранее оно складывалось из сочетания исключительной внешности и исключительных обстоятельств. Теккерей же показал, что и, по большому счету, бесхитростная история Эмилии Седли, простой искренней девушки, у которой, как мы помним, «щеки слишком румяны для героини» [Thackeray 1994: 4], и есть свои недостатки и слабости, может глубоко волновать читателя. Как и Эмилия Седли, Люси Моррис - далеко не красавица, и ее исто -рия - это «всего лишь» история бескорыстного чувства и стойкого ожидания взаимности, но уже в начале романа, когда Лиззи Грейсток уже представлена читателю, объявляется, что «не она наша героиня», а подлинной героиней, «не героиней, но сокровищем» автор-повествова-тель объявляет Люси [Trollope 1992: 19-23].

Однако заметим, что Люси Моррис - это тоже трансформация образа Бекки Шарп, она - «Бекки» по обстоятельствам и некоторым свойствам характера. Оставшись без средств после смерти родителей, Люси, как и Бекки, вынуждена работать гувернанткой младших сестер лорда Фона. Энергичная и деятельная, она довольно скоро завоевывает расположение всей семьи: своих юных воспитанниц, их матери, самого лорда, человека необыкновенно гордого, строгого и требовательного. «Не было человека, который, поговорив с Люси, не был убежден, что с ней очень приятно разговаривать... Она составила каталог библиотеки... Она спланировала новый цветочный садик... Она была незаменима во время долгих болезней Клары Фон...» [Trollope 1992: 23], - благодаря всему этому Люси, подобно Бекки в «Королевском Кроули», невероятно располагает к себе всю семью Фонов, причем все ее поступки - от чистого сердца. К ней относятся как к члену семьи, а не как гувернантке, ради нее даже поступаются прежними принципами. Леди Фон, например, ранее убежденная, что гувернантке не пристало заниматься устройством личной жизни, с пониманием относится к известию о том, что Люси влюблена в друга детства Фрэнка Грейстока, сочувствует девушке, старается помочь.

Люси Моррис опровергает многие законы современного ей общества, своим примером она доказывает, что деньги решают далеко не все, что настоящая любовь способна восторжествовать над ложными идеалами. Автора лишь огорчает то, что таких как Люси - мало. Гораздо больше таких как Лиззи Грейсток. В конечном счете и «Бекки Шарп» Троллопа - порождение современного ей общества. И именно поэтому общество не благоволит открыто таким как она, но, увы, предоставляет все возможности добиться желаемого или, по крайней мере, оставаться безнаказанными.

Список литературы

Oxford Reader’s Companion to Trollope / ed. by R.C. Terry. Oxford: Oxford University Press. 1992. 610 p.

Thackeray W.M. Vanity Fair. London: Penguin Books. 1994. 672 p.

Trollope A. The Eustace Diamonds. Oxford: Oxford University Press. 1992. 414 p.

Trollope A. Thackeray (English Men of Letters). London: Routledege/ Themes, 1996. 210 p.

H. В. Сумарокова

ЗНАЧИМОСТНАЯ СОСТАВЛЯЮЩАЯ КОНЦЕПТА ДОМ В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ КАРТИНЕ МИРА ЭЛИЗАБЕТ ГАСКЕЛЛ

Типичная представительница викторианского поколения в литературе, Элизабет Гаскелл (1810-1865) по праву считается основательницей направления прозы, которая впоследствии будет именоваться «женской». Несмотря на данное определение, именно Гаскелл сможет переломить настойчивые тенденции времени и начать новый этап в развитии этого направления.

Согласно структуре и тематике творчества писательницы особое значение будет иметь интерпретация образа дома на страницах ее произведений и последующее построение концептуального пространства дома/домашнего очага/семейственности в романе «Жены и дочери» сквозь призму викторианской культурной традиции, а также особенностей повествовательного стиля писательницы, фактов ее биографии и образа жизни. Особенности авторского мировосприятия Э.-Гаскелл становятся заметными уже в расстановке акцентов между двумя концептуальными слоями HOUSE/HOME.

Концептуальный слой HOUSE (330 единицы) /НОМЕ (272 единицы), реализованный в романе Э. Гаскелл, также включает следующие когнитивные слои общенационального концепта:

1) жшише. место проживания: I

f HOUSE

2) здание, сооружение* I

3) домашнее хозяйство/быт ^ НОМЕ

4) семейственность** I

* не четко разграничены в произведении, часто полностью взаимозаменяемы

©Н.В. Сумарокова, 2011