Снижение тарифов, или Новая парадигма развития экономики

Решение задачи по созданию в стране 25 млн новых высокопроизводительных рабочих мест требует как от бизнеса, так и от государства максимальных усилий. Однако политика естественных монополий и безудержный рост тарифов в газовой, электроэнергетической и железнодорожной отраслях привели к тому, что издержки российских предприятий превысили среднемировой уровень. В результате инвесторам просто невыгодно организовывать производство в России. В нынешней кризисной ситуации необходима новая парадигма развития экономики, ориентированная на создание благоприятных условий для бизнеса.

Сектор газа

Одной из крупнейших естественных монополий, чьи услуги не отвечают современным требованиям, является газовая. Большие объемы запасов природного газа перестают быть конкурентным преимуществом российской экономики. С 2007 года цены на газ для промышленных потребителей выросли в 2,6 раза, превысив уровень цен в США. Как следствие, заметно увеличиваются тарифы на тепловую энергию и другие коммунальные услуги, разгоняя инфляцию.

По оценкам МЭР, до 2015 года только рост цен на газ внесет в инфляцию около 2%. При этом значительно подорожают такие социально значимые товары, как хлеб, сахар, яйца, мясо птицы. В результате можно ожидать дополнительного скачка инфляции на 5% в 2016 году и на 3% в 2017-м.

Между тем внутреннее потребление газа сдерживается не только высокими тарифами, но и крайне низкой доступностью подключения для новых потребителей. Отсутствие конкуренции не позволяет влиять на ценообразование газа и лишает многих потребителей возможности снизить расходы на закупаемое топливо.

Прибыльность газовых компаний обеспечивается снижением экономической активности в стране.

Актуальным вопросом является качество поставляемого газа, которое фактически не контролируется. В ряде регионов энергетики-потребители в качестве обоснования категорий качества газа получают справку из "Газпрома", содержащую информацию о повышенной калорийности газа и о достаточном давлении в трубопроводе. При этом технически тот же газ идет на экспорт с уже стандартными показателями калорийности и качества.

В то же время планируемая либерализация внутреннего рынка газа в нынешних условиях несет значительные риски установления высоких цен. С одной стороны, это обусловлено монопольным положением "Газпрома" на региональных рынках и его контролем над единой газотранспортной системой. С другой стороны, риски повышения цен также связаны с обязательствами по поставкам газа на внешние рынки, что может стать одним из факторов дефицита предложения на внутреннем рынке. Наибольшим рискам в этой ситуации подвергаются газоемкие и энергоемкие производства.

Сопротивление тока

Переходя к теме энергоэффективности и энергосбережения, необходимо отметить ее приоритетность для крупных промышленных производителей. Так, в алюминиевой отрасли — одной из самых энергоемких — затраты на электроэнергию могут составлять более 30% себестоимости металла.

Однако удорожание электроэнергии подрывает международную конкурентоспособность российских металлургов. С 2007 года для заводов "Русала" конечные цены на электроэнергию выросли более чем в три раза. Для сравнения, в Бразилии в целях стимулирования экономического роста снижение цен на электроэнергию, которое будет частично субсидироваться за счет бюджета, составит для промышленных потребителей 32%. В Китае для сохранения стабильности и уровня занятости региональные власти предоставляют алюминиевым заводам субсидии на электроэнергию в размере от 1 до 6 центов за кВт ч.

Мы же по-прежнему находимся в своеобразном бюрократическом рабстве у энергетических компаний и расплачиваемся за их ошибочные прогнозы.

Инвестиционные программы энергокомпаний зачастую не соответствуют потребностям экономики и основаны на завышенных прогнозах. Среднегодовой рост энергопотребления в 2007-2020 годах, предусмотренный "Генеральной схемой развития объектов электроэнергетики до 2020 года", в базовом варианте составлял 4,1%. Но в 2012 году энергопотребление выросло лишь на 1,7%.

Реализация инвестиционных решений создает высокую нагрузку на бизнес, а построенные мощности часто оказываются невостребованными или используются неэффективно. К примеру, коэффициент использования установленной мощности (КИУМ) у большинства станций, возводимых в рамках проектов договоров о предоставлении мощности (ДПМ), не превышает 40%, а коэффициент наличия мощности, показывающий соотношение оплачиваемой и потребляемой мощности, составляет не менее 1,29 по рынку в целом. При этом сохраняется проблема "запертых" мощностей ряда станций, а также ввода станций, не востребованных рынком. Величина резервов оплачиваемой мощности в России в два раза больше, чем в Европе, и в три раза больше, чем в США. Такая ситуация приводит к увеличению конечного тарифа более чем на 11%.

Рост цен на электроэнергию и реализация неэффективных инвестпрограмм являются следствием искаженных стимулов для производителей электроэнергии. Идеология повышения тарифов с целью стимулирования потребителей к снижению издержек на сами субъекты естественных монополий фактически не распространяется. Такие методы тарифного регулирования, как "затраты плюс" и RAB-регулирование, не стимулируют монополии к борьбе с издержками и ведут к завышению стоимости инвестпрограмм.

Насущной проблемой является плата за присоединение к сетям, которая зачастую носит запретительный характер. В этих условиях потребитель, с одной стороны, вынужден финансировать создание чужих объектов из собственных средств. С другой стороны, он не получает никаких благ — лишь доступ к электроэнергии, оплачиваемой по отдельным и высоким тарифам. При этом естественная монополия не несет никаких предпринимательских рисков.

Кроме того, присоединение льготных групп потребителей за 550 руб. рождает значительный объем расходов, который должен быть переложен в тариф на передачу электроэнергии. Размер же этих расходов зачастую настолько велик, что не может быть компенсирован через увеличение тарифа на передачу для этих категорий потребителей. В результате дополнительно обостряется проблема перекрестного субсидирования.

Рельсы-шпалы

Не менее сложная ситуация сложилась в отрасли железнодорожных перевозок, где повышение тарифов выступает существенным фактором роста издержек промышленных компаний. С 2007 года железнодорожные перевозки подорожали на 74%. Только в этом году индексация железнодорожных тарифов запланирована на уровне 7%. Фактический же рост издержек потребителей этого вида услуг существенно выше.

Текущий уровень тарифов создает предпосылки не для роста, а для снижения объемов грузоперевозок.

Стоимость присоединения к железнодорожной сети для новых потребителей находится часто на запретительном уровне, а уровень тарифов на грузоперевозки делает многие виды бизнеса нерентабельными. Так, общие затраты для Богучанского алюминиевого завода на присоединение к железнодорожной сети достигают 3 млрд руб. И это несмотря на то, что и так создается крупный потребитель грузоперевозок.

Положение усугубляется отсутствием эффективной системы льгот для крупных потребителей транспортных услуг.

Стимул для бизнеса

В этих условиях ключевыми инструментами экономической политики должны стать переход от стимулирования естественных монополий к стимулированию промышленных предприятий и полный отказ от идеологии выравнивания цен на услуги естественных монополий для внутренних и внешних потребителей. Основа же новой политики должна состоять в том, чтобы услуги, предоставляемые субъектами естественных монополий, были доступными, гибкими и высокого качества.

Необходимы следующие меры:

— ограничить ежегодный рост тарифов естественных монополий в ближайшие три года на уровне 75% показателя инфляции предыдущего года;

— отменить плату за подключение/присоединение инвесторов к объектам инфраструктуры;

— использовать политику тарифообразования в качестве механизма государственного стимулирования промышленного роста (предоставление скидок, эффективное использование механизмов тарифного коридора);

— в течение трех лет довести объем конкурентного рынка до 80% в тех отраслях с присутствием естественных монополий, где это возможно;

— развивать практику долгосрочных договоров;

— установить общественный контроль качества услуг естественных монополий.

Финансирование проектов в сфере естественных монополий и расшивка узких мест в развитии инфраструктуры должны осуществляться за счет средств государства. "Выпадение доходов" естественных монополий в результате ограничения роста тарифов необходимо компенсировать за счет повышения эффективности их работы. Эти средства должны стать дополнительным источником инвестиций в отрасль, а не резервом для искусственного ограничения доходности, к примеру, предприятий электроэнергетики.

Стоит также отметить, что бизнесу в нынешних условиях не хватает длинных дешевых денег для инвестиций. В связи с этим государство должно взять на себя инвестирование в инфраструктурные проекты как проекты, отличающиеся большой длительностью и низкой доходностью. Источниками финансирования инфраструктурных проектов могут стать государственные заимствования, привлеченные по низкой процентной ставке и на длительный срок. Со своей стороны Центральному банку нужно поддержать предлагаемые изменения путем стимулирования денежно-кредитной и курсовой политики.

В результате реализации этой модели государство получит не только возвратность инвестиций, но и дополнительный эффект от развития экономики.

Публикуя написанную специально для нашего журнала статью Олега Дерипаски, мы рассчитываем, что она послужит толчком к дискуссии представителей профильных министерств, естественных монополий и предпринимательского сообщества на страницах экономического еженедельника "Коммерсантъ-Деньги".