К вопросу о марксистской концепции исторического значения римского частного права

К ВОПРОСУ О МАРКСИСТСКОЙ КОНЦЕПЦИИ ИСТОРИЧЕСКОГО ЗНАЧЕНИЯ РИМСКОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

Статья посвящена анализу текстов К.Маркса и Ф.Энгельса, в которых были затронуты проблемы, связанные с римским частным правом и его значением. Некоторые фрагменты их сочинений содержат достаточно подробную характеристику римского права. Автор предпринял попытку проанализировать практически все эти тексты и пришел к выводу о том, что основоположники марксизма высказали вполне адекватные, обоснованные соображения по поводу существа римского права, как права частной собственности. Подробное цитирование первоисточников подтверждает этот тезис.В связи с этим высказано мнение о том, что безусловное отрицание любых положений марксизма, только на том основании, что марксистская идеология перестала быть господствующей, принудительно навязанной властью - не может быть полезно с точки зрения интересов объективной науки.В то же время марксистская теория формационного развития общества не позволяла сформулировать тезис об универсальном, вневременном характере основных идей и принципов римского частного права.Автор утверждает, что в этом заключается причина ущербности данной концепции. Оперируя конкретными фактами истории права он попытался опровергнуть формационную теорию развития в данном, вполне конкретном аспекте.

Ключевые слова: Римское право, Частное право, Формационная концепция, Марксистская теория, Частная собственность, Абстрактная личность, Рыночные отношения, Предпринимательская деятельность, Пандектисты, Германисты

О роли римского частного права в процессе эволюции правового регулирования правоотношений по поводу имущественных и личных неимущественных прав на протяжении столетий развития гуманитарных наук и собственно правоведения, говорилось множество раз. Как известно сама дефиниция понятия «частное право» (jus privatum) принадлежит юристу-классику Домицию Ульпиану, который в начале III века н. э. в первой книге своих институций определял: «Изучение права распадается на два положения: публичное и частное (право). Публичное право, которое (относится) к положению Римского государства, частное, которое (относится) к пользе отдельных лиц; существует полезное в общественном отношении и полезное в частном отношении. ... Частное право делится на три части, ибо оно составляется, или из естественных предписаний, или (из предписаний) народов, или (из предписаний) цивильных».1

Основная идея данной дефиниции, безусловно, адекватна и сегодня. По существу это определение универсально и может быть модифициро-

вано лишь в плане уточнения стилистики в соответствии с ныне существующей научной лексикой. Так в современной российской романистике существо римского частного права выфажено следующим образом: «Если речь шла об отношениях между отдельными ... лицами, отстаивавшими свои индивидуальные или семейные интересы, то такие отношения трактовались как частные, а формализованная воле субъектов, определявшая режим их связей, считалась частным законом.»2

С точки зрения развития правового регулирования частноправовых отношений важнейшим обстоятельством является то, что римское частное право в силу своих важнейших сущностных характеристик успешно функционировало как единое право мировой Римской державы, а после ее падения оказалось востребованным и соответственно было реципировано, т.е. воспринято в западной Европе в конце XI века и в основнык своих идеях, принципах и конструкциях стало фундаментом для формирования всей системы реально действующего современного гражданского, прежде всего, романо-германского континентального права.

В связи с этим небезынтересным представляется обратиться к оригинальным суждениям о римском праве, которые были высказаны основоположниками формационной концепции развития общества - К. Марксом и Ф. Энгельсом. Специальных, имеющих обобщенный характер работ о римском праве у основоположников марксизма нет. Существуют, впрочем, свидетельства о том, что К. Маркс предпринимал попытку перевода двух первых книг Дигест. Она оказалась неудачной, видимо из-за сложности работы.3

В тоже время, в текстах К. Маркса и Ф. Энгельса содержатся достаточно последовательные и логически обоснованные рассуждения о значении римского частного права, соображения о его природе и важнейших особенностях.

Цель данной небольшой статьи предпринять попытку непредвзятого анализа марксистской концепции значения римского права, зафиксированной собственно в трудах основоположников данной теории развития общества. Вне интересов автора в данном случае остались тексты советских ученых, так или иначе затрагивавших в своих работах историю и систему римского частного права, в том числе более или менее успешных специалистов в области римского права, т.к. в условиях абсолютного приоритета партийно-государственной идеологии и соответственно заранее установленных партийными идеологами обязательных единообразных стереотипов в гуманитарных науках, отступление от которык было фактически не возможно, они вряд ли могли быть самостоятельными.

Вопреки этим обстоятельствам традиции отечественной романистики в Советском Союзе не были окончательно уничтожены, но данный конкретный вопрос тогда ни в коем случае не мог быть исследован сколько-нибудь объективно. Комплиментарная риторика в отношении работ К. Маркса и Ф. Энгельса являлись по существу единственной допустимой формой, что исключало независимый анализ содержания их текстов.

Однако в их трудах содержатся рассуждения об этом предмете, и исследование этих соображений дает возможность воссоздать их точку зрения о данном аспекте эволюции западного общества.

Видимо, не продуктивна тенденция безусловного отрицания любых марксистских концепций, разработок и научных конструкций только на том основании, что они таковые, т.е. созданы К. Марксом и Ф. Энгельсом и в связи с тем, что советский тоталитарный коммунистический режим прекратил свое существование. Подобный вполне конъюнктурный подход весьма напоминает худшие, если можно так выразиться «образцы» советских времен.

Положения основоположников марксизма о римском праве при их анализе рассматриваются в соответствии с хронологической последовательностью создания авторами тех работ, которые содержат данные высказывания. При этом вероятно, возможно проследить развитие представлений авторов о римском частном праве.

В 1843 году К. Маркс написал критические заметки посвященные анализу содержания части труда Гегеля «Основы философии права», конкретно ее §§261-313, которые связаны с вопросами существа государства.4 Многие положения данной работы представляются не только спорными, но и не имеющими сколько-нибудь серьезной аргументации в том числе и относительно нашего предмета. Так Маркс утверждал: «Государство есть наследственный монарх, абстрактная личность. Это означает не что иное, как то, что личность государства абстрактна, или, что государство есть государство абстрактной личности; так и римляне рассматривали право монарха всецело в рамках норм частного права; другими словами: частное право они понимали как высшую норму государственного права.»5

Сказанное прямо противоречит текстам Дигест, а именно определению содержания частного и публичного права Домиция Ульпиана, которое процитировано выше. Вообще рассуждения Маркса в части персонификации государства в монархе, утверждения о том, что частное право и государственное право, т.е. право публичное и право частное, по существу не различимы, о том, что субъективное право монарха как государя-суверена по существу, есть право частной собственности, не имеют фак-

тического подтверждения. И тем более интересно, что как бы противореча самому себе, К. Маркс здесь же формулирует следующее определение: «Римляне, собственно впервые разработали право частной собственности, абстрактное право, частное право, право абстрактной личности. Римское частное право есть частное право в его классическом выражении». Затем следует еще один тезис: «Главный интерес римлян направлен на развитие и определение тех отношений, которые являются абстрактными отношениями частной собственности. Собственное основание частной собственности, владение, берется как факт, как необъяснимый факт, а не как право. Лишь благодаря юридическим определениям, которые общество дает фактическому владению, последнее приобретает качество правового владения, частной собственности».6 Последний пассаж очевидно неудачен, причем в первую очередь это относится к определению «владение как необъяснимый факт», но не надо забывать, что это черновик, а не окончательный отредактированный текст.

В принципе, тем не менее, главное в данном тексте Маркса адекватно: античное римское право было создано на основе фактических, реальных правоотношений и исходя из них, определило абстрактное право частной собственности. Данное рассуждение представляется вполне обоснованным, в этой части имеет место логичная и последовательная научная конструкция. Здесь же видимо следует упомянуть более позднее определение римского частного права данное в 1886 году Ф. Энгельсом, который именовал «римское право правом общества состоящего из товаропроиз-водителей».7

В совместной работе К. Маркса и Ф. Энгельса «Немецкая идеология. Критика новейшей немецкой философии в лице ее представителей Фейербаха, Б. Бауэра и Штирнера и немецкого социализма в лице его различных пророков», 8 которая была создана в 1845-1846 гг. есть интересный текст, связанный с римским правом. Речь идет о параграфе «Отношение государства и права к собственности». Тезис авторов о том, что «частное право развивается одновременно с частной собственностью ...», вероятно, требует некоторого уточнения и комментария. Право действительно развивается параллельно с частной собственностью, но возникает, видимо, не одномоментно с ней, оно вторично по своему существу, так как если нет правоотношений, то нет и потребности в правовом регулировании, а значит и собственно в праве.

Дальнейшее рассуждение авторов при этом представляется не логичным. Так они утверждают: «У римлян развитие частной собственности и частного права не имело дальнейших промышленных и торговых дей-

ствий, ибо их способ производства оставался неизменным». При этом советские издатели далее воспроизводят по рукописи пометку Ф. Энгельса «ростовщичество»9. Совершенно очевидно, что данная ремарка Энгельса абсолютно не выдерживает критики. Опять-таки при этом оговоримся - текст не был окончательно отредактирован авторами. Тем не менее, необходимо однозначно определить - экономика римского общества была весьма развита, представляла собой сложный и высокоорганизованный комплекс эффективных производств и технологий, экономических взаимодействий и взаимосвязей подлежавших детально проработанному правовому регулированию.

Заметим кстати, что сама конструкция: «... развитие частной собственности и частного права не имело промышленных и торговых последствий ...» явно ошибочна - частное право и не может ни при каких обстоятельствах породить «промышленные и торговые последствия» т.к. оно вторично, как уже было сказано, относительно тех правоотношений, которые имеют место в сфере промышленности и торговли, т.е. в сфере предпринимательства, основанного на частной собственности. Частное право призвано регулировать правоотношения, а не создавать их. Нормы частного права создаются в связи с потребностями правового регулирования, которые вызваны, в свою очередь потребностями субъектов уже существующих правоотношений. Очевидно, что первичны потребности в сделках и сами сделки, а их правовое регулирование и регулирование конфликтов по их поводу, вторичны.

Безусловно, первоначально в жизнедеятельности общества возникали такие сделки как купля-продажа, мена, займ, и т.п., а уж потом правовое регулирование по их поводу.

Представления Ф.Энгельса и К. Маркса об универсальном значении римского частного права, насколько известно, не привлекали внимания германских юристов в связи с тем, что эти авторы не пользовались сколько-нибудь серьезным авторитетом как специалисты в области юриспруденции среди профессионалов, между которыми в середине XIX века имела место принципиальная теоретическая полемика по поводу способов и методов формирования и развития германского национального законодательства.

Речь идет о противостоянии двух направлений в теории права - пан-дектистов - которые утверждали, что необходимо и возможно построить унифицированное, кодифицированное право на основе толкования Corpus Iuris Civilis и германистов, которые пытались основать германское право на древних конструкциях обычного, так называемого народного права.10

Фундаментальное обоснование второй теории базировалось в частности на концепции сформулированной великим немецким юристом Ф.К. фон Савиньи, который утверждал: «Гражданское право уже имеет определенный характер, присущий каждому народу, как присущий ему язык, его нравы, его конституция ... всякое право произведено тем способом, который в разговорном языке именующихся обычаем, то есть право является продуктом прежде всего опыта, народного сознания и судебной практики. И оно везде создается именно так при помощи внутренних молчаливых сил, а вовсе не по прихоти законодателя»11

Очевидно, что подобная позиция прямо противоположна рассуждениям Энгельса и Маркса о римском частном праве как об универсальной, т.е. интернациональной системе регулирования отношений в частноправовой сфере. Как уже сказано их взгляды не оказали влияния ни на научную полемику, ни на реальное развитие правовой системы Германии.

Германское право во второй половине XIX века стало правом кодифицированным и 18 августа 1896 императором Вильгельмом I был утвержден Германский гражданский кодекс (Burqerliches Gesetzbuch), в основе которого лежали фундаментальные принципы римского частного права, т.е. в этом аспекте пандектисты одержали верх.

В контексте настоящей работы представляется небезынтересным, что аргументация Энгельса и Маркса фактически, оставшись за рамками академической науки и реальной законодательной работы, в принципе оказалось адекватной, совпадая с позицией пандектистов.

О якобы имевшем место возобновлении римского права свидетельствует рассуждение этих авторов о том, что «Для современных народов, у которых промышленность и торговля разложили феодальную форму общности [Gemeinwesen], с возникновением частной собственности и частного права началась новая фаза, оказавшаяся способной к дальнейшему развитию. Первый же город, который в середине века развернул обширную морскую торговлю, Амальфи, выработал и морское право. Как только промышленность и торговля - сперва в Италии, а позже и в других странах - развили дальше частную собственность, тотчас же было восстановлено и вновь получило силу авторитета тщательно разработанное римское частное право. Когда впоследствии буржуазия так усилилась, что государи стали защищать ее интересы, чтобы с ее помощью сокрушить феодальную знать, тогда во всех странах - во Франции в XVI веке - началось настоящее развитие права, происходившее повсюду, за исключением Англии, на основе римского кодекса. Но и в Англии для дальнейшего развития частного права (в особенности в той его части, которая относится к

движимому имуществу) пришлось обратиться к принципам римского права. (Не надо забывать, что право точно так же не имеет своей собственной истории, как и религия.)»12

В незавершенной работе Ф. Энгельса « О разложении феодализма и возникновении национальных государств» написанной в 1884 году автор прямо говорил о том, что римское право «было вновь открыто» в связи с развитием и утверждением бюргерской собственности в X-XI веках.13

Если резюмировать данные положения, то в соответствии с марксистской теорией эволюции общества и смены общетвенно-экономических формаций, так называемый феодальный способ производства якобы исключал частную собственность и следовательно римское частное право не было востребовано, как бы на определенное время исчезло, умерло.

Тезис этот не выдерживает критики основанной на анализе фактических обстоятельств истории римского права, которое в Европе никогда не исчезало окончательно, не переставало быть востребованным, поскольку частная собственность и, следовательно, правоотношения по ее поводу не были уничтожены.

Ликвидация Западной Римской империи в 476 г. не означала прекращения применения римского права, оно не перестало быть действующим, востребованным правом.

После создания на территории Западной Европы нескольких, так называемых варварских, германских королевств сфера его применения несколько сузилась, т.к. правоотношения не связанные с частной собственностью регулировались на основе германского обычного права. Прежде всего, это относилось к земельным отношениям, связанным с институтом держания, вообще к отношениям между завоевателями. Так, например, в остготском королевстве Теодориха Великого (493 -526), который распространил свою власть на весь Аппенинский полуостров, юго-восточную Г ал-лию и земли вплоть до Дуная «готы ... на выделенных им участках ... жили руководствуясь народным правом, а коренное народонаселение жило по своим римским законам, которые Теодорих полностью признавал»14

Говорить применительно к данной ситуации об интеграции двух систем нельзя, но благополучное их сосуществование очевидно. Следовательно, римское право в раннем средневековье в Италии не исчезало.

Известен датируемый 476 г. Кодекс вестготского короля Эвриха, в котором сочетались нормы германского происхождения и нормы римского права.15 Около 500 года по повелению бургундского короля Гундоба-да был издан кодекс Lex Romanum Burqundionum - Римский Закон Бургун-дов, предназначавшийся как для бургундов так и для романского населе-

ния королевства. Кодекс был основан на более раннем варианте Lex Burqundionum того же короля, но отличался от него усовершенствованной систематизацией текста.

Вестготский король Аларих II, королевство которого занимало территорию юго-западной Г аллии, в 506 году издал Lex Romana Visigothorum -Римский Закон Вестготов.16 Кодекс был предназначен для всех подданных вестготского королевства. Его основу составили тексты кодекса императора Феодосия Великого, 43 8 года17 и более поздних конституций некоторых других императоров. Кроме собственно норм римского права при составлении Кодекса короля Алариха II были использованы тексты сочинений римских юристов - «Институции» Гая и «Пять книг сентенций к сыну» Юлия Павла. Использованные в кодексе тексты были существенно сокращены, и поэтому он получил наименование Breviarim Alariciamum, что означает «Сокращенный Аларихов кодекс». Его особенностью было то, что каждый фрагмент римских текстов сопровождался интерпретацией, в которой содержались выводы и пояснения. Кодекс Алариха II был выполнен на высоком профессиональном уровне и отчасти вытеснил прочие сборники западноримского варваризированного права изданные по распоряжению других германских королей.

Бревиарий Алариха имел силу действующего права и практически применялся в юго-восточной Европе вплоть до XII столетия, когда был заменен Corpus Iuris Civilis, т.е. Юстиниановой кодификацией, рецепция которой начала интенсивно осуществляться именно в этом столетии.

В конце VII века весготский король Рекесвинт «издал «Fuero Luzgo» -«Книгу приговоров», известную так же как «Lex barbare Visigotorum». Формально в этом акте было запрещено непосредственное применение норм римского права, но предполагалось что оно может быть объектом изучения и исследования. Очевидно, что сам по себе данный факт - свидетельство сохранения и использования римского частного права.

Таким образом, легко проследить непосредственную преемственность в практическом применении римского частного права в Западной Европе. В ближайшие годы вслед за падением Западной Римской Империи оно применялось в остготском королевстве, тотчас вслед за этим в германских государствах создается несколько Leges Romanae Barbarorum, т.е. сборников римского упрощенного, варваризированного права. Так или иначе, ни о каком полном забвении речи быть не может. Эти обстоятельства, безусловно, были известны Ф. Энгельсу. И тем не менее он утверждал, что римское право в средневековой Европе не применялось.

Небезынтересно рассуждение Г.Д. Бермана по этому поводу: «С окончательным распадом Западной Римской Империи в V в. те обрывки римского права, что остались в германских королевствах, еще уменьшились и во многих местах практически исчезли. Однако в других местах, а именно среди ряда народов Северной Италии, в Испании, на юге Франции сохранились и память о римском праве, и часть его терминологии и правил. Конечно, это было упрощенное популяризированное и испорченное римское право. Нынешние ученые называют его «римским вульгарным правом», чтобы отличить от более утонченного римского права классического и послеклассического периодов. Римское вульгарное право описывают как «право, питающее отвращение к строгим понятиям, не способное и не склонное соблюдать стандарты классической юриспруденции в отношении художественной разработки или логического построения». Даже самые прогрессивные «римские компиляции того времени, например Вестготский закон VII в., состояли из разрозненных положений, широко сгруппированных по предметам, но лишенных и концептуального единства, и способности к органичной эволюции».18

В рамках марксистской концепции для которой в принципе характерна тенденция манипуляции фактами для того чтобы они соответствовали искусственно созданной теории, наличие подобных обстоятельств и фактов было неудобно. Они, будучи вполне объективной реальностью на протяжении столетий в Европе, не укладывались в «стройную» конструкцию исторического материализма и поэтому марксисты-догматики их игнорировали, стремились сделать «бывшее не бывшим». Безусловно, это относилось в первую очередь и к советской науке.

В работе «Бруно Бауэр и первоначальное христианство» написанной и опубликованной в газете «Der Sozildemokrat» в 1882 году Энгельс утверждал, что одним из важнейших результатов римского завоевания во всех покоренных странах было то, что «римские судьи выносили свои решения на основании римского права, а местные общественные порядки объявлялись тем самым недействительными, поскольку они не совпадали с римским правопорядком».19

Данное утверждение Энгельса не может быть ни подтверждено, ни опровергнуто никакими точными статистическими данными. Однако попытка реконструкции правового регулирования в римских провинциях возможна. При этом, видимо, целесообразно использовать тексты самого Ф. Энгельса.

Так в неопубликованной при жизни автора работе «К истории древних германцев» написанной в том же 1882 году рассматривая деятель-

ность Публия Квинтилия Вара, наместника Германии в 6-9 гг. н.э. автор утверждал, что последний «... главным, давно испытанным орудием угнетения и вымогательства, которое ... пустил ... в ход была верховная судебная власть наместников римских провинций; эту власть он присвоил себе Здесь и, пользуясь ею, хотел навязать ... римское право.»20 Это утверждение вполне совпадает с тезисом сформулированным в статье о первоначальном христианстве. Но буквально в следующем абзаце данного текста Энгельс говорит о том, что попытка Вара оказалась неудачной из-за того, что германское общество это право не восприняло, т.е. не стало его использовать.

Рассуждение Энгельса сводится к следующему: «Вар опередил историю своей цивилизаторской миссией на полтора тысячелетия, ибо приблизительно столько времени прошло, пока Германия созрела для «рецепции римского права». В самом деле римское право с его классическим расчленением21 должно было показаться просто абсурдным германцам, у которых развившаяся лишь в незначительной степени частная собственность осуществлялась только на основе общественной собственности на землю».22 Таким образом, из выше процитированных текстов Энгельса следует очевидное противоречие. С одной стороны он утверждает, что римское право принудительно утверждалось в римских провинциях, было навязано их населению, а с другой, что если потребности в римском частном праве у населения провинций не было, оно населением и не воспринималось. Последний тезис представляется логичным и соответственно, исключающим первый.

Римское право как право частной собственности и право, следовательно, абстрактное не могло быть востребовано теми народами, в практике жизнедеятельности которых частная собственность отсутствовала, доминировала общинная собственность и, следовательно, не было свободных личных имущественных отношений между лицами.

Проще говоря, там, где не было соответствующих правоотношений, римское право принудительно внедрить было не возможно.

Достоверно известно, что римская власть во многих подвластных империи территориях, сохраняла существовавшие до завоевания, нормы регулировавшие правоотношений не только в частной, но даже в публичной сфере. Так было, например, в Вифинии, Понте, в Иудее и других странах.23

В выше процитированной работе Ф. Энгельса «О разложении феодализма и возникновении национальных государств» автор констатировал: «Римское право является настолько классическим юридическим вы-

ражением жизненных условий и конфликтов общества, в котором господствует чистая частная собственность, что все позднейшие законодательства не могли внести в него никаких существенных улучшений». Однако вслед за этим он рассматривает «бюргерскую собственность средних веков» не как частную собственность, а как собственность, которая « состояла, например, главным образом из привилегий»24 Утверждение по существу своему никак не выдерживающее критики, т.к. собственность не может целиком состоять из привилегий. Энгельс писал, что римское частное право, как право частной собственности «ушло далеко вперед по сравнению ... с гражданскими отношениями» средневековья. Совершенно очевидно, что в данном случае объективному анализу существа римского права препятствует концепция формационного развития общества - т.е. концепция смены одной общественно экономической формации, в основе которой особое взаимодействие классов, с присущей ей системой правового регулирования, другой формацией.

Казалось бы, исследуя, римское частное право, Ф. Энгельс пришел к ясной и безупречной дефиниции его сущности, его главной особенности. Но марксистская теория не дала возможности, не позволила ему этим ограничится, т.к. дефиниция ей противоречила и автор создал в дополнение к ней искусственную конструкцию «бюргерской собственности» состоящей из привилегий. Таким образом, теория последовательно сменяющих друг друга общественно экономических формаций не была им нарушена. Совершенно очевидно, что адекватные выводы автора здесь принесены «в жертву» заранее определенной искусственной догматической теории.

Представляется очевидным, что применение римского частного права в течение шести столетий с V по XI века в Европе не распространялось на абсолютно весь комплекс правоотношений, возникли и развивались правоотношения, к которым оно было неприменимо, но оно, так или иначе, действовало.

На наш взгляд вполне справедливо в этой связи общее рассуждение английского философа и историка Р. Дж. Коллингвуда, который утверждал, что безусловно действует «здравый принцип: для возрождения необходимо сохранение».25

Римское частное право можно было широко реципировать в Западной Европе в XII веке только при том условии, что оно здесь, так или иначе, сохранилось. Именно это и произошло когда возродилось его изучение при знаменитом основателе школы глоссаторов Ирнерии в Болонском университете в конце XI века. Предметом изучения глоссаторов были Ди-

гесты Юстиниана, т.е. право Византийской империи, но античное римское право не было для них чем-то до времени неведомым, привнесенным извне и оно было отчасти действующим и, во всяком случае,вполне понятным.

Весьма важным в этой связи представляется определение К. Маркса, которое он сформулировал в письме к Ф. Лассалю от 22 июля 1861. Рассуждая об основах наследственного права, Маркс сделал адекватный обобщающий вывод о том, что «римское право более или менее измененном виде, было воспринято современным обществом потому, что правовое представление, которое субъект в обществе, основанном на свободной конкуренции, имеет о самом себе, соответствует представлению о лице в римском праве» 26

Предпринимательская деятельность, а значит и конкуренция в рамках рыночных отношений никогда в Западной Европе не были уничтожены, или полностью вытеснены из экономики. Следовательно, вполне справедливое утверждение Маркса о трактовке понятия «лицо» применимо и к эпохе средневековья, когда речь идет об отношениях по поводу частной собственности.

Кроме того, вопреки историческим фактам ими игнорировалось практическое применение конструкций римского частного права в средневековой Европе, что отчасти можно считать и как фальсификацию реально имевшей место системы правового регулирования.

Анализ текстов К.Маркса и Ф.Энгельса позволяет сделать вывод о том, что оба автора адекватно оценивали сущностные характеристики римского частного права и его значение. Однако, в соответствии с созданной ими искусственной глобальной концепцией формационного развития общества, итогом которого должен стать отказ от рыночных отношений, они утверждали, что применение принципов римского частного права окажется ненужным, невостребованным в коммунистическом, бесклассовом обществе, где будут отсутствовать личные имущественные индивидуализированные интересы и правоотношения.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Дигесты Юстиниана. Том I. Книга I. Титул I. М. «Статут» 2002 /ответственный редактор Л.Л. Кофанов С. 83

Digesty Justiniana. Tom I. Kniga I. Titul I. M. «Statut» 2002 /otvetstvennyj redaktor L.L. Kofanov S. 83

2 Дождев Д.В. Римское частное право. Издание 2-е М. Норма. 2004 С. 1

Dozhdev D.V Rimskoe chastnoe pravo. Izdanie 2-e M. Norma. 2004 S. 1

3 См. Ф. Д' Ипполито О своевременности перевода Дигест с точки зрения культуры//В кн. Дигесты Юстиниана ./Отв. ред. Л.Л. Кофанов. Том VIII: Статьи и указатели. - М. Статут . 2006. С. 46

Sm. F D' Ippolito O svoevremennosti perevoda Digest s tochki zrenija kul’tury // V kn. Digesty Justiniana ./Otv. red. L.L. Kofanov. Tom VIII: Stat’i i ukazateli. - M. Statut . 2006. S. 46

4 Название данной рукописи К. Маркса - «К критике гегелевской философии права», не публиковавшейся при его жизни, было дано Институтом Маркса - Энгельса - Ленина - Сталина при ЦК КПСС при ее издании.

Nazvanie dannoj rukopisi K. Marksa - «K kritike gegelevskoj filosofii prava», ne publikovavshejsja pri ego zhizni, bylo dano Institutom Marksa - Jengel’sa - Lenina -Stalina pri CK KPSS pri ee izdanii.

5 Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения. Издание второе Т1 М. 1955 с. 345 Marks K. i Jengel's F. Sochinenija. Izdanie vtoroe T.1 M. 1955 s. 345

6 Там же С. 347 Tam zhe S. 347

7 Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Издание второе Т. 21. М. 1961 С. 500 Marks K., Jengel's F Sochinenija. Izdanie vtoroe T. 21. M. 1961 S. 500

8 Наименование работы которое предполагали дать ей авторы неизвестно, оно в рукописи не сохранилось. При публикации название данному тексту было довольно неудачно сконструировано в Институте Маркса - Энгельса - Ленина - Сталина при ЦК КПСС.

Naimenovanie raboty kotoroe predpolagali dat’ ej avtory neizvestno, ono v rukopisi ne sohranilos’. Pri publikacii nazvanie dannomu tekstu bylo dovol’no neudachno skonstruirovano v Institute Marksa - Jengel’sa - Lenina - Stalina pri CK KPSS.

9 См. Маркс К. Энгельс Ф. Сочинения. Издание второе. Т 3. М. 1955 С. 63 Sm. Marks K. Jengel's F Sochinenija. Izdanie vtoroe. T. 3. M. 1955 S. 63

10 См. Кабрияк P. Кодификации / Пер. с фр. Л.В. Головко. М. Статут. 2007 С. 72 Sm. Kabrijak R. Kodifikacii / Per. s fr. L.V. Golovko. M. Statut. 2007 S. 72

11 См. там же С. 71 Sm. tam zhe S. 71

12 См. Маркс К, Энгельс Ф Сочинения. Издание второе Т.3 М. 1955. С. 63-64 Sm. Marks K, Jengel's F Sochinenija. Izdanie vtoroe T.3 M. 1955. S. 63-64

13 Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Издание второе. Т. 21. М. 1961.С. 412 Marks K., Jengel's F. Sochinenija. Izdanie vtoroe. T. 21. M. 1961.S. 412

14 Егер О. Всемирная история в четырех томах. Т II Средние века. СПб 1997

С. 30

Eger O. Vsemirnaja istorija v chetyreh tomah. T. II Srednie veka. SPb 1997 S. 30

15 См. Кабрияк P. Указ. соч. С.41.

Sm. Kabrijak R. Ukaz. soch. S.41.

16 См. Бартошек М. Римское право: Понятия, термины, определения. М. 1989 г. С. 196

Sm. Bartoshek M. Rimskoe pravo: Ponjatija, terminy, opredelenija. M. 1989 g.

S. 196

17 Кодекс Феодосия для Восточной империи был издан в 438 году, а для всей империи действовал с 1 января 439 года.

Kodeks Feodosija dlja Vostochnoj imperii byl izdan v 438 godu, a dlja vsej imperii dejstvoval s 1 janvarja 439 goda.

18 См. Там же.64-65

Sm. Tam zhe.64-65

19 Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Издание второе Т.19 М 1961 С. 310 Marks K., Jengel’s F Sochinenija. Izdanie vtoroe T.19 M 1961 S. 310

20 Там же С. 460 Tam zhe S. 460

21 Подразумевается «расчленение на частное и публичное право». Podrazumevaetsja «raschlenenie na chastnoe i publichnoe pravo».

22 Маркс К. Энгельс Ф. Сочинение. Издание второе. Т.49. М. 1961. С. 460 Marks K. Jengel’s F. Sochinenie. Izdanie vtoroe. T.49. M. 1961. S. 460

23 См. Плиний Младший Письма I-X^. Наука 1984. СС 184, 372; Иосиф Флавий. Иудейская война. СПб «Орел» 1991 С. 187-189; об этом же. Грант М. Цивилизация Древнего Рима. М. 2003 г. СС.79-80.

Sm. Plinij Mladshij Pis’ma I-X.M. Nauka 1984. SS 184, 372; Iosif Flavij. Iudejskaja vojna. SPb «Orel» 1991 S. 187-189; ob jetom zhe. Grant M. Civilizacija Drevnego Rima. M. 2003 g. SS.79-80.

24 Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Издание второе Т. 21 М 1961 С. 412 Marks K., Jengel’s F Sochinenija. Izdanie vtoroe T. 21 M 1961 S. 412

25 ^ллшгвуд P. Дж. Идея истории. Автобиография М. Наука 1980 С. 403 Kollingvud R. Dzh. Ideja istorii. Avtobiografija M. Nauka 1980 S. 403

26 Маркс К. u Энгельс Ф. Сочинения. Издание второе. Т.30 С. 504 Marks K. i Jengel’s F Sochinenija. Izdanie vtoroe. T.30 S. 504