2002. 03. 001. ЛОКС. Социология и общественное восприятие науки: от рационализации к риторике. Locks. Sociology and the public understanding of Science: from rationalization to rhetoric // British J. of Sociology. L. , 2001. Vol. 52, N1. P. 118

СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ

2002.03.001. ЛОК С. СОЦИОЛОГИЯ И ОБЩЕСТВЕННОЕ ВОСПРИЯТИЕ НАУКИ: ОТ РАЦИОНАЛИЗАЦИИ К РИТОРИКЕ. LOCK S. Sociology and the public understanding of science: from rationalization to rhetoric // British J. of sociology.-L., 2001.- Vol. 52, N1.-P. 1-18.

В последние годы представители социологии научного знания стали применять методы своей дисциплины для социологического анализа модерности, констатирует Симон Лок (Кингстонский уни-верситет, Великобритания). Они считают, что теории модерности необходимо радикально пересмотреть с позиций социологии научного знания. В той степени, в какой теории модерности основаны на определенных представлениях о науке, они базируются на представлениях об общественном восприятии науки. Социологи считают общественное восприятие науки рационализированным.

Рационализированное представление о науке описывает ее как универсальный, асоциальный монолит, как проявление технического понимания, не подверженного личным или групповым интересам. Предполагается, что такое представление о науке является самым распространенным в обществе модерна, поскольку само ментальное состояние рядового индивида считается продуктом процесса рацио-нализации, в котором наука одновременно является и производителем и производным. Однако в обществе нарастает скептицизм по отношению к науке, что приводит к противоречивым взглядам на модерность. Непонятно, как такой скептицизм возможен, поскольку по определению общественное восприятие является рационализированным.

Для решения этой проблемы возможны две стратегии: постмодернизм и общество риска. Социология научного знания исходит из того, что общественное восприятие науки всегда двусмысленно и противоречиво. Эта двусмысленность вызвана тем, что универсалистские утверждения науки формулируются и используются конкретными людьми в

специфических обстоятельствах. Исходя из этого, делается предположение, что социология знания лучше всего может понять смысл и значение науки в обществе модерна.

М.Вебер — ключевая фигура для формулирования социологического взгляда на общественное представление о науке. До Вебера представление о модерности как о научном обществе было описанием будущего. После Вебера считается, что научное общество стало реальностью в форме рационализации. Рационализация может быть рассмотрена как попытка разрешить дилемму науки, содержащуюся в проекте Просвещения. Дилемма состоит в вопросе, как универсально значимая форма знания может возникнуть в конкретном типе общества. Веберовское решение состоит в тезисе рационализации, описании того, как традиционное общество заменяется общество, в котором социальное действие является целерациональным.

Эта дилемма особенно остро формулируется в социологии зна-ния. Маркс и Дюркгейм пытались выявить патологии модерности и роль науки в их преодолении. Наука рассматривалась ими как противоположность иллюзорным формам сознания. Предполагалось, что наука может диаг-носцировать социальные условия своего возникновения и абстрагироваться от них. Вебер полагал, что в определенном специфическом смысле люди в обществе модерна мыслят научно. Это не означает, что они научно образованы. Речь идет о том, что они рассматривают мир с материальной и рациональной точек зрения, подвергают его техническому расчету. Необходимо подробно проанализировать то, как рассматривается и понимается наука неучеными в обществе модерна.

Вебер считал, что наука может формулировать универсально значимые положения потому, что в них воплощено целерациональ-ное измерение социального действия. Социальное действие отдельных ученых, их характер и этика поведения постепенно приближаются к идеально-типической форме технического поведения в сфере производства знания.

Критическое отношение к науке со стороны социальных групп можно описать двумя типами стратегий: негативная реакция традиционного общества; «рефлексивная рационализация» —рационализация второго порядка, возникающая как следствие развития науки и технологии. Первая стратегия находит свое выражение в дискуссиях между наукой и религией и рассматривает модернизацию как протяженный и продолжающийся процесс. Вторая стратегия находит свое выражение в энвай-ронментализме и изучении социальных рисков.

Первая стратегия сформулирована в работах теоретиков Франкфуртской школы. Для них обычный человек капиталистиче-ского общества является одновременно и главной проблемой, и ее решением. С одной стороны, его обманывает капиталистическая идеология с помощью риторики правящего класса. С другой стороны, он может трансформировать капиталистическое общество в ходе практической повседневной борьбы с ним. Путь для этой борьбы открывает рационализация, поскольку она не отрицает в рядовом гражданине способности к рассуждению. В ходе рационализации он анализирует процесс формирования сознания как отражение формы организации материального производства, для которого характерна логика инструментализма. Сознание индивида укоренено, таким образом, в практике, в типе социальной организации. В 60-е годы Г.Маркузе пришел к выводу, что западный рабочий класс оказался под таким сильным влиянием капиталистической идеологии, что он больше не способен к антикапиталистической революции. По его мнению, на Западе сформировался так называемый «одномерный человек».

Ю.Хабермас попытался переработать критическую теорию так, чтобы учесть фрагментарность современной культуры, включая на-личие таких «антинаучных» социальных групп, как религиозные фундаменталисты. Для Хабермаса такие группы являются следствием двойного процесса. С одной стороны, когнитивная рационализация стремится обесценить традиционные ценности. С другой стороны, модерность не может предложить альтернативу этим ценностям, поскольку наука перестала интересовать общество. Вследствие этого средства критики —достижение консенсуса между различными позициями с помощью аргументации — оказались недоступны для широкой публики. Утратив веру в науку, люди обратились к казалось бы навсегда устаревшим верованиям. При этом для обоснования религиозных доктрин протестантские фундаменталисты используют научные способы аргументации.

В последнее время большое внимание ряд авторов уделяют тому, до какой степени современное общество является рациональным. С.Крук и другие авторы подчеркивают двусмысленность общественного восприятия науки. Они констатируют, что наука никогда не владела целиком сознанием общества в развитых странах. Антинаучные взгляды всегда сохранялись несмотря на то, что люди терпимо относятся к организованной науке, пользуются ее достижениями. Поэтому эти исследователи не считают современное общество монолитно рациональным. Существуют «антинаучные» группы населения, создатели науки и потребители ее дос-

тижений. Крук вслед за Вебером считает, что инструментальная рациональность разрушила или сильно ослабила традиционные этические ценности. Он подчеркивает, что противоречивые последствия широкого применения науки и технологии уменьшили роль знания как основания социального действия.

Вебер считал модернизацию процессом дифференциации ценностных сфер. Крук приходит к выводу, что имеет место «гипердифференциация», для которой характерно столкновение тенденций к фрагментации и к организации. В науке, с одной стороны, формируется «большая наука» и, с другой стороны, усиливается специализация. Неоднозначное восприятие науки обществом размывает основу общества модерна—целе-рациональную организацию социального действия.

Постмодернисты видят в противоречивости науки свидетельство конца модернизации. Теоретики «общества риска» убеждены, что благодаря науке и технологии наступает период «рефлексивной модернизации». У.Бек предложил понятие «рефлексивная сциентизация», которое заменило понятие «первичная сциентизация». Он рассматривает социальную и политическую критику науки социальными движениями как принципиально новую ситуацию, возникшую «рефлексивно» вследствие распространения научного скептицизма и сомнений в рациональном способе мышления. То, как ученые и правительственные эксперты представляют свою информацию обществу, Бек считает неадекватным. Отдельные узкие специалисты занимаются проблемами природы и технологии, экономики и медицины, но утратили способность к системному социальному мышлению.

Анализ научных высказываний, словесных и письменных, является главной задачей социологов научного знания, вскрывающих социальную обусловленность науки. Для рационализации наука —это асоциальный монолит. Для социологии науки —это совокупность местных дискурсов. Особенность всех концепций социологии знания состоит в подчеркивании социальной обусловленности научных теорий. Б.Барнс и Д.Блур отмечают, что научной истиной всегда объявляется то, что считается «нормальным» в конкретных социально-культурных условиях. Вскрытие социального смысла науки и понимание ее как части культуры —задача социологии знания, которая лишает науку ореола. Представление о науке как о чистом рациональном и беспристрастном знании является идеологическим и приводит к опасным последствиям. От науки ожидают большего, чем она в состоянии дать, что приводит к разочарованиям и анти-

научным настроениям. Социология знания стремится развенчать миф о чистой науке и показать обществу истинное положение дел.

Однако если считать технический дискурс только идеологиче-ским и риторическим, то это будет означать, что так называемым социальным факторам отдается эпистемологическое превосходство над другими факторами, влияющими на формирование научного знания. Технический дискурс не является только риторическим, а представляет собой часть ресурсов, которые ученые используют для организации своей деятельности. В зависимости от конкретной ситуации они используют для представления науки обществу «эмпирическую» или «случайную» риторику. Эмпирическая риторика—это безличностный, абстрактный дискурс, в котором формируются фактические универсально применимые утверждения, зависящие от человеческих действий и убеждений. Случайная риторика использует персонализированный дискурс, формулирующий конкретные утверждения, связанные с человеческими действиями и убеждениями.

Следует учитывать, что ученые не только используют риторические средства для деконструкции научных утверждений, локализуя их как конкретные ресурсы конкретных ученых. Это могут делать любые компетентные члены общества модерна. «Антисциентисты» используют такие же дискурсивные ресурсы, как и ученые. Общество относится к науке в зависимости от своих целей. Особую роль играет местное знание как основа неприятия науки и тактическое использование науки и ученых для удовлетворения специфических интересов. Целый ряд авторов показали, что мышление Просвещения, считающееся идеологией модерности, внутренне противоречиво. Эта противоречивость определяет повседневное мышление и поведение, а также мышление интеллектуалов. Противоречия между свободой и авторитетом, самовыражением и самоконтролем играют главную роль в светском разуме. Лок приходит к выводу, что тезисы о рационализации традиционного общества, о его «первичной» и «вторичной сциентизации» не являются объяснением общества модерна. Напротив, сама наука и ее восприятие обществом нуждаются в исследовании средствами социологии научного знания.

П.Н.Фомичев

2002.03.002. ТОРП Ч. НАУКА ПРОТИВ МОДЕРНИЗМА: РЕЛЕВАНТНОСТЬ СОЦИАЛЬНОЙ ТЕОРИИ МАЙКЛА ПОЛАНЬИ.