«Сегодня мы боремся с последствиями, а не занимаемся профилактикой»

О том, какова ситуация с надежностью систем теплоснабжения в России, какие нормативы предусмотрены законодательством и как они выполняются, “Ъ” рассказал президент НП «Российское теплоснабжение» Виктор Семенов.

— Насколько надежны системы теплоснабжения в России?

— Для того чтобы разобраться с надежностью, надо понимать, что и в каком состоянии находится. Статистика отказов на тепловых сетях, которая официально существует в Росстате, соответствует по количеству разрывов на сетях повреждениям в одном областном городе. Это происходит потому, что Росстат лишили функции проверки и, соответственно, он не владеет реальными цифрами. Им передают: по городу повреждаемость «ноль» — они так и записывают, не проверяя.

— То есть у нас нет достоверной информации?

— У нас нет. В Ростехнадзоре ее тоже нет. Там точно так же: что им сообщают, то они и принимают. В Минстрое тоже нет. При этом цифры, которые есть в Минстрое, Минэнерго, Ростехнадзоре и Росстате, между собой не стыкуются никак. Министерство энергетики публикует на своем сайте доклад о состоянии теплоснабжения в РФ. Один год они не заказывали, но за 2016, 2017 годы он есть. Делает эту работу Российское энергетическое агентство. Они сами говорят о том, что никакой достоверности исходных данных нет. Поэтому мы не знаем, где завтра произойдет авария, не отслеживаем динамику, тенденции к улучшению или ухудшению. Вместо профилактических мер система ориентирована на устранение аварий.

— Какая система мер предусмотрена законодательством для предупреждения аварий в системах теплоснабжения?

— Первое, что существует,— это так называемые правила организации теплоснабжения. В них вписано, что на уровне региона каждый год все системы теплоснабжения должны ранжироваться по четырем категориям: высоконадежные, надежные, малонадежные и ненадежные. И в отношении малонадежных и ненадежных должен проводиться комплекс мероприятий с целью доведения их до надежного состояния. Принципиально важно, что это происходит на уровне региона и за комплекс мероприятий отвечает именно регион. У региона особого желания брать на себя ответственность нет, и это не выполняется. А со стороны федеральной власти контроля за процессом нет. Формально расчеты и информация по малонадежным и ненадежным системам должны представляться в Ростехнадзор, но в положение о Ростехнадзоре это не внесено и функции мониторинга, анализа и принятия мер за ним также не закреплены, поэтому никто ему ничего не передает, а меры не разрабатываются и не принимаются.

Следующее — это раздел «надежность» в схемах теплоснабжения. По городам с населением свыше 500 тыс. человек, где эта работа подведомственна Минэнерго, этот раздел есть, из года в год есть улучшения, потому что схемы актуализируются каждый год. По всем остальным городам и по подавляющей доле схем либо этого раздела нет вообще, либо он ненадлежащего качества, либо там нет исходной информации, то есть надежность не анализируется. А схемы по городам с населением меньше 500 тыс. человек полностью прерогатива местной власти.

Далее — подготовка к отопительному периоду. Контролируют ее две федеральные организации — Ростехнадзор (выдача паспортов готовности) и Минстрой (отчетность регионов). Цифры не стыкуются, и чему верить — не понятно. Если не выдан паспорт готовности, опять же возвращаемся к первому тезису: комплекс мер не разрабатывается, на уровень региона это не переходит. То есть мы никак не отслеживаем состояние дел: оно формально как-то расписано, но данные не стыкуются и ничего не делается.

Есть законопроект, который коротко называется «о перехвате управления». Он внесен правительством в Госдуму и подразумевает, что в случае, если есть опасность возникновения чрезвычайной ситуации либо произошла чрезвычайная ситуация, губернатор может сместить директора теплоснабжающей организации. На его место приходит новое физлицо, а актив перейдет в ведение новой организации — управляющей компании, которая сможет управлять счетами и всей деятельностью.

— А кто определяет возникновение опасности ЧС?

— Тоже губернатор. Штаб. То есть никто. Таким образом, предложенные в законопроекте меры — это все равно что во время пожара менять руководителя пожарного депо. Плюс там прописано, что этот «белый ангел» даже зарплаты не получает. То есть предполагается, что кто-то придет и на этом пепелище, где все развалилось, каким-то образом наведет порядок. Как это сделать — понимание есть, у меня есть написанная концепция. В Госдуме это обсуждали, и я думаю, что сейчас этот законопроект будет сильно меняться и нужно попытаться его сделать нормальным.

— Сколько проблемных муниципалитетов сейчас в России?

— Мы проанализировали один регион, население 1 млн человек — половина систем оказались малонадежными. Но это не значит, что это половина нагрузки, потому что они в основном мелкие — по нагрузке это около 25%. Три оказались ненадежными. Поэтому получилось не так уж критично. Другой вопрос, что была тенденция к явному ухудшению.