Неразменный СУЭК

Андрей Мельниченко и Сергей Попов, разделив свои активы, не стали расставаться с акциями СУЭК. В планах бизнесменов – создать одну из крупнейших энергетических и угольных корпораций, сопоставимую по масштабам с мировыми гигантами.

В конце 1990-х годов мало кто мог предположить, что спустя всего несколько лет угольный бизнес в России окажется весьма прибыльным. Тотальные неплатежи и шахтерские бунты отбивали охоту к покупкам шахт и разрезов у многих инвесторов. Лишь металлурги проявляли активность на рынке коксующегося угля, основного сырья для выплавки стали. Предприятия, добывающие энергетический уголь, популярностью не пользовались.

Но учредители МДМ-банка Андрей Мельниченко и Сергей Попов решили рискнуть. «Хотя в 1998–1999 годах оплачивалось только 10% поставок угля электростанциям,– рассказывает глава СУЭКа Владимир Рашевский, – наши акционеры поверили, что РАО ЕЭС решит эту проблему, и пошли в энергетический сектор». Предприятия, добывающие энергетический уголь, были в то время недооценены.

Бизнесмены приступили к методичной скупке сначала угольных, а затем и энергокомпаний, работающих на твердом топливе. Начав свои приобретения с «Востсибугля» и «Читаугля», за 2001–2004 годы группа МДМ получила контрольные пакеты акций угольных компаний в восьми регионах: Чите, Иркутске, Красноярске, Кузбассе, Хакасии, Приморье, Хабаровске и Бурятии. Также были куплены крупные пакеты акций 10 энергокомпаний, электростанции которых работают на угле. На это предприниматели потратили около $1 млрд. Все угольные активы объединили в Сибирскую угольную энергетическую компанию (СУЭК), которая к середине прошлого года получила контроль над 28% российской угледобычи.

Оценка, даваемая СУЭК аналитиками, с начала 2000-х годов выросла в несколько раз – с $500 млн примерно до $3-6 млрд. А после выхода компании на фондовый рынок, что может случиться уже в этом году, ее капитализация, как ожидается, превысит эти цифры. По мнению аналитика ИК «Метрополь» Дениса Нуштаева, СУЭК – актив с большим будущим: «Капитализация аналогичных по масштабам западных компаний угольной отрасли составляет $12–13 млрд».

РЫНОК
Россия занимает второе место в мире по запасам угля (более 17% от общего объема). Емкость внутреннего рынка – 260 млн тонн в год, из которых около 220 млн тонн добывается в России. На начало января 2006 года в стране насчитывалось 236 угольных предприятий суммарной мощностью 324,6 млн тонн в год. За 11 месяцев 2006-го Россия увеличила добычу угля на 3% по сравнению с аналогичным периодом 2005-го. Основным потребителем энергетического угля являются генерирующие структуры РАО «ЕЭС России», закупающие около половины добытого в России угля. В ближайшие годы добыча будет только увеличиваться, что вызвано ростом спроса на топливо из-за роста цен на газ.
Консолидация отрасли завершилась в 2005 году. Около 55% угля добывается шестью компаниями, причем более 50% энергетического угля добывается СУЭК и «Кузбассразрезуглем». Существуют также более ста мелких производителей энергетического угля, но они поставляют продукцию предприятиям ЖКХ и не интересуют крупных игроков.

Без шума и пыли
Угольный бизнес Мельниченко и Попова с самого начала был увязан с готовившимися переменами в энергетической отрасли. Решение вопроса с неплатежами, войну которым объявил глава РАО «ЕЭС России» Анатолий Чубайс в конце 1990-х годов, должно было принести угольщикам живые деньги, а грядущая реформа энергетики обещала рост потребления твердого топлива. Уже в начале 2000-х годов РАО ЕЭС довела оплату угля до 100%, а весной 2003 года был принят пакет «энергетических» законов, по которому должна реформироваться энергетика: РАО и его региональных «дочек» решили поделить на генерацию, транспорт и сбыт. Также был объявлен курс на передачу тепловых генераций в частные руки. «Мы верили в перспективы этой идеи,– говорит Владимир Рашевский.– Именно на ее основе выстроена концепция нашей компании».

Предприятия, добывающие энергетический уголь, в начале 2000-х годов были настолько малопривлекательны в глазах инвесторов, что доставались СУЭК без особых проблем. «Красуголь», объединяющий предприятия красноярского региона, был выкуплен у Сергея Генералова, для которого этот бизнес был непрофильным, а 48,3% акций «Кузбассуголя» (добывает как энергетический, так и коксующийся уголь) – у владельца НЛМК Владимира Лисина, который к тому времени устал бороться за этот актив с другим акционером угольного предприятия – «Северсталью». После завершения сделки Попов и Мельниченко не стали сражаться с металлургами, а договорились о мирном разделе кемеровских шахт. В итоге «Северстали» отошли пять шахт, добывающих только коксующийся уголь, а СУЭК получил контрольные пакеты восьми «энергетических» шахт.

СУЭК смог не только договориться с «Северсталью» о работе в Кузбассе, но и отказался от борьбы с нею за угольные активы в Республике Коми – компании «Воркутауголь» (добывает коксующиеся угли) и «Интауголь» (энергетические угли). За всю свою историю СУЭК потерял лишь сахалинские предприятия, доставшиеся его бывшему президенту Олегу Мисевре, владевшему долей в СУЭК. После ликвидации группы МДМ он предпочел заняться собственным бизнесом, обменяв свои акции на сахалинские активы СУЭК.

Прощай, ФПГ!
В начале 2004 года промышленная группа МДМ, которая управляла всеми активами бизнесменов, была ликвидирована. На ее месте образовались три холдинга: Трубная металлургическая компания (ТМК), «Еврохим» (шесть предприятий по производству минеральных удобрений) и СУЭК, которому в довесок к угольным предприятиям были переданы пакеты акций энергокомпаний. Стоимость одних только угольных активов Мельниченко и Попова уже на тот момент превышала $1 млрд.

После ухода Мисевры обновленный СУЭК возглавил экс-глава МДМ-банка Владимир Рашевский. «Ликвидация управляющей компании была связана с тем, что группа выполнила задачу,– рассказывает Владимир Рашевский.– Инвестиционная стратегия была сформулирована, конкретные объекты приобретены, а на их базе созданы мощные отраслевые компании».

Со стороны действия акционеров МДМ напоминали предпродажную подготовку. Бизнесмены избавились от ассоциации с термином «финансово-промышленная группа» (после кризиса 1998 года аббревиатура «ФПГ» фактически стала ругательной), разделили активы по сферам деятельности; прозвучали первые заявления о возможном IPO МДМ-банка. «Мотивы разделения были очевидны,– говорит аналитик ИК „Русские фонды” Дмитрий Парфенов. – Стоимость нескольких активов всегда больше, чем одного».

По рынку пошли разговоры о возможном выходе Мельниченко и Попова из угольно-энергетического бизнеса. Тем более что реформа РАО ЕЭС начала буксовать. В конце декабря 2004 года правительство публично признало, что реформа энергетики отстает от графика минимум на год, объясняя это «замедлением работы в связи с административной реформой». Чиновники не могли определиться с окончательной схемой разделения РАО. Государство должно сохранить за собой 75% плюс одна акция в сетевых и диспетчерских компаниях (сейчас 52% РАО ЕЭС принадлежит государству), но план реализации этой задачи несколько раз менялся: от обмена ОГК на акции РАО до механизма дополнительных эмиссий акций ОГК с их последующей продажей частным инвесторам.

Усилило слухи о распродаже активов и IPO Трубной металлургической компании (ТМК). Осенью прошлого года бизнесмены продали 33-процентный пакет ее акций, которым владели совместно. А в конце декабря разделили между собой и другие активы. Мельниченко получил 100% акций «Еврохима», Попов – 90% акций МДМ-банка (10% достались топ-менеджеру банка Мартину Андерссону).

Размен не коснулся только СУЭК. Перспективность проекта заставляет Мельниченко с Поповым оставаться партнерами и дальше. «Их цель – стратегическое и долгосрочное развитие компании»,– говорит Рашевский, который, как стало известно в конце прошлого года, является миноритарным акционером угольной компании (объем принадлежащего ему пакета не раскрывается, но он не превышает 10%).

Сейчас в СУЭК строят долгосрочные планы – избранный в конце прошлого года совет директоров, членами которого являются Мельниченко и Попов, должен разработать стратегию развития на 15-летний период и завершить формирование структуры управления холдинга.

Тотальное объединение
К реформированию в СУЭК приступили еще в 2004 году. «Мы хотим построить компанию с понятной для контрагентов и кредиторов структурой активов»,– рассказывает Рашевский. В итоге число дочерних и зависимых обществ СУЭК было сокращено с 200 до 90. Следующими действиями совладельцев компании стали изменения в управляющих органах компании и на производстве. В совет директоров были приглашены независимые представители – в феврале 2005 года они получили сразу шесть из десяти мест (в настоящее время в совете семь независимых членов из девяти). Менеджмент компании приступил к оптимизации производства. На шахтах стали появляться новые более современные машины, начали меняться технологии добычи и переработки угля, увеличился рост загрузки предприятий.

Российские угольные добывающие предприятия уступают зарубежным из-за устаревшего оборудования и технологий, которые не обновлялись десятилетиями. Поэтому производительность отечественных компаний в три-пять раз ниже, чем иностранных. В ближайшие пять лет СУЭК намерен инвестировать около $1 млрд, что позволит частично сократить это отставание.

Между тем финансовые показатели компании у холдинга не такие уж и плохие по сравнению даже с западными компаниями. Рентабельность по EBITDA по итогам 2005 года составила почти 22%. В информационном меморандуме СУЭК, подготовленном к размещению CLN осенью прошлого года, говорится, что у австралийских Excel Coal и Coal & Allied этот показатель составляет 39,5% и 36,7% соответственно. Он выше, чем у американских Consol и Peabody – 24,1% и 18,7% соответственно, так же как и СУЭК тратящих значительные средства на транспортировку угля к портам (австралийские угольные разрезы расположены вблизи морских транспортных коммуникаций). По сравнению с 2001 годом выручка СУЭК увеличилась в 2005 году на 44%, с $1,35 млрд до $1,95 млрд. Прогноз на 2006 год – $2,4 млрд, чистая прибыль должна вырасти на 28% – до $230 млн.

Цена выкупа
Сейчас в холдинге идет создание региональных производственных объединений (РПО), которые объединят предприятия, связанные с добычей и транспортировкой угля. Уже учреждено РПО в Иркутской области – «Востсибуголь», завершается формирование «Приморскугля» в Приморском крае и «Ургалугля» в Хабаровском крае, до конца первого полугодия должно появиться еще три РПО: «СУЭК-Кузбасс», «СУЭК-Красноярск» и «СУЭК-Хакасия».

Правда, в процессе создания РПО могут возникнуть конфликты с миноритариями. На сегодня известны лишь коэффициенты обмена акций предприятий, которые войдут в РПО «СУЭК-Кузбасс». На рынке полагают, что независимым оценщиком – компанией «СВ-аудит» – шахты оценены ниже, чем их будущая доля в РПО. Так, по расчетам ИК «Финам», объем добычи «Шахты имени 7 Ноября» в общем объеме добычи угля «СУЭК-Кузбасс» занимает 19,6%, а в капитале РПО ее доля – 8,8%. Аналогичная ситуация с «Шахтой имени Кирова» и «Шахтой Красноярская». Кроме того, цены выкупа акций оказались ниже, чем их рыночные котировки. Например, за обыкновенную акцию ОАО «Шахта имени 7 Ноября» СУЭК готов заплатить $193, тогда как в системе RTS Board эти бумаги котировались по $500 за акцию.

В СУЭК, правда, утверждают, что нельзя напрямую сравнивать стоимость и долю участия по добыче – нужно учитывать разницу в направлении сбыта (внутренний рынок и экспорт) с совершенно разными ценами, а также динамику производства на предприятиях. И указывают на то, что RTS Board – информационная система, предназначенная для индикативного котирования ценных бумаг, расчеты рыночной цены по ней не производятся.

Как полагает аналитик ИК «Финам» Наталья Кочеткова, миноритариев поджидает еще одна опасность. Так, в уставном капитале «СУЭК-Кузбасс» их доля не превысит 5%. Воспользовавшись поправками к закону об акционерных обществах, «СУЭК-Кузбасс» может принудительно выкупить ценные бумаги – для этого доля мажоритарного акционера должна составлять 95%.

Все эти риски привели к тому, что инвесткомпании сейчас пересматривают прогнозы по стоимости угольных акций в сторону понижения. Но в любом случае переход СУЭК на единую акцию и последующее IPO – основной путь для повышения стоимости компании. Результаты деятельности всех предприятий холдинга будут отражаться в одном балансе, структура компании станет прозрачной, вследствие этого СУЭК сделается более привлекательным для инвесторов. Владимир Рашевский видит в СУЭК «одну из ведущих угольных и энергетических корпораций», хотя это перспектива не одного года. Впрочем, холдингу предстоит урегулировать все вопросы с миноритариями – они могут оспорить цену выкупа акций, что может повлиять на стоимость активов компании.