Актуальные вопросы противодействия коррупции

3. См.: Игнатов В.Г., Белолипецкий В.К. Профессиональная культура и профессиональная этика государственной службы: контекст истории и современность. Учебное пособие. Ростов н/Д.: Издательский центр «Март Т», 2000.

4. См.: Федеральную программу «Реформирование государственной службы Российской Федерации (2003-2005 годы)», утвержденную Указом Президента Российской Федерации от 19 ноября 2002 г. № 1336.

5. См. Федеральную программу «Реформирование государственной службы Российской Федерации (2009-2013 годы)» (в ред. Указа Президента Российской Федерации от 12.01. 2010 г. № 59).

УДК 351

Касьянов В.С., к. ист. н.

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ КОРРУПЦИИ

Actual questions of corruption struggle

В статье рассматриваются вопросы противодействия коррупции, коррупциогенные факторы, взяткоемкость в нормативных правовых актах и способы их устранения с целью повышения эффективности государственного и муниципального управления.

Ключевые слова: коррупция, коррупционные факторы, коррупциоген-ность, взяточничество, взятка, правовой акт, нормативный правовой акт, закон, реформа, бюджет, закупка, планирование, управление, развитие, методика, правило, служащий.

This article discusses the issues of corruption in normative legal acts and the anti-corruption struggle to improve the efficiency of state and municipal management.

Key words: corruption, corruption factors, bribery, bribe, normative legal act, trick, law, reform, budget, purchase, planning, management, development, system, rule, servant.

Кризисная ситуация в стране, усиление пагубного влияния коррупции на перспективы экономического, социального и политического развития в целом привели к осознанию руководством государства и обществом необходимости преодоления особо острой проблемы в деле противодействия коррупции - проблемы коррупциогенности, или взяткоемкость нормативных правовых актов представительных и исполнительных органов государственной власти и органов местного самоуправления.

Коррупция, являясь следствием избыточного администрирования со стороны государственных, муниципальных служащих, получила

широкое распространение, приобрела массовый характер и высокую общественную опасность. Подменяя публично-правовые решения и действия коррупционными отношениями, основанными на удовлетворении в обход закона противоправных интересов частных лиц, бизнеса и криминальных структур к наиболее доходным отраслям экономики, коррупция оказывает разрушительное воздействие на структуры власти и управления, становится существенным тормозом экономического и социального развития, препятствует реализации приоритетных национальных проектов.

Коррупция как социальный процесс носит латентный характер и объективно оценить ее уровень и опасность без серьезных и масштабных исследований и мониторинга невозможно.

Проблема заключается в том, что многие, практически все коррупционные деяния выглядят как вполне «законные». Это следствие того, что в положениях статей законов или в подзаконных нормативных правовых актах органов государственной власти всех уровней и местного самоуправления имеются закамуфлированные основания коррупционной выгоды.

Наличие в законах или подзаконных, правовых актах положений, обеспечивающих и легализующих коррупционные деяния, подготавливающие их действия, создающие саму возможность их совершения, являются питательной почвой для всевозрастающей массовости коррупции.

Коррупция - это использование служебных должностных обязанностей и прав в целях личного обогащения, это продажность должностных лиц, политических деятелей, государственных служащих. Причина коррупции в слабости власти, ее нестабильности [1].

Еще в XVI веке Н.Макиавелли охарактеризовал это явление как использование публичных возможностей в частных интересах.

В резолюции восьмого конгресса ООН «Коррупция в сфере государственного управления» (Куба, Г авана, 1990) коррупция определяется как злоупотребление государственной властью и получение выгоды в личных целях, то есть она выходит за пределы взяточничества. Коррупция включает в себя и взяточничество как дачу вознаграждения для совращения лица с позиций долга, и непотизм как покровительство на основе личных связей и незаконное присвоение публичных средств для частного использования.

Международная группа по коррупции Совета Европы более широко трактует коррупцию как взяточничество и любое другое поведение лиц, которым поручено выполнение определенных обязательств в государственном, муниципальном или частном секторе и которое ве-

дет к нарушению обязанностей, возложенных на них по статусу государственного должностного лица, муниципального должностного лица, частного сотрудника, независимого агента или иного рода отношений и имеет целью получение любых незаконных выгод для себя и других. Коррупция питается слабостью государства [2].

В Федеральном законе от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» под коррупцией понимается: а) злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами; б) совершение деяний от имени или в интересах юридического лица [3].

Взятка, как понятие, имеет несколько определений. Во-первых, это незаконная оплата определенных услуг; во-вторых, незаконный доход, полученный за неправомерные действия, основанные на использовании служебного положения.

Взяточничество является ядром коррупции. Под взяточничеством понимается получение должностным лицом денежных средств или материальных ценностей или других благ за совершение действий, входящих в его компетенцию. Взяточничество относится к противоправным и наказуемым в уголовном порядке действиям.

Действия коррупционного характера можно представить как действия, совершаемые при следующих условиях:

- государственные и муниципальные служащие, а также и лица, замещающие государственные и муниципальные должности, сотрудники государственных и муниципальных учреждений, корпораций, предприятий применяют незаконные противоправные действия для извлечения в своих интересах определенной выгоды в качестве платы за свои служебные действия, решения или бездействие;

- должностные лица частных компаний, их клиенты, вынужденные мириться с необходимостью, или с выгодой для себя использовать возможность взятки, иным образом заинтересовать или отблагодарить за полученные преференции;

- должностные лица надзорных и контрольных инстанций как федерального и регионального уровней, субъектов Федерации, так и местного самоуправления, не видящие в этих направленных по суще-

ству на извлечение коррупционной выгоды действиях или бездействии, решениях ничего «незаконного».

Действия или бездействие, решения чиновников государственного или муниципального уровней, подготавливающих коррупционную сделку, создающих коррупционную ситуацию, не выглядят предосудительными. Предосудителен, незаконен и наказуем сам факт получения взятки, иной коррупционной выгоды. Если он не зафиксирован, что непросто сделать в условиях массовой, системной коррупции, совершаемое с очевидно коррупционными целями деяние остается вполне законным, непредосудительным.

Часто коррупционные деяния не только легализуются, но и становятся возможными благодаря положениям законов, нормативных правовых актов.

Реальность такой «правовой» базы для распространения коррупции очевидна. Это создает угрозы правовому государству, мешает развитию конкурентоспособности экономики и добросовестной конкуренции как его основы, укреплению демократических механизмов в политической и общественной жизни, снижает жизненный уровень населения. Поэтому необходимость ее устранения признана в последние годы всем мировым сообществом как в международных, так и в российских правовых актах и политических заявлениях.

В Конвенции по вопросам борьбы с коррупцией, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 31 октября 2003 года, предусмотрено, что каждое государство-участник стремится проводить оценку соответствующих правовых документов и административных мер с целью предупреждения коррупции и борьбы с ней [4].

Эта Конвенция ООН была ратифицирована Российской Федерацией и вступила в силу 20 марта 2006 года [5]. Тем самым к проблеме снижения коррупционных рисков законодательства прибавился международный статус официального требования ко всем органам государственной власти и местного самоуправления Российской Федерации.

Противодействие коррупции в системе размещения государственных и муниципальных заказов везде во всем мире было темой актуальной и злободневной. И это очевидно. Коррупция в государственных и муниципальных закупках приводит к колоссальным финансовым, материальным и моральным потерям. Государственные заказы являются наиболее распространенным во всем мире источником коррупции.

Проводимая реформа на основании принятого Федерального закона от 21 июля 2005 года № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и

муниципальных нужд» имеет в качестве одной из целей противодействие коррупции [6]. Однако эффективность этой работы крайне низка. Двухмерное пространственное планирование и расходованию бюджетных средства сводятся к простой формуле: матрица финансовых ресурсов и функции их расходования. Министерство финансов раскладывает по клеткам матрицы денежные средства, консервируя систему коллективной безответственности. Предпринимаемые попытки вернуться хотя бы в трехмерное планирование - программирование - бюджетирование - даются с трудом. Концепция развития России до 2020 года является важным шагом к переходу от объектного подхода в управлении, к перспективному управлению развитием.

В этой связи заслуживает внимания опыт Соединенных Штатов Америки по переходу от четырехмерного управления целеустремленными архитектурами к многомерному управлению потенциалами развития с реализацией возможностей сетецентрических принципов. Федеральную контрактную систему России необходимо рассматривать как своего рода стволовую клетку, способную запустить процесс оздоровления и повышения жизнеспособности всего государственного организма и преодоления коррупции. При этом попытки сформировать похожую конструкцию уже предпринимались и были неудачными. Одна из основных причин неудач - отраслевой и региональный сепаратизм, а также неразвитость контрактного права [7]. Анализ показывает, что цели, реализуемые правительством, министерствами, главами субъектов Федерации, органами местного самоуправления слабо сбалансированы и несопряжены между собой. Отсутствие элементарного учета проявляется в бюджетном планировании, в рациональном использовании материальных и нематериальных активов, трудовых ресурсов в целом.

Это результат и того, что слишком велики корпоративные, отраслевые и региональные интересы лоббистских групп, которые до последнего стоят за сохранение сложившейся непрозрачной среды планирования и реализации государственных закупок. При этом надзорные и контрольные органы практически всех уровней осуществляют свою деятельность не на основе всестороннего, объективного, глубокого, многомерного учета, контроля и надзора всех составляющих: интеллектуальных, моральных, физических, материальных и финансовых ресурсов, а на основе узковедомственных интересов. При таком подходе и самая мощная инновация без реформирования сложившейся двухмерной архитектуры неизбежно ведет к дестабилизации системы, её коррупциогенности, что незамедлительно требует комплексных мер по обеспечению одномоментного цикла в сферах управления целями и

технологиями развития. При этом речь должна идти не столько о закупке конечных продуктов (более 5 трлн руб. ежегодно), сколько о закупке жизненного цикла: их разработки, производства и эксплуатации, а также воспроизводства как целостной системы. Назрела острая необходимость разработки Федеральной контрактной системы как уникального инструмента управления социально-экономическим развитием страны, и внесения необходимых изменений в нормативные правовые акты с целью создания эффективных механизмов государственного и муниципального управления и противодействия коррупции.

Центр стратегических разработок в 2006 - 2007 гг. рассматривал два варианта решения проблемы снижения или устранения коррупциогенности в нормативных правовых актах. Первоначально ставилась задача повысить общее качество нормотворчества. Затем решалась задача системного и целенаправленного выявления и устранения из нормативных правовых актов тех положений, которые с высокой степенью вероятности порождают коррупционные деяния. На основе обсуждения этих проблем центром была подготовлена и опубликована памятка, где учитывались различные аспекты коррупциогенных факторов в отношении федеральных и региональных законов и подзаконных актов, также правовых актов органов местного самоуправления, которые ранее не принимались во внимание. Эти разработки были опубликованы под названием «Методика первичного анализа (экспертизы) коррупциогенности нормативных правовых актов» [8]. Предложенная в Методике технология антикоррупционной экспертизы предполагала снизить взяткоемкость нормативных правовых актов всех уровней власти за счет целенаправленного предотвращения проявления, выявления и устранения наиболее часто встречающихся правовых предпосылок коррупции.

В результате из поля зрения выпали, с одной стороны, такие проблемы, как качество нормативного правового акта, а с другой, уникальные правовые формулы, созданные или используемые для уникальных коррупционных практик.

Среди множества возможных дефектов норм, правовых формул, снижающих качества законов и подзаконных нормативных актов и на основе двадцати принципов борьбы с коррупцией и широкой экспертной оценки выделяются 22 коррупционных фактора. Под коррупционными факторами понимаются такие положения в нормативном правовом акте, которые могут способствовать проявлениям коррупции.

При этом следует иметь в виду, что атикоррупционная экспертиза ограничена, как правило, тремя обстоятельствами.

Во-первых, технология антикоррупционной экспертизы ориентирована на выявление только типичных коррупционных факторов. Однако это не значит, что не могут быть выявлены и другие коррупционные факторы, нетипичные, уникальные, тонкотехнологичные.

Во-вторых, методика позволяет лишь выявлять возможность использования нормативного правового акта в коррупционных целях. Однако она не позволяет сделать вывод о фактическом их использовании для извлечения коррупционной выгоды. Не позволяет дать оценку предумышленности или непредумышленности включения в нормативный правовой акт тех или иных коррупционных факторов. Коррупцио-генность нормы не означает, что она сознательно внесена и непременно будет использована в целях коррупции. Коррупционные факторы должны быть устранены из нормативных правовых актов не потому, что они в каждом случае уже используются в коррупционных целях, а потому, что они могут быть использованы в этих целях.

В-третьих, методика не предполагает оценки объема создаваемого коррупционной нормой коррупционного рынка, ее взяткоемкости.

Необходимо учитывать и то, что коррупциогенная норма может оставаться в состоянии покоя довольно долго и может быть использована однократно, но с большим коррупционным эффектом. И если взяткоёмкость правового акта неизвестна, она должна быть выявлена и устранена. Для понимания размера угроз необходимо проводить и оценку взяткоёмкости, однако она не относится к предмету антикоррупционной экспертизы.

Основными инструментами методики антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов или их проектов являются перечень и описание типичных коррупционных факторов, связанные с реализацией полномочий органов государственной власти на всех уровнях и местного самоуправления.

Под типичными коррупционными факторами понимается: широта дискреционных полномочий; компетенция по формуле «вправе»; злоупотребление правом заявителя; выборочное изменение объема права; чрезмерная свобода подзаконного нормотворчества; юридико-лингвистическая коррупциогенность; принятие нормативного правового акта органом исполнительной власти «сверхкомпетенции»; заполнение законодательных пробелов при помощи нормативного правового акта органом исполнительной власти, правового акта органа местного самоуправления.

Под коррупционными факторами, связанными с правовыми пробелами, понимается: наличие пробелов в регулировании; отсутствие административных процедур; отсутствие системных конкурсных, аук-

ционных процедур; отсутствие запретов и ограничений для служащих в конкретной сфере деятельности; отсутствие ответственности служащих; отсутствие контроля и надзора за органами и служащими; нарушение строгого учета, режима прозрачности, открытости информации.

К факторам системного характера коррупционности относятся: ложные цели и приоритеты; нормативные коллизии; «навязанная» кор-рупциогенность.

Под факторами проявления коррупциогенности в правовом акте понимается: формально-техническая коррупциогенность документа; неприятие правового акта; нарушение баланса интересов.

Эффективность проверки нормативного правового акта на наличие вышеуказанных типичных коррупционных факторов обеспечивается комплексным, системным подходом, достоверностью антикоррупционной экспертизы.

Любой из перечисленных факторов при сохранении в нормативном правовом акте может быть использован для коррупционной сделки. Выявленная коррупционная норма должна быть устранена или скорректирована так, чтобы она не создавала «правовые» предпосылки коррупции. В ходе проведения антикоррупционной экспертизы необходимо выполнить ряд требований:

1. Объект антикоррупционной экспертизы - это все правовые акты как принятые, так и разрабатываемые, которые должны быть очищены от «взяткоёмких» норм. Ранее принятые акты необходимо подвергнуть экспертизе по графику, утвержденному руководителем органа власти субъекта Российской Федерации, главой муниципального района, городского округа или сельского поселения.

2. Субъект антикоррупционной экспертизы - это все участники нормотворческого процесса, отвечающие за чистоту разрабатываемых и принимаемых правовых актов от коррупционных норм. Это лица, непосредственно разрабатывающие нормативный правовой акт, правовые службы и специалисты, осуществляющие правовую экспертизу проектов нормативных правовых актов на разных стадиях их подготовки и принятия. Специальным субъектом антикоррупционной экспертизы могут быть должностные лица, структурные подразделения, органы, уполномоченные проводить контрольную антикоррупционную экспертизу.

3. Порядок поведения экспертизы разрабатываемых проектов нормативных актов различными ее субъектами предполагает указывать в пояснительной записке на отсутствие типичных и иных коррупционных факторов. Специалисты и правовые службы, проводящие право-

вую экспертизу, делают заключение по результатам проведенной ими антикоррупционной экспертизы.

4. Фиксирование результатов антикоррупционной экспертизы осуществляется разработчиками нормативного правового акта в процессе его разработки. Специалисты правовых служб органов государственной власти и местного самоуправления, прокуратуры и юстиции проводят экспертизу в соответствии с их компетенцией. Контрольную антикоррупционную экспертизу уполномоченные органы проводят самостоятельно.

5. Порядок учета результатов антикоррупционной экспертизы осуществляют лица, непосредственно разрабатывающие проект нормативного правового акта. Ведут учет и делают заключения в процессе подготовки соответствующих норм. Заключение по результатам экспертизы проекта нормативного правового акта направляется в установленном порядке для устранения выявленных коррупционных факторов лицам, разработавшим проект. Заключение по результатам проведенной экспертизы ранее принятого нормативного правового акта направляется в установленном порядке в орган, ранее внесший нормативный правовой акт, его правопреемнику или в иной орган.

6. Для учета результатов независимой антикоррупционной экспертизы необходимо предусмотреть публикацию проекта нормативного правового акта на официальном сайте органа, разработавшего проект, с одновременным его направлением на правовую экспертизу. При этом под независимой экспертизой понимается атикоррупционная экспертиза, проводимая по инициативе заинтересованных физических или юридических лиц. Заключения по результатам независимой экспертизы должны быть рассмотрены, и по каждому выявленному коррупционному фактору должны быть приняты решения. В случае разногласия, орган власти, разработавший проект и получивший заключение по результатам независимой экспертизы, должен аргументировать свое несогласие с указанием на выявленный коррупционный фактор и направить в орган власти, принимающий нормативный правовой акт вместе с проектом, с заключением по результатам независимой экспертизы и таблицей разногласий.

7. Публикация заключения по результатам экспертизы и таблица разногласий, если они имеются, должны размещаться на официальном сайте органа власти вместе с принятием нормативного правового акта.

8. Лица, осуществляющие экспертизу, должны пройти аттестационную комиссию на оценку уровня профессионализма и компетенции, а также ответственности лиц, систематически допускающих появление

в проектах нормативных правовых актов типичных и иных коррупционных факторов.

Все эти идеи получили дальнейшее развитие и были закреплены с вступлением в силу 25 декабря 2008 года Федерального закона № 273-ФЗ «О противодействии коррупции». Правительством Российской Федерации 5 марта 2009 года были приняты постановления: № 195 «Об утверждении правил проведения экспертизы проектов нормативных правовых актов и иных документов в целях выявления в них положений, способствующих созданию условий для проявления коррупции»; и №196 « Об утверждении методики проведения экспертизы проектов нормативных правовых актов и иных документов в целях выявления в них положений, способствующих созданию условий для проявления коррупции».

Федеральным законом «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов» от 17 июля 2009 года № 172-ФЗ законодательно закреплены правовые и организационные основы антикоррупционной экспертизы.

Принимаемые в Ростовской области меры по противодействию коррупции соответствуют требованиям федерального законодательства и национальному плану противодействия коррупции. Депутаты Законодательного Собрания Ростовской области 12 мая 2009 года № 218 -ЗС приняли областной закон «О противодействии коррупции в Ростовской области». В целях реализации федерального, областного законов и плана противодействия коррупции в Ростовской области главой администрация 12 августа 2009 года (постановление № 392) создана областная комиссию по противодействию коррупции, утвержден ее состав и положение о комиссии. Эти меры направлены на совершенствование деятельности территориальных органов федеральных органов исполнительной власти и правоприменительных органов, находящихся на территории Ростовской области, и координацию с органами государственной власти и местного самоуправления по предупреждению и пресечению коррупционных правонарушений и преступлений, в том числе с опорой на общественность и широкие слои населения. Так как коррупция базируется на доступе или отсутствии доступа к информации, поставлена задача унифицировать технологии доступа общественности к информационным потокам. Решить эту проблему возможно только в результате системной, комплексной, последовательной работы по разработке и внедрению новых правовых, организационных и информационных механизмов противодействия коррупции на всех уровнях власти. Программа противодействия коррупции на период с 2010 по 2012 гг. в Ростовской области предусматривает следующие действия:

- выявление коррупционности, преодоление и её устранение с использованием эффективных методов работы;

- определение целей, сроков и ожидаемых результатов от реализации программных мероприятий;

- ресурсное обеспечение программы;

- нормативное обеспечение программы;

- применение механизмов реализации программы и организации управленческого цикла;

- выявление оценки эффективности социально-экономических результатов от ее реализации и дальнейшее совершенствование форм и методов работы.

Законодательное собрание Ростовской области постановлением №777 от 11 ноября 2009 г. внесло изменения в регламент своей работы, касающиеся порядка рассмотрения правовой и антикоррупционной направленности законопроектов, а постановлением №778 утвердило положение о порядке проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов. В отношении экспертизы нормативных правовых актов, принимаемых на региональном уровне, на коррупцио-генность, следует отметить начало формирования её правовых, методических, организационных и кадровых основ. Что касается органов местного самоуправления, то здесь предстоит еще очень большая и трудоёмкая организационная и методическая работа.

Положением о порядке проведения экспертизы и поправками в Регламент Законодательного Собрания Ростовской области установлено, что при внесении любого проекта нормативного правового акта, будь то закон или постановление, в обязательном порядке правовой отдел законодательного собрания проводит антикоррупционную экспертизу. Её процедура и регламент проведения определены соответствующим нормативным правовым актом.

По результатам антикоррупционной экспертизы в обязательном порядке готовится экспертное заключение, в котором излагается суть выявленных нарушений и предлагаются способы устранения или исключения из проекта нормативного правового акта сомнительных положений коррупционного характера. Профильный комитет законодательного собрания вправе не согласиться с выводами правового отдела. В этом случае соответствующее заключение и возражения на него направляются в образованную распоряжением законодательного собрания рабочую группу по приведению областных законов и постановлений в соответствие с федеральным законодательством.

На основании решения рабочей группы о согласии с результатами экспертизы, проведённой правовым отделом, председатель соответ-

ствующего комитета организует работу по доработке проекта или постановления по устранению выявленных нарушений.

Эффективность антикоррупционной экспертизы повышается в том случае, если она проведена на самом раннем этапе, то есть на стадии работы над нормативным правовым актом.

Антикоррупционная экспертиза довольно сложная и специфическая процедура и поверхностные подходы здесь недопустимы. В Ростовской области сформирована многоступенчатая система проверки нормативных правовых актов на наличие в них коррупциогенных факторов. Наряду с внутренней экспертизой в законодательном собрании нормативные правовые акты проходят и внешнюю проверку на кор-рупциогенность в областной прокуратуре и в Главном управлении Министерства юстиции Российской Федерации по Ростовской области. Регламентом Законодательного Собрания Ростовской области установлен такой порядок рассмотрения соответствующих заключений юстиции и требований прокуратуры об изменении нормативного правового акта.

Депутаты Донского парламента проводят целенаправленную работу по совершенствованию законодательства для снижения и устранения коррупционных рисков. В перспективе необходимо обеспечить методологическое и методическое единство экспертной деятельности специалистов юстиции, прокуратуры, региональных представительных и исполнительных органов власти, органов местного самоуправления, юридических и физических лиц, аккредитованных для проведения антикоррупционной экспертизы.

Система обучения, подготовки и переподготовки специалистов-экспертов должна быть направлена на постоянное комплекснотехнологичное, системно-квалификационное повышение профессионализма и компетентности в сфере применения механизмов противодействия коррупции. Этому должны способствовать научная мысль и вузовская подготовка кадров, семинары, совещания, круглые столы, конференции, а также опыт работы специалистов субъектов Российской Федерации и зарубежных стран.

Насколько эффективными окажутся усилия всех ветвей государственной и муниципальной власти, политических партий, общественных организаций и бизнес-сообщества, а также общества и граждан, направленные на борьбу с коррупцией, коррумпированностью и взяточничеством покажет время.

Литература

1. Павлов В.П. Государственная и муниципальная служба (словарь). Ростов н/Д.: Изд-во СКАГС, 2004. С.123.

2. Актуальные проблемы социальной защищенности населения и противодействия коррупции в Южном федеральном округе (материалы круглого стола). Под. ред. Касьянова В.С. Ростов н/Д., 2001.С. 42.

3. Федеральный закон от 25 декабря 2008 г. № 273 - ФЗ «О противодействии коррупции» / Сб. материалов о противодействии коррупции. Под. ред. Воробьева Ю.Л., Тарло Е.Г. М., 2009. С. 48.

4. Конвенция Организации Объединенных Наций против коррупции (31.10.2003) / Сб. материалов о противодействии коррупции. Под. ред. Воробьева Ю.Л., Тарло Е.Г. Т. 3. М., 2010. С.126-176.

5. Федеральный закон от 8 марта 2006 г. №40-ФЗ «О ратификации Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции». Там же. С. 100-101.

6. Федеральный закон от 21 июля 2005 года № 94-ФЗ « О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд».

7. Пискунов А. // Закон о госзакупках заработает, когда будет создана федеральная контрактная система //Российская Федерация сегодня. 2010. №4. С. 2.

8. Талапина Э.В., Южаков В.Н. Методика первичного анализа (экспертизы) коррупциогенность нормативных правовых актов. М.: Статус, 2007.

УДК 35.08

Овчаренко Р.К., к. соц. н., Поченкова И.А., асп.

НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ИНСТИТУАЛИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ГРАЖДАНСКОЙ СЛУЖБЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Several aspects of public civil service institualisation in the Russian Federation

В статье рассмотрены некоторые аспекты реформирования государственной гражданской службы Российской Федерации в части необходимости создания централизованной системы распределения в органах власти и управления, органах местного самоуправления выпускников академий государственной службы, а также совершенствования отдельных механизмов прохождения гражданской службы.

Ключевые слова и словосочетания: реформа государственной службы, система распределения выпускников, оценка профессиональных и деловых качеств государственных служащих, апелляционная комиссия, информационные технологии оценки персонала государственной и муниципальной службы.