Незалежность с элементами солидарности

честные выборы

Временное затишье к ночи со среды на четверг обернулось в Киеве новым всплеском активности сторонников Виктора Ющенко. Они захватили Украинский дом на Европейской площади — здание, бывшее в ночь выборов пресс-центром сторонников Виктора Януковича. От попытки захватить другие административные здания в среду своих сторонников удерживал лично Виктор Ющенко. Вчера Виктор Ющенко уже никого не мог удержать: оппозиция решила блокировать здания администрации президента, правительства и верховной рады, чтобы сегодня не допустить на работу их сотрудников.

Украинский дом

Вечером в среду несколько тысяч сторонников Виктора Ющенко построились на майдане Незалежности в колонны. Они прошли, выкрикивая лозунги, пару сотен метров до Европейской площади, поднялись по ступенькам Украинского дома и просто вошли внутрь. Охрана им не препятствовала.

В это время Виктор Ющенко говорил на майдане Незалежности чрезвычайно длинную речь, такую длинную, что, кажется, даже самые преданные его сторонники на площади начали скучать. Он говорил около часа. Когда он наконец закончил говорить, к микрофону подошла Юлия Тимошенко и сказала:

— Наши хлопцы взяли Украинский дом!

Майдан ответил ободрительным ревом. Через пять минут я был в Украинском доме. Там высокая лестница, и на вершине лестницы стояли, выстроившись в два ряда, молодые люди с оранжевыми повязками и оранжевыми флагами. Это были добровольцы-охранники: сторонники Виктора Ющенко, захватив здание, ждали, что милиция или расположившиеся неподалеку лагерем сторонники Виктора Януковича предпримут попытку отбить здание.

Внутри с быстротой военного лагеря разворачивался штаб. Там, где в ночь выборов стоял большой стол и проходили пресс-конференции российских наблюдателей и политологов, теперь расставляли столы с надписями: "Расселяем по квартирам", "Медицинская помощь", "Записываем добровольцев, желающих помочь с уборкой". На втором этаже, где в ночь выборов мирно пили чай и беседовали спикер российского парламента Борис Грызлов и посол России Виктор Черномырдин, сейчас оборудовали кабинеты для Виктора Ющенко, Юлии Тимошенко, Александра Зинченко и других членов штаба. В подвальном этаже, где в ночь выборов был буфет и аккредитованных журналистов бесплатно кормили ужином, сейчас тоже кормили и тоже бесплатно — только уже не семгой, а сухими пайками и консервами. В дальнем углу началось богослужение. Неподалеку от импровизированного алтаря людям раздавали валенки, носки и перчатки. Никто, кажется, не вывешивал специально запрещение курить в новом штабе оппозиции, однако же в Украинском доме не курили, не пили спиртного и несколько женщин со швабрами и тряпками постоянно вытирали пол, так что было чисто. Как-то сам собой организовался вывоз мусора, и только в мужской туалет стояла очередь, потому что мужчин в захваченном здании было все же больше, чем женщин.

Я уехал. Я надеялся встретиться с Юлией Тимошенко. И встретился. Это была частная квартира. Мы пили чай. Я спросил ее:

— Почему во вторник вы повели народ к администрации президента и не захватили ее?

— Потому что там же дети были в толпе. Студенты по двадцать лет. Если бы хоть несколько человек были ранены или убиты, это же грех какой на душу.

— Вы думаете, в вас стали бы стрелять?

— Я прошла внутрь, и там офицер спецназа отвел меня в сторону и сказал, что в здании русский спецназ, а не украинский. Он сказал, что у русского спецназа приказ стрелять, как только на территории администрации появится пятьдесят человек. И мы отступили.

— И что теперь?

— Теперь там стоят наши ребята и разговаривают с ОМОНом. Наши девчата вешают им ленточки на щиты, вставляют в щиты цветы. А омоновцы улыбаются, они уже подружились. Охрану президентской администрации часто тасуют и запрещают разговаривать с демонстрантами, но я думаю, они уже подружились.

Братание и подкуп

На следующее утро в четверг в десять утра на майдане Незалежности опять начался митинг. Он начался с молитвы. После того как толпа хором прочла "Отче наш", священник стал говорить проповедь. Он сказал:

— В нашем гимне есть слова: "Тело и душу мы положим за свою свободу". И меня спрашивают, как же я, священник, могу жертвовать не только телом, но и бессмертной душой. И я вам скажу. Свобода, братья мои, есть величайший дар Божий, и душа человеческая не должна жалеть себя, чтобы принять этот дар.

Сияло солнце. Народу все прибывало. Кроме толпы на майдане и почти по всей длине Крещатика, каковую следует оценивать в 500 тыс. человек, люди с оранжевыми флагами, казалось, заняли весь город. Они были в штабе на Европейской площади, возле верховной рады, возле администрации президента, возле университета Шевченко, возле здания совета министров.

Там, напротив здания совета министров, стоял на горке небольшой палаточный лагерь сторонников Виктора Януковича. За Виктора Януковича митинговали только мужчины. Их было человек 200. Девушки в оранжевых косынках подходили к ним и говорили:

— Хлопцы, идемте с нами.

Молодые люди в оранжевом вставали рядом со сторонниками Виктора Януковича, размахивавшими бело-голубыми флагами, и начинали размахивать оранжевыми флагами.

— Ющенко! Ющенко! — кричали оранжевые.

— Куда вы денетесь без промышленности! — кричали бело-голубые.— Янукович — президент.

Девушки говорили нежно:
— Хиба ж мы против промышленности! Мы против уголовника.

Некоторые сторонники Виктора Януковича сворачивали свои бело-голубые знамена и повязывали поверх свернутого знамени оранжевую ленту. Свернутое синее знамя с оранжевой лентой было опознавательным знаком сторонника Януковича, перешедшего на сторону Ющенко.

Возле Университета Шевченко собирались студенты. Они построились в колонну и направились вверх к министерству образования. Они хотели захватить это министерство. Кроме милиционеров, не выказывавших особого рвения по части обороны госучреждения, министерство охраняли еще и сторонники Виктора Януковича в бело-голубых куртках. Огромная толпа студентов подошла к ним вплотную, но студенты не хотели применять насилия. Юноши кричали: "Ганьба!", девушки пытались разговаривать с сине-белыми. Движение на улице не было перекрыто, и сквозь толпу студентов медленно пробирались автомобили, не переставая сигналить в такт лозунгам. Вдруг одна из машин остановилась. Из машины вышел человек в кашемировом пальто и сказал:

— Вы же, ребята, тут за деньги стоите. Так я вам дам больше! Переходите на сторону народа!

Он вынул из кармана пачку денег и стал раздавать стогривенные купюры людям в сине-белом. Он давал каждому банкноту, хлопал по плечу и говорил:

— Повязывай оранжевую ленточку.

Те повязывали и расступались. Студенты входили в здание, и охрана их не задерживала. Люди в оранжевом зашли в министерство. Примерно теми же методами оппозиционеры захватили здание профсоюзов на майдане Незалежности и еще несколько административных зданий в Киеве. Через час, когда я уже ушел от министерства образования, его пресс-служба отрицала захват. Но я уже не мог вернуться и проверить. Я шел на майдан. Там все ждали, что вечером Виктор Ющенко пошлет своих сторонников захватывать что-нибудь важное: совет министров, или администрацию президента, или государственное телевидение, где журналисты и без всякого захвата объявили забастовку, так что новости выходили без репортажей и только с одним телеведущим в студии. Все ждали, но Виктор Ющенко медлил или искренне верил в то, что суд может признать выборы сфальсифицированными.

Естественное право

Я шел от министерства образования на майдан. Там выступал Лех Валенса, бывший лидер польского профсоюза "Солидарность", совершивший в Польше революцию и ставший президентом Польши. Когда в среду вечером ЦИК огласил окончательные результаты выборов, действующий президент Польши господин Квасьневский послал в Киев Леха Валенсу — в том смысле, что посылает в Киев революцию. Лех Валенса стоял на трибуне и говорил, что предлагает себя в качестве посредника для мирного разрешения политического кризиса. И еще он говорил, что свобода — это естественное право людей. Слова о посредничестве не вызывали восторга на майдане. Слова про свободу — вызывали.

К семи часам вечера члены штаба Виктора Ющенко, называющие теперь себя Комитетом национального спасения, пришли на майдан. Начальник штаба Александр Зинченко объявил, что Верховный суд Украины запретил публиковать окончательные данные избирательной комиссии. По украинским законам вновь избранный президент становится президентом, когда протоколы избирательной комиссии не только оглашены, но и опубликованы официально. Иными словами, Верховный суд запретил ЦИКу официально объявлять Виктора Януковича президентом вплоть до разбирательства, которое назначено на 29 декабря.

На площади все понимали, что такое решение суда может быть направлено всего лишь на затягивание времени, но все равно радовались, ибо этот запрет давал шанс на мирную победу Виктора Ющенко.

Александр Зинченко говорил, что главной своей целью Комитет национального спасения ставит защиту конституции. Господин Зинченко зачитывал декреты Комитета национального спасения. Он зачитывал декрет о свободе слова, а на государственном телеканале впервые после выборов уже гостили в студии не только депутаты от партии власти, но и оппозиционные депутаты. А поддерживавший Виктора Януковича телеканал ICTV уже сменил цвет студии и цвет заставки на оранжевый. А основатель канала "1+1" Александр Роднянский выступал в эфире и говорил, что его канал больше не будет поддерживать Виктора Януковича, а будет говорить правду.

Господин Зинченко только зачитывал декрет об охране правопорядка, а палатки сторонников Виктора Януковича возле совета министров были уже сняты и там шло братание.

Потом выступала Юлия Тимошенко:

— Родные мои. Это начало победы. Слава тем, кто стоял все эти дни на майдане, слава тем, кто блокировал администрацию президента.

— Слава! Слава! — кричала площадь.

— Сегодня мы начинаем блокаду всех административных зданий Киева: совета министров, верховной рады и администрации президента. Мы устанавливаем вокруг них палаточные городки. Сегодня вечером мы с любовью отпускаем всех чиновников домой, а завтра не пускаем их на работу, потому что они тоже хотят участвовать в нашей забастовке в поддержку Виктора Ющенко. И еще я хочу вам сказать, что не осталось на Украине ни одного региона, который не был бы оранжевым. К нам из Донецка и Луганска едут автобусы и эшелоны с нашими друзьями и братьями. Их надо встретить, одеть, обуть, накормить, приласкать и переагитировать.

Через полчаса "Пятый канал" украинского телевидения передал сообщение о том, что профсоюз угольщиков поддержал забастовку.