Христианские захоронения золотоордынского времени на нижней Волге

© 2015 Проблемы истории,

филологии, культуры 2015, №3, с. 264-274

Д. В. Васильев

ХРИСТИАНСКИЕ ЗАХОРОНЕНИЯ ЗОЛОТООРДЫНСКОГО ВРЕМЕНИ

НА НИЖНЕЙ ВОЛГЕ

Христианство в Золотой Орде изучено главным образом на основе анализа письменных источников. Археологические свидетельства присутствия христиан в Улусе Джучи скудны. Известно лишь два некрополя с достоверно христианскими захоронениями. Наиболее изученным является христианское кладбище Водянского городища. Захоронения этого некрополя сопоставимы со средневековыми русскими захоронениями. Единственное погребение с нательным крестом обнаружено на могильнике «Маячный бугор». Оно принадлежит представителю служилой знати Улуса Джучи XIII века.

Ключевые слова: могильник «Маячный бугор», Водянское городище, Золотая Орда, христианство, погребальный обряд

История христианства на территории Золотой Орды в настоящее время уже не является таким белым пятном, каким она являлась в середине XX века, до начала полномасштабных раскопочных исследований на золотоордынских городищах. Многие вопросы истории распространения и бытования различных конфессий христианства были проработаны в программном исследовании М.Д. Полубояри-новой «Русские люди в Золотой Орде»1. В этой монографии, как следует из названия, рассмотрены свидетельства письменных и археологических источников о присутствии в Золотой Орде русского населения, оказавшегося там разными путями и по разным причинам. Одним из наиболее ярких свидетельств наличия русского компонента в составе населения золотоордынских городов автор работы считает находки предметов, имеющих отношение к христианскому культу и богослужебной практике — нательных крестов, иконок, фрагментов хоросов и паникадил2.

Значительным вкладом в изучение истории христианства в Золотой Орде явилось диссертационное исследование А.Б. Малышева «Христианство в истории Золотой Орды»3. В данной работе исследуются исторические судьбы несторианства и монофизитства в целом, а также армяно-григорианской, русской православной церквей и католических церковных и миссионерских организаций в Золотой Орде и Монгольской империи. Большое внимание уделяется политическим взаимоотношениям христианских конфессий с золотоордынской администрацией.

Вкратце основные, концептуальные положения этой работы были намечены ранее в совместном труде Н.М. Малова, А. Б. Малышева и А.И. Ракушина «Религия в Золотой Орде»4. Отдельная глава, посвящённая христианству, описывает главным образом политические события в истории Орды, повлиявшие на истори-

Васильев Дмитрий Викторович — кандидат исторических наук, зав. археологической лабораторий АГУ E-mail: hvdv@mail.ru

1 Полубояринова 1978.

2 Полубояринова 1978, 49-129.

3 Малышев 2000.

4 Малов, Малышев, Ракушин 1998.

ческую судьбу христианства на территории Монгольской империи, а также взаимоотношения ханов Золотой Орды и православной церкви.

Кроме того, надо отметить, что ни одно серьёзное исследование по истории Золотой Орды не обходится без констатации факта о наличии в её составе значительной части христианского населения.

Однако археологические свидетельства присутствия христианства в Улусе Джучи до сих пор скудны и даже не систематизированы, не собраны воедино. Так, например, до сих пор не обобщены сведения обо всех известных на данный момент или даже просто о сохранившихся христианских храмах на территории бывшей Золотой Орды. До сих пор не издан единый систематизированный корпус письменных источников, касающихся христианства в Монгольской империи. То же самое можно сказать и о погребальных памятниках: сведения о них разрозненны и единичны.

В вопросе идентификации христианских захоронений на территории Золотой Орды мы сталкиваемся с несколькими основными проблемами. Во-первых, можно сказать, что вследствие унифицированности и безынвентарности средневекового христианского погребального обряда многие христианские захоронения остаются невыявленными среди массы мусульманских погребений золотоордын-ского периода. Во-вторых, на исследованных археологами городских некрополях Золотой Орды, относящихся к периоду XIV века, то есть к тому времени, когда ислам укоренился в качестве основной религии в Улусе Джучи, христианских захоронений вообще чрезвычайно мало (если они вообще там есть), поскольку шариат запрещает хоронить «зиммиев», то есть иноверцев, на одном кладбище с мусульманами5. В-третьих, на территории Золотой Орды известно лишь одно достоверно определённое христианское кладбище — это некрополь русского посёлка на Водянском городище в Волгоградской области6. При этом количественный состав погребений не позволяет статистически достоверно выявить характерные черты погребального обряда, которые бы резко выделяли христианские погребения из числа мусульманских.

Попытки анализа погребального обряда на некрополе Водянского городища предпринимались работах М.Д. Полубояриновой и Е.П. Мыськова7.

По мнению М. Д. Полубояриновой, наличие русского кладбища на Водянском городище эпохи Золотой Орды является свидетельством наличия здесь русского посёлка, о котором упоминает Гильом де Рубрук: «Новый посёлок, который татары устроили вперемежку из Русских и Саррацинов, перевозящих послов, как направляющихся ко двору Бату, так и возвращающихся оттуда, потому что Бату находится на другом берегу в восточном направлении»8. М.Д. Полубояринова считает, что под «сарацинами» здесь подразумеваются болгары и что правомерность отождествления Водянского городища с этим «новым посёлком» доказывается русскими и болгарскими чертами этого в целом золотоордынского памятника, которые выявились при раскопках9. Она описывает многочисленные русские

5 Гаджиев 2009, 302.

6 Полубояринова 1978, 72-85

7 Мыськов 2001, 123-135 .

8 Шастина 1957, 118

9 Полубояринова 1978, 72-73 .

вещи, обнаруженные в слоях Водянского городища, — керамику, крестики, иконки. Помимо этого, она описывает полуземляночные жилища русского населения, аналогичные тем, что были раскопаны на территории средневековой Руси, а также многочисленные захоронения участка русского некрополя, исследованные в 1968 и в 1969 годах Поволжской археологической экспедицией10.

Русский некрополь располагался в береговой части городища и исследовался в связи с угрозой разрушения в результате осыпания обрыва в водохранилище. Во всех из 17 погребений, выявленных в 1968-1969 гг., погребённые были обращены головами к ЮЗ и З. Отклонение от западной ориентировки составляет от 10 до 35 градусов. Покойные лежали на спине в вытянутой позе, руки в большинстве случаев сложены в области таза. В двух случаях руки скрещены на груди, а кисти приподняты к горлу. В 10 захоронениях покойные были обращены лицами вверх, а в трёх случаях — к северу (то есть влево). В ряде захоронений были обнаружены следы деревянных конструкций дощатых гробов, сколоченных, видимо, деревянными шпильками, поскольку остатки гвоздей не были зафиксированы. В одном захоронении были отмечены следы коры, которой был покрыт покойный. Наблюдается правильная рядность некрополя — видимо, могилы чем-то отмечались на поверхности11. Антропологический анализ ряда черепов из данного некрополя позволяет выявить резкое отличие данной серии от остальных захоронений на некрополях Водянского городища и определить её как европеоидную, принадлежащую славянам12.

В заполнении ряда могильных ям была обнаружена русская керамика. Кстати, именно стерильность заполнения или наличие в нём находок позволили датировать данные погребения и определить, что славянские захоронения возникли в наиболее ранний период существования поселения.

Е.П. Мыськов сообщает ещё о 40 захоронениях, раскопанных в 1989, 1996 и 2000 годах на территории русского кладбища. В своей работе он приводит сводные данные обо всех 57 захоронениях, выявленных на некрополе Водянского городища13. Более того, планиграфический анализ территории некрополя позволил Е.П. Мыськову установить его площадь и оценить общее количество захоронений на русском кладбище в 800-1000 объектов14.

Все захоронения были совершены в неглубоких — в среднем до 0,7 м глубиной — ямах. Практически во всех захоронениях умершие были похоронены в вытянутом положении на спине, лишь в одном случае скелет ребёнка был обнаружен в скорченном положении на правом боку. Подтверждается наблюдавшаяся ранее общая ориентированность покойных головами на ЗЮЗ и устойчивая рядность в расположении самих могил.

Как отмечает Т. Д. Панова в работе «Царство смерти», «сезонные нарушения в ориентации захоронений — обычное явление для всех кладбищ Руси в период средневековья. Отклонения бывают или к югу (летом), или к северу (зимой)»15.

10 Полубояринова 1978, 76-78 .

11 Полубояринова 1978, 76.

12 Полубояринова 1978, 76-77.

13 Мыськов 2001, 129-130.

14 Мыськов 2001, 123-124.

15 Панова 2004, 55.

Весьма неустойчиво положение рук покойных. Наиболее часто (21 случай наблюдения) фиксируется положение рук в сложенном виде на груди и на поясе. Остальные варианты единичны — на груди и поясе, на поясе и на тазу, на груди и у бедра (как в классических мусульманских погребениях — здесь не исключено культурное влияние окружающей мусульманской среды). В 4 случаях руки покойных были вытянуты вдоль тела.

Если говорить о средневековых христианских захоронениях на Руси в целом, то археологические материалы дают возможность четко проследить позу погребаемого в захоронении. В подавляющем большинстве тело умершего укладывали на спину, головой на запад, руки складывали на груди или на животе, хотя вариантов вынужденного расположения рук можно отметить много. Изредка зафиксированы отклонения от этого канонического положения. Причем, несмотря на редкость отмеченных случаев, они прослеживаются на протяжении достаточно длительного периода — с XI до XVI в. Найдены захоронения, в которых умерший был помещен на правом или на левом боку с подогнутыми ногами и поднятыми к голове или груди руками16.

Несколько таких погребений, помещенных в просторную могильную яму, были зафиксированы в Новогрудке на кладбище первой половины XII в. Два костяка лежали на левом боку в скорченном состоянии, кисти их рук были притянуты к подбородку. В трех случаях у погребенных оказались подогнуты обе или одна нога17. В пяти грунтовых захоронениях на Замчище Волковыска были обнаружены костяки на правом боку со слегка вытянутыми вперед руками (в одном случае руки были подтянуты к голове). Все захоронения безынвентарные, с достаточно широкой датировкой ХЬХ^ вв.18

Аналогичные отклонения в позе костяков зафиксированы и при захоронении в деревянных и каменных погребальных сооружениях. Так, при исследовании кладбища Аркажского монастыря под Новгородом в двух саркофагах ладьевидного типа были обнаружены костяки, лежавшие один на левом, а другой на правом боку.

И здесь руки и ноги умерших находились в согнутом состоянии. Дата погребений — XIV-XV вв.19 Один из самых поздних случаев неканонического положения тела в христианском городском захоронении был отмечен при исследовании Рождественского собора Пафнутьев-Боровского монастыря. Изученное здесь погребение XV-XVI вв. в деревянном гробу содержало костяк, лежащий на правом боку, ноги которого согнуты в коленях, а руки согнуты и прижаты к груди20.

Исследования показали наличие отклонений от канонов в ориентации христианских захоронений, особенно в храмах-усыпальницах, и в положении тел погребенных людей, в связи с чем в некоторых случаях можно говорить об отголосках древних верований21.

16 Панова 2004, 58.

17 Гуревич 1983, 51.

18 Орлов 1962, 130, рис. 106.

19 Орлов 1962, 23, 27.

20 Хворостова 1970, 9.

21 Панова 2004, 58.

В 11 захоронениях на христианском некрополе Водянского городища прослежены остатки деревянных дощатых гробов. При этом Е.П. Мыськов не отмечает наличия металлических крепёжных элементов — скоб, гвоздей и прочего.

Наличие гроба отмечается в качестве одной из распространённых черт христианского погребального обряда, выделяя несколько типов саркофагов, долблёных колод и гробов, в том числе и самый простой тип — дощатый гроб22.

Группа христианских захоронений на Водянском городище является практически безынвентарной — лишь в 4 могилах были найдены отдельные предметы, причём их связь с данными захоронениями не является безусловной — мелкие предметы могли быть занесены в заполнение грызунами. Безусловно относятся к захоронениям только мелкие украшения — округло-уплощённая бусина из непрозрачного чёрного стекла и проволочная бронзовая серьга в виде колечка с заходящими концами23.

Интересные наблюдения приводит Е.П. Мыськов относительно различий между христианскими и мусульманскими захоронениями. Так, он отмечает наличие надгробий над значительным количеством мусульманских могил, в то время как не удалось проследить никаких долговременных сооружений над погребениями христиан. Он уверен, что эти могилы отмечались лишь небольшими холмиками на поверхности земли, которые со временем стирались, что привело к редким случаям вторжения более поздних могил в более ранние.

Кроме того, доминирующим положением рук у мусульман является вытягивание их вдоль туловища или складывание на тазовых костях. Могильные ямы в мусульманских захоронениях представлены двумя типами — с заплечиками и с подбоем в южном борту (в своих построениях автор пользовался сравнением с материалами мусульманских захоронений именно с некрополя Водянского городища)24.

Как видим, определяющими признаками принадлежности данной группы захоронений к группе средневековых русских христианских погребений являются вторичные, сопутствующие признаки — антропологическая принадлежность, историко-культурный контекст, предметы, обнаруженные в заполнении. Такие признаки, как безынвентарность, наличие гробов, а также западная ориентировка погребённых являются вторичными, поскольку все они могут быть характерны и для погребений мусульманского культурного круга. Здесь же, на Водянском городище, подобные захоронения были обнаружены в центральной его части, на некрополе рядом с мечетью25. Наличие гроба, судя по результатам статистического анализа мусульманского погребального обряда, не является признаком отклонения от погребальных канонов шариата26. Более того, отсутствует прямой запрет на использование гроба в мусульманском погребальном обряде. Захоронение в гробу считается «нежелательным», однако не запретным. Более того, шариатом предусматриваются особые случаи, когда мусульманина надо хоронить в гробу27.

22 Панова 2004, 73.

23 Мыськов 2001, 124-125.

24 Мыськов 2001, 125.

25 Егоров 1967; 1968; 1969.

26 Васильев 2009, 84-85.

27 Гаджиев 2009, 279.

Несмотря на обязательность ориентировки лица погребённого на Мекку, довольно часто на некрополях эпохи Золотой Орды встречаются захоронения, в которых лицо покойного обращено кверху или влево. Их принято считать захоронениями с отклонениями от мусульманского погребального обряда, однако они всё же, в целом, находятся в рамках исламской культурной традиции28.

Однако Водянское городище не является единственным памятником на территории Улуса Джучи, где были обнаружены христианские погребения. Интересное захоронение было обнаружено в 1992 году в ходе раскопок на грунтовом могильнике Маячный бугор около села Красный Яр в Астраханской области. Этот могильник является одним из самых ярких и показательных некрополей на всей территории Золотой Орды, поскольку он относится к XIII веку, является городским некрополем и представляет собой единственный на настоящий момент памятник, где зафиксирована археологически ситуация мультикультурализма раннего периода в истории Золотой Орды. На это следует особо обратить внимание. На раскопе №3 в 1992 году были в пределах участка размерами 10 на 5 метров зафиксированы захоронения и культовые сооружения, принадлежащие различным культурам и религиям: сырцовая оградка с остатками трупосожжения (возможно — остатки буддистской ступы), захоронения с инвентарём, в которых покойные были ориентированы головами на юг и на восток, классическое мусульманское захоронение в яме с подбоем и с надгробием над могилой, а также захоронение, которое мы интерпретируем как христианское29. Впервые данное захоронение, которое получило номер 162, было опубликовано Л. Ю. Пакалиной30.

Погребение обнаружено в результате зачистки по зелёным пятнам сырцовых кирпичей. Могильная яма имела трапециевидную форму с неровными стенками, с сильно скругленными углами и сужалась к востоку. Яма ориентирована длинными сторонами по лини ЗСЗ-ВЮВ. Глубина ямы составляет в среднем 70-80 см. Засыпью ямы являлась мягкая коричневая супесь с остатками органики и мелкой сырцовой крошкой. В заполнении встречались пятна древесного тлена и мелкие обломки дерева. Размеры ямы — 41 на 160 см.

Поверх ямы было обнаружено прямоугольное надгробие размерами 177,5 на 102 см, выложенное из прямоугольных сырцовых кирпичей размерами примерно 44-45 Х24-25 х9 см, из глины с примесью органики, зеленоватого цвета. Надгробие было выложено поверх невысокого могильного холма и слегка выгибалось кверху.

Вдоль северного борта ямы обнаружена ступенька шириной до 9 см.

На дне могильной ямы были обнаружены остатки деревянных плах гробо-вища толщиной до 1 см. На слое древесного тлена и остатков деревянных плах лежал костяк подростка, ориентированный головой на ЗСЗ. Череп погребённого зафиксирован в положении лицом вверх и слегка склонён к левому плечу. Скелет туловища положение на спине. Руки вытянуты вдоль туловища и присогнуты в локтях. Кисть левой руки находилась на левом крыле таза ладонью вниз, кисть правой руки лежала на крестце ладонью вниз.

28 Васильев 2007, 123-124 , 130-132.

29 Котеньков 1992.

30 Пакалина 1994, 50-52.

Кости таза и ног также фиксируют положение на спине. Ноги вытянуты, стопы соприкасаются. В районе голени и стоп погребённого на дне могильной ямы и на костях были обнаружены фрагменты кожи — вероятно, остатки сапог. На дне ямы вокруг черепа было расчищено множество дынных семечек, лежащих в беспорядке. В 1 см западнее левой лопатки на дне могильной ямы обнаружена поливная кашинная пуговица, а вторая пуговица, аналогичная первой, обнаружена в районе правого плечевого сустава, между рёбрами и плечевой костью. Третья пуговица была обнаружена под шейными позвонками после снятия скелета. В 1 см западнее правой лопатки и 2 см к ЮВ от нижней челюсти был обнаружен лежащий на ямы крест из белого металла.

Перекладины креста имеют длину 2,8 см, пересекаясь посередине. Каждый конец креста украшен стилизованным дополнительным перекрестьем. В центре этих маленьких перекрестий помещены концентрические двойные круги (диаметром до 5 см). В центре креста также помещён орнамент в виде круга. По краям внешней поверхности крест орнаментирован валиком шириной до 1 мм и отстоящим от края на 2 мм. Крест односторонний. Все концы круглые, плавно переходящие друг в друга. Кольцо для подвешивания креста прикреплено к его верхней оконечности, и плоскость его перпендикулярна плоскости креста.

Заметим, что данное погребение до сих пор является единственным на территории Золотой Орды захоронением, в котором обнаружен такой признак принадлежности к религии, как крест.

Серебряный нательный крест, который был обнаружен в данном захоронении, относится к так называемым крестам с округлым средокрестием и трёхле-пестковыми клиновидными концами. Подобные кресты часто встречаются среди русских древностей XII-XV вв., известны по киевским коллекциям, среди материалов владимирских курганов. Один подобный крест был обнаружен на уже упоминавшемся Водянском городище31.

Кашинные бусы пуговицы, аналогичные обнаруженным в данном погребении, известны среди материалов XII-XIII веков на Самосдельском городище в дельте Волги, а также на Сухореченском городище, где они датированы XIII-XIV

веками32.

Т.Д. Панова отмечает, что исследователи культуры и быта средневековой Руси до сих пор не задавались вопросом, насколько широко была распространена такая деталь обряда, как захоронение с символом христианской религии — нательным крестом. В кладах из жилых слоев древнерусских городов найдено значительно больше крестов из разных материалов, чем в погребениях этого же периода. В городских захоронениях XI-XV вв. их зафиксировано крайне мало. Между тем представление об обязательности погребения человека с крестом на груди получило широкое распространение даже в научной литературе. Однако письменные источники умалчивают о том, что крест был обязательной деталью обряда погребения, и материалы археологических исследований это полностью подтверждают33.

31 Беленькая 1993, 17; Станюкович, Осипов, Соловьёв 2003, 30; Ханенко, Ханенко 1900, табл. XVII, № 201.

32 Детинкина 2012.

33 Панова 2004, 158-159.

Если мы обратимся к данным городских захоронений XI в., то встретим единственную находку нательного креста в захоронении второй половины XI в. в Юрьеве (Киевская земля), в обычном грунтовом погребении34. Интересно отметить, например, что на кладбище Ярополча-Залесского XI-XII вв. исследовано семьдесят одно захоронение и только в одном из них найден шиферный нательный крест35. В некрополях XII-XIII вв. случаев обнаружения погребений с крестами несколько больше. Все эти находки концентрируются в районе Киева и Новгорода, то есть двух центров, первыми подвергшихся христианизации.

Интересна и другая особенность этих захоронений: практически половину из них составляют монашеские, где присутствие креста было, видимо, обязательным, а остальные принадлежали представителям феодальной аристократии. Особенно четко это прослеживается по материалам некрополя Георгиевского собора Юрьева монастыря под Новгородом, где зафиксирована группа захоронений XII — первой половины XIII в. с крестиками. Это пять погребений, среди которых три монашеских. Так, в двух из них, XII в., совершенных в деревянных колодах, были найдены кожаные кресты, плетеные из тонких ремешков, причем в одном из этих погребений находились два креста, соединенные между собой плетеными шнурами (один был на груди, другой на спине погребенного).

Аналогичный крест зафиксирован в захоронении княгини Евфросинии, в каменном саркофаге (умерла в 1244 г.). В парном захоронении детей князя Ярослава, умерших в 1198 г., найден маленький янтарный крестик. Фрагмент еще одного креста, из яшмы, сопровождал тело Дмитра Мирошкинича (умер в 1209 г.), помещенное в кирпичную гробницу36.

Таким образом, археологические материалы позволяют изучить историю развития этой детали погребального обряда XI-XVI вв. Выясняется, что захоранивали с нательным крестом в домонгольской Руси крайне редко, в основном в двух регионах, где раннее принятие и активное распространение христианства привело к появлению крестов в захоронениях представителей феодальной верхушки и монашества (Киев и Новгород). Значительную часть таких погребений следует относить к монашеским, где помещение крестов было обязательным и соблюдалось строго. В захоронениях светских лиц крестов мало. Очень редки находки захоронений с крестами в период XIV-XV вв. Только начиная со второй половины XVI в. применение крестов как детали обряда становится более частым. В этот период уже до трети захоронений сопровождаются крестами; охвачена этим явлением значительная территория, в отличие от раннего периода. Так, например, в трех захоронениях усыпальниц представителей правящего дома в Московском Кремле были найдены нательные кресты. Они зафиксированы также в виде вышивки на саванах, венчиках (налобных лентах) и куколях погребенных.

В итоге выясняется крайне позднее (XVI-XVII вв.) появление традиции захоронения с нательным крестом в городских средневековых некрополях русских городов, окончательное закрепление которой нужно относить только к XVIII в37.

34 1ванченко, Орлов 1986, 9.

35 Седова 1078, 69.

36 Панова 2004, 158-160.

37 Панова 2004, 161.

Продолжая разговор о захоронении с крестом, мы должны ответить на два основных вопроса. Во-первых, это вопрос точной датировки захоронения, а во-вторых, вопрос о его социокультурной интерпретации. И эти вопросы связаны между собой очень тесно.

Дело в том, что грунтовый могильник Маячный бугор является городским некрополем Красноярского городища, относящегося к эпохе Золотой Орды. Данный памятник стал известен благодаря обнаруженной здесь большой группе захоронений с южной и восточной ориентировкой38. На данном некрополе прослеживается процесс постепенного перехода населения от язычества к исламу, здесь присутствуют многочисленные захоронения с пережитками доисламских верований. Захоронения с южной и восточной ориентировкой являются высокостатусными. Они содержат большое число инвентаря, позволяющего говорить об оседлости населения — кочедык, рыболовные крючки, виноградный нож, большое количество семян культурных растений (винограда, дыни, проса, грецкого ореха, чечевицы и пр.) в могилах. Некоторые предметы из инвентаря имеют прямое отношение к имперской культуре, распространившейся в Еке Монгол Улусе, — парчовые халаты, серебряные и золотые наборные пояса, поясные ковши из дерева и меди, головные уборы «бохтаг» или «бокка», выполненные из бересты и крытые парчовой тканью. Ряд предметов указывает на дальневосточное происхождение населения, оставившего данный некрополь, — в захоронениях встречаются палочки для еды, в одном из захоронений был обнаружен гроб с нарисованным на нём драконом. Нередки находки серег чжурчжэньского типа в виде русской прописной буквы «б», зеркал, также имеющих происхождение из материальной культуры империи Цзинь. Кроме того, черты некоторых погребений позволяют отнести их к буддистской обрядности — трупосожжения и комбинированные погребения, прикрывание отверстий на теле (рта и носа) руками, помещение в могилу драгоценностей и монет.

Комплекс вышеописанных черт погребального обряда позволил нам определить могильник Маячный бугор как некрополь высшей чиновничьей служилой знати Золотой Орды эпохи единства Монгольской империи (второй половины — конца XIII века), которую составляли буддисты — выходцы из дальневосточного региона: чжурчжэни, уйгуры, кидании, — а также присоединиться к существующему в науке мнению, что Красноярское городище является местоположением первой столицы Золотой Орды39.

Расположение захоронения с крестом на некрополе подобного рода заставляет нас предположить, что захороненный в нём молодой человек является представителем знатного рода. К сожалению, антропологических определений покойного не проводилось, поэтому точно что-либо сказать о его этнической или расовой принадлежности нельзя. Однако само расположение погребения на элитном участке некрополя, в окружении захоронений знати, говорит о статусе покойного. Поэтому мы смело можем отвергнуть предположение о том, что перед нами захоронение рядового христианина. Выше мы уже указывали на то, что захоронения с крестами на Руси принадлежат главным образом представителям аристократии или духовенства. Даже если здесь это захоронение принадлежит выходцу с Руси,

38 Котеньков, Котенькова 2010, 292-299.

39 Васильев 2009, 110-124 ; 2009а, 165-176.

то он являлся младшим представителем знатного, по всей видимости, княжеского рода, умершим в Орде и похороненным здесь, поскольку русские князья были включены в чиновничью и служилую систему Монгольской империи. Однако велика также вероятность, что подросток, захороненный на Маячном бугре, был представителем местной аристократии и принадлежал к сообществу, которое исповедовало христианство в первом или втором поколении. Об этом говорят такие черты обряда, как наличие остатков заупокойной пищи (дынных семян на дне могилы у головы покойного), наличие пуговиц от одежды (которые могли служить и бусами — они все были обнаружены в районе шеи). О том, что погребённый принадлежал к местному населению, косвенно свидетельствует также наличие надгробия над могилой — его могила была отмечена и могла посещаться родственниками для выполнения цикла поминальных обрядов.

ЛИТЕРАТУРА

Беленькая Д.А. 1993: Медная пластика городов Московской Руси // Средневековая археология Восточной Европы (КСИА. 208) / И.Т. Кругликова (ред.). М., 11-19 .

Васильев Д.В. 2007: Ислам в Золотой Орде. Историко-археологическое исследование. Астрахань.

Васильев Д.В. 2009: Исламизация и погребальные обряды в Золотой Орде (археолого-статистическое исследование). Астрахань.

Васильев Д.В. 2009а: К вопросу о локализации первой столицы Золотой Орды на Красноярском городище // Вопросы истории и археологии Западного Казахстана. 1, 165-176 .

Гаджиев М.П. 2009: Сущность смерти и похоронный обряд. По мазхабу имама аш-Шафи'и. Махачкала.

Гуревич Ф.Д. 1983: Погребальные памятники жителей Новогрудка (конец Х — 70-е годы XIII вв.) // Средневековая археология Восточной Европы (КСИА. 175) / И.Т. Кругликова (ред.). М.

Детинкина Н.И. 2012: Сухореченское селище - центр микрорайона восточного региона Самарского Заволжья в золотоордынское время. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://lomonosov-msu.ru/archive/Lomonosov_2012/1783/47589_b8iD.pdf

Егоров В.Л. 1967: Отчёт о работах на Водянском городище // Архив ИА РАН. Р-1. № 3533.

Егоров В.Л. 1968: Отчёт о работах на Водянском городище // Архив ИА РАН. Р-1. № 3688.

Егоров В.Л. 1969: Отчёт о работах на Водянском городище // Архив ИА РАН. Р-1. № 3909.

1ванченко Л.1., Орлов Р.С. 1986: Про локалiзацiю лггописного Юрьева // Археолопя. 83, 2-13.

Котеньков С.А., Котенькова О.Ю. 2010: Элементы язычества в погребальных обрядах грунтовых могильников «Маячный - МП» - золотоордынских некрополей Красноярского городища в Астраханской области // Археология Нижнего Поволжья: проблемы, поиски. Открытия. Материалы III Международной Нижневолжской археологической конференции / Д.В.Васильев (ред.) Астрахань, 292-299 .

Котеньков С.А. 1992: Отчёт об археологических исследованиях на грунтовом могильнике «Маячный бугор-1» в Красноярском р-не Астраханской области в 1992 г. // Архив ИА РАН. Р-1. № 17655, 17656.

Малов Н.М., Малышев А.Б., Ракушин А.И. 1998: Религия в Золотой Орде. Саратов.

Малышев А.Б. 2000: Христианство в истории Золотой Орды: дисс. канд. ист. наук. Саратов.

Мыськов Е.П. 2001: Русское кладбище Водянского городища. // Нижневолжский археологический вестник. Вып. 4, 123-135 .

Орлов С. Н. 1962: Отчет по раскопкам и исследованию руин Аркажского монастыря под Новгородом, проведенным летом 1962 г. // Архив ИА РАН. Р-1. № 2440.

Пакалина Л. Ю. 1994: К вопросу о христианстве в Золотой Орде // XXV Урало-Поволжская археологическая студенческая конференция: тезисы докладов / И.Б. Васильев (ред.). Самара, 50-52 .

Панова Т.Д. 2004: Царство смерти. Погребальный обряд средневековой Руси XI-XVI веков. М.

Полубояринова М.Д. 1978: Русские люди в Золотой Орде. М.

Шастина Н.П. (ред.) 1957: Путешествие в восточные страны Плано Карпини и Ру-брука. М.

Седова М.В. 1978: Ярополч-Залесский. М.

Станюкович А.К., Осипов И.Н., Соловьёв Н.М. 2003: Тысячелетие креста. Произведения русской христианской металлопластики X-XX веков из частных собраний. М.

Ханенко Б.И., Ханенко В.Н. 1900: Древности русские. Кресты и образки. Собрание энколпионов, крестиков и образков. Киев.

Хворостова Е.Л. 1970: Пафнутьев-Боровский монастырь. Калужская область. Описание и фотофиксация шурфов в соборе Рождества XVI в. 1970 г. // Архив ИА РАН. Р-1. № 4064.

CHRISTIAN BURIALS OF THE GOLDE HORDE TIMES IN THE LOW VOLGA

REGION

D. V. Vasiliev

Christianity in the Golden Horde was studied mainly due to the analysis of written sources. Archaeological evidence of the presence of Christians in the Jochi Ulus is scarce. Only two necropolises with authentically Christian burials are known. The Christian cemetery of Vodyanskoe settlement is the most studied. Burials of this necropolis are comparable with medieval Russian graves. The only burial with silver cross was found at the necropolis «Mayachny Bugor». It belongs to the representative of the serving nobility of Jochi Ulus of the 13th century.

Key words: «Mayachny Bugor» Necropolis, Vodyanskoe Settlement, Golden Horde, Christianity, death customs