XIX cессия Ассоциации франкоязычных коптологов

XIX СЕССИЯ Ассоциации франкоязычных коптологов

19th Conference of the French-speaking Association of Coptology

22—24 июня 2017 г. в Брюсселе состоялась XIX сессия (journée) Ассоциации франкоязычных коптологов (далее — AFC1). Ассоциация была организована в 1982 г. в Страсбурге и каждые два года проводит конференции в странах, где существуют франкоязычные научные или образовательные организации2. Материалы конференций регулярно издаются в серии «Cahiers de la bibliothèque copte»3. За несколько последних лет Ассоциация значительно расширилась как за счет включения новых членов, так и в плане тематики докладов на конференциях. Можно без преувеличения сказать, что XIX сессия представляла собой Коптский конгресс «в миниатюре», поскольку темы докладов охватывали почти все области современной коптологии4. Помимо традиционно франкоязычных стран или стран, имеющих в своем составе франкоязычные области (Франциия, Бельгия, Швейцария), в конференции приняли участие ученые из Египта, Италии, Нидерландов, Польши, Португалии, России, а также исследователи, работающие в настоящий момент в Австрии, Германии и Дании. Особенностью данной сессии стало присутствие в более широком составе ученых из Канады, в частности, из Университета Оттавы. Традиционно в конференциях AFC принимают участие как представители научных организаций, университетов, библиотек и музеев, так и независимые исследователи. Эта сессия не была исключением.

Заседания конференции проходили в трех местах: Свободном университете Брюсселя (далее — ULB5), Королевской академии наук и Королевском музее

1 Association francophone de coptologie.

2 См. наши обзоры XII и XV Сессий AFC: Войтенко А. А. XII Сессия коптских исследований (Лион, 19—21 мая 2005) // Византийский временник. 2007. Т. 66 (91). С. 305—306; Войтенко А. А. XV тессия коптских исследований Ассоциации франкоязычных коптологов // Aeter-nitas. Сборник статей по греко-римскому и христианскому Египту / Отв. ред. А. А. Войтенко. М., 2012. С. 211-223.

3 См. наш обзор изданных материалов X тессии, состоявшейся в 2001 г. в Лилле (Войтенко А. А. Новые книги по коптологии и христианскому Египту // Христианский Восток. Т. 5 (XI). Новая серия. М., 2009. С. 391-392), и XII гессии, прошедшей в Лионе (Войтенко А. А. Новые книги по греко-римскому и христианскому Египту // Aeternitas... С. 180-182). Последними опубликованными материалами стали доклады XVII конференции, прошедшей в Женеве в 2013 г.

4 Правда, в этот раз не прозвучало докладов по гностицизму и манихейству, но эти темы были неоднократно представлены на предыдущих сессиях.

5 Université libre de Bruxelles.

истории и искусства. На этот раз заседания были огранизованы по тематическому принципу: история искусства, копто-арабские исследования, эпиграфика и папирология, палеография и кодикология, литература, лингвистика, археология и музейные коллекции. Всего было заслушано 28 докладов, что значительно превышает количество сообщений на предыдущих сессиях AFC. Открыли конференцию декан филологического факультета6 ULB Кс. Люффен и президент AFC Н. Боссон. В своем приветственном слове Н. Боссон указала на важность Брюсселя в деле европейской интеграции, отметила вклад бельгийских коптоло-гов в развитие науки, а также подчеркнула значимость их достижений не только для валлонской, но и для фламандской части страны.

Открывали и закрывали сессию секции, посвященные истории искусства, археологии и музейным коллекциям7. Следует отметить, что коптская археология была представлена крайне скудно и главным образом в «архивном» варианте. Это, вероятно, связано с теми административными трудностями, которые уже несколько лет подряд испытывают иностранные археологические миссии, работающие в Египте. Фактически по этой тематике был сделан всего один обзорный доклад Г. ван Лун (Католический университет Лувена), посвященный раскопкам Ж. Кледа некрополя Дейр анба Хадра8 в Верхнем Египте. Сначала ван Лун сделала краткий обзор изучения некрополя до раскопок Ж. Кледа, указав всех путешественников и исследователей, его описавших: Ф. Н. Нордена (XVIII в.), П. Маттеуччи, Г. Масперо (XIX в.), У. Буриана, Е. А. Уоллиса Баджа, У. Монне-ре де Вийяра (XIX—XX вв.). После ван Лун рассказала об архивных материалах раскопок Ж. Кледа9. Она установила, что миссией было раскопано несколько могил, однако ей так и не удалось точно локализовать эти погребения и, главное, понять, каковы были особенности погребального обряда.

Тема коптского искусства была представлена традиционно широко. Д. Бена-зе и С. Мёрис (Лувр) в своем сообщении рассказали об истории и современном состоянии коптской коллекции Лувра. После небольшого вступления о вкладе раскопок Бауита в формирование коптской коллекции и первых ее организаторов (Э. Шассина и Ж. Кледа) был сделан краткий обзор ее развития и изменений в современной экспозиции. Поскольку доклад был приурочен к работе над каталогом коптской скульптуры из собрания Лувра, особый акцент был сделан именно на этой теме. В частности, было указано, что, несмотря на проведенные исследования, составление полного каталога коптских музейных скульптур остается на сегодняшний день актуальной задачей.

Выступление М. Делассу (Лувр) было посвящено исследованию изображения всадника на слоновой кости из коллекции Лувра (E 10813), которое датируется раннеарабским временем и, к сожалению, содержит утраты. Исследовательница отметила несомненную преемственность технических навыков и сюжетных тем периода Античности в коптском искусстве раннеарабского перио-

6 Président du Département de Langues et Lettres.

7 24 июня на открытии секции «Археология и музейные собрания» с приветственным словом выступил хранитель древнеегипетской коллекции Королевского музея Л. Дельво.

8 Это место расположено в Ассуане и более известно как монастырь св. Симеона.

9 Разрешение на раскопки Ж. Кледа получил в 1903 г.

да и предложила три возможных варианта интерпретации этого изображения: всадник, на которого напали дикие звери, император-триумфатор или святой. Особое внимание в докладе было уделено фону изделия, представляющему собой орнаментальную «вязь» винограда, которая имеет многочисленные параллели в произведениях омейядского периода — как в ювелирных изделиях, так и в монументальном искусстве. Эти аналогии, по мнению М. Делассу, позволяют считать данное изображение существенной вехой в постепенной и незаметной эволюции от византийской эстетики к новому изобразительному языку. В качестве сравнительного материала привлекались предметы ближневосточного происхождения из коллекций Аахена, Афин и Балтимора, а также сходные по сюжету изображения на коптских тканях IX в.

Доклад Э. Рошар (EPHE10) «Новое прочтение двухчастных (double zone) композиций из Бауита» представлял собой удачный пример соединения «текста» и «образа». Исследовательницей было подчеркнуто, что данные изображения представляют собой «топос» абсидальной иконографии монастыря, значение которых со времени их открытия стало предметом широких дискуссий. Точки зрения, по мнению докладчицы, различались главным образом указанием на источники, которые вдохновили на создание росписей: здесь поочередно усматривали влияние Апокалипсиса, экзегезы Иезекииля, литургические влияния, либо же обнаруживали сходные черты с палестинскими изображениями Вознесения. В 1980 г. П. Ван Морсель на втором Коптском конгрессе привлек внимание ученого сообщества к необходимости окончательно определить смысл этих «загадочных двухчастных сюжетов». Было отмечено, что интенсивные критические издания коптских текстов последних десятилетий открыли новые перспективы для исследования данных изображений. Основываясь на апокрифических и гомилетических произведениях коптской литературы, исследовательница предложила свою интерпретацию этих образов, а также назначения тех помещений, где они были обнаружены.

Тема «текст и образ» была подхвачена в докладе Ж. Обера де Лапьера (EPHE) и Ю. Нессима Юсефа (Австралийский католический университет)11, посвященном иконографии св. Георгия Победоносца в оттоманском Египте. Авторы сосредоточили свое главное внимание на житийном цикле 1777 г. из каирской церкви Эль-Моаллака, автором которого был аль-Армани. Помимо традиционного сюжета о победе святого над змием он содержит сюжеты, основой для создания которых, по мнению авторов доклада, послужила «Книга почитаний» (Salamat). Этот факт позволяет понять принцип работы иконописца, заимствующего сюжеты из литургических текстов.

Одним из самых интересных и необычных докладов конференции было совместное выступление Д. Беназе (Лувр) и Ж.-Л. Фурне (Коллеж де Франс) под названием «Когда ложки начинают говорить», предметом исследования которого стала коллекция ложек с надписями из собрания Коптского музея в Каире. Д. Беназе принадлежала искусствоведческая часть сообщения: она рассказала о форме ложек, привела параллели из собраний Лувра, музея изящных искусств

10 École Pratique des Hautes Études.

11 К сожалению, Ю. Нессим Юсеф не смог лично принять участие в конференции.

Бостона, музея института папирологии во Флоренции и музея Бенаки, а также исследовала «топографию» надписей. Ж.-Л. Фурне рассказал об эпиграфике. Он выделил пять типов надписей: 1) имена владельцев, 2) посвящение святым (главным образом апостолам), 3) «гастрономические» надписи12 (напр., xaXoü oi'vou, nfe ярбяюца), 4) моральные максимы (напр., я&ута ¿v йуйяп, ööc; ятохоТс;), 5) «гедонистические» надписи13 (напр., отиуубс;, xpf^noov). На вопрос, почему все сохранившиеся надписи сделаны на греческом, Ж.-Л. Фурне ответил, что до арабского завоевания греческий оставался официальным языком, на котором, в частности, составлялись административные и юридические документы, тогда как коптский использовался только в частной переписке.

Б. Тудор-Винтер (Kunstsammlungen, Хемниц) рассказала о коллекции Ганса Фогеля, являющейся частью «Художественных коллекций Хемница» и содержащей около 550 текстильных фрагментов из Египта периода поздней Античности и исламского времени. В данное время Б. Тудор-Винтер работает над составлением ее каталога, основу которого составляют тканые изображения из шерсти, однако присутствуют фрагменты из шелка и других материалов. Коллекция содержит как двухцветные, так и полихромные изображения. Среди стилистических и сюжетных особенностей коллекции исследовательница выделяет влияния Древнего Египта, греко-римского, персидского и пальмирского искусства.

Э. Сердюк (ULB) в своем сообщении «Голубятня римско-византийского времени в Рамессеуме» сделал интересные предположения. Он локализовал упоминаемое в одном из документов V или VI в. «место св. апы Пафнутия и место голубятни»14 в Рамессеуме и, опираясь на другие сохранившиеся упоминания о «месте апы Пафнутия», предположил, что там в византийский период был целый комплекс зданий: церковь св. Пафнутия, голубятня, некрополь, хозяйственные постройки, а также «деревня апы Пафнутия» и сакия, находившиеся рядом с Ра-мессеумом. Он представил свою реконструкцию голубятни и предположил, что она могла иметь не только хозяйственное, но и религиозное значение.

Копто-арабская тематика была представлена четырьмя докладами. А. Сида-рус (Университет Эворы) рассказал о копто-арабской литературе конца Средневековья. Докладчик начал свой обзор с личности и трудов знаменитого энциклопедиста абуль-Бараката ибн Кабара (f 1324), который стал знаковой фигурой «золотого века» копто-арабской литературы. Другими выдающимися писателями этого периода, по мнению докладчика, были Афанасий из Куса (2-й пол. XIV в.), самый знаменитый представитель коптского возрождения в Верхнем Египте (где уже с VIII в. наблюдался культурный упадок), аль-Маким ибн аль-Амид младший, который знаменовал собой, к концу XIV в., апогей коптской мысли, выраженной по-арабски, Юханна ибн Сабба, автор популярного богословского свода, монах Макарий, составивший монументальный канонический свод и, наконец, последний копто-арабский хронист, аль-Муфаддаль ибн абуль-

12 Inscriptions évoquant concrètement le dîner.

13 Invitations à se réjouir.

14 Автор опирался на указание в книге А. Папаконстантину: Papaconstantinou A. Le culte des saints en Égypte des byzantins aux Abbassides. L'apport des inscriptions et des papyrus grecs et coptes. Paris, 2001. P. 166.

Фадаиль (ум. после 1352). А. Сидарус отметил одну интересную особенность этого периода: коптский язык, который начиная с XI в. перестал быть языком высокой словесности, снова на короткое время вышел «из (литературного) небытия». В это время на бохайрском диалекте был составлен ряд литургических гимнов и агиографических текстов, сделан перевод с греческого на саидский диалект «Тайн греческих букв», и, наконец, создана поэма «Триадон», в которой, по мнению Сидаруса, «звучит похоронный звон по родному языку».

Н. Хамди Дабее Бутрос (IFAO-UCL15) в своем докладе «Халиф и три хрониста: аль-Хаким глазами Михаила, епископа Тинниса, Антаки и аль-Макризи» подняла вопрос о степени доверия к описаниям и оценкам правления аль-Хакима в дошедших до нас источниках и сложности изучения его весьма противоречивых действий. Она отметила, что в трех исследуемых источниках мы видим аль-Хакима глазами трех авторов, принадлежавших к разным этнокультурным группам, ни одна из которых не была близкой к халифу: коптской (Михаил), мелькитской (Яхья ибн Саид аль-Антаки), суннитской (аль-Макризи). Исследовательница поставила своей задачей «историоризацию» этого персонажа, для чего, по ее мнению, необходимо провести серьезную стратификацию текстов, чтобы проследить эволюцию образов и интерпретации фактов. Задача заключается в параллельном рассмотрении точек зрений различных хронистов. Н. Хамди Дабее Бутрос подчеркнула, что оценки различных событий, а также действующих лиц эпохи аль-Хакима сильно различаются у всех трех хронистов.

Доклад П. Пилетт (FNRS16-UCL) носил название «Недооцененный копто-арабский свод историко-топографических данных: История церквей и монастырей Египта (XIII в.)». Цель доклада — познакомить с первыми результатами проекта нового издания арабского текста этого произведения, долгое время приписываемого абу-Салиху. Трактат представляет собой свод историко-топо-графических данных, касающихся главным образом Египта, и служит результатом сложной компиляции предшествующих источников (насчитывается как минимум четыре редакторских «пласта»). Он систематизирует информацию разного рода (историческую, агиографическую, археологическую, географическую, этнологическую, богословскую и фольклорную). Помимо богатой и редкой информации, особый интерес представляют принципы композиции материала, которые, по мнению П. Пилетт, необходимо учитывать при исследовании текста. С ее точки зрения, «Историю церквей и монастырей Египта» нужно признать «текстом-посредником» (texte-charnière) между арабо-христианской и арабо-му-сульманской литературами, поскольку в ней объединены в форме сложной мозаики многочисленные цитаты из предшествующих арабских источников — как христианских, так и мусульманских. По мнению докладчицы, данное произведение следует рассматривать в качестве первого примера «гуманистического» и универсалистского копто-арабского текста, для которого характерна открытость к культурным достижениям иных религиозных общин.

15 Institut français d'archéologie orientale; Université Catholique de Louvain à Louvain-la-Neuve.

16 Fonds National de la Recherche Scientifique — научный фонд, поддерживающий исследования во франкоязычной общине Бельгии (Fédération Wallonie-Bruxelles).

Н. Вантигем (FNRS-ULB) рассказал о значении арабских документальных текстов из монастыря Наклун (Фаюм) 1Х—Х1У вв. (частные письма, петиции, счета, фискальные и юридические документы). По мнению докладчика, они интересны сразу с нескольких сторон: с точки зрения арабо-христианской лексики (арабских документов, происходящих из монастырей, насчитывается не так много), просопографии насельников монастыря, титулатуры, экономических аспектов жизни обители в Средние века, возможного присутствия в монастыре женщин. Эти тексты показывают процесс арабизации монастыря (было отмечено проникновение некоторых арабских формул и хронологии хиджры в коптские тексты нач. XII в.), а также слабо еще изученного вопроса повседневной жизни монастыря Наклун начиная с XIII в.

На секции «Эпиграфика и папирология» было заслушано четыре доклада. Правда, первый из них, «Производство текстиля египетскими монахами (ГУ— VIII вв.): сырье», представленный М. Моссаковской-Гобер (Университет Копенгагена), был скорее посвящен вопросам материальной культуры. Докладчица перечислила сырье для производства «монашеского» текстиля (лен, шелк, различные виды шерсти), особо коснулась вопросов использования хлопка и верблюжьей шерсти в описываемый период, указала на типы ткацких станков и на археологические свидетельства об их использовании монахами, рассказала о «гендерном» аспекте в текстильном производстве и некоторых других вопросах. Доклад А. Лайтара17 и Г. Охалы (Варшавский университет) касался эпиграфики Дейр эль-Бахари18 в эллинистический и христианский периоды (до К/Х в.). В 1999 г. польская археологическая миссия, проводившая раскопки под руководством А. Нивинского, обнаружила около 40 греческих и коптских надписей на скалах, расположенных над храмом Хатшепсут. Среди языческих граффити выделяются два типа (антропонимы и проскинемы), среди христианских основную часть составляют антропонимы и инвокации. В целом надписи являются интересным свидетельством эпиграфической активности населения западных Фив на протяжении столетий. Особое оживление среди слушателей вызвало продемонстрированное докладчиком эмоциональное граффито о потере кота.

Сообщение Э. Гарель (Австрийская академия наук) было посвящено анализу титулов и должностей в документах на фаюмском диалекте коптского языка. Исследовательница подчеркнула, что этот диалект изучен недостаточно хорошо, поэтому разработка подобных тем могла бы быть очень полезна для продвижения в его изучении. Значительную часть доклада занял разбор значений фаюм-ского термина хедпшфеы. В некоторых случаях он означал проститутку. Однако по другим данным это слово могли употреблять в значении «кредитор». Было сделано предположение, что оба значения в сознании жителей Фаюма могли совмещаться, и термин, означающий кредитора, мог также употреблятся как эвфемизм для обозначения представительниц древнейшей профессии.

Р. Беланже Сарразен (Университет Оттавы — ULB) в своем сообщении «Призывы Иисуса-целителя в ятромагических коптских формулах» указала на некоторые особенности магических практик периода поздней Античности. Ис-

17 Проф. А. Лайтар не смог приехать на конференцию, поэтому доклад сделал Г. Охала.

18 Монастырь Дейр эль-Бахари находился на верхних террасах храма Хатшепсут.

следовательница предположила, что отдельные библейские пассажи, цитируемые в коптских текстах, выполняют роль античных historiolae — коротких рассказов, использовавшихся в магической практике с целью соединить деяния, совершаемые в божественном мире, с обычной жизнью и воспроизвести в реальности события, подобные тем, которые происходят в рассказах. Р. Беланже Сарразен привела несколько примеров того, как использовались в греческих и коптских магических текстах канонические и апокрифические сюжеты об излечении Христом различных болезней (см.: Мф 4. 23; 8. 14-15, Мк 16. 18, переписка Христа с Авгарем и др.). Цель такой практики, по мнению исследовательницы, заключалась в попытке адепта использовать божественную силу для защиты или исцеления.

На секции «Палеография и кодикология» было заслушано четыре доклада. Ее открыло сообщение Ш. Эртель (Париж) «Эволюция почерка Франге». Монах Франге стал известен благодаря многочисленным острака, обнаруженным в ходе раскопок бельгийской экспедицией могилы Аменемопе (ТТ 29), на месте которой в период поздней Античности находилось небольшое монашеское поселение19. Докладчица обратила внимание на то, что почерк Франге на острака сильно различается (можно выделить несколько типов) и даже его имя написано по-разному. Из этого она сделала вывод, что почерк Франге эволюционировал по мере того, как он овладевал ремеслом каллиграфа. В прениях по докладу Ж.-Л. Фурне высказал другое предположение: с его точки зрения, столь большую разницу в почерках можно объяснить функциональными и эстетическими причинами — для определенного типа текста (книга, хозяйственный документ, личное письмо) его составитель (или переписчик) мог выбрать и определенный тип почерка.

Л. Вандерхейден (Коллеж де Франс) сделала презентацию своего интернет-сайта, ставшего частью более общего проекта по составлению учебного пособия по сравнительным (transversales) и мультилингвистическим исследованиям палеографии (арабский, древнееврейский, греческий, латинский, древнеегипетский и коптский языки). В задачу докладчицы входило составление коптской части сайта, где представлены фразы из оригинальных документов разных типов (папирусы, пергамены, острака и т. д.) и их расшифровка. Н. Карлиг (Университет Сапиенца, Рим) представил слушателям свой проект кодификации сохранившихся коптских папирусных свитков позднеантичного времени (сред. III/ сред. IV в. — VII/VIII в.). Докладчик отметил, что, несмотря на преобладание в этот период папирусного кодекса, сохранилось как минимум 11 фрагментов свитков, среди которых часть греко-коптского глоссария книг пророков Иосии и Амоса, фрагменты «Вознесения Исаии», 2-й книги Маккавеев, «Дидахэ», Пасхальных посланий свт. Кирилла Александрийского (413 г.) и патриарха Дамиана (596 г.), послания Орсисия, а также фрагмент неидентифицированного агиографического текста. Проект предполагает анализ языка (диалекта), содержания, принципов письма («разметка» папируса и т. д.) и почерка сохранившихся свитков, а также попытку ответить на вопрос, почему для сохранившихся в них текстов

19 См.: Boud'hors A., Heurtel Ch. Les ostraca coptes de la TT 29. Autour du moine Frangé. Bruxelles, 2010. 2 vols.

была выбрана именно эта форма, а не более распространенная в данный период форма кодекса. В прениях В.-П. Функ отметил, что определение диалекта, на котором написан текст, в ряде сохранившихся фрагментов невозможен из-за слишком малых размеров текста, поэтому некоторые заключения докладчика выглядят чересчур «оптимистично».

Доклад К. Луи (CNRS20) носил название «Нумерация страниц: когда система отклоняется от нормы». Главным образом он был посвящен немногочисленным коптским рукописям, где пагинация либо полностью отсутствует, либо присутствует частично (только на verso). Исследовательницей были продемонстрированы примеры из рукописей (преимущественно происходящих из Гамули или из Белого монастыря) и высказаны соображения о том, присущ ли такой тип (или типы) организации текста определенной среде, определенному времени, определенному месту или такая практика имела более общие закономерности.

В секции «Лингвистика» было заслушано два доклада. В.-П. Функ (Университет Лаваля) рассказал о вариациях, встречающихся в рукописях на сред-неегипетских диалектах21: различия в конечной гласной (-i/-e), наличие/пропуск предполагаемой краткой гласной (сштем/сштм), ламбдацизмы/ротацизмы (хшм!/ршм1), ассимиляция сибилянт (фел/сел), различие в показателе перфекта (a-/xa-), в написании nomina sacra (ф+/п+) и др. В прениях Е. Б. Смагина заметила, что подобные различия могут носить орфографический, а не фонетический характер. Докладчик согласился с таким предположением, но только для части приведенных примеров.

Доклад К. Досоо (Lamex Resmed22) был посвящен анализу синонимов со значением «мир» в коптском языке. Для исследования им было выбрано три термина: ¿штп, MTON и греческое заимствование £Îpf|vn. Докладчик отметил, что концепция «мира» весьма важная для всех традиций, с которыми так или иначе соприкасалась коптская словесность. Это космический мир эпохи фараонов, политический мир и универсализм греко-римской традиции, божественный мир христианской литературы (ортодоксальной и гностической). С точки зрения докладчика, круг значений термина ¿штп находился между «примирением» и «мирным договором», слово £Îp|vn означало «мир» как состояние в широком смысле слова, а mton, по большей части, имело значение «внутреннего мира». Анализ терминологии был предпринят с привлечением широкого круга источников: библейских, канонических и др. текстов и документального материала (папирусы, острака), учитывались параллели в арабском и древнееврейском.

20 Centre National de la Recherche Scientifique — крупнейшее научно-исследовательское учреждение Франции, которое объединяет организации, специализирующиеся в области прикладных и фундаментальных исследований, и координирует их деятельность на национальном уровне.

21 Главным образом на фаюмском и оксиринхском (M) диалектах, но также был привлечен материал из двух рукописей (Mich. 3520 и Mich. 3521), которые обладают признаками обоих диалектов. Диалект первой рукописи определяется как «фаюмский с влияниями оксиринх-ского», второй — как «оксиринхский с влияниями фаюмского».

22 Le Laboratoire d'excellence «Religions et Sociétés dans le Monde Méditerranéen» — научный проект, посвященный исследованию межрелигиозных, межэтнических и социальных взаимоотношений в государствах Средиземноморья от их зарождения до настоящего времени.

Так, для греческой формулы «мир тебе/вам» (£Ípf|vn ooi/û^îv) были найдены соответствия не только в коптском, но в древнееврейском и арабском. Дальнейшие исследования в этом направлении, по мнению К. Досоо, должны будут ответить на вопросы, можно ли видеть в разнице значений этих терминов трансляцию различного опыта представлений о мире, уместно ли говорить об одном или нескольких «коптских дискурсах о мире».

Наиболее многочисленной оказалась секция, посвященная коптской литературе. Здесь на двух заседаниях было заслушано шесть докладов. Открыл секцию доклад Н. Боссон (Университет Женевы) и С. Офрера (SNRS) «"Синагога иудеев" vs "Церкви народов" в представлении Шенуте», посвященный главным образом антииудейским представлениям известного коптского автора. Основным исследуемым источником была одна из проповедей Шенуте, а также некоторые другие пассажи из его произведений. Шенуте не просто объединяет иудеев с язычниками и еретиками, но описывает их как виновных в распятии Xриста и называет «врагами Святой Троицы». Докладчиками было отмечено очевидное влияние на Шенуте антииудейских представлений свт. Кирилла Александрийского. Основными риторическими методами Шенуте были названы экзегеза библейских текстов (напр., соль, разъедающая землю «за нечестие живущих на ней» [Пс 10б. 34] трактуется как соль неверия, разрушающая синагогу), притчи (напр., притча, где синагога иудеев сравнивается с материнским стволом лозы, который зачах, а Господь и «Церковь народов» стали живым побегом на этом стволе23, а также уподобления и метафоры. Как можно было ожидать, доклад вызвал бурное обсуждение и много вопросов. На вопрос, связана ли антииудейская полемика Шенуте с реальными событиями начала V в. в Нижнем Египте (ок. 414—415), докладчики ответили отрицательно: с их точки зрения антииудейский пафос Шенуте носил исключительно риторический характер. На вопрос, есть ли основа в библейских текстах для антииудейских выпадов Шенуте, был также дан отрицательный ответ, поскольку они зависели не от самих библейских цитат и образов, а от их толкований проповедником. На вопрос о точности библейских цитат у Шенуте докладчики ответили, что цитаты в рукописях, как правило, точные, но В.-П. Функ в то же время указал на то, что точность цитат может объясняться позднейшим выправлением их по библейским текстам, а не говорить о точности цитирования самим Шенуте.

Доклад Ж. Ван дер Влита (Лейденский университет) был посвящен подготовке нового издания коптского текста «Апокалипсиса Павла» (Visio Pauli, CANT24 325). В начале докладчик отметил, что «Апокалипсис Павла» принято считать самым распространенным текстом этого жанра в период поздней Античности и Средних веков, а его влияние обнаруживается в столь разных, но важных произведениях, как Коран и «Божественная комедия» Данте. «Апокалипсис

23 Иногда можно увидеть влияние и того и другого: заимствованный из Зах 2. 4 образ огненной стены вокруг города Шенуте использует как образ Церкви, ограждаемой Xристом, тогда как синагога — это город без стен, осаждаемый со всех сторон дьяволом.

24 Clavis apocryphorum Novi Testamenti / Cura et studio M. Geerard. Brepols-Turnhout, 1992. Стоит отметить, что этот текст сохранился также и на церковнославянском, см. Тихонра-вов Н. С. Памятники отреченной русской литературы. M., 18б3. С. 40—б8; Апокрифы Древней Руси: тексты и исследования / Отв. ред. В. В. Mильков. M., 1997. С. 59—74.

Павла» имеет довольно сложную текстологическую историю и включает в себя версии на языках христианского Запада и Востока, но до последнего времени при изучении генезиса этого текста почти не учитывали коптскую (саидскую) его версию. По мнению Ж. Ван дер Влита, она может играть важную роль в реконструкции оригинального текста, поскольку указывает на существование более пространной версии «Апокалипсиса», которая не содержит так называемого Тарсийского пролога25. Структура этой версии представляется докладчику более логичной и «симметричной», в том числе благодаря полноценному заключению (так называемому эпилогу на Елеонской горе). В то же время заключение в греческой и латинской версиях производит впечатление незавершенности текста, а в сирийской вместо заключения стоит пролог. Отвечая на вопрос о недавно выдвинутой гипотезе о коптском оригинале обсуждаемого текста, докладчик решительно высказался в пользу его греческого оригинала. Учитывая важность коптской версии, Ж. Ван дер Влит вместе со своим коллегой Л. Роиг Ленцелотом готовит ее новую публикацию, где будут сделаны исправления прежнего издания Е. А. Уоллиса Баджа с учетом всех известных на сегодняшний день фрагментов этого произведения26.

Е. Б. Смагина (ИВ РАН) в своем докладе обратила внимание на список из 12 драгоценных камней, который содержится в коптском «Энкомии св. Петра и Павла», атрибутированного Северину Габальскому. По мнению исследовательницы, этот список восходит к несохранившемуся коптскому апокрифу пророка Иезекииля. В этом предполагаемом тексте были объединены традиция о 12 драгоценных камнях в библейских книгах Иезекииля и Исход с иными традициями: легендой о 12 драгоценных камнях из рая, о 12 драгоценных камнях на эфоде первосвященника, и, возможно, с традицией о 12 драгоценных камнях в основании небесного Иерусалима. Также Е. Б. Смагина предположила, что список камней в описании Нового Иерусалима из Апокалипсиса (см.: Откр 21. 18—21) также может восходить к этому гипотетическому апокрифу Иезекииля.

В докладе Й. Дийкстры (Университет Оттавы) «Житие Аарона: источники и литературные параллели27» были изложены предварительные итоги исследования данного текста, входящего в состав «Истории монахов Верхнего Египта», сохранившейся в единственной рукописи и изданной Е. А. Уоллисом Баджем. Й. Дийкстра в сотрудничестве с Ж. Ван дер Влитом готовит новое издание Жития Аарона с переводом и комментариями. В отличие от своих предшественников, докладчик не считает, что текст Жития принадлежит перу неумелого авто-

25 Докладчик считает «Тарсийский пролог» неотъемлемой частью латинской и греческой версий. Однако следует отметить, что церковнославянская версия также не содержит «Тар-сийского пролога», но содержит видение третьего неба и небесного рая (которое Ж. Ван дер Влит считает особенностью именно коптской версии), что может указывать на существование иной греческой версии, с которой мог быть сделан перевод на церковнославянский, ср. стемму (С1ау1$ ароегурИогиш №та Те81ашепй... Р. 205), где отсутствие «Тарсийского пролога» в славянской версии не учтено.

26 Один из фрагментов, неизданный, хранится в частной коллекции в Финляндии, другой — из Венской коллекции (К 6953) — издан о. Энцо Луккези в 1997 г.

27 В оригинале использован популярный ныне термин «интертекстуальность» (Шейех-ШаШв).

ра, скорее наоборот. Внимательный анализ этого произведения, по его мнению, способен выявить множество параллелей с другими текстами: апофтегмами, житиями св. Онуфрия, Шенуте, Кира, св. Пахомия и др., что выдает в его авторе знатока египетской монашеской агиографии. Правда, докладчик так и не нашел верных критериев для четкой классификации найденных параллелей — т. е. не объяснил, имеем ли мы дело с аллюзиями или скрытыми цитатами из вышеперечисленных произведений или речь идет о неких «топосах», распространенных в монашеской среде Египта, причем не обязательно имевших хождение только в письменной традиции.

Доклад А. А. Войтенко (ЦЕИ РАН) носил название «Святой как "синтаксис". Проповедь епископа Кифта Писентия в честь св. Онуфрия Великого». Докладчик указал на то, что основной проблемой в понимании проповеди служит несоответствие ее предполагаемого и реального содержания: несмотря на то что проповедь должна быть посвящена св. Онуфрию, никаких «биографических» данных о нем она не содержит, а представляет собой моральное наставление для мирян. А. А. Войтенко полагает, что здесь нет противоречия, и считает проповедь с начала и до конца продуманным произведением. Писентий сознательно устраняет все «биографические» подробности о св. Онуфрии, делая из него «идеального святого» и почти абстракцию. Это позволяет ему говорить о проблемах своей паствы «сквозь» почитание святого. Упоминание о св. Онуфрии становится здесь своего рода «синтаксисом», который оформляет моральные наставления Писентия своей пастве. В ходе обсуждения доклада Е. Б. Смагиной было высказано интересное соображение о том, что жесткие предписания о поведении и одежде женщин, которые делает Писентий, находят свои параллели не только в коптской монашеской агиографии («Житие блаженного Афу»), на что указал докладчик, но и в апокрифической традиции.

Сообщение А. Тен Кате (Лейден) называлось «Псалом 151 в рукописи Barb. Or. 2 и коптская традиция»28. Barb. Or. 2 является одной из самых интересных рукописей христианского Востока, где тексты помещены на нескольких языках: на геэзе, сирийском, коптском (бохайрский диалект), арабском и армянском. Докладчик сосредоточил свое внимание на особенностях бохайрского текста псалма, представленного в этой рукописи. Одной из его особенностей считается добавление «Аллилуйи» в заглавие псалма, которое почти уникально в его текстуальной традиции. В целом известный бохайрский текст псалма близок к тексту Септуагинты, но употребление союза «и» (oyox)29 в начале фразы сближает текст Barb. Or. 2 с лукиановой редакцией и текстом Вульгаты. Употребление выражения «милостью» (4©n VNA.i[VNex]) вместо принятого «елеем» (¿v тф ¿Xaíw) в стихе 4 также сближает этот текст с Вульгатой (ср.: in misericordia). В целом, по мнению А. Тен Кате, текст псалма демонстрирует близость к тексту из рукописи M (Oxford n. 3), на что, помимо добавления усилительного «и» в 4-м стихе, указывает и добавление противительного «но» (áXXá) в 7-м.

28 В синодальном переводе Библии текст псалма напечатан с астериском и примечанием: «У Евреев этого псалма нет, он переведен с греческого».

29 Напр.: «И персты мои настраивали псалтирь».

В рамках конференции состоялись экскурсия по историческому центру Брюсселя, которую провел А. Мартен, профессор ULB и специалист по птоле-меевскому периоду, а также экскурсия по древнеегипетской экспозиции Королевского музея истории и искусства, где также было размещено несколько коптских стендов с предметами, хранящимися в запасниках музея и выставленными специально к проведению конференции. После окончания сессии состоялось общее собрание AFC, что стало неизменной традицией. Помимо организационных вопросов (финансовый отчет, ротация в совет AFC, принятие новых членов и др.) на собрании обсуждались перспектива размещения видеофайлов с докладами на конференциях и проблем авторских прав (главным образом демонстрируемых музейных предметов), с этим связанных. В качестве места проведения следующей XX сессии было предложено четыре варианта: Оттава, Геттинген, Страсбург и Париж. На собрании (что не совсем обычно) не было принято окончательного решения, и было объявлено, что этот вопрос будет рассмотрен позже.

Войтенко Антон Анатольевич, канд. ист. наук,

Центр египтологических исследований РАН

Российская Федерация, 119071,

г. Москва, Ленинский проспект, 29, стр. 8

Candidate of Sciences in History, Centre for Egyptological Studies,

Russian Academy of Sciences, 29/8 Leninskii prosp, Moscow,

Voytenko Anton,

cesras@cesras.ru

119071, Russian Federation

cesras@cesras.ru