Качество жизни сельского населения: от теории к практике

УДК 316.334.55

Л. З. Фатхуллина

КАЧЕСТВО ЖИЗНИ СЕЛЬСКОГО НАСЕЛЕНИЯ:

ОТ ТЕОРИИ К ПРАКТИКЕ

Ключевые слова: качество жизни, сельское население, инновационное развитие сельских территорий.

В статье рассмотрены теоретико-методологические основы категории «качество жизни», границы ее применения, а также факторы совершенствования качества жизни населения, проживающего в сельской местности.

Key words: quality of life, the rural population, the innovative development of rural areas.

The article deals with theoretical and methodological foundations of category «in the quality of life» the limits of its application, as well as factors to improve the quality of life of people living in rural areas.

Новое тысячелетие знаменуется усилением поиска путей развития мирового сообщества. Постиндустриальные, информационные, глобальные модели являют собой попытки найти новые направления общественного развития, в большей мере соответствующих цивилизационному. Такой парадигмой, выражающей целевые устремления и охватывающей основные стороны жизни людей, исследователи называют качество жизни, а саму идею качества жизни - национальной идеей, направляющей процесс социально-экономического развития страны. Сегодня качество жизни, его рост рассматривают как фактор развития общества и все дальнейшие решения, действия подчинены тому, чтобы в обозримом будущем Россия прочно заняла место среди действительно сильных, экономически передовых и влиятельных государств мира. На региональном уровне акцент делается на росте качества жизни граждан как наиболее важном критерии эффективности курса экономических и социальных реформ [1].

В настоящее время понятие «качество жизни» используется все более широко как в нашей стране, так и за рубежом; как в научных трудах, так и в обыденной практике. Пристальное внимание федеральных и региональных властей к качеству жизни актуализируют исследования в данном направлении. Однако еще не сложился единый подход к его содержанию, нет общепризнанной методологии и методики его измерения. Качество жизни рассматривается и как общесоциологическое, и как социально-экономическое, и как чисто экономическое понятие.

Изменяющиеся условия в окружающей среде, научно-техническом развитии, в самом обществе привели к необходимости исследований качества жизни, начало которым было положено в США. Объектом пристального внимания американских социологов стали объективные и субъективные параметры условий жизни деятельности различных групп и слоев населения. В этот период была разработана система «Социальных показателей», состоящая из семи блоков, включающих 167 показателей (табл. 1).

Таблица 1 - Система социальных показателей

№ Наименование блока Количество показателей

І. «Здоровье» 19

2. «Общественная безопасность» 2З

З. «Образование» 2Q

4. «Труд» 28

5. «Доход» 24

б. «Жилище» І7

7. «Досуг-рекреация» 11

Она стала одной из полных официальных систем, отображающих качество жизни в различных сферах жизнедеятельности. В блоке «Труд», например, имелись такие показатели, как качество трудовой жизни, удовлетворенность трудом и т.д. Затем стали появляться и другие системы показателей качества жизни. Например, Р.Бауэром была предложена система из 12 индикаторов социально-регионального свойства: возможности профессионального образования, образования по возрастным группам, право голоса при обсуждении проблем предприятия, выбор товаров, свободное время, юридическая защита и др. В целом для западных исследователей характерно акцентирование внимания для субъективных компонентах качества жизни (А.Кэмпбелл, Р.Инглхарт, Дж.Рабье, Л.Джефферс, Дж.Добос и др.).

Советские социологи также обращалась к «качеству жизни», но анализировали его в рамках категории «образ жизни» (Э.П.Андреев, Г.С.Батыгин, И.В .Бестужев-Лада,

А.А.Возьмитель, И.Т.Левыкин, М.Н.Руткевич, В.И.Толстых). Исследователи подводили всю сферу условий жизни людей под понятие «обеспечение полного благосостояния всех членов общества» и, кроме уровня жизни, выделяли особо, как преимущество нашей общественной системы - «социалистический образ жизни». Конечно, в то время социальная защищенность населения являлась образцом для подражания многих, так как в этот период действовали отлаженные системы всеобщей бесплатности и доступности образования и здравоохранения. Такая политика базировалась на идеологии «государственного патернализма», в значительной мере снимая с людей заботу о решении собственных социальных проблем и, таким образом ослабляя действенные стимулы к борьбе за существование и самореализацию и создавая непреодолимые препятствия для реализации личных интересов. Хотя это и являлось подлинным спасением для тех, кто по независящим от них причинам лишен или терял ресурсы, необходимые для удовлетворения жизненных потребностей, служила мощным инструментом уравнительности, достижения социальной однородности, но в итоге приводило к снижению социального самочувствия людей. Данная система имела ряд преимуществ. Например, в сельском хозяйстве, в частности были созданы крупные, индустриальные хозяйства, подготовлены квалифицированные кадры, созданы элементы социальной защищенности. В то же время ей были присущи такие характерные черты, как абсолютное преобладание государственного сектора; преимущественно централизованное бюджетное распределение национального дохода; централизованно-плановые, командно-бюрократические механизмы управления экономикой; утверждаемые сверху цены, тарифы, ставки, заработная плата и другие стоимостные рычаги развития хозяйства, деформированность товарного производства. В конечном итоге, система обнаружила свою неэффективность и оказалась неспособной обеспечить нормальную жизнедеятельность общества. В дальнейшем категория «качество жизни» и одноименное социальное явление сделались объектом исследования отечественной науки, прежде всего экономической теории и социологии. Социологический подход наиболее перспективен при оценке качества жизни населения, так как позволяет получить богатую информацию о том, как удовлетворить жизненно важные потребности различных групп и слоев населения.

В социологии сложилось два методологических подхода к исследованию и определению качества жизни: объективистский и субъективистский. Сторонники первого, не отрицая двойной природы исследуемого явления, рассматривают качество жизни через конкретные экономические (математические, статистические) поддающиеся измерению индикаторы (например, уровень доходов, образования, состояние здоровья и продолжительность жизни человека, определяемые безопасностью потребляемых ими продуктов, доступностью и комфортностью жилья, качеством медицинских услуг, степенью защищенности от криминальной среды и т. д.). Сторонники же субъективистского подхода больше внимания уделяют на трудно улавливаемые, не подлежащие простому статистическому исчислению параметры качества жизни, как самооценка, личностные установки, состояние человеческой психики и др. Сообразно двум этим подходам социологами выделяются базисные элементы системно понимаемого качества жизни. Если «объективисты» в число структурных компонент рассматриваемого феномена включают, в первую очередь, те или иные аспекты окружающей человека соци-

альной и физической среды, а также и потребности людей, то «субъективисты» - разнообразные состояния человеческой психики (самочувствие, радость бытия, ощущение счастья и т.п.).

В последние годы ряд исследователей особое внимание уделяют также изучению региональных аспектов качества жизни, выдвигая на первый план субъективные компоненты этого качества. Это обусловлено знакомством с работами зарубежных ученых, в которых, как уже отмечалось, интенсивно исследуются не только объективные, но и субъективноличностные характеристики жизненного качества. Можно сказать, что усиление региональной и психологической направленности исследований качества жизни связано с обращением научного сообщества на те процессы, которые имели место в стране в 1990-е годы, в первую очередь, процессы демократизации и федерализации [2].

Исследования проблем сельского населения также предполагают достаточно четкое определение сущности и границ выражающих их категорий - уровня, качества и образа жизни. Необходимость этого вытекает из разнообразия и даже противоречий в определениях и формулировках, которые встречаются в этой области. Все эти три категории находятся в самой тесной связи и взаимозависимости, но движение их показателей, как количественных, так и качественных осуществляется не только не синхронно, но часто в противоположных направлениях.

Качество жизни часто отождествляют с понятием «уровень жизни». Уровень жизни определяется условиями существования человека в сфере потребления и измеряется через социально-экономические показатели общего благосостояния людей. Качество жизни значительно шире и представляет собой совокупность условий жизнедеятельности человека, включая в себя и уровень жизни, и такие составляющие, как экологическая среда обитания, социальное благополучие, политический климат, психологический комфорт. Еще есть понятие «уровень качества жизни», которое включает не только материальные составляющие «уровня жизни», но и субъективные составляющие: удовлетворенность жизнью (или отдельными ее аспектами), ощущение счастья, социальное самочувствие, уверенность и т. д. Введение рассматриваемого понятия в научный оборот вполне оправдано, так как оно в методологическом плане дает возможность рассматривать не усредненное качество жизни, а его уровень в разных группах населения по достигнутому уровню благосостояния. Например, сегодня средние показатели по уровню заработной платы, жилой площади на одного члена семьи, вкладов населения в банках не отражают реального качества жизни бедных слоев населения, богатых, среднего класса, еще очень не определенного по своему составу, социальнопрофессиональному, имущественному отношению.

Существуют различия и в подходах к разграничению понятий «качество жизни» и «образ жизни». Например, Ю.И. Саенко [3] рассматривает качество жизни, наряду с условиями и уровнем жизни, структурной частью образа жизни. Другая точка зрения является противоположной: согласно ей, качество жизни является более широким феноменом относительно образа жизни и включает его в свой состав [4]. П.С.Мстиславский [5], например, отмечает, что содержанием качества жизни является и образ жизни, и уровень жизни, и окружающая среда, обогащенные качественными оценками. Он рассматривает 10 сфер жизни, включающих в себя 98 различных показателей, формируя при этом индекс качества жизни на основе 11 индикаторов.

С нашей точки зрения, адекватное понимание содержания категории «качество жизни» возможно только через категорию «образ жизни». Образ жизни - эта система деятельностей: профессионально-трудовой, общественно-политической, семейно-бытовой, культурно-

досуговой и т.д. Как известно, деятельность предопределяется комплексом потребностей, мотивов и ценностей. Поэтому не менее важна субъективная сторона образа жизни - не сама система устойчивых и повторяющихся действий, а их оценка, т. е. удовлетворенность людей трудом, досугом, бытом, состоянием окружающей среды. Качество жизни как бы дополняет образ жизни, дает качественно-количественную оценку его частям (видам деятельности). Помимо этого, включение «образа жизни» в состав «качества жизни» дает возможность исследовать социальные проблемы населения и составляющих это население социальных, профессио-

нальных, демографических и этнических групп.

Основой качества жизни в методологическом плане, по нашему мнению, является и духовность. Духовность - интегративная характеристика общества, связанная с процессом обретения и поддержания высших идеалов, ценностей, смыслов [6], именно она выражает внутреннюю целостность качества жизни, наполняет деятельность человека нравственным содержанием, делает ее осмысленной. Духовность определяет свободу индивида, его независимость от давления жизненных ситуаций. Духовные способности качественно характеризуют индивидуальность и служат основой ее духовного состояния, которые придают личности внутреннее равновесие, гармонизирует ее, качественно влияют на сознание, интеллект. Такого же мнения придерживаются Б.В.Бойцов, Ю.В.Крянев и М.А.Кузнецов [7], которые при разработке категории качества жизни, акцент делают на его системном характере и определяющем значении духовности. Представить процесс эволюционного движения общества вне духовности, а человека без духовных качеств, состояний и намерений уже невозможно. Результаты десятилетних российских реформ наглядно показали, что в условиях социально-культурного кризиса и утраты духовных ориентиров заимствованные институциональные формы функционируют малоэффективно, рыночные механизмы регулирования экономики и социальной жизни нерезультативны, культурная идентичность нации остается проблематичной. Более того, нормы и ценности перестали иметь форму системы в рамках всего российского общества: они трансформировались в соответствии с изменениями в социальной, экономической, политической структурах общества. Это заставило глубже осознать значимость духовных факторов для достижения социальной стабильности и благосостояния современного общества.

Следовательно, по своей природе качество жизни - объективно-субъективная характеристика условий существования человека, которая зависит не только от объективных составляющих, но и от его субъективных представлений и оценок своей жизни. Полученный методом социологического опроса срез мнений людей по поводу тех или иных аспектов их повседневного бытия способен не менее точно отразить социальную действительность. Именно субъективные мнения позволяют говорить о социальных связях, об удовлетворенности отдельными сторонами жизни и жизнью в целом, о социальной стабильности или конфликтах, других жизненно важных процессах, которые не отражает современная статистика.

Значит, качество жизни можно представить в виде гармоничного сочетания объективных (образ жизни) и субъективных (духовность) компонентов. «Качество жизни сельского населения» является частной по отношению к понятию «качество жизни населения». Естественно, что «качество жизни сельского населения» как родовое понятие включает в себя «качество жизни населения», а видовое отличие - конкретизация типа поселения. Таким образом, качество жизни сельского населения можем рассматривать как системное образование, сочетающее в себе объективные (образ жизни сельского населения) и субъективные (духовность, раскрываемую в системе потребности-мотивы-ценности) компоненты.

Сегодня важным является не только разработка самой категории, но и вопрос о структуре качества жизни сельского населения. Наиболее полной и удобной для нашего исследования представляется разработанная С.А.Айвазяном [8] система интегральных компонентов категории «качества жизни». Считая себя сторонником междисциплинарного подхода, С.А. Айвазян определил качество жизни как категорию синтетическую - философо-психолого-биолого-социо-экономическую. Его концепция структуры качества жизни представляет собой взаимосвязанную совокупность пяти блоков характеристик и свойств, присущих данному качеству: «качество населения», «благосостояние населения», «качество социальной сферы», «качество экологической ниши», «природно-климатические условия». Из анализа данного перечня элементов качество жизни вытекает, что все индикаторы вполне измеряемы и поддаются методам математического моделирования, т.е. это типичнейший пример анализа качества жизни с помощью объективных показателей.

На основе данной иерархической схемы в число структурных компонентов качества жизни сельского населения мы включаем следующие характеристики повседневного сущест-

вования и деятельности людей: 1) состояние здоровья, 2) питание, 3) жилье, одежда и обувь, 4) образование, 5) условия, характер труда и отдыха, 6) занятость, 7) общая социально-бытовая обстановка, 8) семейная жизнь. Каждый из элементов, характеристик и свойств отражает условия, в рамках которых протекают процессы удовлетворения как биологических, так и социальных потребностей членов общества.

Первостепенное значение для характеристики качества жизни сельского населения имеют занятость и трудовая активность. Сами эти показатели являются производными от демографической и социально-экономической ситуации на селе. Значение демографических факторов усиливается и в связи с тем, что существенно возрастает необходимость учета двух главных функций населения: 1) население как главная составляющая производительных сил (рабочая сила); 2) население как единственный потребитель товаров и услуг. Без такого учета эффективное решение проблемы качества жизни сельчан не представляется возможным. Непреодоленная идеология возможностей саморегулирования экономики, которая являлась характерной для первой половины 90-х гг. привела практически к полному игнорированию демографического фактора в организации общества. Проводимые экономические реформы, по сути, не учитывали сложившуюся в стране социально-демографическую ситуацию, а также ее влияние на воспроизводство процессы. Это негативно сказалось на экономической и социальной эффективности реформ.

После кратковременного роста численности сельского населения в начале 1990-х, - в основном за счет миграции из других регионов, - вновь стала господствующей тенденция ее уменьшения. За период 1990 -2010 гг. сельчан в стране стало на 3 млн. меньше, главной причиной депопуляции остается естественная убыль, когда число умерших в 1,2-1,6 раз превышает число родившихся. Динамика численности наличного и, в том числе сельского, населения Республики Татарстан с 1985г. по 2009 г. представлена в таблице 2. Как видим, численность постоянного населения Татарстана в этот период равномерно росла; увеличение численности сельского населения республики наблюдалось в 1989-1995 гг. - это связано с миграцией коренного населения из бывших союзных республик, в остальное же время численность сельчан продолжала снижаться. Сокращение численности сельского населения обусловлено вкладом всех составляющих демографического развития: рождаемости, смертности, миграции.

Таблица 2 - Динамика численности населения Республики Татарстан

Год Все население (тыс. чел.) Сельское население (тыс. чел.) В общей численности населения, %

городское сельское

1985 3516,0 1096,4 68,8 31,2

1989 3641,7 987,0 72,9 27,1

1995 3751,8 1004,1 73,2 26,7

2000 3789,1 1000,8 73,6 26,4

2001 3786,8 999,4 73,6 26,4

2002 3781,9 991,2 73,8 26,2

2003 3777,7 986,7 73,9 26,1

2004 3772,9 979,2 74,0 26,0

2005 3768,5 961,7 74,5 25,5

2006 3761,5 957,6 74,5 25,5

2007 3760,5 954,3 74,6 25,4

2008 3762,8 951,8 74,9 25,1

2009 3768,6 944,7 73,2 26,8

Такие демографические процессы как смертность и рождаемость, оказывают непосредственное влияние на состояние возрастной структуры села и соответственно, на состояние трудовых ресурсов. Так, численность населения моложе трудоспособного возраста на селе сократилась с 22,1% в 2002 г. до 17,9% в 2010 г., т.е. на 4,2%. Известно, что данная возрастная группа определяет дальнейшие изменения в численности и структуре сельского населения, поэтому такое явление необходимо рассматривать как негативную предпосылку. В дальнейшем это приведет к превышению количества выходящих на пенсию сельчан над численностью контингента молодежи, впервые начинающей трудиться. Старение населения, представляя серьезную демографическую проблему для всех обществ, обусловливает рост так называемой экономической трудовой нагрузки на производительное население села [9]. Если в развитых странах последствия этого процесса менее заметны, менее болезненны, то в нашей стране, учитывая значительно меньшую производительность труда, даже незначительные изменения в этих показателях способны оказать серьезные воздействия на экономику села.

Усугубляет данную ситуацию высокий уровень миграции: только за 1998-2010 гг. из сел республики Татарстан уехало свыше 50 тыс. чел. Одна из основных причин миграции -высокий уровень безработицы. Согласно официальной статистике общее количество безработных на селе превысило 1,8 млн. человек. В Татарстане в 2010 г. насчитывалось 56,4 тыс. безработных (по методологии МОТ), в сельской местности - 10,8 тыс. безработных. Если учесть, что становятся на учет не все безработные, то общее состояние трудозанятости на селе не может не настораживать. Основная ее часть оседает на подворьях и причисляется к экономически неактивному населению. Эта проблема заключается не только в обеспечении полной занятости сельского населения и снижения безработицы, но и в создании условий для роста эффективной занятости, которая характеризуется как с экономической точки зрения в виде рационального использования человеческого потенциала, так и с социальной, как наиболее полное соответствие интересам человека. При сокращении занятости сельчане оказались в более сложной ситуации, чем горожане. Если городской безработный может встать на биржу труда, пройти курс переобучения, попробовать себя в новой профессии, то у сельских жителей такой возможности нет, так как сфера приложения труда на селе ограничена.

Снижение объемов и эффективности аграрного производства, ломка механизмов социальной защиты привели к падению стоимости рабочей силы в отрасли. С 1995 г. по сей день по уровню оплаты труда аграрные работники - экономические аутсайдеры (табл.3).

Таблица 3 - Среднемесячная номинально начисленная заработная плата работников (в

руб.)

Сфера занятости 2002 2005 2007 2008 2011

Вся экономика С/х, охота и лесное хозяйство Добыча полезных ископаемых Финансовая деятельность 3735 1731 9320 3835 7067 3094 15927 7436 11468 4918 25008 12372 14904 7122 27089 17611 21644 10650 41139 54278

Как видим, межотраслевой разрыв в размере начисленной заработной платы существенен: в 2011 г. зарплата в промышленности в 3,8 раза, а в сфере финансовой деятельности в 5 раз выше, чем в сельском хозяйстве. Экономически и социально несправедливая оценка сельскохозяйственного труда препятствует не только росту аграрного сектора, но и переходу его на инновационный путь развития.

Уровень жизни сельских семей остается крайне низким, увеличивается разрыв между городом и селом по уровню доходов населения. Так, если в 2000 г. среднедушевые располагаемые ресурсы сельских домохозяйств достигали 65,4% от городского уровня, то в 2005 г. они составили 55,2%, и только в последнее время это соотношение стало улучшаться (табл. 4). В 2007 г. располагаемые ресурсы в среднем на члена сельского домохозяйства составляли

5871 руб. в месяц (56,7% от показателя по городским домохозяйствам) и лишь в 1,5 раза превышали среднедушевую величину прожиточного минимума.

Таблица 4 - Располагаемые ресурсы, в среднем на одного члена домохозяйства в месяц

Год Сельские домохозяйства Городские домохозяйства Сельские домохозяйства к городским

2000 1151,5 1761,2 65,4

2005 3604,7 6529,5 55,2

2006 4495,4 7984,9 56,3

2008 5871,1 10354,6 56,7

За годы реформ принципиальные изменения претерпела структура доходов сельского населения по источникам формирования. Значимость оплаты труда в формировании бюджета домохозяйств резко упала. Если в 1990 г. на нее приходилось 67% совокупного дохода семьи, то теперь - 30% [10]. Двукратное снижение доли оплаты труда в семейном доходе означает, что зарплата уже не выполняет в должной мере ни социально воспроизводственной, ни стимулирующей функции.

В результате социально-экономических преобразований сельские территории претерпели определенные изменения. Это связано с проникновением в село элементов городского образа жизни, с «размыванием» традиционных границ между ними, с возникновением единого социокультурного экономического пространства. Активное преобразование сельского хозяйства и процессы его модернизации затронули основы социокультурного существования людей, привели к проникновению на село рыночных принципов и изменению соотношения традиционных и привносимых извне ценностей. Так, эгалитарный принцип «равенства в нищете» большинством уже не принимается, но и складывающаяся поляризация доходов не может восприниматься как социальная норма. Переход от прав бессрочного пользования и наследуемого владения землей к правам собственности, появление частных и акционированных форм собственности привели к существенной трансформации социально-классовой структуры сельского населения (появились крупные собственники, арендаторы, кооперативы, фермеры и т.д.).

В настоящее время в сельской местности отчетливо проступает деление на богатых и бедных, причем дифференциация по имущественному признаку возрастает ускоренными темпами, усиливая различия в получаемых ими доходах, меняя уровень и качество жизни разных категорий населения. По данным исследований [11], 5% сельчан составляют верхний слой собственников земли, 15% - средний, 40% низший слой. Оставшиеся 40% - это бедная часть. В них подчеркивается, что именно частная собственность на землю является основополагающей в изменении социальной структуры села.

Проблема бедности будет конечно всегда существовать в рыночной экономике в виде относительной бедности, т.е. бедности одних слоев населения по сравнению с другими социальными группами - более обеспеченными. Это предопределяется объективно необходимой дифференциацией доходов, которые, в свою очередь, стимулируют трудовую деятельность. В свое время К.Маркс писал об относительном обнищании пролетариата, суть которого в увеличении разрыва между доходами предпринимателей и доходами наемных работников. Этот разрыв может сокращаться либо возрастать. В первом случае - это будет относительный рост благосостояния наемных работников, во втором - относительное обнищание. Главное, чтобы это соотношение было экономически обосновано и приемлемо для общества. На селе отчетливо проявилось обнищание основной массы населения как результат грубейших ошибок в ходе реформ.

Известно, что основным показателем эффективности курса аграрного реформирования и условием завершения трансформации выступает успешная социально-экономическая адап-

тация сельского населения. В современных условиях адаптация означает не что иное, как «сознательное участие в рыночной модернизации, а отсутствие адаптации - целенаправленное сопротивление ей тех или иных секторов общества» [12] . От уровня адаптации, зависит, в конечном счете, социальная цена экономических преобразований, их темпы и эффективность. Наличие в структуре села 40% бедных говорит о том, что эта часть населения не нашла нишу в новой экономической ситуации, не освоила рыночные механизмы производства. Конечно, основное условие адаптации - должная государственная поддержка. Но не меньшее значение приобретает и жизненная позиция личности: активная, предполагающая изменение человеком жизненных условий под уровень собственных потребностей и интересов; пассивная, предполагающая приспособление человеком уровня своих потребностей и запросов к имеющимся жизненным условиям. В течение нескольких десятилетий коллективные формы хозяйственноэкономической деятельности формировали «нерыночное» поведение и пассивную позицию жизни сельчан. Коллективистские начала в менталитете крестьянина, его становления как хозяина земельного надела, превращение в собственника - трудный и сложный процесс, что, в свою очередь, замедляет процессы адаптации.

На сегодняшний день ситуация такова, что качество жизни % сельчан остается на низком уровне, что сказывается на замедленности темпов изменения социальной структуры села, соответствующей условиям цивилизованных рыночных обществ.

Село имеет большую значимость для культуры и духовности общества. Народная мудрость гласит: «Гениями рождаются в деревне, а становятся в городе». Этот мудрый афоризм родился не на пустом месте, так как село действительно является колыбелью российского менталитета. В нем находим духовные, исторические корни современной жизни. Как заметил А.Гордеев, когда речь идет о селе и сельском хозяйстве, то имеется в виду не только вид экономической деятельности: «Это ведь определенный уклад жизни, который несет благо для государства: это касается проблем экологии, демографии - благодаря сельскому населению можно решить государственную задачу воспроизводства народа, что подтверждено многовековой историей». Поэтому преодоление бедности, наполнение стандартов качества жизни сельского населения реальным содержанием как одним из основных приоритетов развития страны и каждого отдельного региона.

Таким образом, на современном этапе социально-экономических реформ проблемы стабилизации и повышения уровня и качества жизни населения определяют направленность и темпы дальнейших преобразований. Разносторонние исследования в области качества жизни, рассмотрение данной проблемы с позиций различных отраслей гуманитарного знания составляют научную основу для принятия государственных мер в области инновационного развития сельских территории страны.

Литература

1. Нугаев, М.А. Базовая модель качества социального потенциала региона /М.А.Нугаев. - Казань: Казан. гос. энерг. ун-т, 2009. - С. 9.

2. Нугаев, М.А. Теоретико-методологические основы исследования качества социального потенциала региона / М.А.Нугаев. - Казань: Изд-во Казанск. ун-та, 2006. - С.26.

3. Саенко, Ю.Н. Моделирование показателей развития социальной инфраструктуры / Ю Н.Саенко. -Киев: Наукова думка, 1991. - С. 17.

4. Гличев, А. Качество и духовность. Прикосновение к проблеме / А.Гличев // Стандарты и качество. -2000. -№5. - С. 45; Матвеева, И. Качество жизни - новая цивилизационная парадигма / И.Матвеева, Н.Михайлова // Стандарты и качество. - 2000. - №5. - С. 56.

5. Мстиславский, П.С. Вопросы теории и методологии анализа качества жизни / П.С.Мстиславский // Уровень жизни населения регионов России. - 2002. - №2. - С. 5-17.

6. Митрошенков, О.А. Пространство российской духовной культуры: испытание переменами / О.А.Митрошенков // Социол. исслед. - 2005. - №11. - С. 48.

7. Бойцов, Б.В., Крянев, Ю.В., Кузнецов, М.А. Системная целостность качества жизни / Б.В.Бойцов, Ю.В.Крянев, М.А.Кузнецов// Стандарты и качество. - 1999. - №5 - С. 22.

8. Айвазян, С.А. Интегральные свойства качества жизни населения (моделирование, измерение, информационное обеспечение) /С.А.Айвазян // Проблемы информатизации. - 1999. - № 2. - С.60-62.

9. Осипов, Г.В. Рабочая книга социолога / Г.В.Осипов. - М.: Наука. - С.91

10. Российский статистический ежегодник. 2007: Стат. сб./ Росстат. - М., 2008. - С. 213.

11. Зиятдинова, Ф.Г. Российское село в рыночных условиях: монография / Ф.Г.Зиятдинова, Е.И.Кучаева. - М.: ЮНИТИ-ДАНА: Закон и право, 2008. - С. 24.

12. Дилигенский, Г.Г. Пути российских реформ Президента В.Путина / Г.Г.Дилигенский // Десять лет социологических наблюдений. - М.: Институт Фонда «Общественное мнение», 2003. - С. 325.

13. Морозова, И.Г. Анализ экономической ситуации в Российской Федерации /И.Г.Морозова // Вестник Казан. технол. ун-та.- 2007. - №5. - С.86-92.

14. Здунов, А.А. Оценка и согласование показателей эффективности реализации программ социальноэкономического развития / А.А.Здунов // Вестник Казан. технол. ун-та.- 2010. — №2. С.370-378.

© Л. З. Фатхуллина - канд. социол. наук, ст. препод. каф. социальной и политической конфликтологии КНИТУ, lialfa@rambler.ru.