98. 04. 039. Перенаселенность тюрем и права заключенных. (обзор)

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК

ИНСТИТУТ НАУЧНОЙ ИНФиНМАЦИУ ПО ОБЩЕСТВЕННЫМ НАУКАМ

СОЦИАЛЬНЫЕ И ГУМАНИТАРНЫЕ

НАУКИ

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ И ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА

РЕФЕРАТИВНЫЙ ЖУРНАЛ СЕРИЯ 4

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО 4

издается с 1973 г.

выходит 4 раза в год

индекс РЖ 2

индекс серии 2.4

рефераты 98.04.001 -98.04.043

МОСКВА 1998

УГОЛОВНОЕ ПРАВО

98.04.039. ПЕРЕНАСЕЛЕННОСТЬ ТЮРЕМ И ПРАВА ЗАКЛЮЧЕННЫХ. (Обзор).

Повсеместное ужесточение уголовной политики, выражающееся главным образом в росте числа осужденных к лишению свободы, и, как следствие этого, перенаселенность тюрем и выделение все больших и больших средств на строительство пенитенциарных учреждений, вызывает глубокую тревогу и озабоченность. Такая тенденция уголовной политики чревата весьма серьезными и опасными последствиями. При этом нельзя не учитывать и того, что применяемые ужесточенные меры борьбы с преступностью не могут привести к ее снижению.

Как указывает известный шведский ученый Нильс Яреборг, — короткие сроки лишения свободы бессмысленны и обременительны в финансовом отношении, длительные же сроки — являются варварством. Нельзя не отметить, продолжает он, что чрезмерная, гипертрафированная вера власть имущих и большинства граждан в пенитенциарные учреждения как средство разрешения всех общественных вопросов, уже само по себе следует рассматривать как серьезную проблему уголовной политики (10, с.36).

В апреле 1995 г. в Осло по инициативе известного норвежского ученого профессора Нильса Кристи состоялась международная конференция по проблеме перенаселенности тюрем. В своем приглашении, направленном высококвалифицированным специалистам ученым и практикам из России, США, Канады, Бразилии, Аргентины, Германии, Голландии, Польши, Молдовы, Англии, Литвы, Чехии, Финляндии, Швеции, Норвегии и Дании, он кратко обосновал необходимость обсуждения пролемы следующим образом. Состояние тюрем в современном индустриальном обществе вызывает серьезное беспокойство. Более 1% мужского населения

США и России в настоящее время составляют заключенные тюрем. Число заключенных растет с необычайной скоростью. Данный процесс наблюдается во всех странах мира. Следует, однако, отметить, указывает Н.Кристи, что сложившаяся ситуация не является результатом только изменившейся картины преступности, но также и комплекса политических и экономических процессов практически независимых от состояния преступности. Особую тревогу у него вызвали серьезные изменения, возникшие в самой сфере борьбы с преступностью и контроля над ней, а именно: постепенное превращение данной области деятельности в отрасль промышленности, в источник обогащения (2).

Основная тема конференции была посвящена проблеме пенитенциаризации в индустриальном обществе и возможностям лимитирования роста числа осужденных к лишению свободы (8, с.90).

Все участники конференции решительно высказались за ограничение применения тюремного заключения, как меры, не способной повлиять на состояние преступности (содействовать ее снижению), и за более широкое применение наказаний, не сопряженных с лишением свободы. При этом отмечалось, что альтернативные лишению свободы меры воздействия, применяемые в разных странах, показывают хорошие результаты, о чем свидетельствуют данные о рецидиве среди лиц, подвергшихся этим видам наказания.

Участники конференции прекрасно понимали, что их начинания встретят большое сопротивление и потребуется жесткая организованность и тщательно продуманная стратегия для достижения желаемых результатов. Понадобится глубокий и всесторониий анализ экономических и политических сил, обеспечивающих условия и содействующих превращению деятельности, связанной с контролем над преступностью в отрасль промышленности. На основе полученных результатов анализа придется изыскивать убедительные аргументы и доказательства своей правоты. Ни общественное мнение, ни политики при господствующем в настоящее время настрое в отношении преступности и методов борьбы с ней не склонны одобрительно отнестись к предложениям, которые могут толковаться как доброжелательное отношение к правонарушителям. Следовательно, в условиях политической направленности современного общества и

бсеподавляющем влиянии средств массовой информации добиться успеха в исследуемой сфере возможно лишь путем объединения усилий разумно мыслящих теоретиков, практиков и граждан. Наряду с этим необходимо также организовать в данном направлении совместную работу теоретиков (ученых) и соответствующих специализированных ассоциаций (организаций, объединений) на национальном и международном уровнях (8, с. 102).

В частности, в качестве одной из таких организаций называлась Международная организация реформы уголовного права (Penal Reform International), генеральный секретарь которой — Вивиан Стерн принимала участие в конференции в г.Осло. Эта организация, учрежденная в 1989 г. по инициативе голландского специалиста Ганса Тулкенса, обладает статусом консультативного органа при ООН и Совете Европы и независима от каких-либо политических влияний. Она имеет представителей в более чем 75 странах мира, тесно сотрудничает с правительствами разных стран, а также многими учреждениями и формированиями международного и регионального уровней. Основные задачи Международной организации реформы уголовного права, согласно ее программе, — способствовать соблюдению прав человека в пенитенциарных учреждениях, обеспечению соответствующих условий содержания заключенных, устранению дискриминации (несправедливости) при назначении уголовных наказаний, отмене смертной казни, повсеместному ограничению применения наказания в виде лишения свободы, расширению использования конструктивных, не связанных с лишением свободы мер воздействия.

В результате состоявшейся в Осло конференции Международная организация реформы уголовного права подготовила предложение программы по поддержке повсеместно, во всех странах мира, решения об ограничении применения наказания в виде тюремного заключения. В частности, цель программируемой работы состояла в том, чтобы привлечь всеобщее внимание к опасности, угрожающей стабильности общества и демократии, опасности, провоцируемой ростом числа молодых людей, приговоренных к лишению свободы в возрасте, когда идет основное становление личности. Оказываясь объектом воздействия тюремной субкультуры, они тем самым лишаются влияния позитивных ценностей общества. В результате, по истечении незначительного срока, меры и методы,

используемые на сегодняшний день в борьбе с преступностью, могут обернуться большей угрозой для общественной стабильности, чем сама преступность. Программой предусматривается занятие сбором сведений о росте населения пенитенциарных учреждений во всех странах мира, исследование взглядов, суждений и мнений на ситуацию, сложившуюся в тюрьмах, и таящуюся в ней угрозу демократии и стабильности общества, систематизацию соображений, точек зрения и позиций по проблеме мер, альтернативных лишению свободы, а также содействие контактам с частными лицами и организациями, заинтересованными в активной деятельности на данном поприще. В программе отмечалась также необходимость постоянной и всесторонней осведомленности обо всех событиях и тенденциях, наблюдаемых в исследуемой сфере развития стратегии информации, а также налаживания сотрудничества с представительствами разных стран в ОБСЕ и Европейском Парламенте (8, с. 103).

Анализируя проблему состояния тюрем в разных государствах, Нильс Кристи отмечает, что при проведении сравнительных исследований чрезвычайно важно единообразие используемых статистических данных. По его мнению, главным исходным положением служит страна и число заключенных на 100 000 населения (3, с.89). Некоторые, например английский специалист Кин Пиз (9), считают, что надо руководствоваться числом лиц, ежегодно поступающих в пенитенциарные учреждения. Однако такое решение практически не осуществимо из-за отсутствия необходимых сведений. Кроме того, нет единства и не определены границы в порядке проводимых подсчетов. Некоторые, например, при этом включают всех подвергшихся задержанию, аресту, даже если это задержание длилось всего несколько часов, другие регистрируют лишь тех, в отношении которых был вынесен приговор о лишении свободы. Представляется, что число заключенных на 100 000 населения более верный показатель, хотя и при таком решении возникает много трудностей. Так, например, иногда используются данные, отражающие число заключенных на один отдельный день, иногда выводятся средние цифры за определенный отрезок времени.

Н.Кристи называет сведения, характеризующие положение в пенитенциарных учреждениях разных стран и отражающие уровень перенаселенности тюрем, "Географической картой наказаний в виде лишения свободы" (3, с.89). Начиная свое исследование с освещения положения тюрем в странах Северной Европы, он указывает, что согласно "Географической карте наказаний", в настоящее время в Дании на 100 ООО населения приходится 70 заключенных в Норвегии — 62, в Швеции — 63 (пару лет назад это число составляло 70), в Финляндии — 62. Определенный интерес в этом ряду стран и в соотношении с остальным миром представляет Финляндия.

В прошлом веке пенитенциарная система Северных стран развивалась одинаково. Тюрьмы этих государств в 40-е, 50-е годы XIX столетия характеризовались очень высоким числом заключенных — 200 на 1000 000 населения. Однако уже в конце прошлого и начале нашего столетия начался процесс снижения числа заключенных, который продолжался во всех четырех вышеназванных Северных странах до начала гражданской войны в Финляндии, повлекшей за собой резкий рост числа заключенных в этой стране — 300 на 100 000 населения (3, с.89).

В 60-х годах число заключенных в Финляндии составляло 170 человек на 100 000 населения, при том, что в других северных странах это число составляло 30-40. Такое соотношение вызывало глубокую тревогу у финских ученых. Однако, по мнению Н.Кристи, ситуация выглядит трагичной только, если ее сравнивать ( в данной области) с Западом и ориентироваться на Запад, и вполне естественной, если сравнивать с Востоком и ориентироваться на Восток (3, с.89).

Финляндия, указывает Н.Кристи, очень близка к России. Многие русские, по его мнению, чувствуют себя в Финляндии как дома. Когда из Петербурга приезжаешь в Хельсинки, заявляет он, то оказываешься как бы в уменьшенной копии первого (3, с.91).

Можно, конечно, соглашаться или не соглашаться с утверждениями норвежского профессора, но нельзя не признать, что общее историческое прошлое России и Финляндии не могло не отразиться на развитии последней, в том числе и на ее пенитенциарной системе.

Возвращаясь к цифре 170 заключенных на 100 000 населения, нельзя не отметить, что эти данные оказывали шокирующее

впечатление на самих финских юристов, ученых и практиков. Тюрьмы и их состояние следует рассматривать как своего рода символы, в значительной степени определяющие лицо страны. Интеллектуальная административная элита Финляндии, испытывающая особую ответственность за проводимую уголовную политику, не сомневалась при выборе модели деятельности в данной области. Год за годом известные финские специалисты И.Антилла, Т.Тёрнудд, К.Лонг и многие другие всячески влияли на уголовную политику страны, стремясь снизить уровень перенаселенности тюрем, и в последние годы добились значительных успехов своей деятельностью. Но сохранится ли данная тенденция, продолжит ли Финляндия свой путь как Северная страна или добьется еще более высоких результатов, чем ее соседи скандинавы. Такое развитие вопроса представляется Н.Кристи сомнительным. Финляндия, указывает он, страна с сильной центральной властью. Успехов в области снижения перенаселенности тюрем добилась весьма малочисленная группа прогрессивных юристов, стоящих на позиции, не совпадающей с позицией властей. Кроме того, повсеместно все большее влияние обретают сторонники ужесточения мер воздействия и более широкого применения наказания в виде лишения свободы, а следовательно, и роста числа заключенных в пенитенциарных учреждениях. Не следует также, отмечают многие скандинавские специалисты, забывать о трудностях, с которыми приходилось сталкиваться при сотрудничестве с Финляндией 60-х, 70-х годов в области проблем криминологии и уголовной политики. С тех пор, конечно, очень многое изменилось. Однако в свете перемен, происшедших в России, не исключена, по их мнению, возможность изменений направления в области уголовной политики Финляндии, ибо российская модель в рассматириваемой области может для Финляндии оказаться более прривлекательной в силу исторического прошлого, близкого соседства и тесных культурных связей (3, с.91).

Обратимся далее к рассмотрению состояния тюрем в странах Балтии. Здесь "Геграфическая карта наказаний в виде лишения свободы" демонстрирует первый серьезный отход от положения наблюдаемого в странах Северной Европы. Если мы направимся с Севера на Юг, то в Эстонии число заключенных на 100 000 населения составляет — 307, в Латвии — 346, в Литве — 351 (3, с.92). Встает

вопрос, по какому пути развития, пойдут страны Балтии, какой модели они будут придерживаться в будущем.

Весьма тяжелое положение в рассматриваемой сфере сложилось в России.

Согласно данным, полученным Н.Кристи от руководства тюремными учреждениями России, число заключенных на 100 000 населения на 1 января 1996 г. составляло не менее 680 человек. Петербургский профессор Я.И.Гилинский" назвал (в личной беседе с Н.Кристи) более высокую цифру — 740 с учетом несовершеннолетних, помещенных в исправительные заведения и осужденных военнослужащих. Наиболее высокие цифры назвал известный российский правозащитник Валерий Абрамкин — 780 заключенных на 100 000 населения (3, с.92). Некоторое несовпадение с данными, представленными руководством тюремных учреждений России, объясняется, по-видимому, временем, которое прошло после их регистрации уголовной статистикой.

Не вызывает сомнения, что число заключенных в наших тюрьмах было весьма высоко. Так, например, в 50-е годах (по данным американских специалистов) на 100 000 населения России приходилось 1400 заключенных. Таким образом, в стране с 200 млн. населения 2,5 млн. составляли заключенные (7). При этом основную массу осужденных составляли совсем не политические противники режима, оппозиционеры, поэты и писатели, как многие себе это представляли, а обычные граждане.

Но и сегодня серьезную тревогу вызывает проблема роста тюремного населения. После некоторого снижения числа заключенных в 1989 г. вновь начался его стремительный рост.

Следует, однако, отметить, что 30.3.98 в программе "Вместе" по первому каналу телевидения выступил Валерий Абрамкин. Анализируя состояние пенитенциарных учреждений, он заявил, что в настоящее время впервые обнаружился некоторый поворот в рассматриваемой проблеме и наметилась тенденция к снижению числа заключенных.

Освещая свои посещения мест заключения в России, Н.Кристи отмечает, что положение в российских тюрьмах не поддается

11 Профессор Я.И.Гилинский — участник Международной конференции по проблеме перенаселения тюрем, состоявшейся в апреле 1995 г. в г. Осло.

26-6348

описанию. Ему предоставили возможность посетить любое из таких учреждений. Однако, открыв дверь в одном из выбранных им СИЗО, он не смог войти в камеру, где содержались лица, находящиеся в предварительном заключении, из-за ее перенаселенности. В небольшом помещении без проветривания, т.е. практически без воздуха, днем и ночью находилось 57 человек. Здесь же размещались туалет и умывальник с холодной водой. Заключенные спали в три очереди по несколько человек на одних нарах. В таких условиях широкое распространение получают разного рода кожные и инфекционные заболевания (3, с.93).

По данным Минюста России, в следственных изоляторах по всей России сидит на 90 ООО человек больше, чем могут принять СИЗО. Зловоние, вши, тубуркулез — вот то, что сопутствует перегруженности изоляторов. За последние четыре года заболеваемость тубуркулезом увеличилась в 2,5 раза, а смертность от него возросла в четыре раза. Медицинские учреждения переполнены, 17 ООО больных тубуркулезом содержатся вместе со здоровыми".

"Географическая карта наказаний в виде лишения свободы" предоставляет нам информацию и о странах Юго-Восточной Европы. В Белоруссии в настоящее время на 100 000 населения приходится 500 заключенных, Украине — 385, Молдове — 275, Румынии — 200, Болгарии — 110, Польше — 160, Чехии и Словакии — соответственно 190 и 150, в Венгрии-90.

"Географическая карта наказаний" показывает значительное различие в уровне перенаселенности тюрем в Западной и Восточной Европе. Вместе с тем, в исследуемой сфере повсеместно происходят серьезные изменения. Основная тенденция — это рост числа заключенных в пенитенциарных учреждениях практически всех государств. Наиболее драматичным представляется положение в ранее всегда благополучной Голландии, где число заключенных на 100 000 населения возросло с 30 в 60-х годах до 86 на сегодняшний день и, по прогнозам, превысит 100 в ближайшее время. Серьезную тревогу вызывает также состояние тюрем в Англии и Уэльсе, где число заключенных на 100 000 населения уже достигло 114 человек. По словам руководителя пенитенциарных учреждений страны, в тюрьмах катастрофически не хватает мест и для обеспечения

" Корольков И. Россия избавляется от пыток // Известия. — М., 27.2.98, №37.-С.1.

содержания растущего числа осуждаемых к лишению свободы необходимо через каждые три недели открывать новое тюремное заведение.

Итак, в качестве предварительного вывода можно сказать, что на Востоке Европы наблюдается более резкий рост числа заключенных и применение более жестких наказаний. Вместе с тем нельзя не признать, что и в западной Европе отмечаются определенные изменения в сторону ужесточения наказаний, более широкого применения такой меры воздействия, как лишение свободы, а следовательно, — и роста числа заключенных в исправительных учреждениях.

Согласно "Геграфической карте наказаний" состояние тюрем в странах Северо-Американского континента представляет весьма разноцветную и многообразную картину. Но основной интерес представляют две центральные цифры — 120 и 649. Первая составляет число заключенных на 100 000 населения Канады, вторая, соответстенно, в США. Две страны, большинство населения которых говорит на одном языке, очень похожие по многим параметрам и столь отличающиеся друг от друга в области пенитенциарии.

Общее число заключенных в тюрьмах США на 1.1.97 г. составляло 1,73 млн. человек. Если учесть также условно осужденных и условно освобожденных, которые вместе составляют 3,92 млн., то получится, что число лиц, оказавшихся в сфере деятельности органов уголовной юстиции, в данный период составило 5,65 млн. человек.

На 1.1.97 число осужденных к лишению свободы на 100 000 населения США составляло 649 человек. Если учесть также 1469 условно осужденных и условно освобожденных на 100 000 населения, то общее число лиц, оказавшихся в ведении органов уголовной юстиции и исправительной системы, составило более 2000 на 100 000 населения, или более 2% всего населения США. Если же учитывать только взрослое население (от 18 лет и старше), то этот процент составляет уже почти 2,9. Следует также принимать во внимание, что как минимум половина взрослого населения уже достигли возраста низкой криминальной активности, а именно возраста, в котором люди практически уже не совершают преступлений. Если мы не будем учитывать эту часть населения, а также десятую часть от общего числа привлеченных к уголовной ответственности, которую составляют женщины, то получится, что 10,4% младшей половины взрослого 26*

мужского населения США находятся в сфере компетенции правоохранительных органов.

Половину всех заключенных составляют чернокожие. Из общего числа молодых чернокожих мужчин, проживающих в больших городах, расположенных на восточном побережье США, более половины постоянно находятся в местах лишения свободы или под надзором правоохранительных органов.

Следует также отметить стремительный рост числа заключенных в пенитенциарных учреждениях США. В 1979 г. это число составляло 230 на 100 000 населения. На 1 января 1997 г. оно достигло 649 заключенных на 100 000 населения. В абсолютных цифрах это увеличение числа заключенных более чем на 1 млн. человек. Наиболее значительный рост числа заключенных наблюдается на юге и западе страны, и особенно в Техасе — штате с 20 млн. населения, где в конце 1995 г. число заключенных было не менее 170 000. Вместе с 518 000 условно осужденных и условно освобожденных (в конце 1995 г.) число подвергшихся уголовному преследованию составило 3,5% от общего числа населения штата. Если учитывать только взрослое население (от 18 лет и старше), то это число составило 5,2% населения. А если исключить еще половину, а именно представителей старшего поколения, и учесть, что 9/10 от общего числа подвергшихся уголовному преследованию, составляют мужчины, то получится, что 18,7% от общего числа молодых мужчин штата Техас находятся в сфере деятельности правоохранительных органов. Приведенные данные относятся к концу 1995 г. В 1997 г. этот процент повысился до 20. На сегодняшний день он, по-видимому, еще выше (3, с.95, 96).

* * *

Так как же следует оценивать наблюдаемые тенденции, как осмыслить причины данного явления?

Профессор Н.Кристи предлагает три типа возможных объяснений исследуемого феномена.

Первый тип объяснения (наиболее распространенный): рост числа заключенных — это ответ на рост преступности. Конечно, тюрьмы как один из видов наказания тесно связаны с преступностью. Но преступность — это социальная конструкция. Существует

множество разного рода деяний, которым можно придать различное значение в зависимости от характера социальной системы, внутри которой они совершаются. Так, например, нанесению ударов придается одно значение, если это происходит в семье среди родственников, между братьями и сестрами; совсем другое, если это случилось в местном кафе среди друзей и знакомых, и третье, если эти действия совершились в ресторане среди посторонних людей. Оценка такого деяния может быть самой разнообразной. Оно может рассматриваться как юношеская жестокость, как плохое воспитание, как признак заболевания, как показатель насущной потребности в социальной реформе или как преступление.

Реакция на данное деяние также может быть самой различной в зависимости от того, кто и где реагирует. Если драка произошла в семье, то реакция может выразиться в замечании, осторожном выговоре. Если среди друзей — в одобрении и даже восхищении. Со стороны медицинской службы — в предписании мер медицинского характера. Со стороны правоохранительных органов — во вмешательстве полиции. Преступления нет, пока деяние официально не признано преступным.

Конечно, указывает Н.Кристи, существует множество дурных деяний. Но существуют и различные варианты классификации всех этих деяний, и особенно в тенденции придать деянию значение преступления, влекущего за собой наказание в виде лишения свободы.

Второй тип объяснения причины роста числа заключенных состоит в рассмотрении этого феномена как результата доминирования экономических интересов в данной стране. В частности, встает вопрос — выгодно ли содержать громоздкую пенитенциарную систему? Так, например, США пока обладают для этого достаточными средствами. Вместе с тем нельзя не учитывать, что по американским стандартам тюремное заключение обходится совсем не дорого. Кроме того, при решении вопроса об условиях содержания заключенных власти часто исходят из того, что лишение свободы, как наказание, воздаяние за совершенное противоправное деяние должно быть мучительным, а следовательно — и дешевым.

Возвращаясь к вопросу о доминировании экономических интересов в данной стране, следует напомнить о серьезных изменениях, наблюдаемых в последнее время в самой сфере борьбы с

преступностью и контроля над ней, а именно: постепенное превращение данной области деятельности в отрасль промышленности, в источник обогащения. Таким образом, многие хорошо зарабатывают на пенитенциарной системе и весьма заинтересованы в ее расширении и росте ее населения.

Третий тип объяснения причины роста числа заключенных в тюрьмах представляет несколько более широкий подход к рассматриваемой проблеме. Перенаселенность тюрем трактуется как результат целенаправленного контроля над "опасными" группами населения, как результат крайнего социального неравенства, когда тем, кто оказался на самом дне, на задворках общества, уже практически нечего терять, и непосредственный, физический контроль рассматривается как единственный выход, который у них остается. Такой подход полностью исключает любые теоретические размышления, концептуальные построения и другие научные разработки по поводу назначаемых наказаний. Здесь уже не остается места для дискуссий о справедливости и эффективности применяемых мер. Вместо этого в центре внимания оказывается интерес к идее так называемой "административной криминологии" (4; в). Согласно данной идее, задача состоит в том, чтобы все усилия (в исследуемой сфере) были направлены на обеспечение лишь одной — единственной цели — держать заключенных в узде, а именно: на администрировании и управлении населением пенитенциарных учреждений.

Если использовать военную терминологию, то данное (третье) объяснение причины перенаселенности тюрем можно рассматривать как войну против так называемых "опасных" групп населения, но вместе с тем и как войну, которая может оказаться весьма полезной для тех, кто занимает более высокое социальное положение и которым, таким образом, может быть обеспечена защита от тех других — чужих, и которым в связи с этим выгодно принимать участие в такой войне.

Нет сомнения в том, что система контроля за преступностью играет большую роль в поддержании стабильности в обществе. Вместе с тем следует отметить и некоторые другие факторы, которые зависят от деятельности данной системы. Так, например, в США 6,1 млн. человек тесно связаны с ее работой. Из них 1,7 млн. составляют заключенные, 0,8 млн. — охранники, 0,2 млн. — лица,

осуществляющие надзор на свободе, 1,0 млн. — полиция, 2,0 млн. — частные полицейские, 0,4 млн. — суды (лица, работающие в судебной системе) (3, с.99). Согласно данным статистики США, число лиц, занятых в разных отраслях деятельности страны, составляет 128,5 млн. Таким образом число лиц — заключенных и чиновников, занятых в исследуемой системе, составляют 4,7% от общего числа работающих американцев (3, с. 100). Это особенно важно с учетом нелегкой ситуации, которая наблюдается в индустриальных странах, в частности, растущей автоматизации, усиливающей сложность обеспечения работой всех, кто в ней нуждается.

Либерализм свободного рынка, мобильность денежных средств и людей содействует повышению социальных различий, в свою очередь побуждающих к совершению противоправных деяний, а

также страха перед угрозой оказаться их жертвой.

* * *

Высокое число заключенных — это не рок, не печальная судьба присущая данному государству, а следствие воздействия определенных факторов, влияния реальных сил, которые могут быть конкретным предметом анализа, исследования, обсуждения, рационального выбора и соответствующих действий. Такой подход поднимает множество вопросов. В частности, каково должно быть число заключенных, есть ли какие-либо мерки, регламентирующие это число, как определить его пределы? Каковы аргумент против слишком широкого применения наказания в виде лишения свободы, если заключенные содержатся в хороших условиях, в отдельных камерах с туалетом, душем, теплым полом, телевизором? Если их хорошо кормят, обеспечивают свиданием с родными, дают возможность общаться с другими заключенными в дневное время, то есть ли основания для возражения против цифры 650" заключенных на 100 000 населения США. Ответы на поставленные вопросы различны, противоречивы и носят порой весьма неожиданный характер. Так, например, на ежегодной конференции Шотландского криминологического общества в сентябре 1996 г. было высказано мнение, согласно которому Великобритании следует

" Которое притом продолжает стремительно расти и, по всей вероятности, в ближайшее время достигнет 1000.

учиться методам борьбы с преступностью у США, что в Великобритании недостаточно интенсивен рост заключенных и что следует увеличить число приговоров, предусматривающих наказание в виде лишения свободы, пока ситуация не вышла из-под контроля (3, с. 100).

Контраргументы, приводимые Н.Кристи в первую очередь, основываются на этических принципах. Осуществление контроля над "опасными классами" посредством их заключения в пенитенциарные учреждения означает, по мнению норвежского профессора, не что иное, как возвращение в рабовладельческое общество. Можно предположить, что содержание в тюрьмах осужденных, составляющих определенный процент лиц представителей низших классов, повысит безопасность и благополучие остального населения, а также возможно и самих заключенных, которые (особенно если они содержатся в одиночных камерах) не смогут совершать новых преступлений, в частности убивать друг друга. Кроме того, ограничение доступа к наркотикам значительно улучшит состояние их здоровья. Общечеловеческие и этические принципы говорят о неприемлемости вышеназванных аргументов. Такого рода принудительное оздоровление тем более непозволительно, если целью служит обеспечение удобства и благополучия других групп населения.

К этическим доводам следует добавить и прагматические. При незначительном числе заключенных данное явление можно рассматривать как нежелательное отклонение, исключение. Как правило подтверждается исключением, так и нормальная ситуация подверждается и укрепляется знанием редких случаев отклонения от нормы. Однако большое число заключенных меняет ситуацию. Деятельность по осуществлению контроля за отклонениями как редким явлением превращается в войну с повседневным обычным фактором, в войну не с исключением, а с правилом. Единое общество трансформируется в раздробленное, расколотое, разведенное. Перенаселение тюрем приведет к тому, что пенитенциарное учреждение из места позора превратится в своего рода обитель ритуального посвящения. Трансформируется и восприятие стигмы преступника, которая также обретет иное значеание. Это будет уже не клеймом позора, а скорее делом чести. В конечном итоге тюрьмы начнут выполнять функции народного университета.

Когда родители посылают своих детей учиться в высшие учебные заведения, институты, университеты, они надеются, что их дети приобретут широкие знания, необходимые для всей последующей жизни. Не следует, однако, игнорировать тот факт, что тюрьмы выполняют аналогичную функцию в отношении заключенных, особенно когда дело касается молодых правонарушителей. Весьма убедительно это подтверждается данными, представленными в работе "Заключенные в тюремном сообществе" известного скандинавского специалиста, занимающегося исследованием проблемы наказания в виде лишения свободы, профессора У.Бундесон (1).

Для снижения числа осужденных к тюремному заключению необходимо упорядочение условий существования тех, из кого постоянно рекрутируется население пенитенциарных учреждений, а именно жизненных условий граждан, представляющих малообеспеченные слои общества. Такое решение проблемы потребует громадных усилий, интенсивного труда, значительных экономических затрат и поэтому многих не устраивает.

В результате складывается весьма неприглядная картина, свидетельствующая о том, что высокая перенаселенность тюрем используется как бы в качестве ширмы для сокрытия настоятельной необходимости социальных и политических реформ.

В заключение Н.Кристи приходит к следующим выводам. В странах Северной Европы положение в исследуемой области можно считать удовлетворительным, ибо число заключенных здесь невысокое и стабильное. Однако достигнутую стабильность постоянно приходится защищать от сторонников ужесточения уголовной политики, при этом особую активность в данном направлении проявляет средства массовой информации. Определенное беспокойство вызывает Финляндия — страна, которая длительный период своей истории характеризовалась авторитарным правлением. В настоящее время здесь обнаружиаваются некоторые тревожные тенденции возвращения и усиления влияния консервативных ориентаций.

Положение в России и США также не вызывает оптимизма. В России практически даже не поднимается вопрос (за исключением высказываний некоторых специалистов) об ограничении числа заключенных, о чувстве меры при вынесении приговоров к лишению

27-6348

свободы. В США принят ошибочный курс, и движение идет в неверном направлении.

Все познается в сравнении. Достаточно высокое число заключенных в странах Балтии по сравнению со странами Запада кажется незначительным по сравнению с соответствующим числом в странах, расположенных от них к востоку. Положение в России не представляется столь тяжелым, если в качестве примера выступает США, где наблюдается аналогичная ситуация.

Рост числа заключенных в российских и американских пенитенциарных учреждениях создает, по мнению Н.Кристи, неудачный образец деятельности в исследуемой области. Рассматривая создавшееся положение с политических позиций, указывает он, следует отметить, что огромное число заключенных в тюрьмах может создать в обществе взрывоопасную ситуацию, чреватую весьма серьезными последствиями, вплоть до ситуаций, схожих с гражданской войной. Положение, сложившееся в двух вышеназванныъх крупнейших государствах мира, должно привлечь внимание как предмет всеобщей тревоги. Проблема должна рассматриваться как задача, решение которой возможно лишь путем объединения усилий всех стран (3, с. 101).

Возвращаясь к вопросу о причинах перенаселенности пенитенциарных учреждений, следует отметить, что пока еще не выявлено убедительных данных, говорящих о том, в какой степени рост преступности можно считать основной причиной роста числа заключенных. Но с полной определенностью можно утверждать, что рост тяжких преступлений, особенно серьезных преступлений, связанных с наркотиками, легко приводит к ужесточению наказаний, в том числе к удлинению сроков лишения свободы. Однко, как показывает практика, эффект от такой реакции весьма сомнителен.

Таким образом, ужесточение уголовной политики во многом определяется тем, что в последнее десятилетие наблюдается значительный рост насильственных преступлений, часто связанных со злоупотреблением наркотиками и алкоголем. Известно также, что подобное сочетание неизбежно влечет за собой применение более серьезных наказаний. Определенную роль в развитии тенденции ужесточения уголовной политики играют и многие другие факторы, в частности, ограничение применения условного освобождения и мер

наказания, не связанных с лишением свободы, а также общественное мнение, как правило, ратущее за жесткие наказания.

В результате, как уже отмечалось выше, практически повсеместно наблюдается перенаселенность пенитенциарных учреждений, ибо тюрьмы не в состоянии вместить растущий поток лиц, осуждаемых к лишению свободы, а тем более обеспечить им

должные условия содержания (5, с.2).

* * *

Особый интерес в свете исследуемой проблемы представляют сведения, подготовленные Советом Европы и его организациями.

Отдельную тему изучаемой сферы составляет полицейский

арест.

После задержания лицо, подвергшееся аресту, содержится определенное время в полицейском участке. Как правило, большинство задержанных находятся в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. Вместе с тем полицейские участки не всегда достаточно хорошо оборудованы для соответствующего приема и содержания задержанных, а многие полицейские не облалдают необходимым опытом и образованием для правильного обращения с арестованными. Особенно следует отметить трудности, возникающие при проведении допроса, — как для допрашиваемого, так и для ведущего допрос. Обвинение в пытках, жестокости, плохом обращении и нарушении прав человека значительно чаше наблюдается во время полицейского ареста, чем в период отбывания срока наказания в пенитенциарных учреждениях, где условия более стабильны, а следовательно, и заключение менее уязвимы.

Это обстоятельство подтверждается Европейским Комитетом по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (European Committee for the prevention of of Torture and inhuman or Degrading Treatment or Punishment в дальнейшем для краткости будем этот Комитет обозначать буквами СРТ) и данными, представленными в рапортах Межджународной амнистии (Amnesty International) (5, с.2). Поэтому срок пребывания в полицейском участке должен быть очень кратким. Вместе с тем нельзя не отметить, что значительное число задержанных продолжают содержаться в камерах полицейских участков, в то время 27*

как им уже давно положено находиться в следственной тюрьме или другом пенитенциарном учреждении. Наблюдается также тенденция удерживать людей в камерах полицейских участков в связи с перенаселенностью тюрем. Что же касается несовершенннолетних правонарушителей, то они вообще не должны содержаться под арестом в полицейских участках. Но если в силу особых обстоятельств это неизбежно, то подростки должны содержаться отдельно от взрослых арестантов. Целесообразно, чтобы по возможности задержанные несовершеннолетние правонарушители вместо полицейского участка направлялись в специальные дома, предназначенные для содержания молодежи и подростков.

В настоящее время Комитет по предупреждению пыток бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (СРТ) — организация, обладающая уникальным международным опытом и реальными знаниями во всех областях наказаний, связанных с лишением свободы. Поэтому определенного внимания заслуживают сведения, представляемые рапортами названного Комитета (СРТ). Особое значение при аресте Комитет придает обеспечению следующих трех прав личности: право подвершегося задержанию сообщить об аресте третьему лицу по своему усмотрению — члену семьи, другу или, если это иностранец, соответствующему консульству, право на юридическую помощь и право подвергнуться медицинскому обследованию врачом, которого задержанный сам себе выберет.

Названные права служат, по мнению Комитета (СРТ), основной гарантией, обеспечивающей защиту арестованного от плохого с ним обращения, и распространяются на всех задержанных лиц независимо от того, как данная мера называется — поимка, захват, задержание, арест, заключение под стражу, предварительное заключение и т.п.

Лица, задержанные полицией, должны сразу быть информирвованы обо всех своих правах.

Право на юридическую помощь лица, подвергшегося аресту, предусматривает право на контакты и посещения в связи с оказанием этой помощи и при соответствующих условиях, обеспечивающих полную секретность всех переговоров. Лицо, подвергшееся аресту, обладает правом на юридическую помощь с момента задержания. Оно

имеет право отказаться отвечать на вопросы в отсутствие адвоката и требовать его присутствие при допросе.

Что касается медицинского обследования лиц, подвергшихся аресту, то такое обследование должно производится в отсутствии представителей полицейской службы, которые не должны слышать и желательно не видеть, что происходит при врачебном осмотре. Затем результаты обследования, важная информация, полученная от задержанного (в связи с данным вопросом), и выводы врача фиксируются в официальном документе в форме, доступной для задержанного и его адвоката.

Комитету (СРТ) представляется необходимым разработать более четкие, подробные и определенные нормы, регулирующие ведение допроса в полиции. Эти нормы должны учитывать малейшие нюансы, связанные с производством данного процессуального действия. Например, допрашиваемый должен быть подробно информирован обо всех присутствующих на допросе лицах, о длительности допроса (сколько часов может длиться допрос), о перерывах между допросами и в процессе допроса, о месте проведения допроса, о правилах поведения допрашиваемого, в частности, обязан ли он стоять во время проведения допроса, о порядке производства допроса лиц, находящихся под воздействием лекарственных веществ, алкоголя и т.п.

Представляется также необходимым введение специального систематического регистра, в котором должны фиксироваться все сведения, полученные в процессе производства допроса (от начала и до конца), в том числе заявления и требования допрашиваемого, данные обо всех лицах, присутствующих на допросах и т.п.

Комитет (СРТ) считает целесообразным использование при производстве полицейского допроса электронного устройства, которое, по его мнению, также может служить реальным средством, страхующим задержанного от дурного обращения.

Для обеспечения прав и интересов лиц, подвергшихся полицейскому аресту, а также для облегчения работы полиции весьма важным представляется заведение персональных документов (актов) на каждого задержанного, в которых должны быть зафиксированы все данные, связанные с арестом, в частности, расходы, связанные с задержанием, меры, которые применялись во время ареста, сведения

обо всех произведенных действиях и т.д. Юрист — представитель задержанного должен иметь доступ к этому акту (5, с.3-4).

Пребывание арестованных в полицейском участке, как правило, кратковременно. Условия их содержания в полиции в основном хуже, чем в тюрьмах предварительного заключения, следственных тюрьмах или других пенитенциарных учреждениях, где обвиняемые (осужденные) могут находиться длительные периоды времени. Тем не менее определенные, элементарные требования должны быть соблюдены. Размеры камер должны соответствовать установленным стандартам. Камеры должны быть освещены так, чтобы люди могли читать (за исключением ночного времени), оборудованы вентиляцией, оснащены всем необходимым для отдыха задержанных — прикрепленными к полу стульями или скамейками, лица, задерживаемые на ночь должны обеспечиваться чистыми матрасами и одеялами. Туалеты должны быть чистыми и опрятными. Лицам, содержащимся в участках, должна быть предоставлена возможность умываться в определенные часы. Их должны кормить, при этом как минимум раз в день они должны получать горячую пищу.

Отмечается сложность решения вопроса о размере камер в полицейских участках. Согласно критериям, которым в этой связи придерживается Комитет (СРТ), размер камеры в полицейском участке, предназначенной для содержания одного человека, задержанного на срок более двух часов, должен быть приблизительно 7 кв. м, расстояние между стенами — 2 м и более, высота — 2,5 м (5, с.4).

Большое значение Комитет (СРТ) придает проведению проверок условий содержания задержанных в полицейских участках. Так, например, в рапорте о слушаниях, организованных в 1955 г. Советом Европы в Гааге, сообщалось, что одна голландская общественная организация официально, без предупреждения посетила все 30 полицейских участков Амстердама. Из рапорта следовало, что это мероприятие имело определенный предупредительный эффект и привело к улучшению положения арестованных.

* » *

Число лиц, ожидающих рассмотрения своего дела или результатов обжалования приговора, составляет значительную часть от общего числа заключенных во многих странах.

Процент лишенных свободы, но еще не осужденных лиц, относительно общего числа заключенных на 1 сентября 1991 г. в государствах — участниках Совета Европы составлял: 6% — 20% (в Ирландии, Исландии, Кипре, Люксекмбурге, Норвегии, Финляндии, Шотландии); 22-27% (в Англии и Уэльсе, Болгарии, Дании, Северной Ирландии, Швеции); 30-39% (в Австрии, Венгрии, Германии, Греции, Испании, Нидерландах, Португалии); 42-61% (в Бельгии, Италии, Турции, Франции, Чехословакии, Швейцарии) (5, с.5).

Приведенные выше данные говорят о различии в разных странах соотношения числа лиц, лишенных свободы, осужденных и не осужденных (задержанных, арестованных и т.п.). Однако эти данные ничего не говорят о причинах такого различия. Так, например, высокий процент лиц, находящихся в предварительном заключении, может объясняться медлительностью, не оперативностью судопроизводства. Вместе с тем это может быть результатом того, что многие из осужденных были приговорены к кратким срокам лишения свободы. Высокий процент краткосрочных приговоров может привести к тому, что общее число осужденных заключенных в конечном итоге окажется меньше. Число же задержанных (заключенных не осужденных) при таких обстоятельствах может показаться сравнительно высоким. Кроме того, часто в качестве задержанных статистикой учитываются психические больные, которые должны находиться в лечебных заведениях, а не в местах лишения свободы, но которые до выяснения всех обстоятельств при задержании фиксируются как правонарушители.

Комитет Министров Совета Европы в одной из своих рекомендаций, обсуждая проблемы ареста и предварительного заключения, в частности поднимал вопрос о том, когда и при каких обстоятельствах следует применять эти меры. Вместе с тем мало внимания уделяется сложности положения, складывающегося в настоящее время в данной области. В частности, следует отметить, что проблемы предварительного заключения и особенно условий

содержания людей, ожидающих рассмотрения своих дел в суде, — одно из самых слабых звеньев уголовно-процессуальной системы. Эти условия слишком часто подчиняются требованиям следствия, ставятся в зависимость от интересов проводимого расследования в ущерб правам и интересам задержанных. Лицо, ожидающее рассмотрения своего дела в суде, могут изолировать от всего внешнего мира и от других заключенных, держать в заключении столько, сколько это необходимо для расследования дела и в регионе, расположенном в удобном для ведения дела месте, а то, что этот регион расположен далеко от его дома и семьи, не принимается во внимание.

Предварительному заключению подвергается весьма широкий контингент лиц. Их опыт в сфере преступности, общения с правоохранительными органами и тюремного заключения колеблется от полного его отсутствия до крайне пестрого и богатого. Многие из задержанных неоднократно подвергались наказанию в виде лишения свободы и весьма спокойно относятся к предстоящему процессу. Большинство же испытывают страх перед ожидаемым судебным рассмотрением дела. Порой совершенно невинные, случайные люди содержатся вместе с опасными преступниками, лицами, обремененными серьезными личными и социальными проблемами. Среди них часто встречаются люди, страдающие алкоголизмом, наркоманией, психическими заболеваниями, носители разного рода инфекций, в том числе больные СПИДом. Представляется., что данная сфера деятельности требует особого внимания и поддержки.

Не удивительно, что в Комитет... (СРТ) поступает множество заявлений и жалоб по поводу отрицательного психологического эффекта, оказываемого условиями содержания во время предварительного заключения, который выражается в сердечных приступах арестованных, неврозах, болезненной рассеянности, потери аппетита, потери веса, нарушении сна, ночных кошмарах, параноических идеях т.п. Таким образом, условия содержания арестованных принимают порой нечеловеческие и унизительные формы.

В связи с тем, что сроки предварительного заключения нередко растягиваются на длительные периоды времени, иногда несколько месяцев и даже лет, представляется, что лица, подвергшиеся такой мере, должны обладать теми же правами, что и уже осужденные к лишению свободы. Представляется также целесообразным, чтобы

разработанные Советом Европы Европейские тюремные правила (European Prison Rules) распространялись и на рассматриваемую категорию лиц.

Высокая степень перенаселенности пенитенциарных учреждений неизбежно приводит ко многим негативным последствиям во всех сферах жизни заключенных: в приготовлении пиши и обслуживании лиц, лишенных свободы, в обеспечении людей возможностью посещать душ, умываться, менять белье, в возможности выводить людей на прогулки.

В Нидерландах перенаселенность тюрем предупреждают очень простым путем, а именно: большинство еще не осужденных лиц элементарно отправляются домой. Таким образом, в связи с отсутствием мест в пенитенциарных учреждениях за первое полугодие 1994 г. было освобождено 2489 человек (5, с.6).

Использование такой меры, как предварительное лишение свободы ставит серьезные вопросы об обеспечении правового баланса, а именно: о соотношении между требованиями, которые выдвигаются деятельностью по раскрытию преступлений и возможностью избежать вредные последствия, наносимые этой мерой задержанным.

Известно, что лицо, находящееся в предварительном заключении, считаетая невиновным до тех пор, пока суд не вынесет приговор о его виновности. Следует помнить и о том, что предварительное заключение является крайней мерой пресечения и должна применяться лишь в исключительных слуачях. Иногда требуется также серьезное медицинское и психиатрическое заключение по поводу допустимости применения такой меры в отношении задержанного лица. Весьма положительную роль может

играть контроль за положением дел в данной области со стороны суда.

* * »

Серьезную тревогу вызывают условия содержания заключенных в европейских тюрьмах. Перенаселенность, а порой крайняя перенаселенность, тюрем является результатом постоянно и стремительно растущего числа заключенных. Нигде строительство новых пенитенциарных учреждений или расширение помещений старых тюрем не поспевает за этим ростом. Значительно ухудшилось

28-6348

положение в данной области в ряде западноевропейских стран, сложилась весьма тревожная обстановка в некоторых посткоммунистических государствах. Даже в Нидерландах, которые всегда рассматривались как "эталон", когда дело казалось положения в пенитенциарных учреждениях, в камерах, рассчитанных на одного заключенного, содержатся два человека. В Англии в такой камере содержатся три человека. Начальник Управления тюремной системы Великобритании на ежегодной конференции в 1994 г. высказал свои опасения по поводу того, что рост числа заключенных и чрезвычайная перенаселенность тюрем может привести к серьезным беспорядкам, подобно тем, которые имели место в 1990 г. в Стрейнджвейсе (Strangeways) (5, с.7).

Многие пенитенциарные учреждения особенно в Бельгии, Великобритании, Испании, Италии, Франции и в ряде государств, недавно вступивших в Совет Европы, построены очень давно, расположение тюремных помещений и их санитарное обеспечение устарело и не отвечает современным требованиям. Происходит также изменение в составе контингента заключенных.

В последние годы значительно возросло число заключенных с отклонениями в психике. Возросло также число насильственных и агрессивных преступников и лиц, злоупотребляющих наркотиками. Достоин вниания и факт роста процента иностранцев среди заключенных. Они образуют отдельную категорию заключенных, чреватую определенной непредсказуемостью поведения в связи со сложностями, возникающими при их контактах с тюремным персоналом и другими заключенными, и поэтому нуждаются в особом внимании и обращении. Есть и другие категории заключенных, которые также нуждаются в специальном подходе. Самостоятельную проблему представляют женщины и несовершеннолетние правонарушители. Кроме того, следует отметить некоторые группы заключенных, которые нуждаются в защите от других преступников. Сюда относятся осужденные за сексуальные преступления, которые постоянно подвергаются издевательствам и преследованию со стороны сокамерников. Серьезного внимания требует и группа насильственных, так называемых "буйных" преступников, которые всегда готовы применять силу, брать заложников, организовывать побеги. Специального обращения требуют и заключенные с психическими проблемами.

В особом внимании нуждается и положение, которое сложилось в пенитенциарных учреждениях стран бывшего коммунистического лагеря, некоторые из которых уже присоединились к Совету Европы, а другие собираются последовать их примеру. Конечно, понадобится определенный срок для улучшения положения заключенных и условий их содержания, но основные права человека требуют, чтобы это не растянулось на слишком длительный период времени. Кроме того, следует отметить отсутствие соответствующего, установленного законом положения четко регламентирующего условия содержания заключенных, а следовательно и их права. Весьма усложняет решение проблемы ограниченное финансирование тюремной системы. Трудности возникают при найме тюремного персонала и его обучения. Многие сложности связаны с решением чисто организационных вопросов, в частности, с тем, что тюремная система находится в веденьи Министерства внутренних дел. Следует отметить, что в настоящее время в России вся система ГУИНа из силового ведомства переходит в ведомстэо сугубо гражданское — Минюст.

Задача состоит в том, чтобы во всех государствах — участниках Совета Европы были введены и соблюдались Европейские тюремные правила. Представляется целесообразным установление условием принятия в члены Совета Европы введение и соблюдение названных правил.

* » *

Одну из наиболее актуальных проблем исследуемой темы представляют вопросы о правах заключенных.

Согласно ст.64 Европейских тюремных правил (European Prison Rules) наказанием является сам факт лишения свободы. Поэтому условия содержания заключенных и методы обращения с ними (за исключением крайних случаев, связанных с поддержанием порядка) не должны ухудшать положение заключенных, усугублять их страдания. Согласно ст.65 правил все усилия должны быть направлены на то, чтобы:

а) условия содержания в пенитенциарных учреждениях не унижали человеческого достоинства заключенных и соответствовали общим нормам, принятым в обществе; 28*

б) снизить до минимума разрушающее воздействие наказания в виде лишения свободы и различие между условиями жизни в пенитенциарных учреждениях и жизнью на свободе;

в) охранять и укрелять связь заключенного с родственниками и обществом (за пределами тюрьмы) в интересах осужденного и его семьи;

г) подготовить заключенного к законопослушной жизни в обществе после отбытия наказания (5, с. 10).

Несмотря на осуждение за заключенными сохраняются определенные права. Многие из прав человека, зафиксированных в Европейской Конвенции по правам человека, остаются в силе и после вынесения приговора.

Отмечается необходимость дополнить Европейские тюремные правила специальной главой, четко регламентирующей права заключенных. В частности, эта глава должна включать нормы, обеспечивающие заключенным право на жалобы, на оплачиваемую работу, на переписку, на телефонные переговоры, на посещение, а при определенных, предусмотренных законом обстоятельствах, право на отпуск.

Осужденный к лишению свободы должен также обладать правом на условное освобождение после отбытия части наказания. Наиболее разумным, согласно общему мнению, представляется отбытие 2/3 назначенного срока. При этом условное освобождение должно происходить автоматически за исключением случаев, когда осужденный в означенный период времени подвергся дисциплинарному взысканию, или если заключенный был осужден за совершение особо опасного преступления (в том числе и неоднократно) и следовательно имеются основания для серьезного сомнения по поводу целесообразности его условного освобождения до истечения всего назначенного срока наказания. Все эти положения должны быть отражены в законе.

Следует также отметить, что заключенные должны обеспечиваться необходимой медицинской помощью. Весьма подробно вопросы медицинского обслуживания в пенитенциарных учреждениях были рассмотрены в рапорте (в 1992 г.) Европейского Комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (СРТ). Серьезную проблему для современных тюрем представляет

распространение инфекции СПИДа. Необходима широкая мобилизация работников здравоохранения и социальной службы для борьбы с названной и другими проблемами, в том числе и с такими, как активизация гомосексуализма и наркомании (5, с. 11).

В связи с этим постоянно возникают давно ставшие притчей во языцах два вопроса. Первый из них касается возможности предоставления заключенным — иностранцам права отбывать наказание у себя на родине вместо страны, где данное лицо в настоящее время проживает. В этом плане весьма важными могут оказаться Конвенции Совета Европы о передаче права на рассмотрение уголовных дел (Transfer of Proceedings in Criminal Matters) и о передаче осужденных лиц (персон) (Transfer of Sentenced Persons). При этом желательно, чтобы названные конвенции были ратифицированы как можно большим числом государств — участников Совета Европы. Второй вопрос состоит в том, чтобы осужденные, насколько это возможно, отбывали наказание в исправительных учреждениях, расположенных не слишком далеко от их места жительства, тем самым облегчив реализацию семейных и социальных контактов с заключенными. Конечно, эту задачу трудно

решить, если дело касается иностранца.

* * ♦

Особую роль в свете исследуемой проблемы играет тюремный персонал. Служащие исправительных учреждений на протяжении всей своей трудовой жизни оказывают значительное влияние на ситуацию, складывающуюся в сфере их деятельности. Решающим для создания нормального климата в пенитенциарных учреждениях и правильного функционирования этих заведений служат отношения между заключенными и персоналом.

Данная проблема также получила широкое отражение в рапортах Европейского Комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (СРТ), где подробно рассматривались различные варианты отношений между заключенными и персоналом, начиная от доброжелательных отношений, когда персонал относится с вниманием и сочувствием к заключенным и кончая отношениями, которые выражаются лишь в осуществлении строжайшего контроля.

Нередко в рапортах Комитета (СРТ) сообщается о поступивших жалобах по поводу жестокого обращения со стороны персонала, вплоть до применения физической силы и избиений. Достоверность такого рода жалоб трудно доказать, однако Комитету (СРТ) нередко все же удается установить случаи применения необоснованного насилия. Обычно представители тюремного персонала аргументируют свои действия поведением заключенного, который якобы пытался нанести ущерб тюремному служащему или спровоцировал драку, в результате чего к нему пришлось применить силу. Если, однако, возникновение таких конфликтов приводит к применению необоснованного насилия со стороны тюремного работника, то это говорит о недостаточной квалификации данного служащего, его неумении справляться с ситуациями подобного рода.

В связи с этим следует отметить, что один из комитетов, находящихся в ведении Европейского Комитета по проблемам преступности (European Committee jn Crime Problems (CDPC)), начал разработку положения по регулированию порядка отбора, обучения и использования тюремных служащих.

Времена меняются, и исправительная система тоже должна меняться в соответствии с новыми отношениями, требованиями и взглядами, характерными для современного общества. Необходим критический подход к тюремной системе и ее организации. При ближайшем рассмотрении даже самые, казалось бы, совершенные исправительные учреждения могут нуждаться в реформах. Однако при этом не следует экспериментировать с расходами, предназначенными для обеспечения условий содержания заключенных и оплаты тюремного персонала.

По общему мнению, работники тюремных учреждений должны относиться к категории государственных служащих, обладать определенной подготовкой, квалификацией и образованием. Срок подготовки тюремных служащих в разных странах различен. Так, например, в 1995 г. в Германии этот срок составлял 24 месяца, а в Англии всего шесть (5, с. 12). Тюремные служащие, получившие должную подготовку, могут справиться или в значительной степени облегчить сложные ситуацуии, которые иногда возникают в пенитенциарных учреждениях, например, при объявлении заключенными голодовки, организации бунта и т.п.

Следует отметить, что значительная часть тюремного персонала весьма серьезно и ответственно относится к своим обязанностям, преданы выполняемой работе, верят в полезность своей деятельности.

Тюремная система, как уже отмечалось выше, нуждается в определенных изменениях в соответствии с требованиями современности. Согласно мнению социологов, пенитенциарная система по сравнению с другими является наиболее стабильной, консервативной и практически неменяющейся системой. Это значит, что при подборе и обучении тюремного персонала следует руководствоваться новыми целями и задачами, стоящими перед современной тюремной системой. Обучение тюремного персонала чрезвычайно дорогостоящее дело. Однако высокая квалификация тюремных служащих является одним из немногих эффективных способов изменить положение в тюрьмах.

Средства, выделяемые на обучение тюремного персонала, составляют лишь 1-5% от всего тюремного бюджета (5, с. 12). Эта сумма слишком мала, особенно с учетом высоких требований, предъявляемых служащим пенитенциарных учреждений, которым приходится работать во все более усложняющейся обстановке,

наблюдаемой в современных тюрьмах.

* * *

Особого внимания требует проблема, связанная с приватизацией тюремных учреждений. Возникает вопрос, насколько целесообразно передавать деятельность, связанную с исполнением наказания в виде лишения свободы в руки предпринимателей, а именно лиц, задача которых состоит в преумножении богатства, повышении доходов, получении максимальной прибыли. Кто может гарантировать, что в процессе проведения эксперимента по приватизации тюрем не нарушится соответствие (единство) целей тюремного руководства и персонала с целями, которые поставлены государством перед исправительными учреждениями.

Трудно представить себе условия, при которых возможно сочетать стремление к получению высокой прибыли с необходимыми расходами, связанными с деятельностью в области пенитенциарии.

Как определить границы ответственности частного предпринимателя перед государственным органом, осуществляющим

руководство пенитенциарной системой, когда дело касается работы приватизированных тюрем. Только после скрупулезного, детализированного исследования этих и других проблем можно приступить к обсуждению данной темы и решать вопрос о том,

допустима ли в принципе приватизация исправительных заведений.

* * *

Лишение свободы привносит значительные социальные проблемы не только самому осужденному, но и его семье. Лишение свободы не ограничивается только персональной ответственностью правонарушителя, но неизбежно отражается на всей его семье, которая, пусть опосредованно, страдает от наказания, которому подвергся их родственник. Если наказание связано с тюремным заключением, то его отрицательное для репутации лица, отбывшего наказание, воздействие продолжает сопутствовать ему и после освобождения.

С учетом негативных реакций, вызываемых наказанием в виде лишения свободы, в одном из рапортов Совета Европы (1996 г.) (5, с. 13) подчеркивается необходимость принятия ряда серьезных мер по ограничению применения этой меры воздействия.

Принимая во внимание, что тюрьма слишком дорогой способ делать плохих людей еще хуже,, большинство государств — участников Совета Европы считают, что тюремное заключение должно рассматриваться как крайняя мера, применяться при совершении тяжких преступлений или в отношении опасных преступников. Статистика показывает, что все-таки в большинстве стран штрафы, разные виды предупреждений, условное осуждение, общественные работы и т.п. применяется шире, чем тюремное заключение.

Нет сомнения в том, что лица, совершающие убийства, насилие и другие тяжкие преступления, опасны для окружающих и должны быть изолированы не только для того, чтобы понести заслуженное наказание, но и чтобы защитить от них общество. Вместе с тем ненасильственные преступники (например, растратчики, мошенники) могут подвергнуться штрафу, конфискации, принудительным работам под надзором и другим мерам, не связанным с лишением свободы. При этом имеется в виду настоящее наказание (если штрафы, то на ощутимые суммы, если работы под

надзором, то на длительные сроки), которое поставит в жесткие рамки приватную жизнь правонарушителя и будет рассматриваться обществом как серьезная и справедливая мера воздействия. Представляется, что обсуждение данной проблемы должно стать

одной из первоочередных задач политиков.

* * *

Итак, исходя из всего вышеизложенного, основная проблема — это проблема перенаселенности пенитенциарных учреждений. Ничто не может улучшить положение европейских тюрем, если они перенаселены, если в камере, предназначенной для одного заключенного, содержатся два, три и более человек. Государства — участники Совета Европы должны предпринять все необходимые меры для снижения числа заключенных в пенитенциарных учреждениях, устранения ситуаций, порождающих это негативное явление. Необходимо также заменить старые, плохо спланированные тюрьмы новыми, современными зданиями. Однако решение проблемы перенаселенности пенитенциарных учреждений следует искать не в расширении тюремных помещений. Работа должна быть направлена на исследование возможностей декриминализации некоторых деяний, замены уголовной ответственности административной. Необходимо также пересмотреть наказания за отдельные виды противоправных деяний, с целью более широкого применения санкций альтернативных тюремному заключению и по возможности сокращения длительности назначаемых сроков лишения свободы.

Европейскому Комитету по проблемам преступности (European Committee on Crime Probleme (CDPC)) следует провести детальное исследование и четко определить условия, при которых лицо, совершившее правонарушение, может подвергнуться задержанию (аресту). Вопрос принятия и введения Европейских тюремных правил должен стать предметом текущей работы Парламентской ассамблеи Совета Европы. Этот вопрос должен быть поставлен в качестве условия для вступления в члены Совета Европы, следовать которому также обязательно, как и нормам действующего Устава Парламентской ассамблеи.

29-634S

Совету Европы следует интенсивней вовлекать государства — участников Совета Европы и страны, стремящиеся к вступлению в него, в работу, связанную с рассмотрением проблемы тюремной реформы.

Следует оживить работу по подготовке предложений для протокола Европейской Конвенции по правам человека относительно прав заключенных.

Европейские тюремные правила (European Prisons Rules) следует дополнить четким перечнем прав заключенных.

Государствам — участникам Совета Европы (которые этого еще не сделали), следует ратифицировать Европейские конвенции о передаче права на рассмотрение уголовных дел (Transfer of Proceedings in Criminal Matters) и о передаче осужденных лиц (Transfer of Sentenced Persons).

В заключение надо отметить, что Парламентская ассамблея Совета Европы в январе 1995 г. приняла решение рекомендовать Комитету Министров Совета Европы:

1. Предложить Европейскому Комитету по проблемам преступности (European Committy on Crime Problems) (CDPC) проанализировать и пересмотреть меры наказания, предусмотренные за совершение разных видов правонарушений, акцентируя внимание на вопросах более широкого применения альтернативных лишению свободы санкций и на сокращении (по мере возможности) сроков при назначении наказаний в виде тюремного заключения;

- возобновить исследования по выявлению деяний, которые могут быть декриминализированы, и вопросу замены уголовно-правовых мер мерами административного и экономического характера;

- продолжить исследование проблемы мер наказания альтернативных лишению свободы, в частности, таких, как электронное наблюдение и интенсивный надзор;

- четко определить условия, при которых лицо, совершившее правонарушение, может быть подвергнуто задержанию (аресту);

- дополнить Европейские тюремные правила перечнем прав заключенных.

2. Предложить органам власти государств — участников Совета Европы ввести (по мере возможности), согласно рекомендациям

Комитета Министров Совета Европы, единообразие в порядок уголовного преследования, санкциях и мерах воздействия;

- строго следовать положению о полицейском аресте, представленному в рапорте Европейского Комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания.

3. Предложить государствам— участникам Совета Европы ускорить ратификацию Европейских Конвенций о передаче права на рассмотрение уголовных дел (Transfer of Proceedings in Criminal Matters) и о передачче осужденных лиц (Transfer of Sentenced Persons).

4. Ускорить и как можно быстрее закончить работу по подготовке предложений для протокола Европейской Конвенции по правам человека (The European Convention on Human Rights) о правах заключенных;

- укрепить организацию и повысить ассигнования на нужды Европейского Комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (5, с. 14-15).

Список литературы

1. Bondeson U. Prisoners in prison societies. — Oxford; New Brunswick, 1989. — 371 p.

2. Christie N. Kriminalitets kontrol som industri. Pa vei mod Gulag, vestlg stil. — Kobenhavn: Hans Reitzels fori., 1996. — 221 s. — (Overs ttelse til dansk).

3. Christie N. Straffensgeografi // Nord. tidsskr. for kriminalvid. — Kobenhavn, 1997/ — Arg. 84, N2,-S. 89-102.

4. Feeley M., Simon J. The New Penology: Notes on the Emerging Strategy of Corrections and its Implications // Criminology. - Beverly Hills; 1992. - Vol. 30, N 3. - P. 449-474.

5. Franck H.G. Hakten och fangelser hos Europaradets medlemsstater // Nord. tidsskr. for kriminalvid. - Kobenhavn, 1997.-Arg. 84, N l.-S. 1-15.

6. The Future of Criminology / Ed. Nelkin D. — L.: Sage publ. 1994. — 250 p.

7. Getty J.a., Rittersporn G.T., Zemskov V.N. Victims of the Soviet penal system in the Prewar Years: A First approach on the basis jf archival evidence // American historical rev. — N.Y., 1993. - Vol. 98, N 4. - P. 1017-1049.

8. Nielsen B.G. Gr nserforv kst i verdens fangelal?//Nord. tidsskr. for kriminalvid. - Kobenhavn, 1996. - Arg. 83, N 2. - S.89-104.

9. Pease K. Cross-national inprisonmcnt rates: Limitation of method and possible conclusions// British J. ofcriminology. - L., 1994. - Vol. 34, N 2. - P. 116-130.

10. Varning for straff: Om vadan av den nyttiga straffratten / Dag V. (red.) — Stockholm: Norstedtsjur., 1995. -205 s.

Л.Л.Ананиан