Модернизации России и трансформация ее политической системы

Зависимость уровня голосования за КПРФ от доли сельского населения в структуре ТИК по периоду 1990-2000-х гг. была уже выявлена и доказана автором [1,2], в этот же период голосование за кандидата Г.А. Зюганова, тем не менее, показывала меньшую выраженность. По выборам президента 2008 г., зависимость составила -0,0467, то есть очень слабую обратную корреляцию. Следовательно, необходимо отметить, что имевшаяся общая зависимость голосования за кандидата и партию изменилась, а корреляция результатов голосования за кандидата, которая тем не менее имелась, снизилась заметным образом. Таким образом, мы приходим к выводу, что, если сельское население в республике уже не голосует за КПРФ относительно городского с заметным перевесом, а наоборот, то по голосованию за кандидата прежняя тенденция сохранилась.

Такую же слабую обратную зависимость (0,22062) от структуры населения показало голосование за Д.А. Медведева. Незначительную - слабую - зависимость показало голосование за В.В. Жириновского (0,344227).

Таким образом, итоги пятого электорального цикла в России показали заметные сдвиги в электоральном ландшафте РБ, изменение роли базисных факторов, определяющих

электоральные предпочтения населения республики. След) ет отметить очевидные структурные «сдвиги», то есть рост электората левых среди городского населения и усиление электората центристов в сельских районах республики.

УДК 321.01

Литература

1. Данзанов Е.С. Территориальные различия в электоральных предпочтениях населения Республики Бурятия в 1990-х годах. // Вестник Бурятского госуниверситета. Сер. 16: Политология, культурология. Вып.2. - Улан-Удэ: изд-во Бурятского госуниверситета, 2005. - С.107-117.

2. Данзанов Е.С. Электорально-географические различия в политических предпочтениях и факторы голосования в Республике Бурятия // Вестник Бурятского госуниверситета. Сер.: Биология, география. Вып.4 - Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2009. - С.46-50.

3. Протестное голосование, в бюллетенях пункт «против всех» кандидатов и партий, отменен в 2006 г. в связи с изменениями в избирательном законодательстве РФ, поэтому в электоральном поведении рассмотрена только активность.

4. Данные Избирательной комиссии РФ по Республике Бурятия. Сводные таблицы результатов выборов от 02.12.2007, от 02.03.2008 г. http://www.izbirkom.ru.

5. Данные Территориального органа Федеральной службы государственной статистике по РБ (Бурятстата). Население РБ. Статистический сборник. 02-03-03. - Улан-Удэ,2008.

6. Для качественной оценки тесноты корреляционной зависимости были использованы следующие классификации для коэффициента корреляции - г: 0 < г < 0,2 - очень слабая корреляция: 0,2 < г< 0,5 - слабая корреляция; 0,5 < г < 0,7 - средняя или умеренная корреляция; 0,7 < г < 0,9 - сильная корреляция; 0,9 < г< 1,0 - очень сильная корреляция. Если данное значение получается отрицательным, то связь считается обратной, например: (—0,6) - умеренная обратная.

Данзанов Евгений Сергеевич, кандидат географических наук, доцент кафедры общей экономической теории Восточно-Сибирского государственного университета технологий и управления, г.Улан-Удэ, e-mail: d_evgeniy@front.ru. Danzanov Evgeniy Sergeevich, candidate of geography science, associate professor, department of general economic theory, East-Siberian State University of Technology and Management, Ulan-Ude, e-mail: d_evgeniy@front.ru.

© T.B. Анахин

МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИИ И ТРАНСФОРМАЦИЯ ЕЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ

Проведено информационно-аналитическое исследование государственно-правовых процессов политической модернизации России, связанных с экономической реформой и трансформацией политической системы, включающей формирование ее политических институтов и обновление правовых и политических норм в ходе демократических преобразований в стране.

Ключевые слова: политическая система, модернизация, трансформация, демократия.

T.V. Anakhin

MODERNISATION OF POLITICAL SYSTEM IN RUSSIA'S TRANSITION TO DEMOCRACY

The paper deals with some of contemporary forms of political institutes modernized within democratic system, economic and institutional reforms in Russia }s transition to democracy resulted into the transformation of the political system and changes in the institutional design, executive authority, political parties and media, etc.

Key words: political system, modernization, transformation, democracy.

Политическую модернизацию можно определить как формирование, развитие и распространение современных политических институтов, практик, а также современной политической структуры [11]. При этом под современными политическими институтами и практиками следует понимать не слепок с политических институтов стран развитой демократии, а те политические институты и практики, которые в наибольшей степени способны обеспечивать адекватное

реагирование и приспособление политической системы к изменяющимся условиям, к вызовам современности. Эти институты и практики могут как соответствовать моделям современных демократических институтов, так и отличаться от них в различной степени.

Однако единства мнений относительно движущей силы процесса политической модернизации в западной политологии не существует. Наиболее общепризнанной является позиция Г.Алмонда и Л.Пая, утверждающих, что политическое развитие опирается на процесс постоянного совершенствования функций, которые должна выполнять политическая система для обеспечения стабильности и эффективности всего социального организма [11]. Исходя из функционального подхода, они установили, что «изменение системных качеств и функций политических институтов включает три процесса. Во-первых, структурную дифференциацию, отражающую процесс усложнения социальных отношений вследствие деятельности людей и появления новых групп интересов. Политическая система должна быстро реагировать на появление новых требований. Осуществить это возможно с помощью структурной дифференциации и высокой специализации функций институтов политической системы. Каждая политическая структура (законодательная, исполнительная, судебная) выполняет четко очерченную функцию. При этом все специализированные структуры тесно взаимосвязаны и составляют внутренне интегрированную систему. В политически неразвитых обществах подобного разделения труда между политическими структурами не существует. Обычно все властные и управленческие функции в них сосредоточены в руках узкого круга лиц и институтов. Во-вторых, возрастание

способности системы к инновации, мобилизации и выживанию обусловливается потребностью социально дифференцированного

общества в быстром приспособлении к меняющимся условиям своего

функционирования. Для этого политическая система должна быть способна мобилизовать материальные и людские ресурсы для выполнения общезначимых целей. Ей необходимо развивать свою мобилизационную способность. Более сложные политические системы обладают значительным потенциалом к выживанию, поскольку располагают

разнообразными каналами коммуникации и социализации (школа, вуз, церковь, армия и т.д.). Через эти каналы политическая система культивирует определенные образцы политического поведения и внушает доверие к власти, поддерживает веру в ее законность (легитимность) и справедливость. В-третьих, тенденция к равноправию, она проявляется в снятии всех ограничений (социальных, политических, национальных) на участие народа в политической деятельности, предоставление всем гражданам возможности свободного занятия государственных постов.

Политическое развитие в таком ракурсе рассматривается как приобретение

политической системой новых позитивных качеств и новых возможностей (или совершенствование прежних). Препятствовать процессу политической модернизации могут две основные причины. Первая - отставание от изменений в других сферах жизнедеятельности общества. Подобный разрыв способен стать причиной революционного кризиса. Другая причина состоит в том, что к быстро протекающей демократизации может оказаться не подготовленным уровень развития гражданского общества и политической культуры социума. В таком случае, также велика вероятность возникновения кризисной ситуации, чреватой хаосом, ведущей к охлократии [7]. Способствуют же успешной модернизации два фактора: внутренняя готовность модернизирующегося общества к глубоким политическим реформам,

ограничивающим власть бюрократии и устанавливающим адекватные «правила игры» для основных политических акторов; желание и способность наиболее развитых стран мира оказать этому сообществу эффективную экономическую и политическую помощь, смягчив тяжесть проводимых реформ [8].

Вопрос о сущности проходящих политических процессов на постсоветском пространстве, начавшихся с развала прежней

системы, до сих пор остается важнейшей аналитической проблемой в области политической науки. За последние годы в посткоммунистическом пространстве сложился чрезвычайно широкий спектр политических структур и институтов, режимов воспроизводства власти, формирующих разные политические системы (от либеральных до авторитарных) В традиционных обществах (а это по преимуществу развивающиеся страны) политическая жизнь жестко регламентирована традициями и обычаями, которые предписывают устойчивые образцы политического поведения. Функции же политических институтов слабо дифференцированы, из-за чего политическая система маловосприимчива к изменениям и медленно реагирует на появление новых требований социальных групп.

Современные политические системы, которые сложились в промышленно развитых странах, отличаются высокой степенью адаптивности к меняющимся условиям функционирования, низким уровнем

политического принуждения и конфликтности благодаря высокой дифференциации функций политических институтов, их способности эффективно реагировать на требования новых социальных групп. Априори демократия способствует созданию сильных

государственных институтов и развитию экономики.

Модернизация политической системы связана с экономическими и

институциональными реформами политической системы. Страны западной демократии, имеющие в своей основе исторические традиции, связанные с римским правом и правом на частную собственность, большое значение придавали либеральным ценностям, личностным интересам людей, индивидуализму, предпочитая единственное и безальтернативное экономическое устройство - капитализм, основанный на принципах свободного рынка и «экономического эгоизма», оставляя государству такие малодоходные и дорогостоящие дела, как образование, социальное и медицинское обеспечение народа, при этом находя в государстве возможности обеспечить себе займы, кредиты, льготы и другие привилегии. Доктрина либерального капитализма свободной конкуренции рассматривала демократию как политическую систему, основанную на принципах свободной конкуренции, главной привилегией которой является свобода выбора - свобода, которая определяет приоритет системы открытой

экономики, либерализации цен и приватизации государственной собственности.

Проблема исследования становления и развития политической системы России заключается в том, что концепция, созданная в рамках осмысления западного опыта глобальной демократизации и раскрывающая

последовательность событий и общую логику планомерного перехода к демократии, не вполне работает при анализе политических процессов, проходящих в России.

Задача осмысления модернизационных процессов в России способствует появлению новых терминов, имеющих целью обосновать своеобразие российского варианта

модернизации. Так, А.Г. Вишневский предлагает использовать термин

«консервативная модернизация», под которой он понимает такую модель, которая ориентирована на сохранение или медленную трансформацию традиционных ценностей, институтов и отношений [6].

Предпосылки трансформации политической системы России были заложены в середине 80-х гг. XX столетия, когда прежний формат организации политической власти претерпел большие изменения, в результате выбора руководством страны курса на социально-экономическое ускорение, который

впоследствии был заменен «перестройкой» всех общественных сфер жизнедеятельности. Реализация власти прежними советскими методами оказалась невозможной, а российская политическая элита осознала необходимость изменения методов государственного управления и их адаптации к происходящим социально-политическим изменениям.

Демократизация политических институтов и их освобождение от коммунистической идеологии привела к ослаблению влияния на общество со стороны коммунистической партии, комсомола и профсоюзов. В российском социуме произошли смена системы ценностей, изменения в политическом сознании граждан и в образе их мышления. Граждане впервые получили официально провозглашенные демократические права и возможность оказывать влияние на принятие политических решений посредством участия в выборах и референдумах по наиболее важным и значимым вопросам. Принятие Конституции Российской Федерации в декабре 1993 года заложило нормативную правовую базу для развития новой политической системы страны. С момента принятия Основного закона России была задана и формально определена система

демократических политических координат, в рамках которых будет развиваться новое государство.

Первый этап модернизации обусловлен происходящими широкомасштабными

изменениями внутри политической системы и принятием нормативных правовых документов, в которых закреплялись международные демократические нормы и процедуры. На данном этапе происходили массовые преобразования во всех сферах жизнедеятельности общества, инициированные, прежде всего, главой государства. Однако в отсутствие эффективных институтов гражданского общества происходило постепенное отделение общества от власти. Политическое развитие в 1990-е гг. отличалось большой неустойчивостью. Высокое доверие к личности Б.Ельцина в начале 1990-х сменилось снисходительным отношением к режиму, сложившемуся за годы его президентства, и закончилось падением его авторитета до уровня недопустимого для руководителя государства. Расхождения между провозглашенными принципами и реальными достижениями значительно сузили легитимную основу посткоммунистического порядка в России 1990-х гг., в то время; как реальное развитие экономических и демократических процессов стабилизировало ситуацию в странах Центральной и Восточной Европы. На данном этапе, в результате экономических реформ и приватизации крупных предприятий, формируются финансово-промышленные

группы, а отдельные личности получают способность оказывать значительное влияние на политику государства.

Подобный переход от тоталитаризма к демократии в России обусловил кризис легитимности. Обычно легитимным считается режим, который соответствует ценностям не только правящей элиты, но и большинства общества. Прежний режим обеспечивал свою легитимность средствами насилия и тотальной идеологической обработки населения. Советская система создала легитимность на уровне государственно-зависимых работников, которые содержались на средства государства. Власть формировалась закрыто, узким кругом руководителей властвующей коммунистической партии, затем идеологическими средствами (иногда и принуждением) обеспечивалась поддержка решений власти со стороны государственно-зависимых работников.

Создание демократического политического порядка обусловило изменение способов

обеспечения легитимности через свободные выборы. Однако сформированные

демократическим путем институты власти оказались малоэффективными в удовлетворении социальных ожиданий населения. Правящая элита в России радикально стала внедрять ценности рационализма и индивидуализма, что привело к имущественному расслоению населения, прежде ориентирующегося на ценности равенства. Дискомфорт, который испытывает значительная часть общества от нелиберального курса правящей элиты, толкает эти группы на противостояние режиму. Выборы 1995 г. являются ярким примером недовольства со стороны населения правящим режимом: КПРФ - 22,3% (157); ЛДПР - 11,2% (51); Наш дом Россия - 10,1% (55); Яблоко - 6,9% (45); Выбор России -3,9% (9); Аграрная партия -3,8% (20); Женщины России - 4,6% (3); число мест по округам - КПРФ (58), Аграрная партия (20), Яблоко (14), Наш дом Россия (10) и Выбор России (9) [1]. Тогда же обрисовывалось поражение действующего президента на выборах 1996 г. Правящей элите пришлось приложить значительные усилия, что бы сохранить власть. Как отмечает А.В. Лубский [9], в России сложилась ситуация, описанная в теориях «государственной перегрузки» (Бриттэн и Нордхауз), «узаконения кризиса» (Хабермас). Эти теории объясняют падение легитимности политической власти двумя обстоятельствами: во-первых, тем, что государственная власть берет на себя гораздо больше обязательств, чем способна выполнить; а во-вторых, тем, что правительство и партии, особенно в ходе предвыборных кампаний, дают гораздо больше обещаний, чем могут выполнить. Безответственность правительства, партий, политических лидеров ведет к разочарованию и скептицизму в массовом сознании, а, следовательно, и к утрате политической властью легитимности.

Второй этап начался в 2000 г. с отстранения олигархов от активного участия в политической жизни и попыток вмешательства с их стороны в процесс определения политического курса. Данный этап развития политической системы России, во время которого происходит активная корректировка ее структуры, закрепляет тенденцию авторитарной составляющей в государственном управлении. В начале второго этапа развития политической системы был образован Государственный Совет при Президенте Российской Федерации, изменилась процедура формирования Совета Федерации, а выборы глав субъектов были заменены на их

назначение Президентом. Преобразования в конституционном законодательстве и налоговом приводят к усилению федерального центра и ослаблению инициативы со стороны регионов. Итогом стало выросшее единообразие отношений между центром и регионами и политики самих региональных властей. Регионы России сейчас в большинстве своем являются явно подчиненными центру. Изменения в Федеральном законе «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» позволили

руководителям высших исполнительных органов власти субъектов Российской Федерации досрочно отрешать от должности глав муниципальных образований. На данном этапе были увеличены сроки полномочий Президента Российской Федерации и Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, а также принят Федеральный закон «О политических партиях», который стал жестче регламентировать деятельность важнейшего субъекта

политического процесса - политических партий.

Государство постепенно усиливает свою роль в стратегических отраслях экономики (например, в нефтяной). Крупные СМИ также оказываются под контролем государства или госкомпаний. Вскоре были пересмотрены трудовой и налоговый кодексы, пенсионная система, ослаблено влияние профсоюзов, увеличены отчисления в социальный сектор. В целом экономические и институциональные реформы повлияли на рост деловой активности, чему способствовало повышение цены на нефть. Заметим, что политическая централизация шла поэтапно, как бы пробуя эту среду на прочность. В рамках этого процесса был резко усилен институт полпредов, поэтапно ограничивалась губернаторская «вольница» - до перехода к назначению губернаторов, создавалась доминирующая партия в лице «Единой России», притом доминирующая именно в регионах. В «Единой России» происходило агрегирование большинства значимых политических интересов [10].

Созданная в результате вертикаль власти позволяет проводить реформы в традиционном российском стиле, по инициативе и программе центра. В изменившихся условиях регионы стали вести себя по-другому, их элиты заняли выжидательную позицию. Подавление региональной инициативы, в связи с явным смещением центра принятия решений в столицу, обернулось отказом проявлять такую инициативу со стороны регионов. Зависимые от

Кремля элиты осознали, что требуемая от них лояльность означает молчание или поддержку всего, что исходит сверху.

Итогом стало выросшее единообразие отношений между центром и регионами и политики самих региональных властей. Тем временем централизация при принятии политических решений имеет своей оборотной стороной ослабление механизмов обратной связи центра с регионами. Характерно слабое влияние органов регионального

представительства - Совета Федерации, Госсовета. Укрепление властной вертикали в России оказывается в большей степени способом внутреннего перераспределения национальных ресурсов между уровнями публичной власти и бизнесом. Развитие частного интереса обусловлено в России сочетанием ряда факторов - наличием богатых ресурсов при их неравномерном распределении. В процессе трансформации политического режима бюрократия, особенно федеральная, стала играть еще более активную роль в переделе громадной собственности, и именно этот процесс стал приоритетным объектом политического контроля, обеспечивающего стабильность. Слишком уж велика цена федеральной власти, в прямом и переносном смысле, что, в частности, делает центр заинтересованным в элиминации региональной политической субъектности, равно, как и в других аналогичных процедурах в различных сферах - управлении выборами, гражданским обществом, молодежной политической социализацией и др. Российский политический режим, как в центре, так и в регионах, отличается ярко выраженным персонализмом, что делает критически важной проблему укрепления личной власти. Важна не столько модернизация или вообще какая-либо значимая цель, сколько то, кто ее реализует, находится во главе процесса.

Еще одной проблемой для политической модернизации стало отсутствие стабильности. В процессе модернизации действительно она играет очень важную роль. Проблематика стабильности, преемственности доминирует в российском обществе. Притом стабильность, по С.Хантингтону, следует понимать, прежде всего, как адекватность политических институтов импульсам, исходящим со стороны общества [10]. В России со стороны общества тем временем отмечался рост политической пассивности. В российских условиях очевиден примат политической стабильности,

понимаемой как сохранение власти в руках

сложившейся постсоветской элиты и ее совершенно конкретных представителей. Поэтому сохранение власти, как определенная форма политической стабильности, является препятствием для процесса модернизации, которая не очень нужна для управления обществом и обеспечения побед на выборах. Иное решение проблемы стабильности предполагает развитие демократии, когда стабильность не будет ассоциироваться, как это происходит сейчас, с сохранением у власти одних и тех же людей. Но элиты к этому явно не готовы, а общество этого не требует. Пока инициативы демократического характера будут частично приниматься к исполнению более или менее авторитарным режимом.

Сейчас складываются определенные предпосылки, указывающие на готовность определенных слоев общества к существенным политическим реформам, которые в долгосрочной перспективе могут усилить общественный интерес к либеральной модернизации, что будет означать существенный пересмотр основ

государственного управления, созданных в постсоветский период. Но либеральная модель модернизации предполагает опору на развивающийся и политически активный средний класс. Российское общество же сейчас не столь активно, чтобы стать субъектом либеральной модернизации. В этом состоит его специфика: оно не является западным, но более или менее выраженная прозападная тенденция в нем всегда присутствует. Это приводит к заметным колебаниям: общество в целом ориентировано на модернизацию, но не может выбрать ее вариант, стремится к развитию публичной сферы, но недостаточно активно, что приводит к явному лидерству элит при выборе пути, к типичным реформам сверху [10]. Одной из ключевых задач и сейчас является нахождение конъюнктурно оптимального соотношения децентрализации и

демократического самоуправления на всех территориально-политических уровнях.

Модернизации поможет укрепить политические институты с тем, чтобы они в большей степени

выполняли «классические» функции, а не оказывались в заложниках у неформальных практик. Очень важно в этой связи реальное развитие публичной сферы, усиление партий, законодательных собраний всех уровней, местного самоуправления, институтов регионального представительства на

федеральном уровне.

Литература

1. Материалы Центральной избирательной комиссии (Выборы в Государственную Думу, 1993,1995, 1999, 2003 гг.).

2. Выборы Президента Российской Федерации. 1996, 2000. Статист.сб. - Москва: Весь мир, 1996. - с. 127-130; Весь мир, 2000.-с. 189-191.

3. Вестник Центральной избирательной комиссии Российской Федерации. - № 5, 2006. - с. 19-20; № 3, 2008. - с. 213-216 (Выборы Президента Российской Федерации в 2004, 2008 гг.).

4. Вестник Центральной избирательной комиссии Российской Федерации. - № 19 (222), 2007. - с. 5-22 (Выборы в Государственную Думу, 2007 г.).

5. Постановление Центральной избирательной комиссии Российской Федерации от 09.12. 2011 г., № 70/576-6, г. Москва «О результатах выборов в Государственную Думу, 2011 г.».

6. Вишневский А.Г. Серп и рубль: Консервативная модернизация в СССР. - М.. 1998. - С.48.

7. Ланцов С.А. Российский исторический опыт в свете концепций политической модернизации // Полис. 2001. -№3. - С.93.

8. Лапкин В.В., Пантин В.И. Ритмы международного развития как фактор политической модернизации России // Полис.-2005.-№3.-С.44.

9. Лубский A.B. Государственная власть в России // Российская историческая политология. Курс лекций: Учебное пособие. / Отв. ред. С.А.Кислицын. - Ростов н/Д., 1998.-С.84.

10. Туровский Р.Ф. Укрепление властной вертикали и проблема политической модернизации в России // Модернизация экономики и общественное развитие: изд. дом ГУ ВШЭ, 2007. - С.429.

11. Теория политики: учебное пособие / Под ред. Б.А.Исаева. - СПб.: Питер, 2008.-464 с.

Анахин Тимур Владимирович, аспирант кафедры политологии и социологии Бурятского государственного университета, г. Улан-Удэ, e-mail: anakhin@mail.ru.

Anakhin Timur Vladimirovich, post-graduate student, department of political science and sociology, Buryat State University, Ulan-Ude, e-mail: anakhin@mail.ru.