Изменение механизма запроса на подготовку кадров для Российской промышленности

Коленникова О.А. к.э.н., с.н.с. ИСЭПН РАН

ИЗМЕНЕНИЕ МЕХАНИЗМА ЗАПРОСА НА ПОДГОТОВКУ КАДРОВ ДЛЯ РОССИЙСКОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ

Ключевые слова: промышленное развитие, подготовка кадров, профессиональное образование.

Как достичь того, чтобы система подготовки кадров удовлетворяла потребностям производства? Дискуссия вокруг этого вопроса сопровождает развитие промышленности, вслед за изменением структуры и характера производства неминуемо возникают вызовы и системе образования. Когда рассогласование между потребностями предприятий в кадрах и выпускниками учреждений профессионального образования становится слишком большим и тормозит работу предприятий, то градус критики системы образования со стороны профессионального и научного сообщества резко поднимается, происходит своего рода переформатирование представлений в отношении ее дальнейшего развития.

В общем виде английский ученый Ф. Кумбс определил разрыв между образованием и условиями жизни общества, принимающим самые различные формы, как кризис образования. Следствием разрыва является то, что страна не использует свои квалифицированные кадры, чтобы максимально развиваться [1, с. 10].

Активное обсуждение вопросов, касающихся того «сколько, кого и как» должна готовить система профессионального образования, характерно для всех промышленно развитых стран. Ярким примером может служить развернувшаяся в последние десятилетия острая критика инженерного образования, распространившаяся по всему промыш-ленно развитому миру и наиболее громко прозвучавшая в 1990-е годы. Работодатели тогда заявили о кадровой угрозе со стороны высшей школы, поскольку переориентация ее профессорско-преподавательского состава на фундаментальные научные исследования оторвала подготавливаемых специалистов от реальной практики. Широкая дискуссия с привлечением работодателей, университетов и колледжей, правительственных и других структур послужила толчком сначала к выработке новых представлений о том, каким должен быть выпускник технического университета, а затем и к реформам в высшей школе. Один из принципов новой концепции заключается в подготовке будущего выпускника в контексте реальной инженерной практики: планирования, проектирования, производства и применения объектов, процессов и систем, другой - в привлечении заинтересованных сторон к определению требований к результатам освоения образовательных программ [2, с. 23].

В нашей стране рассогласование между потребностями промышленности и выпуском квалифицированных кадров системой профессионального образования всех уровней в последнее время достигло критической отметки. К тем противоречиям, которые накопились в рамках советской системы, добавились новые, вызванные переходом к системе хозяйствования, основанной на рыночных отношениях. Несоответствие подготовленных кадров системе рабочих мест в промышленности находится в центре внимания многих специалистов, это - огромный перевес в сторону высшего уровня образования в ущерб среднему и начальному, дефицит выпускников требуемых специальностей и профессий, оторванность их от реальной практики, отсутствие необходимых социальных навыков и многое другое. Эта ситуация ставит перед наукой вопросы о том, как же изменился запрос на подготовку кадров, идущий со стороны промышленности, и в какой мере он воспринимается системой образования.

Действительно, с переходом к рыночным отношениям произошло коренное изменение того механизма формирования запроса на кадры, который сложился в рамках советской практики хозяйствования. Основные принципы системы подготовки кадров для советской промышленности в нашей стране были заложены в 1920-1930-е годы. В частности, именно тогда высшую школу нацелили на подготовку «узких» специалистов с хорошей теоретической базой для работы на конкретных производствах. С теми или иными изменениями эта система сохранилась до начала рыночных реформ. Главное все же заключалось в том, что советская система подготовки кадров обеспечивала как потребности предприятий в необходимых кадрах, так и неуклонный рост образовательного уровня работавших в промышленности.

Запрос на кадры формировался исходя из потребностей тех или иных отраслей народного хозяйства. Предприятия оформляли заявки (с учетом роста объемов производства, а также естественной убыли, текучести кадров и других кадровых перемещений), которые потом обобщали министерства и ведомства, формируя отраслевой заказ. Окончательная величина потребности определялась в Госплане СССР с учетом перспективных планов социально-экономического развития и целевых программ по развитию отдельных отраслей народного хозяйства, а также прогнозных данных о количестве выпускников общеобразовательных школ. Заявочная система базировалась, с одной стороны, на разработанных нормативах определения кадровых потребностей, а с другой, - на интересах руководителей предприятий в привлечении и использовании молодых кадров. Поэтому советская система профобразования была ориентирована на подготовку кадров «под рабочее место». В первую очередь это касалось кадров специалистов (инженеров, техников и др.), которые были обязаны прибыть на место распределения и отработать установленный срок

на конкретном предприятии. Сложившаяся практика расчета перспективного количества и структуры выпускников отталкивалась от базового уровня и, как отмечали специалисты, отражала экстенсивный характер развития промышленности и во многом «трудорасточительный» подход в использовании рабочей силы[3, с.61].

Тем не менее, такой тип запроса на подготовку кадров уже с 70-х годов начал давать сбои, хотя достаточно длительный период времени система профессионального образования удовлетворяла как потребности отраслей в пополнении молодыми кадрами, так и ожидания выпускников [4, с. 44]. Так, в промышленности СССР уже к 1970 г. численность дипломированных специалистов превысила количество должностей инженерно-технических работников, к 1975 г. это превышение составило 27%, а к 1980 г. - 41% [5, с. 68]. Согласно обследованию Госкомстата СССР, в целом по народному хозяйству 41% молодых специалистов с высшим образованием и 60% со средним специальным работали не по полученной специальности, и главной причиной называлось отсутствие вакансий по специальности [6, с. 53]. Тем не менее, все специалисты распределялись по рабочим местам в отрасли народного хозяйства: среди молодых специалистов 1985-1987 гг. выпуска только 5% инженеров и 3% техников работали на должностях, не требующих полученного уровня образования, в качестве рабочих были заняты 6% инженеров и 37% техников [6, с. 52]. Сигналы о нехватке квалифицированных рабочих (особенно для новых производств) все громче звучали от руководителей предприятий. В то же время проблемы с набором в профессионально-технические училища только нарастали, по расчетам специалистов их неукомплектованность продолжала бы и дальше расти, даже при условии прекращения приема выпускников школ сразу на предприятия (и обучения их непосредственно на производстве) [3, с. 170].

Специалисты отмечали трудности в определении реальной потребности народного хозяйства в кадрах, особенно специалистов, поскольку планирование опиралось на нормативы затрат труда, которые в отличие от рабочих, трудно нормировать и предвидеть заранее [5, с. 8]. В целом практика планового руководства профессиональным образованием сталкивалась с реальным противоречием между необходимостью повышения точности плановых решений в области подготовки специалистов и вероятностным характером объекта планирования, в качестве которого выступают люди со всем разнообразием их потребностей и интересов [5, с. 3].

Уже первые эксперименты по хозяйственной самостоятельности предприятий, проводившиеся в середине 1980-х гг. в Министерстве электрохимической промышленности, Министерстве тяжелого машиностроения и ряде других министерств показали, что предприятия начинали формировать более взвешенный запрос на кадры. К 1990-му году достаточно распространенными стали отказы в приеме на работу молодых специалистов, прибывших по распределению, в первую очередь это касалось предприятий ВПК.

С переходом к рынку налаженный механизм формирования запроса на подготовку кадров со стороны промышленности был разрушен. Причинами стали как распад советской промышленности и ее тяжелое положение при переходе к рынку, так и резкое падение финансирования системы профессионального образования со стороны государства. Эти две крупнейшие подсистемы народного хозяйства начали адаптироваться к новым условиям не совместно, а независимо друг от друга. По расчетам специалистов в 1990-е гг. по сравнению с концом 1980-х - началом 1990-х гг. сокращение финансирования системы образования в расчете на 1 студента вуза упало на 70%, а бюджетные расходы на 1 учащегося техникума и ПТУ снизились в 3 раза. Правительство, устанавливая цифры приема на традиционно высоком уровне, финансировало не более 1/3 необходимых затрат. Наиболее тяжелая ситуация сложилась в учреждениях НПО, где моральный и физический износ оборудования составлял 80% [7, с. 140-141].

Цели развития системы профессионального образования изменились, маятник качнулся в противоположную сторону: от удовлетворения потребностей отраслей народного хозяйства в необходимых кадрах к удовлетворению интересов личности и общества. В принятом в 1992 году ФЗ «Об образовании» целью НПО стала подготовка работников квалифицированного труда по всем основным направлениям общественно полезной деятельности, а целью СПО И ВПО - подготовка специалистов, удовлетворение потребностей личности в углублении и расширении образования [8]. То есть новый закон предоставлял свободу выбора в получении профессионального образования и трудоустройства. Наряду с государственными учреждениями получили право осуществлять образовательную деятельность и негосударственные учреждения.

В целом можно выделить ряд основных направлений перемен, отражающих изменение механизма запроса на кадры, и эти черты характерны не только для промышленности.

Первое направление перемен - сместилась «точка выбора» молодежью своего трудового пути. В советское время система профобразования и предприятия были «сцеплены» между собой, поступая после школы в те или иные заведения профобразования, ребята и девушки после их окончания дальше следовали по каналам распределения на предприятия. Поэтому главный выбор стоял перед молодежью после окончания школы: куда поступить учиться, тем самым определяя, где они потом будут работать.

Сегодня для основной массы молодежи выбор трудового пути начинается позже - уже после получения диплома о профобразовании и их выхода на рынок труда в поиске работы. Начинается выяснение того, насколько выбор, сделанный после школы, соответствует реальным требованиям рынка труда. По официальным данным, в 2013 году 250 тысяч выпускников 2012 года были безработными (12,7% от общего числа). То есть не смогли трудоустроиться в течение года после окончания учебного заведения. Для сравнения уровень безработицы среди всего экономически активного населения в 2013 году был 5,5% [9, с. 29].

Проведенное по заказу Минобрнауки в 2012 году исследование в 83 субъектах России, показало, что по оценке работодателей на их предприятиях только 57% выпускников системы профессионального образования работают по полученной специальности, причем чем выше ступень образования, тем меньше таковых.

Исключение составляют те учреждения профтехобразования, которые смогли сохранить прежние тесные связи со своим отраслевым сообществом работодателей. Таким, к примеру, является Ивановский энергетический университет, спрос на выпускников которого значительно превышает реальный выпуск, поэтому ребята имеют широкие возможности трудоустройства по полученной специальности.

Второе направление произошедших перемен - изменение характера спроса со стороны промышленных предприятий: кадров стало требоваться меньше, но выросли требования к ним. Понимая, что без документа о профессиональном образовании на работу не возьмут, молодежь трансформировала каналы своего выхода на рынок труда. В 1990 г. после окончания 10-го класса, 57% шли учиться в учреждения профессионального образования (в вузы, ссу-зы и ПУ), а 43% - шли работать и проходили профессиональное обучение уже на предприятиях (с учетом тех, кто шел в армию). В настоящее время после получения аттестата о полном среднем образовании менее 1% идут работать, все идут учиться в профессиональные учреждения. При этом выпускники НПО и СПО наравне с выпускниками школ стали полномасштабной социальной базой для высшей школы.

Третье направление перемен - расширение свободы и возможностей в получении высшего образования. Именно население вышло на первый план в формировании запроса на образование, оно стало экспертом и главным оценщиком - по каким профессиям и специальностям можно устроиться на работу с приемлемыми условиями труда (в первую очередь, уровня оплаты труда).

Согласно опросу 1600 семей 11-тиклассников в 16 крупных городах в 2010 г. почти более 42% абитуриентов ориентировались на социально-экономические, юридические и бизнес-направления при поступлении в вузы, предполагая, таким образом, что получение именно этих специальностей позволит им найти достойную работу. На технические специальности, включавшие подготовку не только для промышленности, но и для строительства, транспорта и связи - только 14% опрошенных [10, с. 44].

Расширению возможностей в получении образования в немалой мере способствовало введение платного образования. На сегодняшний день население несет в среднем половину затрат в финансировании профессионального образования. Оплата в значительной мере приходится на получение дипломов социально-экономических, юридических и гуманитарных специальностей [11]. В качестве примера приведем данные, размещенные на сайте Национального исследовательского университета МЭИ: на 2016 год объявлен прием 3201 студента (с учетом российских филиалов). Из них 62% мест по техническим направлениям (в том числе 44% обеспеченных бюджетных финансированием и 18% -на контрактной основе) и 38% - это места на экономические, юридические и гуманитарные направления (все платные).

Наконец, главное направление перемен - произошел переход от государственно-ведомственного запроса на кадры к полисубъектности. В его формировании участвует широкий спектр участников: помимо спроса на кадры со стороны предприятий госсектора, это потребности крупного, среднего и малого частного бизнеса, иностранных компаний, работающих в нашей стране. К числу главных субъектов относятся и сами люди, причем именно «голос» абитуриентов и их семей во многом определил контуры сегодняшней системы подготовки кадров. Регулирующая и координирующая позиция других участников - государственных структур различного уровня, научных и аналитических структур, общественных организаций пока весьма слабая. В то же время их роль в анализе этого разнопланового запроса в рамках перспективных демографических и социально-экономических процессов с учетом приоритетов развития страны и затем передаче этого запроса системе профессионального образования - чрезвычайно важна.

Наши многолетние исследования промышленных предприятий показывают, что большинство руководителей промышленных предприятий выступают за то, чтобы вернуть назад советскую систему подготовки и распределения кадров, но в современных условиях восстановление ее в прежнем виде едва ли возможно. Высокая волатильность экономики - подъемы и спады экономической конъюнктуры, быстрое устаревание полученных знаний и навыков, сокращение доли рабочих мест по найму, изменение интересов, приоритетов молодежи и другие причины требуют поиска новых подходов, в том числе с использованием советского опыта и успешной практики других промышленно развитых стран.

В мировой практике сложились разные модели подготовки кадров, различающиеся, в частности, тем, насколько тесно взаимодействуют предприятия и учебные заведения, кто в большей мере финансирует подготовку кадров, системой стимулов со стороны государства. К примеру, для высшей школы США, где государство покрывает не более 30% расходов государственных вузов, характерен более прагматический подход в подготовке кадров, да и система финансирования высшей школы все больше переходит от прямого государственного финансирования к косвенному через предоставление образовательных кредитов населению [12, с. 6].

Большинство западных стран с 70-80-х годов прошлого столетия активно занимаются вопросами прогнозирования подготовки кадров для тех или иных сфер экономики. В нашей стране после перехода к рыночным отношениям эта деятельность оказалась фактически свернутой. С 2000-х годов предприятия, исчерпав наличные запасы на рынке труда, начали все сильнее критиковать систему профобразования. В последние время государственными структурами разного уровня предпринимаются шаги, направленные на то, чтобы адаптировать систему подготовки кадров к потребностям реального сектора. По заказам государственных структур различного уровня, начиная с Министерства образования и науки и кончая городскими центрами занятости, ведется работа по определению потребностей в кадрах различных специальностей, направлений подготовки и профессий с тем, чтобы внести коррективы в контрольные цифры приема на обучение, а также по сближению работодателей и системы образования.

Требуется серьезная аналитическая работа профильных научных организаций по макроанализу экономики, ее структурных сдвигов и перспектив обеспечения необходимыми кадрами, которая пока, к сожалению, не проводится. Приведем характерный пример. В 1988 году вузами СССР было подготовлено по направлению «Нефтегазовое дело» по дневной форме обучения 1283 инженера и их было достаточно для отраслей промышленности СССР. В 2010 г.

только российские вузы выпустили 3332 инженера, что в 2,6 раза больше при значительно меньших объемах добычи нефти и газа [4, с. 36]. Это говорит о том, что реальные потребности той или иной сферы слабо учитываются. Проведение качественной прогнозной работы требует мониторинга и сбора необходимой статистической и социологической информации. В соответствии с поручениями Президента от 2011 г. работу по мониторингу, анализу и прогнозированию трудоустройства выпускников НПО, СПО и ВПО с 2012 года начало вести Минобрнауки - собирает сведения от учреждений профобразования, проводит опросы выпускников и работодателей. Росстат начал работу по мониторингу трудоустройства выпускников.

Выступая на Санкт-Петербургском международном экономическом форуме в июне 2015 г., Первый заместитель Министра промышленности и торговли Глеб Никитин говорил о том, что бизнес должен сформулировать запрос на кадры, а министерство - создать условия для передачи этого запроса системе образования. При этом он был вынужден признать, что пока такого системного механизма не создано, есть лишь движение по трем направлениям: через профстандарты (в том числе по новым направлениям и сферам), через систему поддержки дуального образования и путем создания инжиниринговых центров в вузах. Главным же инструментом признается создаваемая государственная информационная система промышленности.

Список литературы

1. Кумбс Ф.Г. Кризис образования в современном мире: Системный анализ. - М.: Прогресс, 1970.

2. Кроули Э.Ф., Малмквист Й. и др. Переосмысление инженерного образования. Подход СБЮ. - М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2015.

3. Образование и подготовка кадров в условиях новой технической реконструкции / Сидоров В.А. - М.: Высш. шк., 1990.

4. Владимиров А.И. О подготовке кадров для нефтегазового комплекса (Из записной книжки президента университета профессора А.И. Владимирова / М-во образования и науки РФ, Российский гос. Ун-т нефти и газ им. И.М. Губкина). - М.: Недра, 2014.

5. Проблемы определения потребности народного хозяйства в кадрах специалистов. - М., 1983.

6. Молодежь в СССР. Стат. сб. - М.: Финансы и статистика, 1990.

7. Межбюджетные отношения в российском образовании: Проблемы модернизации / Л.И. Якобсон, И.В. Абанкина, Д.А. Абанкин и др. - М.: ГУ-ВШЭ, 2002.

8. Закон РФ от 10 июля 1992 г. № 3266-1 «Об образовании». Статьи 22, 23, 24.

9. Росстат: Экономическая активность населения, 2014.

10. Проект «Образовательные стратегии абитуриентов» // Информационный бюллетень. - М.: ГУ-ВШЭ, 2010.

11. Образование в Российской Федерации. Стат. сб-к. - М.: НИУ ВШЭ, 2014.

12. Гейгер Р., Хеллер Д.Е. Современные тенденции в финансировании высшего образования: США // Вопросы образования. - М., 2012. - № 3.