Совет безопасности хочет стать правительством

Совет безопасности хочет стать правительством

Пятая колонна

       Потерпев аппаратное поражение в борьбе против усиления Совета обороны, Александр Лебедь вступил в активную конфронтацию с правительством. При этом он пытается использовать систему противовесов, созданную президентом, однако делает это с присущей ему прямолинейностью. Последнее свидетельство тому — позиция СБ по вопросу финансирования армии. Подготовленный в аппарате Лебедя документ (Ъ писал о нем 6 октября) бросает правительству откровенный вызов: "Есть возможность выйти на экономический рост в 5-7% в год".
       
       Впрочем, интереснее всего утверждение, которым Совет безопасности завершает свой аналитический документ, направленный в Совет обороны: "Если правительство с этой задачей не справится и предлагает и дальше мириться с углубляющимся спадом, провоцируя неверными решениями лишь его дальнейшее углубление, непонятно, зачем оно вообще нужно". Похоже, что аппарат СБ уверен, что ему справиться с этой задачей по плечу, и он готов в полном составе переместиться в Белый дом.
       Вопрос, правда, в том, кого авторы документа видят в качестве премьер-министра. Видимо, начальника управления экономической безопасности Сергея Глазьева. Однако поскольку здоровье президента не дает оснований рассчитывать на досрочные президентские выборы, не исключено, что на премьерское кресло поглядывает и сам Александр Лебедь. Как показали его первые сто дней работы в новой должности, СБ не то место, где находятся серьезные властные рычаги. Для обретения политического могущества правительство предоставляет гораздо больше возможностей.
       Финансирование армии и ВПК — удобный повод для того, чтобы начать кампанию против правительства. Тема эта исключительно политическая. Никто не вспоминает, что почти восемь десятилетий страна работала на человека с ружьем, но всем ясно, что голоса не спешащей поредеть армии, военных пенсионеров и целых регионов, находящихся в кабальной зависимости от ВПК, — это приличный кусок электората.
       Правительство с этим согласно. Скрепя сердце, кабинет, который ищет мало-мальски пригодные для пополнения федерального бюджета источники, уже обещал военным увеличить в будущем году расходы на армию. Но где взять деньги? Совет обороны на своем последнем заседании однозначного ответа на него не нашел. Для поиска ответа в правительстве даже создана специальная комиссия, которую возглавил восходящая звезда политического небосклона Владимир Потанин.
       Совет безопасности знает ответ на вопрос без всяких там комиссий, расчетов, совещаний и аналитических экспертиз. Все по-военному — ясно, кратко и предельно просто. Правда, ответ выходит за рамки собственно военно-бюджетной тематики. И это не случайно.
       Предложения Совета безопасности можно разделить на две части. В первой названы адреса закромов Родины, откуда армия получит недостающее довольствие. Вторая часть — уже процитированные выше оргвыводы, обеспечивающие предлагаемый финансовый маневр, поскольку очевидно, что нынешнее правительство ни при каких условиях предложения СБ не примет. Дело в том, что инициативы Совета безопасности невозможно квалифицировать иначе, как попытку изнутри подорвать нынешний экономический курс президента и правительства.
       Но обо всем по порядку. Деньги предполагается изыскать, восстановив, во-первых, экспортную пошлину на газ, и, во-вторых, государственную монополию на оборот спиртосодержащих популярных напитков (включая полнометражное ограничение импорта спиртного).
       Что в этих предложениях от лукавого? Дело в том, что правительство и радо бы пойти по пути, найденному в канцелярии начальника управления по экономической безопасности СБ Сергея Глазьева, но это чревато конфликтом с Международным валютным фондом — главным международным кредитором России, предоставляющим финансовые ресурсы под гораздо более льготный процент, чем кто бы то ни было. И кому как не Глазьеву, бывшему министру внешних экономических связей, этого не знать!
       Конечно, можно закусить удила. Что из этого выйдет, уже ясно, поскольку не раз обсуждалось как в стенах Кремля и Белого дома, так и Думы. В бюджете возникнет новая зияющая дыра — из-за сбоев с предоставлением кредита МВФ, и зависимость России от международных финансовых организаций не только не уменьшится, как того ожидают в СБ, но возрастет. Вопрос о погашении внешнего долга, эффектно, хотя и с немалыми трудностями, решенный московскими переговорщиками в виде предоставления долгосрочной отсрочки сначала с Лондонским, а потом и с Парижским клубами кредиторов, будет поднят вновь (ни для кого не секрет, что клубы принимают решения оглядываясь на МВФ), а значит, перед российской экономикой маячит перспектива примерить долговую петлю.
       Так может, все дело во второй части предложений СБ? Действительно, политически именно эта часть важнейшая. Однако сменить правительство не под силу даже политически гораздо более мощной оппозиции, и харизмы Лебедя здесь недостаточно. Однако есть и меньший приз, которым секретарь Совета безопасности готов удовлетвориться. Идея СБ пряма, как ружейный ствол: "Учитывая хроническую неспособность правительства решить эту проблему (речь идет о пополнении бюджета. — Ъ), можно предложить передать курирование налоговых органов и таможни Совету безопасности".
       Что значит передать под крыло СБ налоговые органы, которые в соответствии с указом "Вопросы федеральных органов исполнительной власти" переданы в непосредственное подчинение главе государства? По существу, тем человеком, который в конечном счете играет решающую роль при принятии любого налогового решения, является Анатолий Чубайс, глава президентской администрации. (И его взгляды даже могут расходиться с взглядами членов правительства.) Формально аппарат Совета безопасности относится к президентской администрации, но ни для кого не секрет, что Лебедь собирается играть по собственным нотам. Документ СБ — это партитура Лебедя, а никак не попытка укрепить позиции Чубайса. Так что стремление Лебедя подчинить себе Госналогслужбу является вызовом как раз главе администрации, а не главе правительства.
       Другое дело — идея подчинить Совету безопасности ГТК. Она даже интереснее. С одной стороны, раз президент взял на себя руководство налоговыми органами, почему бы ему не присовокупить к ним ГТК, а потом возложить кураторство на Совет безопасности? Это не лишено логики. В принципе есть и налоговый прецедент. Правда, к нему СБ не имеет никакого отношения и вряд ли когда-либо будет иметь, учитывая состояние здоровья Чубайса и то покровительство, которое оказывает ему обладающая все большим, хотя и неформальным, влиянием дочь президента Татьяна Дьяченко. Если же вспомнить, что Борис Ельцин уже попенял Лебедю на неумение конструктивно сотрудничать с правительством, то становится ясно, что узурпаторский сценарий Совета безопасности имеет практически нулевые шансы быть реализованным.
       На что же рассчитывает Александр Лебедь? В запасе у него завет пламенных революционеров: "Чем хуже — тем лучше". Его политическая стратегия может состоять в том, чтобы его отношения с президентом и правительством были на грани (а по возможности чаще — за гранью) скандала. Отставка вкупе с ореолом героя примирения с Чечней и борца за восстановление экономики — это особо ценный политический капитал. Правда, политическая инфляция в России велика, и использовать его надо незамедлительно. Поэтому особенно интересен ответ на вопрос, на что же рассчитывает Лебедь.
       
       АНДРЕЙ Ъ-БАГРОВ