Наиболее характерные признаки, свидетельствующие о фактах подготовки к недружественному поглощению (рейдерскому захвату)

дарства в советской федерации. — М., 1973. С. 18; Кута-фин О.Е., Шеремер К.Ф. Советы народных депутатов. — М., 1978. С. 9.

15 Ленин В.И. Полное собрание сочинений. — М., 1976. Т 20. С. 134.

16 Законы должны приниматься только представительным органом. В этом М.В. Баглай и В.А. Туманов видят конкретное первейшее проявление принципа разделения властей. См.: Баглай М.В., Туманов В.А. Малая энциклопедия конституционного права. — М., 1998. С. 392—393.

17 Некоторые исследователи отдельно от исключительного права принятия законов предполагают рассматривать исключительное право парламента ратифицировать международные договоры и принимать финансовые законы. См.: Тихомиров М.Ю., Тихомирова Л.В. Юридическая энциклопедия / Под ред. М.Ю. Тихомирова, — М., 1998. С. 441; Общая теория права и государства: Учебник / Под ред. В.В. Лазарева. — М., 1996. С. 210.

18 Иногда под контролем понимается только право законодательного органа привлекать к ответственности правительство или отдельных должностных лиц, при этом вы-

деляя отдельно функцию парламента по формированию высших органов власти. См.: Энтин Л.М. Указ.соч. С. 24; Общая теория права и государства: Учебник / Под ред. В.В. Лазарева. — М., 1996. С. 211.

19 Иногда финансовую функцию не выделяют отдельно от других, а рассматривают как элемент законодательной функции парламента. См.: Баглай М.В. Конституционное право РФ. — М., 1998. С. 335.

20 См. например: Еллинек Г. Право современного государства. Общее учение о государстве. — СПб., 1903. С. 530; Авакьян С.А. Федеральное Собрание — парламент России. — М, 1999. С. 405—406; АвтономовА.С. Парламентское право России: Учебное пособие. — М., 1999. С. 182—205; Гранкин И.В. Парламент России. — М., 2001. С. 325—329; Коврякова Е.В. Парламентский контроль: зарубежный опыт и российская практика. — М., 2005. С. 814; Корнилаева А.А. Теория парламентского контроля в контексте принципа разделения властей: Автореф. дис... канд. юрид. наук. — Уфа, 2002; Современный парламент: теория, мировой опыт, российская практика / Под общ. ред. О.Н. Булакова — М.: ЭКСМО, 2005. С. 77—97.

НАИБОЛЕЕ ХАРАКТЕРНЫЕ ПРИЗНАКИ,

СВИДЕТЕЛЬСТВУЮЩИЕ О ФАКТАХ ПОДГОТОВКИ К НЕДРУЖЕСТВЕННОМУ ПОГЛОЩЕНИЮ

Е.С. КАРПУШКИН,

аспирант МФПА, следователь Главного следственного управления при ГУВД по г. Москве

Аннотация. На основе анализа действующего законодательства и статистических данных автором исследуется возможность выявления подготовки к недружественному поглощению организации на начальном этапе посредством выявления некоторых признаков, предлагается перечень соответствующих признаков.

Ключевые слова: недружественное поглощение, корпоративный конфликт, незаконное установление контроля над предприятием, рейдерский захват.

Для того чтобы понять, как управлять предприятием в условиях угрозы недружественного поглощения (рейдерского захвата), необходимо определить понятия «рейдерство», «недружественное поглощение» и их составляющие.

«Недружественное поглощение», «корпоративный конфликт», «незаконное установление контроля над предприятием» — вот лишь немногие синонимы рей-дерства, принятые в России. Скупка акций, инициирование банкротства, реприватизация — это рейдер-ство. Силовой захват, подделка документов, мошенничество — это тоже рейдерство.

Понятия «рейдерство» и «недружественное поглощение» действительно нельзя смешивать. В англосаксонской трактовке недружественное поглощение

означает банальную скупку акций на рынке, осуществляемую против воли неэффективного менеджмента и нерасторопных крупных акционеров.

В общем смысле поглощение — это процесс, в результате которого активы компании становятся собственностью покупателя. Именно покупателя, а не захватчика. Поглощение происходит, когда одна компания приобретает контроль над другой.

В России между терминами «корпоративный захват» и «недружественное (враждебное) поглощение» до сих пор ставится знак равенства. Как отличить рейдерский захват от недружественного поглощения? Критерий прост — законность действий стороны, заинтересованной в контроле над активами. Соблюдение законодательства — вот тот водораздел,

что разграничивает враждебное поглощение, виной которому ошибки в управлении компанией, и рей-дерство, взращенное на почве коррупции, подкупа и физической силы. Рейдерство — это противоправное перераспределение собственности. Даже вполне законная операция по поглощению активов становится рейдерским актом, если хотя бы на одном этапе применяются незаконные методы.

Недружественные поглощения — комплексная сфера деятельности, имеющая теоретические и, в определенном смысле, научные основы1, законодательную и правоприменительную базу, исторические корни2. Указанная деятельность приносит реальные доходы ее участникам, а также выполняет некоторую «оздоровительную» функцию в экономической системе общества, являясь своего рода системой «естественного» отбора в среде хозяйствующих субъектов.

Говоря об историческом аспекте слияний и поглощений, следует отметить прежде всего, что это весьма доходный и достаточно давний бизнес. Охотники за чужой собственностью появились вместе с появлением собственности. Первое поглощение — вероятно, через некоторое время после появления первых мануфактур в Англии и Голландии — было совершено отрядом конных ландскнехтов.

Более детально о юридически обоснованных слияниях-поглощениях можно говорить после появления и законодательного становления акционерных обществ. И отсчет следует вести от создания Рокфеллером «Стандарт Ойл» путем поглощения меньших по размеру нефтяных компаний и «железнодорожных войн», т.е. захвата и объединения Джоном Пирпон-том Морганом сети железных дорог на северо-западе США, т.е. от 70-х годов XX столетия.

Вот некоторые формы «рейдерства»: 1) силовой захват; 2) мошенничество; 3) установление контроля над менеджментом; 4) преднамеренное или фиктивное банкротство; 5) коррупция — необходимое условие рейдерства.

Широкое распространение получило и «гринмей-лерство», или, говоря по-русски, корпоративный шантаж. Основная цель гринмейлерства — получение материальной выгоды без установления контроля над компанией. Чаще всего гринмейлерство реализуется через «закошмаривание» менеджмента или собственников компании миноритарным акционером, а то и вовсе сторонним лицом. Механизм гринмейлерства состоит в подаче судебных исков по всевозможным поводам, оспаривании решений собраний акционеров и руководства предприятия, организации негативных публикаций в прессе, проведении акций «народного гнева». Что здесь незаконного? Ничего. Между тем, как правило, гринмейлеры своих целей добиваются: «уступают» свои мизерные пакеты по цене, на порядки превышающей рыночную, «продавливают» нужные контракты, да и просто получают отступные. Принятие условий гринмейлеров объяс-

няется двумя причинами — нежеланием нести значительные организационные издержки и истощенной нервной системой «господ коммерсантов».

Управление предприятием в условиях угрозы недружественного поглощения (рейдерского захвата) включает в себя расширенный комплекс мер, посредством которых захват можно не допустить.

Наиболее характерными признаками, свидетельствующими о фактах подготовки к захвату предприятия, являются:

1. Сбор некими лицами информации о предприятии-цели: о его корпоративной структуре, основных акционерах (в первую очередь о пенсионерах либо уволившихся), менеджменте, неформальных лидерах, активах, партнерах, контрагентах, административном ресурсе и т.д. От объема собранной захватчиками информации зависит способ планируемого ими захвата. Источниками получения данной информации являются как официальные запросы миноритарного акционера в государственные органы3 (например, в ФСФР, налоговые органы и т.д.), так и данные от инсайдеров в организации-цели, сведения от контрагентов и партнеров, промышленный шпионаж и т.д. К наиболее интересующим захватчиков относятся сведения из системы ведения реестра, содержащие:

имена владельцев акций, количество, категорию (тип) и номинальную стоимость принадлежащих им акций;

данные об эмитенте, его учредителях, о размере объявленного и оплаченного уставного капитала об-щества4.

Подобная информация захватчиками собирается очень скрытно, чтобы предприятие-жертва преждевременно не выявило их намерений и не приняло превентивных мер.

2. Поступающие акционерам (участникам) предложения о продаже пакета акций со стороны подставных инвестиционных компаний также свидетельствуют о подготовке к захвату. Если же организация-жертва — открытое акционерное общество, то осуществляется массированная скупка небольших пакетов их акций на внебиржевом рынке со стороны нескольких покупателей, координируемых из единого центра.

3. Внезапная активность миноритарных акционеров (одного или группы), выраженная в различных формах:

# требования миноритарного(ых) акционера(ов), предусмотренные ст. 91 ФЗ «Об акционерных обществах» о доступе к документам (учредительным документам, крупным хозяйственным и кредитным договорам, протоколам общих собраний акционеров, данным реестра акционеров, данным бухгалтерской отчетности и т.д.);

# предъявление письменного требования о проведении внеочередного собрания акционеров (участников) компании (если акционеру принадлежит не менее 10% акций (ст. 55 ФЗ «Об акционерных обществах»));

# обращение миноритарого акционера в налоговые и иные контрольно-надзорные государственные

органы с заявлением о проверке деятельности предприятия.

4. Возникновение непрогнозируемых проблем с контрагентами и партнерами, которые неожиданно отказываются работать без предоплаты и предъявляют всяческие зачастую необоснованные претензии. Предъявление серии исков поставщиками и покупателями (с подачи компании-захватчика) с целью доведения предприятия-цели до банкротства.

5. Неожиданное возникновение проблем с одним из обслуживающих банков (например, трудности с выдачей кредита или предоставления банковской гарантии или требования о досрочном погашении ранее выданных кредитов).

6. Предъявление разнообразных исков в суд от имени акционера: о признании крупнейших сделок компании недействительными как совершенными с нарушением процедуры одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью (п. 6 ст. 79, п. 1 ст. 84 ФЗ «Об акционерных обществах»), о признании недействительными решений общих собраний акционеров (п. 7 ст. 49 ФЗ «Об акционерных обществах»), о взыскании убытков с исполнительных органов общества на основании п. 5 ст. 71 ФЗ «Об акционерных обществах» и т.д.

Данные иски стараются предъявить с использованием различных процессуальных технологий переноса подсудности не по месту нахождения компании, а в отдаленном региональном суде, что значительно сужает возможности для эффективной защиты.

Как правило, от имени миноритарных акционеров в судебных процессах участвуют профессиональные юристы компании-захватчика либо нанятые ею, специализирующиеся на подобных делах и имеющие широкие связи. Такие иски носят серийный характер, цель которых психологически измотать жертву и отвлечь от главного удара.

Судебное решение зачастую является основным ресурсом для захватчика при реализации активной фазы захвата, который тем самим «легитимируется» актом судебной власти, а также позволяет на законных основаниях в соответствии с п. 2 ст. 57 ГПК РФ и п. 4 ст. 66 АПК РФ истребовать необходимую для себя информацию и документы, которые невозможно было получить иным способом (например, полный реестр акционеров или последний бухгалтерский баланс и т.д.).

7. Использование захватчиком административного ресурса. Внеочередные неожиданные проверки со стороны контрольно-надзорных и правоохранительных органов, в ходе которых осуществляется выемка документов или истребование копий корпоративных и финансово-хозяйственных документов, которые впоследствии оказываются у захватчика. Возбуждение уголовных дел против собственников предприятия или менеджеров, которые впоследствии прекращаются за отсутствием события преступления.

Целью таких проверок и уголовных дел являются дезорганизация текущей финансово-хозяйственной

деятельности предприятия-цели, психологическое подавление собственников и менеджмента кампании и принятие условий захватчика.

Перед активной фазой захвата, связанной с перехватом управления предприятием и установлением контроля над основными активами, захватчиком зачастую проводится интенсивная информационная кампания в СМИ по дискредитации существующих собственников и менеджеров — «черный РЯ». С помощью РЯ-акции захватчики стремятся создать негативное общественное мнение работников и минори-тариев предприятия к руководству5. Таким образом, если вы узнали об одном из фактов, указанных выше, то будьте готовы к длительному и сложному периоду в вашей жизни, связанному, в том числе, и с крупными финансовыми потерями.

1 См. например: Пылаев И., Тутыхин В. Руководство по враждебным поглощениям или искусство корпоративных войн. — М.: Эт Сетера Паблишинг, 2004; Хакимов Т.А. Враждебные поглощения. Технология, стратегия и тактика нападения // Слияние и поглощение. — М., 2003. № 1. С. 33; Сычев П.Г. Корпоративные войны в современной России // Информационный бюллетень Следственного комитета при МВД России. — М., 2004. № 4 С. 58—64; Он же. Криминальные поглощения и Уголовный кодекс // Директор-Инфо. — М., 2004. № 31 (143). С. 8—14 и др.

2 Исторический отсчет враждебных поглощений традиционно ведется с 70-х годов XIX в., от создания Д. Рокфеллером компании «Стандарт-Ойл» путем скупки акций малых нефтяных компаний, а также от «железнодорожных войн» Д.П. Моргана — скупки акций северо-западных железнодорожных предприятий в США.

3 Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» Ст. 91.

4 В соответствии с п. 7.9.1 Постановления ФКЦБ РФ от 02.10.1997 г. № 27 «Об утверждении положения о ведении реестра владельцев именных ценных бумаг» эти данные вправе затребовать у реестродержателя миноритарный акционер, владеющий не менее чем 1% акций. Этот же акционер в соответствии с п. 4 ст. 51 Федерального закона «Об акционерных обществах» имеет право ознакомиться со списком лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров.

5 Организация расследования преступлений, связанных с недружественными поглощениями предприятий: Методические рекомендации // Академия управления МВД России, — М., 2008.

Литература

1. Уголовный кодекс Российской Федерации // Одобрен Советом Федерации 5 июня 1996 г. — М.: Проспект, 2009.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации. — М.: Проспект, 2009.

3. Федеральный закон «Об акционерных обществах» в ред. 2008 г.

4. V 1г. 1г. Менеджер Мафии. Искусство корпоративных войн. Т. II. — М. Эт Сетера Паблишинг, 2008.

5. Пылаев И., Тутыхин В. Руководство по враждебным поглощениям или искусство корпоративных войн. — М.: Эт Сетера Паблишинг, 2008.

6. Хакимов Т.А. Враждебные поглощения. Технология, стратегия и тактика нападения // Слияние и поглощение. 2008. № 1.

7. Корсак А.Б. Меры по предупреждению и предотвращению силовых захватов организаций и предприятий // Право и безопасность. — М., 2004. № 3.

8. Сычев П.Г. Криминальные поглощения и Уголовный кодекс // Директор-Инфо. 2004. № 31 (143).

9. Журнал «Компромат. ЯИ». 2006. март.

10. Журнал «Слияния и поглощения». — М., 2006. №5.

11. Организация и тактика выявления, пресечения и раскрытия преступлений, совершаемых с целью завладения контрольным пакетом акций предприятия: Методические рекомендации // НИЦ. № 3. ВНИИ МВД.

12. http://www.flb.ru

13. http://www.arb.ru

О СУЩНОСТИ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ ДИАГНОСТИКИ И ЕЕ СООТНОШЕНИИ С ИДЕНТИФИКАЦИЕЙ

А.В. КОКИН,

кандидат юридических наук

Аннотация. В статье автор рассматривает содержание предмета криминалистической диагностики. Кроме того, он определяет соотношение распознавания и диагностики. Автор считает, что в современной науке не существует общего понимания сущности диагностики и это обуславливает различное толкование соотношения диагностики и идентификации. Он считает, что различия этих процессов заключаются в их предмете и содержании.

Ключевые слова: криминалистическая диагностика, предмет криминалистической диагностики, идентификация, предмет идентификации.

THE ESSENCE OF FORENSIC DIAGNOSTICS AND DIAGNOSTICS-IDENTIFICATION RATIO

A. V. KOKIN,

candidat of law

The summary. In this article the author analyses the subject of forensic diagnostics. He also correlates forensic diagnostics-recognition ratio. The author supposes that there is no general idea of essence forensic diagnostics in the modern science and this is cause of different interpretation of diagnostics-identification ratio. He considers that differences of this processes are in they subject and contents.

Key words: forensic diagnostics, subject of forensic diagnostics, identification, subject of identification.

До настоящего времени в криминалистике широко обсуждается проблема использования возможностей диагностики в борьбе с преступностью. Обусловлено это тем, что с позиций разработанной теории криминалистической идентификации не могут быть объяснены процессы решения многих задач, возникающих в ходе раскрытия и расследования преступлений. Экспертизы, при производстве которых решаются подобные задачи, получили название неидентификационных.

Основанием для выделения неидентификационных экспертиз в особую группу послужило отсутствие задачи установления или исключения тождества.

Поиск специфики неидентификационных исследований в целях определения их содержания вне

связи с идентификацией подтолкнул В.А. Снеткова к введению в криминалистическую литературу термина «диагностические экспертизы» и началу систематизированной разработки теории диагностики. Он определяет криминалистическую диагностику как учение о закономерностях распознавания криминалистических объектов по их признакам и утверждает, что диагностика и идентификация, совпадая по целям, различаются как два особых вида познавательной деятельности1.

В научной полемике о криминалистической диагностике следует выделить оригинальную точку зрения Н.А. Селиванова. Отсутствие четких критериев разграничения диагностических и идентификационных исследований, подведение под диагностические