Костяные ларцы в светском декоративно-прикладном искусстве Франции XIV века: стилевая типология и заказчик

КОСТЯНЫЕ ЛАРЦЫ В СВЕТСКОМ ДЕКОРАТИВНО-ПРИКЛАДНОМ ИСКУССТВЕ ФРАНЦИИ XIV ВЕКА:

СТИЛЕВАЯ ТИПОЛОГИЯ И ЗАКАЗЧИК

В связи с малой изученностью и известностью рассматриваемых памятников в отечественной искусствоведческой литературе данная тема представляет особый интерес. На примере экспозиций и многих выставок складывается впечатление, что светское средневековое искусство не представлено вообще, так как зачастую выставлены только предметы религиозного культа. Действительно, западноевропейское средневековое искусство было очень религиозным, и в первую очередь представлено в мировом художественном наследии произведениями, в той или иной степени имеющими отношение к католическому культу. Как верно заметил Майкл Камилл: «Мы привыкли видеть средневековое искусство глазами епископов»1. Недаром ведущим видом искусства этого времени была архитектура, в первую очередь храмовая архитектура, которая подчиняла себе скульптуру и другие виды искусства, оказывая на них сильное влияние. Собор являлся не только культовым местом, но и центром общественной жизни. Особенно религиозность в искусстве проявилась в романский период, когда монастыри были центром развития культуры, и главным заказчиком произведений была церковь. Но с XIII в. в Западной Европе начался экономический рост, который был связан и с развитием городов. Город стал центром цехового ремесла и торговли, что послужило расцвету декоративно-прикладного искусства2. Благоприятные экономические условия способствовали росту богатства горожан. В связи с этим заказчиками произведений искусства становится теперь не только

1 Camille М. The Medieval Art of Love. Objects and subjects of desire. London, 1998.

2 Ротенберг Е. И. Искусство готической эпохи. Система художественных видов. М., 2001. С. 123.

церковь, но и знать, придворные и другие зажиточные слои населения. С изменением заказчика усиливается светское начало в искусстве, увеличивается состав предметов декоративно-прикладного искусства. Особенно популярными видами становятся витраж, художественные предметы из металла, ювелирные изделия, керамика, резные изделия из слоновой кости. Непосредственной причиной этому также послужили изменения в культуре быта бюргерских и феодальных слоев общества3. Аристократия, воинская знать хотела облагородить свой быт, эстетизировать жизнь, пытаясь удовлетворить потребность видеть ее более прекрасной, чем это возможно в действительности. При дворах и у знати скапливаются собрания предметов искусства, они порой совершенно бесполезны, но ими наслаждаются как роскошными безделушками, как частью фамильных сокровищ4. Это также связано с тем, что во время крестовых походов западный человек познакомился с культурой ислама и приобрел вкус ко всему редкому и изысканному5. В крупных мастерских начинают заказывать посуду, мебель, оправы для зеркал, сундуки, шкатулки, шахматные доски и шахматные фигуры, различные аксессуары, покрытые чудесными эмалями, пряжки ремней и пояса, кошели.

С середины XIII и весь XIV в. расцветало искусство резьбы по слоновой кости. Продукция мастеров-резчиков пользовалась очень большой популярностью. Костяные изделия как светского, так и религиозного назначения изготавливались в большом количестве. Этот материал пользовался большим спросом из-за своей податливости, благородства и изысканности, которые очень ценились и мастерами, и заказчиками. Таких изделий сохранилось намного больше, чем предметов других видов художественного ремесла как, например, ювелирных изделий. Во времена войн, голода и других бедствий золотые и серебряные изделия светского обихода переплавлялись в звонкую монету, и поэтому до нас дошло очень мало предметов ювелирного искусства. Всего произведений из слоновой кости периода с XIII по XV в. насчитывается примерно полторы тысячи6. Около четверти составляют предметы светского искусства — ларцы для

3 Там же. С. 124.

4Хейзинга Й. Осень средневековья. М., 1988. С. 122.

5Даркевич В. П. Путями средневековых мастеров. М., 1972. С. 154.

6 Крыжановская М. Я. Костяной ларец XIV века и родственные ему памятники в собрании Государственного Эрмитажа // Культура и искусство западноевропейского средневековья. Материалы научной конференции. М., 1981. С. 277.

драгоценностей, коробочки для зеркал, рукояти ножей, таблички для письма, игровые фишки, шахматные доски и фигуры. Об их принадлежности к светскому обиходу можно судить и по тематике сюжетов, которые их украшают. В основном это сюжеты из куртуазных рыцарских романов, различные галантные сцены, взятые из повседневной жизни. Благодаря большему количеству дошедших до нас памятников и лучшей сохранности, изделия из резной кости наиболее полно отражают общие стороны развития позднесредневековой культуры. Популярные в Средние века сюжеты, которые являются неким отражением вкусов и нравов людей той эпохи, наиболее полно и подробно представлены в декоративном оформлении именно ларцов из слоновой кости.

В работе рассматриваются костяные ларцы французских мастеров XIV века. По мнению многих исследователей, в первую очередь самого крупного — Раймона Кехлина, главным центром производства предметов из слоновой кости была Франция, а точнее — Париж, и наибольшего расцвета это ремесло достигло в первой половине XIV в., когда поставка слоновой кости из Африки и Азии достигла пика. С этим временем совпал и расцвет восточных прибрежных поселений Африки, откуда в основном и шла слоновая кость7. С середины XIV в. производство костяных изделий резко снижается в связи со Столетней войной (1337-1453). По причине недоступности на рынке в XV в. слоновой кости производство изделий из этого материала практически исчезает или заменяется на кость домашних животных.

Особое внимание при изучении костяных ларцов необходимо уделить особенностям стилистики и декоративного оформления. Мы увидим, что изображения, которыми украшались светские костяные ларцы, знакомят нас с сюжетами средневековой литературы, давая представления о духовной культуре и быте общества того времени, о вкусах и нравах заказчика. Изучение декора костяных ларцов также позволяет проследить синтез различных видов искусства в Средние века — литературы, архитектуры и декоративно-прикладного искусства, а также показать взаимосвязь заказчика и произведения искусства.

Будет подробно рассматриваться каждый тип костяных ларцов, иконография сюжетов, которые их украшают, система расположения сцен, а также назначение костяных ларцов, которое может помочь определить

7 Barnet P. Images in ivory: Precious objects of the Gothic Age. Princeton University Press, 1997. P. 3-4.

заказчика данных изделий. Каждый сюжет рассматривается на примере нескольких памятников из различных музеев и частных коллекций как Европы, так и Северной Америки. Светские изделия из кости представляют собой большой интерес для изучения, так как они не получили достаточного освещения в отечественной литературе. Однако необходимо упомянуть об Альфреде Николаевиче Кубе, русском ученом, который издал в 1921 г. путеводитель по отделению Средних веков Государственного Эрмитажа, в котором имеется небольшая статья о слоновой кости8, а уже в 1923 г. он выпустил небольшой труд, посвященный отдельно резной кости9. Нельзя не сказать о каталогах и статьях Марты Яновны Кры-жановской. Особого внимания заслуживает ее статья, посвященная анализу костяного ларца XIV в. и родственных ему произведений из собрания Государственного Эрмитажа10. Главная заслуга в области изучения готической резной кости принадлежит исследователю Раймону Кёхлину (1860-1931). Его основной труд, посвященный готической французской резной кости, был издан в трех томах в 1924 г.11 Зарубежные исследователи второй половины XX в. выпустили немало книг, посвященных французской резной кости, технике резьбы по кости, парижским мастерским, отдельным произведениям из слоновой кости, а также сюжетам из рыцарских романов, использовавшимся в украшении изделий из резной кости. Однако отечественных исследований, посвященных конкретно произведениям французской готической резной кости, нет. Имеются лишь отдельные статьи или главы, являющиеся частью трудов, посвященных средневековому декоративно-прикладному искусству или истории западноевропейской резной кости на протяжении нескольких веков. За последние годы вышло несколько статей и книг, где упоминается о средневековых костяных изделиях, в том числе и о ларцах12.

8 Кубе А. Н. Путеводитель по отделению средних веков и эпохи Возрождения. Государственный Эрмитаж. Петербург, 1921.

9 Кубе А. Н. Резная кость. Каталог. Государственный Эрмитаж. Л., 1923.

10 Крыжановская М. Я. Костяной ларец XIV века... С. 277.

11 Koechlin R. Les ivories gothiques franjais. 3 vols. Paris, 1924.

12 Guerin Sarah M. Ivory Carving in the Gothic Era, 13th-15th centuries // Heilbrunn Timeline of Art History. New York: The Metropolitan Museum of Art, 2000 (URL: http://www.metmuseum.org/toah/hd/goiv/hd goiv.htm (May 2010)); Ivoires medievaux V-XV siecle. Catalogue Musee du Louvre. Departement des objets d’art. Paris, 2003; Cherry J. Medieval Love Poetry. The British Museum. London, 2005.

Перед тем как перейти к подробному рассмотрению и анализу стилистического и декоративного оформления ларцов, стоит кратко рассказать об их форме, композиции и системе украшения. Большинство ларцов второй половины XIII-XIV в. были четырехугольной продолговатой формы, как практически все те, что дошли до нас. Обычно французские костяные ларцы состояли из шести костяных пластин. Все, кроме нижней, покрыты изображениями, исполненными в низком рельефе. Верхняя, передняя и задняя пластины, как правило, разделены на четыре компар-тимента. Металлические скобы, которые скрепляют части ларца, часто служат некими границами, отделяющими сцены друг от друга. Обычно каждый сюжет заключен под готическую арку, либо вписан в квадрифо-лий, а иногда сцены располагались друг над другом.

На передней панели ларца располагается замок, который иногда украшался гранатами, а на крышке ларца — ручка, часто выполненная в виде голов животных, символическое назначение которых заключается в охране собственности своего хозяина. Оправа ларца часто изготавливалась из драгоценных металлов, обычно из серебра, и покрывалась гравировкой в виде различных растительных мотивов, или декорировалась жемчугом, а завершение скобы в том месте, где она прикреплялась при помощи маленького гвоздя к костяной панели, было украшено цветком лилии или розы. Сейчас, к сожалению, многие оправы заменены на новые. Внутри ларцы могли быть подбиты шелком или сукном. Так, в инвентаре сокровищницы аббатства Гранмон от 1496 г. указан костяной ларец, подбитый шелком или сукном зеленого цвета, а в описях герцогини Валентинуа от 1514 г. отмечены ларцы, подбитые темно-красным и темно-зеленым бархатом13.

Часто поверхность ларцов покрывалась растительным орнаментом в виде различного вида розочек и трилистников. Причудливо переплетающиеся ветки различных растений обычно украшают металлические скобы14, часто завершающиеся цветками лилий15. Как мы знаем, лилия во Франции была эмблемой королевской власти, а также символом Девы Марии. Иногда металлические скобы могли быть украшены изображением птиц. Наряду с растительным орнаментом, ларцы часто были украшены различными архитектурными формами, в чем ярко прослеживается

13 Koechlin R. Les ivories gothiques franjais... Vol. I. P. 475-477.

14 Ibid. Vol. II. P. 453-454. № 1285.

15 Ibid. P. 463-464. № 1310.

синтез архитектуры с пластикой малых форм — предметами декоративноприкладного искусства. Элементы декора готической архитектуры, такие как трехлопастные окна, четырехлопастные розетки часто встречаются в резном украшении костяных ларцов. Но наряду с ними и сами архитектурные формы, такие как стрельчатые арки, вимперги, превращаются в орнаментальные мотивы. Многие сцены и персонажи на ларцах изображены в нишах стрельчатых арок, под вимпергами — высокими остроконечными фронтонами. Вимперги украшаются ажурной резьбой в виде четырехлопастных розеток или трилистников и завершаются крестоцве-тами, по краям их декорируют краббами16.

На примере костяных ларцов XIV в. можно убедиться наглядно в тяготении резчика по кости к развернутой системе повествования, с одной стороны, выражающейся в использовании многосоставных композиций и тематических циклов, а с другой — в подробном показе действия в сценах со значительным количеством персонажей17. При украшении светских ларцов мастера часто очень близко следовали тексту романа, пытаясь изобразить почти все эпизоды истории на ларце, для чего иногда располагали сцены в два ряда друг над другом. Самыми популярными сюжетами, украшающими ларцы, были сюжеты из рыцарских романов, которые, возникнув в конце XII в., к XIV в. были распространены уже достаточно широко. Рыцарская литература проистекала из устных традиций трубадуров и менестрелей Бретани и Южной Франции, чьи романтические рассказы привлекали внимание публики по всей Европе. Выдающийся мастер средневекового романа Кретьен де Труа начал фиксировать устные рассказы на пергаменте около 1164 г., и уже к середине XIII в. цикл о короле Артуре и другие романы были в широком обороте в Европе, особенно во Франции, Испании, Италии и Германии. Около 1120 г изображение рыцарей короля Артура были уже вырезаны на архивольте Моденского собора18, а на кельнском костяном ларце, датируемом около 1200 г., были изображены Тристан и Изольда19. Развитие и популярность рыцарской литературы стали важнейшим фактором, повлиявшим на рас-

16 Соколова Т. М. Орнамент — почерк эпохи. Л., 1972. С. 21.

17 РотенбергЕ. И. Искусство готической эпохи. С. 127.

18 Randall R. Popular Romances Carved in Ivory // Images in Ivory / P. Barnet. Princeton: Princeton University Press, 1997. P. 63.

19 Loomis R. Sh., Loomis L. H. Arthurian Legends in Medieval Art. New York, 1938. P. 43.

пространение светских сюжетов в предметах декоративно-прикладного искусства, в частности и в резной кости.

Самыми популярными источниками для украшения ларцов были романы о Тристане и Изольде, Кастелянше из Вержи, различные истории о подвигах рыцарей короля Артура, истории античного мира — об Александре Великом, Аристотеле и Филлис, Пираме и Фисбе, а также «Фонтан Юности». Другим источником сюжетов, украшающих поверхность костяных ларцов, была повседневная жизнь Средневековья. Так, например, на ларцах можно видеть сцены охоты, рыцарских турниров, музыкальных концертов, игры в шахматы, галантные сцены, сцены ухаживаний и разговоров между влюбленными20.

Чаще всего встречаются так называемые композитные (составные) ларцы, то есть декорированные сюжетами из разных романов и легенд. Однако иконография некоторых сцен на таких изделиях не всегда может быть ясна. В случае же с ларцами, посвященными одному роману, определение сцен обычно не представляется сложной задачей. Рельефы, иллюстрирующие эпизоды романа, расположены в определенном порядке, позволяющем без особых затруднений «прочитать» сюжеты. Таких ларцов известно немного.

Также встречаются редкие экземпляры ларцов, на которых сцены светского характера соседствовали с религиозными сюжетами. Таким примером может служить ларец с изображением сцен из истории Персеваля и четырьмя святыми на крышке21. Этот памятник является единственным в своем роде изделием из резной кости, иллюстрирующим историю Персеваля. Сцены развертываются на боковых сторонах и близко следуют тексту первых эпизодов из романа Кретьена де Труа «Персеваль, или Повесть о Граале». Цикл начинается со сцены на боковой стороне ларца, где Персеваль одетый в трико и колпак — шаперон, с луком в руках, встречается с тремя рыцарями, которых он принимает за ангелов. За этой сценой следует сюжет, представляющий разговор Персеваля с матерью, ее обморок, так как сын покидает ее, дорога Персеваля, и описание того, как он украл поцелуй молодой девушки, заснувшей под навесом палатки. На другой боковой панели Персеваль на лошади въезжает в зал, где Король Артур, королева Гиневра и рыцари Круглого стола сидят за столом. В конце Персеваль борется с рыцарем, который украл

20 RandallR. Popular Romances Carved. P. 64.

21 Koechlin R. Les ivories gothiques franjais. Vol. II. P. 463-464. № 1310.

169

чашу королевы. Он убивает рыцаря и надевает его доспехи. Крышка этого ларца украшена сюжетами, отличающимися от описанных выше и по иконографии, и по композиции. На крышке представлено четверо святых — слева Святой Христофор, переходящий реку с младенцем на руках, затем Святой Мартин на лошади, Святой Георгий, убивающий дракона, и Святой Юбер, стоящий на колене в молитвенной позе рядом с оленем, между рогов которого можно видеть голову Христа22. Святые изображены под готическими арками, украшенными краббами и кре-стоцветом, и над ними можно видеть трилистники и четырехлистники. Можно предположить, что изображенные на данном ларце святые являлись небесными покровителями заказчика.

Если ларец со сценами из истории Персеваля являлся уникальным, и аналогов ему не найдено, то в основном ларцы были почти идентичны по своему декоративному оформлению и зачастую отличались только некоторыми сюжетами, манерой исполнения и качеством резьбы мастера.

Большинство дошедших до нас ларцов представляют собой композитный, то есть составной тип ларца, который украшен сюжетами из историй о рыцарях Короля Артура, античного мира и Ближнего Востока. Раймон Кёхлин приводит в пример семь композитных ларцов23. Исследователи, объединяя композитные ларцы в одну группу на основании ряда одинаковых признаков и датируя их первой половиной XIV в., предполагают их происхождение из одной мастерской24. Аргументом в пользу этого предположения является несомненное иконографическое и стилистическое сходство композиций рельефов. Различие в мельчайших деталях при неизменности основных элементов композиции может быть отнесено на счет индивидуальности мастера.

Ларец из слоновой кости из галереи Уолтерс в Балтиморе является типичным примером составного типа ларцов25. На крышке этого ларца представлены три различных сюжета: сцена рыцарского турнира, сцена шуточного турнира между женщинами и рыцарями и сюжет «Осады Замка Любви»26, излюбленной аллегории рыцарской любви. Турнир,

22 Ibid. P. 463.

23 Ibid. № 1281, 1282, 1283, 1284, 1285, 1286, 1287.

24 Dalton O. M. Two medieval caskets with subjects from Romance // Burlington Magazine. 1904. Vol. V. P. 299-309.

25 Koechlin R. Les ivories gothiques franjais. Vol. II. P. 449-451. № 1281.

26 Жизнеописания трубадуров. М., 1993. C. 547.

представленный на двух центральных компартиментах крышки, был публичной демонстрацией мужской доблести и представлял развлечение для широкой публики. На этих панелях изображено два рыцаря в шлемах и доспехах, с щитами, нападающих друг на друга с длинными копьями на турнирной арене. На деревьях по краям этой сцены сидят два герольда, возвещающие фанфарами о начале турнира, над ними на украшенном яркими тканями и коврами балконе стоят девять зрителей, наблюдающих за соревнованием. Справа от сцены турнира представлена сцена шуточного юмористического поединка, где две женщины соревнуются с рыцарями. Они вооружены ветками роз, символом отказа в Средние века, в то время как мужчины держат ветки с дубовыми листьями, издревле символом плодовитости и плодородия.

На левой части крышки ларца представлена сцена осады Замка Любви, где рыцари нападают на крепость любви. Их оружием являются розы, которые они запускают посредством катапульт и арбалетов. Дамы же бросаются розами в атакующих, им также помогают лук и стрелы Бога Любви.

Истории, изображенные на фронтальной панели с замком, пришли из античного мира и с Востока. Первая из двух сцен представляет Аристотеля, обучающего и наставляющего молодого Александра Великого быть осторожным с женщинами и внимать его урокам. Аристотель знал о том, что Александр был очарован одной юной особой по имени Филлис, но учитель никогда не видел эту молодую девушку. Вскоре после этого Аристотель встретил Филлис и был поражен ее красотой настолько, что упал на колени и предложил ей свою любовь. Она презрительно отреагировала на него, но в доказательство его любви потребовала, чтобы он позволил ей проехаться на его спине верхом. Он согласился и водрузил Филлис на свою спину, Александр наблюдал происходящее со стены замка, довершая тем самым сцену унижения своего учителя.

Если история об Аристотеле повествует о старости и любви, то следующая история, изображенная на этой панели, рассказывает о молодости и любви. В следующих двух сценах представлена история «Фонтан Юности», восточная легенда, ставшая популярной благодаря книге XIV в. «Приключение Сэра Джона Мандевиля». В первой сцене бородатые старики совершают паломничество с костылями к фонтану юности, воды которого способны вернуть молодость. Сам фонтан изображен в виде урны с раскрытыми львиными пастями, из которых бьют струи волшеб-

ного источника. А на второй створке они уже купаются в фонтане, и снова молодеют, наблюдая за прекрасной девой, купающейся среди них.

Этот контраст сюжетов переносится и на левую боковую часть ларца, где сцены, представляющие встречу Тристана и Изольды и захват единорога, соседствуют на одной панели. В первой сцене, взятой из Арту-ровского цикла, представлена тайная встреча под деревом Тристана и Изольды. Королю Марку было доложено об этой встрече его сенешалем, и он спрятался на дереве, чтобы проследить за влюбленными. Тристан с Изольдой заметили отражение лица короля в воде фонтана, и сразу же начали говорить о короле Марке и о мыслях Тристана покинуть двор. Марк, услышав это, успокоился и перестал думать об их неверности ему.

Соседняя история о Единороге, из бестиария, единственная неразрывно связана с понятием девственности. Деву приводят в лес, единорог подчиняется и кладет голову ей на колени. Только тогда появляется охотник и убивает животное. Единорог животное столь свирепое и столь быстрое, что ни один человек не может его поймать. Только в присутствии девы единорог становится тихим и ручным, что и приводит его к гибели.

Задняя панель продолжает цикл историй о рыцарях Короля Артура. В первой сцене представлено сражение рыцаря Говена со львом. В следующем эпизоде Ланселот в поисках похищенной королевы Гиневры встречает на пути стремительный поток, через который он переправляется на другой берег, сделав мост из своего меча. В третьей сцене вновь изображен Говен. В конце своего путешествия он находит замок, к его удивлению, никем не занятый. Остановившись там на ночь, он засыпает на роскошной кровати и остается в живых только благодаря своему щиту и доспехам, которые спасают его от летящих сверху копий. Затем Говен снимает заклятие с замка, откуда навстречу ему выходят три девушки, приветствуя своего освободителя. Важно отметить, что в сцене с Ланселотом, где резчик также изобразил дождь из копий, его не должно быть. Эта ошибка, должно быть, была увековечена в рисунке или модели к ларцам, так как она встречается на всех подобных ларцах и нигде не была исправлена. Возможно, этот прием был использован для того, чтобы уравновесить эту сцену с соседней.

На правой боковой панели представлена еще одна история рыцарей короля Артура. На этой сцене изображено одно из приключений Сэра Галахада, сына Ланселота, отправившегося на поиски Святого Грааля.

Проезжая через дремучий лес, он встречает семерых наглых и самоуверенных рыцарей, которых убивает одного за другим. Продолжая свой путь, он приходит в замок, ключи от которого ему передает сенешаль, находит множество благородных девиц, заточенных здесь уже много лет, и освобождает их. На панели как раз представлена сцена встречи Гала-хада с сенешалем у замка. Фигуры на этой панели проработаны очень детально и отличаются достаточно большими размерами.

Ларец польской королевы Ядвиги (1371-1399) также входит в группу композитных ларцов27. Но он отличается некоторыми сценами от описанного выше экземпляра из галереи Уолтерс. На его передней панели вместо сцены «Фонтана Юности» представлена античная история влюбленных Пирама и Фисбы. Фисба, пришедшая на свидание первой, увидев львицу с окровавленной мордой, прячется на дерево, обронив свое покрывало. Появившийся позднее Пирам видит разорванное покрывало возлюбленной, и решив, что она погибла, закалывается. Вернувшись, Фисба находит тело Пирама и, не желая пережить его, убивает себя тем же мечом28. Интересно отметить, что фонтан, изображенный в сцене «Фонтана Юности» и в истории Пирама и Фисбы одной и той же формы.

Одна из боковых сцен на крышке этого ларца отличается от сюжета, изображенного на крышке ларца из Балтимора. Вместо сцены шуточного поединка между женщинами и рыцарями здесь изображены рыцарь и дама, сидящие верхом на лошади у стен замка. Скорее всего, они уже заключили перемирие. Ниже, под каменными арками моста, они уже сидят на лодке, управляемой слугой.

Существует предположение, что в подборе изображений на костяных ларцах XIV в. может быть выявлена определенная логическая последовательность29. Соединение на одном предмете совершенно разных по содержанию сцен обусловлено не случайным выбором мастера, но следованием определенной схеме, отвечающей требованиям дидактики, которая лежит в основе всего средневекового искусства. Сцена осады замка, которая обычно изображается на крышке ларца, служит своего рода введением, в котором в общих чертах излагается сущность любви, по своей природе экспансивного чувства, следующего законам чести и в победе, и в поражении.

27 Koechlin R. Les ivories gothiques franjais... Vol. II. № 1285.

28 Ibid. P. 453-454.

29 Dalton O. M. Two medieval caskets. P. 307.

173

Передняя панель с замком, занимающая второе по важности место, является предостережением, особенно выразительным благодаря контрастности изображенных сцен. Напоказ выставлены неприглядные качества человека, подверженного бесконтрольной страсти, которая способна лишить рассудка даже мудрейшего философа, как в сцене с Аристотелем и Филлис.

Но любовь не только кружит головы, она может вдохновить и на величайшие подвиги. Рельефы задней панели ларца дают примеры рыцарской доблести, которая не остановит его ни перед диким свирепым животным, ни перед мрачными опасностями заколдованного замка. Однако за героическими подвигами скрывается еще одно предостережение. Не только старый философ может стать жертвой коварства любви, но и смелый рыцарь. Так, например, поддавшись ревности, старый король Марк оказывается на дереве, подглядывая оттуда за сценой свидания Тристана и Изольды. Заканчивается своеобразное «рассуждение о Любви» эпизодом легенды о Единороге, в котором в аллегорической форме изложены главные выводы. Каждый должен иметь перед глазами чистый идеал, так как только истинная чистота, избежав всех опасностей, которыми грозит земная страсть, может стать достойным сосудом для Божественной Любви.

Если приведенные выше примеры ларцов и другие пять идентичных им памятников, рассматриваемых Р Кёхлиным, были украшены похожим набором сюжетов, то существуют примеры ларцов, где состав сюжетов отличается. В этом можно убедиться, рассмотрев ларец из собрания Государственного Эрмитажа30. На крышке изображен уже знакомый нам сюжет — поединок двух рыцарей. Справа и слева представлены сцены, где дамы венчают коленопреклоненных рыцарей шлемами, каждый из которых увенчан своим символом. Сцены обрамляют стрельчатые арки, а в четырехлистных медальонах представлены изображения голов юношей и девушек.

На передней панели представлены эпизоды истории Тристана и Изольды. Первый эпизод встречи влюбленных под деревом в саду мы уже видели на ларцах, рассмотренных выше, а остальные три, по атрибуции Роджера Лумиса, являются редкой иллюстрацией анонимной старофранцузской поэмы конца XII в. «Тристан-Юродивый»31. Среди памят-

30 KoechlinR Les ivories gothiques franjais. Vol. I. P. 497; LoomisR. Sh., LoomisL. H. Arthurian Legends. № 91.

31 Ibid. P. 28.

ников резной слоновой кости это единственный известный нам пример. Небольшая поэма повествует о том, как переодевшись юродивым, Тристан проникает в замок Марка, чтобы встретиться с Изольдой. Сначала Тристан, которого мы узнаем по характерной прическе — на остриженной наголо голове оставлен лишь крест из волос32, предстает перед королем, затем — перед Бранжьеной и придворными дамами, и наконец, он заключает Изольду в свои объятия.

На задней панели ларца изображены по бокам две галантные пары, и в центре две сцены, на которых представлены популярные в Средние века игры. На одной из сцен — игра «в горячую руку»: один из играющих отворачивается или прячет голову в складках платья дамы, и старается угадать, кто именно хлопнул его по спине. На соседней сцене перед зрителем предстают дама и кавалер, играющие в шахматы. Очевидно, что главной темой проходящей через все рельефы этого ларца, является тема куртуазной любви, однако выявить единую программу, объединяющую сюжеты этого ларца в определенном порядке, очень трудно.

Как было сказано выше, составных ларцов сохранилось больше всего, что, видимо, было связано с их популярностью на фоне остальных видов. Но несмотря на это, сохранилось несколько ларцов, декоративное украшение которых посвящено одному роману. В основном это ларцы, украшенные рельефами с эпизодами из романа о Тристане и Изольде и популярного в Средние века французского романа «Кастелянша из Вержи». Примеры ларцов на такие сюжеты очень интересны и представляют собой уникальные памятники.

Отдельные сюжеты из истории любви Тристана и Изольды — такие как тайная встреча в саду у фонтана, игра в шахматы, Тристан-юродивый — мы встречали, рассматривая композитные ларцы. Но сохранился лишь один ларец из слоновой кости, который полностью украшен рельефами со сценами из романа о Тристане и Изольде33. Этот памятник хранится в собрании Государственного Эрмитажа и представлен в виде пяти костяных панелей, не скрепленных между собой. В изделиях французской готической кости это единственный известный нам случай, когда иконография романа представлена достаточно полно.

32 БедьеЖ. Роман о Тристане и Изольде. М., 1985.

33 Koechlin R. Les ivories gothiques franjais... Vol. II. P. 465. № 1311; Крыжанов-ская М. Я. Костяной ларец XIV века. С. 277-288.

Легенда о Тристане и Изольде была распространена с XII в. в многочисленных вариантах на основных западноевропейских языках. Во Франции наибольшей популярностью пользовался стихотворный вариант Беруля, который и послужил источником для эрмитажного ларца34.

Каждая сцена вписана в пространство квадрифолиев, которые расположены по два на крышке, передней и задней панелях, и по одному на боковых. На длинных пластинах и на крышке квадрифолии посередине разделены вертикальными линиями, по которым, вероятно, проходили железные скобы, скреплявшие ларец. Композиционное решение рассматриваемого памятника несколько необычно и не встречается больше ни в одном из известных примеров. Чаще всего изображение на ларцах разбито на более мелкие сцены, заключенные либо в четырехугольные рамки, либо в восемь небольших квадрифолиев на каждой длинной панели, а не в два, как на данном экземпляре.

Будучи ограниченным поверхностью ларца, художник должен был представить историю Тристана и Изольды на небольшом пространстве, с чем он прекрасно справился. Сцены, избранные для иллюстрации романа, достаточно полно передают его содержание, в то же время опуская все незначительное. Поставленная задача требовала от мастера лаконичности и предельной выразительности.

Наряду с Тристаном и Изольдой не менее популярным был роман «Кастелянша из Вержи», созданный в XIII в., который украшает поверхность светских костяных ларцов XIV в. Здесь перед нами также любовная история, кончающаяся трагически. Кастелянша из Вержи, племянница герцога Бургундского, и рыцарь его двора любят друг друга, но вынуждены скрывать свою связь, поскольку дама замужем. Встречаются герои непременно тайно, не доверяясь даже никому из слуг. Кастелянша специально дрессирует маленькую собачку, которая дает знать рыцарю, что ничто не угрожает их свиданию. Герцогиня, жена герцога Бургундского, в свою очередь пытается добиться любви рыцаря, но получив решительный отказ, жалуется мужу, что тот хотел ее соблазнить. Юноше удается оправдаться перед герцогом, открыв ему тайну своей любви. Узнав об этом, герцогиня решает отомстить влюбленным. На придворном празднике она дает понять Кастелянше из Вержи, что знает о ее любовной связи, и та, решив, что возлюбленный ее предал, падает замертво от горя.

34 Крыжановская М. Я. Костяной ларец XIV века. С. 285-286.

176

Узнав об этом, рыцарь закалывается возле ее тела. Герцог, видя все это, убивает жену тем же кинжалом, а сам вступает в орден тамплиеров и покидает Бургундию35.

Важно отметить, что только на костяных ларцах можно видеть визуальное изображение этой истории. Ничего неизвестно о других видах изделий из кости или других материалах, которые бы были украшены сценами из этого романа36.

В качестве примера можно рассмотреть ларец из слоновой кости, датируемый 1320-1340 гг., из коллекции музея Метрополитен в Нью-Йорке37.

Известно шесть ларцов, иллюстрирующих эту историю, и три отдельных костяных панели38. В Лувре хранится прекрасный образец ларца, украшенного сценами из романа «Кастелянша из Вержи»39, который сохранил подлинную серебряную оправу, а также крышка костяного ларца40 с сюжетами на эту тему, идентичная ларцу из Метрополитен музея, который рассматривался выше. Два ларца, также посвященные этому роману, из коллекции Британского музея41 и из коллекции археологического музея в Милане42, значительно отличаются по декоративному оформлению сцен от предыдущих образцов. На ларце из Британского музея все сцены заключены в квадрифолии, тогда как на ларце из Лувра и из музея Метрополитен только две парные боковые сцены на крышке вписаны в квадрифолии. Ларец из музея в Милане еще более изысканно выполнен. Сцены, украшающие крышку ларца, заключены в квадрифолиях, а на боковых панелях сцены разворачиваются под стрельчатыми арками.

Все эти ларцы датируются первой половиной или серединой XIV в. Рельефы столь скрупулезно следуют тексту, что кажется вполне правдоподобным предположение Кёхлина43, что источником изображений мог

35 CherryJ. Medieval Love Poetry. P. 64.

36 Barnet P. Images in ivory. P. 242.

37 Ibid. № 63.

38 Koechlin R. Les ivories gothiques franjais... Vol. II. № 1301-1309.

39 Ivoires medievaux V-XV siecle. P. 419-421. № 175.

40 Koechlin R. Les ivories gothiques franjais... Vol. II. № 1301.

41 CamilleM. The Medieval Art. P. 102. № 87.

42 Martini L., Rizzardi C. Avori Bizantini e Medievali nel museo nazionale di Ravenna. Ravenna, 1990. P. 53.

43 Koechlin R. Les ivories gothiques franjais... Vol. I. P. 510.

быть ныне утраченный иллюстрированный манускрипт. У мастеров декоративно-прикладного искусства довольно часто практиковалось заимствование композиций из уже имеющихся иллюстраций интересующего их сюжета.

Наряду с популярными романами в украшении поверхности светских костяных ларцов очень распространены были различные сюжеты из окружающей жизни средневекового человека. Раймон Кёхлин представляет десять ларцов с такими сюжетами, датируемых XIV в.44 Они украшены сценами танца, игры в шахматы, музыкальных концертов, охоты, соколиной охоты, сценами любовных бесед. Наиболее часто встречается единая схема расположения и украшения подобных сцен на костяных ларцах. Эту схему можно наглядно рассмотреть на примере ларца первой половины XIV в. из собрания Лувра45. Крышка ларца разделена на четыре сцены, в которых представлены влюбленные пары, ведущие галантные беседы. Каждая сцена обрамлена стрельчатой аркой. Боковые и передняя панели ларца из Лувра заняты изображениями влюбленных юношей и девушек, ведущих беседы, флиртующих друг с другом, судя по жестам и позам персонажей. На задней панели представлена сцена отъезда на охоту. По центру плакетки изображены юноша и девушка верхом на лошадях. За ними идут двое слуг, несущих копья. Мотив охоты, а также соколиной охоты, был очень популярен среди средневековых мастеров при украшении светских изделий из слоновой кости, особенно ларцов и крышек для зеркал.

На светских костяных ларцах можно встретить изображения занятий спортом. Так, на боковой панели ларца из Лувра46 представлены четыре девушки, одна из которых держит ракетку в руках. Остальные девушки аплодируют ей, или, возможно, готовятся к ловле мяча. Размеры рук преувеличены, что характерно для манеры средневекового мастера.

Часто среди сцен, украшающих такого типа ларцы, можно встретить изображения музыкальных концертов или игры на каких-либо инструментах. На задней панели ларца из Берлина47 изображен юноша, играющий на органе, а рядом молодая пара, взявшаяся за руки, скорее всего, запечатлена в танце. Еще один сюжет с изображением игры на органе

44 Ibid. Vol. II. № 1261-1270.

45 Ibid. P. 440, 441. № 1261.

46 Ibid. P. 444. № 1268.

47 Ibid. P. 443. № 1267.

встречается на ларце из частной кельнской коллекции. На его боковой панели48 изображена девушка, играющая на органе, который расположен на лежащем льве. Эта сцена является уникальной и единственной в своем роде. Она больше не встречается ни на одном памятнике.

Рассмотрев сюжеты, украшающие ларцы из слоновой кости XIV в., можно смело утверждать, что все они были проникнуты понятием «куртуазная любовь», которое было столь популярно в Позднее Средневековье и было идеалом рыцарской культуры. Подвиги рыцарей, турниры, любовные беседы, игры, сцены танцев и флирта направлены на достижение одной цели — достижения любви. Сюжеты на рельефах ларцов, таким образом, указывают на светское назначение подобных предметов, которые были, вероятнее всего, подарками возлюбленного даме своего сердца.

Средневековая куртуазная культура придавала большое значение процессу ухаживания рыцаря за своей возлюбленной. Выражением нового идеала становится любовь к Даме. Важная роль в период предварительного ухаживания, а также при заключении брачного союза, отводилась подарку. Не только рыцарской доблестью и изящными манерами, но также дорогими дарами влюбленный мог добиться благосклонности дамы и завоевать ее любовь. Несомненно, соблазнить любую женщину могли косметические принадлежности, парфюмерия и предметы дамского туалета49.

Именно предметы дамского туалета и аксессуары, такие как зеркальца, ремни, кошельки, гребни и различного вида шкатулки, сундучки и ларцы из разных материалов, среди которых немецкие деревянные шкатулки, большие обитые медными пластинами ларцы из Каталонии, сундучки из тисненой кожи, работы мастеров из Фландрии или Фран-ции50, определяются историками как «свадебные подарки». Французские изделия из резной слоновой кости — ларцы, зеркальца, гребни — занимают в данном ряду особое место. В Средние века этот материал ценился чрезвычайно высоко, и, следовательно, был предпочтительным для особо торжественных случаев. Обычно в ларцах невесте отправлялась часть приданого. Свадьба в Средние века, которая рассматривалась как выгодный «товарообмен», не обходилась без дорогих подарков. Из «Толкового

48 Ibid. P. 442. № 1265.

49 Camille М. The Medieval Art. P. 51-52.

50 Ibid. P. 65-71.

словаря» Виолле-ле-Дюка мы узнаем подробности этого обряда: «У германцев существовал обычай, по которому приданое в дом приносил супруг, а не супруга. Такая практика делала жену своеобразной покупкой семьи мужа, — она целиком попадала в зависимость от него. У франков этот обычай известен еще во времена историка Григория Турского»51.

Жених из рыцарской среды был обязан обеспечить будущую супругу всем необходимым, что должно окружать настоящую даму. Сатирический перечень расходов на свадьбу дворянина, из которого мы узнаем, что интересующие нас предметы входили в состав приданого, дает владелец замка Фим Эсташ Дешан. Среди требований дамы к жениху — огромное количество предметов туалета:

Гребень получше мне нужен еще,

Зеркало, чтоб я смотрелась в него,

Из кости слоновой ты мне подари;

С футляром, красивым снаружи, внутри И на цепочке из серебра..

Я еще не сказала тебе, что нужны сундуки и ларцы,

И они не должны быть пусты.

Сочинение заканчивается полезным советом пожелавшему вступить в брак:

Каких расходов стоит брак,

Я записал, чтоб тот прочел дурак,

Кто вдруг жениться вздумал52.

Популярность ларца как свадебного подарка может объясняться его символическим значением. Шкатулка, открывающаяся и закрывающаяся, имеющая внешнюю поверхность и внутреннее пространство, часто содержащее драгоценности, открывала возможность проведения параллелей с неприкосновенностью женского тела, доступного только своему законному владельцу — мужу53. Символическое значение ларца можно рассмотреть также с другой стороны. Даря ларец, юноша тем самым говорит девушке, что в нем находится его счастье, а она несет ключ от него. В одном из произведений Кретьена де Труа герой, отвергнутый своей воз-

51 Виолле-ле-Дюк Э. Э. Жизнь и развлечения в средние века. СПб., 1999. C. 121.

52 Там же. С. 85-89.

53 Camille М. The Medieval Art. P. 65.

любленной, возвращается в другом обличии и говорит ей: «Дева, вы храните ключ и у вас есть ларец, в котором заперто мое счастье»54.

Чаще всего дамы, получив в дар ларцы, использовали их для хранения украшений. Они были достаточно маленького размера. Судя по сохранившимся образцам, их стандартные размеры не выходили за пределы двадцати пяти сантиметров55. Помимо украшений в ларцах могли храниться письма или какие-либо другие ценные вещи. Примеры такого использования мы находим в рыцарских романах. После того как Ланселот был отравлен, его локоны были отправлены королеве Гиневре в костяном ларце. Иногда в таких ларцах хранились игровые фишки, как, например, у Шарлотты Савойской, жены Людовика XI56.

Итак, костяные ларцы были наиболее дорогими произведениями из резной слоновой кости и предназначались для самых именитых клиентов. О том, что ларцы изготавливались для высших аристократических кругов, говорит и состав сюжетов, среди которых, как мы уже могли убедиться, преобладают рыцарские романы, античные легенды и галантные сцены. К сожалению, не сохранилось информации, которая может помочь связать конкретные памятники с заказчиками. Лишь иногда документальные свидетельства, обычно инвентарные описи, дают нам сведения об именах и статусах заказчиков, а также даты и сумму, которая была уплачена за то или иное изделие. Но опять-таки, нет никаких связей с конкретными предметами. В настоящее время лишь об одном парижском ларце из слоновой кости XIV в. можно с уверенностью сказать, что он принадлежал польской королеве Ядвиге.

Изучив документальные исторические источники, удалось найти подтверждение тому, что ларцы входили в состав «приданого», которое жених посылал невесте перед свадьбой, и были главным свадебным подарком.

Изучение костяных ларцов, в особенности их декора, позволяет в некоторой степени судить о традициях, о духовной и материальной культуре средневекового общества. Сюжеты из наиболее популярных романов и античных легенд, украшающие костяные ларцы, не прямо, но косвенно свидетельствуют о нравственных идеалах того времени, предлагая определенную модель поведения, а также, несомненно, указывают

54 Ibid. P. 68.

55 Koechlin R. Les ivories gothiques franjais. Vol. I. P. 474-475.

56 Ibid. P. 475.

на высокий уровень образования в аристократической среде. Будучи продуктом своего времени, ларцы из кости дают определенное представление о средневековой светской куртуазной культуре, частью которой они являлись.

Информация о статье

УДК 745.5

Автор: Нуждина Екатерина Владимировна, ведущий специалист по учетно-хранительской документации, Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург, Россия, knuzhdina@mail.ru Название: Костяные ларцы в светском декоративно-прикладном искусстве Франции XIV века: стилевая типология и заказчик

Аннотация: Изучение светских костяных ларцов, особенно их стилистическое и декоративное оформление, представляет собой большой интерес. В русской искусствоведческой литературе данная тема очень плохо освещена. Однако подробный анализ этих памятников, в особенности их декора, позволяет судить о духовной и материальной культуре средневекового общества. Сюжеты из знаменитых рыцарских романов и античных легенд, украшающие поверхность костяных ларцов, помогают представить обычаи и традиции времени расцвета средневековой куртуазной культуры в Европе, а также помогают определить назначение и возможного заказчика. Костяные ларцы были наиболее дорогими произведениями из резной слоновой кости и предназначались для самых именитых клиентов. Они входили в состав «приданого», которое жених посылал невесте перед свадьбой, и были главным свадебным подарком. К сожалению, практически не сохранилось информации, которая могла бы помочь связать конкретные памятники с заказчиками. В настоящее время лишь об одном парижском ларце из слоновой кости XIV в. можно с уверенностью сказать, что он принадлежал польской королеве Ядвиге. Но, несмотря на это, мы смело можем представить вкусы и нравы средневекового заказчика и убедиться в высоком уровне образованности в обществе в то время.

Ключевые слова: костяной ларец, декоративно-прикладное искусство, светская культура, западноевропейское искусство Средних веков, Кретьен де Труа.

Author: Nuzhdina Yekaterina Vladimirovna, Lead Specialist (registration and archival documentation), State Hermitage Museum, St. Petersburg, Russia, knuzhdina@mail.ru Title: Ivory caskets in secular decorative art of 14th century in France: stylistic typology and customer

Summary: The study of secular ivory caskets, especially their stylistic and decorative design, is of the utmost interest. This subject is very poorly covered in Russian art literature. However, the detailed analysis of these monuments, especially their decor gives an idea of the intellectual and material culture of medieval society. The scenes from famous romances and ancient legends that adorn the surface of the ivory caskets, help to imagine the customs and traditions of the heyday of medieval courtly culture in Europe, as well as help to define the use and prospective customer. Ivory caskets were the most expensive pieces of ivories and were in store for the big-name clients. The caskets were part of the “dowry” which groom sent to the bride before the wedding and were the main wedding gift. Unfortunately, there is no information which can help to connect certain items with customers. Currently, only about one Parisian ivory casket from the 14th century it is safe to say that he belonged to the Polish queen Jadwiga. But, despite this, we can safely imagine

the tastes and habits of the medieval customer and ensure a high level of education in the society

at that time.

Keywords: Ivory casket, applied decorative art, secular culture, Western European Medieval Art,

Chretien de Troyes.

Список литературы

1. Бедье Ж. Роман о Тристане и Изольде. Москва: Детская литература, 1985. 142 с.

2. Виолле-ле-Дюк Э. Э. Жизнь и развлечения в средние века. Санкт-Петербург: Евразия, 1999. 383 с.

3. Даркевич В. П. Путями средневековых мастеров. Москва: Наука, 1972. 191 с.

4. Жизнеописания трубадуров. Москва: Наука, 1993. 735 с.

5. Крыжановская М. Я. Костяной ларец XIV века и родственные ему памятники в собрании Государственного Эрмитажа // Культура и искусство западноевропейского средневековья. Материалы научной конференции. Москва, 1981. С. 277-288.

6. Кубе А. Н. Путеводитель по отделению средних веков и эпохи Возрождения. Государственный Эрмитаж. Петербург, 1921.

7. Кубе А. Н. Резная кость. Каталог. Государственный Эрмитаж. Ленинград, 1923.

8. Прикладное искусство Западной Европы V-XV вв. Государственный Эрмитаж. Путеводитель по выставкам. Москва, 1956.

9. Ротенберг Е. И. Искусство готической эпохи. Система художественных видов. Москва: Искусство, 2001. С. 123-127.

10. Соколова Т. Орнамент — почерк эпохи. Ленинград: «Аврора», 1972. 170 с.

11. Хейзинга Й. Осень средневековья. Москва: Наука, 1988. С. 122.

12. Baekland F Two Kinds of Symbolism in a Gothic Ivory Casket // The Psychoanalytic Study of Society. 1975. Vol. VI.

13. Barnet P. Images in ivory: Precious objects of the Gothic Age. Princeton University Press, 1997.

14. Beigbeder O. Le chateau d’amour dans l’ivoirerie et son symbolisme // Gazette des Beaux-arts. 1951. Vol. XXXVIII.

15. Beigbeder O. Ivory. London, 1965.

16. CamilleМ. The Medieval Art of Love. Objects and subjects of desire. London, 1998.

17. Charles T. Little, Timothy Husband. Europe in the Middle Ages. The Metropolitan Museum of Art. New York, 1987.

18. Cherry J. Medieval Love Poetry. The British Museum. London, 2005.

19. Dalton O. M. Two medieval caskets with subjects from Romance // Burlington Magazine. 1904. Vol. V.

20. Dalton O. M. Catalogue of the Carvings of the Christian Era with Examples of Mohammedan Art and Carvings in Bone in the Department of British and Medieval Antiquities and Ethnology of the British Museum. Oxford; London, 1909.

21. Duby G. Love and Marriage in the Middle Ages. The University of Chicago Press, 1996.

22. Erlande-Brandenburg A. Musee national du Moyen Age. Thermes de Cluny. Paris (Reunion des musees nationaux), 2005.

23. Gaborit-Chopin D. Ivoires du moyen age. Fribourg, 1978.

24. Gaborit Chopin D. The Polychrome Decoration of Gothic Ivories // Images in Ivory / P. Barnet. Princeton: Princeton University Press, 1997. P. 46-62.

25. GibsonM. The Liverpool Ivories. Late Antique and Medieval ivory and bone carving in Liverpool Museum and The Walker Art Gallery. London, 1994.

26. Grodecki L. Ivoires fran9ais. Paris, 1947.

27. Guerin, Sarah M. Ivory Carving in the Gothic Era, 13th-15th centuries // Heilbrunn Timeline of Art History. New York: The Metropolitan Museum of Art, 2000 (URL: http://www.metmu-seum.org/toah/hd/goiv/hd goiv.htm (May 2010)).

28. HortonM. The Swahili corridor // Scientific American. 1987. Vol. 257. № 3.

29. Ivoires medievaux V-XV siecle. Catalogue Musee du Louvre. Departement des objets d’art. Paris, 2003.

30. Koechlin R. Catalogue raisonne de la Collection Martin le Roy. Fasc. II. Ivoires et sculptures. Paris, 1906.

31. Koechlin R. Les ivories gothiques fran9ais. 3 vols. Paris, 1924.

32. Little C. T. Ivoires et art gothique // Revue de l’art. 1979. Vol. XLVI.

33. Loomis R. S. A Medieval Ivory Casket // Art in America. 1916. Vol. V (December).

34. Loomis R. Sh. The Tristan and Perceval Caskets // Romantic Review. 1917. Vol. VIII. № 2.

35. Loomis R. Sh., Loomis L. H. Arthurian Legends in Medieval Art. New York, 1938.

36. Martini L., Rizzardi C. Avori Bizantini e Medievali nel museo nazionale di Ravenna. Ravenna, 1990.

37. Maskell W. Ivories ancient and medieval. London, 1875.

38. Molinier E. Catalogue des ivoires du Musee du Louvre. Paris, 1896.

39. Randall R. Masterpieces of ivory from the Walters Art Gallery. New York, 1985.

40. Randall R. The Golden Age of Ivory. Gothic carvings in North American collections. New York, 1993.

41. Randall R. Popular Romances Carved in Ivory // Images in Ivory / P Barnet. Princeton: Princeton University Press, 1997.

42. Sears E. Ivory and Ivory Workers in Medieval Paris // Images in Ivory / P. Barnet. Princeton: Princeton University Press, 1997.

References:

1. Bed’e ZH. Roman o Tristane i Izol’de. Moskva: Detskaya literatura, 1985. 142 s.

2. Violle-le-Dyuk EH. EH. Zhizn’ i razvlecheniya v srednie veka. Sankt-Peterburg: Evraziya, 1999. 383 s.

3. Darkevich V. P. Putyami srednevekovykh masterov. Moskva: Nauka, 1972. 191 s.

4. Zhizneopisaniya trubadurov. Moskva: Nauka, 1993. 735 s.

5. Kryzhanovskaya M. Ya. Kostyanoj larets XIV veka i rodstvennye emu pamyatniki v sobranii Gosudarstvennogo Ermitazha, in Kul’tura i iskusstvo zapadnoevropejskogo srednevekov’ya. Materialy nauchnoj konferentsii. Moskva, 1981. S. 277-288.

6. Kube A. N. Putevoditel’po otdeleniyu srednikh vekov i ehpokhi Vozrozhdeniya. Gosudarstven-nyj Ermitazh. Peterburg, 1921.

7. Kube A. N. Reznaya kost’. Katalog. Gosudarstvennyj Ermitazh. Leningrad, 1923.

8. Prikladnoe iskusstvo ZapadnojEvropy V—XV vv. Gosudarstvennyj Ermitazh. Putevoditel’ po vystavkam. Moskva, 1956.

9. Rotenberg E. I. Iskusstvo goticheskoj ehpokhi. Sistema khudozhestvennykh vidov. Moskva: Iskusstvo, 2001. S. 123-127.

10. Sokolova T. Ornament — pocherk ehpokhi. Leningrad: «Avrora», 1972. 170 s.

11. Khejzinga J. Osen’srednevekov’ya. Moskva: Nauka, 1988. S. 122.

12. Baekland F. Two Kinds of Symbolism in a Gothic Ivory Casket, in The Psychoanalytic Study of Society. 1975. Vol. VI.

13. Barnet P. Images in ivory: Precious objects of the Gothic Age. Princeton University Press, 1997.

14. Beigbeder O. Le chateau d’amour dans l’ivoirerie et son symbolisme, in Gazette des Beaux-arts. 1951. Vol. XXXVIII.

15. Beigbeder O. Ivory. London, 1965.

16. Camille M. The Medieval Art of Love. Objects and subjects of desire. London, 1998.

17. Charles T. Little, Timothy Husband. Europe in the Middle Ages. The Metropolitan Museum of Art. New York, 1987.

18. Cherry J. Medieval Love Poetry. The British Museum. London, 2005.

19. Dalton O. M. Two medieval caskets with subjects from Romance, in Burlington Magazine. 1904. Vol. V.

20. Dalton O. M. Catalogue of the Carvings of the Christian Era with Examples of Mohammedan Art and Carvings in Bone in the Department of British and Medieval Antiquities and Ethnology of the British Museum. Oxford; London, 1909.

21. Duby G. Love and Marriage in the Middle Ages. The University of Chicago Press, 1996.

22. Erlande-Brandenburg A. Musee national du Moyen Age. Thermes de Cluny. Paris (Reunion des musees nationaux), 2005.

23. Gaborit-Chopin D. Ivoires du moyen age. Fribourg, 1978.

24. Gaborit-Chopin D. The Polychrome Decoration of Gothic Ivories, in Images in Ivory / P. Barnet. Princeton: Princeton University Press, 1997. P. 46-62.

25. Gibson M. The Liverpool Ivories. Late Antique and Medieval ivory and bone carving in Liverpool Museum and The Walker Art Gallery. London, 1994.

26. Grodecki L. Ivoires frangais. Paris, 1947.

27. Guerin, Sarah M. Ivory Carving in the Gothic Era, 13th-15th centuries, in Heilbrunn Timeline of Art History. New York: The Metropolitan Museum of Art, 2000 (URL: http://www.metmuseum. org/toah/hd/goiv/hd_goiv.htm (May 2010)).

28. Horton M. The Swahili corridor, in Scientific American. 1987. Vol. 257. № 3.

29. Ivoires medievaux V—XVsiecle. Catalogue Musee du Louvre. Departement des objets d’art. Paris, 2003.

30. Koechlin R. Catalogue raisonne de la Collection Martin le Roy. Fasc. II. Ivoires et sculptures. Paris, 1906.

31. Koechlin R. Les ivories gothiques frangais. 3 vols. Paris, 1924.

32. Little C. T. Ivoires et art gothique, in Revue de l’art. 1979. Vol. XLVI.

33. Loomis R. S. A Medieval Ivory Casket, in Art in America. 1916. Vol. V (December).

34. Loomis R. Sh. The Tristan and Perceval Caskets, in Romantic Review. 1917. Vol. VIII. № 2.

35. Loomis R. Sh., Loomis L. H. Arthurian Legends in Medieval Art. New York, 1938.

36. Martini L., Rizzardi C. Avori Bizantini e Medievali nel museo nazionale di Ravenna. Ravenna, 1990.

37. Maskell W. Ivories ancient and medieval. London, 1875.

38. Molinier E. Catalogue des ivoires du Musee du Louvre. Paris, 1896.

39. Randall R. Masterpieces of ivory from the Walters Art Gallery. New York, 1985.

40. Randall R. The Golden Age of Ivory. Gothic carvings in North American collections. New York, 1993.

41. Randall R. Popular Romances Carved in Ivory, in Images in Ivory / P. Barnet. Princeton: Princeton University Press, 1997.

42. Sears E. Ivory and Ivory Workers in Medieval Paris, in Images in Ivory / P. Barnet. Princeton: Princeton University Press, 1997.