Эмманюэль Макрон и Марин Ле Пен станцуют второй тур

Эмманюэль Макрон и Марин Ле Пен станцуют второй тур

Во Франции стартовали президентские выборы

Первый тур президентских выборов завершился 10 апреля во Франции. Из 12 кандидатов, вышедших на старт, осталось только двое. Как и предполагалось с самого начала, во второй тур вышли все те же: нынешний президент Эмманюэль Макрон и его яростная противница, глава «Национального объединения» Марин Ле Пен. Предварительные итоги — у него 28,1%, у нее 23,3%. За ходом голосования в Париже наблюдал специальный корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.

1 / 2

Выборы на свободном рынке

В Париже утром включили солнце, как на заказ. К восьми часам на участках появляются очереди. Смотрю вокруг. Все люди бывалые, многие знакомы между собой. Молодежи мало.

Процедура простая: сначала надо отметиться в списке избирателей. Для этого подойдет любой документ, не только специальная книжечка избирателя, но и паспорт (даже просроченный), водительские права и — на крайний случай — пластик медицинского страхования.

Потом надо подойти к столу, где лежат 12 карточек с именами кандидатов, взять хотя бы две (а иначе какая тайна голосования), зайти в кабинку, положить в конверт карточку с тем, кто милее, и опустить запечатанный конверт в прозрачный ящик на глазах у председателя комиссии, который должен воскликнуть: «Проголосовал!» Никаких селфи в кабинах — а то еще подумают, что вас за кого-то принуждают голосовать и заставляют отчитываться.

На участки вообще-то пускают только избирателей, но ни меня с моим русским паспортом не хватают за хвост, ни даже собак, которых многие взяли с собой, чтобы совместить голосование и прогулку.

Мне президента не выбирать, но я могу, например, выбрать спаржу — многие сразу из зала отправляются на рынок. Этот судьбоносный день ничем не отличается от обычного воскресенья. Торговец рыбой, любитель вокала, напевает Азнавура. Прочитай я такое в чужом репортаже, сам бы не поверил — штамп, плохая литература, но из песни слова не выкинешь. О выборах здесь напоминают только афишки у газетчика: «Ничего еще не решено!.. Выборы под напряжением... Большой политический взрыв... Результаты непредсказуемы!».

Марин — наш президент

«Результаты непредсказуемы,— с удовольствием говорит мой сосед. Мы встретились здесь же, на рынке, за кофе.— Вам, русским, хорошо, ничего не надо думать. Вы когда будете выбирать Путина в следующий раз?»

Неловко признаваться, но я уже не помню. Извиняюсь, объясняю, что, когда нужно будет — скажут.

Мы обсуждаем ночной визит в Киев британского премьер-министра Бориса Джонсона. Горячие телевизионные головы здесь тут же заявили, что британец — храбрец и лев, а француз Макрон ведет себя как овечка. «А я так думаю,— говорит сосед,— что они просто сговорились. Один злой следователь, другой добрый. Как в кино. А что у вас думают про наши выборы? Чего хочет Путин?»

Нет, правда, откуда я знаю, что он думает? А ведь этот вопрос мне все время задают.

— Ну а что думают простые люди? — не унимается мой собеседник.

Ничего не думают. В Смоленске или Казани мало что зависит от выборов во Франции. Спросите моих соотечественников, они вам скажут «нешто мы не знаем, как на выборах выбирают».

Но фавориты есть — поскольку французы не так хорошо, как мы, знают, как надо управлять Францией. Мы же склоняемся к идее, что им нужен правый президент, да построже. Идеал — Марин Ле Пен, и если бы президента Франции выбирали в России, то она выиграла бы в первом же туре.

«Друзья, кто идет голосовать завтра… Имейте в виду, что Марин единственная, кто сможет положить конец этой русофобии, так как она нас очень уважает… и вообще навести порядок во Франции»,— пишут в русских группах в соцсетях.

Глава «Национального объединения» Марин Ле Пен после голосования в первом туре президентских выборов во Франции

Фото: Pascal Rossignol, Reuters

Кто-то теряет, кто-то находит

Похоже, более всего просчитался в своей избирательной кампании президент Эмманюэль Макрон. Ему простили то, что на соревнование он вышел последним, хотя справедливо упрекали, что незачем было ждать последнего дня для выдвижения своей кандидатуры. Саспенс все равно был искусственным, все знали, что будет участвовать, так зачем было устраивать скачки с загадками. Гораздо меньше оценили его нежелание идти путем нормальной предвыборной процедуры. В частности, то, что он отказался от дебатов, предоставив своим соперникам толкаться в песочнице без него.

«Почему не было дебатов между всеми кандидатами? К чему этот отказ предстать перед собранием мэров Франции, как это сделали его соперники? Откуда эта цифровая атака, построенная на видео в стиле сериалов, фотографиях, сделанных в его офисе, когда должны быть открыты другие каналы? — говорит журналист и политолог Ришар Верли, корреспондент швейцарской газеты Lе Temps, специалист по французской политике.— Эмманюэль Макрон обязан поддерживать французскую демократию. Он должен в большей степени, чем его соперники, это демонстрировать».

Президент Франции Эмманюэль Макрон на избирательном участке 10 апреля

Фото: Reuters

Напротив, Марин Ле Пен, кажется, сделала правильный вывод, воспользовавшись ошибкой своего главного противника. Она не уставала проклинать действующего президента за все его действия, высказывания и поступки. В остальных случаях она шла на диалог, максимально смягчая противоречия со своими собеседниками. Она перестала говорить о выходе из объединенной Европы и об отказе от евро.

Она сняла требование отмены второго гражданства, угрожавшее в равной степени и русским, и выходцам из стран Магриба. Она убрала инвективы в адрес исламского населения Франции, обещая ему помощь и содействие в преодолении «внутренних проблем», то есть в борьбе с исламизмом внутри мусульманской общины.

Те, кто ее правее, и прежде всего Эрик Земмур, порицали ее стремление к «дедьяволизации» националистической партии, но в итоге эта ангельская тактика принесла ей голоса. Для нее нет большой беды, что правые радикалы поддержали в первом туре Эрика Земмура, оттянув у нее изрядную часть сторонников. Но она все равно не могла бы рассчитывать на абсолютное большинство в первом туре и немедленную победу.

Ну а во втором туре радикалы никуда не денутся, не уйдут же они к Эмманюэлю Макрону. Объявит ли Эрик Земмур о ее поддержке или же гордо уйдет в сторону, результат будет одним и тем же. Более того, этот немного карикатурный исламофоб сыграл роль громоотвода — на фоне яростного борца с «исламизацией» Марин Ле Пен стала выглядеть почти что умеренным кандидатом. Если не «левой», то уж во всяком случае центристкой.

Глава «Национального объединения» Марин Ле Пен в штаб-квартире в день выборов в Париже

Фото: Francois Mori / AP

Победитель получает всех

С понедельника во Франции начнется процесс передела голосов. После «голосования сердцем» избирателям и кандидатам придется задуматься об «умном голосовании». Те, кто увидел своих кандидатов во втором туре, могут себя поздравить перед вторым решительным шагом. Остальным же придется в большей или меньшей степени идти на компромисс.

Эмманюэль Макрон целует местного жителя в день первого тура президентских выборов в Ле-Туке во Франции

Фото: Reuters

Возможны ситуации, когда проигравшие кандидаты открыто призовут своих сторонников присоединиться к тому из финалистов, кого они сочтут лучшим выбором или хотя бы наименьшим злом. Возможно, они оставят это на усмотрение избирателей. Некоторые из кандидатов — особенно левые — уже назвали свои предпочтения. Некоторые заранее обещали этого не сделать — так, Валери Пекресс сказала, что сама выберет для себя, за кого голосовать, но советов давать не будет. Однако не выдержала и призвала отдать голоса Эмманюэлю Макрону.

Голосование во втором туре может оказаться и положительным, и отрицательным. Так, в 2017-м многие, выступавшие в пользу Макрона, голосовали не столько за него, сколько против Марин Ле Пен. Однако непонятно, насколько в 2022 году так называемый республиканский барьер, объединивший левых, центристов и даже правых, может быть вновь установлен, а если да, то на чьем пути.

Новый итог первого тура состоит еще и в том, что он показал реальную силу кандидатов, способных повести за собой избирателей на предстоящих парламентских и региональных выборах.

Ни Эрик Земмур с его 7,2%, ни Янник Жадо с 4,4%, ни тем более Жан-Люк Меланшон, собравший внушительные 20,1%, хоть и не попадут в президенты, но никуда не денутся из политики и продолжат вербовать своих сторонников на общем политическом поле. Но об этом стоит говорить не раньше, чем мы узнаем результат второго тура и имя нового президента Франции. А это произойдет всего через две недели.