Промысловые обряды эвенков

УДК 392

Лиана ЛАЗАРЕВА

ПРОМЫСЛОВЫЕ ОБРЯДЫ ЭВЕНКОВ HUNTING SACRAMENTAL OF EVENKS

Обрядовая культура эвенков выражается в многочисленных правилах, приметах, запретах и обрядах эвенков. Одним из важных и значимых компонентов обрядовой культуры эвенков, являются обряды, связанные с охотой на медведя. В работе описаны обрядовые и ритуальные действия эвенков в процессе охоты, свежевания (разделки) медведя.

Ключевые слова: культура эвенков, промысловые обряды, обрядовые действия, запреты, обереги, культовое почитание.

Hunting culture of Evenks is stated in numerous rules, superstitious beliefs, taboos and sacramentals of Evenks. One of important and essential components of the culture is the ceremony of hunting a bear. This paper is devoted to the sacramentals and ceremonies during the hunting and scraping of a bear.

Key words: culture of Evenks, trade ceremonies, ceremonial actions, ban, charms, cult honoring.

Наше исследование посвящено обрядовой культуре эвенков по материалам промысловых обрядов. В качестве источниковедческой базы исследований послужили работы Г.М. Василевич, А.И. Мазина, Н.А. Алексеева, Г.И. Варламовой.

Видное место в системе традиционных верований эвенков занимали верования и обряды, связанные с промысловой деятельностью, цель которых - обеспечить успех в охоте и рыболовстве. И это понятно, так как промысловая деятельность, с одной стороны, была для эвенков основным источником существования. С другой стороны, ее особенности дают богатые возможности для развития религиозных представлений, ибо успех в ней в большей степени, чем в любой другой отрасли хозяйства, казался человеку не зависящим от его воли. Промысловые верования выражались в многочисленных правилах, приметах, запретах и обрядах, некоторые из которых описаны в работах указанных исследователей.

Следует отметить, что культовое почитание медведя широко известно у народов Сибири и Дальнего Востока. Эвенки называли медведя амикан (дедушка, старик), амакачи (прадедушка), ама (отец), эне (мать), энекан (бабушка), атыркана (большая старуха), ока (дядя) [3. С. 44]. Большинство исследователей отмечает, что на медведя охотились круглый год попутно с добычей других зверей. При этом они не забывают

отметить, что специальная охота на него не проводилась и эвенки вынуждены были добывать медведя только в том случае, если он попадался по пути следования охотника.

Далее рассмотрим традиционные способы охоты эвенков на медведя и заповеди, связанные с данным видом охоты.

Охота на ходового медведя мало чем отличалась от промысла парнокопытных животных. Как правило, медведь попадался случайно, специально преследовали в очень редких случаях, только раненого или шатуна. Но по возможности эвенк не упускал случая убить медведя.

Когда медведь застрелен, все очевидцы и участники охоты подходят к нему, и эвенк, убивший медведя, говорит: «Кук» или «Не я тебя убил, а убил тот-то или тот-то», указывая на человека другой национальности. После этого медведя переворачивают на спину, подкладывают под него ветки или мох и начинают обдирать. Охотник, убивший зверя, подходит к нему первый, надрезает ножом шкуру на животе, а затем эту процедуру повторяют все присутствующие, по старшинству. Шкуру мог снимать любой участник охоты, но обязательно с одной стороны, чтобы на охоте медведи не могли напасть сразу с двух сторон. Шкуру с медведя снимают полностью, за исключением лап. Вскрыв грудную полость медведя, каждый участник охоты отрезает по маленькому кусочку сердца и съедает его сырым. При свежевании кости отделяют по суставам и стараются даже не поцарапать их. При отделении каждого сустава приговаривают: «Дедушка, осторожно, здесь бревно». Затем мясу дают остыть и делят его между участниками охоты. Охотнику, застрелившему медведя, достаются все четыре лапы ниже коленных суставов, внутренности и внутренний жир, жир с задней части, голова и шкура. Все остальное делится поровну между участниками охоты [3. С. 44].

Если медведь убит во время перекочевки, то невдалеке находят удобное место и устраивают временную стоянку. Мясо грузят на оленей без седел, подложив ветки. После того как соберутся к отъезду, место, где обдирали медведя, тщательно забрасывают ветками и по краям ставят четыре ментая, чтобы враждебные духи не надругались над останками медведя. Вначале в путь трогается караван. Охотник, убивший медведя, остается, затем, пятясь задом, на деревьях делает девять затесов. Восемь из них мажет кровью, затем говорит: «Приду в следующий раз». После этого он поворачивается и догоняет караван. Когда все приедут на стойбище или разобьют лагерь, охотник, застреливший медведя, начинает готовить обряд такамин (букв. обмануть медведя) [3. С. 45-46].

В обряде такамин медвежью голову кладут на специально приготовленное ритуальное блюдо и едят ритуальной ложкой. Блюдо и ложку, как правило, изготавливали из рогов лося [3. С. 46].

Хорошо очищенные от мяса кости и голову укладывают на специально срубленный лабаз в виде домика и сверху прикрывают тяжелыми плахами. Кости кладут на лабаз в беспорядке, голова лежит в том направлении, в котором медведь шел перед тем, как его убили; если же медведь был убит в берлоге, то голову клали по направлению к восходу солнца. Устраивая обряд такамин, голову тщательно заворачивали в

прутья, срезали верхушку у небольшой лиственницы, раскалывали ее надвое, в расколе зажимали голову. Ее направление зависело от того, при каких обстоятельствах был убит медведь. Перед варкой головы аккуратно вырезали глаза и вешали на лиственницу около чума охотника или прятали в дупле [3. С. 46-47].

Охота на медведя в берлоге происходила несколько иным способом. Найдя берлогу, охотник оповещал об этом мужчин стойбища. Оповещение шло иносказательным способом. Охотник, подпрыгивая, махал руками, говорил: «Кук, Кук, Кук». Мужчины, сразу же догадавшись, что обнаружена берлога, отвечали на сообщение охотника теми же словами. При этом не принято было произносить само слово «медведь».

На следующий день собирались пять-шесть человек и рано утром шли на охоту. Невдалеке от берлоги старший из охотников говорил: «Кук! Дедушка, не пугайся, вставай, это мы, воронята, твои внуки, пришли к тебе в гости». Затем подобные слова произносили все присутствующие. Далее брали макушку лиственницы и затыкали вход. Вырубали хороший кол, пробивали и начинали шевелить медведя. Когда проснувшийся медведь высовывал голову из берлоги, старший из охотников стрелял в него [3. С. 47].

При отстреле медведя нельзя было раскалывать и разбрасывать кости, куски шерсти, ругать медведя, выбрасывать его глаза, хвастаться, что убьешь медведя, есть медвежий бульон, брать ружье у человека, помятого медведем. Считалось, что человек, помятый медведем и оставшийся в живых, долго проживет. Кости и голову медведя обязательно надо было положить на лабаз. Нарушение запретов и оберегов грозило неудачей на охоте, несчастьями, болезнью или даже смертью [3. С. 48].

Почитание медведя породило у эвенков множество поверий, преданий, запретов и оберегов. Эвенки изначально исходят из того, что медведь когда-то был человеком. Потому в медвежьих ритуалах прослеживается существование души не только у человека, но и у медведя, так же как и у других животных.

Далее рассмотрим обряд «надевания серег на медведя», записанный Г.И. Варламовой у своего отца шамана Ивана Андреевича Лазарева. Информант сообщал, что «надевание серег» - это специальный обряд, когда голову медведя украшают серьгами, чтобы, радуясь, душа его сказала: «Хорошо схоронили, по всем традициям» [1].

Медвежью голову, как лосиную, посередине не разрубали. Сварив мясо, не разрешалось есть близ его носа. Объев голову, мордой к огню и лицом к печке клали. На следующий день приготавливали жердь, делали развилку топором. На объеденную голову привязывали тряпочки, украшали, были нужны новые лоскутки. Челюсть тоже не ломали, оставляли целиком, на эту жердь не цепляли челюсть. Раньше всегда так делали, если даже шамана не было. Голову клали на лабаз, мордой к восходу солнца [1. С. 102].

Если, добыв медведя, перекочевывали, то тот, кто добыл, забирал себе лапы. Вешали лапы на четыре угла места, где стоял чум. Задние лапы - на задней стороне, передние - впереди, внутренняя часть лап была направлена вовнутрь чума. Рассказ шамана заканчивается словами:

Хутэлдув дюлэски ая хоктое сугакал,

Ая биние сугакал.

Аруткан харандуви гулим.

Аруткан харандув эмэнмукэл!

Детям моим на будущее добрую дорогу протри,

Хорошую жизнь протри (укажи).

На месте моего округлого жилища схоронись.

На месте моего округлого жилища оставайся! [1. С. 102].

Очевидно, что в этих строках шаман показал особое отношение эвенков к медведю, их беспредельное почитание и уважение как к культовому животному.

Таким образом, анализ литературы показывает, что промысловые обряды эвенков, в целом как и вся обрядовая культура, представлены из повседневной обрядности, связанной с промысловой деятельностью, культовых воззрений и коллективных действий. При этом промысловые обряды не перестают выполнять свои основные функции - обеспечение закономерных правил поведения внутри общества и взаимоотношения человека и окружающего мира.

Литература

1. Варламова, Г.И. Мировоззрение эвенков: отражение в фольклоре / Г.И. Варламова. - Новосибирск : Наука, 2004. - 185 с.

2. Василевич, Г.М. Эвенки. Историко-этнографические очерки (XVIII- начало XX в.) / Г.М. Василевич. - Л. : Наука, 1969. - 304 с.

3. Мазин, А.И. Традиционные верования и обряды эвенков-орочонов. (конец XIX -начало XX в.) / А.И. Мазин // АН СССР, Сиб. отд-ние, Ин-т истории, филологии и философии. — Новосибирск : Наука, 1984. - 200 с.