Страхование страхования

Распространение государственных гарантий на страхование жизни не столько насущная необходимость, сколько маркетинговый ход. Благодаря обязательному резервированию, стабильности и устойчивости страхового рынка нет никаких сомнений в обязательности страховых выплат. Тем не менее страховщики готовы платить за гарантии от государства.

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

Двойные гарантии

В начале июня в Государственную думу внесен законопроект о гарантировании в страховании жизни, предлагающий распространить систему страхования не только на банковские вклады, но и на страхование жизни, а также комбинированное страхование (в том числе кредитное/ипотечное). Закон в случае его принятия должен вступить в силу в 2025 году, миссия будет поручена Агентству по страхованию вкладов (АСВ). Подразумевается, что система страхования будет строиться по аналогии с банковской системой гарантирования.

Согласно тексту законопроекта, гарантированию подлежит как право выгодоприобретателя на страховую выплату, так и право страхователя на выкупную сумму (страховую выплату) при досрочном расторжении договора. Попадает под гарантии и возврат страховой премии (полностью или частично) и в случае отказа от страховки в течение «периода охлаждения». Гарантирование распространяется на договоры страхования жизни физических лиц. Единственным исключением является право выгодоприобретателя—юридического лица, являющегося кредитором по договору потребительского кредита (займа): оно также попадает под гарантии.

Лимит гарантии для страхования жизни вдвое больше, чем при страховании вкладов,— 2,8 млн руб. от одного страховщика против 1,4 млн руб. по вкладу. На случай смерти застрахованного гарантированный лимит составит 10 млн руб. В отношении лимитов по выплатам все опрошенные “Ъ” представители отрасли заявили, что они достаточны, так как превышают и средний взнос, и среднюю выплату. Кроме того, предпосылок к возможной реализации каких-то негативных сценариев практически нет, единодушно подчеркивают эксперты.

«Важно отметить, что и в настоящее время, без системы гарантирования, страховщики жизни доказали свою стабильность и устойчивость,— отмечает генеральный директор "СберСтрахования жизни" Игорь Кобзарь.— Компании формируют страховые резервы, которые предназначены для выполнения принятых обязательств по выплатам страховых возмещений. Под управлением страховых компаний, если брать сектор страхования жизни, по состоянию на конец 2022 года почти 1,5 трлн руб.».

Вице-президент Всероссийского союза страховщиков Виктор Дубровин также высказывает уверенность, что финансовая устойчивость страховщиков жизни крайне высока. Тем более что Банк России ежегодно повышает требования и контроль за страховщиками.

Известен лишь один случай отзыва лицензии по причине невыполнения требований к финансовой устойчивости, затем невыполнения плана по финансовому оздоровлению, которые привели к процедуре банкротства страховщика жизни ОСЖ «Россия» (2014–2015 годы). В остальных ситуациях уход со сдачей лицензии был добровольным, а на него гарантии, предлагаемые в новом законопроекте, не распространяются.

Всего с рынка в последние пару десятилетий добровольно ушло около десятка страховщиков жизни — все уходы были исключительно цивилизованными и происходили с передачей клиентской базы и договорных портфелей, так что для клиентов ничего не менялось. Именно таким образом, к примеру, «Зетта Страхование жизни» в свое время приняла портфели от нескольких страховщиков, уходивших с рынка (например, от ING Life), поясняет генеральный директор компании Игорь Фатьянов.

Фонд АСВ, как и в случае с банками, предполагается формировать из взносов страховых компаний с лицензией на «жизнь», они будут вноситься поквартально. Расчетной базой станут те самые резервы страховщика, которые уже являются гарантией выплат в случае ухода страховщика с рынка. Минимальная ставка взносов в АСВ со стороны страховщика жизни — 0,003125%, максимальная — 0,2%. В законопроекте закреплена возможность установки максимальной ставки на три года после предоставления Банком России кредита АСВ или же в случае выпуска агентством облигаций или других бумаг. А если АСВ не справилось и кредит не вернуло, то срок максимальной ставки может быть продлен еще на два года.

Это, пожалуй, самый спорный момент в законопроекте, так как получается, что бремя ответственности за заимствование средств у ЦБ или на рынке АСВ перекладывает на участников системы гарантирования, отмечают некоторые эксперты на условиях анонимности. Официально же компании заявляют, что взносы в АСВ не станут дополнительной нагрузкой на страховщиков и не приведут к повышению тарифов.

«Подход к тарифной политике представляется нам адекватным, принцип симметричен применяемому по отношению к банкам и негосударственным пенсионным фондам,— полагает Олег Черноусов, генеральный директор компании "Совкомбанк Страхование Жизни".— Основополагающего влияния на стоимость продукта для страхователей мы не прогнозируем, так как в рамках НСЖ возможны разные конфигурации». При этом, как отмечает эксперт, требуется более детально проработать процесс перехода от минимальных к максимальным значениям и обратно.

Получается, что с учетом практически нулевых рисков реализации негативного сценария (в отличие от банковской сферы) взносы страховщиков фактически просто пойдут в копилку АСВ.

Зачем это страховщикам

Олег Черноусов полагает, что гарантии государства станут дополнительным аргументом в пользу выбора продуктов накопительного страхования жизни, привлекут к НСЖ и ДСЖ (который готовится к запуску) еще больше внимания. Соглашается с ним и Игорь Фатьянов, который считает, что практика гарантирования повысит доверие потребителей к этому виду страхования.

Как объяснил господин Дубровин, система гарантирования по договорам страхования жизни изначально воспринималась страховым сообществом в первую очередь как равнозначная защита потребителей. «Потребитель, который вкладывает в депозит, заключает договор с НПФ или страховщиком жизни, не должен переживать, что где-то его вложения защищены лучше, где-то хуже. Вопрос защиты вложений — это гигиенический фактор (как ремни безопасности в автомобиле), он должен просто быть, а потребитель выбирает и оценивает непосредственную сущность — продукт»,— говорит Виктор Дубровин.

Также страховщики рассматривают систему гарантирования как маркетинговый инструмент. Все знают про банковскую систему гарантирования по вкладам. С 2004 года АСВ выплатило банковским вкладчикам более 2 трлн руб. Подключение к системе АСВ страховщиков может оказать успокоительный эффект на потенциального страхователя.

«Большинство воспринимают государственные гарантии как важный и нужный механизм применительно к любым финансовым инструментам. Заключая долгосрочный договор страхования, клиенты часто спрашивали, как гарантируется исполнение обязательств. Долгий и профессиональный рассказ о сложной системе финансовой устойчивости в страховании гораздо проще заменить простым и понятным "застраховано в АСВ"»,— поясняет Виктор Дубровин.

Есть и еще один нюанс: страхование жизни — это всегда длинные деньги, а на промежутке 10–20 лет никакие дополнительные гарантии лишними не будут.

«Можно задаться вопросом о практической применимости механизмов гарантирования с учетом очень высокой надежности сегмента страхования жизни, близкого к нулю исторического числа дефолтов в этом секторе, высокой зарегулированности сегмента,— рассуждает управляющий директор по рейтингам страховых и инвестиционных компаний агентства "Эксперт РА" Алексей Янин.— Вместе с тем мы живем в очень турбулентное время, и то, что сейчас кажется очень надежным, может перестать быть таковым в будущем, а классические продукты страхования жизни рассчитаны на многие годы, в том числе и на 15 лет, и даже дольше. За этот период может произойти многое, и с госгарантиями среднестатистическому потребителю продуктов страхования жизни будет все-таки спокойнее».

Виктор Дубровин также подчеркивает, что государственная система страхования — это своеобразный знак, что данный финансовый инструмент является социально важным, массовым и защищается со стороны государства.

Пожалуй, именно этот своеобразный «знак качества» особенно важен для страховщиков, после того как регулятор поступил с инвестиционным страхованием жизни (ИСЖ) — типом продуктов, к которому было очень много нареканий из-за мисселинга. Представители Банка России неоднократно настолько жестко критиковали ИСЖ, что большинство страховщиков жизни решили свернуть это направление бизнеса. Как следует из «Обзора ключевых показателей страхового рынка за 2022 год» Банка России, взносы по ИСЖ сократились почти в два раза год к году, до 118,3 млрд руб., а ведь еще лет пять назад именно ИСЖ называли драйвером страхового рынка.

А теперь страховое сообщество, похоже, готово платить, по сути, за ненужные рынку дополнительные гарантии, которые работают скорее как психотерапия для страхователя и маркетинговый ход, уравнивая в правах страховщиков с негосударственными пенсионными фондами и управляющими компаниями. Страховщики этого давно добивались и вскоре, видимо, получат.