Понятие власти в философии Аристотеля

В ПОМОЩЬ ПРЕПОДАВАТЕЛЮ

УДК 321.1

ПОНЯТИЕ ВЛАСТИ В ФИЛОСОФИИ АРИСТОТЕЛЯ © 2010 г. А. С. Васильева

Кубанский государственный аграрный университет, Kuban State Agrarian University,

ул. Калинина, 13, г. Краснодар, 350044, Kalinin St., 13, Krasnodar, 350044,

mail@kubsau.ru mail@kubsau.ru

Раскрываются аспекты понятия власти в философии Аристотеля. Проводятся параллели и выявляются противоречия аристотелевской концепции с представлениями современных исследователей в определенных аспектах власти. Делается вывод, что понятие позитивной власти как формообразующего принципа у Аристотеля легло в основу традиционной политической мысли.

Ключевые слова: власть, властвующее, господство, закон, космос, обладание, подчинение, порядок.

In the article the author tells about the aspects of concept ofpower in philosophy. The article tells about Aristotle's concepts with representations of modern researchers in the certain aspects of power. The author considers that the concept of positive power as form-building principle at Aristotle's was in a basis of a traditional political idea.

Keywords: power, dominating, domination, law, space, possession, submission, order.

Сегодня человечество столкнулось с массой проблем глобального характера, решение которых зависит во многом от правильного распределения власти. В современной общественной мысли широко обсуждается эта тема в различных ее плоскостях. Вопрос о власти имеет корни, уходящие в глубь времен. История осмысления интересующего нас явления сложна и своеобразна. Еще древние авторы дискутировали о значении власти и формах ее проявления. Первые известные нам попытки осмыслить суть властного начала принадлежат античным философам.

В древнегреческой философии «властвующее» является телесной основой мира: «Античное телесное мироощущение, породившее натурфилософию, не могло не воспринимать власть как нечто вещественное. Уже в беспредельном и бесформенном она проявила себя в качестве определяющего начала» [1, с. 18]. Кроме того, первые философы рассматривали властное начало как свойство первопричины, которая одновременно является и субстратом, и законом Космоса. «Фюсис» выступает в качестве определяющего условия, он доминирует, проявляя себя как «властвующее». Власть, таким образом, обнаруживает присущую бытию иерархию.

Аристотель, ставший одним из ярчайших основателей западной интеллектуальной культуры, пристальное внимание уделил проблеме власти. «Аристотель характеризует власть как свойство (принадлежность) любой сложной системы. Все, что состоит из нескольких частей, имеет властвующий элемент и подчиненный элемент (Политика, 1254 А), таков "общий закон природы". Власть у Аристотеля играет роль активной формы, трансформирующей пассивную материю в реальные предметы. В социальной

жизни власть обеспечивает организацию совместной деятельности и стабилизирует отношения в социальной системе» [2, с. 25].

Античный философ сделал попытку дифференцирования данного явления, отделив его от сходных форм взаимодействия. По мысли Стагирита, власть отличается от «обладания». Такое различение следует из идеи о самодовлеющем знании: «эта наука (философия. - А. К.) единственно свободная, ибо она одна существует ради самой себя» [3, с. 10]. Власть в полной мере проявляется в области разделенного, единичных вещей, там, где присутствует «существо политическое».

«С распадением наук, - пишет исследователь И.А. Исаев, - подготовленным аристотелевской интеллектуальной революцией, большая часть "властвующего" оборачивается человеческой атрибутикой. Сам "фюсис" распадается на несовместимые понятия: природа как особая сфера бытия и познания и природа как сущность вещей, их внутренний закон» [1, с. 15].

В учении Стагирита ставится вопрос о власти в русле дихотомии господство - подчинение. Мыслитель считает, что такие отношения не просто имеют право на существование, но и вообще необходимы для жизнедеятельности человеческого сообщества: «.. .в целях взаимного самосохранения необходимо объединяться попарно существу, в силу своей природы властвующему, и существу, в силу своей природы подвластному. Первое благодаря своим умственным свойствам способно к предвидению, и потому оно уже по природе своей существо властвующее и господствующее; второе, так как оно способно лишь своими физическими силами исполнять полученные указания, является существом подвластным и рабствующим. Поэтому и господину, и рабу, полезно одно и то же» [4, с. 377]. Отсюда следует, что «власть»

рассматривается как нечто, носящее сакральный, мистический характер, так как возможность стоять на вершине иерархической лестницы дается «свыше», изначально, «по природе».

Однако Аристотель считает положения властвующего или подчиненного во многом свойствами, определенными «природой», ее законами. Философ склоняется к мысли, что изначально существует предрасположенность к «господству» или «подчинению».

«Объединение» является основной задачей человека, в первую очередь, в целях выживания: «... человек есть существо общественное в большей степени, нежели пчелы и всякого рода стадные животные...» [4, с. 379]. Таким образом, в полной мере вопрос о власти встает в человеческом сообществе, которое необходимо должно существовать и необходимо иметь иерархическую структуру с установленной субординацией.

У Аристотеля отношения господства и подчинения, властвующего и подвластного строятся в различных ракурсах, в зависимости от области их осуществления. Это могут быть отношения рабовладельческого характера, где есть «говорящее орудие» и его хозяин; узы родства, где выделяются связи мужа и жены, «отец и дети»; в сфере государственного управления -«субъект власти и субъект подчинения». Философ при этом обращает внимание на то, что «.власть господина и власть государственного мужа, равно как и все виды власти, не тождественны. Одна - власть над свободными по природе, другая - власть над рабами. Власть господина в семье - монархия (ибо всякая семья управляется своим господином монархически), власть же государственного мужа - это власть над свободными и равными» [4, с. 386]. В целом философ выделяет два вида власти: «власть господина» и «власть государственная».

Однако можно ли рассматривать «власть над рабами» как полноценное проявление феномена власти? Современные авторы, например, Т. Парсонс, Х. Арендт, Н. Луман, сопрягают власть с потенцией свободы: «Власть становится более могущественной, если она оказывается способной добиваться признания своих решений при наличии привлекательных альтернатив действия или бездействия. С увеличением свобод подчиненных она лишь усиливается» [5, с. 17].

«.Власть над другим является естественным продолжением власти над собой. Во власти над собой античная традиция усматривала властвование высшей, разумной части души над низшей.» [6, с. 14]. Аристотель, как и многие древнегреческие философы, а также их последователи, представляет человека как сочетание духовной и телесной субстанции: «Живое существо состоит прежде всего из души и тела; из них по своей природе одно - начало властвующее, другое - начало подчиненное» [7, с. 383]. Вследствие чего также можно выделить дихотомию страсти и разума, где приоритет одного над другим определяет жизнь человека и его деятельность. Ф. Х. Кессиди в вводной статье к «Этике» («Никомахова этика», «Большая этика») Стагирита пишет, что «Аристотель, в сущности, солидарен с Платоном также в вопросе о необходимости господства

разума над чувственными влечениями и вожделениями человека» [7, с. 14]. Концепция «доминирующего разума» закрепляет западную метафизическую традицию, определившую дальнейший способ рассмотрения бытия как логически обустроенной субстанции.

Встает вопрос о возможности рассматривать отношение человека и вещи как отношения господства и подчинения. Ф.В. Асмус считает, что «.для Аристотеля как теоретика античного рабовладельческого общества весьма характерно, что на богатство он смотрит исключительно с потребительской точки зрения рабовладельца. Для него быть богатым означает скорее пользоваться, чем владеть: богатство - действительное осуществление владения, или пользование тем, что составляет имущество» [7, с. 10]. В конечном счете обладание занимает иную нишу, чем власть и отношения власти.

Таким образом, власть распространяется во всех областях жизнедеятельности человека. Схема властной взаимосвязи присуща любым способам организации человеческого общения. Выпадает из зоны покрытия властью тот человек, который «не способен вступить в общение или, считая себя существом самодовлеющим, не чувствует потребности ни в чем, уже не составляет элемента государства, становясь либо животным, либо божеством» [7, с. 379]. Обратим внимание на понятие «государство», которое мыслитель использует в выше приведенном высказывании. Для Аристотеля - это высшая форма сосуществования людей. Она выражает целостность бытия, космоса как порядка, где единичное может существовать в полной мере только в связи с универсумом. В государстве человек находит свое «завершение». «Государственный строй есть порядок в области должностей; при нем все части находят себе место либо на основании свойств, присущих им, либо в силу того или иного правила, обусловливающего их равенство с общей точки зрения» [4, с. 490]. Однако изначально людям свойственно «образовывать пары, а не государства» [7, с. 224] - добавляет Аристотель, намекая на то, что целое вовсе не перекрывает часть, единичность, индивида и т.д. «.Государство не может быть по своей природе до такой степени единым, как того требуют некоторые» [4, с. 405].

Отношения властного характера являются важным элементом в организации человеческого сообщества: «Существует много разновидностей властвующих и подчиненных, при этом, чем выше стоят подчиненные, тем более совершенна сама власть над ними; так, например, власть над человеком более совершенна, чем власть над животным» [4, с. 382].

Власть представляет собой наиболее эффективный способ для управления социальными «стихиями» и таким образом она носит позитивный аспект. Однако эта сторона властной структуры для современных философов-постструктуралистов, напротив, носит отрицательный характер. Положительным аспектом оказывается возможность власти погрузиться в мысли индивида с попыткой проконтролировать его внутреннюю, духовную жизнь, что дает толчок, как считает М. Фуко, к развитию субъективности. Вследствие чего человек

получает возможность создавать свой дискурс, критикующий парадигмальные установки общества.

Аристотель видел и отрицательные стороны власти, формируемые на фундаменте искаженной природы властных отношений и неправильном применении их рычагов. Например, тирания, олигархия и демократия в широком смысле трактуются философом как отклонения, искажения по отношению к правильным формам правления, таким как царская власть, аристократия и полиция. От хороших способов управления их отличает, в первую очередь, ориентация не на «закон», а на волю «власть предержащих». Управление государством не должно осуществляться «по произволу властителя». А «закон, - указывает Стагирит, - должен властвовать над всем» [4, с. 497]. Он представляет собой метод поддержания идеального, прекрасного. Соблюдение законности служит залогом достойной жизни отдельного человека и всего сообщества. Таким образом, закон - суть всеобщего хода вещей, взаимосвязи всех явлений космоса, фактически проявление самого космоса.

«Никто из свободных людей добровольно не выносит такого рода власти» [4, с. 506], которая основывается на беззаконии и произволе правителей. Это связано с нарушением порядка, где элементы потеряли свое место в иерархической структуре бытия.

Естественно, философ обнаруживает ряд причин, влияющих на сохранение исконно-сущностных, естественно-нормальных форм государственного управления. Следуя греческой традиции, он вводит понятие добродетели как фактора, определяющего нормальное функционирование института власти. Обладатель господствующего начала необходимо должен распоряжаться целым рядом добродетелей, ибо он рискует не быть хорошим властителем. Самая важная добродетель для «государя» - «рассудительность». Остальные являются, по-видимому, необходимым общим достоянием и подчиненных и правителей; от подчиненного нечего требовать рассудительности как добродетели, но нужно требовать лишь правильного суждения [4, с. 452]. Гегель, анализируя этические представления Аристотеля, писал, что «.субъект должен вместе с тем подчинять свои страсти всеобщему, и это единство, в котором разум является господствующим, и есть именно добродетель» [8]. У Диогена Лаэртского позиция Аристотеля такова: «Добродетели он не считал взаимозависимыми, ибо человек может быть и разумен и справедлив, и в то же время буен и не властен над собой. Мудрец, говорил он, не свободен от страстей, а умерен в страстях» [9, с. 214].

Как было сказано ранее, для Аристотеля отношения господства и подчинения относятся к сфере человеческого общения. Человек рассматривается Стаги-ритом в качестве «существа политического», т. е. бы-тийствующего только в рамках полиса-государства. Связи между людьми необходимо строятся в аспектах иерархии и субординации, что является залогом наиболее «благоприятного» варианта межличностных и групповых отношений. Однако власть не является самоцелью, а представляет собой способ достижения

Поступила в редакцию

необходимого баланса в человеческом сообществе, в Космосе как таковом.

Кроме того, аттическое миропонимание эстетически ориентировано. Прекрасное является благом, незаменимым и неизменным. Поэтому должен сохраняться всеобщий порядок, частью которого является и человеческое сообщество, включающее различные группы людей и формы их взаимоотношения. Власть в таком случае выступает в качестве формообразующего принципа, формальной причины. В бытии должна присутствовать закономерность, а власть может ее обеспечить.

Значение работы Аристотеля для понимания явления власти велико. Философ раскрыл многоуровневую и разноплановую его структуру, определив дальнейшие пути рассмотрения в русле традиции, сформировавшей этатистское мышление, которое представляет государство и власть в качестве необходимых форм человеческого общежития. Таким образом, идея о доминировании закона над сиюминутными устремлениями легла в основу современной западной цивилизации, ориентированной на либеральные ценности. Аристотелевская трактовка власти также фундирует позитивные учения о государстве и обществе, где власть является средством достижения всеобщего блага. Применение концепции данного философа невозможно в полной мере, так как изменились политические, социальные и культурные условия в целом. «Античные мыслители, в отличие от современных исследователей, не вдавались в подробный анализ понятия власти, считая само собой разумеющимся, что ключевые термины типа «власть», «влияние», «авторитет», «правление» не требуют разработки, поскольку значение этих слов понятно для людей со здравым смыслом» [2, с. 25]. Кроме того, античная «власть» имеет форму и границы, а современная - диффузна, рассеяна в общественном пространстве.

Литература

1. Исаев И. А. Política hermetica: скрытые аспекты власти. М., 2002. 413 с.

2. ЛедяевВ.Г. Власть: концептуальный анализ. М., 2001. 384 с.

3. Аристотель. Метафизика / пер. А.В. Кубицкого. Ростов н/Д, 1999. 608 с.

4. Аристотель. Сочинения: в 4 т. / Аристотель. Политика / пер. С.А. Жебелева. М., 1983. Т. 4. С. 376 - 644; Вступительная статья: Там же. С. 38 - 52; Примечания: Там же. С. 759-779.

5. Луман Н. Власть / пер. с нем. А.Ю. Антоновского. М., 2001. 256 с.

6. Сапронов ПА. Власть: прошлое и будущее. М., 2008. 248 с.

7. Аристотель. Этика / пер. Н.В. Брагинской, Т.А. Миллер. М., 2002. 492 с.

8. Гегель В.Г.Ф. Лекции по истории философии // История философии / Электрон. библ. М., 2002. 1 CD-ROM.

9. Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов / общ. ред. и вступит. статья А.Ф. Лосева; пер. Л.М. Гаспарова. М., 1979. 620 с.

18 мая 2009 г.