Некоторые базисные позиции Стратегии развития сельхозмашиностроения

УДК 631.3

Э. И. Липкович

НЕКОТОРЫЕ БАЗИСНЫЕ ПОЗИЦИИ СТРАТЕГИИ РАЗВИТИЯ СЕЛЬХОЗМАШИНОСТРОЕНИЯ

Рассматривается структура и логика построения Стратегии развития отечественного сельхозмашиностроения на период до 2020 года, предусматривающей два направления развития сельхозмашиностроения (федеральное и региональное), использование элементно-агрегатной базы при создании новых сельхозмашин, коренное изменение технологических свойств колесных машин, развитие инфраструктуры машинного обеспечения АПК, схемы финансирования сельхозмашиностроения.

Ключевые слова: стратегия развития, сельскохозяйственное машиностроение, система машин, элементно-агрегатная база, схема финансирования.

E. I. Lipkovich

SOME BASIC POSITIONS OF AGRICULTURAL ENGINEERING DEVELOPMENT STRATEGY

The structure and logic of building the Strategy of domestic agricultural engineering development for the period up to 2020 are considered. The Strategy providing for two development lines (federal and regional), the use of element-aggregate base for the new farm machinery creation, fundamental change in the technological properties of wheeled vehicles, infrastructure development of machinery supporting for the agroindustrial complex, financing schemes of agricultural engineering.

Keywords: development strategy, agricultural machinery, machine system, elementaggregate base, financing scheme.

Стратегия развития отечественного сельхозмашиностроения на период до 2020 года - это документ, который разрабатывается по инициативе Минпромторга, Союзагромаша и Россельхозакадемии, который давно ожидаем сельхозмашиностроителями и который должен регулировать производственный аппарат реализации Стратегии машиннотехнологической модернизации АПК на период до 2020 года, который уже существует и утвержден Минсельхоза России и Президиумом РАСХН. Стратегия развития сельхозмашиностроения, насколько нам известно, в нашей стране разрабатывается впервые, поэтому трудно переоценить ее значение, особенно в период становления рыночной экономики.

Наш машиностроительный подкомплекс хотя и не имел в дореформенный период специально разработанных стратегических ориентиров,

но зато имел каждое пятилетие составляемую, уточненную и дополняемую Систему машин для комплексной механизации сельскохозяйственного производства. Утвержденная в установленном порядке «Система машин...» представляла собой закон для всех государственных (а других просто не было) предприятий Минсельхозмаш и Минживмаш, который они должны были соблюдать путем разработки, испытаний на зональных МИС, постановки на серийное производство и поставок новой зональной сельхозтехники колхозам и совхозам. И, несмотря на недовыполнение по номенклатуре (главным образом) - иногда до 40 %, в сельское хозяйство поступали новые и весьма значимые сельхозмашины: оно пополнялось высокоэнергонасыщенными тракторами МТЗ-80/82, Т-150К/150, К-700/701, новыми комбайнами СК-4/4А, затем СК-5 «Нива» и СК-611 «Колос», широкозахватными орудиями и т.п. Быть может, в тех условиях можно было бы согласиться с отсутствием Стратегии развития сельхозмашиностроения, хотя, несомненно, с натяжкой. Тогда об этом в плановой экономике не говорили. Но ее отсутствие специалистами замечалось, ибо направление развития сельхозмашиностроения, хотя и административно-плановое, позволило бы вести НИР и ОКР на сколько-нибудь долгосрочную перспективу, что уже тогда привело бы к значительному повышению технического уровня и качества сельхозтехники и сокращению ее номенклатуры.

В пореформенный период отечественный АПК оказался и без того («Система машин») и без другого («Стратегия развития сельхозмашиностроения.»).

Функциональные товарищи решили, что рынок со всем разберется сам, и устранились, допустив резкое сокращение сельхозтехники и тотальное разрушение заводов сельхозмашиностроения (господами их не назовешь: если бы они были господами, то, несомненно, поняли бы, что в нашей стране в пореформенный период может быть только регулируемый

рынок, а не рынок XVIII века - уж очень долго придется идти к цивилизованной экономике).

Итак, сельскохозяйственное машиностроение - это часть промышленного комплекса, которая производит базисный сегмент технического аппарата АПК, дополняемого недостающими (не выпускаемыми в стране потребителя) техническими средствами мирового производства, обеспечивая при этом сбалансированную экодинамику агро- , био- , акваценозов в товаропроизводящих ареалах Российской Федерации.

Производственный аппарат, в свою очередь, формирует зональные технологические комплексы машин, своего рода сборочной матрицей для которых являются (или должны являться) математические модели продукционных процессов в агроэкосистемах (мы об этом не раз писали). Но у нас до сих пор нет новейших зональных систем технологий и машин, поэтому сельхозтоваропроизводители вынуждены либо сами синтезировать технологические комплексы, не имея для этого решительно никакой квалификации (особенно молодые), либо полагаться на фольклор. Не трудно видеть, что в обоих случаях ни о каких высоких и интенсивных технологиях, дающих хозяйственный эффект, речь не идет. Могут возразить, что крестьянину в этой проблеме окажет помощь ИКС - информационно-консультационная служба. Но, во-первых, ее еще нет и неизвестно, когда будет (во всяком случае, за сорок лет и четырехкратные попытки ее создать не удалось); во-вторых, работникам ИКС придется самим синтезировать технологические комплексы, вместо использования высокопрофессиональной системы технологий и машин. Но, видимо, последнюю в современных условиях ждет такая же судьба, что и ИКС, которую некому создавать, но желание есть; а систему технологий . есть кому создавать (пока, конечно), но желания нет, строго говоря, нет государственной воли, чтобы обязать Минсельхоз России это сделать. Таким образом, отмечаем, что сельхозтоваропроизводителю, а в широком смысле АПК, нужна единая

система: Стратегия машинно-технологической модернизации АПК + Стратегия развития сельхозмашиностроения + Программа производства сельхозтехники и технического аппарата в целом + Система технологий и машин как федерального, так и зональных уровней - и все это должно быть отображениями специальных сечений пространства продукционных процессов в ландшафтных агроэкосистемах.

Эта совокупность подсистем представляет собой часть научного сопровождения, входящего в агроинжениринг, который сам есть составная часть общей системы производства сельхозпродукции.

Вторая часть агроинжениринга - это комплексная подсистема, содержащая теорию, конструкцию и расчет сельскохозяйственных машин (здесь мы эту часть не рассматриваем).

И третья часть - это серийное производство зональной сельхозтехники - также детально не рассматривается.

Так, весьма схематично, с нечеткими («размытыми») границами выглядит один из важнейших блоков научно-технического обеспечения сельхозтехники. Надо отметить, что сельхозмашиностроение - единственный машиностроительный подкомплекс, который производит орудия и машины, «делающие» ценоз. Могут возразить: подкомплекс медицинского машиностроения тоже делает технические средства, работающие с живыми организмами, но эти технические средства - лишь инструмент, и непосредственно в росте и развитии человека они, как правило, не участвуют.

Из такого определения вытекает весьма широкий спектр свойств сельхозмашин и сельхозмашиностроения в целом. Главнейшим здесь выступает свойство широкого научного сопровождения со стороны группы наук, открывающей и использующей закономерности роста и развития той живой среды, которая, отображаясь на технические средства во весь продукционный период, формирует полный комплекс обратных связей, т.е. воздействий сопровождения этого роста и развития. Кажется, все здесь

ясно. Не ясно только одно: почему Минсельхоз России, под руководством которого и непосредственном участии которого формируется группа наук воздействия и которое единственно непосредственно ответственно перед народом и государством за производство продовольствия, а, значит, и продовольственную безопасность Российской Федерации, продолжает полагать, что организация научно-технологического сопровождения создания сельхозтехники есть избыточная функция и передает эту функцию органу, ответственному за промышленность в целом и торговлю (может, это делает не Минсельхоз России, а кто-то другой, а оно лишь вынуждено обосновывать или прикрывать, весьма неуклюже, чей-то просчет?).

Обычно такого рода фундаментальные материалы, как концепция, стратегия, которым мы в последнее время придаем очень большое практическое значение (поскольку нет другого выхода научных разработок в практическую жизнь), содержат высококачественный, всесторонний анализ состояния вопроса; но за ним, как правило, мало что следует или следует тривиальное изложение представлений, сложившихся в данном сегменте знаний.

Настоящая статья посвящена изложению разработанной нами структуры и логики построения Стратегии развития отечественного сельхозмашиностроения. Имея в виду, что названный документ так или иначе будет подготовлен, представлялось бы целесообразным оформить его таким образом, чтобы с самого начала он получил высокую значимость.

Основные принципы Стратегии можно свести к следующим положениям.

1 Стратегия должна состоять из двух блоков. Первый блок должен относиться к направлениям развития общероссийского или федерального сельхозмашиностроения, продукция которого используется во всех или почти всех товаропроизводящих зонах России. Это зерно- , кормо- , картофеле- , свеклоуборочные комбайны и другие подобные технические сред-

ства, тракторы и мобильные энергосредства, особенно высоких классов; большегрузные транспортные средства, в том числе накопители-перегружатели и т.п.; средства механизации технического сервиса; многие позиции элементно-агрегатной базы (средства автоматизации, сервомеханизмы, комплектующие, двигатели, силовые гидромашины и т.п.). Это самостоятельно значимый блок со своим финансовым сопровождением.

Второй блок относится к разработке стратегии развития регионального или зонального сельхозмашиностроения. Это другое машиностроение, родившееся в регионах, зонах усилиями местных органов власти (руководящие органы субъектов РФ) на основе разработок системы НИУ РАСХН при поддержке Минсельхоза России, - как зональный производственный аппарат, способный пополнить зональные технологические комплексы машин. Сельхозтехнику начали производить, в основном, непрофильные машиностроительные предприятия, еще сохранившиеся в период развала административной экономики. История регионального машиностроения хорошо известна. Оно развивается самостоятельно, без общей координации со стороны Минсельхоза России, под научно-техническим «покровительством» Центра регионального сельхозмашиностроения при ВИМ. Сейчас трудно сказать, куда пойдет развитие этого важного сегмента: в направлении слияния с федеральным сельхозмашиностроением с образованием единого технического руководства с общей научно-технической политикой; или укрепит свою самостоятельность в федеральных округах и субъектах РФ с целью интенсификации обеспечения сельхозтоваропроизводителей зональной техникой и более глубокой и гибкой адаптации к зональным условиям. Пока лишь можно отметить, что объединяют эти две ветви общие энергомашины. Кстати, мы еще не знаем, в какую сторону будет развиваться (или угасать) отечественное сельское хозяйство. К сожалению, этот вопрос до сих пор дискуссионный (на наш взгляд, искусственно). В частности, специалисты и в центре, и на местах неоднократно

подчеркивали необходимость разработки системы ведения агропромышленного производства, в которой должна быть выписана роль регионального сельхозмашиностроения. Но таких документов до сих пор нет.

Таким образом, разрабатываемая Стратегия сельхозмашиностроения должна рассматривать оба сегмента подотрасли, во всяком случае, на обозримый период.

2 Особое место в Стратегии должно занимать использование элементно-агрегатной базы при создании новых сельхозмашин. Дело в том, что элементно-агрегатная база в российском сельхозмашиностроении традиционно неразвита. Даже когда образовывались технические возможности по ее созданию, инициативы использования этих возможностей не наблюдалось. Так, при создании и постановке на производство зерноуборочного комбайна СК-3 (конец пятидесятых - начало шестидесятых годов 20-го века) были заказаны всего лишь два размера низкопрофильного клинового ремня шириной 52 мм для вариатора ходовой части и привода молотильного барабана. Ни о каких других типоразмерах речи не было, в том числе и до сих пор (высочайшая унификация!). При создании и постановке на серийное производство зерноуборочного комбайна РСМ-10 - Дон-1500 с гидрообъемным приводом ходовой части (конец семидесятых - начало восьмидесятых годов) была закуплена линия производства ГСТ-90, т.е. регулируемый гидронасос с наклонной шайбой и нерегулируемый гидромотор - единственная точка в типоразмерном ряде гидроприводов. И просуществовала эта «точка» около 30 лет (если не более). Лишь сейчас перешли на ГСТ-112 (вместо 90 см3 на 112 см3) с нерегулируемым гидромотором. Но ведь уже опытом проверено, что нужны обе регулируемые машины. В последнее время путем самостоятельного развития отечественное производство получило типоразмерные ряды регулируемых гидромашин. Еще один курьезный пример. В течение пятидесяти лет мы не можем изменить ширину молотилки и ширину клавишей, используя пяти- и четы-

рехклавишный соломотрясы: нет валогибочного станка другой размерности. Наконец, более двадцати лет назад была разработана система автоматизации технологического процесса зерноуборочного комбайна (автор и его сотрудники тогда работали во ВНИПТИМЭСХ - СКНИИМЭСХ) с использованием авиационных сервомеханизмов. Но у нас в России до сих пор ее нет, а есть она на комбайнах Claas и др.

Можно было бы привести множество примеров подобного рода, но и то, что приведено, убедительно доказывает самое негативное отношение руководства подотрасли к элементно-агрегатной базе (сейчас не лучше: нет ни элементной базы, ни руководства).

Исходя из сложившегося положения, следует существенно расширить содержание элементно-агрегатной базы. Применительно к тракторам и сложным сельхозмашинам (самоходным комбайнам и другим мобильным энергосредствам) должны быть введены в элементно-агрегатную базу все сколько-нибудь пригодные для синтеза названной техники узлы, группы узлов, механизмы, которые могли бы войти в синтезируемые конструктивно-технологические схемы нового (следующего) поколения машин. Это, прежде всего, ДВС. У нас не так много моторных заводов: Ярославский моторный завод, Алтайский моторный завод, моторное производство КамАЗ, Владимирское моторное производство, Рыбинское моторное производство; если же привлечь элементно-агрегатную базу Республики Беларусь, то сюда можно включить и Минское моторное производство. Должно быть введено и мостовое производство: это производство ведущих мостов комбайнов «Гомсельмаш», производство мостов тяжелых тягачей МоАЗ (в том числе и грузовиков МАЗ), КамАЗ, а также мостов автозавода «Урал» (если оно еще существует). Большое значение в элементноагрегатной базе имеет введение туда типоразмерных рядов силового гидропривода и гидроаппаратуры (гидроцилиндры, гидронасосы и гидромоторы, в том числе и регулируемые), электроаппаратуры и электрооборудо-

вания, кабин оператора, навесных систем, ВОМ и т.п. Несмотря на скудость современного отечественного производства, все же набирается значительный перечень изделий, которые позволят в определенной степени синтезировать новые технические средства сельхозмашиностроения. И значение проблемы в следующем. Во-первых, современное состояние отечественного машиностроения таково, что создать и освоить в производстве трактор или зерноуборочный комбайн, состоящий сплошь из оригинальных узлов отечественного производства даже при высокой их эффективности практически невозможно: у нас просто нет мощностей для этого, а создавать новые специализированные мощности не только экономически не выгодно, но просто нет денег, особенно в условиях внутренней политической неустойчивости, крайней слабости внутреннего рынка, отсутствии современных технологий и оборудования. Во-вторых, надо иметь в виду при этом тот факт, что любая сельхозмашина - это не стратегический ракетоносец, управляемый промежуточной станцией слежения на расстоянии 40-50 тыс. км от него с целью прорыва любых заграждений противника. Поэтому сельхозмашину, например, тяжелый трактор или МЭС можно оснастить не специальными ведущими мостами, а мостами тяжелого колесного тягача (например, МоАЗ имеет их более 20 вариантов), «проходящих» по крутящему моменту, вертикальным и горизонтальным нагрузкам. Можно использовать унифицированную эргономическую кабину зерноуборочного комбайна, навесные системы другого тяжелого трактора и т.п.

Таким образом, даже скромная существующая элементно-агрегатная база, точнее, ее упорядочение и направление наиболее эффективного использования должны быть предусмотрены Стратегией развития сельхозмашиностроения.

3 Одной из особенностей разрабатываемой Стратегии должна быть проработка проблемы гусеничных и колесных тракторов на основе современного уровня технических и агротехнологических знаний. Эта проблема

возникла одновременно с разработкой и постановкой на производство энергонасыщенных тракторов Т-150 в шестидесятых годах под руководством академика В. Н. Болтинского и ВИМ (А. Я. Поляк, Н. М. Антышев и др.).

К чести разработчиков удалось создать сразу две модификации: колесную Т-150К и гусеничную Т-150. Но сразу же возникли ожесточенные споры о соотношении колесных и гусеничных машин в сельхозпроизвод-стве. Впрочем, вскоре было установлено, что колесная машина «фрезерует» поверхностный слой почвы (буксование 11-15 %) и перерасходует топливо, повышает давление ходовых систем на почву в 2-2,5 раза, имеет более низкий, чем гусеничная тяговый КПД. Но администраторы от науки (как теперь говорят, toр-менеджеры, от словосочетания «топать ногами») считали, что надо делать все «как у них». К настоящему времени победила «колесная» тенденция: купили Versatile, разрушили Волгоградский и Алтайский тракторные заводы по производству гусеничных машин.

Но проблема значительно серьезнее, по крайней мере, в современных условиях, чем представляют себе «топатели». Во-первых, за последние пятьдесят лет резко возросли требования экологичности технологических процессов. Твердо установлено, что колесный движитель отрицательно воздействует на почву, повышая ее плотность и ухудшая условия роста и развития растений; ухудшает структуру почвы, способствуя ветровой эрозии; по следу колеса урожайность уменьшается на 3-5 ц/га (это довольно скромное значение, недооценивающее угрозу в целом).

Во-вторых, более низкий тяговый КПД колесной машины по сравнению с гусеничной имеет ярко выраженные последствия, на которые с некоторых пор обращается все более серьезное внимание. В настоящее время начали появляться тракторы тягового класса 8,0 тс. Но если «восьмитон-ник» гусеничный имеет массу в 14000 кг, то колесный аналог - массу

в 20000 кг. Строго говоря, 6000 кг тракторный массы могут стоить порядка 3000 тыс. рублей. Несомненно, это надо учитывать.

В-третьих, гусеничная машина - это национальное российское изобретение; на ней построили индустриализацию сельского хозяйства, освоили целину, восстановили послевоенное зерновое производство. И сейчас преодолевается последнее главное преимущество колесной машины: на гусеничную устанавливается резиноармированная гусеница (РАГ), которая позволит трактору перемещаться по дорогам с твердым покрытием без повреждения последнего.

Однако у обеих машин есть одинаковый дефект конструкции. Они обе выполнены по принципу «железного коня»: двигатель впереди, система агрегатирования (сбруя) - сзади. Такая схема затрудняет или даже делает невозможным использование различных вариантов агрегатирования. Более того, мы часто видим, что в нижней части облицовки радиатора установлены дополнительные грузы, компенсирующие дефект конструкционной массы как следствие невысокого уровня конструкторов.

Современные технологические достижения в производстве сельхозработ позволяют объединить все или большую часть операций, имеющих одинаковые агросроки, т.е. возникает группа операций, которые можно выполнять одномоментно, что приводит к созданию малопроходовых или даже однопроходовых мобильных агрегатов. К такого рода схемам колесная машина приспособлена лучше, чем гусеничная, хотя это требует некоторых изменений компоновки (установление передней унифицированной навесной системы и переднего ВОМ; вынос кабины на передний мост).

Таким образом, намечается более углубленное разделение труда между колесными и гусеничными машинами. Гусеничные машины выполняют полный объем технологических операций, не только традиционно собственных, но и те операции, которые некогда или до последнего времени выполняли колесные машины. Колесные тракторы существенно, каче-

ственно приобретают новые функции, которые становятся их основными, одновременно передавая традиционные функции гусеничным машинам, и превращаются в мобильные энергетические средства, использующиеся, главным образом, для многоцелевых технологических операций.

В такой структуре гусеничные тракторы и колесные МЭС дополняют друг друга.

Поставленная здесь проблема коренного изменения технологических свойств колесных машин должна найти отражение в Стратегии.

4 Стратегия развития сельхозмашиностроения, как уже отмечалось, должна включать проблемы регионального машиностроения, т.е. того сегмента, в котором производятся технологические орудия и машины, способные обеспечить комплектование зональных продуктовых комплексов. Поэтому здесь равно важны все составляющие: качество - технологичность - эргономика - экологичность. Здесь нельзя ничем пренебречь вдвойне, ибо влияние всех четырех определенностей устанавливает технико-экономическую эффективность и конкурентоспособность на открытом рынке производимой сельхозпродукции. Конечно, влияние техникоэксплуатационных параметров энергосредств (тракторы и МЭС) здесь присутствует. Но, как мы установили при разработке новой методики технико-экономической оценки средств механизации, собственно технологий, последние вносят более существенный вклад в себестоимость продукции, чем энергосредства. Эта проблема должна найти адекватное отражение в Стратегии. Вообще говоря, современная Стратегия должна отличаться от всего того, что разрабатывалось в недалеком прошлом в такого рода документах. Изменилось не только время и то, что объективно с ним связано; но, во-первых, сами подходы на основе новых знаний и экономической ситуации; во-вторых, существенно расширились рамки применимости этих знаний с одновременным сокращением рабочего персонала, - отсюда и более жесткие требования, сформулированные жизнью, к точности тех доку-

ментов, которые еще недавно воспринимались как обязательные с позиций регламента, но ничего не означающие. Сейчас фактически регламента нет (что очень большое упущение), но подготовка таких документов - по существу единственный оставшийся профессионалам способ донести новые знания в агроинжениринге до широких кругов технической общественности и еще одна попытка обеспечить сельхозтоваропроизводителей нужной техникой.

5 Особое внимание Стратегия должна уделить динамике и интенсивности развития как федерального, так и регионального машиностроения. Дело в том, что за последние 50 лет нами неоднократно прерывались процессы непрерывного развития сельхозмашиностроения. Так, поставленный на серийное производство в 1949 году трактор ДТ-54 - уникальная по тому времени машина - практически серьезно не модернизировался до настоящего времени, и Волгоградский завод оказался невостребованным. Трактор Т-150 также не подвергался развитию конструкции; хотя еще востребован, но модернизируется случайными импульсами - уже в самостоятельном государстве. Трактор К-701, выпускавшийся более 30 лет без изменений (восьмицилиндровый двигатель для него начали выпускать серийно уже после снятия машины с производства), в конечном счете, выродился в К-744 едва ли лучших параметров. Таких примеров много. Но в условиях рыночной экономики использование производственного аппарата без изменений столь длительное время приводит к снижению конкурентоспособности сельхозпродукции, ее убыточности и вытеснению с открытого рынка. Иными словами, отставание в модернизации технических средств, т.е. снижение общей интенсивности обновления технических средств - не безобидное традиционное наше отрицание значимости техники и технического прогресса в целом, несмотря на самые горячие уверения высоких сторон, а, быть может, необратимые серьезные потери на рынке сельхозпродукции, приводящие, в конечном счете, к потере продовольст-

венной самостоятельности. Разрабатывая Стратегию в настоящее время, такую трансформацию надо иметь в виду, ибо в те времена, в которые сложилось пренебрежение к техническому прогрессу в сельском хозяйстве, понятие продовольственной безопасности если и существовало в верхних эшелонах, то носило не более чем философский характер.

Далее, необходимо подчеркивать и специально представлять, что федеральное сельхозмашиностроение требуется создавать фактически заново, особенно тракторостроение; да и комбайностроение требует создания конкурентной среды: ведь работает практически один КЗ «Ростсельмаш - Новое содружество».

6 Стратегия должна предусматривать развитие инфраструктуры машинного обеспечения АПК, в которую входят:

- система технического сервиса;

- разработка новой методики оценки эффективности сельхозтехники, адекватной современным условиям;

- разработка нового регламента сравнительных испытаний сельхозтехники;

- разработка базовых технических условий и регламента ввода в эксплуатацию техники, выработавшей амортизационный срок и восстановленной специализированными предприятиями;

- определение рационального уровня локализации при серийном производстве отечественной сельхозтехники при бюджетной поддержке сельхозмашиностроения и модернизации производственного аппарата сельхозтоваропроизодителей.

6.1 Система технического сервиса в период реформ оказалась полностью разрушенной (в дореформенный период система «Союзсельхозтехни-ка», которая относилась к инфраструктуре сельхозмашиностроения, хотя тогда не знали таких слов, насчитывала, по словам А. А. Ежевского, около 1,7 млн чел.). Вообще объемы разрушений в сельхозмашиностроении

сравнимы с разрушениями Второй мировой войны на территории России и не могут быть ничем оправданы, ибо никакая политическая стабилизация ничего подобного не требовала. Но инфраструктуру потребуют уже новые сельхозмашины, которые пока предусмотрены лишь Стратегией машиннотехнологической модернизации АПК на период до 2020 года. Создание новой инфраструктуры для новой, пятого поколения сельхозтехники (тракторы, комбайны, МЭС) потребует очень больших объемов проектных и конструкторских работ - уже с учетом новых достижений агроинженер-ной науки и техники, новыми технологиями технического сервиса. Надо отметить, что подобных документов в прошлом технический сервис своего отражения не находил, видимо, потому, что, во-первых, существовала целая самостоятельная государственная инфраструктура «Союзсельхозтех-ника» (хотя многие сельхозтоваропроизводители испытывали разочарование при взаимодействии с нею) и, во-вторых, в сельском хозяйстве (в сельхозпредприятиях - других не было) имелась собственная инженерная служба как часть всей системы - вертикали - технического сервиса.

В современных условиях образована новая, ранее неизвестная служба агролизинга, которая предоставляет технику в финансовую аренду. Для этой службы весьма важно иметь блок технического сервиса с тем, чтобы обеспечить возможно полное использование технического ресурса арендуемого технического средства сельхозтоваропроизводителями.

Таким образом, впервые в основания Стратегии развития сельхозмашиностроения должен быть введен и инфраструктурный блок.

6.2 В настоящее время цены на сельхозмашины - прицепные и навесные - возросли в астрономических размерах и сравнялись с рыночными ценами современных тракторов (например, посевные комплексы «Кузбасс», комплексы прямого посева и т.д.). Но если трактор может работать до 15-18 тыс. мото-ч до полного использования своего технического ресурса, то посевная машина, работая даже регламентных десять сезонов,

вырабатывает 700-1000 мото-ч (в соответствии с технологическим процессом и агросроками); поэтому переносимая подобными орудиями собственная стоимость на себестоимость производимой продукции существенно выше, чем переносимая стоимость значительно более сложного энергосредства. Отсюда надо изменить подходы к созданию дорогостоящих шлейфов машин и разработать новую методику технико-экономической оценки. Вариант такой методики разработан автором; но Стратегия должна предусматривать комплексное решение этой проблемы.

6.3 В условиях открытого рынка, в том числе и сельхозтехники, необходимо давать эксплуатационно-технологическую оценку поступающим в Россию зарубежным средствам механизации с тем, чтобы выяснить пригодность их к отечественным технологиям машинного производства сельхозпродукции в зонах и подзонах, и определить степень экономической эффективности в сравнении с отечественными технологиями и техническими средствами. Такая работа, уже сейчас вмененная в обязанности МИС и зональных НИУ (а в ближайшей перспективе, несомненно, расширится), пока не имеет адекватного регламента. Заказчики сравнительных испытаний, как правило, не допускают «утечки информации» о параметрах своей техники. Но есть и такие заказчики, которые еще не поняли, что рынок на дворе, и производители сельхозмашин имеют право на конфиденциальность официальной информации. Иными словами, учреждение (организация), проводившее испытания, может передавать полезную официальную информацию только с разрешения сторон. Возникает конфликт; сравнительный характер информации об испытаниях, особенно с участием российских конкурентов, обесценивается. В конфликт втягиваются работники белого шума, которые всегда готовы... И очень нужное мероприятие начинает порочить собственных же исполнителей (пример: испытания комбайнов в июле 2011 на Северо-Кавказской МИС).

Поэтому в Стратегии надо специально предусмотреть разработку соответствующего регламента.

6.4 Существенным источником пополнения парка сельхозтехники, в частности, тракторов и комбайнов, представляется восстановление списанной техники с введением в восстановительные работы диагностики сложных (и дорогих) деталей и узлов, выполняемой на высоком техническом уровне. Такую технологию разработал ГОСНИТИ; методику технико-экономической оценки эффективности использования комбайнов в по-слеамортизационный срок разработал ВНИИТиН. Однако нормативных документов и специального регламента нет: после выработки амортизационного срока трактор или комбайн должен быть списан, - и все. Даже наш уважаемый МГАУ ведет специальные исследования эффективности процесса уничтожения.

Восстановленная техника должна проходить испытания на МИС, после положительного заключения которых можно оформлять разрешительные документы на ее использование в сельхозпроизводстве.

По-видимому, эта проблема еще долго будет актуальной; поэтому она должна быть введена в основания разрабатываемой Стратегии.

6.5 Используя положительные стороны организационной технологии замены устарелых легковых машин отечественного производства, решается вопрос о распространении ее на сложные сельхозмашины. Однако здесь возникает опасность переноса этого опыта на ту технику, которая «изготавливается» в России с помощью так называемой отверточной технологии. Нецелесообразность такого решения очевидна. Но очевидно и другое: имея широкий доступ к мировой элементно-агрегатной базе, трудно удержаться от использования узлов и комплектующих ведущих зарубежных фирм, особенно в тех случаях, когда эти узлы и детали, изготавливаемые у нас в России отечественными предприятиями, создают «узкие места» в проектируемой технике. Возникает проблема локализации: чем выше

уровень локализации на отечественном предприятии, тем большая часть денежных средств, уплаченных за приобретаемую сельхозмашину, останется в России. Но теперь надо установить оптимальный уровень локализации для того, чтобы ввести в хозяйственный оборот названную выше организационную технологию (в том числе, возможно и плавающий уровень для некоторых наших машин и зарубежных изделий).

В дореформенный период в нашей стране уже был установлен уровень локализации (просто тогда многих ученых слов в лексике машиностроителей еще не было), но со знаком «минус»: на производство, в частности, в сельхозмашиностроении, нельзя было ставить новое изделие, унификация которого в сравнении с заменяемым была ниже 70 %. Тогда все капитаны производства сходились во мнении, что такая локализация или унификация просто тормозила технический прогресс.

Учитывая и прошлый опыт, и настоящую ситуацию, решение проблемы субсидирования в зависимости от уровня локализации также должно войти в основания разрабатываемой Стратегии.

7 Финансовое обеспечение создания новой сельхозмашины - это главный вопрос всей проблемы технического обеспечения АПК. Как известно, на подавляющем большинстве машиностроительных предприятий оборотных средств нет. Следовательно, без поддержки государства (точнее, федерального и местного бюджета) говорить о создании техники пятого поколения не обосновано. Но и федеральные органы не финансируют НИР и ОКР, ибо его, нашего государства высокие деятели постоянно заявляют, что оно, государство, должно уйти из бизнеса, а в сельском хозяйстве все в порядке. Не случайно в течение двадцати лет реформ не построен ни один полнокомплектный завод сельхозмашин. И если руководящие чиновники развитых стран с либеральной экономикой (более либеральной, чем у нас) открыто заявляют о необходимости пересмотреть стратегию отношения с экономикой и как необходимое условие завершения

настоящего кризиса усилить вмешательство в экономику (в частности, Н. Саркози), то мы делаем ровно наоборот. Отсюда отрицательные последствия для АПК (о других комплексах не говорим - не наш предмет).

И, тем не менее, некоторый выход из сложившегося положения можно найти. Он видится в анализе работы тех групп отечественных предпринимателей, у которых уровень капитализации торговли (это основной бизнес в России, чтобы ни говорили разные ангажированные начальники) достиг естественного своего порога и дальше развиваться не может; нужны новые приложения капитала. И здесь вновь всплывает регулирующая роль государства: нужны мотивированные решения властей, побудительные пружины и вместе с тем выгодные гарантии, чтобы «избыточные» предприниматели пошли в сегмент сельхозмашиностроения, хотя бы часть из них, особенно те, которые имеют сопредельный бизнес в АПК. Здесь, конечно, требуется добрая воля с обеих сторон (и все же со стороны властей несколько больше, ибо у властей денег нет), высочайший уровень экономических знаний и осторожный такт хорошо образованных чиновников.

Конечно же, таких предпринимателей пока мало, да и будет ли их много: ведь процесс «насыщения» идет неуправляемо, а неуправляемый рынок (точнее, нерегулируемый), как представляется, развивается весьма медленно. Но, тем не менее, это все-таки путь, который может быть открыт в последнее время, и что-нибудь создать с его помощью можно; например, тяжелый гусеничный трактор, мобильные энергосредства высоких тяговых классов как основу технологического перевооружения АПК. По-видимому, процесс может быть ускорен образованием частно-государственных партнерств в конкретных случаях. Финансирования можно ожидать и от тех предпринимателей, которые уже работают в сельхозмашиностроении и используют не только собственный капитал, но и заемный, а также средства акционеров. Здесь все понятно и традиционно, но помощь государства очень востребована.

Итак, рассмотрены базисные позиции предполагаемой Стратегии развития сельхозмашиностроения. Здесь просматривается три основных блока: структуры, схемы финансирования, элементно-агрегатной базы. Разрабатывать Стратегию развития сельхозмашиностроения на заданный период, таким образом, можно начинать после того, когда рассмотрены и изучены основания предмета разработки. Безусловно, состояние отечественного сельхозмашиностроения весьма важно для поставленной цели, и оно должно присутствовать в работе хотя бы для полноты картины. Но, во-первых, специалистам (а Стратегия делается для них) оно уж очень хорошо известно; во-вторых, что самое главное, оно, состояние вопроса, не вырабатывает методики построения Стратегии, не определяет источники финансирования, не определяет и инновационных направлений ОКР. Период в 8-10 лет может позволить создать новое поколение техники лишь на основе использования НИР предыдущего этапа; значит, по существу техника уже определена; остаются на планируемый период ОКР и организация серийного производства.

Липкович Эдуард Иосифович - доктор технических наук, профессор, академик РАСХН, Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Азово-Черноморская государственная агроин-женерная академия», главный научный сотрудник.

Контактный телефон: 8 (86359) 43-0-55. E-mail: achgaa@achgaa.ru

Lipkovich Edward Iosifovich - Doctor of Technical Sciences, Professor, Academician of the RAAS, Federal State Budget Educational Establishment of Higher Professional Education «Azov-Black Sea State Agro engineering Academy», Chief Scientific Officer.

Contact telephone number: 8 (86359) 43-0-55. E-mail: achgaa@achgaa.ru