Проблемы уголовной ответственности лиц с психическим расстройством, не исключающим вменяемости в истории зарубежного уголовного законодательства

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2011. № 2

Т.А. Кули-Заде, аспирант кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета РУДН*

ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЛИЦ С ПСИХИЧЕСКИМ РАССТРОЙСТВОМ, НЕ ИСКЛЮЧАЮЩИМ ВМЕНЯЕМОСТИ В ИСТОРИИ ЗАРУБЕЖНОГО УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

Статья посвящена проблеме вменяемости. Автор рассматривает проблемы вменяемости в истории зарубежного уголовного законодательства.

Ключевые слова: вменяемость; уголовная ответственность; психическое расстройство.

The article deals with the problem of imputability. The author examines the issue of imputability in the history of foreign criminal law.

Keywords: imputability; criminal responsibility; mental disorder.

XX век с достаточной полнотой и объективностью воспринял идеи и научные направления в уголовном законодательстве и психиатрии относительно становления и развития национальных законодательств об ограниченной вменяемости при совершении преступления. Эти вопросы широко обсуждались на международных съездах ученых и практических работников в конце XIX в. Так, профессор П.И. Люблинский в своей книге о деятельности Международного Союза криминалистов отмечал, что из обсуждаемых на съездах Союза вопросов уголовной политики первое место, бесспорно, занимал вопрос об уменьшенной вменяемости: «За последние десятилетия взгляд, по которому между вменяемостью и невменяемостью нельзя провести строгой границы, а лишь возможно приблизительно наметить ее, сильно укрепился в науке благодаря исследованиям в области психиатрии», — пишет автор. Далее П.И. Люблинский отмечает, что «эти исследования показали ряд промежуточных форм психического расстройства, такие как неврастения, истерия, легкая эпилепсия, алкоголизм и пр., которые нельзя отнести к состоянию невменяемости»1.

В 1869 г. в связи с составлением Германского Уголовного уложения вопрос о выделении таких видов неполной вменяемости в особую форму был предметом спора между врачами и юристами, который тогда не получил надлежащего разрешения. Однако вопрос о так называемой уменьшенной вменяемости с того времени становится темой

* anri 16@mail.ru

1 Люблинский П.И. Международные съезды по вопросам уголовного права за 10 лет (1905-1915). Пг., 1915. С. 22.

и психиатрических конгрессов: в 1898 г. проходивший в Дрездене съезд судебных психиатров вынес резолюцию о необходимости признания особой категории лиц — уменьшенно вменяемых, к которым кроме репрессивных мер предлагалось применять и врачебные меры, а также меры безопасности.

В 1903 г. в Дрездене на съезде германской группы Союза криминалистов профессор Ф. Лист выступил докладчиком по этому вопросу. Он обосновывал принципиальную необходимость признания особой группы лиц, являющихся уменьшенно вменяемыми: они должны подвергаться менее строгому наказанию с отбыванием в особых учреждениях, устроенных в соответствии с медицинскими требованиями. Эти положения были закреплены в резолюции съезда. Съезд создал комиссию для разработки вопросов организации названных учреждений, об ответственности и режиме отбывания наказания умень-шенно вменяемыми лицами.

На очередном съезде в Штуттгарте в 1904 г. Ф. Лист обосновал свою позицию о том, что уменьшенно вменяемые подлежат более мягкому наказанию с одновременным применением к ним мер безопасности. При этом отмечалось, что необходимо принятие мер безопасности и по отношению к лицам, еще не совершившим преступления, но которые в силу психического расстройства представляют опасность для общества (например, в виде специального надзора, помещения в убежище безопасности и пр.).

На Гамбургском съезде в 1905 г. первоначально предполагалось заслушать сообщения о выполнении намеченных ранее мероприятий и решений, а затем ограничиться обсуждением по вопросу об уменьшенной вменяемости. Однако в связи с разногласиями между делегатами французского и германского представительств на затронутую проблему возникла острая дискуссия. В частности, Принс, признав справедливость позиции Листа о том, что законодатель едва ли согласится отказаться окончательно от наказания преступлений, совершенных уменьшенно вменяемыми, предложил вообще исключить уголовную ответственность этой категории лиц.

Он убедительно доказывал, что речь должна идти не о наказании, а о врачебном воздействии. При этом совершение преступления не являлось необходимой предпосылкой для такого воздействия: достаточно одной опасности.

Такое мнение было поддержано копенгагенским профессором Торпом, который на примере Дании показал, что назначение наказания в отношении уменьшенно вменяемых лиц лишь расширяет полномочия суда по применению наказания, но не способствует борьбе с преступностью. Профессор Лист справедливо отмечал, что личность преступника в таких случаях рассматривается как бы с двух сторон: со стороны степени его вменяемости и с точки зрения его общественной опасности, поэтому меры воздействия должны иметь двойствен-

ный характер. Но если Каль предлагал всецело предоставить решение вопроса о наказании уголовному судье, то, по мнению Листа, более компетентным был бы в таком случае гражданский судья.

Защитники взглядов германской группы резонно, на наш взгляд, отвечали, что применение уменьшенного наказания в отношении этих лиц не является компромиссом. Так, профессор Липманн указывал, что каждая из мер — наказание и медицинское воздействие — имеет свою особую цель: первая— цель общего предупреждения, вторая — специальную цель. Франк указал на особое значение специальной цели наказания: в данном случае наказание применяется не столько в индивидуальных, сколько в социальных целях2.

На Гамбургском съезде криминалистов 14 сентября 1905 г. была принята резолюция «О режиме для лиц, уменьшено вменяемых». В соответствии с п. 1 резолюции для лиц, обладающих психической недостаточностью (лица с уменьшенной ответственностью), как преступных, так и непреступных, которые являются опасными для самих себя, для своей среды или для общества, законодатель может устанавливать меры безопасности (специальный надзор, убежище безопасности и пр.). В п. 2 предложено устанавливать специальное наказание и специальный режим для таких лиц независимо от постановления закона относительно смягчающих обстоятельств3.

На конгрессе в Кельне в 1911 г. также обсуждался вопрос о режиме для так называемых уменьшенно вменяемых. Докладчик судья Энге-лен попытался дать определение понятия «уменьшенная вменяемость». Кроме лиц с наследственными пороками и лиц с приобретенными дефектами психики им была выделена третья группа — те, кто стал безнравственным под влиянием среды. При некоторых обстоятельствах, по мнению докладчика, таких лиц можно отнести к уменьшенно вменяемым. В то же время он предлагал отказаться от законодательного закрепления этой категории, предоставив самостоятельность судьям при необходимости и целесообразности назначать или меры наказания, или меры безопасности, либо применить эти меры одновременно. Также Энгелен полагал, что судья самостоятельно может решить вопрос о наличии уменьшенной вменяемости, принимая во внимание мнение эксперта4.

По мнению профессора Берлинского университета Каля, в определении понятия «уменьшенная вменяемость» имеется соединение принципов справедливости и целесообразности: справедливости — потому что при этом учитываются самые тонкие оттенки виновности ; целесообразности — потому что применение мер безопасности создает

2 См.: Люблинский П.И. Указ. соч. С. 26, 61.

3 Там же. С. 155.

4 Подробнее см.: Бураева С.К. Уголовная ответственность лиц с отклонениями в психике, не исключающими вменяемости. М., 2002.

для общества необходимую защиту. Каль полагал, что необходимо в самом законе дать определение уменьшенной вменяемости.

Следует признать наличие уменьшенной вменяемости и у лиц с ослабленным осознанием виновности. Профессор Каль справедливо полагал, что таких лиц следует наказывать, так как они виновны перед законом: наказание должно и в данном случае выполнить свою обычную функцию. Но это не должно означать однозначного снижения наказания. В каждом конкретном случае судья должен дать оценку этим обстоятельствам5. Профессор Ашаффенбург в прениях заявил, что уже нет сомнений относительно существования уменьшенной вменяемости: дело только в том, чтобы установить, какие меры являются наиболее целесообразными по отношению к таким лицам.

Если на Брюссельском съезде 1910 г. профессору Ф. Листу, сделавшему доклад об опасном состоянии личности, с большим напряжением пришлось отстаивать само это понятие, то Копенгагенский съезд, проходивший в августе 1913 г., уже обсуждал законодательную обрисовку этого вопроса. Основной задачей криминалистов было рассмотрение вопроса об отдельных категориях опасных преступников. Были намечены четыре категории опасных преступников: психически-дефективные преступники; опасные рецидивисты; нищие и бродяги; преступники-алкоголики.

Профессор Корнатеану из Румынии изложил несколько положений относительно психически дефективных преступников: опасным дефективным преступником является всякий индивид, который под влиянием наследственности или образа жизни стал импульсивным, или подверженным внезапным склонностям, проявляющимся в совершении правонарушений. Автор доклада предложил помещать таких лиц на неопределенное время в тюрьмы-убежища и обеспечить им надлежащий врачебный режим. По освобождении лицо, по заключению врача, вновь могло быть возвращено туда, если опасные наклонности повторятся. В отношении этой категории лиц, еще не совершивших преступления, докладчик предлагал применять административные меры6.

Впервые об уменьшенной вменяемости упоминают уголовные кодексы германских государств: Брауншвейгский 1840 г. (§ 66), Саксен-Альтенбургский 1841 г. (§ 41), Гессенский 1841 г. (§ 144), Баденский 1845 г. (§ 153). В них среди факторов, которые обусловливали уменьшенную вменяемость, указывались, например, слабоумие, недостаточное развитие, старческая дряхлость, опьянение, полное отсутствие воспитания, крайне неблагоприятная и развращающая обстановка. Во всех подобных случаях, согласно этим кодексам, предусматривалось уменьшение наказания. В частности, в § 144 Гессенского уголовного

5 См.: Люблинский П.И. Указ. соч. С. 355—356.

6 Там же. С. 356-357.

кодекса указывалось на необходимость уменьшения наказания, когда способность «к самоопределению или к уразумению наказуемости проступка или свобода воли не вполне уничтожена, но уменьшена в значительной степени».

Подобное отношение к назначению наказания лицам с нервно-психическими, эмоциональными расстройствами, не исключающими вменяемости, было предусмотрено также законодательством Швеции 1864 г., Дании 1886 г., Финляндии 1889 г. и др. Институт так называемой ограниченной (уменьшенной) вменяемости характерен для уголовного законодательства большинства государств континентальной (романо-германской) правовой семьи. Предпосылкой для введения указанного института практически везде явилось внедрение в широкую клиническую и экспертную практику учения о «пограничных состояниях», которые влекут снижение способности осознавать значение своих действий и контролировать их, но в то же время не в столь значительной степени, чтобы лица, обнаруживающие расстройства пограничного спектра, признавались невменяемыми. Наиболее разработаны нормы применения этого института в законодательстве ФРГ и Франции7.

Так, в Уголовном кодексе ФРГ в редакции от 10 марта 1987 г. (с изм. на 1 апреля 1998 г.) в § 21 закреплено: «если вследствие какого-либо психического расстройства способность лица осознавать противоправность своего деяния или действовать в соответствии с этим была в значительной степени уменьшена, то в случае совершения преступления назначаемое наказание может быть смягчено».

Согласно абз. 2 ст. 122-1 УК Франции (в ред. 1992 г.), «лицо, находившееся в момент совершения преступления в состоянии психического или нервно-психического расстройства, ухудшившего его способность осознавать или контролировать свои действия, подлежит уголовной ответственности, однако суд учитывает это обстоятельство при определении меры наказания и порядка его исполнения»8. Как видно, состояние уменьшенной вменяемости не исключает преступности деяния и уголовной ответственности. Данный институт позволяет применить к указанным лицам медицинские меры. Такие осужденные направляются в специализированные учреждения, режим которых совмещает лишение свободы с проведением медико-психиатрических мероприятий.

В уголовном законодательстве Швейцарии, принятом 21 декабря 1937 г., также урегулирован вопрос, связанный с уменьшенной вменяемостью. Так, в соответствии со ст. 11 УК, если во время совершения преступного деяния лицо вследствие расстройства душевной деятель-

7 См.: Рейтц Г.В. Патологическая преступность и уменьшенная вменяемость // Совр. психиатрия. 1912. Июнь. С. 456.

8 Новый Уголовный кодекс Франции. М. 1993 С. 10—11.

ности или расстройства сознания, или вследствие недостаточного психического развития обладало пониженной способностью осознавать противоправность своего преступного деяния или действовать с сознанием этой противоправности, судья может по своему усмотрению смягчить наказание. В ст. 12 УК было предусмотрено, что положения об уменьшенной вменяемости, как и невменяемости, не применяются, если обвиняемый сам вызвал тяжкие изменения или расстройство сознания с намерением совершить преступление.

Концепция уменьшенной ответственности, известная ранее шотландскому праву, была введена в английское право Законом 1957 г., который предусматривает, что «лицо, которое убивает или участвует в убийстве другого, не подлежит наказанию за тяжкое убийство, если оно страдает от такой аномалии сознания (независимо от того, вызвано ли это задержкой или отставанием в умственном развитии либо другой врожденной причиной, вызванной заболеванием или повреждением), которая существенным образом ухудшила его психическую ответственность за свои действия или бездействие в момент совершения убийства или за соучастие в нем»9.

В отличие от так называемых правил Макнатена, которые полностью ос-вобождают при наличии душевной болезни от уголовной ответственности, уменьшенная вменяемость является фактором, смягчающим ответственность и дающим возможность в определенных случаях переквалифицировать тяжкое убийство в простое убийство. Это же естественным образом сказывается на выборе меры наказания, поскольку за тяжкое убийство по закону предусмотрено только пожизненное тюремное заключение. Правило об уменьшенной ответственности распространяется только на случаи обвинения в убийстве.

Английская судебная практика придерживается мнения, что для применения правила об уменьшенной вменяемости необходимо сочетание трех элементов. Во-первых, обвиняемый должен страдать от такой «аномалии сознания» в момент совершения преступления, которую обычный разумный человек определит как «ненормальность». Во-вторых, «аномалия сознания» должна проистекать от одной из определенных причин, а именно, от задержки или отставания в развитии либо от любой врожденной причины, вызванной этим заболеванием или повреждением. В-третьих, эта аномалия, упомянутая в Законе, должна существенным образом уменьшить психическую ответственность обвиняемого за его действия или бездействие. При этом нет однозначного ответа, что же понимается под словами «существенным образом»10.

Итальянский Уголовный кодекс предусматривает полную невменяемость (ст. 88 УК) и уменьшенную вменяемость. Согласно ст. 89

9 Козочкин И.Д. Уголовное право зарубежных государств. М., 2001. С. 40.

10 Fiandaca G., Musco E. Diritto penale. Parte generale, seconda edizione. Bologna, 1989. P. 251.

УК Италии, лицо, которое в момент совершения преступления находилось в таком психическом состоянии, которое не исключало, но существенно снижало способность сознавать и желать, несет ответственность за содеянное, но наказание для него должно быть снижено. Таким образом, в отличие от УК РФ уголовное законодательство Италии в случае уменьшенной вменяемости обязывает правоприменителя смягчать наказание. Кроме того, в соответствии со ст. 90 УК Италии совершение лицом преступления в состоянии эмоционального возбуждения или волнения не только не освобождает лицо от уголовной ответственности, но и не является смягчающим обстоятельством. Следует сделать вывод, что в данной норме указанные состояния человека не отнесены к психическим. По мнению итальянских юристов, психическое расстройство, исключающее или уменьшающее вменяемость, может быть вызвано не только душевным заболеванием, но и причинами физической болезни, например, бред, вызванный высокой температурой, психическое смятение, вызванное инфекционным действием паратифа.

Важным этапом реформы федерального уголовного законодательства США стало издание в октябре 1984 г. комплексного закона о контроле над преступностью. Суды некоторых штатов, в частности Калифорнии, прибегают к использованию «концепции ответственности», т.е. уменьшенной вменяемости. Это обычно делается в тех случаях, когда представленные обвиняемым доказательства свидетельствуют о том, что в момент совершения деяния он находился в таком психическом состоянии, что не мог совершить преступление, требующее специального намерения, злого умысла или злого пред-умышления.

В случае признания лица действовавшим в состоянии уменьшенной вменяемости, преступление квалифицируется как менее опасное, т.е., например, не как тяжкое убийство, а как простое убийство. Вместе с тем американские теоретики отмечают, что не всегда просто провести различие между психическим расстройством и опьянением, когда у обвиняемого также отсутствует намерение совершить преступление.

Уголовный кодекс Пенсильвании (Свод законов Пенсильвании — титул 18) в главе 3 «Виновность» предусматривает такое понятие, как «виновный, но психически больной». Из смысла этого закона следует сделать вывод, что понятие «психически больной» отлично от понятия невменяемости. Так, в соответствии с (1) § 314 УК Пенсильвании психически больным считается тот, кому в результате психического расстройства или неполноценности недостает в значительной степени способности либо оценить неправильность своего поведения, либо согласовать свое поведение с требованиями закона. А «невменяемость, признанная в законном порядке», трактуется как состояние, когда во время совершения деяния подсудимый страдал таким нарушением

рассудка вследствие психического заболевания, что не сознавал характера и цели совершаемого им деяния, или если и сознавал, но не понимал, что поступает неправильно ((2) § 314)11.

В своей работе «Патопсихология поведения» профессор кафедры психологии Принстонского университета Рональд Комер указывает, что в некоторых штатах Америки есть еще один вид защиты обвиняемых — признание виновным с ограниченными способностями. При этом психическое расстройство рассматривается как смягчающее обстоятельство, которое нужно учитывать, когда точно определяется состав преступлений. «Адвокат говорит о том, что из-за расстройства обвиняемый не мог намеренно совершить то или иное преступление. В этом случае степень вины человека уменьшается»12.

Изложенное подтверждает, что уменьшенная вменяемость как уголовно правовая категория в различных формулировках признается законодательством разных стран. Содержащиеся, например, в действующем Уголовном кодексе Японии термины «психическая ненормальность» и «слабоумие» практически аналогичны невменяемости и ограниченной вменяемости. Согласно ч. 1 ст. 39 УК Японии, ненаказуемо действие, совершенное психически ненормальным, а санкции слабоумным смягчаются как ограниченно вменяемым (ч. 2 ст. 39 УК)13.

Иначе закреплен вопрос об ответственности лиц с психическим расстройством в законодательстве Австрии. Глава 4 УК «Определение размера наказания» в § 34 содержит п. 1, согласно которому возможно смягчение наказания лицу, которое в силу своих психических аномалий было не в полной мере способно понимать происходящее. Представляется, что такое технико-законодательное закрепление нормы об уменьшенной вменяемости наиболее удачно, так как речь в этих случаях идет о вменяемых субъектах, подлежащих уголовной ответственности, а следовательно, и уголовному наказанию.

Анализ исследуемой проблемы в истории зарубежного законодательства показывает, что по-разному понималась и понимается в настоящее время сущность уменьшенной (ограниченной) вменяемости. При признании таких объективных обстоятельств, как наличие аномалий психики у некоторых индивидов, их влияние на поведение, распространенность, исследователи в разных странах и разных научно-правовых направлений находили аргументы в пользу концепции уменьшенной вменяемости. Однозначно ими решался вопрос о способности указанных лиц нести уголовную ответственность в силу их вменяемости, хотя и уменьшенной. Но разным был и остается подход

11 Соединенные Штаты Америки. Конституция и законодательные акты / Сост.

B.И. Лафитский; под ред. О.А. Жидкова. М, 1993. С. 657-658.

12 Комер Р. Патопсихология поведения: нарушения и патологии психики. М., 2002.

C. 536; Уголовное законодательство зарубежных стран (Англии, США, Франции, Германии, Японии) //Сборник законодательных материалов. М., 1999. С. 339.

13 См.: Козочкин И.Д. Указ. соч. С. 456.

к вопросам назначения и исполнения наказания, а также применение к этой категории осужденных медицинских мер.

Вопрос о социальной и биологической сущности преступника был дискуссионным на протяжении всей истории развития криминологии. Таковым он остается, по нашему мнению, и сегодня. Он, несомненно, требует дальнейшего научного и практического осмысления.

Список литературы

1. Бураева С.К. Уголовная ответственность лиц с отклонениями в психике, не исключающими вменяемости. М., 2002.

2. Козочкин И.Д. Уголовное право зарубежных государств. М., 2001.

3. Комер Р. Патопсихология поведения: нарушения и патологии психики. М., 2002.

4. Люблинский П.И. Международные съезды по вопросам уголовного права за 10 лет (1905-1915). Пг., 1915.

5. Рейтц Г.В. Патологическая преступность и уменьшенная вменяемость // Совр. психиатрия. 1912. Июнь.

6. Fiandaca G., Musco E. Diritto penale. Parte generale, seconda edizione. Bologna, 1989.