К вопросу о месте и роли правовых обычаев у коми (зырян) в природопользовании (на примере рыболовства)

Право

ПРАВО

УДК 392.1

О. А. Плоцкая, Ж. Б. Иванова

К ВОПРОСУ О МЕСТЕ И РОЛИ ПРАВОВЫХ ОБЫЧАЕВ У КОМИ

В статье рассмотрены вопросы организационно-правовой деятельности в промысле рыбных ресурсов и водных животных на Севере России. Проанализированы правовые источники, регулировавшие вопросы разумного потребления природных ресурсов (рыбных запасов и иных водных животных), у одного из народов Севера России - зырян.

The paper deals with the legal activities of the fishery resources of fish and aquatic animals in the North of Russia. Analyzes the legal sources, regulate the reasonable use of natural resources (fish stocks and other aquatic animals), one of the peoples of the Russian North - Zyryans.

Ключевые слова: этноправовые, этнокультурные традиции и обычаи; коми народ, рыболовство, правовые обычаи.

Keywords: ethno-legal, ethnic and cultural traditions and customs; Komi people, fishing, legal customs.

Происходящий в современной российской правовой системе в последнее десятилетие всплеск интереса к обычному праву народов, проживающих на территории России, неслучаен. Сегодня в ряду правовых явлений, вызывающих дискуссию, не имеющих единого научно-исследовательского подхода, особняком стоит вопрос о месте и роли обычая в праве. Унаследованная из прошлого практика централизации законодательства и игнорирования историко-правовых, этноправовых, этнокультурных традиций и обычаев к которым относится обычное право народов России, приводит к утрате многих сущностных характеристик права и нарушает принцип преемственности в национальном праве российских народов. История неоднократно показывала, что непринятие обычно-правовых норм и традиционно-правовых форм в мировоззрении народов, игнорирование их как необходимого компонента правового развития общества неизменно влечет несоответствие правовой действительнос-

© Плоцкая О. А., Иванова Ж. Б., 2013

ти и действующего законодательства, появление правового нигилизма и значительное снижение уровня правовой культуры населения.

Поэтому крайне актуальным является анализ складывавшегося веками обычного права одного из народов России - зырян, накопленного опыта обычно-правового регулирования общественных отношений, так как сегодня на его основе могут быть выработаны стандарты наиболее эффективной правовой модели.

Сегодня механизм взаимоотношения человека с природой, его адаптации к окружающей среде и изменения ее для своих материальных и духовных потребностей практически полностью регулируется нормами позитивного права. Однако эффективность правового регулирования охраны окружающей природной среды и рационального природопользования пока оставляет желать лучшего.

Обычное право коми народа сложилось как результат определенного поведения человека по отношению к природе. Первоначально правовой обычай как локальный регулятор в виде простых правил поведения, санкционированных обществом, развивался и применялся в обособленных обществах, в которых отсутствовали правовые нормы или количество правовых норм было недостаточно для регулирования всех возникающих общественных правоотношений.

Правовые обычаи осуществлялись в течение длительного периода времени, включая в себя конкретные нравственные правила и предписания, которые соответствовали общественным и религиозным представлениям коллектива. Такие правовые обычаи регулировали ту или иную ограниченную сферу общественного поведения, они являлись общеобязательными для всех членов общества, которые в большинстве своем поддерживали их и придерживались их предписаний, упорядочивая общественные отношения.

Применение правового обычая было обусловлено не только компактным проживанием коми на пространствах северных территорий, но сохранением традиционных форм ведения хозяйственной деятельности, таких как рыболовство, охота, собирательство, оленеводство; относительно низким уровнем миграции коми народа, который имел оседлый образ жизни. Правовой обычай у коми народа являлся обязательным для каждого участника правоотношения.

О. А. Плоцкая, Ж. Б. Иванова. К вопросу о месте и роли правовых обычаев у коми (зырян).

Рыболовецкое право включало в себя нормы, регулировавшие владение рыболовными угодьями и снастями, распределение добычи, а также меры наказания за нарушение общепринятых правил. Объем этого права меньше охотничьего, хотя рыболовство занимало ведущее место в обеспечении многих малых народов Севера пищей. Рыболовные угодья делились на мелкие и крупные. В первом случае они разделялись на семейные наделы, где действовало то же правило. Нарушивший его считался вором и в первый раз отдавал где половину, где всю добычу владельцу участка. При повторном нарушении виновного вдобавок секли розгами. Однако любой путник мог добывать в чужих землях зверя, рыбу или птицу для собственного пропитания. Жители одного селения по договоренности с жителями другого в случае необходимости могли пользоваться их угодьями.

Правовой обычай был направлен на регулирование общественного поведения, создавая рамки дозволенного поведения для членов общества, которые отражали требования общества к поведению конкретного индивида. При этом все члены общества должны были придерживаться предписаний обычая, проявляя, таким образом, его одобрение и согласие с ним. Невыполнение правил правового обычая порицалось и осуждалось со стороны всех членов общества.

Мелкие рыболовные угодья располагались на небольших речках и озерах, где водилась малоценная рыба. Лов рыбы на таких водоемах был свободным, всякий мог добывать ее там, где хотел. Однако, как правило, у каждой семьи имелись свои постоянные, привычные места. Обычно действовало правило: «Где остановился, там и добывай». Если же кто-то расчищал рыболовное место или ставил постоянно ловушки на одном и том же месте (запор, котец), то получал право на владение ими, которое могло передаваться по наследству [1].

Крупные рыболовные угодья больших рек принадлежали находившимся вблизи селениям, иначе говоря, находились в общинном владении. Ввиду того что население было малочисленным, а селения располагались далеко друг от друга, споров из-за владения песками не наблюдалось, хотя и существовал запрет на пользование ими для лиц, не входивших в данную общину. Пески в одних случаях использовались коллективно, сообща всей общиной-юртой, в других - семьями. В последнем случае либо невод забрасывался поочередно, либо пески делились на участки - тони [2].

Община у зырян, равно как и у иных восточных финно-угорских народов, оставалась гарантом реализации норм обычного права. Она «поглощала» каждого общинника, не выделяя конк-

ретные преимущества одному члену общины или другому, предоставляя равенство правового статуса каждого общинника. В «обособленных» коллективах сохранялось не только общинное самоуправление, но и круговая порука и элементы традиционности. Именно общинный уклад жизни способствовал сохранению действия обычаев среди коми крестьян.

Обычаи, сложившиеся в веках и существовавшие долгое время, становились необходимыми в силу поддержания гармонии интересов зырянского общества, традиционного порядка, являлись выражением предшествовавшего им народного правосознания, неоднократно применялись, причем их содержание не противоречило общепризнанным нравственным воззрениям зырян и имели простой и понятный характер системе общественных отношений.

«Всегда, когда обычно-правовыя нормы пере-стаютъ находить себе основание въ явленияхъ действительной жизни, они лишаются вместе съ темъ и своего практическаго значешя; просуще-ствовавъ некоторое время въ видъ пережитка, они совершенно скрываются съ горизонта народного правосознашя. Но в хозяйственной жизни зы-рянъ никогда не исчезали явлешя, даюш^я жизнь этимъ нормамъ» [3].

У коми рыбаков право личной собственности на водные угодья рек было крайне редко. Имелись лишь отдельные факты обладания небольшими ста-ричными озерами. Как отмечает Н. Д. Конаков, «в качестве правового принципа здесь выступает труд, затраченный на расчистку озера, установление рыболовных заграждений с рыболовушками, предохранение рыбы от замора» [4].

На реке Визинга «во временное индивидуальное пользование поступали участки реки вблизи семейных сенокосных угодий, если там сооружались "пуштшуп" - рыболовные запруды для лова рыбы "мордой"» [5]. Обычай устанавливал порядок, при котором рыба, дичь или зверь, попавшие в ловушки или оставленные при промысле в угодьях общего пользования с клеймом («пасом») промысловика, считались неприкосновенными для других охотников и прохожих. Уличенный в хищении из чужих ловушек, амбаров наказывался битьем или изгонялся на несколько лет из угодий, в которых мог раньше заниматься промысловой деятельностью.

Здесь просматривается не только право коллективного пользования промысловой территорией, но и уважение к результатам труда других лиц, своего рода социальная защищенность. Считалось большим правонарушением убить белку, на которую лает в лесу собака другого охотника; убить зверя, раненого другим охотником [6]. Если зверь был подстрелен охотниками одной артели, но добыт другой, то возвращался, бес-

Право

спорно, первой артели независимо от того, насколько легкой была первая рана [7].

Из приведенного примера видно, что обычай соответствует потребностям общества и формируется под влиянием сложившихся реалий. Данный обычай не мог бы существовать вне социальной группы, так как именно социум является его носителем.

У многих народов Севера прослеживался обычай, обязывавший охотника делиться первой добычей с другими; нарушение его влекло за собой утрату охотничьего счастья (везения, удачи) и осуждалось общественным мнением.

Морально-нравственные установки общества воздействовали на применение не только правовых, но и не правовых обычаев. По мнению ученых, «еще недавно существовал обычай наделения частью добычи при возвращении с охоты и рыбного лова престарелых соседей, а также каждого, кто оказывал хоть какую-то помощь промысловику, встретив его при выходе на берег: помог при выгрузке лодки или донес до дому часть добычи, снасть или другую вещь» [8].

Обычай, как правило, не изменяется, поскольку его изменение может привести к его последующему отмиранию или к появлению на его основе иного, нового, обычая. Обычай содержит высокую степень конкретизации должного поведения. На основе обычая формируется единообразное, однотипное поведение.

Такой же обычай существовал в с. Палевицы, когда после запора курьи при дележе добычи (рыбы) давался равный пай вместе с участниками лова любому человеку, хотя бы случайно оказавшемуся на месте лова [9]. При совместном лове рыбы всей деревней в ближних озерах улов делили не по числу участников лова рыбы, а по числу всех жителей данной деревни [10].

Правовой обычай, как и нормы обычного права, появляются в «народе». Общество должно доверять данным обычно-правовым нормам. По мнению В. В. Наумкиной, эти нормы воспринимаются как должное, не подлежащие оспариванию или сомнению. Уважение к обычному праву воспитывается под воздействием постоянного неуклонного применения обычных норм всеми членами общества. Игнорирование существующих правил общество воспринимает как аномальное, антисоциальное поведение [11].

Длительность действия обычая зависит от его одобрения обществом, а это напрямую зависит от интенсивности развития общественных отношений. Само общество определяет срок действия обычая, который не зависит от того, правовой обычай или неправовой. На смену устаревшему или не востребованному обществом обычаю придет другой обычай или иной регулятор. Практика показывает: принятие нормативных правовых

актов, регулирующих различные сферы общественных отношений, не снижает регулятивного потенциала правового обычая. Обычно-правовые нормы у коми народа и сегодня продолжают регулировать различные этносоциальные отношения, так как у коми не исчезает потребность в таком социальном регуляторе.

Примечания

1. Зибарев В. А. Юстиция у малых народов Севера ^П-Х1Х вв.). Томск, 1990. С. 178.

2. Конаков Н. Д. Полевые записки автора. М., 1978. С. 171.

3. Большаков М. А. Община у зырян. СПб., 1907. С. 23.

4. Конаков Н. Д. Указ. соч. С. 171-172.

5. Аврамов В. Жители Яренского уезда и их хозяйственный быт // Вологодские губернские ведомости. 1859. № 31. С. 273.

6. Михайлов М. И. Физические и нравственные свойства зырян // ВГВ. 1853. № 18. С. 152.

7. Зибарев В. А. Указ. соч. С. 178.

8. Сидоров А. С. Следы тотемических представлений в мировоззрении зырян. НКФАН. Ф. 1. Оп. 13. Д. 14. Л. 5. Охотники... С. 173.

9. Анисимов А. Ф. О социально-экономических отношениях в охотхозяйстве эвенков // Сов. Север. 1936. С. 5.

10. Грумм-Гржимайло Г. Е. Западная Монголия и урянхайский край. Л., 1926. Т. 3. С. 63.

11. Наумкина В. В. Обычное право кочевых народов Восточной Сибири в правовой системе Российского государства XIX - начала XX в.: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2010. С. 77.

УДК 342

А. В. Степанов

НОТАРИАЛЬНЫЙ АРХИВ: СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX в.

И РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НАСТОЯЩЕГО ВРЕМЕНИ

В статье проводится сравнительно-правовой анализ законодательства, регулирующего хранение нотариальных документов и содержание нотариального архива двух периодов: второй половины XIX в. и действующего законодательства. Рассматривается вопрос о преемственности норм права.

The article gives a comparative legal analysis of the legislation regulating the storage of notarial documents and the contents of the notarial archives of the two periods: the second half of the XIX century and the current legislation. The question of the succession law.

Ключевые слова: нотариус, нотариат, документ, хранение, архив, ответственное лицо.

Keywords: the notary, notaries, document storage, archive, responsible person.

© Степанов А. В., 2013