Свои два «Фэ»

Птица-туфля, кто тебя выдумал? Во Флоренции все знают того, кто сделал итальянскую обувь мировым символом. В 1961 году, вскоре после смерти Сальваторе Феррагамо, впервые соткали продающийся по сию пору знаменитый шелковый платок в память о главном итальянском и даже мировом башмачнике: из всех окон Palazzo Spini Feroni, штаб-квартиры Ferragamo, вылетают разные туфельки, которые на крыльях поднимаются в небо, а опустившись на землю, превращаются в волшебную карету, перед которой расступаются народы и государства.

Теперь Palazzo Spini Feroni еще и музей, где почти год идет выставка "A Palace And The City". При входе вас встречают часы, которые, повернув время вспять, отправляют в путешествие по Флоренции. Но не по той, где толпы туристов обвивают петлями очередей Уффици, Дуомо и Баптистерий. В этом, возможно неизвестном вам городе, всегда ткали, кроили, шили, отливали, вырезали и стряпали. Экспозиция в честь 150-летия провозглашения Флоренции столицей Итальянского королевства показывает город великого ручного труда. Как говорил Сальваторе Феррагамо, "я никогда не видел сделанной на машине хорошей пары обуви — она слишком индивидуальна". Самое удивительное: этот город мастеров никуда не делся. Совершив путешествие против часовой стрелки, вы попадете в современный магазин марки Ferragamo — в нем можно купить и картины-платки, и точно такие же красные туфельки со стразами из горного хрусталя, которые Сальваторе изваял для Мэрилин Монро, когда она снималась в фильме "Джентльмены предпочитают блондинок". Есть модели, сделанные для Греты Гарбо, Одри Хепберн и Софии Лорен. А есть совсем современные — они ничуть не хуже. По мне, так даже лучше. И весь ассортимент по-прежнему шьется в Италии — никакой дешевой рабочей силы стран третьего мира. Все, как завещал отец-основатель.

Потомки Сальваторе Феррагамо еще и строят. Семье теперь принадлежит сеть отелей Lungarno Collection, но определение сетевых подходит им менее всего. Все они небольшие, некоторые — на 14-20 номеров. Мы с мужем по совету друзей выбрали не самый маленький (34 сьюта плюс пентхаус), но зато самый новый и затейливый, с интригующим названием Portrait Firenze. Он, и правда, портрет города. Во-первых, потому, что на его месте раньше стоял Grand Hotel Royal de l'Arno, в котором жили Мария Каллас, Анна Маньяни, Элизабет Тейлор — они непременно здесь фотографировались, и их портреты развешаны по стенам. Хотя это уже новые стены — старые пострадали во Вторую мировую, потом здание было восстановлено и выкуплено семьей Феррагамо. Во-вторых, из Portrait Firenze открывается хрестоматийно флорентийский вид: на реку Арно и Понте-Веккьо, с его лавками золотых дел мастеров. А над мостом возвышается знаменитый Коридор Вазари, длиннющая галерея, где хранится великолепное собрание автопортретов Рафаэля, Рубенса, Веласкеса, даже Кустодиева и Кипренского. Попасть туда трудно, но отели Lungarno могут помочь.

Почти каждое блюдо — перевертыш, парафраз, изящная авторская интерпретация известного рецепта

А еще Portrait Firenze — это эскиз к портрету мировой модной столицы: у Флоренции был и этот короткий золотой век. Он начался в 1951-м, когда флорентийский аристократ Джованни Баттиста Джорджини пригласил американских журналистов на свою виллу и организовал первый в истории показ итальянской высокой моды. Он имел такой успех, что уже на следующий год проходил в Палаццо Питти. Нет, Флоренция не вытеснила Париж, но чуток потеснила: за городом закрепилась слава центра рукотворного стиля. В интерьере отеля (его реконструкцию возглавлял архитектор Микеле Бонан) округлые силуэты декора и обилие белого цвета напоминают о первых коллекциях Valentino, площадки перед лифтами выглядят холлами шикарных ателье, портьеры, мебель, обивки — все вышло из-под рук флорентийских ремесленников. И в каждом номере — маленькая встроенная кухня: можно купить продукты и что-то приготовить самим или пригласить в помощь повара отеля — как иначе каждый гость почувствует себя дома?

Флоренция и вся Тоскана славятся традиционной кухней, рестораны с мишленовскими звездами здесь чаще разочаровывают. Флорентийские отели Lungarno Collection — редкое исключение: да, здешний шеф, Петер Брунел, исходит из традиции, но вовсе не повторяет ее. В ресторане Caffe dell'oro (как еще может называться заведение, которое смотрит окнами на ювелирные лавки "жилого моста"?) подают флорентийский стейк в виде креативного бургера: кьянина порублена, слегка прижарена с запеченным перцем и хрустящими листьями салата романо, а потом упакована в два тонких хрустящих цельнозерновых хлебца. Или вот спагетти карбонара — паста, которая традиционно готовится с кусочками соленой свиной щековины (гуанчиале), эмульгированными с соусом из яиц и сыра пекорино. У маэстро Брунела это тонкие веревочки из некрахмалистой картошки с яичным соусом сабайон и хрустящей панчеттой. Почти каждое блюдо — перевертыш, парафраз, изящная авторская интерпретация известного рецепта. Большинство из них сложно приготовить дома, нужны разные гаджеты, что совсем не характерно для Италии. Но есть простые и при этом свежезадорные штучки.

Например, закуска из розовой форели с яблоком, малиной и хлебными чипсами — несмотря на длинное название, готовится она несложно. Надо взять кусок форели, очистить и нарезать ломтиками примерно по 110 г каждый, ненадолго замариновать с сухой смесью из соли и сахара. Чтобы маринад впитался лучше, Петер упаковывает рыбу в вакуумный пакет, но можно обойтись и без него. В любом случае рыбу потом нужно промыть, промокнуть бумажным полотенцем и слегка подкоптить. Сделать это можно даже на толстостенной сковородке. Застелить дно двойным слоем фольги, насыпать щепу, сверху поставить решетку. Зажечь под сковородкой огонь и подождать, пока щепа не начнет дымиться — тогда на несколько минут положить на решетку промаринованные кусочки форели и закрыть крышкой. Потом Петер нарезает их мелкими кубиками. Яблоки тоже требуют элементарного приготовления: очистить и нарезать теми же кубиками — лучше сразу где-то полкило. Потом смешать стакан воды, 100 г сахара, 10 г пектина, 20 г фруктозы и 1 г лимонной кислоты — все вскипятить, сразу облить яблочные кубики горячим сиропом, накрыть пленкой и оставить до полного остывания. Чтобы сделать из хлеба чипсы, его надо как можно тоньше нарезать на слайсере и высушить в духовке на конвекции при 70 градусах. Ну, и все собрать. Выложить через кольцо тартар из соленой форели, на него тартар из сладких яблок. Снять кольцо, сбрызнуть закуску кленовым сиропом, украсить малиной, листьями кудрявого эндивия и тоненькими проростками.

Получается вкусное, изящное, звонкое и запоминающееся блюдо. Как и сама Флоренция, открывшаяся для меня со стороны Феррагамо. Теперь у меня есть к ней новый ключик — эти два "Фэ". А платок с птицами-туфельками я, пожалуй, носить не буду — вставлю в рамку и повешу дома как портрет Флоренции.

Закуска из розовой форели с яблоками и хлебными чипсами

(одна порция)

1 Маринованная и подкопченная форель

2 Приготовленные яблоки

3 Чипсы из цельнозернового хлеба

4 Свежая малина

5 Кленовый сироп

6 Проростки сои

7 Кудрявый эндивий

Для сухого маринада:

1 Соль

2 Сахар

3 Щепа из черешни или ольхи