Основные тенденции формирования здоровья детей и подростков, проживающих в условиях Крайнего Севера Российской Федерации

УДК [616-053.2:616-053.6]

ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ФОРМИРОВАНИЯ ЗДОРОВЬЯ ДЕТЕЙ И ПОДРОСТКОВ, ПРОЖИВАЮЩИХ В УСЛОВИЯХ КРАЙНЕГО СЕВЕРА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

© 2005 г. М. Г. Дьячкова, Н. Г. Беляков

Северный государственный медицинский университет, г. Архангельск

Сохранение и укрепление здоровья детского населения на Севере России в настоящее время приобретает большую значимость. Это связано с резко ухудшающимися демографическими, медико-биологическими и социально-гигиеническими факторами [7]. Сегодня северные территории выделяются в особую зону, требующую пристального внимания, так как имеющий тенденцию к резкому увеличению с возрастом удельный вес хронических болезней у детей и подростков Крайнего Севера обусловливает актуальность прогнозирования и качественное проведение профилактических мероприятий на популяционном уровне.

Изучение здоровья детей северных регионов открыло новые страницы в области педиатрии, так как изучение распространенных на Севере детских заболеваний дает повод говорить о проблемах краевой патологии, адаптации, этнических особенностях формирования и клинического течения заболеваний [3, 4, 10]. Эти проблемы ученые-педиатры начали изучать с 1960-х годов. Соответствующее направление в педиатрии получило название «северная педиатрия». Однако оказалось, что многие проблемы северной педиатрии перекликаются с проблемами, характерными для всех территорий страны. В современный период выделяются три принципиально важные особенности течения патологических процессов у детей и подростков: прогрессирующий рост хронических заболеваний, резкое повышение удельного веса социально обусловленной патологии и рост экозависимых заболеваний [1, 7, 9, 12, 16].

По данным В. И. Макаровой [7], Л. А. Зубова [3] и других авторов, проблема ухудшения здоровья детей и подростков, проживающих в северных регионах, является особенно сложной и актуальной. Она многогранна и далека от окончательного решения. Северные территории в силу своих климатических условий, труднодоступности, своеобразия традиций коренного населения требуют особого внимания и комплексного исследования во всех областях жизни и деятельности. Условия Севера создают для растущего организма дополнительные сложности. Например, климатические и экологические условия оказывают существенное влияние на ростовые процессы, способствуют развитию дезадаптивных реакций, снижению резервных гомеостатических механизмов и, как следствие, ведут к росту заболеваемости. Длительное воздействие «термальных стрессов», укороченный световой день и продолжительный период «биологической темноты», повышенная активность космических излучений и магнитных полей, близкое расположение от поверхности почвы слоя вечной мерзлоты, специфический аэродинамический режим оказывают задерживающее влияние на темпы морфофункционального развития и ухудшают здоровье детей [1—3, 9, 10, 12, 13].

Указанные негативные тенденции развиваются на фоне снижения объема профилактических мероприятий, увеличения школьных нагру-

Обобщены данные литературы по изучению здоровья детей и подростков, проживающих в условиях Крайнего Севера Российской Федерации. Проанализирована заболеваемость детской популяции данного региона и причины ее возникновения, рассмотрены основные факторы риска, влияющие на здоровье детей и подростков.

Ключевые слова: Крайний Север, дети, подростки, факторы риска, заболеваемость.

зок, ухудшения условий обучения и воспитания, структуры и организации питания детей и подростков, снижения физической подготовленности, уменьшения занятий физкультурой и спортом [1, 3, 6, 7, 12, 14].

Таким образом, пребывание на Крайнем Севере способствует появлению у детей ряда достаточно устойчивых факторов риска возникновения хронических неинфекционных заболеваний. Длительное пребывание в помещениях (в условиях долгой и суровой зимы) создает условия для гипоксии и гиподинамии. Недостаток движения наряду с разбалансированным питанием способствует нарушениям в липидном обмене и повышению массы тела за счет отложения жира в подкожной клетчатке. Недостаточность в рационе питания кальция и фтора подтверждается высоким уровнем заболеваемости детского населения кариесом. В условиях аномальной фотопериодичности изменяются биологические ритмы организма [1, 3, 6, 7, 10,

12, 14], а проживание в йоддефицитных регионах ведет к нарушению физиологических процессов адаптации и развитию целого комплекса патологических явлений, именуемых йоддефицитным состоянием, поэтому по большинству заболеваний дети Крайнего Севера и приравненных к нему районов демонстрируют более высокий уровень распространенности заболеваний, подлежащих диспансерному наблюдению.

На Севере отмечается ухудшение биологических свойств материнского организма, что приводит к более частым осложнениям течения беременности и родов у женщин [2, 7, 9, 14]. В современной научной литературе имеется ряд работ, посвященных особенностям характерной для северных регионов перинатальной патологии (гестоз, внутриутробная гипотрофия, внутриутробная гипоксия плода, анемия), напрямую связанным с высоким удельным весом перинатальных факторов риска. К ним относятся отягощенный акушерский анамнез (самопроизвольное прерывание беременности, медицинские аборты, преждевременные роды, мертворождения и замершие беременности), курение и алкоголизация матерей, высокая инфекционная заболеваемость, аллергизация, высокий удельный вес воспалительных заболеваний половых органов у женщин фертильного возраста. Перинатальные факторы риска и «раздражающие» средовые факторы (неблагоприятный температурный режим, высокая магнитная активность, полярная ночь, влажность и т. д.) способствуют ухудшению состояния новорожденных детей, нарушают их адаптационные способности и приводят к повышению заболеваемости [1, 2, 4, 6, 9, 10].

Указанные особенности биологического статуса в первую очередь коррелируют с неблагоприятными социально-экономическими условиями жизни. Например, в результате распадов колхозов и совхозов в северных регионах появилась категория кочующих нен-цев-единоличников. Оленеводы-кочевники объединены в родовые общины (по данным Ненецкого автономного округа (НАО) на 2004 год, в тундре кочуют 123 женщины и 149 детей в возрасте до 8 лет, из

них в возрасте до 1 года — 35). В медицинском обслуживании именно этой категории населения возникают определенные трудности. Следует отметить, что со многими населенными пунктами отсутствовала или отсутствует телефонная связь, что также создает значительные сложности в работе. Такое положение вещей ни в коей мере не способствует снижению младенческой и материнской смертности, а также заболеваемости детей на данной территории [3].

Современная демографическая ситуация в северных регионах в основном отражает общероссийские тенденции. В большинстве территорий (Таймырский АО, Эвенкийский АО, Якутия, Мурманская область и др.) отмечается отрицательный естественный прирост на фоне низкой рождаемости и высокой смертности, низкая средняя продолжительность предстоящей жизни при рождении, значительный разрыв в продолжительности жизни мужчин и женщин, снижение коэффициента брачности и доли детского населения, сокращение коэффициентов фертильности и воспроизводства, рост удельного веса первенцев при сокращении доли вторых и третьих детей [1, 9, 10, 12]. В то же время в НАО с 2000 года отмечается устойчивая тенденция к увеличению естественного прироста (2000 г. +0,4, 2001-й +0,9, 2002-й +1,5, 2003-й +1,8.) Возможно, это связано с улучшением качества оказания медицинской помощи в данном регионе.

Сегодня многие авторы [7, 14] в своих исследованиях отмечают очень малый удельный вес первой группы здоровья у новорожденных детей. По данным всероссийской диспансеризации 2002 года и данным научных работ, она составляет от 2 до 40 %. Эта тенденция особенно характерна для регионов Крайнего Севера. В структуре заболеваемости новорожденных детей на первом месте стоят болезни перинатального периода, которые имеют стойкую тенденцию к росту, второе занимают внутриутробная гипоксия и асфиксия, третье — задержка внутриутробного развития. Стойкую тенденцию к росту имеют врожденные аномалии и болезни кожи и слизистых. Изменение показателей здоровья новорожденных детей является прямым следствием нарушений компенсаторно-защитных свойств организма и проявлением дезадаптации и декомпенсации.

Анализ эпидемиологии заболеваемости, характеризующей состояние здоровья детей Севера, позволил выявить, что за последние 5 лет наиболее значительный рост заболеваемости у детей до 14 лет пришелся на болезни органов пищеварения, мочеполовой, эндокринной и сердечно-сосудистой систем, значительно увеличился удельный вес травм и отравлений. Первые места в структуре заболеваемости подростков (15—17 лет) заняли болезни органов дыхания, болезни глаза и его придаточного аппарата, органов пищеварения, травмы и отравления, болезни кожи и подкожной клетчатки, костно-мышечная патология [1, 4, 6, 7, 9, 13, 15, 16]. Подтверждением тому служат данные по Ненецкому автономному округу (табл. 1 и 2).

Таблица 1

Общая заболеваемость детей на 1 000 детского населения по НАО за 1999—2003 годы

Нозология 1999 2000 2001 2002 2003

Общая заболеваемость 2425,0 847,3 2909,7 3391,0 3021,0

Инфекционные и паразитарные болезни 129,0 22,0 216,7 249,5 110,3

Новообразования 6,6 11,8 10,3 13,4 13,0

Болезни крови и кроветворных органов 15,6 41,6 20,8 24,3 26,0

Болезни эндокринной системы 16,2 17,2 27,5 39,1 44,8

Психические расстройства 22,4 44,4 30,4 16,4 48,9

Болезни нервной системы 62,0 102,3 55,2 46,8 27,3

Болезни глаза и его придатков В составе заболеваний центральной нервной системы и органов чувств 146,6 162,7 129,9

Болезни уха и сосцевидного отростка 86,2 90,8 60,1

Болезни органов кровообраще ния 38,8 60,0 25,1 28,1 45,3

Болезни органов дыхания 1434,0 1645,0 1517,8 1729,7 1515,2

Болезни органов пищеварения 150,0 203,0 194,3 242,1 344,5

Болезни кожи и подкожной клетчатки 50,0 73,1 196,0 166,4 156,1

Болезни костно-мышечной системы 135,0 211,0 40,2 111,9 88,4

Болезни мочеполовой системы 39,1 30,0 49,3 58,4 63,8

Беременность, роды 0 0 0,2 0,3 0,5

Врожденные аномалии 14,1 50,6 44,1 54,3 48,5

Отдельные состояния перинатального периода 14,2 24,0 24,8 31,1 26,6

Симптомы, признаки и неточно обозначенные состояния 33,1 79,3 100,5 159,2 166,6

Травмы и отравления 100,0 114,7 123,8 166,5 105,1

Таблица 2

Заболеваемость подростков 15—17 лет по НАО за 1999—2003 годы

Нозология 1990 2000 2001 2002 2003

Общая заболеваемость 1340,7 1410,4 2465,5 3487,2 2753,9

Инфекционные и паразитарные болезни 166,2 161,2 98,2 110,9 58,8

Новообразования 4,3 4,5 8,2 12,5 10,8

Болезни крови и кроветворных органов 16,1 18,7 9,3 11,5 10,0

Болезни эндокринной системы 12,3 13,4 77,6 90,8 70,4

Психические расстройства 41,8 49,3 34,9 41,1 48,8

Болезни нервной системы 141,4 154,4 114,1 167,6 32,4

Болезни глаза и его придатков В составе заболеваний центральной нервной системы и органов чувств 260,9 393,9 201,7

Болезни уха и сосцевидного отростка 50,1 74,3 44,0

Болезни органов кровообращения 15,3 14,4 31,4 57,2 71,6

Болезни органов дыхания 912,8 859,9 952,6 1326,1 1084,4

Болезни органов пищеварения 132,5 155,2 200,7 254,4 386,2

Болезни кожи и подкожной клетчатки 86,67 83,6 162,3 211,7 144,1

Болезни костно-мышечной системы 355,1 42,2 82,7 192,2 100,4

Болезни мочеполовой системы 47,2 51,0 108,7 133,0 100,4

Беременность, роды 14,6 24,3 26,4 27,6 12,4

Врожденные аномалии 23,9 25,5 14,8 24,6 13,2

Симптомы, признаки и неточно обозначенные состояния 10,0 6,1 64,1 130,0 168,1

Травмы и отравления 103,9 117,3 168,5 227,8 187,3

По данным всероссийской диспансеризации 2002 года, у детей Крайнего Севера и приравненных к нему

районов на первом месте по распространенности находятся болезни пищеварения (17 362,2 на 100 тыс. детского населения), на втором — костно-мышечная патология (14 325,7 на 100 тыс.), уровень заболеваемости которой соответствует среднероссийскому. Остальные распределились аналогично приведенным по России в целом местам: на третьем месте — болезни глаза и его придаточного аппарата (11 830,9, что выше средних данных по России), на четвертом

— болезни органов дыхания (8 197,5 — незначительно ниже среднероссийских показателей), на пятом — болезни эндокринной системы, расстройства питания и нарушения обмена веществ (7 917,4 против 6 994,5 по России), на шестом — болезни нервной системы (7 220,7 в отличие от 6 535,4 по России), на седьмом — психические расстройства и расстройства поведения (3 327,1 — значительно ниже российского показателя, который составил 6 536,4 на 100 тыс. детского населения) [15].

Питанию в формировании здоровья детей на Севере в условиях фото- и витаминной недостаточности традиционно принадлежит особая роль. Авторы прошли, по сути дела, три этапа в изучении проблем питания: оценку фактического питания; оценку адекватности питания потребностям организма в различных экологических условиях; роль питания в формировании ряда широко распространенных на Севере заболеваний. Кратко результаты могут быть резюмированы следующим образом: среди детей северных территорий широко распространены синдромы и симптомы алиментарных дефицитов (включая белковые, витаминные, микроэлементные), болезней нарушения питания и обмена веществ [10, 17]. Проблема гипови-таминозов была подтверждена и биохимическими исследованиями детей дошкольного и школьного возраста [17]. По абсолютному большинству витаминов был констатирован выраженный или глубокий дефицит. Обнаруженная ситуация не могла не отразиться на формировании и клинических особенностях широко распространенных на Севере заболеваний детей и подростков. Известно, что дефицит витаминов С и А играет роль в снижении иммунитета, фолиевой кислоты — в закладке нервной трубки и, в конечном итоге, в дезорганизации внутриутробного развития. Витамины Е, С и А в своей совокупности определяют антиоксидантную защиту.

Типичными для детей Севера являются этнические особенности формирования и клинического течения заболеваний. Одной из иллюстраций могут служить результаты наблюдения за детьми с факторами риска атеросклероза [10]. При прочих равных условиях проживания в одной школе-интернате у детей пришлого населения были существенно больше выражены дисфункции сердечно-сосудистой и вегетативной нервной систем. Большое количество педиатрических работ, выполненных на Севере, было посвящено изучению гастроэнтерологической патологии. И в этом случае наследственно передаваемые признаки, как выясни-

лось, также играют существенную роль, что видно на примере распространенности гиполактазии у детей различных этнических групп [10, 11]. Феномен влияния исторических процессов народонаселения оказался закономерным: среди детей пришлого населения (условно европеоидов) она встречалась значительно реже, чем у детей других этнических групп (коренное население). По данным многих авторов [3, 8, 10, 17], гиполактазия имеет большое значение в формировании заболеваний детей. Дело в том, что в течение многих лет было принято и считалось целесообразным строить рацион питания по традиционному европейскому образцу. Обязательными продуктами питания наряду с говядиной были молоко и молочные продукты. Это регламентировалось соответствующими инструкциями и постановлениями. В действительности дети народностей Севера либо игнорировали молочные продукты, либо реагировали на них диареей, ухудшением самочувствия, болями в животе. Дети, которые провели лето в тундре и находились на близком к традициям северных народностей рационе, имели лучшие показатели здоровья.

Обратим внимание еще на один из повреждающих факторов, влияющих на здоровье детей и подростков,

— психические нагрузки. Проблема влияния психических нагрузок на здоровье детской популяции северных регионов впервые стала рассматриваться в Институте медицинских проблем Севера, была поддержана рядом научных и учебных заведений Москвы, Красноярска, Иркутска, Иванова. Обследования проводились параллельно с педиатрами в поселках различного типа в Эвенкии, на Таймыре, Чукотке, районах БАМ, в НАО. На большом материале была выявлена неоднозначность биологического и психического развития детей коренного и пришлого населения одного календарного возраста.

Процесс адаптации детей пришлого населения к экстремальным условиям Крайнего Севера регулируется центральной нервной системой. У переехавших на Север детей наступает значительное психоэмоциональное напряжение. Оно проявляется в нарушении сна, аппетита, повышенной тревожности, появлении головной боли, болей в сердце, ухудшении самочувствия, а высокие нагрузки в школе и длительное пребывание в помещениях усугубляют ситуацию. У детей коренного населения также имеются проблемы адаптации, которые связанны с резким переходом с 6 лет от практически вольного режима жизни к режиму систематического обучения, что явно вызывает стрессовую ситуацию и дополняет умственные нагрузки эмоциональными. Уязвимость их к соматической патологии очевидна. У детей младшего школьного возраста превалировали функциональные формы проявления заболеваний: неврозы, дисфункция желудочно-кишечного тракта, дискинезии желчевыводящих путей, ве-гетососудистые дистонии [5, 10].

Таким образом, дети и коренного, и пришлого населения имеют психоэмоциональные нагрузки различ-

ного генеза, а отсутствие эволюционно выработанных механизмов биосоциальной адаптации к факторам современной цивилизации приводит к резкому ухудшению здоровья у детей коренных народностей Севера.

Интегральным показателем, отражающим состояние здоровья матерей, качество медицинской помощи женщинам и детям, является младенческая смертность. Уровень младенческой смертности — чуткий барометр социального, экономического и санитарного благополучия общества. В регионах Крайнего Севера показатель младенческой смертности на протяжении последних 10 лет сохранялся довольно высоким, но имел тенденцию к постепенному снижению. В 2001 году он составил в Коми-Пермяцком автономном округе 20,5 %0, Таймырском — 22,2, Чукотском — 42,2, Эвенкийском — 22,0, Ненецком — 20,8, значительно превысив данные по России (14 ,7 %). В течение последних трех лет структура младенческой смертности не менялась, ведущими причинами смерти остаются состояния, возникающие в перинатальном периоде, врожденные аномалии развития. В последние годы среди причин младенческой смертности ведущее место стали занимать травмы и несчастные случаи, что, возможно, связано с ухудшением социально-экономических условий и кочевым образом жизни коренного населения (для НАО в 2002 г. болезни перинатального периода составили 63,6 %, травмы и несчастные случаи — 18,2, врожденные аномалии — 9,1).

По данным исследований [2, 7, 14], решающую роль в формировании величины показателей перинатальной и младенческой смертности играют медико-биологические, социально-гигиенические и медико-организационные факторы. Среди медико-биологических факторов риска можно отметить прежде всего такие, как возраст матери, порядковый номер родов, интервал между беременностями, состояние здоровья матери, масса ребенка при рождении, характер вскармливания, наличие неблагоприятного преморбидного фона и т. д.

Из социально-гигиенических факторов наибольшее значение имеют уровень образования матери, качество ухода за ребенком, число детей в семье, психологический климат, жилищные условия, среднемесячный доход на одного члена семьи, вредные привычки родителей и т. д.

Медико-организационные факторы риска младенческой смертности складываются из дефектов медицинского обеспечения матерей и детей на этапах оказания помощи, среди которых можно отметить поздние сроки взятия беременных на учет в женской консультации, нарушения кратности наблюдения беременной врачом или акушеркой, некачественное наблюдение, нарушение сроков проведения первичного патронажа новорожденного, нерегулярное наблюдение ребенка на первом году жизни, позднее обращение матери за медицинской помощью при болезни ребенка и т. д.

2 2

Следует особо подчеркнуть, что одним из ведущих факторов смертности младенцев является недоношенность.

Совершенно очевидно, что чем ниже уровень младенческой смертности, тем выше в ней доля неонатальной части и тем больше требуется усилий для ее дальнейшего снижения. Существенное снижение младенческой смертности невозможно, если не будет снижена смертность детей первого месяца жизни, если не будет пересмотрена в корне стратегия борьбы с младенческой смертностью на всех уровнях от государства до фельдшера ФАП.

В нашей обзорной статье мы мало коснулись вопроса влияния социальных факторов на состояние здоровья детей на Севере. Эта проблема чрезвычайно важна и требует самостоятельного обсуждения.

Таким образом, в условиях низкой рождаемости, растущей заболеваемости и хронизации заболеваний особое значение приобретает качество здоровья детского населения Крайнего Севера России. Охрана здоровья детей требует конкретных практических действий по совершенствованию медицинского обслуживания.

Одной из приоритетных задач, поставленных сегодня государством, является сохранение и оптимизация здоровья детей и подростков, проживающих в условиях высоких широт, освоение которых стратегически и экономически важно для Российской Федерации. Полное освоение северных широт, конечно, дело будущего, но будущее закладывается в настоящем. Поэтому хорошее здоровье детей сегодня обусловит стабилизацию трудоспособной части населения Крайнего Севера и создаст демографический потенциал на будущее. В решении этой несомненно приоритетной задачи одна из основных ролей должна отводиться работе медико-социальных служб.

Список литературы

1. Артемова Н. А. Состояние здоровья детей города Северодвинска — Государственного Российского Центра атомного судостроения / Н. А. Артемова, Л. И. Меньшикова, Л. А. Ошуркова // Экология человека. — 2003. — № 6. — С. 34—37.

2. Гигиенические принципы прогнозирования состояния здоровья детского населения Крайнего Севера / О. И. Голикова // Гигиеническая наука и практика на рубеже XXI века: Материалы IX Всерос. съезда гигиенистов и санитарных врачей. — М., 2001. — Т. 2. — С. 306—309.

3. Зубов Л. А. Медико-социальные проблемы детей коренного населения Ненецкого автономного округа / Л. А. Зубов, Г. Н. Дегтева, Е. Н. Сибилева // Проблемы адаптации человека к экологическим и социальным условиям севера. — Сыктывкар, 2004. — С. 43—45.

4. Капустина Т. А. Этнические особенности распространенности хронических заболеваний уха, горла и носа у детей северных регионов Восточной Сибири / Т. А. Капустина // Педиатрия. — 2001. — № 2. — С. 49—51.

5. Ковалев И. В. Загрязненность окружающей среды и здоровье населения на Российском Севере / И. В. Ковалев. — М., 1999 . — С. 86—126.

6. Ковызина О. Л. Функциональные показатели школьников северного города / О. Л. Ковызина, О. Н. Лепуно-

ва, С. В. Панин, В. С. Соловьев // Экология человека. — 2000. — № 2. — С. 41—43.

7. Макарова В. И. Основные проблемы здоровья детей на Севере России / В. И. Макарова, Л. И. Меньшикова // Экология человека. — 2003. — № 1. — С. 39—41.

8. Малявская С. И. Распространенность метаболических факторов риска в популяции школьниц г. Архангельска / С. И. Малявская, Т. А. Торопыгина, В. Е. Триль и др. // Экология человека. — 2001. — № 4. — С. 51—53.

9. Некоторые вопросы охраны здоровья детей Кольского Севера / А. В. Чернев, С. В. Дмитриевская, И. В. Анохина // Гигиеническая наука и практика на рубеже XXI века: Материалы IX Всерос. съезда гигиенистов и санитарных врачей. — М., 2001. — Т. 2. — С. 523—526.

10. Пряхин Е. И. Медико-биологические аспекты здоровья детей на Севере / Е. И. Пряхин // Сибирское медицинское обозрение. — 2002 . — № 1 . — С. 3—7.

11. Пряхин Е. И. Роль ученых НИИ медицинских проблем Севера СОРАМН в решении вопросов охраны здоровья детей / Е. И. Пряхин // Там же. — 2001 . — № 2 . — С. 51—52.

12. Теддер Ю. Р. Состояние здоровья и адаптация первоклассников к обучению в школе в условиях Севера / Ю. Р. Теддер, Т. С. Копосова // Экология человека. — 2000. — № 2. — С. 44—46.

13. Токарев С. А. Основные тенденции в отношении факторов риска и здоровья подростков на Крайнем Севере / С. А. Токарев, Е. Л. Уманская, А. А. Буганов // Медицина труда и промышленная экология. — 2003. — № 9.

— С. 29—32.

14. Усынина А. А. Факторы риска перинатальной патологии. Состояние здоровья новорожденных детей в условиях Европейского Севера / А. А. Усынина, М. В. Усынин // Экология человека. — 2001. — № 1. — С. 43—46.

15. Шарапова О. В. Всероссийская диспансеризация: основные тенденции в состоянии здоровья детей / О. В. Шарапова, А. Д. Царегородцев // Российский вестник перинатологии и педиатрии. — 2004 — № 1. — С. 56—60.

16. Юрьев В. К. Социально-психологическая оценка репродуктивного здоровья школьниц Крайнего Севера / В. К. Юрьев, А. А. Наумова, В. Е. Самохвалов // Экология человека. — 2001. — № 1. — С. 53—55.

17. Протективная роль питания детей дошкольного возраста в условиях Европейского Севера: Автореф. ... канд. мед. наук / Кудря Л. М. — Архангельск, 1996. — 28 с.

MAIN TENDENCIES IN HEALTH FORMATION OF CHILDREN AND ADOLESCENTS LIVING IN CONDITIONS OF FAR NORTH IN RUSSIAN FEDERATION

M. G. Dyachkova, N. G. Belyakov

Northern State Medical University, Arkhangelsk

The data was summarized about studies of health of children and adolescents living in conditions of the Far North in the Russian Federation. The morbidity in the children’s population of this region and the reasons of its origin were analyzed, the main risk factors that influence health of children and adolescents were considered.

Key words: the Far North, children, adolescents, risk factors, morbidity.