Лингвистическая система Вильгельма фон Гумбольдта у истоков герменевтической модели перевода

УДК 81.25

ЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА ВИЛЬГЕЛЬМА ФОН ГУМБОЛЬДТА У ИСТОКОВ ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКОЙ МОДЕЛИ ПЕРЕВОДА

© Е. А. Морозкина, Ю. А. Филиппова*

Башкирский государственный университет Россия, Республика Башкортостан, 450076 г. Уфа, ул. Коммунистическая, 19.

Тел./факс: +7 (347) 251 59 07.

E-mail: lingvodidactica@mail. ru

В статье исследуется проблема влияния лингвистической системы Вильгельма фон Гумбольдта не только на современную науку в целом, но и на формирование герменевтической модели перевода. Настоящая идея высказывается впервые, что позволяет до некоторой степени расширить методологические возможности применения герменевтической модели в переводе художественных текстов. В статье произведена попытка исследования антиномий Гумбольдта с точки зрения их реализации в художественном переводе на примере ранее непе-реведенной новеллы Теодора Драйзера «A Doer of the Word». Проведенный анализ подтверждает глубокую онтологическую связь знаменитых антиномий Гумбольдта с герменевтикой и герменевтической моделью перевода.

Ключевые слова: язык, мышление, речь, антиномия, смысл, понимание, непонимание, герменевтика, герменевтическая модель перевода.

В герменевтической модели перевода, разработанной А. Н. Крюковым, поднимается проблема первичного и вторичного понимания смысла текста, в ходе которого создается некий «синтез ин-тенционального смысла, который осуществляется по направлению от интенции к объективному языковому значению с учетом новых ролевых и социально-психологических установок, управляющих конкретно речевой реакцией высказывания» [1, с. 47]. В целом соглашаясь с позицией А. Н. Крюкова, подчеркнем, что отдельные компоненты герменевтической модели перевода, особенно в применении к переводу художественных текстов, требуют значительного развития и соответствующего оформления.

Принимая во внимание многообразие подходов к трактовке герменевтической категории смысла текста лингвистами, необходимо отметить чрезвычайную важность герменевтики и в теории перевода. Работы таких исследователей, как Г. И. Бо-гин, А. Н. Крюков, А. Н. Леонтьев, Ю. Д. Апресян, А. Д. Швейцер, В. Я. Звегинцев, И. П. Смирнов и многих других, посвящены так называемой интерпретации текстов и «фактически вторгаются в область герменевтики» [2, с. 154].

Работы некоторых именитых специалистов в области философии языкознания, таких как Фридрих Шлейермахер и Ханс-Георг Гадамер, стоят у истоков современной герменевтики. Крайне важно обратиться к работам лингвиста и переводчика, известного специалиста в области философии языкознания, сформировавшего лингвистическую систему сравнительного языкознания, Вильгельму фон Гумбольдту, и отметить актуальность его идей не только для современного языкознания, но и для современного переводоведения, подтвердив глубокую онтологическую связь его знаменитых антиномий с герменевтикой в целом и с герменевтической моделью перевода в частности.

Выдающийся немецкий ученый, филолог, основатель концепции общего и сравнительного языкознания Вильгельм фон Гумбольдт (1767-1835) создавал лингвисческие труды практически в одну историческую эпоху с немецким философом Ф. Шлейермахером (1768-1834), признанным основоположником герменевтического подхода к исследованию и анализу текстов.

Не удивительно поэтому, что в поисках смысловой составляющей текстов оба исследователя в некоторых вопросах оказались типологически близки. Так, общелингвистические идеи Гумбольдта обретают философский смысл, в то время как философ Шлейермахер сближается в своих философских рассуждениях о способах и методах понимания и истолкования текстов с лингвистическими традициями.

В работе «О различии строения человеческих языков и его влиянии на духовное развитие человечества» (1830-1835) и некоторых других Гумбольдт отмечает: "Auf die Sprache übt diese Seelenstimmung einen besonderen Einfluss. Sie gestaltet sich anders in einem Volke, das gern dir einsamen Wege abgezogenen Nachdenkens verfolgt, und in Nationen, die des vermittelnden Verständnisses hauptsächlich zu äufserem Treiben bedürfen" [3, с. 25-26] («Создание языка обусловлено внутренней потребностью человечества. Язык — не просто внешнее средство общения людей, поддержания общественных связей, но заложен в самой природе человека и необходим для развития его духовных сил и формирования мировоззрения, а этого человек только тогда сможет достичь, когда свое мышление поставит в связь с общественным мышлением» [4, с. 70]).

Гумбольдт отмечает присущую человеку творческую силу в качестве основного критерия свободы человеческого разума, перерабатывающего внешние впечатления с помощью языка. Иссле-

* Автор, ответственный за переписку

дователь также ставит проблемы соотношения слова и понятия и выдвигает идею о «круге понятий» в языке каждого, даже и нецивилизованного народа, в котором «наличествует некая совокупность идей», соответствующая «безграничным возможностям человеческого прогресса» [4, с. 91].

Подтверждая воздействие языка на человека, Гумбольдт полагает, что это воздействие проявляется, прежде всего, в мышлении как «творящей силе». Исследователь пишет, что «эта деятельность имманентна и конструктивна для языка» [4, с. 91]. Как справедливо отмечает В. А. Звегинцев, языковед Вильгельм фон Гумбольдт переводит суждения о языке в философскую плоскость, размышляя о том, что «язык представляет собой беспрерывную деятельность духа, стремящуюся превратить звук в выражение мысли», и утверждая, что «сущность языка заключается в воспроизведении духа» [5, с. 15].

Язык и дух «сливаются в единый и недоступный нашему пониманию источник» [5, с. 71]. Язык есть орган, образующий мысль (Die Sprache ist das bildende Organ des Gedanken). Умственная деятельность - совершенно духовная, глубоко внутренняя и проходящая бесследно - посредством звука речи материализуется и становится доступной для чувственного восприятия. Поэтому деятельность мышления и языка пребывает в нерасторжимом единстве [4, с. 78].

Таким образом, Гумбольдт объединяет язык, мышление и творческую активность личности, которые составляют основу любого текста и художественного текста в частности.

Прекрасный знаток многих языков, Гумбольдт поднимает вопрос о восприятии текста одного языка на другом языке. Слушающий, то есть реципиент текста, как и говорящий, то есть создатель текста, должны понять его и «воссоздать своею внутренней силой». Это высказывание Вильгельма фон Гумбольдта, собственно, и выражает основную задачу переводчика. Проблему изучения языка Гумбольдт связывает с врожденной способностью человека к расшифровке кода, заложенного в языке.

Вильгельм фон Гумбольдт определяет перевод текста или сообщения с одного языка на другой как важнейшую проблему соотношения языка и мышления, которые, «находясь в нерасторжимом единстве», одновременно содержат внутреннюю противоречивость, что, естественно, затрудняет процесс понимания и интерпретации сообщения. Выведенная Гумбольдтом антиномия неразрывного единства и внутренней противоречивости языка и мышления фактически объясняет многие трудности перевода, которые как раз и призвана решить герменевтическая модель перевода.

Близка проблеме перевода и идея Гумбольдта о языке как непрерывном творческом процессе. Одновременно ученый ставит вопрос о языке как абстрактной системе, развивающейся и функционирующей по своим законам.

Обращение к антиномии Гумбольдта о речи и понимании позволяет рассматривать разработанную данным деятелем теорию о языке как «праос-нову» герменевтической модели перевода. Доказывая существование антиномии речи и понимания, Гумбольдт утверждал, что данные понятия - это «различные формы деятельности языка», что «речь есть лучшее средство достижения объективности мысли» [6, с. 340]. Так, развивая идею антиномии речи и понимания, В. фон Гумбольдт брал за основу именно устную, «живую» речь, полагая, что «человек наделен способностью», посредством которой «слоги соединяются в слова, а из слов составляется речь» [4, с. 309]. Слово - важнейшая часть языка. Слово воспринимается как единство чувственного знака, которое отражает «единство понятия» [4, с. 317], и, по Гумбольдту, «оба единства должны быть в мышлении и через посредство речи как можно более приближены друг к другу» [4, с. 317].

Вильгельм фон Гумбольдт убежден, что, исходя из опыта перевода, «любая идея может быть выражена в любом языке» [4, с. 315]. Обращаясь к оригиналу непереведенной прежде новеллы американского писателя Теодора Драйзера "A Doer of the Word" (1927 г.), большую часть которой составляют монологи и диалоги персонажей - зафиксированные писателем элементы живой речи простых американцев первой половины XX в., полагаем необходимым учитывать в ходе предпереводческого и переводческого анализа антиномию речи и понимания Вильгельма фон Гумбольдта.

Новелла Т. Драйзера отвечает идее В. фон Гумбольдта о том, что «только в речи индивида слова получают окончательную определенность» [6, с. 340]. Беседы героев произведения передают живую речь, в которой «никто не понимает слов абсолютно в одном и том же смысле» [6, с. 340], что является причиной отсутствия взаимопонимания между персонажами. Понимание смысла, заложенного автором в данном художественном произведении, крайне осложнено наличием множества противоречивых высказываний героев. Так, ни один из персонажей изначально не понимает смысла, заложенного в речи собеседника, равно как и рассказчик остается в недоумении после бесед с каждым из жителей о главном герое, по имени Чарли Поттер. Рассказчику лишь удается заметить, что все осуждают Поттера за бездумное самопожертвование ради тех, кто проявляет полное равнодушие к нему и не просит его о помощи. При этом все без исключения персонажи называют его лучшим человеком, которого они когда-либо знали и видели:

"Outside of this foolish giving, you haven't anything against Charlie Potter, have you? "

"Not a thing," he replied, in apparent astonishment. "Charlie Potter's one of the best men that ever lived. He's a good man. "

Двусмысленными оказываются и утверждения жителей о том, что Поттер - религиозный человек, священник.

"He preaches now and then, not regularly, " said Mr. Main.

A-ha! I thought. A religionist!

"A preacher is expected to set a good example, " I

said.

У рассказчика вновь складывается ложное первоначальное представление о центре всеобщего обсуждения, Мистере Поттере. Он осознает ошибочность своего предположения, когда получает новую порцию информации:

"He ain't a regular preacher, " said Mr. Main rather quickly. "He's just kind of around in religious work. "

"What do you mean? " I asked curiously, not quite catching the import of this "around. "

Действительно, отношение к религии у персонажа двойственное, и постепенно рассказчику удается постичь истинное отношение героя к религии, а именно, признавая религию как таковую и ежедневно читая Евангелие, Поттер критикует церковь и местных священников, корит их за человеческие недостатки, которыми они обладают:

" "Have you a mission or a church here in Norwich?"

"No, I don't believe in churches <... > The sight of a minister preaching the word of God for so much a year is all a mockery to me. "

"What do you believe in?"

"Personal service. Churches and charitable institutions and societies are valueless. You can't reach your fellowman that way. They build up buildings and pay salaries, but there is a better way. "

В результате постепенно складывается основная смысловая «формула» произведения: писатель выдвигает идею о необходимости «деятельного отношения» человека к религии. Язык становится проводником этой оригинальной идеи о том, что религия - это деятельность, как и по Гумбольдту, язык - это прежде всего деятельность. Гумбольдт убежден, что, с одной стороны, «в речи индивида всякий раз оживают формы языка» [6, с. 340], и, с другой стороны, индивид воспринимает язык и речь как деятельность духовную. Возвращаясь к новелле Т. Драйзера, отметим, что главный герой новеллы, читая Евангелие, воспринимает его как установку к действию, превращая, таким образом, речь в деятельность. Такая трактовка языка и речи является важнейшей смысловой составляющей данной новеллы, имплицитно заложенной в ней и типологически близкой Вильгельму фон Гумбольдту.

Отметим и то, что в диалогах и полилогах персонажей прослеживается критика главного героя за то, что он не выполняет своего истинного долга перед семьей (женой и приемными детьми), оставляя их без куска хлеба и денег из-за безмерной жалости, сочувствия и желания помочь другим:

"It's all right to be kind-hearted and generous, but that ain't sayin' that you've got to give your last cent away and let your family go hungry. "<... >

"This givin' up everything and goin' without yourself may be all right, but I don't believe it, " interrupted the boat-maker. "A man's first duty is to his wife and children, that's what I say. "

Однако затем писатель вводит характеристику жены Чарли Поттера, которая, напротив, хвалит своего мужа и во всем с ним соглашается:

"I have never wanted for anything since I have been married to my husband," she said. "I am thoroughly contented."

She looked at him and he at her, and there passed between them an affectionate glance.

Так, писатель через посредство речи вводит все новую и новую противоречивую информацию о Поттере. Лишь постепенно рассказчик, а за ним и читатель, получает возможность постижения истины. Наладить понимание помогают наводящие вопросы и дополнительные речевые характеристики, обилие которых содержится в тексте новеллы.

Если изначальная реакция большинства собеседников на вопросы рассказчика свидетельствует об их полном непонимании речи друг друга, то дополнительные вопросы, задаваемые рассказчиком, дают необходимое понимание, и мы получаем новые сведения о Чарли Поттере, постепенно приводящие нас к истинному представлению об этом персонаже.

Таким образом, в ходе новеллы участники диалогов и полилогов добиваются взаимопонимания с помощью дополнительных вопросов и дополнительных речевых характеристик персонажей, что помогает им преодолеть двусмысленность и противоречивость речевых потоков. Как утверждает вслед за Гумбольдтом Б. А. Ольховиков, речь никогда не может быть понята тождественно, именно при помощи той же речи, которая «есть лучшее средство достижения объективности мысли, люди добиваются достаточного для их практической деятельности взаимопонимания посредством уточнения оттенков мысли и слова» [6, с. 340]. Данную функцию речи в новелле выполняют дополнительные вопросы и дополнительные речевые характеристики, требующие разъяснения «оттенков мысли и слов» собеседников. Итак, первая фаза понимания - это, как правило, непонимание, затем следуют наводящие вопросы, помогающие достичь фазы понимания.

На основе анализируемого материала, новеллы "A Doer of the Word" можно прийти к выводу о том, что Вильгельм фон Гумбольдт уже в XVIII-XIX вв. поднял актуальные для современного переводове-дения вопросы о языке и, следовательно, переводе с одного языка на другой как определенном виде деятельности, а также проблемы понимания и непонимания речи, как важнейших фаз речевой деятельности.

Несмотря на то, что, определяя антиномию речи и понимания, Гумбольдт в основном опирался на устную, «живую» речь, полагаем возможным применение данной концепции и к письменной речи, прежде всего к речи монологичной, диалогичной и прямой, включенной автором в художественный текст.

Значимость лингвистических антиномий Гумбольдта, антиномии языка как деятельности, антиномии языка и речи, а также речи и понимания, не ограничивается ранее описанными преимуществами для развития лингвистики, языкознания; но вместе с тем играют важнейшую роль в моделировании процесса перевода. Это подтверждает мысль Гумбольдта о том, что «там, где на материал внутреннего восприятия и ощущения должна быть наложена печать понятия, мы имеем дело с индивидуальным способом представлений человека, от которого неотделим его язык» [4, с. 316]. Так, по Гумбольдту, мышление не только зависит от языка, оно обусловлено каждым отдельным языком. Однако Гумбольдт, будучи убежденным в невозможности замены «слова различных языков общепринятыми знаками по принципу математики» и что «такими знаками можно исчерпать лишь незначительную часть всего мыслимого», вместе с тем полагал, что некую «срединную точку (Mittelpunkt) всех языков следует искать, и ее действительно можно найти и не упускать из виду». Поиск «срединной точки», по мнению исследователя, следует производить в грамматической и лексической частях языка [4, с. 316-317].

Итак, как известно, вклад Вильгельма фон Гумбольдта в лингвистику сложно переоценить.

Вместе с тем предпереводческий анализ новеллы "A Doer of the Word" позволяет сделать вывод о том, что многие идеи, выдвинутые этим лингвистом и философом, можно рассмотреть с точки зрения их значимости для переводоведения. Антиномии Гумбольдта (о языке как деятельности, о языке и речи, а также о речи и понимании) заложили основу важнейших проблем переводоведения и герменевтики как науки о смыслах, понимании текстов, а также о фазах понимания, которые необходимо учитывать для того, чтобы при переводе «выйти за пределы» [4, с. 317] одного языка или области своего родного языка и достигнуть адекватности перевода.

ЛИТЕРАТУРА

1. Нелюбин Л. Л., Князева Е. Г. Переводоведческая лингво-дидактика: Учебно-методическое пособие. М., 2009. 320 с.

2. Морозкина Е. А. Герменевтика в филологии, лингвистике и переводоведении // Вестник БашГУ. Т. 17, №1. С. 154157.

3. Humboldt Wilhelm von. Über die Verschiedenheit des menschlichen Sprachbaues und ihren Einfluss auf die geistige Entwickelung des Menschengeschlechts. Berlin: Druckerei der Königlichen Akademie der Wissenschaften, 1836. 511 s.

4. Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию. Под ред. Г. В. Рамишвили. М.: Прогресс, 2000. 400 с.

5. Звегинцев В. А. О сравнительном изучении языков применительно к различным эпохам их развития // История языкознания XIX-XX вв. в очерках и извлечениях. Ч. I. М.: Просвещение, 1964. С. 73-103.

6. Амирова Т. А. История языкознания: учебное пособие для студентов высших учебных заведений / Под ред. С. Ф. Гончаренко. М.: Академия, 2005. 672 с.

7. Dreiser Theodore. "A Doer of the Word." Samples: A Collection of Short Stories. Ed. Lillie Ryttenberg and Beatrice Lang. New York: Boni & Liveright, 1927. 67 p.

Поступила в редакцию 27.11.2013 г.

WILHELM VON HUMBOLDT'S LINGUISTIC SYSTEM AT THE ORIGINS OF HERMENEUTIC MODEL OF TRANSLATION

© E. A. Morozkina, J. A. Filippova*

Bashkir State University 19 Kommunisticheskaya St., 450076 Ufa, Russia.

Phone: +7 (347) 253 61 95 E-mail: lingvodidactica@mail. ru

The problem of the influence of German scientist and the founder of the concepts of general and comparative linguistics Wilhelm von Humboldt's works not only on the modern linguistics but on the sphere of translation studies as well is studied, aiming at applying his achievements to the widening of methodological opportunities of hermeneutic model usage in translation. There has been carried out an attempt to analyze famous Humboldt's antinomies in the context of their realization in literal texts, basing on the novel by Theodore Dreiser "A Doer of The Word", which has never been previously translated. The conducted research makes it possible to prove the underlying ontological connection between the renowned Humboldt's antinomies and hermeneutics, as well as the hermeneutic model of translation.

Keywords: language, thinking, speech, antinomy, sense, understanding, misunderstanding, hermeneutics, hermeneutic model of translation.

Published in Russian. Do not hesitate to contact us at bulletin_bsu@mail.ru if you need translation of the article.

REFERENCES

1. Nelyubin L. Leningrad, Knyazeva E. G. Perevodovedcheskaya lingvodidaktika: Uchebno-metodicheskoe posobie [Translation Studies Linguodidactics: Methodical Manual:]. Moscow, 2009.

2. Morozkina E. A. Vestnik BashGU. Vol. 17, No. 1. Pp. 154-157.

3. Humboldt Wilhelm von. Über die Verschiedenheit des menschlichen Sprachbaues und ihren Einfluss auf die geistige Entwickelung des Menschengeschlechts. Berlin: Druckerei der Königlichen Akademie der Wissenschaften, 1836.

4. Humboldt V. fon. Izbrannye trudy po yazykoznaniyu [Selected Works on Linguistics]. Ed. G. V. Ramishvili. Moscow: Progress, 2000.

5. Zvegintsev V. A. Istoriya yazykoznaniya XIX-XX vv. v ocherkakh i izvlecheniyakh. Ch. I. Moscow: Prosveshchenie, 1964. Pp. 73-103.

6. Amirova T. A. Istoriya yazykoznaniya: uchebnoe posobie dlya studentov vysshikh uchebnykh zavedenii [History of Linguistics: Textbook for Higher Education Students]. Ed. S. F. Goncharenko. Moscow: Akademiya, 2005.

7. Dreiser Theodore. "A Doer of the Word." Samples: A Collection of Short Stories. Ed. Lillie Ryttenberg and Beatrice Lang. New York: Boni & Liveright, 1927.

Received 27.11.2013.