Процесс усиления протестного движения в сфере здравоохранения Иркутской области в конце ХХ века: причины, действия, итоги. Часть 2

реализовывались проекты в области кооперативного образования. Но вместе с тем данный вид деятельности кооперативных организаций осложнялся некоторыми моментами. К таковым можно отнести внутрико-оперативную борьбу между сторонниками интенсивной неторговой работы и ее противниками, финансовую слабость организаций, отсутствие данного вида деятельности в кооперативном законодательстве, что наряду с активным участием в товариществах (обще-

ствах) политических ссыльных и приводило к контролю со стороны государственных органов. Все это вместе с незначительным количеством информации в специализированной периодической печати говорит о том, что культурно-просветительская работа, несмотря на разнообразие форм, не носила массового характера и зачастую держалась на энтузиазме отдельных кооперативных деятелей.

Статья поступила 18.11.2014 г.

Библиографический список

1. Баранов О.А. Библиотеки кооперативных организаций Восточной Сибири (1910-1917 гг.) // Распространение книги в Сибири (конец XVIII - начало XX в.). Новосибирск, 1990. С. 136-148.

2. Государственный архив Красноярского края (ГАКК). Ф. 596. О. 1. Д. 19.

3. Забайкальский хозяин. 1910. № 3. С. 23.

4. Илимский Д.И. Кооперативные союзы Сибири (1908-1918 гг.). М.: Всерос. центр. союз потреб. о-в, 1919. 102 с.

5. Иркутский кооператор. 1916. № 2.

6. Иркутский кооператор. 1916. № 13.

7. Иркутский кооператор. 1916. №№ 14, 15.

8. Иркутский кооператор. 1917. №№ 1, 2.

9. Иркутский кооператор. 1917. №№ 3, 4.

10. Иркутский кооператор. 1917. №№ 5, 6.

11. Иркутский кооператор. 1917. № 7.

12. Кооперативное дело. 1917. № 1.

13. Ленин В.И. Полное собрание сочинений: В 55 т. М.: Политиздат, 1969. Т. 37. 747 с.

14. Сибирская деревня. 1916. №№ 17, 18.

15. Сибирская деревня. 1917. №№ 1,2.

16. Сибирская деревня. 1917. № 15.

17. Сибирская деревня. 1919. №№ 4, 5.

18. Щербаков Н.Н. Влияние ссыльных пролетарских революционеров на культурную жизнь Сибири. Иркутск: Изд-во ИГУ, 1984. 244 с.

УДК 908:61

ПРОЦЕСС УСИЛЕНИЯ ПРОТЕСТНОГО ДВИЖЕНИЯ В СФЕРЕ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ В КОНЦЕ ХХ ВЕКА: ПРИЧИНЫ, ДЕЙСТВИЯ, ИТОГИ. ЧАСТЬ 2

© Е.С. Оболкин1

Иркутский государственный технический университет, 664074, Россия, г. Иркутск, ул. Лермонтова, 83.

Исследуются причины, действия и итоги процесса усиления социального протеста в отрасли здравоохранения Иркутской области в конце ХХ века. На основании проведенных исследований установлены особенности процесса усиления в конце ХХ века протестного движения в сфере здравоохранения Иркутской области и научно обоснованы хронологические рамки данного периода. Научная новизна результатов исследования заключается в том, что данная тема является малоизученной. Библиогр. 2 назв.

Ключевые слова: социальный протест; здравоохранение; забастовки; профсоюзы.

STRENGTHENING OF PROTEST MOVEMENT IN THE IRKUTSK REGION HEALTH SECTOR IN THE LATE TWENTIETH CENTURY: CAUSES, ACTIONS AND RESULTS. PART 2 E.S. Obolkin

Irkutsk State Technical University, 83 Lermontov St., Irkutsk, 664074, Russia.

This article examines the causes, actions and results of the process of social protest strengthening in the healthcare sector of the Irkutsk region in the late twentieth century. On the basis of conducted researches the author specifies the features of the discussed process and gives a scientific substantiation of the chronological framework of the period. Scientific novelty of the research results lies in the fact that this subject is still poorly investigated. 2 sources.

Keywords: social protest; healthcare; strikes; labor unions.

Данная тема находится на стыке истории, политологии и социологии и является на сегодняшний момент малоизученной с точки зрения этих наук. Комплексные исторические исследования регионального

отраслевого социального протеста вообще отсутствуют, а без изучения этого явления в сфере здравоохранения невозможно полное и всестороннее научное исследование общероссийской и региональной

1Оболкин Евгений Сергеевич, кандидат исторических наук, доцент кафедры дизайна, тел.: 89642100219, e-mail: eobolkin@inbox.ru

Obolkin Evgeniy, Candidate of History, Associate Professor of the Department of Design, tel.: 89642100219, e-mail: eobolkin@inbox.ru

истории конца ХХ в.

Целью статьи является комплексное исследование причин, акций и итогов протеста медицинских работников Иркутской области в конце ХХ в. и всесторонний анализ данных действий в сфере здравоохранения региона.

С 1994 г. началось усиление социального протеста в сфере здравоохранения Иркутской области, так как медики региона выдвинули политические требования, и была проведена совместная межотраслевая акция протеста.

22 января 1996 г. II пленум профсоюза работников здравоохранения РФ выработал ряд предложений в адрес правительства РФ, в числе которых одним из основных пунктов являлось принятие мер по реализации требований II съезда профсоюза работников здравоохранения по поддержке государством отрасли, а также по ликвидации задолженности финансирования в учреждениях здравоохранения, госсанэпиднадзора, медицинской науки и образования, в том числе по заработной плате [2].

По состоянию на первую половину февраля 1996 г. деньги были перечислены в Чунский, Черемховский, Качугский, Усольский и Тулунский районы (всего 6,5 млрд руб.), а по заверениям Ю.А. Кустова на II пленуме Иркутского обкома профсоюза работников здравоохранения, состоявшегося 16 февраля 1996 г. в г. Иркутске, до 15 марта 1996 г. область сможет рассчитаться с работниками бюджетной сферы полностью за 1995 г. [1]. Тем не менее участники данного пленума еще раз обратились в правительство РФ с требованием до 15 марта погасить задолженность по зарплате в учреждениях системы здравоохранения, службы Госсанэпиднадзора, научных и образовательных учреждениях.

Необходимо заметить, что данная «эпопея» с долгами по зарплате бюджетникам области проходила на фоне и так невысокой заработной платы тех же медиков. Так, по состоянию на 16 февраля 1996 г. в Иркутской области врач в среднем получал 57,8% от средней зарплаты по промышленности в Приангарье. В феврале 1996 г., по расчетам Министерства труда РФ, ставки (оклады) с первого по тринадцатый разряды (даже с учётом ноябрьского повышения в 1995 г.) были ниже прожиточного минимума [1]. К тому же за годы реформ в России по данному показателю можно отметить отрицательную динамику для работников здравоохранения Иркутской области, так как в 1991 г. средняя зарплата врача составляла 67% от средней зарплаты по промышленности области [1].

Иркутский государственный медицинский университет также столкнулся с проблемой неплатежей, в частности, в 1995 г. три месяца он не получал финансирования на стипендии, но после поездки двух членов студенческого профкома ИГМУ в Министерство здравоохранения РФ с университетом по стипендиям рассчитались за 1995 г. полностью [1]. Кроме того, ИГМУ в 1996 г. являлся самым «многодетным», так как в нем было больше, чем в других вузах матерей-одиночек, и поэтому очень остро стоял вопрос с за-

держкой выплат пособий на детей. Именно в силу данных причин председатель студенческого профкома ИГМУ В.Н. Макуха заявил 16 февраля 1996 г. на II пленуме Иркутского обкома профсоюза работников здравоохранения о том, что если в здравоохранении Приангарья сложится критическая ситуация, то своими коллективными действиями студенческий профком университета поддержит Иркутский обком отраслевого профсоюза медиков.

Тема различного вида задолженностей и недофинансирования красной нитью проходила через подавляющее большинство выступлений на II пленуме Иркутского обкома профсоюза работников здравоохранения 16 февраля 1996 г. В частности, председатель Качугского отраслевого совета председателей профкома (СПП) Г.Г. Зайкова констатировала, что медики данного района не получали зарплату с октября 1995 г.; на питание пациентов было выделено лишь 1/4 от необходимой суммы; на лечение онко-туберкулезных больных было профинансировано 51% от необходимых средств, а задолженность по коммунальным льготам составила 422 млн руб. По данным проблемам Качугский отраслевой СПП неоднократно обращался в местную мэрию и к губернатору Иркутской области, но безрезультатно. В итоге, Г.Г. Зайкова на пленуме 16 февраля предложила провести проверку распределения бюджетов на местах, а финансирование учреждений здравоохранения производить через облздравот-дел.

Более категорично на данном пленуме высказалась председатель профкома Киренской ЦРБ М.П. Стебловская. Дело в том, что сотрудники этой больницы денег за труд не получали с ноября 1995 г., задолженность по заработной плате составляла 250 млн руб., и, чтобы выбраться из долгов, киренские медики приняли решение: 1) прекратить плановые выезды врачебных бригад на село; 2) в связи с ростом задолженности перед аптекой № 18 частично приостановить исполнение льгот, предусмотренных законом «О ветеранах», до восстановления средств администрацией Киренского района; 3) ввести медосмотры декретированных групп за счет личных средств граждан или предприятий; 4) приостановить работу врачебных бригад в призывных комиссиях райвоенкомата, пока не произведут оплату; 5) выдавать бесплатно молоко детям в возрасте только до одного года.

В связи со всем вышеперечисленным М.П. Стебловская заявила о том, что медики Киренского района Иркутской области готовы бастовать, у них нет другого выхода.

Выступавший на этом же пленуме председатель профкома государственного многопрофильного предприятия «Техномед» А.Г. Иванов высказал мнение о том, что коллективная акция - это сейчас единственная форма протеста. Данная позиция вполне понятна, так как предприятие «Техномед» обслуживало лечебные учреждения Иркутской области, социально-экономическое положение которых было плохим, в результате чего взаимозачеты не шли, и задолженность лечебных учреждений области перед «Техно-

медом» к 16 февраля 1996 г. составила 1 млрд 250 млн руб. Кроме того, работники предприятия «Техно-мед» по состоянию на эту же дату не получали заработную плату в течение года, а только авансы [1].

Председатель комитета здравоохранения Иркутской областной администрации Н.А. Дудко на данном пленуме поднял вопрос об ухудшении качества работы медиков. Он в частности констатировал, что уже поступило 30 запросов прокурора о неправильном оказании медицинской помощи, и из них в 25-ти случаях вина медиков была доказана. Кроме того, по поводу акций протеста работников здравоохранения Н.А. Дудко заявил, что медикам нужно обязательно объединиться с учителями, и необходимо применять любой метод в отстаивании своих трудовых прав, но не отказывая в помощи больному, а на местах просить, чтобы мэры полностью отчитались об использовании денег.

В итоге участники II пленума Иркутского обкома профсоюза работников здравоохранения приняли обращение к депутатам Законодательного собрания, администрации области и руководителям городов и районов. В данном документе говорилось о том, что кризис в отрасли усугубляется: не хватает лекарств и медтехники; надежды на привлечение дополнительных средств не оправдались, средства от поспешно введенного добровольного и обязательного медицинского страхования используются как предлог для еще большего сокращения бюджетных ассигнований на здравоохранение. Также в обращении было отмечено бедственное положение врачей и других работников отрасли, которые доведены до крайности систематической задержкой выплаты заработной платы, но клятва Гиппократа не позволяет им бастовать.

Данные претензии к местной власти были полностью обоснованы, так как по расчетам комитета здравоохранения администрации Иркутской области затраты на нужды медицины в 1995 г. составили 50-70% от потребности и в 1996 г. практически не финансировались, а оплата труда работников здравоохранения Приангарья в это время, в условиях роста цен и инфляции, отставала от заработной платы других категорий трудящихся и по-прежнему была намного ниже, чем в среднем по народному хозяйству [1].

В 1996 г. в Иркутской области наблюдались и внутрипрофсоюзные проблемы, о чем также свидетельствует постановление II пленума Иркутского обкома профсоюза работников здравоохранения от 16.02.1996 г. В нем отмечалось, что допускается излишняя абсолютизация самостоятельности профсоюзных органов среднего звена и первичных организаций, которая приводит к снижению дисциплины, потере управляемости структурами, резкому снижению ответственности кадров и актива, а дела и подлинные преобразования в интересах членов профсоюза идут крайне медленно и непоследовательно [1].

В итоге в целях более полного отражения интересов работников отрасли здравоохранения и повышения роли профсоюзных органов II пленум Иркутского обкома профсоюза работников здравоохранения 16

февраля 1996 г. постановил:

1) рекомендовать территориальным организациям профсоюза в рамках мероприятий, посвященных 90-летию профсоюзного движения в отрасли здравоохранения, 80-летию образования Иркутской областной профсоюзной организации работников здравоохранения, в течение 1996 г. провести торжественные мероприятия с использованием активных встреч с ветеранами профсоюзного движения в отрасли, и предусмотреть в них организационно-пропагандистские мероприятия по укреплению членства в профсоюзных организациях, повышению авторитета профсоюза. Кроме того, ежеквартально направлять в адрес обкома профсоюза работников здравоохранения информацию о социально-экономическом положении в учреждениях отрасли, а также в срок до 28 февраля 1996 г. представить информацию в обком профсоюза о целесообразности проведения отраслевой акции протеста и формах ее проведения, предусмотренных законодательством РФ;

2) президиуму обкома профсоюза работников здравоохранения обратиться в администрацию Иркутской области, правительство РФ с тем, чтобы эти органы власти приняли срочные меры по ликвидации задолженности по финансированию учреждений здравоохранения, госсанэпиднадзора, медицинской науки и образования; обратиться в областную администрацию с предложением о финансировании системы здравоохранения через профильный комитет; в целях объединения усилий профсоюзов непроизводственной сферы, координации совместных действий по защите законных требований членов профсоюзов войти в состав Иркутского отделения ассоциации профсоюзов работников непроизводственной сферы РФ в качестве его членской организации; утвердить и принять к исполнению целевую программу реализации концепции деятельности профсоюза работников здравоохранения в части организационного и финансового укрепления профсоюза;

3) территориальным, первичным профсоюзным организациям предложить считать работу по организационному и финансовому укреплению важнейшим направлением деятельности всех профорганов и актива.

Таким образом, в феврале 1996 г. Иркутским обкомом профсоюза работников здравоохранения были приняты решительные меры по организационному укреплению, усилению единства действий и проведению единой финансовой политики профсоюза. Кроме того, произошло объединение профсоюзов непроизводственной сферы Приангарья путем вхождения Иркутского обкома профсоюза работников здравоохранения в состав региональной ассоциации профсоюзов работников непроизводственной сферы РФ.

Данные меры преследовали три цели: во-первых, повысить роль и авторитет профсоюзных органов отрасли здравоохранения; во-вторых, организационно и финансово укрепить отраслевой профсоюз медиков и тем самым усилить единство действий профсоюзных органов всех уровней; в-третьих, объединить усилия

профсоюзов непроизводственной сферы не только Иркутской области, но и всей России для координации совместных межотраслевых, а значит и более масштабных действий не только регионального, но и общероссийского характера в защиту своих трудовых прав и интересов.

Эти цели свидетельствуют о том, что в 1996 г. прежние формы и методы борьбы работников здравоохранения Приангарья за свои трудовые права были уже менее эффективны и актуальны для своего времени (чо указывает на слабость отраслевого профсоюза) и требовали более скоординированных совместных межотраслевых действий. Данная тенденция наряду с ухудшающимся социально-экономическим положением в стране являлась предпосылкой для усиления протеста в отрасли здравоохранения как в Иркутской области, так и в России в целом.

На II февральском пленуме Иркутского обкома профсоюза работников здравоохранения была также озвучена позиция областного отраслевого профсоюза медиков относительно основных причин кризиса в нововведенной системе обязательного (ОМС) и добровольного медицинского страхования: это заведомо заниженный на федеральном уровне размер страхового тарифа, отсутствие нормативного акта по перечислению платежей за неработающее население, а также порочная практика принятия на местах программ ОМС исходя из финансовых возможностей территорий.

Кризис в системе здравоохранения Иркутской области в последние годы прошлого века действительно наблюдался серьезный. Об этом свидетельствует тот факт, что по состоянию на 16 февраля 1996 г. общая сумма задолженности по выплате заработной платы работникам здравоохранения Приангарья составляла свыше 49 млрд руб. По этой причине возрастала и социальная напряженность в медицинских коллективах области [1]. На данную взаимосвязь указывает заявление участников февральского пленума о том, что администрация Иркутской области должна принять оперативные и неординарные меры по нормализации социально-экономической ситуации в здравоохранении и в первую очередь по ликвидации долгов по заработной плате.

Информацию, которую Иркутский обком профсоюза работников здравоохранения получил 25 марта 1996 г. от трудовых коллективов и профсоюзных организаций из районов области, свидетельствовала о том, что положение в отрасли оставалось критическим. В частности, хронический недостаток финансовых средств в учреждениях здравоохранения создавал ненормальные условия труда для персонала, провоцируя коллективы медучреждений на вынужденную остановку работы из-за отсутствия материальных ресурсов, медикаментов, инструментария, необходимых для выполнения ими функциональных обязанностей по оказанию качественной и своевременной медицинской помощи населению. Из-за низкого уровня финансирования лечебных и научных учреждений почти повсеместно прекратилась госпитализация плановых

больных, не хватало лекарственных препаратов и перевязочных средств даже для оказания экстренной помощи, не выделялись средства на производство капитального и текущих ремонтов учреждений здравоохранения [2].

По данным Минфина РФ, задолженность по заработной плате учреждениям здравоохранения федерального подчинения и госсанэпиднадзора по состоянию на 5 апреля 1996 г. была погашена в объеме, предусмотренном федеральным бюджетом, который обеспечивал фактические затраты только в пределах 50%, тем самым лишая работников права на получение предусмотренных законодательством компенсационных выплат и льгот, отпусков в полном объеме. Все это вело к необоснованному сокращению численности персонала и его высвобождению, что порождало проблему занятости. Кроме того, задолженность из федерального бюджета Российской академии медицинских наук (РАМН) на 15 марта 1996 г. была не погашена и составляла 9,3 млрд руб. [2].

В результате 5 апреля 1996 г. именно по причине того, что задолженность по финансированию учреждений здравоохранения, санэпиднадзора, научно-исследовательских институтов и вузов, в том числе по выплате заработной платы из бюджетов всех уровней, оставалась значительной, а правительство РФ не приняло должных мер по улучшению ситуации, президиум Иркутского обкома профсоюза работников здравоохранения принял постановление, состоящее из восьми пунктов [2]. Первый пункт гласил, что необходимо утвердить требования профсоюза работников здравоохранения РФ к правительству РФ, Министерству здравоохранения и медицинской промышленности РФ (МЗМП РФ), госсанэпиднадзору и РАМН, принятые на собрании представителей трудовых коллективов организаций здравоохранения, санэпидслужбы, научных и образовательных учреждений и профсоюзного актива работников здравоохранения РФ 21 января 1996 г. Данные требования были чисто экономическими и касались принятия мер по поддержке государством отрасли здравоохранения, а также по ликвидации задолженности финансирования учреждений здравоохранения, госсанэпиднадзора, медицинской науки и образования, в том числе и по заработной плате.

Согласно второму пункту вышеупомянутого постановления необходимо было направить требования в правительство РФ, МЗМП РФ, службу Госсанэпиднадзора и РАМН, приступить к коллективным переговорам и примирительно-арбитражным процедурам, начать подготовку и организацию коллективных действий всероссийской акции протеста.

В третьем пункте предлагалось на период проведения всероссийских коллективных действий утвердить состав комитета по их координации.

В четвертом пункте комитету по координации коллективных действий поручалось вручить требования профсоюза правительству РФ, минздраву РФ, службе госсанэпиднадзора, РАМН, а также направить обращение к населению и профсоюзам других отраслей с

просьбой проявить солидарность в отстаивании интересов и прав работников здравоохранения РФ.

Пятый пункт гласил, что в случае невыполнения правительством РФ требований профсоюза работников здравоохранения РФ необходимо определить дальнейшие этапы единых всероссийских коллективных действий в защиту работников отрасли:

а) призвать коллективы организаций здравоохранения, санэпиднадзора, НИИ и вузов проявить солидарность в отстаивании законных прав и интересов работников отрасли и принять участие во всероссийской акции протеста 11 апреля 1996 г. с едиными требованиями в форме собраний, митингов, шествий, демонстраций, пикетирования административных зданий органов исполнительной власти, местного самоуправления;

б) провести 11 апреля 1996 г. областное совещание представителей трудовых коллективов;

в) в случае неприятия органами исполнительной власти, правительством РФ мер по нормализации положения в здравоохранении рекомендовать коллективам принять участие в проведении 6 мая 1996 г. часовой предупредительной забастовки в соответствии с Федеральным законом «О порядке разрешения коллективных трудовых споров» с едиными требованиями;

г) сохранять предзабастовочную готовность для проведения всероссийской забастовки работников здравоохранения в конце мая - начале июня 1996 г., как крайней меры для разрешения коллективного спора по требованиям профсоюза работников здравоохранения РФ.

Согласно шестому пункту необходимо было утвердить «Рекомендации комитета по координации коллективных прав и интересов работников для обеспечения единовременного проведения всероссийских акций протеста на территории России». Данные рекомендации касались форм и методов проведения забастовки в организациях здравоохранения, и в этих рекомендациях, в частности, предусматривались меры по оказанию медицинской помощи во время проведения забастовки в учреждениях здравоохранения только пациентам в экстренных случаях и по экстренным показаниям; кроме того, забастовочные действия не должны были охватывать учреждения здравоохранения, которые оказывали помощь детям, беременным женщинам, престарелым людям и некоторым категориям хронических больных; также, исходя из сложившейся практики и сроков госпитализации, проведения консультаций, диагностических исследований, которые возможны по времени от нескольких дней до нескольких недель, наиболее приемлемой продолжительностью забастовки был выбран срок от одного до пяти дней. Таким образом, все вышеизложенные меры в «Рекомендациях по формам и методам проведения забастовки в организациях здравоохранения» были направлены на то, чтобы, с одной стороны, менее всего нанести вред жизни и здоровью людей во время проведения забастовки работниками здравоохранения, а с другой стороны, снять многие вопросы и пре-

тензии компетентных органов к лечебно-профилактическим учреждениям, находящимся в состоянии забастовки. Необходимо отметить и то, что эти рекомендации были разработаны для поликлиник (кроме детских), стационаров (кроме детских), фармацевтической службы и службы госсанэпиднадзора; а кроме того, в данных рекомендациях указывалась последовательность действий при разрешении коллективных трудовых споров, в которой, в частности, было право на объявление часовой предупредительной забастовки после пяти дней работы примирительной комиссии, предупредив за три рабочих дня работодателя, а орган, возглавляющий забастовку, обеспечивал минимум необходимых работ и услуг. Решение о начале забастовки считалось правомочным, если на собрании присутствовало не менее 2/3 работников или членов профсоюзной организации (делегатов конференции) большинством голосов; приостановление забастовки происходило по решению органа ее возглавляющего, а возобновление должно было быть после предупреждения работодателя и службы по урегулированию коллективных споров за три рабочих дня, и при этом не требовалось повторного рассмотрения спора примирительной комиссией, посредником или в трудовом арбитраже. Таким образом, со дня выдвижения требований до начала забастовки было примерно 39 рабочих дней, с учётом предупредительной забастовки - 42 рабочих дня, а без участия посредника и без предупредительной забастовки - 29 рабочих дней.

В соответствии с седьмым пунктом постановления, председателям региональных организаций профсоюза необходимо было обеспечить координацию действий коллективов учреждений здравоохранения, санэпиднадзора, НИИ и вузов в период подготовки и проведения всероссийской акции протеста. В целях привлечения внимания общественности к акции и разъяснения позиции коллективов, комитетам профсоюза всех уровней нужно было максимально использовать все возможные формы информирования через СМИ; направить информацию в органы исполнительной власти, рострудинспекции, прокуратуры, правительство РФ о имеющихся фактах нарушения сроков выплаты заработной платы и других нарушениях прав работников для принятия мер по их устранению и привлечению виновных должностных лиц к ответственности; до 10 мая 1996 г. информировать комитет по координации коллективных действий об итогах проведения всероссийской отраслевой акции протеста и готовности к участию во всероссийской забастовке работников здравоохранения РФ.

Восьмой пункт предписывал поручить членам президиума обкома профсоюза и комитету по координации коллективных действий оказать организационно-методическую помощь региональным профсоюзным организациям в период подготовки и проведения всероссийской акции протеста.

На основании вышеизложенных фактов можно сделать вывод о том, что 5 апреля 1996 г. работники здравоохранения Иркутской области выступили еди-

ным фронтом с медиками России в защиту своих социально-экономических прав, выдвинув единые экономические требования в адрес правительства РФ, МЗМП РФ, службу госсанэпиднадзора и РАМН, и задействовав при этом огромный спектр способов по отстаиванию своих трудовых интересов: коллективные переговоры и примирительно-арбитражные процедуры, направление информации в органы исполнительной власти, рострудинспекции, прокуратуры, правительство РФ, всероссийская акция протеста, обращение профсоюза к населению и профсоюзам других отраслей с просьбой проявить солидарность в отстаивании требований работников здравоохранения РФ. Таким образом, была сделана попытка по перерастанию всероссийской отраслевой акции протеста медиков во всероссийскую межотраслевую акцию протеста. Кроме того, характерной чертой данного выступления с требованиями работников здравоохранения РФ была и высокая степень координации всероссийских коллективных действий в отрасли здравоохранения. Эту тенденцию подтверждают факты создания комитета по координации коллективных действий профсо-

юза работников здравоохранения РФ и «Рекомендаций комитета по координации коллективных прав и интересов работников для обеспечения единовременного проведения всероссийских акций протеста на территории России». Необходимо отметить и тот факт, что на случай невыполнения правительством РФ требований профсоюза работников здравоохранения РФ были определены дальнейшие этапы единых всероссийских коллективных действий в защиту интересов работников отрасли здравоохранения, вплоть до проведения всероссийской забастовки работников здравоохранения в конце мая-начале июня 1996 г., как крайней меры для разрешения коллективного спора.

Таким образом, речь шла об усилении и радикализации социального протеста в отрасли здравоохранения РФ в случае невыполнения правительством РФ требований медиков страны, то есть, в случае данного сценария развития ситуации имелась тенденция к росту протестных действий радикального характера работников здравоохранения России.

Статья поступила 06.11.2014 г.

Библиографический список

1. Государственный архив новейшей истории Иркутской 2. ГАНИИО. Ф. Р-2786. Оп. 2. Д. 349. Протоколы № 5, 6 за-области (ГАНИИО). Ф. Р-2786. О. 2. Д. 348. Протокол II пле- седаний президиума Иркутского обкома профсоюза работ-нума Иркутского обкома профсоюза работников здраво- ников здравоохранения. охранения от 16 февраля 1996 г.

УДК 811.111

ПРОБЛЕМЫ ПЕРЕВОДА БЕЗЭКВИВАЛЕНТНОЙ ЛЕКСИКИ

© А.Ю. Попова1, Н.А. Корепина2

Иркутский государственный технический университет, 664074, Россия, г. Иркутск, ул. Лермонтова, 83.

Рассматривается явление безэквивалентной лексики и ее природа. Приводится типология безэквивалентной лексики, где особое внимание уделяется типам, встречающимся в научно-технической литературе в сфере технологии художественной обработки материалов. На основании типологии описываются переводческие методики, традиционно используемые для перевода того или иного типа безэквивалентной лексики. Даются рекомендации для перевода отдельных групп терминов в литературе по геммологии и ювелирному делу. Библиогр. 10 назв.

Ключевые слова: безэквивалентная лексика; лакуна; термины; перевод.

NON-EQUIVALENT VOCABULARY ISSUES IN TRANSLATION A.Yu. Popova, N.A. Korepina

Irkutsk State Technical University, 83 Lermontov St., Irkutsk, 664074, Russia.

The article discusses the phenomenon of culture-specific vocabulary and its nature. It provides the typology of non-equivalent vocabulary with the emphasis on the types commonly used in scientific and technical literature in the field of technology of artistic processing of materials. The article gives a typology-based description of the translation methods traditionally used for interpretation of some types of culture-specific vocabulary. Some recommendations on translation of certain groups of terms in the literature on emology and jewelry are given. 10 sources.

Keywords: non-equivalent vocabulary (culture-specific vocabulary); lacuna; terms; translation.

1Попова Анна Юрьевна, студентка, тел.: 89027664981, e-mail: swallow_ann@mail.ru Popova Anna, Student, tel.: 89027664981, e-mail: swallow_ann@mail.ru

2Корепина Наталья Алексеевна, кандидат филологических наук, доцент кафедры иностранных языков № 2, тел.: 89148720480, e-mail: cosmir@yandex.ru

Korepina Natalia, Candidate of Philology, Associate Professor of the Department of Foreign Languages no. 2, tel.: 89148720480, e-mail: cosmir@yandex.ru