Послелоги в восточных диалектах хантыйского языка

ЯЗЫКИ НАРОДОВ СИБИРИ

УДК 809.41/.43; 809.44/.45

О.С. Потанина, А.Ю. Фильченко

ПОСЛЕЛОГИ В ВОСТОЧНЫХ ДИАЛЕКТАХ ХАНТЫЙСКОГО ЯЗЫКА

Томский государственный педагогический университет

1. Введение

Целью данной статьи является исследование сферы пространственных релятивных имен в восточных диалектах хантыйского языка и понятий, для выражения которых они служат. Хантыйский язык является языком агглютинативного типа БОУ, и домен базовых топологических отношений представлен послелогами, которые более или менее эквивалентны предлогам в английском языке. В представленной работе предпринята попытка анализа послелогов в восточных диалектах хантыйского языка в рамках теории грамматикализации. Таким образом, исследование выполнено на основе положения об эволюции послелогов из более ранних лексических форм и включает этимологический анализ и объяснение изменений в языке через семантику и когнитивную характеристику лексических единиц. Синхронный анализ в рамках теории грамматикализации позволяет выработать принцип, в соответствии с которым могут быть детализированы подкатегории рассматриваемой грамматической категории [1, с. 303].

Под послелогами понимаются функциональные слова, которые устанавливают отношение между двумя объектами (сущностями), выраженными существительными или именными фразами, и указывают на функцию именной фразы в предложении.

В восточных диалектах хантыйского языка имеется открытый класс лексических единиц, которые могут быть выделены в отдельную лексическую категорию. Помимо богатой падежной системы, для выражения пространственных отношений восточные диалекты хантыйского языка продуктивно используют обширную, вероятно открытую группу имен, которые могут послужить интересной иллюстрацией и эмпирической базой для рассмотрения процессов грамматикализации. Под грамматикализацией понимается динамичный, однонаправленный исторический процесс, при котором лексические единицы теряют семантическую сложность, прагматическую значимость, синтаксическую свободу и фонетическую субстанцию [2, с. 15] и при-

обретают статус грамматической, морфосинтаксической формы и начинают кодировать отношения, которые не кодировались раньше либо кодировались другими средствами [3].

Эта группа лексических единиц может быть противопоставлена собственно именам существительным и традиционно обозначается термином «послелоги» [4, 5]. В данной группе лексических единиц можно выделить два подтипа: (1) этимологически непрозрачные на синхронном уровне единицы и (И) единицы, именное происхождение которых в достаточной мере очевидно и именно они будут использованы для иллюстрации процесса грамматикализации (делексикализации).

2. Этимологически непрозрачные собственно послелоги

Первый подтип представляет собой закрытый класс, в который входит ограниченное число единиц, образовавшихся от существительных. Данные единицы полностью делексикализованы и используются исключительно как послелоги для выражения пространственных отношений:

- шо1$э и м>э1ака - с семантикой ориентира, метки, меры «до, по»: (1)-(2).

- зауьО - со значением «манера, образ, способ»: (3)-(5).

- зэрг - со значением «через»: (6).

- шэгэ - послелог темпоральной семантики:

(7).

- шиуё. - с семантикой ориентира, относительно которого происходит движение: (8).

- рэЬэпэ - с семантикой лица/цели, ради которого происходит событие: (9).

Отличительной чертой этимологически непрозрачных, собственно послелогов от послеложных имен является то, что в отличие от послеложного употребления существительных собственно послелоги не маркируются показателями никаких словоизменительных категорий имени. Данная черта может быть использована в качестве одного из классификационных признаков. Разумеется, дискретная категориальная классификация в данном случае не представляется возможной ввиду вполне предска-

(1) ajqu-na narkal-mogkam os joyim-i

мальчик-Лок змея снова ударить-Пасс.Зед

antw-al mot/э may uja mani-yan

талия-Прит.ЗЕд Пслг земля под идти-Прош0.3Ед

«Юноша змея опять ударил, тот по пояс в землю ушел» [4, с. 74].

(2) qunto qat toyo-na i-m-al ratj uwaytata qa toyot

когда дом огонь-Лок есть-ПС-ЗЕд старик видеть-Прош0.-3Ед дом огонь

i-m-al-oy tj’u jay entaw walaka may-a il-man-t

есть-ПС-ЗЕд-Абл Указ люди талия Пслг земля-Лат низ-идти-Прош0.3Мн

«Когда дом сгорел, старик увидел, что пока дом горел те люди по пояс ушли под землю».

(3) rut’ sayi

русский Пслг

«Скажи это по-русски».

(4) juy loq-al

3sg след-3 Ед

«Я шел по его следу».

sayi

Пслг

jalt-a

сказать-Пов.2Ед

man-s-am идти-Прош2-1 Ед

ma піп sayit-an

ІЕд 2Дв Пслг-Прит.2Ед

«Я сделал это по-вашему» [5].

wer-s-im

делать-Прош2-1Ед

(б) kum/loq sapi

улица/дорога Пслг «Он перешел через улицу».

man-as

идти-Прош2.ЗЕд

їй qotl швга коїра аП

Указ день Пслг слово Отр «За весь день она не сказала ни слова» [4].

at-wal

сказать-Наст.ЗЕд

os korliki-j-OY muyti kor-a man-ta mas-wal

снова Корлики-Соед-Абл через нога-Инстр/Объ идти-Инф нуждаться-Наст.ЗЕд «Нужно идти пешком через Корлики» [4].

(9) muYuli

что «За что?» [4].

patana

Пслг

(10) ]'оуэп Яоуа1

река Пслг

«Я еду на лодке по реке»

(11) тщ qat

1Мн дом

«Мы пришли обратно домой»

airit-na

лодка-Инстр/Совм

man-l-am

идти-Наст-1Ед

qut’na

Пслг

зуемого существования примеров, занимающих промежуточное положение:

- доуаЬ - со значением протяженности в пространстве «вдоль»: (10).

Можно предположить, что этимология этого послелога восходит к имени существительному доу «длина», также встречающегося в функции именного определения «длинный» с относительным суффиксом /-(а/э^/;

ju-s-aw

приходить-Прош2-1Мн

- qut’na - с семантикой исходной точки, «дома», в направлении которого осуществляется движение:

(11).

Происхождение этого послелога, возможно, восходит к существительному qot/qut «дом», маркированному локативным падежом, что функционально и этимологически сближает его с послеложным употреблением синонима joy «дом».

3. Послеложное употребление имен

В языке восточных ханты имеется класс имен существительных со значением, указывающим на ориентацию объектов в пространстве, которые в большинстве случаев происходят от соматических терминов. Эта группа представляет собой частотные в послеложном употреблении существительные, общая и абстрактная семантика которых приближает их к относительным морфемам пространственной семантики. На синхронном уровне ряд характеристик этих послеложных имен свидетельствует об их принадлежности к прототипически именному семантико-функциональному классу, т.е. данные послеложные имена:

- являются свободными полнозначными лексическими единицами;

- часто имеют деривационную и словоизменительную морфологию;

- являются ударными в предложении;

- выступают в грамматических ролях, типичных для класса имен существительных: подлежащего, прямого дополнения, косвенного дополнения, именного сказуемого, демонстрирующих соответствующие именные грамматические категории, такие как падеж, число и притяжательность;

- обладают семантическими чертами, свойственными большинству имен существительных: конкретность и относительная темпоральная и пространственная стабильность значения.

Однако одновременно в ряде примеров данные существительные часто демонстрируют типичные характеристики функциональных, грамматических единиц, т.е.:

- имеют фиксированную синтаксическую позицию либо связаны грамматически;

- обычно безударны в предложении либо образуют единый интонационный контур с предшествующим именем;

- не имеют деривационной и словоизменительной морфологии, кроме окказионального употребления местных падежей и посессивных маркеров;

- имеют релятивную (чаще пространственную), более абстрактную семантику по сравнению с соответствующим именем, обладающим конкретностью и пространственно-темпоральной стабильностью.

Приведем примеры наиболее продуктивных послеложных имен, которые выполняют функцию реляционных грамматических морфем, контрастирующих с их употреблением как полнозначные существительные:

- даз-, за] - с семантикой «сзади, зад», способные употребляться с пространственными падежными флексиями: Иллат/Дат даза / зауа «назад, за» и Лок дазэпэ /заупэ «сзади, за»: (12).

Корень дая имеет лексическое значение «преграда, закрывающая вид», из которого развилось более абстрактное значение «место сзади, загороженный чем-либо вид». Подобным же образом, корень за] имеет почти идентичное значение «преграда, завеса, скрытое пространство» (являясь концептуальным ядром таких когнатов, как: за)~№э1

ди1ка№$а «рыбачить сетью»; зауэп welэ «отгороженное место для сна»), которое приобрело пространственную семантику и является синонимичным дая «место за чем-либо»: (13).

Несколько послелогов образованы от соматических лексических единиц, концептуальное содержание которых расширяется до выражения пространственных отношений: (14) сравнить с: (15), (16) сравнить с: (17).

Конструкции, в которых соматическая лексическая единица, маркированная локативным падежом, образует сложные послелоги, довольно распространены в восточных диалектах хантыйского языка:

- 1$дШ$-, рГ-, ро1$^ со сходной семантикой «сзади, зад» также являются частотным средством выражения как пространственных, так и темпоральных отношений и оформляются падежами с пространственным значением: Иллат/Дат: 1$дп1$а / ро^а / ргПа « сзади» и Лок: 1$дппэ / рйпэ / ро1$пэ «сзади, после». Корень этих имен имеет прямое лексическое значение «зад, спина» и иллюстрирует типологически распространенное явление метафорического переосмысления основного соматического значения в пространственное, используемое для выражения темпоральных отношений: (18) сравнить с: (19)—(20).

Два последних примера свидетельствуют о том, что рассматриваемый послелог способен следовать не только за собственно существительным, но за любой номинативной единицей или именной фразой: указательным местоимением, абстрактным существительным, номинализацией и нефинитным оборотом. Примеры выше также демонстрируют тот факт, что в послеложном употреблении рГ чаще всего имеет темпоральную семантику, однако в случаях привербального употребления в качестве наречного модификатора выражает пространственные отношения:

- зй- / ропэ1- / роЮ^- с семантикой «близость», также употребляемые в падежных формах: Лок зйпэ / роЮщэ «рядом, поблизости». Основа зй имеет типичное значение «сторона, внешняя поверхность», от которой происходит расширение значения - «рядом с, поблизости к»:

Послелогиродэ1 ироЬог) с синонимичным значением имеют аналогичную этимологическую мо-

(12) оур! qas-a

дверь Пслг-Иллат

«Она стояла за дверью»

(13) ]'иу saj-nэ

дерево Пслг-Лок

«Она прячется за деревом»

jola-Yan

стоять-Прош0.3Ед.

kan’imta-Yan

прятаться-Прош0.3Ед

(14) qat tjo-na

дом Пслг-Лок

«Ты сидишь за домом»

amas-l-an

сидеть-Наст-2Ед

(15) ma tjontj-am qat/a-qi iki

ІЕд спина-Прит.ІЕд болеть-Пред Пред

«У меня болит спина»

(1б) amp qot potj-na

собака дом Пслг-Лок

«Собака сидит за домом»

omas-4

сидеть-Наст.ЗЕд

(17) ma potj-am qot/o-qi

ІЕд. спина-Прит.ІЕд болеть-Пред

«У меня болит спина»

(1В) kot-am pirt-a

рука-Прит. ІЕд Пслг-Иллат «Я потянул руку назад и выругался»

nirimta-s-im i

тянуть-Прош2-1Ед/Ед и

naYimta-s-im

ругаться-Прош2-1Ед

(19) атр-аН э] ре1к-а I р^г-ка теп-э8

собака-Димин один сторона-Иллат и Пслг-Трансл идти-Прош2.3Ед «Собачка отскочила и назад убежала»

(20) joY man-m-al pir-na ma

ЗЕд идти-ПСВ-Прит.ЗЕд Пслг-Лок 1Ед

«После того как он ушел, мой старший брат пришел» [5].

(21) imi t/oYal sll-na sapoq-qan

старуха печь Пслг-Лок сапог-Дв

«Старуха ищет сапоги за печкой» [4].

at/-im jo-s

брат-Прит.ІЕд приходить-Прош2.ЗЕд

kas-wal

искать-Наст.ЗЕд

(22) ni-na saYi put loq pogl-a

женщина-Лок глина горшок дорога Пслг-Лат

«Женщина уронила глиняный горшок у дороги»

(2З) ma ІЕд

«У меня бок болит»

pogl-am

бок-Прит.ІЕд

qat/a-qi болеть-Пред

rakat-i

ронять-Пасс/Прош0/ЗЕд

(24) amp qot potog-пэ

собака дом Пслг-Лок

«Собака сидит у (сбоку) дома»

omas-4

сидеть-Наст.ЗЕд

(25) ma potog-am

1 Ед бок-Прит.І Ед

«У меня бок болит»

qot/o-qi

болеть-Пред

дель: изначально являясь соматическими существительными, обозначающими части тела человека или животного, в своем метафорически расширенном значении они употребляются в постпозиции именным фразам для выражения пространственных отношений: (22) сравнить с: (23). (24) сравнить с: (25).

- э1пэд-, оуЫ- с семантикой «пространство над, наверху»: (26) сравнить с: (27).

Основа э1 имеет значение «тело», и образованное от него эЫэг) имеет основное значение «поверхность, верх» («тело»+суффикс обладания качеством /-эц/).

Другим послелогом, входящим в это же функционально-семантическое поле, является существительное оу с первичным значением «голова» (человека или животного), которое в расширенном метафорическом значении «над, наверху» употребляется для выражения пространственных отношений: (28)-(29).

В примере (29) оу является вершиной именной фразы, маркированной лично-притяжательным

суффиксом, и употребляется в своем первичном значении «голова»;

- кдЬ- с семантикой «промежуток, интервал, место между» и часто появляется в форме Иллат/ Дат кдЬа «к месту между чем-л.»; Лок кдп «между чем-л.»; и Пролат кдьду «от места между чем-либо»: (30).

Данные послелоги могут указывать, что два объекта могут как двигаться по отношению к друг другу, так и быть нейтральными по отношению к движению;

- и]- / рШэ-1 с общим значением «пространство под, внизу» с соответствующими падежными формами Иллат/Дат и]а «к пространству под чем-л.»; Локатива и/пэ «под чем-л.»; Пролат и]оу «из под че-го-л.»: (31) сравнить с: (32), (33);

- оШ- / йурь1 с общим значением «пространство внутри чего-л.» с соответствующими падежными формами: Иллат/Дат оШа «к пространству внутри»; Лок оппэ «внутри»; и Пролат оШоу «от пространства внутри»: (34) сравнить с: (35).

(26) рШ;к-аН ,]оуэп э1пэц-пэ атэ8-'№э1

птица-Димин река Пслг-Лок сидеть-Наст.3Ед

«Птичка сидит на реке»

(27) та э1-эш qЭt/Э-qi

1ед тело-Прит.1ед болеть-Пред

«Мое тело болит»

(28) amp qot oyti-пэ

dog house Pstp-Loc

«Собака сидит на крыше дома»

(29) ma oy-am

1 Ед голова-Прит. 1 Ед

«У меня болит голова»

amas-wal

sit-Prst.3Sg

qat/a-qi болеть-Пред

(30) э11э _]иу ]огу-эп коЮу

Указ большой дерево корень-Лок Пслг-Абл

«Он ходит между корней дерева»

man-wal

идти-Наст.ЗЕд

(31) эпq-a1 ]эвд ц]-оу пиу те^1у1а-уэп

мать-Прит.3Ед вода Пслг-Аллат вверх идти-Прош.3Ед

«Его мать вышла из-под воды»

(32) ma uj-al

ІЕд зад-Прит.ЗЕд

«Я выстрелил ему в зад»

(33) amp qot

собака дом

«Собака под домом»

jOYO-s-im

стрелять-Прош2-1 Ед/Ед

pltta-na

Пслг-Лок.

— б7 —

(З4) amp qot

собака дом

«Собака входит в дом»

tlypl-j-a

Пслг-Соед-Иллат

taga-4

входить-Наст.ЗЕд

(35) ma ont-am/sol-am

1 Ед внутри-Прит.І Ед

«Мое нутро/кишки болит»

(Зб) rit

лодка «Сядь перед лодкой»

lipl-na

Пслг-Лок

qat/a-qi

боль-Пред

ims-i

сидеть-Пов.2Ед

amp qot templn-na

собака дом Пслг-Лок.

«Собака сидит перед домом»

omas-4

сидеть-Наст.ЗЕд.

(ЗВ) tayi jor место гора «Та гора высокая»

alla-ki iki

большой-Пред Пред

wal-m-il taya-j-a

быть-ПСВ-ЗМн место-Соед-Алл

«Они пришли к месту проживания»

jo-Yas-a

приходить-Прош 1-ЗМн

]о1-^а1 taуi-j-oу 1оу-э8 о8эте"-а at-wэ1

шаманить-ПНВ-3Ед Ном-Абл кончить-Прош2.3Ед Осип-Иллат сказать-Наст.3Ед «Он перестал шаманить и сказал Осипу»

(41) ma il-alinta-l-am

1 Ед низ-лежать-Наст-1 Ед

nuY-li-ta tayi

вверх-есть-ПНВ Ном

iY-na man-t

медведь-Лок ІЕд-Акк

anta wu-ta-m-a

Отр видеть-ПНВ-Прит. ІЕд-Иллат

«Я лег, чтобы не видеть, как медведь меня разрывает» (досл. «разрывающее меня место») [5].

(42) mag putk-al’i lulpani-ta tayi kolanta-yal-oy

1Мн. птица-Димин. петь-ПНВ Ном. слушать-Прош.-1Мн.

«Мы слушали пение птиц» (досл. «мы слушали поющее место птиц») [5].

(43) lopal-ta ja-min tayi

удить-ПНВ становиться-Деепр Ном.

«Рыбалка»

(44) iY amp tjontj-na

медведь собака Пслг-Лок

«Медведь бежал за собакой»

tak kas-as

здесь бежать-Прош2.ЗЕд

(45) joy moyl-al-na lal’ jay

3Ед Пслг-Прит.3Ед-Лок армия люди

«Солдаты стоят рядом с ней»

jal’-wal-t

стоять-Наст-ЗМн

- іірі- / ґєшріп-1 со значением «пространство перед» с соответствующими падежными формами: Иллат/Дат ИрЦа «к пространству перед»; Лок Пріпд «перед»: (36)-(37).

- Ьауі- с наиболее общей, абстрактной семантикой, ставшей результатом метафорического переосмысления первоначальной именной семантики, которую можно определить как «область, обычно со-

относимую с референтом», употребляется в соответствующих падежных формах: Иллат/Дат tayija «к месту»; Лок tayind «в месте»: (38)-(43).

Примеры (38)-(43) представляют собой типичные случаи употребления лексической единицы tayi. Ранние грамматики [5] определяли tayi как послелог, а именно как существительное, выполняющее функцию послелога с существительными и нефинитными глагольными формами. Нам этот термин кажется не вполне точным. Рассмотренные выше примеры не позволяют однозначно считать существительное tayi послелогом, поскольку оно не следует за существительным. Данное существительное действительно изначально употреблялось и продолжает встречаться в постпозиции для описания динамичных и нединамичных ситуаций. Сейчас же эта единица функционирует как номина-лизатор, находящийся в процессе грамматикализации, который маркирует темпоральные ситуации. Примеры (38), (39) демонстрируют первоначальное значение tayi «место», тогда как примеры номина-лизации, причастные обороты (40)-(43) - представляют собой употребление грамматикализованного существительного tayi с более абстрактным метафоричным значением. Таким образом, в примерах (40)-(43) tayi не имеет пространственной семантики, а, скорее, просто указывает на чувственно воспринимаемый объект, выраженный сказуемым (видеть, слушать). В зависимости от конструкции, в которой употребляется единица tayi, ее синтаксический статус может быть определен как существительное либо номинализатор темпоральной семантики. Все же вопрос о статусе данной лексической единицы остается открытым благодаря возможности падежного оформления ее как номинализатора, что может свидетельствовать в пользу именного анализа tayi.

Класс существительных с локативным значением занимает промежуточное положение между существительными и послелогами. С одной стороны, они сохранили некоторые именные словоизменительные характеристики, например падежные флексии. С другой стороны, эти постпозициональные конструкции налагают определенные ограничения на дистрибутивные возможности имен. Они функционируют как послелоги, и объект этих послелогов находится в препозиции и является немаркированным. За ним следует существительное с локативным значением, которое может быть оформлено пространственным падежным маркером и/или лично-притяжательным показателем.

В зависимости от семантическо-прагматических свойств вершины послеложной конструкции она может выступать в роли контролирующего субъекта (controller person), способного влиять на согласование, появляющееся на послеложной форме,

которое не является облигаторным в восточных диалектах хантыйского языка, но мотивируемое прагматически. Далее в данном исследовании такие семантико-прагматические свойства понимаются как «тем или иным образом присущие контролирующему субъекту или относящиеся дискурсивной значимости (discourse saliency)» [6, с. 148].

Ссылка на (44), (45).

В примерах, подобных (45), появление личного согласования не зависит от семантики послелога, но от семантико-прагматических свойств единицы, на которую этот послелог ориентирован (в (45) -это личное местоимение 3ед joy). Подобные явления в области согласования послелогов в восточных диалектах хантыйского языка вполне вписываются в типологическую иерархию топикальности. Согласно А. Северска, «в именной подиерархии личное согласование с местоимением предпочтительнее, чем с существительным» [6, с. 149].

4. Заключение

Процесс образования грамматических форм из ранее полнозначных лексических единиц является типологически универсальным явлением в языках мира. В частности, наречия и послелоги обычно развиваются из номенклатуры частей тела. Большинство примеров из материала восточных диалектов хантыйского языка свидетельствуют о том, что пространственные послелоги развились из соматической лексики. Следовательно, метафорический перенос от тела к объекту и далее к пространственным отношениям является хорошо засвидетельствованным когнитивным поведением говорящего (рис. 1).

Рис. 1. Грамматикализация восточно-хантыйских послелогов

Два условно выделяемых класса послелогов, рассмотренных в работе, демонстрируют широко распространенный процесс, при котором имена конкретной семантики (названия частей тела) подвергаются в разной степени метафоризации значения, тем самым расширяя свою функционально-семантическую сферу. В процессе развития таких значений, как следует из примеров послелогов первого типа, эти существительные подвергаются значительной де-лексикализации и становятся этимологически не-

прозрачными для носителей языка, постепенно закрепляясь в функции постпозициональной грамматической морфемы реляционной семантики.

На шкале грамматикализации маркеров именных падежных ролей (nominal case role markers) [1] вторая группа послелогов в восточно-хантыйских диалектах, рассмотренная в данной статье, представляет собой группу имен существительных рутинно употребляемых с реляционной семантикой. Обозначающие части пространства и пространст-

венные отношения и занимающие самую нижнюю (наименее грамматикализованную) ступень в восточно-хантыйской системе маркеров именных падежных ролей. Послелоги первой рассмотренной нами группы, по К. Леману (1985), являются второстепенными послелогами - морфологически сложными и менее прозрачными - принадлежащими следующей (более грамматикализованной) ступени на шкале [1, с. 304].

Поступила в редакцию 26.10.2006

Литература

1. Lehmann Ch. 1985. Grammaticalization: Synchronic Variation and Diachronic Change // Lingua e Stile 20.3: 303-318.

2. Heine B., Reh M. Grammaticalization and reanalysis in african languages. 1984.

3. Givon T. On understanding grammar. 1979.

4. Терешкин Н.И. 1961. Очерки диалектов хантыйского языка. Изд-во Академии наук СССР.

5. Gulya J. Eastern Ostyak Chrestomathy. Bloomington, 1966.

6. Siewierska A. Person. Cambridge University Press. 2004.

УДК 809.41/.43; 809.44/.45

А.В. Байдак

РЕЛИГИОЗНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ КЕТСКИХ САМОЕДОВ ПО ЭКСПЕДИЦИОННЫМ МАТЕРИАЛАМ К. ДОННЕРА

Томский политехнический университет

Одними из главных научных направлений факультета иностранных языков уже на протяжении нескольких десятков лет остаются изучение языков и культуры малочисленных народов Сибири, полная документация этих языков, их исследование, разработка теоретических положений, создание учебников и учебных пособий, словарей. Начало этой деятельности было положено лауреатом Государственной премии СССР, профессором А.П. Дульзоном и его учениками. В 1947 г. им был разработан план комплексного подхода к проблеме происхождения аборигенов Сибири и их языков. В результате ежегодных экспедиционных выездов был собран значительный фонд материалов по языкам и культуре кетов, селькупов, хантов, нганасан, энцов, чулымских тюрков.

Однако сегодня уже стала расхожей фраза о том, что языки вымирают быстрее, чем лингвисты успевают их описать. Исчезновение языков, древних самобытных культур значительно обедняет все человечество.

Процессы ассимиляции селькупского населения, происходящие на протяжении нескольких сот лет со времен освоения русскими территорий их расселения и ставшие наиболее активными в двадцатом веке, привели к ситуации «... растворения эт-

носа в иноэтничной среде, расползания ткани селькупской культуры» [1, с. 253]. При таком «интенсивно исчезающем» состоянии этноса особое значение приобретает обращение к ранним экспедиционным материалам, собранным в XIX - начале XX вв., когда селькупская культура еще не утратила своего этнического колорита. К плеяде ученых этого периода относится Карл (Кай) Райнгольд Доннер (1888-1935) - известный финский лингвист, этнограф, исследователь многих языков и культур народов Сибири, прежде всего южных и восточных самодийцев - южных селькупов, кама-синцев, энцев, нганасан. К. Доннер путешествовал по Сибири в 1911-1913 гг. и в 1914 г., в 1915 г. он опубликовал свои подробные описания на финском и шведском языках, позднее вышли немецкое и английское издание под названием «У самоедов в Сибири» [2, с. 421]. Отсутствие до сих пор публикации этой работы на русском языке, на мой взгляд, значительно снижает круг отечественных исследователей, использующих важнейший письменный научный источник по этнографии народов Сибири. Отдельную главу в своей книге К. Доннер посвятил духовной культуре кетских самоедов - селькупов, живущих на Кети и ее притоках [3, с. 95-119]. Данная статья базируется на экспедиционных наблюде-