Рост виляет бюджетом

Проект федерального бюджета на 2018–2020 годы утвержден в понедельник правительством. Хорошая конъюнктура 2017 года позволила Белому дому за счет экономии суверенных фондов перенести срок роста госзаимствований на 2020 год и незначительно увеличить расходы 2019–2020 годов. Расходы 2018 года по части госпрограмм даже номинально превышают цифры 2019–2020 годов. Фактически же со следующего года источниками дополнительных расходов могут быть только доходы от экономического роста — поскольку больше взяться дополнительным доходам просто неоткуда.

После утверждения на заседании правительства в понедельник проект федерального бюджета на 2018–2020 годы официально опубликован. В ходе последней недели бюджетных дискуссий в Белом доме Минфину удалось отклонить все претензии ведомств на допфинансирование, в сравнении с вариантом от 6 сентября основные цифры в бюджете (см. “Ъ” от 8 сентября) не поменялись: прогнозы по доходам и расходам по каждому году уменьшились на 10–15 млрд руб., а дефицит бюджета Минфин не изменил ни на копейку. В итоге доходы 2018 года прогнозируются в 15,18 трлн руб., расходы — в 16,51 трлн руб., дефицит — 1,33 трлн руб. Реальные расходы 2019 года будут меньше, чем в 2018 году (номинальные чуть больше): 15,55 трлн руб. доходов, 16,42 трлн руб. расходов, 867 млрд руб. дефицита. На 2020 год планируемые доходы — 16,28 трлн руб., расходы — 17,24 трлн руб., дефицит — 960 млрд. руб.

В 2018 году основным источником покрытия дефицита бюджета (более чем на 1 трлн руб.) будет Фонд национального благосостояния (ФНБ), поглотивший Резервный фонд. Экономия суверенных фондов в 2017 году и переходящие остатки прошлых лет позволили Минфину прибавить к расходам 2018–2019 годов в действующей версии федерального бюджета на 2017–2019 годы около полутриллиона рублей.

Эти же обстоятельства позволяют сократить программу внутренних заимствований в ОФЗ на 2018–2019 годы: если ранее Минфин предполагал занимать на рынке в год более 1,1 трлн руб., то сейчас объем размещаемых ОФЗ на 2018 год — 868 млрд руб., на 2019-й — 870 млрд руб. Правда, в 2020 году эта цифра необъяснимо растет до 1,34 трлн руб. Это реалистичная цифра, но с большой вероятностью такой объем внутренних займов установлен в расчете на будущую коррекцию — основой бюджетной идеологии в этом году является по возможности неувеличение до 2020 года никаких стандартных расходов. Прирост объема внутренних госгарантий за три года должен составить всего 100 млрд руб. при их накопленном объеме в 2,4 трлн руб.— по существу это их замораживание.

Ориентация на номинальное неувеличение расходов во всем (на практике означающее сокращение реальных расходов на уровень инфляции — 4% в год) хорошо видно, например, по параметрам госпрограмм в бюджете.

По годам расходы почти идентичны (13,6 трлн руб. в 2018 году, 13,5 трлн в 2019-м и 13,9 трлн руб. в 2020 году). По четырем из пяти крупнейших госпрограмм (социальной, поддержки бюджетов регионов, дорожной, федеративным отношениям) суммы расходов 2018 года немного увеличены в сравнении со старыми проектировками, в 2019-м они номинально уменьшаются, в 2020 году — увеличиваются, не достигая номинального размера расходов 2020 года. «Провала» 2019 года не наблюдается только по тем расходам, которые Белый дом не имеет возможности сокращать — например, по пенсионным (ряд расходов 2018 года, кстати, Минфин индексирует на 3,2%, а не на 3,7%, как пенсионные). Растут в бюджете только расходы, связанные с зарплатами — очевидно, что при низкой безработице и стабильном номинальном росте зарплат в РФ бюджет не может далее позволить снижение конкурентности зарплат госсектора — и объемы финансирования по «мероприятиям, осуществляемым на основании отдельных решений президента»: 151 млрд руб. в 2018 году, 295 млрд. руб. в 2019 году и 400 млрд руб. в 2020 году.

Как уже писал “Ъ”, бюджет максимальной экономии на 2018–2019 годы — это не столько стратегия, сколько реальность. Так, в доходах на 2018–2020 годы почти нет поступлений от приватизации, взносы в капиталы авиастроительных ОАК, ОДК и авиализинговой ГТЛК вновь ставятся в зависимость от размера дивидендов «Роснефтегаза», а расходы на маткапитал, который сохранился в бюджете как институт, несмотря на дискуссии о его трансформации, сокращаются с 341 млрд руб. в 2018 году до 311 млрд руб. в 2019-м и 292 млрд руб. в 2020 году (очевидно, этой экономии способствует демографический провал следующих лет).

Наконец, неприятной особенностью бюджета на 2018–2020 годы является то, что часть межбюджетных трансфертов в нем «в пределах поступления доходов бюджета» теперь распределяются секретными приложениями 30 и 31 — ранее так распределялась лишь часть субсидий в уставные капиталы ВПК. В сумме с ними на засекреченные цели регионы могут получить до 229 млрд руб. в 2018 году, до 253 млрд руб. в 2019-м и до 263 млрд руб. в 2020 году.