К вопросу о понятии сроков уголовного процесса

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 4 (56) 2012

Гражданский и уголовный процесс

УДК 343.1 И.М. Алексеев*

К вопросу о понятии сроков уголовного процесса

В статье анализируется понятие сроков уголовного судопроизводства, раскрывается правовая природа сроков. Обосновывается многообразие понятий сроков уголовного судопроизводства. Исследуются основания выделения сроков, дается авторское определение уголовно-процессуальных сроков.

Ключевые слова: уголовный процесс; уголовно-процессуальный срок; назначение уголовного судопроизводства; разумность сроков.

I.M. Alexeyev*. To the issue about the concept of the periods of the criminal proceedings.

The author of the article analyzes the concept of the periods of the criminal proceedings, discloses the legal nature of the periods, proves the variety of the concepts of the periods of the criminal proceeding, investigates the reasons for determination of the periods and gives the author’s concept of the criminal proceeding periods.

Keywords: criminal proceedings, criminal proceeding period, appointment of the criminal proceedings, reasonableness of the periods.

Национальная политика каждого правового государства направлена на защиту прав, свобод и законных интересов граждан и закреплена нормативно-правовыми актами. Данную задачу призвано решать и уголовно-процессуальное законодательство, устанавливающее и регламентирующее сроки выполнения всех процессуальных действий и принятия решений, сопровождающих производство по уголовному делу. Уголовно-процессуальные сроки пронизывают все стадии уголовного процесса. Определение их понятия является важной предпосылкой исследуемого явления.

Понятие срока неразрывно связано с понятием времени. Его исчисление осуществляется общепринятыми единицами времени: часами, сутками, месяцами. В Толковом словаре С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой дается следующее определение срока: «Срок — это определенный промежуток времени, момент наступления, исполнения чего-нибудь» [6, с. 749]. Однако, срок вообще и уголовнопроцессуальный срок, в частности, имеют ряд свойств, не присущих времени. Время, в отличие от срока, необратимо, оно непрерывно, является объективно существующей, не зависящей от волеизъявления человека категорией. Срок же во многих случаях, установленных законом, может быть приостановлен, возобновлен, восстановлен [5, с. 12, 13].

Понятие срока активно используется в разных сферах жизни общества и различных отраслях права, в т.ч. административном, гражданском, уголовном праве, гражданском, уголовном процессе и др. [5, с. 13].

Характерной чертой используемых в праве сроков является их регламентация в правовых нормах. При этом в каждой отрасли права действуют свои источники правового регулирования, по-разному регламентирующие применяемые в них сроки [5, с. 13].

В отдельных, наиболее значимых случаях, имеющих значение для обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина, сроки прямо определены Конституцией Российской Федерации и ратифицированными Россией международно-правовыми актами, часто затрагивающими различные отрасти права. Это касается прежде всего ст. 22 Конституции Российской Федерации, ограничивающий срок задержания лица как в административном, так и в уголовнопроцессуальном порядке до принятия судебного решения 48 часами; ст. 54 Конституции Российской Федерации, ограничивающий срок действия закона, отягчающего ответственность, и др. Поскольку Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории России, то все принимаемые и действующие законы и иные нормативно-правовые акты, не могут противоречить ей (ст. 15, 76 Конституции Российской Федерации). Это непосредственно относится к Уголовно-процессуальному кодексу РФ (далее — УПК РФ), все положения которого, в т.ч.

* Алексеев Игорь Михайлович, адъюнкт кафедры уголовного процесса Санкт-Петербургского Университета МВД России. 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. E.-mail: Kaspar555@mail.ru.

* Alexeev, Igor Mikhailovich, postgraduate student of the criminal proceedings department of the Saint Petersburg university of the Ministry of Internal Affairs of Russia. Address: Russia, 198206, St.-Petersburg, Pilot Pilyutov str.,1. E.-mail: Kaspar555@mail.ru.

Статья поступила в редакцию 29 ноября 2011 года.

© И.М. Алексеев, 2012

касающиеся и уголовно-процессуальных сроков, должны полностью соответствовать предписаниям Основного закона страны [5, с. 13, 14].

При наличии сомнений в конституционности тех или иных положений УПК РФ, а также других федеральных законов и нормативно-правовых актов, Конституционный суд Российской Федерации в порядке, установленном ст. 125 Конституции Российской Федерации, решает вопрос об их соответствии Основному закону. Правовые акты и их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу.

Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры, ратифицированные Российской Федерацией, являются частью правовой системы России и, как правило, находят свое отражение в отраслевом законодательстве.

При рассмотрении содержания уголовно-процессуального срока нельзя не указать на то обстоятельство, что в процессе производства по уголовному делу органы дознания, дознаватели, следователи и прокуроры наряду с предусмотренными уголовно-процессуальным законодательством сроками руководствуются сроками, установленными приказами и указаниями Генерального прокуратура Российской Федерации, Следственного комитета Российской Федерации, нормативными актами МВД Российской Федерации и других ведомств, имеющих в своем составе аппараты дознания и следствия. В частности, это сроки предоставления ходатайств о продлении сроков следствия, сроки проверки законности и обоснованности вынесенных дознавателями и следователями постановлений о приостановлении и прекращении производства по уголовному делу и др. Все они направлены на обеспечение законности, совершенствование организации деятельности органов дознания, следователей, прокуроров. Их несоблюдение может повлечь за собой применение к виновным мер дисциплинарного воздействия.

Однако, по мнению И.В. Маслова, «такие действия или бездействие не являются нарушением требований уголовно-процессуального закона и не могут влечь за собой тех правовых последствий, которые предусмотрены законом в случае нарушения уголовно-процессуальных сроков: признания результатов следственных действий и принятых процессуальных решений, не имеющих юридической силы, освобождение подозреваемого, обвиняемого из под стражи и т.д. С учетом этого обстоятельства указанный вид сроков, несмотря на его использование в регулировании порядка деятельности органов и должностных лиц, осуществляющих уголовный процесс, не может быть отнесен к уголовно-процессуальным срокам» [5, с. 15].

С данным утверждением, безусловно, необходимо согласиться и отметить, что сделанный И.В. Масловым вывод вытекает также и из содержания ст. 1 УПК РФ, которая указывает, что порядок судопроизводства на территории России устанавливается УПК РФ, основанным на Конституции Российской Федерации, а также общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации, регулирующих уголовное судопроизводство.

Следует отметить, что п. «с» ч. 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах установлено, что каждый имеет право на основе полного равенства быть судимым без неоправданной задержки. Согласно ч. 1 ст. 9 данного документа, каждый арестованный или задержанный имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока. Ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод указывает на необходимость проведения судебного разбирательства дела в разумный срок после ареста. Положения, касающиеся разумных сроков, закрепленные в этих нормативноправовых актах, были включены в отечественное законодательство по требованию Европейского суда по правам человека в Страсбурге. А именно, были приняты федеральные законы от 30 апреля 2010 г. № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее № 68-ФЗ от 30 апреля 2010 г.) и № 69-ФЗ, внесший соответствующие поправки в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 года № 174-ФЗ (в ред. от 7 февраля 2011 г.). В п. 2 ст. 1 федерального закона № 68-ФЗ от 30 апреля 2010 г. закреплено, что нарушение установленных законодательством сроков рассмотрения дела или исполнения судебного акта само по себе не означает нарушения права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок. Таким образом, законодатель предостерегает нас от постановки знака равенства между этими понятиями, и возводит разумный срок уголовного судопроизводства в ранг принципов, который должен пронизывать всю уголовнопроцессуальную материю, о чем свидетельствует включение данной нормы в главу вторую УПК РФ «Принципы уголовного судопроизводства». Из сказанного можно сделать вывод, что теперь одна из задач, которую необходимо решать, — рассмотрение уголовного дела в разумный срок. В свою очередь, И. В. Маслов указывает, что «принцип быстроты уголовного судопроизводства и в первую очередь в его досудебных стадиях вытекает из анализа многих специальных норм, регламентирующих порядок деятельности органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда» [5, с. 15]. Однако с этим мнением можно согласиться лишь частично.

Так, П.Я. Сокол считает, что «назначение процессуальных сроков состоит в том, чтобы быстрота процесса не была излишней, не превращалась в поспешность, чтобы временные рамки процесса позволяли всем его субъектам полностью реализовать свои права и обязанности, а органам судопроизводства решить все возложенные на них задачи» [8, с. 79].

Данный вывод позволяет утверждать, что требование быстроты производства для уголовнопроцессуальных сроков в настоящее время не выдвигается.

«Изучение российского законодательства, регламентирующего уголовный процесс, показывает, что понятие уголовно-процессуальных сроков не было раскрыто ни в уголовно-процессуальных кодексах РСФСР 1922 и 1923 годов, ни в УПК РСФСР 1960 года. К сожалению, нет понятия уголовнопроцессуальных сроков и в действующем УПК РФ. Это понятие отсутствует также в модельном

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 4 (56) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России №9 4 (56) 2012

Гражданский и уголовный процесс

уголовно-процессуальном кодексе стран СНГ и разработанном на его основе ныне действующем УПК Республики Армения» [5, с. 17].

Раскрывая правовую природу процессуальных сроков, следует рассмотреть точки зрения ученых, исследовавших данный феномен.

Так, И. М. Гуткин, Л. А. Мариупольский и И. М. Шереметьев давали следующее определение процессуальных сроков: «Процессуальным сроком называется установленное законом время, в течение которого органы дознания, следствия, прокуратуры, суда и участники процесса имеют право или обязаны совершить конкретные процессуальные действия» [2, с. 57].

По мнению М. А. Чельцова-Бебутова, «под сроком в процессе понимается определенный промежуток времени, в течение которого должно быть выполнено данное действие» [10, с. 188]. Аналогичной точки зрения придерживаются П. И. Любинский и Н. Н. Котерский [4, с. 98].

Свое понятие сроков уголовного судопроизводства дает Л.М. Васильев: «Процессуальные сроки

— это сроки, установленные уголовно-процессуальным правом, необходимые для регламентации определенных правовых норм о правоотношениях, возникающих во время уголовно-процессуальных действий участников уголовного процесса, совершаемых в строго определенной последовательности в целях достижения задач уголовного судопроизводства и характеризующихся определенной длительностью существования» [1, с. 228].

Проанализировав вышеуказанные понятия можно сделать вывод, что они рассматривают сроки уголовного судопроизводства как периоды времени, при этом, не наполняя их содержание собственно юридическими признаками. На наш взгляд, интересно определение сроков, данное Л.М. Васильевым, который вкладывает в него юридические признаки и раскрывает его как средство выполнения назначения уголовного судопроизводства.

В настоящее время существует множество определений уголовно-процессуальных сроков, в которых за основу взяты определенные критерии. Так, например, Т.Л. Корепанова, рассматривая сроки как гарантии защиты конституционных прав и свобод личности, дает следующее определение уголовно процессуальных сроков: «Процессуальный срок — это установленный уголовнопроцессуальным законом определенный промежуток времени, на протяжении которого в уголовном процессе возможно или обязательно совершение тех или иных действий либо принятие тех или иных решений в целях осуществления назначения уголовного судопроизводства» [3, с. 42, 43].

Определяя понятие сроков уголовного процесса, Г.Б. Петрова рассматривает их как элемент правового регулирования, и в связи с этим особое внимание обращает на правовые последствия их истечения: «Уголовнопроцессуальные сроки — это элемент правового регулирования поведения участников уголовного судопроизводства, представляющий собой закрепленные в нормах уголовно-процессуального права или устанавливаемые в соответствии с ними решениями органов уголовного преследования и суда определенные промежутки времени, в пределах которых возможно или обязательно принятие решений, совершение действий или воздержание от них (бездействие), а их истечение влечет правовые последствия (возникновение, изменение или прекращение соответствующих правоотношений)» [7, с. 43].

Рассматривая сроки как средство реализации назначения уголовного судопроизводства, И. В. Маслов дает свое определение уголовно-процессуальных сроков: «Уголовно-процессуальный срок

— это установленный уголовно-процессуальным законом на основе положений Конституции Российской Федерации, исчисляемый в соответствии с его предписаниями промежуток времени, в течение которого орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор, суд, судья, а также подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, другие участники уголовного процесса имеют право, либо обязаны совершить определенные процессуальные действия, а в некоторых случаях воздержаться от их производства, и имеющий своей целью обеспечить своевременное выполнение назначения уголовного судопроизводства, соблюдение конституционных и иных предоставленных законом прав лиц, являющихся участниками уголовного процесса» [5, с. 19, 20].

По поводу существования различных определений процессуальных сроков Р. П. Сокол делает вывод: «Многообразие определений процессуальных сроков является следствием выбора различных критериев, положенных в их основу, основными из которых являются:

— сроки как временные промежутки (моменты, периоды);

— сроки как средство реализации назначения уголовного процесса;

— сроки как гарантии прав, свобод и законных интересов граждан;

— сроки как средство регулирования отношений между участниками процесса;

— сроки как средство обеспечения быстроты судопроизводства по уголовному делу» [9, с. 34].

С данным выводом можно согласиться, т.к. уголовно-процессуальные сроки — это, в первую

очередь, многогранное явление, определение которого формулируется исходя из того аспекта этого явления, который рассматривался.

Несмотря на то, что разные авторы дают отличные друг от друга определения уголовно процессуальных сроков, каждое из них указывает на следующие их свойства:

а) уголовно-процессуальный срок есть установленный уголовно-процессуальным законом промежуток времени, имеющий в своей основе свойства философской категории времени: непрерывность, порядок сменяющих друг друга событий, течение от прошлого через настоящее к будущему, и пр.;

б) в силу своего формализованного предписаниями закона характера: его продолжительности, порядка исчисления, приостановления, возобновления, восстановления уголовно-процессуальный срок приобретает ряд свойств, не присущих времени;

в) в промежуток времени, составляющий процессуальный срок, участники уголовно-процессуальных отношений (орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор, суд, судья, а также подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, другие участники уголовного процесса) имеют право или обязаны совершить определенные процессуальные действия либо воздержаться от их производства и, таким образом, процессуальные сроки по своей сути являются разновидностями уголовно-процессуальных гарантий [5, с. 19].

Обобщая вышеизложенное, можно сформулировать следующее определение понятия уголовно процессуального срока: уголовно-процессуальный срок — это установленный уголовно-процессуальным законом, исчисляемый в соответствии с его предписаниями промежуток времени, истечение которого влечет правовые последствия, в пределах которого участники уголовного процесса имеют право, либо обязаны совершить определенные процессуальные действия, либо воздержаться от их производства, и имеющий своей целью обеспечить выполнение назначения уголовного судопроизводства, соблюдение конституционных и иных предоставленных законом прав лиц, являющихся участниками уголовного процесса в разумный период.

Список литературы

1. Васильев, Л. М. Процессуальные сроки в советском уголовном процессе : дис. ... канд. юрид. наук. — М., 1971.

2. Туткин, И. М., Мариупольский, Л. Л., Шереметьев, И. М. Советский уголовный процесс. — М., 1960.

3. Корепанова, Т. Л. Процессуальные сроки как гарантия защиты конституционных прав и свобод личности в Российском уголовном процессе : дис. ... канд. юрид. наук. — Ижевск: УГУ, 2004. — 216 с.

4. Люблинский, П. И., Котерский, Н. Н. УПК РСФСР : науч-практ. коммент. — Изд. 2-е доп. — М., 1930.

5. Маслов, И. В. Актуальные проблемы правовой регламентации процессуальных сроков в досудебном производстве по уголовным делам : дис. .канд. юр. наук. — М., 2003. — 175 с.

6. Ожегов, С. И., Шведова, Н. Ю. Толковый словарь русского языка. — М.: АЗЪ, 1995. — 928 с.

7. Петрова, Т. Б. Сроки как элемент правового регулирования : дис. .канд. юрид. наук. — Саратов, 2004. - 222 с.

8. Сокол, П. Я. Процессуальные гарантии быстроты предварительного расследования : дис. .канд. юрид. наук. — М., 1990.

9. Сокол, Р. П. Процессуальные сроки в судебных стадиях уголовного судопроизводства Российской Федерации: правовая регламентация и процессуальные особенности : дис. .канд. юрид. наук. — Владимир, 2008. — 197 с.

10. Чельцов-Бебутов, М. Л. Советский уголовный процесс. — Харьков, 1929. — 337 с.

УДК 343.12 О. А. Зеленина*

Процессуальное положение прокурора в досудебных стадиях уголовного судопроизводства

В статье исследуется содержание процессуального статуса прокурора и его реализация во взаимоотношениях с участниками, осуществляющими предварительное расследование. Анализируется сущность и уникальность института прокурорского надзора как одного из основных средств обеспечения законности производства по уголовному делу.

Ключевые слова: прокурор, следователь, дознаватель, участник уголовного судопроизводства, прокурорский надзор, полномочия, права, обязанности, правовой статус.

O.A. Zelenina*. Public Prosecutor’s procedural position at the pre-trial stages of the criminal proceedings. The article studies the public prosecutor’s procedural status and its realization in interrelations with the participants carrying out the preliminary investigation. It analyzes the essence and unique nature of the institute of the public prosecutor’s supervision as one of the main methods to ensure legality of the criminal proceedings.

Keywords: public prosecutor, investigator, interrogator, participant of the criminal proceedings, public prosecutor’s supervision, powers, rights, obligations, legal status.

Российское уголовное судопроизводство традиционно имеет публичный характер, обусловленный приоритетом защиты государственных интересов. Несмотря на то, что субъектный состав должностных лиц, наделенных публичными полномочиями в российском уголовном судопроизводстве длительное время

* Зеленина, Ольга Александровна докторант кафедры уголовного процесса Санкт-Петербургского университета МВД России, кандидат юридических наук, доцент. Тел. 8 (965) 047-82-77. Почтовый адрес: г. Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова д. 1. Эл. адрес: alizela@yandex.ru.

* Zelenina. Olga Alexandrovna, doctoral student of the Criminal Proceedings Department, Saint Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russia, candidate of legal sciences, assistant professor. Tel.: 8 (965) 047-82-77. Mail address: Saint Petersburg, Letchik Pilyutov Street, Bldg. 1. Email address: alizela@yandex.ru.

© Зеленина О.А., 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 4 (56) 2012