Идеальный прокурор — круглый сирота

В Совете федерации предложили конкретизировать ряд законов, регламентирующих ситуацию конфликта интересов для чиновников, судей и прокуроров с их родственниками, занимающими должности в госорганах. По мнению сенаторов, закон в действующей редакции уничтожает трудовые династии и нарушает конституционное право на свободу выбора работы. Профессиональное сообщество поддержало позицию законодателей. В Генпрокуратуре предупреждают, что государственная деятельность сопряжена с коррупционными рисками, которые нельзя игнорировать.

На прошедшем во вторник в Совфеде круглом столе сенаторы, адвокаты, судьи и представители муниципальных органов власти обсудили предложения, которые должны лечь в основу поправок к законодательству о конфликте интересов для госслужащих и работников судебной ветви власти.

Напомним, спикер верхней палаты Валентина Матвиенко поручила подготовить законопроект летом этого года при назначении судьи Верховного суда Юрия Москаленко, который заявил, что его дочь не сможет работать в юридической сфере из-за конфликта интересов. Действующее законодательство о конфликте интересов обязывает чиновников и сотрудников различных госструктур и органов власти уведомлять о том, где работают их родственники. Судьи, помимо прочего, обязаны уведомлять, что в процессе могут участвовать люди, которые работают в тех же структурах, что и их родственники, и заявлять в этом случае самоотвод. Если связи кандидата будут признаны потенциально коррупционными, ему могут отказать в приеме на работу. Обнаружение скрытых родственных связей грозит увольнением за утрату доверия тем, кто их скрывал.

Зампред комитета СФ по конституционному законодательству и госстроительству Владимир Полетаев (ответственный за разработку поправок) заявил вчера, что нынешнее законодательство, «выискивая конфликт интересов», часто «уничтожает семейные трудовые династии, загоняя судей, прокуроров и юристов в угол». «Родители не могут гордиться своей профессией, много разрушенных семей, фиктивных разводов, дети вынуждены переезжать в другие регионы. Получается, что идеальный судья, прокурор, госслужащий — круглый сирота»,— считает господин Полетаев.

Директор департамента госполитики в сфере государственной и муниципальной службы, противодействия коррупции Минтруда Дмитрий Баснак сообщил, что действующее законодательство не точно прописывает необходимые действия при возникновении конфликта интересов: «Вот люди поженились, и что дальше? В законе не прописаны ситуации, что делать в таких случаях: увольнять, перемещать или что-то иное». Он сообщил, что ведомство подготовило поправки к закону о гражданской службе, но необходимо поправить еще ряд законов, чтобы не лишать родственников должностного лица права на профессию и работу в конкретной организации.

Член Высшей квалификационной коллегии судей Наталья Чепурнова сообщила, что в судебной системе регулярно появляются проблемы: «Теща судьи работает санитаркой в больнице, а судья разбирает дело об оказании неквалифицированной помощи медиками этой больницы. В результате судье приходится брать самоотвод». По мнению госпожи Чепурновой, при разрешении таких ситуаций нужно руководствоваться статусом судьи, а не приравнивать его к госслужащим. В ответ сенатор Полетаев заявил, что важно сделать закон, применимый ко всем и различающий «реальный, мнимый и потенциальный конфликт интересов». Председатель коллегии адвокатов Москвы Евгений Корчак предложил при назначении любого чиновника пользоваться презумпцией невиновности. По его мнению, родственные связи человека не должны препятствовать его назначению на должность.

Замначальника управления Генпрокуратуры по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции, член ГРЕКО (Группы государств по борьбе с коррупцией) Аслан Юсуфов заявил, что проблема не в законе, а в его применении. Он пояснил, что конфликт интересов могут спровоцировать не только и не всегда родственные связи, причиной принятия решений может быть не прописанный в законе «корыстный интерес», а такие неучтенные вопросы, «как ревность и ненависть».

Адвокат Леонид Карпов увидел в законе риски необоснованного уголовного преследования по пункту ст. 285 УК «Злоупотребление должностными полномочиями» об «иной личной заинтересованности»: «Следственные органы вольно ее трактуют, и, если довести ситуацию до абсурда, можно судить лиц, чьи родственники ненароком оказались в соподчинении». Он предложил максимально конкретизировать понятие «конфликт интересов», а также учесть эти позиции в кодексах профессиональной этики.

Сенаторы намерены вернуться к конфликту интересов в начале следующего года.