Красотки гуляют по улицам Санкт-Петербурга

ФОТО: СЕРГЕЙ ПОНОМАРЕВ

     Почти каждая мировая столица может похвастаться знаменитым бульваром, созданным, чтобы пробуждать мечты. Пятая авеню воплощает все лучшее в Нью-Йорке. Оксфорд-стрит — ось, вокруг которой крутится Лондон. Елисейские Поля символизируют величие Парижа...
       А вот во втором по величине городе России Невский проспект летом возбуждает иные мечты... Тротуары, протянувшиеся вдоль всех полутора миль Невского, изобилуют поразительно красивыми женщинами и напоминают подиум модного показа. Так что разглядывание женщин превращается в одно из главных петербургских развлечений.
       Бабушка, подвинься. После окончания холодной войны образ российской женщины претерпел драматические изменения.
       Пока я стоял, вытаращив глаза, на Невском проспекте, женщины фланировали мимо меня, как супермодели из постперестроечной мечты... Высокие, гордые, с осанкой, от которой была бы в восторге директриса школы, одетые, как будто они вышагивают на миланском показе мод...
       Бюстгальтеры, похоже, исчезли вместе с советской эпохой. При этом самые отчаянные жертвы моды с Невского носят прозрачные кофточки — что в Нью-Йорке могло бы полностью парализовать движение. Однако здесь подобное зрелище столь привычно, что никто и бровью не ведет.
       Именно это удивило меня в 300-летнем портовом городе. При таком количестве природной красоты и откровенной чувственности я ни разу не видел, чтобы мужчина приставал к женщине. Ни на улице. Ни в магазине. Ни даже в глубоких темных переходах на станциях метро, где ежедневно проходят поодиночке миллионы женщин. Санкт-Петербург может похвастаться (только летом) самыми вызывающе одетыми женщинами, и тем не менее они спокойно ходят по городу и не подвергаются домогательствам мужчин.
       Я никак не ожидал ничего подобного... Но вот я стою на Невском проспекте, меньше чем в ярде от одной из самых прекрасных женщин на Земле...
       Я выдавил из себя слабое "Хелло". Она улыбнулась, сказала что-то по-русски и весело пошла дальше. Я хотел жениться на ней. Первый раз в жизни я хотел знать по-русски хотя бы несколько слов. И когда она смешалась с толпой привлекательных дам, идущих по тротуару, то я подумал об Александре Пушкине...
       Если жена Пушкина Наталья была хотя бы вполовину такой сногсшибательной, как дамы, которых я видел на Невском, то я понимаю, почему он пытался убить ее ухажера."
       
Chicago Tribune
Чикаго, США

В деле об экстрадиции судят российское правосудие
       Сливки российской судебной системы можно было наблюдать в Лондоне, где они толпой спешили в зал судебных заседаний номер три магистратского суда на Боу-стрит, чтобы убедить судью экстрадировать чеченца, которого они сравнивают с Осамой бен Ладеном.
       Ахмед Закаев вошел в зал суда и за руку поздоровался со всеми присутствующими журналистами. Его российские обвинители имели мрачный вид: едва ступившие в зал "глубокоуважаемые коллеги" из Москвы и Грозного были в пух и прах раскритикованы "нашими учеными друзьями" из Лондона.
       Странные вещи начали происходить со свидетелями, привлеченными российской стороной. Российский православный монах, в убийстве которого обвинялся Закаев, обнаружился в добром здравии на скамье свидетелей. Бывший телохранитель Закаева, чьи разоблачения демонстрировали по всем российским телеканалам, неожиданно оказался свидетелем защиты, утверждая, что его под пытками вынудили подписать ложное заявление...
       Еще более странные признания были сделаны в ходе перекрестного допроса: российский обвинитель, утверждавший, что телохранитель сам явился к нему, чтобы обличить своего бывшего босса, признался, что того доставила ФСБ как подозреваемого и что, возможно, телохранитель и до этого находился в распоряжении данного ведомства. Почему же он не указал этот факт в своих свидетельских показаниях?
       "Я не считал это важным",— последовал ответ.
       Разве он не знал, что в Чечне ФСБ регулярно пытает подозреваемых, добиваясь признаний? "Первый раз слышу..."
       Российские эксперты-свидетели увидели, что весы правосудия склоняются не в их пользу. Вместо Закаева предметом тщательного изучения оказалась диктатура закона в России. Британский юрист, близкий к расследованию, вне зала суда сказал: 'Впервые российских официальных лиц под присягой допрашивают о Чечне, об их утверждениях, будто они участвуют в антитеррористической операции, а не в полномасштабной войне, о существующей в Чечне параллельной суду системе, руководимой МВД и ФСБ, где подозреваемых пытают и убивают...'"
       
The Guardian
Лондон, Великобритания

Путин-дипломат заигрывает с исламскими странами
       Российский президент Владимир Путин в середине августа преподнес сюрприз, заявив, что его страна стремится присоединиться к организации "Исламская конференция" (ОИК)...
       ОИК, созданная в 1969 году, включает 56 стран с преимущественно мусульманским населением. Россия со своими 20 млн мусульман, составляющими 14% населения, никоим образом не отвечает критериям членства в организации. "Сначала мы хотели бы присоединиться в качестве наблюдателей,— сказал Путин.— Примерно 20 млн мусульман, живущих в России, имеют полное право чувствовать себя частью мусульманского мира". Высказывания Путина могут быть интерпретированы как попытка поддержать российскую раздробленную и не очень политизированную мусульманскую общину, благосклонности которой следует добиться на предстоящих в декабре парламентских выборах...
       Однако за словами Путина последовали другие заявления правительства, показавшие, что его маневр был в первую очередь частью дипломатической кампании. "Активизация отношений между Россией и ОИК могла бы существенно облегчить решение задач, стоящих перед международным сообществом, таких как борьба с международным терроризмом",— заявил заместитель министра иностранных дел Александр Салтанов...
       Но не всех удалось убедить. 'Замечания Путина вызвали улыбку у арабских дипломатов, аккредитованных в Москве,— сказал осведомленный наблюдатель.— Путин явно послушался какого-то довольно сомнительного совета своих помощников. Устав ОИК требует, чтобы глава государства--члена организации сам был мусульманином...'"
The Observer
Лондон, Великобритания