Коммуникативные параметры диалектной речи

Вестник Челябинского государственного университета. 2013. № 16 (307).

Филология. Искусствоведение. Вып. 78. С. 25-31.

Е. В. Брысина

КОММУНИКАТИВНЫЕ ПАРАМЕТРЫ ДИАЛЕКТНОЙ РЕЧИ

Рассматривается диалектная речь, которая характеризуется высоким прагматическим потенциалом, реализующимся через частные прагматические функции - оценочную, эмотивную, экспрессивную, контактную, побудительную и так далее. Эти функции способствуют проявлению этнокультурного компонента семантики диалектных лексем и фразем в конкретной коммуникативной ситуации.

Ключевые слова: диалект, коммуникация, прагматика.

Процесс дискурсивно-когнитивного отражения действительности может сопровождаться осознанным выражением субъективного отношения человека к действительности, выражением эмоций, оценок, желаний, воли. В мыслительной области эта потребность порождает эмоциональное мышление. Аксиологический (оценочный) и волевой аспекты эмоционального мышления, предопределяя его двойную апелляцию при коммуникации - к эмоционально-волевой и интеллектуальной сферам психики адресата, детерминирует диалектическую взаимосвязь эмоционального мышления с другой разновидностью вербального общения, порожденной соответствующей важной потребностью человека как существа социального, - воздействовать на эмоционально-волевую и интеллектуальную сферу психики (посредством эмоционального убеждения, внушения, приказания и др.) с целью регуляции поведения других людей. Органическая взаимосвязь потребностей осуществления (оформления и выражения) эмоционального мышления и потребностей воздействия и регуляции человеческого поведения предопределяют соответствующую языковую функцию - воздействующую, эмоционально-регулятивную, то есть прагматическую.

Особенно наглядно прагматическая функция просматривается в диалектной речи - устной по своей форме и разговорной по своему стилевому оформлению. Прагматическое воздействие диалектных языковых единиц возможно только в процессе коммуникации, в ходе речевого общения членов данного этнокультурного сообщества. Их культурно-прагматический потенциал находит конкретное выражение через частные прагматические функции - оценочную, эмотивную, экспрессивную, контактную (фатическую), побудительную и пр., которые обеспечивают реализацию этно-

культурного компонента семантики диалектных лексем и фразем в той или иной коммуникативной ситуации:

- оценочная языковая функция используется диалектоносителями для выражения с помощью определенных языковых средств положительного или отрицательного отношения говорящего к действительности, содержанию высказывания и к адресату;

- эмотивная функция служит для выражения вербальным способом чувств и эмоций говорящего с целью вызвать определенный эмоциональный резонанс у адресата;

- с помощью экспрессивной функции говорящий стремится оказать воздействие на психику и поведение адресата посредством особых выразительно-изобразительных качеств языковых единиц таких как образность, интенсивность изображаемого признака, действия, неожиданность семантического решения и т. п.;

- эстетическая языковая функция предназначена для удовлетворения потребностей эстетического мышления коммуникантов, отражения его результатов - эстетических оценок и воздействия на эстетические чувства адресата в стремлении вызвать у него определенную поведенческую реакцию;

- побудительная функция определяет предназначенность языковых средств для передачи волеизъявления субъекта речи (говорящего) с целью побуждения адресата к определенному действию (в том числе, и речевому).

Для установления и поддержки социально-массового и индивидуального контакта, в известной степени определяющего поведение адресата, в языке используется такая частная разновидность прагматической функции, как контактная. Под контактом понимается в первую очередь установление, сохранение или укрепление связей и отношений между членами того или иного коллектива, сообщества или

при индивидуальном общении - многообразных, но сводимых в некоторые типы, главными из которых можно считать установление и поддержание официальных и неофициальных отношений.

Каждая из названных разновидностей языковой прагматической функции в полной мере находит конкретную реализацию в диалектной речи. В семиотическом плане речь представляет собой знаковый аналог действительности и деятельности человека. Она как бы протекает параллельно миру и является отражением и выражением вещей, действий, событий. Но, с другой стороны, всякая речь представляет собой часть действительного мира, всякий раз она совершается с определенной целью - сообщить, спросить, побудить к действию, повлиять на состояние, поведение, оценки и отношения собеседника. Тем самым речь является также всякий раз поступком, практическим действием, вплетенным в совокупные системы действий и отношений людей.

Коммуникативная культурно-прагматическая структура обыденного высказывания диалектоносителя включает в себя следующие компоненты:

- говорящий (как этнокультурный социальный тип - с определенными интенциями, эмоциями, оценками, соответствующими принятыми в данном социуме нормами морали, этики, права);

- слушающий (адресат) (также этнически, культурно и социально портретированный);

- содержание высказывания (информация о реальном мире, отраженном в этнокультурном сознании и эмоциях говорящих);

- ситуация реальной действительности (место, время, условия, в которых протекает коммуникация, разнообразные фоновые знания коммуникантов, связанные с конкретным содержанием высказывания, и др.).

Данные компоненты коммуникативной культурно-прагматической структуры высказывания могут выражаться с помощью средств разных уровней диалектной языковой системы, чаще - в их различных комбинациях друг с другом. При этом особой прагматической силой обладают диалектные фразеологизмы и оценочно маркированные лексемы. При выявлении коммуникативной стратегии диалектной речи данные единицы следует рассматривать, учитывая следующие аспекты коммуникации:

1. В связи с субъектом речи , а) цели высказывания, в которое вовлекаются диалектные

единицы, иллокутивные силы, указывающие, в какое состояние говорящий намерен привести адресата в процессе использования в своей речи этих единиц; б) этнокультурная обусловленность типов речевого поведения; в) правила разговора, куда включаются рекомендации использовать в разговоре те или иные слова и фраземы в строгом соответствии с принятой целью и общей стратегией разговора, адекватно цели нормировать объем и характер оце-ночности диалектных единиц, используемых в речи; г) установка говорящего, реализующаяся в косвенных смыслах высказывания, намеках, иносказаниях, возможных в высказывании, главным образом, с помощью знаков вторичной номинации, и т. п.; д) прагматические пресуппозиции - знание того, что было раньше, культурная компетенция, фоновый багаж коммуникантов; е) отношение говорящего к сообщаемому: оценка содержания высказывания, выражающаяся в сравнении предметов, сопоставлении их свойств, определение роли в жизнедеятельности субъекта речи, в осознании результатов оценки, которые закрепляются в сознании и в языке в виде позитивного, негативного или нейтрального отношения; обусловленность оценки этнокультурными стереотипами, ментальными установками, нравственно-этическими законами, доминирующими в этноязыковом коллективе, к которому принадлежит говорящий.

2. В связи с адресатом речи (слушающим) : а) интерпретация речи, в том числе правила вывода косвенных и скрытых этнокультурных смыслов из прямого значения высказывания, при этом учитывается контекст, все речевые ситуации и пресуппозиции этнокультурного характера, а также сознательные отступления говорящего от цели общения, «прощупывание» адресата на предмет его тайных мыслей, сообщение адресату общеизвестных истин с целью обмана и введения его в заблуждение относительно истинных намерений говорящего; выявление культурной компетенции адресата и т. д.; б) воздействие высказывания на адресата (изменения в эмоциональном состоянии, взглядах и оценках адресата; стремление к толерантности и так далее); в) оценка совершаемых адресатом действий (типы речевого реагирования на культурно маркированные высказывания-коммуникативы, использование в реактивных репликах этнически обусловленных фразеорефлексов и т. п.).

3. В связи с содержанием высказывания:

а) отношения между участниками коммуни-

кации: использование в высказывании диалектных единиц для установления или поддержания официальных, неофициальных, формальных, дружеских, враждебных и т. п. отношений; состав участников коммуникативной ситуации: являются ли они членами одного этнокультурного сообщества или разных, что определит степень коммуникативной удачи, и так далее;

б) формы речевого общения, определяющие выбор языковых единиц: информационный

диалог, дружеская беседа, спор, ссора, обмен контактной информацией; в) речевой этикет, стиль общения, предполагающий использование диалектных слов, фразем и иных выражений определенной структуры и той или иной стилистической окраски: этикетные и ритуальные формулы, коммуникативы, формы обращения, выражение просьбы, приказа, сочувствия, отказа, извинения, инвективы и др.; г) специфика выбора языковых единиц в зависимости от формы общения (ср.: просьба, приказ, мольба. уговаривание, убеждение; согласие, сомнение, несогласие, возражение, возмущение).

В коммуникативной деятельности активно проявляется личность носителя диалекта, что сказывается в первую очередь на коммуникативном содержании порождаемого текста. Путем определенной организации знакового материала текста, использования в нем тех или иных диалектных единиц косвенно-производной номинации в процессе общения осуществляется взаимодействие коммуникантов, моделируются и реализуются при помощи языковых знаков их цели и мотивы, эмоционально-оценочные установки, волевые качества, свойства характера, привычки, личностно окрашенные, культурно и этнически обусловленные эталоны поведения и т. п. В процессе подсознательного отбора языкового материала, необходимого для успешной реализации коммуникативных установок говорящего и сокращения коммуникативной дистанции с реципиентом, особым образом проявляются личностный и этнокультурный аспекты диалектной речевой деятельности.

Языковой знак в системе диалекта, выступая средством коммуникации, неизбежно содержит в себе определенный набор информации, которая в процессе диалектного общения передается от одного участника речевого акта к другому и обладает узуальной или потенциальной способностью к прагматическому воздействию. Прагматический потенциал диалектных лексем и фразем в конкретном рече-

вом акте может быть ситуативно ориентирован. Особую роль при этом играет оценочность диалектных единиц. Языковая оценочная информация, содержащаяся в семантике слов и выражений, может воздействовать на адресата с разными целями.

1. Являясь одним из средств осуществления социальных санкций в больших и малых социальных группах для поддержания принятых в данной группе социальных установок, эмоционально-оценочная языковая информация оказывает влияние на поведение посредством воздействия на оценочные установки адресата, посредством указания адресату на опасность оказаться объектом общественного осуждения, социального неодобрения, насмешки, ср. запись диалектной речи: Чиво ты коники вы-брасываиш, из ума выжыл, карёжыть тибе, где выбрасывать коники - «делать что-нибудь, вызывающее осуждение»; Ну, щиво ф купырь лезиш? Ни-праф-жы ты! - лезть в купырь -«спорить, артачиться, лезть в бутылку» (все примеры в тексте статьи взяты из Словаря донских говоров Волгоградской области. Волгоград, 2011. 767 с. - Прим. автора);

2. Эмоционально-оценочная информация в семантике диалектных единиц может оказывать регулятивное воздействие на адресата путем косвенной апелляции: при такой ориентации то или иное слово или выражение употребляется говорящим без непосредственного обращения к адресату; имеет место «рассуждение вслух», при котором говорящий высказывает свою оценку по отношению к третьему лицу, тем самым как бы репрезентируя свою оценочную позицию и давая возможность собеседнику присоединиться к этой оценке (при коммуникативной гармонии) или отвергнуть ее (при коммуникативной дисгармонии). Такая культурно-прагматическая ориентация характерна, например, для диалектных фразем коситься сентябрем - «смотреть косо, хмуро, свысока»; выделывать котелки - «делать что-либо необычное, выкидывать фортели»; полезть (залезть) за борозду - «переступить границу дозволенного» и др.;

3. Положительная эмоционально-оценочная информация, репрезентированная диалектными единицами вторичной номинации, может быть использована говорящим с целью вызвать у адресата подражательный рефлекс. При этом особую роль играет интонация восхищения, одобрения поведения третьего лица, о котором идет речь в разговоре: Уш и Ванькя,

фсё празнал, линьком сумел прайтить - вот таким и нада быть; - пройти линьком «проявить особую активность, расторопность, пронырливость»; А Шурка, она молодец, она им бубны выбьет!; - выбить бубны «поставить на место кого; справиться с кем-либо». Особенно эффективно данная ориентация диалектных единиц проявляется в том случае, если авторитет говорящего в глазах адресата достаточно высок.

4. Положительная оценка, передаваемая диалектными единицами, нередко используется для трансляции благодарности говорящего адресату за предшествующее поведение, ранее совершенные поступки и т. п., как стимул дальнейших действий, вызвавших позитивную реакцию говорящего и т. п.: А када мы уха-дили ф свой дом, я свякры сказала: «Спасиба тибе, мама! Я стольки лет с табой жыла, а ты мине ф трату ни давала! - не давать (не дать) в трату «не давать в обиду»;

5. Отрицательная эмоционально-оценочная информация, прямо направленная на адресата, может служить своеобразной формой защиты говорящего или средством вербальной агрессии, нанесения обиды собеседнику, что прямо или косвенно может повлиять на поведение объекта воздействия: Падумаиш, абидилси -развесил брюни, самаму нечива нарыпаца; -развесить брюни (брюнди) - «обидеться, надуть губы».

Субъективная этнокультурная действительность преобладает в семантической структуре стилистически маркированных диалектных слов и выражений, проявляясь в оценочной деятельности говорящего субъекта, в образно-ассоциативном восприятии мира, в эмотив-ном к нему отношении. Все это и составляет собственно содержание таких единиц. Говоря иначе, знаковая функция лексем и фразем, особенно тех из них, которые не утратили ассоциативно-образный план, состоит в замещении чувства-отношения говорящего к обозначаемому, при котором номинативный план или денотативное содержание - само обозначаемое реальной действительности - отступает на задний план, на первый план выходит именно это чувство-отношение - оно занимает вершинную позицию в отображении действительности (В. Н. Телия).

Эмотивная информация этнокультурного характера, содержащаяся в семантике диалектных слов и выражений, является не менее прагматически значимой, чем оценочная. С ан-

тичных времен известно, что любой текст ориентирован в своем воздействии как на интеллектуальную, так и на эмоциональную сторону психики индивида. Всякий текст, материализуя в знаковой форме результаты психической деятельности, отражает как рациональную, так и эмоциональную деятельность человека. Эмотивная семантика речи характеризуется высокой степенью регулятивного воздействия на адресата, с другой стороны, «речевое замыкание и эмоциональное напряжение» создают идеальные условия для самовыражения этнокультурной языковой личности: то, какими средствами пользуется диалектоноситель для выражения ситуативно-эмотивной семантики с определенной целью, характеризует этнокультурную языковую личность со многих сторон: национальной, психической, социальной, культурной, возрастной, половой и др.

Эмоциональная этнокультурная языковая информация, транслируемая через эмотивное содержание диалектных единиц, так же как и оценочная, может быть направлена на решение ситуативно-обусловленных задач диалектного общения. Целенаправленность эмоциональной языковой информации при интракоммуника-ции и интеркоммуникации будет различной. При интракоммуникации, выполняя задачу эмоционального самовыражения, эмоциональная этнокультурная языковая информация может служить средством психологической разрядки при экспликации внутренней речи во внешней, когда адресатом является сам субъект речи. Кроме того, эмоциональная этнокультурная языковая информация может выступать в данной ситуации как средство осознания собственного чувства (при рассказе самому себе о нем), что приводит к известному сдвигу в эмоциональной жизни и поведении человека. При интеркоммуникации, вербальном общении субъекта речи с адресатом, эмоциональная этнокультурная языковая информация имеет целенаправленность на психику и поведение адресата, решая задачи эмоциональной оценки объекта речи или (и) эмоционального воздействия, основанного на механизме эмоционального резонанса как проявлении подражательного рефлекса (состояния «сочувствия»).

Важную роль при определении коммуникативной стратегии диалектной речи играет и эстетический фактор. Эстетическая гармония использования диалектных единиц определяется функциональными характеристиками самой диалектной речи. Стилистическая унифи-

цированность диалектных языковых средств, обусловленная устным характером функционирования диалекта, их условное распределение на нейтральные, обиходно-разговорные, стилистически сниженные и стилистически приподнятые в конечном итоге обусловило то, что использование диалектных фразем и лексем в генетически родственной языковой среде не только не противоречит социальным языковым нормам, негласно существующим в данном языковом коллективе, но и является своеобразным показателем развитости речи, умения «красиво говорить», ярко и образно выражать свои мысли, то есть влечет за собой высокую эстетическую оценку.

Эстетическая дисгармония при использовании диалектных слов и выражений в речи наблюдается в том случае, если эти единицы выходят за функциональные рамки диалекта. Немотивированное использование диалектизмов в литературной речи является нарушением общепринятых норм, оценивается как их незнание, неумение владеть литературным языком и вызывает отрицательную эстетическую реакцию.

Для многих диалектных единиц свойственна повышенная экспрессивность, которая достигается сочетанием их внутренних семантических свойств (эмотивностью, образностью, оценочностью) и контекстуальным окружением. Экспрессивная языковая информация, составляющая культурно-прагматический потенциал диалектных слов и фразем, определенным образом связана со способом репрезентации семы интенсивности в структуре их значения. В рамках лексико-фразеологической семантики интенсивность может быть внутренне стимулированной либо привнесенной извне за счет взаимодействия с элементами контекста.

Высокая степень проявления признака, репрезентируемого диалектным фразеологизмом, часто определяется одним из его компонентов, которым может быть качественное прилагательное: на тонкую ногу «очень бедно»; относительное или притяжательное прилагательное в оценочном значении: жить горевским житьём «1) жить очень бедно;

2) вести ненормальный образ жизни»; определительное местоимение: всякой дыре гвоздь «неодобрительно о человеке, который вмешивается во все дела» и др.

Достаточно многообразно представлен в диалектной речи синтаксический способ выражения категории интенсивности. Для народно-

разговорной речевой культуры характерна детализация повествования, призванная, с одной стороны, акцентировать внимание слушателя на коммуникативно значимом моменте сообщения, а с другой - повысить экспрессивные возможности речи. Наряду с многочисленными синтаксическими повторами в роли детали-затора мысли нередко выступают тавтологические устойчивые сочетания, особенно широко представленные в диалектной речи.

Тавтологические сочетания слов в силу своего структурно-семантического разнообразия способны выполнять в диалектной речи различные функции, сохраняя как постоянное свойство свои изобразительно-выразительные качества. Повторы однокорневых слов в составе микротекста существенно влияют на актуализацию семы интенсивности в составе значения диалектных единиц, значительно повышая их экспрессивный потенциал. Если в литературно-разговорной речи любые виды повторов (за исключением тех случаев, когда они используются как стилистические средства языковой выразительности) большинством носителей языка осознаются как речевые ошибки, то в диалектной речи они вполне закономерны и обоснованны. Повтор является одной из специфических особенностей коммуникативной стратегии диалектоносителя. В диалектной речи ему отведена роль интенсификатора семантики, ср.: Лодырь он, ляжыть ляжма, никуды ни-идёть, ничаво ни-делаить. Стаять пацсолнухи лес лесам, свету ни-видна. В этам гаду сливы у мине пално, ряса рясаю.

Своеобразными усилителями экспрессивности диалектной речи выступают:

1) сравнительные конструкции, которые включают в себя «эталонное сравнение», выявляющее в сравниваемых объектах свойства и качества, являющиеся результатом причинноследственных отношений: ломаться как ар-жаной пряник - «много мнить о себе», фарсо-витый как новый гривенник - «о щеголе» и др.;

2) отрицательные конструкции с повторяющимся союзом ни и синонимическими повторами компонентов, усиливающими экспрессию фразеологизма: ни пойка ни едка - «о плохих вкусовых качествах пищи»; ни помину ни позвону - «ни слуху ни духу»;

3) отрицательные конструкции с антоними-чески противопоставленными компонентами: ни в радости ни в корысти - «безрадостно»;

4) синонимические повторы с сочинительными и разделительными союзами: впризор да

вприглядку - «глядя со стороны»; то поспал, то подремал - «о бездельнике».

Экспрессивная языковая информация, транслируемая диалектными единицами, во многом определяется их образностью. Частная категория экспрессивности - образность, имеющая в основе метафорический и метонимический перенос, - предстает своеобразным усилителем других видов прагматической языковой информации - эмоциональной, оценочной, эстетической и так далее.

Своеобразным интенсификатором экспрессивности диалектной речи выступает такой коммуникативный параметр, как неожиданность, новизна репрезентируемого диалектным словом или фразеологизмом образа, ср.: «Вот тебе раз! - удивленно и недоуменно вырвалось у Трофима. Голос его посуровел. - Возьми ее за рубль с четвертью. Ты что, с ума, что ли, сошла?» (Н. Сухов. Казачка) - ср.: взять за рубль двадцать - диалектная фразема модального типа, передающая удивление, недоумение по поводу чьей-либо простоты, наивности.

Культурно-прагматическое назначение экспрессивной информации, содержащейся в значении большинства диалектных единиц вторичной номинации, проявляется, в первую очередь, в использовании их для оживления речи, для создания эффекта новизны и пробуждения у собеседника интереса к сообщаемому.

Определенная часть диалектных лексем и фразем обладает константными прагматическими свойствами, так как транслируемая ими языковая информация имеет прямую прагматическую направленность на слушателя. Прежде всего, это единицы, содержащие в себе побудительную или контактную информацию. Они могут быть как знаменательного, так и модального типа. В первом случае помимо основного денотативно-коннотативного содержания слово или фразема заключает в себе информацию о желании, намерении, волеизъявлении субъекта, которая обычно выражается грамматически (часто - повелительной формой глагола) или контекстуально. Ср.: Но едва начинала забываться, в уши ей врывался либо грохот стула, либо злобное рычанье: «Не-ет, знычт, на ширмака вы не проедете, не под-живетесь, нет!» (Н. Сухов);

Побудительная языковая информация может быть передана модальными диалектными фраземами, для которых эта информация будет представлять денотат. К числу таких единиц будут относиться в первую очередь бранные

выражения - своеобразные гневные «пожелания» и «посылы вслед»: Чтоб тебя хвитина поломала! Игряцы вас заломай! Чтоб тебя хапун сцапал! и т. п.

Побудительная информация может раскладываться на частные «побудительные значения»: категорическое побуждение и его модификации - приказ, команда, требование, разрешение, запрещение и пр.; смягченное побуждение и его модификации - просьба, мольба, упрашивание и пр.; нейтральное побуждение и его модификации - совет, инструкция, наставление, поучение, увещевание, предложение, пожелание и т. п. Понятно, что не все типы побудительной информации одинаково представлены в значении диалектных единиц, но почти все ее разновидности распределены по разным уровням прагматического поля диалекта.

Особое место среди типов языковой культурно-прагматической информации, передаваемой в процессе диалектной речи, занимает информация контактная - сведения о намерениях говорящего установить поведенческий контакт с собеседником. При этом все другие виды информации - когнитивные и коннота-тивные - в значении диалектных единиц оказываются вторичными, незначимыми, несущественными.

Участники коммуникативной ситуации, стремящиеся установить контакт друг с другом, организуют речевой акт, интенция осуществить который нацелена на сам этот акт как на предпочтительный способ вступить в общение. При этом интеллектуально-информативная задача высказывания отодвигается на второй план, частные цели в фатическом речевом поведении всегда подчинены начальному контактному импульсу.

Представленные в работе коммуникативные установки, определяющие речевую стратегию, безусловно, присущи не только диалектной речи, но и разговорной речи в целом. Однако именно в диалектной речи они получают наиболее полную реализацию в силу особенностей самого диалекта, в котором изначально отсутствует письменная форма речи, четкое стилистическое разграничение языковых средств, строгое подчинение языковой норме, что способствует в свою очередь большей эмоциональности, оценочности, образности речи, ее спонтанности - и как итог - повышенной экспрессивности и прагматичности.

Список литературы

1. Алахвердиева, Л. К. Фразеология русских донских говоров: лексико-семантический и фразообразовательный аспекты изучения : дис. ... канд. филол. наук. Ростов н/Д., 2000. 242 с.

2. Алефиренко, Н. Ф. Поэтическая энергия слова. Синергетика языка, сознания и культуры. М., 2002. 391 с.

3. Арутюнова, Н. Д. Язык и мир человека. М., 1999. 896 с.

4. Баранникова, Л. И. Специфика диалектных лексических систем как результат особенностей их функционирования // Норма и функционирование языковых единиц. Горький, 1989. С.23-32.

5. Брысина, Е. В. Этнокультурная идиоматика донского казачества : монография. Волгоград, 2003.

6. Вендина, Т. И. Диалектное слово в парадигме этнолингвистических исследований // Лексический атлас русских народных говоров : материалы и исследования. 1999. СПб., 2002. С. 3-15.

7. Ковшова, М. Л. Культурно-национальная специфика фразеологических единиц (когнитивный аспект) : автореф. дис. ...канд. филол. наук. М., 1996. 22 с.

8. Коммуникативно-прагматические аспекты фразеологии : тезисы докл. междунар. конф. Волгоград, 1999. 203 с.

9. Кудряшова, Р. И. Слово народное. Говоры Волгоградской области в прошлом и настоящем. Волгоград, 1997. 121 с.