Конституционное право Великобритании и Брексит

сделку, однако закон требовал, чтобы сделка в целом была обнародована только после принятия закона.

Автор подчеркивает, что закон нарушает принцип «законы должны быть общими», так как создает более благоприятную регулятивную среду только для одного конкретного субъекта права. Не соблюдается также принцип разделения властей, ибо исполнительная власть не имела возможности заключать контракт, который позволял бы «Sky City» не соблюдать действующее законодательство и лицензионные режимы. Ведь несмотря на то что в унитарной системе Новой Зеландии исполнительная власть доминирует в парламенте, один из центральных согласованных принципов, закрепленных в английском Билле о правах 1689 г., который является частью Конституции Новой Зеландии, состоит в том, что парламент, а не исполнительная власть, должен создавать закон.

В заключение Дж. Маклин пишет, что если неписаная политическая конституция основывается на сохранении институтов и права, понимаемых как культурная практика, то определенные виды реформ - те, которые направлены на изменение культуры и введение новых правил юридической практики, - представляют реальную угрозу конституции. С одной стороны, существует опасность того, что термин «неконституционный» будет включать всё, что нам субъективно не нравится. С другой стороны, правовед, стремящийся защитить политическую конституцию, должен быть консервативным и бдительным в отношении угроз, которые могут исходить даже из самого закона.

И.А. Умнова

2018.03.010. Г.Н. АНДРЕЕВА. КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО ВЕЛИКОБРИТАНИИ И БРЕКСИТ. (Обзор).

Ключевые слова: Брексит; конституционное право Великобритании; полномочия парламента; королевская прерогатива; конституционно-правовые проблемы Шотландии; конституционно-правовые проблемы Северной Ирландии.

Брексит как новое явление в международном праве, предполагающее создание целого ряда ранее неизвестных механизмов согласования позиций и интересов, внесение изменений в национальное законодательство и решение множества политических и

социальных проблем, является предметом целого ряда исследований. Специалисты по конституционному праву активно обсуждают внутренние национальные конституционно-правовые проблемы, связанные с Брекситом, и возможные модели дальнейшего взаимодействия Соединенного Королевства с Европейским союзом (ЕС) после выхода.

Изменение статуса самого Соединенного Королевства, его конституционного права и конституционного права его составных частей во многом зависит от того, какая модель «развода» с ЕС будет избрана. В работах ученых данная ситуация образно охарактеризована как «веер возможностей» [3, с. 25]. Поскольку связи Великобритании и ЕС создавались в течение более чем 40 лет, возможность простого и легкого выхода исключается. Не может идти речи и о возвращении в предшествующую данным отношениям ситуацию, поскольку и Соединенное Королевство не является уже тем же самым, что 40 лет назад, и остальная Европа тоже эволюционировала за это время. Учеными рассматриваются возможности, относящиеся к разным моделям взаимодействия Великобритании с ЕС: заключить договор привилегированного характера; претендовать на статус части только Европейского экономического пространства (по примеру Норвегии); использовать в качестве образца швейцарскую модель с заключением множества договоров без участия в работе органов ЕС; заключить договор о свободной торговле с ЕС; заключить Таможенный союз (по типу заключенного с Турцией), взаимодействовать в рамках ВТО [3, с. 26]. С точки зрения Великобритании, каждая из рассматриваемых моделей имеет свои преимущества и недостатки и потенциально может оказать воздействие на конституционное право и территориальное устройство страны.

Предпочтения Великобритании известны: участие во внутреннем рынке ЕС на тех же условиях, как и государства - члены ЕС, за исключением одного из фундаментальных принципов права ЕС - свободного передвижения людей. Однако такой сценарий развития событий маловероятен, поскольку решение проблем выхода в одностороннем порядке только Великобританией невозможно, а упомянутый фундаментальный принцип неотделим от основ европейской интеграции и создания единого европейского рынка [2, с. 120].

Кроме того, Соединенное Королевство должно будет обеспечивать себе особый статус в тех секторах рынка ЕС, где оно заинтересовано в сохранении нынешнего положения, например, в области финансов (ввиду высокой значимости лондонского Сити) и автомобильном секторе. Финансовый сектор Лондона является одним из крупнейших мировых финансовых центров, в этом городе находится более 250 иностранных банков мирового уровня, которых в том числе устраивает и то, что Соединенное Королевство -член ЕС. В случае «вакантности» места лондонского Сити на это место могут претендовать Мадрид, Париж или Франкфурт-на-Майне, которые уже предпринимают шаги в направлении повышения своего статуса как финансовых центров [3, с. 26-27].

Внутреннее законодательство Великобритании в данной сфере в настоящее время является правом ЕС, так как правовое регулирование этих секторов осуществляется Директивами ЕС. Как только договоры перестанут применяться, должно либо начать действовать национальное законодательство, которое необходимо принять заблаговременно, либо нужно решать вопросы включения существующего законодательства ЕС во внутреннее право в новых условиях [3, с. 27].

Еще до референдума британское правительство представило доклад относительных возможных вариантов выхода Великобритании из ЕС с учетом преимуществ и недостатков каждого из них [3, с. 29]. В любом случае реализация ст. 50 Договора о ЕС, предусматривающей случай выхода из ЕС государства-участника, не подразумевает автоматического сохранения возможностей, которые они имели во время членства в ЕС. В научной литературе в связи с этим отмечается, что риски в глобализирующемся и быстро меняющемся мире тоже глобальные, и только время покажет, насколько выбор Великобритании окажется удачным.

Ситуация Брексита подпортила имидж основательности и серьезного отношения к решениям, который был свойствен Великобритании, а также отразилась на имидже ЕС. Выход страны оценивается извне нередко как неудача процесса интеграции, он породил высказывания о начале конца ЕС. Однако, как отмечают исследователи, Европейские сообщества существовали до присоединения Соединенного Королевства в 1973 г., и ЕС продолжит существовать после выхода Великобритании. Для ЕС это момент ре-

шения уравнения с множеством неизвестных и выработки стратегии на будущее либо в виде разноскоростной интеграции путем территориального расширения, либо за счет углубления интеграции государств-членов. Для Великобритании это период достижения договоренностей с ЕС и решения собственных, в том числе конституционно-правовых проблем. Великобритания сталкивается с масштабным вызовом, который ее правительство, возможно, не осознаёт. В результате выхода возникают многочисленные риски для ее экономического развития и благосостояния, внутренней стабильности и даже целостности страны.

Отдельные аспекты конституционного права Великобритании уже были переосмыслены в контексте Брексита. Особое внимание в литературе уделяется исследованию отношений парламента и правительства Соединенного Королевства [2, с. 123].

Британское правительство с начала процесса по Брекситу стремилось стать главным героем реализации результатов референдума и требовало полной свободы в решении вопроса об определении момента извещения ЕС о выходе, а также о целях и стратегии Великобритании в будущих переговорах [2, с. 123]. Правительство стремилось исключить из этого процесса парламент, ссылаясь на королевскую прерогативу, позволяющую ему реализовывать некоторые акты без согласия последнего. Такая прерогатива существует в области международных связей при подписании и ратификации международных договоров. Однако выход из ЕС затрагивал не только международную сферу, но и многие другие вопросы, прежде всего правовой статус граждан Великобритании как одновременно граждан ЕС, права которых регулируются нормативными актами ЕС и которые в результате Брексита могут быть необратимо утрачены. Вопрос об участии парламента в Брек-сите является очень важным, поскольку в стране сохраняется принцип верховенства парламента Соединенного Королевства в качестве фундаментального конституционного принципа. Доктри-нальная полемика сопровождалась рассмотрением вопроса судебными инстанциями в рамках судебного дела Miller & Dos Santos. Два британских гражданина сочли, что притязания правительства Великобритании применить ст. 50 Договора о ЕС лишают британских граждан прав, которыми они обладают как граждане ЕС (Gina Miller), а использование королевской прерогативы без согласия

парламента ограничивает право на участие в законодательном процессе (Deir Tozetti Dos Santos). Решение было принято не в пользу истцов, однако в ходе заслушивания дела получили правовую оценку важные аспекты взаимоотношений парламента и правительства в процессе Брексита [2, с. 126].

C конституционно-правовой точки зрения Брексит потенциально влечет и перестройку взаимоотношений с частями Соединенного Королевства, особенно с Шотландией и Северной Ирландией.

Как известно, в Шотландии в рамках политики деволюции был проведен референдум по вопросу об отделении, на котором избирательный корпус высказался против выхода Шотландии из состава Великобритании. Вместе с тем на референдуме по вопросу о Брексите избиратели Шотландии проголосовали против выхода из состава ЕС. Таким образом, Брексит вновь возвращает данную страну к вопросу о возможной сецессии Шотландии, если Брексит будет реализован в жесткой форме, ставящей Великобританию вне рынка ЕС, и, соответственно, интересы данного региона не будут учтены в достаточной мере [3, с. 31]. В литературе обращается внимание на возможность того, что Шотландии придется просить приема в ЕС.

Юридическая сторона состоит в том, как именно решать вопрос о Брексите и нужно ли для этого запрашивать согласие шотландского парламента. Этот вопрос может быть решен по-разному, в зависимости от интерпретации положений Акта о Шотландии. Вместе с тем решение данной юридической проблемы не снимает политических проблем, поскольку риск политического кризиса в Шотландии останется значительным [2, с. 132].

Ситуация в Северной Ирландии, где также большинство населения во время референдума выразило желание оставаться в EC, рассматривается в научной литературе как грозящая даже более серьезными последствиями, чем в Шотландии, в связи с возможностью создания единой Ирландии и вытекающими из этого результатами [1, с. 66]. С правовой точки зрения для выхода тоже может понадобиться согласие регионального парламента - Ассамблеи Северной Ирландии. Кроме того, возникает вопрос о статусе государственной границы, причем не только в юридическом, но и в политическом контексте. В нынешнем виде он урегулирован Договором по Белфасту 1998 г., заключенным правительствами Великобрита-

нии и Северной Ирландии с целью прекращения религиозной конфронтации. Брексит может стимулировать проведение референдума об объединении с Ирландией, поскольку Акт о Северной Ирландии допускает такую возможность. В случае если референдум будет проведен и большинство выберет объединение, Великобритания и Ирландия обязались принять данный результат голосования и реализовать такое объединение [2, с. 134].

Политическая ситуация в Северной Ирландии очень сложная, а достигнутый мир - хрупкий и неустойчивый. Брексит может существенно нарушить достигнутое равновесие, поэтому вопрос о Северной Ирландии будет одной из обязательных тем переговоров ЕС и Великобритании по Брекситу.

Политики Северной Ирландии считали, что политический и правовой статус Северной Ирландии в Великобритании поддерживается гражданами, проживающими в регионе, потому что большинство рассматривало Соединенное Королевство как некую гарантию экономической стабильности и обеспечения стандартов благосостояния, которыми население не хотело рисковать, но Брексит увеличивает неопределенность относительно будущего, стандарты благосостояния могут снизиться или вообще измениться, поскольку Северная Ирландия (это нашло отражение и в докладе Палате лордов) - наиболее зависимая от европейской помощи территория Соединенного Королевства, потеря Северной Ирландией этой помощи может оказаться «опустошительной». На необходимость сохранения проектов по Северной Ирландии по мнению Палаты лордов должно быть обращено особое внимание во время переговоров по Брекситу [1, с. 91]. Открытым остается и вопрос о том, насколько Соединенное Королевство способно заменить европейскую финансовую помощь собственной. В экономической области, которая является, вероятно, ключом к переговорам по Брек-ситу (наряду с контролем в отношении государственной границы или его отсутствием), самыми вероятными альтернативами являются «норвежская модель» (т.е. Соединенное Королевство выходит из ЕС, но остается в Европейском экономическом пространстве); «швейцарская модель» в виде двустороннего соглашения о свободной торговле [1, с. 92].

В любом из этих сценариев Северная Ирландия будет являться территорией вне ЕС, в которой все ее граждане имеют европей-

ское гражданство, a следовательно, по этому вопросу возможно установление особого статуса, поскольку ЕС склонен к прагматизму, т.е. стремится решать проблемы, вместо того чтобы их создавать [1, с. 87]. Кроме того, правительство Республики Ирландия уже разъяснило, что предпримет все необходимые шаги, чтобы Брексит не привел к нарушению мирного процесса в Северной Ирландии или сокращению прав ее граждан, и сформулировало свои предложения в этом направлении [1, с. 92].

Список литературы

1. Compains Silva Е. Е1 impacto del Brexit sobre el estatus juridico-político de Irlanda del Norte: ¿Una oportunidad para la reunificación de Irlanda? // R.V.A.P. (Revista Vasca Administración Pública). - Bilbao, 2017. - N 109, Fascículo 1. - P. 59-98. Компайнс Сильва Е. Влияние Брексита на политико-правовой статус Северной Ирландии: Возможность для объединения Ирландии?

2. López-Basaguren A. BREXIT: La secessión de la Unión Europea entre teoría y realidad // UNED. Teoria y realidad constitucional. - Madrid, 2017. - N 40. - P. 111140.

Лопес Басагурен А. Брексит: Выход из Евросоюза между теорией и реальностью.

3. Torrecuadrada García-Lozano S., Garcia Fuente P. ¿Qué es el Brexit? Origen y posibles consecuencias // Anuario Mexicano de derecho internacional. - México, 2017. - Vol. 17. - P. 3-40.

Торрекуадрада Гарсиа-Лосано С., Гарсиа Фуэнте П. Что такое Брексит? Происхождение и возможные последствия.

2018.03.011. БЕНЕНТЕ М. ГОСУДАРСТВО И ПРАВА ЧЕЛОВЕКА В НОВОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ КОНСТИТУЦИИ МНОГОНАЦИОНАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВА БОЛИВИИ.

BENENTE M. El еstado y los derechos humanos en la nueva Constitución política del еstado plurinacional de Bolivia // Boletín Mexicano de derecho comparado. - Mexico, 2017. - A. 49, N 148. - P. 49-79.

Ключевые слова: преобразование государства; конституция; права человека; либерализм; неолиберализм;, модели управления.

В дискуссионной статье преподавателя Университета Буэнос-Айреса Мауро Бененте анализируются особенности конституционной регламентации прав человека в новой Конституции Боливии 2009 г.