Non-fiction c Кирой Долининой

Пьер Антонетти. Повседневная жизнь Флоренции во времена Данте. Перевод В. Д. Балакина. М.: Молодая гвардия, Палимпсест, 2004. (Серия "Живая история. Повседневная жизнь человечества")

Изучение повседневной жизни прошлых и нынешних времен — одно из самых распространенных занятий западных гуманитариев. Изучается все что угодно — советские коммуналки, европейские бордели, английские частные школы, повседневная жизнь Калифорнии во времена золотой лихорадки и еще бог знает что. В Россию подобные исследования приходят, как правило, в виде переводов. Отечественных "антропологов" (или "этнологов") эти материи заинтересовали не так давно. Новая книга серии "Живая история", как и некоторые предыдущие и некоторые будущие ее книги, отталкивается от персоналии — времена Данте (были уже времена Рембрандта, будут времена Моцарта и Шумана), но рассказывает совсем не об этом великом муже. "Повседневность" здесь — это частная жизнь (домашнее убранство, периоды жизни, семья), публичная жизнь (облик города, учреждения, общественные классы, праздники и игры), хозяйственная жизнь (трудовой ритм, цехи, торговля, промышленность и банки, зарплата и цены), религиозная жизнь (белое и черное духовенство, культ, изгои) и культурная жизнь (школа, наука и техника, литература и искусство). За этими немного похожими на учебник по истории главами скрывается реальная жизнь — "страна бастардов", обычаи внебрачного сожительства, величина приданого к свадьбе, покупка гроба у аптекаря, страсть флорентийцев к судам, их роскошь в одежде и умеренность в еде. В отличие от других книг этой серии, выведенный в заглавие Данте оказывается не только приманкой, но и ценнейшим источником — его высокое искусство повседневности не избегало.

Кеннет Кларк. Нагота в искусстве. Исследование идеальной формы. Перевод М. В. Куренной, И. В. Кытмановой, А. Т. Толстовой. СПб: Азбука-классика, 2004. (Серия "Художник и знаток")

     Как настоящий оксфордский выпускник и оксфордский же профессор, Кеннет Кларк обязан был быть не только ученым, но и популяризатором. Он им и был — должность директора лондонской Национальной галереи ему в этом не мешала, а следующий пост — директор Независимой телевизионной компании — только помогал. Из этого популяризаторства выросло несколько знаменитых книг Кларка — "Пейзаж в искусстве", "Моменты видения", "Цивилизация", "Рембрандт и итальянское Возрождение". Отсюда же вышла и "Нагота в искусстве" 1956 года. Попытки описать традицию изображения обнаженного тела в западноевропейском искусстве от античности до модернизма будут предприниматься еще не раз, но Кларк был первым и, признаем, наиболее читаемым. Это не "специальное чтение" — современному, обремененному привычкой к концептуальному чтению искусствоведу в этом тексте не будет хватать столь многого и столь многое будет казаться поверхностным, что и не стоит даже надеяться найти здесь научные откровения. А вот простому "проницательному читателю" эта книга может оказаться по душе. Разница между "голым" и "нагим", языки наготы в разных культурах, различные каноны красоты в разные эпохи, красота пропорций и диспропорций и многие другие вопросы проводят автора и его читателя по книге, отправной точкой которой является занимательный тезис: нагота не есть предмет искусства, но его форма. Красноречие Кеннета Кларка и десятки роскошных ню на страницах первого перевода его книги на русский вполне способны этот тезис доказать.