Этапы становления и эволюции русского женского монашества: духовный облик первых подвижниц (X-XIV века)

7. Плосс Г. Женщина в естествоведении и народоведении: Антропологическое исследование / Г. Плосс // Женщина: монография / [пер. с 5-го нем. изд., дополн. и переработ. после смерти автора д-ром М. Бартельсом]; под ред. д-ра А.Г. Фейнберга. — Сыктывкар — Киров: Перя-Маа — ГИПП «Вятка», 1995. — Т 1.

8. Фатыхов С. Г. Мировая история женщины: Опыт сравнительной фактографии / С.Г. Фатыхов. — Екатеринбург: Банк культурной информации, 2004.

9. Фатыхов С. Г. Мировая история женщины: Хроно-культурологическое и фактографическое осмысление / С.Г. Фатыхов. — Екатеринбург: Банк культурной информации, 2008.

10. Хлобыстина М. Д. Говорящие камни. Сибирские мифы и археология / М.Д. Хлобы-стина; Акад. наук СССР. Сибирское отд. — Новосибирск: Наука, 1987.

11. Berndt R. M. The World of the First Australians. Aboriginal traditional Boas F. Evolution or diffusion? /R.M. Berndt, C.H. Berndt. — AmAnth. — 1924. Vol. 26. — P. 340-344.

Н. Е. Шафажинская

ЭТАПЫ СТАНОВЛЕНИЯ И ЭВОЛЮЦИИ РУССКОГО ЖЕНСКОГО МОНАШЕСТВА: ДУХОВНЫЙ ОБЛИК ПЕРВЫХ ПОДВИЖНИЦ

В статье описаны этапы становления и развития русского монашества, которое стало активно формироваться и расширяться после Крещения Руси. Особое внимание в данной работе уделяется раскрытию духовного облика первых русских великих княгинь-инокинь, соединивших в своей личности и судьбе христианскую нравственность, просвещенность и женские добродетели. Среди представленных героинь отечественной истории и культуры — святые благоверные княгини: анна новгородская, преп. Евфросиния Полоцкая, преп. Анна Кашинская, преп. Евфросиния Суздальская и преп. Евдокия Московская супруга великого благоверного князя Дмитрия Донского. Ключевые слова: теория культуры, русское женское монашество, эволюция, развитие, великая княгиня, духовно-просветительская деятельность, благотворительность.

Русское монашество, включая и женское, зародилось и развивалось на идеалах культуры святости Востока, Византии, с учетом специфики национального колорита и отечественных традиций. Известно, что первые монастыри появились на Руси еще до ее Крещения, а первые монахи были из греков. Красноречивой иллюстрацией первого этапа становления русского женского иночества служат строительство в Киеве церкви в честь Святой Софии и воздвижение монастыря великой княгиней равноапостольной Ольгой в 960 году.

Говоря о дальнейшей эволюции в истории и традициях женского монаше-

ства, важно вспомнить, что на Востоке оно уже выработало определенные формы обычного и чрезвычайного подвижничества: первый его вид проявился в жизни иноков согласно с требованиями монашеских уставов, а второй — в экстремальных подвигах аскетизма — таких, как столпничество, затворничество, юродство. Все виды этих духовных подвигов появились и в Русской церкви, а некоторые из них — в женском монашестве.

Вслед за крещением народа, по свидетельству митрополита Иллариона, на киевских горах стали появляться монастыри и черноризцы, особенно быстро

их число увеличивалось при Ярославе Мудром. Он сам создал в Киеве два монастыря — один Георгиевский, в честь своего Небесного покровителя святого великомученика Георгия Победоносца, а другой — Ирининский, в честь ангела свой супруги. Самым замечательным и значительным для монашеской и церковной жизни того времени был Киево-Печерский монастырь (5, с. 74).

Численность женских обителей множилась благодаря духовному примеру строгой монашеской жизни мужских монастырей и высокой потребности женского естества наиболее полно реализовать себя в молитвенном подвиге и делах благотворительности. Так, вслед за Киево-Печерской обителью, возникали новые обители во всех русских городах, преимущественно со второй половины XII века. В одном Киеве их было до 17, в Переяславе и Чернигове было по 4 монастыря, в Галицком княжестве — 3; согласно жизнеописанию Евфросинии Полоцкой, ею, кроме Спасского монастыря, были организованы 3 обители, а в Смоленске, как повествует летопись, действовало 5 монастырей (4, с. 61).

Осуществляя многогранную духовно-просветительскую и благотворительную деятельность, монастыри воспитывали церковных учителей, являлись сокровищницами духовной литературы. На чтение и списывание книг монахи и монахини смотрели как на христианский подвиг и святую обязанность. В монастырях содержались уникальные библиотеки, обучались грамоте иноки и прихожане. Например, при Андреевском женском монастыре в Киеве Янка, дочь Всеволода, устроила училище для обучения грамоте девиц.

Говоря о социокультурных особенностях первых веков христианства на Руси, следует подчеркнуть, что любовь к просвещению и образованность были характерными чертами русских князей и монашества. Сам князь Ярослав Мудрый «читал книги день и ночь», по слову летописца; сын Ярослава Святослав Черниговский имел у себя «полны кле-

ти книг». Любовью к образованию известны также Всеволод Переяславский, говоривший на пяти языках, и сын его Мономах (4, с. 63).

Главным средоточием образования было, разумеется, духовенство, по примеру которого преуспевало в образованности и женское монашество, гармонично соединяя в себе христианскую нравственность, просвещенность и женские добродетели.

Первой инокиней Древней Руси ученые-историки называют Ирину, дочь шведского короля, супругу великого князя Ярослава Мудрого. Великая княгиня вместе с Ярославом основала в Киеве монастырь во имя своей покровительницы — св. великомученицы Ирины, и именно она положила начало обычаю монашеского пострижения в великокняжеском доме после исполнения князьями долга правителей народа. Княгиня приняла иноческий постриг с именем Анна (Новгородская) в конце своей жизни (1050).

Примеру великой княгини в дальнейшем последовали благоверная княгиня Феврония (XIII век), святая благоверная княгиня-инокиня Анна Кашинская (XIV век) и святая благоверная княгиня Евдокия (XIV век) (1, с. 120).

Второй инокиней из княжеского рода, но первой девственницей была преподобная Анна — дочь великого князя Всеволода Ярославича, последний весьма почитал епископов и священников, в особенности монахов. Мать Анны — греческая царевна, дочь императора Константина Мономаха, из Византии, своей родины, принесла неоценимое сокровище — мощи святой великомученицы Варвары.

Акцентируя внимание на условиях и особенностях нравственного воспитания юных девушек в княжеских семьях, отметим, что в этих семьях много внимания уделяли не только воспитанию, но и образованию: Анна много читала духовных книг, из которых, и прежде всего из Евангелия, черпала неиссякаемую духовную премудрость. Еще в раннем возрасте у нее окрепло намерение

посвятить себя монашеской жизни, которое она осуществила в 1087 году, приняв постриг в монастыре, устроенном ее отцом. Она стала духовной наставницей сестер обители, которую приняла в свое управление и все силы прикладывала к ее благоустройству. Свою духовную образованность преподобная Анна употребляла на обучение Закону Божию и грамоте девиц, для которых ею было создано первое в России училище при монастыре. В нем сестры обучались также пению и различным рукоделиям. Заботясь о процветании обители и духовном просвещении инокинь, св. Анна предпринимала путешествия в столицу Православия — Константинополь, откуда привезла в Киев книги для библиотеки училища.

Матерью русского женского монашества ученые-историки по праву называют преподобную Евфросинию Полоцкую (XII век). Преподобная Евф-росиния была княжной Полоцкой и правнучкой святого равноапостольного Владимира Крестителя. С раннего возраста ее воспитывали в христианской традиции, Предслава (ее имя до монашеского пострига) полюбила духовное чтение и церковную службу. Обладая незаурядными способностями к учению и различными талантами, она еще в детские годы овладела грамотой, читала Псалтирь, Священное Писание и другие книги духовно-нравственного содержания.

Как сказано в жизнеописании преп. Евфросинии, в любви к ближним, чистой праведной жизни, молитве, она возрастала в святости и «стяжала плод молитвы еще в детстве» (7, с. 33).

Отказавшись от замужества, преп. Евфросиния тайно удалилась в монастырь и, по благословению епископа Полоцкого Илии, поселилась при Софийском соборе Полоцка, где пользовалась его обширной и богатой библиотекой, занимаясь переписыванием духовных книг. Преподобной Евф-росинией был основан за городом Спа-со-Преображенский монастырь, в котором она стала начальницей и духовной

руководительницей сестер обители. Подобно Анне, Евфросиния создала женскую школу, где обучала девиц грамоте, пению, искусству шитья и другим ремеслам. Для сестер наставница стала духовной матерью, которая призывала своих воспитанниц: «Приготовьте из себя чистую пшеницу Христову, измельчитесь в жерновах смирения, трудами постническими, чистотою, любовию, молитвой, и тогда вы приготовите из себя хлеб, приятный Богу» (7, с. 35). Удивительно проникновенно и актуально звучат эти наставления сегодня, несмотря на, казалось бы, недосягаемый нравственный идеал и «несовременную» возвышенность, пафосность риторики. Однако чистота, скромность, жертвенная христианская любовь, кротость, смирение, благородство, терпение, верность долгу и поныне остаются теми качествами, которые составляют сердцевину русского женского характера, воспетого в отечественной культуре.

В XIII веке прославились замечательные подвижницы, среди которых назовем лишь некоторых. Одной из ярких представительниц женского монашества этого периода является преподобная Евфросиния Суздальская. До принятия пострига ее звали Феодулией, она была дочерью святого князя Михаила Черниговского, принявшего мученическую кончину в Орде. Еще в младенчестве у Феодулии проявились черты аскетизма и будущей святости: она отказывалась питаться молоком кормильцы, если та в этот день ела мясо. Подросшую дочь благоверный князь Михаил сам обучал грамоте, Священному Писанию и другим наукам. Такое воспитание способствовало как высокому христианскому просвещению девушки, так и ее широкой эрудиции, образованности в области филологии и философии.

Рано почувствовав призвание к иноческой жизни и тяжело пережив внезапную смерть жениха, девушка поступила в Суздальский Ризоположенский женский монастырь, где скоро превзошла всех сестер иноческими подвигами,

которые она совершала, преодолевая мучительные телесные недуги и подчиняя плоть духу. Большую часть дня монахиня пребывала в трудах и молитве, а по ночам изучала слово Божие, читала и переписывала духовные книги. Однажды она спросила игуменью монастыря: «Зачем Господь попускает тяжелые искушения?» — «Без нападения врага не было бы твердых царских рабов, — ответила опытная старица, — так и Господь допускает своим рабам терпеть искушения, чтобы явились добродетели их» (3, с. 492). Своей жизнью и подвигами преп. Евфросиния возвысила значение обители: Суздальский монастырь в честь положения ризы Пресвятой Богородицы во Влахерне стал лучшим на Руси. Некоторое время преподобная несла подвиг безмолвия, после чего обрела дар пророчества: она предсказала разорение Суздаля Батыем. В 1238 году татары сожгли все храмы и монастыри в Суздале, но, по молитвам св. Евфросинии, Ризоположенский монастырь был сохранен.

Вся жизнь святой подвижницы была полна испытаний: смерть жениха, отца, брата, наставника; великое разорение Отчизны войсками Батыя, непрестанная духовная борьба — все это требовало терпения, кротости, мужества. Преподобная Евфросиния воплощает собой терпение русских женщин.

В XIII веке просияло имя преподобной Харитины, о которой известно не так много, но даже краткая информация позволяет судить о незаурядной судьбе и самой личности этой подвижницы. Святая благоверная княгиня Харитина Литовская оставила свое отечество, гонимая междоусобными разногласиями в королевской семье, и приняла монашеский постриг в Новгородском женском монастыре в честь св. апостолов Петра и Павла. После долгих лет подвижнической жизни она стала игуменьей этого монастыря, являя образ смирения, чистоты, строгого воздержания. Скрывая от всех, по своей скромности, духовные подвиги, преп. Харити-на проявила одну из особенностей

женской святости на Руси — прикровен-ность, сокрытость своих подвигов, отсутствие малейшего внешнего эффекта, тем более демонстративности, рассчитанной на одобрение окружающих. Монашеское имя преподобной (Харити-на — «милующая», творящая милосердие) показывает ее основное качество — отзывчивость на чужое горе, сострадание и помощь нуждающимся. Она принимала на себя чужую беду как свою собственную (2, с. 361).

Ярким образом культуры святости русских женщин XIII века служит духовный облик и подвиги благоверной княгини Анны Кашинской. Она жила в скорбное для Руси время, в конце XIII

— начале XIV веков — самые тяжелые дни татаро-монгольского ига. Анна Дмитриевна была дочерью ростовского князя Димитрия Борисовича и замужем за Тверским великим князем Михаилом Ярославичем, предательски убитым впоследствии в татарской Орде.

Судьба этой замечательной личности, истинной христианской подвижницы, как будто вобрала в себя судьбы русских православных женщин — стойких, милосердных жен и матерей. Беды от ордынского нашествия, обрушившиеся на жителей княжества, вызывали в Анне глубокое сострадание. При дворе княжны по ее просьбе кормили голодающих. Она ходила по городу к тем, кто не мог дойти до княжеского двора, кормила стариков и женщин; особым вниманием и заботами ее пользовались сироты, вдовы. Она ухаживала за больными, ранеными, искалеченными.

Благоверная Анна, став женой князя Михаила Тверского, проявляла доброту и покорность супругу, подавала пример скромности, трудолюбия и милосердия, оставаясь вместе с тем мудрой сподвижницей своего супруга и заботливой домоправительницей. О том, что княгиня Анна — неутомимая молит-венница, знала вся Тверь. После замужества в Анне проявился еще один дар

— терпение, позволивший ей вынести все скорби и испытания: мученическую кончину супруга в Орде, смерть от рук

врагов старшего сына Димитрия и внука Феодора, среднего сына Александра, кончину сына Константина. Семейное горе заставило княгиню покинуть Тверь, а потом и совсем удалиться от мира: вначале она приняла монашеский постриг с именем Евфросиния в Софийском монастыре, а затем схиму (высшую степень монашества) с прежним именем Анна в Успенском монастыре, где и скончалась в 1338 году (по другим сведениям — в 1368 году).

Духовный облик и жизнь праведной Анны полностью отвечают ее имени: «Преподобная Анна-благодатная. Это основное ее качество. Благодать Божия и Пречистой Матери Господа даруется ей за великий подвиг терпеливого несения страданий и утрат в жизни, а после смерти — за подвиг терпения хулы» (7, с. 88). Мощи святой благоверной Анны Кашинской покоятся в Вознесенском соборе города Кашина.

Начиная с середины XIV века — этапа расцвета и начала «золотого века святости» на Руси — появляется множество монастырей во всех областях Великороссии. В тот период Москва была буквально опоясана линией обителей, как духовной оградой. Среди устроительниц женских монастырей, еще более укрепивших свое духовное влияние на общество, просияло иноческое имя супруги великого князя Дмитрия Ивановича Донского Евфросинии (в миру — Евдокии). Великая княгиня основала в Москве Вознесенский монастырь у Спасских ворот в 1387 году. В нем она сама приняла монашеский постриг и была погребена после кончины. Упоминая об этой прекрасной обители, сразу следует сказать, что в главном, Вознесенском, храме в дальнейшем были похоронены почти все великие княгини, царицы и русские царевны, начиная от самой основательницы (1407) и до XVIII столетия. Монастырь был полностью разрушен в 1920-е годы. При разборе Вознесенской церкви святые мощи великой княгини Евдокии и останки некоторых других княгинь и цариц были перенесены в подвал

палатки, пристроенной к Архангельскому собору.

Судьба великой княгини Евдокии, в монашестве — инокини Евфросинии, прославлено среди судеб других святых жен Руси, но ее личный аскетический путь и характер подвижничества имеют свои особенности. Несмотря на то, что Евдокия была супругой великого князя, она отличалась редкой кротостью, нежностью, смирением, милосердием, не увлекалась светской суетой, а заботилась со своим мужем о ближних и о спасении души. Важным обстоятельством жизни княжеской четы являлись их близкие духовные отношения с выдающимися праведниками той эпохи: святителем Алексием; духовным руководителем супругов св. Феодором, племянником преп. Сергия Радонежского и самим преподобным Сергием, который был крестным отцом одного из сыновей князя Дмитрия Донского и княгини Евдокии. Во всех трудах и скорбных обстоятельствах Евдокия всегда поддерживала мужа заботой и молитвой. Вместе с ним она молилась перед походом князя на Мамая; во время войны молилась о победе и раздавала щедрую милостыню; вслед за мужем княгиня отправилась в Кострому, куда он уехал собирать войско против Тохтамыша, и едва не попала в плен к татарам. После смерти молодого еще супруга, Евдокия, по завету великого князя Дмитрия, приняла на себя обязательства продолжить и осуществить все его незавершенные дела, в чем проявила незаурядную мудрость и честность. После смерти мужа княгиня не поступила сразу в монастырь, но, оставаясь в миру, вела жизнь подвижническую, хотя скрывала это: носила богатые одежды, везде ее видели веселой, жизнерадостной, сострадательной. Под роскошной великокняжеской одеждой праведная Евдокия носила власяницу и тяжелые вериги, но даже от близких людей скрывала свои подвиги. Не зная о них и видя только внешность, многие возводили клевету на подвижницу, однако людская молва и пересуды лишь усиливали доброжела-

тельность и смирение княгини (3, с. 329). Все свое имение она разделила на бедных и храмы и, кроме Вознесенского монастыря, в котором перед смертью приняла монашеский постриг, основала Горицкий женский монастырь в Переяс-лавле. Великая княгиня Московская Евдокия, в монашестве — инокиня Евфросиния, скончалась в 1407 году; ее мощи находятся в Архангельском соборе Кремля.

Благодаря первым подвижницам, их нравственным подвигам в русском женском монашестве постепенно стало формироваться такое духовное явление, как старчество.

Сами благоверные княгини-инокини не находились под непосредственным руководством старцев, но в своем духов-

ном подвиге были возведены в степень высшего христианского совершенства и таким образом стали наставницами. Они первыми на Руси воплотили в себе черты женского старчества. По словам святителя Игнатия Брянчанинова, святые жены Руси довели до полноты те добрые дела, которые заповеданы Евангелием и удобны для совершения в миру (6, с. 473).

Идеал святости, созданный первыми инокинями Древней Руси, на все последующие времена определил характер дальнейшей эволюции русского женского монашества и, что наиболее ценно, сформировал христианский образ подлинной красоты русской женщины как самобытного феномена отечественной жизни и культуры.

Примечания

1. Евангельское жительство / сост. Игуменья Ольга с сестрами. — Свято-Успенский женский монастырь, 2002.

2. Жития русских святых: учебное пособие. — Коломна: Свято-Троицкий Ново-Голут-вин монастырь, 1993. — Кн. 4.

3. Жития святых Православной Церкви / сост. священник Иоанн Бухарев. — М.: Отчий дом, 2003.

4. Знаменский П. В. Руководство к русской церковной истории / П.В. Знаменский. — Минск: Издательство Белорусского Экзархата, 2006.

5. Малицкий П. И. Руководство по истории Русской Церкви / П.И. Малицкий. — М.: Крутицкое Патриаршее Подворье, 2000.

6. Творения иже во святых Отца нашего святителя Игнатия, епископа Ставропольского. Аскетические опыты. — М.: Сретенский монастырь, 1996. — Т. 1.

7. Трофимов А. Святые жены Руси / А. Трофимов. — М.: Энциклопедия российских деревень, 1994.

В. Х. Назарова

ИСТОЧНИКИ ИССЛЕДОВАНИЯ ПЕСЕННОЙ КУЛЬТУРЫ СТАРООБРЯДЦЕВ ЗАБАЙКАЛЬЯ

Статья посвящена одной из сложных проблем современной исторической культурологии — проблеме определения и систематизации источников истории культуры, или источников культуры, в частности источников исследования песенной культуры старообрядцев Забайкалья, проанализирован значительный фактический материал, представляющий певческое искусство старообрядцев Забайкалья, выявлен ряд исследований, раскрывающих различные аспекты истории формирования, специфики стилевых особенностей и форм современного бытования певческих традиций семейских. Ключевые слова: теория культуры, источники культуры, старообрядцы, семейские, Забайкалье, песенный фольклор, этнография.