Материальная культура кочевников Булгарской области Золотой Орды

УДК 902.03

МАТЕРИАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА КОЧЕВНИКОВ БУЛГАРСКОЙ ОБЛАСТИ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ

© 2018 г. К. А. Руденко

В статье рассматриваются предметы разных категорий, которые были обнаружены в погребениях кочевников, расположенных на территории Булгарской области Золотой Орды. Автором собраны данные из раскопок нескольких могильников, а также одиночных погребений на городских и сельских могильниках, а также привлечены материалы из музейных коллекций и публикаций. Проведена систематизация находок, определены хронологические рамки их бытования по материалам раскопок, а также проанализированы аналогии и синхронные комплексы из исследований позднекочевнических захоронений Урала и Поволжья. Установлено, что прослеживается достаточно тесная связь между предметами конской упряжи и снаряжения с инвентарем именно кочевнических погребений, а не поселений Булгарской области Золотой Орды, как можно было ожидать. Интересно, что украшения и предметы туалета из рассматриваемых находок отличаются от массовых серий, характерных как для городских центров Золотой Орды, так и кочевнических комплексов XIII - XIV вв. Выделяются местные оригинальные типы изделий, отличающиеся высоким уровнем стилизации. В результате этого анализа можно считать, что материальная культура кочевого населения Булгарской области Золотой Орды XIV, точнее 2 половины этого столетия в. (так датируются более половины известных комплексов) практически идентична материальной культуре кочевников Волго-Уралья и составляет с ней единое целое.

Ключевые слова: кочевники, Золотая Орда, материальная культура, Булгарский Улус, металлические зеркала.

Изучение древностей Булгарской области Золотой Орды показало, что выделяется группа могильников и отдельных захоронений, связанных с золотоордынскими кочевниками, сохранившими традиционные языческие погребальные обряды (Руденко, 2013, с. 189-209). Эти некрополи, расположенные в сельской местности, были связаны с небольшими поселениями, часть из которых была изучена. В этой связи интересной проблемой является исследование особенностей материальной культуры этого населения, выяснение, насколько она была связана с бытом кочевников или уже была интегрирована в мир оседлого населения Улуса. Опубликованные материалы булгаро-ордынских селищ и городищ, а также обобщающие исследования древностей золотоордынских кочевников (Федоров-Давыдов, 1966; Иванов, Кригер, 1988; Мысь-ков, 2015) позволяют провести такой анализ.

На сегодняшний день имеются сведения о 12 могильниках и отдельных захоронениях на территории Булгарской области Золотой Орды, которые можно отнести к золотоор-дынским кочевникам1 . К анализу нами были привлечены 25 погребений из 6 могильников, сопровождавшихся погребальным инвента-

1 Мы не рассматриваем могильники чияликской культуры, которые представляют собой особую этнокультурную группу и изучаются Е.П. Казаковым.

рем. Рассмотрим основные категории изделий.

Детали конской упряжи представлены стременами и удилами (рис. 1: 1, 2). Стремена (2 экз. МПО2) одного типа - арочной формы с узкой прорезью для путилища и прямой или чуть выгнутой широкой подножкой. Е.П. Мыськов выделяет его в тип А1а, датированный XIV в., преимущественно второй половиной столетия (Мыськов, 2015, с. 56, 59, табл. III). Аналогичные стремена были обнаружены в подъемном материале на поселении Дамба III с монетами XIV в. Интересно, что этот тип стремян, составляющий часть типологического ряда этих артефактов у средневековых кочевников (Федоров-Давыдов, 1966, с. 12, рис. 1) редко встречается на булгаро-ордынских селищах и городищах.

Седла не сохранились, но в одном случае его наличие (судя по обуглившемуся дереву и расположению стремян) в захоронении (МПО/83) очевидно, причем оно располагалось в районе ног погребенного. Из коллекций Булгарского и Билярского городищ происходят фрагменты окантовки луки седла4, характерные для ордынских могильников Волго-

2 МПО - могильник Песчаный остров.

3 Цифрой указан номер погребения.

4 Коллекция Национального музея РТ, инв.№5363 и 5427.

СРЕДНЕВЕКОВАЯ АРХЕОЛОГИЯ

173

Донского междуречья (Мыськов, 2015, с. 60). Однако таких находок в могильниках не зафиксировано.

Удила (3 экз.; МПО, БК, РП5 ) - все двусоставные кольчатые, кольца диаметром от 4 до 6 см (рис. 1: 3, 30). Некоторые из них имеют широко раскованные окончания грызл для удержания колец. Удила встречаются вместе со стременами, ножами и в одном случае с наконечниками стрел. Двусоставные кольчатые удила широко встречаются на булгарских памятниках ХН-Х1У вв. То же можно сказать о железных подпружных и уздечных пряжках, найденных в захоронениях (3 экз.: БК; РП) (рис. 1: 26).

Украшения уздечки - бляшки, бубенчики или наносные султанчики в погребениях также не зафиксированы, хотя на булгаро-ордынских поселениях, как и в кочевнических захоронениях Волго-Донья они не редкость (Мыськов, 2015, с. 61-62). Возможно, в нашем случае это имеет хронологическое объяснение: пик распространения многих таких аксессуаров ко второй половине XIV в. сходит на нет (Иванов, Кригер, 1988, с. 30). В одном захоронении (МИМ6) зафиксированы небольшие железные конусы-подвески, встречающиеся у кочевников Южного Приу-ралья (Иванов, Кригер, 1988, с. 9,32, рис. 1-6; 8-6,7).

Бытовые и хозяйственные предметы в рассматриваемых захоронениях редки. Они представлены железными кресалами (2 экз.; БК) (рис. 1: 26, 27), костяной игольницей (1 экз.; МПО) (рис. 1: 10), шильями (2 экз.; МПО; БК) (рис. 1: 8, 17); ножницами (3 экз.; БК; БТМ, АП7 ) (рис. 1:16). Сохранность их в большинстве случаев плохая, но по деталям формы они соответствуют типам, распространенным у кочевников Поволжья и Приуралья в XIII -XIV вв. Особых датирующих признаков они не имеют, как и железные ножи (5 экз.) (рис. 1: 5-7, 14, 29). Последние имеют прямую спинку и резкий переход от черешка к лезвию. Такие изделия часто встречаются на золотоордын-ских поселениях (Савченкова, 1996, с. 28-31, рис. 9; 10). Погребальная посуда не зафиксирована, а единственная бронзовая чашечка (1 экз.; ББ8) является исключением. Глиняные

5 БК - Балымерские курганы; РП -Рождественское погребение.

6 МИМ - Малоиерусалимский могильник на Булгарском городище.

7 АП - Алексеевское погребение; БТМ -Байрякитамакский могильник.

8 ББ - Бабий бугор - могильник на Булгарском

прясла (2 экз.; БТМ) - усеченно-биконическое и колесовидное овального сечения (Руденко, 2013, с. 193, рис. 2-9, 10), встречены только в одном могильнике.

Выделяются металлические зеркала (7 экз.) из женских захоронений. Отметим зеркала из могильников Песчаный остров и Балымерского (рис. 1: 9,15), которые имеют аналогии в курганах кочевников Южного Урала (Иванов, Кригер, 1988, с. 17, рис. 4, типы ДШ и ХГ), датированных монетами 2 половины XIV в., причем такие или похожие артефакты не зафиксированы у номадов в других частях Золотой Орды. Вместе с тем в рассматриваемых материалах отмечены и изделия, относящиеся к широко распространенным типам, но сильно стилизованные вследствие неоднократного копирования. Датируются зеркала XIV в., отчасти - второй половиной этого столетия (Руденко, 2017, с. 160-171).

Предметы вооружения немногочисленны. Это железные плоские наконечники стрел (10 экз.; БК, РП) разных форм (рис. 1: 18-25) - от универсальных до оригинальных, например, кунжутолистных (рис. 1:23), встречающихся преимущественно в XIV в. На поселениях последние не зафиксированы, но известны в кочевнических ордынских погребениях (Мыськов, 2015, с. 129, табл. XXII, тип. А&4). Найдено одно навершие рукояти сабли из поделочного камня (РП) (Руденко, 2013, с. 193, рис. 2-8). Каких-либо других предметов вооружения, как и деталей колчанов, колец для стрельбы, рукоятей плеток, остатков луков и прочих аксессуаров в захоронениях не выявлено. Немного их и на поселениях (Савченкова, 1996, с. 79,80, рис. 34, 2; Закирова, 1988, с. 227-229, рис. 99: 15,18; 100: 11; 101).

Из украшений встречен мелкий стеклянный бисер (МПО; БК); фрагмент бронзового браслета (1 экз.; МПО) (рис. 1: 13), несколько бронзовых нашивок (2 экз.; МПО) (рис. 1: 11, 12), а также пара серег со вставками (ББ). Нашивки датированы по аналогиям второй половиной XIV в. Мелкий бисер встречен в золотоордынских слоях Булгарского городища (Полубояринова, 1988, с. 166), но бытовал он в широких хронологических рамках. Показательно, что других типов бусин в погребениях не зафиксировано, хотя на поселениях они встречаются достаточно часто (Полубоя-ринова, 1988, с. 171-180). В одном захороне-

городище.

нии (РП/18) найдена монета 1357 г. (Руденко, 2013, с. 208).

Таким образом, в захоронениях кочевого населения Булгарской области присутствует стандартный набор погребального инвентаря, характерный для номадов Волго-Донья и Предуралья конца XIII - XIV в., имеющий особенности только в типах отдельных предметах. Большая часть рассмотренного материала датируется второй половиной XIV в., что согласуется с наблюдениями по составу погребального инвентаря кочевников Южного Урала (Иванов, Кригер, 1988, с. 30). Вышеперечисленные факты позволяют утверждать, что население с непостоянной оседлостью в

Булгарской области Золотой Орды являлось частью Великой степи, что подтверждает вывод Г.А. Федорова-Давыдова о своеобразии золотоордынской культуры, где в рамках одного государства городские центры оседлого населения соседствовали с кочевниками с их традиционным бытом и обычаями (Федоров-Давыдов, 1966, с. 209-210). Даже Волжская Булгария с характерным земледельческим укладом и сложившейся городской культурой, после того как вошла в состав монгольской империи не стала исключением из общего правила, о чем свидетельствуют приведенные выше данные.

ЛИТЕРАТУРА

Иванов В.А., Кригер В.А. Курганы кыпчакского времени на Южном Урале (XII-XIV вв.). М.: Наука. 1988. 94 с.

Закирова И.А. Косторезное дело Болгара // Город Болгар. Очерки ремесленной деятельности / Отв. ред. Г.А. Федоров-Давыдов. М.: Наука. 1988. С. 220-243.

Мыськов Е.П. Кочевники Волго-Донских степей в эпоху Золотой Орды. Волгоград: Изд-во ВФ РАНХиГС, 2015. 484 с.

ПолубояриноваМ.Д. Стеклянные изделия Болгарского городища // Город Болгар. Очерки ремесленной деятельности / Отв. ред. Г.А. Федоров-Давыдов. М.: Наука. 1988. С. 151-219.

Руденко К.А. Кочевники в Булгарском Улусе Золотой Орды (по данным археологии) // ПА. 2013. №2. С. 189-211.

Руденко К.А. Происхождение некоторых булгарских металлических зеркал (к характеристике культурных связей Поволжья со Средней Азией. Сибирью и Дальним Востоком в эпоху Средневековья) // Древности Сибири и Центральной Азии. 2017. № 8(20). С. 160-181.

Савченкова Л.Л. Черный металл Болгара. Типология // Город Болгар. Ремесло металлургов. кузнецов. литейщиков / Отв. ред. Г.А. Федоров-Давыдов. Казань: ИЯЛИ. 1996. С. 5-88.

Федоров-Давыдов Г.А. Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов. Археологические памятники. М.: Изд-во МГУ. 1966. 276 с.

Информация об авторе:

Руденко Константин Александрович, доктор исторических наук. профессор. Казанский государственный институт культуры (г. Казань. Россия); murziha@mail.ru

MATERIAL CULTURE OF THE NOMADS OF THE BULGAR ULUS OF

THE GOLDEN HORDE

K. A. Rudenko

The article examines artifacts from burials of nomads from the Bulgarian area of the Golden Horde. The author collected data from excavations of nomads burial grounds. solitary burials in urban and rural cemeteries. as well as materials from museum collections and publications. In total. artifacts from 25 graves from 6 necropolises were studied. The systematization of the finds has been carried out. the chronological framework of their existence has been determined based on the materials of the excavations. The author analyzed analogies to these artifacts and finds from synchronous complexes from burials of nomads of the Urals and the Volga Area. He found that there is a close connection between the items of horse harness and equipment with inventory of nomadic mounds of the XIV century. There are very few similar products in the settlements of the Bulgarian area of the Golden Horde. Studied jewelry differs from products common in the cities of the Golden

СРЕДНЕВЕКОВАЯ АРХЕОЛОГИЯ

175

Horde. Local types of products are distinguished, which are distinguished by a high level of stylization. The material is dated to the XIV century. The author claims that the material culture of the nomadic population of the Bulgar area of the Golden Horde of this period is identical with the material culture of the nomads of the Volga and the Urals and forms a single whole with it.

Keywords: nomads, Golden Horde, material culture, Bulgarian Ulus, metal mirrors.

About the Author:

Rudenko Konstantin A. Doctor of Historical Sciences, Professor, Kazan State University of Culture. Orenburgsky Trakt St., 3, Kazan, 420059, Russian Federation; murziha@mail.ru

Рис.1. Вещевой инвентарь из кочевнических могильников Булгарской области Золотой Орды. 1-14: могильник Песчаный остров; 15-27: Балымерские курганы. 9,11-13,15: цветной металл; 10: кость;

1-7, 14,16-30: железо; 8: железо и дерево.