Скиатлон качества

Первая победа сборной России на пекинской Олимпиаде получилась шикарной, громоподобной. Феномен российского лыжного спорта Александр Большунов выиграл 30-километровый скиатлон в таком стиле, в каком, казалось, выиграть олимпийскую гонку невозможно даже фантастически одаренному спортсмену,— убежав далеко-далеко от всех главных соперников еще в середине дистанции и финишировав в абсолютном одиночестве. Более того, ближе всех к нему оказался соотечественник Денис Спицов, а лучший среди иностранцев — финн Ийво Нисканен — отстал от Большунова на две минуты. За тем, как лидеры российской сборной отправляют в глубокий нокаут своих главных конкурентов норвежцев, наблюдал корреспондент «Ъ» Алексей Доспехов.

Александр Большунов (справа) и Денис Спицов рассчитались на первый-второй в скиатлоне

Фото: Lindsey Wasson, Reuters

История отечественного лыжного спорта соткана в том числе из множества великих имен и множества великих побед, одержанных этими спортсменами — Владимиром Кузиным, Сергеем Савельевым, Николаем Зимятовым, Галиной Кулаковой, Раисой Сметаниной, Еленой Вяльбе и многими-многими другими. Одержанными поодиночке и вместе, в эстафетном квартете, в разные эпохи, в разных дисциплинах, в разных условиях. Олимпийских среди них больше четырех десятков. Но некоторые из этих побед все же выделяются среди остальных, имеют особый шарм, особую прелесть, по-особенному врезаются в память. Как подвиг Вячеслава Веденина, на Олимпиаде в Саппоро в 1972 году отыгравшего минутное отставание на заключительном этапе эстафеты у норвежцев, как прыжок втроем на подиум марафона Олимпиады сочинской в 2014-м Александра Легкова, Максима Вылегжанина и Ильи Черноусова, хотя расклад выглядел таким, что никаких взлетов у команды-хозяйки быть уже не может.

Случившееся в воскресенье в горном кластере пекинской Олимпиады, в продуваемом всеми существующими на свете ледяными ветрами Чжанцзякоу тоже, несомненно, войдет в список легенд, воспевающих талант и мужество российских лыжников. А те, кому довелось за скиатлоном наблюдать, будут хранить в памяти все важные детали этой исключительной гонки и годы спустя, как, например, хранили их очевидцы погони Веденина полувековой давности.

Они будут помнить, как екнуло сердце, когда вскоре после старта лыжник в красном комбинезоне российской сборной на спуске не удержался на ногах и рухнул в искусственный китайский снег. Взгляд проверял номер лыжника: ну да, именно второй, Александра Большунова, хуже не придумаешь. Что, вот так сразу крах всех больших надежд, с ним, лидером сборной, связанных?! Они будут вспоминать, как перевели дух, когда увидели, что Большунов за секунду поднялся на ноги и тут же достал авангард пелотона. Они будут вспоминать, как гадали, не напрасно ли он уже через четверть часа, посреди классической половины, присоединился к рванувшему в отрыв финну Ийво Нисканену. С Нисканеном-то все понятно. Блестящий «классик», с «коньком» он дружит не так крепко. Этот ранний отрыв для него — может быть, единственный шанс на медаль. Но стоит ли Большунову, который одинаково хорошо бегает всеми стилями, выжимать прямо сейчас из себя всю энергию? А если на решающую часть гонки ее не останется? Или это так, не отрыв, не рискованная авантюра, а попытка дернуть, понервировать пелотон — прежде всего страшный норвежский отряд из Шура Рёте, Ханса Кристера Холунна, Пола Гульберга и, разумеется, Йоханнеса Клэбо? Они, норвежцы, ведь привыкли проводить гонки в таком режиме, когда большую часть дистанции спокойно караулят Большунова, а затем пытаются разобраться с ним на финише. И часто выходит разобраться: в конце концов с таким грандиозным мастером спурта, как Клэбо, всегда есть шанс, главное — дотащить его за собой.

Но на попытку слегка подергать это не походило. Да нет, речь шла о полноценном побеге. Километры оставались позади, а промежуток между Большуновым с Нисканеном и преследователями все увеличивался и увеличивался — 15 секунд, 20… И Клэбо уже затерялся где-то позади…

Картинка, конечно, была знакомой. Четыре года назад Ийво Нисканен и Александр Большунов точно так же парой, сбросив с плеч всех остальных, бежали по дистанции венчавшего Олимпиаду в Пхёнчхане 50-километрового марафона. Матерый финн против российского лыжника, которому недавно исполнился 21 год, который только-только освоился во взрослых соревнованиях. Точнее даже, начал осваиваться. Он, вообще, если бы не массовые «чистки» российской заявки на фоне допинговых санкций вполне мог пролететь мимо пхёнчханской основы.

На той Олимпиаде мир впервые заметил в Александре Большунове качества, присущие лыжникам с экстраординарным даром. Но, завоевав в Южной Корее четыре медали, до золота он так и не добрался, уступив и в марафоне: финну помогли не столько быстрые ноги, сколько опыт и холодный расчет. Тогда он был фаворитом схватки.

В Китае расклад, естественно, был иным, нежели в Пхёнчхане. Ийво Нисканен остался просто отличным спортсменом, а его противник после своего олимпийского дебюта из молодого гонщика, брызжущего яркими искрами таланта, стремительно трансформировался в гонщика идеального, без единого слабого места, в монстра лыжни, собирающего приз за призом,— два звания обладателя Кубка мира, куча выигранных престижных гонок, золото в скиатлоне на прошлогоднем мировом первенстве в Оберстдорфе. Стоять совсем уж особняком в лыжной гвардии ему мешало разве что присутствие в ней группы опасных, по очереди выстреливающих норвежцев и, разумеется, сверстника Йоханнеса Клэбо, такого же, как Большунов, феномена, только с креном в сторону спринта.

С финном Александр Большунов разделался, едва переобувшись в «коньковые» лыжи,— умчал от него стрелой. Глядя на Нисканена, можно было подумать, что человек ошибся: думал, что бежать нужно 15 км, а оказалось, впереди не чашка горячего чая, а еще «пятнашка», и сил уже никаких. На самом деле, понятно, все дело было в контрасте между скоростью тех, кто какие-то две минуты назад находился рядышком на лыжне.

Это был рывок бесподобный, королевский. Рывок титана, исполина, бога лыжни. Такой рывок, что как-то сразу стало ясно, что ответа на него ни у кого найтись не может, потому что сожрать преимущество можно, разве что пересев на снегоход. Что интрига уже лишь в том, какой будет отрыв и что там с менее ценными, чем золото, медалями.

А пока Александр Большунов пер к своему золоту, и так уже чувствовавших себя проигравшими норвежцев жестоко добивал его партнер Денис Спицов.

Он некоторое время тянул за собой Ханса Кристера Холунна и Пола Гульберга, а затем решил, что настала пора расстаться с тяжелыми попутчиками, что свежести достаточно, чтобы расправиться и с Нисканеном. Спицов расправился с ним играючи, хотя финн, кажется, был доволен и бронзой. От Дениса Спицова Нисканен, к которому считающийся двужильным Холунн так и не сумел подобраться, отстал на без малого минуту, от Александра Большунова — на полные две. Это — не пропасть по меркам скиатлона, это — Тихий океан. Причем цифры могли быть еще более впечатляющими, не потрать Большунов заключительные сотни три метров на поклоны и реверансы членам команды и публике, а также на приветствие родине белым флагом с олимпийскими кольцами, с некоторых пор воспринимающимся ею чуть ли не как свой.

Вскоре он уже мог, сияя счастьем, удивлять всех своими переживаниями. Нет, к тому падению после старта они никакого отношения не имели. На падение Большунов как раз не обратил внимания: «Поднялся и успокоился. Без падения не стать олимпийским чемпионом». Переживания касались травм и болезней, которые преследовали его при подготовке к нынешнему, важнее всех предыдущих вместе взятых, сезону, и проблем свежих, уже февральских. Он говорил, что, когда за несколько дней до скиатлона опробовал сложную пекинскую трассу, скорость была «ниже тренировочной»: «Я реально плакал. Понимал, что организм не "вывозит"». Тогда он, не доделав работу, вопреки всем собственным железным правилам уехал отдыхать. Он, похоже, считал, что верно уловил какой-то знак, что поступиться правилами, прочувствовав его, было необходимо, чтобы звездный час настал.

А неподалеку переваривали катастрофу норвежские тренеры и журналисты. Их не надо было слышать, достаточно было видеть их глаза — остекленевшие, ничего не понимающие. Ну, или понимающие, что что-то пошло абсолютно не по плану, и как это исправить, никому не ведомо. Корреспонденты телеканала NRK оживились, лишь когда мимо них, опустив голову, проследовал мрачный как туча Йоханнес Клэбо, доползший до финиша 40-м, в девяти минутах от Большунова. Трехкратный чемпион Пхёнчхана не задержался возле микрофона, бросив в него всего одно коротенькое слово, тут же растиражированное по всему свету. Ну да, про итоги этого скиатлона для норвежской команды лучше не скажешь: задница. Хотя, не исключено, Клэбо имел в виду и ее ближайшие перспективы.