Нарушения законодательства о выборах субъектами публичной власти как основание отмены решения избирательной комиссии о результатах выборов

НАРУШЕНИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О ВЫБОРАХ СУБЪЕКТАМИ ПУБЛИЧНОЙ ВЛАСТИ КАК ОСНОВАНИЕ ОТМЕНЫ РЕШЕНИЯ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ КОМИССИИ О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ

И.А. Боровикова

Федеральным законом от 12 июня 2002 г. № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» (далее - Федеральный закон об основных гарантиях избирательных прав) на избирательные комиссии возложены две основные функции. Первая состоит в организации подготовки и проведения выборов, обеспечении достоверности результатов выборов, вторая - в защите избирательных прав граждан. Реализуя первую функцию, избирательные комиссии участвуют в осуществлении определенных избирательных действий (составление списков избирателей, регистрация кандидатов (списков кандидатов), информирование избирателей о сроках и порядке осуществления избирательных действий, проведение голосования, установление итогов голосования и определение результатов выборов и др.). Вторая функция предполагает, что избирательные комиссии рассматривают жалобы (заявления) на решения и действия (бездействие) субъектов избирательного процесса и принимают по указанным жалобам (заявлениям) мотивированные решения; обращаются с представлениями о проведении соответствующих проверок и пресечении нарушений закона в правоохранительные органы, органы исполнительной власти. Таким образом, результаты выборов во многом зависят от эффективности организации системы избирательных комиссий, центральное место которых в избирательном процессе не вызывает сомнений [1].

Как отметил Конституционный Суд РФ, одним из принципов, на которых строится работа избирательных комиссий в ходе организации и проведения выборов, является принцип законности, реализация которого предполагает право избирателей оспаривать, в том числе в судебном порядке, незаконные решения

и действия избирательной комиссии. При осуществлении своих полномочий избирательные комиссии действуют прежде всего в интересах граждан как носителей избирательных прав, что соответствует ст. 2 Конституции РФ, согласно которой человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав, свобод человека и гражданина выступают важнейшей обязанностью государства, его органов и должностных лиц [2].

Обеспечение гарантий организации и проведения справедливых демократических выборов возложено также на иные органы публичной власти. Например, в составлении списков избирателей помимо избирательных комиссий принимают участие органы регистрационного учета граждан Российской Федерации, глава местной администрации муниципального района, городского округа, внутригородской территории города федерального значения, а в случаях, предусмотренных законом субъекта Российской Федерации, - руководитель территориального органа исполнительной власти города федерального значения, командир воинской части, руководитель дипломатического представительства, консульского учреждения Российской Федерации (пп. 4, 6 ст. 17 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав). Применить такую меру конституционно-правовой ответственности, как отмена регистрации кандидата (списка кандидатов), вправе лишь суд общей юрисдикции. Таким образом, суды осуществляют контроль за соблюдением требований к организации и проведению выборов избирательными комиссиями, иными органами публичной власти.

Как показывает анализ судебной практики оспаривания итогов голосования и результатов выборов, нарушения избирательного зако- ^ '

нодательства, допускаемые кандидатами, избирательными объединениями, довольно редко становятся основаниями для признания результатов выборов недействительными. Большинство судебных дел данной категории связано с нарушениями, допускаемыми избирательными комиссиями при составлении списков избирателей, проведении голосования, подведении итогов голосования и определении результатов выборов.

Нарушения правил составления списков избирателей

Списки избирателей представляют собой избирательный документ, имеющий особое значение при проведении голосования и определении его итогов. Целями составления списков избирателей являются идентификация личности избирателя при проведении голосования на избирательном участке, обеспечение избирательных прав гражданина путем допуска его к участию в процедуре голосования, защита его прав от посягательств со стороны других граждан, а также исключение участия в выборах лиц, не обладающих избирательным правом [3]. При этом Конституционный Суд РФ отметил, что установленный избирательным законодательством порядок составления списков избирателей является одной из гарантий реализации избирательных прав граждан [4].

Общий порядок составления списков избирателей определен в ст. 17 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав и конкретизирован иными законами о выборах.

Как свидетельствуют результаты анализа правоприменительной практики, в этой сфере наиболее часто допускаются следующие нарушения: составление списков избирателей без соблюдения установленной формы [5], отсутствие в списках избирателей некоторых сведений об избирателях [6], невключение в списки избирателей отдельных лиц, проживающих на соответствующей территории [7], неправомерное включение лиц в списки избирателей [8].

В соответствии с ч. 3 ст. 32 Конституции РФ в списки избирателей помимо граждан, при-38 знанных судом недееспособными, не включа-

ются также лица, содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда. Вместе с тем данные положения российского законодательства не в полной мере согласуются со ст. 3 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод [9] в истолковании, данном Европейским судом по правам человека в деле «Хирст (Hirst) против Соединенного Королевства» (постановление от 6 октября 2005 г). Согласно мнению Европейского суда по правам человека имеющаяся у государства возможность ограничить право заключенных участвовать в голосовании на выборах не предполагает автоматического лишения этого права всех осужденных, вне зависимости от сроков наказания, характера и тяжести совершенных ими преступлений и их личных обстоятельств. Данная правовая норма Конституции РФ была оспорена в Конституционном Суде РФ. Однако, как указал Конституционный Суд РФ, проверка конституционности конституционных положений в компетенцию Конституционного Суда РФ не входит [10].

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ отмена результатов выборов возможна не только в случае незаконного отказа в регистрации кандидата (списка кандидатов), но и во всех других случаях, когда не обеспечены необходимые условия, существенно влияющие на свободное волеизъявление избирателей, в том числе в случае нарушения правил составления списков избирателей [11]. Данная правовая позиция обусловила увеличение количества дел о признании результатов выборов недействительными вследствие нарушения правил составления списков избирателей. Например, определением Верховного Суда РФ было оставлено в силе решение Верховного Суда Республики Северная Осетия - Алания от 21 июня 2004 г., которым признаны недействительными результаты выборов депутатов Парламента Республики Северная Осетия - Алания [12]. В судебном заседании удалось установить нарушения правил составления списков избирателей, которые заключались в том, что в списки включены граждане, не достигшие совершеннолетия, у 206 избирателей не указаны имя и отчество, у некоторых избирателей не указан год рождения.

Данные нарушения с учетом небольшой разницы полученных кандидатами голосов были признаны оказавшими существенное влияние на волеизъявление избирателей и явились основанием для признания результатов выборов недействительными.

Однако, как правило, данное нарушение используется не как самостоятельное основание для отмены решений избирательной комиссии об итогах голосования и о результатах выборов, а как дополнительный аргумент для обоснования того, что допущенные нарушения не позволяют выявить действительную волю избирателей [13]. Данная правовая позиция судов отвечает принципу соразмерности защиты избирательных прав граждан, о котором не раз упоминал в своих решениях Конституционный Суд РФ [14].

Так, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ рассмотрела дело о признании незаконными действий избирательных комиссий, о признании незаконными итогов голосования и результатов выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания РФ четвертого созыва [15]. В ходе судебного заседания было установлено, что на избирательном участке в списки избирателей были включены два гражданина, которые не зарегистрированы и не проживают по указанным в списке избирателей адресам. Суд указал, что по вопросу о неточностях списков избирателей ни сам заявитель, ни избиратели не обращались в окружную избирательную комиссию либо в суд соответствующего уровня; случаи неправомерного включения избирателей в списки избирателей имели единичный характер, что не может являться существенным нарушением избирательного законодательства, повлиявшим на результаты выборов.

Таким образом, судами выработана следующая правовая позиция: нарушения избирательного законодательства, о совершении которых известно управомоченному лицу до дня голосования, должны быть обжалованы до дня или в день голосования. При этом необходимо соблюдение ряда условий - наличие у заявителя объективной возможности подачи заявления в суд, жалобы в избирательную комиссию; при обжаловании действий

кандидата, избирательного объединения подача заявления об отмене их регистрации возможна не более чем за 8 дней до дня голосования. Если лицо, права которого нарушены, соглашается с нарушением своих прав, а в случае победы кандидата, избирательного объединения, которые им не поддерживаются, обжалует результаты выборов, это расценивается как злоупотребление правом на оспаривание результатов выборов.

Нарушения порядка голосования

Как показывает анализ судебной практики, наиболее характерными нарушениями порядка голосования, позволяющими ставить вопрос об отмене итогов голосования и результатов выборов, являются следующие деяния:

- нарушения порядка выдачи избирательных бюллетеней (голосование без предъявления паспорта гражданина Российской Федерации либо документа, заменяющего паспорт гражданина [16]; голосование за других лиц [17]; выдача нескольких избирательных бюллетеней одному лицу [18]);

- проведение предвыборной агитации членами участковой избирательной комиссии

[19];

- нарушения порядка голосования вне помещения для голосования [20];

- непредоставление избирательной комиссией возможности проголосовать вне помещения для голосования [21];

- нарушение тайны голосования [22].

Значительное количество избирательных

споров возникает при проведении голосования вне помещения для голосования. Пунктом 1 ст. 66 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав предусмотрена возможность участия в голосовании вне помещения для голосования избирателей, которые внесены в список избирателей на данном избирательном участке и не могут самостоятельно по уважительным причинам (по состоянию здоровья, инвалидности) прибыть в помещение для голосования. Участковая избирательная комиссия также обеспечивает возможность участия в голосовании избирателям, которые внесены в список избирателей на данном избирательном участке и находятся в ме- 39

40

стах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых. Буквальное толкование данной нормы позволяет утверждать, что возможность проголосовать вне помещения для голосования предоставлена законом только тем избирателям, которые, во-первых, внесены в список избирателей на данном избирательном участке, во-вторых, не могут самостоятельно явиться в помещение для голосования по состоянию здоровья, по причине инвалидности или содержания под стражей. Расширительного понимания приведенное положение закона не предусматривает. В соответствии с правовой позицией судов иные причины (трудовой распорядок дня, отъезд и т.д.) указанной нормой не предусмотрены [23].

При осуществлении голосования вне помещения для голосования особое внимание уделяется такому избирательному документу, как реестр регистрации поступивших заявлений (обращений) избирателей о голосовании вне помещения для голосования, предусмотренный п. 2 ст. 66 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав. Реестр фиксирует поступившие в участковую избирательную комиссию обращения и заявления о предоставлении избирателю возможности проголосовать вне помещения для голосования, хранится вместе со списком избирателей. Закон устанавливает порядок подачи заявки на голосование вне помещения, определяет перечень сведений, которые должны содержаться в реестре.

В соответствии с правовой позицией судов отсутствие реестра регистрации поступивших заявлений (обращений) избирателей о голосовании вне помещения для голосования или заверенной выписки из него при осуществлении выезда членов избирательной комиссии для голосования не исключает бесконтрольного использования избирательных бюллетеней. Отсутствие реестров не может быть компенсировано наличием каких-либо других избирательных документов, в которых содержатся сведения о количестве избирателей, проголосовавших вне помещения для голосования (актов о проведении голосования вне помещения для голосования, заявлений избирателей, отметок в списках избирателей о голосовании вне помещения для голосования), в том числе

их составлением по фактически проведенному голосованию [24]. Утеря реестра может обусловить невозможность выявления действительной воли избирателей [25].

Представляется, что существенными нарушениями порядка составления реестра регистрации поступивших заявлений (обращений) избирателей о голосовании вне помещения для голосования, ставящими под сомнение достоверность реестра и не позволяющими выявить действительное волеизъявление избирателей, является совокупность следующих обстоятельств:

- реестры не отражают время (либо и дату, и время) принятия заявлений (обращений) избирателей с просьбой проголосовать вне помещения избирательного участка;

- заявления (обращения) избирателей с просьбой проголосовать вне помещения для голосования принимались и заносились в реестры в одно и то же время от разных граждан;

- реестры свидетельствуют о совпадении времени принятия заявлений (обращений) и принятия письменных заявлений;

- зафиксированное в реестрах время принятия заявлений (обращений) предшествовало времени принятия письменных заявлений;

- голосование вне помещения для голосования проводилось одним членом участковой избирательной комиссии (факты выдачи бюллетеней избирателям подтверждаются подписью только одного члена комиссии);

- заявления избирателей о голосовании вне помещения для голосования не содержат подписей членов комиссии, удостоверяющих факт выдачи избирателям бюллетеня;

- реестры содержат заявления избирателей о голосовании вне избирательного участка по причинам, не отнесенным законом к основаниям для проведения голосования вне помещения для голосования;

- необходимое количество заявлений избирателей о голосовании вне помещения для голосования отсутствует вследствие их замены заявлениями о голосовании на иных выборах;

- в письменных заявлениях избирателей о голосовании вне помещения для голосования не содержатся даты их рождения; в реестрах отсутствуют фамилия, имя, отчество лица, передавшего заявление или устное обращение;

- в реестрах отсутствуют фамилия, имя, отчество лица, принявшего заявление или устное обращение;

- в реестрах отсутствуют подписи членов участковой избирательной комиссии, принявших заявления (обращения);

- имеются противоречия между реестрами участковой избирательной комиссии и письменными заявлениями избирателей при указании причины вызова членов комиссии для голосования вне помещения для голосования;

- реестры содержат заявления (обращения) избирателей о голосовании вне помещения для голосования, в то время как избиратели не делали таких заявлений [26].

Нарушения порядка подсчета голосов, определения результатов выборов

Избирательный процесс как вид юридического процесса является деятельностью, которая подлежит обязательному документированию [27]. В соответствии с п. 1 ст. 67 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав участковая избирательная комиссия оформляет свое решение об итогах голосования протоколом об итогах голосования на соответствующем избирательном участке. На основании протоколов участковых избирательных комиссий об итогах голосования после предварительной проверки правильности их составления вышестоящая избирательная комиссия путем суммирования содержащихся в них данных устанавливает итоги голосования на соответствующей территории, в округе, субъекте Российской Федерации, в Российской Федерации. Решение избирательной комиссии об итогах голосования оформляется протоколом об итогах голосования (п. 2 ст. 69 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав).

В соответствии с п. 26 ст. 68 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав основанием для признания протокола об итогах голосования недействительным и проведения повторного подсчета голосов является подписание протокола с нарушением установленного порядка. Нормой п. 26 ст. 68 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав определен следующий порядок подписания протокола об итогах голо-

сования. После совершения всех необходимых действий и подсчетов участковая избирательная комиссия в обязательном порядке проводит итоговое заседание, на котором рассматриваются жалобы (заявления) о нарушениях при голосовании и подсчете голосов избирателей, после чего подписывается протокол участковой избирательной комиссии об итогах голосования и выдаются копии протокола указанным в законе лицам.

Дополнительные основания для признания недействительным протокола об итогах голосования закреплены п. 27 ст. 68 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав, согласно которому протокол является действительным, если он подписан большинством от установленного числа членов участковой избирательной комиссии, имеющих право решающего голоса. Если при подписании протокола об итогах голосования имеет место проставление подписи хотя бы за одного члена участковой избирательной комиссии с правом решающего голоса другим членом участковой избирательной комиссии или посторонним лицом, это является основанием для признания данного протокола недействительным и проведения повторного подсчета голосов.

Таким образом, недействительность протокола об итогах голосования означает несоблюдение установленных законодательством требований как к оформлению данного документа, так и к порядку совершения юридически значимых действий в отношении него [28]. При этом к порядку совершения юридически значимых действий в отношении протокола об итогах голосования следует отнести не только требования к порядку подписания и оформления протокола, но и требования к порядку подсчета итогов голосования, а также требования о внесении в протокол достоверных, соответствующих действительности данных, указанные в п. 6 ст. 68 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав.

Наиболее распространены следующие нарушения порядка подсчета голосов избирателей, подведения результатов выборов:

- нарушения процедуры проверки избирательных бюллетеней при подсчете голосов избирателей (отсутствие проверки со- 41 блюдения формы избирательных бюлле-

теней, принадлежности к избирательному участку), нарушения процедуры сортировки бюллетеней [29];

- проведение повторного подсчета голосов избирателей после установления вышестоящей избирательной комиссией итогов голосования, определения результатов выборов [30];

- «вброс» избирательных бюллетеней, о наличии которого свидетельствует превышение общего количества выданных недействительных и действительных избирательных бюллетеней над количеством бюллетеней, содержащихся в переносных и стационарных ящиках для голосования [31];

- изначальное заполнение протокола об итогах голосования карандашом, затем внесение в протокол исправлений, что исключает возможность установления первоначально внесенных сведений [32];

- заведомо неправильный подсчет избирательных бюллетеней, составление протокола об итогах голосования, вынесение решения о результатах выборов, содержащих недостоверные сведения [33].

При рассмотрении дел об отмене результатов выборов вследствие нарушений при подведении итогов голосования и определении результатов выборов особое внимание уделяется количественным показателям, которые находят отражение в избирательных документах. Как справедливо отмечает А.А. Макарцев, использование законодателем оценочного понятия «действительная воля избирателей» позволяет при оценке итогов голосования принять во внимание все нарушения, совершенные в период избирательной кампании, в зависимости от усмотрения правоприменительного органа; единственным элементом, который не может быть ни в коем случае исключен из объема доказательственной базы, являются количественные показатели выборов [34]. Основой судебного решения о наличии ошибок, недостоверных сведений в протоколах об итогах голосования, решениях о результатах выборов выступает факт расхождения количественных данных, содержащихся в различных избирательных документах, например 42 в копиях протоколов, выданных наблюдателям, и протоколах, на основании которых

участковыми избирательными комиссиями были подведены итоги голосования, что свидетельствует о нарушениях избирательного законодательства [35].

С точки зрения правоприменительной практики наибольший интерес представляют следующие вопросы оценки действительности решений об итогах голосования.

При рассмотрении дел о признании недействительными итогов голосования судами оценивается соотношение количества ошибок, несоответствий в протоколе об итогах голосования с разницей голосов, полученных кандидатами, списками кандидатов [36]. Так, Верховный Суд РФ обратил внимание на то, что факт выноса избирателем двух избирательных бюллетеней в день голосования, не отраженный в протоколе участковой избирательной комиссии об итогах голосования, не имеет правового значения при определении действительности протокола об итогах голосования с учетом того, что разница голосов, полученных избранным кандидатом и иными кандидатами, составляет более пяти тысяч голосов [37].

Условием достоверности повторного подсчета голосов избирателей, а значит, действительности повторного протокола об итогах голосования, является соблюдение требований не только к порядку проведения повторного подсчета, но и к сохранности избирательных документов. Так, Верховным Судом РФ рассмотрено дело об отмене решений об итогах голосования и результатах выборов депутатов Законодательной палаты Великого Хурала Республики Тыва, принятых на основании итогов повторного подсчета голосов [38]. Как установил суд, кандидат, занявший второе место, подал заявление о повторном подсчете избирательных бюллетеней. Территориальная избирательная комиссия г. Кызыла своим решением назначила повторный подсчет голосов избирателей с истребованием из государственного архива бюллетеней и списков избирателей. Сохранность избирательной документации участковых избирательных комиссий г. Кызыла в Центральном государственном архиве Республики Тыва не была обеспечена. При вскрытии всех коробок не обнаруже-

ны на упаковках подписи и печати участковых комиссий, видны следы нарушения целостности скрепляющих лент. Повторный подсчет голосов избирателей территориальной избирательной комиссией был произведен в отсутствие членов соответствующих участковых избирательных комиссий, без извещения и участия всех лиц, указанных в п. 9 ст. 69 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав, и без составления протокола о повторном подсчете голосов.

По результатам повторного подсчета голосов избирателей недействительными признаны 830 бюллетеня, что не соответствует сводной таблице об итогах голосования по соответствующему избирательному округу, согласно которой недействительными являются 186 бюллетеней. Судом на окружную избирательную комиссию г. Кызыла по выборам депутатов Законодательной палаты Великого Хурала Республики Тыва не возлагалась обязанность проведения повторного подсчета голосов, а потому комиссия была не вправе после установления итогов голосования и результатов выборов по своей инициативе проводить повторный подсчет голосов. Таким образом, при принятии оспариваемых актов имели место несоблюдение требований о сохранности избирательных документов, нарушение требований закона о порядке повторного подсчета голосов, противоречивость результатов повторного подсчета голосов, появление большого количества недействительных бюллетеней. При таких обстоятельствах является правильным вывод суда о том, что допущенные нарушения избирательного законодательства не позволяют выявить действительную волю избирателей по соответствующему избирательному округу и являются основанием для признания недействительными и отмены оспариваемых решений об итогах голосования и результатов выборов.

В заключение следует отметить, для того, чтобы избирательные комиссии выступали в роли независимого арбитра при разрешении избирательных споров, требуется совершенствование судебных механизмов контроля за организацией и проведением выборов.

1. Мазова О.В. Особенности юридической ответственности избирательной комиссии как юридического лица // Журнал российского права. 2009. № 9.

2. См.: определение Конституционного Суда РФ от 2 июля 2009 г. № 1036-0-0 // СПС «КонсультантПлюс» (судебная практика).

3. См.: Научно-практический комментарий к Федеральному закону «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» (постатейный) / под ред. А.А. Вешнякова, В.И. Лысенко. М., 2003.

4. См.: определение Конституционного Суда РФ от 22 января 2004 г. № 17-0 // СПС «КонсультантПлюс» (судебная практика).

5. См., например: определение Верховного Суда РФ от 11 февраля 2004 г. № 20-Г03-35 // СПС «Консультант-Плюс» (судебная практика).

6. См., например: определение Верховного Суда РФ от 11 февраля 2004 г. № 20-Г03-35 // СПС «Консультант-Плюс» (судебная практика).

7. См., например: определения Верховного Суда РФ от 31 марта 2010 г. по делу № 14-Г10-10; от 22 апреля 2004 г. по делу № 14-Г04-8; от 4 сентября 2003 г. № 78-Г03-50 // СПС «КонсультантПлюс»

8. См., например: определения Верховного Суда РФ от 23 июля 2008 г. № 51-Г08-21; от 6 сентября 2002 г. № 52-Г02-6 // СПС «КонсультантПлюс» (судебная практика).

9. Ратифицирована Федеральным законом от 30 марта 1998 г. № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней» // Собрание законодательства РФ. 1998. № 14. Ст. 1514.

10. См.: определение Конституционного Суда РФ от 1 октября 2009 г. № 1053-0-0 // СПС «КонсультантПлюс» (судебная практика).

11. 0пределение Конституционного суда РФ от 5 июня 2003 г. № 215-0 // Вестник Конституционного Суда РФ. 2003. № 5.

12. 0пределение Верховного Суда РФ от 15 декабря 2004 г. по делу № 22-Г04-10 // СПС «КонсультантПлюс» (судебная практика).

13. Алехичева Л.Г., Постников А.Е. Недействительность выборов: законодательство и судебная практика. М., 2001. С. 25.

14. Постановление Конституционного Суда РФ от 15 января 2002 г. № 1-П // Собрание законодательства РФ. 2002. № 6. Ст. 626; Постановление Конституционного Суда РФ от 26 декабря 2005 г. № 14-П // Собрание законодательства РФ. 2006. № 3. Ст. 337; Постановление Конституционного Суда РФ от 3 февраля 1998 г. № 5-П // Собрание законодательства РФ. 1998. № 6. Ст. 784; Постановление Конституционного Суда РФ от 16 марта 1998 г. № 9-П // Собрание законодательства РФ. 1998. № 12. Ст. 1459; Постановление Конституционного Суда РФ от 25 декабря 2001 г. № 17-П // Собрание законодательства РФ. 2002. № 1 (ч. 2). Ст. 126; Постановление Конституционного Суда РФ от 25 апреля 2000 г. № 7-П // Собрание законодательства РФ. 2000. № 19. Ст. 2102.

43

15. Определение Верховного Суда РФ от 14 сентября 2005 года по делу N 41-Г05-30 // СПС «Консультант-Плюс» (судебная практика).

16. См., например: определение Верховного Суда РФ от 29 марта 2002 г. № 58-Г02-8 // СПС «Консультант-Плюс» (судебная практика).

17. См., например: определение Верховного Суда РФ от 12 февраля 2004 г. № 49-Г03-163 // СПС «Консультант-Плюс» (судебная практика).

18. См.: решение Иркутского районного суда Иркутской области от 7 ноября 2005 г. // Судебная практика рассмотрения избирательных споров : сборник судебных постановлений : в 2 т. / сост. В.В. Игнатенко и др. Иркутск, 2006. Т. 2. С. 364-385.

19. См., например: определение Верховного Суда Российской Федерации от 3 ноября 2003 г. № 22-Г03-12 // СПС «КонсультантПлюс» (судебная практика).

20. См.: определение Верховного Суда РФ от 20 декабря 2006 г. по делу № 48-Г06-22 // СПС «Консультант-Плюс» (судебная практика).

21. См.: определение Верховного Суда РФ от 3 ноября 2003 г. № 22-Г03-12 // СПС «КонсультантПлюс» (судебная практика).

22. См.: определение Верховного Суда РФ от 8 октября 2008 г. по делу № 15-Г08-9 // СПС «Консультант-Плюс» (судебная практика).

23. См.: определение Верховного Суда РФ от 16 марта 2010 г. № 45-В10-3 // СПС «КонсультантПлюс» (судебная практика).

24. См.: определения Верховного Суда РФ от 16 марта 2010 г. № 45-В10-3; от 20 декабря 2006 г. по делу № 48-Г06-22 // СПС «КонсультантПлюс» (судебная практика).

25. См.: решение территориальной избирательной комиссии г. Миасса от 27 декабря 2005 г. № 35/2 о признании итогов голосования на выборах депутатов Законодательного собрания Челябинской области по избирательным участкам № 210 и № 211 недействительными, законность которого подтверждена определением Верховного Суда РФ от 20 декабря 2006 г. по делу № 48-Г06-22 // СПС «КонсультантПлюс» (судебная практика).

26. См., например: определение Верховного Суда РФ от 19 февраля 2002 г. по делу № 59Г02-1 // Вестник ЦИК РФ. 2002. № 3.

27. Корчиго Е.В. Актуальные вопросы теории избирательного процесса в России : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2002. С. 31; Попова Ю. Избирательные права граждан // ЭЖ-Юрист. 2005. № 1. С. 8.

28. Гетьман Л.С. Юридическое значение и действительность протокола участковой избирательной комиссии об итогах голосования // Государственная власть и местное самоуправление. 2010. № 1. С. 16.

29. См., например: определение Верховного Суда РФ от 13 августа 2008 г. по делу № 73-Г08-10 // СПС «Кон-сультантПлюс» (судебная практика).

30. См., например: определение Верховного Суда РФ от 24 сентября 2008 г. по делу № 30-Г08-4 // СПС «Кон-сультантПлюс» (судебная практика).

31. См., например: определение Верховного Суда РФ от 13 августа 2008 г. по делу № 73-Г08-10 // СПС «Кон-сультантПлюс» (судебная практика).

32. См., например: решение Иркутского районного суда Иркутской области от 7 ноября 2005 г. // Судебная практика рассмотрения избирательных споров : сборник судебных постановлений. Т. 2. С. 364-385.

33. Там же.

34. Макарцев А.А. Количественный фактор как условие обоснованности судебных решений по избирательным спорам // Конституционное и муниципальное право. 2009. № 24. С. 23.

35. См., например: определение Верховного Суда РФ от 6 августа 2008 г. № 51-Г08-22 // СПС «Консультант-Плюс» (судебная практика).

36. См., например: определение Верховного Суда РФ от 20 ноября 2003 г. по делу № 53-Г03-6 // СПС «Консуль-тантПлюс» (судебная практика).

37. См.: определение Верховного Суда РФ от 3 октября 2007 г. по делу № 46-Г07-26 // СПС «Консультант-Плюс» (судебная практика).

38. См.: определение Верховного Суда РФ от 26 ноября 2008 г. по делу № 92-Г08-17 // СПС «Консультант-Плюс» (судебная практика).

44