Деревенский экстрим

Невероятные трудности ведения бизнеса на селе разоряют одних инвесторов, но перспективы роста отрасли привлекают в нее массу других. Чтобы быть успешным в агробизнесе, считают последние, необходимо выработать конкретную стратегию работы и не допускать ошибок неудачливых предшественников.

Россию накрыла очередная волна интереса частных инвесторов к сельскому хозяйству. Ни отсутствие реальной поддержки государством бизнеса на селе, ни неудачный опыт предшественников не останавливают новых агропромышленников.

Самой популярной отраслью этого года можно считать свиноводство. О намерении инвестировать в это направление объявило рекордное количество компаний. АПК «Михайловский» в марте сообщил, что собирается потратить более 118 млн евро на строительство новых свинокомплексов. О подобного рода планах заявили также сразу две французские компании – Sucden и PHG Investments. Открыть бизнес в этой области намеревается и самарская группа СВ. И даже известный российский предприниматель Федор Клюка, экс-владелец «Стойленского ГОКа», продавший два года назад свою долю в агрохолдинге «Стойленская нива», решив снова вернуться в агробизнес, тоже предпочел заняться разведением свиней. По оценкам экспертов, свиноводство сегодня – наиболее привлекательная для инвестиций отрасль сельского хозяйства, где можно работать с достаточно высокой маржой и к тому же пользоваться господдержкой (в Минсельхозе существует программа помощи свиноводческим компаниям, реализуемая в виде возмещения двух третей процентной ставки банковских кредитов).

Однако это отнюдь не единственная привлекательная для частных инвесторов сельскохозяйственная ниша. Например, ресторатор Аркадий Новиков занимается выращиванием овощей, а ростовский предприниматель Вадим Ванеев достраивает крупнейший в стране комплекс по производству индюшатины. На фоне такого большого наплыва желающих попробовать свои силы в сельскохозяйственных проектах несколько неожиданно звучат отдельные высказывания предпринимателей, уже попытавших силы в агробизнесе.

«Сельским хозяйством сейчас бессмысленно заниматься,– заявил в одном из последних интервью „Ведомостям” Вадим Мошкович, глава группы компаний „Русагро”, крупного игрока российского сахарного рынка, зернового трейдера и производителя масложировой продукции.– Ни один здравомыслящий человек не пойдет в сельское хозяйство, где за три года окупаются лишь 20% инвестиций, причем надо работать 24 часа в сутки. Даже если ты делаешь все правильно и эффективно, еще не факт, что ты получишь положительный результат. И наличие денег еще не гарантирует результат. Чтобы научиться всем этим управлять, необходимо время. У нас на это ушло три года».

Трудности, которые описал господин Мошкович, отнюдь не надуманны. Сельское хозяйство действительно один из наиболее труднопрогнозируемых секторов экономики. Многие предприниматели в разговоре с СФ отказывались называть предполагаемые объемы выпуска агропродукции, стучали по дереву и высказывали надежду, что все будет хорошо. И заявляли, что не отказываются от своих проектов в сельском хозяйстве. Очевидно, они рассчитывают, что им удастся избежать просчетов предшественников, у которых отношения с агробизнесом сложились не слишком удачно.

«Может, покупатель все-таки найдется… Я, как финансовый директор, хотела бы продать хозяйство. Отдали бы недорого»,– резюмировала краткий рассказ о перипетиях владения сельхозпредприятием заместитель директора новосибирской швейной фабрики «Синар» Ольга Макарова. Успешная компания, последние пять лет сохраняющая впечатляющую динамику роста (120–150%), три года назад приобрела 90-процентный пакет акций находящегося на грани банкротства агропромышленного предприятия «Сибирское земледелие». С тех пор его существование на балансе «Синара» – сплошная головная боль для финансовой службы компании. Специалисты в швейном бизнесе так и не смогли построить эффективное сельхозпроизводство, и «Сибирское земледелие», по словам Ольги Макаровой, до сих пор приносит одни убытки.

И это отнюдь не единичный пример. Неудачных проектов в агропромышленном производстве так же много, как и разговоров о его невероятной прибыльности. «Ориентироваться можно на прибыль от 40% до 100%. Это вполне сопоставимо с прибылью в розничной торговле или даже в нефтяном бизнесе»,– утверждает Владимир Стасевич, генеральный директор компании «РОБИС консалтинг», а с прошлого года владелец нескольких агрохозяйств (о его опыте см. вынос). Его слова подтверждает и статистика. По данным Федеральной статистической службы, сельское хозяйство показало в прошлом году наибольший рост прибыли (130% – до 34,7 млрд руб.), опередив по этому показателю все остальные отрасли экономики России. Но чтобы извлечь из агробизнеса прибыль, необходимо приложить поистине титанические усилия.

«В сельском хозяйстве все очень трудно предсказуемо»,– утверждает Алексей Антипов, глава компании «Балтимор». Эта фирма уже несколько лет выращивает овощи для своих кетчупов на собственных участках земли. Недавно она объявила о намерении поставлять сельхозпродукцию и конечным потребителям. «Для нас очень важно донести до потребителей свой новый образ „«Балтимор» – овощная культура”. Сообщить, что наши овощи начинаются не с томатов, которые лежат в кетчупной бутылке в виде кетчупа, а непосредственно в поле»,– объясняет господин Антипов. Чтобы достичь этого эффекта, «Балтимор» решил выращивать на принадлежащих ему четырех гектарах земли овощи не только для своего консервного завода, но и на продажу. Первые поставки картофеля, капусты, моркови, огурцов, баклажанов и томатов от «Балтимора» в Москву будут осуществлены уже в конце июня. В компании очень рассчитывают на прибыль от нового проекта, но говорят об этом с большой осторожностью.

И это неудивительно. Нестабильность рыночной конъюнктуры, слабая поддержка агропромышленников со стороны государства, социальные проблемы на селе (главная из которых воровство) вкупе со слабой осведомленностью непрофильных инвесторов об условиях работы в агробизнесе делают надежду многих инвесторов на извлечение выгоды из сельского хозяйства весьма призрачной. Но имея перед глазами неудачный опыт своих предшественников, они могут по крайней мере не повторить допущенные ранее ошибки.

Стратегический вопрос
Как и в большинстве отраслей экономики, первый приход инвесторов в сельское хозяйство был весьма хаотичным: скупали все подряд. Но в отличие от сырьевых отраслей, в агробизнес крупные предприниматели пришли на несколько лет позже, а потому и результаты необдуманной скупки самых разнопрофильных активов стали заметны только пару лет назад. Именно тогда многие финансово-промышленные группы, имевшие в своем составе предприятия агропромышленного комплекса (АПК), начали от них избавляться. Сегодня ситуация изменилась. «Если в 1990-х годах и начале нового века предприниматели покупали все что можно, не имея четко разработанной стратегии существования агробизнеса, то теперь активно идет процесс концентрации на каком-то одном виде бизнеса»,– отмечает аналитик ИК «Финам» Владислав Кочетков. Типичный пример – группа компаний ОГО, заявившая о намерении продать свой масложировой бизнес и сосредоточиться на производстве зерна.

Агрохолдингам приходится прикладывать усилия, чтобы определиться, какие направления целесообразно развивать, а от каких лучше избавиться (скажем, группе компаний «Агрос» для этого пришлось тщательно изучить 64 рынка – см. СФ №11/2005). Начинающим же инвесторам, чтобы быть успешными на рынке, необходимо сразу искать новые ниши, еще не заполненные другими игроками.

Ростовский предприниматель Вадим Ванеев, владеющий с партнерами местной оптовой компанией «Мишель-алко», такую нишу нашел. Он поставил перед собой амбициозную цель – стать крупнейшим заводчиком индюшек в стране.

В России, по данным основанной им в 2003 году компании «Евродон», существует всего пять предприятий, занимающихся производством мяса индейки. Их совокупные объемы, около 10 тыс. тонн в год, совершенно несопоставимы с потенциальными объемами потребления – порядка 200 тыс. тонн. Столь перспективную и фактически пустующую нишу и выбрал для своего агропроекта Вадим Ванеев.

С масштабами бизнеса предприниматель решил не мелочиться. Строящийся комплекс будет крупнейшим в России, с проектной мощностью 63 тыс. тонн индюшатины в год. Общая стоимость проекта – 31,7 млн евро, максимальный срок окупаемости – семь лет. Кредит на проект Ванеев получил у Внешторгбанка, а решать проблемы в неизвестном ему и достаточно трудном виде бизнеса будет его партнер по проекту Ави Паюрски, президент израильской компании M. A. D. Developing Agricultural Projects Ltd., имеющей 30-летний опыт строительства индюшиных птицекомплексов в мире и владеющей оригинальной современной технологией по выращиванию индеек.

«Израиль считается лидером по производству индюшатины, средний уровень ее потребления там – 16 кг на душу населения в год (для сравнения: в Европе – 6 кг). У кого же еще учиться, как не у них,– объясняет Ванеев выбор партнера.– Я убежден и готов доказать, что выращивание индюшек не просто выгодный бизнес, а новая отрасль российского промышленного производства на базе высокой технологии мировых стандартов. В сравнении с западными странами, где потребление индейки благодаря ее диетическим (мясо без холестерина, с высокими энергетическими свойствами) и кулинарным особенностям достаточно высоко, в России спрос на нее пока превышает предложение. При этом индейка сейчас у нас в стране почти в два раза дороже курятины. Мы готовы предложить россиянам уже в феврале 2006 года охлажденное мясо индейки по цене чуть выше курицы. Если все это вам кажется фантасмагорией – приезжайте, посмотрите на наш комплекс и убедитесь сами. Я привык делать то, во что никто сначала не верит».

Найденное господином Ванеевым направление эксперты считают весьма перспективным. «Опрос, который мы недавно провели по рынку индюшатины, показал, что потребитель хочет видеть российский продукт (а его доля на рынке сейчас составляет около 5%). Поэтому, я думаю, пара-тройка проектов на этом рынке, которые смогут серьезно о себе заявить, будут весьма успешны»,– считает генеральный директор Института аграрного маркетинга Елена Тюрина.

Потенциально перспективным, по ее мнению, может быть и производство кроличьего мяса. Хотя инвестору придется как-то решить проблему отсутствия культуры потребления крольчатины в России. «Но культуры потребления индюшки в нашей стране ведь тоже еще несколько лет назад не было, а со временем появилась»,– напоминает она.

Не в деньгах счастье
С маленькими деньгами приходить в сельское хозяйство нет смысла, в один голос утверждают опрошенные СФ предприниматели. Однако и большие деньги не принесут отдачи, если тратить их необдуманно.

«Есть комбайн „Дон”, который стоит около 2 млн руб. И есть немецкий комбайн Claas, стоимостью 10 млн руб. Конечно, Claas производительнее комбайна „Дон” вдвое, но ведь он дороже в пять раз. Угадайте, какие комбайны покупают богатые инвесторы,– комментирует Владимир Стасевич.– Сейчас есть масса интересной техники, оснащенной компьютерами, кондиционерами, с функцией глобального позиционирования, управляемой без всякого тракториста – своего рода игрушки для взрослых. Но стоят они очень больших денег, и затраты на них отбиваются гораздо позже, чем вложения в российскую технику». В качестве примера Стасевич приводит одну крупную компанию, купившую сельхозпредприятия в средней полосе России. Вскоре после начала проекта его пришлось свернуть – инвестор счел, что высокие расходы себя не оправдают.

Еще один серьезный просчет, который нередко допускают в финансовых делах непрофильные инвесторы,– это попытка вести «деревенский» бизнес по тем же схемам, что и «городской». «Одна из самых типичных ошибок – приходит запрос из села на деньги, а собственник в ответ предлагает: „Ребята, подождите, через недельку-другую деньги будут”. По московским меркам это нормально. Ну, подумаешь, контракт на неделю перенести,– говорит Владимир Стасевич.– А на селе через неделю деньги могут быть уже не нужны. Например, для обработки гербицидами озимой пшеницы есть всего неделя. Если вовремя не обработать, прогоришь. Инвестор, не имеющий грамотных советчиков, может понести серьезные потери».

Вопрос в том, как и где найти этих советчиков. Отсутствие людей, знающих специфику агробизнеса,– еще одна причина неудачных сельхозпроектов.

Село и люди
«Управленческая команда, как правило, ахиллесова пята любых проектов в агробизнесе,– утверждает Дмитрий Зубков, руководитель пресс-службы АПК „Черкизовский” (владеет агропромышленным комплексом „Михайловский”, крупнейшим российским производителем охлажденного мяса птицы, свинины и полуфабрикатов).– Управлению птицефабрикой, скажем, невозможно обучиться по программе MBA. Нужно много лет работать директором птицефабрики, нужны специальные знания, которые нигде и никак нельзя получить, кроме как работая на этой самой птицефабрике, нужно набить себе шишки на собственных ошибках и просчетах. И только в результате всего этого может получиться отличный специалист. Но в настоящий момент таких, к сожалению, очень мало».

Найти грамотных менеджеров, а также профильных специалистов (агрономов, животноводов), способных вовремя принять необходимые решения, может оказаться не под силу даже инвесторам, не испытывающим нужды в финансах.

Продовольственная группа «Планета», созданная совладельцами «Сибнефти», в 2002 году начала планомерно скупать предприятия мясной отрасли. На комплектацию высшего менеджерского состава в «Планете» средств не жалели. «Они перекупали людей по всей России. Одного там купили, другого сям, но в результате команды не получилось,– рассказывает представитель одной из компаний отрасли, знакомый с ситуацией.– А спустя год „Планета” начала распродажу своих сельхозпредприятий».

Как считает Владимир Стасевич, даже специалисты, приглашенные на село из других регионов, могут оказаться бесполезными. «Чрезвычайно серьезную ошибку допускают те инвесторы, которые, приходя в агробизнес, недооценивают местных руководителей, нередко демонстрируют презрение и недоверие к ним. Также я считаю ошибочной попытку пригласить московских менеджеров,– говорит он.– Управлять агробизнесом должен специалист, который вырос в этом районе, а еще лучше – в данном конкретном хозяйстве. И никакой московский агроном его не заменит. Я жил в Балашихе, где есть заочный сельхозинститут. Но когда я решил пройти там обучение, то первый вопрос, который мне задали, был: „А где вы будете работать?” Услышав, что мои агропредприятия находятся далеко от Балашихи, руководство института заявило, что обучаться нужно там, где собираешься работать. А ведь как поступают многие компании, впервые инвестирующие в сельское хозяйство? Принимают решение об инвестировании, отправляются в какую-нибудь консалтинговую компанию, которая дает им рекомендации, потом отравляют в село своего менеджера. Время от времени им присылают запросы на ту или иную сумму, которую нужно инвестировать. А через год инвесторы приезжают – нет ни денег, ни продукции».

Неудачный опыт подобных предпринимателей придает уверенности новому типу российских агропромышленников. Идущим сегодня в сельское хозяйство инвесторам будет гораздо проще добиться успеха в этой быстрорастущей и одновременно невероятно сложной отрасли. Но только в том случае, если они учтут ошибки предыдущих инвесторов, найдут собственную нишу и выработают четкую стратегию развития своего агробизнеса.