Оптимизация уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за нарушение правил безопасности движения и эксплуатации транспорта

И.В. Экизов

Оптимизация уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за нарушение правил безопасности движения и эксплуатации транспорта

Значение транспорта в современном обществе трудно переоценить, но дорожно-транспортные правоотношения характеризуются, в том числе и колоссальным ущербом, причиняемым в результате неправомерного использования транспортных средств и нарушения правил их безопасной эксплуатации.

Для правильной квалификации деяния и определения виновному справедливой меры уголовного наказания важно четкое понимание содержания составов преступлений, предусмотренных в гл. 27 УК РФ.

Так, например, основным непосредственным объектом нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств является безопасность дорожного движения и эксплуатации всех видов механических транспортных средств, за исключением тех, о которых говорится в ст. 263 УК РФ.

Как известно, круг транспортных средств, на водителей которых распространяются требования правил дорожного движения, определен самими Правилами дорожного движения. Кроме того, уголовная ответственность по ст. 264 УК РФ наступает в случае нарушения правил дорожного движения и эксплуатации механических транспортных средств, указанных в примечании к данной статье. Введение понятий дорожных транспортных средств, коммунального транспорта и т.п. делает сферу применения ст. 264 УК РФ неопределенной, поскольку не определен сам перечень подобных транспортных средств. Между тем законодатель не пытается вводить какие-либо ограничения и не устанавливает конкретного перечня транспортных средств, нарушение правил дорожного движения или эксплуатации при управлении которыми влечет уголовную ответственность. Основными критериями таковых, согласно правилам дорожного движения, являются объем двигателя и максимальная конструктивная скорость транспортного средства. Тем не менее, поскольку диспозиция ст. 264 УК РФ носит бланкетный характер, это должно быть транспортное средство, безопасная эксплуатация которого по перемещению пассажиров или грузов, а также передвижению самого транспортного средства основывается на соблюдении правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств.

Известно, что транспортные средства представляют угрозу как для лиц, управляющих ими или являющихся пассажирами, так и для окружающих - пешеходов, велосипедистов, иных участников движения. Причем эта угроза сохраняется вне зависимости от места движения транспортного средства: в населенном пункте или вне его; по обустроенному или приспособленному участку земли; по искусственному сооружению. В равной мере ответственность наступает и за нарушение правил дорожного движения при движении по бездорожью. В связи с этим нам представляется в большей степени отвечающим сути автотранспортных преступлений определение их объекта как безопасность дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, характеризующаяся состоянием защищенности интересов личности, общества и государства. Такое определение объекта в полной мере соответствует не только Закону «О безопасности дорожного движения», но и Закону «О безопасности» от 5 марта 1992 г.

Исследование проблемы определения объекта нарушений правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств невозможно без анализа соотношения непосредственных основного и дополнительного объектов. Как было отмечено выше, в теории уголовного права нет единого мнения по данной проблеме. Известны, по крайней мере, три подхода к ее разрешению: различают основной и дополнительный объекты (общепризнанная точка зрения); объект един, но является сложным, комплексным; основных объектов может быть два и более.

Разделяя первую точку зрения, хотелось бы отметить, как нам представляется, что, данное в законодательстве определение безопасности дорожного движения исключает иные точки зрения относительно непосредственного объекта нарушений правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. Анализ определения показывает, что безопасность дорожного движения есть динамичный результат действия организационно-правовых, социально-технических, экономических и иных мер, отражающий степень защищенности его участников от дорожно-транспортных происшествий и их последствий.

Таким образом, указание в законе на два критерия оценки состояния защищенности участников движения - 1) наличие дорожно-транспортных происшествий и 2) наступление последствий, - не только разграничивает административно-правовую и уголовно-правовую ответственность за нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, но и называет дополнительный объект нарушений правил дорожного движения и эксплуатации транспортных

средств. В данном случае причинение вреда дополнительному объекту является количественным (однородные последствия в виде вреда здоровью; причинение смерти одному, двум и более лицам) и качественным (разнородные последствия - причинение смерти, вреда здоровью) показателем причинения ущерба основному непосредственному объекту.

В диспозиции ст. 264 УК РФ указанно на предмет преступления - автомобиль. Используемые законодателем понятия, на наш взгляд, нуждаются в уточнении, так как в научной литературе нет единой позиции относительно предмета преступления рассматриваемого состава преступления.

А.И. Коробеев характеризует предмет рассматриваемого преступления следующим образом: «Автомобиль есть самоходное транспортное средство на колесном или полугусеничном ходу, оборудованное двигателем и предназначенное для перевозки пассажиров и (или) грузов по безрельсовым путям».

Предметом преступления необходимо признавать только те транспортные средства, которые отвечают определенным требованиям. Они должны: а) обладать способностью к самостоятельному автономному движению за счет установленного на них двигателя (рабочим объемом более 50 см3 и имеющим максимальную конструктивную скорость более 50 км/ч (п. 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД); б) подлежать обязательной регистрации и учету в соответствующих органах; в) эксплуатироваться в соответствии с действующими правилами безопасности. А.И. Бойцов добавляет к данному перечню еще два признака: эти транспортные средства должны: а) признаваться гражданским законодательством в силу своей технической мощности источниками повышенной опасности; б) требовать для управления ими достижения определенного возраста (как правило, 16 лет), специального медицинского заключения о пригодности к управлению, специального обучения и получения прав на их управление. В то же время несомненным остается тот факт, что воздушные, морские, речные суда, а также железнодорожный подвижной состав находятся за рамками предмета данного преступления.

В действующем законодательстве ст. 264 УК РФ предусматривающая ответственность за нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, дополнена примечанием, в соответствии с которым под другими механическими транспортными средствами, о которых говорится непосредственно в рассматриваемой норме, следует понимать троллейбусы, тракторы и иные самоходные машины, мотоциклы, а также другие механические транспортные средства. Под механическим транспортным средством, согласно Правилам дорожного движения Российской Федерации, понимается транспортное средство, кроме мопеда, приводимое в движение двигателем. Данный термин распространяется также на любые тракторы и самоходные машины [1, с. 6]. Таким образом, термин «механическое транспортное средство», охватывает все транспортные средства, передвигающиеся по дорогам с помощью двигателя, кроме мопедов и приравненных к ним других подобных транспортных средств [2, с. 18]. В ранее действовавшем постановлении Пленума Верховного суда СССР в «О судебной практике по делам об автотранспортных преступлениях» (с изменениями, внесенными постановлениями Пленума от 3 сентября 1976 г. № 12, 24 февраля 1977 г. № 3, 15 ноября 1984 г. № 25, 16 января 1986 г. № 5) от 6 октября 1970 г. разъясняется, что «под иной самоходной машиной следует понимать любые дорожные, строительные, сельскохозяйственные и другие специальные машины (экскаватор, грейдер, автокран, скрепер, автопогрузчик и т.п.)» [3, с. 41]. С учетом вышеизложенного, нам видится, что текст статьи избыточно загроможден специальной терминологией.

Понятие «автомобиль» мы не встречаем в нормативных актах, регулирующих или касающихся этой сферы жизни общества, а это два основных документа: Федеральный закон «О безопасности дорожного движения» от 10 декабря 1995 г. и Постановление Совета министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г., которым утверждены «Правила дорожного движения Российской Федерации и Основные положения по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения». В справочной литературе даются следующие определения понятия «автомобиль» (от греч. «avtos» - «сам» и лат. «тоЫ^» - «подвижный»): самодвижущаяся повозка, приводимая в движение установленным на ней двигателем и предназначенная для перевозки людей, грузов и специального оборудования по безрельсовым дорогам [4, с. 240]; транспортная безрельсовая машина главным образом на колесном ходу, приводимая в движение собственным двигателем (внутреннего сгорания, электрическим или паровым) [5, с. 16]; транспортное средство на колесном (реже полугусеничном или другом) ходу с собственным двигателем для перевозок по безрельсовым путям [6, с. 17]. Виды автомобилей: грузовой, легковой, гоночный и т.д. Из приведенных выше определений следует один единственно правильный вывод, который находит свое подтверждение в п. 1.2 ПДД и означает, что автомобиль является разновидностью «механического транспортного средства»*.

В ч. 1 ст. 264 УК РФ необходимо внести изменения, заменив понятие «автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством» на «механическим транспортным средством», что в

целом должно привести к единообразному пониманию предмета состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ.

Представляется, что не являются предметами рассматриваемых преступлений механические транспортные средства, находящиеся в ведении Министерства обороны РФ, за исключением случаев неправомерного завладения ими (танки, ракетные и артиллеристские установки, боевые машины пехоты, бронетранспортеры, автомобили, мотоциклы и другие машины и механизмы, служащие средствами передвижения или несущие на себе вооружение, специальные устройства и приспособления). Указанные транспортные средства являются предметами преступлений против военной службы, в частности преступления, предусмотренного ст. 350 УК РФ «Нарушение правил вождения или эксплуатации машин».

Любые иные предметы и вещи материального мира, уничтоженные или поврежденные по неосторожности в результате дорожно-транспортного происшествия, на сегодняшний день не являются предметами рассматриваемого преступления в силу декриминализации причинения крупного ущерба в результате нарушения ПДД.

Изменившийся подход законодателя к определению понятия транспортных средств и механических транспортных средств во многом обусловлен бурным развитием самого транспорта, возникновением его новых видов, стиранием граней между традиционными видами, появлением многофункциональных транспортных средств, сочетающих в себе качества различных видов транспорта. В связи с этим возникла проблема квалификации преступных нарушений правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, сочетающих в себе такие свойства (возможность двигаться как по земле, так и по воде).

Не исключена ситуация, когда совершение единичного деяния в результате нарушения правил безопасности, действующих на различных видах транспорта, потребует его квалификации по совокупности преступлений. Как показывает анализ судебной практики, существующие в настоящее время различия в законодательном подходе к уголовно-правовой регламентации ответственности с учетом вида транспорта не всегда обоснованны. Таким образом, для квалификации содеянного по статьям главы 27 УК РФ важное значение приобретает точное установление принадлежности транспортного средства, т.е. к какому виду транспорта оно относится.

Литература

1. Правила дорожного движения Российской Федерации. М., 2009.

2. Комментарий к Правилам дорожного движения Российской Федерации и Основным положениям по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения. М., 2009.

3. Постановление Пленума Верховного суда СССР в «О судебной практике по делам об автотранспортных преступлениях» // Бюллетень Верховного су-да СССР. 1970. № 6; 1976. № 5; 1977. № 12; 1985. № 1; 1986. № 2.

4. Большая советская энциклопедия / Под ред. С.И. Вавилова. М., 1949. Т. 1.

5. Советский энциклопедический словарь / Под ред. А.М. Прохорова. Изд. 2-е. М., 1983.

6. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений / Российская академия наук. Институт русского языка им. В.В. Виноградова. 4-е изд., доп. М., 1999.