Юрлицо подозрительной национальности

В Совете федерации обсуждаются возможные механизмы закрытия лазеек для иностранных компаний, обходящих требования российских властей по импортозамещению. По данным “Ъ”, сенатор Константин Долгов обсуждает с ведомствами правительства радикальное решение проблемы — правку ст. 49 Гражданского кодекса, в рамках которой любые права любых юрлиц с иностранным участием могут быть ограничены в РФ не только законом, но и указом президента или актом правительства. Минюст на поправку, которая, видимо, потребовала бы изменения Конституции РФ в ее базовой части, представил негативный отзыв. В Минэкономики проблемы в инициативе, которая выглядит как самое основательное покушение на инвестклимат за последнее десятилетие, не видят. Проект пока не вносился в парламент.

Константин Долгов

Фото: Петр Кассин, Коммерсантъ

Замглавы комитета Совета федерации по экономической политике Константин Долгов подготовил проект поправок к Гражданскому кодексу (ГК), позволяющий ради обеспечения обороноспособности и безопасности государства ограничивать в правах компании с иностранным участием указами президента и на основании таких указов — актами правительства. «Безопасность государства» в проекте правки ст. 49 ГК «Правоспособность юридических лиц» толкуется расширенно — это в том числе повышение уровня «технологической, информационной и экономической устойчивости» государства. Сейчас ГК содержит более прозрачный механизм — гражданские права юрлица могут быть ограничены лишь в случаях и в порядке, предусмотренных законом.

По словам автора правовой инициативы, она пока обсуждается. «Мы не торопимся с внесением проекта в Госдуму, пока собираем позиции профильных ведомств и готовы дорабатывать проект в зависимости от результатов дискуссии»,— отмечает он. В частности, документ разослан на согласование в Минэкономики, Минюст и ФАС.

Сама потребность в более «гибком» механизме для ограничения прав компаний с иностранным участием объясняется наличием «лазеек» в законодательстве, позволяющих иностранным компаниям обходить требования российских властей по импортозамещению. Предложенная версия ГК, согласно мнению разработчиков, позволит вводить «точечные» ограничения.

Зачем, по мнению авторов законопроекта, все это нужно

По словам автора законопроекта, речь идет, например, о запретах на закупки ряда видов промышленной продукции, программного обеспечения и программно-аппаратных комплексов в рамках закона о госзакупках (ФЗ-44), а также об ограничениях, когда при наличии одной или двух заявок от российских производителей иностранный поставщик отстраняется от участия. Пояснительная записка к проекту утверждает, что иностранцы научились такие требования обходить: «Иностранные компании с целью вывода своей продукции на российской рынок могут приобретать российские компании, в том числе осуществлять их фактический контроль. В основном такие манипуляции могут возникать в сферах, в отношении которых законодательством наложен запрет (ограничения) на использование иностранной высокотехнологичной продукции и технологий». Отмечается, что это может негативным образом влиять в целом на уровень обеспечения обороноспособности и безопасности государства, включая технологическую, информационную и экономическую устойчивость государства. «Мы не пытаемся искусственно создавать барьеры для иностранных инвесторов, речь идет именно о противостоянии недобросовестным практикам. У нас уже действуют ограничения в "чувствительных" секторах по закупкам иностранной продукции, например высокотехнологичной. Между тем мы видим, что иностранные компании стараются их обойти, поэтому нужен механизм, который позволил бы принимать точечные решения для пресечения таких практик. В случае несогласия компании смогут оспорить решение в суде»,— поясняет Константин Долгов.

Впрочем, проблема с разработкой несколько шире импортозамещения, и об этом разработчику уже успел ответить Минюст. Он обращает внимание на то, что проектируемые поправки не соответствуют конституционным нормам, а именно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ. В ведомстве также напоминают, цитируя основной закон, что права и свободы человека, а также компаний (это ранее высказывавшаяся неоднократно позиция Конституционного суда, напоминают в Минюсте) могут быть ограничены обеспечением обороны страны и безопасности государства, а ограничения в правах ради «повышения уровня технологической, информационной и экономической устойчивости государства» не входят в категорию «обороноспособности и безопасности». Отметим дипломатичность Минюста. Ст. 55 Конституции, которую, по существу, дублирует ст. 49 ГК,— часть второй главы Основного закона, которая не может меняться даже совместным решением Федерального собрания, для ее правки нужно созывать Конституционное собрание.

К тому же решительно неясно, зачем ради частных вопросов импортозамещения вводить норму, которая на фундаментальном уровне изменяет инвестклимат в РФ, хотя, конечно, импортозамещению она теоретически поспособствует, это лишь малая часть ее потенциала. В Минюсте констатируют, что для противодействия обходу норм об ограничении иноучастия в определенных сферах необходимы поправки к законодательству — в части определения иностранного контроля, усиления ответственности, установления надзора и т. д. Сенаторский проект, в свою очередь, может ухудшить инвестклимат в РФ, поскольку инвесторы (в том числе и российские) столкнутся с рисками появления подзаконных актов, ограничивающих деятельность компаний, в которые они уже инвестировали. «Учитывая, что законопроектом устанавливается широкий перечень оснований для принятия таких подзаконных актов, соответствующие риски будут во многих случаях восприниматься инвесторами в качестве существенных»,— осторожно добавляют в Минюсте. Отметим, измененная в предложенной форме ст. 49 ГК позволит ограничивать указами президента или актами правительства почти любые права любых компаний РФ с любым иноучастием (в первую очередь публичных) и в любой момент — даже если такой нормой не пользуются, она не может не учитываться инвесторами, поскольку это фундаментальное изменение правил игры, формальный отказ от принципа rule of law в деловой сфере в отношении компаний с иностранным участием.

Предлагаемая в проекте новая формулировка ч. 2 ст. 49 ГК РФ

«2. Юридическое лицо может быть ограничено в правах лишь в случаях и в порядке, предусмотренных законом, а также в целях обеспечения обороноспособности и безопасности государства (включая повышение уровня технологической, информационной и экономической устойчивости государства) указами Президента Российской Федерации и (или) актами Правительства Российской Федерации на основании и во исполнении указов Президента Российской Федерации, если в составе участников (учредителей) такого юридического лица имеются иностранные юридические лица, иностранные граждане, иностранные государства, лица без гражданства. Решение об ограничении прав может быть оспорено юридическим лицом в суде».

В ФАС, втором ведомстве, получившем проект, отказались публично комментировать инициативу, хотя сообщили, что отзыв дан. Вряд ли он положителен: проект как минимум делает спорными и ненужными механизмы в рамках закона об ограничении иноинвестиций в отдельные отрасли, находящиеся сейчас под контролем ФАС.

Наконец, в ответственном за улучшение делового климата и перезапуск инвестцикла Минэкономики проект неожиданно согласовали без вопросов. В письме сенатору Долгову замглавы ведомства Илья Торосов сообщает: ведомство «концептуальных возражений по указанному законопроекту не имеет». В Минэкономики вопрос “Ъ” о том, как согласуются работа ведомства по инвестклимату под кураторством первого вице-премьера Андрея Белоусова и отзыв на проект, оставили без ответа.

Речь в данном случае, видимо, идет о проблемной правовой технике проекта, а не о сознательной атаке на фундаментальные принципы делового права в РФ. Впрочем, такие ошибки сложно отличить от старта долговременных кампаний, инициирующихся не столько в отраслевых, сколько в карьерных целях, а судьба таких документов редко зависит от воли их авторов. “Ъ” будет следить за развитием событий.