2014. 04. 018. Волочай Ю. А. Приобретение права собственности на недвижимое имущество по договору: сравнительный анализ законодательства России и Германии. - М. : Статут, 2013. - 223 с

2014.04.018. ВОЛОЧАЙ Ю.А. ПРИОБРЕТЕНИЕ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ НА НЕДВИЖИМОЕ ИМУЩЕСТВО ПО ДОГОВОРУ: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИИ И ГЕРМАНИИ. - М.: Статут, 2013. - 223 с.

Ключевые слова: недвижимое имущество; право собственности; государственная регистрация; вещный договор; добросовестный приобретатель.

Значительное внимание в монографии уделяется рассмотрению проблем приобретения недвижимого имущества от неуправо-моченного отчуждателя. Как замечает автор, в юридической конструкции приобретения права собственности на недвижимое имущество по договору факт владения замещается фактом государственной регистрации перехода права. В связи с этим применительно к добросовестному приобретению, считает он, необходимо применять критерий «государственная регистрация третьего лица в качестве управомоченного на распоряжение недвижимостью по воле собственника», в соответствии с которым учитывается воля собственника не на непосредственную передачу владения, а на отчуждение недвижимости.

Анализ практики применения российского законодательства позволил автору сделать вывод о том, что в отличие от германской конструкции добросовестного приобретения в России учитывается виновное поведение не только добросовестного приобретателя, но и самого собственника. И соответственно, если вещь была отчуж-дена помимо воли последнего, российский закон, в отличие от германского, допускает виндикацию и у добросовестного возмездного приобретателя: в пользу собственника, но в ущерб безопасности гражданского оборота. Вещный договор добросовестного приобретателя с неуправомоченным отчуждателем не должен иметь никаких других пороков, кроме порока неуправомоченности отчуждателя.

Согласно российскому законодательству приобретатель считается добросовестным, если при приобретении недвижимого имущества он не знал и не мог знать, что отчуждатель не является управомоченным на отчуждение. Соответствующую информацию он может получить в ЕГРП. При этом во внимание должны приниматься не только данные ЕГРП, но и иные обстоятельства, свиде-

тельствующие о наличии сведений приобретателя о неуправомо-ченности отчуждателя.

В отличие от российского понятия добросовестности, для приобретателя недвижимости в качестве недобросовестного по праву Германии требуется лишь его позитивное знание («positive Kenntnis») о неуправомоченности отчуждателя. Однако, подчеркивает автор, в германском законодательстве для добросовестного приобретения недвижимости грубая неосторожность приобретателя также имеет значение. Во-первых, поскольку «существенные сомнения» относительно достоверности содержания Поземельной книги устраняют добросовестность. Во-вторых, поскольку требование наличия сделки, опосредующей переход права собственности на имущество от одного субъекта к другому, как в правовом, так и в экономическом смысле (Verkehrsgeschdft), также основано на признании неуправомоченного отчуждателя и приобретателя, приобретатель, если и не знает, но должен (может) знать об отсутствии у отчуждателя соответствующего правомочия.

Для определения наличия критерия возмездности приобретения необходимо учитывать лишь то встречное предоставление, которое было осуществлено до того, как приобретатель утратил свою добросовестность. В случаях, когда добросовестный приобретатель в соответствии с договором был вправе исполнять обязательство по частям, вопрос о наличии встречного предоставления должен решаться судом с учетом обстоятельств дела и содержания договорных условий, финансовой исправности ответчика-приобретателя, объема исполнения и др. Причем в случаях неполного исполнения обязанности по встречному предоставлению добросовестным приобретателем суд может обязать добросовестного приобретателя выплатить оставшуюся сумму непосредственно собственнику. В отличие от законодательства Российской Федерации добросовестный приобретатель по праву ФРГ может стать собственником и по безвозмездным договорам, что не лишает собственника возможности предъявления иска к добросовестному приобретателю - в данному случае кондикционного иска.

Добросовестный приобретатель приобретает право собственности на недвижимое имущество с момента, определенного вещным договором. Вместе с тем вплоть до государственной регистрации возникшее по договору право собственности остается

ограниченным в части правомочия распоряжения и защиты. Достижение добросовестным приобретателем фактического господства над вещью (владения) для возникновения права собственности не требуется.

Н.В. Крысанова

2014.04.019. ЛАНИНА О.В. ОГОВОРКА О СОХРАНЕНИИ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ В ДОГОВОРНЫХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВАХ. -М.: Статут, 2014. - 192 с.

Ключевые слова: право собственности; оговорка; сохранение права собственности; удержание права собственности; переход права собственности.

На основе анализа зарубежного и российского законодательства, правоприменительной и судебно-арбитражной практики исследуются проблемы, связанные с использованием оговорки о сохранении права собственности. Значительное внимание уделяется определению понятия оговорки, правовой природе обязательств, с которыми может быть связан момент перехода права собственности на товар по договору, содержащему такую оговорку. Исследуются обеспечительная функция и правовая природа оговорки, а также влияние оговорки на правовую классификацию договора.

В работе приводится терминология и раскрывается суть терминологического инструментария применения оговорки о сохранении права собственности в договорных отношениях. В правопорядке Германии данная оговорка называется «Eigentumsvorbehalt», в правопорядке Франции - «clause de reserve de propriete», в англоамериканских правопорядках - «retention of title, reservation of title». В российском гражданском законодательстве применяется норма ст. 491 ГК РФ «Сохранение права собственности за продавцом». Однако отдельные авторы применяют иное терминологическое обозначение данной правовой конструкции. Так, С.В. Сарбаш использует термин «удержание правового титула кредитора», аналогичный термин используется А.Г. Карапетовым и А.И. Савельевым. Вместе с тем, подчеркивает автор, применение данных терминов несколько некорректно, поскольку в российском законодательстве термин «удержание» применяется как один из способов обеспечения исполнения обязательств. Именно поэтому в монографии про-