Судебные издержки

Два года судебной реформы и объявленный президентом курс на независимость судов показали: главное сегодня не в том, чтобы принять правильные законы. Важнее, и это показали исследования социологов, что само общество не готово сменить апатию на отстаивание своих прав

Отношение к закону в стране — измеритель отношения в ней к человеку, его независимости, достоинству, правам. Между тем преобладающая часть россиян, по данным социологических зондажей, год за годом соглашается с тем, что жить по закону в России нельзя. В 2010 году так считали до половины россиян, 43 процента все-таки полагали, что возможно*. 52 процента опрошенных не чувствуют, что защищены законом (противоположного мнения придерживаются 42 процента). При этом трое из пяти ощущают, что в сравнении с советскими временами нарушений закона в России стало больше, а половина согласны с тем, что их стало больше даже за последние годы, то есть уже в период прокламируемой стабильности (по мнению 31 процента, ситуация здесь не изменилась, что, конечно, никак не свидетельствует, будто она благополучна). Чаще всего, уверены опрошенные, законы сегодня нарушают представители государства (так ответили 19 процентов россиян), криминальные структуры (31) и, наконец, практически все институции и все рядовые граждане страны (37).

Не судись, да не судим будешь

Однако наши соотечественники при нарушении их прав обращаются в судебные органы крайне редко. За последний год (данные 2009 года) обращались в суд лишь 6 процентов взрослых россиян. И дело тут вовсе не в том, что россияне нечасто сталкиваются с правонарушениями, а в том, что они слабо доверяют судам и не верят в возможность справедливого судебного разбирательства.

Между тем такое отношение к себе и закону, судебной и правоохранительной системе — факт далеко не всеобщий. Для развитых стран это скорее анахронизм. И вряд ли случайно, что в Германии, Италии, Испании — странах, которые в сравнительно недавнем прошлом пережили тоталитарные и жестко-авторитарные режимы,— судам доверяют до половины населения и выше, а полиции — и вовсе от 60 до 75 процентов взрослых.

Объяснение здесь, видимо, не только в том, что суды в этих странах работают более эффективно, но и в том, что граждане этих стран в большей мере готовы защищать свои права и на опыте знают, а потому и крепче верят, что сумеют их защитить. А в России, по данным 2010 года, свыше половины опрошенных уверены, что большинство окружающих их людей, то есть такие же люди, как сам респондент, в случае нарушения их законных прав будут попросту терпеть, но ничего не предпримут, поскольку "все равно ничего не добьешься". Трое из пяти опрошенных не верят, будто обычный российский гражданин может рассчитывать на беспристрастное и справедливое рассмотрение его дела в суде (противоположного мнения придерживаются 38 процентов). Но вот что наиболее характерно: беззащитными россияне себя чувствуют прежде всего перед представителями государства, его правоохранительных и судебных органов. Так, они не стали бы подавать в суд на нарушившего их законные права милиционера (54 процента), государственного чиновника (58), следователя (59), судью (64); единственный, на кого свыше половины граждан России все-таки готовы подать сегодня в суд за нарушение их прав,— это работодатель.

Свыше 60 процентов российского населения (данные 2009 года) уверены: нынешний российский суд не способен защитить рядового гражданина от произвола со стороны государства.

Кроме того, большинство россиян полагают, что российские суды (речь о судах общей юрисдикции) значительно коррумпированы. 56 процентов опрошенных в 2010 году уверены, что служащие этих судов берут взятки "очень часто" и "довольно часто". Впрочем, стоит отметить, что более или менее непосредственный опыт столкновений с коррупцией в судах есть лишь у очень малой доли опрошенных: 3 процента сталкивались с подобными ситуациями сами, у 7 процентов в таких ситуациях оказались родственники (для большинства же остальных источниками сведений о коррумпированности выступали разговоры со знакомыми и друзьями, сообщения в массмедиа и интернете).

В этом контексте вполне объяснимо, что большинство россиян не доверяют судам.

Но вот в чем парадоксальность описанной ситуации. Как мы убедились, большинство опрошенных видят источник правонарушений именно в государстве, в первую очередь — в государственных правоохранительных органах (им не доверяют 2/3 российских жителей). Они не верят в способность простого человека противостоять на основе закона подобным действиям государства. Но при этом то же самое большинство уверено: человек в России не может существовать без государственной опеки.

Можно сказать, что за 1990-е и в особенности 2000-е годы подавляющее большинство россиян утвердились в патерналистских надеждах на государство, этому государству, вместе с тем, по большей части не доверяя и, больше того, видя в нем главный источник произвола. Таков результат продолжавшегося несколько советских десятилетий, а во многом продолжающегося по нынешний день систематического разрушения и извращения силами государства и основ самого судопроизводства, и правовой культуры населения.

Мы раздваиваемся

Один из симптомов такого распада представлений о праве и законе — отчетливое и привычное раздвоение для жителя России на то, что должно быть или чего бы хотелось, и то, что реально есть или чего можно какими-то способами добиться. Скажем, свыше 80 процентов опрошенных (данные 2009 года) считают важнейшими признаками демократии равенство всех граждан перед законом и соблюдение законов правительственными чиновниками. Кто же будет спорить? Но, как уже упоминалось, именно в государственных чиновниках, а особенно в людях в милицейской форме население страны видит одного из главных и бессудных нарушителей закона. Тем не менее свыше половины наших соотечественников (55) считают нынешний строй России демократическим, а главную опору и движущую силу демократии видят в первых лицах властной вертикали.

С другой стороны, почти 3/5 (58 процентов, данные 2010 года) взрослого населения России считают, что судебная власть должна быть независимой, вдвое меньше (30) придерживаются мнения, что она должна контролироваться властью исполнительной. Однако лишь треть респондентов полагают, что судебная власть в современной России и вправду независима, тогда как 56 процентов придерживаются противоположной оценки. Таково же распределение ответов на вопрос о независимости собственно судов.

Поэтому не удивляет, что в ситуации серьезного нарушения их прав лишь четверть опрошенных, по их словам, станут подавать заявление в суд, 15 процентов считают любые действия безнадежными, а остальные предпочтут уладить конфликт, не доводя дело до суда, причем каждый десятый — любыми средствами, включая незаконные. И если при нарушении их трудовых, семейных, жилищных или имущественных прав преобладающая часть опрошенных (от 50 до 70 процентов), по их уверениям, все же готовы судиться, то обращаться в суд при серьезном нарушении их политических прав готовы лишь 28 процентов, а 2/3 подобной готовности не испытывают.

Государственные жители

Трудно рассчитывать на что-то иное со стороны большинства сегодняшних россиян. Ведь они, по их собственным признаниям из года в год, не могут влиять на свою жизнь за пределами узкого круга семьи, не имеют сколько-нибудь серьезной собственности, крупных и надежных сбережений, весомого общественного статуса. Они, как мы видели, не чувствуют себя защищенными законом и при этом убеждены, что по закону не проживешь, поскольку, во-первых, закон не работает даже для властей, а во-вторых, его нарушают все, то есть и сами высказывающиеся. Они не сплочены практически ничем позитивным, и если хоть как-то виртуально объединены, то разве что телевизором и официальными стереотипами, транслируемыми по его основным каналам. Поэтому они — при всем ворчании на государство, начальство, власть — остаются, по давней формулировке Андрея Платонова, "государственными жителями" и меньше всего хотят сейчас сколько-нибудь серьезных изменений социального и политического порядка. Это большинство, но большинство слабое.

Оно держатся за статус-кво. Нисколько не идеализируя нынешнее положение дел с правами, законностью и судами, но не собираясь хоть как-то вкладываться в его изменение, большинство россиян не без некоторого цинизма уверены, что сами они персонально, даже в случае каких-либо серьезных проблем, сумеют выкрутиться. Так, по данным опроса в 2010 году, 45 процентов россиян заявили: если их проблему в суде можно будет решить нелегальным образом, они готовы пойти на нарушение закона (40 процентов уверяют, что не станут давать взятку, 15 процентов затруднились с ответом).

Показательно, что 80 процентов россиян либо знают о своих законных правах лишь в самых общих чертах, либо вообще ничего о них не знают. При этом 70 процентов считают, что широкой общественности, гражданам страны информация о деятельности российской судебной системы малодоступна или не доступна вовсе. Но характернее всего то, что более 60 процентов взрослых жителей России и не интересуются подобной информацией.

* Здесь и далее в процентах к числу опрошенных приводятся данные репрезентативных опросов взрослого населения России в последние годы, осуществленных Аналитическим центром Юрия Левады (Левада-Центр). Значительная часть их приводятся по ежегоднику "Общественное мнение — 2009" (М.: Аналитический центр Юрия Левады, 2009).