Африке предъявили инвестиционную декларацию

Премьер-министр Михаил Фрадков завершил турне по югу Африки, посетив Анголу, Намибию и ЮАР. Всем странам премьер предлагал расширение сотрудничества в энергетической сфере и добыче полезных ископаемых. Во всех странах инициативы России, пытающейся сырьевыми и энергетическими программами вернуть себе в Африке позиции 30-летней давности, тщательно обсуждали, но особых отношений уже не предлагали.

В конце прошлой недели премьер Михаил Фрадков совершил свое первое турне на юг Африки. В пятницу премьер посетил Анголу, в субботу — провел переговоры в Намибии и вчера завершил турне переговорами в ЮАР. Во всех странах премьер вел переговоры практически об одном: расширении торгово-экономического сотрудничества, прежде всего в энергетической сфере и добыче полезных ископаемых. По словам премьера, "с укреплением российской экономики мы можем позволить себе участвовать в международных проектах, о которых раньше забывали".

В Анголе, в которой официальный товарооборот с Россией составляет всего $71 млн, Михаила Фрадкова ждала неудача. Основным пунктом повестки дня было подписание заранее подготовленного соглашения о взаимной защите и поощрении инвестиций, но оно не состоялось: стороны не смогли решить, касается ли оно уже реализуемых проектов России в Анголе, в первую очередь проектов АЛРОСА на алмазном месторождении Катока. Михаил Фрадков и президент Анголы Эдуарду душ Сантуш согласились на проведение ревизии двусторонних документов обеих стран, которая может снять спорные вопросы.

В итоге стороны договорились лишь о подписании до 15 апреля соглашения АЛРОСА и ангольской нефтегазовой госкомпанией Sonagol договора о разведке и последующей разработке нефтегазовых месторождений на севере Анголы. Масштаб инвестиций невелик — до $50 млн. Предварительных договоренностей по обсуждению российских инвестиций в ТЭК Анголы достигли "Газпром" и ЛУКОЙЛ (см. справку).

В Намибии переговоры вообще не пошли дальше общих слов. Намибийский президент Хификепунья Похамба не стал отказываться от ранее обсужденных с посещавшим Намибию главой Росатома Сергеем Кириенко планов строительства АЭС в стране, однако не стал конкретно обсуждать текущие проблемы российских компаний в Анголе, в том числе проблемы с лицензиями на добычу урана. Проект будет позже обсуждаться Росатомом и межправительственной комиссией РФ и Намибии, в которой Россию представляет глава Минприроды Юрий Трутнев.

В ЮАР, где Михаил Фрадков встретился с вице-президентом ЮАР госпожой Фумзиле Мламбо-Нгкукой, президентом ЮАР Табо Мбеки и провел заседание делового совета Россия--ЮАР, премьер-министра ждал максимально теплый прием. В ходе переговоров Михаил Фрадков утверждал, что прилетел в Преторию для того, чтобы "торгово-экономические отношения перешли на новый качественный уровень", поскольку, как утверждал на переговорах замглавы МЭРТа Андрей Шаронов, сегодня "договорно-правовая база для сотрудничества с ЮАР уже подготовлена". Речь прежде всего идет о соглашении о защите взаимных инвестиций, подписанном еще в 2000 году. По мнению господина Шаронова, этот визит Михаила Фрадкова покажет, что РФ поддерживает российские компании в ЮАР — это и АЛРОСА, и "Роснефть", и "Газпром", и "Техснабэкспорт", и "Ренова". К тому же Минпромэнерго привезло в ЮАР проект создания консорциума российских предприятий ТЭК для строительства крупного гидроузла ГЭС на реке Конго и создания единой энергосистемы пяти стран региона — Намибии, ЮАР, Анголы, Ботсваны и Демократической Республики Конго.

Впрочем, в ЮАР явно не готовы были к отношению к себе как к "региону развития". Так, вице-президент Фумзиле Мламбо-Нгкука пояснила, что ЮАР в первую очередь рассматривает Россию "как крупный рынок сбыта химической и машинотехнической продукции южноафриканских компаний". Впрочем, РФ предлагается вполне уместный в этой области технологический обмен — "Роснефти" предлагается технология производства синтетического топлива GTL и CTL. В обмен ЮАР интересует сотрудничество в атомной и космической сфере. А компании ЮАР, как выяснилось, и сами готовы активно инвестировать в добычу нефти и газа — но уже в России.