Эпидемиологический надзор за пневмококковыми менингитами у детей в Узбекистане

Эпидемиологический надзор за пневмококковыми менингитами у детей в Узбекистане

Т.А. Даминов1 (dr.daminov@mail.ru), Л.Н. Туйчиев1 (l.tuychiev@mail.ru),

Н.У. Таджиева1 (nigora1973@list.ru), Д.А. Турсунова2 (dilorom.tursunova@minzdrav.uz),

Д.Ф. Раимкулова1

Ташкентская медицинская академия, Республика Узбекистан Министерство здравоохранения Республики Узбекистан

Резюме

Авторами представлены данные о клинико-эпидемиологических особенностях пневмококковых менингитов и обоснована необходимость введения официального учета пневмококковых менингитов на территории Республики Узбекистан. В систему эпиднадзора включались все пациенты до 14 лет, госпитализированные с диагнозом «гнойный менингит» в ГКИБ № 1 г. Ташкента. Ликвор после пункции использовался для биохимического, цитологического и бактериологического исследований, а также окрашивания по Граму, для латекс-агглютинации, иммунохроматографического теста и ПЦР.

Из 210 госпитализированных детей с гнойным менингитом пневмококковая этиология лабораторно подтверждена у 108 (51,4%) больных. Анализ подтвержденных случаев гнойных менингитов у детей показал преобладание пневмококковой этиологии в структуре острых гнойных менингитов у детей, что требует внести менингиты пневмококковой этиологии в формы официальной статистики для проведения полноценного эпидемиологического надзора за данной инфекцией на территории Узбекистана. Полученные результаты позволяют отнести возрастные группы 1 - 6 лет (показатель заболеваемости 5,7 на 100 тыс. детей данного возраста) и 7 - 14 лет (5,1 на 100 тыс. детей данного возраста) к категории наибольшего риска заболеваемости пневмококковыми менингитами. Внедрение вакцинации против пневмококковой инфекции позволит снизить заболеваемость, смертность и неблагоприятные исходы инвазивных форм пневмококковой инфекции у детей в Узбекистане. Ключевые слова: гнойные менингиты у детей, пневмококковая инфекция, эпидемиология

Surveillance of Pneumococcal Meningitis among Children in Uzbekistan

T.A. Daminov1 (dr.daminov@mail.ru), L.N. Tuychiev1 (l.tuychiev@mail.ru), N.U. Tadjieva1 (nigora1973@list.ru),

D.A. Tursunova2

1Tashkent Medical Academy, Republic of Uzbekistan

2Ministry of Public Health of the Republic of Uzbekistan

Abstract

Background: Information about the pneumococcal meningitis among children in Uzbekistan.

Methods: Surveillance of bacterial meningitis among children aged from 3 month to 14 years was set up at the city Clinical Hospital of the Infectious diseases in Tashkent that has more than 40 pediatric admissions weekly, skilled personnel to perform lumbar punctures, and laboratory collection point.

Results: A total of 210 children were admitted to the hospital with suspected acute bacterial meningitis, and pathogens were detected by culture or latex agglutination testing or BinaxNow-Streptococcus Test or PCR-assay in 108 (51.4%) of the purulent specimens. Of the 108 confirmed cases were Streptococcus pneumoniae, and 2 (0.9%) were Neisseria meningitidis. Approximately 55.6% of families reported de nite prior antimicrobial use. The detected incidence rates of pneumococcal meningitis in Tashkent in 2008 were 2.3 cases per 100,000 children aged < 14 years, in 2009 were 2.0, in 2010 were 3.9, and in 2011 were 4.2, and in 2012 - 5.2 cases per 100,000 children aged < 14 years. In 2012 the detected incidence rates of pneumococcal meningitis by age group were 2.6 cases per 100,000 children aged < 1 year, 5.7 cases per 100,000 children aged 1 - 6year, 5.1 cases per 100,000 children aged 7 - 14year. Of the 108 patients with pneumococcal meningitis 24% had the adverse outcome and 1 (0.9%) died during hospitalization. Conclusions: Our surveillance system detected a substantial burden of pneumococcal meningitis among children in Tashkent. S. pneumoniae was detected among 51.4% of investigated patients. The use of vaccines against this pathogen could prevent a substantial portion of disease and deaths in Uzbekistan.

Key words: purulent meningitis in children, pneumococcal infections, epidemiology

Введение

С середины 80-х годов XX века во многих странах Европы, Америки, в Австралии и с конца 90-х годов - в России ведется эпидемиологический надзор за инвазивными формами пневмококковой инфек-

ции, благодаря чему учет данной патологии помог определить распространенность инвазивных пневмококковых заболеваний, наметить эффективные меры профилактики. Бактериальные менингиты по-прежнему остаются серьезной проблемой

здравоохранения в глобальном масштабе, так как представляют собой тяжелую, угрожающую жизни инфекцию, отдаленными последствиями которой являются поражение головного мозга, глухота и др. [1, 2]. Несмотря на высокотехнологичную медицину, в странах Европы и США уровень смертельных случаев от пневмококкового менингита составляет 19 - 46% [3, 4].

Современное оснащение лабораторий играет важную роль для системы эпиднадзора за бактериальными менингитами в рамках общественного здравоохранения. При реагировании на эпидемии данные эпиднадзора служат для министерств здравоохранения основанием для принятия решений о внедрении и использовании вакцин, а также о рациональном распределении ресурсов с учетом потребностей населения [5].

В последние годы в Узбекистане, по данным статистического отдела Городской инфекционной больницы № 1 г. Ташкента, прослеживается снижение количества госпитализаций больных с диагнозом «гнойный менингит», что, по-видимому, связано с введением в плановую вакцинацию республики иммунизации детей против Hib-инфекции (март 2009 г.). Также дополнительно к вакцинации контактных с менингококковой инфекцией лиц в план иммунизации военного контингента республики введена иммунизация против менингококковой инфекции. Но в то же время в последние годы с внедрением современных методов идентификации возбудителей повышается число подтвержденных случаев гнойного менингита, обусловленных S. pneumoniae.

Несмотря на имеющиеся данные о пневмококковой инфекции, клинико-эпидемиологические особенности различных форм пневмококкового менингита у детей в Республике Узбекистан изучены недостаточно, не осуществляется официальный учет пневмококковых менингитов и практически отсутствует система эпидемиологического надзора за данной инфекцией. В результате распространенность пневмококковых менингитов в стране неизвестна, недостаточно изучены эпидемиологические особенности течения заболевания, нет активной системы микробиологического слежения за возбудителем.

В связи с этим в рамках совместного проекта ВОЗ и Минздрава Узбекистана «Дозорный эпид-надзор за инвазивными бактериальными заболеваниями для Новых независимых государств» в Узбекистане с 2011 года ведется мониторинг бактериальных менингитов. Одним из направлений данного исследования является эпиднадзор за заболеваемостью пневмококковым менингитом у детей.

Цель исследования - изучение клинико-эпи-демиологических особенностей пневмококковых менингитов и обоснование необходимости введения официального учета пневмококковых менингитов на территории Республики Узбекистан.

Материалы и методы

Эпиднадзор за инвазивными бактериальными заболеваниями осуществлялся в Городской инфекционной больнице № 1 г. Ташкента (январь 2008 г. - декабрь 2012 г.).

В систему эпиднадзора включались все пациенты до 14 лет, которые были госпитализированы с диагнозом «гнойный менингит» в вышеуказанный стационар, в частности дети с внезапным повышением температуры (более 38,5 0C ректально или 38 0C в подмышечной впадине), ригидностью затылочных мышц, набуханием родничка (в возрасте младше 12 месяцев), со спутанным сознанием, судорогами (с 6 месяцев до 5 лет: фокальные или пролонгированные судороги либо два и более генерализованных судорожных приступа в течение 24 часов), слабым сосательным рефлексом и возбудимостью, состоянием прострации или летаргии, симптомами интоксикации, петехиальной или пурпурной сыпью, рвотой, безудержным плачем, сильной головной болью, положительными менингеаль-ными симптомами (дети старше двух лет).

Материалом для исследования была спинномозговая жидкость (СМЖ). СМЖ отбирали у больных при пункции на этапе поступления в стационар до начала антибиотикотерапии с соблюдением правил асептики. Ликвор после пункции использовался для биохимического, цитологического и бактериологического исследований, а также окрашивания по Граму, реакции латекс-агглютинации (РЛА), иммунохроматографического теста и поли-меразной цепной реакции (ПЦР).

Забор СМЖ проводился с помощью иглы для люмбальной пункции в три стерильные пробирки. В каждую из пробирок собирали по 1 - 2 мл СМЖ.

Доставка и хранение материала

Материал для бактериологических исследований доставляли в бактериологическую лабораторию сразу после забора в специальных контейнерах, способных поддерживать температуру 37 0C. Образец СМЖ для бактериологического исследования отправлялся в бактериологическую лабораторию или засевался на соответствующие питательные среды в течение первого часа после забора.

Для проведения всех лабораторных исследований общий объем отобранной СМЖ составлял не менее 3 мл и забирался в 3 пробирки. Пробирку № 1 отправляли в биохимическую лабораторию для определения содержания белка и глюкозы, всю оставшуюся после проведения анализа СМЖ использовали для иммунохроматографического теста «Binax-NOW Streptococcus pneumoniae Test» и РЛА в лаборатории больницы и ПЦР - в региональной референс-лаборатории (РРЛ). СМЖ из пробирки № 2 в бактериологической лаборатории окрашивали по Граму, использовали для бактериологического посева, иимунохроматографического теста (Binax-NOW Streptococcus pneumoniae Test), РЛА и последующего проведения ПЦР. СМЖ из пробирки

№ 3 в клинической лаборатории использовали для цитологического анализа, всю оставшуюся после проведения анализа СМЖ сохраняли для последующего проведения иммунохроматографическо-го теста Binax-NOW Streptococcus pneumoniae Test и РЛА (Pastorex Meningitis Biorad) в лаборатории больницы и ПЦР - в РРЛ.

Все полученные образцы ликвора, в том числе давшие отрицательные результаты при проведении всех лабораторных исследований, хранились замороженными (-70 0С) в Национальной лаборатории для последующей ПЦР в РРЛ. Все выделенные из ликвора или крови пациентов бактериальные штаммы отправлялись в Национальную лабораторию (микробиологическая лаборатория ЦГСЭН г. Ташкента) для хранения (в средах для криоконсервации при -70 0С) и последующей ПЦР (идентификация и серотипирование) в региональной референс-лабо-ратории.

Бактериологический

посев спинномозговой жидкости

Первичный бактериологический посев СМЖ на чашки с «шоколадным» и кровяным агаром проводили, предварительно достав из холодильника и прогревая в термостате при 37 0С не менее 30 минут. В бактериологической лаборатории посевы инкубировали при 37 0C в течение 24 - 48 часов в атмосфере, содержащей 5% CO2. При наличии роста на плотных питательных средах проводили визуальную оценку выросших колоний, готовили мазок по Граму, определяли оксидазу, каталазу и в зависимости от полученного результата осуществляли дальнейшую идентификацию возбудителя и определение чувствительности к антибиотикам. Идентификацию пневмококков выполняли по следующим тестам: по обнаружению в ликворе диплококков, окруженных капсулой; по росту на средах, содержащих кровь; по образованию альфа-гемолиза; по характерной морфологии культурального мазка по Граму; по положительной пробе с оптохином; по чувствительности к желчным кислотам (дезоксихо-латная проба или тест на растворимость в желчи).

Чувствительность ликворных штаммов к антибиотикам изучалась методом микроразведений в бульоне Мюллера-Хинтона (HiMedia, Индия) [6]. В основу протокола исследований и интерпретации результатов положены рекомендации и критерии Института клинических и лабораторных стандартов (CLSI, США) [7, 8]. К группе резистентных возбудителей относились как резистентные, так и умеренно резистентные штаммы.

Определяли чувствительность возбудителей к следующим препаратам: пенициллину, ампициллину, цефотаксиму, цефтриаксону, азитромици-ну, хлорамфениколу, ванкомицину, эритромицину, сульфаметоксазолу, оксациллину. Контроль качества определения чувствительности проводился с использованием штаммов E. coli ATCC 25922, P. aeruginosa ATCC 27853.

Одними из наиболее простых методов, позволяющих быстро дать заключение об отсутствии или наличии в СМЖ больного специфических антигенов возбудителей, являются РЛА и иммунохрома-тографический тест. РЛА применяли с целью идентификации растворимого антигена S. pneumоniae. Антиген, содержащийся в исследуемом образце ликвора, идентифицировался с использованием латексных частиц, которые покрыты специфичными гомологичными антителами. В присутствии гомологичного антигена латексные частицы агглютинируют, в отсутствие антигена они остаются в виде гомогенной суспензии.

Экспресс-тест «Binax-NOW Streptococcus pneumoniae Test» является иммунохроматографическим тестом, проводимым на мембране для выявления растворимого антигена пневмококка в СМЖ. Содержащийся в исследуемом образце антиген S. pneumoniae связывается с находящимися на подложке антителами окрашенного конъюгата, и этот окрашенный комплекс антиген-конъюгат связывается за счет наличия антигена с иммобилизованными на мембране кроличьими антителами к антигену S. pneumoniae, формируя окрашенную линию. Иммобилизованные на полоске козьи антитела против IgG кролика также связывают окрашенный конъюгат, формируя контрольную линию. Окрашивание происходит в течение 15 минут.

Кроме того, в ПЦР-лаборатории НИИ института эпидемиологии, микробиологии и инфекционных заболеваний МЗ РУз образцы СМЖ больных детей старше 5 лет использовали для выявления ДНК Neisseria meningitidis, Haemophilus influenzae и Streptococcus pneumoniae методом ПЦР с гибри-дизационно-флуоресцентной детекцией продуктов амплификации («АмплиСенс N. meningitidis/H. influenzae/S. pneumoniae-FL», Россия). Метод основан на одновременной амплификации участков ДНК Neisseria meningitidis, Haemophilus influenzae и Streptococcus pneumoniae, а также участка контрольного образца в двух реакционных пробирках, и гибридизационно-флуоресцентной детекции.

Серотипирование выделенных штаммов пневмококка осуществляли с помощью набора диагностических сывороток - латексные пуловые сыворотки/антисыворотки для серотипирования Pneumococcus (Statens Serum Institut, Дания).

Статистический анализ полученных данных проводили с использованием программ Statistika 6.1. (Stat. Soft.). Интенсивный показатель заболеваемости высчитывали по формуле:

число случаев х 100 000 + население.

Результаты и обсуждение

Анализ этиологической диагностики гнойных бактериальных менингитов у больных детей показал, что положительные результаты зависели от методов, применяемых для исследования СМЖ, полученной антибактериальной терапии на догоспитальном этапе и организации доставки ма-

териалов от больных. Так, бактериологическим методом S. pneumoniae идентифицирован у 98 (46,6%) из 210 (100%) больных с гнойным менингитом. В реакции латекс-агглютинации результат был положительным у 102 (85,7%) из 119 (100%) больных, а иммунохроматографический тест был положительным у 20 (90,9%) из 22 (100%) детей с гнойным менингитом. Методом ПЦР S. pneumoniae идентифицирован у 19 (52,7%) из 36 (100%) больных.

Таким образом, из 210 госпитализированных детей с гнойным менингитом пневмококковая этиология лабораторно подтверждена несколькими методами у 108 (51,4%) больных. РЛА, иммунохроматографический тест и ПЦР были использованы в 2011 - 2012 годах, что повысило расшифровку этиологии гнойных менингитов в эти годы. Весомое число подтвержденных случаев пневмококковых менингитов по сравнению с менингококковыми отмечалось в 2012 году. Так, если пневмококк был идентифицирован у 32 больных, то N. meningitidis выделен лишь в одном случае - и ни одного случая гнойного менингита, вызванного Hib-инфекцией.

Анализ сезонности при пневмококковых менингитах показал, что госпитализация больных характеризуется увеличением числа случаев заболеваний в весенний, летний и осенний периоды. Как видно на рисунке 1, эпидемические подъемы отмечались в определенные месяцы. Анализ роста числа госпитализированных показал, что это было связано с сезонным подъемом уровня заболеваемости острыми респираторными вирусными инфекциями (грипп, аденовирусная инфекция, РС-инфекция и др.), а также с началом периода купания детей в летний сезон.

Среди госпитализированных детей преобладали городские жители (75%). Чаще болели дети, посещающие детские дошкольные и школьные учреждения (52,7%). Доля мальчиков составила 56%, девочек - 44%.

Рассмотрение возрастной структуры госпитализированных больных показало, что дети в возрасте от 6 месяцев до года составили 1,8%, от года до 5 лет - 29,7%, от 5 до 14 лет - 68,5%.

Расчет интенсивного показателя заболеваемости пневмококковым менингитом в возрасте 0 - 14 лет по г. Ташкенту по годам составил: в 2008 году - 2,3, в 2009 - 2,0, в 2010 - 3,9, в 2011 - 4,2, в 2012 году - 5,2 на 100 тыс. контингента. В 2012 году интенсивный показатель подтвержденных случаев пневмококкового менингита у детей в возрасте 0-14 лет составил 5,2 на 100 тыс. детей данной возрастной группы, в том числе у детей до 1 года - 2,6 на 100 тыс. детей данного возраста, от 1 года до 6 лет - 5,7 на 100 тыс. детей данного возраста и у детей 7 -14 лет - 5,1 на 100 тыс. детей данного возраста. Это обстоятельство позволяет отнести возрастные группы 1 - 6 лет и 7 - 14 лет к категории наибольшего риска заболеваемости пневмококковым менингитом. Видимо, это связано с увеличением контактов детей дошкольного и школьного возраста (школы, детские сады, посещение скученных мест - парков, развлекательных центров и т.д.).

Анализ анамнестических данных обследованных больных позволил выявить роль преморбидно-го фона детей, наличия первичных очагов инфекции и др. Так, у обследованных нами больных пневмококковый менингит в 83,2% случаев развивался у детей, часто болеющих острыми респираторными вирусными инфекциями, а у 57,2% больных констатирована очаговая пневмококковая инфекция (средние отиты, синуситы, пневмонии и др.). Доля пациентов, имевших в анамнезе перенесенные ранее заболевания неврологического генеза, составила 24,3% случаев.

Клиника пневмококкового менингита характеризовалась тяжелым течением: у 83,3% детей пневмококковый менингит протекал в тяжелой и у 16,7% детей - в крайне тяжелой форме. В 76,3% случаев он начинался остро, с повышения темпера-

Рисунок 1.

Сезонные колебания случаев пневмококкового менингита у детей, п

108

туры тела, сильных головных болей, рвоты и резкой слабости на фоне ОРВИ (83,2%). Как показано на рисунке 2, тяжесть была обусловлена выраженным синдромом интоксикации (гипертермия - в 98,7% случаев, многократная рвота - в 66,2%, сыпь -в 2,7% случаев), неврологической симптоматикой (менингеальные симптомы - в 100% случаях, патологические рефлексы - в 29,6%, очаговая неврологическая симптоматика - в 18,6%, судорожный синдром - в 37% случаев). Осложнения, которые наблюдались у больных, были представлены в большинстве случаев (72,2%) отеком головного мозга и инфекционно-токсическим шоком. Менин-гоэнцефалит был выявлен у 29,6% больных и преобладал у детей в возрасте до 5 лет. Заболевание отличалось значительной тяжестью - выраженным менингеальным синдромом, стволовой и очаговой симптоматикой, поражением II, VI, VII, XII пар черепно-мозговых нервов, судорожным синдромом. Вторичный менингит/менингоэнцефалит отличался от первичного более тяжелым течением с развитием таких осложнений, как отек головного мозга II - III степени, инфекционно-токсический шок I - II степени, парез, миокардит, бурсит.

Анализ приема антибактериальных препаратов на догоспитальном этапе показал, что перед поступлением в стационар 55,6% больных получали антибактериальную терапию: в 75% случаев использовались антибиотики пенициллинового ряда (ампициллин, амоксициллин, амоксициллин/клаву-лановая кислота) и в 25% случаев - антибиотики цефалоспоринового ряда.

83,6% больных поступали на вторые сутки от начала болезни в отделение реанимации и интенсивной терапии, где лечение продолжалось в среднем 5,2 ± 1,76 дня. Сроки госпитализации больных зависели от клинической формы предшествующей очаговой пневмококковой инфекции. Так, острое, бурное начало болезни отмечалось у больных с

первичным пневмококковым менингитом и отори-ногенным менингитом.

Исходы пневмококкового менингита зависели от возраста больных. Так, 76,0% больных были выписаны с выздоровлением; у 24,0% больных отмечались остаточные проявления в виде гипертен-зионно-гидроцефального синдрома (2,7%), лобно-мозжечковой атаксии (1,8%), астеноневрологиче-ского синдрома (13,1%), симптоматической эпилепсии (1,8%), нейросенсорной тугоухости (3,8%); летальный исход наступил в одном случае (0,8%) и был обусловлен гнойным менингоэнцефалитом, осложненным мозговой комой, пневмонией, сепсисом.

В комплексной терапии пневмококкового менингита важнейшее значение имеет антибактериальная терапия. Препаратами выбора были цефотаксим, цефтриаксон, препаратом резерва -ванкомицин. Ограничиться одним курсом монотерапии удалось в 31,7% случаев, двумя - в 50,5% случаев, в остальных 17,8% случаев больным проведен повторный курс со сменой антибиотика.

Серотипирование выделенных культур S. pneumoniae (Statens Serum Institut, Дания) удалось провести лишь в 7 случаях (дети до 5 лет): серогруппа 6 (А/В) - в 2-х случаях, серогруппа 6 (А/В/С) - в 3-х случаях и серотип 1 - в 2-х случаях.

Несмотря на проводимый эпиднадзор за заболеваемостью пневмококковыми менингитами у детей, наши результаты не могут дать полной картины распространенности пневмококковых менингитов в республике, так как, во-первых, система надзора не охватывает все детские лечебные учреждения (неврологические отделения детских больниц, центры неотложной помощи), куда также поступают дети с менингеальными симптомами, но где лабораторно-диагностические исследования ликвора по этиологической идентификации возбудителя не проводятся; во-вторых, прием ан-

Рисунок 2.

Клинические проявления пневмококкового менингита у госпитализированных детей

СЫПЬ

многократная рвота менингеальные симптомы очаговая неврологическая симптоматика судорожный синдром патологические рефлексы гипертермия

тибиотиков на догоспитальном этапе и задержка доставки биоматериала в бактериальную лабораторию заметно снижают результативность культу-рального исследования.

Применение в последние годы современных тестов, таких как реакция РЛА, Binax-NOW Streptococcus pneumoniae Test и ПЦР, позволяет идентифицировать S. pneumoniae на раннем этапе и поставить правильный диагноз, хотя куль-туральный метод до сих пор остается основным методом диагностики не только при гнойных менингитах, но и при всех инвазивных бактериальных инфекциях.

Полученные нами данные о лабораторно подтвержденных случаях гнойных менингитов у детей говорят о снижении их числа менингококковой и гемофильной этиологии и о росте случаев гнойных менингитов, вызванных пневмококками.

Известно, что в странах Европы, США и в России ведется мониторинг антибиотикорезистент-ности S. pneumoniae к широко используемым антибиотикам [5, 9]. Анализ чувствительности к антимикробным препаратам 84 выделенных штаммов S. pneumoniae показал, что устойчивость к пенициллину выявлена в 92,8% случаев. Тревогу вызывает умеренная чувствительность 26,8% пневмококковых изолятов к цефалоспоринам III поколения (цефотаксим, цефтриаксон), поскольку лечение пневмококковых менингитов цефалоспо-ринами III поколения в ближайшие годы будет невозможным, а альтернативные антимикробные препараты, такие как ванкомицин, дороги и недоступны для многих больных.

Таким образом, в связи с преобладанием пневмококковых менингитов в структуре бактериальных менингитов, высокими показателями осложненного течения инфекции, риском летального исхода, преимущественным поражением детей старшего возраста необходимо внести менингиты пневмококковой этиологии в формы официальной статистики для проведения полноценного эпидемиологического надзора за данной инфекцией на территории Узбекистана. Уровень лабораторной диагностики гнойных бактериальных менингитов остается низким и составляет лишь 59,9%.

Для решения этой проблемы следует активно развивать лабораторную диагностическую службу лечебных учреждений, улучшить материально-техническую базу лабораторий, активно использовать современные методы диагностики (РЛА, полимеразноцепную реакцию и др.), что даст возможность определять этиологию гнойных бактериальных менингитов и проводить их качественный и достоверный учет. Пневмококковые менингиты, несмотря на неэпидемический характер распространения, имеют эпидемиологические особенности, которые необходимо учитывать при выработке эффективной системы профилактики.

Также необходимо рассмотреть вопрос о внедрениии вакцинопрофилактики пневмококковой инфекции среди детей Узбекистана.

Выводы

1. Преобладание пневмококковой этиологии в структуре острых гнойных менингитов у детей, высокие показатели осложнений и летальности требуют внести менингиты пневмококковой этиологии в формы официальной статистики для проведения полноценного эпидемиологического надзора за данной инфекцией на территории Узбекистана.

2. Полученные данные позволяют отнести возрастные группы 1 - 6 лет (показатель заболеваемости - 5,7 на 100 тыс. детей данного возраста) и 7 - 14 лет (5,1 на 100 тыс. детей данного возраста) к категории наибольшего риска заболеваемости пневмококковым менингитом в г. Ташкенте.

3. Клиника пневмококкового менингита у детей характеризуется тяжелым течением - с отеком головного мозга, инфекционно-токсическим шоком - и остается одной из основных инфекционных патологий детского возраста с тяжелыми последствиями и исходами.

4. Внедрение вакцинации против пневмококковой инфекции позволит снизить заболеваемость, смертность и неблагоприятные исходы инвазивных форм пневмококковой инфекции у детей в Узбекистане.

Литература

1. Королева И.С., Белошицкий Г.В. Эпидемиологическая характеристика пневмококкового менингита у детей в возрасте до 6 лет в РФ. Эпидемиол. и инфекц. бол. 2012; 1: 18 - 21.

2. Платонов А.Е., Николаев М.К. Заболеваемость гнойными менингитами у детей в возрасте до 5 лет в регионах России. Эпидемиол. и инфекц. бол. 2007; 3: 10 - 18.

3. Mcintosh E.D.G., Fritzell B., Fletcher M.A. Burden of pediatric invasive pneumococcal disease in Europe, 2005. Epidemiol. and Infect. 2007; 135 (4): 644 -656.

4. Cetron N., Martin M., Butler J. et al. Chapter 9: Pneumococcal Disease. Meningitis Foundation of America. www.musa.org/pneumococc.htm

5. Hampton Lee M. et al. Sentinel versus population-based surveillance of pneumococcal conjugate vaccine effectiveness. Bull World Health Organ. 2012; 90: 568 - 577.

6. Определение чувствительности микроорганизмов к антибактериальным средствам. МУК 4.2. 1890-04 РФ. 2004.

7. Performans Standards for Antimicrobial Disk Susceptibility Tests. Approved Standard - Eleventh Edition, М02-А11. CLSI. 2012; 32 (1).

8. Performans Standards for Antimicrobial Susceptibility Testing. Twenty-Second Informational Supplement M100-S22. CLSI. 2012; 32 (3).

9. Tsai C.J., Griffin M.R., Nuorty J.P. et al. Changing epidemiology of pneumococcal meningitis after the introduction of pneumococcal conjugate vaccine in the United States. Clin. Infect. Dis. 2008; 46 (11): 1664 - 1672.

References

1. Koroleva I.S., Beloshitsky G.V. Epidemiological characteristics of pneumococcal meningitis in children aged up to 6 years in Russia. Epidemiology and infection. diseas. 2012, 1: 18 - 21 (in Russian).

2. Platonov A.E., Nikolaev M.K. The incidence of purulent meningitis in children under 5 years in the Russian regions. Epidemiolol. and infekts. diseas. 2007; 3: 10 - 18 (in Russian).

3. Mcintosh E.D.G., Fritzell B., Fletcher M.A. Burden of pediatric invasive pneumococcal disease in Europe, 2005. Epidemiol. and Infect. 2007; 135 (4): 644 - 656.

4. Cetron N., Martin M., Butler J. et al. Chapter 9: Pneumococcal Disease. Meningitis Foundation of America. www.musa.org/pneumococc.htm

5. Hampton Lee M. et al. Sentinel versus population-based surveillance of pneumococcal conjugate vaccine effectiveness. Bull World Health Organ. 2012; 90: 568 - 577.

6. Determination of susceptibility of microorganisms to antimicrobial. MUK 4.2. 1890-04 Russia. 2004.

7. Performans Standards for Antimicrobial Disk Susceptibility Tests. Approved Standard - Eleventh Edition, M02-A11. CLSI. 2012; 32 (1).

8. Performans Standards for Antimicrobial Susceptibility Testing. Twenty-Second Informational Supplement M100-S22. CLSI. 2012; 32 (3).

9. Tsai C.J., Griffin M.R., Nuorty J.P et al. Changing epidemiology of pneumococcal meningitis after the introduction of pneumococcal conjugate vaccine in the United States. Clin. Infect. Dis. 2008; 46 (11): 1664 - 1672.

Распространенность IgG-антител к парвовирусу В19 среди жителей Республики Беларусь

М.А. Ермолович1

Республиканский научно-практический центр эпидемиологии и микробиологии, Минск, Республика Беларусь

2Белорусский государственный медицинский университет, Минск

Резюме

Проведено изучение распространенности антител класса G к парвовирусу В19 у жителей Республики Беларусь. Методом ИФА на наличие антител исследованы 942 сыворотки крови, собранные методом случайной выборки от лиц в возрасте от 2-х месяцев до 68 лет во всех регионах страны. В 51,2% образцов выявлен положительный уровень IgG к парвовирусу В19. Доля иммунных была наиболее низкой (9,8%) у детей первых 4-х лет жизни, к возрасту 40 - 45 лет она достигала максимального уровня - 85,1%. Наиболее активное распространение инфекции наблюдалось у детей 5 - 9 лет, однако во всех возрастных группах 45 лет сохранялась выраженная линейная тенденция к росту доли иммунных лиц. Вероятность наличия восприимчивых в возрасте 20 - 34 лет почти в три раза превышала этот показатель у лиц, достигших 40 лет. Сероэпидемиологические данные свидетельствуют о широком распространении парвовирусной инфекции в Республике Беларусь, активном вовлечении в эпидемический процесс лиц детородного возраста и риске инфицирования женщин в период беременности. Ключевые слова: парвовирусная В19-инфекция, сероэпидемиология

Prevalence of IgG Antibodies to Parvovirus B19 in Population of Belarus

M.A. Yermalovich1 (yermalovich@mail.ru), A.M. Dronina2 (alinadronina@mail.ru), E.O. Samoilovich1 (esamoilovich@gmail.com) Republican Research and Practical Center for Epidemiology and Microbiology, Minsk, Republic of Belarus 2Belarus State Medical University, Minsk Abstract

Prevalence of IgG to parvovirus B19 in population of Belarus was studied. Antibodies was determined by ELISA in sera samples randomly collected all over the country from 942 persons 2 months - 68 years of age. Positive level of IgG was revealed in 51.2% of the samples. Proportion of seropositives was the lowest (9.8%) in children first 4 years of life, and was increasing up to maximal level of 85.1% till 40 - 45years of age. Most active dissemination of the infection was in children 5 - 9 years old, although in all age groups till 45 years old a clear linear tendency of increasing the seropositivity was remained. Probability of being susceptible in 20 - 34 years old was almost three time higher than in 40 years old and older. Seroepidemiological data confirm wide spread of the parvovirus infection in Belarus and high involvement of the childbearing age persons to the epidemic process with the risk of infection during pregnancy. Key words: parvovirus B19 infection, seroepidemiology

Введение

Парвовирус В19 широко распространен в мире и может вызывать острую и хроническую инфекцию. Возбудитель передается преимущественно

воздушно-капельным путем, а также парентерально, при введении контаминированных препаратов крови, и вертикально от матери к плоду [1]. Основное клиническое проявление острой парвовирус-