Построение социокультурного пространства России в эпоху постиндустриализма

Вестник Челябинского государственного университета. 2014. № 24 (353). Философия. Социология. Культурология. Вып. 34. С. 7-9.

СОЦИОЛОГИЯ

Е. Б. Демерле

ПОСТРОЕНИЕ СОЦИОКУЛЬТУРНОГО ПРОСТРАНСТВА РОССИИ В ЭПОХУ ПОСТИНДУСТРИАЛИЗМА

В статье дается краткое описание постиндустриального общества, отмечаются его основные характеристики с точки зрения влияния на социокультурное пространство, его преобразование в рамках иного ценностно-ориентационного формата. Проанализированы и приведены основные ценностные ориентиры, направляющие жизнедеятельность молодого поколения россиян в постиндустриальную эпоху.

Ключевые слова: социокультурное пространство; постиндустриальное общество; глобализация; ценностные ориентации; информационные технологии; общественное развитие.

Динамичны и неоднозначны социокультурные процессы современности, основная специфика которых заключается в том, что они происходят в короткие временные сроки, на глазах у одного поколения, оказывая на него сильное психологическое, социальное, экономическое, культурное воздействие. Современное поколение молодых людей России живет в условиях постиндустриального общества, впервые упомянутое Д. Беллом, который в 1962 г. разработал концепцию общества «будущего», описав его через модификацию деятельности основных общественных институтов и развитие технологий, способствующих кардинальному изменению жизненной инфраструктуры1.

Социологи-футурологи того времени, высказывая свои предположения относительно развития общества в постиндустриальную эпоху, придали концепции очертания, сформировав законченную модель, основными чертами которой являются:

- усиление прозрачности национальных границ (формирование единого европейского, а впоследствии мирового пространства), то есть формирование глобального мирового сообщества, имеющего единые ценности и нормы жизни, поведения, взаимоотношения между людьми;

- формирование иных критериев социальной стратификации, которыми становятся знания, информация и уровень профессионализма, наличие которых позволяет одним членам общества занять более высокие позиции в социальной структуре;

- переход большинства занятых в сферу услуг, в том числе производства информационных услуг, к которым, по мнению Н. Гауз-нера, «причисляются все те, кто производит, обрабатывает и распространяет информацию в качестве основного занятия, а также кто создаёт и поддерживает функционирование информационной инфраструктуры»2.

Помимо этого, вышеперечисленные социологи были единогласны во мнении, что переход в общество постиндустриального типа будет сопровождаться скачком в технологическом развитии (в частности, в развитии информационных технологий), которые достаточно быстро будут «внедрены» в повседневную жизнь, изменив её до неузнаваемости. Отмечая роль «высоких» технологий как важнейшую движущую силу изменения в постиндустриальном обществе, Э. Тоффлер отмечал, что «именно они в данном обществе будут способствовать новым решениям социальных, философских и даже личных

8

Е. Б. Демерле

проблем, так как воздействуют на всё интеллектуальное окружение человека - образ его мыслей и взгляд на мир»9.

И если в середине XX в. данные концепции выглядели фантастично и неправдоподобно, то для наших современников они во многом описывают реалии настоящего. Формируя научные предвидения относительно развития экономических отношений, политических трансформаций, общественной жизни, социологи того времени затрагивали частично или не затрагивали вообще идеологическую, ценностную составляющую эпохи постиндустриализма, то есть особенности формирования его социокультурного пространства, от которого во многом зависит смысловое, духовно-нравственное наполнение бытия.

Понятие 'социокультурное пространство', приобретающее все большую актуальность в настоящее время, получило развитие в трудах О. Шпенглера8, П. Сорокина7 и других ученых. Методологические основы и подходы в его изучении, формируемые разными авторами, позволяют констатировать, что социокультурное пространство любой общественной системы - это единое целое, составные части которого объединены общими ценностями. В то же самое время оно не только формирует особые человеческие типы и стили поведения, но и объединяет людей, населяющих его, чувством особого переживания пространства5. Реалии современного общества ставят перед человеком новые требования, в первую очередь способность и готовность к перемене деятельности, стиля жизни, переобучению, мобильности. Современный человек владеет обширной свободой выбора, реализация которой формирует его индивидуальность, в то же время из множества индивидуальностей соткано единое социокультурное пространство города, региона, страны.

Таким образом, социокультурное пространство общества является основным смысловым наполнителем бытия, оно выражено в духовной составляющей общественной организации и формирует социально-культурную реальность. От духовного, ценностного наполнителя общественной жизни будет зависеть генезис его развития, который будет направлен в русло, спроецированное ценностно-ориентационной базой.

Современные теоретики постиндустри-онализма (В. И. Иноземцев, М. Кастельс,

Э. Киселева) пытаются определить особенности модификации личности, усиливающие или ограничивающие те или иные личностные черты и качества, одобряемые или порицаемые в условиях данной социально-экономической формации. Так, переход к социально-экономическим отношениям постинду-стрионализма способствует формированию ценностной основы общества, фундаментом которой становится совершенствование личностного потенциала через принятие ценностей глобального мира, основу которых составляют ценности толерантности (принятия самобытности каждого человека, формирование атмосферы доброжелательности между людьми), ценности единства и взаимоответственности (мы все живем в глобальном меняющемся мире, адаптироваться к которому возможно только формируя чувство взаимопомощи), ценности взаимозависимости как залога мирного взаимодействия людей, живущих на одной планете и понимающих, что, нарушая общественный порядок, можно навредить самому себе, и обретения гармонии с окружающими через отказ от эгоцентристских представлений (уменьшения своих потребительских запросов).

Постиндустриальное общество, фундамент которого составляют информация и знания как эквивалент успешности и процветания, способствует адаптации новой социокультурной основы, призывающей эти знания направлять на благо других людей. Таким образом, материальные стимулы организации жизни постепенно уступают место духовным, но, в то же время, необходимо отметить, что материально-технический уровень развития данной общественной системы достаточно высок, что избавляет его членов от необходимости борьбы за выживание.

Таким образом, постиндустриальное общество, формируя идеальные условия для творческого, интеллектуального развития личности, раскрытия его потенциальных возможностей, формирует иной характер трудовых отношений. Так, в отличие от труда, присутствующего как ценность в предшествующие социально-экономические эпохи, творчество является более высоким и совершенным видом деятельности, так как его побудительный мотив связан с внутренними потребностями личности, стремлением к самореализации, умножению своих навыков и знаний. Как отмечает В. И. Иноземцев, «в

Построение социокультурного пространства России.

9

постэкономическом обществе развитие личности становится главной целью человека, а деятельность, не мотивированная утилитарными потребностями, кардинально изменяет социальную структуру»3. Как способность человека к созданию чего-то инновационного, нового в субъективном или объективном плане творчество существовало всегда, однако как хозяйственный феномен оно не было известно ни аграрному обществу, ни обществу индустриального типа.

В то же самое время постиндустриальный тип общественной системы формирует условия осознания и внедрения в практику общественной жизни ценности умеренного аскетизма, способствующего ограничению запросов общества потребления и формирующего представление о том, что для успешного и комфортного функционирования необходим минимум материальных ценностей, подаренных цивилизацией. Представители постиндустрионализма приходят к мысли, что обладание даже самой неповторимой и уникальной вещью в условиях эмоциональной пресыщенности не даёт её владельцу тех эмоций, на которые он первоначально рассчитывал, а сознательный отказ от доказательств своей значимости и привлекательности в глазах окружающих через обладание как можно большим количеством материальных ценностей является одним из основных ценностных ориентиров.

Помимо этого, наращивая культурный и интеллектуальный потенциал (по О. Конту), представители постиндустрионализма приходят к осознанию того, что только доброжелательные и взаимоуважительные отношения могут быть залогом комфортных условий жизни в обществе. Формируя и воспитывая в подрастающих поколениях чувство собственного достоинства, которое не позволит затрагивать и унижать достоинство других людей,

формируя способность уважать права, мысли и чувства других, даже если они отличаются от собственных, возможно построение социокультурного пространства комфорта, характеризующего общество постиндустриальной эпохи.

Примечания

1 Белл, Д. Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования / пер. с англ. под. ред. В. И. Иноземцева. М., 1999.235 с.

2 Гаузнер, Н. Теория «информационного общества» в реальности капитализма // Мировая экономика и междунар. отношения. 1985. № 10. С. 52-57.

3 Иноземцев, В. Л. За пределами экономического общества. М., 1998. 294 с.

4 Кастельс, М. Россия и сетевое общество / М. Кастельс, Э. Киселева // Мир России. 2000. Т. 9, № 1. С. 23-51.

5 Клестов, И. Методологические проблемы обществознания или о культурном пространстве существования наций // Национальная проблема. Философско-психолого-экономи-ческие подходы / Удмурт. гос. ин-т человека. Ижевск, 1997. С. 41-49.

6 Конт, О. Дух позитивной философии / пер. с фр. И. А. Шапиро. Ростов н/Д : Феникс, 2003. 256 с.

7 Социальная и культурная динамика : исследование изменений в больших системах искусства, истины, этики, права и общественных отношений / Питирим Сорокин ; пер. с англ. В. В. Сапова. СПб., 2000. 1054 с.

8 Шпенглер, О. Закат Европы. М. : Наука, 1993. 592 с.

9 Toffler, A. Powershift : Knowledge, Wealth and Violence at Edge ofthe 21st Centure. N. Y. : Bantam Books, 1990. P. 338.