Социально-психологические особенности и мотивация доноров крови и потенциальных

ТОМ 3

НОМЕР 3

ИЮЛЬ - СЕНТЯБРЬ 2010

КЛИНИЧЕСКАЯ

О. її/ ч СЕМИНАР ПО ГЕМАТОЛОГИИ

НКОгематология

Социально-психологические особенности и мотивация доноров крови и потенциальных доноров гемопоэтических стволовых клеток

Д.В. Базарова1, М. М. Буркин1, Ю. Г. Иоффе2

____________________РЕФЕРАТ_____________________

В современной медицине не теряет актуальности проблема донорства крови и кроветворных клеток. Мы исследовали смысложизненные ориентации, а также мотивацию доноров крови и потенциальных доноров стволовых клеток с целью выявить целевую группу будущих доноров. Выяснилось, что мотивация основной массы доноров нашего исследования заключалась в «спасении жизни незнакомого человека», а непосредственной причиной сдачи крови была «информация о страдающих пациентах». Основная причина, препятствующая донорству, — убежденность населения в «риске для здоровья во время процедуры».

Ключевые слова

донорство крови, потенциальные доноры гемопоэтических стволовых клеток, мотивация, тест смысложизненных ориентаций.

Social and psychological issues and motivation of blood-donors and potential donors of hematopoietic stem cells

D. V. Bazarova1, M. M. Burkin1, Y. G. Ioffe2 SUMMARY

The problem of blood-donors and potential donors of hematopoietic stem cells is a medical issue of current importance. We have studied social and psychological aspects of donors using a Purpose-in-Life Test, their motivation in order to find out a target group of future donors. We discovered that motivation in the most part of the investigated donors was to help strangers. The immediate cause of being a donor was the information about patients who suffered from diseases. The main blood giving impedimental reason was a health risk while blood drawing.

Keywords:

blood-donors, potential donors of hematopoietic stem cells, motivation, Purpose-in-Life Test.

1 Medical Department of Petrozavodsk State University, Chair of Psychiatry and Medical Psychology, Petrozavodsk

2 Charitable Fund «Karelian Registry of Unrelated Hematopoietic Stem Cell Donors», Petrozavodsk

Контакты: Darjal1@mail.ru

Принято в печать: 18 июля 2010 г.

ВВЕДЕНИЕ

В современной медицине, как и много лет назад, не теряет актуальности проблема донорства крови и кроветворных клеток. Для того чтобы достичь продуктивности в проведении мероприятий по рекрутированию доноров, важно выявлять целевые группы потенциальных доноров. Несмотря на наличие штата активных доноров крови и гемопоэтических стволовых клеток (ГСК) и постоянное проведение подобных акций как в Карелии, так и в других регионах России, существует проблема регулярного пополнения запасов крови. В среднем потребность в донорах крови составляет 25—40 человек на 1000 населения. По данным Министерства здравоохранения и социального развития РФ, средний показатель доноров в России на 2009 г. составляет 14 на 1000 населения, в Карелии — также 14 человек на 1000 населения [1,2].

В разных странах существуют сходные данные, описывающие среднестатистический портрет донора крови.

В России это здоровый человек среднего достатка, высшего или среднетехнического образования в возрасте 20—50 лет

[3]. В Китае преобладают здоровые коренные жители мужского пола до 45 лет со средним и средне-специальным образованием. По большей части штат доноров Китая состоит из молодых лиц, однократно или нерегулярно прибегающих к донации крови [4]. В Бразилии преобладают молодые доноры, преимущественно мужчины, с высоким экономическим статусом [5, 6].

Известно влияние демографических факторов на донацию крови [4,

7—9]. Так, в Канаде были выявлены корреляции между донацией крови и различными социогеографическими факторами. Например, согласно одному из проведенных исследований, в городах с большим количеством эмигрантов зафиксированы более низкие показатели по рекрутированию доноров. Однако в силу неоднородности группы эмигрантов эти сведения требуют дальнейших уточнений. Среди преимуществ крупных городов от-

1 Кафедра психиатрии медицинского факультета Петрозаводского государственного университета

2 Благотворительный фонд «Карельский регистр неродственных доноров гемопоэтических стволовых клеток», г Петрозаводск

289

Д. В. Базарова и др.

мечается большая доступность служб переливания крови. Помимо этого в исследовании подтверждаются данные о значимости образования в мотивации доноров, поэтому рекомендуется обращаться к более образованным группам населения с целью рекрутирования [10].

В Нидерландах разница в демографических факторах между регулярными и эпизодическими донорами представлена следующими данными: мужчины реже отказываются от донорства и в 5 раз чаще становятся регулярными донорами, чем женщины. Проживание в урбанизированных районах и высокий социоэкономический статус (высокий доход, дорогостоящее жилье) преобладают у регулярных доноров крови [9].

Таким образом, определенный уровень знаний о донорстве и высокий социоэкономический статус, включая уровень образования, положительно влияют на уровень готовности к донорству компонентов крови, а также к донорству органов [9, 11 — 13]. Параллельно с этим существуют данные бразильских исследователей об отсутствии влияния расы, семейного положения, контактов с другими донорами или религии на намерение стать донором [6].

В мотивации донора имеет значение личность реципиента и самого донора [14, 15]. В Австралии проводилось сравнение готовности к родственной трансплантации и трансплантации от анонимного донора. Общими детерминантами для обоих типов пересадки оказались факторы личности донора, его отношения к донации, знакомства с реципиентом и донации крови или органов в прошлом. Религиозная принадлежность доноров и предпочтение донации после смерти чаще связаны с желанием стать анонимным донором [15].

Относительно влияния религиозных убеждений на намерение стать донором органов сведения разнятся в зависимости от страны и исследуемой религиозной группы. Так, в Израиле желание стать донором органов отрицательно коррелирует с религиозностью и не связано с полом и возрастом. Однако члены семей, доктора и раввины (в восходящем порядке) настроены положительно в отношении родственной пересадки органов [16]. В Пакистане, напротив, религия позволяет донорство органов, что находит отражение в мотивации более */3 взрослого населения страны стать донорами [12]. По данным одного исследования в США, религиозность и традиции незначительно влияют на намерение стать донором органа, при этом на решение о донорстве оказывает влияние представление человека о неприкосновенности тела после смерти [17]. В другом американском исследовании обсуждается сложность взаимодействия между религиозностью, донорством и иными факторами, а также доказывается сильное косвенное влияние религиозности на намерение стать донором [18].

Донорство как одна из форм поведения человека предполагает мотивацию подобного поведения. Причины, побудительные стимулы к донации крови и органов активно изучаются исследователями в последние годы. Классифицировать их довольно сложно: выделяют группу материально ориентированных доноров и не заинтересованных в материальной выгоде [19], существует мотив потенциальной пользы (в будущем, в случае необходимости, возможность получения донорского материала самим донором, оплата донорства, бесплатные лабораторные исследования донора) [20, 21], помощи нуждающимся, альтруистический мотив, а также смешанные причины [22—24]. В закрытых микросоциальных системах (например, среди молодых военнослужащих) на мотивацию к донорству крови оказывает влияние прямая просьба или одобрение донации старшими по званию [25].

Сравнительные исследования демонстрируют разницу мотивации и восприятия донорства в разных группах населения. Известно, что представители белого населения в США чаще, чем афроамериканцы, становятся донорами крови [26, 27]. При этом из возможных мотивов донации крови у последних преобладает «желание спасти жизнь реципиента», в то время как у белого населения мотивация определяется фразой «это правильно делать». В обеих группах имеет значение негативный опыт как препятствие к донорству [28].

Представления женщин-доноров и женщин, не имевших опыта донации крови, о физических ощущениях во время процедуры отличаются преобладанием суждения о тошноте, недомогании, болезненности донации и опасности процедуры у последних [29]. Поэтому следует предполагать, что широкое образование населения, информация об относительной безопасности и минимальном дискомфорте донации могут увеличить количество рекрутируемых доноров.

Отечественных исследований, посвященных проблеме мотивации доноров крови, опубликовано крайне мало. Анализ мотивационного спектра у доноров крови проводился исследователями из Санкт-Петербурга, выделившими из общей массы доноров пять групп с различными психологическими и мотивационными характеристиками [30]. В доступной нам отечественной литературе данные о профессиях доноров и о членах их семей оказались скудными. Для продуктивного привлечения доноров требуется накопление материала относительно мотивации, психологических и социальных особенностей данных групп населения, что и послужило поводом к данному исследованию.

ЦЕЛИ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Целью исследования было определить мотивацию доноров крови и потенциальных доноров ГСК, взаимосвязи мотивации с социальными факторами, а также выявить целевые группы будущих доноров крови и ГСК.

Для некоторых доноров помощь пациентам гематологических отделений насыщает жизнь дополнительным смыслообразующим компонентом. Значимость последнего определялась с помощью теста смысложизненных ориентаций (СЖО) [31]. Тест СЖО включает пять субшкал: «цели в жизни» (оценка испытуемым своего будущего), «процесс, эмоциональная насыщенность жизни» (оценка испытуемым своего настоящего), «удовлетворенность самореализацией» (оценка испытуемым своего прошлого), «локус контроля-Я» (убежденность в возможности контролировать свою жизнь) и «управляемость жизнью» (вера в собственные силы, позволяющие влиять на ход жизни). Первые три субшкалы характеризуют насыщенность жизни за счет удовлетворенности той или иной либо всеми тремя СЖО. В целом субшкалы отражают общий показатель СЖО, который определяет уровень удовлетворенности жизнью, способность и желание менять ее ход. С определенными средними значениями этого показателя для мужчин и для женщин сравнивались результаты исследуемых доноров. Преимущество методики — независимость ее валидности от пола, возраста, интеллекта, уровня образования. Помимо теста СЖО испытуемым предлагалась анкета, содержащая вопросы о социальном статусе, собственной мотивации и отношении родственников к донорству.

Одной из целей исследования было выявить отличия в социальных или мотивационных факторах между донорами крови и потенциальными донорами ГСК.

290

Клиническая онкогематология

Мотивация доноров крови и ГСК

Мы исследовали 112 доноров крови и потенциальных доноров ГСК на базе Республиканской станции переливания крови (г. Петрозаводск). Всего было опрошено 59 женщин и 53 мужчины. Изученная группа доноров распределилась следующим образом (табл. 1).

Таблица 1. Характеристика исследуемой группы доноров

Параметр Число доноров

Возраст, лет

< 20 13

21-30 40

31-40 28

> 40 31

Полная/частичная занятость 90

Род деятельности

Служащий, работник по найму 51

Рабочий 38

Учащийся 17

Пенсионер 2

Предприниматель 2

Безработный 2

Образование Мужчины Женщины

Высшее 14

Среднее 11

Среднее профессиональное 17

Среднее техническое 11

РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ

Поскольку большинство респондентов являются донорами крови и одновременно входят в базу данных Карельского регистра неродственных доноров ГСК, то нам не удалось выявить различия между указанными двумя группами доноров.

Изученная группа характеризовалась следующими показателями (табл. 2).

Таблица 2. Результаты исследования показателей теста СЖО

Среднестатистические нормы [31] Частота показателей СЖО в изученной группе относительно среднестатистического показателя

Показатель СЖО Ниже В пределах Выше

Мужчины

Женщины

Из представленных данных видно, что большая часть женщин-доноров характеризуется средними и высокими показателями удовлетворенности своей жизнью, насыщенностью смыслом тех или иных периодов жизни. У мужчин преобладает средний уровень СЖО. Высокие показатели СЖО у мужчин и у женщин формировались за счет субшкал «локус контроля-Я» и «управляемость жизнью», определяющих убежденность респондентов в том, что человеку дано контролировать свою жизнь, принимать свободные решения. Такие доноры считают себя людьми, способными строить свою жизнь в соответствии со своими целями и представлениями о ее смысле [31]. В нашем исследовании у мужчин (с нормальным и высоким показателем СЖО) в отличие от женщин отмечались более высокие данные по субшкале «цель», свидетельствующие о наличии планов и определенных целей в будущем.

Вопрос, касающийся мотивации, был сформулирован нами следующим образом: «Почему вы решили стать донором?». При ответе 81 % испытуемых выбрали вариант «спасение жизни незнакомого человека», 11 % — «помощь

Таблица 3. Характеристика выбора решающего фактора донорства

Решающий фактор Число доноров

Информация о страдающих пациентах 53

Солидарность с семьей, организацией, группой в поддержании донорства 28

Просьба конкретного человека 12

Участие в акциях по вовлечению в донорство 14

Возможность получения материального вознаграждения 20

конкретному пациенту», 8 % — «страх заболеть самому или болезни членов семьи». Вариант «религиозные убеждения» не выбрал никто из участников исследования. Респондентам был предложен выбор решающего фактора донорства (табл. 3).

В группе мужчин, выбравших вариант ответа «возможность получения материального вознаграждения», мы не обнаружили испытуемых с высоким общим показателем СЖО. Материальное вознаграждение для данной группы, вероятно, не является основным. А. Маслоу выделял дефицитарные потребности (направлены на адаптацию, выживание) и потребности развития (обеспечивают самоуважение, самореализацию) [32]. Мы предполагаем, что мужчины с высоким показателем СЖО не испытывают потребности в адаптации, т. к. их дефицитарные потребности вполне удовлетворены и актуальность материального вознаграждения минимальна. Донорство в данном случае реализует потребность в дополнительных источниках самоуважения.

Мы попытались выяснить, какие потенциальные причины могли бы помешать респондентам осуществить донацию. Наиболее распространенным антимотивационным фактором (48 % респондентов) оказался «риск для здоровья во время процедуры». 24 % изученной группы на вопрос: «Что могло бы послужить причиной отказа от донорства?» — ответили, что потенциальной причиной могло быть «неуважительное отношение со стороны медицинского персонала». «Боль и психологический дискомфорт во время процедуры», «пребывание вне трудовой деятельности», «недостаток информации о целях донорства», «непонимание со стороны близких» назвали в качестве факторов, препятствующих донорству, 16, 11, 3,6 и 1,8 % респондентов соответственно. Отсутствие материального вознаграждения могло бы стать препятствием для 12,5 % доноров (причем среди мужчин это респонденты с низким общим показателем СЖО).

Истинно альтруистические установки (или просоциальное поведение) не требуют материального подкрепления, благодарности со стороны окружающих, афиширования личности донора [33]. Поэтому одним из вопросов анкеты был: «Хотите ли вы встретиться с реципиентом вашей крови или ГСК?» Женщины в 49 % случаев ответили «да», в 26 и 25 % — «нет» и «безразлично» соответственно. Положительные ответы (которые нами трактуются как желание поощрения, похвалы, положительной оценки окружающими) преобладали у женщин с высоким показателем СЖО. Эта позиция, на первый взгляд противоречивая (альтруизм и желание одобрения окружающих), по нашему мнению, не является парадоксальной. Ориентированность женщин в большей степени на оценку окружающих считается культурально сложившейся нормой. Поэтому высокий показатель СЖО сопряжен с высоким уровнем социальных норм, оценок и притязаний. Среди мужчин 49 % на вопрос о желании встретиться с реципиентом крови ответили: «Встреча с реципиентом безразлична»; среди них оказалось больше респондентов с низким и нормальным показателем СЖО. Пожелание встретиться с реципиентом высказали

www.medprint.ru

291

Д. В. Базарова и др.

31 % мужчин изученной группы, отказались от встречи с реципиентом — 20 %.

В 66 % случаев члены семей респондентов знали и одобряли донорство родственника, что, по нашему мнению, свидетельствует о высоком синергизме в семьях, т. е. преемственности и общности ценностных ориентаций. В 25 % случаев члены семей доноров относились отрицательно к сдаче крови (в этой группе респондентов с высоким показателем СЖО не было). В 9 % семей реакция родственников была двоякой. 94 % респондентов охарактеризовали отношения в своих семьях как эмоционально-теплые. Ответы о формальных и конфликтных отношениях (6 %) обозначили только доноры с низким показателем СЖО. В практическом смысле мы считаем, что эффективным будет привлечение членов семей доноров к сдаче крови.

Анализ групп доноров с низкими и высокими показателями СЖО дал следующие результаты. У доноров с высоким показателем СЖО наиболее часто встречался ответ «желание встретиться с реципиентом крови», из антимотивационных факторов: «риск для здоровья во время процедуры», «пребывание вне трудовой деятельности» у мужчин. Наиболее редким ответом респондентов с высоким показателем СЖО оказалось «негативное отношение в семье к донорству», из антимотивационных факторов — «неуважение со стороны медицинского персонала». Указанные выше данные характеризуют эту группу доноров как целеустремленных, довольных результатами своей жизни и получающих удовольствие от жизненного процесса, с преемственностью и общностью внутрисемейных ценностей, ответственностью в профессиональной сфере. У респондентов с высоким показателем СЖО мотивация донорства не может считаться истинно альтруистической, т. к. служит одним из способов получить положительную оценку общества и благодарность.

В группе доноров с низким показателем СЖО преобладают ответы, касающиеся актуальности материального поощрения донорства (у мужчин), отсутствия заинтересованности во встрече с реципиентом, конфликтного и формального стиля взаимоотношений в семье (как у мужчин, так и у женщин). Последнее мы расцениваем как безразличие к реципиентам, а также материальные установки в качестве основного мотивационного фактора донорства.

В нашем исследовании преобладали респонденты технических специальностей (66 % работающих доноров) — инженеры, экономисты и др. Мы предполагаем, что донорство как дополнительный источник самоуважения для них более актуально, нежели для представителей таких профессий, как педагоги, врачи, медицинские сестры. В их профессиональной деятельности больше возможностей реализации «помогающих» функций. Несмотря на это, мы полагаем, что эффективным будет привлечение специалистов разных областей, однако мотивации донорства у этих групп будут различными.

ВЫВОДЫ

1. В изученной группе у женщин-доноров преобладали высокий и средний общие показатели СЖО, у мужчин — средний.

2. Для доноров с высоким общим показателем СЖО как фактор мотивации наиболее актуальна потребность в дополнительных источниках самоуважения. Материальное вознаграждение для них не является основным, в отличие от группы доноров с низким показателем СЖО.

3. Основным мотивом донорства, по результатам нашего исследования, оказалось «спасение жизни незнакомого

человека», а непосредственной причиной донации крови — «информация о страдающих пациентах».

4. В качестве антимотивационного фактора наиболее часто встречается «риск для здоровья во время процедуры». В практическом смысле на этапе рекрутирования будущих доноров необходимо информировать их о том, что при соблюдении превентивных мер риск для их здоровья крайне низок.

5. Мы предполагаем, что могут быть эффективными акции по вовлечению в донорство учащихся учебных заведений технических специальностей. Также продуктивными могут быть акции среди специалистов «помогающих» профессий (врачи, педагоги, медицинские сестры), поскольку по роду своей деятельности они ориентированы на помощь людям.

6. Следует особо отметить, что важный источник расширения группы доноров — члены их семей. Мы полагаем, что это необходимо учитывать организациям, которые занимаются развитием донорства крови и ГСК в нашей стране.

ЛИТЕРАТУРА

1. Официальный сайт Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации. http://www.minzdravsoc.ru/health/donors /41.

2. Сайт службы крови — карта донорства. http://www.yadonor.ru/ru/map/-imap/map_donors/index.php.

3. http://www.yadonor.ru/ru/pc/lenta_new/news.

4. Wang J., Guo N, Guo X. et al. Who donates blood at five ethnically and geographically diverse blood centers in China in 2008. Transfusion 2010 Jun 10.

5. Carneiro-Proietti A.B., Sabino E.C., Sampaio D. et al. Demographic profile of blood donors at three major Brazilian blood centers: results from the International REDS-II study, 2007 to 2008. Transfusion 2010; 50(4): 918-25.

6. Zago A, da Silveira M.F., Dumith S.C. Blood donation prevalence and associated factors in Pelotas, Southern Brazil. Rev. Saude Publica. 2010; 44(1): 112-20.

7. Duboz P., Cuneo B. Impact of socioeconomic status on blood donation. Transfus. Clin. Biol. 2009; 16(4): 371-8.

8. Oswalt R., Gordon J. Blood donor motivation: a survey of minority college students. Psychol. Rep. 1993; 72(3 Pt 1): 785-6.

9. Veldhuizen I.J., Doggen CJ., Atsma F. еt al. Donor profiles: demographic factors and their influence on the donor career. Vox. Sang. 2009; 97(2): 129-38.

10. Saberton P.J., Paez A, Newbold K.B. et al. Geographical variations in the correlates of blood donor turnout rates: an investigation of Canadian metropolitan areas. Int. J. Health Geogr. 2009; 8: 56.

11. de Kort W., Wagenmans E., van Dongen A. et al. Blood product collection and supply: a matter of money? Vox. Sang. 2010; 98(3 Pt 1): e201-8.

12. Saleem T., Ishaque S., Habib N. et al. Knowledge, attitudes and practices survey on organ donation among a selected adult population of Pakistan. BMC Med. Ethics. 2009; 10: 5.

13. Shenga N., Thankappan K., Kartha C. еt al. Analyzing sociodemographic factors amongst blood donors. J. Emerg. Trauma Shock 2010; 3(1): 21-5.

14. Hyde M.K., White K.M. Are organ donation communication decisions reasoned or reactive? A test of the utility of an augmented theory of planned behaviour with the prototype/willingness model. Br. J. Health Psychol. 2010; 15(Pt 2): 435-52.

15. Hyde M.K., White K.M. Knowing a donor and identifying as one: determinants of people’s willingness for related and anonymous living donation in Australia. Psychol. Health Med. 2009; 14(5): 524-35.

16. Kedem-Friedrich P., Rachmani R. Willingness to donate organs towards the 2000s-results of a survey of attitudes among Israeli Jews. Harefuah. 1998; 135(11): 496-500, 568.

17. Stephenson M.T., Morgan S.E., Roberts-Perez S.D. еt al. The role of religiosity, religious norms, subjective norms, and bodily integrity in signing an organ donor card. Health Commun. 2008; 23(5): 436-47.

18. Morse C.R., Afifi W.A., Morgan S.E. et al. Religiosity, anxiety, and discussions about organ donation: understanding a complex system of associations. Health Commun. 2009; 24(2): 156-64.

19. Buciuniene I., Stonienе L., Blazeviciene A. et al. Experimental Approaches to the Study of Charitable Giving. BMC Public Health. 2006; 6: 166.

20. Toccaceli V., Fagnani C., Nistico L. et al. Research understanding, attitude and awareness towards biobanking: a survey among Italian twin participants to a genetic epidemiological study. BMC Med. Ethics 2009; 10: 4.

21. Marantidou O., Loukopoulou L., Zervou E. et al. Factors that motivate and hinder blood donation in Greece. Transfus. Med. 2007; 17(6): 443-50.

292

Клиническая онкогематология

Мотивация доноров крови и ГСК

22. Misje A.H., Bosnes V., Gasdal O. et al. Motivation, recruitment and retention of voluntary non-remunerated blood donors: a survey-based questionnaire study. Vox. Sang. 2005; 89(4): 236-44.

23. Ferguson E., Farrell K., Lawrence C. Blood donation is an act of benevolence rather than altruism. Health Psychol. 2008; 27(3): 327-36.

24. Purewal S., van den Akker O. Attitudes and intention to donate oocytes for research. Fertil. Steril. 2010; 93(4): 1080-7.

25. Weinberg I., Zarka S., Levy Y. et al. Why would young people donate blood? A survey-based questionnaire study. Vox. Sang. 2009; 96(2): 128-32.

26. Bussey-Jones J., Garrett J., Henderson G. et al. The role of race and trust in tissue/blood donation for genetic research. Genet. Med. 2010; 12(2): 116-21.

27. Burditt C., Robbins M.L., Paiva A. et al. Motivation for blood donation among African Americans: developing measures for stage of change, decisional balance, and self-efficacy constructs. J. Behav. Med. 2009; 32(5): 429-42.

28. Shaz B.H., Demmons D.G., Hillyer K.L. et al. Racial differences in motivators and barriers to blood donation among blood donors. Arch. Pathol. Lab. Med. 2009; 133(9): 1444-7.

29. Shaz B.H., Demmons D.G., Crittenden C.P. еt al. Motivators and barriers to blood donation in African American college students. Transfus. Apher. Sci. 2009; 41(3): 191-7.

30. Лаврова В.А., Колосков А.В. Анализ мотивационного спектра у доноров крови в Санкт-Петербурге. Гематол. и трансфузиол. 2007; 52(1): 26-30.

31. Леонтьев ДА. Тест смысложизненных ориентаций (СЖО). М.: Смысл, 2006: 3, 14-16.

32. МаслоуА. Мотивация и личность. СПб.: Евразия, 1999: 77-105.

33. Немов P.С. Психология. Учеб. для студентов высш. пед. учеб. заведений. В 2-х книгах. Кн. 1. Общие основы психологии. М.: Просвещение, Владос, 1994: 398.

www.medprint.ru

293