К проблеме сохранности памятников античной архитектуры: реставрация или реконструкция?

ИСКУССТВОЗНАНИЕ

УДК 72.032 :726.025.3/4

К. Б. Косенкова

К проблеме сохранности памятников античной архитектуры: реставрация или реконструкция?

В статье рассматриваются возможности реставрации и реконструкции памятников античной архитектуры, их историческое развитие и перспективы. На сегодняшний день 3Б-реконструкции играют все возрастающую роль в сохранении архитектурного наследия, сочетая теоретическое знание и его практическое воплощение.

This author discusses the possibility of restoration and reconstruction of monuments of ancient architecture in both synchronic and diachronic perspectives. Today, 3D reconstructions combining theory and its practice, are growing more and more important in preserving architectural heritage.

Ключевые слова: античная архитектура, храм Афины, реставрация, реконструкция, 3D-реконструкция.

Key words: ancient architecture, the Temple of Athena, restoration, reconstruction, 3D reconstruction.

Реставрация - укрепление и восстановление памятников истории, культуры и искусства, поврежденных, искаженных или разрушенных временем, вредными условиями бытования, губительными или неумелыми воздействиями. Реконструкция - проведение комплексных строительных и отделочных работ с целью качественного изменения показателей здания. Для реконструкции, в отличие от реставрации, первоочередной целью является восстановление функциональных качеств здания, а не его внешнего вида.

Традиционно к реставрации относят все виды исследовательских, предпроектных, проектных, производственных, инженерных или иных работ, производимых на недвижимых памятниках исто-

© Косенкова К. Б., 2013

рии и культуры и их территориях в различных сочетаниях и независимо от характера и объема представляющих единый процесс. В ходе реставрации укрепляется структура памятника с применением материалов, подобных первоначальным, или с применением современных средств, если они не вредят памятнику; исправляются деформированные части; восстанавливаются или удаляются химически изменившиеся элементы; (часто) устраняются позднейшие дополнения.

Реконструкция здания предусматривает проведение следующих работ: полную или частичную реорганизацию объекта с изменением конструктивно-технических характеристик; проведение дополнительных строительных работ (надстройка, пристройка); реконструкция или полная замена всех инженерных коммуникаций; усиление несущих конструкций. В законе об объектах культурного наследия понятие реконструкции отсутствует.

Попытки реставрации памятников архитектуры известны уже в античности, однако вплоть до XVШ-XIX вв. они обычно сводились к простому ремонту или подновлению объекта с актуальными в текущем периоде истории изменениями. Как самостоятельная дисциплина реставрация памятников зарождается в середине XIX в. в рамках христианского мировоззрения, в котором «время оценивается как направленный процесс, имеющий начало и конец, прошлое и будущее. Отсюда вытекает возможность безвозвратной утраты тех ценностей, которые формируют основы культуры, а значит, и требования к их безусловному сохранению» [1, с. 32]. До этого времени в основном занимались ремонтом, починкой, и именно такое значение вкладывалось в сам термин «реставрация».

В эпоху Просвещения, пропагандировавшую идею сохранения духовных и материальных ценностей человечества, их изучения и систематизации, в реставрации были выделены два основных направления: художественное и техническое, сохранившееся и до настоящего времени. Художественное направление в реставрации имело богатые традиции и опыт, накопленный за прошедшие века, поскольку в определенном смысле восполнением утраченного занимались еще со времен Античности. Однако по мере роста числа реставрированных на такой основе сооружений просвещенным обществом осознавалось, что при этом место памятника занимает, скорее, его образ, модель. Исторические документы хранят многочисленные свидетельства деятельности, которая подпадает под

определение реставрации. Например, замена египетскими фараонами голов древних статуй, восстановление храмов и светских сооружений после землетрясения в Помпеях, многовековая практика подновления икон. Техническое же направление, таким образом, оказывается сродни реконструкции, как мы ее понимаем в настоящее время.

Следует отметить, что проблема сохранения памятников прошлого в их подлинном виде является специфической проблемой европейской культуры. Для восточной культуры, стремящейся к духовному развитию и становлению, характерна в основном низкая роль материальных объектов. Это подтверждается тысячелетними традициями замены ветшавших древних пагод их точными копиями. Воссозданный храм принимал на себя все значения предшествующей постройки. В некотором роде подобную практику можно найти и в православной культуре, когда список с чудотворной иконы перенимал не только значения образца, но и его чудодейственные свойства.

Один из самых ранних известных нам документов в защиту памятников относится к правлению римского императора Майориана. В эдикте «Об общественных зданиях» 458 г. говорится, что все здания, которые были воздвигнуты в древности для общего блага и украшения города, будь то храмы или иные памятники, не должны быть никем разрушаемы, и никто не должен к ним прикасаться [8].

Однако реальное отношение к наследию складывалось под влиянием и более прагматических критериев, в первую очередь, критериев вкуса определенной эпохи, ее идеологических установок. Особенно интересна судьба построенного в античное время храма Афины в Сиракузах. Возведённый в V в. до н. э. в честь победы над Карфагеном при Имере храм был впоследствии превращён в христианскую базилику, а его архитектура претерпела существенные изменения, в которых была отражена суть тех перемен, которые характеризуют иное, нежели в Античности, восприятие человеком мира и своего места в нём, отразившиеся в приспособлении старых форм к новому контексту. Тираны и римские наместники многое изменили во внешнем облике храма, а в VII в. н. э. с приходом Византии на остров храм и был перестроен в христианскую базилику, посвященную Деве Марии. Тогда основное пространство храма было разделено на три нефа мощными аркадами из того же местного песчаника, который послужил материалом при строительстве первого храма. Для этого был использован простой метод, встречаю-

щийся в аналогичных перестроенных в христианские базилики храмах (например, храм Согласия в Агригенте). Центральный объем был переделан в центральный неф, пространства, заключенные между стенами и колоннадами, интерколумнии которых закрыли, стали боковыми нефами. Ориентация храма по сторонам света была изменена из-за необходимости обратить на восток хоры собора: вход с востока был заложен и устроен с противоположной стороны. В таком виде, несмотря на сменяющие друг друга владычества арабов и католиков, которые, как видно, отличались определенной веротерпимостью, базилика простояла десять веков, до землетрясения 1693 г.

Восстановлением собора, освященного после реставрации как собор Святой Лючии, покровительницы Сиракуз, в ХУШ в. занимался приверженец стиля барокко Андреа Пальма, статуи фасада исполнены скульптором Марабитти. Конструкция храма не претерпела особых изменений: были лишь удалены некоторые внутренние стены (между наосом, портиком и опистодомом), а пространства между наружными колоннами, наоборот, заложены таким образом, что колонны выступают из стен примерно на треть объема во внутреннее пространство и на 78 - наружу. Также была увеличена высота стен над современным входным пространством, и с Соборной площади, с главного фасада, собор производит впечатление двухэтажного, что подчеркнуто поэтажной группировкой барочных элементов декора. В интерьере собора сочетаются и дополняют друг друга мраморные барочные купели, средневековые норманнские фрески и сохранившиеся архитектурные фрагменты храма Афины. Апсида собора, выполненная в византийском стиле, относится ко времени его перестройки в VII в. Древнегреческие надписи на мраморных плитах, которые также находятся в соборе, происходят из катакомб Сан-Джованни и не относятся к храму. В 1927 г. была проведена реставрация, в ходе которой были изъяты многие барочные детали, однако сохранено деревянное перекрытие собора и восстановлены фрески, созданные для базилики [7, р. 16].

Еще в начале XVI в. именно против эгоистических устремлений своих предшественников и современников, призывавших ценить в прошлом только созвучное их взглядам, выступал художник и теоретик искусства Альбрехт Дюрер, когда писал в набросках к «Четырем книгам о пропорциях»:

«Часто случается, что благородные гении угасают из-за грубых притеснителей искусства. Ибо когда последние видят изображенные линиями фигуры, они принимают это за суетное порождение дьявола, однако,

уничтожая их, они совершают неугодное богу. Ибо, рассуждая по-человечески, бог недоволен теми, кто уничтожает великое мастерство, достигнутое большим трудом и работой и затратами большого времени и исходящее только от бога» [6, с. 157].

Избирательный характер наследования всегда приводил к отрицанию некоторых, а иногда и многих, ценностей и, следовательно, их материальных носителей, унаследованных от прошлого. Такое отрицание особенно характерно на переломах эпох, что и можно наблюдать на примере храма Афины в Сиракузах, где смена исторических и религиозных режимов провоцировала кардинальные изменения в архитектуре культового сооружения.

Борис Николаевич Засыпкин (1891-1955), русский архитектор и реставратор, несколько лет занимавшийся охраной памятников архитектуры, предложил вывести реконструкцию за рамки практических реставрационных работ, за исключением тех случаев, когда «помимо чисто научных запросов, этого требует весь ансамбль» [2, с. 207]. Он окончательно сформировал идею компромисса между археологическими и художественными интересами. Методы восстановления памятника переставали быть средством воссоздания утраченного и былого и стали рассматриваться как инструмент аналитического выявления целостности произведения.

В 1931 г. Международным советом по музеям была созвана Афинская конференция по вопросам реставрации памятников культуры. Афинская хартия, разработанная и принятая на конференции, впервые ввела в употребление термин «всемирное наследие». Для своего времени Афинская хартия стала большим шагом вперед с точки зрения теоретической подготовки, анализа ситуации в Европе и мире, а также детальности проработки вопросов реставрационной методики. В том же году, чуть позднее, в Афинах впервые состоялась Международная конференция реставраторов. В решениях этой конференции есть ряд формулировок, напрямую перекликающихся с основными положениями хартии реставрации. На конференции было высказано мнение о том, что, несмотря на многообразие специфических случаев, для которых всегда требуются разработка особых решений, в целом по отношению к реставрации доминирует общая тенденция, не предполагающая полного восстановления. Однако если реставрация по той или иной причине представляется неизбежной, то к памятнику следует относиться с максимальным уважением, не искоренять стиля или наслоения эпох.

Вместе с тем в решениях Афинской конференции можно увидеть первую попытку преодолеть узость сугубо археологического

подхода к реставрации памятников архитектуры. Взгляд на реставрируемый памятник как на археологический объект способствовал формированию отношения к нему, далекого от современной жизни, как к изолированному явлению. Приоритет подобных тенденций грозил перевести реставрацию и охрану памятников в целом в область максимально неприкладную, оторванную от современных реалий и интересов, при всем совершенстве технических методов проведения работ. Такое положение дел не удовлетворяло просвещенное сообщество само по себе и не обеспечивало возможности эффективной охраны наследия.

В решениях конференции обозначены пути преодоления сложившейся тенденции. В общей форме звучит мнение о желательности использования памятников для обеспечения их жизнеспособности, призыв относиться с уважением к облику городов и особенно к окружению памятников. Одним из принципиально важных можно отметить тезис о необходимости включения пропаганды памятников в образовательные программы. Практическое значение решений Афинской конференции было ограничено исторической ситуацией обострения политических конфликтов, надвигающейся войной в Европе и мире, но они во многом предвосхищали новые тенденции, получившие развитие уже после Второй мировой войны.

В 1964 г. в Венеции прошел Второй конгресс архитекторов и специалистов по охране исторических памятников, на котором было принято 13 резолюций. Первой была принята «Венецианская хартия» - Международная хартия по вопросам сохранения и реставрации памятников и исторических мест. В рамках второй резолюции была создана организация ИКОМОС (англ. International Council on Monuments and Sites), главной задачей которой является осуществление доктрин Венецианской хартии.

На современном этапе развития науки и техники общая тенденция при работе с памятниками сместилась в сторону консервации. На это указывают исследования А.Ф. Лосева, Л.А. Лелекова, Ю.Г. Боброва, В.Г. Белозерова, А.А. Галышевича, Б.Т. Сизова, М.Г. Малкина и др. Современная точка зрения выражена в числе прочих Леонидом Аркадьевичем Лелековым, который пишет в своей статье «Проблемы теории и методологии реставрации» о том, что «наметился ряд принципиальных подходов в области практической реставрации. Мы наблюдаем новый взгляд на "подлинность", методы реставрации и профилактики. Превентивная консервация становится все более актуальной и признается неотъемлемой частью

реставрационной деятельности, и тем более необходимой становится объективная обоснованность практических методов. От них зависит подлинность оригинала, в том числе самого материала, формы и ее исторической значимости» [5, с. 40].

Принцип стилистической реставрации долгие годы определял развитие реставрационного дела. В постиндустриальном обществе реставрация считается вынужденной мерой, когда исчерпаны все возможности консервации памятника архитектуры. Международные требования предписывают максимально сохранять архитектурное наследие городов, а утрата объекта культурного наследия признается необратимой потерей.

Возвращаясь к вопросу о реконструкции, необходимо отметить, что если рассматривать основную цель реконструкции как восстановление функциональных качеств здания, а не только его внешнего вида, то следует признать, что из-за неоднократной реогранизации общественных устоев это становится невозможным. И если реконструкция представляется справедливым и логичным методом сохранения относительно современных нам построек, в том, что касается ранних периодов, и тем более, античности, реконструкция оказывается если и возможной технически, то полностью несостоятельной идеологически.

Суммируя все вышесказанное, можно сделать вывод о том, что сегодня в восстановлении облика многих памятников античности может помочь все чаще применяемый в последние годы способ реконструирования построек средствами компьютерной графики (автоматизированное проектирование в профессиональных программах). 3D-моделирование позволяет создавать трехмерные модели архитектурного памятника на любом этапе его существования, оставляя реальное сооружение неизменным, что позволяет применить к нему методы консервации, воспроизводя, однако, первоначальный (или иной необходимый) облик здания. Это переводит работу исследователей на новый уровень. Такое становится возможным после детального изучения и замеров всех элементов конструкции здания, т. е. по результатам традиционного архитектурно-археологического обследования. «Создание компьютерных моделей в принципе возможно для любого исторического памятника, частично сохранившегося или полностью утраченного. Для пространственного позиционирования прежде всего необходимо наличие планового решения, а дальнейшая точность 3D модели находится в прямой зависимости от полноты исторического материала, собранным исследователем» [3, с. 7].

Уровень развития современных компьютерных систем не только позволяет воссоздать общий внешний облик и интерьер здания, но и совместить реальное пространство с трехмерной моделью в режиме реального времени. Такой эффект достигается за счет трехмерной съемки места расположения памятника и последующего сопоставления опорных точек на ландшафте и в модели, хотя в настоящее время 3D-реконструкции архитектурных памятников все еще остаются довольно трудоемкими не только с точки зрения сбора материалов, но и из-за недостаточно широких возможностей техники. Постоянное развитие компьютерных технологий позволяет постепенно наращивать мощности и использовать программы трехмерного моделирования применительно к истории искусства и, в частности, к истории архитектуры. К тому же, для все большего количества программ их разработчики создают специальные модули и технологии, адаптированные к задачам исторического исследования.

«Виртуальные технологии - это развитие старой музейной традиции на новом уровне. Благодаря своей зрелищности и наглядности применяются компьютерные реконструкции отдельных утраченных либо частично разрушенных объектов, неосуществленных проектов (например, памятник III Интернационала В. Татлина -так называемая Башня Татлина, компьютерная модель которого создана специалистами Русского музея)» [4]. Появившаяся возможность сохранения объектов мирового наследия в цифровом формате, сочетающем в себе теоретическое знание и практическое воплощение, позволяет представить базу исторических сведений с помощью современных технологий, что в свою очередь обеспечит рост интереса широкой общественности к культурному наследию. Помимо этого, так как 3D-модель существует только в цифровом представлении, воспроизводимом при помощи компьютерных технологий, результаты 3D-реконструкций публикуются в сети Интернет, что позволяет миллионам людей получить доступ к данной информации в кратчайшие сроки. ЮНЕСКО, заинтересованное в популяризации научного знания, поощряет развитие 3Б-реконструкций, и в настоящее время в странах Европы и в США все быстрее идет процесс развития и расширения научных центров в рамках международных проектов по сохранению культурного наследия.

Список литературы

1. Грабарь И. Э. Для чего надо охранять и собирать сокровища искусства и старины. - М.: Тип.-лит. И.Н. Кушнера и К, 1919.

2. Засыпкин Б.Н. Архитектурные памятники Средней Азии. Проблемы исследования и реставрации // Вопр. реставрации. - Вып. 2. - М: ЦГРМ, 1928.

3. Кальницкая Е. Я. Трехмерное моделирование как новый инструмент историка архитектуры. - СПб., 2005.

4. Кисель О.М., Потапенко Н. В. Виртуальные реконструкции как интерпретация художественного наследия. Тез. докл. к 11-й ежегодной междунар. конф. «EVA-2008, Москва». - М.: Пашков дом, 2008.

5. Лелеков Л.А. Проблемы теории и методологии реставрации // Реставрация памятников истории и культуры: информ. обз. Вып.2. - М.: Изд-во ГБЛ, 1986.

6. Нессельштраус Ц. Литературное наследие Дюрера // Дюрер А. Трактаты. Дневники. Письма / пер. Нессельштраус. - М.: Искусство, 1957.

7. Messineo G., Borgia E. Sicile Ancienne. - Italie. - Roma, 2005.

8. Nov III. De aedificiis publicis // Theodosiani Libri XVI, II Ed. Th. Momm-sen, P. Meyer, Berlin, 1905.