Интерфикс в композитах и частичносокращенных словах

интерфикс В композитах и частичносокращенных словах

Вячеслав исаевич ТЕрКУЛоВ,

доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой русского языка Донецкого национального университета, е-mail: terkulov@rambler.ru

В статье автор приходит к выводу, что интерфикс в композитах и частичносокращенных словах асемантичен и поэтому не может быть определен как морфема - это фонетическая единица, использующаяся только для упрощения звучания стыка композитных конструктов. Предлагаются методики отграничения интерфикса от схожих явлений. Ключевые слова: аббревиатура, интерфикс, композит, частичносокращенное слово, универбализация.

INTERFIX IN COMPOSITES AND PARTIALLY ABBREVIATED WORDS

Vyacheslav Isaevich TERKULOV,

Doctor of Philology, professor, chair of the Russian language department of Donetsk national university,

е-mail: terkulov@rambler.ru

In the article the author comes to the conclusion that the interfix of composited and partially abbreviated words is non-semantic and thus cannot be defined as a morpheme because it is a phonetic unit used solely to facilitate the pronunciation of junctions of composite constructs. The methods for distinguishing of interfix from the similar phenomena are suggested.

Key words: abbreviation, interfix, composite, partially abbreviated word, univerbalization.

Целью предлагаемой статьи является определение роли интерфикса при образовании универбали-зационных единиц, то есть сложных слов, семантически и функционально тождественных эквивалентным им словосочетаниям: универбализационных композитов1 (чаеторговля = торговля чаем, нагреватель воды = водонагреватель, вольный слушатель = вольнослушатель) и «частичносокращенных» аббревиатур (виброгаситель = гаситель вибрации, космобиология = космическая биология) и т. д.

Вопрос о статусе интерфикса в структуре сложных номинативных единиц, как это будет показано ниже, тесно связан с вопросом о том, в каких отношениях находятся универбализационная композиция и слоговая аббревиация. Наиболее распространенным и для большинства исследователей аксиоматическим является мнение о том, что это близкие, но все же различные процессы (см., например: [2; 7]). Согласно менее распространенной противоположной теории (см., например: [3; 6]) «аббревиатура как бы составляет <.. .> часть словосложения» [3: 3-4].

Вполне очевидно, что считать аббревиацию и композицию словообразовательными процессами различной природы мы могли бы только в том случае, если бы между ними обнаружились принципиальные ономасиологические различия. Однако наше исследование показало, что таких различий нет: несхожесть частичносокращенных слов и композитов заключается только в формальном нетождестве / тождестве их конструктов основам слов, входящих в эквивалентные словосочетания. Правда, в ряде работ все же предпринимаются попытки найти ономасиологическое основание для отграничения композитов от аббревиатур. Таким основанием чаще всего предлагается считать именно использование при образовании композитов интерфикса, которому приписывается особая словообразовательная (номинативная) функция: «Важным признаком, отличающим сложное слово, являются соединительные гласные (интерфиксы). обозначая тесное слияние компонентов сложного слова, они представляют

1 За пределами нашего рассмотрения в этой статье остаются деривационные композиты, которые имеют мутационную природу и семантически не тождественны производящим словосочетаниям, не могут свободно взаимозаменяться с ними в текстах, что коренным образом отличает их от аббревиатур, находящихся со словообразовательно связанными с ними словосочетаниями в эквивалентных отношениях. Деривационным композитом является, например, слово белобилетник, образованное от белый билет и включающее в свою семантику не только значение производящего словосочетания, но и «привносимую извне» формант-ную (мутационную) семантику «лица».

собой своеобразную «органическую скрепу», соединяющую их воедино и способствующую нейтрализации грамматических значений первого компонента (выделено нами. - В. Т.)»1 [4: 135].

Однако против такого подхода есть целый ряд возражений.

1. Интерфикс в композитах обнаружить удается не всегда (см., например, калийсодержащий, марш-бросок, капитан-директор, жар-птица, кожзаменитель), и тогда говорят об использовании при их образовании «нулевых интерфиксов». Например, В. В. Лопатин предлагает «рассматривать сложные слова, не имеющие в своем составе материально выраженного интерфикса и лишенные каких-либо иных специфических формальных средств выражения связи компонентов (Ленинград, пресс-форма), как слова с нулевым интерфиксом» [5: 36], что, как нам кажется, представляет собой только попытку во что бы то ни стало реабилитировать и сохранить критерий «интерфиксальности» для отграничения композитов от частичносокращенных слов. Даже если признать существование в языке нулевых морфем, приняв классическое определение нулевых аффиксов как значимого отсутствия аффиксов [1: 61, 79], мы вынуждены констатировать невозможность использования этого определения в приложении к «нулевым интерфиксам». Сравните «нулевой интерфикс», например, с «нулевой флексией» в Им. пад ед. ч. существительных, выделяющейся все-таки на основе констатации ее реляционно определенной языковой значимости. «Нулевая флексия» указывает на то, что, во-первых, содержащая ее словоформа относит лексему, которую она представляет, к 1 (м. р.) или к 3 склонению (корреляция с флективными формами Им. п. ед. ч. 2 склонения женского и 1 склонения среднего рода), а во-вторых, что в этой словоформе реализуется значение Им. пад. ед. ч. (корреляция с флективными падежными формами косвенных падежей той же лексемы). В случае же «нулевой интерфиксации» этот принцип не действует, поскольку отсутствие «аффикса» в приведенных выше примерах не обеспечивает семантической корреляции «безинтерфиксной» единицы с интерфиксными: не существует никаких семантических различий, определенных наличием или отсутствием интерфикса, например, между кожзаменителем и домовладельцем.

С другой стороны, в языке существует достаточно большое количество аббревиатур, в структуре которых также обнаруживается интерфикс, например, газооператор (= газовый оператор), рыбопродукты (= рыбные продукты) и т. д. Сторонники «интерфиксного подхода» называют такие единицы переходными явлениями между аббревиацией и сложением (композицией) [7: 254]. Однако наличие переходных явлений должно быть хоть каким-то образом объяснено: недостаточно просто констатировать, что в указанных единицах совмещаются признаки композиции (интерфикс) и аббревиации (сложение частей основ). Нужно объяснить, почему эти признаки в них совмещаются. Нужно доказать, что это совмещение ономасиологически значимо. Однако таких объяснений и доказательств не приводится, да их, по нашему мнению, и не может быть: интерфикс не отличает композиты от аббривиатур, а является фонетическим средством, могущим использоваться как в композитах, так и в частичносокращенных словах. Кстати, тут возникает вполне уместный вопрос: если существуют прецеденты использования интерфикса при образовании частичносокращенных слов, почему безинтерфиксные частичносокра-щенные слова мы не можем назвать по аналогии с композитными словами с нулевым интерфиксом сложносокращенными словами с нулевым интерфиксом? Вероятно, только потому, что это разрушает стройную, но все-таки придуманную и необоснованную систему.

2. Если интерфикс в обязательном порядке «способствует нейтрализации грамматических значений первого компонента» сложений, то почему мы обходимся без него в формах без интерфикса, в которых также произошла «нейтрализация грамматических значений первого компонента», например, в частичносокращенных словах домработница, академгородок, военком, калийсодержащий, бытописание? Скорее всего, потому, что интерфикс не является обязательным маркером нейтрализации - для указания на нее достаточно простого опущения грамматических показателей (в чистом виде или с «захватом» части основы) слова-источника. Более того, на наш взгляд, это опущение является

1 Скорее всего, основания для такой трактовки возникли в концепции В. В. Лопатина, по мнению которого репрезентируемое интерфиксами «соединительное значение является тем специфическим словообразовательным значением, которое характерно для сложных слов и которое в чистых словосложениях представляет собой единственное словообразовательное значение» [5: 36]. Как видим, ученый не был так категоричен, как его последователи, и не приписывал интерфиксам каких-либо номинативных функций, считая, что семантика интерфикса - всего лишь семантика соединения основ.

не средством нейтрализации, а следствием ее: преобразование словосочетания в слово обусловлено как раз тем, что грамматические значения зависимых словоформ нейтрализуются еще до образования композита / аббревиатуры уже в самих производящих словосочетаниях. Эти значения выполняют в них не номинативную, а только формально-синтаксическую функцию: реализованные в зависимых словах производящих словосочетаний граммемы, в принципе, избыточны - они либо дублируют грамматические значения главных слов словосочетаний при согласовании, либо грамматически «застывают» в неизменной форме при управлении (именном примыкании). Функция редуцируемых в композите и аббревиатуре до основы или части основы слов исходных словосочетаний - релятивно-номинативная: актуализация (аналитическая коагуляция) компонентов лексического значения главного слова словосочетания. И абсолютизация этой функции при переходе словосочетания в разряд коллокаций, то есть расчлененных идиоматизированных наименований с целостным значением, позволяет пренебречь их грамматическими значениями. Именно поэтому от грамматических показателей зависимого слова можно избавиться без какого-либо ущерба для целостного лексического значения словосочетания и тем самым преобразовать это словосочетание в частичносокращенное слово или в композит. Но это «избавление», как мы уже говорили, не причина, а следствие деграмматикализации словоформ.

Итак, интерфиксы не имеют прямого отношения к нейтрализации грамматического значения: они выступают в качестве элементов оформления, но не формирования слова. Интерфикс, по нашему мнению, это не морфема, а фонетическая единица, использующаяся только для упрощения звучания стыка композитных конструктов. Проблема состоит лишь в том, что в большом количестве случаев очень трудно определить, используется ли при образовании композита интерфикс или нет? Сложность обусловлена тем, что находящийся перед второй основой гласный может быть как интерфиксом, так и конечным звуком первой основы, то есть входить в состав первого конструкта универбализационной единицы.

При образовании универбализационных композитов без сокращения основ такой проблемы, в принципе, нет - интерфикс достаточно четко определяется как элемент, отсутствующий в исходных основах, например: нефтеразведка (разведка нефти), где элемент е не отмечается ни в слове нефть, ни в слове разведка, и поэтому однозначно определяется нами как интерфикс1.

При образовании же частичносокращенных слов и слоговых аббревиатур возможны пограничные ситуации, требующие своего истолкования.

Абсолютно однозначно трактуется нами схожая с композитной «интерфиксацией» ситуация, когда в составе основы, которая сокращается, нет элементов, фонетически совпадающих с интерфиксом, например: органопатология (органическая патология), пневмодорога (пневматическая дорога), социолингвистика (социальная лингвистика) и т. п. В этом случае перед нами очевидная интерфиксальная аббревиация.

Отмечаются также ситуации, когда с интерфиксом фонетически совпадает начальный звук аффикса, следующего за корнем сокращаемой единицы, например, судорадист (суд-ов-ой радист), газоаппаратура (газ-ов-ая аппаратура), дискохранилище (диск-ов-ое хранилище) и т. п. В силу того, что сокращение все же стремится к стыку морфем и не может осуществляться (по крайней мере, нами такие случае не отмечены) внутри аффиксов, следует считать такие звуки не перенесенными компонентами исходных служебных морфем, а именно интерфиксами.

Если же с интерфиксом фонетически совпадает элемент основы сокращаемого слова, мы считаем, что универбализация осуществляется без использования соединительного гласного, например: автодорога (автомобильная дорога), фотопленка (фотографическая пленка), велотрасса (велосипедная трасса) и т. п.

1 Особых замечаний, правда, требует ситуация, когда в новообразованный композит переносится флексия компонента исходного словосочетания, что чаще всего отмечается при универбализации нумеративных конструкций, например, восьмилетний (восьми лет), двадцатилетний (двадцати лет), двухтомный (в двух томах). Неидиоматичность таких композитов, а также абсолютная семантическая эквивалентность им исходных словосочетаний позволяет нам предположить, что указанные конструкты -и- и -ух- являются не интерфиксами, а застывшими флексиями и нечетко, но все же указывают в составе композитов на падежную характеристику компонента исконной конструкции, то есть выполняют не структурную, а семантическую функцию и могут быть определены как представители исходного компонента в конструкте. Такие ситуации нами однозначно трактуются как композитопостроение без интерфикса.

Как разновидность: если при универбализации словосочетания происходит усечение входящего в состав этого словосочетания композита, уже содержащего интерфикс, и конченый компонент новообразованного абброконструкта фонетически с ним совпадает, происходит перенесение интерфикса в новообразованный композит. Иначе говоря, в новообразованном универбате есть интерфикс, но он не используется в процессе деривации, а переносится из слова-источника, например: нефтепродукты (продукты нефтеперегонки), электроснабжение (снабжение электроэнергией).

Число интерфиксов ограничено. Чаще всего при универбализации используются интерфиксы -о-, например, свеклоуборка (уборка свеклы), мелкорослый (мелкого роста), космоцентр (космический центр), и -е-, например, дегтекурение (курение дегтя), кареглазый (с карими глазами), боеготовность (боевая готовность).

Помимо этих интерфиксов при образовании бахуврихи используются интерфиксы флективного происхождения.

Таковым, например, является -ех-, возникший на базе интерпретированной как интерфикс флексии родительного падежа числительных три и четыре, но используемый при образовании композитов-ба-хуврихи от других падежных форм, например, четырехструнный (с четырьмя струнами), трехтонный (в три тонны). Возможно, источником для перехода «флексия ^ интерфикс» стали ситуации, когда один и тот же бахуврихи одновременно соотносится с разными исходными структурами - одной, в которой комплекс -ех- в составе числительного используется как флексия, и другой, в которой данной флексии нет. Это и позволяет в первом случае соотнесения определять -ех- как часть композитного конструкта, а во втором - как интерфикс. Например, композит трехъярусный соотносим и с конструкцией из трех ярусов, например, Селтинцы совместили гобелен «Три мира» и этажерку из трех ярусов, где расставлены люди, предки и боги - Из своей комнаты он сделал восточную опочивальню: на пол постелил толстый ковер и от всей мебели отказался, только оставил трехъярусную этажерку, где комплекс -ех- выступает как флексия в исходном числительном и как часть конструкта в конечном композите, и с конструкцией в три яруса, например, Само здание - каменное, массивное, в три яруса -В результате посреди стадиона появилось огромное трехъярусное сооружение, где комплекса -ех- нет в исходном числительном, и поэтому в составе композита он выступает в качестве интерфикса.

Сюда же следует отнести и интерфикс -и-, который возникает на базе интерпретированной как интерфикс флексии родительного падежа используемых при композиции числительных, например, десятиэтажный (в десять этажей), пятибалльный (в пять баллов), семиголовый (с семью головами), и интерфикс -ух-, который возник на базе интерпретированной как интерфикс флексии родительного падежа числительного два, например, двухмоторный (с двумя моторами), двухкилометровый (в два километра), двухгодичный (на два года), и интерфикс -у-, возникший в результате редуцирования интерфикса -ух-, например, двуручный (с двумя ручками), двусмысленный (с двумя смыслами), двугорбый (с двумя горбами).

Нами отмечается еще два редких интерфикса: интерфикс -я-, используемый в композитах с конструктом время, например времяисчисление (исчисление времени) и времяпрепровождение (препровождение времени), и интерфикс -а-, отмечаемый, например, в слове полуторатонный (в полторы тонны).

Проведенный анализ позволяет утверждать, что интерфикс абсолютно асемантичен, и поэтому считать его морфемой не представляется возможным - это фонетическая единица, использующаяся только для упрощения звучания стыка композитных конструктов. В последующих работах мы предполагаем описать причины его использования-неиспользования при образовании композитов и частичносокра-щенных слов.

литература

1. Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. М.: Сов. энциклопедия, 1966. 606 с.

2. Бшецький А. О. Програма курсу «Загальне мовознавство». К.: Вид-во КДУ, 1962. 50 с.

3. Дюжикова Е. А. Аббревиация сравнительно со словосложением: Структура и семантика (на материале современного английского языка): дис. ... докт. филол. наук. М., 1997. 340 с.

4. Зайцева Е. А. Соединительные гласные (интерфиксы) в образовании сложных наименований лица // Вектор науки Тольяттинского государственного университета. Вып. 1 (31). 2015. С. 135-138.

5. Лопатин В. В. Так называемая интерфиксация и проблемы структуры слова в русском языке // Вопросы языкознания. 1975. № 4. С. 24-37.

6. Немченко В. Н. Современный русский язык. Словообразование: пособие [для филолог. спец. унтов]. М.: Высшая школа, 1984. 255 с.

7. Русская грамматика : в 2 т. / гл. ред. Н. Ю. Шведова. М.: Наука 1980. Т. 1. 784 с.