Явление креолизации в письменном тексте анекдота (на материале русского и французского языков)

УДК 82-36:811.133.1:811.161.1

Л. В. Бородина

Явление креолизации в письменном тексте анекдота

В статье анализируется процесс креолизации текста анекдота через освоение им новых информативных ресурсов, способствующих расширению его семиотического диапазона и возникновению его новых текстовых форм.

The article deals with the peculiarities of modern creolized texts of anecdotes which adopted now a written form and appear as such in various published editions. The typical feature of their creolization lies in the fact that the latter combines different semiotic means with purely linguistic ones which constitute their immediate extention.

Ключевые слова: анекдот, юмористический дискурс, креолизация, паралингвисти-ческие средства, текстовая графика, антропоцентрическая парадигма.

Key words: anecdote, humorous discourse, creolizatation, paralinguistic means, text graphics, anthropocentric paradigm.

Развитие средств массовой коммуникации в современном обществе привело к возникновению новых текстовых форм, расширивших возможности юмористического дискурса. Тот факт, что текст анекдота обрел письменную форму, стал причиной освоения им новых языковых средств (в данном случае графических) создания юмористического эффекта. Конкретизируя соотношение двух упомянутых признаков (языковой - графический), сошлёмся на авторитет И. А. Бодуэна де Куртенэ. Известно, что многие лингвисты считают текстом только письменный текст, однако графика при этом в расчет не принимается. Она, безусловно, предполагается, но не рассматривается, и её текстовые свойства (в частности, участие в продуцировании текстовой информации) остаются вне поля зрения. Более или менее определенно графические характеристики учтены для поэтического текста. Лингвисты, изучающие поэтический текст, отмечают, что уже сама письменная форма сигнализирует читателю, что это текст особого рода - «это стихотворение» [7, с. 11]. Изучение текстовой графики восходит к И. А. Бодуэну де Куртенэ, который первым в мировой лингвистике провел отчетливую грань между «произносительно-слуховой и писанно-зрительной» формой речевой деятельности, а также убедительно объяснил взаимосвязь между ними [3, с. 209]. Как замечает Е. Ф. Киров, мысли, высказанные Бодуэном де Куртенэ, настолько точны и бесспорны, что создается впечатление, как будто в этой области уже невозможно сказать что-то новое. Тем не менее, костяк общей теории письма, созданный Бодуэном де Куртенэ, обрастал частностями, хотя в своей основе остался незыблемым. Стало очевидно, что при очень хорошей степени владения языком могут

возникать прямые связи между значением слова и его графическим экспонентом, хотя онтологически такая связь возможна только через ступень графемно-фонемных ассоциаций [6, с. 194].

Если вернуться к терминологии И. А. Бодуэна де Куртенэ, а именно к «произносительно-слуховой и писанно-зрительной» формам речевой деятельности, то нельзя не вспомнить такую форму речевой деятельности, как дискурс/текст. Их взаимодействие в несколько неожиданном ракурсе проявляется в креолизованных текстах, при этом «писанно-зрительный» компонент отличается множеством проявлений, плавно переходя от собственно иконического блока (картинка, изображение) к разного рода графике. В текстах научных, особенно научно-технических, формулы, символические изображения, графики, таблицы, технические рисунки, геометрические фигуры и другие изобразительные элементы являются смысловыми компонентами текста, передающими основное содержание текста [4].

Особого внимания заслуживают графические символы, стоящие на полпути между буквой и изображением. Их наличие в тексте дает все основания признать таковой креолизованным, приняв к сведению то, что понятие креолизации в равной мере приложимо и к собственно языковым явлениям. В частности, креолизацией в лингвистике называют образование смешанного языка (по лексике и грамматике) в результате взаимодействия двух или более языков, функционирующих на данной территории [9].

Широкое понимание креолизованного текста, которое обосновывается в настоящей статье, предполагает протекающее в разной форме внедрение иконических элементов в вербальную ткань текста, которая в конечном итоге поглощает и ассимилирует их, так что на выходе процесс становится полностью языковым. В приложении к тексту анекдота все перечисленные этапы выстраиваются в следующей последовательности: вербальная часть текста в сочетании с чисто иконической частью (картинкой), вербальная часть с внедрением в неё символов (а также символических построений из бессмысленной комбинации букв) и вербальная часть, смешивающая разные жанровые формы текста и проявляющая себя в итоге уже в новом качестве как креолизованный текстовый продукт, обладающий собственной прагматической и информативной значимостью.

Если два первых этапа задействуют средства разных семиотических систем, то последний этап следует квалифицировать как чисто языковой, поскольку жанровые формы текста представляют собой явления лингвистического порядка. Подобная трактовка креолизованного текста, по сути дела, не противоречит общепринятому пониманию креолизованных текстов, основная суть которых заключается в их текстовой смешанности, неоднородности, гетерогенности, прослеживаемой и на уровне содержания, и на уровне формы [8, с. 83].

Что касается текста анекдота, то он в современных публикациях при-

нимает самые разнообразные формы, такие как объявления, реклама, SMS-сообщения, письма, инструкции, рецепты, выписки из приказа и т.д. По сути дела, каждая из таких форм, воплощаемая на ниве юмористического дискурса, становится носителем соответствующего блока юмористической информации, которой фактически принадлежит приоритет в создании юмористического эффекта. Помимо анекдота подобный информационный симбиоз едва ли возможен в других жанрах текста, во всяком случае, в таком широком диапазоне встречаемости. Речь, в сущности, может идти о целом направлении текстового творчества в стиле анекдота. В соответствии со своими новыми графическими возможностями анекдот освоил и информативные ресурсы перечисленных форм (шрифты, цифры, символы, рисунки, цветные картинки и т.д.), поспособствовавших расширению его семиотического диапазона. С другой стороны, нельзя не отметить в этом процессе переход текста анекдота в разряд креолизованного текста.

Процессы креолизации, уже достаточно заметно затронувшие самые разные типы текстов, имеют своим истоком стремительный рост визуальной информации в современной коммуникации, который в свою очередь породил небывалый интерес языковедов к паралингвистическим, то есть невербальным, средствам, сопровождающим письменную речь, в частности, к графическому оформлению текста [1, с. 5]. Естественно предположить, что каждый тип текста осваивает процессы креолизации в соответствии с собственной спецификой. В этой связи весьма примечательным кажется тот факт, что содержательный (а точнее, юмористический) потенциал текста анекдота самым непосредственным образом зависит от формы его письменного представления. Под формой в данном случае понимается не только фактор, полностью лингвистический в своей основе (а именно наличие заголовка, диалоговая или монологическая презентация текста, включение риторических вопросов в абсолютное начало текста, смешение разных регистров речи и т.д.), но также и спайка перечисленных моментов с новыми графическо-письменными презентациями анекдота. Последние, являя собой разнообразные паралингвистические средства, приобретают особую значимость как носители соответствующей информации, поскольку оказываются своеобразной упаковкой текстового содержания. Без обращения к ним становится невозможным его декодирование и интерпретация, например:

(1) Я у себя на даче ничего не сажаю кроме печени....;

(2) Ah, vous tombez bien! C 'est a vous, entrez!

Смысл анекдота (1) становится понятным только с сопровождающей его картинкой, где мужчина сидит на плетеном стуле и пьет из бутылки, при этом вокруг него валяются уже пустые бутылки. В устной передаче смысл фразы сажать на даче настолько сильно осложняется тематической доминантой работ на даче, что сильно затормаживает для восприятия юмористический эффект, создаваемый разговорной фразой сажать печень.

Что касается анекдота (2), то юмористический эффект достигается здесь исключительно при наличии изображения, где доктор в обход пожилых дам, пришедших к нему на прием, пропускает без очереди молодую девушку, которая только что вошла.

Картинки, сопровождаемые юмористическими надписями, встречались в разнообразных печатных изданиях и раньше, но они не назывались анекдотами. Теперь же подобные тексты печатаются в газетах, в журналах и даже в отдельных сборниках под заголовком «Анекдоты». Здесь вполне правомерно говорить о расширении жанрового диапазона анекдота в современных условиях, об ассимиляции им новых средств репрезентации текстового содержания.

Немаловажным для письменного текста анекдота является и шрифт, который начинает имитировать соответствующую функцию шрифта в обычных объявлениях, например:

(3) ТРЕБУЮТСЯ МОЛОДЫЕ КРАСИВЫЕ ДЕВУШКИ НА ВАКАНСИЮ ПЕРЕВОДЧИКА С АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА. Знание английского языка желательно;

(4) Annonce en vitrine:

LES CHIENS SONT LES BIENVENUS

AVEC LEURS MAiTRES (tenus en laisse).

В анекдотах (3) и (4) шрифт, помимо аттрактивной функции, где величина букв, применение разных гарнитур привлекают внимание читателя, имеет также сатирическую функцию, участвуя в создании юмористического эффекта.

Особенно наглядно роль графических элементов прослеживается в анекдоте (5). Юмористический эффект достигается здесь заменой буквы С на знак денежной единицы США, а также изменением шрифта. Юмористический смысл завуалирован и становится понятным только при визуальном восприятии. Без визуальной опоры анекдот воспринимается как обычное письмо и даже вызывает сочувствие к его автору - студенту. Графический знак участвует в продуцировании важного текстового компонента - подтекста, который и создает юмористический эффект.

(5) Студент пишет письмо отцу: «Дорой папа! $пешу $ообщить вам, что у меня в$е хорошо. Я учу$ь нормально. Правда мне не $овсем легко. $ этой учебой, я $овершенно не могу думать ни о чем другом. Пожалуй$та, вышли мне $рочную телеграмму. Я буду $частлив получить от тебя ве$точку. Твой $ын.

Вскоре пришло письмо от папаши: «Сынок. Понимаю твое

НЕТерпение. НЕТрудись слишком сильно, а то будешь совсем НЕТрудоспособным. Если стаНЕТ совсем тяжело, пиши еще, если НЕТрудно. Я всегда помогу тебе советом. Папа».

Другим доказательством того, что анекдот приобрел статус письменного (креолизованного) текста, является наличие набора трудно выговари-

ваемых слов, часто не имеющих никакого смысла или же связанных с определенной областью науки или национальным фактором. Наглядными примером являются анекдоты (6) и (7). Такие анекдоты можно только прочитать, но не пересказать или запомнить:

(6) - У вас дефект речи? Вы заикаетесь? Не выговариваете букву «р»? Новое средство! Иммунооцелистонатрийхлорогидрокарбрион! Спрашивайте в аптеках города!;

(7) Un Polonais, etablis en France, a ouvert une patisserie dans laquelle il propose un gateau de son pays, le mzytigloufskichnowviski. Un client, alleche, entre dans la boutique et demande, avec difficulte:

- Je voudrais un mzyti....gloufski....chnows wiski a la fraise.

- Articulez, lui dit le patissier. Je n’ai rien compris. Votre mzytigloufskichnowviski, vous le voulez a quel parfum ?

Нельзя не заметить, что итогом креолизации текстового пространства анекдота стало увеличение его информативного потенциала, особенно заметного по сравнению с устной формой его существования в прежние эпохи.

Помимо отмеченных графических приёмов, современный письменный текст анекдота адаптировал также формы различных письменных текстовых построений. В этом чисто лингвистическом проявлении, тем не менее, содержится ослабленный блок семиотической информации, поскольку реципиент всегда зрительно представляет такие внеязыковые объекты, как письмо, объявление, газетная статья и т.д.

В дополнение к приведенным выше примерам объявлений, содержащих шрифтовое разнообразие, можно привести ещё ряд текстов, отличающихся заметной краткостью, которая для их построения является главным условием, поскольку она имитирует сжатость и компактность текста объявления. Надо заметить также, что знание реципиентом такой текстовой формы, как объявление, обязательно, но оно относится к сфере фоновой информации. Именно она формирует собственный участок юмористической информации, например, следующие тексты анекдотов, облеченных в форму объявления, новостей и т.д.:

(8) форма - объявление: а) Отделение милиции № 2 предлагает новую услугу населению - почечный массаж; б) Опытные тимуровцы польют огород, вынесут мусор и сходят в магазин за право пользоваться квартирой;

(9) форма - новости: (а) Из спортивных новостей: Вчера в Москве на международных соревнованиях по автогонкам «Формула-1» первой случайно пришла оказавшаяся на трассе маршрутка № 7;

(10) форма - выдержка из газетной статьи: (а) Япония заявила о том, намерена получить обратно Курильские острова уже в следующем году. Как стало известно из неофициальных источников, близких к МИДу, главным переговорщиком по данному вопросу со стороны России будет футболист Вадим Евсеев.

Примечательной стороной таких креолизованных текстов является имитация стилевых признаков того или иного регистра речи, используемого в анекдоте с явным намерением произвести юмористический эффект. При этом в таких текстовых построениях невольно проступает высокий уровень их авторства, которое, хотя и не может быть установлено в плане конкретной личности, тем не менее, указывает на её высокий интеллектуальный и социальный уровень.

В креолизованных текстах анекдотов можно отметить и чисто лингвистические основы текстопостроения, когда форма текстового построения сочетается с обыгрыванием полисемантических или паронимических характеристик лексики, например:

(11) форма - реклама: (а) Сеть магазинов «Перекресток» - перекрестись и покупай!

(12) форма - письмо: «Сынок, как тебя посадили, не знаю, что мне делать, по хозяйству не справляюсь, огород не вскопан, картошка не посажена...... Ответ: «Мама, в огороде не копай, а то такого накопаешь - и тебя

посадят, и мне срок добавят!».

Следует отметить, что форма письма достаточно активно используется в письменных текстах анекдотов, при этом заголовок Письмо становится обязательным элементом текста, например:

La lettre:

« Cher monsieur. Le manuscrit de votre oeuvre « а la recherche du temps а perdre » n’a pas ёtё retenu pour publication. Nous nous ferons un plaisir de vous le renvoyer des reception d’un cheque de cent huit euros correspondant а huit euros pour les frais de port et cent euros de dommages et intёrets pour avoir т1^ё а l’un de nos collaborateurs la covree de lire une telle anerie ».

Степень обыгрывания устойчивых стилевых признаков бывает настолько высокой, что практически весь текст анекдотов воспринимается как комбинирование словосочетаний, уже запомнившихся от их постоянного употребления в рекламе. В следующем примере к тому же можно отметить контаминацию двух стилевых моментов, а именно текста, совмещающего признаки жанров рекламы и обращения. Такие тексты практикуют разного рода неимущие люди на улице, например:

(13) форма - обращение + реклама: Добрые люди! Извините, что к вам обращаемся! Мои дети только что поели, а зубная щетка недоступна.. Подайте, пожалуйста, на «Дирол» или «Орбит без сахара»! Не дайте детям умереть от кариеса!

В современном письменном анекдоте встречается традиционное высмеивание каких-либо качеств человека, например, глупости или женской привычки прихорашиваться. Текст при этом также облекается в одну из форм того или иного функционального стиля или его разновидности, например:

(14) форма - SMS-сообщение: Санек, я сегодня к тебе не приду, я буду бухать, некому будет приходить.

(15) форма - инструкция по управлению автомобилем для женщин: (а) Сесть в машину, посмотреть на себя в зеркало, завести двигатель, посмотреть на себя в зеркало, включить передачу, включить поворотник, включить дворники, включить поворотник, поправить прическу, включить печку, включить правый поворотник и включить левый поворотник, посмотреть в боковое зеркало, поправить прическу, тронуться, снять с ручника, посмотреть на себя в зеркало, завести двигатель, тронуться, выключить заднюю передачу и включить первую, посмотреть на себя в зеркало, резко увернуться от стоящей машины, вырулить на дорогу, свысока посмотреть на затормозившую юзом машину слева, поправить

прическу.....; (б) Dans le manuel d’utilisation d’un ordinateur: « Si cet

appareil se plante alors que vous vous appretiez а envoyer un mail tres important, voici une recette de grand-mere qui peut vous dёpanner : procurez-vous une feuille de papier blanc et un crayon а bille. Apres avoir ёстй le texte de votre mail sur la feuille de papier, plier celle-ci en quatre et glissez-le dans une enveloppe.... ».

Обыгрывание различных текстовых форм для юмористического эффекта стало заметной тенденцией в современном анекдоте. Можно привести ещё несколько примеров такого рода, поражающих тем, как широко привлекаются анекдотом краткие формы разнообразных жанров текста, например:

(16) форма - рецепт из поваренной книги: Бутерброд с маслом. Ингредиенты: хлеб белый (1 батон), масло сливочное (2GG г). Хлеб нарезать ровными кусочками толщиной 1G-12 мм и намазать маслом. Блюдо подавать в свежем виде, украсив черной и красной икрой.

(17) форма - запись на автоответчике: «Здравствуйте. С вами разговаривает автоответчик. Если у вас плохая новость, говорите прямо сейчас; если хорошая, то дождитесь звукового сигнала».

(18) форма - выписка из приказа: «В дополнение к термину «вероятный противник» ввести в обращение термины «возможно, союзник», «видимо, предатель» и «партизан, если не испугается».

В заключение следует подчеркнуть, что современный текст анекдота обнаруживает заметное усложнение своей антропоцентрической парадигмы: его реципиенту необходимо знание многих фоновых явлений, связанных с письменной формой других типов текста. По сравнению с прошлыми эпохами у анекдота обозначился новый тип реципиента - читатель. С другой стороны, письменная форма презентации анекдотов, публикуемых множеством изданий самого разного рода, невольно свидетельствует об увеличении круга его потребителей, о некоторых изменениях в общественном сознании, обусловивших такое увеличение.

Список литературы

1. Анисимова Е. Е. Лингвистика текста и межкультурная коммуникация (на материале креолизованных текстов): Учеб. пособие для студ. фак-тов иностр. яз. вузов. -М.: Академия, 2003.

2. Атаева Е. А. Поэтический текст как источник информации // Лингвистические исследования художественного текста. - Ашхабад, 1987. - С. 83 - 91.

3. Бодуэн де Куртенэ И. А. Избранные труды по общему языкознанию: в 2 т. -М., 1963. - Т. 2.

4. Валгина Н. С. Теория текста: Учебное пособие. - М.: Логос, 2003.

5. Вишневский К. Д. Мир глазами поэта. - М.: Просвещение, 1979.

6. Киров Е. Ф. Теоретические проблемы моделирования языка. - Казань: Изд-во Казанского ун-та, 1989.

7. Костецкий А. Г. Материальная природа поэтического текста и его восприятие // Лингвистика и поэтика. - М.: Наука, 1979. - С. 200 - 206.

8. Чернявская В. Е. Лингвистика текста: Поликодовость, интертекстуальность, интердискурсивность. - М.: ЛИБРОКОМ, 2009.

Список словарей

9. Булыко А. Н. Большой словарь иноязычных слов. - М.: Мартин, 2006.