Институт сведущих лиц в уголовном судопроизводстве: генезис и современное состояние

С.П. Вареникова*

Институт сведущих лиц в уголовном судопроизводстве: генезис и современное состояние**

Аннотация. Предмет исследования — эволюция формирования института сведущих лиц в уголовно-процессуальном праве, начиная со Свода законов уголовных Российской империи 1832 г. и Устава уголовного судопроизводства России 1864 г. по настоящее время. Современное состояние и проблемные вопросы института уголовно-процессуального права, регулирующего процессуальное положение, основания и порядок использования специальных знаний сведущих лиц (эксперта, специалиста, переводчика, педагога, психолога) для решения задач судопроизводства (на основе изучения уголовно-процессуального законодательства России и Казахстана). Тенденции и перспективы дальнейшего развития института сведущих лиц в уголовном судопроизводстве. Методологическую основу исследования составляет всеобщий диалектический метод познания закономерностей объективной действительности, с помощью которого рассматривались основные этапы формирования данного института отрасли уголовно-процессуального права с учетом детерминированности его развития и изменения во взаимосвязи с другими явлениями. В процессе исследования также применялись общенаучные и частнонаучные методы: исторический, логико-юридический, системно-структурный, сравнительно-правовой. Научная новизна заключается в комплексном исследовании совокупности норм уголовно-процессуального законодательства России и Казахстана, относящихся к основным этапам формирования института сведущих лиц, привлекаемых при расследовании и судебном рассмотрении уголовных дел. На основе проведенного исследования современного состояния института сведущих лиц в отрасли уголовно-процессуального права аргументируется вывод об актуальной необходимости разработки его теоретических основ, имеющих важное значение для современной нормотворческой деятельности в целях совершенствования уголовно-процессуального законодательства и практики его применения в России и в Казахстане. Ключевые слова: Устав уголовного судопроизводства, сведущие люди, судебные врачи, судебно-медицинские эксперты, эксперт, специалист, переводчик, педагог, психолог, доказывание.

В дореволюционном уголовно-процессуальном законодательстве России использовалось понятие «сведущие люди» (по определению С.И. Ожегова, сведущим является человек, имеющий сведения в чем-нибудь, хорошо осведомленный в чем-либо1). О процессуальной категории сведущих людей впервые упоминалось в Своде законов уголовных Российской империи 1832 г. (далее — Свод), в ст. 212 которого было закреплено положение об основаниях и порядке их привлечения для решения задач уголовного судопроизводства: «если точное узнавание встречающегося в деле обстоятельства предполагает особые сведения или опытность в какой-либо науке, искусстве или ремесле, то надлежит истребовать

1 Ожегов С.И. Словарь русского языка. М.: Сов. энцикло-

педия, 1978. С. 444.

о том показание и мнение сведущих людей, соображаясь с правилами, изложенными в главе об исследовании происшествия и осмотре».

Профессии сведущих людей были конкретизированы в отдельных статьях Свода:

- согласно ст. 72, 79, 80, 191 Свода, органы следствия и суда могли пользоваться содействием врачей при осмотре трупов по делам об убийствах, при медицинском освидетельствовании глухонемых либо с целью выявления признаков преступления и следов насилия или отравы;

- ст. 178 Свода обязывала дать обвиняемому переводчика, если он не знает языка, на котором производится следствие;

- в соответствии со ст. 89 Свода, краденые вещи должны быть оценены ценовщиками;

- согласно ст. 205 Свода, в случаях сомнения проводилось сличение почерка руки.

© Вареникова С.П., 2015

* Вареникова Светлана Павловна — кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права, криминалистики и правоохранительной деятельности Гуманитарного университета транспорта и права им. Д.А. Кунаева. [svetlana.varenikova@bk.ru]

050022, Республика Казахстан, г. Алматы, ул. Курмангазы, д. 107.

** Материалы международной научно-практической конференции «Уголовное судопроизводство: история и современность», посвященной 150-летию Устава уголовного судопроизводства Российской империи.

Процессуальное значение показаний и мнений сведущих людей было определено в ст. 197 Свода в качестве доказательств по уголовным делам2.

Уставом уголовного судопроизводства России, принятым в 1864 г. (далее — УУС), подробнее регламентировалось участие на предварительном следствии и в суде сведущих людей, а также указывались их профессии: «врачи, фармацевты, профессора, учителя, техники, художники-ремесленники, казначеи и лица, продолжительными занятиями по какой-либо службе или части приобретшие особенную опытность» (ст. 326 УУС).

Переводчики и толмачи, которые приглашались, в соответствии со ст. 410, 411 УУС, тоже рассматривались в качестве сведущих людей. Переводчиком мог выступать и сам следователь, но в любом случае показания обвиняемого могли быть записаны только на русском языке.

Основания привлечения сведущих людей к участию в следственных и судебных действиях были изложены в ст. 112 и 325 УУС: «Сведущие люди приглашаются в тех случаях, когда для точного уразумения встречающегося в деле обстоятельства необходимы специальные сведения или опытность в науке, искусстве, ремесле, промысле или каком-либо занятии». Был также регламентирован порядок вызова сведущих людей и их ответственность за неявку к следствию без уважительной причины (денежное взыскание).

Врачи выделялись как особая категория сведущих людей, поскольку в уголовном процессе они могли выступать в двух качествах: судебных врачей, то есть должностных лиц, обязанных являться по требованию судебного следователя для осмотров и освидетельствований (ст. 336 УУС); когда же врачи приглашались к следствию или суду для разъяснения какого-либо относящегося к их специальности обстоятельства по делу, то они уже считались сведущими людьми.

Введенный УУС состязательный характер судебного разбирательства был распространен и на возможность привлечения сведущих людей сторонами. Согласно ст. 578 УУС, «стороны могут просить о вызове в суд не только свидетелей, но и сведущих людей для объяснения какого-либо предмета или для проверки сделанного уже испытания». При этом на основании ст. 694 УУС стороны могли отводить сведущих людей по неимению ими тех качеств, которые требуются от них законом3.

Таким образом, в УУС подробно регламентировались основания привлечения сведущих людей, примерный перечень их профессий, порядок привлечения и участия при производстве

следственных действий, особенности процессуального закрепления результатов исследований сведущих людей, их право на инициативу.

Наряду с понятием «сведущие люди» в российских нормативных актах дореволюционного периода использовались термины «эксперт» и «экспертиза». Согласно сведениям, приведенным С.Г. Алексеевым и Б.Г. Лукичевым, в пояснениях Правительствующего Сената и циркулярах министра юстиции Российской империи, касающихся деятельности сведущих людей, упоминалось об экспертах и экспертизе. Кроме того, к образцам процессуальных документов, имеющим хождение в судопроизводстве Российской империи до 1917 г., помимо протокола осмотра и протокола экспертизы, относилось и заключение эксперта, которое должен был подписывать эксперт4.

В уголовно-процессуальных законах советского периода (УПК РСФСР 1922 и 1923 гг.) понятие сведущих людей было заменено на термин «эксперты», а проводимые ими исследования названы экспертизами. В ст. 63 УПК РСФСР 1923 г. говорилось, что «эксперты вызываются в случаях, когда при расследовании или при рассмотрении дела необходимы специальные познания в науке, искусстве или ремесле». В примечании к ст. 63 УПК РСФСР были указаны случаи обязательного вызова эксперта: когда необходимо установить причины смерти и характер телесных повреждений, а также для определения психического состояния обвиняемого или свидетеля, когда у суда или у следователя по этому поводу возникают сомнения5.

Правовое положение эксперта в УПК РСФСР определялось как сведущего лица, оказывающего во всех необходимых случаях содействие правосудию, в частности:

- в ст. 64 УПК РСФСР говорилось, что лицо, вызываемое в качестве эксперта, обязано явиться и участвовать в осмотрах и освидетельствованиях и давать заключения;

- согласно ст. 193 УПК РСФСР, судебно-медицинские эксперты приглашались не только для осмотра и вскрытия трупов, но и для освидетельствования потерпевшего и обвиняемого и в других случаях, когда требуется медицинская экспертиза;

- в ст. 196 УПК РСФСР указывалось на необходимость освидетельствования обвиняемого врачом-экспертом для получения сведений о его психическом состоянии.

Помимо этого, в ряде статей УПК РСФСР регламентировалась процессуальная деятельность

2 Свод законов Российской империи. СПб.: Тип. 2-го отд. Собств. е.и.в. канцелярии, 1857. Т. XV. Кн. 2. С. 148.

3 См.: Устав уголовного судопроизводства. Комментарий // Российское законодательство Х-ХХ вв. М.: Юрид. лит., 1991. Т. 8. С. 298-299.

4 См.: Алексеев С.Г., Лукичев Б.А. «Эффект знаменосца» в области судебной экспертизы // Материалы 2-й Междунар. науч.-практ. конф. «Теория и практика судебной экспертизы в современных условиях». М.: Проспект, 2009. С. 16-17.

5 Уголовно-Процессуальный Кодекс РСФСР // Собрание узаконений и распоряжений рабочего и крестьянского пра-

вительства, издаваемое Народным Комиссариатом Юсти-

ции. 1923. № 7. Отд. 1.

переводчиков: в ст. 22 было закреплено, что в случаях, когда обвиняемые, потерпевшие, свидетели или эксперты не владеют языком, на котором ведется производство по данному делу, суд обязан приглашать переводчиков и ставить заинтересованных лиц в известность о каждом производимом судом действии через переводчика. В ст. 167 уточнялось, что при допросе немого, глухого или лица, говорящего на языке, непонятном для следователя, приглашается переводчик или лицо, понимающее знаки немого или глухого. В ст. 72 и 73 был приведен порядок вызова переводчиков, получения ими вознаграждения и возмещения понесенных расходов, а также меры ответственности в случае уклонения от явки или от исполнения своих обязанностей на суде и следствии.

Понятие сведущих лиц, начиная с УПК РСФСР 1923 г., больше не использовалось в уголовном судопроизводстве, однако еще встречалось в ведомственных документах. Так, например, в Циркуляре Народного комиссариата юстиции РСФСР № 11 и Народного комиссариата труда № 4 от 19.02.1930 г. указывалось, что «представители органов труда, в особенности специальных инспекций (технические, санитарные и др. инспекторы труда), могут привлекаться для участия в расследовании трудовых дел в качестве экспертов и сведущих лиц для выяснения вопросов специального характера (например, по делам о несчастном случае)»6.

Вместе с тем потребности судебной и следственной практики обусловливали необходимость привлечения для расследования и судебного рассмотрения уголовных дел, помимо экспертов и переводчиков, сведущих лиц иных профессий. В частности, в методических указаниях об организации прокурорского надзора по делам несовершеннолетних от 5 января 1957 г. заместителя Генерального прокурора СССР рекомендовалось допускать в необходимых случаях присутствие не только родителей, представителей общественных организаций, но и педагогов, врачей при допросах несовершеннолетних, исходя из интересов дела7.

25 декабря 1958 г. были приняты Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, которые послужили базой для принятия 22 июля 1959 г. Уголовно-процессуального кодекса Казахской ССР (далее — УПК КазССР). Первоначально в нем, как и прежде, было процессуально регламентировано только привлечение экспертов, в качестве которых, согласно ст. 54 УПК КазССР, могли выступать лица,

обладающие специальными познаниями в области науки и техники8. Последующими изменениями и дополнениями, внесенными в УПК КазССР, в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета Казахской ССР от 13.05.1967 № 92-УП, было введено новое процессуальное лицо, обладающее специальными знаниями и навыками, — специалист9. Из обширного круга процессуальных функций эксперта специалисту было передано участие в производстве следственных действий или в судебном разбирательстве и оказание содействия следователю, лицу, производящему дознание, прокурору или суду в обнаружении, закреплении и изъятии доказательств (п. 15а ст. 21 УПК КазССР). Эксперт теперь определялся как лицо, вызванное судом, следователем или лицом, производящим дознание, для дачи заключения по возникшим при производстве по уголовному делу вопросам, требующим специальных познаний. Результаты деятельности специалиста, в отличие от заключения эксперта, не имели доказательственного значения и выступали как составная часть протокола соответствующего следственного действия.

Участие переводчика, а также лица, понимающего условные знаки при допросе немого или глухого, регламентировалось ст. 105, 106 УПК КазССР. В ст. 150 УПК КазССР было закреплено участие педагога и врача при допросе свидетелей в возрасте до 14 лет.

В действующем Уголовно-процессуальном кодексе Республики Казахстан от 13.12.1997 (далее — УПК РК) ст. 83, 84 и 85 детально регламентируют, соответственно, правовое положение эксперта, специалиста, переводчика, которые, согласно п. 25 ст. 7 УПК РК, отнесены к категории иных лиц, участвующих в уголовном процессе10.

Разграничение специальных знаний и процессуальных функций эксперта и специалиста в УПК РК осуществляется следующим образом: - эксперт, согласно ч. 1 ст. 83 УПК РК, обладает специальными научными знаниями и на основании постановления следователя (суда) производит исследование в рамках такого процессуального действия, как судебная экспертиза. Составленное им по результатам проведенного исследования (экспертизы) заключение является одним из самостоятельных видов доказательств, предусмотренных ч. 2 ст. 115 УПК РК. Процессуальная форма и содержание заключения эксперта детально

6 См.: Махов В.Н. Использование знаний сведущих лиц при расследовании преступлений. М.: Изд-во РУДН, 2000. С. 28-29.

7 Сборник действующих приказов и инструкций Генерального прокурора СССР. М., 1958. С. 128.

8 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Казахской ССР / под ред. Э.С. Зеликсона, Ю.Д. Лившица, В.А. Хвана. Алма-Ата: Наука, 1969.

9 Указ Президиума Верховного Совета Казахской ССР «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Казахской ССР» от 13.05.1967 № 92-VII.

10 Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан от 13.12.1997 № 206-I (с изм. и доп. по состоянию на 17.01.2014) // ИС «Параграф». URL: http://online.zakon.kz.

регламентированы ст. 120 и 251 УПК РК. За дачу заведомо ложного заключения эксперт несет уголовную ответственность, в соответствии со ст. 352 Уголовного кодекса Республики Казахстан (далее — УК РК)11; - специалист является лицом, обладающим специальными знаниями, необходимыми для оказания содействия в собирании, исследовании и оценке доказательств путем разъяснения участникам уголовного процесса вопросов, входящих в его специальную компетенцию, а также применения научно-технических средств (ч. 1 ст. 84 УПК РК). Законом Республики Казахстан «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам уголовно-исполнительной системы» от 18.01.2012 в ч. 1 ст. 84 УПК РК были внесены следующие дополнения «1-1. При необходимости проведения исследования и получения заключения в досудебном производстве может быть привлечен сотрудник уполномоченного подразделения органов внутренних дел Республики Казахстан в качестве специалиста. При несогласии сторон с заключением специалиста орган, ведущий уголовный процесс, назначает экспертизу». Для гарантии достоверности заключения специалиста как доказательства законодатель также закрепил уголовную ответственность специалиста за дачу заведомо ложного заключения по ст. 352 УК РК12.

В то же время остальные категории специалистов, помимо сотрудников уполномоченного подразделения органов внутренних дел, имеют право на основании ч. 2 ст. 84 УПК РК в рамках следственного или судебного действия проводить не приводящее к полному или частичному уничтожению объектов либо изменению их внешнего вида или основных свойств исследование, за исключением сравнительных, материалов дела с отражением его хода и результатов в протоколе либо в официальном документе, приобщаемом к уголовному делу в порядке, предусмотренном ч. 8 ст. 203 УПК РК. Необходимым условием признания доказательствами фактических данных, содержащихся в протоколе, является удостоверение обстоятельств, непосредственно воспринятых лицом, ведущим уголовный процесс, установленных при исследовании вещественных доказательств специалистом в ходе следственного или судебного действия (ч. 1 ст. 122 УПК РК).

Участие специалиста фиксируется в протоколе соответствующего следственного или судебного действия (ч. 2 ст. 84 УПК РК). За фальсификацию доказательств специалистом, принимающим участие в процессуальных действиях, предусматривается уголовная ответственность по ст. 348 УК РК.

В ч. 1 ст. 84 УПК РК уточняется, что к специалистам также относятся педагог, участвующий в следственных и иных процессуальных действиях с участием несовершеннолетнего, а равно врач, участвующий в следственных и иных процессуальных действиях, за исключением случаев назначения его экспертом. Участие не только педагога, но и психолога при производстве процессуальных действий по делам о преступлениях несовершеннолетних предусматривается ст. 488 УПК РК.

Особенности использования в практике уголовного судопроизводства специальных знаний педагогов и психологов диктуют необходимость детальной законодательной регламентации их правового положения как самостоятельной категории процессуальных лиц, поскольку функция педагога (психолога) как участника следственного действия не совпадает с функцией специалиста. Педагог выполняет специфические функции в уголовном судопроизводстве, так как с учетом возрастных (прежде всего психологических) особенностей подростка помогает следователю (дознавателю) определить последовательность и форму постановки вопросов, оптимальную продолжительность допроса, выбрать правильный стиль допроса, с точки зрения педагогики, установить психологический контакт с допрашиваемым и т.д. — для того, чтобы получить от несовершеннолетнего полные и достоверные показания. На этом основании С.В. Тетюев предлагает включить педагога и психолога в число «иных» участников уголовного судопроизводства, закрепив их права, обязанности, ответственность, обстоятельства, исключающие участие в процессе, а также требования, которым должны отвечать педагоги и психологи как участники следственных действий13.

К категории иных лиц, участвующих в уголовном процессе и обладающих специальными знаниями, наряду с экспертом и специалистом, также относится переводчик, процессуальный статус которого определяется ст. 85 УПК РК. В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 85 УПК РК, он должен владеть языком, знание которого необходимо для перевода. Как отмечается в ком-

11 Уголовный кодекс Республики Казахстан от 16.07.1997 № 167-I (с изм. и доп. по сост. на 17.01.2014 г.) // ИС «Параграф». URL: http://online.zakon.kz.

12 Закон Республики Казахстан «О внесении изменений

и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам уголовно-исполнительной системы» от 18.01.2012 г. URL: www.kazpravda.kz.

13 См.: Тетюев С.В. Участие педагога (психолога) в уголовном судопроизводстве Российской Федерации и Республики Беларусь // Актуальные проблемы уголовного процесса и криминалистики России и стран СНГ: материалы междунар. науч.-практ. конф. Челябинск: Изд-во ЮУрГУ 2009. С. 332.

ментарии к ст. 59 «Переводчик» УПК РФ, он относится к той группе участников уголовного судопроизводства (вместе с экспертом и специалистом), которые должны отвечать требованиям компетентности и незаинтересованности в деле. Компетентность переводчика означает, что он хорошо владеет специальными знаниями, то есть знанием, по крайней мере, двух языков, необходимых для перевода, может свободно изъясняться на них и грамотно писать14. В качестве переводчика для участия в производстве по делу может быть привлечено лицо, понимающее знаки немого или глухого.

Переводчик привлекается для участия в следственных и судебных действиях в случаях, когда подозреваемый, обвиняемый, подсудимый, их защитники либо потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик или их представители, а также свидетели и иные участники процесса не владеют языком, на котором ведется производство по делу, а равно для перевода письменных документов. Владея языком, на котором ведется следственное действие, и языком, которым владеют указанные выше участники процесса, переводчик обеспечивает следователю возможность воспринимать информацию. Совпадение в некотором отношении функции переводчика с функцией специалиста отмечает С.А. Шейфер, поскольку, используя свои специальные познания (ими, несомненно, можно считать владение языками), переводчик помогает следователю получать доказательства. Однако законодатель обособил переводчика как участника следственного действия. Это объясняется тем, что функция переводчика в определенном отношении шире функции специалиста: его деятельность представляет собой важнейшую гарантию осуществления принципа государственного языка судопроизводства, право обвиняемого на защиту и служит эффективным средством охраны законных интересов допрашиваемого15. Т.Д. Телегина также отмечает, что уголовно-процессуальный статус (права, ответственность) специалиста и переводчика во многом схожи. В то же время она исключает переводчика из числа сведущих лиц, обладающих специальными знаниями, аргументируя это тем, что «переводчик не выявляет скрытых свойств и взаимосвязей объектов в тексте перевода, используя знания языка, он не создает новой информации, а потому его знания не являются специальными в уголовно-процессуальном смысле»16.

14 См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ / под общ. ред. В.В. Мозякова. М.: Изд. «Экзамен ХХ1», 2002. С. 169.

15 См.: Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. М.: Юрлитинформ, 2001. С. 138.

16 Телегина Т.Д. Использование специальных знаний в

современной практике расследования преступлений: ав-

тореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2008. С. 16.

Ю.К. Орлов проводит разграничение функций специалиста и переводчика по их участию в уголовно-процессуальном доказывании и относит специалиста к группе лиц, являющихся источниками доказательственной информации, а переводчика — к лицам, выполняющим технические или иные вспомогательные функции. Наряду с переводчиком такими лицами являются секретарь судебного заседания, понятые и иные участники следственных действий (например, лица, имитирующие какие-либо действия при следственном эксперименте). Они обязаны только участвовать в соответствующем следственном (судебном) действии и зафиксировать полученные результаты. Непосредственно в доказывании они участия не принимают17.

Таким образом, в УПК РК проведено разграничение специальных знаний и процессуальных функций следующих основных категорий иных лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве: экспертов, специалистов, переводчиков. По сравнению с ранее действовавшим УПК КазССР, усматривается тенденция расширения перечня конкретных профессий специалистов, участвующих в уголовном судопроизводстве. В настоящее время к данной процессуальной категории относятся, помимо специалистов, привлекаемых для оказания содействия в собирании, исследовании и оценке доказательств при производстве следственных и судебных действий, также врачи, педагоги и психологи.

Следует заметить, что специалисты различных профессий, обладающие специальными знаниями, могут привлекаться для решения задач уголовного судопроизводства не только как процессуальные лица, правовое положение которых закреплено в ст. 84 УПК РК, но и в качестве лиц, у которых адвокаты на основании подп. 6 п. 3 ст. 14 Закона Республики Казахстан «Об адвокатской деятельности» могут запрашивать на договорной основе заключения специалистов для разъяснения вопросов, возникающих в связи с оказанием юридической помощи и требующих специальных знаний в области науки, техники, искусства и в других сферах деятельности18. Эти лица не имеют процессуального статуса специалиста в контексте ст. 84 УПК РК и относятся к специалистам в бытовом, общеупотребительном смысле слова.

Такое широкое определение понятия «специалист» вызывает необходимость отграничения процессуальной категории специалиста, закрепленной в ст. 84 УПК РК, от всех других лиц, обладающих специальными знаниями и привлекаемых для решения задач уголовного судопро-

17 См.: Орлов Ю.К. Проблемы теории доказательств в уголовном процессе. М.: Юрист, 2009. С. 41-42.

18 Закон Республики Казахстан «Об адвокатской деятельности» от 05.12.1997 № 195-1 // Ведомости Парламента Республики Казахстан. 1997. № 22. Ст. 328.

изводства. Представляется, что для этих целей можно использовать термин «сведущие лица», о котором говорилось выше при рассмотрении вопросов процессуальной регламентации лиц, обладающих специальными знаниями, в УУС.

В настоящее время понятие сведущих лиц встречается в научной литературе в тех случаях, когда авторы используют институциональный подход для исследования возможностей применения в судопроизводстве различных форм специальных знаний в целях обеспечения потребностей судебной и следственной практики. В частности, об институте сведущих лиц пишут В.Н. Махов, Л.М. Исаева, Д.П. Чипура, А.А. Мо-хов, О.В. Полещук, С.В. Саксин, В.В. Яровенко и другие российские авторы. В нашей работе исследовались проблемные вопросы процессуального порядка привлечения сведущих лиц (экспертов, специалистов, переводчиков) в уголовном судопроизводстве стран Содружества независимых государств (СНГ)19.

Однако следует заметить, что в работах вышеупомянутых авторов не имеется единообразного представления о субъектном составе института сведущих лиц. Так, например, А.А. Мохов, разрабатывая новый комплексный правовой институт гражданского процессуального права — «институт сведущих лиц», в качестве его субъектов рассматривает только лишь экспертов и специалис-тов20. Авторы «Теории и практики применения специальных знаний в современном уголовном судопроизводстве», отмечая положительные новеллы УПК РФ, которые показывают, что законодатель пошел по пути дальнейшей дифференциации и совершенствования каждого из направлений использования лиц, обладающих специальными знаниями, также понимают под институтом «сведущих лиц» только институт специалистов и экспертов21.

Наряду с таким узким представлением о субъектах института сведущих лиц, имеются точки зрения и других авторов о его более широком составе. В частности, Л.М. Исаева считает «всех лиц, обладающих специальными познаниями и привлекаемых для нужд правосудия, как членов единого института сведущих лиц. В зависимости от статуса действия, в котором они участвуют, они могут быть наделены определенными правами и обязанностями. Например, лицо, облада-

ющее специальными познаниями и проводящее судебную экспертизу, — эксперт; участвующее в иных процессуальных действиях — специалист; участвующее в непроцессуальных действиях или выполняющее их — сведущее лицо»22.

Иначе определяет субъектный состав института сведущих лиц В.Н. Махов, выбирая в качестве критерия их роль в процессе доказывания. Он относит к ним экспертов, специалистов, переводчиков, лиц, допрашиваемых для получения справочных сведений и разъяснений по специальным вопросам, а также ревизоров, других сведущих лиц, проводящих ведомственные расследования и представляющих в установленных случаях в следственные органы документы о выявленных при этом преступлениях. Предлагая сформулировать в УПК РФ статью, закрепляющую указанный перечень сведущих лиц, автор считает, что это позволит отличить данных лиц, привлеченных к участию в доказывании, от прочих лиц — носителей специальных знаний, оказывающих содействие следователю советами, доэкспертными исследованиями, которых целесообразно именовать лицами, обладающими специальными знаниями23. Из определения В.Н. Махова следует, что институт лиц, обладающих специальными знаниями, он понимает значительнее шире по своему субъектному составу, чем институт сведущих лиц в уголовном судопроизводстве, в то время как Л.М. Исаева считает их равнозначными.

Обобщая вышеизложенное, можно констатировать наличие значительного количества серьезных проблемных вопросов, определяющих актуальную необходимость теоретических исследований закономерностей развития и современного состояния института сведущих лиц в уголовном судопроизводстве. Подобные исследования позволят экстраполировать тенденции дальнейшего развития института сведущих лиц в уголовном судопроизводстве и будут способствовать законодательному закреплению норм, совершенствующих данный институт, перспективы которого, по мнению Д.П. Чипуры, состоят в «дальнейшей дифференциации специальных знаний сведущих лиц с последующим обособлением правового статуса этих лиц, легализацией в уголовном процессе все новых и новых форм их участия в производстве по делу»24.

19 См.: Вареникова С.П. Порядок привлечения сведущих лиц в уголовном судопроизводстве стран СНГ // Актуальные проблемы уголовного процесса и криминалистики России и стран СНГ: материалы междунар. науч.-практич. конф. Челябинск: Изд-во ЮУрГУ 2009. С. 282-285.

20 См.: Мохов А.А. Использование специальных знаний в гражданском судопроизводстве России: теория и практика: дис. ... д-ра юрид. наук. СПб., 2005. С. 15.

21 См.: Полещук О.В., Саксин С.В., Яровенко В.В. Теория и практика применения специальных знаний в современном уголовном судопроизводстве. М.: Юрлитинформ, 2007. С. 228.

22 Исаева Л.М. Специальные познания в уголовном судопроизводстве. М.: ЮРМИС, 2003. С. 177.

23 См.: Махов В.Н. Указ. соч. С. 55-56.

24 Чипура Д.П. Использование специальных экономических знаний при расследовании преступлений (уголовно-процессуальные и организационные аспекты): автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 2005. С. 13-14.

Библиография:

1. Алексеев С.Г., Лукичев Б.А. «Эффект знаменосца» в области судебной экспертизы II Материалы 2-й между-нар. науч.-практич. конф. «Теория и практика судебной экспертизы в современных условиях». М.: Проспект, 2009. С. 15-17.

2. Вареникова С.П. Порядок привлечения сведущих лиц в уголовном судопроизводстве стран СНГ II Актуальные проблемы уголовного процесса и криминалистики России и стран СНГ: материалы междунар. науч.-практич. конф. Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2009. C. 282-285.

3. Исаева Л.М. Специальные познания в уголовном судопроизводстве. М.: ЮРМИС, 2003. 304 с.

4. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Казахской ССР I под ред. Э.С. Зеликсона, Ю.Д. Лившица, В.А. Хвана. Алма-Ата: Наука, 1969. 656 с.

5. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ I под общ. ред. В.В. Мозякова. М.: Экзамен XXI, 2002. 976 с.

6. Махов В.Н. Использование знаний сведущих лиц при расследовании преступлений: монография. М.: Изд-во РУДН, 2000. 296 с.

7. Мохов А.А. Использование специальных знаний в гражданском судопроизводстве России: теория и практика: дис. ... д-ра юрид. наук. СПб., 2005. 380 с.

8. Орлов Ю.К. Проблемы теории доказательств в уголовном процессе. М.: Юрист, 2009. 175 с.

9. Полещук О.В., Саксин С.В., Яровенко В.В. Теория и практика применения специальных знаний в современном уголовном судопроизводстве. М.: Юрлитинформ, 2007. 230 с.

10. Телегина Т.Д. Использование специальных знаний в современной практике расследования преступлений: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2008. 24 с.

11. Тетюев С.В. Участие педагога (психолога) в уголовном судопроизводстве Российской Федерации и Республики Беларусь II Актуальные проблемы уголовного процесса и криминалистики России и стран СНГ: материалы междунар. науч.-практич. конф. Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2009. С. 332-334.

12. Чипура Д.П. Использование специальных экономических знаний при расследовании преступлений (уголовно-процессуальные и организационные аспекты: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 2005. 30 с.

13. Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. М.: Юрлитинформ, 2001. 208 с.

References (transliteration):

1. Alekseev S.G., Lukichev B.A. «Effekt znamenostsa» v oblasti sudebnoi ekspertizy II Materialy 2-i mezhdunar. nauch.-praktich. konf. «Teoriya i praktika sudebnoi ekspertizy v sovremennykh usloviyakh». M.: Prospekt, 2009. S. 15-17.

2. Varenikova S.P. Poryadok privlecheniya svedushchikh lits v ugolovnom sudoproizvodstve stran SNG II Aktual'nye problemy ugolovnogo protsessa i kriminalistiki Rossii i stran SNG: materialy mezhdunar. nauch.-praktich. konf. Chelyabinsk: Izd-vo YuUrGU, 2009. S. 282-285.

3. Isaeva L.M. Spetsial'nye poznaniya v ugolovnom sudoproizvodstve. M.: YuRMIS, 2003. 304 s.

4. Kommentarii k Ugolovno-protsessual'nomu kodeksu Kazakhskoi SSR I pod red. E.S. Zeliksona, Yu.D. Livshitsa, V.A. Khvana. Alma-Ata: Nauka, 1969. 656 s.

5. Kommentarii k Ugolovno-protsessual'nomu kodeksu Rossiiskoi Federatsii I pod obshch. red. V.V. Mozyakova. M.: Ekzamen XXI, 2002. 976 s.

6. Makhov V.N. Ispol'zovanie znanii svedushchikh lits pri rassledovanii prestuplenii: monografiya. M.: RUDN, 2000. 296 s.

7. Mokhov A.A. Ispol'zovanie spetsial'nykh znanii v grazhdanskom sudoproizvodstve Rossii: teoriya i praktika: dis. ... d-ra yurid.nauk. SPb., 2005. 380 s.

8. Orlov Yu.K. Problemy teorii dokazatel'stv v ugolovnom protsesse. M.: Yurist, 2009. 175 s.

9. Poleshchuk O.V., Saksin S.V., Yarovenko V.V. Teoriya i praktika primeneniya spetsial'nykh znanii v sovremennom ugolovnom sudoproizvodstve. M.: Yurlitinform, 2007. 230 s.

10. Telegina TD. Ispol'zovanie spetsial'nykh znanii v sovremennoi praktike rassledovaniya prestuplenii: avtoref. dis. ... kand. yurid.nauk. M., 2008. 24 s.

11. Tetyuev S.V. Uchastie pedagoga (psikhologa) v ugolovnom sudoproizvodstve Rossiiskoi Federatsii i Respubliki Belarus' II Aktual'nye problemy ugolovnogo protsessa i kriminalistiki Rossii i stran SNG: materialy mezhdunar. nauch.-praktich. konf. Chelyabinsk: Izd-vo YuUrGU, 2009. S. 332-334.

12. Chipura D.P. Ispol'zovanie spetsial'nykh ekonomicheskikh znanii pri rassledovanii prestuplenii (ugolovno-protsessual'nye i organizatsionnye aspekty): avtoref. dis. ... kand. yurid.nauk. Volgograd, 2005. 30 s.

13. Sheifer S.A. Sledstvennye deistviya. Sistema i protsessual'naya forma. M.: Yurlitinform, 2001. 208 s.

Материал поступил в редакцию 8 марта 2014 г.

Institution of knowing persons in criminal judicial proceedings: genesis and modern situation

VARENIKOVA, Svetlana Pavlovna — PhD in Law, Associate Professor of the Department of Criminal Law, Forensic Law and Law Enforcement Activity of the Humanitarian University of Transportation and Law named after D.A. Kunaev.

[svetlana.varenikova@bk.ru]

050022, Republic of Kazakhstan, Almaty, ul. Kurmangazy, 107.

Review. The object of studies concerns the evolution of the formation of the institution of the knowing persons in the criminal procedural law starting with the Code of Criminal Laws of the Russian Empire of 1832 and Charter of Criminal Judicial Proceedings of 1864 to the current time. The author studies the modern situation and topical issues regarding the institution of criminal procedural law, regulating the procedural position, grounds and procedure for the use of specialized knowledge of knowing persons (expert, specialist, interpreter, teacher, psychologist) in order to achieve the goals of the judicial proceedings (based upon the study of the criminal procedural legislation of Russia and Kazakhstan). The author pays attention to the tendencies and perspectives for the further development of the institution of knowing persons in the criminal judicial proceedings. The methodological basis for the studies involves the general dialectic method of cognition of the objective reality patterns, which was used in order to evaluate the main stages of formation of the said institution in the criminal procedural law, considering its determined development and changes in their relation with other matters. In the process of studies the author also applied general and specific scientific methods: historical, logical legal, systemic structural, comparative legal methods. The scientific novelty is due to the complex evaluation of the combination of norms of criminal procedural legislation of Russia and Kazakhstan regarding the main stages of formation of the institution of the knowing persons involved into investigation and trial in criminal cases. Based upon the study of the current situation in the institution of knowing persons in the criminal procedural law the author substantiates the opinion on the need to develop its theoretical fundaments, which are of importance for the modern law-making activity for the sake of improvement of the criminal procedural legislation and practice of its application in Russia and in Kazakhstan.

Keywords: Charter of Criminal Judicial Proceedings, knowing persons, judicial doctors, judicial medical experts, expert, specialist, interpreter, teacher, psychologist, proof.