Иконография сохранившейся алтарной росписи церкви Благовещения Псково-Печерского монастыря (xvi В. )

Вестник ПСТГУ.

Серия V: Вопросы истории и теории христианского искусства.

Андрейчук Игорь Николаевич, (иеромонах Прохор), ст. преподаватель кафедры теологии Псковского государственного университета, соискатель кафедры истории и теории церковного искусства, МПДА Российская Федерация, 180000, г. Псков, пл. Ленина, 2 id.prohor@mail.ru.

2018. Вып. 30. С. 66-77

ORCID: 0000-0001-5477-5782

Иконография сохранившейся алтарной росписи церкви Благовещения Псково-Печерского монастыря

Статья посвящена изучению вновь открытого памятника средневековой монументальной живописи — стенописи Благовещенской церкви XVI в. Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря. Автором впервые предпринимается попытка введения в научный оборот данных, выявленных в процессе реставрации. В статье излагаются результаты исследования, полученные в ходе самостоятельной работы автора по изучению сохранившейся росписи, выявляется техника исполнения живописи, а также указывается степень сохранности красочного слоя. Делается акцент на гармоничном единстве живописного убранства церкви и ее архитектуры, определяется время написания фресок, гипотетически устанавливается круг лиц, участвовавших в их создании. Основное внимание уделено изучению и анализу художественных композиций, сохранившихся в алтарной части церкви, выявлению их иконографических особенностей. При решении этих задач в первую очередь автор пользуется описательным и иконографическим методами исследования. В вопросе раскрытия догматической и символической программы росписи применяется богословский метод. Подводя итоги, автор приходит к выводу, что комплекс художественных сюжетов, представленный в алтарной части храма, следует в общих чертах уже устоявшейся традиционной системе декорации и посвящен раскрытию темы Бого-воплощения и идеям литургической жертвы. В заключение автор указывает на необходимость целостного подхода к более глубокому изучению и осмыслению общей декоративной системы церкви, что позволило бы проследить и выявить некоторую взаимосвязь между Благовещенскими фресками и сохранившимися монументальными художественными комплексами сер. XVI в.

В последнее время Псково-Печерский монастырь привлекает к себе пристальное внимание представителей исторической науки и искусствоведов, что побуждает к глубокому предметному изучению его культурного наследия и обобщению результатов исследований, полученных благодаря новейшим архитектурно-археологическим изысканиям.

В 1540 г. святым игуменом Корнилием Псково-Печерским (+1570) был построен в монастыре первый каменный храм, посвященный празднику Благо-

И. Н. Андрейчук

вещения Пресвятой Богородицы1. Точная дата освящения церкви — 15 октября 1540 г. — была установлена по найденному при разборке каменного престола антиминсу в 1869 г.2

Благовещенская трапезная церковь Псково-Печерского монастыря является одним из замечательных памятников псковской архитектурной традиции. Лишившись в ходе своей истории оригинальных апсиды и окон и получив несколько дополнительных пристроек, существенно исказивших ее первоначальный вид, она тем не менее сохраняет в своем облике многие характерные черты типичного псковского бесстолпного храма XVI в.

Интерьер церкви представляет собой четверик, по площади примерно 4 х 5 м, перекрывается купольным сводом и имеет в восточной части полуциркульную апсиду. В западной стене находится заложенный портал со стороны трапезной палаты. Вход в церковь теперь расположен с южной стороны. Световые проемы в наосе и алтаре переделаны — в XIX в. были прорезаны высокие оконные арки. Алтарь от собственно храма отделяется, как и в древности, деревянным двухъярусным иконостасом3. В западной стенке диаконника имеется заложенный вну-тристенный лестничный ход, ведущий в верхний (упраздненный) придел святых князей Бориса и Глеба и святых исповедников Гурия, Самона и Авива.

Живописное убранство Благовещенской церкви в настоящее время представляет значительный интерес для искусствоведов и историков. О существовании стенописи Благовещенского храма стало известно только в 1953 г. — небольшой фрагмент росписи «на боковых сторонах амбразуры окна» северной стены верхнего Борисоглебского придела церкви был обнаружен и описан исследователем Г. Рабиновичем: «Простой геометрический орнамент этой росписи выполнен в три цвета — красный, серо-зеленый и желтый — и состоит из сочетания вертикальных прямых линий с короткими наклонными, образующими елочку»4. На наличие фресок указывали в своих работах искусствоведы Ю. Г. Малков5, описавший частично расчищенный пояс с сохранившейся летописной надписью, и В. Д. Сарабьянов6.

В 2012—2015 гг. в ходе проведения реставрационных работ по расчистке живописи группой специалистов под руководством реставратора первой категории, члена Союза художников России Е. П. Большакова были открыты новые фрагменты стенной росписи Благовещенской церкви. В результате проведенных мероприятий открылись первоначальные росписи XVI в. практически по всему объему храма, за исключением диаконника. Выполненные реставрационные

1 См: Псковские летописи // Полное собрание русских летописей. Т. 5. Вып. 1. М., 2003. С. 109; Т. 5. Вып. 2. М., 2000. С. 229.

2 См: Первоклассный Псково-Печерский монастырь / Часть вторая. Аполлос (Беляев Иван Георгиевич). 2-е изд., доп. Остров, 1892. С. 82—92.

3 См: Псково-Печерский монастырь в 1586 г. // Старина и новизна. СПб., 1904. Кн. 7. С. 267.

4 Рабинович Г. Архитектурный ансамбль Псково-Печерского монастыря // Архитектурное наследство. М., 1956. № 6. С. 69.

5 МалковЮ. Г. Новые материалы к истории архитектурного ансамбля Псково-Печерского монастыря // Реставрация и исследования памятников культуры. М., 1982. Вып. 2. С. 73.

6 Сарабьянов В. Д. Фрески древнего Пскова. М., 1993. С. 27.

работы дополнили уже имеющуюся информацию о времени написания фресок и о круге лиц, участвовавших в их создании. Расчистка второй половины стенной летописи, находящейся над жертвенником, позволила во всей полноте воссоздать ее текст: «В ЦАРСТВО БЛАГОВЕРНАГО ЦАРЯ И ВЕЛИКАГО КНЯЗЯ ИВАНА ВАСИЛИЕВИЧА [ВСЕЯ РУСИ И ПРИ АРХИЕПИСК]ОПЕ ВЕЛИКАГО НОВА ГРАДА И ПСКОВА ВЛАДЫЦЕ ФЕОДОСИИ И ПРИ ИГУМЕНЕ КОРНИЛИИ ПИСА[НА] БЫСТЬ ЦЕРКОВЬ СИЯ ПРЕСВЯТЫЯ ВЛАДЫЧИЦЫ НАШЕЯ БОГОРОДИЦЫ ЧЕСТНАГО [И СЛАВНАГО ЕЯ] БЛАГОВЕЩЕНИЯ В ЛЕТО 7056 ГОДА СЕНТЯБРЯ».

Из надписи следует, что роспись первой каменной монастырской церкви Благовещения была выполнена в 1547 г. Великий князь Иван Васильевич назван царем, следовательно, церковь была расписана после его венчания на царство. Перед этим важнейшим историческим событием царь отправился на богомолье, чтобы испросить Божия благословения и молитвенной помощи. С этой целью 28 декабря 1546 г. он посетил Псково-Печерский монастырь и богато одарил почитаемую им обитель: «...и деревень монастырю дал много, и садами пожаловал многими»7. Несомненно, что великий князь молился в новой каменной Благовещенской церкви, и вполне возможно, что именно он дал деньги на ее украшение стенным письмом.

Преподобный Корнилий, бывший тогда игуменом монастыря и также упомянутый в надписи-летописи, отличался подвижнической жизнью и проявил себя не только как мудрый руководитель монашеского общежития, но и как талантливейший строитель, миссионер, историограф и иконописец8. Можно с уверенностью полагать, что автором иконографической программы, ее «знаменщиком» (рисовальщиком композиций), а возможно, и непосредственным исполнителем росписи был сам игумен-иконописец.

Настенная живопись, сохранность которой не превышает, по мнению реставраторов, 20 %, выполнена в смешанной технике. Росписи не сохранились на стенах алтарной апсиды. Утрачена живопись и в нише жертвенника, только на восточной и южной (правой) его стенах просматриваются прочерченные «графьей» три нимба. Вследствие увеличения светового проема на северной стене наоса были утрачены композиции, расположенные непосредственно в нем и в верхнем сегменте. Почти полностью исчезла живопись с противоположной (южной) стороны, так как на месте оконного проема был устроен новый вход в храм. При прокладке в храме электрического кабеля пострадало изображение в центре арочного свода, а также летописный пояс над жертвенником.

Росписи церкви Благовещения относятся к числу малоизученных произведений псковской древнерусской живописи сер. XVI в. Вновь обретенные фрески являются настоящей жемчужиной монументального церковного художественного искусства. Между тем они принадлежат к числу немногих точно датированных памятников Грозненского времени подобного рода, сохранившихся на Псковщине. Поэтому их всестороннее исследование является актуальным не

7 Полное собрание русских летописей. Т. 5. С. 112.

8 См: Повесть о Псково-Печерском монастыре / В. И. Охотникова, подгот. текста, пер. и коммент // Библиотека литературы Древней Руси. XVI век. СПб., 2005. Т. 13. С. 487.

только для истории псковской живописи, но и для древнерусского искусства этого периода в целом.

Иконографическая программа росписи в общих чертах следует традиционной схеме декорации, характерной для древнерусской монументальной живописи. Но при этом она заключает в себе ряд особенностей, продиктованных в первую очередь монастырским характером росписи, а также предпочтениями заказчика и церковно-исторической ситуацией, сложившейся на Руси к сер. XVI в. Вместе с тем, несмотря на использование принятых в псковской живописи красочных пигментов и художественных приемов, иконография некоторых изображений явно тяготеет к столичной. В системе декорации храма видно мастерство художников — даже сейчас сохранившиеся фрагменты стенописи визуально увеличивают храм, «разворачивают» его в пространстве. Цокольная часть стен украшена полосой полилитии — фресковой имитацией облицовки инкрустированным мрамором. Декоративный фриз из «полотенец» с изящными узорами располагается в нижней части северной, восточной и южной стен. Монастырскую специфику храма определяет ряд преподобных отцов, расположенный над ними. В купольном своде расположены сцены Акафистного цикла, а его доминантой является поясное изображение Пантократора. При этом сам образ Христа, смещенный по замыслу «знаменщика» из центральной верхней точки купола на его восточную часть, является связующим звеном между всеми композициями. Цикл Акафиста, помещенный в купол Богородичной церкви, по своему местоположению не имеет аналогий; это, несомненно, продуманное решение составителя программы росписи для более наглядного и торжественного прославления Божией Матери. Сохранившаяся живопись в алтарной части представлена традиционными изображениями Святой Троицы и Причащения апостолов.

Лейтмотивом алтарных росписей Благовещенской церкви являются темы воплощения Бога Слова и Его искупительной жертвы, а их раскрытию подчинены все сохранившиеся композиции декоративной системы алтарного пространства. Догматическая программа составлена из традиционных образов Иисуса Христа, расположенных в таком порядке, при котором они, открываясь взорам молящихся по оси восток—запад, последовательно раскрывают сущность Божественного домостроительства.

Ключевой алтарной композицией является образ Святой Троицы. Три фигуры ангелов расположены в медальоне на шелыге свода алтарной подпружной арки (ил. 1). Ангелы представлены восседающими вокруг стола-трапезы. Их изображения и расположение у стола-трапезы напоминают в общих чертах «Святую Троицу» Андрея Рублева, но рисунок крыльев и одежд иные.

Как показали исследования, мастера провинциальных художественных центров, знакомые с авторитетными иконописными образцами Москвы и Новгорода, давали свои варианты иконографических и композиционных решений в изображении Святой Троицы, придерживались старых традиций; особенно консервативным в этом отношении был древний Псков9. Лаконичная, без образов прародителей Авраама и Сарры композиция «Святая Троица» в Благовещен-

9 См: Щенникова Л. А. Святая Троица. СПб., 2014. С. 13, 34.

Ил. 1. Святая Троица. Алтарная часть

ской церкви Псково-Печерского монастыря свидетельствует о другом — о глубоко продуманном использовании московской иконографии, созданной преподобным Андреем Рублевым, гениально воплотившим главную богословскую идею — неслиянно-нераздельное триединство Трех Лиц Трисвятой Троицы.

Ангелы облачены в близкие по цвету одеяния красновато-коричневого и сине-зеленого цветов. У среднего ангела темно-красный хитон и синий гиматий. У Ангела, сидящего слева, напротив, хитон и гиматий красно-коричневого цвета. У третьего, сидящего справа, Ангела — синий хитон и зеленый гиматий. Головы окружены ярко желтыми нимбами, крылья светло-серого цвета. В руках Ангелов посохи, ноги поставлены на прямоугольные подножия. Образ центрального Ангела несколько возвышается над двумя другими. Над ним находится изображение дерева с большой округлой зеленой кроной. Над первым Ангелом проступает очертание палаты желтого цвета, над третьим Ангелом — светло-коричневая горка. Почти квадратная верхняя часть стола выполнена серым цветом, прямоугольные ножки — охристого оттенка. На столе расположены три чаши, изображения первой и третьей плохо сохранились. Центральная чаша самая крупная, по форме напоминает евхаристическую чашу-потир. Из-за плохой сохранности красочного слоя невозможно рассмотреть изображение внутри чаши. Руки Ангелов простерты к чашам, персты среднего Ангела сложены в благословляющем жесте. Хотя перекрестие у этого Ангела не просматривается, в некоторых характерных особенностях его иконографии можно увидеть намек на образ Второй Ипостаси Святой Троицы — воплощенное Слово Божие, Иисуса Христа. На это указывают его несколько возвышенное положение за столом, изображение дерева над головой, более крупная чаша, цветовое решение одежд. Неслиянное триединство Ангелов-Ипостасей подчеркнуто круговой композицией, рисунком фигур, жестами рук, цветом одежд. Это — образ Святой Единосущной Нераздельной

Троицы «Самой в Себе». Вне времени совершается Божественный замысел о спасении мира. Предвидя человеческое грехопадение, Бог «от века» предопределяет спасение человеческого рода через воплощение, крестные страдания и воскресение Своего Божественного Сына. Участие в деле спасения всех Лиц Святой Троицы определяет наличие чаши у каждого из изображенных Ангелов.

Предвечность происходящего подтверждают изображения архангелов — созерцателей Божественных тайн и служителей «делу нашего спасения», расположенные чуть ниже на изгибах алтарной арки. На левой стороне арки представлена фигура архистратига Михаила в рост (ил. 2). В правой руке он держит жезл, в левой — сферу-зеркало. Архангел изображен в богато украшенной одежде: в длинной тунике, унизанной «драгоценными камнями», на груди ее крестообразно перехватывает золотистый лор. На плечах архангела красный Ил 2. Архангел Шшш плащ, орнаментированные ленты-клавы.

На противоположном изгибе арки изображена фигура архангела Гавриила в красной далматике с богато украшенными оплечьем и подолом, в гиматии зеленого цвета (ил. 3). В руках он также держит жезл и сферу. Одежды архангелов по своему типу напоминают парадные облачения придворных византийских сановников, указывающие на высоту ангельского служения как «предстателей Престола Небесного Царя».

В церковно-литургическом аспекте благословение чаши центральным Ангелом, как это представлено во многих образах Святой Троицы, может служить напоминанием о том, что священник лишь исполнитель повеленного Богом10. Выражением данного смыслового аспекта в алтарных росписях Благовещенской церкви является расположение медальона с образом Святой Троицы непосредственно над престолом. В церковной литургической практике священник, благословляя Святые Дары и произнося установительные слова, знаменует собой образ Иисуса Христа, становится Его иконой11. Молитвы евхаристического канона обращены к Богу-Отцу, Который невидимо присутствует в Литургии и благодатью Святого Духа освящает и претворяет Святые Тайны. В данном случае образ центрального Ангела прямо прообразует литургическое предстояние священника престолу.

10Давыденков О., иер. Догматическое богословие: Учеб. пособие. М., 2005. 2-е изд., испр. и доп. С. 403.

11 Там же. С. 404.

Ил. 3. Архангел Гавриил

На лобной части алтарной подпруж-ной арки над образом Святой Троицы представлена композиция «Причащение апостолов» (ил. 4). С обеих сторон к ней примыкают расположенные по вертикали две пары преподобных отцов: они также являются причастниками таинства Евхаристии. Определить их имена не представляется возможным, но, несомненно, что это избранники Божии, благодаря своей высокой духовной жизни удостоившиеся пребывать у Престола Господня. Вероятно, это основатели русского пустынножительства преподобные Антоний и Феодо-сий Киево-Печерские, особо почитаемые в Печерской обители, прославленный московский святой Сергий Радонежский и кто-то из чтимых в XVI в. псковских святых (или местночтимых печерских основателей). Лики святых обращены к молящимся, а жесты их рук изображают призыв присоединиться и соучаствовать в таинстве Евхаристии.

Сцена «Причащение» представляет принятие апостолами Тела и Крови Спа-

Ил. 4. Причащение апостолов

сителя под двумя видами — хлеба и вина. Она обладает глубоким символико-догматическим смыслом и, кроме того, осложнена добавлением в сюжет третьей фигуры Христа. В центре композиции, между двумя изображениями Спасителя, представлен образ Христа — Великого Архиерея. Над фигурами возвышаются три сени: центральная, над Христом-Архиереем, голубого цвета, две другие — красного. Центральный образ Христа-Архиерея по своему масштабу превосходит не только изображения апостолов, но и два других образа Христа, раздающего причастие. Он представлен восседающим на высоком троне. Его одежда богато орнаментирована, на всей поверхности облачения виднеются прочерченные графьей круги с изображением крестов, расшита и украшена «золотом». Архиерейский саккос ярко-красного цвета, святительский омофор — белого, нимб — золотистый. Правой рукой Спаситель благословляет, а левой придерживает на уровне груди Евангелие. Образ Христа-Архиерея, представленный в центре алтарной композиции «Евхаристия», уникален, подобное изображение в сохранившихся памятниках древнерусской живописи не встречается, ему нет прямых аналогий и в балканских росписях. По всей вероятности, это оригинальный замысел составителя иконографической программы Благовещенской церкви — игумена Корнилия.

Возможно, догматическое осмысление этого сюжета святым Корнили-ем строилось на учении Церкви о Христе как о Первосвященнике, раскрытом главным образом святым апостолом Павлом в Послании к Евреям (Евр 8. 1—3). Согласно Посланию, Христос как Первосвященник принес свою жертву в небесной скинии. Исторически, несомненно, место приношения Христовой жертвы — Голгофа, но в тексте Послания апостол делает акцент на первосвященни-ческом служении Христа12. Цветовое решение в изображении центральной сени данного сюжета дает повод отождествлять ее с небесной скинией.

Жертвенно-литургический смысл этого образа раскрывается в тайной молитве священника, которую он читает во время пения Херувимской песни: «...но обаче неизреченнаго ради и безмернаго Твоего человеколюбия, непреложно и неизменно был еси Человек, и Архиерей нам был еси: и служебныя сея и безкровныя жертвы священнодействие предал еси нам, яко Владыка всех. Ты бо еси приносяй и приносимый, и приемляй и раздаваемый, Христе Боже наш»13.

Две другие фигуры Христа, расположенные за престолами, симметричны друг другу. Цветовое решение их одежд одинаковое — багряный хитон и голубой гиматий. Престол с правой стороны покрыт индитией (покрывало для верхней части престола) голубого цвета, тогда как сама срачица (основная часть облачения престола, прикрывающая его со всех сторон) красная, а с левой стороны — наоборот. По краю ткани лицевых сторон напрестольных облачений изображена кайма, имитирующая золотое шитье. На каждом престоле представлен полный набор литургических сосудов — чаша и дискос. Слева от центрального образа Христа Спаситель (вторая Его фигура) преподает части Евхаристическо-

12 Кассиан (Безобразов), еп. Христос и первое христианское поколение. М., 2006. С. 350—

351.

13 Божественная литургия иже во святых отца нашего Иоанна Златоустаго. Служебник. М., 1999. С. 92-95.

го хлеба подходящим к Нему апостолам, справа Спаситель (третья Его фигура) причащает апостолов из чаши. Изображения обеих чаш аналогичны той, которая представлена в центре композиции «Святая Троица». Апостолы, расположенные двумя группами по шесть фигур, стоят, обращенные к престолам, или торжественно шествуют к ним. Левый ряд апостолов в более ярких и светлых одеждах: преобладают красные, оранжевые, зеленоватые, коричневые тона. Особенно выделяется апостол Петр, принимающий причастие у Христа, он изображен в ярко-желтом гиматии. Одежды апостолов с правой стороны темнее, в них больше коричневатых, красных, голубых и зеленоватых цветов. В фигурах апостолов проявляется оживленное движение: они поворачиваются друг к другу, склоняют головы. На заднем плане с обеих сторон виднеются архитектурные сооружения.

В нижнем регистре на столпах алтарной арки изображены архидиаконы. Надписи с их именами не сохранились, но по отличительным особенностям их облачений можно с большой долей вероятности утверждать, что с южной стороны представлен архидиакон Стефан, а с северной — архидиакон Лаврентий. Размеры отмеченных графьей строк для имен этих святых подтверждают высказанное предположение.

В иконографической программе алтарной росписи Благовещенского храма представлена традиционная система декорации, содержание которой последовательно переходит «из области догматической в литургическую»14.

Внутреннее пространство небольшой церкви Благовещения украшено настенной живописью с глубоким пониманием ее архитектурных особенностей, иконографическая программа богословски осмысленна. В ней заключается то представление о красоте как истине, которая, по словам св. Максима Исповедника, «есть нечто простое, единое и единичное, тождественное и нераздельное, неизменное, бесстрастное, не подлежащее забвению, чуждое всякого недостатка»15.

Подведем итоги нашему краткому предварительному исследованию. По нашему мнению, росписи Благовещенской церкви были выполнены, возможно, на пожертвование великого князя Ивана Васильевича, посетившего Псково-Печерский монастырь во время своего паломничества накануне венчания на царство. Составителем иконографической программы стенописи и возможным ее исполнителем был игумен-иконописец преподобный Корнилий. В иконографической программе росписи, в общих чертах восходящей к традиционной декорации древнерусских храмов, сочетаются особенности, свойственные живописи великокняжеской Москвы («рублевский» образ Святой Троицы), признаки, присущие псковскому искусству (колорит, рисунок композиций), и монастырская тема (образы преподобных в «Евхаристии»), а также то своеобразие,

14 Квливидзе Н. В. Иконографическая программа алтарных росписей московских храмов второй половины XVI в. // Византийский мир: искусство Константинополя и национальные традиции. К 2000-летию христианства. Памяти Ольги Ильиничны Подобедовой (1912-1999). М., 2005. С. 623.

15 Цит. по: Бобров Ю. Г. Основы иконографии памятников христианского искусства. М., 2010. С. 36.

которое было обусловлено личностью ее создателя — преподобного игумена Корнилия (цикл Акафиста в куполе, центральный образ Христа-Архиерея в композиции «Евхаристия»).

В дальнейших исследованиях будет необходим целостный подход к более глубокому осмыслению общей композиции храмового убранства, а также сравнение иконографии, композиций и художественных особенностей открытых росписей с сохранившимися монументальными комплексами сер. XVI в., в первую очередь со стенописью Благовещенского собора Московского Кремля, выполненной после пожара 1547 г. артелью мастеров из Новгорода, Пскова и Москвы16.

В настоящее время остается открытым вопрос о продолжении реставрации обнаруженных фресок. Можно надеяться, что проведенные исследования станут базовым материалом для обсуждения следующего этапа реставрационных работ.

В заключение отметим, что наличие в монастыре еще одного объекта культурного наследия псковских мастеров — храма Благовещения с фресковыми росписями XVI в. — вновь подтверждает значимость и художественную ценность обители как памятника духовной культуры русского Средневековья. Тема же благовещенских росписей и в дальнейшем, безусловно, останется актуальной и востребованной как для монастыря, так и для специалистов — историков, искусствоведов, реставраторов, а также для широкого круга лиц, интересующихся историей русского Средневековья в целом и Псково-Печерского монастыря в частности.

Ключевые слова: алтарная роспись, архангелы, Благовещенская церковь, догматическая программа, древнерусские фрески, Евхаристия, иконография, настенная живопись, Причащение апостолов, Псково-Печерский монастырь, псковская архитектурная традиция, реставрация, Святая Троица.

Список литературы

Бобров Ю. Г. Основы иконографии памятников христианского искусства. М., 2010. Божественная литургия иже во святого отца нашего Иоанна Златоустаго. Служебник. М., 1999.

Давыденков О., иер. Догматическое богословие: Учеб. пособие. 2-е изд., испр. и доп. М., 2005.

Кассиан (Безобразов), еп. Христос и первое христианское поколение. М., 2006. Качалова И.. Я.. Монументальная живопись // Благовещенский собор Московского Кремля: К 500-летию уникального памятника русской культуры. М., 1990. С. 21-44. Квливидзе Н.. В. Иконографическая программа алтарных росписей московских храмов второй половины XVI в. // Византийский мир: искусство Константинополя и национальные традиции. К 2000-летию христианства. Памяти Ольги Ильиничны Подобедо-вой (1912-1999). М., 2005. С. 621-646.

16 См.: Качалова И. Я. Монументальная живопись // Благовещенский собор Московского Кремля: К 500-летию уникального памятника русской культуры. М., 1990. С. 21-44.

Малков Ю. Г. Новые материалы к истории архитектурного ансамбля Псково-Печерского монастыря // Реставрация и исследования памятников культуры. М., 1982. Вып. 2. С. 65-81.

Первоклассный Псково-Печерский монастырь / Часть вторая. Аполлос (Беляев Иван Георгиевич). 2-е изд., доп. Остров, 1892.

Повесть о Псково-Печерском монастыре / В. И. Охотникова, подгот. текста, пер. и ком-мент. // Библиотека литературы Древней Руси. XVI век. Т. 13. СПб., 2005. С. 476-533.

Псково-Печерский монастырь в 1586 г. // Старина и новизна. СПб., 1904. Кн. 7. С. 255272.

Псковские летописи // Полное собрание русских летописей. Т. 5. Вып. 1. М., 2003.

Псковские летописи // Полное собрание русских летописей. Т. 5. Вып. 2. М., 2000.

Рабинович Г. Архитектурный ансамбль Псково-Печерского монастыря // Архитектурное наследство. М., 1956. № 6. С. 57-86.

Сарабьянов В. Д. Фрески древнего Пскова. М., 1993.

Щенникова Л. А. Почитание Святой Троицы в XVI столетии. Своеобразие изображений в Благовещенском соборе Московского Кремля и в храмах других русских городов // Московский Кремль XVI столетия. Древние святыни и исторические памятники. М., 2014. Кн. 2. С. 56-109.

Щенникова Л. А. Святая Троица. СПб., 2014.

St. Tikhon's University Review. Igor Andreichuk (Hieromonk Prokhor),

Series V: Problems of History Senior Lecturer,

and Theory of Christian Art. Pskov State University,

2018. Vol. 30. P. 66-77 2 Lenina Sq., Pskov 180000, Russian Federation

id.prohor@mail.ru,

ORCID: 0000-0001-5477-5782

Iconography of the Preserved Altar Mural of the Annunciation Church (16th Century) of Pskovo-Pechersky Monastery

I. Andreichuk

This article studies the newly revealed monument of medieval monumental painting, namely the murals of the Annunciation Church (16th century) of the Holy Dormition Pskovo-Pechersky monastery. The author of the article introduces new data revealed during the restoration process. The article presents the results obtained in the course of the author's independent work on the study of the preserved murals. It identifies the technique of the painting as well as the degree of preservation of the paint layer. The author focuses on the harmonious unity of the decoration of the church and its architecture, establishes the time of painting the frescoes and tentatively identifies the circle of persons involved in their creation. Special attention is paid to the study and analysis of compositions preserved in the altar part of the church, their iconographic peculiarities being revealed as well. The author primarily employs descriptive and iconographic methods of research; theological method is used in describing the

dogmatic and symbolic programme of the mural. The author comes to the conclusion that the complex of plots seen in the altar part of the church generally follows the established traditional system of decoration and is designed to disclose the theme of God's incarnation and the ideas of liturgical sacrifice. Finally, the author points to the necessity of an integrated approach towards a deeper study and comprehension of the general decorative system of the church, which would make possible to trace and identify a certain relationship between the frescoes of the Annunciation Church and preserved monumental art complexes of the mid-16th century.

Keywords: altar mural, archangels, Annunciation Church, dogmatic programme, Old Russian frescoes, Eucharist, iconography, wall-painting, Communion of the Apostles, Pskovo-Pechersky monastery, Pskov architectural tradition, restoration, Holy Trinity.

References

Bobrov Iu. G., Osnovy ikonografii pamiatnikov khristianskogo iskusstva), Moscow, 2010.

Bozhestvennaja liturgija izhe vo svjatogo otca nashego Ioanna Zlatoustogo, Sluzhebnik, Moscow, 1999.

Episkop Kassian (Bezobrazov), Hristos ipervoe hristianskoepokolenie, Moscow, 2006.

Ierej O. Davydenkov, Dogmaticheskoe bo-goslovie: ucheb. posob., Moscow, 2005.

Kachalova I. Ia., "Monumental'naia zhivopis' (Monumental painting)", in: Blagovesh-chenskii sobor Moskovskogo Kremlia: K 500-letiiu unikalnogopamiatnika russkoikul'tury, Moscow, 1990, 21-44.

Kvlividze N. V., "Ikonograficheskaia programma altarnykh rospisei moskovskikh khramov vtoroi poloviny XVI v.?", in: Vizantiiskii mir: iskusstvo Konstantinopolia i natsional'nye traditsii, Moscow, 2005, 621-646.

Malkov Iu. G., "Novye materialy k istorii arkhitekturnogo ansamblia Pskovo-Pecher-skogo monastyria", in: Restavratsiia i issle-dovaniia pamiatnikov kul'tury, Moscow, 2, 1982, 65-81.

Okhotnikova V. I., ed., "Povest' o Pskovo-Pecherskom monastyre", in: Biblioteka

literatury Drevnei Rusi. XVI vek, St. Petersburg, 13, 2005, 476-533.

"Pskovo-Pecherskii monastyr' v 1586 g.", in: Starina i novizna, St. Petersburg, 7, 1904, 255-272.

Pskovskie letopisi. Polnoe sobranie russkikh letopisei, Moscow, 5, 2003, 1.

Pskovskie letopisi. Polnoe sobranie russkikh letopisei. Moscow, 5, 2000, 2.

Rabinovich G., "Arkhitekturnyi ansambl' Pskovo-Pecherskogo monastyria", in: Arkhitekturnoe nasledstvo, 6, 1956, 57-86.

Sarab'ianov V. D., Freski drevnego Pskova, Moscow, 1993.

Shchennikova L. A., "Pochitanie Sviatoi Troitsy v XVI stoletii. Svoeobrazie izobrazhenii v Blagoveshchenskom sobore Moskovskogo Kremlia i v khramakh drugikh russkikh gorodov", in: Moskovskii Kreml'XVI stoletiia. Drevnie sviatyni i istoricheskie pamyatniki, Moscow, 2, 2014, 56-109.

Shchennikova L. A., Sviataia Troitsa, St. Petersburg, 2014.