О словарях русских фамилий (историко-этимологические заметки)

FIXED FORMULA IN OLD RUSSIAN WORD LEXICOGRAPHIC DESCRIPTION

STRUCTURE

O.P. Loputko

A fixed formula is presented as a systematizing factor of the semantic structure of an Old Russian word. The author suggests that its abstract, formal meanings be characterized on the basis of ritual-symbolic content of the formula thus providing it with the role of a central element in the lexicographic description.

© 2009

И.С. Клинкова

О СЛОВАРЯХ РУССКИХ ФАМИЛИЙ

Основным, хотя исторически более поздним, компонентом полного именования россиян является, как известно, фамилия — наследственное имя семьи. В нашей стране насчитывают от нескольких сотен до миллиона фамилий. Они разнообразны по происхождению, источникам возникновения, образованы по различным словообразовательным моделям, имеют свою индивидуальную судьбу, порой уходящую своими корнями в далекое прошлое. «Россия — это загадка, окутанная тайной». Эти слова У. Черчилля, произнесенные в конце 1930-х гг., в полной мере распространяются на историю российских фамилий. К сожалению, в нашей стране не составлен полный свод фамилий, подобный тем, что существуют в других странах [Грушко, Медведев 1997: 6]. До сих пор остается неясным происхождение большинства русских фамилий! Среди лек-сикографов-антропонимистов распространена пессимистическая мысль о перспективах создания полной энциклопедии русских фамилий. «...Сомневаюсь, можно ли вообще составить полный словарь русских фамилий. Как не вспомнить здесь афоризм Козьмы Пруткова: «Нельзя объять необъятное». Даже личные имена, используемые русскими, не учтены до конца. Что же говорить о фамилиях, которые могут быть образованы едва ли не от любого слова! Да к тому же в самых различных вариантах», — написал в послесловии к своему словарю фамилий Ю.А. Федосюк [Федосюк 1972: 221]. «Анализ каждой фамилии, — отмечал В.А. Никонов, — научная задача, нелегкая, трудоемкая и, к сожалению, не всегда решаемая» [Никонов 1993: 205]. «.Даже те фамилии, которые кажутся нам понятными, таят в себе загадки и неожиданности, так что вопросы и сомнения будут подстерегать нас повсюду», — сетует И.М. Ганжина, автор одного из последних словарей, дающего информацию о происхождении и значении более чем восьми тысяч современных русских фамилий [Ганжина 2001: 4].

В.О. Максимов, директор Исследовательского центра «История фамилии», предваряя публикацию материалов о происхождении некоторых российских фамилий на страницах журнала «Русская речь», также заметил, что до составления окончательного варианта «Толкового словаря российских фамилий», который создает возглавляемый им центр, еще очень далеко [Максимов 2004: 70]. «О происхождении тысяч фамилий можно лишь догадываться с большей или меньшей степенью вероятности», — пишет Л.Н. Цымбалова, автор одного из последних исследований о происхождении и значении русских фамилий [Цымбалова 2008: 3].

В последние годы в нашем обществе наблюдается всплеск интереса к историческому прошлому не только страны, но и родной семьи, к жизни предков, семейным традициям. Россияне заинтересовались и происхождением их фамилий, справедливо считая, что история возникновения фамилии — это увлекательная страница их семейной летописи. Показательна в этом отношении страничка «К слову» еженедельной «Российской газеты», где в рубрике «Спрашивайте» уже не первый год помещаются ответы профессора А.В. Суперанской на вопросы читателей о происхождении их фамилий. Здесь помещено значительное количество статей, посвященных не исследованным ранее фамилиям с «темной» этимологией. Нельзя не сказать и об Интернете, где можно обнаружить многочисленные сайты, называющие себя энциклопедиями российских фамилий. Однако, по утверждению В.О. Максимова, они «чаще всего являются компиляциями уже изданных книг других авторов» [Максимов 2004: 69].

Лексикографическое описание русских фамилий ведет свое начало с 70-х гг. ХХ в., когда увидели свет сразу несколько словарей различных авторов ([Федо-сюк 1972; Веселовский 1974; Никонов 1970-1975; 1976-1988]). Фрагменты из словаря русских фамилий В.А. Никонова, опубликованные в журнале «Русская речь» (1976-1988), были переизданы позднее отдельной книгой [Никонов 1993]. В 1997 г. вышел «Словарь фамилий» Е.А. Грушко и Ю.М. Медведева, в котором разъяснено около десяти тысяч наиболее известных русских фамилий [Грушко, Медведев: 1994]. Этот словарь до сих пор остается одним из наиболее объемных словарей подобного типа. (Ср.: в популярном этимологическом словаре Ю. Федосюка «Русские фамилии» раскрывается происхождение лишь 1500 фамилий, в 4-м издании, исправленном и дополненном, - 2500 фамилий).

90-е гг. прошлого века стали временем, когда внимание российских антро-понимистов привлекли фамилии жителей конкретных территорий. Их усилиями были созданы региональные словари фамилий. Первым выходит словарь «Вологодские фамилии» [Чайкина 1995], за ним — материалы для словаря «Из истории фамилий Смоленского края» [Королева 1996], еще через год увидели свет словарь «К истокам пермских фамилий» [Полякова 1997] и этимологический словарь «Фамилии уральцев и северян» [Житников 1997]. Происхождение и этимологическое значение фамилий в данных словарях устанавливается с учетом конкретного ареала их первоначального существования. С каждым годом число словарей такого типа растет ([Назаров 2003], [Полякова 2005], [Полякова 2007], [Мосин 2008]).

В 2001 г. был издан «Словарь современных русских фамилий» И.М. Ганжи-ной [Ганжина 2001], где описано происхождение и значение более чем 8000 со-

временных русских фамилий. Это один из немногих словарей, где в предисловии рассматривается вопрос о том, что такое русская фамилия. И.М. Ганжина включила в свой Словарь фамилии не только русского происхождения, но и фамилии, восходящие к языкам многих других народов. Русскими они считаются потому, что подверглись русификации, адаптировались с помощью русских суффиксов, войдя в русскую модель. Напр., Лермонтов (из шотландского), Арутюнов (из армянского), Тургенев (из тюркского) и т.д. [Ганжина 2001: 8]. Такой критерий отделения русских фамилий от иноязычных В.Ф. Житников назвал несколькими годами раньше этимологическим, учитывающим степень ассимилированности русским языком того имени собственного или нарицательного, которое послужило основой для образования соответствующей фамилии. Согласно этому критерию, фамилии Александров, Иванов, Петров, Майоров, Бурмистров, Арбузов, Табаков русские, потому что они образованы от давно укоренившихся, ассимилированных иноязычных собственных и нарицательных имен и оформлены русскими словообразовательными суффиксами, так же как исконно русские фамилии типа Волков, Зайцев, Березин и т.д. К иноязычным исследователь относит такие фамилии, как Нуруллов (от арабского личного имени Нурулла — «свет аллаха»), Аллаяров («Аллахом —любимый»), Кинкурогов (от коми-пермяцкого Кынкурог — «мерзлая курица») на том основании, что значения лежащих в их основе апеллятивов не ясны говорящим по-русски, они ощущаются как иноязычные [Житников 1997: 34].

Признавая многочисленные достоинства всех названных словарей, нельзя не заметить, однако, повторяемости некоторой части распространенных российских фамилий в словарях разных авторов, а также зачастую одностороннего освещения истории происхождения фамилий. Словарная статья в них базируется обычно на данных диалектологических словарей русского языка. Материалы этимологических и исторических словарей берутся во внимание не всеми авторами, а ведь именно анализ определенных исторических словарных статей помогает выявить генетические основы древне- и старорусских фамилий, проследить за сдвигами в их семантике. В словарных статьях о фамилиях должны быть шире представлены гипотезы, базирующиеся на этимологическом значении производящих апеллятивов [Клинкова 2000: 232-235]. Как верно заметил автор словаря «Фамилии уральцев и северян», «и все же начинать, по-видимому, нужно именно с этимологии» [Житников 1997: 11]. «.Попытаться реконструировать исходные слова, найти их старое значение — непременный долг этимолога, занимающегося исследованием фамилий», — утверждал создатель первого опыта антропонимических словарей Ю.А. Федосюк [Федосюк 1972: 8]. Конечно, далеко не каждая современная русская фамилия имеет столь глубокие корни в русском языке, чтобы быть зафиксированной в древнерусских и старорусских памятниках.

Случается, что спорным становится толкование даже таких отпрозвищных фамилий, которые произведены от апеллятивов, описанных в исторических словарях русского языка. Обратимся к рассуждениям исследователя С.Г. Жилина о происхождении его фамилии, представленным в статье «О некоторых русских прозвищных фамилиях»: « ... по Унбегауну, фамилия Жилин значится в переносных прозвищных фамилиях. Она произведена от жила, названия части

тела человека (или животного), а вовсе не от глагола жилить (как написано в нескольких словарях русских фамилий). Глагол жилить появился в начале XIX века, когда фамилия Жилин уже существовала» [Жилин 2006: 100]. Чтобы разобраться в этой непростой, запутанной истории, заглянем в этимологические и исторические словари русского языка.

Слово жила имеет очень древние корни. Предположительно оно восходит к индоевропейским корням *gчеiэ: *gчhí «вена», «жила», «сухожилие», «связь». Ср. лит. gys1a — «жила»; латыш. dzísla — то же, с суффиксом -81- , латин. Й1ит — «нить»; арм. ji1 — «сухожилие» [Черных 2001: 302—303]. Исконное значение — «нить». Жилы и вены названы по их сходству с нитями [Шанский, Боброва 1994: 87]. Слово жила встречается в старославянских текстах. Оно имеет здесь значение 'жила, сухожилие'. Обратимся к словарям древнерусского языка. Так, уже в «Словаре древнерусского языка» И.И. Срезневского находим слова, которые предположительно могли лечь в основу мирского имени или прозвища предков Жилиных. Здесь представлены жила (Остр. ев. 1056—1057) и еще один неучтенный лексикографами вариант — жилга «жеребенок» (Библ. 1499) [Срезневский 1989, 1: 873—874]. Причем слово жила было многозначным в древнерусском языке. Оно имело значения 'вена' (фиксируется с XI в.); 'сила' (также с XI в.); 'жилое место, селище' (1509). В качестве личного имени слово жила зафиксировано уже в памятнике 1329 г.: «а се «х^ имена Жила, Олюша, Василко». (Жал гр. Ив. Дан.).

Глагол жилити, жилю назван в словаре И.И. Срезневского, но не представлен ни одним примером его употребления в письменных памятниках обозначенной исторической эпохи. Он помещен в словарь с отсылкой к глаголу ожилити. В «Полном церковнославянском словаре» Г. Дьяченко вновь встречаем этот глагол, но, кроме значения 'укреплять, усиливать', здесь больше ничего не представлено [Дьяченко 1998: 185]. Учитывая то, что словарь И.И. Срезневского был одним из источников словаря Г. Дьяченко, можно полагать, что глагол ожилити просто перешел из одного словаря в другой. Иные исторические словари также не содержат документальных свидетельств об употреблении бесприставочного глагола жилити до XVIII в. Надо полагать, что однокоренные глаголы ожилити 'укрепить', ожилитисл 'окрепнуть', ожилгати 'укреплять' [Срезневский 1989, II: 632] образованы непосредственно от слова жила 'сила', тем более что они связаны с ним семантически. Напр., ожилити 'укрепить' = 'придать силы', 'усилить'.

Фамилия Жилин впервые зафиксирована в 1578 г.: Булгак Захарьевич Жилин, Кашира [Веселовский 1974: 114].

С хронологической точки зрения ни одно из представленных значений не выпадает из списка этимологических версий происхождения старинной русской фамилии Жилин, хотя более предпочтительной представляется связь рассматриваемой фамилии с именованием (прозвищем) человека, имеющего крепкие, сильные жилы (вены, сухожилия). Такое прозвище давало оценку физических качеств его носителя.

И все же, учитывая то обстоятельство, что в процессе образования фамилий многое зависело от семейных традиций, прихоти родителей, каких-то жизненных обстоятельств и просто случая, нельзя сбрасывать со счетов и другое этимологическое значение слова жила — 'жилое место, жилище' (ведь возникла же

значительная группа мирских имен или прозвищ, затем фамилий, образованных от апеллятива домъ — Домаш, Домаха, Домачний, Домачнев, Домашний, До-машко и др. — все они зафиксированы в «Ономастиконе» С.Б. Веселовского). Да и мирское имя (прозвище) жилга 'жеребенок' вполне допустимо в древнерусском именнике на тех же основаниях (ср. у С.Б. Веселовского: Жеребец, Же-ребило, Жеребцовский, Жеребя, Жеребятев, Жеребятичев; дополним этот список фамилиями магнитогорцев: Жеребенков, Жеребин, Жеребицкий, Жеребов, Жереб-ко, Жеребков и т.д.). Правда, прозвища с таким происхождением будут более поздними: первые фиксации апеллятивов относятся к 1509 г. (жилл 'жилое место, жилище') и 1499 г. (жилга 'жеребенок').

В письменных памятниках более позднего времени развиваются новые значения у слова жилл: 'капилляр, сосуд у растений' (XVI в.); 'горная порода, пласт, содержащий что-либо' (XVII в. ~ XVI в.). Появляется глагол жилитисга 'тужиться' (XVIII в. ~ 1672 г.) [Словарь XI—XVII: 110, 111]. Этот глагол дошел до нашего времени. Причем в XVIII в. он приобрел просторечную окраску, которую сохраняет до сих пор. В современном русском языке жилиться — просто-реч. 'делать усилия; напрягаться' [ССРЛЯ: 151.].

В русском языке XVIII в. слово жила и его производные обросли новыми переносными значениями. Рудокопы стали называть жилою вещество, имеющее протяжение и содержащее в себе руду (жила золота). К тому же, слово жила стало обозначать длинные, узкие, отличающиеся по цвету полоски в стволах деревьев и в твердых камнях [Словарь Академии Российской 1789—1794: 1164]. К этому времени в простонародном употреблении распространилось еще одно слово — омоним. Жилой стали называть «того, кто привык спорить в какой-либо игре» ([Там же: 1166], [Словарь русского языкаXVIII в.: 137]). С этим словом связаны глаголы жилить 'спорить в игре в свою пользу'; 'обманывать в игре' и выжилить 'спором взять у кого, несправедливо присвоить; натяжкою удержать то, что возвратить должно', отмеченные в памятниках XVIII в. и зафиксированные историко-лингвистическими словарями ([Словарь Академии Российской 1789—1794: 1166], [Словарь русского языка XVIII в.: 137]).

Апеллятив жила в таком образном, стилистически окрашенном значении и в окружении соответствующих ему глаголов вполне мог стать прозвищем. Поскольку в XVIII в. еще не закончился процесс образования фамилий у русских людей, можно предположить, что и это прозвище могло в дальнейшем перейти в фамилию.

В современном русском просторечии жила — это 'скупой прижимистый человек; скряга' [МАС: 485], а жилиться в просторечии стало означать 'скряжничать, скупиться' [ССРЛЯ: 151]. Так произошло деление глагола жилиться на омонимы.

Данные русских народных говоров несколько дополняют историю слова жила в национальном русском языке. В диалектах представлены три слова-омонима жила, два из которых являются наддиалектными, общенациональными. Это жила (1) — 'волокно древесины' и жила (2) — 'жилое место'. Отмеченное ранее, просторечное с неодобрительной окраской слово жила в значении 'тот, кто жульничает в игре' зафиксировано в донских говорах. В орловских говорах жила — 'несправедливый человек', в казанских —

'кляузник', в большинстве же русских говоров — 'упрямец, спорщик' [СРНГ: 173]. Все эти просторечные значения, на наш взгляд, производны от наддиа-лектного значения слова жила 'тот, кто привык спорить в какой-либо игре'. Вполне возможно, что в нашей стране есть Жилины и с такой этимологией их фамилии. Следовательно, чтобы дать точную и полную характеристику какой-либо фамилии, нужно знать территорию и время ее возникновения, историю и традиции семьи.

Возможно, представленная нами «биография» фамилии кому-то покажется слишком пространной, перегруженной деталями. А ведь мы ответили еще не на все вопросы «анкеты», которую предъявляют фамилии антропонимисты. Важна последующая судьба фамилии: ее социальная характеристика, частотность в прошлом и настоящем, «родственные» связи и т.д. Значит, нужно будет еще много потрудиться.

ЛИТЕРАТУРА

Веселовский С.Б. Ономастикон: Древнерусские имена, прозвища и фамилии. — М.: Наука, 1974.

Ганжина И.М. Словарь современных русских фамилий. — М.: Астрель: АСТ, 2001.

Грушко Е.А., Медведев Ю.М. Словарь фамилий. — Н. Новгород: Три богатыря; Братья славяне, 1997.

Жилин С.Г. О некоторых русских прозвищных фамилиях// Рус. речь. — 2006. — № 6. - С. 100.

Житников В.Ф. Фамилии уральцев и северян. Опыт сопоставления антропонимов, образованных от прозвищ, в основе которых лежат диалектные апеллятивы. — Челябинск: Изд-во Челяб. гос. ун-та, 1997.

Клинкова И.С. Исторические словари как инструмент исследования этимологии русских фамилий // IV Житниковские чтения: актуальные проблемы лексикографиро-вания научных исследований: мат. межвуз. науч. конф., Челябинск, 20—21 апр. 2000 г.: в 2 ч. / под общ. ред. Е.Н. Квашниной. — Челябинск: Изд-во Челяб. гос. ун-та, 2000. — Ч. 1. — С. 230—236.

Клинкова И.С. Южноуральские фамилии с диалектными корнями //Уральские Би-рюковские чтения: сб. науч. статей. — Вып. 1. — Ч. 1. Актуальные проблемы краеведения. — Челябинск: Изд-во ЧГПУ, 2003. — С. 112—116.

Королева И.А. Из истории фамилий Смоленского края: материалы для словаря. — Смоленск: Изд-во Смоленск. гос. пед. ин-та, 1996.

Максимов В.О. Толковый словарь российских фамилий // Рус. речь. — 2004. — № 3. — С. 69—77.

МАС: Словарь русского языка / под ред. А.П. Евгеньевой. — 3-е изд., стереотип. — М.: Рус. яз., 1985. — Т. 1.

Мосин А.Г. Исторические корни уральских фамилий. — Екатеринбург: Гошицкий, 2008.

Назаров А.И. Словарь фамилий уральских казаков. — Алматы: Комплекс, 2003.

Никонов В.А. Словарь русских фамилий. — М.: Школа-Пресс, 1993.

Полный церковно-славянский словарь / сост. Г. Дьяченко. — М.: ТЕРРА—Книжный клуб, 1998. — Т. 1.

Полякова Е.Н. К истокам пермских фамилий. — Пермь: Изд-во Перм. ун-та, 1997.

Полякова Е.Н. Словарь жителей Пермского края XVI—XVII вв. — Пермь: Издат. дом Бывальцева, 2007.

Полякова Е.Н. Словарь пермских фамилий. — Пермь: Книж. мир, 2005.

Словарь Академии Российской 1789—1794. — М.: Изд-во МГИ им. Е.Р. Дашковой, 2002. -Т. 2.

Словарь русского языка XVIII века. — Л.: Наука, 1992. — Вып. 7.

СловарьХ1—ХУП: Словарь русского языка Х1—ХУ11 вв. — М.: Наука, 1978. — Вып. 5.

Словарь церковнославянского и русского языка, составленный вторым отделением Императорской Академии Наук. Репр. изд. — СПб.: Изд-во СПбГУ, 2001. — Кн. I.

СРНГ: Словарь русских народных говоров / АН СССР, Ин-т русского языка; гл. ред. Ф.П. Филин. — Л.: Наука, 1972. — Вып. 9.

ССРЛЯ: Словарь современного русского литературного языка. — М.—Л.: Изд-во АН СССР, 1955. — Т. 4.

Федосюк Ю.А. Русские фамилии: попул. этимол. словарь. — М.: Дет. лит., 1972; — 4-е изд., испр. и доп. — М.: Флинта: Наука, 2002.

Чайкина Ю.И. Вологодские фамилии: словарь. — Вологда: Русь, 1995.

Черных П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка. — 4-е изд., стереотип. — М.: Рус. яз., 2001. — Т. 1.

Шанский Н.М., Боброва Т.А. Этимологический словарь русского языка. — М.: Прозерпина, 1994.

DICTIONARIES OF RUSSIAN SURNAMES I.S. Klinkova

The article gives a brief survey of lexicographic research studies, discusses the prospect of a complete encyclopedia of Russian surnames, draws linguists' attention to the problem of etymology and history of surnames specifying the surname Zhilin which has variant readings in different dictionaries.

© 2009

Р.Н. Мароевич

МАЛЫЙ СТАРОСЛАВЯНСКИЙ СЛОВАРЬ В КРУГУ ДРЕВНЕСЛАВЯНСКИХ СЛОВАРЕЙ

1. В настоящей статье рассматривается лексикографическая концепция (фонологический и грамматический аспекты) однотомного «Старославянского словаря (по рукописям Х—Х! веков)» в сопоставлении с четырехтомным «Словарем старославянского языка». Древнеславянскими словарями автор считает словари канонического старославянского и раннего древнерусского языков, а также словари, охватывающие эти два этапа в развитии славянской письменности.

Автор настоящей статьи различает ранний старославянский, с двумя рядами слоговых плавных и с двенадцатью палатальными согласными, и поздний старославянский, с одним рядом слоговых плавных и с десятью палатальными со-