Норвегия отделилась от Штокмана

Еще в конце мая Ъ сообщал, что норвежская Statoil покинет проект освоения Штокмановского месторождения. Вчера "Интерфакс" передал со ссылкой на источники, что Statoil отдала "Газпрому" свою долю (24%) в Shtokman Development AG. По данным Ъ, претендентов на ее место пока не нашлось, зато второй иностранный партнер "Газпрома", французская Total, может принять решение об отказе от проекта после 30 августа. На фоне низкого спроса на газ и постоянных осложнений судьба Штокмана выглядит все более туманной.

Вчера "Интерфакс" со ссылкой на источники сообщил, что Statoil передала "Газпрому" свою долю (24%) в Shtokman Development AG (газовая монополия уже владеет в ней 51%), реализующей проект освоения Штокмановского месторождения. Это подтвердил официальный представитель норвежской компании Яник Линдбек. "Когда соглашение акционеров истекло 30 июня, мы передали акции, но мы все еще ведем переговоры с "Газпромом" и хотим продолжить работать в проекте, рассчитывая на его рентабельность",— отметил он. При этом глава Statoil Хельге Лунд и старший вице-президент по Европе и Азии Кюдланд Торгейр вышли из состава совета директоров Shtokman Development, сообщили "Ъ" источники, близкие к компании. Statoil уже списала затраты на проект. В отчете за второй квартал, которую Statoil представила 26 июля, она отразила около $340 млн инвестиций в Штокман как финансовые расходы.

Третий участник проекта, французская Total, как сообщили источники "Ъ" на рынке, пока не возвращала свой блокпакет. По их словам, компания ждет собрания акционеров Shtokman Development, которое назначено на 30 августа, чтобы обсудить этот вопрос. Вчера в Total "Ъ" сообщили, что "не могут добавить ничего дополнительно к недавним заявлениям руководства". Главный финансовый директор компании Патрик де ла Шевардье в конце июля уверял: "Total все еще очень заинтересована играть активную роль в этом проекте, выбор партнеров зависит от "Газпрома", но мы хотим быть частью проекта".

Запасы Штокмановского газоконденсатного месторождения в Баренцевом море составляют 3,9 трлн кубометров газа по категории С1, конденсата — 53,3 млн тонн по категориям С1 и С2. Лицензией на него владеет "Газпром добыча шельф". Первую фазу проекта компания планировала реализовывать совместно с иностранными участниками, вторую и третью сама.

Соглашение о создании Shtokman Development "Газпром", Total и Statoil подписали еще в 2008 году. Компания должна была заниматься финансированием и строительством инфраструктуры для доставки газа Штокмана на берег и его частичного сжижения в рамках первой фазы проекта. При этом Total получила право вето по техническим вопросам. В итоге Total и "Газпром" разработали принципиально разные варианты технического решения. Французская сторона настаивала на транспортировке газа и конденсата на берег по одной трубе (с разделением их на берегу), а российская — на отделении конденсата от газа сразу на добывающем судне. Несколько лет участники проекта рассматривали различные схемы. Только в апреле 2011 года совет директоров Shtokman Development одобрил одну из них, аналогичную варианту Total.

Но главной причиной задержки проекта стала неопределенность с будущими поставками и ценой газа. С момента старта освоения Штокмана спрос на газ в Европе снижался, а в России газ остается слишком дешевым. Кроме того, затянулся вопрос о предоставлении проекту налоговых льгот, он до сих пор решен лишь частично. Исходно планировалось, что инвестиционное решение по Штокману будет принято в конце 2009 — начале 2010 года, в 2013 году начнутся поставки трубопроводного газа, а в 2014 году — сжиженного (СПГ). Но в 2010 году совет директоров Shtokman Development утвердил перенос сроков на 2016-2017 годы. По новому плану окончательное инвестрешение о производстве трубопроводного газа планировалось принять в марте 2011 года, а об СПГ — до конца 2011 года. В феврале 2011 года заместитель руководителя Роснедр Петр Садовник сообщал, что ввод в эксплуатацию Штокмана может быть перенесен на 2018 год по просьбам участников проекта.

"Газпром" всегда опровергал существование подобной идеи, но сроки принятия инвестрешения раз за разом переносились. Сначала до конца 2011 года, затем на конец первого квартала и первого полугодия 2012 года. В марте было решено сжижать не половину, а почти 100% добываемого газа и поменять бизнес-модель по проекту. При этом партнеры могли принять участие не только в первой, но и в последующих фазах. Но ситуацию это не спасло. Последний срок, установленный участниками Штокмана, истек 30 июня. После этого, согласно акционерному соглашению, иностранные партнеры должны были вернуть свои доли "Газпрому" в течение недели.

О том, что первой проект покинет Statoil, "Ъ" рассказывал еще в конце мая. К этому моменту компания успела подготовить плацдарм для отхода, подписав соглашение о сотрудничестве на российском шельфе с "Роснефтью". По данным источников "Ъ", сменить Statoil на Штокмане должна была Shell. Но тогда стороны опровергали эту информацию, хотя Shell расплывчато говорила (и продолжает говорить) об интересе к новым инвестициям в России. Источники "Ъ" добавляют, что войти в Штокман может и другой партнер "Роснефти" — американская ExxonMobil.

"Газпром" надеется завершить консультации о конфигурации и условиях освоения Штокмана к началу осени. Но пока ни один срок в рамках проекта выдержан не был. Да и самой монополии Штокман сейчас не слишком актуален. Александр Назаров из Газпромбанка отмечает, что с "изменением конъюнктуры старые схемы и расчеты теряют смысл". В частности, если раньше точкой безубыточности проекта была цена нефти в $80 за баррель, то сейчас с учетом изменения формулы цены большинства контрактов клиентов "Газпрома", инфляции и стоимости материалов она превышает $100 за баррель. При такой конъюнктуре проект "Газпрому" не нужен, отмечает аналитик, подчеркивая, что добыча монополии продолжает снижаться на фоне вялого спроса на газ, а она параллельно вводит другие новые месторождения, например Бованенковское.