Иноязычные единицы в языковом сознании носителей русского языка (на материале ассоциативных баз данных рас, ЕВРАС и СИБАС)

ТРИБУНА МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ

УДК 81'23; 811.161.1 + 81'27 DOI: 10.30982/2077-5911-2-196-208

ИНОЯЗЫЧНЫЕ ЕДИНИЦЫ В ЯЗЫКОВОМ СОЗНАНИИ НОСИТЕЛЕЙ

РУССКОГО ЯЗЫКА

В статье рассматриваются реакции на латинице в трех ассоциативных базах данных - РАС, ЕВРАС И СИБАС. Анализ реакций показал, что наиболее актуальным иностранным языком для современного русского языкового сознания является английский. При сравнении вербальных ассоциаций в базах данных, относящихся к разным периодам времени, отмечается рост количества реакций на английском языке и снижение количества реакций на немецком и латинском языках. Автор выявляет четыре группы исследуемых иноязычных реакций: переводные ассоциации, имена собственные, ассоциации по смыслу и прочее. В группе ассоциаций по смыслу особое место занимают псевдо-синтагмы, которые наиболее ярко отражают современную тенденцию носителей русского языка к использованию иноязычных вкраплений. Было обнаружено, что иноязычных реакций-фраз больше в ассоциативно-вербальной сети ЕВРАС, чем в СИБАС, что объясняется большим количеством контактов реципиентов из европейской части России с представителями англоговорящей культуры. Результатом таких контактов является более глубокое проникновение иностранных единиц в русское языковое сознание в виде иноязычных вкраплений и заимствований. Все приведенные в статье данные свидетельствуют об особом статусе английского языка в речи и жизни молодого поколения россиян XXI века.

Ключевые слова: иноязычные вкрапления в ассоциативно-вербальной сети, русское языковое сознание, региональные ассоциативные базы данных

В истории русского языка выделяется несколько периодов иноязычного влияния. Один из них относят к концу XX и началу XXI века. Однако этот период отличается от предыдущих способом проникновения иностранного языка в русскоговорящее общество. В современных условиях иностранный язык имеет «прямой доступ» к любой социальной общности, любому классу через телевидение и Интернет, или СМИ вообще. Проникнув на эти площадки, иностранный язык входит в буквальном смысле напрямую в дома людей. Язык телеведущих, журналистов, блогеров часто повергается критике со стороны защитников русского языка. Критика направлена на использование английской интонации [Карабулатова 2011], плохой перевод и большое количество заимствований. Так, Кронгауз пишет: «лень или самоуверенность журналистов становится фактически "ленью языка", который

Бентя Евгения Викторовна

Аспирант Новосибирского государственного университета

г. Новосибирск, ул. Пирогова, 1

yevgentya@gmail. сот

Введение

почти утрачивает внутренние механизмы перевода» [Кронгауз 2009: 69]. Однако чаще всего такое использование языка рассматривается как способ демонстрации принадлежности к западному миру, т.е. демонстрации престижности. Кронгауз также отмечает, что вслед за языком сами модели поведения становятся максимально приближенными к «усредненной западной культуре» [Кронгауз 2009: 117]. Такая «усредненность» касается и печатных текстов. На разных языках в разных культурных пространствах (странах) создаются однотипные «поп-тексты» в журналах и газетах. То же самое можно сказать и о переводах книг современных популярных писателей (что продиктовано вышеупомянутой «утратой внутренних механизмов перевода»). «Сорокалетний русский еще отличает оригинальный русский текст от нерусского, чувствует его «идентичность», российские же подростки в большинстве своем - нет» [Елистратов 2006: 25].

Определение понятия «иноязычное вкрапление»

Л.П. Крысин выделяет следующие причины заимствования иноязычной лексики: 1) налаженный контакт народов - носителей разных языков. Чем больше сфер контакта (культура, политика, экономика), тем больше будет заимствований; 2) заимствование иностранного слова для специализации понятия, что ведет к появлению термина; 3) дифференциация существующего в принимающем языке понятия; 4) замена многословного наименования однословным; 5) если в принимающем языке уже существует ряд заимствований, объединенных семантической или морфологической общностью, то слова такого же типа будут заимствоваться быстрее; 6) престижность иностранного слова выше своего [Крысин 2007: 115-117].

На современном этапе развития русского языка последняя, шестая, причина часто играет ключевую роль.

Заимствованная иноязычная лексика по своей роли в принимающем языке делится на три группы: заимствованные слова (освоенные), интернационализмы, экзотизмы и иноязычные вкрапления [Крысин 2007: 124-126]. Объектом рассмотрения данной статьи являются иноязычные вкрапления в ассоциативных базах данных.

По Крысину, иноязычные вкрапления - это слова и словосочетания слов, передаваемые на письме и в устной речи принимающего языка графическими и фонетическими средствами языка-источника [Крысин 2007: 126].

Явление иноязычных вкраплений все чаще отмечается в речи современных носителей русского языка [Меркулова 2015], в подавляющем большинстве это англицизмы. Иноязычные единицы, однако, не все остаются в языке, а те, которые остаются, переходят из разряда иноязычных вкраплений в класс заимствованных слов и ассимилируются в той или иной степени. С одной стороны стоит заимствованная лексика, а с другой - иноязычные вкрапления, которые все чаще выступают в роли дублетной ксенолексики [Меркулова 2015].

Количественный и качественный анализ ассоциативных баз данных позволяет понять, какое место занимает иноязычная лексика в языковом сознании носителей русского языка. Более того, частотные показатели реакций, представляющих иноязычные лексемы, говорят еще и об актуальности той или иной единицы в речевой практике.

Группа переводных ассоциаций

Выборка эмпирических материалов проводилась нами в трех базах русских вербальных ассоциаций: РАС (период сбора данных 1988-1997), ЕВРАС (20082013) и СИБАС (2008-2013). Нами были выделены все реакции на латинице (или содержащие латиницу частично). Отобранный материал был распределен по четырем основным группам ассоциатов (по убывающей частоте): переводные ассоциации, имена собственные, ассоциации по смыслу и прочее (не классифицируемая лексика). В данной статье подробно рассматриваются первая и третья группы, так как имена собственные были нами рассмотрены ранее [Бентя 2016, 2017]. Переводные ассоциации - это пары стимул-реакция, где реакция выступает переводом стимула, например: next ^ следующий 29; stop ^ остановиться 9; the end ^ конец 8. Ассоциации по смыслу - это группа реакций, которые являются результатом субъективного опыта реципиента. Они мотивированы сходством, контрастом, смежностью либо причинно-следственными связями со стимулом в языковом сознании испытуемого, например: The end ^ все 2; super ^ лучший, нравиться 1; WOW ^ непредсказуемый, нравиться, партия 1.

Обратимся к Таблице 1, в которой представлены сравнительные количественные данные по всем выделенным нами группам ассоциатов.

Таблица 1

Классификация реакций, данных на латинице

РАС ЕВРАС СИБАС

числ. % числ. % числ. %

переводные ассоциации 169 21,6 316 32,5 322 34,5

имена собственные 267 34,2 226 23,2 291 31,2

ассоциации по смыслу 240 30,7 243 24,9 192 20,5

прочее 105 13,5 189 19,4 129 13,8

ВСЕГО 781 100 974 100 934 100

Как видно из Таблицы 1, большая часть реакций на латинице в ЕВРАС и СИ-БАС по сравнению с РАС приходится на переводные ассоциаты, в то время как другие группы ассоциатов преимущественно уменьшают свое представительство. Абсолютное большинство реакций представлено на английском языке. На втором месте, хоть и с колоссальной разницей, как показано в Таблице 2, находятся реакции на немецком языке. В процентном выражении в РАС их практически в пять раз больше, чем в СИБАС и ЕВРАС. Частота реакций на латинском языке в РАС также превышает показатели соответствующих реакции в СИБАС и ЕВРАС в три раза.

Таблица 2

Процентное соотношение переводных реакций по их языковой принадлежности

РАС ЕВРАС СИБАС

числ. % числ. % числ. %

английский 126 74,5 277 87,7 303 94,1

немецкий 28 16,6 23 7,3 10 3,1

латинский 12 7,1 5 1,6 4 1,3

французский 1 0,6 4 1,3 3 0,9

испанский 1 0,6 3 0,9 1 0,3

итальянский 1 0,6 3 0,9 1 0,3

финский 1 0,3

ВСЕГО 169 100 316 100 322 100

Стоит отметить, что в ЕВРАС в переводных реакциях появляется финский язык, что может быть отражением географической близости (и, как следствие, языковых контактов) испытуемых ЕВРАС, проживающих в европейской части России, к носителям финского языка. Аналогичным образом объясняется большее количество реакций на испанском и итальянском языках в ЕВРАС по сравнению с СИБАС.

При детальном изучении переводных ассоциатов наблюдаем преобладающее число реакций, являющихся по своей частеречной характеристике именем существительным, следующими по частотности идут прилагательное и глагол, и только затем с большим разрывом - наречие, местоимение, числительное, союз, предлог и частица (два последних типа встречаются только единожды).

Таблица 3

Частеречная характеристика переводных реакций в РАС/ЕВРАС/СИБАС

Англ. Нем. Латин. Франц. Испан. Итал. Финск. ВСЕГО

существительное 71/149/139 18/10/5 12/4/5 1/1/3 1/3/1 1/1/1 104/168/154

прилагательное 12/62/79 7/4/1 -/1/- -/1/- 19/68/80

глагол 21/43/59 -/7/- -/1/- -/2/- 21/53/59

наречие 10/18/22 3/1/2 13/19/24

местоимение 1/5/4 -/1/2 1/6/6

числительное 2/-/- -/1/- 2/1/-

союз 2/-/- 2/-/-

предлог 1/-/- 1/-/-

частица 1/-/- 1/-/-

Подавляющее большинство реакций на латинице относятся к разряду единичных, однако встречаются и устойчивые реакции, а также ассоциативные пары. Проанализировав все реакции на латинице, мы выделили наиболее часто используемые в качестве реакции иностранные слова, которые уже без стимулов отражены в Таблице 4, где также представлены их частотные показатели.

Таблица 4

Английские слова в устойчивых переводных реакциях

СИБАС next - 31, end - 10, stop - 9, of course - 5, exit - 4, enter - 4, help - 6, book - 4, begin - 4, never - 3, now - 3, wait - 3, fail - 3, open - 3, looser - 3, friend - 3, start - 2, art - 2, roof - 2, room - 2, success - 2, subject - 2, soul - 2, void - 2, fuel - 2, evil - 2, acid - 2, half - 2, paper - 2, baby - 2, air - 2, face - 2, good - 2, best 2, stubborn - 2, big - 2, clever - 2, common - 2, different - 2, important - 2, independent - 2, bad - 2, love - 2, fly - 2, very - 2, together - 2

ЕВРАС next - 14, error - 10, best - 8, looser - 6, now - 4, face - 4, shop - 3, different - 3, end - 3, despair - 3, help - 3, enemy - 2, feeling - 2, fear - 2, girl - 2, pocket - 2, size - 2, step -2, umbrella - 2, week - 2, book - 2, disease - 2, event - 2, freedom 2, friend - 2, government - 2, master - 2, oil - 2, power - 2, room - 2, street - 2, modern - 2, last - 2, exit - 2, give - 2, all - 2, always - 2, fast - 2, never - 2, bad - 2

РАС face - 3, example - 2, exit - 2, part - 2, UFO - 2, baby - 2

Общие частотные реакции СИБАС и ЕВРАС end, help, book, looser, friend, room, face, next, (the) best, different, exit, now, never

Общие частотные реакции СИБАС, ЕВРАС и РАС face, baby, exit

Среди других языков повторяющиеся реакции были обнаружены только на немецком (СИБАС) и латинском (ЕВРАС): zusammen - 2; acidum - 2.

Превалирующее большинство переводных реакций можно было бы объяснить образовательным аспектом, который заключается в том, что с самых ранних ступеней обучения английский, как и в советское время, является основным иностранным языком в российских школах. Однако кроме этого очевидного факта есть и внешние причины, а именно непосредственный контакт с англоговорящей культурой. Например, такие реакции, как help, enter, exit, open могли быть усвоены при накоплении опыта использования компьютера, а next и friend - из названий американских шоу: «Next» и «Friends» [Бентя 2016, 2017].

Группа ассоциаций по смыслу

Ассоциации по смыслу представлены меньшим количеством языков - всего четырьмя. Ранговые позиции сохраняются такие же, как и в группе переводных ассоциатов: английский занимает первое место, далее идет немецкий, латинский и французский.

Таблица 5

Процентное соотношение ассоциаций по смыслу с учетом их языковой принадлежности

РАС ЕВРАС СИБАС

числ. % числ. % числ. %

английский 199 82,9 227 93,4 182 94,8

немецкий 13 5,4 б 2,5

латинский 25 10,4 10 4,1 9 4,7

французский 3 1,3 1 0,5

ВСЕГО 240 100 243 100 192 100

Из Таблицы 5 видно, что при сравнении РАС и ЕВРАС/СИБАС количество смысловых реакций на английском языке в новых базах данных выросло более чем на 10%, в то время как показатели других языков упали.

Как и в группе переводных ассоциатов, в смысловых можно выделить повторяющиеся с разной устойчивостью реакции.

Таблица 6

Английские слова в устойчивых реакциях смысловых ассоциаций

СИБАС SMS - 24, email - 18, forever - 4, wow - 3, cool - 3, super - 2, VIP - 5, game over - 2, relax - 2, end - 2, weekend - 2, best - 2, fuck - 2

ЕВРАС TV - 39, SOS - 24, IQ - 19, SMS - 18, email - 8, VIP - 5, man (men) - 4, crazy - 4, false - 3, no comments - 3, heavy metal - 3, safe - 2, hiphop - 2, life - 2, rap - 2, fuck - 2, victoria - 2, lost - 2, rider - 2, max - 2, forever - 2, sex - 2

РАС SOS - 18, man - 6, sex - 6, boy - 5, weekend - 5, hotdog - 4, rock-and-roll - 4, stop - 3, yes - 3, energizer - 2, help - 2, metal - 2, good - 2, fuck - 2, queen - 2, good bye - 2, penis - 2, girl - 2, rap - 2, heavy metal - 2

Общее СИБАС и ЕВРАС SMS, email, forever, VIP, fuck

РАС SOS, man, sex, fuck, heavy metal

Устойчивые реакции в группе ассоциатов по смыслу на других языках представлены следующими единицами: homo sapiens - 9 (в ЕВРАС), persona non grata - 6, alma mater - 3, homo - 3 и homo sapiens - 3 (в РАС).

Среди ассоциатов по смыслу можно обнаружить интересное явление, которое свидетельствует о характере иноязычных вкраплений в языковом сознании носителя русского языка. Это явление - ассоциирование стимула с реакцией в формате разноязычной псевдо-синтагмы. В СИБАС можно выделить следующие псевдосинтагмы:

forever ^ институт, мафия, революция 1; на почту (e-mail) ^ прислать 1; e-mail ^ прислать 3; послать; штурмовать 1; loudly ^ кричать 1; predicate ^ двойной 1; TV (телевизор) ^ передвигать 1; tecktonik ^ танцевать 1; news ^ рассказать 1; car ^ спорт 1; friend ^ близкий 1; express ^ свидание 1; emo ^

девочка 1; information ^ передавать 1; и т.д.

Рассмотрим наиболее яркие примеры. Единица forever (или в русской транслитерации форева, форевер) едва ли может быть использована в переводе: «институт - навсегда», но «институт - forever» встречается довольно часто в молодежном сленге. Таким образом говорящий выражает свое положительное отношение к тому или иному предмету, например, «Пушкин- forever!». Однако слово форева/форевер не вошло в состав словарей иностранных слов [Булыко 2005, Новиков Вл. 2008, 2016, Шагалова 2011], а в речевом употреблении его чаще можно увидеть как иноязычное вкрапление. Остальные реакции могли бы быть представлены испытуемыми в русском варианте (в том числе и в виде грамматикализованных синтагм): кричать ^ громко, двойной ^ сказуемое, рассказать ^ новости, близкий ^ друг, передавать ^ информацию, передвигать ^ телевизор/ТВ, прислать ^ имейл, танцевать ^ тектоник, и т.д., тем не менее они были представлены в виде иноязычного вкрапления.

Псевдо-синтагматические ассоциативные пары в ЕВРАС очень разнообразны:

SOS ^ сигнал 18; IQ ^ тест 12; e-mail ^ прислать 3; показывали по TV ^ кино 1; по TV ложь ^ показать 1; beautiful ^ цветок 1; men ^ предприимчивый; современный 1; fashion ^ современный 1; trive ^ тест 1; women ^ бизнес 1; well-paid ^ работа 1; man ^ папа; энергичный 1; есть гуд good! ^ демократия 1; письмо, sms-ку ^ написать 1; DJ ^ опасный 1; Lager ^ пиво 1; Hip-hop данс ^ танцевать 1; и т.д.

Реакции могли бы быть следующими: красивый ^ цветок; предприимчивый, современный ^ человек/мужчина; современный ^ мода; работа ^ хорошо оплачиваемая и т.д. Однако не все реакции могут быть подобным образом переведены на русский язык. Например, выражение «тест-драйв» в русском языке чаще передается именно в форме заимствования через транслитерацию, а не в качестве переводного «пробная поездка». И хотя в словарях, используемых нами, не была зафиксирована данная единица, поисковая система Google дает более 14 миллиардов результатов на первый вариант (тест-драйв) и только 425 тысяч - на второй (пробная поездка). Аналогичным образом остаются в транслитерированной форме «бизнес-леди» (в [Новиков 2008], есть упоминание единицы «бизнес-леди» в словарной статье «Бизнес») и «хип-хоп». Такие реакции как IQ, SOS, SMS, e-mail в словаре [Шагалова 2011] включены в отдельную часть «Иностранные слова, сохраняющие написание на языке оригинала». И действительно, если проверить по результатам в поисковых системах, то количественный показатель в их русской транслитерации будет очень низким. Интересно обратить внимание на слова SMS и e-mail. Сейчас они все реже употребляются как на английском языке, так и в транслитерированной форме. SMS заменяется «сообщением» в силу того, что современные приложения-мессенджеры ВКонтакте, WhatsApp, Telegram и т.п. используют в своем английском интерфейсе слово «message» и соответственно в русской версии - «сообщение». Поэтому сейчас все чаще пищут сообщение, а не смс/sms.

Что касается e-mail, то тенденция идет к замене «имейл/email» на «электронную почту» или просто «почту». Это заключение является скорее результатом языковой интуиции, так как для более уверенного ответа необходимо провести дополнительное экспериментальное исследование с носителями языка. Однако, если проверить

по web-приложению Google Trends1, то увидим, что на территории России слово почта имеет более высокое употребление, чем слова e-mail и имейл. Однако здесь нет данных о том, в каком контексте употребляется эта единица (традиционная или электронная почта). В то же время НКРЯ2 может прояснить эту ситуацию. На запрос «почта» с обозначенным периодом 2008-2016 гг. появляются результаты двух вышеупомянутых употреблений, однако, просмотрев период 2014-2016 гг. (время после завершения первого этапа эксперимента ЕВРАС и СИБАС), можно сказать, что подавляющее большинство употреблений относится именно к электронной, а не к традиционной почте. В Таблице 7 на материале НКРЯ наглядно представлена разница в употреблении единиц «электронная почта», «имейл» и «email». Первая из них употребляется чаще, чем две остальные единицы в 15 и 18 раз соответственно.

Таблица 7

Сравнительный анализ употребления единиц почта/электронная почта/имейл/ email в НКРЯ в период с 2008 по 2016 гг.

Запрос Количество документов Количество вхождений

почта 331 689

электронная почта 99 151

имейл 7 10

email 6 8

Такое «возвращение» русских слов является скорее исключением, чем правилом. В подтверждение этого можно привести другой пример влияния контактов с англоязычной культурой. Так, реакции на латинице в ЕВРАС отличаются от СИБАС и РАС тем, что среди них больше таких, которые представляют собой целые фразы на английском языке: the lesson is over ^ урок 1; wait a minute ^ подождать 1; I'm thirsty ^ жажда 1; rock forever!!! ^ металл 1; to spend время ^ провести 1; to be or not to be ^ быть 1. Возможно, это связано с географической близостью к западной англоговорящей культуре и большим количеством контактов с ней, что повышает вероятность более разнообразного использования заимствований.

Группа «Прочее»

В группу «Прочее» вошли такие реакции, как формулы и знаки: химические (примеры по СИБАС: H2SO4 ^ кислота 13; H2O ^ вода 12), физико-математические (S ^ площадь 3; const ^ постоянный 1), компьютерные (zip ^ сжатый 2; Gpj ^ рисунок 1) и медицинские (QRS ^ сердце 1; II группа Rh+ ^ кровь 1), а также русские слова, транслитерированные латиницей (Ivan ^ Иван 1; spor ^ спор 1), и единицы на латинице неопределенного происхождения либо, в силу малой представленности, не классифицируемые.

1 Google Trends является публичным web-приложением корпорации Google, основанным на поиске Google. Данное приложение позволяет проследить среди объема поисковых запросов статистику по определенной единице. В параметрах поиска можно задавать интересующий регион и временной период. Google Trends URL:// https://trends.google.ru/trends/

2 Национальный корпус русского языка [Электронный ресурс] URL:// http://www.ruscorpora.ru

Выводы

Таким образом, анализ трех баз данных показал, что объем реакций на английском языке вырос с 90-х гг. (РАС), а на немецком и латинском языке упал. Реакции реципиентов европейской части России (ЕВРАС) структурно сложнее - появляются целые фразы и короткие предложения. Такое качественное отличие английских единиц в ассоциативно-вербальной сети реципиентов ЕВРАС свидетельствует о более частых и тесных контактах с иноязычной средой, что, кроме того, ведет к повышению значимости английского языка для этой части российского общества.

Английский язык проникает во все сферы деятельности общества. В социолингвистических исследованиях отмечается не только большой поток заимствований, но и транслитерация русских слов латиницей в качестве языковой игры [Ка-рабулатова 2011], частичное иноязычное вкрапление и полное замещение русского языка английским в определенных контекстах [Кириллина 2011, 2013]. М.А. Крон-гауз хотя и говорит о наводнении русского языка иностранными словами и элементами, призывает относиться к этому явлению спокойно, так как русский язык хорошо справляется с ассимилирующей функцией заимствований [Кронгауз 2009: 22]. В то же время А.В. Кириллина отмечает, что вместе с лексическими заимствованиями в русский язык приходят и синтаксические изменения, что говорит как раз о неспособности языка ассимилировать все поступающие элементы [Кириллина 2011: 34]. Мы можем наблюдать этот процесс на примерах с псевдо-синтагмами.

Однако сам язык представляет собой только половину проблемы. С новыми элементами языка адаптируются и определенные культурные ценности, а так как подавляющее большинство иностранных единиц в русском языке появляются под влиянием американского варианта английского языка, то и ценности заимствуются преимущественно из американской культуры. Заимствование ценностей само по себе может и не нести угрозы для принимающей культуры. Степень угрозы определяется отношением к заимствованным языковым и культурным элементам.

По данным социологического опроса, уровень «престижности» английского языка в российском обществе очень высок. Знание английского языка повышает ценность работника в профессиональной сфере, в академической среде английский язык ассоциируется с инновациями, в других сферах он воспринимается как показатель высокого качества и современности [Гриценко, Ненашева 2017]. Такое отношение к иностранному языку (и представленной им культуре) ведет к «вытеснению реалий своего культурного поля на периферию смысловой структуры сознания», а образованная «пустота заполняется вульгарными инородными реалиями», как следствие, происходит изменение в идентификации носителей принимающего языка [Шапошникова 2015].

В таких условиях усваиваются ценности как благотворные для принимающего общества, так и разрушительные. «Не сам язык - конечная цель такого воздействия, а сознание его носителей, тот образ мира, который мы в своей общенародной деятельности (или бездеятельности) вырабатываем и оставляем в наследство нашим потомкам в качестве привитых с детства мотивов и установок на организацию своего жизненного пространства» [Шапошникова 2013].

Язык становится лишь средством распространения американского способа мышления, «происходит превращение всякого языка в средство укоренения сход-

ных ценностей и единомыслия, в средство формирования типовой социальной идентичности по образцу среднего класса белых жителей США» [Кириллина 2013]. Кроме того, такое «поклонение» иностранному языку ведет к подрыву изучения родного языка, что также имеет свои, порой необратимые, последствия.

Бентя Е.В. Следы вестернизации в русском языковом сознании (на примере имен собственных) // Вестн. Новосиб. гос. ун-та. Серия: Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2016. Т. 14, № 1. С. 44-51.

Бентя Е.В. К вопросу о вестернизации русского языкового сознания (на материале неустойчивых ассоциативных пар с именами собственными) // Сибирский филологический журнал. 2017. № 3. С. 286-298.

Булыко А.Н. Современный словарь иностранных слов. Более 25 тысяч слов и словосочетаний. Изд. 2-е, испр. и доп. М.: «Мартин», 2005. 848 с.

Гриценко Е.С., Ненашева Т.А. Индексальный потенциал английского языка в русскоязычном коммуникативном пространстве // Вопросы психолингвистики. 2017. № 33. С. 32-48.

Елистратов В.С. Глобализация и национальный язык // Вестник Московского университета. 2006. № 4. С. 21-28.

Карабулатова И.С. Языковая личность в пространстве межкультурных коммуникаций // Вестник Кемеровского государственного университета культуры и искусств. 2011. №16. С. 77-85 [Электронный ресурс]. URL: http://cyberleninka.ru/ article/n/yazykovaya-lichnost-v-prostranstve-mezhkulturnyh-kommunikatsiy (дата обращения: 22.12.2017).

Кирилина А.В. Глобализация и судьбы языков // Вопросы психолингвистики. 2013. № 17. С. 136-143.

Кирилина А.В. Перевод и языковое сознание в динамической синхронии: психические границы языка (на материале русского языка Москвы) // Вопросы психолингвистики. 2011. № 13. С. 30-40.

Кронгауз М. Русский язык на грани нервного срыва. М.: Знак: Языки славянских культур, 2009. 232 с.

Крысин Л.П. Современный русский язык. Лексическая семантика. Лексикология. Фразеология. Лексикография: учеб. пособие для студ. филол. фак. высш. учеб. заведений. М.: Изд. центр. «Академия», 2007. 240 с.

Меркулова Э.Н. О лингвистическом статусе и некоторых речевых функциях английской дублетной ксенолексики в русском языке // Вестн. Том. гос. ун-та. Филология. 2015. №5 (37). С. 73-88 [Электронный ресурс]. URL: http://cyberleninka. m/artide/n/o-lingvisticheskom-statuse-i-nekotoryh-rechevyh-funktsiyah-angliyskoy-dubletnoy-ksenoleksiki-v-russkom-yazyke (дата обращения: 22.12.2017).

Новиков Вл. Новый словарь модных слов. — Москва: АСТ: Зебра Е, 2008. —

Новиков Вл. Словарь модных слов. Языковая картина современности. — Москва: Словари XXI века, 2016. — 336 с.

Шагалова Е.Н. Самый новейший толковый словарь русского языка XXI века». Астрель. Москва. 2011.

Литература

185 с.

Шапошникова И.В. Реалии языкового сознания молодых русских (по материалам СИБАС - русской региональной ассоциативной базы данных) // Вестн. Ново-сиб. гос. ун-та. Серия: Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2015. Т. 13, вып. 4. С. 5-14.

Шапошникова И.В. Родное слово - знак спасенья // Вопросы психолингвисти-

РАС: Русский ассоциативный словарь: Т.1: От стимула к реакции: около 7000 стимулов / Ю.Н. Караулов, Г.А. Черкасова, Н.В. Уфимцева [и др.]; Рос. акад. наук. Москва: АСТ: Астрель, 2002— 781 с. Т.2: От реакции к стимулу: около 100 000 реакций / Ю.Н. Караулов, Г.А. Черкасова, Н.В. Уфимцева [и др.]; Рос. акад. наук. Москва: АСТ: Астрель, 2002 . 990 с.

ЕВРАС: Русский Региональный Ассоциативный Словарь-Тезаурус ЕВРАС, 2014, (авторы-составители Г.А. Черкасова, Н.В. Уфимцева) URL: http://iling-ran.ru/ main/publications/evras (дата обращения: 23.12.2017).

СИБАС: Русская региональная ассоциативная база данных (2008 - 2015) (авторы-составители И.В. Шапошникова, А.А. Романенко) URL: http://adictru.nsu.ru (дата обращения: 23.12.2017).

FOREIGN ELEMENTS IN LANGUAGE CONSCIOUSNESS OF RUSSIAN

NATIVE SPEAKERS (ON THE MATERIAL OF ASSOCIATIVE DATABASES OF RAS, EVRAS,

AND SIBAS)

The article deals with responses given in Latin characters in associative databases of RAS, EVRAS, and SIBAS. The analysis has shown that English is the most relevant foreign language for contemporary Russian language consciousness. The comparison of verbal associations from different databases, which relate to different time periods, registers an increase of responses in English and a decrease in German and Latin. The author forms four groups of the foreign language responses: associations by translation, proper names, associations by meaning, and miscellaneous. A special place in the group of associations by meaning is taken by pseudo-syntagmas. They illustrate the modern tendency of Russian native speakers to use foreign insertions in their speech. In EVRAS (when compared to SIBAS) there are more foreign language responses which were presented in the form of a phrase. The explanation lies in more frequent and closer contacts of the recipients from the European part of Russia with representatives of an English-speaking culture. As a result, foreign elements penetrate the Russian language consciousness in the form

ки. 2013. № 17. С. 147-150.

Источники

Yevgeniya V. Bentya PhD student Novosibirsk State University Novosibirsk, Pirogov Str., 1

yevgentya@gmail.com

of foreign insertions and borrowings. The facts described in the article indicate a special status of English in speech and life of Russian young generation of the XXI century.

Keywords: foreign insertions in associative-verbal network, Russian language consciousness, regional associative databases

References

Bentja E.V. (2016) Sledy vesternizacii v russkom jazykovom soznanii (na primere imen sobstvennyh) [Influence of Western Realia on the Russian Language Consciousness (A Case-study of Proper Names)] // Vestn. Novosib. gos. un-ta. Serija: Lingvistika i mezhkul'turnaja kommunikacija [NSU Bulletin. Series: Linguistics and Cross-Cultural Communication] 14, No 1: 44-51. Print. (In Russian).

Bentja E.V. (2017) K voprosu o vesternizacii russkogo jazykovogo soznanija (na materiale neustojchivyh associativnyh par s imenami sobstvennymi) [On the Process of Westernization of the Russian Language Consciousness (A Case-study of Infrequent Associative Pairs with Proper Names)] // Sibirskij filologicheskij zhurnal [Siberian Philological Journal] 3: 286-298. Print. (In Russian).

Bulyko A.N. (2005) Sovremennyj slovar' inostrannyh slov. Bolee 25 tysjach slov i slovosochetanij [Contemporary Dictionary of Foreign Words. Over 25 000 Words and Phrases]. 2nd Edition. Moscow: «Martin». 848 P. Print. (In Russian).

Gricenko E.S., Nenasheva T.A. (2017) Indeksal'nyj potencial anglijskogo jazyka v russkojazychnom kommunikativnom prostranstve [Indexical Capacities of English in Russian-based Communication] // Voprosy psiholingvistiki [Journal of Psycholinguis-tics] 33: 32-48. Print. (In Russian).

Elistratov V. S. (2006) Globalizacija i nacional'nyj jazyk [Globalization and the National Language] // Vestnik Moskovskogo universiteta [Bulletin of Moscow State University] 4: 21-28. Print. (In Russian).

Karabulatova I.S. (2016) Jazykovaja lichnost' v prostranstve mezhkul'turnyh kommunikacij [The Language Person in the Space of Cross-Cultural Communication] // Vestnik Kemerovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of Kemerovo State University of Culture and Arts] 16: 77-85. Web. URL: http://cyberleninka.ru/article/n7yazykovaya-lichnost-v-prostranstve-mezhkulturnyh-kommunikatsiy (retrieval date: 22.12.2017).

Kirilina A. V (2013) Globalizacija i sud'by jazykov [Globalization and Language Fates] // Voprosy psiholingvistiki [Journal of Psycholinguistics] 17: 136-143. Print. (In Russian).

Kirilina A. V. (2011) Perevod i jazykovoe soznanie v dinamicheskoj sinhronii: psi-hicheskie granicy jazyka (na materiale russkogo jazyka Moskvy) [Translation / Interpreting and the Language Consciousness in the Dynamic Synchrony: Mental Boundaries of Languages (A Case-study of the Russian Lnguage in Moscow)] // Voprosy psiholingvistiki [Journal of Psycholinguistics] 13: 30-40. Print. (In Russian).

Krongauz M. (2009) Russkij jazyk na grani nervnogo sryva [Russian Language on the Brink of a Nervous Breakdown]. Moscow: Znak: Jazyki slavjanskih kul'tur [Language of Slavic Cultures]. 232 P. Print. (In Russian).

Krysin L. P. (2007) Sovremennyj russkij jazyk. Leksicheskaja semantika. Lek-sikologija. Frazeologija. Leks1kografija: ucheb.posobie dlja stud. fiM fak. vyssh. ucheb

zavedenij. [Modern Russian Lexical Semantics. Lexicology. Phraseology. Lexicography. Manual for High Schools] Moscow: Izd. centr. «Akademija». 240 P. Print. (In Russian).

Merkulova Je.N. (2015) O lingvisticheskom statuse i nekotoryh rechevyh funkci-jah anglijskoj dubletnoj ksenoleksiki v russkom jazyke [On the Linguistic Status and Speech Functions of English Xenolexis with Doublets in the Russian Language] // Vestn. Tom.gos. un-ta. Filologija [Tomsk State University Journal of Philology] 5 (37): 73-88 Web. URL: http://cyberleninka.ru/article/n/o-lingvisticheskom-statuse-i-nekotoryh-rechevyh-funktsiyah-angliyskoy-dubletnoy-ksenoleksiki-v-russkom-yazyke (retrieval date: 22.12.2017).

Novikov Vl. (2008) Novyj slovar' modnyh slov [New Dictionary of Buzz Words]. Moskva: AST: Zebra E. 185 P. Print. (In Russian).

Novikov Vl. (2016) Slovar' modnyh slov. Jazykovaja kartina sovremennosti [Dictionary of Buzz Words: Linguistic Picture of the Present]. Moscow: Slovari XXI veka. 336 P. Print. (In Russian).

Shagalova E.N. (2011) Samyj novejshij tolkovyj slovar' russkogo jazyka XXI veka [The Newest Russian Language Dictionary of the 21st Century]. Astrel'. Moscow. Print. (In Russian).

Shaposhnikova I.V (2015) Realii jazykovogo soznanija molodyh russkih (po mate-rialam SIBAS - russkoj regional'noj Associativnoj bazy dannyh) [Realia of Young Russians' Language Consciousness (A Case-study of SIBAS, New Russian Regional Associative Database)] // Vestn. Novosib. gos. un-ta. Serija: Lingvistika i mezhkul'turnaja kommunikacija [NSU Bulletin. Series: Linguistics and Cross-Cultural Communication] Vol. 13, No. 4: 5-14. Print. (In Russian).

Shaposhnikova I.V (2013) Rodnoe slovo - znak spasen'ja [Word of Mother Tongue: Rescue Means Sign] // Voprosy psiholingvistiki [Journal of Psycholinguistics] 17: 147150 Print. (In Russian).

Sources

Russkij associativnyj slovar' (2002) T.1: Ot stimula k reakcii: okolo 7000 stimulov [Russian Associative Dictionary: V.1: From Stimulus to Response: about 7000 stimuli] / Ju.N. Karaulov, G.A. Cherkasova, N.V. Ufimceva, et al. Ros. akad. nauk. Moscow: AST: Astrel. 781 P. Print. (In Russian).

Russkij associativnyj slovar' (2002) T.2: Ot reakcii k stimulu: okolo 100 000 reak-cij [Russian Associative Dictionary: V.2: From Response to Stimulus: about 100 000 responses] / Ju.N. Karaulov, G.A. Cherkasova, N.V. Ufimceva, et al. Ros. akad. nauk. Moscow: AST: Astrel. 990 P. Print. (In Russian).

Russkij regional'nyj associativnyj slovar'-tezaurus EVRAS

SIBAS - Russkaja regional'naja associativnaja baza dannyh