"Надо идти навстречу друг другу"

Важным событием на "Фарнборо" стало подписание соглашения о поставках семи самолетов Sukhoi Superjet 100 казахской авиакомпании Bek Air

Подписание соглашения — еще один шаг в сотрудничестве России и Казахстана в сфере космоса и авиации: в декабре прошлого года между странами была подписана "дорожная карта" по использованию Байконура, разрабатывается совместный проект космического ракетного комплекса "Байтерек"... О том, как будем дружить и договариваться, "Огоньку" рассказал представитель правительства Казахстана на авиасалоне, председатель Казкосмоса и известный космонавт Талгат Мусабаев

— Ваш приезд на "Фарнборо" связан с соглашением, которое было подписано между "Гражданскими самолетами Сухого" и Bek Air?

— Так получилось, что я представляю здесь правительство Республики Казахстан. Что касается цели визита, то это не столько подписание соглашения на приобретение самолетов Sukhoi Superjet 100 одной из наших авиакомпаний, но в большей степени — космические проекты. Это встреча с Николаем Тестоедовым (директором ОАО "Информационные спутниковые системы" им. Решетнева (ИСС).— "О"), они сделали для нас спутник, еще есть планы по совместной работе. И обсуждение с директором Космического агентства Великобритании Дэвидом Паркером совместных проектов — мы с ними успешно запустили спутник дистанционного зондирования Земли, уже подписан многомиллионный контракт по созданию еще одного спутника технологического назначения. Серьезные отношения у нас и с Airbus Defence and Space (подразделение группы Airbus, специализирующееся на космосе и обороне.— "О"). Говоря другими словами, теперь Казахстан, как и любая многовекторная страна, ориентирован не только на Россию, как раньше, хотя Россия остается нашим основным стратегическим партнером. И наше сотрудничество будет продолжаться, по крайней мере, пока я руковожу Казкосмосом.

— Как вы оцениваете перспективы этого сотрудничества? Ведь Россия строит новый космодром "Восточный" в Амурской области...

— Несмотря на то что Россия создает свой космодром, она все равно будет использовать "Байконур" — это не мои слова, это заявления всех руководителей Роскосмоса, с которыми я трудился и тружусь до сих пор. Это наработанная космическая площадка, может быть, уменьшатся объемы, количество пусков, но все равно пилотируемые полеты в космос будут продолжаться именно с "Байконура".

Мы очень тесно сотрудничаем с Россией, создаем спутники телекоммуникационного назначения, два уже на геостационарных орбитах — KazSat-2 и KazSat-3. С помощью России мы, таким образом, создали собственную независимую группировку телекоммуникационного назначения. А на земле, совместно с россиянами,— наземные комплексы управления. Наши люди прошли обучение и в Космическом научно-производственном центре им. Хруничева, и в ИСС им. Решетнева. Причем не просто обучение с целью эксплуатации космического аппарата, но и для разработки новых, потому что мы создаем, правда, совместно с французами, сборочно-испытательный комплекс космических аппаратов в Астане. От ИСС есть предложение совместно создавать космические аппараты. Иначе говоря, мы выходим на другой уровень развития — будем не просто закупать готовые аппараты, а совместно разрабатывать, создавать их на этой базе, тестировать...

— Давайте вернемся к Байконуру. В декабре прошлого года между странами была подписана "дорожная карта" по его использованию. Зачем она понадобилась?

— Все развивается, и та нормативно-правовая база, которая была создана 20 лет назад, в 1994 году, несколько устарела. Российских военных на Байконуре сегодня нет, это уже совершенно гражданский объект, все перешло под юрисдикцию Роскосмоса. К тому же Казахстан вырос с точки зрения технологий для космической деятельности, имеет хорошие финансовые возможности, подросло поколение, которое обучено этим технологиям. И, таким образом, стоит задача не выгнать или, как некоторые пишут в газетах, выдавить Россию, а наоборот, мы говорим: "Идите сюда, работайте с нами!" Но мы тоже хотим работать. Задача состоит в том, чтобы мы совместно начали эксплуатировать хотя бы один космический комплекс. Для этого сделаны определенные шаги, но не все идет гладко.

— Вы о многострадальном "Байтереке"? Если я правильно помню, из-за удорожания проекта его решили перенести с ракеты-носителя "Ангара" на украинскую ракету "Зенит"... И что в результате? Он заморожен?

— Приостановлен. Мы должны были делать это втроем, но Украина прекратила военно-технические контакты с Россией... Все было расписано, красиво разложено, сколько умов потрудилось! Казахстан был готов финансировать этот проект — и вдруг все, приехали.

Хотя все равно "Байтерек" должен быть построен. Сейчас он прорабатывается только на основе двухсторонних отношений Россия — Казахстан. Без Украины и других третьих стран. Может быть, на основе первой ступени "Ангары" или "Союза". Есть и еще варианты, поэтому все равно сотрудничество с Россией продолжается и будет продолжаться.

— А стоимость аренды Байконура для России изменится?

— Я человек технический и не курирую этот вопрос. Честно говоря, 115 млн долларов — это очень мало по сегодняшним меркам. Но Казахстан вообще не поднимает этот вопрос, как было, так пусть и идет: нам важны добрососедские, дружеские отношения.

— Россия запросила у вас новый район для падения ступеней ракет... Выделить получается?

— 120-й район — это на севере Казахстана. А просила его Россия для запусков на солнечно-синхронную орбиту. В принципе мы готовы это сделать, но есть большое сопротивление со стороны общественности: люди опасаются, наши депутаты тоже категорически против подписания соглашения. И все же мы его прорабатываем, однако хотели, чтобы и российская сторона в лице Роскосмоса сдвинулась с места, например в том, что касается "Байтерека". Надо как-то идти навстречу друг другу.