«Наш имидж — это наши люди»

В 2020 году исторический комплекс Русского винного дома «Абрау-Дюрсо» вошел в шорт-лист лучших достопримечательностей мира по версии международного туристического сервиса Tripadvisor. Ежегодно Центр туризма «Абрау-Дюрсо» посещают порядка 300 тыс. человек, что ставит старейшую российскую винодельню на первое место по посещаемости в России и Европе. Президент Группы компаний «Абрау-Дюрсо» Павел Титов рассказал об экономических итогах прошедшего года, новых правилах и планах на будущее.

Фото: Группа компаний «Абрау-Дюрсо»

Экономика Региона: «Абрау-Дюрсо» в прошлом году отмечало 150-летний юбилей — впечатляющая дата для российского бренда. Что она означает лично для вас?

П. Т. Эта дата, 150 лет, прошедшие со дня основания «Абрау-Дюрсо», ассоциируется у меня с большой ответственностью, с великой историей. История — самое ценное, что есть у «Абрау-Дюрсо», это то, что отличает нас от других виноделен. И нам нужно было не столько даже сохранить ее, сколько рассказать о ней, поделиться. Бренд «Абрау-Дюрсо» существовал задолго до нас: это царское имение и французские виноделы, которые приехали сюда еще до революции, это знаменитый энолог-шампанист Виктор Дравиньи, наладивший производство шампанских вин, и семьи, которые здесь создавались. У Дравиньи с Абрау была связана вся жизнь, здесь родились пятеро из шести его детей.

У нас существует невероятное количество историй. Вот, например: 1914 год, Первая мировая война. Французы объявляют мобилизацию, и в Абрау-Дюрсо из порта Новороссийска по почте передают французскую военную форму — она предназначалась для граждан Франции, для виноделов, которые здесь жили и работали под началом Дравиньи. Благодаря постоянным историческим изысканиям уже в наши дни мы нашли информацию о письме российского императора с таким текстом: «Мы, Николай II, Император Всероссийский, нашему Кузену Раймону Пуанкаре, президенту Французской Республики». В нем содержалась просьба разрешить г-ну Дравиньи как можно скорее вернуться к своим обязанностям в царском Удельном имении «Абрау-Дюрсо».

ЭР: Чем закончилась эта история? Отпустили виноделов в Россию?

П. Т. Только Виктора Дравиньи, остальных — нет. Он вернулся и опекал жившие здесь восемь семей, оставшиеся без своих мужей и отцов, ушедших на фронт. Эту историю раскопал фонд «Наследие Абрау-Дюрсо», который работает в архивах не только Абрау-Дюрсо, но и в Петербурге, Москве, находит и покупает связанные с заводом документы, исторические этикетки, фотографии. Фонд разыскал и пригласил в Абрау-Дюрсо потомков Виктора Дравиньи. Они здесь были и поведали нам о двух абсолютно уникальных вещах, подаренных Николаем II: часах «за отлично-усердную службу» и портсигаре с двуглавым орлом, инкрустированном бриллиантами. Они хранятся в семьях потомков винодела. Мы сделали 3D-модель этого портсигара, его можно увидеть в музее Абрау-Дюрсо.

ЭР: Юбилейный год пришелся на начало пандемии, которая пока еще продолжается. Как отразились на Абрау-Дюрсо связанные с коронавирусом ограничения, повлияли ли они на планы компании?

П. Т. Честно признаться, я думал, что все будет намного хуже, но оказалось совсем не так. Да, планы по выходу на новые рынки были нарушены, но экспортные продажи сохранились на уровне 2019 года. Мы запустили новый продукт — теперь в коллекцию классических игристых вин входит Brut d’Or Blanc de Noirs из стопроцентного пино-нуар. За прошедший год мы поучаствовали в пяти международных конкурсах и завоевали рекордное для России количество наград — 47.

С самого начала карантина мы решили, что ничего не закрываем, не сворачиваем и никого не увольняем. Еще до того, как об этом нас попросило государство — никого не увольнять. Чуть позже стало понятно, что мы не попадаем ни под какие льготные пакеты поддержки, но самым сложным было то, что центр туризма стоял пустым в течение пяти месяцев. Мы просто несли затраты на его содержание, без какой-либо выручки.

В отличие от туристического центра, производство практически не останавливалось. Самых старших коллег отправили по домам, сократили чуть-чуть темпы производства, чтобы работать в одну смену, но работать продолжали. В то же время помогали Новороссийску, привозили в больницы лекарства, закупали аппараты ИВЛ. Это наш город, и мы его поддерживали как могли.

Вместе с тем год был очень важным для всей винодельческой отрасли: мы переходили на работу по новому 468-му закону о русском вине. До июня мы должны были успеть полностью перейти на российский виноматериал, и это был очень интенсивный труд. Компания заключила большую сделку, наверное, крупнейшую в истории российского виноделия,— покупку винодельни «Юбилейная» и ее виноградников, которых, объективно говоря, втрое больше, чем когда-либо было у «Абрау-Дюрсо». Мы планировали переходить на российский виноматериал, но рассчитывали, что процесс будет постепенным и займет лет 5-7. Но плавного перехода не получилось, поэтому пришлось покупать «Юбилейную», несмотря на все сложности, с ней связанные: винодельня была банкротом, мы договаривались о покупке с владельцем, скупали долги, прошли огромное количество арбитражных судов. Теперь, с учетом «Юбилейной», у нас 3,4 тыс. га плодоносящих виноградников, думаю, что через 2 года мы дойдем до 4 тыс. га. Я уже попробовал новое наше «Русское игристое», сделанное полностью из российского винограда. И могу сказать, очень хорошо получилось!

«В архивах завода мы нашли письмо, которое начинается так: «Моему дорогому другу, президенту Франции Пуанкаре. Отпусти, пожалуйста, Дравиньи и его друзей обратно в Россию, делать шампанское. Твой друг Николя.»

ЭР: Можно ли сказать, что закон был принят во благо и ожидания российских виноделов будут оправданы, отношение к их продукции изменится в лучшую сторону?

П. Т. Наверное, тут дело не в законодательстве. Закон — это важный шаг, он оказался чуть резким, но тем не менее был необходим. Намного важнее подход — общее продвижение нашей отрасли, некая унификация. Мы, как бизнесмены и владельцы Абрау-Дюрсо, продвигаем свое, другие виноделы делают то же самое. Но если уж мы назвались винодельческой державой, приняли этот закон, тогда надо чуть-чуть по-другому начинать продвигать российское вино — и тут уже очень многое зависит от государственной системной поддержки, от власти. Сегодня на государственном уровне осуществляется поддержка внутреннего туризма, выделяются бюджеты на его продвижение — с виноделием надо теперь работать так же. Важный шаг уже сделали: госкомпаниям запретили закупать зарубежное вино, теперь они могут покупать только российское. В объемах продаж это нам особенно не помогло, но хоть какое-то признание, теперь люди на официальных мероприятиях видят отечественную продукцию.

ЭР: Абрау-Дюрсо на отсутствие господдержки жаловаться грешно, когда совсем недавно президент во всеуслышание объявил, что собирается к вам на пенсию. Готовите место?

П. Т. Владимир Владимирович к нам не на пенсию собрался, а работать специалистом по праву. Ну как такого специалиста не принять!

Конечно, это было неожиданно и очень приятно. Первым мне позвонил мой знакомый: «Слушай, я тут телевизор смотрю, там Путин выступает и говорит, что к тебе работать пойдет». Я на него даже наорал, что за шутки непонятные. Ну а потом мы уже все сами увидели и нашли стенограмму выступления. Конечно, нам очень приятно, что Владимир Владимирович, когда разговаривал про виноделие, вспомнил именно «Абрау-Дюрсо».

ЭР: Вы говорили в нескольких интервью, что изначально, как финансист, не верили в этот проект. Окупились ли вложения и насколько теперь это экономически успешное предприятие?

П. Т. Я бы сказал, что был напуган масштабами того, что нам предстояло сделать. А сколько мы потратили за все это время, сказать очень сложно: когда-то рассчитывали, что примерно 6 млрд руб., но это было еще теми, докризисными деньгами. Мы практически не выплачивали дивидендов до последних нескольких лет. Все, что зарабатывали, реинвестировали.

Сегодня капитализация у нас уже 24 млрд руб. Даже в коронавирусный 2020 год чистая прибыль составила 1,1 млрд руб., доход Группы компаний «Абрау-Дюрсо» по сравнению в 2019 годом вырос до 8,72 млрд руб. (в 2019 году — 8,23 млрд руб.). Всего же за прошлый год мы продали 41,05 млн бутылок, всего на 5% меньше, чем в докоронавирусном 2019-м.

ЭР: Помимо игристого, на что делает ставки группа компаний? Туризм и недвижимость в поселке также в числе ваших приоритетов?

П. Т. Туризму мы уделяем очень много внимания. Это очень важная поддержка основного бизнеса — виноделия, потому что каждый, кто приезжает на нашу территорию, становится нашим бренд-амбассадором. Я не хочу обижать свой департамент маркетинга, но лучше сарафанного радио еще никто ничего не придумал. Человек, который был у нас на экскурсии, обедал в наших ресторанах,— уже становится нашим послом, он едет к себе домой и рассказывает о том, что он видел и пробовал, как минимум пятерым своим знакомым. Поэтому планы по развитию туризма в Абрау у нас безграничны. Сейчас достраиваем большую гостиницу, есть еще несколько объектов, которые хотим построить.

Мы с отцом очень много ездили по миру и понимали всегда, что виноделие без туристической составляющей, без энотуризма, не работает. Когда люди приходят на завод, пробуют наше вино на месте, они воспринимают его совсем по-другому. У нас особое внимание к территории, к озеру и окружающей среде. Но в том, что касается недвижимости,— мы не девелоперы и не строители. Мы построили поселок Абрау Deluxe, но, если честно признаться, главной нашей целью было выкупить этот участок земли, не допустить, чтобы кто-то понастроил там газобетонных коробок и нарушил бы внешний вид Абрау-Дюрсо. Мы всегда покупали землю рядом с нами не потому, что собираемся на этом заработать, а потому что не хотим допустить здесь строительства чего-то, на что смотреть не хочется. Мы исходим из эстетики, и с поселком Абрау Deluxe так было: сначала купили землю, а потом стали думать, что с этим делать. Так и появились 42 коттеджа, на сегодняшний день все они уже проданы.

Мы стараемся улучшать ту среду, в которой живем,— прежде всего это условия жизни и пребывания в поселке Абрау-Дюрсо. Очень много проектов у Фонда развития «Жизнь Абрау-Дюрсо»: в нашей поддержке нуждаются дороги в районе, детские сады, школы. Недавно мы открыли школу иностранных языков для детей — может, это и «олд фэшн», но, по моему мнению, знание второго языка очень важно и для жизни, и для будущей карьеры. В поселке живут 4 тыс. человек, очень много людей в возрасте. Конечно, им требуется помощь, во время карантина мы развозили еду по домам, помогали поселку всем чем могли: привозили санитайзеры, маски, лекарства, развозили по домам еду. Наши люди, жители Абрау-Дюрсо,— это ведь тоже имидж.