Социологическое изучение огражденных сообществ: темы и проблемы

УДК 316.342.5

Мельников Михаил Васильевич

Melnikov Mikhail Vasilyevich

кандидат социологических наук, доцент кафедры социологии Новосибирского государственного технического университета, доцент кафедры социологии Новосибирского государственного университета экономики и управления

СОЦИОЛОГИЧЕСКОЕ ИЗУЧЕНИЕ ОГРАЖДЕННЫХ СООБЩЕСТВ: ТЕМЫ И ПРОБЛЕМЫ [1]

PhD in Social Science, Assistant Professor, Social Science Department, Novosibirsk State Technical University, Assistant Professor, Social Science Department, Novosibirsk State University of Economics and Management

SOCIAL STUDY OF GATED COMMUNITIES: TOPICS AND PROBLEMS [1]

Аннотация:

Появление и рост числа районов, доступ на территорию которых ограничен физически, в основном посредством установки ограждения, является выражением социальных, экономических, политических и культурных трансформаций в современных обществах. Суть этих трансформаций состоит в росте социальной сегрегации и приватизации публичных пространств. Однако появление ограждения не всегда приводит к повышению солидарно-сти и поддержке друг друга людьми, постоянно проживающими на огражденной территории.

Ключевые слова:

городской район, территория, огражденные сообщества, сегрегация, отчуждение, солидарность, приватизация, сообщество.

Summary:

Emergence and growth of the number of areas, access to the territory of which is restricted, mainly by installing a fence, is an expression of social, economic, political and cultural transformations in contemporary societies. The growth of social segregation and privatization of public spaces is the essence of these transformations. However, the closed perimeter of fences does not always lead to increased solidarity and support of each other shown by people constantly living in the fenced area.

Keywords:

urban area, territory, gated communities, segregation, alienation, solidarity, privatization, community.

Современные огражденные сообщества (gated communities) являются весьма обсуждаемым в зарубежной социологии социальным фактом. Термин «огражденные сообщества» применяется в основном в отношении комфортабельных жилых кварталов, районов, а также пригородных коттеджных поселков, территория которых находится в собственности постоянных обитателей этих кварталов и поселков (резидентов) и ограничена для свободного доступа по воле жителей посредством стен, заборов, решеток и прочих преград [2]. Начиная с 1960-х гг. их количество быстро растет, прежде всего в США, а также в Мексике, Бразилии и Китае. В конце XX в. огражденные районы появляются в России и ряде других постсоциалистических стран, в Африке. Р. Легуа изучил американскую социологическую литературу, посвященную огражденным сообществам, и сделал вывод, что эти сообщества осмысливаются как зримое и материальное выражение социальных, экономических, политических и культурных трансформаций в обществе [3]. Суть этих трансформаций состоит в росте социальной сегрегации и приватизации публичных пространств. Критически оценивают общественные последствия развития огражденных районов А. Чизмази [4], Ш. Кешин [5], Р. Шнейдер [6], И. МакКензи [7].

Изучение социальных процессов в обществе, с которыми связано появление огражденных сообществ, приводит ученых к выводу, что одним из таких процессов является приватизация -собственности, ресурсов и пространств. Понятие приватизации применяется в рассматриваемых работах по отношению не к найму частных компаний местными органами власти и управления, а к приватизации форм и институтов управления и их функций, передаваемых частным организациям, которые покупают свои функции на рынке. Другой вывод заключается в том, что появление огражденных районов ведет к росту сегрегации и отчуждения в современном обществе, особенно американском. Р. Бенджамин характеризует менталитет резидентов огражденных районов штатов, которые он посетил, проехав 27 тыс. миль по стране, как смесь самодовольства и страха перед опасностями, существующий несмотря на стены и круглосуточную охрану [8]. Христианский мыслитель Д. Грюсел оценивает существование огражденных районов, «мысля христиански», как аморальное и несправедливое [9].

Но, может быть, благодаря появлению оград и ограничений по использованию территории всеми желающими растут солидарность и взаимная поддержка у людей, проживающих на охраняемой территории на законных основаниях? Поиском ответов на этот вопрос занимаются не

только социологи, изучающие американское общество. В Индии резидентов огражденных сообществ привлекают такие ожидаемые преимущества жизни в подобных местах, как безопасность, престиж, эксклюзивность и приватность. Ш. Сопал, проживающая в Нирване, одном из таких мест в пригороде Нью-Дели, говорит: «Я больше всего ценю защищенность и безопасность. Такие, как я, люди очень чувствительны на этот счет. Мы, жители Нирваны, очень хорошо понимаем друг друга». Социолог С. Шривастава отмечает, что такие места, как Нирвана, привлекательны для среднего слоя Индии потому, что их легче контролировать и их обитатели имеют много общего друг с другом. Это касается образа жизни и деятельности, ценностей, установок, предрассудков [10]. К подобным выводам приходят и другие исследователи. К. Ландман в 2002 г. изучила четыре огражденных сообщества вблизи главных городов ЮАР Йоханнесбурга и Тсване [11]. Появление таких сообществ начиналось с действий жителей отдельных домов, пытавшихся защитить свое имущество от воров. Они устанавливали заборы и электронные ворота, камеры и датчики, нанимали охранников. Когда в районе такие действия стали предпринимать большинство их жителей, было решено огородить весь район. Благодаря этому у жителей укреплялось чувство общей идентичности, доверия, близости друг с другом.

Р. Нельсон в книге «Частные районы и трансформация местной формы правления» доказывает, что люди, решившие проживать в определенном месте в достаточной близости друг от друга и согласившиеся следовать ограничениям, налагаемым на них сообществом собственников, делают свой выбор осознанно и свободно. Будучи компактной по размерам и более близкой к людям управляемой единицей, частный жилой район стимулирует у своих резидентов интерес к участию в общественных делах. Появление таких мест и характерного для них самоуправления Р. Нельсон описывает как самобытную форму американского социализма [12].

Но вопрос о том, присущ ли жителям огражденных районов дух товарищества и взаимной поддержки, остается без ответа. М.П. Эммонс в рецензии на книгу Р. Нельсона отметил, что автор игнорирует возможную социальную фрагментацию городского сообщества как следствие предлагаемых им изменений и права тех жителей, кто может пострадать от инноваций [13]. М. Кон предлагает именовать огражденные сообщества «воображаемыми сообществами» [14]. Он имеет в виду, что их сущность выражается в том, что их жителей объединяет не какая-то общая работа, посредством которой они объединяются и становятся единым миром, а чисто внешние показатели успеха и статуса. Ш. Кешин также сомневается, что огражденные районы, называемые иногда районами с общими интересами, вопреки своему названию порождают чувство общности друг с другом у их постоянных обитателей. Единственное, что может быть названо общим интересом у домовладельцев, - это присущее им всем стремление защитить свою частную собственность. Но это стремление не способствует появлению сильного и устойчивого духа солидарности между ними [15].

Подведем итоги обзора. Огражденные сообщества являются частным по отношению к публичной сфере, но обширным по своим масштабам проявлением тенденций сегментации и отчуждения в современном обществе. Стены и заборы между домами и кварталами в городах символизируют рост недоверия и дистанции между людьми, снижение возможности понять друг друга как разных, но составляющих единое сообщество людей. Подлинные основы гражданской культуры, гражданственности укоренены в приобщении горожан и сограждан к общим делам и общей ответственности. Безопасность и защищенность от преступников во многом зависит от неравнодушия горожан к делам друг друга, дома, квартала, района, города. Не пытаясь обустроить большой мир, сделав его комфортным и безопасным, жители элитных огражденных сообществ посвящают себя обустройству маленького или частного мира. Вероятно, в этих действиях проявляется разумность теории малых дел. Но обустройство небольших территорий формально общего социального пространства, осуществляемое малыми силами и в частных интересах, не способствует обустройству всего этого общего пространства.

Ссылки и примечания:

1. Статья подготовлена при финансовой поддержке РГНФ. Грант 16-03-00348, «Приватизация публичного пространства: социальные истоки, формы и последствия» (2016-2018).

2. Blakely E.J., Snyder M.G. Divided we fall: gated and walled communities in the United States // Architecture of Fear. New York, 1997 ; Grant J., Mittelsteadt L. Types of gated communities // Environment and Planning B: Planning and Design. 2004. Vol. 31. P. 913-930.

3. Le Goix R. Fulbright scholar examines gated communities in Southern California [Электронный ресурс] // UCLA International Institute. Asia Pacific Center. URL: http://www.international.ucla.edu/asia/article/4664 (дата обращения: 13.12.2016).

4. Csizmadi A. Conflicts around gated communities // 23rd ENHR Conference (5-8th July 2011). Toulouse, 2011.

5. Cashin Sh.D. Privatized communities and the "secession of the successful": democracy and fairness beyond the gate // Georgetown University Law Center. Fordham, 2001.

6. Goodyear S. Do gated communities threaten society? [Электронный ресурс]. URL: http://www.city-lab.com/crime/2012/04/do-gated-communities-threaten-society/1737/ (дата обращения: 21.10.2015).

7. McKenzie E.: 1) Beyond Privatopia: Rethinking Residential Private Government. Washington, 2011 ; 2) Common interests housing in the communities of tomorrow // Housing Policy Debates. 2003. Vol. 1-2. P. 203-234.

8. Benjamin R. The gated community mentality [Электронный ресурс] // New York Times. 2012. 29 March. URL: http://www.ny-times.com/2012/03/30/opinion/the-gated-community-mentality.html?_r=0 (дата обращения: 20.10.2015).

9. Greusel D. The injustice of gated communities [Электронный ресурс] // Think Christian. 2012. 19 April. URL: http://think-christian.reframemedia.com/the-injustice-of-gated-communities (дата обращения: 21.10.2015).

10. Goodyear S. Op. cit.

11. Landman K. Gated communities in South Africa: Comparison of four case studies in Gauteng. Pretoria, 2004.

12. Nelson R.H. Private neighborhoods and the transformation of local government. Washington, 2005.

13. Ammons M.P. Private governance for all: a desirable outcome or a cause for concern? // N.Y.U. Journal of Legislation and Public Policy. 2005. Vol. 9, no. 1. P. 503-519.

14. Kohn М. Brave new neighborhoods: the privatization of public space. New York ; London, 2005.

15. Cashin Sh.D. Op. cit.