Главные новости

«КОРКУНОВ» В ПОЛНОМ ШОКОЛАДЕ
Американская компания Wrigley осуществила давно задуманное и наконец вышла на рынок шоколада. Для этого ей понадобился один из крупнейших российских игроков – компания «А.Коркунов». Текст: Оксана Царевская

Производитель жевательной резинки, конфет и леденцов Wrigley наконец осуществил свое давнее желание: теперь компания стала еще и полноправным участником рынка шоколада. Входной билет американский концерн купил за $300 млн в виде 80% акций одного из лидеров российского кондитерского рынка – компании «А.Коркунов». Ее совладельцы Андрей Коркунов и Сергей Ляпунов сохранили за собой 20% акций.

Wrigley, имеющая годовой оборот $4 млрд, и до этого активно интересовалась сегментом шоколада: четыре года назад компания собиралась потратить $12,5 млрд на покупку Hershey Co., но сделка не состоялась. Сегодняшнее приобретение, конечно, не столь масштабно по мировым меркам, но весьма велико для российского кондитерского рынка.

«Мы исходили из позиций „правильного предложения”: доли рынка, ассортимента, прозрачности и управляемости бизнеса,– говорит генеральный директор российского представительства Wrigley Максим Гришаков.– В итоге „А.Коркунов” оказался наиболее подходящим для выхода Wrigley на шоколадный рынок». Причину выбора именно России для дебюта Гришаков объяснил тем, что она является «одним из четырех основных регионов развития бизнеса Wrigley».

По данным «Бизнес Аналитики», компания «А.Коркунов», работающая на российском рынке с 1999 года, сохраняет лидерство в сегменте дорогого упакованного шоколада и занимает вторую позицию в списке ведущих игроков рынка в целом. Прошлый год она закончила с оборотом $100 млн, показав $18 млн прибыли. Таким образом, сумма сделки в три раза превышает годовой оборот «А.Коркунов» и в 17 раз – ее прибыль. Последняя крупная сделка в кондитерской отрасли – двухлетней давности: покупка холдинга «Сладко» с оборотом $214 млн норвежской компанией Orkla оценивалась всего лишь в $100 млн.

По мнению аналитика ИК «Тройка Диалог» Михаила Терентьева, высокая цена, которую заплатила Wrigley, говорит о том, что было много претендентов. Это подтвердил и сам Андрей Коркунов, однако называть игроков, боровшихся за его компанию, не стал. В пресс-службах возможных покупателей – компаний Kraft Foods и Nestle (которой аналитики еще четыре года назад приписывали интерес к «Коркунову») – прокомментировать сделку отказались.

То, что Wrigley остановила выбор на «Коркунове», не кажется экспертам странным. Представитель ACNielsen Екатерина Монахова говорит, что на российском рынке не так уж и много интересных объектов для покупки. Последним претендентом на продажу остался холдинг «Объединенные кондитеры». Здесь не стали комментировать наличие или отсутствие интереса к компании со стороны западных инвесторов, но начальник департамента по связям с общественностью Дмитрий Богданов подтвердил, что иностранцы внимательно присматриваются к российскому рынку.

Председатель совета директоров «Конфаэль» Ирина Эльдарханова расценивает выбор Wrigley как вполне логичный: «„А.Коркунов” – это массовая продукция с хорошей дистрибуцией». По мнению Михаила Терентьева, «Коркунов» является для Wrigley скорее экспериментальным проектом: «Они хотят протестировать свои возможности в шоколадном сегменте».

Кардинальных перемен на российском шоколадном рынке в связи с приходом Wrigley эксперты не ждут хотя бы потому, что больших инвестиций в бизнес «Коркунова» не планируется. Как признает Максим Гришаков, пока компания выбрала стратегию «удержания». Михаил Терентьев допускает, что это связано проблемами на родном рынке, где Wrigley теряет позиции.

Андрей Коркунов отходить от управления бизнесом не собирается: по его словам, степень участия акционера в управлении компанией не всегда зависит от доли, которая ему принадлежит. Максим Гришаков утверждает, что менеджмент Wrigley тоже заинтересован в том, чтобы руководство продолжало управление текущей деятельностью компании.

СУЕТА ВОКРУГ «СТОЛИЧНОЙ»
Пока ФКП «Союзплодоимпорт» ведет переговоры с французской Pernod Ricard о продаже марки «Столичная», Генеральная прокуратура играет на повышение цены российской части брэнда. Текст: Владислав Коваленко

Война за одну из самых популярных в мире марок водки «Столичная» (годовой объем продаж оценивается в $2 млрд), похоже, перешла в эндшпиль. Не успели высохнуть чернила на постановлении Генпрокуратуры об аресте президента SPI Андрея Скурихина, как прокуратура Тамбовской области задержала Олега Левченко, гендиректора завода «Талвис», входящего в группу SPI, по обвинению в контрабанде. Вина Левченко в том, что он в августе 2006 года экспортировал на завод Latvijas Balzams (также принадлежащий SPI) водку «Глазурь премиум», рецепт которой копирует водку Stolichnaya,– а правами на водку под таким названием в России обладает ФКП «Союзплодоимпорт».

Скурихин убежден, что у дела нет перспективы. По его мнению, это тщетная попытка его оппонента Владимира Логинова, гендиректора ФКП «Союзплодоимпорт», владеющего правами на водку «Столичная» в России, отыграться за поражения в зарубежных судебных разбирательствах.

Смысл действий Генпрокуратуры станет яснее, если вспомнить, что с конца 2006 года одна из крупнейших в мире алкогольных компаний Pernod Ricard ведет переговоры о покупке прав на торговую марку «Столичная» с двумя ее нынешними владельцами – принадлежащей Юрию Шефлеру компанией SPI (имеет права на брэнд за рубежом) и ФКП «Союзплодоимпорт» (владеет маркой на территории России).

Ситуация «совладения» сложилась не по доброй воле сторон – в конце 2001 года государство лишило Шефлера прав на доставшиеся ему в ходе приватизации советские водочные марки. Шефлер был вынужден передислоцироваться в Швейцарию и приобрести крупнейший латвийский завод Latvijas Balzams, на котором продолжил разливать водку Stolichnaya для зарубежных рынков. Владимир Логинов, экс-заместитель министра сельского хозяйства, возглавив ФКП «Союзплодоимпорт», попытался развить успех и инициировал несколько судебных исков за рубежом, но практически везде потерпел поражение.

В процессе этой первой и до сих пор единственной серьезной войны за российские торговые марки Шефлер смог сохранить права не только на брэнд, но и на надпись Russian vodka, которая позволяет Stolichnaya выделяться в ряду сильных конкурентов – Absolut, Grey Goose, Finlandia. Дело в том, что опальному водочному «олигарху» удалось сохранить в России производство – заводы СПИ-РВВК в Калининграде и «Талвис» в Тамбовской области. Хотя в SPI официально не сообщают, где производится водка, которая на Latvijas Balzams разливается в бутылки с этикеткой Stolichnaya, ФКП не удалось доказать, что это происходит не в России. Одновременно Логинову и в России не удалось доказать ни наличия, ни противозаконности этой трансграничной схемы. Тем не менее зависимость от производства в России остается слабым местом в бизнесе Шефлера.

Интерес Pernod Ricard к «Столичной» обострил затянувшееся противостояние. «Действия Генпрокуратуры безусловно связаны с идущими переговорами о продаже „Столичной”,– считает гендиректор ТПГ „Кристалл” Сергей Зивенко.– Российская сторона пытается продемонстрировать, что может оказать существенное влияние на ход переговоров и что с ней есть смысл договариваться».

Преследуя бизнес SPI на своей территории, российские власти пытаются одновременно поднять цену российской части брэнда «Столичная» и снизить стоимость прав SPI. В Pernod Ricard и «Союзплодоимпорте» суть и ход переговоров не комментируют, ссылаясь на требования о конфиденциальности. Однако очевидно, что сделка продвигается неспешно: пока российская сторона не исчерпает способов оказать влияние на стоимость брэнда, ставить подпись под договором бессмысленно. «Ситуация вокруг „Столичной” показывает, что внятной стратегии защиты брэнда нет,– считает Ирина Соловьева, гендиректор агентства Interbrand.– А ведь это важная составляющая стоимости торговой марки. „Столичная” уязвима для судебных разбирательств и скандалов, что ведет к дисконтированию».

Впрочем, силу позиции Владимира Логинова, Генпрокуратуры и проч. не стоит переоценивать. В конце концов пять лет, прошедшие с момента перехода прав на «Столичную» к ФКП,– достаточный срок, чтобы перекрыть поставки этой водки из России в Латвию, будь это в принципе возможно. «Лицензию у завода можно отозвать практически по любому поводу,– говорит Сергей Зивенко.– Но даже если удастся прекратить производство водки на „Талвисе”, в России есть еще 600 заводов. Все не остановишь».