Цена вопроса

Все действия, которые в последнее время предпринимали регулятор и федеральные чиновники, чтобы обелить систему переходов граждан между фондами, стали следствием решений самих же властей. После того как из-за конъюнктурных соображений правительства произошла «заморозка» и в 2014 году в систему обязательного пенсионного страхования (ОПС) перестали передаваться новые страховые взносы, перестали появляться и новые клиенты НПФ с накоплениями. И единственным способом серьезного роста этого бизнеса стало «перетягивание» фондами клиентов друг у друга. Отсюда и проистекает одержимость некоторых НПФ расширением базы застрахованных лиц. При существовавшей системе переходов это привело к значительным злоупотреблениям со стороны агентов фондов, зачастую поощряемых их менеджментом и акционерами.

В этом году на законодательном уровне были введены новые правила перехода, проведены проверки НПФ и их агентов. Снизили ли эти действия желание участников рынка применять «черные» и «серые» схемы перевода, сократили ли возможности для этого? Конечно, да. Количество поданных в ПФР заявлений заметно сократилось, уменьшилось число жалоб на неправомерные действия. Достаточны ли эти меры? Очевидно, что нет. По-прежнему 98% граждан почему-то решаются на потери, чтобы на следующий год сменить своего страховщика.

Менеджмент ряда фондов все так же заинтересован в экспансивном росте своей клиентской базы. А значит, методы привлечения — именно в форме досрочных переводов — на фоне ужесточения норм станут более сложными, более изощренными. Агенты станут более изворотливыми и хитрыми, а их «скрипты» — более убедительными. Клиенты, может быть, и в меньших масштабах, но продолжат нести потери, становясь жертвой мисселинга, манипуляции сознанием, а возможно, даже и неправомерных действий агентов.

Но нужно попытаться хотя бы облегчить жизнь клиентов и всей системы ОПС. Ее репутация и так уже изрядно пострадала: в результате досрочных переходов граждане потеряли свыше 100 млрд руб. Поэтому система досрочных переходов должна быть максимально ужесточена. Естественно, ни в коем случае нельзя лишить граждан права смены страховщика, если они не удовлетворены деятельностью своего НПФ или по каким-то причинам хотят выбрать другой фонд. Но происходить это должно при явном волеизъявлении гражданина, осознании им реальных финансовых рисков. И здесь нужно сильнодействующее лекарство.

Мотивированный комиссионным вознаграждением агент, задачу которому поставил менеджмент фонда, пытается «здесь и сейчас» перевести в обслуживаемый им НПФ нужное число клиентов. И тут возникает фундаментальный конфликт. С точки зрения самого агента, в его действиях нет ничего плохого — он делает свою работу и зарабатывает прибыль. Менеджмент фонда также получает свои бонусы и выполняет KPI. А застрахованное лицо в итоге просто-напросто теряет деньги.

Если мы не можем изменить систему мотивации менеджмента, то радикальным, но необходимым средством является полный запрет для НПФ на использование агентских продаж досрочных переводов по ОПС. Конечно, оно лишь ослабит симптомы болезни, но если мы пока не можем избавиться от самой болезни, надо сделать хотя бы это. А стратегически нужно решать вопрос о поступлениях в пенсионную систему новых средств, будь это классические добровольные пенсионные программы или же представленный ЦБ и Минфином гарантированный пенсионный план.

Чем рискуют граждане, переводя пенсионные накопления через агентов НПФ