О тезаурусных сферах. К развитию концепции

ТЕЗАУРУСНЫЙ АНАЛИЗ МИРОВОЙ КУЛЬТУРЫ

О тезаурусных сферах. К развитию концепции

А. Н. Свалов

УДК 009 (001.2) (001.8) 008

Svalov A. N. On the Thesaurus Spheres. Towards the Development of the Conception

Аннотация ♦ Рассматриваются некоторые концептуальные положения о виртуальном образе тезаурусной сферы. Автор предлагает воспринимать и анализировать такую сферу вне структуры тезауруса, как специализированное образование вокруг исходного субъекта. Вместе с тем, образ сферы не имеет смысла вне контекста взаимодействия разных социальных субъектов, что позволяет оценивать тезаурусную сферу как интерсубъектный знаниевый феномен. Обосновывается положение о том, что изменения в содержании и структуре сферы выступают важнейшим условием ее бытования. Одним из проблемных предстает вопрос о влиянии изменений в пространстве сферы на содержательные компоненты самих тезаурусов.

Ключевые слова: социальный субъект, виртуальный образ, тезаурусный подход, тезаурус, тезаурусная сфера, методология гуманитарных наук.

Abstract ♦ The article examines some conceptual ideas about a virtual image of the thesaurus sphere. The author suggests conceiving and analyzing such sphere beyond the structure of the thesaurus as a subject-oriented formation around the initial object. Furthermore, the image of the sphere does not make sense beyond the context of interaction between various social subjects. This allows evaluating the thesaurus sphere as an intersubjective knowledge phenomenon. The author substantiates the thesis that changes in the content and structure of the sphere are the most important condition for its existence. One of the topical issues is the question of the influence of changes in the space of the sphere on the substantial components of the very thesauri.

Keywords: social subject, virtual image, thesaurus approach, thesaurus, thesaurus sphere, methodology of the humanities.

Одной из значимых новаций последних лет в субъектно-ориентированном тезаурусном подходе к изучению человека и его

X 5

мира (см. о нем: Луков В., Луков Вл., 2013) стало выдвижение концепции о тезаурусной сфере. В обобщенном виде положения о такой сфере изложены в статье Владимира Андреевича Лукова (Луков Вл., 2014), первого руководителя научной школы по проблематике тезаурусного анализа мировой культуры, написанной незадолго до смерти в 2014 г. этого авторитетного ученого, работавшего последнее десятилетие жизни в Московском гуманитарном университете (МосГУ). Тезаурусную сферу предложено рассматривать как специализированное образование в шарообразной модели тезауруса; отмечена условная равноценность в рамках сферы различных содержательных компонентов; показано, что тезаурусные сферы подвержены изменениям, обусловленным накоплением знаний, историческим и социально-культурным развитием.

Возможности использования образа тезаурусной сферы наиболее обстоятельно, с привлечением разностороннего исторического и культуроведческого материала, продемонстрированы на примере шекспиросферы (Захаров, Луков В., Луков Вл., 2012: Электронный ресурс; Луков В., Захаров, Луков Вл., Гайдин, 2012: Электронный ресурс; Луков В., Луков Вл., 2014; Лисович, Макаров, 2014). Именно углубленное рассмотрение феномена шекспиросфе-ры способствовало концептуальным обобщениям о тезаурусной сфере как таковой.

Выполненные научные работы еще раз убеждают, что МосГУ и находящийся в его составе Институт фундаментальных и прикладных исследований выступают генераторами оригинальных и перспективных идей и построений в гуманитаристике, которые в частности помогают пониманию проявлений человеческой субъ-ектности и субъективности, особенностей формирования человеком своей ценностно-ориентированной картины мира, влияющей на его жизненный уклад, на практическую деятельность в социуме. Отмеченное, разумеется, не исключает, а даже предполагает, что конкретные идеи и построения могут стать предметом заинтересованного и проблемного дискурса. Вот и тематика тезаурусных сфер с теоретическими и прикладными аспектами нуждается в дополнительных размышлениях и обсуждениях.

Остановлюсь в сжатом изложении только на некоторых вопросах.

О сфере и ее расположении

Для меня, прежде всего, сомнительно начальное положение о том, что образ тезаурусной сферы следует рассматривать как слой в шарообразной модели тезауруса, в рамках его структуры.

О)

X 6

Я исхожу из того, что образ сферы не имеет смысла вне контекста восприятия (оно отнюдь не всегда дополняется пониманием) и последующего влияния, воздействия социального субъекта, его картины мира на иные социальные субъекты и, с другой стороны, вне ответных интерпретаций и репрезентаций в разных формах и проявлениях исходного субъекта с его тезаурусом. При этом тезау-русная сфера пополняется фиксированными содержательными компонентами (продуктами) — реальными и виртуальными, творчески созданными и случайными, очевидными и вызывающими дискурс. Но подчеркну, тезаурусная сфера никогда не замыкается на исходном социальном субъекте, хотя она и порождена, вызвана им. В сфере проявляется творчество и коммуникация разных субъектов; она не может существовать, развиваться, быть жизненной без вовлечения и взаимодействия нескольких субъектов с их тезаурусами, а потому ее можно характеризовать как виртуальный интерсубъектный знаниевый феномен. Зачем же тогда представлять такую сферу неким слоем внутри модели исходного тезауруса?

Нельзя не отметить еще одно обстоятельство. Предлагаемое расположение сферы как некого слоя внутри тезауруса ведет к нестыковкам, неоправданным противоречиям в осмыслении возможной наполняемости (1) тезауруса и (2) тезаурусной сферы. Неужели богатейшая шекспиросфера, активно пополняемая и в наше время, в том числе за счет развития современных технологий и «шекспировской индустрии», входит структурным слоем в тезаурус — знаниевый ориентационный конструкт самого великого драматурга? Такое представить невозможно, даже образно, и вряд ли здесь помогут пояснения и разъяснения. Полагаю, что рассмотрение сферы как виртуального образа вокруг социального субъекта позволяет избегать своеобразной «матрешки», более обосновано соотносить и разграничивать содержательную наполняемость тезауруса субъекта и тезаурусной сферы. Это различные по своей наполняемости образования. Но важно, конечно, не забывать, что те или иные компоненты исходного тезауруса, особенно располагающиеся в его ядре, входят в тезаурусную сферу; без них само существование сферы не представляется возможным (например, творчество Шекспира, его тексты выступают стержнем шекспиро-сферы). Исходный социальный субъект всегда выступает первым актором формирования тезаурусной сферы.

Да, шекспиросфера, или, скажем, пушкиносфера неотделимы от соответствующих социальных субъектов с их персональными тезаурусами. Но это никак не ведет к непременному рассмотрению названных констант в качестве внутренних образов в моделях тезаурусов, хотя, понятно, что образ тезаурусной сферы вторичен по отношению к образу тезауруса. Вместе с тем, и это важно отметить,

0)

X 7

сфера способствует, как правило, поддержанию востребованности исходного тезауруса, его отдельных тезаурусных конструкций. С другой стороны, тезаурус, особенно когда он богат по своему цен-ностно-ориентирующему содержанию, создает благоприятные предпосылки для развития сферы. Такова диалектика.

Не следует ли тогда полагать, что тезаурусная сфера образуется вокруг исходного тезауруса? По-моему, предпочтительнее исходить из того, что она образуется вокруг социального субъекта с его тезаурусом. Дело в том, что процессы пополнения и развития сферы обусловлены не только знаниевыми тезаурусами при всей их важности, но и другими причинами и обстоятельствами, которые вызывают интерес к субъекту. К примеру, характерологические особенности конкретного индивида (см. дополнительно: Канарш, 2015) могут определять интерес к нему как таковому и впоследствии сказываться на интерпретациях и репрезентациях в тезаурус-ной сфере.

Итак, более оправдано представлять тезаурусную сферу как поверхность, в той или иной мере объемную, с разнородными слоями, различными содержательными, смысловыми компонентами, образующуюся вокруг социального субъекта. При таком восприятии точнее было бы говорить, к примеру, о тезаурусной сфере не Шекспира, а вокруг Шекспира, хотя, конечно же, вполне допустимо использовать неологизм «шекспиросфера». Точно также можно говорить о тезаурусной сфере вокруг общностей, будь то семья, кружок по интересам, иная малая группа или более многочисленное и сложное социальное образование. В свете отмеченного я предпочел бы не использовать встречающееся в исследованиях выражение «сфера тезауруса», а рассматривать именно тезаурусную сферу, уточняя тем смысловую нагрузку.

Кстати, когда речь идет об индивиде как социальном субъекте вряд ли следует усложнять образное представление, полагая, что могут возникать несколько порожденных им тезаурусных сфер. Без множественного числа очевидно можно обойтись, во-первых, выделяя те или иные сегменты и слои в конкретной тезаурусной сфере, во-вторых, непременно рассматривая сферу в развитии, в определенных пространственно-временных социокультурных параметрах. Однако применительно к группам, иным социальным образованиям допустимо предположить, что вокруг них возникают несколько тезаурусных сфер, условно говоря, заглавная, основная и другие (сферы в сфере), численность и характеристики которых непосредственно зависят от того, какой тип субъекта рассматривается. Но, повторю, в любом случае тезаурусная сфера порождается исходным социальным субъектом, пополняется, развивается вокруг

0)

X 8

него, но это не противоречит тому, что она выступает, как я уже отметил, интерсубъектным виртуальным феноменом.

О содержательных аспектах и развитии сферы

Несомненно, что в любой тезаурусной сфере представлена определенная полнота информации, различные содержательные компоненты. Замечу, что такая сфера как интерсубъектный феномен более открыта «входящей» информации, чем сам тезаурус, проявляющий в необходимых случаях функцию защиты от излишней, ненужной информации (см.: Гуманитарное знание ... , 563564). Следует также отметить, что сфера со своими компонентами выступает ресурсом «открытого доступа» для всех заинтересованных субъектов.

Вектор развития тезаурусной сферы, несомненно, направлен в сторону прирастания информации, переработанной в знание. Вернусь к шекспиросфере (лишь в качестве примера, конечно). К ней предлагается отнести обширнейший объем информации: сведения о Шекспире как реальном лице, писателе и актере; о его современниках; «материальные следы», связанные с его жизнью; интерпретации его произведений в научной и художественной формах; шекспировские «вечные образы»; библиографию изданий, переводы его произведений, исследования о нем и его творчестве; сведения о центрах изучения Шекспира, шекспировских конференциях, фестивалях, других мероприятиях; публикации в средствах массовой информации, в современных электронных ресурсах, посвященных шекспировской теме или ее затрагивающих. К шекспиросфере относят и скептические отзывы о Шекспире и его творчестве, нелепые или скандальные интерпретации. Такая концептосфера наполнена и сведениями о разнообразных проявлениях «шекспировской индустрии», в которых находит выражение культ великого драматурга (Луков Вл., 2014: 312-313; см. также: Луков В., Захаров, Луков Вл., Гайдин, 2012: Электронный ресурс).

Очевидно, что шекспиросфера как «множественное произведение», как совокупный продукт творчества различных субъектов уникальна по своей историчности, по структуре и богатому значимому содержанию. Но принципиально важно, чтобы отдельные сведения, пусть даже самые интересные, относились к сфере, вписывались исследователями в ее пространство — не зря же она теза-урусная — обоснованно, «по праву». Елизаветинская эпоха, те же современники Шекспира или, скажем, шекспировские «материальные следы» важны в данном случае не сами по себе, а с позиций шекспиросферы как интерсубъектного образа и они должны рассматриваться в контексте тезаурусного подхода.

0)

X 9

Сомнения, вернее, несогласие, вызывает у меня высказанное в указанных работах положение о парадоксе условной «равной ценности» «объектов», компонентов наполняющих тезаурусную сферу. Ссылки на особенности сферы как геометрического образования, точки которой равно удалены от ее центра, вряд ли помогут в обосновании этого положения. Сам факт того, что речь идет о тезаурус-ной сфере исключает равноценность, даже с оговоркой об условности отмеченного парадокса. Компоненты сферы, будучи продуктами творчества разных субъектов с их тезаурусами, а priori не могут восприниматься, пониматься, оцениваться одинаково, даже если согласиться с положением о том, что сфера некий внутренний слой в модели исходного тезауруса. Более того, развитие сферы a priori предполагает подвижки, изменения в оценках содержательных компонентов. Сказывается и «исторический фактор»: изменения в социокультурном состоянии, процессы и результаты приращения знаний, изменения в картинах мира, ценностях и нормах у тех или иных субъектов. Отдельные компоненты рассматриваемой сферы могут затухать, забываться, уходить на периферию или, наоборот, актуализироваться, привлекать повышенное внимание, порождать возвратные, обновленные и инвариантные интерпретации и репрезентации. И это происходит, подчеркну, в рамках пространства те-заурусной сферы. О каком же парадоксе «равной ценности» можно говорить? Характерная особенность тезаурусной сферы в разной ценности ее содержательных компонентов для различных субъектов, «задействованных» в том или ином качестве в формировании, функционировании, развитии этого образования.

Изменения в тезаурусной сфере выступают важнейшим условием ее бытования. Поэтому исследовательский интерес, как я понимаю, должен быть направлен, прежде всего, не на раскрытие всего содержательного, зачастую многообразного наполнения конкретной сферы (в случае с Шекспиром это вряд ли и возможно), а на выяснение характерных тенденций, общих особенностей, а также динамики и энергетики перемен, ее нелинейного развития, культурного влияния. Дополнительно отмечу, что когда речь идет о развитии сферы следует принимать во внимание не только приращение знаний и не только особенности и проблематику конкретного социокультурного пространства (хотя эти факторы исключительно важны). Так, в рамках одной и той же социокультурной реальности мы сталкиваемся нередко с самыми разными, иногда противоположными, иногда и труднообъяснимыми интерпретациями, репрезентациями, рецепциями, «эффектами» разного рода, ведущими к изменениям в тезаурусной сфере вокруг исходного субъекта. Во всяком случае, не стоит забывать о субъективности субъекта, тем более индивида, о сложном сочетании проявлений его разума, воли и чувств, сознательного и бессознательного.

X 10

Содержательные компоненты интерсубъектной тезаурусной сферы всегда имеют отношение не только (иногда и не столько) к исходному тезаурусу, а и к тезаурусам и особенностям других социальных субъектов. Конечно, итальянский порнографический фильм по пьесе «Ромео и Джульетта» питается шекспировскими содержательными компонентами, но, будучи провокативным по своему характеру, он несет преимущественную информацию не об этом гениальном произведении, не о дополнительных значимых смыслах, а о тезаурусах и личностях его создателей, их ценностных ориентациях, сопрягающихся с расчетами на коммерческую выгоду. В сфере как специализированном образовании с большей или меньшей полнотой проявляется информация не только о тезаурусе исходного субъекта, но и о тезаурусах (если говорить об индивидах, то зачастую и о личностях) других субъектов.

И еще об одном. Тезаурусная сфера, хотя и порождена реальным социальным субъектом с его тезаурусом, может в свою очередь приводить к содержательным изменениям в самом тезаурусе, в тех или иных тезаурусных конструкциях этого исходного субъекта. Обоснованность такого посыла не вызывает сомнений. В самом деле, каждый без труда сошлется на примеры подвижек или значимых изменений в тезаурусе субъекта, например, при жизни писателя, композитора, ученого, под воздействием других субъектов, за счет отклика на то или иное произведение или даже на проявления личной жизни. Под воздействием «внешнего фактора», в том числе особенностей рефлексий и репрезентаций, отражающихся в тезау-русной сфере, вполне могут происходить изменения собственно в исходном тезаурусе, как в зоне собственно «своего», так и в соотношениях «своего» — «чужого». Оговорюсь, что такого рода содержательные изменения тезауруса допустимы при жизни самого индивида.

После смерти «жизнь» — я здесь говорю о людях достаточно известных — продолжается, происходит пополнение тезаурусной сферы, причем нередко даже более значимое, чем при их земной жизни. Но теперь уже речь идет не об изменениях в самом исходном тезаурусе, а об осмыслении и понимании этого тезауруса, его знаниевых конструкций и компонентов, как и об осмыслении и понимании той или иной личности в целом.

Несомненно, что впереди нас ждут новые интересные исследования по проблематике тезаурусного подхода к пониманию человека и его мира, в том числе теоретические и прикладные работы о тезаурусных сферах различных социальных субъектов.

СПИСОК ЛИТЕРА ТУРЫ

Гуманитарное знание: тенденции развития в XXI веке (2006) : В честь 70-летия Игоря Михайловича Ильинского / под общей ред. В. А. Лукова. М. : Изд-во Нац. ин-та бизнеса. 680 с.

Захаров, Н. В., Луков, В. А., Луков Вл. А. (2012) Шекспиро-сфера [Электронный ресурс] // Электронное периодическое издание «Вестник Международной академии наук. Русская секция». № 2. С. 70-75. URL: http://heraldrsias.ru/online/2012/2/238/ [архивировано в WebCite] (дата обращения: 11.12.2015).

Канарш, Г. Ю. (2015) Тезаурусный анализ и характерологическая креатология: два подхода в социально-гуманитарном знании // Мировая культура в русском тезаурусе: I Академические чтения памяти Владимира Андреевича Лукова, 27 марта 2015 г. : сб. науч. трудов / редкол.: В. А. Луков (отв. ред.), Н. В. Захаров, Т. Ф. Кузнецова, Ч. К. Ламажаа, В. П. Трыков. М. : Изд-во Моск. гуманит. унта. 280 с. С. 126-134.

Лисович, И. И., Макаров, В. С. (2014) Научно-исследовательский проект «Виртуальная шекспиросфера: трансформации шекспировского мифа в современной культуре» // Знание. Понимание. Умение. № 2. С. 264-282.

Луков, В. А., Захаров, Н. В., Луков, Вл. А., Гайдин, Б. Н. (2012) Шекспиросфера (Шекспир, его современники, его эпоха в культуре повседневности) [Электронный ресурс] // Информационный гуманитарный портал «Знание. Понимание. Умение». № 3 (май — июнь). URL: http://zpu-journal.ru/e-

zpu/2012/3/Lukov~Zakharov~Lukov~Gaydin~Shakespeare-sphere/ [архивировано в WebCite] (дата обращения: 11.12.2015).

Луков, В. А., Луков, Вл. А. (2014) Шекспиросфера и культурные константы // Знание. Понимание. Умение. № 2. С. 200-208.

Луков, Вл. А. (2014) Концепция тезаурусных сфер // Знание. Понимание. Умение. № 1. С. 307-326.

REFERENCES

Gumanitarnoe znanie: perspektivy razvitiia v XXI veke [Humanities knowledge: Prospects of development in the 21st century] (2006) : in honour of the 70th anniversary of Igor Mikhailovich Ilinskiy / ed. by V. A. Lukov. Moscow, The National Institute of Business Publ. 680 p. (In Russ.).

Zakharov, N. V., Lukov, V. A. and Lukov, Vl. A. (2012) Shekspi-rosfera [The Shakespearean sphere]. Elektronnoeperiodicheskoe nauch-noe izdanie " Vestnik Mezhdunarodnoi akademii nauk. Russkaia sektsi-

X 12

ia", no. 2, pp. 70-75. [online] Available at: http://heraldrsias.ru/online/2012/2/238/ [archived in WebCite] (accessed 11.12.2015). (In Russ.).

Kanarsh, G. Yu. (2015) Tezaurusnyi analiz i kharakterologiches-kaia kreatologiia: dva podkhoda v sotsial'no-gumanitarnom znanii [Thesaurus analysis and characterological creatology: Two approaches in social and humanities knowledge]. In: Mirovaia kul'tura v russkom tezauruse: I Akademicheskie chteniia pamiati Vladimira Andreevicha Lukova, 27 marta 2015 g. [World culture in the Russian thesaurus: The 1st Academic Readings in the memory of Vladimir Andreevich Lukov, March 27, 2015] : collection of articles / editorial board: V. A. Lukov (publishing editor), N. V. Zakharov, T. F. Kuznetsova, Ch. K. Lamazhaa and V. P. Trykov. Moscow, Moscow University for the Humanities Publ. 280 p. Pp. 126-134. (In Russ.).

Lisovich, I. I. and Makarov, V. S. (2014) Nauchno-issledovatel'skii proekt «Virtual'naia shekspirosfera: transformatsii shekspirovskogo mifa v sovremennoi kul'ture» [Research project "Virtual Shakespearean Sphere: Transformations of Shakespearian Myth in Modern Culture"]. Znanie. Ponimanie. Umenie, no. 2, pp. 264-282. (In Russ.).

Lukov, V. A., Zakharov, N. V., Lukov, Vl. A. and Gaydin, B. N. (2012) Shekspirosfera (Shekspir, ego sovremenniki, ego epokha v kul'ture povsednevnosti) [The Shakespearean sphere (Shakespeare, his contemporaries, his age in the culture of everyday life)]. Informatsionnyi gumanitarnyi portal "Znanie. Ponimanie. Umenie", no. 3 (May — June) [online] Available at: http ://zpu-j ournal. ru/e -zpu/2012/3/Lukov~Zakharov~Lukov~Gaydin~Shakespeare-sphere/ [archived in WebCite] (accessed 11.12.2015). (In Russ.).

Lukov, V. A. and Lukov, Vl. A. (2014) Shekspirosfera i kul'turnye konstanty [The Shakespearean sphere and cultural constants]. Znanie. Ponimanie. Umenie, no. 2, pp. 200-208. (In Russ.).

Lukov, Vl. A. (2014) Kontseptsiia tezaurusnykh sfer [The conception of thesaurus spheres]. Znanie. Ponimanie. Umenie, no. 1, pp. 307326. (In Russ.).

Свалов Александр Николаевич — кандидат исторических наук, доцент, академик Российской академии социальных наук, г. Москва. Тел.: +7 (495) 399-15-83.

Svalov Aleksandr Nikolaevich, Candidate of History, Associate Professor, Member, Russian Academy of Social Sciences, Moscow. Tel.: +7 (495) 399-15-83.

E-mail: ava-69@mail.ru

X 13

Библиограф. описание: Свалов А. Н. О тезаурусных сферах. К развитию концепции [Электронный ресурс] // Информационный гуманитарный портал «Знание. Понимание. Умение». 2015. № 6 (ноябрь — декабрь). С. 5-14. URL: http://zpu-journal.ru/e-zpu/2015/6/ Svalov Thesaurus-Spheres/ [архивировано в WebCite] (дата обращения: дд.мм.гггг).

Дата поступления: 12.12.2015.