Многозначность слова и ее лингвокультурологический аспект

А.В. МЕДВЕДЕВА

МНОГОЗНАЧНОСТЬ СЛОВА И ЕЕ

ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЙ

АСПЕКТ

Изучается многозначность языковых единиц. Метафора рассматривается как способ развития прямого номинативного значения в мотивированное коннотативное. Знания о культуре выражаются через коннотативный культурный компонент, а семантическое пространство языка понимается как производное от национальной культуры. Лингвокультурологический аспект многозначности слова представлен на примере ЛСГ прилагательных, образованных от названий веществ.

Ключевые слова: многозначность, метафора, коннотация, лингвокультурология, семантическое пространство языка.

лингвистам давно известно такое понятие, как «многозначность языковых единиц», но только в последние десятилетия, и особенно в рамках когнитивной лингвистики, это явление стало «восприниматься не как отклонение от нормы, а как одно из наиболее существенных свойств всех значимых единиц языка, как неизбежное следствие основных особенностей устройства и функционирования естественного языка» [11]. По мысли в.в. виноградова, значения слова и круг его употребления обусловлены лексической системой языка [3]. Иначе говоря, слово нельзя исследовать изолированно от его непосредственного, живого контекстного употребления, вне признания его потенциальной многозначности, под которой мы понимаем возможность реализации у той или иной языковой единицы двух или более значений. Метафора и метонимия, как известно, -два самых популярных способа создания лексической многозначности.

в нашей статье рассматривается метафора, порождающая коннотативное мотивированное значение (семему К1) на основе прямого номинативного значения (денотативной семемы д1). вслед за А. Зализняк мы рассматриваем метафорический перенос из наблюдаемого мира физических явлений в мир ненаблюдаемых идеальных

сущностей (внутренних состояний человека, логических и прочих «абстрактных» отношений) как одну из наиболее фундаментальных связей, формирующих семантическую структуру единиц всех уровней [5]. Исследователями неоднократно отмечалось, что ненаблюдаемый внутренний мир моделируется языком по образцу наблюдаемого внешнего, материального мира [1]. Из сказанного следует, что когнитивные процессы мышления основываются на процессах переноса знаний (информации) от одних структурированных областей знания к другим. Новые знания основываются на предыдущем опыте, при этом некоторые аспекты его переходят в новое качество, а некоторые вообще утрачиваются.

таким образом, в результате когнитивных процессов происходят метафори-зация, осмысление, структурирование не только отдельных образов, но и целых ситуаций реальной действительности, которая осмысливается по-новому. Признаки, свойственные первоначальному пониманию ситуации, приобретают совершенно иной смысл. Аналогия и ассоциация лежат в основе процесса переструктурирова-ния, благодаря которому происходит переключение с одного признака на другой по сходству и подобию, причем сознание выбирает те признаки, которые важны для него в конкретной ситуации.

Когнитивные процессы подчиняются определенным законам высшей нервной деятельности, а именно особенностям зрительного и слухового восприятия, ассоциациям по сходству и смежности, абстрагированию, представляющему собой высший психический процесс обобщенного и опосредованного отражения действительности в ходе анализа и синтеза, в котором участвуют разные когнитивные механизмы мозга. Наглядно-чувственный образ, образующий концепт, присутствует в прямом номинативном значении слова, которое является основой вербализации концепта.

Исследование культуры через язык того или иного народа невозможно в отрыве от рассмотрения национальной кон-цептосферы. Ее уникальность определяется неповторимым своеобразием составляющих ее глобальных единиц мыслительной деятельности - концептов. вербализованная часть национальной концептосфе-

© Медведева А.в., 2010

ры является семантическим пространством того или иного языка. А. Мейе полагал, что нельзя понять язык, не имея представления об условиях, в которых живет народность, говорящая на этом языке [10], а Э. Сепир продолжил его мысль, утверждая, что язык можно рассматривать «как выраженное в символах руководство к культуре» [13]. По мнению В.А. Масловой, для каждого языка, для каждой культуры характерно возникновение специфических созначений -коннотаций. Механизм их возникновения связан с усилением отдельных аспектов значения (часто за счет яркой внутренней формы слова, на базе которой возникают наиболее стабильные ассоциации). Закрепление ассоциативных признаков в значении слова, т.е. возникновение коннотаций, -процесс культурно-национальный [9].

Знания о культуре выражаются и осуществляются посредством коннотативного культурного компонента. По справедливому замечанию В.Н. Телия, культура - это прежде всего процесс и продукт самопознания, нацеленного на установление факта идентичности субъекта культуры с тем, что выделено в этих процессах и продуктах как мерило собственно человеческого в деятельности. Автор считает, что языковое сознание также сопричастно мировоззрению, фиксируемому в языке, и именно культурная коннотация, будучи узуальным воплощением культурной интерпретации в значении языковой сущности, придает языковым знакам функцию квазиэталонов, квазистереотипов и т. п. [14].

В.В. Виноградов, изучая русские фразеологизмы, подчеркивал, что образ, лежащий в основе их значения и употребления, можно уяснить только на фоне той материальной и духовной культуры, в контексте которой они возникли [2]. В.Г. Гак, в свою очередь, отмечал, что в образных употреблениях слов и во фразеологии активизируются потенциальные семантические компоненты значения слова, отражающие свойства, приписываемые ему в данном языковом коллективе [4]. Иными словами, в семантику слов входят фоновые знания, а семантическое пространство языка рассматривается как производное национальной культуры. Процесс осмысления и отражения в национальном языке элементов материальной и духовной культуры народа (предметов и явлений объективной реальности, содержательных и динамических аспектов человеческой дея-

тельности, артефактов) стал, по определению С.А. Кошарной, предметом лингво-культурологии [8].

слово является центральной единицей системы языка. Оно вербализует определенные признаки концепта. «Слово является средством доступа к концептуальному знанию, и, получив через слово этот доступ, мы можем подключить к мыслительной деятельности и другие концептуальные признаки, данным словом непосредственно не названные. Языковая номинация, таким образом, это ключ, «открывающий» для человека концепт как единицу мыслительной деятельности и делающий возможным воспользоваться им в мыслительной деятельности» [12, с. 55].

Сема, самый малый компонент значения, понимается как семантическая единица, отражающая определенный признак обозначаемого предмета или понятия. Несколько сем могут объединяться в семантический признак слова. Семы лежат в основе значений слова, или семем. типы значений слова были определены академиком

В.В. Виноградовым. Его типология легла в основу трудов многих ученых, в том числе М.М. Копыленко и З.Д. Поповой. Согласно их теории, все семемы одной звуковой единицы (лексемы) группируются в четыре типа: два денотативных и два коннота-тивных. Денотативная первая семема (Д1) отражает экстралингвистическую реалию непосредственно, а лексема представляет прямое номинативное значение. Денотативная вторая семема (Д2) отражает некоторую сущность посредством сопоставления ее с семемой Д1, для которой имеется готовое наименование. таким образом, наименование семемы Д1 переносится на семему Д2. однако возникновение семемы Д2 не является процессом развития семемы Д1; семема Д2 - это новая семема, созданная автономно от семемы Д1, но с привлечением одной или нескольких сем семемы Д1.

Коннотативная мотивированная семема (К1) отражает некоторую сущность посредством образа денотативной семемы и выражается только в словосочетаниях. К1 возникает в результате развития значения семемы Д1, а также и семемы Д2. Развитие значения в отличие от использования наименования состоит в том, что семный состав семемы Д1 преобразуется путем перегруппировки или утраты некоторых сем, а также изменения иерархии оставшихся.

Семема К1 обозначает некий денотат путем ссылки на образ другого денотата. При использовании лексемы в статусе К1 происходит совмещение образов Д1 и К1; причем семема К1 часто имеет в языке другую лексему, характеризующую ее в статусе Д1. Коннотативная вторая семема (К2) отличается от К1 отсутствием мотивированной связи с денотативной семемой той же лексемы, а у семемы К3 денотативной основы вообще нет. Совокупность семем одной лексемы называют семантемой [7]. внутри семемы выделяются три основных вида сем, а именно архисемы (родовые интегральные семы), дифференциальные семы (более конкретные семы, отличающие значение слова от других противопоставленных ему значений) и потенциальные, или скрытые (В.Г. Гак, Ю.Н. Караулов, И.В. Арнольд, И.А. Стернин и др.). Лингвокультурологический аспект много -значности слова представим на примере ЛСГ прилагательных, образованных от названий веществ.

Рассмотрим, какие признаки этих прилагательных используются для метафорического образования коннотативного значения (семемы К1) и о каких экстралинг-вистических факторах свидетельствует такое развитие многозначности слов. Можно предположить, что такие факторы определяются культурой быта и духовной жизни народа. Примеры, иллюстрирующие наши наблюдения, взяты из фонда Национального корпуса русского языка. Коннотатив-ные значения мы обнаружили у прилагательных, образованных от названий следующих веществ - мрамора, хрусталя, алебастра, железа, железобетона, камня, дерева, стали, чугуна. Рассмотрим способы развития семемы К1 у самых многозначных из этих прилагательных - КАМЕннЫй, дЕРЕвянный и мраморный, образованных от названий веществ, наиболее известных на Руси с древних пор.

Лексема КАМЕннЫй по семеме Д1 обозначает «относящийся к камню, сделанный из камня» - твердой горной породы кусками или сплошной массой, а также куска, обломка такой породы. Каменная стена. Камень известен человечеству еще с доисторических времен. В эпоху неолита появились каменные топоры, молотки, тесла, долота, мотыги (при их производстве применялись пиление, шлифовка и сверление камня). По потенциальной семе «застывший, недвижимый» эта лексема ис-

пользуется для определения чего-либо безжизненного. Каменное выражение лица. ... с невозмутимым, каменным выражением лица продолжал сидеть на белом коне (В. Быков. Главный кригсман).

По другой потенциальной семе «неживой, бесчувственный» эта лексема приобретает семему К1 «безжалостный, жестокий»: Каменное сердце. ... никому не нужна, все - чужие, каменные (А. Толстой. Черная пятница). Еще одно коннотативное значение «тягостный» развивается у данной лексемы на основании потенциальной семы «давящий»: ... кадетский корпус мне вспоминался как тяжёлый, каменный сон (Г. Газ-данов. Вечер у Клэр). По дифференциальной семе «жесткий» данная лексема реализует еще одно коннотативное значение «черствый»: Они схрумкали крепкий, каменный сухарик за десять минут, ... (Л. Петру-шевская. Маленькая волшебница).

Лексема дЕРЕвяннЫй по семеме Д1 обозначает «имеющий свойства дерева», а также «сделанный, построенный из дерева». Деревянная шкатулка. Деревянный дом. Деревообработка в кустарной и ремесленной форме существовала издавна. В России деревообрабатывающая промышленность возникла в начале XVIII в. и со 2-й половины XIX в. интенсивно развивалась. Наряду с лесопилением появилось фабричное производство мебели, клеёной фанеры и спичечной соломки. Изготовление мебели - одно из древнейших производств.

Древесина характеризуется своим внешним видом (цвет, блеск, текстура), плотностью, влажностью, гигроскопичностью, теплоемкостью и др. Древесину как материал используют в натуральном виде (лесоматериалы, пиломатериалы), а также после специальной физико-химической обработки. Важное декоративное свойство и диагностический признак - цвет древесины, характеристики которого изменяются в широких пределах. Древесина имеет высокие значения коэффициента качества (отношение предела прочности к плотности). Однако наряду с положительными свойствами натуральная древесина обладает рядом недостатков: размеры и форма деталей изменяются при колебаниях влажности.

По потенциальной семе «лишенный выразительности» данная лексема реализует семему К1 «неестественный»: Деревянное выражение лица. Тихо смеется каким-то неживым, деревянным смехом (А. Вол-

ков. Ликвидаторы). По дифференциальной семе «твердый» данная лексема реализует семему К1 «жесткий, застывший»: Петушков назвался, мужик протянул ему деревянную ладонь и тоже назвался ... (В. Пьецух. Крыжовник). По потенциальной семе «непробиваемый» данная лексема реализует семему К1 бесчувственный: когда же вы, наконец, уразумеете это, деревянный вы человек! ... (Б. Васильев. Картежник и бретер, игрок и дуэлянт). По дифференциальной семе «жесткий» данная лексема реализует еще одну семему К1 «грубый»: Он молча поднял руку, потряс деревянным кулаком и замер (Ю. Дружников. Виза в позавчера). По потенциальной семе «простой» данная лексема в отношении построек из дерева реализует семему К1 «без изысков»: Деревня расцветала вокруг пылкой иллюзией деревянного уюта (Е. Радов. Змеесос). По потенциальной семе «лишенный способности мыслить» у данной лексемы есть еще одна семема К1 «неумный, недалекий»: Старые способы смухлевать для ваших деревянных мозгов не годятся ... (А. Иванов. Географ глобус пропил). По сходству звучания со «звуком, издаваемым при постукивании по дереву» эта лексема реализует семему К1 «характерный для изделий из дерева»: Пленник обвел помещение мутным взглядом ... и с деревянным стуком рухнул на пол лицом вниз (О. Дивов. Молодые и сильные выживут). По потенциальной семе «несъедобный» данная лексема реализует семему К1 «невкусный»: ... у нее вечно какая-то шантрапа пасется в доме, она с ними пьет этот ужасный деревянный чай (Д. Симонова. Шанкр). По сходству запаха с запахом древесины данная лексема реализует семему К1 «пахнущий деревом»: ... и, дернув забухшую дверь, ввалишься в деревянное, пробирающее тепло (В. Пьецух. Деревенские дневники).

Лексема мраморный по семеме Д1 обозначает «имеющий свойства мрамора» -твердого и блестящего, обычно с красивым узором камня известковой породы, употребляемого преимущественно для скульптурных и архитектурных работ. Как указывают специалисты, мрамор (лат. тагшог, от греч. шaгшaгos - блестящий камень, каменная глыба) представляет собой кристаллическую горную породу. Мрамор используется с давних пор как конструкционный и облицовочный архитектурный материал благодаря своим пластическим и декоративным достоинствам (твердость; мелко-

зернистость, делающая мрамор податливым в обработке, способным принимать полировку, посредством которой выявляются тональное богатство мрамора и красота его однородной, пятнистой или слоистой структуры). Мрамор используется также для создания мозаичных композиций, рельефов и круглых изваяний, а его относительная прозрачность порождает на поверхности скульптуры тончайшую игру света и тени.

На основании этих свойств мрамора данная лексема используется для определения рисунка, подобного расцветке мрамора. Мраморный узор. Также на основании этого признака с положительной оценочной семой данная лексема может выступать в качестве определения цвета лица или кожи (цвета мрамора). Мраморный лоб. Мраморные плечи. ... мраморная бледность... роскошные ресницы, соболиные брови ... (Д. Рубина. Несколько торопливых слов любви). С добавлением дифференциальной семы «каменный, из которого делают памятники на могилах» данная лексема реализует коннотативное значение «неподвижный»: Ну, лежит, молчит, как мраморный, потом приходит в себя и начинает шипеть... (Г. Прашкевич, А. Богдан. Человек «ч»). В собранных нами примерах встречаются также индивидуально-авторские коннотации. В приводимом ниже контексте у лексемы МРАМОРНЫЙ по потенциальной семе «отделанный до блеска, отполированный» наблюдаем развитие коннотативного значения безупречный: Этому самому Крымову Троцкий о его статье говорил, что она мраморно написана. ...Я его мраморных статей не читал (В. Гроссман. Жизнь и судьба).

Рассмотренные примеры позволяют сделать некоторые выводы. Прилагательных, образованных от названий строительных материалов и развивающих семемы К1, не так много. Признаки этих прилагательных, используемые для развития кон-нотативных значений, можно определить как признаки внешнего вида, внутренних свойств и качеств веществ, издаваемого ими звука или вызываемого ими ощущения. Внутренняя форма слова так или иначе проступает в коннотативных значениях слов, часто на уровне потенциальных сем. Коннотативные семемы развивают в большинстве случаев прилагательные, образованные от существительных, называющих вещества, широко известные и востребованные на Руси с давних времен. Выделив

группу прилагательных, развивших кон-нотативные семемы, мы тем самым определяем материалы, которые были известны на Руси издавна и входили в культуру ее быта и повседневной действительности. Лингвистический анализ слов определенного семантического поля является одним из способов войти в область концептов данной культуры с целью лингвокультурологического изучения.

литература

1. Арутюнова Н.Д. Предложение и его смысл. М., 1976.

2. Виноградов В.В. Русский язык: Грамматическое учение слова. М., 1972.

3. Виноградов В.В. Слово и значение как предмет историко-лексикологического исследования // История слов. М., 1999. С. 5 - 38.

4. Гак В.Г. Метафора в языке и тексте. М., 1988.

5. Зализняк А.А. Многозначность в языке и способы ее представления. М., 2006.

6. Копыленко М.М., Попова З.Д. Очерки по общей фразеологии. Воронеж, 1978.

7. Кошарная С.А. Миф и язык. Белгород, 2002.

8. Маслова В.А. Введение в лингвокульту-рологию. М., 1997.

9. Мейе А. Сравнительный метод в историческом языкознании. М., 1954.

10. Плунгян В.А., Рахилина Е.В. Полисемия служебных слов: предлоги ЧЕРЕЗ и СКВОЗЬ // Русистика сегодня. 1996. № 3. С. 1 - 17.

11. Попова З.Д., Стернин И.А. Семантикокогнитивный анализ языка. Воронеж, 2006.

12. Сепир Э. Избранные труды по языкознанию и культурологии. М., 1993.

13. Телия В.Н. Коннотативный аспект семантики номинативных единиц. М., 1986.

Multiple meaning and its linguistic cultural aspect

There is researched the multiple meaning of language units. The metaphor is regarded as the way of developing the direct nominative meaning into motivated connotative one. Cultural knowledge is expressed through the connotative cultural component and the semantic language space is the derivative of national culture. Linguistic cultural aspect of multiple meaning of words is done on the adjectives derived from substance names.

Key words: multiple meaning, metaphor, connotation, linguistic cultural studies, semantic language space.

Т.л. МАсыч

концепт «преступление» в профессиональной картине мира сотрудников правоохранительных органов

На основании результатов свободного ассоциативного эксперимента осуществлено моделирование лингвокультурного концепта «преступление» как одного из центральных элементов профессиональной картины мира сотрудников правоохранительных органов.

Ключевые слова: концепт, профессиональная картина мира, свободный ассоциативный эксперимент, преступление, правоохранительные органы.

Наряду с общеязыковой картиной мира в качестве объекта лингвистического исследования могут рассматриваться профессиональные картины мира, в которых закрепляются представления людей о феноменах и процессах, связанных с их профессиональной деятельностью. По словам А.Д. Шмелева, «иногда различия между разными языковыми картинами мира внутри одного языка оказываются больше, чем межъязыковые различия» [6, с. 15]. Чем более специфична профессиональная деятельность и чем более закрытой является профессиональная группа, тем большие отличия мы сможем увидеть между концептами общеязыковой картины мира и картины мира представителей данной профессии.

Объектом нашего изучения стала профессиональная картина мира сотрудников правоохранительных органов. Проведенный анализ [2] специфичных языковых средств, употребляемых данной социальной группой, позволил выявить четыре базовых концепта картины мира сотрудников правоохранительных органов -«преступление», «милиционер», «преступник», «потерпевший». В рамках настоящей статьи мы подробно рассмотрим концепт «преступление», реализующийся в изучаемой картине мира.

© Масыч Т.Л., 2010