Социально-политические и ценностные профили российской молодежи - пользователей социальных сетей

ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНСТИТУТЫ, ПРОЦЕССЫ И ТЕХНОЛОГИИ

УДК 316.442

СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ЦЕННОСТНЫЕ ПРОФИЛИ РОССИЙСКОЙ МОЛОДЕЖИ - ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЕЙ

Е.В. Бродовская, А.Ю. Домбровская

Представлены результаты анализа ценностных и социально-политических профилей российской молодежи, полученные по итогам Всероссийского исследования, включающего массовый опрос молодежи, глубинное интервью с представителями молодого поколения и киберметрический анализ репрезентированных молодыми пользователями в социальных сеьях ценностных и социально-политических установок. Выявлены и проанализированы ценностные типы российской молодежи: макросоциальлы, микросоциалы, индивидуалисты-прагматики, индивидуалисты-созерцатели, потенциальный прекатриат. Определены социально-политические профили российской молодежи: пассивные центристы, активные центристы, пассивные оппозиционеры и аполитичные.

Ключевые слова: молодежь, ценностные ориентации, социально-политические профили, киберметрия, массовый опрос, глубинное интервью.

Интерес российской молодежи к использованию социальных сетей всё возрастает и детерминирует всё более весомую репрезентацию в них установок, ожиданий и ценностей молодых пользователей. Социальные сети становятся уникальным источником данных о ценностных и социально-политических профилях молодежи России.

Выявление и анализ данных профилей предопределил разработку и применение эмпирической модели социологического исследования, включающей:

- киберметрический анализ 1 млн социально-медийных сообщений российской молодежи (трех социальных медиа «ВКонтакте», «Одноклассники», «Facebook», глубина выгрузки - 2 года (01.01.2013 - 01.01.2015) с применением сервиса для мониторинга социальных медиа IQBuzz;

- массовый опрос российской молодежи - пользователей социальных медиа (1100 человек, 2015 г., выборка репрезентативна по полу и территории проживания);

- глубинное интервью с молодежью - пользователями социальных медиа (лонгитюдное исследование, в 2014 г. - 55 человек, в 2015 г. - 60 человек, в выборке представлены все федеральные округа РФ).

В результате исследования проанализированы следующие параметры:

- доля социально-медийных сообщений молодежи, содержащих различных ценностей;

- доминирующая тональность социально-медийных сообщений молодежи, содержащих упоминание ценностей;

- соотношение онлайновой и оффлайновой репрезентации ценностей современной российской молодежью;

- зависимость количественной и качественной репрезентации социально-медийных сообщений молодежи, содержащих упоминание ценностей, от ген-дерной и возрастной принадлежности их авторов;

- взаимосвязь ценностных и социально-политических профилей российской молодежи - пользователей социальных сетей.

Киберметрия производилась по поисковым словам - маркерам различных ценностных ориентаций с применением фильтров, обеспечивающих аккумулирование документов, созданных молодыми российскими пользователями в социальных сетях. Это позволило установить удельный вес сообщений российской молодежи, в которых репрезентированы ценностные ориентации.

В результате исследования установлено, что 37 % выгруженных сообщений содержат упоминание семьи, что существенно интенсивнее частоты упоминания других ценностей. В соответствии с расчетом долевой представленности трех наиболее часто упоминаемых ценностей - частота упоминания семьи в релевантному исследованию массиву документов - 52 %.

Вместе с тем, онлайновая представленность ценностей семьи значительно менее интенсивна в сравнении с оффлайновым упоминанием молодыми пользователями семьи в качестве значимой жизненной ценности. Свидетельство тому - результаты массового опроса молодежи, в соответствии с которыми семью и связанные с семьей ценности называют ключевыми духовными ориентирами две три опрошенных (табл.1). Очевидно, что частота упоминания ценности семьи в социально-медийных сообщениях студенческой молодежи значительно меньше объема представленности этой социальной ценности оффлайн (в ходе индивидуальных интервью) (52 % против 66,5 %).

Таблица 1

Иерархия ценностных ориентаций российской молодежи_

№ п/п Ценностные ориентации %

1 Семья, брак, дети, любовь 66,5

2 Работа, бизнес, карьера 32,1

3 Дружба 12,5

4 Самореализация, саморазвитие 9,7

5 Деньги, материальное благополучие 9,0

6 Нравственные качества, мораль 6,4

7 Достижение целей, успех 5,9

8 Здоровье 5,9

9 Образование, обучение 5,4

10 Патриотизм, наследие 3,8

Окончание табл.1

11 Свобода, независимость 3,5

12 Культура, искусство, творчество 2,4

13 Социальный статус, авторитет, власть, ли-

дерство 1,9

14 Веселье, удовольствие, развлечения 1,2

15 Другое 3,3

16 Затрудняюсь ответить 1,2

Иерархическое распределение, отраженное в табл. 1, указывает также на тот факт, что такие традиционные российские ценности, как нравственные качества, мораль, патриотизм, наследие, занимают в сознании современной молодежи довольно невысокие позиции (суммарно лишь 10,2 %).

Значительно меньшая частота упоминания семьи в социально-медийных сообщениях в сравнении с таковым показателем оффлайнового опроса может быть объяснена выявленной зависимостью между интенсивностью коммуникации в социальных медиа и иерархией ценностных ориентиров молодежи -табл. 2.

Таблица 2

Зависимость ценностных ориентаций молодежи от включенности в социально-медийную коммуникацию, в %

Ценности в социальных сетях менее часа в день в социальных сетях несколько часов в день в социальных сетях практически целый день

Семья, брак, дети, любовь 73,3 65,1 56,0

Работа, бизнес, карьера 30,4 30,6 41,7

Дружба 9,6 15,7 6,7

Самореализация, саморазвитие 8,1 10,5 10,0

Деньги, материальное благополучие 10,4 8,3 8,3

Образование, обучение 7,4 4,4 5,0

Достижение целей, успех 5,2 6,6 5,0

Нравственные качества, мораль 10,4 5,7 0,0

Здоровье 2,2 9,2 1,7

Патриотизм, наследие 5,2 3,1 3,3

Культура, искусство, творчество 0,7 2,2 6,7

Свобода, независимость 3,0 4,4 1,7

Социальный статус, авторитет, власть, лидерство 3,0 1,3 1,7

Веселье, удовольствие, развлечения 0,0 1,7 1,7

Распределение, представленное в табл. 2, указывает на то, что, чем интенсивнее респонденты используют социальные сети, тем реже они выбирают семейные ценности в качестве приоритетных.

5

Та же зависимость характеризует и репрезентацию ценностей нравственных качеств, морали, патриотизма, наследия (см. табл. 2).

Таким образом, чрезмерная увлеченность коммуникацией в социальных сетях предопределяет относительно менее выраженную ориентацию на семейные ценности, а также фактически полное игнорирование в вербальном дискурсе таких традиционных ценностей, как мораль, нравственность и патриотизм.

Отметим, что описанная связь не носит каузальный характер, она интерпретируется лишь как сопряжение двух признаков.

Выявленная с помощью сервиса для мониторинга социальных сетей частота упоминания ценности семьи требует уточнения вектора модальности упоминания семьи в этих сообщениях.

Определение тональности документов, отражающих семейные ценности, показало, что из числа сообщений с однозначно определенной модальностью, около 93 % документов имели позитивную эмоциональную модальность и лишь 7 % содержали негатив в отношении института семьи.

Отметим, что это соотношение позитивных и негативных оценок семьи имеет наилучшую пропорцию в сравнении с таковым показателем других ценностей. Так, одна из наиболее популярных в сети ценность «развлечение и отдых» в менее, чем 89 % упоминается с позитивной точки зрения и более чем в 11 % - с негативных позиций.

Стоит отметить, что интенсивность упоминаний семейных ценностей находится в тесной взаимосвязи с возрастом пользователя. Так, наиболее часто данная ценность репрезентируется в сообщениях студенческой молодежи в возрасте 25 лет и старше (60 % сообщений о семье). Отметим также, что в более молодой возрастной подгруппе студентов (моложе 25 лет) число негативных упоминаний ценности «семья» больше, чем в старшей возрастной студенческой подгруппе. Очевидно, это следует объяснить большим интересом к созданию собственной семьи в возрасте 25 лет и старше. Подтверждение тому -данные Фонда общественного мнения: 74 % из числа всех пользователей, отметивших категорию «семья» в качестве приоритетной, относится к возрасту 2534 года [1-3; 6-8].

Вместе с тем, в социальных медиа наибольшее количество сообщений о семье принадлежит возрастной группе 16-25 лет, интенсивность обсуждения ими проблем семьи втрое больше, чем таковая категории 36-45 лет, и в 7 раз выше, чем пользователей старше 56 лет.

Такой большой объем репрезентации сообщений о семье категории пользователей 16-25 лет комбинируется с наибольшей частотой негативной оценки ими семейных ценностей. Полагаем, это может объясняться тем, что в существенной части выгруженных сообщений институт семьи ассоциируется с так называемым сопутствующим понятием любви. Негативный опыт романтических переживаний может во многом определять довольно частое упоминание семьи представителями этой возрастной категории в негативном смысле. Перечислим примеры сообщений, указывающих на проецирование негативных эмоций, связанных с романтическими переживаниями, на семейные отношения

«Разум ненавидит любовь. Ведь когда она приходит, его выключают...», «Удивительный факт. Все признающиеся в любви - лгут», «Ппц. Жизнь становится все хуже и хуже (Любовь такая жестокая).

Продолжая дополнение количественной перспективы исследования качественным анализом смыслов и значений, вкладываемых студенческой молодежью в понимание семьи, представим данные дискурс-анализа наиболее содержательных и информативных сообщений из числа выгруженных сервисом документов.

Чаще всего в анализируемых сообщениях семья предстает как институт, сопровождающий весь жизненный путь человека, являющийся неотъемлемой частью жизни и условием человеческого благополучия («Самое главное и ценное в моей жизни - семья. Да и не только в моей. Сначала та, в которой рождаешься, а затем та, которую создаешь сам...»).

Семья представлена авторами сообщений как нечто, сопровождающее человека всю жизнь, а сопутствующими семье смыслами служат понятия «любовь» и «дети». Вместе с тем, семантическое поле анализируемых сообщений довольно узко и ограничивается утилитарными значениями. Имеет место упоминание семьи как «нечто само собой разумеющееся»: «выходные...проведу с семьей», «....во всех проблемах семья .поддержит», «А еще все вместе вечером лепили и всей семьей смотрели мультик», «..а семья на что?...родные помогут».

Таким образом, выявленное количественное доминирование социально-медийных сообщений молодежи, в которых упоминается семья, сочетается с довольно однообразным перечнем смыслов, вкладываемых в это понятие. Лидирующим субъективным значением при упоминании семьи служит инструментальное, функциональное ее восприятие, в чем проявляется существенная доля прагматических жизненных установок авторов анализируемых сообщений.

Понять детальнее специфику восприятия ценности семьи позволяют результаты кластерного анализа (с применением SPSS for Windows, K-means cluster analysis) базы данных опроса массового опроса 1 100 молодых пользователей социальных сетей. В табл. 3 представлены пять ценностных типов респондентов [13-16].

Таблица 3

Типы российской молодежи по признакам духовных ориентиров

Кластеры Удельный вес

Индивидуалисты - прагматики 32,7

Индивидуалисты - созерцатели 12,7

Микросоциалы 43,5

Макросоциалы 6,2

Потенциальный прекариат 4,9

Итого 100

Наиболее высоко ценят семью представители самого многочисленного кластера российской молодежи - так называемые микросоциалы. Это люди, ориентированные на групповые ценности, ценности семьи и дружбы. Молодежь, принадлежащая к анализируемому типу, довольно традиционна в выборе жизненных приоритетов, считая создание семьи и заботу о близких главной жизненной целью. Все остальные ценности и жизненные задачи этой части опрошенных подчинены поддержанию семейного благополучия. Поэтому самоидентификация данной группы молодежи связана, в первую очередь, с социальными ролями внутри семьи. Приоритет семьи в иерархии ценностных ориентиров, как правило, сочетается с традиционным информационным поведением (рассмотрением телевидения, печатной периодики и непосредственного общения как значимых источников информации и средств коммуникации), аполитичностью сознания и социального поведения. По половой принадлежности в группе микросоциалов лидируют девушки, по территориальному признаку -жители Южного, Северокавказского и Дальневосточного федеральных округов.

Второй по распространенности ценностный тип - индивидуалисты-прагматики - представлен почти третью опрошенных (см. табл. 3). Семья в их понимании служит важным компонентом жизни, но далеко не самоцелью. Скорее, наоборот, семья для представителей этого кластера служит необходимым дополнением к жизненному успеху. Такое понимание роли семьи в своей жизни синтезировано с ценностями утилитарного свойства: карьерой, материальным благополучием, известностью, социальным признанием. Несмотря на то, что эта молодежь довольно далека от традиционных ценностей, в том числе коллективизма, подчинения своей жизни социальному благу, социальной функцией прагматиков следует считать реализацию установки на предпринимательство и топ-менеджмент.

В кластере индивидуалистов-прагматиков преобладают молодые люди, а по территориальной принадлежности - жители Северно-Западного и Центрального федеральных округов.

Индивидуалисты-созерцатели - это молодежь, ориентированная на ценности саморефлексии, самосовершенствования и познания мира. В иерархии ценностей этого типа, также как и у предыдущего кластера, доминируют индивидуалистические ориентиры, однако, далеко не утилитарного характера. Представители анализируемого типа нацелены на созерцательную позицию ученого-исследователя. Чаще всего эта молодежь ориентирована на работу в системе образования или достижение статуса специалистов высокого ранга в других выбранных сферах. Данный кластер отличает направленность на мышление в большей степени, чем на действие.

Выражая свое мнение о ключевых ценностных ориентирах современной российской молодежи, представители данного типа вербализируют экспертную позицию судьи, оглашающего негативные стороны психологического портрета молодого поколения России, называя его бездуховным, лишенным нравственных ориентиров и нуждающимся в моральном возрождении.

Семья фактически не представлена в сообщениях и ответах индивидуалистов-созерцателей, а потому занимает весьма скромную роль в иерархии их духовных ориентиров.

Представители данного ценностного типа довольно критичны в отношении политической жизни страны и способны к выражению протестных установок.

Большая часть представителей рассматриваемого типа - молодые люди, живущие в Сибирском, Уральском и Северокавказском федеральном округах.

Довольно невелика доля еще одного ценностного типа - макросоциалов, составляющих лишь 6 % российской молодежи (см. табл. 3). Данный тип можно охарактеризовать как людей, ориентированных на элитарные позиции в обществе. Это молодежь, демонстрирующая готовность в будущем нести социальную ответственность за управленческие решения на уровне управления страной и регионами. Так называемые макросоциальные ценности - ценности общественной пользы - доминируют в иерархии их ориентиров над личным комфортом и благополучием. Практически все ответы представителей данного типа проецируются на их предполагаемые в будущем роли государственных лидеров (политиков, министров, глав региональных и муниципальных образований и т.д.). В оценке современной российской молодежи склонны, как и индивидуалисты-созерцатели, критиковать молодое поколение за излишний прагматизм и бездуховность, однако, выражают уверенность в возможности сформировать у российской молодежи качества, необходимые для процветания и социального развития страны.

В данном кластере, в основном, молодые люди. Также в этом типе преобладают жители Центрального и Поволжского федерального округов.

Потенциальный прекариат - наименее распространенный ценностный тип (менее 5 % молодежи: см. табл. 3). Выделение данного кластера связано с научно-практическим осмыслением современной социологией появления в различных странах мира, в том числе в России, так называемого «экономически не стабильного класса» («опасного класса» в интерпретации западных исследователей). Данное название эта социальная группа приобрела в связи с их большим потенциалом неконвенциональной политической активности. Не ориентированная на ценности семейных отношений, социальной стабильности и не связанная с работодателями трудовыми договорами, данная общность представляет наибольшую опасность общественной стабильности. В этой связи формируется вопрос о факторах и среде формирования указанной жизненной стратегии. По определенным характеристикам молодежь, отнесенная к данному кластеру, имеет тенденцию к формированию ценностей прекариата. Об этом говорит, в первую очередь, отсутствие ответов данной части опрошенных на вопросы о жизненных ценностях. Причин, по которым опрошенные проигнорировали возможность открытого ответа на вопрос о своих ценностных ориентирах, несколько:

- отсутствие четкого понимания собственных ориентиров;

- нежелание афишировать социально неодобряемые ценности в обстановке мероприятий патриотической направленности;

- нежелание интериоризировать предлагаемые обстоятельства и затруднить себя рассуждением на сложные сферы.

Любое из возможных объяснений говорит в пользу показателей прекари-отивной ориентации данной части респондентов. Среди потенциального прека-риата наиболее часто встречаются не имеющие высшего образования (не окончившие вуз) и работающие на условиях неполной занятости молодые люди. Кроме того, о «синдромах становления прекариата» из числа данной части молодежи свидетельствует значительно более частая, чем у других кластеров, позитивная оценка возможности открытого высказывания в сети экстремистских высказываний. Internet данной группой молодежи расценивается, прежде всего, как способ реализации политических прав и участия [17-22]. Среди представителей данного кластера более всего молодых людей из Центрального федерального округа.

Анализ глубинных интервью с молодыми пользователями позволил выявить их социально-политические профили. Для так называемых пассивных центристов характерно позитивное отношение к действующей власти, одобрение деятельности Президента РФ В.В. Путина. Вместе с тем, это тип молодежи, имеющей абсентеистские ценности и не ориентированные на выражение своей гражданскую позиции и политических взглядов. Данный социально-политический профиль имеет наиболее близкие характеристики с таким ценностным типом, как индивидуалисты-прагматики (см. таблицу 3). Активные центристы - это молодежь, активно выступающая за курс действующей власти. Чаще всего это молодежь, участвующая в деятельности молодежных активов политических партий. Представители данного социально-политического типа принадлежат также к такому ценностному типу, как макросоциалы. Аполитичная молодежь сфокусирована на задачах создания семьи и ее содержания. Политика и гражданская активность находится за рамками фокуса их сознания. Чаще всего аполитичная молодежь совпадает по критериям кластеризации с ценностным типом микросоциалы. Пассивные оппозиционеры представляют собой молодых пользователей, ориентированных на пассивное выражение критики в адрес действующей власти, однако, их способность выразить на страницах социальных сетей критические взгляды не имеет продолжения в их оффлайновой активности. Пассивные оппозиционеры - это, как правило, индивидуалисты-созерцатели. И, наконец, к активным оппозиционерам, несомненно, следует отнести потенциальный прекариат, представители которого придерживаются неконвенциональных (зачастую радикалистских) политических установок.

Сопоставление данных онлайновых и оффлайновых исследований показало, что в отношении духовных ценностей для российской студенческой молодежи характерен эффект социально ожидаемых ответов. Об этом говорит тот факт, что в пространстве неспровоцированных сообщений традиционные и социально одобряемые ценности упоминаются существенно реже, чем в ситуации стимулирования к ответу в ходе индивидуального интервью.

Весомая доля социально-медийных сообщений с упоминанием такой ведущей для российской молодежи ценности, как семья, репрезентируется с прагматических позиций - как средство повышения качества жизни, решения жизненных проблем, получения эмоциональной поддержки.

Это тесно коррелирует с данными оффлайновых исследований, согласно которым существенная часть российской молодежи принадлежит к кластеру «индивидуалистов-прагматиков», оценивающих семью утилитарно, в системе инструментов повышения качества жизни.

Наиболее конструктивные и социально оправданные духовные ориентиры, в том числе представления о семье, характерны для так называемых микросоци-алов, считающих семью главной жизненной ценностью и подчиняющих жизненные стратегии достижению семейного благополучия. Вместе с тем, для данного кластера характерна аполитичность и гражданская пассивность.

Наиболее результативны в процессе онлайновой политической и гражданской активности - макросоциалы, ориентированные на принятие социальной ответственности за уровень социального развития страны.

Исследование свидетельствует о необходимости серьезной работы со смыслообразованием семейных ценностей в сознании российской студенческой молодежи, формированием адекватных и конструктивных представлений о духовных ориентирах, в том числе о гражданском и политическом участии, соответствующих высоким нравственным идеалам и целям социального развития современного российского общества.

Список литературы

1. Абрамова М. А., Самойлова В. А., Каллунки В. Жизненные планы и адаптация различных социокультурных типов молодежи (на материале социологического и социально-психологического исследований в Республике Саха (Якутия)) // Журнал социологии и социальной антропологии, 2013. Т. 16. № 1. С. 78-99.

2. Аристова Н.Г. Виртуальное общение и социализация / Девиантное поведение и Интернет. М.: Институт социологии РАН // URL: http://www.isras.ru/publ.html?id=1162

3. Бабинцев В. П., Реутов Е. В. Самоорганизация и "атомизация" молодежи как актуальные формы социокультурной рефлексии // Социол. исслед. 2010. № 1. С. 109-115.

4. Бараш Р.Э. Интернет как средство самоактуализации и революционной самоорганизации // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2012. № 3[109]. С. 100-109.

5. Беспалова Ю. М. Ценностные ориентации молодежи современной России (межпоколенный подход) // Вестн. Тюмен. гос. ун-та. 2009. № 4. С. 117126.

6. Стратегии пользования Интернетом в политических системах различного типа: результаты сравнительного кластерного анализа данных / Бро-

довская Е.В., Домбровская А.Ю. , Карзубов Д.Н. , Синяков А.В. // V социологическая Грушинская конференция (Москва, 12-13 марта) «Большая социология: расширение пространства данных». М., 2015. С. 59-62.

7. Бродовская Е.В., Домбровская А.Ю. Воздействие Интернет-коммуникации на формирование ценностных ориентаций российской молодежи: результаты всероссийского социологического исследования // Молодежь: тенденции выбора гражданско-патриотических ориентаций в устойчивом развитии России и Азербайджана: монография / Н.Н. Сотникова [и др.]. Ставрополь: МГГУ им. М.А. Шолохова; ООО Издательский Дом "ТЭСЭРА", 2015. 212 с.

8. Бродовская Е.В., Домбровская А.Ю., Синяков А.В. Политическая субъектность пользователей социальных сетей в России: результаты всероссийского социологического исследования // Вестн. МГГУ. 2015. № 2. С. 80-87.

9. Пасовец Ю.М. К социальному портрету российской молодежи: общие черты и региональная специфика имущественного положения // Социол. исслед. 2010. № 3. C. 101-106.

10. Титов В.В.Политическая самоидентификация и модели протестного поведения пользователей Рунета (по материалам контент-анализа социальных сетей «ВКонтакте» и Facebook) // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2012. № 2. // URL: http: //wciom. ru/fileadmin/n ayka/gr2013/thesis/table of contents.pdf

11. Чумакова В. А. Психологические особенности Интернет-коммуникаций в социальных сетях // Молодой ученый. 2013. №3. С. 451-453.

12. Ядова М. А. Современное и традиционное в ценностях постсоветской молодежи // Социол. исслед., 2012. № 1. С. 114-125.

13. Brodovskaya E. Typical features of Internet activity of Russian people // 2nd International Scientific Conference "European Applied Sciences: modern approaches in scientific researches": Volume 1. Papers of the 1st International Scientific Conference (Volume 1). February 18-19. 2013. Stuttgart, Germany. P. 189 - 191.

14. Brodovskaya E., Dmitrieva O. The values of the Moscow youth // Science, Technology and Higher Education: materials of the II international research and practice conference, Vol. I, Westwood, April 17th, 2013 / publishing office Accent Graphics communications. Westwood. Canada, 2013. P. 633-639.

15. Brodovskaya E. Typical features of Internet activity of Russian people // 2nd International Scientific Conference "European Applied Sciences: modern approaches in scientific researches": Volume 1. Papers of the 1st International Scientific Conference (Volume 1). February 18-19, 2013, Stuttgart, Germany. 189 - 191 p.

16. Garrett R. K., Danziger, J. N. On Cyberslacking: Workplace status and personal Internet use at work // CyberPsychology& Behavior, 2008. № 11. P. 287-292.

17. Herring S. Language and the Internet // International Encyclopedia of Communication. Blackwell Publishers, 2008. P. 279-304. URL: http://ella.slis.indiana.edu/~herring/lg.inet.pdf

18. Herring, S.C. (In press, 2010). Digital media. In: P. Hogan (Ed.), The Cambridge Encyclopedia of the Language Sciences. Cambridge: Cambridge University Press. Preprint. URL: http: //ella.slis. indiana.edu/~herring/digmed.pdf

19. Markham A. N. Baym N. K. Internet Inquiry: Conversations about Method, London: Sage, 2009. 243p.

20. Nechaev V., Brodovskaya E. Political functions of the Internet in russia // 2nd International Conference on the political, technological, economic and social processes ISPC 2013. Held by SCIEURO in London, 17-18 July 2013. Published in 2013. Printed by Berforts Information Press Ltd., Stevenage, UK.

Бродовская Елена Викторовна, д-р полит. наук, доц., brodovskaya@inbox.ru, Россия, Москва, Московский педагогический государственный университет,

Домбровская Анна Юрьевна, д-р социол. наук, доц., an-doca yandex.ru, Россия, Москва, Московский педагогический государственный университет

THE VALUE AND SOCIO-POLITICAL PPROFILES OF RUSSIAN YANG USERS

The represents the results of All-Russian survey of value and socio-political profiles of Russian yang users. The research design includes mass poll, depth interview and cybermetrics. The macrosocials, microsocials, pragmatics, philosophists and potential precariat are described in the paper. Also the active centrists, passive centrists, passive oppositionists and apoliticians are defined.

Key words: youth, social value, socio-political profiles, mass poll, depth interview, cyber-

metrics.

Brodovskaya Elena Victorovna, doctor of political science, associated professor, brod-ovskaya@inbox.ru, Russia, Moscow, Moscow State University for Education,

Dombrovskaya Anna Yurievna, doctor of political science, associated professor, an-docayandex.ru, Russia, Moscow, Moscow State University for Education

УДК 32:004.738.5

ИНТЕРНЕТ-ПРОСТРАНСТВО: ЭВОЛЮЦИЯ ФОРМ ПОЛИТИЧЕСКОГО УЧАСТИЯ

А.М. Ваховский

Рассматриваются проблемы политического участия в Интернете. Основное внимание уделяется анализу конвенциональных и неконвенциональных форм политического участия в Сети. Делаются выводы о перспективах политического участия в Интернете.

Ключевые слова: политическое участие, Интернет, формы политического участия, краудсорсинг, электронные петиции, электронное голосование, кибертерроризм, интернет-троллинг.

По мере увеличения численности пользователей и появления новых технологий, сервисов, гаджетов Интернет становится все более перспективным коммуникационным каналом вовлечения людей в политику. Происходящие

13