НЕОБЫЧНОЕ СРЕДНЕВЕКОВОЕ ПЕРЕЗАХОРОНЕНИЕ ИНДИВИДОВ ИЗ ПРОВИНЦИИ СЮНИК (АНГЕХАКОТ, АРМЕНИЯ)

УДК 572

DOI: 10.14258/nreur(2023)2-03

А. Ю. Худавердян, Т. А. Алексанян, Д. Г. Мириджанян

Институт археологии и этнографии НАН, Ереван

НЕОБЫЧНОЕ СРЕДНЕВЕКОВОЕ ПЕРЕЗАХОРОНЕНИЕ ИНДИВИДОВ ИЗ ПРОВИНЦИИ СЮНИК

Исследованы антропологические материалы 9 индивидуумов раннесредневековой культуры из Армении. Исследование костных останков проводилось комплексно в контексте интегративной антропологии, что является объединением двух ее разделов — физической антропологии и палеопатологии. Для распознавания и описания патологических состояний костей применялись макроскопический, рентгеновский и гистологический методы исследования. Индивиды, перезахароненные у церкови Сурб Вар-дана, являются носителями традиций преднамеренной и непреднамеренной деформации головы. Скелеты обладают характеристиками южноевропеоидного типа. Остеологический анализ позволяет констатировать у индивидов высокий рост и крепкое телосложение. Исследование костно-мышечного рельефа позволяет зафиксировать индикаторы механического стресса, связанные с верховой ездой. Травматические повреждения, обнаруженные на скелетах, не повлекшие за собой смерти, могли возникнуть как при ведении военных операций, так и при «бытовых» действиях.

Ключевые слова: Армения, раннее Средневековье, останки воинов, краниология, краниоскопия, одонтология, остеология, палеопатология.

Цитирование статьи:

Худавердян А. Ю., Алексанян Т. А., Мириджанян Д. Г. Необычное средневековое перезахоронение индивидов из провинции Сюник (Ангехакот, Армения) // Народы и религии Евразии. 2023. Т. 28, № 2. С. 71-91. БОТ: 10.14258/пгеиг(2023)2-03.

A. Yu. Khudaverdyan, T. A. Aleksanyan, D. G. Mirijanyan

Institute of Archaeology and Ethnography NAS, Yerevan

UNUSUAL MEDIEVAL BURIAL OF INDIVIDUALS FROM SYUNIK PROVINCE

Anthropological materials from 9 individuals of the early Medieval culture from Armenia were studied. The study of bone remains was carried out comprehensively in the context of integrative anthropology, which is the union of its two sections, physical anthropology and paleopathology. Macroscopic, X-ray and histological research methods were used to recognize and describe pathological conditions of the bones. The individuals reburied at the Surb Vardan are bearers of the traditions of artificial cranial deformation and unintentional deformation of the head. The skeletons have characteristics of the South European type. Osteological analysis allows us to state that individuals are tall and have a strong physique. The study of musculoskeletal relief reveals indicators of mechanical stress associated with riding. Traumatic injuries found in the skeletons that did not cause death could have occurred both during military operations and during «domestic» activities.

Keywords: Armenia, Early Middle Ages, the remains of warriors, craniology, cranioscopy, odontology, osteology, paleopathology

For citation:

Khudaverdyan A. Yu., Aleksanyan T. A., Mirijanyan D. G. Unusual medieval burial of individuals from Syunik province (Angekhakot, Armenia). Nations and religions of Eurasia. T. 28, № 2, P. 71-91. DOI: 10.14258/nreur(2023)2-03.

Худавердян Анаит Юрьевна, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института археологии и этнографии НАН Республики Армения, Ереван (Армения). Адрес для контактов: akhudaverdyan@mail.ru.

Алексанян Тигран Алексанович, научный сотрудник Института археологии и этнографии НАН РА, Ереван (Армения). Адрес для контактов: tigranalexanyan@yandex.ru. Мириджанян Диана Грачеевна, кандидат исторических наук, научный сотрудник Итститута археологии и этнографии НАН РА, Ереван (Армения). Адрес для контактов: dianamirijanyan@rambler.ru

Khudaverdyan Anahit Yurevna, Candidate of historical Sciences, senior researcher of the Institute of Archaeology and Ethnography NAS of RA, Yerevan (Armenia). Contact address: akhudaverdyan@mail.ru.

Aleksanyan Tigran Aleksanovich, researcher of the Institute of Archeology and Ethnography NAS of RA, Yerevan (Armenia). Contact address: tigranalexanyan@yandex.ru. Mirijanyan Diana Gracheevna, Candidate of of historical Sciences, Researcher of the Institute of Archeology and Ethnography NAS of RA, Yerevan (Armenia). Contact address: dianamirijanyan@rambler.ru.

Введение

Провинция Сюник находится на юге страны (39°15'00" с. ш. 46°15'00" в. д.), граничит с Азербайджаном на востоке и западе, на юге с Ираном и на севере с провинцией Вайоцдзор Армении. Село Ангехакот расположено на левом берегу реки Воротан у водохранилища, в 14 км к западу от города Сисиана. На территории Ангехакота имеются дольмены, датируемые эпохами неолита и бронзы, могильники ахеменидского периода. В 0,5 км к западу от села Ангегакот находится церковь Сурб Вардана (также известная как Св. Вардан Зоравар, Св. Вардананц). Вырубленная в скале, наполовину разрушенная церковь Сурб Вардан, на территории которой, согласно преданию, было захоронено привезенное сюда Васаком Сюни (князь Сюника) тело Вардана Мамиконяна и установлен 8-метровый памятник великому армянскому полководцу. Об Ангехако-те есть сведения у Страбона, Павстоса Бюзанда, Мовсеса Хоренаци и у более поздних историков (Г. Алишана, С. Орбеляна, М. Чамчянца, Е. Лалаяна и др.).

Рис. 1. Монумент у церкови Сурб Вардан, перезахоронненные останки 9 индивидов, сохранность антропологического материала Fig. 1. Monument at the Church of Surb Vardan, reburied remains of 9 individuals, preservation

of anthropological material

Материалы и методы

Раскопки в Ангехакоте у церкови Сурб Вардан проводились в 2018 г. экспедицией Института архелогии и этнографии НАН РА под руководством археолога Т. А. Алек-саняна. В ходе археологических раскопок под каменным монументом были обнаружены перезахоронения 9 человеческих останков (рис. 1). В захоронении преобладают мужчины, был изучен всего один скелет ребенка в возрасте около двух лет, трое де-

тей — в возрасте от 5 до 9 лет, а также скелет индивида 20-24 лет. Рассмотрение суммарных характеристик распределения мужских скелетов по возрастным когортам выявляет два пика смертности: первый — в возрасте 40-45 лет, второй приходится на возраст старше 50 лет.

Использован современный антропологический арсенал методик определения возраста и половой принадлежности [Алексеев, Дебец, 1964; AlQahtani et al., 2010: 483-488; Brook, Suchey, 1990: 229-235; Buikstra, Ubelaker, 1994; Lovejoy et al., 1985: 17-25; Meindl, Lovejoy, 1985: 59-64]. Черепа и кости посткраниального скелета изучены по стандартным измерительным и описательным программам [Алексеев, Дебец, 1964; Алексеев, 1966; Зубов, 1968a, 1968б; Мовсесян и др., 1975; Buikstra, Ubelaker, 1994; Hillson, 1996; Goodman et al., 1984; Weiss, 2015]. Оценка величин признаков, стандартных значений квадратического отклонения проводилась по таблицам краниологических констант [Алексеев, Дебец, 1964: 114-127]. Рентгенологические и гистопатологические исследования осуществили в медицинском центре «Армения».

Результаты и обсуждение

Краниология. Мужские черепа характеризуются как брахикранные, с малым продольным, очень большим поперечным и средним высотным диаметрами (табл. 1). Лоб широкий, лицевая часть ортогнатная, лицо широкое при малой его высоте, резко профилированное. Грушевидное отверстие большой высоты, средней ширины, по указателю фиксируется мезориния. Переносье высокое, угол выступания носовых костей большой. Глазницы очень широкие и низкие. Дакриальная и симотическая высота очень большие. Дакриальная ширина — малая, симотическая — средняя. Длина нижней челюсти малая, наименьшая ширина ветви средняя. Симфиз низкий, тело средневысо-кое с большой толщиной. Достоверный уровень изменчивости эмпирических дисперсий фиксируется только 14 признаков и указателей (8, 5, 10, 11, 12, 32 (от g), 61, 52:51а, DS: DC, SS, SS: SC, 72, <zm, 70, 69 (2)).

Таблица 1

Индивидуальные и средние размеры и указатели черепов из Ангехакота

№ по Мартину и др. Признак n x s Инд. 3 Инд. 4 Инд. 5

1 Продольный диаметр 3 173 7,9 164 179 176

8 Поперечный диаметр 3 154,2 7,1 148 162 152,5

8:1 Черепной указатель 3 89,2 2,1 90,3 90,6 86,7

17 Высотный диаметр от ba 2 134,5 - 132 137 -

17:1 Высотно-продольный указатель 2 78,6 - 80,5 76,6 -

17:8 Высотно-поперечный указатель 2 86,9 - 89,2 84,6 -

20 Высотный диаметр от po 2 121 - 121 121 -

20:1 Высотно-продольный указатель 2 70,7 - 73,8 67,6 -

20:8 Высотно-поперечный указатель 2 78,3 - 81,8 74,7 -

5 Длина основания черепа 3 104 6,5 97 105 110

9 Наименьшая ширина лба 3 100,4 4,5 96 105 100

Продолжение таблицы 1

№ по Мартину и др. Признак n x s Инд. 3 Инд. 4 Инд. 5

9:8 Лобно-поперечный указатель 3 65,1 0,4 64,9 64,9 65,6

10 Наибольшая ширина лба 3 128,4 7,7 122 137 126

11 Ширина основания черепа 3 134,5 7,9 127,2 143 133,2

12 Ширина затылка 3 118,4 8,5 112 128 115?

29 Лобная хорда 2 108 - 102,5 113,5 -

30 Теменная хорда 2 96 - 90 102 -

31 Затылочная хорда 2 106,9 - 108,8 105 -

26 Лобная дуга 2 117 - 109 125 -

27 Теменная дуга 2 96 - 96 116 -

28 Затылочная дуга 2 106,9 - 131 126 -

7 Длина затылочного отверстия 3 35,9 2,5 33 36,5 38

16 Ширина затылочного отверстия 3 33,8 1,9 31,8 33,8 35,6

32 Угол профиля лба от п 3 79 3,4 81 81 75

- Угол профиля лба от д 3 77,4 7,3 80 83 69

40 Длина основания лица 3 99,4 4,9 96 105 97

40:5 Указатель выступания лица 3 95,8 6,5 98,97 100 88,2

45 Скуловой диаметр 3 139 4,0 134,5 142,5 140

48 Верхняя высота лица 3 67,9 0,7 68 67 68,5

48:45 Верхний лицевой указатель 3 48,9 1,7 50,6 47,1 48,93

43 Верхняя ширина лица 3 108,3 4,4 104 112,8 108

60 Длина альвеолярной дуги 3 54,4 2,0 56? 55? 52

61 Ширина альвеолярной дуги 3 63,4 6,9 66? 68,7 55,5

62 Длина неба 3 47,5 0,8 46,5 48 48?

63 Ширина неба 2 34,6 - - 33,2 36

55 Высота носа 3 54,5 3,9 51,8 52,5 59

54 Ширина носа 3 26,4 1,8 25,2 28,5 25,5

54:55 Носовой указатель 3 48,8 5,5 48,7 54,3 43,3

51 Ширина орбиты от т^ 3 44,9 0,6 45 44,2 45,5

51а Ширина орбиты от d 3 41,8 0,6 42,2 41 42

52 Высота орбиты 3 32,7 3,5 33 29 36

52:51 Орбитный указатель (т0 3 72,7 6,7 73,4 65,7 79,2

52:51а Орбитный указатель И 3 78,3 7,4 78,2 70,8 85,8

МС Максиллофронтальная ширина 3 16,7 2,8 15 19,9 15

МБ Максиллофронтальная высота 3 9,9 0,7 9 10,5 10

МБ: МС Максиллофронтальныйук-тель 3 59,9 6,9 60 52,8 66,7

РС Дакриальная ширина 3 22,94 3,0 22,8 26 20?

Окончание таблицы 1

№ по Мартину и др. Признак n x s Инд. 3 Инд. 4 Инд. 5

DS Дакриальная высота 3 15,1 1,4 14 14,5 16,8

DS: DC Дакриальный указатель 3 67,1 14,9 61,5 55,8 84

SC Симотическая ширина 3 8,8 1,5 7 9,2 10

SS Симотическая высота 3 6,2 2,1 3,8 8 6,8

SS: SC Симотический указатель 3 69,8 16,4 54,3 86,96 68

72 Общий лицевой угол 3 89,7 5,1 84 94 91,

73 Средний лицевой угол 3 89,7 5,5 84 95 90

74 Угол альвеолярной части 2 87 - 88 86 -

75 (1) Угол выступания носа 3 31,2 2,7 28,5 31 34

77 Назомалярный угол 3 133,7 4,5 138 134 129

zm Зиго-максиллярный угол 3 121 10,5 110 131 122

68 (1) Длина н. ч. от мыщелков 3 101,2 3,6 101 107,5 95

68 Длина н. ч. от углов 3 85,2 4,7 80,5 89,9 85

70 Высота ветви 3 61,8 1,6 59,9 63 62,5

71а Наименьшая ширина ветви 3 33,6 2,3 32,2 36,2 32,2

69 Высота симфиза 2 29,8 - 26,5 - 33

69 (1) Высота тела 3 27,5 3,9 25,5 32? 25?

69 (2) Толщина тела 3 13,9 3,5 14,5 17 10

47 Полная высота лица 3 112 4,5 107 113 116?

Краниоскопия. Перечислим аномалии (дискретно-варьирующие маркеры), которые не связаны (или слабо связаны) с болезнями и имеют генетическую предопределенность. Анализ генетических признаков позволяет указать определённые родственные связи между индивидами. На шести черепах наблюдаются foramina zygomaticofacialia, на четырех — os wormii suturae squamosum, foramina mastoidea (на шве), sutura incisive, canalis condyloideus, foramina supraorbitalia, на троих — foramina frontalia, os Incae completes, sutura mendoza, stenocrotaphia (X-обр.), tuberculum praecondylare, os wormii suturae lambdoidea, os zygomaticum bipartitum tripartitum, на двоих — foramina mentalia, foramina mandibularia, processus temporalis ossis frontalis, os postsquamosum, foramina parietalia, foramina mastoidea (вне шва).

Мендозный шов (sutura mendoza) у троих индивидов не сплошной (от ast до ast). Данный маркер В. В. Бунак причислял к чертам арменоидного типа [Бунак, 1927: 50]. Кость Инков (os Incae completes) также встречается у троих индивидов. Следует заметить, что Инковская кость практически отсутствует у древнего населения Армении [Мовсесян и др., 1990: 280; Khudaverdyan, 2012: 137].

Одонтология. Мезио-дистальные (MDcor) и вестибуло-лингвальные (VLcor) параметры первых и вторых моляров оказываться в категории средних и малых значений, третьих моляров — малых (табл. 2). Высота коронки (Hcor) моляров оказались в кате-

гории малых значений. У двоих индивидов фиксируются диастема, краудинг, коленчатая складка метаконида, вариант «2» второй борозды метаконида, редукция гипокону-са вторых верхних моляров (М2 2 3), четырехбугорковые формы вторых нижних моляров, у троих — редукция верхнего латерального резца (Щ2) (балл 1), бугорок Карабел-ли и форма 3 первой борозды эоконуса на первом верхнем моляре (1ео), пятибугорко-вые формы на первом нижнем моляре. По одному случаю встречаются лопатообразные формы лингвальной поверхности верхних резцов, внутренний средний дополнительный бугорок на первом нижнем моляре (ТАМ1), шеститибугорковая и четырехбу-горковая формы на первом нижнем моляре.

Таблица 2

Индивидуальные размеры зубов из памятника Ангехакота

Индивид 2 Индивид 3 Индивид 4 Индивид 5 Индивид 6 2

Верхняя челюсть Вестибуло-лингвальный диаметр У1_сог

прав. лев. прав. лев. прав. лев. прав. лев. прав. лев.

I1 - 7,5 - - - - - - - -

I2 6,5 - 6,5 - 6,5 6,5 - - - -

С - - - - 8,5 8,5 - - 9 -

Р1 - - - - - 9,5 - - - -

Р2 - - - - 8,8? - - - 9,2 -

М1 11,5 11,2 - 10,2 11? 12 - - - 12,2

М2 - - - - 11,8 11,8 - - - -

М3 - - 9,8 - 8,8 - - - - -

Мезио-дистальный диаметр MDcor

I1 - 8,5 - - - - - - - -

I2 6,2 - 5,8 5,2? 4,3 4,5 - - - -

С - - - - 6,8 6,5 - - 8,2 -

Р1 - - - - - 6 - - - -

Р2 - - - - 6 - - - 6,5 -

М1 12,5 12,5 - 10,5 11 9,5 - - - 9

М2 - - - - 9 9 - - - -

М3 - - 8,5 - 8 - - - - -

Высота коронки Н ^ сог

М1 6,5 6,8? - 4,9 6 5,8 - - - 6,2

М2 - - - - 6 6.2 - - - -

М3 - - 5,5 - 5,5 - - - - -

Мезио-дистальный диаметр шейки МРсо|

М1 8 - - 6,8 7,5 7,8 - - - 7,2

М2 - - - - 7 7,5 - - - -

М3 - - 5 - 6,5 - - - - -

Продолжение таблицы 2

Индивид 2 Индивид 3 Индивид 4 Индивид 5 Индивид 6 2

Площада коронки MD х VL

М1 143,8 140 - 107,1 121 114 - - - 109,8

М2 - - - - 106,2 106,2 - - - -

М3 - - 83,3 - 70,4 - - - - -

Индекс коронки Icor (VL / MD) х 100

М1 92 89,6 - 97,2 100 126,4 - - - 135,6

М2 - - - - 131,2 131,2 - - - -

М3 - - 115,3 - 110 - - - - -

Модуль коронки mcorMD + VL / 2

М1 11,9 11,9 - 10,4 11 10,75 - - - 10,6

М2 - - - - 10,4 10,4 - - - -

М3 - - 9,15 - 8,4 - - - - -

Нижняя челюсть Вестибуло-лингвальный диаметр VLcor

I1 5,8 6,2 6? - - 7,5 - - - -

I2 5 6 6,1 - 6,5 7 - - - -

С - - 7 - 7,5 7,8 - - - -

Р1 - - 7,8 - 6,8 7,8 7,9 - 7,8 -

Р2 - - 7,7 - 8,5 - 8,5? 7,5 - -

М1 10,2 10 10,5 10,6 10 10 - 10,5 - -

М2 - - 9,9 - 10,2 9,8 10,3 - - -

М3 - - 9,2 - - - - 9,8 7 -

Мезио-дистальный диаметр MDcor

I1 5,2 5,5 3,8? - - 4,5 - - - -

I2 5,5 5,5 4,9 - 5,5 5 - - - -

С - - 6,5 - 6,2 7,5 - - - -

Р1 - - 6,2 - 7,5 7,2 7,8 - 6,5 -

Р2 - - 7,2 - 6,5 - 7,2? 7,5 - -

М1 11,5 11,5 11,7 11,5 10,8 10,5 - - - -

М2 - - 11 - 11,5 10,5 11 - - -

М3 - - 11,5 - - - - 9,2 6 -

Высота коронки H ^ cor

М1 8,5 8,5 4,7 - 4 - - 4 - -

М2 - - 6 - 4,5 7 5,5 - - -

М3 - - 5,2 - - 5,5 - 4,7 5 -

Мезио-дистальный диаметр шейки MDco|

М1 8,5 8,5 7,8 - 9 - - - - -

Продолжение таблицы 2

Индивид 2 Индивид 3 Индивид 4 Индивид 5 Индивид 6 2

М2 - - 7 - 9,5 9 8,5 - - -

М3 - - 7,2 - - 9,2 - 7,6 3,8 -

Площадка коронки MD х VL

М1 112,8 115 122,9 121,9 108 105 - - - -

М2 - - 108,9 - 117,3 102,9 113,3 - - -

М3 - - 105,8 - - - - 90,2 42 -

Индекс коронки Icor (VL / MD) х 100

М1 88,7 86,96 89,8 92,2 92,6 95,24 - - - -

М2 - - 90 - 88,7 93,34 93,7 - - -

М3 - - 80 - - - - 106,6 116,7 -

Модуль коронки mcorMD + VL / 2

М1 10,9 10,8 11,1 11,1 10,4 10,25 - - - -

М2 - - 10,5 - 10,5 10,15 10,7 - - -

М3 - - 10,4 - - - - 7,3 6,5 -

Остеология. Мужские скелеты характеризуются длинными плечевыми костями (табл. 3). Эпифизы плечевых костей хорошо развиты, средняя ширина эпифиза довольно велика, что укладывается в ранг больших размеров. Индекс прочности входит в ранг больших размеров. Длина лучевых и локтевых костей укладывается в ранг больших размеров. Наименьшая окружность диафиза локтевых костей большая. Длина бедренных костей (по двум размерам) входит в категорию больших размеров, окружность середины диафиза — очень больших. Проксимальная часть диафиза характеризуется эуримерией (расширена). Массивность бедренных костей — очень большая. Большеберцовые кости — длинные, наименьшая окружность — большая. Большебер-цовые кости отличаются повышенной массивностью. Рост индивидов попадают в категорию больших размеров.

Таблица 3

Остеометрическая характеристика индивидов из памятника Ангехакот

Индивид 3 Индивид 4 Индивид 5

Показатель пр. лев. пр. лев. пр. лев.

Плечевая кость

1. Наибольшая длина - - 356 349 341 346

2. Общая длина - - 349 344 335 341

3. Ширина верхнего эпифиза - - 53 51 55 55

4. Ширина нижнего эпифиза - - 67,3 - 65,5 69,5

5. Наибольший 0 середины диафиза - - 26 - 24? 26

6. Наименьший 0 середины диафиза - - 22 - - 24

Продолжение таблицы 3

7. Наименьшая окружность диафиза - - 73 - 70 72

7а. Окружность середины диафиза - - 79 - - 78

7:1 Индекс массивности - - 20,6 - 20,6 20,9

6:5 Указатель поперечного сечения - - 84,7 - - 92,4

Лучевая кость

1. Наибольшая длина - - 257 - 254 -

2. Физиологическая длина - - 243 - 241 -

4. Поперечный 0 диафиза - - 17 - 15 16

5. Сагиттальный 0 диафиза - - 13 - 11,5 11?

3. Наименьшая окружность диафиза - - 50 - 50 46

3:2 Указатель массивности - - 20,6 - 20,8 -

5:4 Указатель поперечного сечения - - 76,5 - 76,7 68,8

Локтевая кость

1. Наибольшая длина - - 275? 285 272,5 269

2. Физиологическая длина - - 240 248 236 234,5

11. Сагиттальный 0 диафиза - - 13 14 13,6 -

12. Поперечный 0 диафиза - - 18 20,5 21 -

13. Верхний поперечный 0 диафиза - - 25 27,8 20 24

14. Верхний сагиттальный 0 диафиза - - 22,6 22,2 26,5 29,6

3. Наименьшая окружность диафиза - - 38 43 41 -

3:2 Указатель массивности - - 15,9 17,4 17,4 -

11:12 Указатель поперечного сечения - - 72,3 68,3 64,8 -

13:14 Указатель платолении - - 110,7 125,3 75,5 81,1

Бедренная кость

1. Наибольшая длина - - 473 470 489 486

2. Длина в естественном положении - - 460 456 474 471

21. Мыщелковая ширина 73,5 73,8 85,5 84,8? 87 -

6. Сагиттальный 0 середины диафиза - 26 32,2 36 35 38

7. Поперечный 0 середины диафиза - 28,8 30 30,2 29,9 29,9?

9. Верхний поперечный 0 - - 35 36 32 32

10. Верхний сагиттальный 0 - - 29 - 32 30

8. Окружностьсередины диафиза - 85 100 100,9 103 103

8:2 Указатель массивности - - 21,8 22,2 21,8 21,9

6:7 Указатель пилястрии - - 107,4 119,3 117,1 127,1

10:9 Указатель платимерии - - 82,9 - 100 93,8

Большая берцовая кость

1. Полная длина - 339 395 393 - 405

2. Мыщелково-таранная длина - 302,8 375,5 375,2 358,3 358,8

Продолжение таблицы 3

1а. Наибольшая длина - 34,4 40,2 39,9? - 408

5. Наибольшая ширина верхнего эпифиза 72 68,5? - 83,3 86 84?

6. Наибольшая ширина нижнего эпифиза - 42 49 47 - 48

8. Сагиттальный 0 середины диафиза 29 27 30? 32,5 31,5 31

8а. Сагиттальный 0 на уровне пит. отв. 33,5 32,5 - 35,2 36 35,5?

9. Поперечный 0 середины диафиза 17,8 18 23,2 23 24,5 25,8

9а. Поперечный 0 на уровне пит. отв. 21,8 22 - 27 26 26?

10. Окружность середины диафиза 73 72 87 87 88 90

10б. Наименьшая окружность диафиза 67? 69 80 82 80,5 81

9:8 Указатель сечения 61,4 66,7 77,4 70,8 77,8 83,3

10Ь:1 Указатель прочности - 20,4 20,3 20,9 - 20

9а:8а Указатель платикнемии 65,1 67,7 - 76,8 72,3 73,3

10:1 Указатель массивности - 21,3 22,1 22,2 - 22,3

Малая берцовая кость

1. Наибольшая длина - - - - 384 -

Показатели пропорции и длины тела

Ю: Н1 Луче-плечевой указатель - - 72,2 - 74,5 -

Т1: Р2 Берцово-бедренный указатель - - 85,9 86,2 - 85,99

Н1+В1/Р1+Т1 Интермембральный указатель - - 70,7 - - -

Н1+В1/ Р2+Т1 Интермембральный указатель - - 71,7 - - -

Н1: Р2 Плече-бедренный указатель - - 77,4 76,6 71,95 73,5

М: Т1 Луче-берцовый указатель - - 65,1 - - -

Длина тела 174,4 170,2 173,2

Значительные функциональные нагрузки выявлены на верхних и нижних конечностях (табл. 4). Фиксируется повышенное развитие малого бугорка, межбугорковой борозды и дельтовидной бугристости на плечевых костях. Достаточно хорошо развиты лучевые шероховатости на лучевых костях. Развитие дистального латерального гребня, к которому крепится квадратный пронатор, достаточно хорошее. Латеральный край нижнего конца лучевой кости, к которому прикрепляется эта мышца, также развит очень хорошо. У троих индивидов развитие шиловидного отростока локтевой кости достаточно хорошее, а ближе к головке наличествует средней мощности бороздка. Вероятно, мощный шиловидный отросток — результат силы связочного аппарата лу-че-запястного сустава.

Таблица 4

Балловая характеристика развития рельефа длинных костей

Признак Индивид 3 Индивид 4 Индивид 5 Индивид 6/1

пр. лев. сум. пр. лев. сум. пр. лев. сум. пр. лев. сум.

Плечевая кость

Crista tuberculiminoris, crista tuberculimajoris - - - 2 2 2 3,5 3 3,3 - - -

Tuberositasdeltoidea - - - 2,5 2 2,3 3 3 3 2,5 - -

Tuberculummajus, tuberculumminus - 2,5 - 2 - 2 3 3 3 2? - -

Margi lateralis, medialis et anterior Epicondili lateralis et medialis - 2 - 2 2? 2 2,5 2,5 2,5 2 - -

Средний балл - - - 2,2 2 2,1 3 2,9 2,94 - - -

Лучевая кость

Tuberositasradii - - - 2,5 2 2,3 2,5 2 2,3 - - -

Margounterossea - - - 2,5 2,5 2,5 2 2 2 - - -

Бороздки для сухожилий разгибателей 2 2 2 2,5 2,5 2,5 3,5 - 3,5 - - -

Processusstyloideus 2,5 2 2,5 3 2,5 2,8 - 2 2 - - -

Средний балл - - - 2,7 2,4 2,5 2,7 2 2,5 - - -

Локтевая кость

Margointerossea, margoposterior 2 2 2 2,5 3 2,8 2,5 2,5 2,5 - 2 -

Cristamusculisupinatoris 2 - - 2 2 2 2,5 2,5 2,5 - 2 -

Tuberositasulnae 2,5 2 2,3 2 2 2 - 3 3 - 2 -

Средний балл - - - 2,2 2,4 2,3 2,5 3 2,8 - 2 -

Бедренная кость

Trochantermajor 2 2 2 2 2 2 2,5 2,5? 2,5 1,5 - -

Trochanterminor - - - 2 - 2 3 3,5 3,3 2 2 -

Tuberositasglutea 2 - - 3 - 3 3,5 3,5? 3,5 2 - -

Linea aspera - 2 - 3 2 2,5 3,5 3,5 3,5 1,5 - -

Epicondili 2 2 2 2 2 2 3 3? 3 1,5? - -

Средний балл - - - 2,4 2 2,3 3,1 3,2 3,2 - - -

Большая берцовая кость

Tuberositastibiae 2 2 2 2 2 2 3,5 2 2,8 - - -

Margoanterior, margointerossea 2 2 2 2 2 2 3 3 3 2 - -

Linea m. solei, m. soleus 3 3 3 2,5 2,5 2,5 3 3 3 2 - -

Бороздки для сухожилий разгибателей 3 - - 3 3 3 - 3,5 3,5 - - -

Средний балл - - - 2,4 2,4 2,4 3,17 2,9 3,1 - - -

Малая берцовая кость

Развитие краев 3 3 3 - 3 - 3 3 3 - - -

У троих индивидов на связках лонного сочленения выявлены признаки функциональных нагрузок. В области крепления верхней и дугообразной связок лобка имеются маркеры энтесопатии. Участки лизиса костной ткани в форме округлых отверстий (до 3 мм) выявлены на суставных поверхностях лобковых костей. Очень сильно развита ягодичная шероховатость на костях бедра. Сильно также развита межвертельная линия (у двух индивидов), которая имеет вид гребня и выдаётся над уровнем тела кости. Это область соединения подвздошно-бедренной связки, которая сдерживает разгибание тазобедренного сустава и содействует в поддержании туловища в вертикальном положении. На задней поверхности больших берцовых костей, соответствующих линии камбаловидной мышцы, сильно развит рельеф. На пяточном бугре (апофиз) у троих индивидов фиксируются множественные экзостозы. Наличие экзостозов свидетельствует о повышенных механических нагрузках.

Ритуализированное использование частей человеческого тела. Деформация головы является одним из уникальных феноменов, существовавших у древнейших народов Кавказа и Ближнего Востока. Деформации головы — намеренные или непреднамеренные (случайные) видоизменения формы черепа в процессе его роста и развития при помощи различного рода устройств, являются серьезным историческим источником. У индивидов из Ангехакота отмечено несколько типов деформации: 1) деформация колыбельного типа (затылочная деформация /cradle deformation/, рис. 2б) — можно отнести к проявлениям непреднамеренных искусственных деформирующих воздействий; 2) преднамеренная кольцевая лобно-затылочная деформация (рис. 2а).

Рис. 2. Искусственная деформация головы: а — лобно-затылочная, б — затылочная

С деформацией черепа колыбельного типа антропологи сталкиваются достаточно часто [Казарницкий, 2012:144-162; КЬ^ауеМуап, 2016: 524-527]. Если положить ребенка в жесткую колыбель на долгое время, то задняя часть черепной коробки может приобрести характерное уплощение (рис. 2б). При такой деформации наибольшее давление достается именно на верхнюю часть затылочной чешуи. Непреднамеренная деформация колыбельного типа наблюдается у двух индивидов (№ 4 и № 5: 50-59 лет).

На территории Армении традиция преднамеренной модификации головы зафиксирована с эпохи энеолита [Muradyan е! а1., 2014]. Лобно-затылочная деформация черепа

обнаружена в эпоху поздней бронзы [Худавердян и др., 2023]. К периоду позднего железного века причисляется кольцевая теменно-затылочная модификация [Khudaverdyan, 2016]. Эта традиция на территории Армении затухает и зарождается в начале нашей эры [Khudaverdyan, 2011]. Описанная традиция существовала и в эпоху Средневековья [Khudaverdyan, 2012]. В Ангехакоте на черепе мужчины 40-49 лет (№ 3) наблюдается преднамеренная лобно-затылочная деформация головы (рис. 2а).

Папеопатология. Диагностика травматических повреждений костей и суставов считается одной из самых важных задач в палеопатологии [Ortner, 2003]. Данные по травматизму позволяют получить информацию об условиях жизни в древних обществах, о взаимодействиях человека с окружающей средой [Aufderheide, Rodriguez-Martin, 1998]. Травмы с признаками заживления костной ткани встречаются у трех индивидов (№ 3, 4, 5). Обнаружены у индивида № 3 (мужчина 40-45 лет) следы трех травматических повреждений. Первое повреждение получено от удара нижней части носовой кости слева. Наблюдаются травмы правого 8 ребра и левого 12. Не исключено, что травма могла быть нанесена индивиду, лежащему на животе лицом вниз. У индивида № 4 (50-55 лет) обнаружен заживший перелом носовых костей. Травма получена от удара с правой стороны. Тупая травма была зафиксирована на правой теменной кости (14x9,8 мм). Удар был нанесен справа и повредил правую теменную кость.

с d е

Рис. 3. Посттравматические повреждения на костях посткраниального скелета: а, б — костно-хрящевые экзостозы большеберцовых костей; в — мощный костно-хрящевой экзостоз подвздошной кости; г— травма остистого отростка;д — сращение первого ребра рукоятки грудины; е — сращение первого ребра грудины Fig. 3. Post-traumatic injuries on the bones of the postcranial skeleton: a, b — osteochondral exostosis of the tibia; c — powerful osteochondral exostosis of the ilium, d — injury to the spinous process; e — fusion of the first rib of the sternum

Патологический процесс деформировал большеберцовые кости в нижней трети и привел к образованию обширных костно-хрящевых экзостозов (остеохондрома) (рис. 3а — индивид № 4, 3б — индивид № 5). Остеохондрома — доброкачественный порок нарушения развития кости, обычно в области эпифизарной пластинки роста. В основном локализуется первоначально в метафизах длинных костей конечностей, однако по мере роста скелета смещается в сторону диафиза. Остеохондрома бывает врожденной, но обычно заболевание возникает в подростковом возрасте. Причины возникновения новообразований не известны, предполагается, что возникновение связано с сочетанием воспалительных процессов и травм.

На ягодичной поверхности подвздошной кости у индивида № 5 фиксируется мощный костно-хрящевой экзостоз (рис. 3в). Это явление очень редкое, так как сама кость крупная и крепкая, требуется воздействие большой силы. У данного индивида наблюдается также реберный хондрит (№ 5, рис. 3д) и травма остистого отростка седьмого шейного позвонка (рис. 3г). Реберный хондрит обнаружен в хрящевых тканях верхнего ребра в рукоятке грудины. На рентгеновском снимке виден процесс изменения в хрящевых тканях, целый сегмент, пораженный воспалением. Причин появления реберного хондрита несколько: травмы, переломы и другие повреждения грудной клетки, физические перегрузки; осложнения после перенесенных инфекционных заболеваний. Причины травмы остистого отростка седьмого шейного позвонка — прямой удар тяжелым предметом по шее.

У индивида № 5 также имеются следы проказы (Mycobacterium lepreae, или бацилла Гансена) (рис. 4). Перечислим основные патологии, регистрируемые на скелете, так как более подробно об этом была опубликована нами в специальной работе [Khudaverdyan et al., 2021]. Патологические изменения в костно-суставной системе при проказе локализуются главным образом в периферических отделах скелета верхних и нижних конечностей (рис. 4 в, г). Наблюдались множественные изолированные друг от друга очаги разрушения на лапатках (рис. 4е), эпифизарных и метафизарных концов фаланг, пястных и плюсневых костях, а также анкилоз между средней и дис-тальной левой фалангой (рис. 4 д). Деструктивные очаги фиксируются на верхней челюсти (в подносовой области) (рис. 4 а, б). Наблюдается расщелина в центральной части неба (длина 7,5 мм), возникающая вследствие незаращения двух половин неба или двух отростков верхней челюсти. Диагноз был поставлен не только на основании патологий костно-суставной системы, но и гистопатологического исследования пораженных участков скелета. Гистопатологический анализ выявил диффузное гранулема-тозное воспаление (рис. 4 ё).

Нами были зафиксированы признаки периостита и дегенеративные изменения на позвонках у четырех взрослых индивидов из Ангехакота. Так, периостит — воздействие костной ткани на широкий перечень патогенных причин: анемические синдромы, инфекции, воспаления травматического происхождения и т. д. [Ortner, 2003]. Не очень сильная степень выраженности периостита на больших берцовых костях склоняет нас к тому, чтобы расценивать эти проявления как физиологическую реакцию, находящуюся на грани между нормой и патологией. Костные разрастания по краям кольцевого апофиза, хрящевые узлы Шморля вместе с показателями развития мышечного

рельефа на костях посткраниального скелета позволяют утверждать, что обследуемые индивиды регулярно подвергались сильным физическим нагрузкам.

е

Рис. 4. Проказа у индивида № 5, гистопатология лепроматозного поражения

В качестве одного из прямых маркеров пищевого стресса следует считать наличие кариозных полостей на зубах (индивиды № 3, 4, 5). Как известно, причины кариеса: медико-географическая ситуация местности, питание, питьевой режим, снабженность организма минеральными веществами, микроэлементами, витаминами и т. д. На исследуемом материале кариозные поражения зубов сопровождаются осложнениями в виде периапикальных (верхушечных) отверстий на верхних и нижних челюстях. У двух индивидов (№ 3, 5) выявлен пародонтоз. Следующим показателем пищевого стресса является зубной камень. Признак наблюдается у двух индивидов (№ 3, 4). Наслоение зубного камня связано с pH слюны и умножается при значительном повышении употребления белков в результате роста во всех тканевых жидкостях скопления мочевины

[Lieverse, 1999; Jin, Yip, 2002], кроме того, от абразивных особенностей пищи, которые модифицируют в очень широком охвате в соответствии от методов её приготовления.

Cribra orbitalia — изменения костной ткани внутренней поверхности орбит встречается на двух детских черепах (№ 1-1, № 2). Развитие признака незначительное. Cribra orbitalia чаще ассоциируется с железодефицитной анемией. Дефицит железа в организме, вероятно, результат паразитарных инвазий и неспецифических инфекций [Larsen, 1997]. Маркер эпизодического стресса — эмалевая гипоплазия — наблюдается у исследованных субъектов. Причиной заболевания может быть воспалительный процесс от корня молочного зуба на зачаток постоянного. Наличие признака — результат резкой стрессовой реакции, которую индивид пережил, как правило, в интервале от 6 мес. до 7 лет [Goodman et al., 1984].

Заключение

Данное наблюдение уникально для населения эпохи Средневековья. По нашему мнению, под монументом перезахоронили останки 4 индивидов мужского пола. Вероятно, они были погребены в отдельных могилах и в разных местах, однако было принято решение перезахоронить останки вместе. К сожалению, прямых письменных свидетельств об этом нет. Взрослые индивиды имели исключительно тренированную мускулатуру, их характеризует «военная выправка». Сравнительно гипертрофированы мышцы различных слоев костей предплечья, предоставляющие возможность движения кисти и пальцев, разгибать и сгибать запястья, мышцы, принимавшие участия в сгибании предплечья в локтевом суставе. Сформирование костно-мускульного рельефа связано со стрельбой из лука. В раннем Средневековье набор оружия дистанционного боя включал лук со стрелами и дротики. Также фиксируются в верхней части крыла подвздошных костей направленные вовнутрь костные разрастания округлой формы. Аналогичные разрастания выявлены в полости большого таза, на верхней границе поверхности крестцово-подвздошного сочленения и в районе верхнего края верт-лужной впадины. Хорошо выражена ягодичная шероховатость и linea aspera на бедренных костях. Указанные признаки у индивидов ассоциируются с верховой ездой. Следует отметить, что у указанных субъектов отсутствуют маркеры физиологического стресса (cribra orbitalia, гипоплазия эмали), что свидетельствует о благоприятных условиях жизнедеятельности и, вероятно, о занимаемом ими высоком социальном положении. Все травматические повреждения имеют прижизненный характер и получены от орудий с тупой верхушкой (обух топора, дубинка, метательные камни). Известно, что выявить все повреждения на костях скелета нереально, в частности, травмы мягких тканей, которые не поддаются фиксации.

По всей видимости, остальные скелеты не имеют отношения к останкам воинов. Представляется, что детские скелеты, компактно собранные в определенных участках погребения, обеспечили возможность перезахоронения останков четырех индивидов мужского пола.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

Алексеев В. П. Остеометрия: Методика антропологических исследований. М. : Наука, 1966. 251 с.

Алексеев В. П., Дебец Г. Ф. Краниометрия: Методика антропологических исследований. М. : Наука, 1964. 128 с.

Бунак В. В. Crania Armenica. Исследование по антропологии Передней Азии // Труды Антропологического НИИ при МГУ М., 1927. Вып. 2. 264 с.

Зубов А. А. Некоторые данные одонтологии к проблеме эволюции человека и его рас // Проблемы эволюции человека и его рас. М. : Наука, 1968. С. 5-122.

Зубов А. А. Одонтология: Методика антропологических исследований. М. : Наука, 1968. 199 с.

Казарницкий А. А. Население азово-каспийских степей в эпоху бронзы (антропологический очерк). СПб., 2012. 264 с.

Мовсесян А. А. К палеоантропологии бронзового века Армении // Биологический журнал Армении. 1990. № 4 (43). C. 277-282.

Мовсесян А. А., Мамонова Н. Н., Рычков Ю. Г. Программа и методика исследования аномалий черепа // Вопросы антропологии. 1975. №. 51. C. 127-150.

Худавердян А. Ю., Енгибарян А. А., Матевосян Р. Ш., Варданян Ш. А., Хачатрян А. А., Петросян Л. А. Население эпохи поздней бронзы и раннего железного века из областей Ширак и Гехаркуник (Армения) по данным палеопатологии // Медицинская наука Армении / НАН РА. 2022. Т. LXII. № 3. C. 136-149.

AlQahtani S. J., Hector M. P., Liversidge H. M. Brief Communication: The London Atlas of Human Tooth Development and Eruption // American journal of Physical Anthropology. 2010. Vol. 42 (3). Р. 481-490.

Aufderheide A. C., Rodriguez-Martin C. The Cambridge Encyclopedia of Human Paleopathology. Cambridge, 1998. 478 p.

Brook S., Suchey J. M. Skeletal Age Determination Based on the Os Pubis: A Comparison of the Acsadi-Nemeskeri and Suchey-Brooks Methods // Human Evolution. 1990. Vol. 5. P. 227-238.

Buikstra J. E., Ubelaker D. H., ed. Standards of data collection from human skeletal remains. "Arkansas Archaeological Survey Research Series" 44, Fayetteville, 1994. 272 p.

Goodman A. H., Martin D. L., Armelagos G. J., Qark G. Indications of stress from bones and teet // Paleopathology at the origins of agriculture. New York, 1984. P. 13-49.

Hillson S. Dental anthropology. Cambridge, 1996. 373 р.

Jin Ye, Yip H. Supragingival Calculus: Formation and Control // Critical Review Oral Biological Medicine, 2002. Vol. 13. № 5. P. 426-441.

Khudaverdyan A. Yu. Artificial Deformation of Skulls from Bronze Age and Iron Age Armenia // The Mankind Quarterly. 2016. Vol. 56. № 4. P. 513-534.

Khudaverdyan A. Yu. Cranial deformation and torticollis of an Early Feudal burial from Byurakn, Armenia // Acta Biologica Szegediensis. 2012. Vol. 56 (2). Р. 133-139.

Khudaverdyan A. Yu. Nonmetric cranial variation in human skeletal remains from Armenian Highland: microevolutionary relations and intergroup analysis // European Journal of Anatomy. 2012. № 16 (2). P. 134-149.

Khudaverdyan A. Yu. Trepanation and artificial cranial deformations in ancient Armenia // Anthropological Review. 2011. Vol. 74. № 1. P. 39-55.

Khudaverdyan A. Yu., Yengibaryan A. A., Aleksanyan T. A., Miridzhanyan D. G., Hovhanesyan A. A., Vardanyan V. R. The probable evidence of leprosy in a male individual unearthed in medieval Armenia (Angekhakot) // Bulletin of the International Association for Paleontology. 2021. № 15 (1). P. 24-37.

Larsen C. S. Bioarchaeology: Interpreting behavior from the human skeleton. Cambridge: Cambridge University Press, 1997. 461 p.

Lieverse A. R. Diet and the Aetiologyof Dental Calculus // International Journal of Osteoarchaeology. 1999. Vol. 9. P. 219-232.

Lovejoy C. O., Meindl R. S., Pryzbeck T. R., Mensforth R. P. Chronological metamorphosis of the auricular surface of the ilium: A new method for the determination of adult skeletal age at death // American Journal of Physical Anthropology. 1985. № 68. P. 15-28.

Meindl R. S, Lovejoy C. O. Ectocranial Suture Closure: A Revised Method for the Determination of Skeletal Age at Death Based on the Lateral-Anterior Sutures // American Journal of Physical Anthropology. 1985. № 68. C. 57-66.

Muradyan F., Zardaryan D., Gasparyan B., Aghikyan L. Discovery of the First Chalcolithic burial mounds in the Republic of Armenia // Stone Age of Armenia: A Guide-book to the Stone Age Archaeology in the Republic of Armenia. Kanazawa University: Center for Cultural Resource Studies, 2014. P. 339-364.

Ortner D. J. Identification of pathological conditions in human skeletal remains. 2nd edition. London, 2003. 500p.

Weiss E. Paleopathology in Perspective. Bone Health and Disease through Time. Lanham, Md: Rowman & Littlefield. 2015. 251 p.

REFERENCES

Alekseev V. P. Osteometriya: Metodika antropologicheskikh issledovaniy [Osteometry: Anthropological research methodology]. M. : Nauka, 1966, 251 p. (in Russian).

Alekseev V. P., Debets G. Kraniometriya: Metodika antropologicheskikh issledovaniy [Craniometry: Methods of anthropological researches]. M. : Nauka, 1964, 128 p. (in Russian).

Bunak V. V. Crania Armenica. Issledovaniye po antropologii Peredney Azii [Crania Armenica. Research on Anthropology of Western Asia]. Trudy Antropologicheskogo NIIpri MGU [Proceedings of the Anthropological Research Institute at Moscow State University]. M., 1927. Vol. 2. 264 p. (in Russian).

Kazarnitsky A. A. Naseleniye azovo-kaspiyskikh stepey v epokhu bronzy (antropologicheskiy ocherk) [The population of the Azov-Caspian steppes in the Bronze Age (an anthropological essay)]. SPb., 2012. 264 p. (in Russian).

Khudaverdyan A. Yu., Yengibaryan A. A., Matevosyan R. Sh., Vardanyan Sh. A., Khachatryan A. A., Petrosyan L. A. Naseleniye epokhi pozdney bronzy i rannego zheleznogo veka iz oblastey Shirak i Gekharkunik (Armeniya) po dannym paleopatologii [Population of the Late Bronze Age and Early Iron Age from the regions of Shirak and Gegharkunik (Armenia) according to paleopathology]. Medicinskaya nauka Armenii NAN RA [Medical Science of Armenia NAS RA]. 2022, no 3. Vol. LXII. P. 136-149 (in Russian).

Movsesyan A. A. K paleoantropologii bronzovogo veka Armenii [On the Paleoanthropology of the Bronze Age of Armenia]. Biologicheskiizhurnal Armenii [Biological Journal of Armenia] 1990. 4 (43). P. 277-282.

Movsesyan A. A., Mamonova N. N., Richkov Yu. G. Programma i metodika issledovaniya anomal'nogo cherepa [A program and methodology of study of skull abnormalities]. Voprosy anthropologii [Anthropological issues]. 1975, no. 51. P. 127-150 (in Russian).

Zubov A. A. Nekotoryye dannyye odontologii k probleme evolyutsii cheloveka i yego ras [Some data of odontology to the problem of the evolution of man and his races]. In Problemy evolyutsii cheloveka i yego ras [Problems of the evolution of man and his races]. M. : Nauka. 1968. P. 5-122 (in Russian).

Zubov A. A. Odontologiia. Metodika antropologicheskikh issledovanii [Odontology: Methodology of anthropological research]. M. : Nauka, 1968. 199 p. (in Russian).

AlQahtani S. J., Hector M. P., Liversidge H. M. Brief Communication: The London Atlas of Human Tooth Development and Eruption. American journal of Physical Anthropology. 2010, no 42 (3). P. 481-490 (in English).

Aufderheide A. C., Rodriguez-Martin C. The Cambridge Encyclopedia of Human Paleopathology. Cambridge, 1998. 478 p. (in English).

Brook S., Suchey J. M. Skeletal Age Determination Based on the Os Pubis: A Comparison of the Acsadi-Nemeskeri and Suchey-Brooks Methods. Human Evolution. 1990, no 5. P. 227238 (in English).

Buikstra J. E., Ubelaker D. H., ed. Standards of data collection from human skeletal remains. Arkansas Archaeological Survey Research Series 44, Fayetteville, 1994. 272 p. (in English).

Goodman A. H., Martin D. L., Armelagos G. J., Qark G. Indications of stress from bones and teet. Paleopathology at the origins of agriculture. New York, 1984. P. 13-49 (in English).

Hillson S. Dental anthropology. Cambridge, 1996. 373 p. (in English).

Jin Ye, Yip H. Supragingival Calculus: Formation and Control. Critical Review Oral Biological Medicine. 2002, no. 13 (5). P. 426-441 (in English).

Khudaverdyan A. Yu. Artificial Deformation of Skulls from Bronze Age and Iron Age Armenia. The Mankind Quarterly, 2016, no 56 (4). P. 513-534 (in English).

Khudaverdyan A. Yu. Cranial deformation and torticollis of an Early Feudal burial from Byurakn, Armenia. Acta Biologica Szegediensis, 2012, no. 56 (2). P. 133-139 (in English).

Khudaverdyan A. Yu. Nonmetric cranial variation in human skeletal remains from Armenian Highland: microevolutionary relations and intergroup analysis. European Journal of Anatomy. 2012, no 16 (2). P. 134-149 (in English).

Khudaverdyan A. Yu. Trepanation and artificial cranial deformations in ancient Armenia. Anthropological Review, 2011, no. 74 (1). P. 39-55 (in English).

Khudaverdyan A. Yu., Yengibaryan, A. A., Aleksanyan, T. A., Miridzhanyan, D. G., Hovhanesyan, A. A., Vardanyan, V. R. The probable evidence of leprosy in a male individual unearthed in medieval Armenia (Angekhakot). Bulletin of the International Association for Paleontology. 2021, no. 15 (1). P. 24-37 (in English).

Larsen C. S. Bioarchaeology: Interpreting behavior from the human skeleton. Cambridge: Cambridge University Press, 1997. 461 p. (in English).

Lieverse A. R. Diet and the Aetiologyof Dental Calculus. International Journal of Osteoarchaeology. 1999, vol. 9. P. 219-232 (in English).

Lovejoy C. O., Meindl R. S., Pryzbeck T. R., Mensforth R. P. Chronological metamorphosis of the auricular surface of the ilium: A new method for the determination of adult skeletal age at death. American Journal of Physical Anthropology. 1985, vol. 68. P. 15-28 (in English).

Meindl R. S, Lovejoy C. O. Ectocranial Suture Closure: A Revised Method for the Determination of Skeletal Age at Death Based on the Lateral-Anterior Sutures. American Journal of Physical Anthropology. 1985, vol. 68. P. 57-66 (in English).

Muradyan F., Zardaryan D., Gasparyan B., Aghikyan L. Discovery of the First Chalcolithic burial mounds in the Republic of Armenia. Stone Age of Armenia: A Guide-book to the Stone Age Archaeology in the Republic of Armenia. Kanazawa University: Center for Cultural Resource Studies, 2014. P. 339-364 (in English).

Ortner D. J. Identification of pathological conditions in human skeletal remains. 2nd edition. London, 2003. 500 p. (in English).

Weiss E. Paleopathology in Perspective. Bone Health and Disease through Time. Lanham, Md: Rowman & Littlefield, 2015. 251 p. (in English).

Статья поступила в редакцию: 04.02.2023 Принята к публикации: 25.05.2023 Дата публикации: 30.06.2023