Языковая игра в тексте перевода: стратегии передачи и полнота репрезентации

УДК 81-13

ББК 81

Е. И. Курячая

Языковая игра в тексте перевода: стратегии передачи и полнота репрезентации

В статье дается характеристика идиостиля Б. Виана, определяется роль языковой игры в его системе мировосприятия и устанавливается зависимость между способами передачи языковой игры и полнотой ее репрезентации в тексте перевода на основе сравнительно-сопоставительного анализа названий произведений Сартра (в романе - Жан-Соль Партр), обыгрываемых Б. Вианом в романе «Пена дней», и вариантов их перевода, выполненных Л. Лунгиной, В. Лапицким и совместно М. Го-лованивской и М. Блинкиной-Мельник.

Ключевые слова: идиостиль, когнитивная доминанта, языковая игра, переводческие стратегии.

E. I. Kouryatchaya Linguistic play in the translation: translation strategies and completeness of representation

This article describes B. Vian's individual style, determines the importance of linguistic play in his perception of the world and ascertains the relationships between the translation strategies of linguistic play and the completeness of its representation in the translation by the use of comparative interpretation of Sarte's works titles (Jean-Sol Parte in the novel) and the variants of translation made by L. Lungina, V. Lapitsky and M. Golovanivskaya and M. Blinkina-Melnyk.

Keywords individual style, cognitive dominant, linguistic play, translation strategies.

Роман Б. Виана «Пена дней» может считаться наиболее репрезентативным с точки зрения «виановского стиля», поскольку представляет собой масштабное игровое пространство для лингвистических экспериментов автора. Языковая игра у Б. Виана - это определенная философия, выражающая его «jazz attitude» [3] (буквальный перевод - джазовое отношение, отношение как к джазу) к жизни. Игровое восприятие мира как разнообразного, свободного и одновременно как мира шаблонов, правил, стереотипов, определенной «категориальной, ценностной сетки, заставляющей думать в предустановленных категориях и вести себя в соответствии с ними» [1] и искажающей истинную реальность, формирует ментальную установку Б. Виана на разрушение стандарта, которая и становится когнитивной доминантой его идиостиля. Для Б. Виана «в языке - отражение закосневших форм жизни и литературы, но в нем же и единственный способ их преодоления»[2].

Одной из тематических линий романа, имеющих большое значение для исследования философии автора, является творчество Жан-Поля Сартра (в романе - Жан-Соль Партр). Превращая каждой контекст, в котором фигурирует Партр, в искусную пародию, Б. Виан стремится высмеять не автора, а сам тип философствования, бессмысленный культ личности. Одним из наибо-

лее ярких приемов языковой игры является обыгрывание двух основных произведений Ж.-П. Сартра - «Тошнота» и «Бытие и ничто». В данной статье мы ограничимся анализом названий, наиболее репрезентативных в плане языковой игры и требующих нестандартных переводческих решений.

B.Vian - « Paradoxe sur le Dégueulis»

Л. Лунгина - «Очерк теории поллюций» Переводчик полностью отходит от прямого значения выражения, использованного в оригинале, делая акцент на процессе рвоты через проведение параллели с другим физиологическим процессом - поллюциями (непроизвольная эякуляция), поскольку оба проявления не поддаются контролю и имеют неприятные последствия.

В. Лапицкий - «Парадокс блева» Существительное, образованное от слова «блевотина» и совпадающее с общеславянским корнем в русском языке «блев». Фонетическое сходство с существительным «блеф» (заведомое преувеличение, приукрашивание) формирует впечатление о данном произведении Партра как о не соответствующем действительности, преувеличенном. Действительно, кажется бессмысленным и абсурдным выбирать рвотные массы в качестве предмета литературного исследования.

М. Голованивская, М. Блинкина -Мельник - «Парадокс тошнотности»

От прилагательного «тошнотный» (связанный с тошнотой, свойственный тошноте) или существительного «тошнота» суффиксальным способом (-ость). Словосочетание «парадокс тошнотности» производит комический эффект вследствие своей нелогичности, абсурдности, так как «парадокс» (в формальной логике) - это противоречие, возникающее при сохранении логической правильности хода рассуждений. Соответственно, произведение посвящено анализу феномена тошноты и рассуждениям по этому поводу, в то время как «тошнота», если речь не идет об узкоспециальном медицинском исследовании, вряд ли может представлять собой объект литературоведческого анализа.

B.Vian - Un exemplaire relie mi-mouffette du Vomi et une grosse bague d'or en forme de nausee

Б. Виан расширяет контекстуальное окружение существительного «Vomi» (рвота, блевотина), представляющего название романа, за счет указания материала, из которого выполнен переплет - полувонючка (mouffette - вонючка). Поскольку речь идет о книге, посвященной рвотному процессу, актуализируется значение существительного «mouffette» (тот, кто воняет, портит воздух). Таким образом, книга источает запах предмета своего описания. Также семантика тошноты усиливается вследствие упоминания золотого кольца (bague d'or), форма или узор которого напоминают рвотные массы (forme de nausée).

Л. Лунгина - Томик «Блевотины», переплетенный в кожу вонючки, и массивное золотое кольцо во вкусе Бенвенуто Тошнини

Переводчик усиливает ассоциативное поле существительного «блевотина», отказавшись от прямого эквивалента единицы оригинала «nausée» - «тошнота» и заменив его трансформированным именем собственным. Известно, что Бенвенуто Челлини -выдающийся итальянский скульптор, ювелир, живописец, среди шедевров которого перстень из золота с серебряной накладкой в виде стрелы или копья, огибающей дужку кольца. Очевидно, что ювелирная компо-

зиция имеет мало общего с бесформенной рвотной массой, но аллюзия на известного ювелира обосновывается предметом описания - «bague d'or» (золотое кольцо) и позволяет обыграть фамилию, сохранив итальянскую специфику написания (особое окончание) и расширив ассоциативное поле за счет частичного воспроизведения корня существительного «тошнота» (тошнини).

В. Лапицкий - Экземпляр «Блева» в по-лукоже вонючки и большое золотое кольцо тошнотной формы

Интересно, что В. Лапицкий переводит название произведения «Vomi» аналогично наименованию романа «Paradoxe sur le Déguelis» (Парадокс блева), хотя в данном случае для обозначения явления выделения рвотных масс используется другой контекстуальный синоним - «vomi» (рвота, блевотина). В результате складывается впечатление, что речь идет об одном и том же произведении. Возможно, переводчик сделал это намеренно, чтобы подчеркнуть абсурдность описываемого явления как отдельного предмета исследования и одновременно продемонстрировать, что вне зависимости от названия содержание книги не меняется. Характеристика формы кольца как «тошнотной» является наиболее точным эквивалентом выражения оригинала «en forme de nausée» (в форме тошноты).

М. Голованивская, М. Блинкина-Мель-ник - Экземпляр «Рвотных масс» в обложке из кожи вонючки американской и огромный золотой перстень с тошнотитом

«Полу-вонючка» (буквальный перевод выражения оригинала) заменена на неофициальное название скунса (американская вонючка). Вместо обозначения формы кольца предлагается новое наименование камня -тошнотит: от существительного тошнота с помощью суффикса -ит. С одной стороны, значение суффикса - обладающий в большей степени каким-то признаком - усиливает семантику тошноты, а с другой - обеспечивает фонетическую схожесть с большим количеством наименований камней (кварцит, амазонит, пирит, кальцит, рубе-лит, магнезит, манганит и др.).

Б. Виан - «La Lettre et le Néon», l'étude critique célèbre sur les enseignes lumineuses

Б. Виан обыгрывает настоящее название романа Сартра - «L'Etre et le Néant» (в русском переводе - «Бытие и ничто»). Игра основана на фонетическом сходстве слов, имеющих несовместимое значение, но позволяющих идентифицировать произведение Сартра. Поскольку словосочетание «световая реклама» обозначает одну из форм наружной рекламы, часто размещаемой на неоновых вывесках, оно актуализирует значение слова «neon» (неон), нарушая ассоциативную цепочку, продуцируемую фонетической игрой слов в наименовании произведения.

Л. Лунгина - «Он и неон» - знаменитое критическое исследование светящихся реклам

Л. Лунгина строит фонетическую игру на втором слове «неон», фонетически совпадающего с отрицанием местоимения «он», тем самым отдаляясь от оригинала, но сохраняя сам факт игры и позволяя русскому читателю осознать ее (в сопоставлении с «он»).

В. Лапицкий - «Голос и Логос», знаменитый критический обзор радиосводок погоды

Можно предположить, что В. Лапицкий обыгрывает одно из значений существительного «lettre», которое в религиозном контексте приобретает значение «Послания». Если мы будем трактовать его как «послание Бога человечеству», то употребление существительного «голос», этимология которого восходит к старославянскому «глас», наиболее часто употребляемому в сочетании «глас божий», то его использование оказывается вполне оправданным. «Логос», являясь анаграммой слова «голос», позволяет не только воспроизвести фонетическую игру выражения оригинала, но и одновременно сохранить религиозные ассоциации («логос» - философский термин) и вывести одно из своих основных значений - «слово» - на иной уровень. Таким образом, устанавливается ассоциативная и контекстуально обусловленная связь с выражением «слово божие».

Относительно замены образа «световых реклам» в оригинале на «радиосводки погоды» можно дать лишь субъективное толкование. Возможно, переводчик намеренно вызывает ассоциацию «Голос, произносящий/доносящий сводки погоды», чтобы

усилить контраст между возвышенным (если не религиозным) контекстом наименования произведения Сартра и противоположным толкованием «голоса» во второй части. При поверхностном прочтении подобные ассоциации могут не возникнуть, но глубокое детальное исследование позволяет увидеть в замене образа «световых реклам» оригинала намерение акцентуировать языковую игру.

М. Голованивская, М. Блинкина-Мельник - «Бить или не бить», знаменитое исследование световой рекламы

Название романа воспроизводит фонетическую игру слов, но смещает ассоциативную цепочку с оригинального произведения Сартра «L'être et le néant» на известную фразу Шекспира «Быть или не быть», которая на французском звучит как «Etre ou ne pas être» (глагол «être» фигурирует и в данном контексте, и в упомянутом выше оригинальном названии произведения Сартра).

Проведенный анализ дает возможность определить зависимость между способами передачи языковой игры и полнотой ее репрезентации в тексте перевода. При ориентации на автора, текст-источник по возможности максимально полно воспроизводятся все семантико-стилистические особенности языковых единиц оригинала, репрезентирующие специфику системы мировосприятия автора (en forme de nausée - тошнотной формы (В. Лапицкий)). Данная стратегия позволяет сократить до минимума дистанцию между читателем текста перевода и автором оригинала. Однако неизбежные расхождения в ассоциативно-образных системах двух языков блокируют возникновение специфических национально-культурных ассоциаций, что приводит к возможному непониманию или недооценке фактов языковой игры.

Если для переводчика приоритетное значение имеет принимающая культура, первостепенной задачей становится максимально точная передача прагматического эффекта и смысловых оттенков, создаваемых языковой игрой, что обусловливает замену образа, создаваемого языковой единицей оригинала (например, уже исследованный выше перевод «en forme de nausée» - буквально «в форме тошноты» - как «во вкусе Бенвенуто Тошнини» (Л. Лунгина) и «с тошнотитом» (М. Голованивская, М. Блинкина-Мельник).

Таким образом, читатель текста перевода читателю соотнести механизм создания язы-

значительно отдаляется от автора, но замена ковой игры с системой правил и особенно-

большинства языковых особенностей ориги- стей русского языка и в полной мере оценить

нала средствами русского языка позволяет и ощутить языковую игру оригинала.

Список литературы

1. Косиков Г. К. О прозе Бориса Виана [Электронный ресурс]//Персональная страница Г. Ко-сикова: сайт. URL : http://www.libfl.ru/mimesis/txt/vian.php (дата обращения 08.07.2010).

2. Медведев К. Борис Виан - советский писатель эпохи Ренессанса [Электронный ресурс]// Русский журнал: сайт. URL : http://old.russ.ru/journal/kniga/98-10-03/medved.htm (дата обращения 05.03.2010).

3. Philippe Kohly: interview [Ressource électronique]/chaine télévision Arte : site. URL : http://www. arte.tv/fr/Echappees-culturelles/Hommage--a-Boris-Vian/2673556.html (дата обращения 07.06.2010).

УДК 807

ББК 81. 411. 2

О. В. Ланская

Концепт «дом» как отражение жизни и смерти в романе Л. Н. Толстого «Война и мир»

Статья посвящена исследованию категории пространства в дневниковых записях Л. Н. Толстого. Писатель выделял разные виды пространства: реально-физическое и сакральное, мыслимое и реальное, одухотворённое и не одухотворённое. По Л. Н. Толстому, пространство можно исследовать через такие понятия, как «движение», «направление», «многомерность», «бесконечность» и др. Представления о пространстве основываются на православном видении мира, христианском учении, соотносятся с размышлениями о конкретных явлениях окружающей действительности, с оппозицией «жизнь - смерть», понятиями «единение людей» и «поиски истины».

Ключевые слова: концепт, ключевые слова, лексико-тематическая группа, сема, синтагма.

O. V. Lanskaya

Concept «house» as a reflection of life and death in L.N Tolstoy's novel «War and peace»

The article is devoted to analyse the category of space in L. N. Tolstoy's diary records. The writer divided different kinds of space: real-physical and sacral, conceivable and real, spiritualized and non-spiritualized. According to L. N. Tolstoy space can be investigated by means of such definitions as «movement», «direction», «multidimensionality», «infinity», etc. Space presentatin is based on orthodox world vision, the Christian doctrine and corresponds to thoughts about the concrete phenomena of the surrounding reality and to the opposion «life-death», to the definitions «people uniting « and «the search of thuth».

Keywords: concept, keywords, lexical-thematic group, sema, syntagma.

Концепт «дом» - один из основополагающих концептов языковой картины мира. Актуализируется данный концепт словом дом, другими словами, входящими в лексико-тематические группы «комната», «граница», «семья / люди». При этом концепт «дом» репрезентируется также ключевыми словами, словами-символами, восходящими к оппозиции «жизнь - смерть».

Как известно, рождение и смерть - две величайшие тайны человека. Этой тайне посвящен один из фрагментов романа Л. Н. Толстого «Война и мир». Во 2-ом томе в главах УШ-1Х (часть 1) повествуется

о рождении сына князя Андрея и смерти маленькой княгини. Глава VIII начинается с точного обозначения времени, что зафиксировано синтагмой утром 19 марта после завтрака, которая придаёт повествованию характер документальности: «- Ma bonne amie, - сказала маленькая княгиня утром 19 марта после завтрака» [1; 5, с. 40]. Концепт «дом» в тексте репрезентируется словом дом. К дальней периферии данного концепта относятся слова, входящие в лексико-тематическую группу «комната» (это номинации девичья, кабинет, спальня, официантская, передняя), а также слова, вхо-