Глобальные и региональные изменения природной среды

ГЛОБАЛЬНЫЕ И РЕГИОНАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ ПРИРОДНОЙ СРЕДЫ

УДК551.56.19.

Р.К. Клиге, В.Н. Малинин, О.И. Шевчук

КОЛЕБАНИЯ УРОВНЯ МИРОВОГО ОКЕАНА В XX СТОЛЕТИИ1

Рассматривается сравнительная роль эвстатических и стерических факторов в межгодовых колебаниях уровня Мирового океана (УМО). Приводятся результаты вклада трендов испарения, осадков, айсбергового стока и изменения плотности морской воды в рост УМО за различные периоды времени. Показано, что невязки фактических и вычисленных оценок тренда УМО весьма велики, что свидетельствует о необходимости существенного повышения точности расчетов компонентов глобального водного баланса.

Ключевые слова: глобальные изменения, климат, уровень, океан, водный баланс.

Введение. По данным инструментальных наблюдений в течение XX столетия глобальная приземная температура воздуха повысилась уже на 1,0°С [20]. Естественно, это не могло не сказаться на изменениях уровня Мирового океана (УМО), который можно рассматривать как интегральный индикатор глобального водообмена, перераспределяющего воды гидросферы между отдельными оболочками Земли, прежде всего между ледниковыми покровами и водами суши [2, 5, 10]. Одновременно с этим УМО испытывает плотностные (стерические) колебания, возникающие под воздействием главным образом температуры верхнего слоя океана, а также частично от поступления пресных вод ледников. Таким образом, хотя на качественном уровне климатические факторы, формирующие колебания УМО, известны, но количественная оценка вклада отдельных факторов представляет серьезные затруднения и осуществляется со значительными погрешностями [4, 8]. В связи с этим основная цель работы состояла в выяснении современного состояния генезиса межгодовой изменчивости УМО и оценке вклада различных факторов в изменения УМО.

В общем случае изменения уровня Мирового океана (АНок) можно представить в виде суммы эвстатического (АНэв), стерического (АНст) и деформационного (АНдф) компонентов, т.е.

АНок = АкэЪ + АНСТ + АНдф.

К эвстатическим компонентам относятся составляющие водного и ледового балансов: испарение, осадки, приток речных вод, айсберговый сток и т.д. Стерические (плотностные) колебания обусловлены изменениями плотности морской воды за счет соответствующих изменений температуры и солености. Деформационными называют колебания, при которых происходит перераспределение массы воды в границах моря (бассейна) при не-

изменном объеме воды таким образом, что уровень повышается в одних районах и понижается в других.

Отметим, что роль отдельных компонентов в суммарных колебаниях УМО существенно различна. По-видимому, можно пренебречь суммарным вкладом в АНок деформационных колебаний. Так, есть основания полагать, что в современных климатических условиях при глобальном осреднении колебания уровня за счет современных вертикальных движений земной коры, имеющих разный знак в различных регионах Земли, нивелируют друг друга. Что касается донного осадконакопления, то оно способствует повышению УМО, однако его величина для масштабов времени, не превышающих нескольких десятков лет, является пренебрежимо малой [8, 19]. Таким образом, изменения уровня Мирового океана на современном этапе обусловлены суммой эвстатических и стерических факторов.

Естественно считать, что в течение по крайней мере последних несколько сотен лет общий объем вод гидросферы, состоящий из вод Мирового океана (^о), криосферы литосферы (¥л) и атмосферы (^а), является практически постоянным. Отсюда следует, что приращения будут определять водный баланс океана:

АУо + АУк + АУл + АКа = 0.

В уравнении (2) величина АУо представляет изменение объема только за счет эвстатических факторов. Поскольку атмосфера является неинерционной средой, то в ней можно пренебречь изменениями запасов влаги. Тогда уравнение (2) примет вид

АНэ = F01 А¥0 = F01

где Fо — площадь Мирового океана (МО). Если, например, принять Fo = 362 млн км2, то при из-

1 Работа выполнена при финансовой поддержке РФФИ (проекты № 06-05-65265, 07-05-00939).

менении УМО на 1 мм объем МО изменится на 362 км3. Подставляя (3) в (1), имеем

Акм = F0"1(-AFo- AVi + AVp),

где АУр — изменение объема вод МО за счет плотности (р) морской воды (стерическая компонента). Принимая во внимание уравнение пресноводного баланса МО [4], запишем уравнение (4) как

АНм

= Aм1 (P0 "

: FсТ1 (A V0 + AVC) = Eo+ Qo ± AV0i + AVp),

где P0 — суммарный объем выпавших осадков, Е0 — суммарное испарение, Q0 — поверхностный приток речных и подземных вод с континентов и ледниковых щитов Гренландии и Антарктиды, AV0I — изменения объема вод МО за счет таяния (намерзания) шельфовых ледников Антарктиды. В работах [9, 19] показано, что учет AV0I в условиях современного потепления климата необходим, поскольку может дать заметную поправку в изменения УМО.

Итак, отсюда следует, что оценка изменений УМО зависит практически от того, как учитывать его эвстатическую составляющую — в виде оценки суммарных изменений объема вод в криосфе-ре и литосфере (4) или непосредственно по уравнению пресноводного баланса. Отметим, что именно уравнение (4) служит основой оценки изменений УМО практически во всех иностранных публикациях. Наиболее полное изложение состояния проблемы колебаний УМО на конец XX в. дано в докладе Межправительственной группы экспертов по изменениям климата (МГЭИК, Intergovernmental Panel on Climate Change) [19]. В результате анализа огромного числа зарубежных публикаций, но, к сожалению, без учета отечественных исследований экспертами МГЭИК была составлена обобщенная схема оценок вклада различных факторов в формирование УМО за период 1910—1990 гг. (рис. 1). На рис. 1 ширина диапазона вклада фактора показывает степень неопределенности наших знаний о его роли в изменениях УМО. Так, согласно мнению экспертов МГЭИК, рост УМО в XX в. варьирует в пределах 1,0—2,0 мм/год при среднем значении 1,5 мм/год.

Особенно впечатляет разброс оценок суммарных изменений влагозапасов континентов, который варьирует от —1,1 до 0,4 мм/год. Если принять во внимание, что именно на суше мы имеем наиболее

репрезентативную измерительную сеть слежения за водами гидросферы, подобные расхождения не могут не настораживать.

Вероятно, не совсем правильным является методический подход экспертов МГЭИК, когда вместо оценки трендов в притоке пресных вод, испарении и количестве осадков над МО по уравнению (5) они пытались рассматривать в соответствии с уравнением (4) изменения вод в отдельных резервуарах гидросферы. Для литосферы это бессточные озера, водохранилища, подземные воды. Помимо этого, эксперты учитывали также изменения в водном балансе под действием антропогенных факторов. Однако подсчитать изменения объема вод для всех континентов чрезвычайно сложно. Именно поэтому оценки вклада суммарных изменений влагозапасов суши в колебания УМО, по данным экспертов МГЭИК, как уже было отмечено выше,

Рис. 1. Обобщенная схема оценок вклада различных факторов в формирование УМО по данным экспертов МГЭИК за период 1910—1990 гг.

имеют столь значительные расхождения. Очевидно, значительно проще оценить изменчивость притока материковых вод к МО.

То же самое касается изменения объемов вод отдельных частей криосферы. Например, таяние горных ледников, которое действительно весьма существенно, может давать непосредственный вклад в изменения УМО только с ледников, расположенных на островах в Северном Ледовитом океане. Все остальные горные ледники вносят свой вклад через приток речных вод и, возможно, в какой-то мере через перенос атмосферной влаги после испарения с поверхности суши, ледниковый щит Гренландии — через откалывание айсбергов и жидкий сток, ледниковый щит Антарктиды — через откалывание айсбергов и придонное таяние шельфовых ледников.

По данным экспертов МГЭИК, наибольший вклад в рост УМО обусловлен плотностными изменениями толщи вод океана (0,3—0,7 мм/год) и долгопериодными колебаниями таяния ледниковых щитов Антарктиды и Гренландии (0,0—0,5 мм/год). Вклад горных ледников составляет 0,2—0,4 мм/год. В результате суммарный вклад всех рассматриваемых факторов составил от —0,8 до 2,2 мм/год при средней оценке 0,7 мм/год. Если исключить вклад горных ледников, то средняя оценка уменьшается до 0,4 мм/год. Тогда невязка, определяемая по разности оценок фактического и вычисленного трендов УМО, становится равной ^ = 1,5 — 0,4 = = 1,1 мм/год, т.е. почти сравнима с ростом УМО по данным наблюдений. Такая значительная невязка свидетельствует о явно неудовлетворительном состоянии оценок изменения количества вод в литосфере и криосфере.

Материалы и методы. Обратимся к оценке изменений УМО на основе уравнения (5). Поскольку межгодовая изменчивость материкового стока сравнительно мала [11, 22], то преобладающий вклад в формирование межгодовых эвстатических колебаний УМО вносят изменчивость количества осадков, испарения и откол айсбергов в Антарктиде. В настоящее время известен практически единственный глобальный гидрометеорологический архив CDAS (Climate Data Assimilation System), являющийся частью системы так называемого ретроспективного анализа (реанализа) (NOAA/NCEP/NCAR Reanalysis [21]), находящегося в свободном доступе на сайте http://sgi62.wwb.noaa.gov:8080, в котором одновременно приводятся среднемесячные данные по осадкам и испарению. Их значения заданы в узлах первичной широтно-долготной сетки 1,875 х 1,875° с 1949 г. и оперативно пополняются с очень небольшим запаздыванием во времени.

Среднемесячные данные об осадках и испарении были получены в узлах первичной сетки над всеми океанами, исключая Северный Ледовитый океан, за период 1980—2005 гг., характеризующий-

ся особенно резким потеплением глобального климата. Общее количество узлов составило 15 965. Так как некоторые из них попали на острова и побережье суши, то в результате определения четких границ океанов и выделения островов число узлов сократилось до 11 770. Как было показано В.Н. Степановым [14], оптимальным масштабом пространственного осреднения при изучении крупномасштабной изменчивости гидрологических процессов является географическая сетка 5 х 5°. Поэтому осуществлено осреднение исходных данных в центры пятиградусных трапеций, что позволило сократить число узлов до 1305. Именно поля испарения, осадков и их разности Еэф = Еис — Рос (эффективное испарение) в пятиградусных трапециях акватории Мирового океана послужили основой для всех последующих расчетов. В частности, рассчитывались зонально осредненные годовые значения испарения, осадков и их разности, которые затем усреднялись для каждого из океанов и МО в целом.

Межгодовой ход значений испарения и осадков для отдельных океанов за период 1980—2005 гг. представлен на рис. 2. Одновременно на этом рисунке можно видеть, что для всех рядов наиболее важная закономерность — наличие хорошо выраженного положительного линейного тренда. Проведенные расчеты числовых характеристик — величины тренда (Тт, мм/год) и коэффициента детерминации (Я2), который выражает вклад тренда в дисперсию исходного процесса (табл. 1), — показали, что с увеличением площади океанов вклад тренда в изменчивость рассматриваемых характеристик возрастает. В то же время если коэффициент детерминации для испарения и осадков почти одинаков, то величина тренда уже существенно различна. Самый высокий тренд как в осадках, так и в испарении отмечается над Индийским океаном.

Что касается МО, то величина положительного тренда для осадков (Тт) составляет 4,2 мм/год, а для испарения — 3,6 мм/год. Очевидно, что главной причиной такого их формирования является достаточно интенсивное развитие потепления климата, особенно за последние 100 лет, которое характеризуется трендом в глобальной температуре воздуха, равным Тт = 0,18°С/10 лет [9]. Действительно, корреляция глобальной температуры воздуха с рядами испарения и осадков для МО, составляющая тет = 0,82 и трт = 0,80 соответственно, подтверждает это.

Поскольку количество выпавших осадков над МО увеличивается быстрее испарения (рис. 2), то тренд в эффективном испарении Еэф оказывается отрицательным. Наибольшая величина его отмечается для Атлантического и Индийского океанов. Для Тихого океана тренд не значим по критерию Стьюдента. Величина тренда в межгодовом ходе эффективного испарения для МО в целом составляет

Рассмотрим теперь оценку тренда горизонтального притока пресных вод в МО, который может быть представлен в виде

Океан Площадь Fо, км2 • 106 Испарение Осадки Эффективное испарение

Я 2 Тт, мм/год Я2 Тт, мм/год Я2 Тт, мм/год

Атлантический 42 0,56 3,5 0,58 4,4 0,11 —0,9

Индийский 75 0,58 4,5 0,55 5,3 0,10 —0,9

Тихий 180 0,63 3,3 0,47 3,7 0,03 —0,4

Мировой 362 0,78 3,6 0,79 4,2 0,16 —0,6

£2мо = 2рв + а

¿ив + Осг + ^та + А,

Рис. 2. Межгодовой ход значений осадков (а), испарения (б) и эффективного испарения (в) для отдельных океанов в мм/год: 1 — Атлантический, 2 — Тихий, 3 — Индийский, 4 — Мировой

—0,6 мм/год. Итак, уменьшению эффективного испарения на 0,6 мм/год соответствует увеличение УМО на 0,6 мм/год или на 217 км3/год.

Таблица 1

Характеристики линейного тренда в межгодовых колебаниях испарения и осадков над отдельными океанами и Мировым океаном в целом за период 1980—2005 гг.

где <2рв — приток речных вод, <2пв — приток подземных вод, 0сг — жидкий сток с Гренландии, ^та — твердый сток с Антарктиды, — твердый сток с Гренландии. Сравнительный анализ этих компонентов, принятый по данным работ [8, 9, 19, 22], показывает, что при суммарном поступлении пресных вод в МО в XX в. в объеме около 47 тыс. км3 в год наибольший вклад в годовые изменения УМО дает приток речных вод (90%). В период 1921—1980 гг. в изменчивости поверхностного стока имелась сравнительно небольшая тенденция к его сокращению [5, 22]. Судя по всему, уменьшение массы горных ледников очень мало сказывается на речном стоке и, видимо, перекрывается быстро нарастающим антропогенным воздействием, в результате которого мировое водо-потребление превышает 17% водных ресурсов, а безвозвратное потребление уже достигло 56% [4]. Преобладающая его доля (до 85—90%) обусловлена дополнительным испарением в атмосферу при орошении земель в засушливых районах земного шара. Поскольку величина подземного притока к МО более чем в 20 раз меньше притока поверхностных вод [7], то, очевидно, в первом приближении его межгодовыми изменениями можно пренебречь, поэтому примем, что суммарный тренд в притоке подземных вод близок к нулю.

Важным фактором формирования уровня океана является айсберговый сток Антарктиды, который оценивается в 1940 ± 390 км3/год [8]. Достаточно очевидно, что именно подвижки краевых частей шельфовых ледников определяют главным образом формирование айсбергов [7]. Косвенным подтверждением этого может служить сопоставление годовых приращений в уровне океана с колебаниями края антарктических ледников за период 1895—1995 гг. (рис. 3). Степень согласованности изменений приращений уровня МО и подвижек шельфовых ледников Антарктиды характеризуется коэффициентом корреляции т = 0,68.

Анализ многолетних изменений айсбергового стока за рассматриваемый период позволил установить постепенное его нарастание в пределах 10% или в условном пересчете на увеличение объема около 213 км3, что должно было приводить к приращению морского уровня приблизительно на 0,6 мм/год (табл. 2).

Для анализа современной динамики айсберго-вого стока в Антарктиде были привлечены также данные Национального ледового центра США, осуществляющего спутниковый мониторинг антарктических айсбергов с 1976 г. При этом регистриру-

Рис. 3. Многолетние изменения стока айсбергов Антарктиды

и связь между ними

Таблица 2

Оценка вклада разных факторов в изменение УМО (мм/год) за различные промежутки времени XX в.

ются айсберги, присутствие которых отмечается в течение последних 30 суток, а наименьший размер составляет по крайней мере 10 км [17].

Как видно на рис. 4, где приводятся межгодовые изменения числа айсбергов за период 1978—2005 гг., их число постепенно нарастало с 4 в год в 1984 г. В 1995 г. началось резкое увеличение их числа. За 9 лет (1995—2004) число айсбергов увеличилось более чем в 10 раз, при этом скорость этого увеличения в среднем составляет около 4,5 в год. Очевидно, повышение числа айсбергов обусловлено современным потеплением климата, темп которого тоже существенно нарастает.

Увеличение ледникового стока вызывает тренд в изменении уровня океана, который увеличился почти в 2 раза. В табл. 2 дается оценка вклада айс-бергового стока в колебания УМО за 1980—1999 и 1990—2000 гг. в объеме 0,6 и 1,1 мм/год соответственно.

По литературным данным [14, 18], суммарный (твердый и жидкий) сток с Гренландии за те же промежутки времени можно принять равным 0,1 и 0,2 мм/год соответственно. Что касается определения тренда в таянии шельфовых ледников Антарктиды, то это наиболее сложная задача, прибли-

1975 1980 1985 1990 1995 2000 2005 2010 Годы

300

0~1-1-1-1-1-1-1-1

1860 1880 1900 1920 1940 1960 1980 2000

Годы

- ряд УМО

- линейный тренд за весь период

-------линейный тренд за отдельные периоды

Рис. 4. Межгодовой ход айсбергов за период с 1978 по 2005 г.

Изменение Период

1980—1999 1990—2000

По данным наблюдений 1,9 2,3

Вертикальный влагообмен (Р—Е) 0,5 0,2

Стерические колебания 0,2 0,6

Твердый сток Антарктиды 0,6 1,1

Донное таяние шельфовых ледников 0,3 0,4

Суммарный сток Гренландии 0,1 0,2

Невязка (дисбаланс) 0,2 -0,2

женно его можно оценить лишь экспертным путем. Действительно, по некоторым оценкам [19], во второй половине XX в. оно составляло в среднем 540 км3/год, причем до середины 70-х гг. естественно полагать, что донное таяние и намерзание практически нивелировали друг друга [1]. В первом приближении тренд в донном таянии с 1980 г. можно принять равным 0,2—0,8 мм/год.

Очень важной представляется оценка стериче-ской составляющей колебаний УМО. Воспользуемся для этого результатами работы [15], в которой сделано ее вычисление за период 1955—2003 гг. в слое 0—700 м. Отмечается характерный планомерный рост, в том числе даже во время похолодания климата (1955—1975), причем тренд до 1975 г. и после него, когда началось интенсивное потепление климата, примерно одинаков. Очевидно, термическое расширение УМО до 1975 г. обусловлено предшествующим потеплением климата до 1940 г., что может служить определенным свидетельством огромной тепловой инерции вод океана. Наиболее резкие межгодовые колебания термического расширения УМО отмечаются в экваториальной зоне (15° ю.ш.—15° с.ш.). Тренд за весь период составляет 0,33 мм/год. Примерно половина его обусловлена нагреванием вод Атлантического океана и треть — потеплением вод Тихого океана. По данным работы [15], за 1980—1999 гг. тренд равен 0,2 мм/год, но в последнее десятилетие он возрос до 0,6 мм/год (табл. 2).

Обсуждение результатов. Для оценки тренда в УМО по натурным данным воспользуемся работой [11], в которой приводятся результаты реконструкции глобального уровня океана по данным инструментальных наблюдений за последние 140 лет (1860—2000) (рис. 4, б). Как и следовало ожидать, главная закономерность колебаний УМО заключается в наличии мощного линейного тренда. Средняя скорость роста уровня МО за указанные годы составляет 1,4 мм/год, причем тренд описывает более 90% дисперсии исходного ряда. В течение XX в. величина тренда достигала почти 1,8 мм/год, а за 1980—2000 гг. — 2,5 мм/год.

С 1993 г. стали доступны альтиметрические наблюдения уровня с искусственных спутников Земли (ИСЗ), что позволяет исследовать детальную пространственно-временную структуру уровня океана. Последние данные по спутниковой информации (ТОРЕХ/Розе1ёоп) за 1993—2006 гг. (рис. 5) показывают, что тренд в повышении морского уровня составляет уже 3,3 мм/год [20].

Итак, теперь нетрудно оценить невязку за рассматриваемые периоды времени. Как видно из данных табл. 2, она может составлять по данным наблюдений от -0,2 до +0,2 мм/год. Естественно, оценки трендов следует считать в значительной степени условными вследствие коротких временных

Н, мм

-20............1................

1994 1996 1998 2000 2002 2003 2006

Т, годы

Рис. 5. Глобально осредненные изменения уровня океана по спутниковой информации

рядов, поскольку даже изменение длины ряда на 1 год может привести к существенному изменению величины тренда. Тем не менее они дают наглядное представление (рис. 1, б) о сравнительной роли отдельных факторов в современном повышении УМО, а достаточно согласованный характер величины невязок повышает степень доверия к оценкам трендов. Одновременно с этим нужно признать, что уровень наших знаний о физических процессах, формирующих изменения уровня океана, во-первых, очень далек от идеального, а во-вторых, существенно неравнозначен.

Оценку трендов факторов, обусловливающих изменения УМО, можно разделить на три категории. Относительно точные оценки трендов могут быть получены для суммарного притока пресных вод с материков, айсбергового стока с материковых щитов Антарктиды и Гренландии на основе дистанционных измерений с ИСЗ. С меньшей точностью рассчитываются тренды в характеристиках вертикального влагообмена. Наконец, наиболее сложными и в то же время вызывающими наименьшую степень доверия являются тренды в сте-рических колебаниях уровня, особенно в донном таянии шельфовых ледников. Если учесть, что эти факторы могли иметь важное значение в оценке роста УМО в современных условиях потепления климата, то большие значения невязок указывают на необходимость проведения специальных исследований.

Заключение. Изучение закономерностей колебаний уровня Мирового океана и глобального водного баланса в настоящее время приобретает важнейшее значение, особенно с точки зрения понимания тех глобальных преобразований, которые могут произойти в самое ближайшее время в результате ускоряющегося темпа потепления на поверхности нашей планеты. По прогнозам, к середине текущего столетия увеличение приземной

температуры воздуха может достигнуть 2°С. В результате этого процесса уже происходят заметные климатические изменения: меняются циркуляционные процессы в атмосфере, нарастает количество атмосферных осадков, а также число и мощность катастрофических явлений, таких, как ураганы, тайфуны, торнадо, наводнения, частота схода лавин и селей, сокращаются площадь снежного покрова и размеры горного оледенения. Одновременно усилилась активизация движения ледников Западной Антарктиды, которая возросла в 10 раз. Даже в Восточной Антарктиде, ледниковый покров которой до сих пор считался сверхустойчивым, 85% шельфовых ледников ускорили движение [2]. Особенно опасным является начавшееся разрушение огромных шельфовых ледников. Так, шельфовый ледник Ларсена в Антарктиде длиной более 800 км, шириной более 200 км и площадью 86 тыс. км2 в результате катастрофиче-

ского распада сократился и уже близок к исчезновению.

Наибольшую опасность представляет сокращение ледового покрова и увеличение объема вод Мирового океана. В настоящее время подъем морского уровня начал постепенно увеличиваться в геометрической прогрессии. Если в XVIII в. уровень поднимался со скоростью 1 мм/год, в начале XX в. составлял 1,5 мм/год, то в начале XXI в. его скорость уже превышает 3 мм/год. За период инструментальных наблюдений уровень океана поднялся более чем на 25 см. Ожидается, что к середине текущего столетия уровень океана может подняться на величину, близкую к 1 м. Это может привести к затоплению более 20% прибрежных территорий с одновременным усилением катастрофичности в прибрежных районах в результате действия береговой абразии, ветровых волн, штормовых нагонов и пр.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Аверьянов В.Г., Короткевич Е.С. Исследование ледникового покрова Антарктиды (итоги, перспективы) // Антарктида. М., 1984. Вып. 23. С. 79-85.

2. Гор А. Неудобная правда. Глобальное потепление. СПб.: Амфора, 2007.

3. Догановский A.M., Малинин В.Н. Гидросфера Земли. СПб.: Гидрометеоиздат, 2004.

4. Зайцева И.С. Антропогенные воздействия на водные ресурсы континентов. М.: Научный мир, 2000. С. 183-194.

5. Клиге Р.К. Изменения глобального водообмена. М.: Наука, 1985.

6. Клиге Р.К. Глобальные изменения в гидросфере // Глобальные изменения природной среды. М.: Научный мир, 2000. С. 171-182.

7. Клиге Р.К., Захаров В.Г. Изменения снежно-ледового режима Антарктиды // Современные глобальные изменения природной среды. М.: Научный мир, 2006. С. 577-606.

8. Котляков В.М. Гляциология Антарктиды. Кн. 1. М.: Наука, 2000.

9. Малинин В.Н. О современном состоянии проблемы изменчивости вод гидросферы // Уч. зап. РГГМУ. 2005. Вып. 1. С. 54-75.

10. Малинин В.Н. Межгодовые изменения климата и уровня Мирового океана // Докл. Российско-британской конференции "Киотский протокол: экономические аспекты". СПб.: Даниэль, 2006. С. 68-80.

11. Малинин В.Н, Гордеева С.М, Шевчук О.И. Изменчивость уровня Мирового океана за последние 140 лет // Уч. зап. РГГМУ. Вып. 4. 2007. С. 27-33.

Кафедра гидрологии суши профессор,

e-mail: garrison43@mail.ru

12. Мировой водный баланс и водные ресурсы Земли. Л.: Гидрометеоиздат, 1974.

13. Романов А.А. Ледовые условия плавания в Южном океане. СПб.: Гидрометеоиздат, 1996.

14. Степанов В.Н. Океаносфера. М.: Мысль, 1983.

15. Alley R.B, Clark P.U., Huybrechts P., Joughin I. Ice-sheet and sea-level change // Science. 2005. Vol. 310. P. 456-460.

16. Antonov J.I, Levitus S., Boyer T.P. Thermosteric sea level rise, 1955-2003 // Geophys. res. lett. 2005. Vol. 32. (L12602, doi:10.1029/2005GL023112).

17. Ballantyne J. A multidecadal study of the number of Atlantic icebergs using scattermo-metr data. Brigham Young University, 2002.

18. Hanna H.Huybrechts P., Janssens I. et al. Runoff and mass balance of the Greenland ice sheet: 1958-2003 // J. Geophys. Res. 2005. Vol.110 (D13108, doi:10.1029/2004JD005641).

19. IPCC, Climate Change 2001. The scientific basis. contribution of working group I to the third assessment report of intergovernmental panel on climate change. N.Y., 2001.

20. IPCC, Climate Change 2007. The physical cience basis intergovernmental panel on climate change fourth assessment report climate change 2007. N.Y., 2007.

21. Kalnay E, Kanamitsu M., Kistler R. et al. The NMC/NCAR 40-Year Reanalysis Project // Bull. amer. meteor. Soc. 1996. Vol. 77. P. 437-471.

22. World Water Resources of the Earth on the border XXI century. L.: Cambridge Press, 2002.

Поступила в редакцию 10.05.2008

R.K. Klige, V.N. Malinin, O.I. Shevchuk

FLUCTUATIONS OF THE WORLD OCEAN LEVEL DURING THE 20th CENTURY

The role of eustatic and steric factors in the inter-annual fluctuations of the World Ocean level (WOL) is discussed. The results of evaluation of the contribution of evaporation, precipitation, iceberg discharge and sea water density changes tothe WOL rise during different periods of time are presented. The disparity between actual and calculated trends of the WOL is significant, thus a considerably higher accuracy is needed for the calcilation of components of the global water balance.

Key words: Global, changes, climate, lever, ocean, water, balance.