Уголовно-процессуальные гарантии как средства, обеспечивающие выполнение назначения уголовного судопроизводства

Общие положения уголовного процесса

И. А. Насонова, Ю. В. Буров

УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ГАРАНТИИ КАК СРЕДСТВА, ОБЕСПЕЧИВАЮЩИЕ ВЫПОЛНЕНИЕ НАЗНАЧЕНИЯ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

Анализируются различные научные подходы к определению гарантий в уголовном судопроизводстве. Предлагается авторский вариант определения понятия уголовнопроцессуальной гарантии. Показана роль уголовно-процессуальных гарантий в достижении назначения уголовного судопроизводства.

К л ю ч е в ы е с л о в а: уголовно-процессуальные гарантии, обвиняемый, уголовно-процессуальная защита, права, свободы, истина, законные интересы личности.

The article analyzes various scientific approaches to the definition of safeguards in criminal proceedings. Author offers a variant of the definition of criminal procedure guarantees. The role of criminal procedural guarantees in achieving the purpose of criminal proceedings.

K e y w o r d s: criminal procedure guarantees the accused, the criminal procedural protection, rights, freedom, truth, the legitimate interests of the individual.

Жизнеспособность нормативного акта определяется наличием надлежащих гарантий тех положений, которые в нем содержатся. Данная традиция отмечается и в правовых актах, созданных задолго до появления УПК РФ. Речь идет о Своде законов Российской империи, принятом в 1832 г., и Уставе уголовного судопроизводства, принятом 20 ноября 1864 г. Например, указанные документы содержали ряд процессуальных гарантий для обвиняемого, которые стали предпосылкой тех правовых механизмов уголовно-процессуальной защиты, которые существуют в современном варианте. В настоящее время проблемы теоретического понимания уголовно-процессуальных гарантий остаются самыми обсуждаемыми в юридической литературе.

В науке уголовно-процессуального права проблема гарантий исследовалась главным образом в направлении совершенствования гарантий прав и законных интересов личности.

М. С. Строгович определяет уголовно-процессуальные гарантии как установленные законом средства, обеспечивающие правильное осуществление по каждому уголовному делу задач правосудия1.

В. И. Каминская предлагает «установить единое понятие гарантий правосудия, которое органически включает в себя понятие гарантий прав личности»2. Но эта точка зрения не получила широкой поддержки.

Э. Ф. Куцова видит сущность процессуальных гарантий в правах и обязанностях должностных лиц, органов и граждан, участвующих в уголовном судопроизводстве3.

Однако данная точка зрения не нашла единодушного признания среди ученых. В связи с этим справедлива аргументация противников этого мнения, основанная на том, что права - не сами гарантии, а их объект.

1 См.: Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968. Т.1.

2 Каминская В. И. В чем значение процессуальных гарантий в советском уголовном процессе // Сов. государство и право. 1950. № 5. С. 48-56.

3 См.: Куцова Э. Ф. Гарантии прав личности в уголовном процессе. М., 1973.

© Насонова И. А., Буров Ю. В., 2014

136

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2014-№ 3

И. А. Насонова, Ю. В. Буров

Среди ученых получает распространение системный подход к изучению гарантий в уголовном процессе. Характеризуя средства и способы, охватываемые понятием «гарантия», Н. С. Алексеев, А. Д. Бойков, В. Г. Даев, И. И. Карпец, Л. Д. Кокорев видят их назначение в содействии успешному осуществлению правосудия, защите прав и законных интересов личности, а также в их эффективной реализации4. Данная идея получила поддержку и среди других авторов.

В целом, соглашаясь с системным подходом в определении уголовно-процессуальных гарантий, полагаем необходимым учет в формулировании дефиниции изучаемого правового явления их современной направленности в уголовном судопроизводстве. В связи с этим более точным, на наш взгляд, ориентиром в определении уголовно-процессуальных гарантий является позиция, согласно которой все процессуальные средства и способы, охватываемые этим понятием, направлены на обеспечение успешной реализации назначения уголовного судопроизводства.

Следует отметить, что на указанную черту процессуальных гарантий в литературе обращалось внимание и ранее. Так, К. Ф. Гуценко пишет, что при производстве по уголовным делам в центре внимания находятся те средства, которые установлены уголовно-процессуальными нормами для осуществления задач уголовного судопроизводства5. Правда, среди них в первую очередь автор называет защиту прав и законных интересов лиц, привлекаемых к уголовной ответственности. Думается, что первоочередность этой задачи для современного уголовного судопроизводства весьма спорная.

Как следует из анализа УПК РФ законодатель в качестве приоритетного направления в назначении уголовного судопроизводства указывает деятельность по защите прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений.

Так, норма, закрепленная в ст. 6 УПК РФ и посвященная назначению уголовного судопроизводства, предусматривает следующую последовательность в изложении составляющих указанного назначения:

• защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений;

• защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 6 УПК РФ уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию. Анализ законодательства, а также изучение научной литературы последних лет позволили ряду авторов сделать вывод о том, что последние виды уголовно-процессуальной деятельности являются также задачами уголовного судопроизводства.

Большая часть авторов видит в уголовном преследовании и назначении виновным справедливого наказания, в отказе от уголовного преследования невиновных, освобождении от наказания, реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, средства для решения задач, предусмот-

4 См.: Алексеев Н. С., Даев В. Г., Кокорев Л. Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж, 1980 ; Курс советского уголовного процесса : Общая часть / под ред. А. Д. Бойкова и И. И. Карпеца. М., 1989. С. 212.

5 См.: Уголовный процесс : учебник /под ред. К. Ф. Гуценко. М., 1996.

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2014-№ 3

137

Общие положения уголовного процесса

ренных в ч. 1 ст. 6 УПК РФ. «Защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, - пишет П. А. Лупинская, - осуществляется посредством обнаружения и уголовного преследования лиц, совершивших преступление, их осуждения и справедливого наказания, устранения причин совершения преступления»6.

В одном из источников указывается, что уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания, а также отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение от ответственности и реабилитация не являются целями уголовного судопроизводства как такового. Они лишь отвечают общей правозащитной цели судопроизводства, то есть соответствуют ей, работают на нее, являясь особенными целями сторон обвинения или защиты.

И. Л. Петрухин видит в контроле над преступностью - средство достижения цели, каковой является защита прав человека и общества в целом от преступных посягательств7.

Многие авторы, даже из числа сторонников рассматриваемой точки зрения, признают важность и особую значимость для уголовного процесса деятельности по раскрытию преступления. Так, П. А. Лупинская подчеркивает: «Хотя в ст. 6 УПК РФ раскрытие преступления не названо задачей уголовного судопроизводства, очевидно, что без ее решения права потерпевших не будут обеспечены в полной мере»8.

Действительно, несвоевременное и неполное раскрытие преступления является препятствием на пути охраны, делает невозможной эффективную защиту участников процесса, пострадавших от преступления. Кроме того, в случае привлечения к уголовной ответственности невиновных не решается не только задача защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, но и задача защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений. В связи с этим небезосновательным является утверждение о том, что быстрое и полное раскрытие преступлений ныне так же важно, как и прежде.

Отстаивание необходимости для уголовного судопроизводства выполнения такой задачи, как борьба с преступностью, прослеживается в позиции ряда авторов. Так, Л. Ш. Берекашвили полагает, что задача уголовного судопроизводства двуедина: быстрое и полное раскрытие преступлений, изобличение виновных и обеспечение правильного применения закона, чтобы каждый совершивший преступление был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден9.

В. В. Николюк, отмечая направленность уголовного судопроизводства на обнаружение и раскрытие преступлений, создание фактических и юридических условий для привлечения к уголовной ответственности совершивших преступление лиц, полагает целесообразным закрепить в законе в качестве самостоятельной

6 Уголовно-процессуальное право Российской Федерации : учебник / отв. ред. П. А. Лупинская. М., 2003.

7 См.: Петрухин И. Л. О препятствиях на пути судебной реформы // Проблемы обеспечения прав участников процесса по новому Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации : материалы межрегиональной науч.-практ. конф. (г. Самара, 18-19 декабря 2002 г.) / под ред. С. А. Шейфер. Самара, 2003. С. 7-10.

8 Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / отв. ред. П. А. Лупинская.

9 См.: Берекашвили Л. Ш., Игнатов В. П. Обеспечение прав и свобод человека правоохранительными органами Российской Федерации : учеб. пособие. М., 2009.

138

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2014-№ 3

И. А. Насонова, Ю. В. Буров

задачи уголовного судопроизводства не только деятельность по быстрому и полному раскрытию преступления, но и предусмотренную ст. 2 УК РФ деятельность по охране общественной безопасности и общественного порядка, конституционного строя от преступлений10.

Применительно к сказанному интересна позиция А. Б. Соловьева, полагающего, что обеспечение публичного интереса, состоящего в защите общества и государства от преступных проявлений необходимо отразить в назначении уголовного судопроизводства11.

Близка к ней и точка зрения 3. 3. Зинатуллина, согласно которой необходимо восстановить положение, содержавшееся в ч. 1 ст. 2 УПК РСФСР 1960 г. «Отдавая должное защите прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, - пишет автор, - в ст. 6 УПК РФ следует указать, во-первых, на необходимость защиты (охраны) от преступных посягательств и самого Российского государства, и его конституционного строя (что как раз и будет согласовываться со ст. 2 УК РФ), а во-вторых, то, что надлежащая защита названных социальных ценностей возможна только в условиях раскрытия каждого преступления, изобличения виновных и обеспечения неотвратимости их юридической ответственности за совершенное преступление»12.

Более скромная оценка роли борьбы с преступностью в уголовном судопроизводстве дается И. Б. Михайловской, которая пишет следующее: «Позитивная сторона новой законодательной формулировки социального назначения уголовного судопроизводства состоит, во-первых, в том, что она лишает нормативной почвы тезис о борьбе с преступностью как цели процессуальной регламентации функционирования уголовной юстиции. Во-вторых, сам термин «защита» как бы противостоит «карательным угрозам» уголовного закона. В-третьих, с учетом десятилетиями сложившегося на практике отрицательного отношения к прекращению уголовного преследования и оправдания подсудимого законодатель сделал попытку преодолеть такое отношение»13.

На наш взгляд, указанные в ч. 2 ст. 6 УПК РФ виды процессуальной деятельности, безусловно, необходимы для уголовного судопроизводства. Они не только средство защиты прав личности в уголовном процессе. Их необходимо рассматривать и в качестве составляющих назначения уголовного судопроизводства. Аргументацию данного утверждения необходимо строить на анализе действующего законодательства и толковании слов, встречающихся в соответствующей норме. Итак, ч. 2 ст. 6 УПК РФ предусматривает, что уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию. Очевидно, что фраза «отвечать назначению»

10 См.: Николюк В. В. Современные проблемы согласования уголовного, уголовно-процессуального и оперативно-розыскного законодательства // Вопросы теории уголовного судопроизводства : избранные статьи. Омск, 2006. С. 56-60.

11 См.: Соловьев А. Б. Подход к принципам уголовного судопроизводства в УПК РФ требует уточнения // Концептуальные основы реформы уголовного судопроизводства в России. М., 2002. С. 86-89.

12 Зинатуллин3. 3. Основные вопросы современного российского уголовного процесса и их решение // Вестник Омского ун-та. Сер.: Право. 2008. № 1(4). С. 97-103.

13 Михайловская И. Б. Цели, функции и принципы российского уголовного судопроизводства (уголовно-процессуальная форма). М., 2003.

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2014-№ 3

139

Общие положения уголовного процесса

употребляется в значении слова «соответствовать». Это признается и авторами комментария к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации, которые считают, что действия, указанные в ч. 2 ст. 6 УПК РФ, «отвечают общей правозащитной цели судопроизводства, т.е. соответствуют ей...»14. Слова «отвечать» и «соответствовать» - синонимы. Кроме того, термин «соответствие» означает равенство в каком-нибудь отношении15.

В условиях новых тенденций развития права, когда на первое место выходит его правозащитная цель, немодно говорить об уголовном преследовании как о задаче уголовного процесса. Но как бы то ни было уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания, а также отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, являются составной частью назначения уголовного судопроизводства, а значит, и его задачами.

С рассматриваемой проблемой непосредственно связан вопрос о нормативном закреплении такого вектора назначения уголовного судопроизводства, как предупреждение и пресечение преступлений. Предупредительная функция уголовного судопроизводства РСФСР прослеживалась в ряде норм (например, ст. 2, 21, 211, 212, 112, 118, 128, 140, 321, п. 10 ст. 213 УПК РСФСР). К сожалению, действующее законодательство по сравнению с ранее действовавшим недооценило в полной мере предупредительную задачу уголовного судопроизводства. Такое положение дел, как верно отмечается в литературе, противоречит международно-правовым принципам борьбы с преступностью, отдающим приоритет ее предупреждению. Необходимо согласиться с 3. Д. Еникеевым, предлагающим восстановить в УПК РФ все те нормы о предупреждении и пресечении преступлений, которые были установлены в прежнем УПК РСФСР16.

Необходимо уделить внимание еще одной интересной позиции в аспекте исследуемого вопроса. Это взаимоотношение понятий назначения уголовного судопроизводства и истины в уголовном судопроизводстве.

Нельзя не отметить, что проблема возможности и необходимости установления истины по каждому уголовному делу была и остается дискуссионной. Нет единства взглядов на характер и содержание истины, устанавливаемой в процессе производства по делу, а также на другие ее аспекты. Попыткой примирить разные точки зрения, касающиеся сущности истины, выглядит позиция Е. А. Карякина, заключающаяся в том, что истина - это и точное соответствие устанавливаемого события действительности, и соглашение между сторонами по поводу устанавливаемого события, и результат процессуальной (формальной) деятельности сторон и суда17.

Применительно к современному уголовному судопроизводству одни авторы, несмотря на отсутствие прямого указания в действующем УПК РФ на истину в уголовном процессе, по-прежнему видят в ней цель доказывания. Причем некоторые из них не отрицают существования процессуальной истины, которая, по их мнению, должна являться целью правосудия.

14 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. А. В. Смирнова СПб., 2003.

15 См.: Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1995.

16 См.: Еникееев 3. Д. Предупреждение и пресечение преступлений - задача уголовного судопроизводства // Вестник Омского ун-та. Сер.: Право. 2008. № 1(4). С. 87-96.

17 См.: Карякин Е. А. Формирование истинности приговора в состязательном судебном производстве. М., 2007.

140

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2014-№ 3

И. А. Насонова, Ю. В. Буров

Другие ученые рассматривают истину в качестве цели уголовного судопроизводства. В связи с этим И. Л. Трунов обращает внимание на следующее: «Хотя в действующем УПК РФ ничего не говорится об установлении истины, с нашей точки зрения, эта позиция является неверной. Нельзя сбрасывать со счетов такой цели уголовного судопроизводства, как установление истины (курсив наш. - И.Н., Ю.Б.), которая была регламентирована в УПК РСФСР 1960 г. В противном случае возможно необоснованное осуждение невиновных и, напротив, существует возможность избежания наказания виновными в совершении преступлений, в том числе тяжких и особо тяжких. Это возможно и при наличии судебно-следственной ошибки, и при наличии недобросовестности сторон»18. Эта идея поддерживается и другими авторами.

В ряде работ встречается дифференцированный подход к этой проблеме. П. А. Лупинская полагает необходимым говорить об установлении истины применительно к обвинительному приговору. А. С. Александров судебную истину рассматривает как то, «что принимается за истину всеми здравомыслящими людьми»19.

Некоторые авторы считают, что в результате познания устанавливается не объективная, а юридическая истина, за что критикуются оппонентами.

И. Б. Михайловская, напротив, пишет о том, что «нормативное требование ее обязательного достижения по каждому уголовному делу вполне закономерно при розыскном построении процесса. Но при состязательной процессуальной форме, которая существенно расширяет сферу диспозитивности, ситуация изменяется»20.

Мы не согласны с последним высказыванием, поскольку именно состязательная форма уголовного процесса дает дополнительные гарантии для установления истины по делу, по крайней мере, вероятность приближения к ней достаточно велика в отличие от розыскной формы. В связи с этим особенно актуально звучат слова Г. Г. Гадамера: «...Истину не может познавать и сообщать кто-то один», необходимо «всемерно поддерживать диалог, давать сказать свое слово и инакомыслящему, уметь усваивать произносимое им.»21. Похожая идея прослеживается в работах и других авторов.

Понимая, что абсолютную истину установить по каждому уголовному делу практически невозможно, вместе с тем считаем чрезвычайно необходимым стремление установить обстоятельства уголовного дела такими, какими они были в действительности. Полагаем, что именно этот вывод подразумевается рядом статей УПК РФ. Так, в ч. 4 ст. 152 УПК РФ говорится: «Предварительное расследование может производиться по месту нахождения обвиняемого или большинства свидетелей в целях обеспечения его полноты, объективности и соблюдения процессуальных сроков». Объективность предварительного расследования наряду с требованием всесторонности упоминается также и в ч. 2 ст. 154 УПК РФ. Следовательно, законодатель признает тот факт, что предварительное расследование должно быть объективным. А если не объективность, то что еще ближе к понятию «истина»? Таким образом, законодателю не удалось полностью абстрагироваться от истины. Да и не только ему. Изучение мнения практических работников показало, что в пользу нормативного закрепления стремления установить истину по

18 Трунов И. Л. Защита прав личности в уголовном процессе. М., 2005.

19 Александров А. С. Судебная достоверность (постановка проблемы). Владимир, 2004.

20 Михайловская И. Б. Указ. соч.

21 Гадамер Г. Г. Актуальность прекрасного. М., 1991. С. 8.

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2014-№ 3

141

Общие положения уголовного процесса

каждому уголовному делу высказалось 87 % опрошенных судей, 54 % адвокатов, 69 % прокуроров, 79 % следователей.

Попыткой объединить в системе задач уголовного судопроизводства как сформулированные в ст. 6 УПК РФ положения, так и те, которые остались за ее пределами, выглядит следующая позиция: первая задача - защита прав и законных интересов граждан и организаций, потерпевших от преступлений, а также защита интересов государства и общества в целом, в том числе защита основ конституционного строя и безопасности государства, общественной безопасности и нравственности; вторая задача - защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод; третья задача - установление истины по уголовному делу; четвертая задача - предупредительно-воспитательная.

Думается, целесообразно говорить о решении процессуальными средствами, охватываемыми понятием «уголовно-процессуальные гарантии», именно задач, обозначенных в законе в качестве направлений осуществления назначения уголовного судопроизводства. Кроме того, в определении уголовно-процессуальных гарантий необходимо учесть еще одно замечание. Уголовно-процессуальные гарантии - это множество средств, предусмотренных законом, которые представляют собой не простую совокупность, а слаженную систему.

Данные замечания, позволяют подойти к определению уголовно-процессуальных гарантий.

Под уголовно-процессуальными гарантиями в современном уголовном процессе следует понимать систему средств, предусмотренных законодательством, направленных на реализацию защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений; защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, а также средств, обеспечивающих осуществление уголовного преследования, назначение виновным справедливого наказания и обеспечивающих отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитацию каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.

Насонова Ирина Александровна,

доктор юридических наук, профессор кафедры уголовного процесса

Воронежского института МВД России, E-mail: Nasonova-amelina@mail.ru

Буров Юрий Владимирович,

кандидат юридических наук, инспектор пропаганды безопасности дорожного движения отдела организационно-аналитической работы и пропаганды

безопасности дорожного движения УГИБДД ГУ МВД России по Воронежской области

142

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2014-№ 3