Теории обоснования государственного регулирования рыночных отношений в сельском хозяйстве России и исторический опыт

УДК 338. 43.

Кожевникова Людмила Михайловна

кандидат исторических наук, доцент кафедры туризма, управления и административного права филиала Российского государственного социального университета в г. Красноярске тел.: (913) 532-44-18

ТЕОРИИ ОБОСНОВАНИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ РЫНОЧНЫХ ОТНОШЕНИЙ В СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ РОССИИ И ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ

На основе теорий зарубежных и российских ученых автор доказывает необходимость государственного регулирования рыночных отношений в сельском хозяйстве России на современном этапе. Основными аргументами обоснования выступают исторический опыт различных типов цивилизаций и его отражение в концепциях теоретиков. Особый акцент сделан на необходимости учета неотделимых особенностей аграрной сферы и ее сельского социума в рыночных условиях.

Ключевые слова: теория, концепция, государственное регулирование, рыночные отношения, сельское хозяйство, исторический опыт.

Kozhevnikova Lyudmila Mikhailovna

PhD in History, Associate Professor of the Department of Tourism, Management and Administrative Law, Russian State Social University (affiliated branch in Krasnoyarsk) tel.: (913) 532-44-18

THEORY RATIONALE FOR GOVERNMENT REGULATION OF MARKET RELATIONS IN RUSSIAN AGRICULTURE AND HISTORICAL EXPERIENCE

Based on the theories of foreign and Russian scientists the author proves the need for state regulation of market relations in Russian agriculture at present. The main substantiation arguments are historical experience of different types of civilizations and its reflection in the concepts of theorists. Particular emphasis is placed on the need to take into account permanent features of the agrarian sector and its rural society in the context of market conditions.

Key words: theory, concept, government regulation, market relations, agriculture, historical experience.

Термин «регулирование» трактуется как форма целенаправленного управляющего воздействия, ориентированного на поддержание равновесия в управляемом объекте [1]. Под управляемым объектом автор рассматривает процесс становления и развития рыночных отношений в сельском хозяйстве России на современном этапе. Из анализа эмпирических данных и фактов следует, что этот сложный процесс включает трансформацию всех факторов сельскохозяйственного производства, а также необходимость удовлетворения потребностей товарного хозяйства в сбыте продукции и приобретении ресурсов в формирующейся рыночной инфрастуктуре. В связи с этим закономерно возникает вопрос, который можно сформулировать словами немецкого ученого 1940-х гг. В. Ойкена: «Как можно регулировать этот гигантский совокупный процесс достаточно эффективно?» [2, с. 53].

Мы понимаем его как необходимость государственного регулирования с учетом национального опыта. Данное утверждение основано на концепциях ученых, в которых отражены особенности исторического развития различных типов цивилизаций. Концепции российских экономистов формировались на отечественных традициях, поэтому они более адекватны к национальным особенностям современного периода. Однако общепризнано, что научные теории зарубежных ученых, прежде всего западных, оказывали и по-прежнему оказывают значительное влияние не только на развитие российской науки, но и на практику хозяйствования. Сказанное подтверждает исторический опыт модернизации аграрной сферы России в 1990-е гг. Исходя из теорий зарубежных и российских ученых, проанализируем роль государственного регулирования рыночных отношений в сельском хозяйстве России на современном этапе. Чтобы сформировать аргументы обоснования, применен метод В. Ойкена [3, с. 79-144], К. Эклунда [4, с. 71-85] и других теоретиков - характеристика противоположных по регулированию моделей экономических систем.

К первоисточникам обоснования централизованного регулирования автор относит труд первого экономиста России И.Т. Посошкова. В пределах эпохи он изложил свое видение экономического порядка - сознательное управление и регламентирование хозяйственной жизни государства усилиями власти для мобилизации всех природных ресурсов и их экономное расходование. В главе «О царском интересе» ученый так резюмировал свой взгляд: «Царь наш не купец, но самодержавны повелитель, как чему повелит быть, тако и подобает тому быть неизменно...» [5, с. 120]. С этих позиций ученый подходил к организации товарно-денежного обращения между спросом и предложением.

Для разумного регулирования и обеспечения единства политики и согласия в обществе И.Т. Посошков предложил важные механизмы - нравственные законы и правосудие. Их применение

прослеживается на примере видения ученым взаимоотношений помещиков и крестьян. Основным рычагом управления в этой сфере ученый считал патернализм государя: «...царю паче помещиков надлежит крестьянство беретчи, понеже помещики владеют ими времянно, а царю они всегда вековые и крестьянское богатство - богатство царственное, а нищета крестьянская оскудение царственное» [6, с. 98]. Патернализмом И.Т. Посошков защищал приоритет человека в государственном экономическом порядке.

На основе положений «Книги о скудости и богатстве» можно сформулировать понятие формы централизованного управляющего воздействия. Это сосредоточение регулирования в едином центре, который обладает определяющими полномочиями в принятии решений по реализации задач социально-экономического развития, обязательных для исполнения на всех нижних уровнях.

Противоположная взглядам И.Т. Посошкова концепция формы управляющего воздействия сформировалась в иных исторических условиях. Речь идет о саморегулировании, сущность которого изложена в труде одного из ведущих теоретиков классической школы политической экономии А. Смита [7]. В основе учения не сознательно управляемый, а естественный экономический порядок. Его регуляторами выступают основные составляющие сферы обращения - рыночная цена и конкуренция. Рыночная цена по теории А. Смита обеспечивает устойчивость рыночного обмена: «Все количество труда, затрачиваемого ежегодно на доставку какого-либо рода товаров на рынок, естественно, сообразуется, таким образом, с действительным спросом.» [8, с. 58]. Конкуренция без регулирования правительства «невидимой рукой» в рамках рыночной свободы трансформирует стремление предпринимателей удовлетворить корыстные интересы к обогащению в общее благо: «Преследуя свои интересы, он часто более действительным образом служит интересам общества, чем тогда, когда сознательно стремится делать это» [9, с. 332].

Сложившийся естественным путем порядок А. Смит охарактеризовал как меркантилистическую систему. Он не отрицал ее регулирование в принципе, но, полагаясь на разумный субъективизм управляющего воздействия, назначение государства видел лишь в поддержании ее естественного происхождения. На базе этой теории Ж.Б. Сэй вывел закон, суть которого заключается в соответствии спроса и предложения и невозможности кризисов перепроизводства: «Общий спрос на продукты всегда равен сумме имеющихся продуктов» [10, с. 83].

На основе учения А. Смита можно сформулировать понятие саморегулирования как формы управляющего воздействия. Это способность естественного порядка при поддержании его государством устанавливать стихийное равновесие в системе рыночных отношений. В экономической науке данное понятие получило определение «laissez-faire», что в переводе с французского означает политика экономического либерализма, основанного на требовании свободной конкуренции и невмешательства государства в экономику [11, с. 225].

Оценивая модели социально-экономического порядка И.Т. Посошкова и А. Смита, можно сделать вывод, что их уникальность заключается в отражении исторической действительности конкретной цивилизации, каждая из которых имеет свои достоинства. Экономисты придерживались принципа синхронизации: И.Т. Посошков в достижении гармонии и согласия в обществе, А. Смит в достижении равновесия спроса и предложения в рыночных отношениях. Но ученые не предполагали в тот период консенсуса в сознательном и естественном регулировании экономического порядка.

В общественно-историческом развитии ни одна из этих моделей в чистом виде не существовала. Однако мировой опыт доказал, что по мере усложнения социально-экономической эволюции тип централизованного управляющего воздействия утратил свой динамизм и препятствовал активному развитию рыночных отношений. Напротив, естественное развитие саморегулирования с определенной мерой государственного воздействия на него в период политики меркантилизма обеспечило странам западной цивилизации раннее начало промышленной революции и экономический прогресс. Но это не является аргументами для некритического использования их опыта в тактике реализации избранной стратегии в российских условиях современного периода. Для доказательства своего утверждения о необходимости государственного регулирования обратимся к теориям, разработанным западными и российскими учеными, начиная с XIX в.

Западные ученые Ф. Лист [12], В. Парето [13, с. 241-243], Ж.Б. Сисмонди [14] и другие в своих исследованиях отразили социально-экономические изменения, произошедшие со времен А. Смита. Они выделили в эволюции естественного порядка две тенденции, которые нарушали динамизм саморегулирования и порождали периодически повторяющиеся кризисы: концентрация богатства в руках меньшинства и недопотребление большинства; стихийная монополизация как защита предпринимателей от разорения при свободной конкуренции. На этой основе ученые переосмыслили роль государства в регулировании рыночного равновесия и предложили различные варианты концепций преодоле-

ния кризисов. Примером служит идея В. Парето о критерии благосостояния, или «оптимум по Парето». Суть его заключается в том, что ничье благосостояние не может быть улучшено без ухудшения благосостояния кого-либо другого. Если при свободной конкуренции возникает такая ситуация, то государство должно проводить меры по перераспределению с помощью воздействия на цены и налоги.

Теоретическое обоснование необходимости разумного регулирования экономическим развитием произошло в период, когда ранее отмеченные экономистами тенденции приняли ярко выраженные формы. Итогом стал общий кризис западной цивилизации в начале XX в. Дж.М. Кейнс в своем исследовании не только доказал необходимость ограничения политики laissez-faire, но и определил параметры экономической системы, которые должны стать объектом регулирования: «Государство должно будет оказывать свое руководящее влияние на склонность к потреблению частично путем соответствующей системы налогов, частично фиксированием нормы процента и, возможно, другими способами» [15, с. 28, 346]. Г. Ван дер Вее считает теорию Дж. М. Кейнса одной из первых в обосновании смешанной экономики [16, с. 181].

Эволюция западной науки от А. Смита к Дж.М. Кейнсу доказывает, что учение естественного порядка в его классическом варианте уже не отвечало запросам XX в. даже в условиях своего исторического происхождения. Как отметил Г. Ван дер Вее, в начале 1930-х гг. «разработанная Адамом Смитом теория “невидимой руки”, гибко управляющей рынком, отошла в прошлое», а идеи смешанной экономики способствовали ее институализации [17, с. 180, 182]. Подтверждением сказанному ученым служит теория конвергенции американского экономиста Д.К. Гэлбрейта. Одним из важнейших его научных положений по рассматриваемой проблеме является вывод о «преобразовании самой природы экономического общества», связанного с усложнением общественноисторического развития и техническим прогрессом [18, с. 67]. Проявлением качественно новой закономерности, считал ученый, является формирование, параллельно с уже существующей рыночной, планирующей системы. Д.К. Гэлбрейт охарактеризовал ее как природу коллективного разума в оформленной организации - техноструктуре [19, с. 113]. Ученый дал подробную характеристику обеих разноплановых систем и разработал инструменты и механизмы их взаимодействия.

Представителям фрайбургской школы неолиберализма А. Мюллеру-Армаку, В. Ойкену, В. Рёпке, Л. Эрхарду [20] и другим принадлежит теория социального рыночного хозяйства, соответствующая смешанной экономике. Этот вывод можно сделать из определения их учений в науке как «ордолиберализм». В. Ойкен представил идею «ордо» (ordo) как конкурентный порядок, но его «осмысленное соединение многообразия в целое», что означает диалектическое единство экономического, социального и политического порядков [21, с. 239]. Для его формирования необходимы несущие силы, т.е. устанавливающие его государство, наука и церковь [22, с. 417-419, 431-444]. В. Рёпке утверждал, что капитализм не был настоящим рыночным хозяйством, с появлением монополий он утратил способность к автоматическому саморегулированию, поэтому необходим третий путь управляющего воздействия, основанный на экономическом гуманизме [23, с. 130-181]. Сама идея социального рыночного хозяйства А. Мюллера-Армака явилась стремлением ученого примирить индивидуалистические и коллективистские начала [24, с. 262-284].

Иных взглядов на сущность смешанной экономики придерживались представители других школ неолиберального направления второй половины XX в. Однако его ведущие теоретики Ф. Хаейк и М. Фридман свое отношение к регулирующей роли государства трактовали, в отличие от А. Смита, в неоклассическом варианте. По Ф. Хайеку, сущность обновления в рыночных отношениях - конкурентный порядок, который не сводится к идее свободного предпринимательства, лозунгу laissez-faire. Его цель - упорядоченная конкуренция, которая призвана эффективно работать с помощью правительственных мер путем ограничения ее негативных тенденций [25, с. 86]. М. Фридман, в свою очередь, придерживался мнения, что «правительство необходимо и как форум для определения “правил игры”, и как арбитр, толкующий установленные правила и обеспечивающий их соблюдение» [26, с. 18].

Из анализа основных положений теорий западной экономической науки во второй половине XX в. после Дж.М. Кейнса можно сделать вывод, что несмотря на принципиальные различия во взглядах, ученые признали необходимость в новых социально-экономических условиях совершенствования учения естественного порядка по А. Смиту и государственного регулирования рыночных отношений.

Русские ученые XIX - начала XX в. Н.И. Кондратьев, М.И. Туган-Барановский и другие под влиянием западных теорий и нарастания социального противостояния в России к началу XX в. обосновали в отечественных условиях естественные закономерности хозяйствования, порождаемые субъективной деятельностью людей. Но они учитывали национальные особенности и не предложили концепции путей перехода к другой крайности - к саморегулированию. Ими, напротив, утверждалась необходимость сочетания инструментов саморегулирования с централизованным регулированием. Это достаточно

убедительно можно показать на примере взглядов М.И. Туган-Барановского, который еще до Дж.М. Кейнса обосновал теоретические основы смешанной экономики: «Задачей социалистического строя является возможно полное примирение двух противоположных начал - свободы личности и господства общественности; не подчинение личности обществу и подчинение общества личности, а наибольшее примирение этих начал» [27, с. 383]. В будущем обществе России М.И. Туган-Барановский предполагал эволюцию товарного производства к рыночным отношениям с применением рычага его регулирования - ценового механизма [28, с. 388-405].

Основы концепции государственного регулирования в смешанной экономике разрабатывал В.И. Ленин. В его работах 1921-1923 гг. она предложена как новая экономическая политика. Суть реформизма ученый видел в том, чтобы «не ломать старого общественно-экономического уклада, торговли, мелкого хозяйства, мелкого предпринимательства, капитализма, а оживлять (курсив наш - К.Л.) торговлю, мелкое предпринимательство, капитализм, осторожно овладевая ими или получая возможность подвергать их государственному регулированию.» [29, с. 353].

Теории взаимодействия элементов централизованного планирования и саморегулирования развивали представители реформаторского течения экономистов в советский период И.Н. Бузда-лов, В.Г. Венжер и др. Его основатель В.Г. Венжер в своих исследованиях, как и М.И. Туган-Барановский, защищал положение о товарном характере социалистического производства и доказывал необходимость поддержки рыночных отношений в сельском хозяйстве и ценового механизма как инструмента рынка [30].

И.Н. Буздалов поддерживал реформы 1965 г. и на анализе хозяйственной политики в сельском хозяйстве доказывал, что централизация планирования допустима лишь в чрезвычайных экономических условиях. По его словам, данный конкретный период «предпочтение административным методам планирования в ущерб экономическим неизбежно ведет к субъективизму и связанным с ним диспропорциям, подрыву экономических стимулов развития общественного производства» [31, с. 319-320]. Его основная идея заключалась в поддержке положения о демократизации планирования и необходимости развития товарно-денежных отношений в аграрной сфере.

Достижения предшественников стали первоисточниками в разработке А.А. Никоновым основ теории государственного регулирования сельским хозяйством в рыночных условиях [32, с. 319-320].

Изученные научные концепции ученых представляют не только доказательства сознательной координации социально-экономического развития, но и содержат положения о важности учета неотделимых особенностей аграрной сферы и ее сельского социума в рыночных условиях.

Процесс включения деревни в рыночный оборот для удовлетворения таких потребностей сельских товаропроизводителей, как сбыт и приобретение, в современных российских условиях необходимо рассматривать с учетом двух важнейших конкретно-исторических особенностей переходного периода. Первая особенность - существенное отличие становления рыночных отношений от аналогичного процесса в развитых странах Запада. Он происходит в период, когда основная часть физического капитала в годы интенсивной индустриализации уже переместилась во внешнюю среду. Из этого следует ограниченность ресурсов в сельском хозяйстве и его зависимость от других отраслей народного хозяйства.

Вторая особенность вытекает из оценки рыночной инфрастуктуры как формирующегося комплекса предприятий по сбору информации и оказанию услуг. Посреднические структуры, в которых еще только складываются соответствующие рынку функции, не имеют достаточных условий для учета специфики поставок сельскохозяйственной продукции и удовлетворения запросов сельских товаропроизводителей.

Специфика поставок сельхозпродукции на рынок заключается в ограниченности и неравномерности предложения. Ограниченность предложения на микроуровне связана с потребительским характером производства. Исходя из этого, А.В. Петриков делает обоснованный вывод: «Из того, что не все результаты сельскохозяйственной деятельности получают рыночные оценки, следует, что рыночные законы действуют в аграрной экономике с существенными ограничениями, и прежде всего в социальной и экологической сфере» [33, с. 66-67].

Неравномерность предложения возникает по причинам природно-климатических условий. В различные периоды недостаточный или избыточный произведенный продукт вызывает при сбыте колебания цен на рынке. Мера их реагирования в различные периоды изменений в аграрной теории обозначается как эластичность. Как обосновывает Е.В. Серова, сельское хозяйство является относительно малоэластичным в зависимости от цен, особенно при краткосрочном периоде их колебания [34, с. 40-48]. По сути это означает, что в силу своей специфики отрасль не может быстро реагировать на изменения спроса. Для увеличения производства большинства продуктов или его

перепрофилирования на иной вид выпуска продукции требуется целый сельскохозяйственный сезон, а для отдельных видов продуктов - годы.

Удовлетворение запросов сельских товаропроизводителей зависит от поведения на рынке производителей ресурсов и услуг. Практика мирового экономического развития свидетельствует о том, что свободная конкуренция закономерно ведет к монополизации. Но она охватывает аграрную экономику в значительно меньшей степени, чем промышленность. Еще А. Смит писал, что сельское хозяйство из-за рассредоточенности производства не может объединяться в цеха [35, с. 107]. Естественные монополии закономерно стремятся диктовать цены на рынке сырья и средств производства. В системе рыночной инфрастуктуры может возникать дипаритет цен, т. е. неравенство в ценообразовании, которое складывается не в пользу аграрной сферы.

Все приведенные аргументы доказывают, что при существующей зависимости сельхозтоваропроизводителей от микро- и макросреды рыночный механизм, даже с самой высокой степенью предпринимательской инициативы и кооперацией сельхозпроизводителей, без регулирующей роли государства в переходный период не сможет обеспечить взаимодействие внутренних и внешних закономерностей в формирующейся системе рыночных отношений.

Этими положениями автор дополняет аргументы о нереалистичности некритического использования западного опыта эпохи первоначального накопления капитала в российских условиях современного периода и необходимости государственного регулирования.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Пригожин А.И. Социологический словарь. М., 1995. URL: http://mirslovarei.com/content_soc/regulirovanie

2. Ойкен В. Основные принципы экономической политики. М., 1995.

3. Там же.

4. Эклунд К. Эффективная экономика - шведская модель: (Экономика для начинающих и не только для них...). М., 1991.

5. Посошков И.Т. Книга о скудости и богатстве. М., 1937.

6. Там же.

7. Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М., 1962.

8. Там же.

9. Там же.

10. История экономических учений: учеб. пособие / под ред. В. Автономова, О. Ананьина, Н. Макашевой. М., 2007.

11. Ойкен В. Основные принципы.

12. Лист Ф. Национальная система политической экономии. СПб., 1891.

13. История экономических учений.

14. СисмондиЖ.С. Новые начала политической экономии или о богатстве в его отношении к народонаселению. М., 1936.

15. Кейнс Дж.М. Общая теория занятости, процента и денег. М., 1999.

16. Ван дер Вее Г. История мировой экономики. 1945-1990: пер. с фр. М., 1994.

17. Там же.

18. Гэлбрейт Д.К. Экономические теории и цели общества. М., 1979.

19. Там же.

20. Теория хозяйственного порядка: «Фрайбургская школа» и немецкий неолиберализм. М., 2002.

21. Ойкен В. Принципы национальной экономики. М., 1996.

22. Ойкен В. Основные принципы.

23. Теория хозяйственного порядка.

24. Мюллер-Армак А. Принципы социального рыночного хозяйства // Социальное рыночное хозяйство. Теория и этика экономического порядка в России и Германии. СПб, 1999.

25. Хайек Ф.А. Индивидуализм и экономический порядок: пер. с англ. М., 2000.

26. Фридмен М., Хайек Ф. О свободе. В серии «Философия свободы», вып. 2. М., 2003.

27. Туган-Барановский М.И. К лучшему будущему. Сборник социально-философских произведений. М., 1996.

28. Там же.

29. Ленин В.И. О значении золота теперь и после полной победы социализма // Ленин В.И. Избранные произведения: в 4 т. М., 1986. Т. 4.

30. Венжер В. Г. Как было, как могло быть, как стало, как должно стать. (Вопросы истории нашего строя). М., 1990.

31. Буздалов И.Н. Экономическая эффективность интенсификации сельскохозяйственного производства. М., 1966.

32. Никонов А.А. Спираль многовековой драмы: аграрная наука и политика России (XVIII—XX). М., 1995.

33. Петриков А.В. Специфика сельского хозяйства и современная аграрная реформа в России. М., 1995.

34. Серова Е.В. Аграрная экономика: учебник для студентов экономических вузов, факультетов и специальностей. М., 1999.

35. Смит А. Указ. соч.