Три девятки против Обамы

У республиканцев появился свой собственный Барак Обама. Его зовут Герман Кейн, и опросы общественного мнения говорят о его постоянно растущей популярности. Кроме того, недавно его обвинили в сексуальных домогательствах. А это уже очевидный признак того, что противники принимают Кейна всерьез.

Герман Кейн объявил о выдвижении своей кандидатуры в президенты США от Республиканской партии летом этого года. Это событие прошло практически незамеченным. В течение нескольких месяцев после этого объявления Кейн занимал последние места в рейтингах популярности потенциальных кандидатов-республиканцев. Однако уже с середины октября ситуация изменилась. Постепенно Кейн начал обходить других, куда более известных и искушенных в политике, претендентов на пост президента, а закончил месяц с опережением не менее чем на 20% главного республиканского кандидата Митта Ромни.

И вот в конце октября либеральные газеты The New York Times и The Washington Post сообщили, что Кейна, оказывается, обвиняют в сексуальных домогательствах.

По словам двух бывших сотрудниц Национальной ассоциации рестораторов, президентом и гендиректором которой долгое время был Герман Кейн, они подвергались сексуальному харассменту со стороны своего босса. Эти домогательства выражались в том, что ежедневная вашингтонская газета The Politico назвала "беседы с сексуальным подтекстом, вопросы личного характера с очевидным сексуальным подтекстом, жесты хоть и не откровенно сексуального характера, но такие, что видевшие... их женщины испытывали дискомфорт".

Кейн на удивление неуклюже отвечал на обвинения. Сначала вовсе пытался их игнорировать, затем говорил, что "не слишком хорошо припоминает" события того времени. И только после того, как газеты сделали тему сексуального харассмента одной из основных в освещении его предвыборной кампании, Кейн выступил с более или менее подробным заявлением. Он подтвердил факт существования обвинений в харассменте, сообщил, что в свое время даже ушел в отпуск с поста президента и гендиректора ассоциации, чтобы никак не мешать проведению внутреннего расследования. И что это внутреннее расследование не обнаружило в его словах и жестах ничего предосудительного. Вопрос, по его мнению, следовало считать исчерпанным.

Обвинения в сексуальном преследовании, считают многие американские эксперты,— это своего рода знак отличия кандидата в президенты. "Если хотите, это признак того, что кандидата принимают всерьез. В первую очередь это касается тех, к кому достаточно трудно найти другие претензии,— говорит вашингтонский эксперт Кайл Уинсон.— То, что такие обвинения на раннем этапе выдвинуты против Кейна, говорит о том, что его уже сейчас считают очень сильным кандидатом". Что вполне естественно. Черный консерватор-республиканец, родившийся если и не на дне, то очень недалеко от него, переживший сегрегацию и ставший успешным бизнесменом, то есть человеком дела,— прекрасный конкурент Бараку Обаме. Если историю Барака Обамы называли олицетворением американской мечты, то историю Германа Кейна следует назвать ее олицетворением в квадрате или даже в кубе.

Родители Германа Кейна были простыми людьми. Отец, Лютер Кейн-младший, сын фермерского работника, переехал в город и работал сразу на трех работах — парикмахером, уборщиком и шофером. Правда, возил он человека влиятельного — президента компании Coca-Cola Роберта Вудраффа. Мать, Леонора Дэвис Кейн, работала уборщицей. Семья была необыкновенно религиозной и фантастически законопослушной. Молодость Кейна (он родился в 1945 году) пришлась на разгар борьбы негров за равные права, но ни Герман, ни его родители, ни его брат не принимали в ней участия. Самый революционный поступок Кейна в молодости — использование фонтанчика для питья с табличкой "только для белых". А еще один раз он сел в трамвае на место, предназначенное для белых пассажиров. Когда кондуктор довольно грубо отправил его в конец вагона, где были места для цветных, Кейн молча подчинился. А когда пришло время многотысячных маршей протеста, походов на Вашингтон, организованных Мартином Лютером Кингом, то Лютер Кейн-младший посоветовал своим сыновьям держаться от всего этого подальше. Что те и сделали.

Самый революционный поступок Кейна в молодости — использование фонтанчика для питья с табличкой "только для белых"

Готовность играть по правилам белых и не выходить за рамки, установленные этими правилами, вовсе не означала, что Кейн не имел никаких амбиций. Просто он предпочитал действовать так, как ему советовал Чарльз Джонсон, преподаватель математики в его средней школе, который в течение нескольких лет наряду с отцом был главным советчиком и учителем Кейна: "Ты можешь стать кем только пожелаешь. Просто тебе придется работать немного больше и немного дольше". С тех пор и до настоящего времени лозунгом борьбы Кейна за свои гражданские и все прочие права стала фраза "I shall overcome" ("Я преодолею") вместо стандартного гимна движения за гражданские права "We shall overcome" ("Мы преодолеем").

Поначалу, правда, казалось, что у безусловно талантливого Кейна ничего не получится. Он окончил школу с отличием, что давало ему возможность получить стипендию для учебы в университете. Однако, подав заявление в один из "белых" университетов, он получил отказ. В результате Кейну пришлось учиться в колледже Мурхаус — учебном заведении, созданном черными для черных. Здесь он почувствовал себя не слишком уютно: оказалось, что все в этом колледже окончили школу с отличием, так что ему нечем было выделиться. В колледже он учился средне и уже на втором курсе потерял право на стипендию. Ему пришлось работать вечерами, чтобы оплачивать обучение. Правда, часть денег на учебу Кейну дал отец, сумевший скопить достаточно и для покупки дома, и для того, чтобы помогать сыновьям в оплате обучения.

Вечернюю работу Герман Кейн особенно не выбирал: трудился и на стройке, и в компании босса своего отца Coca-Cola. Получив диплом, он некоторое время работал на правительство Соединенных Штатов, точнее, на военно-морские силы США — в качестве гражданского специалиста, математика-баллистика. Тогда же он решил продолжить свое образование и поступил в университет Пердью на факультет информатики. В 1971 году, получив степень магистра, Кейн покинул госслужбу и перешел на постоянную работу в Coca-Cola. Говорят, здесь не обошлось без помощи Роберта Вудраффа, который, конечно, к тому времени уже не возглавлял компанию, но оставался человеком, который вполне мог замолвить словечко за сына своего шофера.

В 1977 году совсем еще молодой Герман Кейн перешел на работу в корпорацию Pillsbury, одну из крупнейших в то время компаний на рынке общественного питания. Там он сделал быструю карьеру от директора аналитического отдела корпорации до руководителя одного из региональных отделений сети Burger King, которая в то время принадлежала Pillsbury. Полностью перестроив работу в отделении, Кейн добился небывалого роста прибыли. Наградой за это стало его назначение на пост президента и генерального директора другого подразделения Pillsbury — сети пиццерий Godfather's Pizza. Произошло это в 1986 году. А через два года Кейн, найдя инвесторов, выкупил Godfather's Pizza у Pillsbury за $100 млн. За 43 года Кейн прошел путь от сына шофера и уборщицы до главы и совладельца крупной американской компании и стал одним из столпов американского рынка общественного питания.

В Godfather's Pizza Кейн проработал в общей сложности 10 лет, после чего принял предложение своих коллег по рынку стать их главным представителем и лоббистом в США и мире. Он переехал в Вашингтон и вступил в должность президента и генерального директора Национальной ассоциации рестораторов. Он стал руководителем "профсоюза" владельцев ресторанов и прочих предприятий общественного питания, среди которых и самые престижные рестораны США, и самые крупные сетевые компании, такие как McDonald's и тот же Burger King.

Лозунгом борьбы Кейна за свои права стала фраза "I shall overcome"

Именно здесь он начал заниматься непосредственно политикой и вступил в политическую партию — Республиканскую. Надо сказать, что решение о членстве в партии было принято им чуть ли не на спор. Как-то он оказался с одним своим белым другом в знаменитом гарлемском ресторане Sylvia's. Там он вступил в спор с одним из посетителей, сказавшим что-то вроде: "Черных республиканцев не может быть. Вы просто какой-то дядя Том". Кейн вспоминает, что эти походя сказанные слова его глубоко оскорбили: "Я ответил этому парню, что никто и никогда не может диктовать мне, как мне думать и за кого голосовать. Меня все это настолько достало, что я пошел и вступил в Республиканскую партию".

Должность главы ассоциации рестораторов принесла ему и общеамериканскую известность. Во время транслировавшейся на всю страну дискуссии с Биллом Клинтоном по вопросу о реформе системы здравоохранения Кейн вступил в полемику с президентом относительно последствий реформы. По словам Кейна, требование властей об обязательном страховании сотрудников означало такой рост расходов, что работодателям пришлось бы сокращать штат. "Господин президент, что, по-вашему, я должен сказать тем своим сотрудникам, которых мне придется уволить из-за вас?" — спросил он. Когда Клинтон начал говорить, что в увольнениях не будет необходимости, поскольку государство предоставит массу льгот и субсидий для мелкого и среднего бизнеса, Кейн, сославшись на свой диплом математика, спокойно заметил: "Ваши расчеты неверны, господин президент".

Стычка с президентом-демократом сделала его любимчиком республиканцев, хотя поддерживать его кандидатуру на пост президента США они не стали. Кейн выдвигал себя в президенты на предыдущих выборах, но, увидев почти полное отсутствие поддержки, снял свою кандидатуру в пользу одного из других претендентов. Впрочем, из политики и общественной жизни Кейн не ушел. Он занялся пропагандистской работой. В Атланте, городе, в котором он прожил большую часть жизни, у него было собственное ток-шоу, он вел постоянную колонку, которая печаталась в нескольких десятках газет по всем Соединенным Штатам. Тем не менее, когда летом этого года он объявил, что снова выдвигает свою кандидатуру в президенты, всерьез его никто не воспринял.

Взгляды, которых придерживается Герман Кейн, говорят многие эксперты, делают его "неизбираемым". Впрочем, сторонники заявляют, что его "неизбираемость" — миф, который для своего успокоения придумали демократы и либералы. Любой, кто смотрит на мир здраво, считают они, должен признать, что Кейн говорит правду.

Кейн чудовищно неполиткорректен. Черный миллионер, добившийся всего своим собственным трудом, он отказывает большинству людей в праве на бедность, считая, что в большинстве случаев она объясняется личным выбором, а не обстоятельствами. Когда ему говорят о сложностях, он отвечает: "Ну я же смог, чем другие хуже?" Он, пожалуй, был единственным чернокожим политиком, выступившим с однозначной поддержкой аризонского закона об иммигрантах — того самого, который демократы назвали расистским. Он против строительства мечетей в США и предупреждает о "постепенном проникновении шариата" в судебную систему Америки. Кейн не скрывает, что ему почти ничего не известно о внешней политике США. "Не надо подлавливать меня с вопросом о том, как зовут президента Уз-беки-беки-стана-стана или какой-нибудь другой маловажной страны",— заметил он как-то, добавив, что первым признает, что не знает ни имени президента этой страны, ни того, где она находится. "Мне нужно еще многому научиться",— говорит он, уверенный в том, что сумеет это сделать. Кейн выступает категорически против абортов, однако, по его собственным словам, готов оставить это своим личным мнением.

"Я ответил этому парню, что никто не может диктовать мне, как мне думать и за кого голосовать. Меня все это настолько достало, что я пошел и вступил в Республиканскую партию"

Основой предвыборной программы Кейна является реформа системы налогообложения. Вместо различных федеральных налогов он предлагает ввести систему, которую назвал "9-9-9" — девятипроцентный подоходный налог, девятипроцентный налог на прибыль и девятипроцентный налог с продаж. Многие противники Кейна осмеяли программу "9-9-9" ("Это точно не стоимость комплексного обеда в пиццерии?" — задали ему вопрос в ходе дебатов), а экономисты стали говорить, что реформа может привести к тому, что казна потеряет $200 млрд поступлений. Однако избирателям эта идея явно понравилась. Отрыв Кейна от прочих кандидатов-республиканцев (таких как Митт Ромни, считающийся главным кандидатом в президенты от республиканцев, или Ричард Перри) составляет сейчас, по разным оценкам, от 20% до 60%.

Некоторые политологи считают, что Герман Кейн вполне может стать официальным кандидатом в президенты от республиканцев, а взяв в качестве кандидата в вице-президенты того же Митта Ромни, он станет серьезным противником для нынешнего президента Барака Обамы, которого сам Кейн считает "приличным человеком, но отвратительным лидером".

Сейчас против Кейна ополчились либералы, представители движения афроамериканцев и даже некоторые республиканцы, которым он кажется слишком нестандартной фигурой. Пожалуй , самая уничижительная критика в адрес Кейна прозвучала из уст одного из лидеров черного движения в США, певца и композитора Гарри Белафонте, который назвал его червивым яблоком в афроамериканской среде. Сам Кейн в этой связи повторяет слова своего деда: "Наплевать мне на то, кто как меня называет. Называйте меня господин Кейн". И добавляет уже от себя: "А с 2013 года можете называть меня "господин президент"".