Распределение и некоторые черты биологии тихоокеанской сельди Clupea pallasii (Val.) в осенне-зимний период в Охотском море

2004

Известия ТИНРО

Том 139

УДК 597.553.1

С.В.Лобода, И.В.Мельников

РАСПРЕДЕЛЕНИЕ И НЕКОТОРЫЕ ЧЕРТЫ БИОЛОГИИ ТИХООКЕАНСКОЙ СЕЛЬДИ CLUPEA PALLASII (VAL.) В ОСЕННЕ-ЗИМНИЙ ПЕРИОД В ОХОТСКОМ МОРЕ

Представлены общий обзор распределения и краткая характеристика биологического состояния тихоокеанской сельди в Охотском море в осенне-зимний период. Исследованиями последних лет было полностью подтверждено существование двух относительно изолированных группировок сельди в северо-западной и северо-восточной части Охотского моря. В настоящее время, кроме известных ранее зимовальных скоплений сельди в притауйском районе и на банке Каше-варова, выявлены зимовальные скопления между о. Ионы, северной оконечностью о. Сахалин и северными склонами впадины Дерюгина. При этом основной пресс промысла приходится на восточную группировку сельди, в то время как западная до настоящего времени практически не эксплуатируется. Районы и сроки зимовки сельди во многом определяются гидрологическими условиями, складывающимися в каждом отдельном году, биологическим состоянием рыб, возрастным составом популяций и наличием основных объектов питания на завершающих этапах образования зимовальных скоплений. Зимовальные скопления сельди в западной и восточной частях ионо-кашеваровского района практически изолированы друг от друга, а биологическое состояние рыб в двух районах заметно различается.

Loboda S.V., Melnikov I.V. Distribution and some aspects of biology of Pacific herring Clupea pallasii (Val.) in the Okhotsk Sea in autumn-winter // Izv. TINRO. — 2004. — Vol. 139. — P. 169-179.

Distribution and biological condition of pacific herring in the Okhotsk Sea during the autumn-winter period are analyzed on the base of data collected by TINRO-center in November—December of 1981-2002. No large aggregations of herring were observed in the northwestern Okhotsk Sea in autumn-winter until early 1990-s, and the main fishing ground for herring was Taui area. Since 1993, the situation had changed. Significant catches of herring were obtained in northwestern areas of the Sea, where new wintering herring aggregations were formed. Recently, the existence of two relatively independent herring groups is established, which are located in the northwestern and northeastern Okhotsk Sea. Correspondingly, there are two areas of herring wintering: the well-known area between Taui Bay and Kashevarov Bank (for the eastern group) and the area between Iona Island, northern Sakhalin Island and northern slope of Deryugin trench (for the western group). The western and eastern wintering grounds of herring are isolated from each other, and biological conditions of fish in these two areas are different. Location and time of herring wintering aggregations within the wintering areas are determined by hydro-logical conditions, biological condition of fish, age composition of populations, and main food items in pre-wintering period. The eastern group of herring is subjected to high fishery pressure, while the western group is almost not exploited commercially.

Изучение состояния запасов и изменения биологических показателей сельди Охотского моря в весенне-осенний период ведется постоянно. Гораздо мень-

шее внимание уделяется зимнему периоду жизненного цикла рыб. Основная трудность зимних исследований заключается в том, что проведение работ в этот период в северной части Охотского моря осложняется суровыми гидрометеорологическими условиями и ограничением судоходства ледовым покровом. В январе—феврале западнее 148° в.д. проведение каких-либо исследований становится практически невозможным. Этими причинами обусловлена недостаточная изученность районов зимовки сельди, а также путей и сроков зимовальных миграций рыб.

Некоторые данные о зимней сельди зал. Анива были опубликованы в конце 1950-х гг. (Дружинин, Покровская, 1957).

С середины декабря 1967 г. до начала января 1968 г. поиски зимней сельди проводились на научно-исследовательском судне ТИНРО РТ "Сескар". Была выполнена акустическая и гидрологическая съемка акватории, получены данные по биологии, поведению и распределению сельди. В начале января все работы были прекращены, так как район полностью закрылся тяжелыми льдами. В конце 1969 г. магаданским отделением ТИНРО была предпринята первая попытка начать систематическое изучение сельди в зимний период, но в связи с преждевременным отзывом судна работы были прерваны. Осенью — в начале зимы 1970 г. был выполнен второй научно-поисковый рейс в Охотское море с целью наблюдения за отходами сельди на зимовку, выявления мест зимовки, а также изучения биологии, поведения и распределения рыбы в осенне-зимний период. Рейс продолжался с 17 ноября по 23 декабря. Полученные результаты были опубликованы позже (Вышегородцев, 1973, 1978). Далее каких-либо публикаций на указанную тему практически не было.

Из изложенного видно, что с начала 70-х гг. прошлого столетия и до настоящего времени систематического изучения поведения и распределения охотской сельди в зимний период не проводилось.

Накопленные в ТИНРО-центре данные и результаты проведенных в ноябре—декабре 2002 г. научно-исследовательских работ в северной части Охотского моря позволяют несколько расширить имеющиеся представления об осенне-зимнем периоде в жизни сельди.

В данной статье представлены общий обзор распределения и краткая характеристика биологического состояния тихоокеанской сельди в северной части Охотского моря в осенне-зимний период.

Основу работы составляют материалы исследований, проведенных на судах ТИНРО-центра в ноябре—декабре 1981-2002 гг. (табл. 1). Наиболее полные данные по распределению сельди, ее размерно-возрастному составу и другим биологическим показателям были получены в ходе рейсов 1993, 1995 и 2002 гг. К тому же сроки и районы проведения работ в эти годы были сходными. Наиболее точные оценки биомассы сельди получены по результатам рейсов, выполненных в 1991, 1993, 1995 и 2002 гг. К сожалению, в проведенных до 1991 г. двух донных траловых съемках на шельфе западной Камчатки и одной пелагической в северной части Охотского моря исследованию биологии сельди внимания уделялось значительно меньше, что не позволило рассчитать ее биомассу. Тем не менее имеющиеся данные позволяют описать общую картину распределения и некоторые особенности биологического состояния вида в эти годы.

Исследования, проводимые в большинстве экспедиций, включали комплекс океанологических, планктонных, трофологических и нектонных исследований. Траловые уловы обрабатывались по принятым в подобных комплексных экспедициях методикам. Для расчета биомассы и численности применялся метод площадей с использованием стандартных биостатистических районов (или их части, если они обследовались не полностью) (Волвенко, 2003). Методики сбора и обработки материалов описаны во многих публикациях ученых ТИНРО-центра (Шунтов и др., 1998; Волвенко, 1999; и др.).

Таблица 1

Сроки проведения траловых съемок в Охотском море и объем собранных материалов

Table 1

Time of trawl surveys and amount of data collected in Okhotsk Sea

Судно Период работ Кол-во тралений Площадь, тыс. км2 Диапазон глубин, м Биоанализы, экз. Промеры экз.

"Шантар" 23.11.81 — 13.01.1982 96 490,52 10-400 - 719

"Шурша" (донная съемка) 11.0110.02.1989 95 99,26 30-320 237 1473

"Мыс Дальний" (донная съемка) 2.0126.02.1990 131 99,26 30-400 - -

"Новокотовск" 20.11.9030.01.1991 190 1331,0 0-450 250 702

"Профессор Кагановский" 18.1117.12.1993 106 625,0 10-300 527 1957

"Профессор Леванидов" 5-26.12. 1995 68 567,4 0-300 247 1149

"Профессор Кагановский" 13.1127.12.2002 136 829,9 0-250(300) 761 4412

В ходе съемок использовались разноглубинные тралы РТ/ТМ-80/396, РТ/ТМ-108/528, РТ/ТМ-57/360, РТ-77,4 и донный трал ДТ-28,8. Параметры тралений (горизонтальное, вертикальное раскрытие) в зависимости от типа трала значительно изменялись, поэтому для исключения различий в представлении величин уловов от типов тралов использованы их пересчеты на квадратный километр.

При проведении океанологических исследований на станциях проводились наблюдения за температурой воды и соленостью от поверхности до дна на шельфе и материковом склоне и до глубины 1000 м в глубоководной части моря.

Авторы выражают искреннюю благодарность всем коллегам, принимавшим участие в сборе и обработке материалов.

Наиболее благоприятным временем для проведения научно-исследовательских работ в северо-западной части Охотского моря был период с ноября по декабрь, когда ледовая обстановка способствовала проведению комплексных съемок. В разные годы в эти месяцы была обследована практически вся акватория северной части Охотского моря, что позволило получить информацию о распределении и биологическом состоянии сельди. Она встречалась практически по всей акватории северной части Охотского моря севернее 55° с.ш. — в прибрежных, надшельфовых и глубоководных районах (рис. 1). Южнее 55° с.ш. уловы отмечались вдоль побережья северо-восточного Сахалина и на шельфе западной Камчатки. У юго-западного побережья Камчатки сельдь присутствовала в уловах только донных тралов, в то время как при проведении пелагических съемок она практически отсутствовала.

Самые значительные по частоте встречаемости и величине уловы обычно наблюдались на границе четырех биостатистических районов — 2, 3, 5, 6 (рис. 1). В разные годы основные скопления охотской сельди в ноябре располагались в шельфовых зонах и районах свалов глубин центральной и северо-восточной частей моря, а также у северного и северо-восточного Сахалина (р-н 10). К декабрю они обычно смещались на юг в ионо-кашеваровский район (5), преимущественно до глубин 250-300 м. В зал. Шелихова (р-н 1) и в районе северозападной Камчатки (7) уловы гижигинско-камчатской сельди были незначитель-

ными и в них преобладали неполовозрелые особи в возрасте Он—2+. Достаточно крупное скопление половозрелой сельди этой популяции на шельфе северокамчатского района впервые было обнаружено только в 1995 г.

136° 138° 140° 142° 144° 146° 148° 150° 152° 154° 156° 158° 160° 136° 138° 140° 142° 144° 146° 148° 150° 152° 154° 156° 158° 160°

Рис. 1. Распределение уловов сельди в ноябре—феврале 1981-1991 гг. (а) и ноябре—декабре 1993-2002 гг. (б). Величина уловов: 1 — улова нет; 2 — менее 0,1; 3 — 0,1-1,0; 4 — 1,0-10,0; 5 — 10,0-100,0; 6 — более 100 т/км2. Нанесены границы биостатистических районов, цифрами указаны их номера

Fig. 1. Distribution of herring catches in November—February, 1981-1991 (a), and in November—December, 1993-2002 (б). Magnitude of catches: 1 — no catch; 2 — less than 0.1; 3 — 0.1-1.0; 4 — 1.0-10.0; 5 — 10.0-100.0; 6 — more than 100 t/sq. kms. Boundaries of biostatistical areas, and their numbers

До начала 1990-х гг. в северо-западной части Охотского моря осенью— зимой каких-либо заметных скоплений сельди обнаружено не было, все основные уловы были сосредоточены в притауйском (2) районе (рис. 1, а). Начиная с 1993 г. ситуация изменилась. Половозрелая и созревающая сельдь в значительных количествах присутствовала в уловах западнее 148° в.д. В 2002 г. у о. Ионы уловы достигли 28 т за часовое траление. К тому же на протяжении ряда лет, начиная с 1997 г., в ходе летне-осенних тралово-акустических съемок биомасса сельди на акватории от о. Ионы до северной оконечности о. Сахалин и банки Кашеварова была соизмерима, а порой и превышала таковую на северо-востоке моря (Шунтов, 1998; Мельников, 2002; Мишанова, Лобода, 2003). Подобное развитие ситуации, а также дальнейшие исследования позволили предположить существование довольно крупного зимовального скопления сельди в северо-западной части Охотского моря, что и было подтверждено в ходе тралово-акустической съемки, проведенной ТИНРО-центром в ноябре—декабре 2002 г.

Известно, что в начале лета отнерестовавшая сельдь отходит от берегов постепенно, небольшими косяками, распределяясь по всей акватории северо-западной и центральной частей Охотского моря (Тюрнин, 1973). В осенний период скопления носят более постоянный характер. Обычно в августе сельдь перемещается в северную часть моря, в район Тауйской губы, где нагуливается на протяжении всей осени (Елкин, 1973). В последние годы было выяснено, что в северо-западной части моря скопления образуются в районах у о. Ионы, северного Сахалина и банки Кашеварова, где сельдь с начала 1990-х гг. является доминирующим видом (Волвенко, Титяева, 1999).

Осеннее распределение сельди во многом зависит от возрастного состава формирующихся скоплений и особенностей океанологической обстановки (Мельников, Воробьев, 2001; Мельников 2002). В притауйском районе как предзимо-вальные, так и зимовальные скопления состоят преимущественно из созревающих и половозрелых рыб, а встречающаяся в уловах молодь подходит только из близлежащих районов (Аюшин, 1951; Харитонова, 1965; Мельников, Кузнецова, 2002).

К моменту образования плотных предзимовальных скоплений площадь нагула сокращается в пять—шесть раз. Косяки сельди становятся относительно малоподвижными, вертикальные и горизонтальные миграции рыб значительно снижаются (Елкин, 1973; Мельников, Кузнецова, 2002). По численности сельдь обычно преобладает в прибрежных и шельфовых зонах, главным образом за счет значительного количества неполовозрелых рыб и сеголеток. Максимальные же биомассы отмечаются в нижней части шельфа и в глубоководных районах, т.е. в местах основных скоплений половозрелых рыб (рис. 1).

Протяженность и область распространения скоплений зимой может значительно изменяться. Главным образом это связано с возрастным составом популяций сельди, которые, как и осенью, разделяются на рыб младших и старших возрастных групп, и состоянием запасов. Зимой это разделение особенно заметно (рис. 2, 3). В 2002 г. сеголетки сельди отмечались только в районах верхнего шельфа, западной части моря и зал. Шелихова до глубин 100-120 м. Рыбы возраста И—3+ распределялись по шельфу преимущественно в северной и северозападной частях моря, лишь в незначительных количествах встречаясь в глубоководных районах. Половозрелые особи (4+ и старше) образовывали скопления в западной и восточной частях ионо-кашеваровского района и на северо-западе впадины ТИНРО (р-н 6), в диапазоне глубин 160-300 м.

100 -,-,

90 -80 70 -60 -50 40 30 20 -10 -0

0+

I I

1+

2+ 3+

4+

5+ 6+ 7+ Возраст, лет

8+

9+ 10+ 11+ 12+ 13+ 14+

Рис. 2. Возрастной состав сельди по глубинам в ноябре—декабре 2002 г.: 1 — < 100 м, М = 8,19 см; 2 — 100-200 м, М = 13,68 см; 3 — > 200 м, М = 27,39 см

Fig. 2. Age structure of herring by depth in November—December, 2002: 1 — < 100 m, М = 8.19 cm; 2 — 100-200 m, М = 13.68 cm; 3 — > 200 m, М = 27.39 cm

Другим фактором, оказывающим влияние на распределение рыб и сроки их миграции из притауйского района в районы зимовки, являются складывающиеся гидрометеорологические условия. При наличии благоприятных условий (в теплые годы) сельдь может задерживаться на шельфе почти до конца декабря. Так, в целом термические условия районов североохотоморского шельфа и западной Камчатки в декабре 1995 г. были значительно теплее нормы. Температура поверхностных вод превосходила среднемноголетние ее значения на 0,5-1,0 °С. В этот год основное и единственное скопление половозрелой охотской сельди было обнаружено в юго-западной части притауйского района над глубинами 200-240 м (рис. 4). Гижигинско-камчатская сельдь в это время находилась на шельфе северо-камчатского района на широте 57° с.ш. и между 154-155° в.д. Нужно отметить, что как в первом, так и во втором случае скопления были очень

62'--1-1- 6i- a) ............... . ' ' • \ У . ; < • • • '•"'v--^ . • / * •  ' v г  .  - • • • 9 у" %  • .' . Л / 5 * . . \ А ... . . ...... ..-'-j

60' • 59" . 58' • /ф 57"- 56"" t 54" >7 C"

62".----- 6i". 6) W.................. ---1---1---1---1---1---1---1---1-Г--г-

60" • 59" • 58"- ' ' 57" 56"' fi' * * ' . •  - • " . . ..¿i \ . w . t

"" .* ч 54" • 53"- ' 62" 61- в) 1 \ '  ' '

60" 59" 58"./'"' 57" ^ 56"4A: \ 4 'с • . • \ ... - г • А ' V • '

55"• ' \ ^ i . /54" 53"' ^ ^ " 140" 142 'V.-.....i • - 144" 146" 148" 150" 152" 154" 156" 158" 160"

Рис. 3. Распределение уловов (экз./км2) сельди в ноябре—декабре 2002 г. в возрасте: а — 0 +—1 + , показаны температуры поверхности; б — 2 +—3+, нанесена изобата 200 м; в — 4+ и старше, показаны температуры у дна. Условные обозначения как на рис. 1

Fig. 3. Distribution of herring catches (ind./км2) in November—December, 2002, by age: а — 0+—1 + , temperatures of the surface; б — 2+—3+; в — 4+ also is older, the bottom temperatures is shown. Catch designation as on fig. 1

плотными и уловы за часовое траление достигали 59,7 т. Сходная картина распределения была отмечена и в ноябре—декабре 1993 г. Все максимальные уловы сельди были получены в том же районе над глубинами 180 м, в пределах высокоградиентной зоны температур, образованной затоком более теплых вод из центральной части Охотского моря на северные мелководья.

Рис. 4. Распределение уловов сельди в декабре 1995 г. Условные обозначения как на рис. 1. Показаны температуры поверхности воды

Fig. 4. Distribution of herring catches in December, 1995. Catch designation as on fig. 1. Temperatures of the surface are shown

В декабре 2002 г. в восточной части моря характер распределения температуры на поверхности соответствовал среднемноголетнему в декабре, только сами значения были ниже (см. рис. 3, а). По сравнению с 1995 г., который оценивался как теплый, температура воды в 2002 г. была ниже в среднем на 1,0-1,5 °С. В этой части моря скопления половозрелой охотской сельди формировались южнее, чем в 1995 г., а именно в районах, где придонные температуры изменялись в пределах от 0,5 до 1,0 °С (рис. 3, в). Гижигинская сельдь по большей части встречалась вместе с охотской и образовывала единственное неплотное скопление на северо-западе впадины ТИНРО. Сеголетки и неполовозрелые рыбы обитали преимущественно в районах шельфа, где преобладали отрицательные и близкие к нулю температуры воды у поверхности и дна (рис. 3, а, б).

Рассматривая характеристику скоплений, следует отметить, что самые плотные косяки сельди образуются на завершающем этапе формирования зимовальных скоплений (обычно в конце ноября — начале декабря), на очень ограниченной площади (Мельников, Кузнецова, 2002). В 1995 г. в притауйском районе площадь такого скопления составила 2,55 тыс. км2, а у о. Ионы в 2002 г. — 2,7 тыс. км2, учтенные биомассы при этом исчислялись сотнями тысяч тонн. Основными местами образования скоплений являются районы свалов глубин и нижнего шельфа преимущественно вдоль 200-метровой изобаты. Их характерной особенностью является невысокая жирность рыб (обычно едва превышающая 1 балл), а средний балл наполнения желудка изменяется в пределах 1,2-1,8. Питаясь, рыбы совершают довольно интенсивные вертикальные миграции от дна и практически до поверхности. Эхолотом фиксировались очень плотные косяки во всей толще воды с максимальной их концентрацией у дна. Уловы за часовое траление по таким эхозаписям исчислялись десятками тонн.

По всей вероятности, такие скопления сохраняются в течение непродолжительного времени. В зависимости от условий нагула и гидрологической об-

становки к середине декабря сельдь рассредоточивается в западной (северные склоны впадины Дерюгина) и юго-восточной частях ионо-кашеваровского района, в диапазоне глубин 250-320 м. При этом в центральной части моря эти процессы заканчиваются раньше.

В целом, оценивая общую картину распределения сельди зимой, ноябрь— декабрь можно охарактеризовать как период завершения формирований зимовальных скоплений сельди в северной части Охотского моря.

Кратко рассматривая биологическое состояние рыб, можно отметить разницу в некоторых показателях между западной и восточной частями моря. Известно, что переход сельди к зимовке осуществляется по достижении организмом рыбы определенного биологического состояния (Прохоров, 1968). Например, у беринговоморской сельди, как правило, степень наполнения желудков уменьшается, снижается жирность у половозрелых самцов, а у самок, наоборот, достигает максимума (Прохоров, 1968). Сходные процессы изменения биологического состояния отмечены и для охотской сельди (Вышегородцев, 1978). Исследования, проведенные зимой 2002 г., подтвердили предполагавшееся ранее (Шунтов, 1998; Мельников, 2002) наличие у охотской сельди двух группировок — одной в западной части моря, другой в восточной. В западной части моря скопление было образовано в основном половозрелыми рыбами, которые, по-видимому, находились еще на завершающей стадии подготовки к зимовке. Как было указано выше, рыбы активно перемещались в толще воды, но максимальные и очень плотные концентрации отмечались у дна, преимущественно в диапазоне глубин 175-200 м. Уловы по таким эхозаписям достигали 28 т за часовое траление. Над изобатами менее 1 50 и более 220 м эхозаписи резко обрывались и сельдь практически отсутствовала. Скорее всего, это можно объяснить тем, что в западной части моря рыбы еще продолжали откорм перед зимовкой, образуя скопления в местах максимальных концентраций зоопланктона, преимущественно копеподы Metridia okhotensis (рис. 5), которая и доминировала в составе пищи сельди. Продолжение нагула также подтверждается невысокой жирностью рыб (в среднем 1,2 балла) и довольно высокой степенью наполнения желудков (1,7 балла). Причем какой-либо существенной разницы, может быть за исключением последнего показателя и средней длины самцов, которая была несколько меньше, чем у самок, у половозрелых рыб не отмечалось (табл. 2).

В юго-восточной части ионо-кашеваровского района, напротив, располагалось уже сформировавшееся зимовальное скопление сельди, по площади в несколько раз превышавшее предыдущее, но имевшее значительно меньшую плотность. Рыба держалась у дна как в дневное, так и в ночное время над глубинами 250-300 м, слабо питаясь и совершая незначительные вертикальные миграции в течение суток. При этом средний балл наполнения желудка редко превышал 1,0, но средняя жирность в различных частях скопления изменялась от 1,2 до 2,4 балла, увеличиваясь с запада на восток. Жирность самок была вдвое выше, чем у самцов (табл. 2), а зрелость у самцов превышала таковую у самок. Главным компонентом пищи также являлись копеподы.

Следует отметить, что распределение половозрелой сельди во многом совпадало с распределением копеподы Metridia okhotensis (рис. 5), которая, как было сказано выше, являлась основным компонентом питания половозрелых и созревающих рыб. Это указывает на то, что сроки и районы образования зимовальных скоплений сельди в северной части Охотского моря зависят не только от складывающихся гидрологических условий, но и от распределения основных кормовых организмов.

В заключение следует отметить имеющиеся различия в возрастном составе уловов сельди на западе и востоке ионо-кашеваровского района (рис. 6). Мы не будем подробно останавливаться на возможных причинах этих различий, так

как это не является целью настоящей работы, кратко укажем на то, что общим для указанных выше скоплений является явное преобладание поколения 1997 года рождения (5+), в то время как соотношения других возрастных когорт существенно различаются. К тому же обращает на себя внимание почти полное отсутствие у о. Ионы сельди возрастом старше восьми лет и значительная её доля на востоке района. Данную ситуацию, по-видимому, можно объяснить значительным снижением миграций рыб после нагула на зимовку в северо-восточную часть моря — главным образом особей младших возрастов, а также наличием значительного количества сельди гижигинско-камчатской популяции в центральных районах моря, где она образует зимовальные скопления совместно с охотской сельдью.

Рис. 5. Распределение Metridia okhotensis в период 13.11-26.12.2002 г. Fig. 5. Distribution of Metridia okhotensis during 13.11-26.12.2002

Таблица 2

Некоторые биологические показатели сельди в скоплениях у о. Ионы и в восточной части ионо-кашеваровского (ИК) района

Table 2

Some biological indices for herring aggregations near Iona Island and from the eastern Iona-Kashevarov area

Район Показатели Самки и самцы Самки Самцы

Скопление у о. Ионы Наполнение желудка (баллы) 1,7 1,9 1,5

Жирность (баллы) 1,2 1,2 1,1

Длина АС,см 25,7 26,3 25,2

Количество, экз. 50 21 29

Скопление в восточной Наполнение желудка (баллы) 1,1 1,1 0,8

части ИК района Жирность (баллы) 1,7 2,1 1,0

Длина АС, см 28,1 28,1 28,1

Количество, экз. 126 76 50

Таким образом, из сказанного выше можно сделать вывод о том, что исследованиями последних лет было полностью подтверждено существование двух относительно изолированных группировок сельди в северо-западной и северовосточной частях Охотского моря (Melnikov, 2002).

40 п 35 30 25 -

%

^ 20  15 -10 -5

0

- 1

И - 2

0+ 1+ 2+ 3+ 4+ 5+ 6+ 7+ 8+ 9+ 10+ 11+ 12+ 13+ 14+

Возраст, лет

Рис. 6. Соотношение возрастных групп сельди в уловах у о. Ионы (1) и в восточной части ионо-кашеваровского района (2) в ноябре—декабре 2002 г., %

Fig. 6. Ratio of herring age groups in catches near Iona Island (1) and eastern part of Iona-Kashevarov area (2) November—December, 2002, %

В настоящее время, кроме известных ранее зимовальных скоплений сельди в притауйском районе и на банке Кашеварова, выявлены зимовальные скопления также между о. Ионы, северной оконечностью о. Сахалин и северными склонами впадины Дерюгина. При этом основной пресс промысла приходится на восточную группировку сельди, в то время как западная до настоящего времени практически не эксплуатируется. Районы и сроки зимовки сельди во многом определяются гидрологическими условиями, складывающимися в каждом отдельном году, биологическим состоянием рыб, возрастным составом популяций и наличием основных объектов питания на завершающих этапах образования зимовальных скоплений. Зимовальные скопления сельди в западной и восточной частях ионо-кашеваровского района практически изолированы друг от друга, а биологическое состояние рыб в этих районах заметно различается.

Литература

Аюшин Б.Н. Некоторые данные о нагульной сельди северной части Охотского моря // Изв. ТИНРО. — 1951. — Т. 35. — С. 81-86.

Волвенко И.В. Некоторые алгоритмы обработки данных по обилию и размерно-весовому составу уловов // Изв. ТИНРО. — 1999. — Т. 126. — С. 177-195.

Волвенко И.В. Морфометрические характеристики стандартных биостатистических районов для биоценологических исследований рыболовной зоны России на Дальнем Востоке // Изв. ТИНРО. — 2003. — Т. 132. — С. 27-42.

Волвенко И.В., Титяева Е.А. Динамика доминирования в нектоне и макропланктоне пелагиали северной части Охотского моря // Изв. ТИНРО. — 1999. — Т. 126. — С. 58-81.

Вышегородцев В.А. Поведение и распределение охотской сельди в зависимости от температурных условий осенне-зимнего периода 1970 г. // Изв. ТИНРО. — 1973. — Т. 86. — С. 26-34.

Вышегородцев В.А. Динамика некоторых биологических показателей охотской сельди в осенне-зимний период // Исследования по биологии рыб и промысловой океанографии. — Владивосток: ТИНРО, 1978. — Вып. 9. — С. 99-106.

Дружинин A^., Покровская H.C. ^которые данные о зимней сельди из зал. Анива // Изв. TOHPO. — 1957. — T. 44. — С. 247-249.

Елкин Е.Я. К вопросу о прогнозировании сроков образования крупных косяков охотской нагульной сельди // Изв. TOHPO. — 1973. — T. 86. — С. 22-25.

Мельников И^. Peзyльтaты оценки запаса сельди в северной части Oхотcкого моря по траловым съемкам 2000 г. // Изв. TOHPO. — 2002. — T. 130. — С. 1142-1158.

Мельников И^., Bоробьев П^. Pacпpeдeлeниe и миграции неполовозрелой сельди в северной части Oхотcкого моря // Вопр. рыб-ва. — 2001. — T. 2, № 3(7). — С. 403-421.

Мельников И^., Кузнецова H.A. Ocобeнноcти формирования скопления охотской сельди в притауйском районе в сентябре 1998 и 1999 гг. // Изв. TOHPO. — 2002. — T. 130. — С. 1159-1170.

Мишанова O.A., Лобода C.B. Состояние запасов и особенности распределения сельди в северной части Oхотcкого моря зимой 2002 г. // Комплексные исследования и переработка морских и пресноводных гидробионтов: Teз. докл. Всерос. конф. молодых ученых. — Владивосток: TOHPO-центр, 2003. — С. 63-65.

Прохоров B.r. O зимнем периоде жизни беринговоморской сельди // Изв. TOH-PO. — 1968. — T. 64. — С. 329-337.

Тюрнин Б^. Hepecтовый ареал охотской сельди // Изв. TOHPO. — 1973. — T. 86. — С. 12-21.

Харитонова O.A. К вопросу о распределении нагульной сельди в северной части Oхотcкого моря // Изв. TOHPO. — 1965. — T. 59. — С. 92-98.

Шунтов B.^ Современный статус биологических ресурсов Oхотcкого моря // Pbrô. хоз-во. — 1998. — № 4. — С. 40-42.

Шунтов B.^, Bолвенко И-B., Bолков A^. и др. ^вые данные о состоянии пелагических экосистем Oхотcкого и Японского морей // Изв. TOHPO. — 1998. — T. 124. — С. 139-177.

Melnikov I.V. Effect of the cold winter 2000-2001 on allocation and migrations of the Pacific herring in the northern Okhotsk Sea // PICES. — Qingdao, China, 2002. — P. 201.

Поступила в редакцию 27.07.04 г.