Правозащитники берутся за мертвые души

Смерть заявителя может перестать быть помехой рассмотрению его жалобы в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ). Российские правозащитники обратились в Страсбург с требованием признать их полномочными представителями заключенного, который пожаловался на неоказание ему медицинской помощи в колонии, но в итоге скончался. Родственников и иных лиц, способных быть его представителями в ЕСПЧ, у умершего не осталось. В связи с этим власти РФ предложили прекратить рассмотрение жалобы. Однако правозащитники и эксперты считают, что шансы довести дело до конца достаточно велики, а решение Страсбурга в итоге позволит добиваться компенсаций по сотням дел, где заявители также не дожили до решения суда.

Заключенный Владимир Кондрулин, как говорят его адвокаты, провел в лагерях всю жизнь, а свой последний срок отбывал в Челябинской области. Там у него обнаружился диагноз "рак простаты". Владимир Кондрулин весной этого года обратился в суд с требованием освободить его досрочно — в законе есть норма, позволяющая осужденным с неизлечимыми заболеваниями просить о замене наказания. Суд заключенному отказал, и в итоге он с помощью адвоката правозащитной организации "Агора" Андрея Лепехина обратился в ЕСПЧ с требованием вмешаться в ситуацию с его освобождением. Суд в экстренном порядке коммуницировал жалобу, потребовав от ФСИН "принять меры немедленного реагирования": назначить независимую медицинскую экспертизу, обеспечить медпрепаратами и скорее определить на лечение. Параллельно адвокат подал в Страсбург уже более развернутую жалобу, но 7 сентября Владимир Кондрулин скончался в колонии. Сейчас в Следственном комитете лежит написанное адвокатом Лепехиным заявление о преступлении, предусмотренном ст. 286 (превышение должностных полномочий) УК РФ. Как считает защитник, виноваты в смерти заключенного сотрудники колонии.

Однако представители РФ в Страсбурге, узнав о смерти заявителя, сообщили, что жалобу следует отклонить. Дело в том, что у Владимира Кондрулина нет родственников, способных стать его полномочными представителями после смерти. Согласно российскому гражданскому и уголовному законодательству, законным представителем умершего могут быть либо его опекуны, либо ближайшие родственники (родители, братья, сестры, супруги). У Владимира Кондрулина нашлась лишь сестра, но она с братом не виделась с 13 лет, поэтому представлять его интересы отказалась, что и дало российской стороне основания предложить суду отклонить жалобу.

Как заявил "Ъ" глава "Агоры" Павел Чиков, правозащитники подали в Страсбург новую жалобу — уже от лица правозащитной организации. В ней заявители требуют признать законными представителями заключенного правозащитников. "Именно адвокат "Агоры" общался с заявителем с момента знакомства и до дня смерти, а также обеспечил оформление доверенности для представления его интересов в ЕСПЧ",— говорится в новой жалобе, поданной в Страсбург. При этом заявители считают, что дело заключенного Кондрулина имеет все шансы быть выигранным. Дело в том, что ровно при таких же обстоятельствах ЕСПЧ 12 июля 2014 года вынес положительное решение по жалобе "Кампенау против Румынии". Речь в ней также шла о заключенном, подвергавшемся издевательствам в колонии и не имевшем иных законных представителей, кроме правозащитников. Судьи в Страсбургском суде постановили, что сотрудники местной НКО Interrights вправе представлять его интересы при дальнейшем разбирательстве. Однако в случае с российскими жалобами подобных решений еще ни разу не выносилось.

Как отметил господин Чиков, только в производстве "Агоры" и еще одной организации, "Зона права", находятся дела 30 тяжелобольных заключенных, не имеющих родственников. "В России только в колониях ежегодно умирает около 5 тыс. человек, а сколько людей гибнет в ОВД, вообще неизвестно (официальной статистики нет.— "Ъ"). У многих из них нет родственников, что не позволяет отстаивать их интересы даже после смерти на уровне Страсбурга",— сказал правозащитник. При этом господин Чиков подчеркнул, что на компенсацию "Агора" претендовать не будет, поскольку намерена действовать в общественных интересах.

Как отметил юрист Сергей Голубок, специализирующийся на работе в ЕСПЧ, румынское дело дает российским правозащитникам большие шансы на победу. "При этом румынское дело говорит о том, что представителями таких людей в ЕСПЧ может быть не любая НКО, а лишь та, которая занималась защитой их прав на национальном уровне еще при жизни",— отметил он. По его мнению, решение Страсбурга коснется не только заключенных, но и других наименее защищенных социальных категорий, в том числе сирот.