Кожеватова Вера Викторовна

Кожеватова Вера Викторовна

27.09.1924 – 17.06.2011

Интервью

Из автобиографии:

«

Я, Кожеватова Вера Викторовна, урожденная Киреева, родилась 27 сентября 1924 года в городе Краснодаре. Когда мне было пять лет, мой папа был переведен на работу в город Грозный, объединение «Грознефть» в военизированную охрану нефтяных промыслов. Мама в объединении работала счетоводом. Там же, в Грозном, я пошла в 1-й класс. В 1935 году вернулись в Краснодар, где жили все родные папы и мамы. По рассказам папы и его сестер и братьев, дедушка папы Киреев Тимофей Степанович был участником Турецкой войны (при Потемкине) солдатом, получил в боях три ордена солдатской славы и при демобилизации мог выбрать место и получить деньги на строительство дома, что он и сделал в Екатеринодаре, так назвался Краснодар. Было в семье моего дедушки Киреева Филиппа Тимофеевича и бабушки, казачки Екатерининской станицы под Новороссийском, Лукии Степановны Ковтди, из родившихся 12 детей 8 человек: 4 сына и 4 дочери. Были они крестьянами, имели небольшое хозяйство: птица, лошадь, корова, и все трудились на земле.

В 1942 году я окончила учебу и пошла безвозмездно работать на военный завод СМЗ им. Калинина, работала токарем у станка, делала корпуса для противотанковых гранат. Особенно трудно было работать с 11 вечера до 6 утра, очень хотелось спать и есть, город был молчаливым и малоосвещенным, почти все население мужское ушло на фронт. Проработала я июнь–июль. А потом пошла в райком комсомола (была комсомолкой) и попросила устроить меня в военную часть. В райком приходили офицеры из военных частей и просили дать им молодых, так как кадров не хватало.

Так я попала в крупное объединение в/ч 17225. У нас были части с противотанковым орудием и противовоздушным, был истребительный авиаполк — 240-й ИАП и многие другие.

Шла война, мы отступали, задержались под Сочи. После «сталинградского котла» для немцев стали двигаться на запад. Папа мой — еще не было 17 лет, добровольцем ушел на гражданскую войну, возил с фронта в лазарет раненых, сам был ранен в ногу и после возвращения домой ходил 6 месяцев с палочкой.

Во время той войны папа попал под Петроград (так назывался Петербург) и в окопах с другом Власом Подгорным, который был его верным другом всю жизнь, проголосовали за Советы и перешли в их окопы.

Когда наши части пошли на запад, у всех было хорошее настроение — значит, скоро кончится война!

Мы продвигались — попали в Крым, в Симферополь, 2 мая был торжественный митинг во дворце, и вдруг налетела армада немецких солдат (скорее всего, по наводке) и стала бомбить всю площадь, много солдат и офицеров погибли, в том числе от воздушных волн, которые отрывали части тела, как листья с деревьев. Мы находились в Западной Украине (1-й Украинский фронт — Ватутин), прошли Харьков, Станислав, Львов, Самбор, Дрогобыч, Сваляву. Задержались в Буковине в горном селении Щепоты-Камарелы, место очень красивое — отвесные горы с кедрами, горные реки с прыгающей форелью, которую ловили рубахами. На берегах реки были бани, парилки. У нас в основном были сибиряки, они любили попариться и потом понырять в ледяную воду реки. Население выходило на берег и смотрело, как молодые крепкие ребята, красные от пара, прыгали в холодную воду, и говорили: «красные черти». Нам при передвижении приходилось иметь дело с бандеровцами (украинско-немецкими националистами оуновцами). Они зверствовали по всей Западной Украине, кругом торчали трубы печные, а домов не было. Убивали они всех схваченных безжалостно с мучениями, сначала вырезали на теле красные звезды, а потом убивали, они обстреливали наши эшелоны, приходилось лежать на полу, чтобы не попасть под пули.»

В 1944 году я стала женой бывшего пограничника Кожеватова Бориса Ивановича. Стали ставить границы, понадобились погранвойска, стали отбирать в частях всех, кто имел к пограничникам какое-то отношение. Нас передали в управление Всенародного погранокруга в г. Мукачево, где я пробыла до конца 1949 года. Принимала участие в солдатской самодеятельности, пела песни тех времен о войне, победе, которых тогда было много. За участие в ансамбле получила 2 благодарности от главнокомандующего округа, генерал-майора Демшина. В конце 1949 года я разошлась с мужем и уехала домой.

С бандеровцами пришлось драться еще несколько лет, и это приняли на себя погранвойска. Я преклоняюсь перед этим родом войск. Это пример для жизни.

Мне повезло — было одно осколочное ранение в левый глаз, очень близко от зрачка, еще чуть-чуть, и глаза бы не было, но он меня мучает всю жизнь, вижу им плохо и часто побаливает. Вспоминаю свою молодость, все как вчера было, все в памяти до мелочей. Много пережито, но это была молодость, закалка на всю жизнь, поэтому еще много ветеранов и под 100 лет, все терпели, пережили и не скулили.

После возвращения домой началась работа в Мингеологии, нефтяное министерство и газовая промышленность — самая любимая часть рабочей жизни, прекрасный коллектив.

Сейчас мне уже 85 лет с половиной, старый человек, но мозг трудится. Есть внучка Виктория и двое правнуков-мальчишек, Дмитрий и Назар — 4 года и 1 год.

В 1953 году вышла второй раз замуж за инвалида войны второй группы, жили, как один день, прекрасный человек и муж, умер в 2004 году 28 декабря внезапно.

Вот и вся моя жизнь, я считаю, что все в ней было, что должно быть у человека. Может быть, лишние строки написаны, но у меня не получается оторвать их от всего. Это целое!

Ветераны администрации ПАО «Газпром»