Императрица Евдокия и первая редакция гомеровского центона (к вопросу об авторстве)

Литература Средних веков и Возрождения

Т.Л. Александрова

ИМПЕРАТРИЦА ЕВДОКИЯ И ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ ГОМЕРОВСКОГО ЦЕНТОНА

В статье рассматривается вопрос авторства первой редакции Гомеровского центона (1НС). На основании сопоставления 1НС со стихотворным предисловием епископа Патрикия делается вывод, что по сравнению с его вариантом центона 1НС значительно расширена по образцу латинского Вергилианского центона Пробы. Вместе с тем сопоставление 1НС со стихотворным предисловием императрицы Евдокии позволяет увидеть, что именно в этой редакции отражена особенность, указанная Евдокией: наличие в тексте большого количества «сдвоенных» (т. е. подряд цитируемых) гомеровских строк, которые придают 1НС «гомеровский колорит». В итоге делается вывод, что 1НС преимущественно отражает авторство Евдокии.

Ключевые слова: императрица Евдокия, Патрикий, Гомеровский цен-тон, авторство, позднеантичная литература, византийская литература.

Сведения о том, что императрица Евдокия (ок. 401-460), супруга императора Феодосия II, известная также как поэтесса, составила центон о жизни Христа, содержатся в Хронике Иоанна Зонары (XII в.)1 и подтверждаются указаниями в дошедших до нас списках самого центона. Однако, поскольку он дошел до нас в нескольких редакциях, возникает вопрос, какая из них принадлежит Евдокии. Вопрос осложняется еще и тем, что Евдокия начинала свою работу не с нуля, а имея уже вполне готовый центон некоего епископа Патрикия.

По-настоящему серьезное исследование гомеровских центонов началось лишь в последние десятилетия XX в., однако в настоящее время мы располагаем уже несколькими вышедшими подряд из-

© Александрова Т.Л., 2016

даниями гомеровских центонов, в том числе критическим изданием Р. Скембры2. Он выделяет две полные редакции: пространную (1НС) и краткую (2НС), а также три фрагментарных, приближающихся к одной или к другой. Разницу между полными редакциями легко увидеть, сопоставив их содержание.

1НС 2НС

Вступление

Благовещение

О Рождестве Христовом

Поклонение волхвов

Избиение младенцев

Бегство в Египет

Об Иоанне Крестителе

Крещение Христово

Призвание апостолов

Искушение от диавола

Народ собирается ко Христу

Брак в Кане Галилейской

О воскрешении дочери Иаира

Исцеление расслабленного

Исцеление, совершенное в субботу в Иерусалиме

О воскрешении дочери Иаира

Исцеление многих больных

Исцеление сухорукого в субботу (824-858) '

Исцеление слепорожденного

Исцеление слепца близ Иерихона

Исцеление герасенского бесноватого

Исцеление прокаженного

Исцеление тещи Петровой от лихорадки

О кровоточивой

Исцеление герасенского бесноватого

Исцеление глухонемого

Иисус слышит молитву женщины-язычницы

О сыне вдовицы

Беседа с самарянкой у колодца

О кровоточивой

Иисус избавляет от беса одержимого отрока

Преображение Иисуса

Прекращение бури

Насыщение пяти тысяч

Хождение по водам

Насыщение четырех тысяч

О воскрешении Лазаря

Вход Господень в Иерусалим

Изгнание торгующих из храма

О власти Иисуса

Помазание Иисуса в Вифании

Предательство Иуды

Вечеря Господня

Молитва в Гефсиманском саду

Взятие Иисуса под стражу

Отречение Петра

Иисус перед Пилатом

О распятии

О смерти Иисуса

Положение во гроб

О воскресении Христовом

Вознесение

Из представленной таблицы явствует, что редакции во многом близки. В 1НС количество эпизодов несколько меньше, но сами эпизоды пространнее, в 2НС - наоборот. События земной жизни Христа в обеих редакциях охвачены полностью: от Благовещения до Вознесения. Во вступлении 1НС также дается краткий рассказ о сотворении мира и о предвечном замысле Творца. 1НС считается более ранней и более совершенной по композиции. В 2НС многие эпизоды просто «перекроены» из тех же гомеровских строчек. Вместе с тем 1НС имеет приметную особенность: в текст нередко включаются по две-три, а иногда даже по шесть-семь строчек, взятых подряд.

Несмотря на огромный объем проделанной в последние годы работы, вопрос об авторстве центонов так и остается открытым. Притом что известны имена и предисловия двух создателей центона, Патри-кия и Евдокии, связать одну редакцию с его, а другую - с ее именем оказалось невозможным. В рукописях 2НС названы также имена некоего «философа Оптима», чье имя идет после Патрикия и перед Евдокией, и Космы Иерусалимского (Маюмского). В отношении Евдокии мнения исследователей и издателей разделились. М. Ашер считает, что ей принадлежит пространная редакция, к тому же склоняется М. Уитби4. А. Людвих5, А.-Л. Рей6 - что краткая, хотя признают, что и она подверглась последующей переработке. Р. Скембра высказывает свои предположения довольно нерешительно: по его мнению, большее распространение редакции 1НС свидетельствует в пользу того, что именно эта редакция одобрена и откорректирована Евдокией, но ничего не говорит о степени ее участия. Он подчеркивает, что вторая редакция базируется на первой, а первая в большей мере хранит следы первоначальной редакции Патрикия. Впрочем, как уже отмечалось исследователями, для Скембры вопрос авторства не принципиален: его интересуют сами редакции центона7. Б. Сауэрс пишет, что «мы можем с большей уверенностью говорить об отдельных перикопах внутри центона, принадлежащих авторской или, если выражаться более осторожно, редакторской руке Евдокии»8.

В целом осторожность и консерватизм большинства исследователей в этом вопросе объясняется целым рядом причин: это и понятная нерешительность при выборе из четырех авторов, и укоренившийся гиперкритицизм в отношении творческих способностей Евдокии, явившийся реакцией на обилие легенд, окружающих ее имя. К тому же, как было сказано, серьезные исследования в этой области начались совсем недавно.

Тем не менее представляется, что вопрос о степени участия Евдокии можно решить с достаточной уверенностью на основании

имеющихся материалов: двух стихотворных предисловий к центо-ну (Патрикия и самой Евдокии), дающих возможность составить некоторое представление о принципах работы каждого из авторов. В решении этой задачи помогает также анализ композиции центо-на в сравнении с композицией латинского Вергилианского центона Пробы, который, по всей видимости, послужил образцом именно для Евдокии.

Предисловие Патрикия9 таково:

Книга Патрикия это, священнослужителя Бога,

Дело великое он совершил: из Гомеровой книги

Чудные выбрал слова и во славную песнь преложил их,

Весть принеся о деяниях непобедимого Бога.

Как Он явился в собранье людей, как образ воспринял 5

Мужеский, как до рожденья во чреве Девы Пречистой

Прятался, будучи мал, Он, кругом земным невместимый.

Как он сосал молоко из груди Богородицы-Девы.

Ирод как погубил забот не знавших младенцев,

Муж безрассудный, желая сгубить бессмертного Бога, 10

И как омыл Иоанн Его струями речными.

Как Он двенадцать мужей избрал, друзей непорочных,

Скольких людей исцелил и здравыми члены соделал,

Сколько болезней изгнал, слепоту от очей удалил Он.

Как прекратил истеченье кровей у жены злополучной, 15

Той, что украдкой коснулась одежд своею рукою.

Скольких, тяжелой судьбой гнетомых, Он, избавляя,

Вывел из бездны земной, провождая к ясному свету.

Как Он оставил в пример Страстей спасительных память,

Смертною связан рукой и тяжкою цепью окован, 20

Доброю волей, - ведь кто бы сумел из людей земнородных

Мощного Бога сковать, когда бы не Сам Он позволил?

Как, умерев, сокрушил он врата железные ада,

Сонмище праведных душ как возвел на высокое небо.

Как в третий день из мертвых воскрес с зарею пресветлой 25

Сын безначального Бога-Отца, дающий начало.

Из этого предисловия явствует, что Патрикий (если, конечно, это он сам говорит о себе в третьем лице10) считал свой труд вполне законченным: он рассказал в нем всю историю земной жизни Спасителя, от Его явления на землю до Воскресения. Очевидно, в предисловии он дает не просто перечисление евангельских событий, но рассказывает об эпизодах, нашедших отражение в его про-

изведении. Таким образом, композицию центона Патрикия можно представить следующим образом:

1. Повествование о событиях до Рождества (вероятно, краткое вступление и рассказ о Благовещении).

2. О Рождестве.

3. Об избиении младенцев.

4. О крещении Иисуса.

5. О призвании апостолов.

6. Об исцелениях, в том числе о возвращении зрения слепым и о кровоточивой (возможно, это не полный перечень эпизодов с чудесами).

7. Несколько неопределенное повествование о выведении людей «из земной бездны к ясному свету» (возможно, это еще какие-то повествования об исцелениях или рассказ о Евхаристии).

8. О Страстях Христовых.

9. О сошествии Христа во ад и об изведении оттуда праведников.

10. О Воскресении.

Все эти эпизоды присутствуют как в 1НС, так и в НС2, поэтому сам по себе этот перечень не слишком информативен. Поскольку Патрикий ничего не говорит ни о предвечном совете Бога-Отца, ни о Вознесении, можно предположить, что его повествование ограничивалось лишь непосредственно земной жизнью Христа и Его воскресением.

Второе сохранившееся предисловие, как уже было сказано, атрибутируется Евдокии. Следует отметить, что по имени она в нем не названа. Однако очевидно, что автор предисловия - женщина. Хотя порой делаются робкие попытки усомниться в авторстве Евдокии, едва ли они оправданны: если женщина-автор не называет своего имени, значит, она предполагает, что ее имя и так будет известно читателям. Для царицы такой взгляд более естественен, чем для женщины среднего социального статуса. К тому же многочисленные надписания, атрибутирующие труд именно Евдокии, и отсутствие других женских имен говорят сами за себя.

Предисловие11 называется «апологией» - т. е. поэтесса как бы оправдывается, что подвергла изменениям чужой труд, и при этом не хочет лишить славы его первого творца, Патрикия.

Вот достоверный рассказ о песни богоприятной:

Книгу сию написал, премудро составив, Патрикий,

Он, несомненно, хвалы бессмертной за это достоин,

Первым из всех предприняв такое славное дело.

Все же при этом не всю поведал он истину миру, 5

Да и гармонию слов не везде соблюл безупречно,

Да и не все сохранил слова, свою песнь сочиняя12,

Те, что из медного сердца изнес Гомер безупречный.

Я же, увидев, что труд достославный лишен завершенья,

В руки свои приняла священные эти страницы. 10

И, беспорядок в словах заметив, тотчас прилежно

Все из книги премудрой изъяла, что было в ней лишним,

То же, что он упустил, сама на эти страницы

Вновь написала, придав святую гармонию слову.

Если же кто-то и нас упрекнет, сочтя недостойным 15

То, что много двойных мы в книгу вставили строчек,

Взяв из гомеровых слов, вопреки заветам искусства,

Пусть он помыслит, что многое делаем мы поневоле.

Если кто слушать начнет Татиана премудрого песни,

Гимнов слагателя, тот, им внимая, слух свой утешит, 20

<Строк двойных не найдя, какие поэт бы добавил,

К песне своей, позаимствовав их из песен Гомера,

И при помощи их свое творенье составил>13.

Пел он, однако ж, троян воинственных грозную битву,

И как ахейцев сыны разрушили город Приамов, 25

Трою святую, притом что на поле битвы суровой

Вместе сходились не раз в жестокой, яростной схватке

Рати бессмертных богов и рати мужей земнородных,

Те, что воспеты потом в меднозвонной песни Гомера.

Ну а Патрикий, сию написавший мудрую книгу, 30

Не об ахейских сынах говорил, - о роде евреев,

И не бесовскую рать богоборную в песне восславил,

Но в стихах восхвалял с Отцом бессмертного Сына.

Так до конца довести сей труд привелось нам обоим:

Вместе с Патрикием - мне, всего лишь женщине слабой! 35

Честь ж среди человеков Тому Одному да воздается,

<Кто прежде всех заложил великого зданья основы,

Вновь возродив прекрасную славу смертного рода>14.

В этой апологии ничего не сказано о композиции. Тем не менее Евдокия называет труд Патрикия «полуоконченным» (^цгтеХеото^). Ее редактура не сводилась к устранению «беспорядка» (того, что сложилось «ой ката кооцот») и изъятию отдельных слов или строк, но также состояла в дополнении текста и придании ему «святой гармонии» (арцот!^ 1ерл). Незавершенность текста Патрикия поэтесса, судя по всему, видит не в том, что в нем недостаточно отражены события земной жизни Христа, а в том, что использованы

не все возможности, которые дает гомеровский текст. Этот момент представляется весьма важным.

По словам известного итальянского исследователя античной поэзии Э. Ливреа, эта апология «свидетельствует о глубоко интеллектуальном подходе и о теоретическом самосознании, которое заставляет предположить в авторах проблески таланта». По его мнению, «это так ясно выражено в сжатом и лаконичном вступительном слове, что все "хулители" Евдокии, древние и современные, должны были бы над ним поразмыслить или хотя бы его про-читать»15.

По-видимому, на основании двух этих предисловий еще в греческой рукописной традиции принято было давать пояснения, что центон был составлен (ошетебп) Патрикием и исправлен (5гюр0ю0п) Евдокией, что приводит к мысли, будто ее участие было незначительным. Однако, насколько можно судить по предисловию Евдокии, она говорит о себе не только как о редакторе, но как о соавторе данного произведения.

Если сравнивать перечень эпизодов в предисловии Патрикия с обеими сохранившимися редакциями, разница очевидна: Патрикий начинает с явления в мир Христа и заканчивает Его воскресением, между тем как и в 1НС, и в 2НС повествование начинается еще до Рождества Христова и заканчивается Его Вознесением. Однако здесь довольно значительно расхождение между сохранившимися редакциями: вступление 1НС намного пространнее (более 200 стихов по сравнению с 80 стихами второй редакции, где оно выглядит сокращенным и даже скомканным). Что касается вступления 1НС, то оно начинается с сотворения мира и человека, грехопадения прародителей, рассказа о домостроительном замысле Отца о спасении человечества и послушании Сына. Стоит обратить внимание и на то, какое место в обеих сохранившихся редакциях занимает раздел, посвященный Тайной вечере, где объясняется смысл таинства Евхаристии. В 1НС он занимает около 200 стихов, в 2НС - более 150. Таким образом, в 1НС простой пересказ евангельских событий преображается в поэму об осуществленном Христом спасении человеческого рода и явно несет на себе печать яркой индивидуальности автора. Скембра склонен думать, что это индивидуальность Патрикия, который, судя по предисловию, был неплохим поэтом. Однако если замысел принадлежал ему, то довольно странно, что он о нем умалчивает, ограничиваясь простым перечислением эпизодов. Молчание о замысле Евдокии более понятно, поскольку она вообще не считает нужным говорить отдельно о композиции, характеризуя всю переработку как «придание слову святой гар-

монии». Скромность, с которой царица говорит о своем участии, несомненно, несет печать «царственного смирения», присущего не только Евдокии, но и широко практикуемого при византийском дворе как непременный атрибут «благочестивых государей»16.

Весьма интересен подзаголовок к центону, сохраненный в парижской рукописи gr. 388, содержащей 2НС: «О благоволении Отца и послании Сына». По смыслу такое название гораздо больше подходит к 1НС, и в нем звучит слово «благоволение», еи5ок1а, созвучное имени Евдокии. Это имя, полученное императорской невестой Афинаидой при крещении, стало смыслообразующим в ее жизни. Не случайно сохранилось предание о том, что Евдокия выстроила стены Иерусалима, отталкиваясь от псаломского стиха: «Ублажи, Господи, благоволением Твоим Сиона и да созиждутся стены Иерусалимские»17. В принципе, наличие этого заголовка в рукописи 2НС, а также присутствие в ней апологии Евдокии давало исследователям возможность атрибутировать Евдокии эту редакцию18, однако ряд особенностей редакции 1НС указывают на то, что именно ее с наибольшей вероятностью можно усвоить царственной поэтессе. Причина же сохранения заголовка в 2НС, по-видимому, оговорена в надписании к этой же рукописи: это труд «Патрикия епископа, и Оптима философа, и Евдокии Августы, и Космы Иерусалимского», т^ лavтюv ец ¿v6^ екХоу^ -

т. е. это подборка центонов, составленная из произведений всех авторов19. Неудивительно, что заглавие центона Евдокии попало в качестве общего. Правда, возникает вопрос, почему это название не донесли другие рукописи, но подобные вопросы далеко не всегда находят определенный ответ. Как бы то ни было, можно утверждать, что составитель 2НС имел в своем распоряжении рукопись 1НС вместе с предисловием Евдокии и, по-видимому, авторским подзаголовком.

Основания для атрибуции 1НС Евдокии следующие. Прежде всего, композиция 1НС, по всей очевидности, несет на себе следы влияния латинского Вергилианского центона Фальтонии Пробы. Вергилианский центон охватывает события обоих Заветов, Ветхого и Нового, но очень конспективно (он вообще невелик по объему -всего 695 стихов). Соотношение эпизодов в I части Вергилианского центона и вступлении к 1НС также можно представить в виде таблицы. Подзаголовки Вергилианского центона куда более многочисленны, но содержание не всегда соответствует им в точности: например, рассказ о том, что было создано в каждый из шести дней творения, не выдерживает библейской последовательности и фактически весьма схож с повествованием о сотворении мира в 1НС.

Вергилианский центон Пробы НС1, вступление

Обращение к Богу

О сотворении мира

Об отделении света от тьмы

О четырех временах года

О том, что было создано в каждый из шести дней

О создании первого человека

О появлении Евы

О наставлениях Бога

О запретах

О красотах рая

Об искушении от Змея

Совращенная Ева совращает мужа

Они видят себя обнаженными и делают себе повязки

Адам скрывается

Бог бранит Адама

Адам оправдывается

Бог проклинает Змея

Бог проклинает Адама и Еву и изгоняет их из рая

Ева рождает двух сыновей

Убийство Авеля

Бог разгневан и мстит человеческому роду

Всемирный потоп и спасение Ноя

Завет Бога, данный людям после потопа

О домостроительстве спасения людей

О совете Отца

О послушании Сына

Новозаветная часть центона Пробы содержит следующие эпизоды:

1. Обращение к Богу (334-347).

2. О рождении Иисуса Христа и небесных предзнаменованиях (348-358).

3. Страх Ирода и желание убить Младенца (359-373).

4. Дева с Младенцем бежит в Египет (374-381).

5. Христос проповедует в храме, и все восхищаются Им (382-389).

6. Свидетельство Иоанна о Христе (390-396).

7. Христос принимает крещение от Иоанна, и дух Божий сходит с небес (397-401).

8. Многие принимают крещение вместе с Христом, и с небес слышится глас (402-420).

9. Все радуется приходу Господа (421-430).

10. Искушение Христа Диаволом и бегство последнего (431-457).

11. Господь избирает себе учеников, наставляет их, за ними следует народ (458-485).

12. Наставляет учеников, говорит о грядущем суде (486-502).

13. Некто задает вопрос о вечной жизни, ответ Господа (503-528).

14. Христос садится на молодого осла и отправляется в путь (529-535).

15. Христос изгоняет из храма всех продающих и покупающих в храме (536-546).

16. Ученики подвергаются опасности в море (547-560).

17. Христос проходит по волнам (561-577).

18. Вечеря и предсказание о предательстве Иуды (578-597).

19. Бегство Апостолов, жалоба Петра на товарищей (598-608).

20. Первосвященники и народ против Христа, распятие (609-633).

21. Землетрясение и небесные знамения (634-639).

22. Христос спускается в подземное царство (640-646).

23. Воскресение Христа на третий день и Его появление, несмотря на запертые двери и стражу, перед учениками (647-664).

24. Наставление Христа Апостолам и прощание с ними (665-680).

25. Вознесение Христа на небо (681-695).

Примечательно, что в центоне Пробы очень невелика доля эпизодов, посвященных чудесам, - эта особенность сближает с ним 1НС.

Центон Пробы был создан во второй половине IV в. и теоретически мог быть знаком и Патрикию20. Но поскольку мы не располагаем никакими сведениями об этом поэте-епископе, невозможно сказать, знал ли он латынь и был ли ему доступен текст центона.

Между тем о Евдокии совершенно точно известно, что латынь она знала21, а кроме того, список Вергилианского центона, несомненно, был ей доступен: его экземпляр был преподнесен от лица западного императора - восточному, о чем свидетельствует посвящение, во многих рукописях прилагаемое к центону22. Можно спорить, имелся ли в виду в этом посвящении муж Евдокии Феодосий II, или его отец Аркадий, но в любом случае список находился в дворцовой библиотеке, и Евдокия, интересовавшаяся новейшей латинской поэзией, разумеется, могла им пользоваться.

В апологии Евдокия указывает еще на одну существенную особенность своего стиля, которую можно было бы даже посчитать недостатком: обилие вставленных двойных строчек. Здесь употреблено слово-гапакс 5ош^, по-разному понимаемое исследователями. М. Ашер и вслед за ним Б. Сауэрс23 считают, что оно означает «двойная строчка»; ряд других исследователей, в том числе Р. Скем-бра, понимают его как «двусмысленность». Пример такой двусмысленности Скембра видит, в частности, в двойном понимании слова Sai^ovxoQ имеющего у Гомера значение то «божественный», то «удивительный», то просто в обращении «несчастный», в центоне же используемого в смысле «одержимый»24. Но подобное переосмысление значения является не погрешностью, а скорее частью искусства поэта-центониста и не требует оправданий. Поэтому представляется, что осмысленно и приемлемо только первое понимание25. Слово 5oia^ является лишь более подходящим по законам просодии эпическим эквивалентом простого слова - «двойка».

Евдокии, скорее всего, было известно и предисловие Авзония к вергилианскому «Свадебному центону», в котором поэт излагал правила составления центонов: «Это стихотворение, крепко слаженное из отрывков, взятых из разных мест и с разным смыслом, но так, чтобы соединялись или два полустишия в один стих, или два стиха не подряд: брать же два стиха подряд - уже нелепо, а три подряд - совсем смешно. Рассечение же стихов на полустишия делается по всем цезурам, какие возможны в героическом размере»26.

Эти правила учитывала и латинская поэтесса Проба, составившая Вергилианский центон о событиях Ветхого и Нового Завета. В нем около половины всех стихов составлены из полустиший, примерно 40% - из целых строк, доля же двойных строк, взятых подряд, невелика27. По-видимому, в исходной редакции центона в основном были использованы целые строки Гомера и собственные добавления Патрикия; или же стихи, составленные из полустиший, несли в себе погрешности, которые не удовлетворяли Евдокию и которые она последовательно устраняла.

Как уже было сказано, обилие двойных, взятых подряд строк -

отличительная особенность 1НС, бросающаяся в глаза с первого эпизода28:

«Слушайте, сонмы несметные наших друзей и соседей!29 И 17.230+

Смертных, себя насыщающих хлебом, земли поселенцев, О8.222

Всех, как живущих к востоку, где Эос и Гелиос всходят, 013.240

Так и живущих на запад, где область ночи туманной. 013.24130

5. Я вам поведаю, что мне в персях сердце внушает, И8.6

Чтобы познали вы истинно Бога и смертного Мужа, И5.128+

Бога, Того, Кто и смертных и вечных сил Повелитель! И.12.242

Все сотворил Он на свете: и землю, и небо, и море, И18.483

Солнце, в пути неистомное, полный серебряный месяц, И18.484

10. Также прекрасные звезды, какими венчается небо: И18.485

Видны в их сонме Плеяды, Гиады и мощь Ориона, И18.486

Арктос, сынами земными еще колесницей зовомый, И18.487

(Той, что всегда обращается, вечно блюдя Ориона); И.18.488

Птиц быстролетных и рыб, - все то, что в руки дается, - О12.331

15. Стаей по взморью блуждающих, пищу себе добывая; О5.67

Также дельфинов морских, и тюленей, и многих подводных 012.96+

Чуд, без числа населяющих хладную зыбь Амфитриты. 0.12.97

Месков представил и быстрых коней, и волов крепколобых, И23.260

Львов грознооких, и вепрей лесных, и диких медведей, О11.611+

20. Тварей различных, которые дышат и ползают в прахе. И17.446+

Быстро под ними земля возрастила цветущие травы, И14.347

Лотос росистый, шафран и цветы гиацинты густые. И14.348

Пышные вкруг зеленели луга и фиалок, и злаков О5.72

С яркой пшеницей, и полбой, и густо цветущим ячменем, О4.604

25. Быстротекучей водой и просторной сенью древесной. О4.458

Яблони, груши, гранаты тут были с плодами златыми, 07.115

Также смоковницы сладкие, заросли маслин цветущих, 07.116

Тополи, ольхи и сладкий лиющие дух кипарисы, О5.64

Влажные тут же луга и источники рек потаенных. О6.124+

Из 29 строк 14 входят в упомянутые «двойки», есть даже одна «шестерка» (всего во вступлении, содержащем в разных рукописях 200-205 строк, присутствует более 60 строк, взятых подряд в количестве от двух до шести). По приведенному отрывку нетрудно заметить, что, если изъять «лишние» строки, яркая и цельная картина сотворения мира распадется. Не случайно в 2НС, где двойные строки довольно последовательно устраняются, ее и нет: те же элементы пейзажа отнесены к сцене Рождества Христова

(ст. 160-173). Таким образом, следование модели Вергилианского центона и использование двойных строк дают возможность с большой вероятностью (хотя и с некоторыми оговорками31) атрибутировать 1HC Евдокии. Наблюдения над «двойными строками» позволяют сделать еще ряд любопытных выводов.

Если проследить, что дает использование строк, взятых подряд, нетрудно заметить, что они служат имитации эпического повествовательного стиля. Например, при помощи их в текст вкрапляются пространные гомеровские описания. Такова сцена крещения Иисуса Иоанном:

Но лишь явились ко броду реки с течением быстрым, И14.433

Между реками земными прекраснейшей, сколько ни есть их, О11.239

Сразу в потоке Его он водою омыл светлоструйной, И16.679+

445. В водоворотах глубоких речных сокрывши от взоров. И21.239

Светло-серебряной ризой из тонкой божественной ткани 05.230+

Плечи одел он Ему и поясом стан препоясал. 05.231

Под ноги после Ему привязал плесницы златые. И24.340

Рассказ о крещении вполне умещается в четыре первые строки. Далее следуют две взятые подряд строчки, одной из которых недостаточно для осмысленной фразы. Кроме того, строчка И24.340 без двух предыдущих теряет всякий смысл и едва ли может быть использована. Таким образом, можно предположить, что по крайней мере описательная часть, касающаяся одежды Христа, принадлежит Евдокии. Если принять эту описательность за последовательно проводимый ею принцип, то вполне вероятно, что ею же добавлено и описание, относящееся к реке:

Между реками земными прекраснейшей, сколько ни есть их

Точно так же в рассказе о браке в Кане Галилейской три пары двойных строк создают живое описание:

Там невест из чертогов, светильников ярких при блеске, И18.492 Брачных песней при кликах, по стогнам градским провожали. И18.493 540. Всё оглашалось пением звучным рабов и служанок. 023.147 Дом весь от топанья ног их гремел и дрожал, и округа. 023.146

Юноши хорами в плясках кружились; меж них раздавались И18.494 Лир и свирелей веселые звуки; и жены кружились И18.495

Эта сцена вообще богата описаниями (местами даже повторяющимися), поскольку гомеровский текст открывает для этого богатые возможности:

Множество сильных тельцов под ударом железа ревело, И23.30

Вкруг поражаемых; множество коз и блеющих агнцев; И23.31

Множество туком цветущих закланных свиней белоклыких И23.32

0крест разложено было на ярком огне обжигаться. И23.33

560. Было уж роздано мясо; уж чаши вином наполнялись, О8.470

Чаши венчали венками, вином через край налитые. И8.232

Было приятно для всех насыщаться зажаренным мясом, И4.345

Кубками вина сладкие пить до желания сердца. И4.346

Тут же глашатаи их с проворными слугами вместе, 01.109

565. Взяв, разносили питье меж всеми гостями и брашно. О13.72

Эти мешали вино с водою в чашах огромных, 01.110

Те ноздреватою губкой столы омывали усердно, 01.111

Третьи же мяса куски, разделяя, гостям раздавали. 01.112

Опять-таки: если изъять двойные строки, картина разрушится. Поэтому естественно предположить, что вся она создана Евдокией.

Подобным образом рисуются портреты персонажей. Почти исключительно при помощи двойных строк создан портрет расслабленного:

635. Руки не слушались: не было в них уж ни сил, ни движенья, 011.393 Некогда члены могучего тела его оживлявших. 011.394

Прямо стоять на ногах он не мог, ни подняться, чтоб в дом свой 018.241 Медленным шагом добресть через силу. Совсем был изломан. 018.242

Грустно лежал он один, даже пищи совсем не вкушая. О4.788+

640. 0н, говорили, не ест и не пьет и его никогда уж 016.143

В поле никто не встречает, но, охая тяжко и плача, 016.144

Широко использованы двойные строки и при создании великолепного портрета герасенского бесноватого:

925. Связанный, в тяжких оковах, терпя ужасные муки, О15.232

Шел он, широко шагая и крик подымая до неба. И 15.686+

То он стоял пред ископанным рвом за стеною великой, И20.49

То по приморскому берегу шумному с воплем носился. И20.50

0н по широкому полю скитался кругом, одинокий, И6.201

930. Сердце снедая себе, убегая следов человека. И6.202

Тяжко страдая, понеже злой демон к нему прикоснулся. О5.396

Пена клубилась из уст, под бровями угрюмыми очи, И15.603

Дико вращаясь, как огненный пыл, ужасно сверкали. И19.17

Длинные космы волос развевались веяньем ветра. И23.367

935. Часто и сильно дышал несчастный; пот беспрерывный И16.109

Лился ручьями по всем его членам; не мог ни на миг он И16.110

Вольно вздохнуть: отовсюду беда за бедой восставала. И16.111

Смута на душу нашла и на члены могучие томность, И16.805 Навзничь повергшись, казалось, вот-вот он с жизнью простится. И22.467

940. Так он во прахе лежал, и зубы его скрежетали. 018.98

Об пол пятками бил. Искатели чистого царства 018.99

Руки к небу воздев, молиться стали усердно. И15.369

Несколько взятых подряд строчек могут передавать отступление в речи персонажа. Таково начало проповеди Иоанна Крестителя:

«Вставшего надобно слушать; начавшего слово не должно И19.79 370. Перебивать: затруднится и самый искусный вития. И19.80 В говоре шумном народном можно ли что-либо слышать И19.81 Или сказать? - не услышат витию, как ни был бы громок. И19.82

Таким же способом могут воспроизводиться гомеровские сравнения:

Так застонала глубоко земля под стопами народов, И2.784

Вдруг устремившихся: быстро они проходили долиной, И2.785

Словно как пчелы, из горных пещер вылетая роями. И2.87

1170. Мчатся густые, всечасно за купою новая купа, И2.88

В образе гроздий они над цветами весенними вьются. И2.89+

Или то здесь, несчетной толпою, то там пролетают. И2.90

Так же людей племена от своих кораблей и от кущей И2.91

Вкруг по безмерному брегу всем сонмом своим собирались. И2.92

Нередко бывает, что взятые подряд строки разбивает одна вставленная между ними строка:

Я позабочусь о том, чтоб ты беспрепятственно прибыл 010.65

905. В край свой желанный, насколько б отсюда он ни был далеко: О7.194 В землю отцов иль в иную какую милую землю. 010.66

Вполне вероятно, что и этот способ использован Евдокией, которая все же не хочет злоупотреблять полюбившимся приемом.

Подобных примеров можно привести еще очень много, но и приведенных достаточно, чтобы уловить тенденцию: расширяя па-трикиевское повествование, Евдокия стремилась воспроизвести гомеровский эпический стиль.

Очевидно, двойные строки не были единственным приемом, который она использовала. Той же цели служит воспроизведение гомеровских авторских отступлений. Так, в центоне четыре раза повторяется строка:

Все же их множество я не могу ни назвать, ни исчислить!

Делается попытка использовать устойчивые гомеровские формулы:

За руку взяв, называл и вещал... ...промолвил крылатое слово.

Так говорил.

Есть и другие приемы, подробный разбор которых не входит в задачи данной статьи. На основании сказанного можно сделать вывод, что переработка центона, осуществленная Евдокией, по всей видимости, шла по линии распространения эпизодов, придания им эпического звучания и общей софистической обработки, или беллетризации произведения. Эта тенденция явно носила светский характер и именно поэтому удовлетворяла не всех и могла устраняться последующими редакторами центона. Примечательно, что подобная беллетризация четко прослеживается и в другом сохранившемся произведении Евдокии: стихотворном житии свв. Ки-приана и Иустины.

В общем объеме 1НС эта беллетризация занимает весьма значительную долю, так что, пожалуй, близок к истине М. Ашер, по мнению которого Евдокии принадлежит примерно три четверти всей работы32. Что же касается первоначальной редакции Патрикия, то по объему она, по-видимому, была сопоставима с Вергилианским центоном Пробы и передавала гомеровскими стихами лишь основное содержание евангельской истории. Сложно сказать, насколько 2НС возвращается к тексту Патрикия, а в какой степени просто использует текст Евдокии и «выравнивает» его по образцу других сохранившихся гомеровских центонов, но объем повествований в 2НС, несомненно, ближе к первоначальному.

В любом случае и Гомеровский центон, и творчество Евдокии в целом заслуживают серьезного внимания исследователей. Сле-

дует отрешиться от устаревшего предубеждения, согласно которому центон - «нетворческая» форма, а Евдокия - посредственный, неинтересный поэт, способный лишь к незначительной доработке уже созданного ранее текста. Разветвленность рукописной традиции 1НС, а также тот факт, что среди позднейших редакторов центона встречается имя Космы Маюмского, одного из наиболее известных византийских гимнографов, убеждает в том, что, несмотря на всю свою элитарность, Гомеровский центон был достаточно широко востребован и в определенной мере связан с гимнографи-ческой поэзией, испытывая ее влияние и, в свою очередь, оказывая влияние на нее.

Примечания

1 Zonara I. Epitomae historiarum / Ed. by L. Dindorf. Lipsiae, 1870. Vol. 3. P. 244.

2 Homerocentones / Ed. by R. Schembra // Corpus Christianorum Series Graeca. Turnhout: Brepols, 2007. Vol. 62; далее - Schembra 2007.

3 В скобках даны номера стихов. Жирным шрифтом выделены совпадающие эпизоды. Однако следует учитывать разницу в их объеме, порой довольно значительную.

4 Witby M. Writing in Greek: classicism and compilation, interaction and transformation // Theodosius II: Rethinking the Roman Empire in Late Antiquity / Ed. by C. Kelly. Cambridge, 2013. P. 209; далее - Kelly 2013.

5 Eudocia Augusta. Homerocentones / Ed. by M.D. Usher // Bibliotheca Graecorum et Romanorum Teubneriana. Leipzig. 1999; далее - Usher 1999.

6 Patricius, Eudocie, Optimus, Côme de Jérusalem. Centons homériques (Homerocen-tra) / Ed. by A.-L. Rey // Sources Chrétiennes 437. P., 1998. Как явствует из библиографического описания, авторство 2HC приписывается не только Евдокии.

7 Sowers B. Retelling and misreading Jesus. Eudocia's Homeric cento // Breaking boundaries: Female biblical interpreters who challenged the status quo / Ed. by N. Calvert-Koyzis & H. Weir. N.Y.; L., 2010. P. 24.

8 Ibid.

9 Перевод мой, выполнен по: Schembra 2007. P. CXXXVIII.

10 При том, сколько сомнений высказывается касательно авторства Евдокии, можно лишь удивляться, что их нет в отношении патрикиевского предисловия, написанного в третьем лице и к тому же выдержанного в горделивом тоне, не вполне приличествующем его духовному сану.

11 Перевод мой, выполнен по: Usher 1999. P. IX-X; Schembra 2007. P. CXXX-CXXXV.

12 oùSè ^ôvœv éneœv ёцу^оато..., оллбаа... - можно понять в том смысле, что в тексте Патрикия присутствовали не только гомеровские стихи, но и его собственные

добавления, которые Евдокпя изъяла пз текста, за крайне редким исключением. Однако исследование этого вопроса остается за рамками даппой статьи. Работа, проделанная мной на сегодняшний день, позволяет лишь констатировать, что в 1HC неидентифицируемые стпхп единичны.

13 В переводе сохранен вариант, принятый Скемброй. У Ашера выпущены стпхп 22-23 п весь нассаж нопят ппаче: «Не всномппая о том, что взял оп строки двойные, I И что нри номощп пх свою оп неспю составил». Поскольку сочппеппем Татиана мы не располагаем, кто прав, сказать невозможно. В принципе, представляется, что вариант Ашера более логичен: в стихах здесь явные повторы и плеоназмы, а кроме того, сомнительно, что малоизвестный Татиан дал лучший образец правильного цептопа. Тем пе мепее это темпое место пе меняет основного вывода: двойные строки - погрешность против правил, сознательно допущенная самой Евдокпей в стремлении гармонизировать п украсить цептоп Патрпкпя.

14 Две последние строки отсутствуют в издании Ашера. Здесь пе совсем нопятпо, о ком пдет речь, п нередко говорят, что имеется в виду Патрпкпй как составитель цептопов, т. е. Евдокпя якобы полностью отказывается от славы в его пользу (п это считается одппм пз аргументов против ее авторства). Однако заслуги Патрпкпя упомянуты в самом начале, в копце же Евдокпя утверждает, что труд получился общпй. Еще одпо упоминание Патрпкпя п переадресация всей заслуги ему представляется совершенно нелогичной. Так что естественнее предполо-жпть, что речь пдет пе о нервом создателе гомеровского цептопа, а о Христе, вернувшем человечество к древней славе. Последняя строка но-гречески читается: KaX^v èijavâyœv фтщтгу ßpoxeoio yevé9Xr|ç. Здесь, песомпеппо, чувствуется аллюзпя па 1Кор 3, 6-9: «Я насадил, Аноллос ноливал, по возрастил Бог. Посему п насаждающий п поливающий есть ппчто, а все Бог возращающпй. Насаждающий же и поливающий суть одно; но каждый получит свою награду по своему труду. Ибо мы соработппкп у Бога, а вы Божпя ппва, Божпе строение».

15 E imperatrice Eudocia e Roma. Per una datazione del De S. Cypr II Byzantinische Zeitschrift, 1998. Vol. 91, i. P. 71.

16 Kelly C. Stooping to conquer: the power of imperial humility II Kelly 2013. P. 221-244.

17 Klein K. Do good in thy good pleasure unto Zion: the patronage of Aelia Eudokia in Jerusalem II Wiener Jahrbuch für Kunstgeschichte 60I61 (2011I2012, pblsh. 2014). P. S5-95.

is Апология содержится также в ватиканском налпмнсесте Pal. Gr. 326 (XV в.). Из рукописей 1НС оба предисловия сохранились в Афопской (XIV в.) пз Ивер-ского монастыря (344). В пей п ряде других рукописей 1НС есть нометка, что центоны составлены Патрпкпем п исправлены Евдокпей. См.: Schembra 2007. P. XXIX.

19 Ср.: Usher 1999. P. VI.

20 Иероппм в одпом пз нпсем (epist. 53, 7) уномппает гомеровские центоны п вер-гилианские центоны, но считает составление их «мальчишеством» (puerilia) и «забавой бездельников» (ludus circulatorum).

21 Об этом сообщает Никифор Каллист: Nicephori Callisti Xanthopuli Ecclesiasti-cae Historiae libri XVIII // Patrologiae cursus completus. Series graeca / Ed. by J.-P. Migne. P., 1865. Т. 146. Col. 1129. Но и безотносительно к этому (позднему) свидетельству понятно, что ученая императрица не могла не знать придворного языка.

22 Poetae christiani minores // Corpus scriptorum ecclesiasticorum latinorum. Series nova. Milan, 1888. Vol. 1, pars. 1 (Paulini Petricordiae, Orientii... et Probae Cento). P. 568.

23 Sowers B. Eudocia: The Making of a homeric christian. Cincinnati, 2008. P. 90.

24 Schembra 2007. P. CLXXXIX-CXC.

25 Ibid. P. CLXXXVIII-CXCI.

26 Поздняя латинская поэзия. М., 1982. С. 634-635.

27 Рузина Е.Г. «Центон» Фальтонии Пробы (вергилианские стихи и христианские темы) // Античный мир и археология. Саратов, 1977. Вып. 3. С. 57.

28 Тем не менее попытки рассмотреть именно этот аргумент в научной литературе (по крайней мере в той, которая на сегодняшний день была доступна мне) не делались.

29 Перевод центона выполнен мной по изданию Usher 1999 в центонной технике: за основу взяты переводы Н.И. Гнедича и В.А. Жуковского, там, где русские строки не вполне соответствуют греческим, перевод выправлен по греческому тексту. В ряде случаев устаревшие морфологические формы модернизированы.

30 Полужирным шрифтом выделены взятые подряд строки.

31 Нельзя исключить и некоторую позднейшую редактуру 1HC. Кроме того, если творческую манеру Патрикия, Евдокии и Космы Иерусалимского мы можем в той или иной мере представить, то личность «философа Оптима» и его возможный вклад остается полной загадкой.

32 UsherM. Homeric Stitchings: The Homeric Centos of the Empress Eudocia. Lanham, 1998. P. 22.