Профессиональная подготовка полицейских в России XVIII-XIX вв. : историко-правовой анализ

6 Юрьев А. И. Введение в политическую психологию. СПб., 1992. С. 143.

7 Barber J. D. The Lawmakers. New Haven, 1965. P. 32.

8 Политическая психология: учебное пособие для вузов / под общ. ред. А. А. Деркача и др. Москва-Екатеринбург, 2001. С. 482-529.

9 Никифоров А. Л. Человек, политика, психология : мат-лы «круглого стола» // Вопросы философии. 1995. № 4. С. 56-61.

УДК 342.5

ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ПОДГОТОВКА ПОЛИЦЕЙСКИХ В РОССИИ XVIII-XIX вв.: ИСТОРИКО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ

М. К. Алафьев

Рассматриваются практические подходы к комплектованию кадров российской «регулярной полиции» с петровских времен и до начала XX столетия. Приведен анализ законодательных актов, содержащих требования к профессиональным и морально-нравственным качествам полицейских, формы и методы обучения и переподготовки полицейских чинов.

Ключевые слова: органы внутренних дел, городская полиция, сельская полиция, жандармы, профессиональная подготовка полицейских, школы, курсы.

Органы внутренних дел России на протяжении своей истории выполняли различные функции, важнейшей из которых была и остается охрана общественного порядка и борьба с преступностью. По мере развития аппарата власти Российского государства постепенно складывались организационные формы и принципы деятельности правоохранительных органов, комплектования и подготовки профессиональных кадров. Значимым этапом в истории органов внутренних дел стал XVIII в., период становления новой государственности, связанного с преобразовательной деятельностью Петра I. Именно в петровское время началось формирование специализированных государственных органов по охране общественного порядка и борьбе с преступностью, которые наделялись определенным кругом задач и компетенцией. Результат преобразовательной деятельности Петра I ставился в прямую зависимость от образованности, компетенции, профессиональных и морально-этических качеств государственных служащих. Требования к чинам «регулярной» полиции прогрессивный реформатор выражал емкой и лаконичной формулой: «Честь — в службе Отечеству».

При Петре I руководящий состав полицмейстерских канцелярий и контор комплектовался, как правило, из армейских офицеров, а также из канцелярских и конторских служителей: секретарей, канцеляристов, подканцеляристов, копиистов и т. д. Трудности в формировании аппарата обусловливались нехваткой квалифицированных чиновников, непрестижностью гражданской службы, непопулярностью самой полицейской службы. Поэтому в полицию направляли преимущественно в принудительном порядке. Так, на определенное время в полицмейстерские канцелярии направлялись подьячие

из других учреждений, полицейские функции исполняли драгуны, гвардейцы, командируемые в распоряжение полицейских канцелярий. Отмечались случаи, когда в полиции служили освободившиеся с каторги и «гулящие» люди. Образование «регулярной» полиции не исключало предшествующую до XVIII в. практику по привлечению жителей к охране общественного порядка. Как и раньше, полиция назначала на каждой улице старосту, десятских, ночных караульщиков. Безвозмездно привлекаемые к полицейским обязанностям, городские жители весьма неохотно выполняли возложенные на них функции.

Штатные полицейские чины получали жалование и провиант наравне с военнослужащими. Однако это вознаграждение было невысоким, так как экономические возможности не позволяли государству должным образом обеспечивать своих служащих. К середине XVIII в. полиция развивалась на основополагающих принципах и в рамках тех направлений, которые были заложены петровскими реформами. При ближайших преемниках Петра I — Елизавете Петровне (1741-1761 гг.), Петре III (1761-1762 гг.) менялись лишь генерал-полицмейстеры, но не менялись состояние и сущность самой полиции.

Со второй половины XVIII в. в полицейской деятельности происходят существенные изменения, связанные с реформированием системы государственного управления, образованием новых учреждений и изменением российского законодательства. Столь значительные перемены обязаны «просвещенному абсолютизму» Екатерины II (1762-1796 гг.). В первые годы ее царствования были увеличены штаты руководящих сотрудников Главной и Московской полицейских канцелярий. Санкт-Петербургскую розыскную экспедицию в 1763 г. выделили из Главной полицейской канцелярии. Она стала самостоятельным учреждением, подчиненным юстиц-коллегии. Екатерина II разделила Правительствующий Сенат на шесть департаментов. К компетенции третьего департамента относился контроль за работой полицейских структур Российской империи.

В контексте рассматриваемого вопроса два документа этой эпохи представляют интерес. Первый из них — «Наказ» 1767 г., данный комиссиям императрицей для «сочинения» нового Уложения с дополненной в 1768 г. XXI главой «О благочинии, называемой иначе полицией». Второй — «Наказ Главной полиции». В них чинам полиции предписывалось действовать, прежде всего, «по правилам справедливости, нежели по точной силе законности». В задачи служащих полиции входило «вкоренять в сердца страх Божий» и одновременно следить за поведением священнослужителей. Причем они, «дабы публика не лишалась доверенности к чинам полиции, не имели права осуждать ее действия публично». Полиции следовало наблюдать за тем, чтобы дети почитали родителей, чтобы каждый подданный жил, а после смерти был похоронен в соответствии со своим социальным положением, чином и званием1.

В «Наказе Главной полиции» говорилось о том, чтобы начальник полиции и его помощники были освобождены от всякого недостатка (в денежном смысле) и мог-

ли избегать того, что «может повредить чистоте их совести». Одновременно утверждалось, что представители привилегированных сословий «разумеются сами по себе помощниками полиции». Как и хотела Екатерина II, в этих документах излагались лишь основные принципы, которыми должен был руководствоваться «государственный человек», призванный для написания законов. Несмотря на то, что, в силу многих причин, новое Уложение так и не было подготовлено, а «наказ», соответственно, не получил желаемого воплощения, все же многие его положения нашли в дальнейшем отражение в практике полицейских учреждений.

При Екатерине II в 1775 г. впервые в истории российской государственности была создана сельская (уездная) полиция в виде Нижнего земского суда. Он представлял собой уездное полицейское управление, исполнявшее административно-полицейские и судебные функции. В каждом уезде местные дворяне на своих собраниях предлагали для избрания в полицейский орган несколько кандидатур: капитан-исправника и трех-четырех заседателей. Позднее, с 30-х гг. XIX в. в Нижний земский суд стали избирать по два заседателя от государственных служащих и крестьян. Опорой Нижнего земского суда в селах и деревнях были сотские и десятские. Они выбирались из крестьян и должны были «смотрение иметь и разведывать в селении и близ него воров, разбойников, злоразгласителей, беглых». За плохое исполнение своих обязанностей Нижний земский суд мог подвергнуть сотских и десятских штрафу2.

Следует отметить, что профессиональная подготовка полицейских кадров в XVIII в. еще не сформировалась как система. Уровень образования руководящего состава чиновников и служителей полиции был равен общему уровню грамотности в государственном аппарате. Пожеланиями оставались требования о подборе на рядовые должности в полицию грамотных людей. Введенная Петром I жесткая правительственная установка по обучению дворянства, последующая политика «просвещенного абсолютизма» Екатерины II не привели к значительному повышению образовательного уровня высших и средних социальных слоев населения, созданию необходимого резерва для замещения должностей чинов полиции. В то же время падение грамотности в низших слоях общества при Петре I не могло привести к повышению образовательного уровня рядового состава полиции и в последующие годы. Отсутствие предварительной специальной подготовки должностных лиц органов полиции должно было в какой-то степени компенсироваться систематическим изучением действующего законодательства: всем чиновникам предписывалось читать и перечитывать законы и распоряжения, на

3

что отводилось не менее часа ежедневно .

Общий уровень образования, степень профессиональной квалификации не оказывали решающего влияния на назначения и продвижения по службе. С принятием «Устава благочиния, или Полицейского» 1782 г. каких-либо аттестаций кадров полиции также не предусматривалось, но конкретизировались требования, кото-

рым должны были соответствовать отдельные должностные лица. Например, частный пристав должен был обладать такими качествами, как беспорочность поведения, здравый рассудок в деле, добрая воля к службе, точность в исполнении, бескорыстие при наложении взысканий. От нижестоящего квартального надзирателя, который по роду своей деятельности находился ближе к населению, но не принимал решений по существу вопросов, требовалось, кроме беспорочности в поведении и бескорыстия, «доброхотство к людям, прилежание к должности». Напротив, для руководства управы (обер-полицмейстеры, полицмейстеры, приставы уголовных и гражданских дел) качества, влияющие на принятие решений, выдвигались на первый план и назывались в Уставе благочиния в следующей последовательности: «I. Здравый рассудок. II. Добрая воля в отправлении порученного. III. Человеколюбие. IV Верность службе Императорского величества. V Усердие к общему добру. VI. Радение к должности. VII. Честность и бескорыстие»4.

Устав благочиния содержал наставления поступающим на службу в полицию и служащим: обеспечивать всем, независимо от состояния, правый и равный суд, давать покровительство невиновному и оскорбленному, воздерживаться от взяток, «ибо они ослепляют глаза и развращают ум и сердце, устам же налагают узду». Эти требования к начальствующему составу были помещены в третьей части Устава, которая называлась «Наказ управе благочиния» или «Зерцало управы благочиния». Первая же часть «Наказа» включала «правила добронравия». Это были общечеловеческие нравственные принципы, основанные на библейских заповедях, которые адресовались полиции: «I. Не чини ближнему, чего сам терпеть не хочешь. II. Не токмо ближнему не твори лиха, но твори ему добро, сколько можешь. III. Нуде кто ближнем сотворил обиду личную, или в имени, или в добром звании, да удовлетворит по возможности. IV В добром помогите друг другу, веди слепого, дай кровлю неимущему, напои жаждущего. V Сжалься над утопающим, протяни руку помощи падающему. VI. Блажен, кто скот милует, буде скотина и злодея твоего споткнется — подыми ее. VII. С пути сошедшему указывай путь»5.

Таким образом, чинам полиции настойчиво прививались высоконравственные принципы поведения и отношения к делу. Как представляется, высокие нравственные требования к полиции в первое столетие ее существования на регулярной основе были вызваны, в частности, разрушением старых нравственных устоев и трудностями социально-экономических преобразований петровских и послепетровских времен.

Начало XIX в. вошло в историю как продолжение политики «просвещенного абсолютизма». Начинается существенная реорганизация управленческих структур империи. Всю систему государственного управления нужно было привести в соответствие с изменившимися внешними и внутренними социально-экономическими условиями, обеспечив традиционное для России деятельное участие государства в экономической и обществен-

ной сферах. С образованием в 1802 г. Министерства внутренних дел усиливается координация управления полицейскими учреждениями. Развивающаяся система полицейских органов старалась учитывать специфику отдельных регионов страны. Александр I (1801-1825 гг.) лично занимался совершенствованием работы полиции в крупных городах: с 1803 по 1825 гг. МВД были изданы полицейские штаты для 90 городов России6. Кроме городской и сельской полиции в начале XIX в. на рудниках, транспорте, заводах и прилегавшей к ним местности начали действовать ведомственные полицейские структуры — полиция горная, заводская, транспортная. Наряду с организационным развитием предпринимались меры по укреплению кадрового состава полиции. С начала XIX в. иерархия полицейских чинов стала определяться Табелью о рангах — основным законоположением, регулировавшим с 1722 г. систему гражданских и военных чинов в государстве. Эта мера повышала авторитет полицейских чинов, усиливая их материальную заинтересованность. С образованием в 1802 г. МВД в составе Департамента внутренних дел создается специальное подразделение, которое призвано было заниматься вопросами кадрового обеспечения полиции. Секретной части Особой канцелярии министра поручалось «негласно рассматривать дела о злоупотреблениях чиновников местной полиции». С 1831 г. по представлению местной администрации МВД давалось право увольнять полицейских со службы, если по истечении полугодового срока пребывания в полиции они не проявляли должного старания и способностей к службе.

В первой половина XIX в. усиливается централизация в руководстве политической полицией. Вся жандармерия страны царским указом Николая I (1825-1855 гг.) от 28 апреля 1827 г. объединялась одним названием «Корпус жандармов», а с 1 июля 1836 г. — «Отдельный корпус жандармов». Дислокация корпуса предусматривала в его структуре 8 округов, которые делились на жандармские отделения, охватывающие от одной до трех губерний. Во главе округа стоял жандармский генерал, во главе отделения — жандармский штабс-офицер. Численность отдельного корпуса жандармов постоянно росла и составляла к 1827 г. 4138 человек, а в 1850 г. — уже 5797. Николай I и шеф жандармов А. X. Бенкендорф стремились создать из политической полиции элитарное соединение. На рядовые должности в корпус отбирались наиболее физически развитые и грамотные солдаты из различных родов войск. Еще более строгим был отбор офицеров. В жандармы принимались военные с 25-летнего возраста без национальных ограничений7. Сотрудники жандармерии должны были иметь отличные рекомендации или влиятельную протекцию. Для кандидатов в жандармы вводился курс обучения, они сдавали экзамены и проходили испытательный срок. При вступлении в корпус давалась подписка о непринадлежности к тайным обществам. Желающих надеть голубой мундир жандарма всегда было больше, чем вакансий. Жандармская служба являлась притягательной по нескольким причинам. Во-первых, поддерживалось мнение о жан-

дармских офицерах как о доверенных лицах императорской особы. Во-вторых, офицерам выплачивали большое жалование, и они были свободны от армейской рутины. В провинциальных городах жандармы занимали независимое положение, подчинялись только далекому начальнику округа или еще более далекому шефу жандармов.

Функционирование полиции второй половины XIX в. предопределялось буржуазными преобразованиями Александра II (1855-1881 гг.). Самые крупные реформы, менявшие организационные принципы и компетенцию кадров полиции, проводились в 1862-1880 гг. С отменой крепостного права дворянство утратило право собственности на крестьян, включавшее в себя и некоторые полицейские полномочия. В этой связи потребовалась реорганизация уездных полицейских учреждений. 25 декабря 1862 г. принимаются «Временные правила обустройства полиции в города и уездах губернии», по которым уездную и городскую полицию объединили, подчинив уездным полицейским управлениям. Главу уездной полиции — уездного исправника назначало правительство, уезды делились на станы. Полицейские функции в них выполняли становые приставы. Нижними полицейскими чинами в уездах оставались сотские и десятские, избиравшиеся из крестьян8.

Городская полиция сохранилась только в столице, губерниях и наиболее крупных уездных городах. В городах, подведомственных уездному полицейскому управлению, службу несли городские и участковые приставы, полицейские надзиратели. Менялись не только структура полиции, но и ее компетенция. С принятием Судебных уставов 1864 г. судебно-следственные функции полностью изымались из ведения полиции. Улучшение состава общей городской полиции происходило путем совершенствования порядка комплектования полицейских команд, установления дополнительных требований для вступления в полицейскую службу, увеличения денежного содержания, наделения дополнительными правами и мерами поощрения, усиления ответственности за упущения и злоупотребления по службе. Так, в качестве меры поощрения полицейских за первые три года службы им доплачивался один оклад, за вторые три года — два оклада, третьи три года — три оклада. В 1870-е гг. за непрерывную семилетнюю службу в полиции была ведена надбавка к денежному содержанию в размере 1/3 оклада, за 30-летнюю службу в полиции устанавливалась пенсия в размере 90 рублей.

Судебная реформа 1864 г. оказала влияние на функционирование жандармерии. По «Правилам о порядке действий чинов корпуса жандармов по исследованию преступлений» 1871 г. жандармерию вводили в число участников уголовного процесса, предоставляя ей право производства дознания по государственным и уголовным преступлениям. На жандармерию также возлагались обязанности по борьбе с преступностью на железных дорогах, главная из которых — обеспечение безопасности самих железных дорог. Штаб корпуса развивал патрульно-постовую службу, которая по мере бурного развития железных дорог превращалась в одно из

крупных подразделений российской полиции. Возрастающие потребности в кадрах восполняли, в основном, из младших (не выше капитана или ротмистра) армейских офицеров, окончивших военное училище по первому разряду, успешно прослуживших не менее 6 лет, не имевших замечаний по службе и денежных долгов. Кандидаты на службу должны были выдержать устный и письменный экзамен, позволяющий выявить общую эрудицию, политические взгляды и убеждения. Успешно сдавших экзамены кандидатов направляли на 4-6-месячные курсы при Штабе корпуса жандармов. Программа преподавания утверждалась заместителем министра внутренних дел. Специальные предметы (организация и деятельность корпуса жандармов, розыск, дактилоскопия, антропометрия) вели старшие чины жандармерии и Департамента полиции. Много внимания уделялось обучению производства дознания, теории и знакомству с законченными делами по уголовным и политическим преступлениям. «Общие предметы» (сокращенный курс государственного и уголовного права) более подробно излагались в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных. Изучалась история революционного движения. После экзаменов, проходящих под председательством начальника Штаба корпуса жандармов, выпускники поочередно, в зависимости от результатов в учебе, выбирали места службы.

В августе 1880 г. политическую полицию коснулись новые реформы, обусловленные правительственным кризисом. Его вызвала небывалая волна революционного террора. Пытаясь преодолеть кризис, правительство активизирует наступление на революционное подполье. Для этого власти решили усилить полицейский аппарат, проведя его реорганизацию. Это привело к упразднению III отделения и передаче его функций созданному в составе МВД Департаменту полиции, который должен был направлять и координировать работу общей и политической полиции империи.

Либерализация внутриполитической жизни, вызванная последствиями незавершенных буржуазных преобразований 60-70-х гг., нарастание революционного брожения существенно отразились на отношении к полиции со стороны российского общества. Отмечалось, что само слово «полиция» стало приобретать бранный характер. Некоторые губернаторы в этой связи жаловались, что на службу в полицию из армии идет «отребье», а в сотские и десятские на местах определяются худшие из обывателей. Самодержавная власть для поднятия авторитета полиции усиливает административную и уголовную ответственность за оскорбление полицейских, находящихся при исполнении служебных обязанностей. Одновременно с этим был установлен порядок предания суду десятских и сотских за должностные преступления. В целом требования к личным и профессиональным качествам полицейских кадров со стороны государства и общества заметно возрастают. В полицейских уставах второй половины XIX в. уже не воспроизводятся положения «Зерцала Управы благочиния». Полиции настойчиво прививается уважение к закону. На пер-

вое место в требованиях к кандидатам на службу в полицию ставятся их профессионализм, знание и исполнение своих обязанностей. В одном из учебных руководств этого периода в разделе «Пособие для обязанностей полиции» полицейским чинам «рекомендуется» проявлять доброжелательность к населению, помнить, что полиция существует для пользы людей и обязана в пределах своей власти помогать каждому в законном его требовании, быть вежливой с обывателями и внимательной к ним, «тогда можно рассчитывать, что полицейский чиновник приобретет уважение и доверие, его будут слушать и, в случае надобности, будут ему помогать». Эти наставления основывались на законах и требованиях правительства. Сам же Александр II по этому поводу отмечал, что «дела и спокойствие обывателей составляют истинный предмет всех судебных и полицейских мест и этот предмет должен быть единственным и непременным основанием их учреждения». В инструкции Саратовскому губернатору им, в частности, предписывалось: «Приучите обывателей видеть в полиции не только орудие, смиряющее преступление, но и покровительствующее от притеснений и охраняющее их собственность, тогда полиция будет вместе и строга, и всеми уважаема»9.

К концу XIX в. в Санкт-Петербурге, Москве и других губернских городах складывается практика создания сверхштатных команд нижних чинов, за счет которых, по мере необходимости, заполнялись вакантные места городовых и околоточных надзирателей городской полиции. При этих резервах также создавались школы, работавшие по двум образовательным программам: 1) для городовых и для классных чинов; 2) околоточных надзирателей и приставов. Кандидаты на должности городовых обучались две недели, а на должности околоточных и приставов — один месяц. В одном из отчетов о школе при полицейском резерве Санкт-Петербурга отмечалось, что обучить классных чинов за один месяц — довольно трудная задача, это был, в своем роде, «специально-полицейский университет». Программа для классных чинов отличалась насыщенностью. Кроме законов, определявших права и обязанности полиции, они должны были хорошо усвоить инструкции МВД, приказы и распоряжения градоначальника, постановления городской думы, порядок ведения полицейского делопроизводства и др. В программу входила также криминалистика, при изучении которой отдельным курсом преподавались антропометрия, дактилоскопия и судебная фотография. Широко использовался принцип наглядности. При изучении, например, Уставов казенного управления, в число которых входили санитарный и пожарный Уставы, слушателям школы демонстрировались макеты бань, дровяных складов, конюшен, дождевых труб, ограждений крыш, меблированных комнат. Конечно, до университетского уровня образования полицейской школе было далеко, однако одного месяца не могло хватить на полное изучение хотя бы Устава уголовного судопроизводства, содержавшего более двух тысяч статей. Поэтому законодательство изучалось выборочно, непосредствен-

но та его часть, которая имела прямое отношение к работе полиции. Это, однако, не означает, что объем изучавшегося нормативного материала был небольшим. Широта функций полиции требовала от будущих околоточных и приставов широких познаний: от порядка действий в случае нарушения правил производства и продажи церковных свечей до порядка производства дознания по государственным преступлениям10.

Обучение городовых имело сугубо практическую направленность. В специальном для городовых пособии 1901 г. Санкт-Петербургский градоначальник Н. В. Клей-гельс утверждал, что в основе полицейской службы лежит евангельское начало: «Возлюбите ближнего своего как самого себя». Обращаясь к начинающим полицейским, он писал: «В редкой деятельности приходится так непосредственно, так осязательно проявлять любовь к человеку, как в полицейской. Плачет ли слабое, беспомощное дитя, брошенное злосчастной матерью... заблудился ли путник, застигнутый бурей, бродит ли поврежденный в уме, готовый бессознательно сделать какую-нибудь беду себе и другим... полиция, едва только узнает об этих несчастных, принимает их под свое покровительство». Преподавались городовым и правила вежливости при общении с лицами разного звания, внушалась необходимость трезвого образа жизни. Вторая часть обучения, непосредственно касавшаяся обязанностей городовых, строилась по принципу «вопрос — ответ», при этом всегда разбирались случаи из практики. Городовым предлагалось запомнить ответы на вопросы, составлявшие суть их будущей службы: «Как городовой следит за подозрительным лицом? Кто такие подстрекатели, и что с ними делать? Можно ли по улицам города прогонять гурты скота? Что сделает городовой, если увидит мальчиков, цепляющихся за экипаж?» и т. д.11 Для городовых Санкт-Петербургского полицейского резерва в 1900 г. был открыт музей столичной полиции и градоначальства с многочисленными разнообразными экспонатами. На проводившихся в музее занятиях будущих городовых знакомили с историей Санкт-Петербургской полиции и наиболее «шумными» делами, в которых она проявила себя с лучшей стороны.

Таким образом, почти за 200-летнюю историю российской регулярной полиции был накоплен определенный опыт в деле комплектования и профессиональной подготовки полицейских чинов. Для кадров полиции предполагалось два уровня образования: высший уровень имели лица, занимавшие руководящие посты в МВД, Департаменте полиции, губернских, уездных и городских полицейских органах. Как правило, все они имели высшее военное либо юридическое образование, что изначально, за исключением жандармерии, исключало необходимость получения дополнительного образования по профессии. Второй уровень образования можно отнести к чинам среднего и нижнего звена полиции — урядникам, приставам, околоточным надзирателям, городовым, для которых, собственно, и предназначались различного рода курсы и школы. Как видно, ни в XVIII, ни XIX столетиях государственная система подготовки

и переподготовки полицейских кадров в России еще не сформировалась. Местная администрация в лице губернаторов и полицмейстеров действовала в этом вопросе самостоятельно, организуя обучение подчиненных по своему усмотрению. Лишь в конце первого — начале второго десятилетия XX в. для части существовавших школ и курсов МВД пытаются создавать единые программы. Однако на практике в каждой губернии, большом городе обучением среднего и нижнего уровня полицейских чинов продолжали заниматься их прямые начальники. Чаще всего руководители полицейских органов сами писали для этих школ различного рода наставления и учебные пособия12.

1 История российской полиции : учебное пособие. Иркутск, 1988. С. 49.

2 Там же. С. 50.

3 Психология и педагогика в профессиональной подготовке сотрудников внутренних дел. М., 1992. Ч. V. С. 4.

4 Советы молодому милиционеру (О культуре поведения на службе и в быту). М., 1979. С. 9.

5 ПСЗ. Т. 31. № 24687.

6 ПСЗ. Изд. 1. Т. XXI. № 15379, 15347, 15390, 15530.

7 Варадинов Н. История МВД. СПб., 1858. Ч. I. С. 8-11.

8 Органы и войска МВД России. М., 1996. С. 68.

9 История российской полиции : учебное пособие. С. 52.

10 Пособие для подготовки на должность классных и околоточных надзирателей Санкт-Петербургской столичной полиции. СПб., 1900. С. 96.

11 Отчет бакинского полицмейстера. Баку, 1914. С. 32.

12 Добкевич Л. Л. Настольный полицейский словарь. Одесса, 1904. С. 37-39.

УДК 796

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ОРГАНИЗАЦИИ И СОДЕРЖАНИЯ ФИЗИЧЕСКОЙ ПОДГОТОВКИ В СИЛОВЫХ ВЕДОМСТВАХ РОССИИ

Е. В. Панов

В статье представлен сравнительный анализ одного из важнейших аспектов профессиональной подготовки сотрудников силовых ведомств — физической подготовки, рассмотрены вопросы организации и содержания, даны предложения по ее совершенствованию.

Ключевые слова: физическая подготовка, сотрудники ОВД, сотрудники органов наркоконтроля, военнослужащие, уровень физической подготовленности.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 7 июля 2011 г. № 1161-р федеральное казенное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Сибирский юридический институт Министерства внутренних дел Российской Федерации» (г. Красноярск) передано в ведение Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков (далее — ФСКН России).

В связи с передачей института в другое ведомство профессорско-преподавательский состав столкнулся с