Современное состояние буддизма в этнической Бурятии

Судя по всему Забайкальский статистический комитет, официально созданный 19 февраля 1865 г. [ГАЗК. Ф. 19. On. 1. Д. 8. Л. 65], предпринимал усилия по привлечению интеллигенции в качестве действительных и почетных членов для сбора и анализа информации, необходимой для правильной организации государственного управления Забайкальской областью.

Сохраненные в деле статистического комитета письма проливают свет на административную и научную деятельность П.А. Кропоткина и лиц из его окружения. В именах и текстах отчетливо запечатлены конкретные ситуации, взаимоотношения и интересы, отражающие личностную, общественную и государственную историю пореформенной России, успешно закрепляющейся в восточных пределах Азии.

Небезынтересны и взгляды П.А. Кропоткина, находящегося тогда на официальной службе, умеющего выполнять сложнейшие поручения руководства, но вместе с тем критически оценивающего реальности окружающего его мира.

Литература

1. ГАЗКФ. 19. Оп. 1.ед. хр. 7.

2. ГАЗКФ. 18. Оп.1. Д. 20,21,25,29.

3. Артемьев А.Р. Города и остроги Забайкалья и Приамурья во второй половине XVII - XVIII вв. - Владивосток: Институт истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН: Приморский полиграфкомбинат, 1999. -336 с.

4. Дневник П.А. Кропоткина / предисл А.А. Боровского. - М.; Пг: Гос. изд-во, 1923. - 292 с.

5. Константинова Т.А. Губернаторы Забайкалья 1851 - 1917 гг. - Чита: Тип. ч.п. Богданова Г.Г., 2001. - 91 с.

6. Константинова Т.А. Читинские рукописи и автографы Петра Кропоткина // Петр Алексеевич Кропоткин - гуманист, ученый, революционер //Российская науч. конф.: сб. тез. - Чита: Изд-во ЧГПИ, 1992. - С. 13-15.

7. Константинова Т.А. Петр Кропоткин и Читинская выставка 1862 г. // Петр Алексеевич Кропоткин и проблемы моделирования историко-культурного развития цивилизации: материалы междунар. науч. конф. / сост. П.Н. Талеров. - СПб: Соларт, 2005. -С. 414^119.

8. Константинова Т.А. Сельскохозяйственная выставка 1-я // Энциклопедия Забайкалья: Читинская область: в 4 т. Т. IV: С-Я/гл. ред. Р.Ф. Гениатулин. -Новосибирск: Наука,2006. -С. 31.

9. Константинова Т.А. Шанявский A.JI. // Энциклопедия Забайкалья: Читинская область: в 4 т. Т. IV: С-Я / гл. ред. Р.Ф. Гениатулин. - Новосибирск: Наука, 2006. - С. 364.

10. Кропоткин П.А. Дневники разных лет. - М.: Сов. Россия, 1992. - 464 с. (Русские дневники).

11. Кропоткин П.А. Записки революционера. -М.: Мысль, 1990. -527 с.

12. Петр Алексеевич Кропоткин. Естественнонаучные работы. - М.: Наука, 1998. - 270 с, ил. - (Научное наследство. Т. 25).

Константинов Михаил Васильевич, доктор исторических наук, профессор кафедры истории России, Забайкальский государственный университет, г. Чита.

Константинова Татьяна Андреевна, кандадат исторических наук, заместитель директора по науке Государственного архива Забайкальского края, г. Чита.

Konstantinov Mikhail Vasilevich, doctor of historical sciences, professor, department of history of Russia, Zabaikalsky State University, Chita.

Konstantinova Tatyana Andreevna, candidate of historical sciences, deputy director for science, State Archive of Zabaikalsky territory, Chita.

УДК 294.3

Г.Е. Манзанов

Современное состояние буддизма в этнической Бурятии

В статье на основе трех социологических исследований, проведенных в рамках проекта «Религиозные представления бурятского народа», отражается современное состояние буддизма на территории этнической Бурятии.

Ключевые слова: религия, буддизм, социология, респондент, традиция, обряд, культ.

G.E. Manzanov

The current state of Buddhism in ethnic Buryatia

This article is based on the data of three sociological researches held within the project “Religious notions of Buryat people”. It researches the current state of Buddhism on the territory of ethnic Buryatia.

Keywords: religion, Buddhism, sociology, respondent, tradition, rite, cult.

В 1999 и 2003 гг. в рамках проекта «Религиозные представления бурятского народа» автором совместно с Восточным факультетом БГУ были проведены два социологических исследования, в деся-

ти сельских районах Республики Бурятия: Баргузинском, Курумканском, Джидинском, Закаменском, Селенгинском, Тункинском, Иволгинском, Заиграевском, Кижингинском и Хоринском, г. Улан-Удэ, Агинском и Усть-Ордынском Бурятских автономных округах. В 2011 г. автором совместно с Гуманитарно-культурологическим факультетом ВСГАКИ проведено социологическое исследование, в рамках проекта «Религиозные представления бурятского народа», в пятнадцати сельских районах Республики Бурятия: Баунтовском, Бичурском, Джидинском, Еравнинском, Заиграевском, Закаменском, Иволгинском, Кабанском, Курумканском, Кяхтинском, Прибайкальском, Северобайкальском, Селенгинском, Тункинском, Хоринском и г.Улан-Удэ.

По основным социально-демографическим показателям структура выборки соответствует сложившейся социально-демографической структуре населения данных субъектов Российской Федерации на момент проведения социологических исследований. На основании статистических данных Госкомстата Российской Федерации и Госкомстата Республики Бурятия был произведен расчет гнездовой, квотной выборки. В качестве гнезда выборки были приняты административные районы и города по схеме административного деления Республики Бурятии, а также Усть-Ордынский и Агинский Бурятские округа.

По данной методике в 1999 г. были опрошены 619, в 2003 г. - 613, в 2011 г. - 700 человек, мужчин и женщин, бурят по национальности в возрасте от 18 до 60 лет и старше, от не имеющих начального до имеющих высшее образование, работающих в различных сферах деятельности, военнослужащих, студентов, безработных и пенсионеров.

Социологические исследования по отношению к религии бурятского населения Республики Бурятия, Агинского и Усть-Ордынского Бурятских округов показали, что наиболее распространенным явлением по всему объему опроса в 90-е гг. XX в. является рост количества верующих людей. Опросы 1999 и 2003 гг. показывают, что религиозная ситуация становится стабильной, количество верующих практически не меняется. Опрос 2011 г. показал, что количество верующих значительно увеличилось.

На вопрос: «Каково ваше отношение к религии?» ответы распределились следующим образом (табл. 1):

Таблица 1

1999 2003 2011

1. Верующий и соблюдаю религиозные обряды 43,6 45,0 56,4

2. Верующий, но не соблюдаю религиозные обряды 31,0 24,6 24,7

3. Колеблюсь 4,9 5,4 3,1

4. Все равно 3,6 4,4 3,3

5. Не верующий, но уважаю чувства тех, кто верует 14,2 15,2 9,2

6. Я думаю, что с религией надо бороться 0,3 0,5 0,9

7. Затрудняюсь 2,4 4,9 2,4

Вот как выглядит динамика религиозности в России в течение последнего десятилетия XX - в первые годы XXI в. согласно результатам социологических исследований (приведенные данные в процентах включают тех, кто верит в существование Бога как личности или как безликой сверхъестественной силы, а также колеблющихся между религиозной верой и неверием) (табл. 2).

Таблица 2

1991 г. 1993 г. 1995 г. 1997 г. 1999 г. 2000 г. 2001 г.

ВЦИОМ 57 74

ИСПИ РАН 66 68 70 71 73 72

ИКСИРАН 77 73,4 71,8 71,2 71

Исследовательский проект «Религия и ценности после падения коммунизма» 51 60 70

Как видно из приведенных данных, полученных различными коллективами исследователей, при всем разбросе их результатов, количество людей, с большей или меньшей определенностью относящих себя к верующим, в течение 1990-х гг. возрастало и к концу века составило от 70 до 74% взрослого населения страны. Правда, за последние 3-4 года наметилась определенная стабилизация уровня религиозности, что, возможно, свидетельствует об исчерпании резерва ее дальнейшего роста [1].

С другой стороны, законы развития социума таковы, что после резкого взлета какого-то показателя неизбежно наступает спад, а затем происходит выравнивание, и развитие того или иного явления идет уже более поступательно. Социологические исследования, проводившиеся в России, фиксируют положительную динамику уровня религиозности взрослого населения страны в течение 2000-х гг. При этом доля лиц, считающих себя верующими, достигла в 2002 году 80,9% (данные независимого исследовательского центра РОМИР) [2], в 2006 г. - 82% (данные ВЦИОМ) [3]. По данным Петербургского НИИ комплексных исследований, соотношение между верующими и атеистами приблизительно 80% к 18% [4]. Данные проведенного нами исследования (74,6% - в 1999 г., 69,6% - в 2003 г. и 81,1% - 2011 г.) соответствуют общероссийским показателям.

Результаты социологического исследования показали, что доминирующей религией среди бурят является буддизм. 1. Верующими буддистами себя определили 61,2% - 1999 г., 61,3% - 2003 г., 70% -2011 г. (здесь наблюдается стабилизация религиозной ситуации в 1999 и 2003 гг. и значительный рост к 2011 г.). 2. Произошло некоторое уменьшение определивших себя шаманистами к 2003 г., а затем наблюдается небольшой рост: 21,9% - 1999 г., 15,6% - 2003 г., 18% - 2011 г. 3. Православными определили себя: 0,4% - 1999 г., 1,6% - 2003 г., 1,4% - 2011 г. 4. Произошло незначительное увеличение последователей различных протестантских конфессий к 2003 г., а затем произошло незначительное уменьшение: 0,1% - 1999 г., 1,3% - 2003 г., 0,2% - 2011 г. 5. Верят в своего Бога, но не разбираются в религиях 1,8% - 1999 г., 1,6% - 2003 г., 1,1% - 2011 г. 6. Верят в своего Бога: 3,9% -1999 г., 3,1% - 2003 г., 2,3% - 2011 г. Здесь произошло незначительное уменьшение. 7. Значительное количество опрошенных не является последователями какой-либо религии: 10,6% - 1999 г., 15,4% -2003 г., 6,7% - 2011 г. Здесь наблюдается определенный рост к 2003 г., а затем произошло значительное уменьшение к 2011 г. Наблюдается интересный феномен двоеверия: 7,4% в 1999 г., 9,5% в 2003 г. и 8% в 2011 г. определили себя верующими и буддистами и шаманистами одновременно.

По данным социологического исследования, проведенного канцелярией Председателя правительства Республики Тува в 2004 г. при участии О.М. Хомушку, 58,5% опрошенных из представителей тувинского населения отметили, что они являются буддистами, 6,7% - шаманистами, 6,7% - православными, 3,4% - протестантами, 4,2 просто христианами, 6% - просто верующими, 9,6% - затруднились ответить [5].

По данным монгольской исследовательницы Цэвээний Цэцэнбилэг, 85,8% опрошенных из представителей монгольского населения отметили, что они придерживаются традиционной буддийской религии, 9,3% - христианства, 1,3% мусульмане, 3,5% - верят в Небо, т.е. являются шаманистами. В целом 80,7% отнесли себя к верующим, и только 3% заявили, что они убежденные атеисты [6]. Неожиданный для исследовательницы вывод, полученный в ходе исследований, заключался в том, что «религиозность не мешает личностной модернизации, скорее даже наоборот, верующие более современны». Хотя она и делает оговорку, что разница в количественных показателях не настолько существенна, чтобы утверждать это однозначно [6].

Можно предположить, что сходство данных, полученных нами от тувинской и монгольской исследовательниц, обусловлено конфессиональными особенности буддизма и некоторыми общими условиями образа жизни данных народов.

В целом по всему объему социологического исследования можно сделать вывод, что доминирующей религией среди бурят является буддизм. Буддийские религиозные концепции земного бытия и назначения человека служат для части бурятского населения действенным мотивом, определяющим жизненные планы, повседневную производственную и социальную деятельность. Поэтому основная масса опрошенных, несмотря на различные переживания, дает положительную оценку, что позволяет им считать свою жизнь в целом хорошей. На вопрос: «С каким настроением Вы смотрите в будущее?» ответы распределились следующим образом (табл. 3):

Таблица 3

1999 2003 2011

1. С надеждой и оптимизмом 40,2 48,8 60,1

2. Спокойно, без особых надежд и иллюзий 39,1 31,7 27,7

3. С тревогой и неуверенностью 13,4 9,5 4,5

4. Со страхом и отчаянием 1,5 1,5 2,4

5. Затрудняюсь 5,8 8,7 5,4

Как видно из бесед, многие респонденты принимают буддийскую догму, по которой, согласно учению о карме, страдание является извечной, неотъемлемой и единственно реальной сущностью земного бытия. Для многих только верующие буддисты - носители высокой нравственности. Большинство опрошенных считают, что поклонение Будде, приношения храмам является обязательным условием положительных нравственных качеств человека. Все перечисленное подтверждает определяющее значение буддийских моральных установок и ценностных ориентаций. И в этом, вероятно, заключается главный итог воздействия непростой постсоветской действительности на сознание современных бурят.

Литература

1. Гараджа В.И. Социология религии. - М.: ИНФРА-М, 2005. - С. 326-327.

2. Сколько верующих / Религия в светском обществе / СОВА. Информационно-аналитический центр, http://www.sova-center.ru/religion/discussions/how-manv/about/ 08.05.2011.

3. ВЦИОМ представил результаты очередного опроса россиян об их отношении к религии / СОВА. Информационноаналитический центр, http://www.sova-center.ru/religion/discussions/how-manv/2006/09/ d9011/

4. Религия в цифрах и фактах - Статистика.ги. httr://statistika.ru/naselen/2007/12/05/naselen 9686.html

5. Хомушку О.М. Религия в культуре народов Саяно-Алтая. - М.: Изд-во РАГС, 2005. - С. 190.

6. Цэвээний Цэцэнбилэг. Проблемы модернизации монгольского общества. - Улаанбаатар, 2002. - С. 112.

Манзанов Георгий Евгеньевич, доктор философских наук, ведущий научный сотрудник отдела философии, культурологии и религиоведения Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН, г. Улан-Удэ, g.manzanov@yandex.ru

Manzanov Georgy Evgenievich, doctor of philosophical sciences, leading researcher, department of philosophy, Institute of Mongolian, Buddhist and Tibetan Studies, SB RAS, Ulan-Ude, g.manzanov@yandex.ru

УДК 281.9

Г. С. Митыпова Политические предпосылки сохранения православных традиций в современной Монголии*

* Материал подготовлен в рамках грантового проекта БГУ 2010 г. «Институциональные формы трансляции традиции православия в странах АТР».

Рассматриваются исторические традиции и современные проблемы распространения православия в Монголии с точки зрения тактического и стратегического потенциала православной церкви, которое в силу ряда факторов только получает реализацию, и его можно охарактеризовать как «новую волну» продвижения православия в страны АТР.

Ключевые слова: православное зарубежье, священническая деятельность, традиции просветителей, российское духовенство, церковная дипломатия, миссия.

G.S. Mitypova Political prerequisites of preservation the Orthodox traditions in modern Mongolia

The historical traditions and modem problems of dissemination of Orthodoxy in Mongolia are considered from the point of view of tactical and strategic potential of the Orthodox church. Due to a number of factors it just receives implementation that can be characterized as «a new wave» promotion of Orthodoxy in the countries of the Asian-Pacific region.

Keywords: the Orthodox diaspora, priestly activities, the traditions of enlighteners, the Russian clergy, church diplomacy, mission.

Исторические исследования, которые проводятся в рамках данного проекта аспирантами, магистрантами Бурятского государственного университета, можно разделить на несколько основных исторических разделов: изучение становления церковной жизни и миссионерства среди народов Монголии; духовно-нравственной жизни народа до событий 1917 г. и последующих революционных событий, оказавших определенное влияние на религиозный вопрос в данном регионе; истории религиозной жизни в XXI в. и процессы ревилитации, трансформации традиционных форм; исследование проблемы политической структуризации религиозных институтов в его территориальной проекции, религиозной и этнической идентификации в области христианства; религиозной экспансии в пределы монгольского государства в новейшей истории; монгольское законодательство в области религии; возрождение православия в Монголии; институциональные формы трансляций традиции православия