Косвенные иски в защиту прав миноритарных акционеров

правового действия) обеспечивается механизмом в форме утверждения судом мирового соглашения, заключенного при помощи медиатора. Утверждение соглашения наступает всегда по заявлению стороны; оно имеет различную форму в зависимости от того, может ли соглашение быть исполнено путем принудительного исполнения или нет (ст. 18314 § 2 ГПК). Если медиация проводилась в ходе судебного производства, соглашение, заключенное в присутствии медиатора и его утверждение судом, является основанием для прекращения судебного производства (ст. 355 ГПК). Последствия судебного утверждения соглашения являются далеко идущими. Согласно ст. 18315 § 1 ГПК, мировое соглашение, заключенное при помощи медиатора, обладает после его утверждения судом юридической силой соглашения, заключенного в суде. Более того, такое соглашение является исполнительным листом (ст. 777 § 1 п. 1 ГПК). Соглашение, заключенное во время медиации, не обладает признаком недопустимости повторного рассмотрения однажды решенного дела (res iudicata). Однако в случае возбуждения нового судопроизводства по этому же делу сторона-ответчик может внести возражение по существу о соглашенном деле (exceptio rei trans-actae), что приводит к отказу в удовлетворении иска. В области материального права последствия мирового соглашения соответствуют последствиям заключения договора вне суда и следуют непосредственно из воли сторон, определяющих в соглашении свои права и обязанности.

Медиация принципиально не ведет к ограничению доступа к государственному судопроизводству. Ее применение способствует тому, что сфера процедурных инструментов, которые могут использоваться для урегулирования споров между субъектами права, значительно шире и в большей степени адаптирована к потребностям современного оборота. Медиация не может при этом считаться институтом, конкурентным по отношению к государственному осуществлению правосудия, она должна дополнять и поддерживать судебное урегулирование споров. Достижение соглашения сторонами может, таким образом, исключить необходимость возбуждения судебного производства или содействовать его окончанию иным способом, чем вынесение судебного решения1.

1 См.: MorekR. ADR - w sprawach .... op. cit. C. 73-74.

М.В. Красильников*

КОСВЕННЫЕ ИСКИ В ЗАЩИТУ ПРАВ МИНОРИТАРНЫХ АКЦИОНЕРОВ

К>1ючевые слова: косвенные иски, опосредованный характер, защита корпоративных прав, миноритарные акционеры, процессуальное средство.

The paper deals with the derivative actions applied as a procedural remedy to protect the corporate rights and interests. The paper presents the concepts and causes of origin of such actions, the essence thereof. The preventive effect of derivative actions which encourage the law-abiding attitude of the corporate management bodies is underlined. The paper highlights the scholars’ opinions to the effect that previously the institute of derivative actions was not unknown to the Russian legislation.

The derivative action was legalized by Federal Law as of 19.07.2008 No.205-FZ that had introduced in the Arbitration Procedure Code chapter 28.1 concerned with the two categories of corporate disputes. Art. 225.8 on reimbursement of losses caused to a legal entity is the procedure to consider derivative actions.

The paper focuses the opinions regarding the need to determine at the legislative level the procedural status of the company in the interests of which derivative actions are brought.

As a result the minority shareholders obtained a proper procedural remedy in order to protect their rights and interests.

Использование косвенных (производных) исков в качестве процессуального средства защиты акционерных прав и интересов привлекает особое внимание. Данный вид иска зародился в странах общего права, в которых он получил самое широкое распространение.

По свидетельству В.В. Яркова, концепция косвенного иска произошла из практики английского траста, возлагавшего на менеджеров, управлявших чужим имуществом, «доверительную ответственность»1. Сами же косвенные иски возникли вследствие «распыления» акций среди множества миноритарных акционеров и утраты ими реального контроля за действиями менеджеров, которые действовали порой в собственных интересах, а не в интересах нанявших их акционеров. Такие конфликты интересов и стали первопричиной появления косвенных исков как правового средства воздействия отдельных групп акционеров на менеджеров корпораций.

Суть косвенного иска выражена в опосредованном характере защиты прав

$ Л

Аспирант Государственной классической академии имени Маймонида. [michael-excel rambler.ru]

1 Арбитражный процесс / под ред. В.В. Яркова. М., 2005. С. 269—270.

327

и интересов акционеров. Хотя Г.О. Аболонин утверждает, что «фактически производные (косвенные) иски акционеров и участников защищают их личные права и законные интересы»1, тем не менее, с процессуальной точки зрения, акционер будет действовать в чужих интересах, поскольку присуждение по такому иску состоится в пользу общества, а не отдельного акционера или их группы. Вполне логична позиция О.А. Макаровой, считающей косвенные иски «правовым средством воздействия отдельного акционера (группы акционеров) на его должностных лиц (менеджеров, управляющих)»2.

Акционер должен быть заинтересованным в этом иске для того, чтобы обеспечить стабильную деятельность общества, приводящую к повышению его инвестиционной привлекательности. Важное значение имеет профилактическая составляющая указанных исков, которые нацелены на обеспечение законопослушного поведения со стороны органов управления общества3.

Эта задача косвенных исков подчеркнута и в Кодексе корпоративного поведения, который рекомендует активно их использовать, в частности для того, чтобы «стимулировать действующих членов совета директоров исполнять свои обязанности надлежащим образом» (п. 6.1.1 )4.

В современном акционерном законодательстве многих зарубежных стран закреплен механизм косвенного иска. В США с 1996 года действует правило 23.1 Федеральных правил гражданского процесса (ФПГП), регулирующее процессуальный порядок предъявления и рассмотрения производного иска.

В п. 2 § 93 немецкого Закона об акционерных обществах указано, что «члены правления, нарушающие свои обязанности, должны возместить обществу причиненный ущерб как солидарные должники»5. По иску акционера менеджеры компании могут быть привлечены к ответственности перед акционерным обществом в соответствии со ст. 754 Швейцарского обязательственного закона6.

Нельзя сказать, что российскому акционерному законодательству был ранее неизвестен институт косвенного иска. В п. 3 ст. 53 ГК РФ предусмотрена

1 Аболонин Г.О. Групповые иски. М., 2001. С. 99.

2 Макарова О.А. Корпоративное право. М., 2005. С. 347.

3 См.: Проблемы защиты прав и интересов акционеров в Российской Федерации. М., 2007. С. 144.

4 Кодекс корпоративного поведения. Федеральная комиссия по рынку ценных бумаг // <\¥\¥\¥.1с8т.ги/са1а^.а8р?оЬ_по=3608&ргт1=1> (дата обращения — 09 января 2010 г.).

5 Закон ФРГ об акционерных обществах // Торговое уложение Германии / пер. с нем. М., 2005. С, 309-310.

6 См.: Швейцарский обязательственный закон // Агеев А.Б. Акционерное законодательство Швейцарии. Постатейный комментарий / пер. с фр. М., 2005. С. 150—151.

возможность предъявления акционерами общества иска к его должностным лицам о возмещении убытков, причиненных ими обществу В п. 3 ст. 105 ГК РФ и абз. 4 п. 3 ст. 6 Закона об АО закреплено право акционеров дочернего общества требовать возмещения основным обществом убытков, причиненных по его вине дочернему обществу. Далее, в соответствии с п. 5 ст. 71 Закона право требовать возмещения убытков, причиненных обществу, предоставлено как самому обществу, так и акционеру или группе акционеров, которые владеют в совокупности не менее чем 1% размещенных обыкновенных акций общества (миноритарии). Косвенным иском будет являться требование, основанное на п. 1 ст. 84 Закона об АО, согласно которой общество или акционер вправе предъявить иск о признании недействительной сделки, в которой имеется заинтересованность, если она совершена с нарушением установленных для нее требований.

Е.И. Чугунова также считает, что действующее российское законодательство позволяет выделить следующие основные случаи использования косвенного (производного) иска:

— требование участника юридического лица к выступающим от имени последнего лицам о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу (п. 3 ст. 53 ГК РФ, п. 5, 6 ст. 71 ФЗ «Об акционерных обществах», п. 5 ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. 25 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций»);

— требование участника юридического лица о признании недействительной сделки, совершенной юридическим лицом (ст. 173 ГК РФ, п. 5 ст. 45 и п. 6 ст. 46 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», п. 6 ст. 79 и п. 1 ст. 84 ФЗ «Об акционерных обществах»);

— требование участника дочернего общества к основному обществу (товариществу) о возмещении убытков, причиненных дочернему обществу (ст. 105 ГК РФ, ст. 6 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. 6 ФЗ «Об акционерных обществах»)1.

Указанный подход не разделяет Г.Л. Осокина2.

Федеральный закон от 19 июля 2008 г. № 205-ФЗ ввел в АПК РФ главу 28.1 «Рассмотрение дел о защите законных интересов группы лиц», посвященную двум категориям корпоративных споров — о понуждении юридического лица созвать общее собрание участников (ст. 225.7) и о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу (ст. 225.8.). Последняя категория дел является порядком рассмотрения косвенных исков.

1 См.: Чугунова Е.И. Производные иски в России и за рубежом // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. № 3. С. 41-42.

2 См.: Осокина Г.Л. Чьи права защищаются косвенными исками // Российская юстиция. 1999. № 10. С, 18-19.

Теперь наряду с гражданским и корпоративным правом и соответствующей судебной практикой косвенный иск получил закрепление в процессуальном законе.

Именно участники получают статус истца по косвенному иску наряду с правом требования принудительного исполнения судебного решения. Бенефициаром оказывается юридическое лицо, в пользу которого (а не его участников) вынесено решение. Судебные расходы возложены на участников юридического лица, и они имеют право на компенсацию таких расходов.

Одни исследователи рассматривают общество в косвенном иске в качестве истца. Наиболее последовательно эту позицию отстаивает В.В. Ярков, который подчеркивает, что «предъявление иска акционерами от имени АО можно трактовать в качестве своеобразной формы законного представительства, когда акционер при соблюдении условия о владении одним процентом акций (миноритарий) может выступать в качестве представителя истца на основании п. 5 ст. 71 Закона об АО»1.

Другие высказываются за придание обществу в этих исках статуса третьего лица. В последнее время этот подход получил наибольшее распространение в арбитражной практике. Н.Г. Елисеев подчеркивает, что речь должна идти именно о третьем лице, не заявляющем самостоятельных требований относительно предмета спора2.

Причем такая позиция обусловлена пассивностью самого общества, не желающего на практике вступать в процесс, а статус третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, позволяет привлекать его к делу по инициативе суда. Наконец, некоторые авторы (Ю.С. Ци-мерман) склонны относить общество в судебном процессе к числу соответчиков.

В.А. Гуреев предлагает наделить общество статусом соистца, который поддерживает позицию акционеров при предъявлении ими иска и выражает желание вступить в дело. При этом нельзя полностью исключить вероятность того, что общество преднамеренно вступит в процесс в качестве соистца, фактически разделяя позицию ответчика и рассчитывая таким образом снять с него ответственность или хотя бы снизить ее размер. Для предотвращения такого рода злонамеренных действий предлагается закрепить в процессуальном законодательстве критерий объективной полезности, в соответствии с которым арбитражные суды будут обязаны отдавать предпочтение тем процессуальным действиям соистцов, которые объективно (то

1 Ярков В.В. Защита прав акционеров по Закону «Об акционерных обществах» с помощью косвенных исков // Хозяйство и право. 1997. № 12. С. 43.

2 См.: Елисеев Н.Г. Процессуальный статус акционерного общества в производстве по косвенному иску // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2005. № 8. С. 161—170.

есть исходя из их разумных предполагаемых интересов) более благоприятны для конечной цели — возмещения причиненных акционерному обществу убытков1.

Указанные мнения свидетельствуют о необходимости определения процессуального статуса общества, в интересах которого предъявляются косвенные иски, на законодательном уровне, поскольку в судебной практике оно привлекалось в самых разных качествах, вплоть до третьего лица без самостоятельных требований. Тем не менее законодатель вопрос о процессуальном положении юридического лица оставил нерешенным.

Теперь по смыслу ст. 225.8 АПК РФ происходит раздвоение истцов, и юридическое лицо также становится истцом, но в материально-правовом смысле.

В современных условиях для эффективного ведения бизнеса императивом является возможность акционеров обращаться в суд по вопросу защиты прав общества. Процессуальное закрепление косвенного иска является еще одним шагом на пути дальнейшего совершенствования законодательства.

С принятием ст. 225.8 АПК РФ ликвидировано отставание процессуального законодательства от более быстрого развития материальных форм защиты прав акционеров, прежде всего миноритарных, как заведомо более слабой стороны корпоративных отношений. Такие формы защиты получили надлежащий инструментарий. Последующее развитие института косвенного иска будет определяться практикой его применения.

О.А. Отраднова*

ДОГОВОРНЫЕ ОТНОШЕНИЯ И СВОБОДА ДОГОВОРА В ДЕЛИКТНЫХ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВЫХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВАХ

К>1ючевые слова: договор, свобода договора, деликтное обязательство, участники деликтного обязательства, возмещение вреда, прекращение обязательства.

A possibility of contract freedom principle use in atypical sphere — torts — is analyzed in this article. The analysis is made on the example of civil legislation of Ukraine in which contract freedom principle is one of the main principles of Civil law. The author

1 См.: Гуреев В.А. Указ. соч. С. 152.

ф

Кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права Киевского национального университета имени Тараса Шевченко, [ootradnova@yandex.ru]