Непосильные льготы

Власть демонстрирует поддержку предприятиям малого и среднего бизнеса: МСП были обещаны особые условия участия в госзакупках, а в карантин — полугодовая отсрочка по налоговым платежам и даже списание части из них, «зарплатные кредиты» под 2 процента годовых и разовые субсидии. Однако это явно не помогло. Эксперты все чаще говорят о том, что Россия стремительно теряет «поголовье» МСП. В чем же дело?

Малому бизнесу в отечестве выживать было всегда непросто. А пандемия даже оптимистов настраивает на минорный лад

Фото: Reuters

«Огонек» попытался разобраться в этом вопросе, предоставив слово руководителю одного из малых предприятий, знающему на собственном опыте, что значит для МСП принять участие в тендере и госзакупке. Монолог Марии Малой (имя, по понятным причинам, изменено) приводим без купюр.

— На помощь государства в коронавирус могли рассчитывать только «особо пострадавшие отрасли», перечисленные в опубликованном властями специальном списке. Его составители, наверное, обладают нетривиальным взглядом на ситуацию: в карантин было запрещено работать всем без исключения, а пострадали, если верить официальным документам, не все. Мы, например, как предприятие, производящее оборудование для услуг связи, согласно тому списку, пострадавшими не являемся, хотя завод был закрыт все три месяца, при том что зарплаты рабочим исправно выплачивались, а заказов и денег не поступало. Но первая же попытка обратиться в Сбербанк за обещанной от государства помощью была пресечена на корню: нам разъяснили, что тем отраслям, что в заветный список не попали, рассчитывать на льготные кредиты, рассрочки и субсидии нечего. Известно: спасение утопающих — дело рук их самих. При условии, конечно, ожившего рынка или хотя бы госзаказа. А вот с последним все не так просто, по крайней мере для МСП.

Какова судьба нацпроекта «МСП и поддержка индивидуальной предпринимательской инициативы»

Что бы ни заявляли власти, но система госзакупок по-прежнему не слишком ориентирована на то, чтобы активно вовлекать МСП. Такое ощущение создается у каждого, кто сколь-нибудь серьезно оказался погружен в ситуацию. Начать с того, что информация о том, какие тендеры и на какие точно суммы, когда и где будут проводиться, де-факто отсутствует в открытом доступе до последнего момента. Хотя закон говорит вроде как иное. Согласно ФЗ-223 и постановлению правительства России №1552 (2014) «Об особенностях участия субъектов МСП в закупках товаров, работ, услуг…» все госкомпании и юрлица с активами и (или) выручкой свыше 2 млрд рублей в год обязаны предоставлять МСП 10–18 процентов от своих годовых объемов закупок. И уведомлять о планах насчет проведения тендеров в единой информационной системе не позднее 1 февраля. И они это делают. Уведомляют, но в самых общих чертах. Например, пишут о проведении в рамках программы развития услуг связи в октябре — ноябре закупок материалов и ТЭО работ по оказанию услуг связи в таком-то районе такого-то субъекта РФ. Конкретные материалы, объемы, сроки, суммы — все появится позднее. Как правило, за неделю до того, как тендер будет закрыт. Максимум — за пару недель, но такое редкость. Оно и понятно: заказчики предпочитают иметь дело со «своими» поставщиками из числа МСП и им-то информацию сливают заранее, что позволяет лучше подготовиться к торгам и с точки зрения сбора документации, и по части оформления допуска к тендеру. Опыт показывает: чем раньше становится известно о грядущем конкурсе, тем больше шансов на победу. Если же информация приходит за неделю до события, удача может и не улыбнуться, а вот суетиться, чтобы мелькнула хотя бы надежда на заработок, приходится очень и очень много.

Заcheck-inся

Еще недавно, прослышав о том, что на такой-то электронной площадке планируются торги по интересующей теме, нужно было спешно подавать документы на участие в тендере. Теперь же дорога стала на шаг длиннее — сначала требуется зарегистрировать компанию в Единой системе идентификации и аутентификации (ЕСИА). Все бы ничего, но процедура не из легких. Проходит она на портале «Госуслуги», а официальная инструкция ее прохождения предполагает, что у исполнителя будет IQ не ниже 200. Не для слабонервных эта процедура, уж точно. За годы учебы в МГУ, на МВА, где были сотни заполненных анкет и освоенных компьютерных программ, мне приходилось встречаться и с более сложными задачами, но эту регистрацию можно смело включить в десятку сложных. Хорошо, что интернет полон отзывов тех, кто проторил эту дорогу до меня и потом выложил в Сеть пошаговую стратегию преодоления этого бюрократического лабиринта. Но на то, чтобы преодолеть эту преграду самостоятельно, далеко не всем хватает терпения и времени. Для них — десятки предложений помощи, не безвозмездной, конечно. Регистрация в системе ЕСИА «под ключ» стоит в среднем около 15 тысяч рублей. Немного? Но это только начало. Наличие регистрации в ЕСИА всего лишь открывает пусть к госзакупкам. Не к конкретным торгам и лотам, а всего лишь к самой системе. Для того чтобы поучаствовать в тендере, требуется еще потратить усилия и средства.

Например, получить аккредитацию или ее разновидность — подписку на конкретную площадку торгов. Поясню: на официальном сайте госзакупок торги не ведутся, для них создано несколько площадок. Сколько точно, сказать не берусь — десятки: мелкие, крупные, отраслевые, универсальные — самые разные, и на них проходят как госзаказы, так и коммерческие тендеры. Участвуют в торгах компании всех типов, от МСП до крупных госкорпораций.

Отдельной площадки для малого бизнеса в России не существует. Из числа универсальных и крупных площадок для торгов можно назвать для примера B2B и «Росэлторг» — у них разные условия доступа к торгам.

Путь на площадки «Росэлторга» ведет через аккредитацию. Это весьма популярный вариант для многих площадок. Разница в том, что на каких-то из них аккредитация означает банальное заполнение анкеты, а где-то потребуются и дополнительные процедуры (например, предоставить документы). «Росэлторг» начинает с анкеты, но ею не заканчивает — сама процедура предоставления доступа в личный кабинет занимает 10 дней. Если требуется ускорить процесс, то это уже будет стоить денег — порядка 10 тысяч. Если вспомнить, что частенько на тендер отводится неделя, то можно представить, каков спрос на услугу ускорения оформления аккредитации. Последняя, кстати, действует год. Это важно, потому что торги по интересующей тематике могут и не повториться на одной и той же площадке за весь год, а после этого потребуется новая аккредитация.

B2B аккредитации не требует, но доступ на его площадку платный — по подписке. Ее цена зависит от времени, на которое оформляется подписка, и от количества секций, на чьи торги допускается компания. Для понимания уровня цен: разовый «пропуск» стоит около 20 тысяч рублей, примерно столько же — месячная «подписка» (25 тысяч). За эти деньги вам предоставят доступ к документации и торгам на одной секции, так что, если интересующий лот вдруг окажется в другой секции, придется покупать новую подписку, а это удвоит расходы. Годовая подписка на одну секцию на B2B обойдется уже в 90 тысяч рублей. Есть у площадки и пакетные предложения. Например, «Умеренный старт» (40 тысяч рублей за квартал) — обычный «вход» на торги на три месяца, «Стандартный» (30 тысяч на квартал плюс 45 тысяч за подключение пакета, итого 75 тысяч) и «Профессиональный» (120 тысяч в год). Имеется также крайне выгодный для МСП, но не всем доступный «Партнерский стартовый» — это когда компания-заказчик вносит конкретное МСП в список своих партнеров, из-за чего доступ на площадку для последнего дешевеет: вместо 25 тысяч — 19 500. Недавно появился и пакет «Поставки малого объема» (тендеры на сумму до 100 тысяч рублей): доступ к таким торгам обойдется МСП всего в 1900 рублей. Но лоты на столь малые суммы мало кого и интересуют: траты на участие в торгах превышают возможные доходы.

Казалось бы, стратегически верным для любого МСП было бы приобретение месячного «абонемента» на одну из секций, но лишь после того, как будут объявлены торги. Пусть времени мало, зато уж наверняка. Но и тут можно прогадать, если возникнет «переторжка». Так на профессиональном жаргоне называется ситуация, когда заказчика не устраивает уровень цены, предложенный поставщиками на уже объявленном тендере, и он предлагает подать заявки повторно, снизив цену. «Переторжка» объявляется, как правило, через месяц, а то и полтора от даты первого конкурса и считается новой процедурой на площадке. А значит, если вы оплатили месячную подписку, то придется платить повторно.

Золотой ключик

Тендер — это всегда куча документов, которые требуется собрать в максимально сжатые сроки. Особенно нелегко приходится тем МСП, в которых государство, если верить сказанному официально, особенно заинтересовано — производственникам. На каждый товар им приходится писать обоснование, сравнивать его с имеющимися на рынке аналогами и т.д. Этот процесс отнимает немало времени, и проблемы с регистрацией на площадке тут совсем некстати. А они могут возникнуть не только если нет регистрации в ЕСИА, отсутствует аккредитация или подписка на торговую площадку, но и если у МСП нет электронного ключа. Собственно, доступ на площадку еще не означает доступа к конкретным торгам. Для участия в последних нужны ключ и оплата участия.

Ключ — это та же электронная цифровая подпись. Она сразу выдается сроком на год, но ее цена зависит от количества секций, в торгах которых МСП намерено участвовать. У B2B такой ключ обойдется примерно в 6–7 тысяч. Площадка площадке рознь, но 5–7 тысяч — средняя цена за такого рода услугу. Сделать ключ занимает время. Обычно схема такова: компания оплачивает счет на эту услугу, после того как деньги поступят на счет площадки, представитель МСП приезжает в ее офис с полным пакетом документов и через сутки-двое получает ключ. Если очень постараться, можно оформить ключ за трое суток, но это не в сезон активных торгов. В противном случае придется заплатить двойной ценник и можно будет получить ставший «золотым» ключик за 24 часа. Их тоже считают от момента прихода средств на счет площадки, так что реальное время «изготовления» — пара-тройка дней. Ускорять получение ключей приходится часто, так как покупать ключи от разных площадок выходит еще дороже. Проблема ведь в том, что универсального ключа не существует: каждая площадка предпочитает сама удостоверять личность участника торгов. Есть, правда, «полууниверсальная отмычка» — подпись, которую принимают сразу несколько площадок, но она не сработает на всех. Да и стоит немало — порядка 40 тысяч рублей. Конечно, решить вопрос и сделать универсальный ключ при наличии желания или указа сверху возможно. По крайней мере, технически такая задача вполне выполнима. Тому свидетельством — работа удостоверяющего центра компании 1С (создатели программ бухгалтерского, управленческого и иного вида учетов для МСП.— «О»), который не требует никаких дополнительных программ. Так что для решения задачи по созданию универсального ключа для разных торговых площадок можно было бы задействовать технические возможности того же портала «Госуслуги». Вот только потеря контроля и, что не менее важно, доходов от продажи ключей явно не выгодны самим площадкам.

Кстати, о ключах и аккредитациях… На «Росэлторге» приходится дважды проходить процедуру идентификации: один раз, заполняя соответствующие поля в личном кабинете, где указывается вся информация о компании, владельцах и т.д., другой раз эта же информация в виде документов предоставляется при получении ключа. На мой закономерный вопрос к представителям площадки, почему нельзя предоставить все эти документы и сведения единожды (одна же компания!), был получен ответ, что ключом и аккредитацией занимаются два разных подразделения «Росэлторга».

Но ключ — лишь предпоследний рубеж: еще требуется оплатить допуск для участия в конкретных торгах. Цена допуска разнится от площадки к площадке. Для понимания: участие в тендере на 2 млн рублей на площадке «Росэлторга», например, обходится МСП в 8 тысяч рублей. Проигравшим эта сумма возвращается, если же вы победитель — нет. И это еще по-божески. У ряда площадок участие в одной процедуре стоит в 2 раза дороже.

Овчинка и выделка

А теперь неплохо подсчитать, во сколько обходится МСП участие в торгах. По минимуму, если компания сама зарегистрируется на ЕСИА, аккредитуется бесплатно на площадке, заплатит за электронный ключ по нижней планке прейскуранта и максимально сэкономит на доступе к конкретной процедуре,— 15 тысяч рублей. Но такое случается крайне редко, и, как правило, если хочешь получить более или менее серьезный контракт — на пару-тройку миллионов и выше, то придется выложить за одну только попытку около 50 тысяч рублей. Много это или мало? Для малого бизнеса — много.

Дело в том, что у тендеров малой стоимости, например, на 300 тысяч рублей, и доходность для участников крайне невысока — 20–30 тысяч. Очевидно, что при тратах на доступ к торгам в размере 30–50 тысяч рублей любые тендеры ниже полумиллиона автоматически делаются малопривлекательными. Но и при цене лота 2 млн прибыль МСП составит максимум 200 тысяч (в реальности и того меньше). И все потому, что отбор победителя в тендере идет по одному критерию — цене. А себестоимость продукции у МСП всегда выше, чем у любой крупной корпорации. Хотя бы потому, что последняя может позволить себе иметь в составе холдинга транспортную и логистическую компании, тем самым сэкономить на издержках. Малому бизнесу приходится платить за транспорт и логистику сторонним организациям по коммерческой стоимости. И чтобы хоть как-то конкурировать с крупными компаниями, МСП снижает цены и частенько работает с нулевой прибылью ради того, чтобы производство не простаивало. Так что цена за доступ к торгам для ряда компаний оказывается просто непосильной. А кредит получить крайне сложно: банки не любят давать МСП и под малые объемы закупок, несмотря на наличие в целом ряде кредитных организаций специальных программ поддержки МСП.

Вся денежная система страны заточена под большой капитал. Малые же мало кому интересны. Разве что на словах. Миллион-полтора в кредит если и дадут, то не ниже чем под 15–17 процентов годовых.

При этом следует учесть, что компания-производитель инвестирует львиную долю суммы, какую она рассчитывает получить от тендера, в изготовление продукции. Цикл производства у всех разный, но в среднем речь может идти о полутора-двух месяцах. Государство пошло МСП навстречу и законодательно сократило сроки оплаты по такого рода контрактам: если крупным предприятиям надо ждать 45 рабочих дней, пока деньги за предоставленные услуги или отгруженные товары придут им на счет, то МСП — всего 30 рабочих дней. Но отсчет времени начинается с даты отгрузки товара. То есть МСП де-факто вынуждено ждать примерно 3,5–4 месяца, пока к нему вернутся вложенные средства (2–2,5 месяца на производство плюс 1,5 месяца на приход средств на счет). Когда производишь такие подсчеты, становится очевидно, что наверху иначе видят реальность, очевидно, считая, что у МСП миллионы свободных рублей, которые они с легкостью могут инвестировать в производство и ждать месяцами, когда вложенные средства вернутся. А может, власть вообще мало интересует эта самая реальность? И выживает МСП в России сегодня не благодаря, а вопреки. Надолго ли его хватит?