Турция копипастит у России

Парламент Турции одобрил законопроект, накладывающий серьезные ограничения на работу соцсетей. Некоторые пункты закона практически дословно совпадают с требованиями, ранее принятыми в России. Теперь иностранные компании, такие как Twitter и Facebook, будут обязаны открыть в Турции свои представительства, а также хранить на турецких серверах данные местных пользователей. Оппозиция уверена: власти во главе с президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом намерены «сделать интернет частью тоталитарного режима». О негативных последствиях Анкару предупредили и в Управлении верховного комиссара ООН по правам человека.

Турецкие депутаты (а именно правящая Партия справедливости и развития вместе с союзной ей Партией националистического движения) одобрили законопроект, ограничивающий работу соцсетей в стране. Эти две силы в совокупности обладают в парламенте большинством голосов. Так что возражения оппозиции просто не приняли во внимание, хотя и Республиканская народная партия («кемалисты»), и «Хорошая партия» законопроект жестко раскритиковали.

Согласно новому закону, все социальные сети, которые ежедневно посещают свыше 1 млн пользователей из Турции (особенно активно турки общаются в Twitter, но также популярны Instagram и Facebook), должны будут открыть свое представительство на территории страны. Это необходимо для того, чтобы власти могли оперативно направлять туда свои жалобы и требования удалить тот или иной контент. Серверы с данными турецких пользователей также должны находиться в самой Турции.

Новые требования Анкары к соцсетям во многом совпадают с требованиями российских властей.

Например, обязательство хранить данные пользователей внутри страны уже действует в РФ, а 16 июля в Госдуму внесли законопроект, который позволит российским властям требовать удаления той или иной информации.

Однако турецкий закон выглядит жестче, особенно в том, что касается размера штрафов.

На жалобу представительство иностранной соцсети должно будет давать ответ за 48 часов, в противном случае его будет ждать штраф — 5 млн лир (52 млн руб.).
С открытием представительства тоже тянуть нельзя: если компания не пойдет на такой шаг в течение 30 дней после уведомления, штраф составит 10 млн лир, а в случае повторного отказа возрастет до 30 млн лир.
За менее серьезные нарушения будут применяться более мягкие санкции: запрет на продажу рекламы или ограничение пропускного канала, что сделает заход на сайт крайне проблематичным.

Турецкие оппозиционеры из Республиканской народной партии, голосуя против законопроекта, подошли к вопросу креативно: подняли карточки с опущенным большим пальцем — эмодзи, который используется в соцсетях. А замглавы «Хорошей партии» Люфтю Тюркан заявил, что власти намерены «сделать интернет частью тоталитарного режима, который они строят, предавая будущее страны».

Во вторник, еще до принятия закона, его раскритиковали и в ООН.

«Нас беспокоят шаги властей Турции по введению нового законопроекта о социальных сетях, который даст государству мощные инструменты для установления еще большего контроля над медиаландшафтом. В случае принятия этот закон еще больше подорвет право людей в Турции на свободу выражения мнений, на получение информации и на участие в общественной и политической жизни. Кроме того, он еще больше ослабит платформы, необходимые для независимой журналистики»,— заявила представитель Управления верховного комиссара ООН по правам человека Лиз Тросселл. Однако сторонники инициативы утверждают, что он будет служить благим целям, например, борьбе с оскорблениями в интернете, особенно направленными против женщин.

Это далеко не первая попытка властей Турции ограничить зарубежные медиа и интернет-компании. Похожим образом они поступали и с российским информагентством Sputnik (в марте журналистов и главреда издания на несколько часов задержали правоохранители), и с американской компанией Netflix. Последняя была вынуждена свернуть съемки сериала «Если бы только» на территории Турции из-за гомосексуального персонажа в сценарии.

«Поляризация по политическим вопросам достигла в турецком обществе таких масштабов, что власти понимают: ничем хорошим это не кончится»,— сказал “Ъ” директор российского Центра изучения новой Турции Юрий Мавашев.

В качестве примеров инициатив, разделяющих общество, он привел недавнее возвращение собору Святой Софии в Стамбуле статуса мечети, а также возможный возврат к арабской письменности (такой шаг на днях не стал исключать Билал Эрдоган, сын президента страны Реджепа Тайипа Эрдогана). «На этом фоне власти все активнее пытаются найти рычаги контроля за любыми интернет-площадками,— продолжил эксперт.— Идет война за интернет в целом, потому что в Турции социальные сети появились раньше, чем в России, и охватывают практически все возрастные группы».