К истории Глазовской учительской семинарии периода революции и гражданской войны

Волкова Л. А. К истории Глазовской учительской семинарии периода революции и гражданской войны // Иднакар: методы историко-культурной реконструкции: науч.-практ. журнал: Вокруг Ижевско-Воткинского восстания. - 2017. -№ 2 (35). - С. 22-29. - Режим доступа: http://elibrarv.ru/title аЬои1азр?1Ь=33940

Л. А. Волкова г. Глазов

К ИСТОРИИ ГЛАЗОВСКОЙ УЧИТЕЛЬСКОЙ СЕМИНАРИИ ПЕРИОДА РЕВОЛЮЦИИ И ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

Статья написана на основе архивных документов Глазовской учительской семинарии, сосредоточенных в фонде № 121 Центрального государственного архива Удмуртской Республики. Материалы позволяют проследить становление семинарии и оценить профессиональную деятельность педагогического коллектива в период с 1915 по 1919 г. Учебный план семинарии полностью соответствовал программам и требованиям педагогического образования, давал воспитанникам полноценное среднее образование. Коллектив преподавателей-наставников формировал в выпускниках сельских школ навыки учебно-методической работы и прививал общекультурные привычки и традиции. Смена политического режима в 1917 г. несколько изменила, но не разрушила систему профессиональной подготовки учителей.

***

История Глазовского педагогического института имени В. Г. Короленко уходит корнями в мужскую учительскую семинарию второй категории («правительственные учительские школы для инородцев») с четырехлетним сроком обучения. Семинария открыла свои двери в сентябре 1915 г. Бесплатное профессиональное образование сделало это учебное заведение особенно привлекательным среди малоимущего населения и, в частности, крестьян. Учительская должность давала возможность выйти из податного сословия и освободиться от налогов, получить освобождение от воинской повинности, повысить свой социальный статус и развить культурные потребности. В свою очередь, выпускники семинарии сыграли значимую роль в социальных и политических преобразованиях края, внесли большой вклад в развитие образования и культуры.

Подробная история семинарии еще ждет своего исследователя, хотя на сегодняшний день имеется ряд публикаций, освещающих ее отдельные страницы. Начало было положено В. А. Сыркиным и В. В. Беляевым, издавшими книгу «Высшее педагогическое образование в Глазове», в которой история собственно семинарии освещена на полутора страницах [1, с. 7-9]. В последующем статьи Г. А. Поздеева дополнили сведения об учительском коллективе, о материальной базе семинарии [2, с. 7-8]. Значи-

Волкова Л. А. К истории Глазовской учительской семинарии периода революции и гражданской войны // Иднакар: методы историко-культурной реконструкции: науч.-практ. журнал: Вокруг Ижевско-Воткинского восстания. - 2017. -№ 2 (35). - С. 22-29. - Режим доступа: http://elibrarv.ru/title аЬои1азр?1Ь=33940

тельно обогатить фактографию удалось, исследовав архивные материалы Глазовской учительской семинарии, сосредоточенные в фонде 121 Центрального государственного архива Удмуртской Республики. Документы позволили охарактеризовать первые заботы и первые проблемы директора семинарии С. М. Кутепова по поводу аренды помещений для учебного процесса. Были обнаружены фамильные списки студентов первых наборов, расширены страницы истории семинарии в годы гражданской войны. Также уточнены биографические сведения преподавателей-наставников, произведены анализ и оценка профессиональной деятельности педагогического коллектива в период с 1915 по 1919 г. Результатами научных поисков стали доклады на конференциях и публикации в различных изданиях [3, с. 66-70; 4, с. 47-55]; [5, с. 43-47]; [6, с. 187-189; 7, с. 6-52]. Тем не менее, делать вывод о завершении работы с источниками преждевременно. Сегодня актуализируется не только изучение, но и публикация архивных документов в силу их неудовлетворительного физического состояния (механические дефекты в виде сгибов, разрывов, утраты фрагментов, угасание и выцветание текста).

Характеризуя деятельность семинарии, отметим, что фундаментальная база для формирования профессионального педагогического образования в г. Глазове была создана благодаря усердию и преданности учительскому делу С. М. Кутепова, Т. М. Матвеева, Н. В. Хорошавина, Г. М. Боголюбова, А. П. Петрова, Н. В. Паморова, М. А. Галавкина, В. А. Татау-рова, В. Д. Крылова, Е. П. Боголюбовой, М. Е. Пашиной, М. Н. Огневой и Н. А. Мартынова [8]. Именно они, приехав из разных регионов Вятской губернии, с различной профессиональной подготовкой и педагогическим стажем, приняли первых воспитанников. Ими стали 17 крестьянских подростков, большинство — из Глазовского уезда. Дети прибыли по завершении обучения в Глазовском и Юкаменском высших начальных училищах, Зуринском, Косинском, Омутнинском, Песковском, Святогорском, Унин-ском, Ухтымском, Ягошурском 2-х классных училищах Глазовского уезда. Малмыжский уезд был представлен выпускниками Старо-Зятцинского высшего начального училища, Александровского и Старо-Чекалдинского 2-х классных училищ и Карлыганского центрального вотского училища. Поступили учиться дети из Елабужской учительской школы в 2-х классах и Быстряковского 2-х классного училища Елабужского уезда. Профессиональную ориентацию на учительскую сменил даже один выпускник 2 -х классного железнодорожного училища, прибыв в семинарию из станции Вознесенской Пермской губернии. По статистическим данным на 1 января

Волкова Л. А. К истории Глазовской учительской семинарии периода революции и гражданской войны // Иднакар: методы историко-культурной реконструкции: науч.-практ. журнал: Вокруг Ижевско-Воткинского восстания. - 2017. -№ 2 (35). - С. 22-29. - Режим доступа: http://elibrarv.ru/title about.asp?id=33940

1918 г. в трех классах семинарии насчитывалось 55 чел., из которых 52 чел. крестьянских детей и 3 — мещанских (по национальному составу — 30 русских и 25 удмуртов) [9, л. 1-43; 6об].

В 1916/1917 уч. г. при семинарии открылось начальное училище (по-другому — образцовая школа) в составе первого отделения первого класса и первого отделения второго класса. Школа стала подготовительными курсами для абитуриентов с начальным образованием. В образцовой школе они осваивали программу средней школы и затем поступали в учительскую семинарию. В 1918 г. в училище насчитывалось 29 учеников. Таким образом, общее число учащихся семинарии варьировало, и в 1915-1919 гг. составило от 17 до 84 чел.

Учебный план семинарии в целом соответствовал программам Министерства народного просвещения и полностью обеспечивал общее и профессиональное среднее образование (см. табл. 1) [10, л. 8].

Из таблицы видно, что содержание учебного дня было довольно сложным, а занятия разнообразными. Помимо собственно уроков в первой половине дня, в расписание вводились занятия в послеобеденное время. После обеда и двухчасового отдыха дети возвращались в семинарию. Здесь они занимались ручным трудом, физическими упражнениями, подвижными играми и музыкой. Учитель естествознания знакомил их с практикой садоводства и огородничества. С целью предотвращения «от наклонности к грубым удовольствиям и постепенного образования в них наклонности к удовольствиям благородным эстетического вкуса» преподавались музыка и пение. Музыкальные успехи хора семинаристов, руководимого учителем пения, позволяли им сопровождать даже церковные богослужения.

Ежегодно директор С. М. Кутепов отчитывался перед педагогическим советом о деятельности семинарии и отсылал свой отчет в Казанский учебный округ. Отчет содержал сведения о материальной и финансовой базе, составе учащихся и преподавателей, о состоянии образовательного и воспитательного процесса. Директор довольно строго подходил к оценке педагогического потенциала семинарии. В целом положительно характеризуя работу коллектива педагогов, он отмечал и недостатки. Его, в частности, не удовлетворяло преподавание ручного труда и гимнастики по причине плохой материальной базы и отсутствия квалифицированных учителей. Например, занятия по ручному труду велись в проходной

^ __^ Т г

классной комнате, которая одновременно служила столовой. К тому же площадь комнаты не позволяла размещать всех учеников отделения, и их

Волкова Л. А. К истории Глазовской учительской семинарии периода революции и гражданской войны // Иднакар: методы историко-культурной реконструкции: науч.-практ. журнал: Вокруг Ижевско-Воткинского восстания. - 2017. -№ 2 (35). - С. 22-29. - Режим доступа: http://elibrarv.ru/title аЬои1азр?1Ь=33940

приходилось делить на подгруппы не более 12 чел. А для уроков гимнастики семинария арендовала неприспособленный зал местной воинской команды, в котором располагались кровати солдат и они, отдыхая, присутствовали на уроках воспитанников. Директора беспокоила также ненормальная ситуация с уроками по графическому искусству. В 1916/1917 уч. г., например, занятия не велись целое полугодие из-за отсутствия учителя, и возобновились лишь с приглашением учительницы из женской гимназии [11, л. 4-8].

Таблица 1

Учебный план Глазовской учительской семинарии на 1917/1918 уч. г.

Предметы Количество часов по классам, в неделю

I II III IV всего

Закон Божий 4 3 2 2 11

Педагогика — 2 3 2 7

Русский язык 5 5 4 4 18

Арифметика (методика) — — 1 1 2

Алгебра 2 2 2 2 8

Геометрия 2 2 2 — 6

Тригонометрия — — 1 2 3

История и закон 3 3 3 3 12

География и космография — 2 2 2 6

Естествознание 3 3 3 2 11

Физика 2 2 2 — 6

Гигиена — — 1 1 2

Рисование 2 2 2 1 7

Черчение — — — 1 1

Бытие 3 2 2 1 8

Практические уроки — — — 6 6

Разбор пробных уроков — — — 2 раза —

Итого: 26 28 30 30 116

Занятия в послеобеденное время:

Ручной труд 3 3 2 — 8

Музыка 1 1 2 2 6

Физические упражнения, игры 2 2 1 1 6

Всего: 32 34 35 33 136

Степень успешности освоения учебных дисциплин директор оценивал на «удовлетворительно» и отмечал, что воспитанники стремятся по-

Волкова Л. А. К истории Глазовской учительской семинарии периода революции и гражданской войны // Иднакар: методы историко-культурной реконструкции: науч.-практ. журнал: Вокруг Ижевско-Воткинского восстания. - 2017. -№ 2 (35). - С. 22-29. - Режим доступа: http://elibrarv.ru/title about.asp?id=33940

нять, осмыслить и усвоить преподаваемое. Слабым местом образовательного процесса он считал «отсутствие твердых навыков в самостоятельном изложении мыслей». Заслушивая на педсоветах учебные успехи каждого воспитанника, совет также давал оценку его поведению и записывал в личном кондуитном журнале ученика. Например, А. Ивонинский, Д. Гор-бушин, А. Корепанов и А. Данилов характеризовались как отличные в поведении, но за 3-ю четверть им было записано замечание «за самовольную отлучку домой» [12, л. 5-6, 11-14]. Любое проявление недисциплинированности и халатное отношение к учебе подвергалось строгой педагогической оценке. Преподаватели старались понять и искоренить причины недостойного поведения семинаристов. Так, К. Лекомцев, замеченный в ослушании, недисциплинированности, пропуске уроков, неоднократно вызывался к директору. Ученик искренно раскаялся и обещал исправиться [13, л. 30-31]. Сложнее обстояло с П. Ляпуновым. Пропуская и опаздывая на уроки, он за 2-ю четверть получил по русскому языку и истории неудовлетворительные отметки. Преподаватели характеризовали его как неаккуратного и ленивого ученика со слабыми способностями. Педсовет предупредил, что будет лишен стипендии, если не исправится. Однако за 3-ю четверть Ляпунову неудовлетворительные отметки были выставлены по русскому языку, естествознанию, истории и географии. А в 4-й четверти к отмеченным «неудам» добавились церковно-славянский язык и физика. Вероятно, он не справился с переэкзаменовкой, назначенной на август 1916 г., и потому был оставлен на второй год [14, л. 33-34]. Семинарист второго набора И. Шулаков также стал «головной болью» педсовета семинарии. За 1-ю четверть он получил три неудовлетворительные оценки (по арифметике, физике, истории). «Причина — малоумственность, малоразвитость и отсутствие интереса к учебному делу». Не лучше обстояли дела в следующих четвертях, поэтому Шулаков также «после осенних испытаний оставлен на второй год» [15, л. 25-26]. Однако представляется, что указанные недостатки в учебе отдельных ребят скорее исключение, чем правило. В целом, из отчета директора следует, что воспитанники учились старательно и вели себя прилежно.

Рождение и первые годы жизни учительской семинарии в Глазове пришлись на период бурной общественно-политической истории страны. Семинарию не обошли стороной события Первой мировой и гражданской войн, Февральской и Октябрьской революций. Несомненным достижением революции является осуществление национального образования. По ходатайству Удмуртской секции Общества народностей Поволжья и по

Волкова Л. А. К истории Глазовской учительской семинарии периода революции и гражданской войны // Иднакар: методы историко-культурной реконструкции: науч.-практ. журнал: Вокруг Ижевско-Воткинского восстания. - 2017. -№ 2 (35). - С. 22-29. - Режим доступа: http://elibrarv.ru/title about.asp?id=33940

предложению Глазовского культурно-просветительского общества удмуртов преподавателем родного языка для семинаристов-удмуртов стал священник Глазовского Преображенского собора В. Д. Крылов, выпускник Казанской учительской семинарии. Крылов считал, что родной язык должен стать главным орудием воспитания и образования подрастающего поколения. «С получением свободы все народы, населяющие Россию, вправе требовать себе свободного развития на почве культурного самоопределения наций во главе с национальной школой», — так понимал удмуртский священник культурное развитие своего народа [16, с. 124]. В учительской семинарии он вел 6-8 уроков в неделю, в мужской и женской гимназиях — по 4 урока, высшем начальном училище — 2 урока. Уездное земское собрание утвердило это расписание и в распоряжение городской управы выделило 600 руб. на приобретение книг и пособий на удмуртском языке и на оплату труда преподавателя [17].

Февральская и Октябрьская революции изменили не только ведомственную принадлежность семинарии. Реформаторские опыты декларировали демократизацию и децентрализацию образования, в т. ч., педагогического. По декрету Совнаркома РСФСР от 23 января 1918 г. «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» изменился перечень учебных предметов, было упразднено преподавание закона божьего и церковнославянского языка, отменены ежедневные молитвы учащихся. Вместе с тем, образовательная база и, в частности, фундаментальная библиотека, были сохранены. Так, в отделе редкой книги институтской библиотеки сегодня хранятся такие издания, как «Толковый словарь живаго великорус-скаго языка Владим1ра Даля», «Словарь церковно-славянскаго и русскаго языка», «К. Дубровскш. Учебная карта звъзднаго неба», «Снегурочка. Весенняя сказка въ четырехъ действ1яхъ съ прологомъ А. Н. Островскаго», «Полное собраше стихотворенш Н. А. Некрасова въ двухъ томахъ», «В. Г. Бълинский. Полное собраше сочиненш» и др. Очевидно, недостающую учебную литературу семинария заимствовала в других учебных заведениях. Например, книга «Ч. Вътринскш. Н. А. Некрасовъ въ воспоминашяхъ современниковъ, письмахъ и набранныхъ произведешяхъ», судя по штампу, была доставлена из фундаментальной библиотеки Сарапульской женской учительской семинарии.

Ежедневные проблемы политической, профессиональной и бытовой деятельности не обошли семинарию и в годы гражданской войны. В январе — сентябре 1919 г. семинария жила в эвакуации в с. Парзи в Глазов-ском низшем сельскохозяйственном училище (по другому — Парзинская

Волкова Л. А. К истории Глазовской учительской семинарии периода революции и гражданской войны // Иднакар: методы историко-культурной реконструкции: науч.-практ. журнал: Вокруг Ижевско-Воткинского восстания. - 2017. -№ 2 (35). - С. 22-29. - Режим доступа: http://elibrarv.ru/title about.asp?id=33940

сельскохозяйственная ферма), продолжая педагогический процесс. Благодаря усилиям ее директора и слаженной работе учительского персонала, был сохранен контингент учащихся и даже осуществлялся набор на новый учебный год. Он стал началом двухгодичных (затем трехгодичных) педагогических курсов (1919/1920 уч. г.), затем — Вотского института народного образования (1921).

Подводя итог вышесказанному, отметим, что, несмотря на короткий срок существования (1915-1919), Глазовская мужская учительская семинария накопила ценный опыт подготовки учителей начальных школ края. Преобразованный в 1921/1922 уч. г. в Удмуртский педагогический техникум, затем — педучилище с 3-х летним сроком обучения (1937), база семинарии служила педагогической работе, готовя учителей начального звена. В 1939 г. началась новая эпоха в истории профессионального учебного заведения — на базе Глазовского педучилища (с сохранением последнего) был открыт учительский институт, преобразованный в 1956 г. в педагогический институт. Таким образом, подготовка школьных учителей продолжается на новом уровне, отвечая требованиям государства и соответствуя желаниям педагогического сообщества и социума. История не заканчивается.

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

1. Высшее педагогическое образование в Глазове / сост.: В. В. Беляев, В. А. Сыркин. - Глазов, 1999. - 348 с.

2. История становления педагогических учебных заведений в Удмуртии / авт.-сост.: Г. А. Поздеев. - Глазов, 2006. - 100 с.

3. Волкова Л. А. Глазовская учительская семинария: тревожные дни в эвакуации // Гражданская война на территории Удмуртии: материалы межрегион. науч.-практ. конф. (г. Глазов, 6 дек. 2013 г.): сб. ст. - Глазов, 2014. - 94 с.

4. Волкова Л. А. Глазовская учительская семинария в контексте реформ российской школы // Материалы Всеросс. науч.-практ. конф. с междунар. участием «Девятые Есиповские чтения» / под ред. Я. А. Чиговской-Назаровой. - Глазов, 2015. - 329 с.

5. Волкова Л. А., Першина Я. С. Образовательная политика Временного правительства (на примере Глазовской учительской семинарии) // Материалы Всеросс. науч.-практ. конф. с междунар. участием «Девятые Есиповские чтения» / под ред. Я. А. Чиговской-Назаровой. - Глазов, 2015. - 329 с.

6. Першина Я. С. Абитуриент 1917, или Как попасть в Глазовскую учительскую

семинарию // Материальная и духовная культура народов Урала и Повол-

Волкова Л. А. К истории Глазовской учительской семинарии периода революции и гражданской войны // Иднакар: методы историко-культурной реконструкции: науч.-практ. журнал: Вокруг Ижевско-Воткинского восстания. - 2017. -№ 2 (35). - С. 22-29. - Режим доступа: http://elibrarv.ru/title about.asp?id=33940

жья: история и современность: материалы межрегион. науч.-практ. конф. (г. Глазов, 11 дек. 2015 г.): сб. ст. / отв. ред. С. Л. Логинов. - Глазов, 2016. -344 с.

7. Волкова Л. А. Глазовская учительская семинария: трудные годы становления // Из истории Глазовской учительской семинарии / сост. Г. А. Поздеев. - Глазов, 2016. - 88 с.

8. Центральный государственный архив Удмуртской республики (далее — ЦГА УР). Ф. 121. Оп. 1. Д. 34. Заявления о предоставлении должностей народных учителей, переписка с Вятским губернским отделом народного образования об утверждении состава педсовета с указанием занимаемой должности; Д. 56. Переписка с Вятским губернским отделом народного образования по личному составу, список учителей семинарии.

9. Там же. Ф. 121. Оп. 1. Д. 1. Дело по канцелярии директора Глазовской учительской семинарии с кондуитными журналами воспитанников 2 -го класса семинарии. 1916-1918 гг.; Д. 2. Смета расходов на 1918 г. и отчет о состоянии семинарии за 1916-1917 гг.; Д. 64. Личное дело Машковцева А. Е.

10. Там же. Ф. 121. Оп. 1. Д. 3. Дело по канцелярии директора Глазовской учительской семинарии. Циркуляр Департамента народного просвещения о пересмотре учебных программ.

11. Д. 2. Смета расходов на 1918 г. и отчет о состоянии семинарии за 1916-1917 гг.

12. Там же. Д. 1. Дело по канцелярии директора Глазовской учительской семинарии с кондуитными журналами воспитанников 2-го класса семинарии. 1916-1918 гг.

13. Там же.

14. Там же.

15. Там же.

16. Волкова Л. А. «О, Боже! Помоги нам обрести достоинство»: В. Д. Крылов как общественный деятель // Церковь в истории и культуре России: сб. материалов междунар. науч. конф. Киров (Вятка), 22-23 окт. 2010 г. - Киров, 2010. - 427 с.

17. ЦГА УР. Ф. 121. Оп. 1. Д. 6. Журналы заседаний Глазовского уездного земского собрания о введении преподавания вотского языка в учебных заведениях г. Глазова. Переписка с Глазовским культурно-просветительным обществом вотяков, попечителем Казанского учебного округа, уездной земской управой.