Мгла накрыла президенту Поляну

Вчера президент России Владимир Путин из рук главы Сбербанка России Германа Грефа принял самый многострадальный олимпийский объект — трамплин "Русские горки". О том, как в момент передачи Мгла накрыла Красную Поляну,— специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ КОЛЕСНИКОВ.

Трамплин "Русские горки" вчера был ярко освещен и хорошо виден снизу, с дороги. В накрапывающий дождик прожекторы полыхали, как сотни противотуманных фар.

К самому трамплину и его инфраструктуре — трибунам, инженерной защите, которая бросается в глаза, шокируя своим масштабом,— вопросов никаких больше нет.

Трамплин в сентябре выдержал даже наводнение, которое накрыло Сочи, Адлер и Красную Поляну тоже. Зампред Сбербанка Станислав Кузнецов рассказал, что центральный коллектор заполнился водой, лавиной рухнувшей с гор, примерно наполовину.

Товарищ Билалов мог бы гордиться людьми, которым он сдал дела в феврале.

— С водой,— теперь объясняет товарищ Кузнецов,— нельзя бороться. Ее можно только отводить.

Зампред Сбербанка стал за это время большим специалистом по водоотводу, а также по строительству в рекордные сроки жилых помещений. Построен наконец и медиацентр. Это, по сути, трех-пятизвездные гостиницы (в некоторых, впрочем, еще идут отделочные работы). Бюджет гостиничного городка с торгово-развлекательным центром во главе (этот центр, собственно, готов пока меньше всего и до сих пор является головной болью для господ Кузнецова и Грефа) и трамплином с инфраструктурой составил, по словам сотрудников Сбербанка, 80 млрд руб. 30% из них — это деньги самого Сбербанка, 70% — ВЭБа. За счет продажи построенных гостиниц Сбербанк надеется, как выражается Станислав Кузнецов, выйти в "ноль-плюс".

И только одно удивляет теперь в этой истории. Как можно было поставить этот трамплин в таком красивом и в таком безнадежном с точки зрения инженерной защиты месте. А потому что красота — страшная сила.

Вчера в какой-то момент высокогорной красоты вдруг не стало.

Отовсюду — сверху, снизу... со всех, кажется, сторон — стал надвигаться то ли туман, то ли туча, а короче — Мгла, та самая, из бестселлера Стивена Кинга.

Первым исчез отель на соседней горе — а Сбербанк так старался. Мгла быстро поглотила и сам трамплин. И она продолжала сгущаться. В какой-то момент по законам жанра из мглы появился кортеж Владимира Путина. Теперь он мог поверить в то, что трамплин действительно существует, только на слово Герману Грефу.

Президент должен был уже подняться на площадку остановки прыгунов, но его тут не было. Впрочем, это оказался, видимо, тот редкий случай, когда причина была уважительной.

— Да в лифте застряли! — охнул кто-то из тех, кто сопровождал Владимира Путина.

Между тем, пока это происходило, хлынул такой ливень, что мгла рассеялась и вдруг опять показался трамплин. Он, таким образом, то возникал, то исчезал... Да был ли он? И что все это было такое вообще?

В тот момент, когда на площадку вышел наконец президент, трамплин был, и он его увидел.

Герман Греф рассказывал президенту, сколько миллионов тонн земли убрано, сколько свай вколочено... Они стояли, каждый под своим зонтом, и горные лыжи, если бы они тут были, можно было считать водными.

— Проблемы есть? — спросил президент.

— Да так-то никаких,— пожал плечами Герман Греф, от этого зонт его наклонился и с него хлынул поток воды.

— Молодцы,— покачал головой Владимир Путин, и такой же поток хлынул с его зонта.

Медиадеревня, гостиничный городок в пяти минутах езды от трамплина, оказалась городом, причем вполне законченным архитектурно. Я до сих пор думаю, что построить его за девять месяцев там, где в основном даже котлованов не было, никак нельзя.

И нельзя, конечно, понять, кто тут будет покупать квартиры после Олимпиады, чтобы Сбербанк окупил свои расходы. Все это великолепие разбивается о цены (совершенно московские) и о мысль про то, что это же Красная Поляна и до ближайшего очага цивилизации (кроме этого самого), по крайней мере, два десятка километров.

Мокрые строители, мокрые дома, мокрые горы, мокрое небо... Главное, чтобы к Олимпиаде дождь превратился в снег.