Феномен экстенсиональных и интенсиональных образных сравнений в языке прозы Б. Поплавского

филологические Былкова Светлана Викторовна, Кудряшов Игорь Александрович

науки ФЕНОМЕН ЭКСТЕНСИОНАЛЬНЫХ И ИНТЕНСИОНАЛЬНЫХ ...

УДК 811.161.1 '38

ФЕНОМЕН ЭКСТЕНСИОНАЛЬНЫХ И ИНТЕНСИОНАЛЬНЫХ ОБРАЗНЫХ СРАВНЕНИЙ

В ЯЗЫКЕ ПРОЗЫ Б. ПОПЛАВСКОГО

© 2017

Былкова Светлана Викторовна, кандидат филологических наук, зав.кафедрой документоведения и языковой коммуникации Кудряшов Игорь Александрович, доктор филологических наук, профессор, профессор кафедры теории языка и русского языка Донской государственный технический университет

Аннотация. Сравнительные конструкции неизбежно оказываются образным структурно-текстовым сегментом, который участвует в выражении точки зрения рассказчика (авторской мировоззренческой концепции) при изображении персонажей и повседневности, в которой живут персонажи. В романной прозе Б.Поплавского эти конструкции рассматриваются нами как текстовые элементы, «чувствительные» к многослойной смысловой интерпретации, один из устойчивых способов создания модальной окрашенности художественного повествования, проявления индивидуального стиля писателя. Противоречивость натуры Б.Поплавского, присущее ему контрастное воплощение жизненного и творческого опыта находят прямое отражение в языковой личности автора. Образные сравнения, конструируемые автором, отражают изоморфизм отношений между событиями повседневной эмигрантской действительности и структуры творческого мышления автора, который познает данные отношения. Рассказчик в текстах Б.Поплавского выступает как интерпретатор логически несоотносимых модусов, которые, в свою очередь, организуют повествование в смысловое и эстетическое единство. Конструируя словесные образы, основанные на сравнении, автор задействует такие эмоционально-экспрессивные средства, которые воздействуют на психическую и познавательную сферу адресата текста. Для подобных средств характерно доминирование эмотивно-экспрессив-ных смыслов над информативно значимыми, семантическая емкость и разноплановое воплощение. В контексте художественного текста Б.Поплавского экстенсиональные и интенсиональные образные сравнения генерируют два типа отношений. Первый тип - отношения тождества между препозитивным значением текстового фрагмента и сравнительной конструкцией, второй тип обнаруживается внутри сравнительной конструкции. Художественный текст начинает задавать глобальную модель читательского восприятия авторской уникальной проекции действий и сущности рассказчика и персонажей.

Ключевые слова: лингвистика текста, Б.Поплавский, лингвосемиотический анализ, экстенсиональные и интенсиональные образные сравнения, предмет-цель, соотносимый предмет, семантика, синтаксис, прагматика, модальность, субъективно-оценочный компонент, интерпретация текста.

EXTENSIONAL AND INTENSIONAL SIMILE PHENOMENON IN THE LANGUAGE OF B.POPLAVSKY'E PROSE

© 2017

Bylkova Svetlana Viktorovna, candidate of philological science, associate professor, head of the documentation and language communication department Kudryashov Igor Alexandrovich, doctor of philological science, professor, professor of language theory and the Russian language department Don State Technical University

Abstract. Comparative constructions turn out to be inevitable structural text segment, which is involved in the expression of the narrator's point of view (the author's philosophical concept) in describing the characters and everyday life in which the characters live. In B.Poplavsky's novelistic prose these constructions are considered to be the text elements, which are sensitive to multi-layered semantic interpretation, one of the sustainable ways of creating the modal coloring in the fiction narrative, the manifestation of the writer's individual style. B.Poplavsky's contradictory nature, his inherent contrast in the embodiment of life and creative experience find direct reflection in the author's language personality. Similes constructed by the author reflect the isomorphism of the relations between the everyday immigrant reality and the structure of the creative thinking of the author, who cognizes this kind of relationships. The narrator in B.Poplavsky's texts acts as an interpreter of logically incompatible modes, which, in turn, organize the narrative into the meaningful and aesthetic unity. Designing the verbal images based on the comparison, the author uses such emotional and expressive means, which impact on the text addressee's mental and cognitive sphere. Such means are characterized by the emotive expressive meaning dominance over the informative meanings, the semantic capacity and diverse embodiment. In the context of B.Poplavsky literary text the extensional and intensional similes generate two types of relationships. The first one is the relationships of identity between the prepositional meaning of the text fragment and the comparative construction, the second one is detected in the comparative construction itself. The literary text begins to specify the reader's perception global model of the author's unique projection of the narrator and characters' essence and actions.

Keywords: text linguistics, B.Poplavsky, linguistic and semiotic analysis, extensional and intensional similes, subject-target, relating subject, semantics, syntax, pragmatics, modality, subjective and evaluative component, text interpretation.

Постановка проблемы в общем виде и ее связь с важными научными и практическими задачами. Сравнение одного предмета

разнонаправленных процесса:

• узуальные сравнительные конструкции характеризуют или описывают предмет-цель в терминах другого предмета, принадлежащего к тому же самому онтологическому классу сущностей с целью установить степень подобия / различия сравниваемых предметов [1; 2; 3];

• при образном сравнении предмет-цель сопоставляется с предметом, который репрезентирует иной онтологический класс, в результате порождается оригинальный субъективный образ предмета, обладающий новыми характеристиками, а поэтому отличающийся от исходных представлений об этом предмете [4; 5; 6].

Анализ последних исследований и публикаций, в кото-

рых рассматривались аспекты этой проблемы и на которых обосновывается автор; выделение неразрешенных раньше частей общей проблемы. В современной лингвистике текста образные сравнения исследуются как одно из стилистико-экспрессивных средств, в основе которых лежит ассоциативное восприятие двух и более предметов, а также ментальные процессы интеграции разнообразных концептуальных доменов, обнаруживаемых в реальной действительности [7; 8; 9]. В контексте лингвофилософских концепций образное сравнение системно интерпретируется в терминах метафорических номинаций и выражений [10].

Формирование целей статьи (постановка задания). В рамках данной публикации предлагается многоаспектный анализ языка прозаических текстов Бориса Поплавского (1903-1935), целью которого предстает выявление лингвосемиотической специфики экстенсиональных и интенсиональных образных сравнений. Мы разрабатываем основания для трехмерного лингвосеми-отического анализа образных сравнений, интегрально сочетающего в себе семантический, синтаксический и прагматический аспекты. Избранная нами методология органично согласуется с теми языковедческими направлениями, в которых разрабатывается контекстуальный подход к исследованию языковых единиц, предполагающий учет смыслов, порождаемых текстом, синтагматических отношений между единицами, прагматического контекста их употребления, а также взаимоотношений между рассказчиком и читателем при активном посредничестве автора текста [11; 12; 13]. Подобный подход обеспечивает возможность выявления многомерной сущности образных сравнений, определения их смысловой нагрузки в условиях реального текстового воплощения.

Изложение основного материала исследования с полным обоснованием полученных научных результатов. При авторском конструировании образного сравнения в предметах, подвергаемых сопоставлению, исключаются все сущностные свойства, за исключением одного, который рассматривается как общий для них. Ср.:

(1) «Шел дождь... он... медленно падал, как снег... Он шел, как идет человек по снегу, величественно и однообразно» [14, с. 7].

Высказывание дождь медленно падал, как снег содержит узуальную сравнительную конструкцию: понятия дождь и снег репрезентируют один и тот же онтологический класс предметов. В последующем высказывании автор описывает дождь в эмоционально-эмотивном ключе, сопоставляя предметы, принадлежащие к гетерогенным классам: концептуальный неодушевленный домен дождь сопоставляется с одушевленным доменом человек, в результате чего образное сравнение воспринимается читателем как олицетворение.

Образное сравнение воплощает собой ассоциативную поэтическую когницию мира предметов, основанную на авторском субъективно-оценочном восприятии реальности, индивидуальной предрасположенности к метафорическому картированию. В соответствии с этим языковой статус образного сравнения может быть определен как текстовой конструкт, обладающий когнитивно-прагматической природой: предмет-цель метафорически предопределяется с опорой на сопоставление с другим предметом, как образ, зафиксированный в творческом сознании автора. Номинация предмета-цели в референциальном отношении всегда отражает конкретную сущность, в то время как номинация соотносимого предмета лишена подобного потенциала, обладает самым общим значением. Инвариантная модель текстуального функционирования образного сравнения рассматривается нами как трехкомпонентная структура, в которой предмет-цель квалифицируется с опорой на метафорическое сопоставление с соотносимым предметом посредством компаративного предиката.

Схематически указанная модель может быть пред-

ставлена следующим образом.

Схема 1. Инвариантная модель текстуального функционирования образного сравнения.

Предмет-цель - компаративный предикат - соотносимый предмет.

Мы трактуем данную модель в качестве концептуального инварианта образного сравнения, поскольку

- вне зависимости от своих структурно-семантических вариативных возможностей - она проявляет тенденцию к постоянству в рамках художественного текста. Ее смысловой потенциал обеспечивает читателя новой информацией об уже известном предмете. С точки зрения лингвистической прагматики информативная структура высказывания всегда ориентирована на адресата, т.е. информация трактуется как «данное» (тема) или «новое» (рема) исключительно с позиции адресата [15, с. 132; 16, с. 657].

Мы полагаем, что как предмет-цель, так и соотносимый с ним предмет в образном сравнении репрезентируют «данную» информацию, которая предварительно была введена в текст. В сознании автора и читателя порождается образ, который базируется на совместном социокультурном фоновом знании. Новой информацией, манифестируемой семантическим ядром образного сравнения, предстает сопоставление двух компонентов, в результате которого конструируется уникальный образ предмета, выдвигаемый в сильную позицию текста.

Проведенное нами исследование показало, что образные сравнения характеризуются такими прагматическими параметрами, как модальность, оценка, прозрачность, экспрессивность, т.е. теми параметрами, которые в совокупности формируют субъективность в языковой системе. В текущих коммуникативно-ориентированных изысканиях понятие субъективности трактуется расширено, включает в себя представление об интер-персональности, активных взаимоотношениях автора и читателя [17; 18]. Анализируя категорию модальности, в рамках высказывания исследовали последовательно разграничивают «диктум» (информативное содержание) и «модус», т.е. модальность (отношение субъекта речи к сказанному) [19; 20]. Модальность выявляет палитру когнитивного, эмотивного, оценочного и / или волевого отношения субъекта речи к отражаемой в высказывании информации. Идея о диктумном и модусном потенциале высказывания впервые прозвучала в трудах Ш.Балли, нашла последующее развитие в теории речевых актов, лингвистике текста [21].

В процессе порождения художественного произведения авторская субъективная модальность предопределяется исходными коммуникативными намерениями создателя текста. В рамках нашей публикации мы придерживаемся мысли о том, что художественный текст

- вне зависимости от жанра и литературного направления - репрезентирует уникальный эстетический образ внешнего мира, порождаемый автором в соответствии со своими исходными коммуникативными намерениями и индивидуальным видением этого мира.

Субъективность (т.е. намерения, модальность) функционирует как организующая ось художественного текста. Выражая индивидуальное видение мира, автор репрезентирует реальность уникальным образом. Вместе с тем, будучи продуктом авторского воображения, художественное произведение основывается на объективной реальности, поскольку именно она является источником «подпитки» созидающего воображения автора. Текст, в котором активируются образные сравнения, трактуется нами как воплощение обобщенных, символических представлений целевого фрагмента внеязыковой повседневности, концептуализованного в соответствии с авторским субъективным модусом.

Борис Юлианович Поплавский успел создать только два романа

филологические науки

Былкова Светлана Викторовна, Кудряшов Игорь Александрович ФЕНОМЕН ЭКСТЕНСИОНАЛЬНЫХ И ИНТЕНСИОНАЛЬНЫХ ...

вательская рецепция требует от читателей не только воссоздания виртуальных миров рассказчика и персонажей, живущих в большей степени в мире внутренних ощущений, нежели внешними событиями, но и когнитивного структурирования образных сравнений, с опорой на которые данные миры - с учетом контекстуального фактора - воспроизводятся в тексте. Образные сравнения в текстах Б.Поплавского сочетают в себе символические и воображаемые видения реальной действительности, маркируют эстетический сдвиг от классического повествования к модернистским экспериментам в литературном творчестве, предполагающим конфликт традиционной размеренности и новаторского видения реальности. В сфере их эстетического своеобразия оказывается неспособность персонажей к радикальной деятельности, сосредоточенность на внутренних переживаниях и сомнениях, стремление придать мнимый характер всепоглощающему хаосу.

Проанализировав образные сравнения в художественных текстах Б.Поплавского, мы пришли к заключению, что данные стилистико-экспрессивные средства всесторонне отражают авторскую субъективную модальность, эстетико-философское и метафорическое видение мира, авторский идиодискурс в целом. Создавая художественное произведение, автор принимает во внимание жанр текста, специфику эмоционально-волевых проявлений рассказчика и персонажей, характерную для эпохи, отражаемой в тексте. В языке прозы Б.Поплавского образное сравнение воспроизводит объективную реальность в пессимистических и темных тонах. Ср.:

(2) «Я писал стихи и читал их соседям по комнатам, которые пили зеленое, как газовый свет, дешевое вино...» [14, с. 7];

(3) «Потом, крадучись, я выходил на улицу в тот необыкновенный час, когда огромная летняя заря еще горит, не сгорая, а фонари уже желтыми рядами, как некая огромная процессия, провожают умирающий день» [, с. 10];

(4) «И как краска ресниц, мироздание тает в слезах...» [14, с. 311].

Образные сравнения как модусный способ воплощения биографической памяти рассказчика выполняют в художественных текстах Б.Поплавского субъективно-оценочную функцию, в основе которой лежит конструирование осложненных смыслов, активация эмоционально-оценочных компонентов высказывания. Именно эти смыслы предопределяют пессимистическую тональность повествования рассказчика, читательскую рецепцию восприятия и воображения рассказчика, для которого характерно сознательное отстранение от происходящих событий. Сопоставление логически не соотносимых предметов в авторском прозаическом наследии мы рассматриваем как лингвистический маркер времени, в которое жил и творил Б.Поплавский.

В процессе художественного отражения результатов своего восприятия внешнего мира автор сосредотачивается либо на дискретных предметах, либо на событиях и ситуациях. В соответствии с этим в семантическом отношении мы дифференцируем образные сравнения на простые и сложные типы. Простое образное сравнение определяется нами как конструкт, в основе которого лежит ассоциативное восприятие дискретных сущностей. Сложное образное сравнение базируется на синтетическом восприятии мира, сопоставлении (неявном противопоставлении) двух гетерогенных событий или ситуаций, в результате которого само сравнение наделяется полипропозициональной структурой. Ср.:

(5) «Так встретился я с морем, как будто от мужчины с его бесформенной угловатой тяжестью, от земли повернулся к женщине в ее ослепительном, дьявольском, сомнительном покое, ничего не помнящем, отражающем все» [14, с. 233]

Структурная специфика полипропозициональных образных сравнений заключается в том, что каждая из

пропозиций, участвующих в конструировании сравнения, обладает предикатом (встретился я. как будто повернулся к женщине. ). Вместе, с тем, анализ художественных текстов Б. Поплавского выявляет примеры образных сравнений, в которых предикат соотносимой пропозиции оказывается идентичным предикату пропозиции-цели. Например:

(6) «А она, невозмутимая, слушает эти слезы, как слушают на даче короткий летний дождь» [14, с. 81].

Пропозиция-цель и соотносимая пропозиция содержат один и тот же предикат слушать, в сферу образного сравнения вовлекаются прямые дополнения этого предиката.

Семантическая типология образных сравнений в художественной прозе Б.Поплавского выстраивается нами с опорой на пропозициональную конфигурацию авторских сопоставлений, которая анализируется в терминах аргументно-предикатных отношений, разработанных в рамках символической логики. Согласно теоретической концепции Ч.Филлмора, организующее ядро пропозиции репрезентируется предикатом, семантика которого предопределяется аргументной конфигурацией, каждый аргумент, в свою очередь, характеризуется определенной семантической ролью по отношению к предикату [22, р. 25]. Подобный подход к понятию пропозиции дает возможность определить те семантические параметры, которые оказываются существенными в процессе выделения основных типов образного сравнения в языке прозы Б.Поплавского. К этим типам мы относим следующие.

1. Экстенсиональные образные сравнения: представление предмета-цели через сопоставление с другим предметом и последующую компаративную интенсификацию его имманентных характеристик, которая, в свою очередь, служит смысловой основой для конструирования расширенного сравнения. Например:

(7) «Плачь, мальчик, плачь, ибо слезы - это жалость к себе, и если сам ты себя не пожалеешь, кто еще пожалеет тебя; сладкие слезы, слезы совести и отвращения, слезы первого столкновения с равнодушием мира, подобно первому страху юнкера перед артиллерийским огнем; плачь, все прошли через это, все остались на этом, все только вспоминают об этом, как земля о весенних дождях, и это еще не те поздние слезы, скупые, горькие, как полынь, соленые, как аравийская пустыня, те страшные слезы» [14, с. 81].

Предметом-целью, выступающим основой для образного сравнения, предстает понятие слезы, которое первично сопоставляется с первым страхом юнкера перед артиллерийским огнем (соотносительным предметом). Подобное сравнение является логически не соотносимым, поскольку предполагается, что юнкер не проявляет страх перед военными событиями. Нелогичность сравнения впоследствии детализуется: имманентные характеристики слез (горькие, соленые) сопоставляются с полынью, аравийской пустыней, что заметно усиливает образную направленность сравнения. В восприятии рассказчика (имплицируемого автора) слезы оказываются следствием романтической грусти лирического героя, поскольку все вспоминают о них, как земля о весенних дождях.

В результате образное сравнение получает экстенсивный характер: внутренние, по мнению рассказчика, свойства предмета-цели выявляются в высказывании в акте его неоднократного сопоставления с предметами, относящимися к чувственной, природной и пространственной сфере, что, в свою очередь, порождает уникальный образ, который отражает авторское языковое мышление. Сопоставление дает возможность читателю акцентировать внимание на разноплановых модальных оценках изображаемого явления. Уточнительно-усилительная функция экстенсивного образного сравнения преломляется в частных характеристиках этого явления.

2. Интенсиональные образные сравнения описывают предмет-цель в соответствии с его внутренним или ментальным состоянием. Понятие «внутренние состояния» выявляет как психические константы, так и изменение эмоционального настроя под воздействием ситуативного фактора. В подобном типе сравнений репрезентируется внутреннее, эмоционально-волевое состояние персонажа (т.е. аргумент, обозначающий одушевленное лицо, находится в некотором ментальном состоянии или испытывает те или иные эмоции). Например:

(8) «Аполлон Безобразов был весь в настоящем. Оно было, как золотое колесо без верха и без низа, вращающееся впустую от совершенства мира, сверх программы и бесплатно, на котором стоял кто-то невидимый, восхищенный от мира своим ужасающим счастьем. Все каменело в его присутствии, как будто он быт Медузой» [14, с. 12].

Образное сравнение выявляет психическое переживание персонажем категории времени: Аполлон Безобразов оказывается оторванным от прошлого и будущего. Метафорическим символом подобного ментального состояния выступает золотое колесо без верха и без низа. Последующая сравнительная конструкция неявно проливает свет на эмоциональную реакцию рассказчика на одиозность героя повествования. Эта реакция связана с одновременным проявлением чрезмерного страха и завораживающего восторга, что находит многомерное отражение в последующем развитии сюжетной линии повествования.

Источником экспрессивности подобных сравнений предстает намеренное и акцентированное совмещение модальных характеристик действий персонажей и производимых этими действиями эффектов на рассказчика (ср.: был в настоящем - золотое колесо без верха и без низа; каменели - Медуза). Герой повествования характеризуется статическим действием, выражаемым предикатом быть, эмоциональные реакции рассказчика -динамическим признаком или действием (вращающееся колесо, каменели). Сопоставление статики и динамики имплицитно порождает контраст между образами героя повествования и рассказчика, их жизненными позициями, соотнесенными в одной временной плоскости.

Отсутствие тождества в статико-динамической характеристике Аполлона Безобразова и рассказчика уточняет не пропозициональное значение, а прагматический смысл образного сравнения: в рамках поэтики сравнительной конструкции топос реального трактуется рассказчиком как устремление персонажа вглубь себя, в ирреальную сферу бессобытийности, что имманентно выявляет медитативное состояние Аполлона Безобразова, предопределяемое молчанием и меланхолией. Рассогласование параллелизма между статикой и динамикой компонентов сравнительной конструкции можно рассматривать как средство усиления образного контраста между этими компонентами: реальная жизнь персонажа и сфера воображения рассказчика в контексте художественного повествования формируют несовместимые конфигурации, топосы реального и ирреального начал отличаются структурной несхожестью.

Выводы исследования и перспективы дальнейших изысканий данного направления. Поэтическая иррациональность, которая конструируется компонентами образного сравнения, как представляется, является в романном повествовании скрытой метафорой мятежной натуры самого писателя. Многочисленные попытки Б.Поплавского преодолеть несовместимость духовного и телесного начала, чувственной и умопостигаемой сферы, физического и психического воплощения, сопоставить крайности, находят подтверждение в многочисленных воспоминаниях о нем. В частности, мемуарист Василий Яновский отмечает: «Чудилось - у Поплавского огромный запас жизненных сил: вот-вот легко и походя опрокинет ставшего у него на пути... Но вдруг что-то срывалось: совсем неожиданно и ощутимо! 54

Лопалась центральная пружина, и Поплавский застывал на всем бегу, точно зачарованный медиум, улыбаясь сонной улыбкою. И сдавался: соглашался, уступал, уходил!..» [23, с. 27].

В проанализированных нами примерах образное сравнение конструируется не столько семантикой предмета-цели и соотносимого предмета, сколько прагматическими эффектами воссоздаваемого сопоставления. Б.Поплавский априорно осознает ключевые моменты детерминистского хаоса. Текстуальная реализация сравнительных конструкций выявляет беспорядочность, аналогичную той, которая наблюдается в хаотической системе. В этой связи перспективным предстает лингво-семиотический анализ взаимодействия образного сравнения и категории контраста.

По терминологии Ж.Жене, исследуемый нами автор воспроизводит «итеративный модус» уникального события, синхронизирует образно сравниваемые действия, состояния и явления таким образом, что в познавательной реальности читателя актуализуется контекст акта высказывания, который, в свою очередь, является действенным для авторской реальности. В основе слияния реальностей автора и читателя заложена возможность попеременного становления сопоставляемых феноменов.

Эмоциональные, оценочные и образные коннотации и наслоения, которые обнаруживаются в смысловой структуре сравнительных конструкций, косвенно проливают свет на мировоззренческую позицию Б.Поплавского в попытке воспроизвести повседневную эмигрантскую действительность. Виртуальная сфера авторской автобиографической памяти воссоздается новаторскими средствами, которые заимствуются у живописи, родственном литературе типе искусства. Именно для живописи характерным является сопоставление порядка и хаоса, их подведение под общий метафорический знаменатель (ср., в частности, образы, запечатленные на полотнах Марка Шагала).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Черемисина М.И. Сравнительные конструкции русского языка. М.: ООО «КомКнига», 2006. 272 с.

2. Садыхова С.А. К проблеме сравнительных конструкций в русском языке // Ученые записки Таврического национального университета им. В.И.Вернадского. Серия «Филология. Социальные коммуникации». 2011. Т. 24(63). С. 300-304.

3. Крылова М.Н. Генетивные сравнительные конструкции в современном русском языке // Вестник РГГУ. Серия: История. Филология. Культурология. Востоковедение. 2014. № 8(130). С. 124-131.

4. Крылова М.Н. Сравнительная конструкция в пространстве современного художественного текста // Вестник Кемеровского государственного университета культуры и искусств. 2013. № 1(2-22). С. 34-41.

5. Недосекина А.В. Вербализация осязательных ощущений человека посредством образных сравнений // Когнитивные исследования языка. 2015. № 21. С. 445447.

6. Думназева В.А. Проблема разграничения метафоры и образного сравнения // Вопросы лингвистики и литературоведения. 2010. № 2. С. 25-29.

7. Гольдберг В.Б. Построение когнитивной модели образного сравнения // Когнитивные исследования языка. 2012. № 11. С. 111-114.

8. Гольдберг В.Б. Оценочная интерпретация мира посредством образного сравнения // Когнитивные исследования языка. 2016. № 24. С. 206-216.

9. Гольдберг В.Б. Образное сравнение как модель интерпретации действительности // Интерпретация мира в языке. Тамбов: ТГУ им. Г.Р. Державина, 2017. С. 244273.

10. Гольдберг В.Б. Знак и фоновый концепт как основа образного сравнения // Общество и человек. 2014. № 1(7). С. 36-39._

Baltic Humanitarian Journal. 2017. Т. 6. № 4

филологические науки

Былкова Светлана Викторовна, Кудряшов Игорь Александрович

ФЕНОМЕН ЭКСТЕНСИОНАЛЬНЫХ И ИНТЕНСИОНАЛЬНЫХ ...

11. Коростова С.В. Эмотивная составляющая литературной коммуникации в русской классической прозе // Болгарская русистика. 2017. № 1. С. 34-45.

12. Коростова С.В. Эмоциональные ситуации в художественном тексте: способы выражения эмотивно-оценочных смыслов // Неофилология. 2016. № 3(7). С. 70-78.

13. Гаврилова Г.Ф. Предложение и текст: системность и функциональность. Ростов-на-Дону: АкадемЛит, 2015. 412 с.

14. Поплавский Б. Собрание сочинений в трех томах. Т. 2. Аполлон Безобразов. Домой с небес: Романы. М.: Согласие, 2000. 464 с.

15. Скнар Г.Д. Принцип концептуального включения тематических компонентов как авторская стратегия в художественном тексте // Известия Южного федерального университета. Филологические науки. 2012. № 3. С. 131-135.

16. Скнар Г.Д. Проблема глобального и локального выдвижения информации в монологическом и диалогическом текстах // гуманитарные и социальные науки. 2014. № 2. С. 655-658.

17. Агапова С.Г., Боровкова А.А. Интерперсо-нальность художественной коммуникации в повествовательном тексте: автор - рассказчик - читатель // Общественные науки. 2017. № 1. С. 7-13.

18. Боровкова А.А. Взаимоотношения «читатель - персонаж» как фактор реализации категории интер-персональности в художественном тексте // Известия Южного федерального университета. Филологические науки. 2017. № 1. С. 69-75.

19. Кузнецова Л.Н. Модус в лингвистических исследованиях. Понятия «модус», «диктум», «модальность» // Актуальные проблемы устной и письменной коммуникации: теоретические и прикладные аспекты: Межвуз. сб. науч. работ. Саранск: «Красный Октябрь», 2009. С. 28-39.

20. Манаенко Г.Н. Диктум и модус предложения с позиций когнитивной лингвистики // Язык. Текст. Дискурс. 2011. № 9. С. 18-27.

21. Балли Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка. М.: Эдиториал УРСС, 2001. 416 с.

22. Fillmore C. The case of case // Universals in linguistic theory. NY.: Holt, Reinehart and Winston, 1968. P. 1-88.

23. Дальние берега: Портреты писателей в эмиграции. М.: Республика, 1994. 465 с.

Статья поступила в редакцию 03.11.2017

Статья принята к публикации 26.12.2017