Функционирование глаголов модуса в народных приметах

ВЕСТНИК ТГГПУ. 2010. №3

УДК 8.11.512.145

ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ГЛАГОЛОВ МОДУСА В НАРОДНЫХ ПРИМЕТАХ

© Ф.Ф.Гилемшин

В статье подробно анализируется система и особенности функционирование глаголов модуса в народных приметах в русском и татарском языках.

Ключевые слова: диктум, модусная рамка, модусный компонент, народные приметы, познавательная ценность.

Современный этап развития лингвистической мысли акцентирует внимание на семантике, которая рассматривается в различных аспектах и прежде всего с точки зрения соотношения язык -действительность, т.е. объективное содержание, и язык - человек, т.е. субъективное содержание. При структурировании семантической ситуации они выступают в качестве облигаторных содержательных компонентов. Диктум является компонентом содержания предложения, выполняющим функцию, которая характеризует фактический способ представления сообщаемого, а модус - компонентом, оценивающим диктум в соответствии с коммуникативными намерениями говорящего, то есть модус - это "субъективная интерпретация диктумного события" [1: 118]. Применительно к народным приметам также можно говорить об информационном плане и о плане субъективном. Информационный план носит эксплицитный характер, т.е. формально выражен, субъективный план также может быть открыто выражен, но нередко носит и имплицитный характер.

Содержательная структура народных примет характеризуется сложной, многослойной семантикой, включающей значение предсказательно-сти. В свою очередь, предсказание объединяет в себе такие значения, как ожидание, предстояние и др. Эти значения включают в себя глаголы, выступающие в роли модусных компонентов. Г.А.Золотова считает, что глаголы модуса, мо-дусной рамки, которые "проявляют" позицию субъекта речи, не являются самостоятельными, они функционируют как рамка объективной информации, представляют информацию о ситуации речи, интерпретируют диктум [2: 59-60].

Глаголами модусной рамки называются те глаголы, при помощи которых говорящий обнаруживает характер ментальных или речевых действий субъекта речи по отношению к диктуму. По способу восприятия, способу получения информации различают три модусные рамки: "Я видел (мне видно), как...", "Я думаю, что...",

"Он сказал мне, что.". Новая информация может быть получена посредством прямого наблюдения самого говорящего, посредством логической операции (умозаключения) над имеющимися в его сознании фактами и в процессе речевого общения. Все три модусные рамки обнаруживают способ восприятия информации [2: 59-60].

Глаголы речи, мысли, мнения в модусной части выполняют авторизующую роль, вместе с тем как каузативные глаголы служат комплика-торами, усложнителями элементарных моделей предложения [2: 59-60]. Рассмотрим более подробно систему глаголов модуса, функционирующих в народных приметах. Из выделенных нами восьми групп глаголов обратим внимание на четыре группы, в частности:

1. Глаголы ожидания бытия. К таким глагольным формам относятся глаголы жди, ожидай, ожидается. В "Толковом словаре русских глаголов" Л.Г.Бабенко дается следующее определение этого слова: "Ожидать - находиться где-либо некоторое время, до определенного срока, зная о предстоящих событиях" [3: 469]. В татарском языке им соответствует глагол кет, который в словаре определяется как "КeтY -берэр нэрсэнец башкарылуына, YгэлYенэ, булуына ышану, ышанып тору, шулай булыр дип уйлау [4: 273].

Система ожиданий - исключительно важная вещь в жизни каждого общества, на любой ступени развития цивилизации. Т.А.Колосова считает, что ожидание - самый древний, дологический тип психического реагирования, корни которого уходят во "внутренний мир" животных. В сущности, весь "жизненный опыт" есть не что иное, как умение согласовывать свои поступки с ожидаемыми и желаемыми следствиями. Ожидание как эмоциональная реакция есть определенное состояние сознания, которое стимулируется некоторыми событиями. В человеческом обществе система ожиданий, несомненно, транслируется от поколения к поколению. На ожиданиях, а не на логических оценках зиждется все раннее

воспитание членов общества. Ожидание заключается в сознание раньше, чем формируется способность критически, то есть "логически" мыслить [1: 71].

Схему ожидания можно представить формулой: "Если А, то следует ожидать В". Внешне это напоминает логическую импликацию, но ожидание не сводимо к логическим отношениям. Оно всегда остается нерасчлененным, не требующим мотивации, обоснования. Яркой иллюстрацией дологических ожиданий являются народные приметы, включающие компонент ждать в форме повелительного наклонения, который является наиболее частотным. Рассмотрим на примере народных примет, фиксирующих поведение домашних животных, функционирование данного глагола: Если впереди стада вечером идет рыжая корова - жди ведра, если черная - жди дождя; Если кошка ложится на загнетку - жди ведра; Если лошадь храпит - жди вьюгу; Лошадь часто скребет ногами - жди приближения дождя; Лошади фыркают в дороге - жди радостную встречу1. В данных примерах позицию глагольного компонента занимает глагол ждать в императивной форме. Однако контекст его в определенной степени десемантизирует, его основной функцией становится передача модальности долженствования.

Народные приметы с компонентом жди могут основываться и на наблюдениях за дикими животными: Перебежит белка дорогу - жди беды; Встретишь лисицу - жди плохих вестей; Ранняя белка голубая - жди раннюю весну; Волки зимой приближаются к жилью и воют - жди мороз; Зайцы выкапывают в снегу норки - жди метель; Бобры работают всю ночь - жди приближения дождя; Еж осенью нору сделал и залег в спячку на опушке леса - жди мягкую зиму.

Наибольшее число примет основываются на наблюдении за птицами: Стук дятла слышен далеко - жди приближения дождя; Зяблик прилетел рано - жди похолодание; Утки зимой купаются в снегу - жди метель; Петух вечером закукарекал - жди плохую погоду; Куры дерутся -жди гостей; Если куры хвостами вертят - жди метель; Если гусь стоит на одной ноге - жди мороз.

1 Здесь и далее иллюстративный материал берется из сборников: Даль В.И. Пословицы русского народа. -М.: Астрель, 2001. - 752 с.; Ермолаев А.С. Народная сельскохозяйственная мудрость в пословицах, поговорках и приметах. I всенародный месяцеслов. -СПб., 1901. - Т.І-ІУ. - 620 с.; Мэхм]тов Ш.Х. Ел тэYлеге 12 - ай. Казан, Татарстан китап нэшрияты, 1991. - 128 б.

Много примет, в основу которых ложится наблюдение за природой: В какой части неба звезды блестят сильнее - оттуда жди ветра; летним вечером солнце сядет за тучи - росы не будет, жди дождя; Утром небо было сероватое, к вечеру побагровело - жди хорошую погоду; Луна красноватая большая - жди назавтра: летом - ветра и дождя, зимой - тепла и снега; Молния блеснула после дождя без грома - жди ясную погоду.

Семантика ожидания может быть эксплицитной и имплицитной. Эксплицируется она, как мы уже отмечали, глаголом повелительного наклонения жди: Яблоко упало со стола - жди свидания с любимым человеком; Часто забываешь или теряешь ключи от дома - жди воровства; Когда несут дрова к печке и одно из них падает на пол - жди гостей; Если корзинки за весь день так и не раскрылись - завтра жди дождя; Руки, ноги, голова ломят, пальцы горят, мозоли болят

- жди ненастья; В носу свербит - жди весть.

Особую группу среди паремических конструкций составляют предложения с имплицитным ожиданием. К ним относятся предложения, основная функция которых заключается в том, что говорящий побуждает (приказывает, советует, просит и т.д.) исполнителя совершить называемое действие: На Олену сей лен, Сей лен, когда цветет рябина, Кукушка закуковала - пора сеять лен.

Глагол ожидать входит в состав такой модели, как "Если..., то.". Отношение обусловленности здесь выражено эксплицитно, с помощью союза если и факультативной заключительной частицы то: Если ель засохла рядом с домом, то следует ожидать переселения; Если вороны устроились на нижних ветвях деревьев - ожидай ветра; Если муравьи прячутся в муравейник, то ожидай грозу.

Приметы с компонентом ждать в форме прошедшего времени встречаются и в поэтической речи: "Когда случалось где-нибудь / Ей встретить черного монаха / Иль быстрый заяц меж полей / Перебегал дорогу ей, / Не зная, что начать со страха, / Предчувствий горестных полна, / Ждала несчастья уж она" (А.С.Пушкин "Евгений Онегин").

В татарских приметах данный компонент встречается довольно редко, нами зафиксировано лишь несколько примеров, включающих компонент кет: Каргалар кычкырып кайсы якка карасалар, шул яктан яцгыр кет; Болытлар тYбэннэн килсэ, каты суыкны кет.

2. Глаголы предсказания. В семантической структуре народных примет семантика ожидания легко трансформируется в семантику предсказа-

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ: ЛИНГВИСТИКА

ния, предвидения, что можно определить как многократно реализованное ожидание. "Заранее сказать, что произойдет в будущем", можно только в том случае, если две ситуации ставятся в закономерную связь, проверенную многовековым опытом. Семантическая особенность народных примет состоит в том, что они относительно фактивны, т.е. анализируя предложение: Если после первого грома холода, то жди холодное лето, мы приходим к выводу, что лишь тогда, когда холодное лето после холода, вызванного первым громом, повторялось не раз и не два, можно говорить о наличии узуса [5: 39].

Глаголы с семантикой предсказания в русском языке образуют синонимический ряд, включающий глаголы предсказать, предвещать, пророчить, предрекать, а также отглагольные существительные предвестник, предзнаменование. Тестом для выявления инвариантной модели народных примет является наличие семы "предсказать". Общее значение данной модели "А предсказывает В". Последовательность расположения отражает движение от общего значения: предсказать - "заранее сказать, что произойдет в будущем" к более конкретным предвещать -" указать на близкое наступление, совершение чего-нибудь" [3: 362]; предрекать - "решать (решить) что-либо, спрогнозировав свое решение, мнение, представив положение кого-либо, чего-либо в будущем" [3: 330]; пророчить - "говорить (сказать) что-либо кому-либо, предсказывая, предвещая что-либо" [3: 364]. Предвестник -"тот, кто предвещает что-нибудь"; предзнаменование - "явление, предвещающее что-нибудь" [6: 579-580].

В системе татарских примет для передачи семантики предсказание используется лишь одна лексема галэмэт - "нэрсэне дэ булса кYрсэтY, белдерY яки алдан сиздерY, искэ тeшерY, хэбэр итэ торган эз, билге" [4: 259].

Рассмотрим народные приметы, содержащие глаголы со значением предсказания в русском языке. Очень много примет, в основе которых лежит наблюдение за природой: Погода 21 января предсказывает погоду всего августа; Гром в июне веселит крестьянское сердце - предсказывает хороший урожай; Большой урожай ягод летом - предсказывает холодную зиму; оттепель на Сретенье предвещает худую и гнилую весну; Ярко вспыхивающий огонь в печи - предвещает дождь; Звезды белые пророчат ясную погоду; Сухое лето пророчит морозную зиму.

Наибольшее количество народных примет основывается на наблюдении за животными: Сеностав (род мыши, земляной зайчик) пророчит лютую зиму; перебегающий дорогу или бегущий

мимо деревни волк предвещает плохой урожай; Дикие кабаны, покидая лес, предсказывают пожар; Побелевшая шерсть у зайца является предвестником холодов.

Сборники примет фиксируют достаточное количество примет, основанных на наблюдении за домашними животными: Кот играет на борту корабля - это предсказывает ветер; На борту корабля мяукает кот - это предсказывает трудное путешествие; Свинья с хрюканьем прячется в укрытие или свинарник - предвещает дождь; осел громко кричит и это пророчит приближение дождя; Сталкивающиеся лбами бараны являются презнаменованием сильного ветра.

Основанием для примет может быть наблюдение за птицами: Ранний полет журавлей предвещает раннюю весну; Синица пищит - зиму вещует; гусь и утка ныряют - дождь вещают; Громкий крик павлина предвещает дождь; Воробьи, которые прячутся в укрытии, под крышу или забираются в кучи хвороста, пророчат мороз или метель.

Приметы в татарском языке оперируют лишь одной лексемой для передачи предсказательного значения: Тетен кыш кене морщадан шэм кебек туры чыкса — каты, коры суык галэмэте; Кезге бэс тотса, аязлыкка галэмэт; Эгэр болытлар hэр яктан кояш тирэсендэ щыелсалар, каты давыл булу галэмэте; Буадагы су кимесэ, еч кеннец яцгыр галэмэте.

Периферию рассматриваемых конструкций составляют модели с несобственным способом выражения семантики предсказания, к которым, вслед за Н.Н.Фаттаховой, относим конструкции нескольких типов:

а) Предложения с глагольным предикатом, имеющим в своем лексическом значении "предсказательную" сему. Этому условию удовлетворяют глаголы: приводить / привести, приносить / принести, нести, посылать / послать, которым в татарском языке соответствуют глаголы китерY, килY, щибэрY.

Глаголы, выражающие логические предсказательно-условно-следственные отношения между двумя ситуациями, служат средством поли-предикативного усложнения простого предложения. Г.А.Золотова называет такие глаголы ком-пликаторами, усложнителями элементарных моделей. Следствие в таких моделях характеризуется как необходимое, неизбежно вытекающее из условия, если глагол-сказуемое имеет форму совершенного вида, и как постоянное, повторяющееся при несовершенном виде глагола. Например: Красная утренняя заря дождь принесет; Ночной ветер днем дождь послал; Журавль при-

летел и теплынь принес; Молния зимой приносит бурю; Кошка, которая моется, лижет лапу,

- приносит ненастье // Кортлар ояны иртэ сыласалар, кыш иртэ килэ; Кыр казлары иртэ китсэ, кыш иртэ килэ; Кез кене пэрэвез очса, кез яхшы килэ; Кара карга килгэч, бер айдан кар китэр.

б) Предикативный центр формируется лексикой, имеющей общее значение процесса, развития, изменения формы, объема, расположения частей природных объектов, происходящих при определенном условии: быть, изменяться, происходить, появляться, наступать, оборачиваться, закрываться, сжиматься, случиться, поникать, расправляться, подниматься и т.п. В татарском языке им соответствуют глаголы YзгэрY, килеп чыгу, башлану, ябылу, йомылу, кYтэрелY. Названные глаголы являются средством выявления логико-смысловых отношений условия и следствия, а сами эти отношения возможны в силу определенных закономерностей лексико-семантического взаимодействия между главным и зависимым компонентами: Цветы лугового сердечника перед дождем поникают; Чешуйки еловых шишек перед дождем сжимаются; Когда перед отправлением в дальнюю дорогу ворон каркает, рвется ветер, свирепствует буря, или этого нет, но вам это чудится - в дороге случится встреча, знакомство / Яцгыр буласы булса, томан кYтэрелY, Агач яфрагын естен ярса — игенне иртэ чэч, тептэн ярса — соц чэч.

3. Глаголы бытия. К ним относятся такие глаголы модуса, как быть / булу с семантикой пред-стояния и форма будущего времени будет / бу-лыр. В словаре этот глагол толкуется следующим образом: "Быть - существовать реально, иметься в действительности, в наличии, на самом деле" [3: 464]. В приметах данные глаголы совмещают бытийную семантику и семантику предстояния.

Основанием народных примет с компонентом быть/булу, будет /булыр является наблюдение за природой, за животными и за птицами, в частности: Солнце на закате спряталось за тучи

- завтра будет дождь; После дождя вода как будто даже потеплела - скоро будет опять дождь; Облака появляются комками - дождь долгим не будет; Солнце садится в морок - дождя не будет. Томан тешсэ, артыннан явым була; Болытлар тYбэннэн килсэ, суык була; Йолдыз тирэсендэ кара алка булса, яцгыр булыр; Кук болытлар арасында ак болыт булса, боз булыр; Кояш аязга баеса — яцгыр булыр.

Народные приметы с компонентами быть и будет содержат в себе семантику предупреждения. Наиболее частотным является глагол в фор-

ме будущего времени будет/булыр: Если кошка сидит спиной к огню - скоро будет дождь; Кошка к человеку тянется - быть обнове; Если кошка чистит нос - будет ветрено; Лошадь часто скребет ногами - быть дождь; Если лошади собираются табуном в лощину - будет метель; В доме тепло, а кошка на печке лежит

- быть морозу; Кошка в мае ест траву - быть дождю. Майныц егерме берендэ яцгыр булса, кез яцгырлы булыр; Унберенче майда юеш булса, бетен щэй юеш булыр.

Глаголы быть и будет могут входить в состав модели "Если., то.", а в татарском "Эгэр...са/сац,... ": Если куры ночью с насеста слетают, то быть дождю; Если петух головой трясет, то быть плохой погоде; если небо окрасилось во все цвета (появилась радуга), то завтра будет дождь; Если при закате облака сгущаются и становятся темно-свинцового цвета, то ночью будет гроза. Эгэр беренче кар вак булса, кар тиз китмэс; Эгэр кыш кене тешлек тарафыннан щил иссэ, кен щепшек булыр; Эгэр беренче кар коры булса, щэй яхшы булыр, ашлык яхшы уцар.

В народных приметах, рассмотренных выше, модусный компонент эксплицируется, то есть является формально-выраженным. Однако наиболее частотной в русском языке является им-плицитность модусного компонента. Его формальная невыраженность: Появление комаров поздней осенью - к мягкой зиме; Луна светит ярко - к ясному дню; Два красноватых круга вокруг луны или один тусклый - к ветру.

4. Глаголы обещания. К ним относятся глаголы обещать / вэгъдэ бирY, сулить / кYрсэтY, хэбэр ту, а также отглагольное существительное обещание / вэгъдэ бирY. В словаре Л.Г.Бабенко эти глаголы трактуются следующим образом: "Обещать - дать (давать) обещание на что-нибудь [3: 585]; "Сулить - то же, что обещать, то есть внушать надежду на что-нибудь" [3: 431]. Слово обещание в словаре имеет следующее определение: "Обещание - добровольное обязательство сделать что-нибудь" [6: 427], и в составе русских народных примет встречается редко, в татарских же приметах появление данной лексемы не отмечено.

Рассмотрим народные приметы, в состав которых входят эти лексемы: Сильный ветер 1 января обещает урожай орехов; Туман при восходе солнца обещает длительную, теплую погоду; Лошадь фыркает в дороге - обещает радостную встречу; Лошадь, спотыкающаяся под всадником, не сулит ему ничего хорошего; Кирпич, который выпал из печи, сулит несчастье; Если мухи жужжат активно и смело, то это

обещание хорошей погоды. Апрель щилле май килэсен хэбэр итY.

Таким образом, глаголы модуса активно используются в народных приметах. Модусный компонент нередко носит имплицитный характер, хотя и восстанавливается из контекста приметы. В семантике народных примет заложен ментально-побудительный смысл. Познавательная ценность приметы и создается этим смыслом, который позволяет денотат (вещь или ситуацию) осмыслить как знак последующей ситуации и вторичный знак предписаний, прагматических реакций, зафиксированных в паремио-логическом фонде языков и передаваемых от поколения к поколению, обеспечивая их духовную преемственность.

1. Колосова Т.А., Черемисина М.И. Очерки по теории сложного предложения. - Новосибирск, 1987.

- 197 с.

2. Золотова Г.А. Коммуникативные аспекты русского синтаксиса. - М.: Наука, 1982. - 399 с.

3. Толковый словарь русских глаголов: Идеографическое описание. / Под ред. проф.Л.Г.Бабенко. -М.: АСТ-ПРЕСС, 2008. - 574 с.

4. Татар теленец ацлатмалы CYЗлеге. - Казан, 1979. -Т.1. - 476 с.

5. Фаттахова Н.Н. Семантика и синтаксис народных примет в русском и татарском языках. -Казань: РИЦ "Школа", 2002. - 163 с.

6. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. - М., 1992. - 955 с.

OPERATION OF VERBS MODUS IN THE PEOPLE’S SIGNS

F.F.Gilemshin

The article deals with the analysis of the system and operation mode of the verbs in the national signs in the Russian and Tatar languages.

Key words: Diktum, Modus frame, Modus component, folk superstitions cognitive value.

Гилемшин Флер Фоатович - кандидат филологических наук, докторант кафедры русского языка и методики преподавания Татарского государственного гуманитарно-педагогического университета.

E-mail: Gilemshin@yandex.ru