Когнитивная модель представления грамматического времени в современном английском языке

УДК 802.0

Д.А. Разоренов, канд. филол. наук, декан,

КОГНИТИВНАЯ МОДЕЛЬ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ГРАММАТИЧЕСКОГО ВРЕМЕНИ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ

Подробно рассматриваются результаты когнитивных исследовании познавательных процессов у человека. Проектируется когнитивная модель грамматического времени в английском языке, описываются процессы восприятия, мышления, сознания, памяти и представления знаний.

Ключевые слова: грамматическое время, когнитивное моделирование, модель адаптивного контроля мышления, анализ средств и целей, память, мышление.

Исследование языкового функционирования грамматического концепта «BPEMЯ/TENSE» в рамках когнитивного подхода требует в первую очередь обратиться к проблеме моделирования грамматического представления знаний и понимания с целью разработать общую модель организации познания временного пространства в английском языке.

Несмотря на то, что проблема моделирования микросистемы видовременных форм глагола постоянно обсуждается в лингвистике, она по-прежнему носит дискуссионный характер. В частности, до сих пор четко не определен статус форм будущего времени в английском языке, так как для выражения отнесенности события к плану будущего могут быть использованы самые различные видовременные формы глагола. Более того, практически остались вне поля зрения лингвистов и вопросы, связанные с изучением концептосферы будущего. Так, например, в работе

З.Я. Тураевой «Категория времени: Время грамматическое и время художественное» функционально-семантическая модель микросистемы времени строится без вышеуказанных форм, в связи с тем, что «на уровне текста они играют незначительную роль, не участвуют в развитии повествования и употребление их носит изолированный характер» [1, с. 7]. Лишь фрагментарно, при построении структурной модели анализируемой микросистемы автор указывает на тот факт, что «определив взаимоотношения между видовременными формами, мы можем определить и место формы будущего времени в этой системе» [1, с. 192].

Т аким образом, исследование концептуального временного пространства обуславливает необходимость описания абстрактной ментальной модели грамматического времени, соответствующей особенностям перцептуального времени в английском языковом сообществе. Сложность рассматриваемого когнитивного акта заключается в том, что объект исследования не доступен непосредственному наблюдению, а экспериментальный материал разрабатывается

представителем русской лингвокультуры. С этой точки зрения особую значимость приобретает содержательный анализ нейропсихологических механизмов познания, универсальных для построения схематической организации знания о грамматическом времени.

Описание системы представления знаний в виде глобальных когнитивных моделей перестало играть ведущую роль в когнитивных исследованиях. Причиной является убедительная теоретическая база по исследуемому вопросу. Среди огромного многообразия различных моделей организации познания (вопросно-ответная система Т. Винограда, теория решения задач человеком А. Ньюэлла и Г. Саймона, модель адаптивного контроля мышления Дж. Р. Андерсона, модель семантической памяти Коллинса и Лофтус, модель LNR, названная по первым буквам фамилий авторов Лидсея, Нормана и Румелхарта, модель Уолтера Кинча и так далее) в настоящее время продолжают развиваться только две глобальные когнитивные модели. Одна из них является современной модификацией модели адаптивного контроля мышления Дж. Р. Андерсона - ACT (Adaptive Control of Thought), известная под названием ACT-R. Другая модель была предложена в начале 1990-х годов Аланом Ньюэллом и продолжает развиваться его последователями и учениками.

Отличительной чертой современной модели адаптивного контроля рационального мышления (ACT-R) является наличие базового механизма мышления - умозаключения по аналогии [2, с. 249-277] . Другими словами, этот механизм можно объяснить следующим образом: при столкновении с новой проблемной ситуацией ее решение будет складываться из нахождения и сопоставления примера аналогичной задачи с известным решением. Архитектура модели Андерсона состоит из трех основных видов памяти: декларативной, процедурной и рабочей. Поиск «готовых» решений в памяти складывается из совместной работы рабочей памяти, которая отвечает за репрезентацию актуальной цели, декларативной памяти, содержащей знания о фактах и процедурной памяти, хранящей оригинальные решения задач в виде системы обобщенных продукций, имеющих вид правил «условие^действие». Когда в рабочую память из внешнего мира или из декларативной памяти попадает информация, репрезентация которой совпадает с одной из продукций, хранящихся в процедурной памяти, то это автоматически ведет к выполнению действия, аналогичного уже записанному в системе готовых продукций.

На наш взгляд, модель Андерсона трудно считать полноценной моделью мышления. Так, например, согласно данной теории когнитивная модель грамматического концепта «ВРЕМЯ/TENSE» в английском языке будет складываться в ментальное образование, состоящее из трех универсальных репрезентаций хронологического времени: прошедшее время (PAST TIME), настоящее время (PRESENT TIME), будущее время (FUTURE TIME), трех «зеркальных» хронологическому времени

темпоральных моделей грамматического времени: прошедшее

грамматическое время (PAST TENSE), настоящее грамматическое время (PRESENT TENSE), будущее грамматическое время (FUTURE TENSE) и одной лингвокультурной темпоральной модели грамматического времени, ориентированной на сдвиг осей ориентации: будущее в прошедшем (FUTURE-IN-THE-PAST TENSE). Кодирование сенсорных сигналов окружающей действительности на язык мозга (lingua mentalis) проходит в три этапа. На первом этапе рабочая память, согласно актуальной цели, перерабатывает информацию, поступившую в виде сенсорных сигналов из внешнего мира, сопоставляя ее с известными ментальными репрезентациями хронологического времени. На втором этапе рабочая память распределяет переработанную таким образом информацию по каналам ассоциативной связи к «нужному» узлу декларативной памяти, содержащему знания о фактах окружающей действительности. На третьем этапе на основе этих данных из процедурной памяти запрашивается «сценарий» аналогичный решению поставленной в рабочей памяти задачи.

СЕНСОРНЫЙ СИГНАЛ 1 ЦЕЛЬ РАБОЧАЯ ПАМЯТЬ

PAST TIME PRESENT TIME FUTURE TIME

What happened beyond in time 1. In this/that place 2. Here/there 3. Existing or being considered now The time yet to come

ДЕКЛАРАТИВНАЯ ПАМЯТЬ

FUTURE - INTHE PAST TENSE PAST TENSE PRESENT TENSE FUTURE TENSE

The form of the verb that refers the action not to the actual future, but to the future viewed as such from the stand point of past time The form of the verb that shows that the act or state described by the verb happened or existed at some time before the present The form of the verb that shows what exists or is happening at this time The form of the verb used when the action or event described is to occur after the time of utterance

ПРОЦЕДУРНАЯ ПАМЯТЬ

INDEFINITE (SIMPLE) - not certain or determined; unsettled; without exact limits; indeterminate; vague or unclear CONTINUOUS (PROGRESSIVE) - denotes an aspect of verbs, a category of verbal inflections that expresses such features as the

continuity, repetition, or completedness of the action described._

PERFECT - describes an action that has been completed.

PERFECT CONTINUOUS - focuses on the activity or event which may or may not be finished

Схематическая организация этих описаний очень похожа на эффект веера. То есть если, например, поступающая из внешнего мира цель, сводится к описанию регулярного, повторяющегося действия, то, согласно данной модели, рабочая память, переработав поступившую информацию, соотносит ее с одной из хранящейся в ней хронологических репрезентаций универсального времени. Затем, сопоставив ее с одним из паттернов грамматического времени (декларативная память), запрашивается стереотипный сценарий (процедурная память), выражающий универсальный способ обозначения повторяющегося действия. Рассмотрим на конкретном примере практическое применение данной модели. Допустим, что сенсорный сигнал usually, «запускающий»

механизм рационального мышления, имеет своей целью описать «обычное» действие. Согласно приведенной выше когнитивной модели грамматического концепта «ВРЕМЯ/TENSE», рабочая память переводит сигнал в одну из сфер универсального времени, преобразуя физическое время в хранящееся в декларативной памяти грамматическое время, обладающее способностью изменять форму глагола в зависимости от временной установки (usually ^ Present/Past time ^ Present/Past tense). Затем декларативная память запрашивает из «резервуара знаний» процедурной памяти сценарий, требуемый ситуацией общения (usually ^ Present/Past time ^ Present/Past tense ^ Indefinite (Simple)).

• We usually watch the news on TV at 9 p.m.

• We usually watched the news on TV at 9 p.m.

Однако в действительности, используя этот же сигнал, можно применить другой сценарий, идущий в разрез с обыденным пониманием регулярности совершаемого действия:

• We’re usually watching the news on TV at 9 p.m.

При сопоставлении двух сценариев, выбранных из процедурной памяти по запросу сенсорного сигнала usually: We usually watch the news on TV at

9 p.m. и we’re usually watching the news on TV at 9 p.m., отмечается существенное различие в «грамматическом видении» контекстной ситуации. В первом случае имеется в виду, что мы начинаем просмотр новостной передачи в 9 часов вечера (= we start watching at 9 p.m.), тогда как во втором случае в 9 часов мы обычно уже ее смотрим (= we’re already watching at 9 p.m.).

Или же если сенсорный сигнал tomorrow соотносится с будущим универсальным и грамматическим временем (tomorrow ^ Future time ^ Future tense ^ Indefinite (Simple)), то не совсем понятным представляется употребление форм настоящего времени вместо будущего (tomorrow ^ Present time ^ Present tense ^ Indefinite (Simple)/ Continuous (Progressive)).

• We’ll meet him tomorrow.

• We’re meeting him tomorrow.

• We meet him tomorrow.

Благодаря «объединению» различных форм грамматического времени с информационным полем одной из репрезентаций универсального (хронологического) времени, происходит дешифрование смысла всей контекстной ситуации (как в предыдущем случае) или ее отдельных составляющих. Проанализируем, например, изменение значения just в зависимости от концептуальной информации грамматического времени:

• ‘Have you done the shopping?’ ‘I’m just going.’ (=starting to, at the point of).

• ‘You’re too late. The train’s just left.’ (=only a short time ago; only now and not sooner).

Наиболее интересным случаем с точки зрения несоответствия работы исследуемого механизма представляется совмещение сенсорного сигнала хронологического времени just now с его грамматическим сценарием:

• Paul telephoned just now. (=a moment ago).

• We’re having dinner just now - can you come back later? (=at this moment).

Таким образом, подводя промежуточные итоги, можно с уверенностью утверждать, что механизм адаптивного контроля рационального мышления, как показывают результаты нашего исследования, оказывается не очень успешным. Поскольку данная модель основана на умозаключениях по аналогии, ее можно применять лишь для простых индуктивных умозаключений на основе пропозициональной репрезентации знания.

Основной альтернативой модели Андерсона является модель Soar, разработанная Аланом Ньюэллом и его коллегами Дж. Лэйердом и П. Розенблумом (Newell, 1990; Laird, Rosenbloom, 1996) [3, с. 81-87]. Архитектура данной модели отличается, прежде всего, отсутствием разделения между декларативной и процедурной памятью. Причиной

является использованная авторами возможность записи декларативного знания в форме систем продукции. К числу достоинств этой модели относится выделение иерархии подцелей по мере возникновения затруднений, а также работа с полным пространством потенциальных подзадач в рамках проблемной ситуации.

Проблемное пространство когнитивной модели мышления Soar напоминает «дерево», репрезентирующее актуальную задачу в виде разноуровневых целей и средств. Анализ средств и целей (“means-ends analysis”) позволяет установить рассогласование между актуальным состоянием решения задачи и требуемым состоянием, затем сформировать подцель, достижение которой позволит уменьшить отмеченное рассогласование и, в конечном итоге, выбрать средство, применение которого позволит достичь этой подцели.

Модель Soar, несомненно, обладает большей гибкостью, по сравнению с моделью Андерсона, однако каких-либо принципиальных различий она в себе не несет. А наше стремление описать когнитивную модель грамматического временного мышления приводит к проектированию «формальной модели», учитывающей данные post factum, но не предсказывающие их.

Не вызывает сомнения тот факт, что умозаключения по аналогии, а также логические цепочки, анализирующие средства и цели, являются базовыми механизмами познания, но не восприятия. В ходе исследования экспериментального материала мы приходим к выводу, что построение когнитивной модели грамматического времени в английском языке не возможно без учета образного, зрительно-пространственного, чувственного кодирования грамматической информации. Действительно, «грамматическое видение мира» в разных языках настолько различно, насколько различны и сами этносы. Лингвокультурная особенность английского грамматического концепта «ВРЕМЯ/TENSE» в отличие от русского обусловлена уникальным перцептивным пониманием так называемого «момента речи / the moment of speaking», который, с одной стороны, может быть точкой отсчета, относительно которой существует прошедшее и будущее (как в русском языке), а, с другой стороны, сама эта точка отсчета не совпадает с моментом речи. Она может дистанцироваться от момента речи, перемещаться по временной оси и превращаться в условный момент, относительно которого существуют «условное прошедшее и условное будущее время».

Сценарий грамматических репрезентаций временного пространства в английском языке возникает не только на основе способности к категоризации и выводу при условии совместной работы рабочей, декларативной и процедурной памяти, но и при непосредственном участии бессознательных нейрофизиологических процессов сенсомоторной и сенсорно-перцептивной обработки. Сенсорное кодирование временного

пространства характеризуется комбинаторной особенностью регистрации образных, зрительно-пространственных и чувственных воздействий, позволяющих создавать более сложные понятия на базе простых. Другими словами, сенсорные триггеры, запускающие работу концептуальной грамматической модели «ВРЕМЯ/TENSE», не всегда (как мы уже убедились) успешно коррелируют с приписываемыми им эффектами памяти, однако благодаря им происходит мысленное кодирование системы прошедшего, настоящего и будущего времени, объективизирующееся не в форме отрезков на оси времени, а в форме многомерного временного пространства.

По мнению Эдуарда Сепира, «было бы ошибочным полагать, что мы можем полностью осознать реальность, не прибегая к помощи языка, или что язык является побочным средством разрешения некоторых специальных проблем общения и мышления. На самом же деле «реальный мир» в значительной степени бессознательно строится на основании языковых норм данной группы... Мы видим, слышим и воспринимаем так или иначе те или другие явления главным образом благодаря тому, что языковые нормы нашего общества предполагают данную форму выражения» [4, с. 53]. Следовательно, когнитивная модель

грамматического концепта «ВРЕМЯ/TENSE» в английском языке должна строиться по принципу сложного комплекса пропозитивных грамматических знаний как основы чувственного ощущения временного пространства. «Временные» маркеры, подобные рассмотренным usually, tomorrow, just и так далее, помогают нам мысленно выстроить отрезки времени в ряд в реальном хронологическом восприятии времени, но не ощутить его. Ментальный образ времени не делится на настоящее, прошедшее и будущее, он присутствует в нашем сознании как комплекс памяти, чувственных ощущений, связанных с ориентацией себя во временном пространстве, интуиции. На первый взгляд архитектура данной когнитивной модели проста и может быть представлена при помощи трех перцептивно-семантических фреймов: «прожитое время» (память / the past time), «проживаемое время» (чувственные ощущения времени / the present time) и «условно проживаемое время» (вера, интуиция, неопределенность / the future time).

Однако при детальном рассмотрении мы сталкиваемся с несколько другой структурой. Во-первых, на первый план «выдвигается» не универсальное, хронологическое время (the present time, the past time, the future time), а его грамматическая репрезентация (the present tense, the past tense, the future tense), которая, во-вторых, устанавливает различия между чувственной и нечувственной сторонами «проживаемого времени» и, в-третьих, определяет статус «условно проживаемого времени» в английском языке. Таким образом, структурная организация исследуемой когнитивной модели состоит из шести многомерных перцептуально -

грамматических фреймов, связанных воедино чувственной репрезентацией реального времени как «ощущаемого, неощущаемого и условно-ощущаемого».

Грамматический фрейм восприятия настоящего неощущаемого времени (Present Indefinite Tense (Simple)) - «трехмерен». Его первая плоскость обозначает нечто среднее между объективизированным прошедшим и объективизированным будущим в повествовании, аргументации, обсуждении, логике и философии и соответствует настоящему нечувственному образу хронологического времени, так же как и вторая плоскость, включающая в себя констатацию общеизвестных истин (we see with our eyes). Третья плоскость обозначает восприятие окружающей действительности органами чувств и соответствует настоящему чувственному образу реального времени (I see him).

Грамматический фрейм восприятия настоящего ощущаемого времени (Present Continuous Tense (Progressive)) «двухмерен» и совпадает своими границами с ощущениями «времятечения» а) в момент речи или б) на протяжении вокруг момента речи. Обе эти плоскости характеризуются максимальной чувственной «окраской».

Грамматический фрейм восприятия прошедшего времени находится в ощущаемой временной плоскости, так как прожитые человеком события не могли не оставить чувственный отпечаток в его памяти. Данный фрейм распадается на три плоскости: а) плоскость прошедшего,

предшествующего настоящему (Past Indefinite Tense (Simple)/ Past Continuous Tense (Progressive)); б) на плоскость предпрошедшего (Past Perfect Tense) и в) плоскость прошедшего, включающего настоящее (Present Perfect Tense) .

Грамматический фрейм восприятия будущего времени представляет наибольший интерес. Ощущение времени будущего очень сильно развито в русской этнокультуре, тогда как в английском языковом сообществе оно рассматривается с позиций настоящего, градуированного различными степенями уверенности/неуверенности к условно происходящим в будущем событиям. 0 - 50 %-й уверенности соответствует плоскости будущего неощущаемого времени (Future Tense (Simple), тогда как 100 %-я уверенность должна была бы соответствовать будущему ощущаемому времени. Но это противоречит перцептивной природе познания времени. Как может быть ощутимо то, что лежит за гранью временной реальности? Именно поэтому плоскость будущего «условно-ощущаемого» времени совпадает с языковым репертуаром грамматического фрейма настоящего времени. Его ощущаемая сторона способна описать прогнозируемые планы человека на будущее (Present Continuous Tense (Progressive)), тогда как неощущаемая (Present Indefinite Tense (Simple)) - событийное следование объективизированного прошлого и настоящего, в виде некоего «расписания». Плоскость

будущего «условно-ощущаемого» времени представлена также «будущим в прошедшем» (Future-in-the-Past Tense). Именно наличие таких

«странных» для русской концептосферы комбинаторик временного пространства свидетельствует о том, что люди воспринимают мир по-разному, а язык определяет «систему кодов» к его познанию.

Подводя итог когнитивному моделированию представления грамматического времени в английском языке, можно с уверенностью утверждать, что грамматическому времени соответствует многомерное концептуальное пространство-время. Оно не может быть разделено на прошлое, настоящее и будущее, совпадающее границами с универсальным хронологическим временем. Прошедшее, настоящее и будущее присутствуют в сознании как сложный кластер, как неразрывно связанные друг с другом перцептивно-семантические фреймы восприятия времени. Ощущение времени имеет чувственную и нечувственную сторону, или ощущаемую и неошущаемую. Чувственная сторона это то, что мы видим, слышим и осязаем вообще, сейчас, ощущали вчера или будем ощущать завтра. Нечувственная - область неопределенности, веры и интуиции. В полном соответствии с пониманием данной перцептивной природы времени в английском языке построена когнитивная модель грамматического времени, отражающая грамматическое время как особую форму познания мира, сочетающая в себе особенности реального, перцептуального и субъективного времени. Архитектура данной модели фиксирует лингвокультурные особенности грамматического концепта «ВРЕМЯ/TENSE» в английском языке, проявляющиеся в «смещении» представления реального времени с его грамматической презентацией в языке. Эти случаи перцептивного несоответствия вносят некоторую путаницу в наше мышление, но отнюдь не в мышление представителей англоговорящей культуры, что в большинстве случаев ими даже не осознается.

Список литературы

1. Тураева З.Я. Категория времени: Время грамматическое и время художественное (на материале английского языка): учеб. пособие. М., 2009.

2. Anderson J.R. Arguments concerning representation for mental imagery. Psychological Review, 85, 1978.

3. Newell A. Unified theories of cognition. Cambridge, MA: Harvard University Press, 1990.

4. Whorf B. The Relation of Habitual Thought and Behaviour to Language / пер. Л.Н. Натан и E.C. Турковой // «Новое в лингвистике». Вып. 1. 1960.

D.A. Razorenov

The Cognitive Model of Grammatical Presentation of Time in Modern English Language.

The article describes in detail the results of studies of cognitive processes in humans. The emphasis is on the cognitive model of the concept “Tense” and on the processes of perception, thinking, consciousness, memory and knowledge presentation.

Key words: grammatical time, cognitive engineering, adaptive control of thought, means-ends analysis, memory, thinking.

Получено 25.02.2011 г.

УДК 802.0

Д.А. Разоренов, канд. филол. наук, декан,

СОДЕРЖАНИЕ И СТРУКТУРА ГРАММАТИЧЕСКОГО КОНЦЕПТА «ВРЕМЯ» В АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ

Посвящена перцептивной интерпретации содержания и когнитивнопрагматическому моделированию структуры грамматического концепта «Время» в английском языке.

Ключевые слова: грамматический концепт «Время», содержание концепта,

структура концепта, образование времени.

На современном этапе развития лингвистической науки вопрос о структуре языкового сознания перешел из плоскости системноструктурного анализа в концептуально-категориальную. Интерес

лингвистов сместился, прежде всего, к изучению ЯЗЫКОВОЙ личности, познающей мир через речевое общение и речевое поведение в результате речевого взаимодействия, а также к структуре ее индивидуального сознания, а именно к когнитивно-прагматической интерпретации речемыслительного механизма как в качестве процесса, так и в качестве результата.

Изучение закономерностей человеческого общения, учитывающих всю совокупность психических, социальных, гендерных, этнокультурных и других характеристик, позволило рассматривать язык не как абстракцию, а как конкретное проявление языковой системы той или иной лингвосоциокультурной общности. В русле когнитивной прагматики речевая деятельность как особый вид языкового сознания и как способ познания мира человеком рассматривается с точки зрения принципа приоритета интересов говорящего, то есть, другими словами, коммуникативные ходы отдельного индивида определяют тактику его речевого поведения в конкретной ситуации, что в свою очередь определяет национальную когнитивную модель мира, отражающую стереотипный