Граждане не доверяют друг другу деньги

Рынок краудфандинга по итогам девяти месяцев текущего года показал рост, однако только за счет финансирования компаний и ИП, объем финансирования граждан гражданами упал на треть. Люди не доверяют потенциальным заемщикам—физлицам в связи с высоким уровнем невозвратов по ранее выданным P2P-ссудам. Эксперты отмечают, что если в ближайшем будущем у площадок не появится больше данных для оценки кредитоспособности граждан, данный сегмент рынка может вовсе исчезнуть.

По данным Банка России, за три квартала текущего года объем рынка краудфандинга превысил 11,14 млрд руб., что почти в 1,5 раза больше, чем за аналогичный период 2017 года.

Банк России определяет краудфандинг как привлечение инвестиций гражданами или коммерческими организациями с использованием интернет-платформ. К его разновидностям относят краудлендинг (P2P — кредитование граждан гражданами, P2B — юрлиц гражданами, B2B — юрлиц юрлицами), краудинвестинг (финансирование с помощью продажи долей и акций или по договору займа) и сектор rewards (финансирование в обмен на нефинансовое вознаграждение).

Более 95% всего рынка краудфандинга приходится на краудлендинг. За девять месяцев 2018 года суммарный объем сделок в этом сегменте вырос до 11,01 млрд руб. Но рост обеспечило исключительно финансирование юрлиц. А вот граждане, похоже, перестали доверять друг другу. Объем сделок в сегменте P2P-кредитования снизился на треть — с 149,7 млн руб. до 104 млн руб. По мнению регулятора, это, вероятно, отражает невысокую привлекательность данного сегмента для инвесторов, в том числе из-за существенных рисков дефолта заемщиков-физлиц.

Действительно, статистика невозвратов на рынке взаимного кредитования граждан выглядит неутешительно. По словам главы краудлендинговой площадки Penenza Дмитрия Пангина, рынок P2P остается крайне рискованным. «Если риск просрочки в сегментах Р2В и В2В находится в пределах 8–10% в среднем по рынку, то по Р2Р-кредитованию он близок к 50%»,— уточняет он. «Заемщики в первую очередь идут за потребкредитом в банк, если там не дают, то в МФО, и уже в последнюю очередь — на платформу Р2Р,— отмечают в Ассоциации операторов инвестиционных платформ.— Риск для инвестора в Р2Р в том, что у него нет запаса ликвидности, например, как у микрофинансовых организаций, для того чтобы компенсировать высокий уровень просрочки». Физлица наконец осознали настоящие масштабы риска дефолта своих заемщиков, говорит аналитик ИК «Алор Брокер» Алексей Антонов. «Они поняли, что не умеют с этими дефолтами работать, не умеют взыскивать средства в судебном порядке и не хотят этим заниматься, потому что затраты на взыскание перекрывают те скромные проценты, которые они зарабатывают по небольшому числу успешных займов»,— продолжает эксперт.

При этом данных для оценки потенциальных заемщиков P2P-площадок крайне мало. По словам Дмитрия Пангина, если законодательно не будут внедрены инструменты, дающие Р2Р-площадкам доступ к источникам данных о расходах-доходах физлиц (не только кредитные истории, но и данные о долгах граждан по ЖКХ, налоговой задолженности, алиментах, реальных доходах), этот сектор рынка краудфинансов в России перестанет существовать в перспективе ближайших лет.

Впрочем, несмотря на резкое сжатие рынка взаимного кредитования граждан, перспективы у краудфандинга в целом неплохие. По прогнозам экспертов, по итогам 2019 года рынок краудфинансов достигнет 20–23 млрд руб., где основную часть займет В2В-кредитование. В ЦБ также ожидают роста рынка: «В 2019 году ожидается приход крупных игроков сегментов P2B и B2B, что может оказать существенное влияние на рынок в целом». Сейчас выход крупных площадок на рынок сдерживает правовая неопределенность в части привлечения займов через краудфандинговые площадки, отмечают там. Законопроект о регулировании краудфандинговых платформ был одобрен Госдумой в первом чтении в середине мая (см. “Ъ” от 22 мая). По словам главы комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолия Аксакова, во втором чтении проект закона планируется рассмотреть и принять в начале 2019 года.