Ю.П. Гнедовский: «Отстаивать совместные интересы профессии»

Архитек

Ю.П. Гнедовский: «Отстаивать совместные интересы профессии»

Интервью журналу «Академический вестник УралНИИпроект РААСН»

Беседовала Т. Ю. Быстрова

Гнедовскии Юрий Петрович

Народный архитектор России, лауреат Государственной премии СССР, премии Президента РФ, лауреат премии Правительства Москвы, президент Союза архитекторов России, академик, член президиума Российской академии архитек гуры и строительных наук, академик Российской академии художеств, кандидат архитектуры, профессор

Юрий Петрович, какие годы вашей биографии связаны с нашим городом?

В Екатеринбурге, тогда Свердловске, жил с самого рождения, с 1930 года. Родители переехали в Москву в конце 1946 г., когда мне было 16 лет.

Когда Вы решили стать архитектором. Что или кто повлиял на ваш выбор профессии?

Я решил стать архитектором примерно через год-два после отъезда. Отец и мама, пока жили здесь, работали инженерами в проектных институтах. У отца непростая судьба. Он поступал в архитектурный техникум, но - не получилось, ведь он был сыном священника. После моего рождения заочно, с помощью знакомых, получил диплом инженера.

Он приохотил меня к рисованию. В Москве отец работал в мастерской академика Льва Валерьевича Руднева. Так что, поступая в МАРХИ, я имел моральную поддержку.

Ваши любимые учителя? В институте, в первые годы практики?

В институте моими наставниками и учителями были И.Е. Рожин, А.П. Великанов, а на дипломе - Г.Я. Мовчан, А.Н. Душкин. В первые годы после окончания института. в начале самостоятельной практики -Л.В. Руднев, у которого я «болтался» в мастерской. Им тогда поручили строить перспективу интерьера пантеона Ленина -Сталина, я помогал.

Считаете ли Вы, что существует особенная уральская архитектурная школа?

Думаю, что уральской архитектурной школы нет. хотя обычно принято говорить, что она существует. Возможно, для того чтобы ее обозначить, нужно провести тонкий анализ. На мой взгляд, Екатеринбург существует как центр подготовки и реализации архитекторов, но вряд ли это - школа.

Все российские школы развиваются более или менее параллельно, под сильным влиянием друг друга. И. кроме того, есть архитекторы - те. которые «хуже», и те, которые «лучше».

В нашем городе в 60-е годы XX века был почти полностью разрушен завод-колыбель Екатеринбурга.

Сохранилось очень много информации, по которой можно бы было его регенерировать, допустим, к 300-летию в 2023 году. Стоит ли это делать?

Я бы за это проголосовал. Живя в юности здесь, я еще застал действующее предприятие. паровозик, который ходил в центре города, по улице Малышева. С одной стороны, «вывод» завода из города, конечно, был необходим. С другой стороны, возвращение исторических реалий усилило бы эмоциональную привлекательность места. Правда, открытым остается вопрос о том. как это затронет сложившееся благоустройство... Тем не менее, почти любое закрепление исторических мест - благо для города и людей. В молодости это меньше ощущаешь.

Моя практика совпала с концом сталинской архитектуры. Мы восприняли это как возвращение к русскому авангарду. На деле оказалось, что прагматики уже все держали в своих руках. В это время на помойку относили антикварную мебель, - для того чтобы

54

АКА£ЕУИЧЕСКИЙ ВЕСТНИК УРАЛНИИПРОЕКТ РААСн 1 | 2008

заменить ее на «современную». Так проявился своеобразный духовный нигилизм в отношении к прекрасному, к красоте. Сначала я увидел это на уровне повседневной жизни, позже начал понимать в масштабах города.

Сегодня у нас есть уникальный шанс сберечь исторические центры. В необходимости подобных действий я убежден. Сравнить хотя бы Венецию, где трепетно относятся лаже к сохранению цветовой гаммы города, и Лондон, в котором старое перемежается с новым...

Архитекторы часто утверждают, что им очень нравятся довоенные конструктивистские комплексы, здания. Среди горожан предпочтение к классической архитектуре: УПИ, штаб урво, горисполком и т.д. явно преобладает. Что это, плохой вкус?

В общем, да. Это не столько плохой вкус, сколько отрицание культуры, образования. Как известно, в свое время в Германии и Советском Союзе руководители повернули развитие архитектуры и искусства в направлении, продиктованном идеологией. Наверное. они ощущали, что поворот к неоклассике поддержит население. Так и должно было быть. Люди не возражают против современных тенденций как таковых, но при оценке архитектуры, как правило, более консервативны.

Какой период в отечественной архитектуре Вам импонирует более других?

Сложный вопрос. Но, в отличие от науки, где развитие происходит как прогресс, искусство идет по спирали - оно то «очищается*, то усложняется. Нельзя сказать, что современное - лучше прошлого. Оно просто другое.

Кроме вкуса горожан, существенное значение имеет вкус представителей власти. Наивысшее достижеиие -северное деревянное зодчество. В юности, когда пришлось проводить обмеры, я был потрясен этой архитектурой. Она проста, анонимна, но потрясает душу.

Можете ли Вы назвать главную проблему в современной архитектурной практике, теории?

Главной проблемой я бы назвал градостроительство, имея в виду, что развитие города рассыпалось сегодня на отдельные единицы. Нет целого, которое управляет, в том числе и новыми элементами. Уходит представление об ансамбле, комплексе. Комплексы не сохраняются. в том числе и там. где они когда-то были.

Как, на Ваш взгляд, возможно сохранить своеобразие отечественной архитектуры под натиском интернациональных стереотипов?

Если сохраним историческое наследие, оно даст импульс для развития архитектуры, притом без навязывания сверху. Надо просто любить. Тогда все произойдет естественным путем.

В Екатеринбурге появились первые высотные здания. Как Вы их оцениваете с архитектурной и градостроительной точек зрения?

Крупный город обязательно будет расти вверх. Нынешняя практика в Екатеринбурге представляется мне случайной. Появление высотных зданий в центральной части города не обозначается какой-либо закономерностью. Я думаю, необходимо было, прежде

всего, принять концепцию развития исторической части города и действовать в соответствии с ней. Я не «врубал» бы новые высотные здания, а предложил создать новый узел в стороне от исторического центра, наподобие парижского Дефанса.

В последние годы архитектурная деятельность существенно коммерциализировалась. Не наносит ли это вреда общественным принципам деятельности Союза архитекторов России?

Это сложный вопрос. Я бы так не сказал. Опасность существует, когда деньги становятся высшим критерием оценки архитектора. В этих условиях интеллектуальная часть деятельности Союза становится бесполезной. Люди перестают общаться, ведь они в большей степени озабочены тем. как в это время делать деньги. Общение девальвируется. На Западе это очень ощущается, но и у нас в значительной степени - тоже.

Недавно мы отмечали 140 лет создания Московского архитектурного общества. Это общество создали коммерческие архитекторы, жившие вполне благополучно. Тем не менее, они создали объединение для отстаивания совместных интересов профессии и сохранения художественного качества архитектуры. Так и Союз архитекторов может и должен защищать интересы профессии от попыток трансформировать архитектурную деятельность в чистый бизнес.

Не приведет ли коммерциализация архитектурной деятельности к смене приоритетов профессии архитектора на ценности, измеряемые, главным образом, в деньгах?

Такая опасность существует, но, думаю, она преодолима. В одиночку человек не защитит себя от рынка. тем более - от невежественного инвестора.

Считаете ли Вы правильным преобразовать общественную организацию Союз архитекторов России в самоуправляемую. Как к этому отнесутся ее члены?

Считаю, что необходимо попытаться организовать саморегулирование, создав внутри Союза палату, которая занималась бы этими вопросами. При этом не нужно делать саморегуляцию обязанностью других членов Союза.

Кто из уральских архитекторов Вам интересен в творческом плане?

Все. кто получил дипломы конкурса «Рука мастера».

Ваши творческие планы?

Я возглавляю Товарищество театральных архитекторов. Самая интересная работа на сегодняшний день - театрально-концертный комплекс для Ярославля. Более далекие планы начну делать после ухода с поста Президента Союза архитекторов.

Ваши пожелания читателям первого номера журнала «Академический вестник УралНИИ-проект РААСН».

Конечно, - чтобы читали этот номер. Создателям журнала хочется пожелать, чтобы «Академический вестник Уралниипроекта* нашел новую проблемную сферу, новые способы подачи материала. Всем вместе - успехов в начинании, которое, безусловно, нужно.

АКАДЕМИЧЕСКИЙ ВЕСТНИК УРАЛНИИПРОЕКТ РААСН 1 | 2008

55