Влияние миграционных процессов на демографическое развитие севера Бурятии в 1970-х - 1980-х годах

Убеева О. А. Влияние миграционных процессов на демографическое развитие Севера Бурятии в 1970-х — 1980-х годах / О. А. Убеева // Научный диалог. — 2019. — № 12. — С. 408—420. — DOI: 10.24224/2227-1295-2019-12-408-420.

Ubeeva, O. A. (2019). Influence of Migration Processes on the Demographic Development of the North of Buryatia in 1970s—1980s. Nauchnyi dialog, 12: 408-420. DOI: 10.24224/2227-12952019-12-408-420. (In Russ.).

nmnnil 1%,

crih-JIIL-Г 1 k f ' 4

I. П I I I ^ 1. Г 1 ruifnic MS ftlRmtMY-

УДК 314.8

DOI: 10.24224/2227-1295-2019-12-408-420

влияние миграционных процессов на демографическое развитие Севера Бурятии в 1970-х — 1980-х годах1

© Убеева Ольга Александровна (2019), orcid.org/0000-0001-5041-5421, кандидат исторических наук, доцент, федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Бурятский государственный университет имени Доржи Банзарова» (Улан-Удэ, Россия), manul78@mail.ru.

История демографического развития населения северных районов Бурятии в позднесо-ветский период представляет одну из слабоизученных тем в отечественной историографии. В представленной работе уделено внимание миграционным процессам и их влиянию на население севера Бурятии в условиях строительства БАМа. Отмечается, что государством ставилась задача повышения приживаемости и закрепления мигрантов на территориях, находившихся в зоне влияния «стройки века». Показано, что динамика миграций напрямую зависела от активности миграционных потоков, благодаря которым наблюдалось увеличение плотности населения в зоне строительства магистрали. При рассмотрении влияния миграционных процессов на демографическое развитие в работе выделены три периода. Указывается, что для второй половины 1970-х годов характерно увеличение численности населения за счет активной трудовой миграции, при этом приток мужчин и женщин трудоспособного возраста отразился на показателях естественного движения населения. Однако естественный прирост был незначительным и не имел качественного влияния на демографическую картину северных районов республики. Авторы показывают, что в первой половине 1980-х годов наблюдается выравнивание интенсивности миграционных процессов с незначительным обратным оттоком населения; начиная с 1985 года данные статистики демонстрируют активный обратный отток мигрантов при продолжающейся трудовой миграции в северные районы республики.

Ключевые слова: поздний социализм; экономическое развитие; демография; народонаселение; плотность населения; миграция.

1. Введение

Демографическое развитие северных районов Бурятии в период позднего социализма происходило в типичных для северных регионов Сибири и Дальнего Востока условиях. На рубеже 1960-х — 1970-х годов наиболее заселенными в Бурятской АССР были связанные развитой транспортной сетью центральные и южные районы, прежде всего Кабанский, Заиграевский, Кяхтинский, Селенгинский, а также столица республики — город Улан-Удэ. Низкая плотность населения, около

1 Статья подготовлена при финансовой поддержке РФФИ и Правительства РБ, проект № 18-49-030010р_а.

0,10—0,15 человек на один км2, фиксировалась на севере республики в СевероБайкальском и Баунтовском районах. Данные территории характеризовались наличием обширных незаселенных площадей, удаленностью от развитых центров региона, отсутствием транспортных коммуникаций, сложными природно-климатическими условиями, приравненными к Крайнему Северу.

Ситуация стала стремительно меняться с середины 1970-х годов, когда северные территории Бурятии оказались вовлечены в масштабные социально-экономические проекты. Период позднего социализма характеризуется гигантским сдвигом производительных сил на восток Советского Союза. Анализ развития советских национальных республик и их достижений в данное время демонстрирует максимальную мобилизацию резервов народного хозяйства, внедрение новой техники. В условиях взятого государством экономического курса особое внимание уделялось социальному планированию производственных коллективов. Данные процессы вызвали интенсификацию миграционных потоков. Остро встал вопрос о сооружении новых транспортных коммуникаций, что было отмечено в отчетном докладе XXV съезда КПСС в 1976 году [Брежнев, 1976, с. 1].

Одним из наиболее крупных позднесоветских проектов, реализуемых в регионе, стало строительство Байкало-Амурской железнодорожной магистрали (далее — БАМ). Новая магистраль должна была стать плацдармом для доступа к огромным запасам минерального сырья слабо освоенных северных районов Сибири. В соответствии с Программой развития производительных сил Сибири и Дальнего Востока на прилегающих к БАМу территориях предполагалось создать около десяти территориально-производственных комплексов, слагаемыми которых должны были стать лес, уголь, железо, цветные металлы, асбест и т. д.

Зарубежные исследователи чаще всего придерживаются гипотезы о геостратегическом значении инициирования проекта, продиктованном лишь ухудшением отношений между Советским Союзом и Китаем в 1960-е годы [Grützmacher, 2012, р. 220—222; Ward, 2009, р. 24—27]. В советской литературе утверждалось, что железная дорога протяженностью более 4000 км от Усть-Кута до Комсомольска-на-Амуре должна была эффективно повлиять на развитие производительных сил Сибири и Дальнего Востока, вовлечь в хозяйственный оборот крупнейшие запасы полезных ископаемых и леса, улучшить внешнеэкономические связи Советского Союза через морские порты Дальнего Востока [БАМ: строительство ..., 1984, с. 9—10; Регион БАМ ..., 1996, с. 82—84].

Грандиозной по своим масштабам программе придавалось огромное экономическое и социально-политическое значение. В 1975 году БАМ был провозглашен всесоюзной ударной комсомольской стройкой, часто именуемой в печати «стройкой века». За время строительства было организовано четыре всесоюзных и 29 республиканских, краевых и областных комсомольских отрядов, насчитывавших 43,7 тыс. человек [БАМ на территории Бурятии ., 1999, с. 11]. К возведению железнодорожных станций и постоянных поселков привлекались шефские организации, сформированные в 13 союзных республиках и 22 автономных административных единицах РСФСР [Там же, с. 49].

Строительство бурятского участка БАМа оказало большое влияние на народонаселение как советской Бурятии в целом, так и, в частности, Северо-Байкаль-ского и Баунтовского районов республики, приравненных к территориям Крайнего Севера. Именно на период 1970—1980-х годов приходится возведение большого числа новых населенных пунктов, обеспечивавших непрерывность строительства и функционирования бурятской ветки БАМ. Первостепенное внимание при создании населенных пунктов, зачастую в сложных, труднодоступных местностях с экстремально суровыми климатическими условиями, отводилось обеспечению ударных темпов строительства основного объекта.

За короткий период 1970—1980-х годов было возведено 14 новых населенных пунктов с современной социально-бытовой инфраструктурой. Наряду с относительно крупными промышленными и транспортными центрами, такими как Северобайкальск или Таксимо, были организованы временные поселки железнодорожных строителей. Часть из них, например, Даван, Гоуджекит, Тоннельный или Витим, была упразднена вместе с окончанием строительных работ и передислокацией рабочих на другие участки. Другие (Кичера, Ангоя, Новый Уоян, Севе-ромуйск, Янчукан) превратились сегодня в небольшие пристанционные поселки, связанные с обслуживанием железной дороги [Байкалов, 2018, с. 999—1000]. Таким образом, демографические изменения, вызванные социально-экономическими процессами 1970—1980-х годов, отразились на социальном портрете населенных пунктов севера Бурятии.

В данной статье мы рассмотрим, как миграционные потоки, вызванные реализацией позднесоветских модернизационных проектов, повлияли на демографическую структуру населения северных районов Бурятии.

Среди исследований различных аспектов демографического развития Бурятии в советский период следует выделить работы, в которых анализируются процессы социально-экономического развития Бурятии, их влияние на развитие народонаселения, объективно определены факторы, влиявшие на демографические процессы в Бурятии [Бреславский, 2016, с. 79—102; Долголюк, 2013, с. 108—124; Флорин-ская, 2015, ^ 91—100]. Проблемы естественного, миграционного и социального движения городского населения Бурятии, основные факторы формирования городских поселений и их развитие освещены в исследованиях Д. Д. Мангатаевой [Ман-гатаева, 1988, 1990].

Изучению демографических процессов в районах строительства БАМа посвящены работы Ю. В. Аргудяевой, Е. В. Белкина, Ф. Э. Шереги, С. Н. Железко и др. [Аргудяева, 1988; Белкин и др., 1985; Железко, 1980 и др.] При этом развитие народонаселения северных районов Бурятии, вовлеченных в зону влияния всесоюзной стройки, так и не получило самостоятельного освещения.

Эмпирическую базу работы составили архивные фонды строительных предприятий, работавших в северных районах Бурятской АССР, в том числе таких, как мехколонны треста «ЗапБАМстроймеханизация», мостостроительные отряды треста «Мостострой-9», тоннельные отряды УС «БАМтоннельстрой», строительно-монтажные поезда треста «Нижнеангарсктрансстрой». Большой интерес пред-

ставляют документы райкомов и горкомов КПСС и ВЛКСМ, исполкомов городских и районных советов депутатов Северо-Байкальского, Баунтовского и Муйско-го районов, а также города Северобайкальска. Ценным источником по изучению демографических процессов является социальная и демографическая статистика, широко представленная в фондах районных инспектур госстатистики, хранящихся в муниципальных архивах республики Бурятия.

В демографическом развитии населения рассматриваемых территорий можно выделить три этапа, связанных с основными периодами в реализации масштабного проекта: 1) 1974—1979 годы; 2) 1980—1984 годы; 3) 1985—1991 годы [Байкалов и др., 2018, с. 131]. На первом этапе наблюдалось увеличение численности населения за счет трудовой миграции в зону строительства. Темпы роста населения северных территорий, оказавшихся в зоне влияния всесоюзной стройки, опережали республиканские и общесоюзные в три-четыре раза. Второй этап характеризуется замедлением миграционных потоков и увеличением естественного прироста. На третьем этапе происходит отток трудовых мигрантов, прежде всего прибывших из западных регионов СССР, что было связано с завершением основного объема строительно-монтажных работ и пуском БАМа в постоянную эксплуатацию.

2. Миграционные процессы в северных районах Бурятии

Создание устойчивого и динамично растущего населения в районах нового освоения представляет сложную в экономическом, организационном и социальном плане задачу. Преобладающими формами миграции населения в районы строительства и освоения зоны БАМа являлись приезд по собственной инициативе, общественные призывы (направление по комсомольской путевке в индивидуальном порядке или в составе молодежного отряда), перевод в составе рабочего коллектива с других промышленных или строительных объектов, направление на работу после окончания учебного заведения и т. д. [Власов, 2014, с. 37]

Архивные документы позволяют сделать вывод, что доминирующей формой набора рабочих на бурятском участке стройки был местный наем, доля которого по тресту «Нижнеангарсктрансстрой» в среднем составила 64,3 %, по УС «БАМтоннель-строй» — 66,3 %, «ЗапБАМстроймеханизация» — 65,1 % [АОМО «город Северобай-кальск», ф. р-15, оп. 1, д. 119, л. 54—56; ГАРБ, ф. р-1880, оп. 1, д. 678, л. 3, 18; д. 679, л. 2—3; МКУ УКАД МО «Северо-Байкальский район», ф. р-1, оп. 1, д. 652, л. 13].

Ежегодно на стройку прибывало в среднем около 5—10 тысяч человек (рис. 1).

Около трети рабочих прибывали в северные районы Бурятии организованно, преимущественно в составе комсомольско-молодежных отрядов. Другую треть составляли специалисты из союзных и автономных республик, направленные по трудовому распределению в зоны строительства БАМа. Остальное население было представлено выходцами из соседних сибирских регионов и районов Бурятской АССР.

Ежегодный прирост населения происходил за счет трудовой миграции и превышал республиканские показатели в 3,5—3,6 раза [Народное хозяйство СССР ..., 1980, с. 24—36]. Миграционная активность населения во второй половине 1970-х годов была продиктована в первую очередь материальным стимулированием

3000С

2000С

1000(

1978

убыло прибыло

прибыло убыло

1979

Рис. 1. Динамика миграционных процессов Бурятского участка БАМ (1975—1979), чел.

Источник: АОМО «город Северобайкальск», ф. р-12, оп. 1, д. 17, лл. 10—12; д. 34, лл. 22—23; д. 55, л. 7; д. 74, л. 16; л. 96, л. 11; д. 117, лл. 22—23; д. 137, лл. 15—16; д. 158, л. 27; д. 181, л. 7—9; д. 200, лл. 27—28; АОМО «Муйский район», ф. р-2, оп. 1, д. 58, л. 18; МКУ УКАД МО «Северо-Байкальский район», ф. р-28, оп. 1, д. 219, лл. 29—30; д. 245, л. 33; д. 259, л. 24; д. 271, л. 16; д. 278, лл. 10—12.

новоселов. Кроме высокой зарплаты, обусловленной действием специальных северных коэффициентов и БАМовских надбавок, рабочих привлекали привилегированным снабжением дефицитными товарами, правом в рассрочку за 2,5—3 года приобрести легковой автомобиль и т. д.

Однако, как показывают данные соцопросов, немаловажным фактором в мо-тивационной структуре мигрантов являлся общественный энтузиазм [Аргудяева, 1988, с. 44; Железко, 1980, с. 79—82].

Особенность данного этапа состоит в том, что при начале реализации ме-га-проекта акцент делался на органическое сочетание интересов производства в целом и интересов всех участников стройки. Идея социального планирования активно воплощалась на БАМе. Следует обратить внимание на «человеческий фактор» производства, который объединил общие цели развития с частными задачами и возможностями каждого коллектива.

Данные статистики показывают, что период с 1974 по 1979 годы характеризуется увеличением численности за счет прибывающих новых мигрантов, несмотря на имевшуюся долю оттока населения, в среднем составлявшую 44 % ежегодно. Население Баунтовского и Северо-Байкальского районов увеличилось на 32,5 %, в то время как в Бурятии темпы роста составляли в целом 11,3 % [Народное хозяйство СССР ..., 1980, с. 24—36]. Государством ставилась задача закрепления мигрантов на территориях, находившихся в зоне влияния «стройки века». Несмотря на значительные объемы миграции из районов БАМа, большая часть прибывших на стройку укоренялась.

Причины закрепления новоселов в северных районах республики были продиктованы различными формами материального стимулирования, возможностями карьерного роста, пропагандистским воздействием СМИ и т. д.

Повышение материальной заинтересованности трудящихся должно было не только отразиться на укоренении новоселов, но и способствовать развитию инициативы и хозяйственной самостоятельности на осваиваемых территориях. Реальные доходы на душу населения северных районов Бурятии отличались от общереспубликанских показателей в целом. Среднемесячная заработная плата трудящихся на бурятском участке БАМа была больше в 2,1 раза [БАМ на территории Бурятии ..., 1999, с. 9—10]. Моральное стимулирование выражалось в героизации строителей БАМа, повышенном внимании к ним со стороны газет и телевидения, практике раздачи наград различного уровня и пр.

Обещанные социальные гарантии, включая получение жилья, наличие мест в детских садах, оснащенность БАМовских поселков современными школами, больницами, домами культуры, библиотеками и прочими социальными и культурными объектами, на практике часто не выполнялись, что вызывало недовольство местного населения.

Однако, хотя не все рабочие переехали в новые квартиры, получили возможность бесплатно провести отпуска в санаториях или домах отдыха, но именно за этот десятилетний период количество населения северных районов Бурятии увеличилось за счет динамичного пополнения численности трудящихся на строительстве магистрали (рис. 2).

40000 35000 30000 25000 20000 15000 10000 5000 О

Нижнеа нгарск

Североба йкальск

Новый Уоян

Кичера

Гоуджекит

Северомуйск

Тоннельный

Даван

Всего

Рис. 2. Изменения численности населения зоны Бурятского участка БАМ (1975—1979), чел.

Источник: АОМО «город Северобайкальск», ф. р-12, оп. 1, д. 17, лл.10—12; д. 34, лл. 22—23; д. 55, л. 7; д. 74, л. 16; д. 96, л. 11; д. 117, лл. 22—23; д. 137, лл. 15—16; д. 158, л. 27; д. 181, лл. 7—9; д. 200, лл. 27—28; АОМО «Муйский район», ф. р-2, оп. 1, д. 58, л. 18; МКУ УКАД МО «Северо-Байкальский район», ф. р-28, оп. 1, д. 219, лл. 29—30; д. 245, л. 33; д. 259, л. 24; д. 271, л. 16; д. 278, л. 10—12.

Как видим (рис. 2), к концу 1970-х годов численность населения северных районов Бурятии значительно увеличилась. Естественно, приток мужчин и женщин

трудоспособного возраста отразился на показателях естественного движения населения. Однако естественный прирост был незначительным и не имел качественного влияния на демографическую картину северных районов Бурятии во второй половине 1970-х годов.

3. Миграционные процессы северных районов Бурятии

Рассматривая миграционные процессы в северных районах Бурятии и их влияние на демографическую картину, необходимо уточнить, что период с 1980 года по 1989 годы включает два разных по характеру временных отрезка: первую и вторую половину 1980-х годов.

В основе лежат различия в темпах демографического развития населения в целом, обусловленных изменениями как естественного прироста, так и миграционного движения населения. Миграционная активность, омоложение половозрастной структуры населения, материальное стимулирование, оплата отпусков по уходу за ребенком и пр. способствовали увеличению численности населения (рис. 3).

Всего Витим Таксимо Заречный Янчукан Тоннельный Северомуйск Гоуджекит Кичера Новый Уоян Северобайкальск Нижнеангарск

Рис. 3. Изменения численности населения зоны Бурятского участка БАМ (1980—1984), чел.

Источник: АОМО «город Северобайкальск», ф. р-12, оп. 1, д. 17, лл.10—12; д. 34, лл. 22—23; д. 55, л. 7; д. 74, л. 16; д. 96, л. 11; д. 117, лл. 22—23; д. 137, лл. 15—16; д. 158, л. 27; д. 181, лл. 7—9; д. 200, лл. 27—28; АОМО «Муйский район», ф. р-2, оп. 1, д. 58, л. 18; МКУ УКАД МО «Северо-Байкальский район», ф. р-28, оп. 1, д. 219, лл. 29—30; д. 245, л. 33; д. 259, л. 24; д. 271, л. 16; д. 278, л. 10—12.

На диаграмме (рис. 3) видно, что динамичный прирост в целом наблюдается среди городского населения зоны Бурятского участка БАМа. Как правило, часть прибывших старалась переехать и закрепиться в населенных пунктах с развитой инфраструктурой. Такие временные рабочие поселки, как Даван, Гоуджекит и прочие, не привлекали новоселов. Постепенно с окончанием того или иного объекта

они ликвидировались, а население перебазировалось на новые участки. В частности, в это время активно разрастается будущий райцентр Муйского района — поселок Таксимо, центры дислокации строителей Северо-Муйского тоннеля Северо-муйск и Тоннельный, поселок мостостроителей Витим и др.

Необходимо отметить, что в первой половине 1980-х годов в новых поселках существенную долю приехавших уже составляли выходцы из сельских районов республики. В зоне строительства БАМа в первой половине 1980-х годов наблюдаются улучшения жилищно-бытовых условий и врачебно-санитарного обслуживания. Увеличивается рождаемость, которая компенсировала смертность, а также вносила положительные изменения в возрастную структуру населения, где наблюдался рост нетрудоспособного населения по старости.

Начиная с 1985 года происходят существенные изменения в динамике миграционного движения. Данные статистики демонстрируют активный обратный отток мигрантов при продолжающейся трудовой миграции в северные районы республики (табл. 1).

Таблица 1

Динамика миграционных процессов Бурятского участка БАМа (1985—1989), чел.

1985 1986 1988 1989

Населенный пункт о 5 о 5 о 5 о 5

»о л »о л »о л »о л

а ы а ы а ы а ы

а »о а »о а »о а »о

с с с а

Всего 11981 9000 10633 7179 8079 7097 5056 6212

Северобайкальск 4067 2697 3445 2680 2309 2092 1949 1935

Нижнеангарск 1044 879 939 902 614 693 464 586

Новый Уоян 1704 1886 1573 1032 1714 883 806 703

Кичера 663 383 770 354 389 272 197 213

Гоуджекит

Северомуйск 2273 1182 1941 1056 1040 1372 724 1268

Тоннельный 1218 823 1050 672 693 765 380 590

Янчукан 289 379 485 223 326 201 274 255

Ангоя — — — — 244 52 24 5

Солнечный — — — — 253 216 158 221

Источник: АОМО «город Северобайкальск», ф. р-12, оп. 1, д. 17, лл.10—12; д. 34, лл. 22—23; д. 55, л. 7; д. 74, л. 16; д. 96, л. 11; д. 117, лл. 22—23; д. 137, лл. 15—16; д. 158, л. 27; д. 181, лл. 7—9; д. 200, лл. 27—28; АОМО «Муйский район», ф. р-2, оп. 1, д. 58, л. 18; МКУ УКАД МО «Северо-Байкальский район», ф. р-28, оп. 1, д. 219, лл. 29—30; д. 245, л. 33; д. 259, л. 24; д. 271, л. 16; д. 278, л. 10—12.

На вторую половину 1980-х годов приходится сложный период в истории бурятского участка строительства БАМа. Несмотря на гигантские капиталовложения, экономический сектор нуждался во фронтальных укреплениях и усилении материально-технического оснащения. Высокий уровень травматизма, зафиксированный в отчетных документах, также являлся отпугивающим фактором и причиной обратного оттока мигрантов. К категории опасного производства на стройке относились прежде всего горнопроходческие работы при строительстве тоннелей. Нарушения техники безопасности при возведении объектов и организации технологических процессов, отсутствие средств индивидуальной защиты, использование рабочих не по специальности приводили к увеличению доли травматизма.

Анализ статистики оттока населения из северных районов бурятского участка строительства БАМа позволяет судить о составе отходников. В основном это были представители межобластных переселений, которые покидали не только северные районы республики, но и пределы республики [Кибалов и др., 1996, с. 59—79]. Хотя в составе обратной миграции можно отметить незначительную долю тех, кто переезжал в несеверные районные административные центры республики и г. Улан-Удэ. Они составляли 17,7 % от общей численности уехавших обратно.

Перед республиканскими партийными органами встала проблема увеличения населения в северных районах республики. Одним из реальных способов решения данного вопроса являлось повышение материальной заинтересованности, что требовало дополнительных инвестиций в социальную сферу. Проблема формирования отрядов переселенцев частично решилась за счет сельских жителей республики и направлений по трудовому распределению выпускников региональных высших учебных заведений и средних профессиональных училищ.

За период с 1985 по 1989 годы в северные районы бурятского участка строительства БАМа из других районов республики переехали жить и трудиться вместе с членами семьи 4236 чел. [ГАРБ, ф. п-8, оп. 9, д. 2, л. 10].

За вторую половину 1980-х годов прирост населения за счет прибытия мигрантов составил 13,8 %, что отличается от предшествующих качественных показателей. Материальное поощрение, сокращение пенсионного возраста, начисление «северного» коэффициента в расчете заработной платы повлияли на сохранении численности населения.

Кроме того, стоит обратить внимание на методы управления миграционными потоками, среди которых можно назвать правила прописки и выписки населения, прием на работу, улучшение жилищно-бытовых условий путем расширения или получения жилья и пр.

4. Заключение

Подводя итоги, следует отметить, что численность населения северных районов Бурятии в годы сооружения бурятского участка БАМа в 1970-е годы и начале 1980-х годов существенно менялась под воздействием межобластных миграций. Во второй половине 1980-х годов пополнение трудовых коллективов бамовцев осуществляется ростом мигрантов из числа жителей республики.

В целом миграционное движение в районах бурятского участка БАМа не влияло на общие показатели численности населения Бурятии, в которой основной прирост населения шел за счет естественного движения. Тем не менее миграция оказывала влияние на социальные процессы. Образ бамовца как носителя социально-психологических черт передовика, сложившийся в 1970—1980-е годы, напрямую связан с мигрантами.

Процедура учета миграционного движения сложна и на современном этапе страдает неполнотой данных. Однако данные о качественном составе трудящихся, прибывших в северные районы бурятского участка строительства БАМа, представлены в фондах архивов республики. Можно утверждать, что мигранты обладали высоким уровнем квалификации и образования, специальной подготовкой.

Миграционное движение населения в районах строительства бурятского участка БАМа стало причиной кардинальных изменений в демографической картине северных районов Бурятии: омоложении населения, изменении национального состава и социальной структуры. Кроме того, оно оказало прямое влияние на переход от компенсаторной рождаемости к положительной динамике в естественном движении населения.

Источники и ПРИНЯТЫЕ СОКРАЩЕНИЯ

1. АОМО «город Северобайкальск» — Архивный отдел муниципального образования «город Северобайкальск». Ф. Р-1 (Городской совет народных депутатов г. Северобайкальск). Оп. 1. Д. 67. Лл. 11, 13, 14—21 ; Ф.Р-12 (Отдел статистики Северобайкальского района). Оп. 1. Д. 17. Лл. 10—12 ; Д. 34. Лл. 22—23 ; Д. 55. Л. 7; Д. 74. Л. 16; Д. 96. Л. 11 ; Д. 117. Лл. 22—23; Д. 137. Лл. 15—16 ; Д. 158. Л. 27; Д. 181. Лл. 7—9; Д. 200. Лл. 27—28 ; Ф. Р-15 (трест «Нижнеангарсктрансстрой»). Оп. 1. Д. 119. Лл. 54—56.

2. АОМО «Муйский район» — Архивный отдел администрации муниципального образования «Муйский район». Ф. Р-2 (Поселковый совет п. Таксимо). Оп. 1. Д. 58. Л. 18.

3. Брежнев Л. И. Отчет Центрального Комитета КПСС и очередные задачи партии в области внутренней и внешней политики / Л. И. Брежнев // Правда. — 1976. — 25 февраля. — С. 1.

4. ГАРБ — Государственный архив Республики Бурятия. Ф. п-8 (Северобайкальский райком и горком КПСС). Оп. 7. Д. 2. Л. 46 ; Оп. 9. Д. 2. Л. 10 ; Ф. Р-1880 (Управление строительства БАМтоннельстрой). Оп. 1. Д. 216. Л. 3; Д. 472. Лл. 13—14 ; Д. 577. Л. 4 ; Д. 678. Л. 3, 18 ; Д. 679. Лл. 2—3.

5. МКУ УКАД МО «Северо-Байкальский район» — МКУ «Управление культуры и архивного дела муниципального образования «Северо-Байкальский район». Ф. Р-28 (Центральная районная больница). Оп. 1. Д. 219. Лл. 29—30 ; Д. 245. Л. 33 ; Д. 259. Л. 24 ; Д. 271. Л. 16 ; Д. 278. Л. 10—12.

6. Народное хозяйство СССР за 70 лет : юбилейный статистический ежегодник / Гос. ком. СССР по статистике. — Москва : Финансы и статистика, 1987. — 765 с.

Литература

1. АргудяеваЮ. В. Труд и быт молодежи БАМа : настоящее и будущее / Ю. В. Ар-гудяева. — Москва : Мысль, 1988. — 174 с.

2. Байкалов H. С. Городское население северных районов Бурятии в период позднего социализма / Н. С. Байкалов, О. А. Убеева // Общество i философия, история, культура. — 2018. — № 12. — С. 130 — 135.

3.БайкаловН. С. «Обживая стройку века» ; пространство повседневности и жилищная мобильность строителей Байкало-Амурской железнодорожной магистрали (1970—1980-е гг.) / Н. С. Байкалов // Новейшая история России. — 2018. — Т. 8, № 4. — С. 998—1016.

4. БАМ на территории Бурятии i история строительства, ее роль в хозяйственном освоении региона / отв. ред. И. В. Гордиенко. — Улан-Удэ i Изд-во БНЦ СО РАН, 1999. — 217 с.

5. БАМ i строительство и хозяйственное освоение / ред. А. Г. Аганбегян, А. А. Кин, В. П. Можин. — Москва i Экономика, 1984. — 144 с.

6. Белкин Е. В. Формирование населения в зоне БАМ / Е. В. Белкин, Ф. Э. Шере-ги. — Москва i Мысль, 1985. — 170 с.

7. Бреславский А. С. Какой может быть российская субурнизация? / А. С. Бреслав-ский // Мир России. Социология. Этнология. — 2016. — №1. — С. 79—102.

8. Власов Г. П. Социально-демографические процессы в новых районах освоения Сибири i монография / Г. П. Власова. — Братск i Изд-во БрГУ 2014. — 162 с.

9. ДолголюкА. А. Сибирские строители в 1946—1970 гг. / А. А. Долголюк. — Новосибирск i Сибирское научное издательство, 2013. — 476 с.

1G. Железко С. Н. Социально-демографические проблемы в зоне БАМ / С. Н. Железко. — Москва i Статистика, 1980. — 184 с.

11. КибаловЕ. В. Регион БАМ i стратегические альтернативы развития / Е. В. Кибалов, А. А. Кин // Регион i экономика и социология. — 1996. — № 3. — С. 59—79.

12. Мангатаева Д. Д. Динамика и структура населения / Д. Д. Мангатаева // Демографическое и социальное развитие БурАССР. — Улан-Удэ i Изд-во БНЦ СО РАН, 1990. — 197 с.

13. Мангатаева Д. Д. Система расселения — региональный аспект / Д. Д. Мангата-ева. — Новосибирск i Сибирское научное издательство, 1988. — 216 с.

14. Флоринская Ю. Ф. Миграция и рынок труда / Ю. В. Флоринская, Н. В. Мкртчан, Т. М. Малеева, М. К. Кириллова. — Москва i Дело, 2015. — 108 с.

15. Grützmacher J. Die Baikal-Amur-Magistrale. Vom stalinistischen Lager zum Mobilisierungsprojekt unter Breznev / J. Grützmacher. — München i R. Oldenbourg Verlag, 2012. — 503 p.

16. Ward Chr. J. Brezhnev's Folly i The Building of BAM and Late Soviet Socialism / Chr. J. Ward. — Pittsburgh i University of Pittsburgh Press, 2009. — 256 p.

Influence of Migration Processes on the Demographic Development of the North of Buryatia in 1970s—1980s1

© Olga A. Ubeeva (2019), orcid.org/0000-0001-5041-5421, PhD in History, associate professor, Buryat State University named after D. Banzarov (Ulan-Ude, Russia), manul78@mail.ru.

1 This article was prepared with the financial support of the Russian Foundation for Basic Research and the Government of the Republic of Belarus,№ 18-49-030010p_a.

The history of the demographic development of the population of the northern regions of Burya-tia in the late Soviet period represents one of the poorly studied topics in Russian historiography. The presented work focuses on migration processes and their impact on the population of the north of Buryatia during the construction of the Baikal-Amur Mainline. It is noted that the state set the task of increasing the survival rate and securing migrants in the territories that were in the zone of influence of the "construction of the century". It is shown that the dynamics of migration directly depended on the activity of migration flows, due to which there was an increase in population density in the construction zone of the highway. When considering the influence of migration processes on demographic development, three periods are identified in the work. It is indicated that the second half of the 1970s was characterized by an increase in the population due to active labor migration, while the inflow of men and women of working age was reflected in the indicators of the natural movement of the population. However, the natural growth was insignificant and did not have a qualitative impact on the demographic picture of the northern regions of the republic. The authors show that in the first half of the 1980s there was an equalization of the intensity of migration processes with a slight outflow of the population; since 1985, statistics has shown an active reverse outflow of migrants with ongoing labor migration to the northern regions of the republic.

Key words: late socialism; economic development; demography; population; population density; migration.

Material resources

AOMO «gorod Severobaykalsk» — Arkhivnyy otdel munitsipalnogo obrazovaniya «gorod Severobaykalsk». F. R-1 (Gorodskoy sovet narodnykh deputatov g. Severobaykalsk). Op. 1. D. 67. Ll. 11, 13, 14—21; F. R-12 (Otdel statistiki Severo-baykalskogo rayona). Op. 1. D. 17. Ll. 10—12; D. 34. Ll. 22—23; D. 55. L. 7; D. 74. L. 16; D. 96. L. 11; D. 117. Ll. 22—23; D. 137. Ll. 15—16; D. 158. L. 27; D. 181. Ll. 7—9; D. 200. Ll. 27—28; F. R-15 (trest «Nizhneangarsktransstroy»). Op. 1. D. 119. Ll. 54—56. (In Russ.). AOMO «Muyskiy rayon» — Arkhivnyy otdel administratsii munitsipalnogo obrazovaniya «Muyskiy rayon». F. R-2 (Poselkovyy sovet p. Taksimo). Op. 1. D. 58. L. 18. (In Russ.).

Brezhnev, L. I. (1976). Otchet Tsentralnogo Komiteta KPSS i ocherednyye zadachi partii

v oblasti vnutrenney i vneshney politiki. Pravda. 25 fevralya. 1. (In Russ.). GARB — Gosudarstvennyy arkhiv Respubliki Buryatiya. F. P-8 (Severobaykalskiy raykom i gorkom KPSS). Op. 7. D. 2. L. 46; Op. 9. D. 2. L. 10; F. R-1880 (Upravleniye stroitelstva BAMtonnelstroy). Op. 1. D. 216. L. 3; D. 472. Ll. 13—14; D. 577. L. 4; D. 678. L. 3, 18; D. 679. Ll. 2—3. (In Russ.). MKU UKAD MO «Severo-Baykalskiy rayon» — MKU «Upravleniye kultury i arkhivnogo dela munitsipalnogo obrazovaniya «Severo-Baykalskiy rayon». F. R-28 (Tsen-tralnaya rayonnaya bolnitsa). Op. 1. D. 219. Ll. 29—30; D. 245. L. 33; D. 259. L. 24; D. 271. L. 16; D. 278. Ll. 10—12. (In Russ.). Narodnoye khozyaystvo SSSR za 70 let: yubileynyy statisticheskiy yezhegodnik (1987). Gos. kom. SSSR po statistike. Moskva: Finansy i statistika. (In Russ.).

References

Aganbegyan, A. G., Kin, A. A., Mozhin, V. P. (eds.) (1984). BAM: stroitelstvo i khozyaystven-

noye osvoyeniye. Moskva: Ekonomika. (In Russ.). Argudyayeva, Yu. V. (1988). Trud i byt molodezhi BAMa: nastoyashcheye i budushcheye. Moskva: Mysl'. (In Russ.).

Baykalov, N. S. (2018). «Obzhivaya stroyku veka»: prostranstvo povsednevnosti i zhilishch-naya mobilnost' stroiteley Baykalo-Amurskoy zheleznodorozhnoy magistrali (1970—1980-e gg.). Noveyshaya istoriyaRossii, 8 (4): 998—1016. (In Russ.).

Baykalov, N. S., Ubeyeva, O. A. (2018). Gorodskoye naseleniye severnykh rayonov Buryatii v period pozdnego sotsializma. Obshchestvo: filosofiya, istoriya, kultura, 12: 130 — 135. (In Russ.).

Belkin, E. V., Sheregi, F. E. (1985). Formirovaniye naseleniya v zone BAM. Moskva: Mysl'.

Breslavskiy, A. S. (2016). Kakoy mozhet byt' rossiyskaya suburnizatsiya? Mir Rossii. Sotsi-ologiya. Etnologiya, 1: 79—102. (In Russ.).

Dolgolyuk, A. A. (2013). Sibirskiye stroiteli v 1946—1970 gg. Novosibirsk: Sibirskoye nauch-noye izdatelstvo. (In Russ.).

Florinskaya, Yu. F., Mkrtchan, N. V., Maleyeva, T. M., Kirillova, M. K. (2015). Migratsiya i rynok truda. Moskva: Delo. (In Russ.).

Gordienko, I. V. (ed.) (1999). BAMna territoriiBuryatii: istoriya stroitelstva, yeye rol'v kho-zyaystvennom osvoyenii regiona. Ulan-Ude: Izd-vo BNTs SO RAN. (In Russ.).

Grützmacher, J. (2012). Die Baikal-Amur-Magistrale. Vom stalinistischen Lager zum Mobilisierungsprojekt unter Breznev. München: R. Oldenbourg Verlag.

Kibalov, E. V., Kin, A. A. (1996). Region BAM: strategicheskiye alternativy razvitiya. Region: ekonomika i sotsiologiya, 3: 59—79. (In Russ.).

Mangatayeva, D. D. (1988). Sistema rasseleniya — regionalnyy aspect. Novosibirsk: Si-birskoye nauchnoye izdatelstvo. (In Russ.).

Mangatayeva, D. D. (1990). Dinamika i struktura naseleniya. In: Demograficheskoye i sotsial-noye razvitiye BurASSR. Ulan-Ude: Izd-vo BNTs SO RAN. (In Russ.).

Vlasov, G. P. (2014). Sotsialno-demograficheskiye protsessy v novykh rayonakh osvoyeniya Sibiri: monografiya. Bratsk: Izd-vo BrGU. (In Russ.).

Ward, Chr. J. (2009). Brezhnev's Folly: The Building of BAM and Late Soviet Socialism. Pittsburgh: University of Pittsburgh Press.

Zhelezko, S. N. (1980). Sotsialno-demograficheskiye problemy v zone BAM. Moskva: Statis-tika. (In Russ.).