Памяти Дануши Кшицовой (26. 04. 1932-31. 01. 2017)

НЕКРОЛОГИ

Н. К. Жакова

Памяти Дануши Кшицовой

Мировую славистику постигла тяжелая утрата: на исходе января 2017 г. ушла из жизни профессор Брненского университета, крупнейший ученый - славист, компаративист, многолетняя исследовательница русско-чешских и славянских взаимосвязей - Дануше Кшицова.

Все, кто хоть раз соприкоснулся с ней в своей жизни и работе, не могут забыть ее внимательных глаз, широкой улыбки, ее всепонима-ющего и сочувствующего взгляда, ее благожелательности. Широта ее интересов и умение проникнуть в сущность изучаемой проблемы, способность взглянуть на известные факты с совершенно новой, необычной стороны делали ее труды и ее выступления на многочисленных научных встречах всегда яркими, запоминающимися, открывающими новые горизонты в науке.

Весь путь Дануши Кшицовой начиная со студенческих лет связан с университетом г. Брно в Чехии, где ее педагогами были выдающиеся профессора,и среди них, прежде всего, крупнейший представитель славистической компаративистики Франк Вольман. Она стала его достойной ученицей и последовательницей, через всю жизнь пронеся верность сравнительно-историческому исследованию межславянских культурных и литературных взаимосвязей.

С первых шагов научной деятельности Д. Кшицова обратилась к переводам русской поэзии на чешский язык, начав с переводов Лермонтова, созданных чешским ученым и пропагандистом русской литературы Франтишеком Таборским. Результатом стал ряд статей Д. Кшицовой, а затем ее книга «Русская поэзия в интерпретации Франтишека Таборского» (1979). Еще в начале 70-х годов Д. Кшицову пригласил к сотрудничеству в создании Лермонтовской энциклопедии профессор Ленинградского университета В. А. Мануйлов. Так появилась обширная статья «Лермонтов и чешская литература» (ж-л «Русская литература», 1972), а затем и энциклопедическая статья «Лермонтов в Чехословакии» (1981; обе в соавторстве с Н. К. Жаковой).

Каждую проблему Дануше Кшицова прорабатывала досконально, на протяжении ряда лет, поэтому в ее творчестве можно выделить определенные периоды, посвященные исследованию той или

иной темы. Если в 70-е гг. это был Лермонтов и его восприятие в Чехии, то в последующем, продолжая заниматься русской поэзией, она сосредоточила свое внимание на главном жанре романтической поэзии - поэме, и уже в 1983 г. появилась ее монография «Поэма в эпоху романтизма и неоромантизма. Русско-чешские параллели». Сопоставление поэтики и генезиса русской и чешской поэмы проводилось на широком фоне общеевропейского и мирового литературного развития. Со свойственной ей глубиной погружения в исследуемую проблематику и с опорой на труды предшественников в русском и европейском литературоведении она анализировала специфические особенности поэм Лермонтова, их отличие от творчества его современников и поэтов грани Х1Х-ХХ вв., а также на ярких примерах раскрывала взаимосвязь литературы, изобразительного искусства и музыки, органичное взаимодействие литературы с философией и эстетикой (А. Шопенгауер, Ф. Ницше, В. Соловьев). На протяжении 80-х гг. она вновь и вновь, углубляя и расширяя границы исследования, обращается к этим темам в своих статьях в научных журналах Чехии, Польши, Австрии, Венгрии. Увлеченная историей восприятия и переводов русской поэзии в Чехии, Д. Кшицова создала уникальную по своей значимости и охвату материала монографию «Русская поэзия XIX - начала XX столетий в чешских переводах. Главы из истории литературных связей» (Прага, 1988), в которую вошли разделы, посвященные Пушкину, Лермонтову, Грибоедову, Гоголю, Тургеневу, Короленко, Горькому, Бальмонту, В. Хлебникову. Поэтические переводы этих авторов принадлежали известным чешским поэтам и переводчикам, а также самой Д. Кшицовой.

Обращаясь к русской поэзии конца XIX - начала XX в., Д. Кши-цова открывала новые имена, главным среди которых для нее стало имя К. Д. Бальмонта. В поисках материалов о нем она работала в архивах и библиотеках Парижа, Москвы, Петербурга, участвовала в I Бальмонтовской конференции в Шуе (1994) и написала ряд статей о русском поэте. Неожиданно ей выпало на долю вызвать из небытия сочинение Бальмонта, посвященное Чехии. Получив в руки исчезнувшую еще в 30-е годы, а затем найденную И. Цамуталиевой в 1994 г. в бумагах К. Крамаржа книгу Бальмонта, Д. Кшицова решила познакомить с ней своих соотечественников. Она перевела книгу на чешский язык, включая стихи, и издала ее в виде параллельных -русского и чешского - текстов. Неповторимость этому изданию, как и другим книгам Кшицовой, придавал богатый и редкий иллюстративный материал.

В дальнейшем проблематика научных исследований Д. Кши-цовой все более концентрировалась на рубеже веков. Появились новые монографии «Русская поэзия на рубеже столетий. 1890-1910» (Прага, 1990, на рус. яз.), «Модернизм. Слово и форма» (Брно, 1998); наконец, вышла из печати подготовленная ею книга Бальмонта «Из истории русско-чешских литературных отношений. К. Д. Бальмонт. Душа Чехии в слове и в деле» (издание, перевод, статьи, комментарии Дануши Кшицовой, Университет им. Т. Г. Масарика, Брно, 2001). Начало нового тысячелетия ознаменовалось выходом трехтомника «Драматургия русского символизма» (Брно, 2001, 2003, 2004), где Д. Кшицова предстала не только автором содержательных вступительных статей, но и переводчицей целого ряда драм -«Павел I» С. Мережковского, «Путник» В. Брюсова, «Балаганчик» и «Незнакомка» А. Блока, а также примыкающих тематически к этой пьесе нескольких стихотворений, проявив незаурядное переводческое мастерство, точность передачи как содержательных, так и ритмико-интонационных особенностей, стилевого своеобразия переводимых авторов. Каждый том трилогии был снабжен иллюстративным приложением. Особенно интересен в этом отношении второй том, включающий пьесу «Павел I». Страстная любительница фотографии, Дануше Кшицова специально приехала осенью 2002 года в Петербург и отправилась в Гатчину, чтобы запечатлеть состоявшуюся там историческую реконструкцию к 300-летию города, где выступали и сам Павел I, и его супруга Мария Федоровна в окружении свиты, а также был проведен парад войск в исторических костюмах. Снимки Д. Кшицовой не только служили украшением книги, но и помогали лучше понять эпоху. В дополнение к изданию русских драм было написано театроведческое исследование «Символизм на сцене МХАТа. Режиссерские концепции К. С. Станиславского» (Брно, 2003, в соавторстве с П. Кляйном).

Завершением этого тематического круга стало фундаментальное исследование «От модернизма к авангарду. Русско-чешские параллели» (Брно, 2007, 467 с., тоже с огромным количеством цветных и черно-белых иллюстраций, многие из которых были найдены ею и публиковались впервые). Предметом сравнительного изучения стала поэтика русской и чешской литературы. Представленные материалы демонстрировали сложные перипетии в поэзии, прозе, драматургии, театре, изобразительном искусстве, происходившие на рубеже XIX и XX вв. Д. Кшицова убедительно показывала, что представителей модернизма и авангарда объединяло то, что и те и другие находили

творческие импульсы в предыдущих периодах развития литературы и искусства. В книге анализировались проблемы знака, символа и мифа.

Параллельно с этими исследованиями Д. Кшицова участвовала в создании коллективных трудов, посвященных литературным связям славянских народов: «Восточнославянские литературы в чешской среде до возникновения независимой Чехословакии» (Брно, 1997), «Словарь русских, украинских и белорусских писателей» (Прага, 2001) и др. За период с 1993 по 2006 г. ею было опубликовано около 60 статей по проблемам модернизма, символизма, русско-чешских связей, интердисциплинарного сопоставления явлений словесного и изобразительного искусства. В целом перечень ее трудов насчитывает более 400 статей, ею написано и издано около десяти монографий, она участвовала в создании не менее семи коллективных трудов, где часто выступала в качестве редактора и автора разделов. Мимо внимания Д. Кшицовой не проходили и события текущей литературной и культурной жизни. Она откликалась на них многочисленными рецензиями, каждая из которых требовала владения разнообразным материалом и незаурядной эрудиции.

Появление последней книги Д. Кшицовой, посвященной путешествиям на Святую землю, казалось несколько неожиданным. Однако в предисловии она дает ответ на наше недоумение. Внешней причиной обращения к этой теме было приглашение на конференцию в Иерусалим, которым она не преминула воспользоваться. Внутренняя же - исходила из семейных преданий: ее дедушка Антонин, директор школы, а затем школьный инспектор, еще в начале ХХ века ездил на Святую землю. В монографии «Путешествия на Святую землю ХП-ХХ столетий. Мифы и реальность в русских и чешских путешествиях» (Брно, 2013, 335 с.) содержится описание шести русских и шести чешских «хождений» с их переводом (особенно сложным с древнерусского языка), обращение к истории вопроса, рассуждения и оценки автора книги, к которой приложены старинные карты, литографии и множество фотографий, сделанных ею во время поездок в Иерусалим (2001) и турецкий Стамбул (2012).

Общим для всех трудов Д. Кшицовой является ее удивительная способность к сопоставлению фактов, как в синхронном, так и в диахронном плане, умение охватить проблему в целом и осветить частные, но существенные детали при сравнительно-историческом рассмотрении предмета.

Не следует думать, что Д. Кшицова писала все эти книги в уединении своего кабинета. Наоборот, жизненная энергия подвигала ее беспокойную натуру к постоянным путешествиям, а также к участию во множестве научных конференций, симпозиумов и конгрессов. Ее открытость, доброжелательность снискали ей всеобщую любовь и уважение. Повсюду завязывались связи, появлялись друзья, с которыми она поддерживала творческие и человеческие контакты, успевая отвечать на письма, посылать оттиски своих статей, свои книги, рассказывать о творческих планах, делиться впечатлениями о новых местах, где ей удалось побывать. Ее творческая мысль была неутомимой. Она могла работать в любой обстановке - и дома, под говор своих внуков, и в поезде, и на борту самолета, где ее верным спутником был - ноутбук.

До сих пор остается недооцененной обширнейшая переводческая деятельность Д. Кшицовой, а между тем она не только переводила русскую поэзию, прозу, драму, но и размышляла о переводе в своих теоретических работах. Например, в статье «Поэтика художественного перевода» (Opera Slavica, 2011, 1) она утверждала, что в поэтическом переводе большей точности и художественной выразительности позволяет достичь перевод вольный. Даже в последние дни своей жизни, стремясь отвлечься от тяжелой болезни, она продолжала переводить - это были стихи Марка Шагала. Которые подтверждали ее теорию о переплетении мотивов, образности, стилевых примет в произведениях литературы и изобразительного искусства. В стихах Шагала она видела словесное воплощение процесса его живописного творчества (см. ее статью «Поэтика стихов Шагала», Slavica litteraria, 2009, 1).

При этом Дануше Кшицова все годы оставалась профессором брненского университета, читала студентам лекции по русской литературе, вела семинары по переводу, руководила дипломными и магистерскими диссертациями, организовывала научные поездки своих подопечных. Она активно участвовала в жизни Института славистики философского факультета Университета им. Т. Г. Масарика, была членом ученого совета, состояла в редакционных советах крупных научных журналов «Opera Slavica», «Litteraria Humanitas», «Slavica Litteraria». Известно ее членство в международных литературоведческих и компаративистких организациях Ars comparationis, International Association of Word and Image Studies. Ее заслуги перед наукой были неоднократно отмечены грамотами, Золотой медалью Университета им. Т. Г. Масарика и другими наградами.

Для всех нас Дануше Кшицова была примером постоянного творческого горения, трудолюбия, ответственности, самоотверженного служения избранному делу, душевной щедрости. Ее труды всегда с нами, а ее образ продолжает жить в наших сердцах.

Память о Дануше Кшицовой навсегда останется и в истории науки. Вечная ей память.