Социальные сети как фактор формирования образовательной среды людей с инвалидностью

УДК 316.472.4

Е. Г. Ефимов

Волгоградский государственный технический университет, Волгоград

Е. Е. Хорошунова

Региональная общественная организация по защите прав и интересов граждан «Преодоление», Волгоград

СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ КАК ФАКТОР ФОРМИРОВАНИЯ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ СРЕДЫ ЛЮДЕЙ С ИНВАЛИДНОСТЬЮ

В статье на основе материалов фокус-группового интервью людей с инвалидностью описываются повседневные практики пользователей, интересы и мотивация, специфика использования сетей в образовательных целях. Делается вывод о активном использовании сетей, отмечается незначительность специализированного контента для данной группы населения и необходимость учета частичной закрытости данной социальной группы как фактора формирования образовательного пространства.

Ключевые слова: социальные сети, образование, инвалидность.

Актуальность исследуемой проблематики обусловлена несколькими факторами, в числе которых рост численности инвалидов в нашей стране, а также продолжающаяся информатизация общества и закрепление роли социальных сетей как доминирующего способа коммуникации в интернет-пространстве.

По данным Федеральной службы государственной статистики (www.gks.ru) общая численность инвалидов в Российской Федерации на 1 января 2018 г. составляет более одиннадцати миллионов человек, причем число детей-инвалидов с каждым годом неуклонно растет. Если в 2011 г. их численность составляла 541 миллионов человек, то к 2018 г. эта цифра достигла 653 миллионов человек.

Социально-психологическая модель инвалидности представлена в Конвенции ООН по правам инвалидов, которая была принята 13 декабря 2006 года на заседании Генеральной Ассамблеи ООН. В ней говорится, что причиной инвалидности является не само заболевание, а состояние развития общества, своими барьерами препятствующее реализации прав и свобод людей с ограниченными возможностями. Одним из аспектов данной проблемы является создание образовательной среды, построенной на принципах равенства возможностей. В статье 24 Конвенции государства-участники обязаны обеспечить инклюзивное образование на всех уровнях и обучение в течение всей жизни. Термин «инклюзия», который был введен Саламанской декларацией, предполагает необходимость включения людей с ОВЗ как в социальное, так и в образовательное пространство на основе культуры, практики и политики [3. С. 58].

На сегодняшний день процесс создания инклюзивной образовательной среды в нашей стране сопряжен с рядом противоречий и еще не завершен. Несмотря на то, что Федеральный закон «О ратификации Конвенции о правах инвалидов» был принят в России в 2012 г., реализация положений Конвенции осуществляется еще не достаточно эффективно. В России, несмотря на то, что существуют специализированные, коррекционные учреждения, они не соответствуют принципу инклюзии, а значит и принципам ООН о правах инвалидов. Этот факт указывает на необходимость создания условий для обучения лиц с инвалидностью, включая подготовку специалистов, разработку и апробирование методик, позволяющих обеспечить совместное обучение лиц с ограничением и без ограничения здоровья, а также предоставление соответствующей материально-технической базы [7. С. 56-57].

В этих условиях, когда активно идет процесс информатизации образования, большую роль в процессе включения людей с инвалидностью в образовательное пространство играют социальные сети. Несмотря на то, что их использование в образовании не формализированно, они активно используются всеми акторами образовательного процесса как средство коммуникации

и обмена информацией [5. С. 38-39]. Таким образом, образовательное пространство, рассматриваемое не только в рамках института образования, но и как набор социальных практик, оказывается в процессе трансформации под влиянием социальных сетей, что создает эффект инклюзии, возникающий во многом стихийно и на полуформальном уровне. Необходимость исследования позиции людей с инвалидностью как участников данного процесса является целью данного исследования.

Анализ исследований по данной теме включает несколько групп работ и позволил выделить ключевые аспекты данной проблематики. Несмотря на то, что развитие социальных сетей привело к созданию на их основе новых форм коммуникации для людей с инвалидностью, сохраняется определенная сегментированность данной социальной группы в сетевом пространстве. В целом положительно оценивая данный процесс, в работе А. Ю. Домбровской отмечается, что доля инвалидов, игнорирующих возможности сетевой коммуникации, остается значительной [2. С. 27-28]. С другой стороны, И. Н. Бухтиярова предполагает, что интернет-аддикции люди с ограниченными возможностями будут подвержены больше, в силу дефицита общения [1. С. 18-19]. Общение в социальных сетях людей с инвалидностью, как отмечает А.О.Ерофеева, зачастую ограниченно представителями своей социальной группы [4. С. 23]. Это обусловлено несколькими факторами, в числе которых специфика обсуждаемых тем, а также степень обособленность данной группы в «реальной» жизни. Английский исследователь М. Холл показывает на примере обсуждения темы сексуальности на специализированных форумах, что стигматизация инвалидов не позволяет им выносить ряд вопросов на обсуждение за пределы группы, поскольку они резко контрастируют с доминирующими общественными нормами [10. Р. 391-392]. Объединенные на базе социальной сети, люди с ограниченными возможностями воспроизводят свою ценностную среду, требующего «порога вхождения» [8]. В работе британских ученых, авторы опираясь на данные анализа группы диабетиков в сети Facebook, описывает их как «единый коллектив, разделенный внутри по собственным категориям» [11. Р. 447].

Проведенное в 2014 г. анкетирование инвалидов (N=172) показало, что большинство респондентов пользовались сетью Facebook каждый день, имели в среднем 200 друзей, причем большинство указало, что среди них также есть инвалиды. 48,5 % состояли в группах с тематикой по проблемам инвалидности. Практики респондентов состояли в отправлении и чтении сообщений, комментариях к статусу друзей, и «лайках». Основной целью регистрации был поиск старых друзей и знакомых и досуг. Таким образом, на основе полученных данных был сделан вывод о том, что, хотя в социальных сетях сообщества людей с инвалидностью и представляют из себя модель закрытой социальной группы, индивидуально при построении коммуникаций подобной дифференциации не происходит [14. Р. 623-624].

Подводя промежуточный итог, можно выделить несколько аспектов использования социальных сетей как фактора формирования образовательного пространства для людей с инвалидностью. Во-первых, существует определенное противоречие, заключающееся в том, что социальные сети являясь средством электронное коммуникации упрощает социальные практики как инвалидов, так и обычных пользователей, но при этом использование данных ресурсов происходит стихийно и регламентируется в большей степени самими пользователями. Во-вторых, в социальном плане несомненно противоречие между сегментацией социального и виртуального пространства и формирование инвалидов в отдельные группы и необходимостью преодолевать данную дифференциацию в рамках формирования образовательной среды.

С целью дальнейшего исследования данного вопроса, нами было проведено фокус-групповое интервью среди людей с инвалидностью на базе подростково-молодежного клуба «Надежда» (г. Волгоград) 12.05.2018 г. (N=14). В рамках интервью были сформированы две группы вопросов: об использовании социальных сетей в повседневных практиках и их применении в образовательных целях.

Все респонденты оказались активными пользователями социальных сетей, прежде всего сети «ВКонтакте», которой пользовались все участники фокус-группы, а также сеть «Одноклассники». Около половины опрошенных использовали для доступа к сетям только компьютер, остальные - компьютер и смартфон. Сети используются в активном режиме регулярно по полчаса-часу в день, или по необходимости:

- «Я очень часто "вешу" в сетях, в какие-то сети я захожу чтобы поиграть, в какие-то, чтобы посмотреть, что происходит у людей или сделать свои дела. Приложения социальных сетей ак-

тивированы в телефоне, но сам телефон я не постоянно использую, и поэтому могу пропускать какие-то сообщения и смотрю уже потом»

Многие относятся к использованию социальных сетей прагматично, оценивая его как дешевый способ связи с близкими или родственниками.

- «Я уже 13 лет, как переехал в этот город, и я общаюсь со старыми друзьями из моего родного города»

- «Общаюсь со старыми друзьями, которых не могу увидеть»

Также среди активно используемых функций социальных сетей респонденты выделили игры, размещение и просмотр фотографий, обмен сообщений и музыку. Сразу отметим, что упоминание о играх как форме досуга, было отмечено респондентами еще раз, когда в интервью был затронут вопрос о блогерах. Для тех из респондентов, кто следит за блогерами, их образ складывался на основе знакомства с игровыми блогерами, ведущими канал на Youtube, в то время как несколько лет назад понятие блогер ассоциировалось с политической деятельностью и «Живым журналом». Несмотря на существование в блогосфере образовательного сегмента, респондентами это упомянуто не было.

- «Я знаю нескольких блогеров, один - снимает прохождение серии игр "Max Payne", еще один - те кто снимает драки, делают подборку ДТП, самые главные - которые собирают приколы с кошками»

Важно отметить, что используя социальные сети, все респонденты обращают внимание на их негативные стороны и считают традиционное социальное взаимодействие важным и необходимым в их повседневной жизни. - «Я хочу сказать, что сейчас в интернете стало очень много рекламы, и иногда не совсем понятно, хорошего в нем больше, или плохого; я бы сказал, что это просто мусор, которого стало очень много»

Вопрос об образовательных возможностях социальных сетей получил разные отклики от участников фокус-группы. Во-первых, пользуясь социальными сетями, респонденты слабо представляли себе, в какой мере государство может регламентировать их использование в образовательной сфере, поскольку не сталкивались с подобными практиками:

- «Государство могло бы использовать социальные сети в образовательной деятельности, но важно, чтобы это не превратилось в подобие рекламы, и тогда все усилия будут напрасны. Я сама создаю группы и распространяю всю нужную информацию, но насколько мне известно в государственных организациях также создают свои группы в "ВКонтакте" и "Одноклассниках"»

Данные фокус-группы совпадают с общей оценкой институционализации социальных сетей как инструмента социального обслуживания инвалидов. Отмечается большой потенциал и необходимость использования данного вида медиа ресурсов, однако в то же время, к сожалению, это вызвано общим сокращение работников данной сферы и представляется больше не как целенаправленная, а как вынужденная мера [6. C. 78].

Важным для респондентов были возможности социальных медиа для самообразования:

- «Можно было бы сделать больше в области распространения электронных библиотек. Например, не только книги распространять, но и документы, чтобы было понятно, откуда все это взято, поскольку в социальных сетях много недостоверной информации, а если создать больше официальных групп образовательных учреждений, музеев, но главное, чтобы они действительно работали, чтобы была обратная связь, а не для вида».

Упоминание обратной связи и необходимости вести постоянную работу коррелирует с данными западных исследований. В работе, посвященной инклюзии в систему музеев, также отмечается, что для респондентов обратная связь позволяет почувствовать себя часть сообщества, поскольку сама по себе репрезентация образовательного учреждения в социальных медиа не являются залогом успешного взаимодействия с аудиторией [13. P. 124-125].

К особенностям формирования образовательного пространства инвалидов в можно отнести потребность в общении со специалистами и экспертами:

- «Необходимо больше конференций или мероприятий в социальных сетях, но чтобы там присутствовали именно специалисты поскольку по многим причинам посещать лично эти мероприятия очень сложно»

Одним из особенностей создания образовательной среды через социальные сети для инвалидов становиться отсутствие упоминаний об систематическом проявлении агрессии в отно-

шении данной социальной группы, что позволяет говорить о возможности создания благоприятной среды для реализации образовательных задач. Предполагается, что данный эффект является обратной стороной закрытости социальной группы и ее сегментации в социальных сетях [9. P. 1124-1125; 12. P. 429-430].

Подводя итог, мы можем сказать, что социальные сети выступают значимым фактором формирования образовательной среды для инвалидов. Особенностями данного процесса в России выступает стихийность и слабая институционализированность данных практик, в том числе по причине того, что процесс внедрений технологий в общество опережает его государственное регулирование. Результаты исследования показывают, что респонденты умеют пользоваться социальными сетями, понимают их достоинства и недостатки, используют их с целью досуга, общения и как экономически выгодное средство коммуникации. Люди с инвалидностью в социальных сетях формируют сообщества, дистанцированные от других пользователей. С одной стороны, это порождает сегментированность сетевого пространства, а с другой - формирует внутри данных групп комфортные условия для внедрения образовательных практик.

Список литературы

1. Бухтиярова, И. Н. Влияние современных информационных технологий на социальную инклюзию и интеграцию молодых людей с инвалидностью [Текст] / И. Н. Бухтиярова // Вопросы современной науки: проблемы, тенденции и перспективы Материалы II Международной научно-практической конференции / научный ред. Ю. В. Мамченко. - 2015. - С. 15-19.

2. Домбровская, А. Ю. Киберметрия типов адаптационного поведения людей с ограниченными возможностями здоровья как направление исследований в сфере социологии инвалидности [Текст] / А. Ю. Домбровская // Научный результат. Серия «Медицина и фармация». - 2015. -№ 2 (4). - С. 21-28.

3. Горячев, М. Д. Реализация права студентов-инвалидов на образование (психолого-педагогический аспект) [Текст] / М. Д. Горячев, О. И. Ферапонтова // Известия Самарского научного центра РАН. - 2014. - № 2-1. - С. 58-61.

4. Ерофеева, А. О. Влияние интернет-коммуникаций на адаптацию молодых инвалидов [Текст] / А. О. Ерофеева // Социальная работа в XXI веке: проблемы и перспективы Ярославль. -2017. - С. 21-23.

5. Ефимов, Е. Г. Социальные интернет-сети (методология и практика исследования): монография [Текст] / Е. Г. Ефимов. - Волгоград: Волгоградское науч. изд-во, 2015. - 167 с.

6. Морозова, Е. А. Информационные технологии и интернет-сети как основа повышения качества социального обслуживания инвалидов [Текст] / Е. А. Морозова // Творческое наследие Э. В. Ильенкова и современность. - 2017. - № 3. - С. 77-81.

7. Назарова, Е. А. Конвенция ООН по правам инвалидов и возможности ее реализации в России [Текст] / Е. А. Назарова // Статистика и экономика. - 2012. - № 1. - С. 75-80.

8. Caton, S. The use of social media and people with intellectual disability: A systematic review and thematic analysis [Текст] / Sue Caton & Melanie Chapman // Journal of Intellectual and Developmental Disability. - URL: 10.3109/13668250.2016.1153052 (дата обращения: 08.07.2018).

9. Gale, F. Online ghettoes, perils or supernannies? Australian young people with chronic illness and disability challenge some moral panics about young people online [Текст] / Fran Gale, Natalie Bolzan // Disability & Society. - № 31 (8). - Pp. 1112-1126.

10. Hall, M. Disability, discourse and desire: Analyzing online talk by people with disabilities [Текст] / Matthew Hall // Sexualities. - Vol. 21. - Issue 3. - 2017. - Pp. 379-392.

11. Hunt D. «What was your blood sugar reading this morning?» Representing diabetes self-management on Facebook [Текст] / Daniel Hunt and Nelya Koteyko // Discourse & Society. - Vol. 26. - Issue 4. - 2015. - Pp. 445-463.

12. Kent M. Ellis K. People with disability and new disaster communications: access and the social media mash-up [Текст] / Mike Kent, Katie Ellis // Disability & Society. - 2015. - Vol. 30. - No. 3. -Pp.419-431.

13. McMillen R. Social media, social inclusion, and museum disability access [Текст] / Rebecca McMillen & Frances Alter // Museums & Social Issues. - № 12 (2). - 2017. - Pp. 115-125.

14. Shpingelman, C. Facebook Use by Persons with Disabilities [Текст] / Carmit-Noa Shpigelman, Carol J. Gill // Journal of Computer-Mediated Communication. - № 19. - 2014. - Pp. 610-624.

SOCIAL NETWORKS AS FACTOR OF FORMATION OF THE EDUCATIONAL CIRCLE OF PEOPLE WITH DISABILITIES

Efimov E. G., Volgograd State Technical University, Volgograd, Ez07@mail.ru

Horoshunova E. E., Regional Public Organization for the Protection of Citizens' Rights and Interests «Preodolenie», Volgograd, vgmoo@mail.ru

In the article, based on the materials of a focus group interview ofpeople with disabilities, the daily user practices, interests and motivations, the specificity of using networks for educational purposes are described. The conclusion is made about the active use of networks, the insignificance of specialized content for this population group is noted, and the need to take into account the partial closeness of this social group as a factor in the formation of the educational space.

Keywords: social networks, education, disability.

References

1. Buhtijarova, I. N. (2015) Vlijanie sovremennyh informacionnyh tehnologij na social'nuju inkl-juziju i integraciju molodyh ljudej s invalidnost'ju [=Influence of modern information technologies on a social inklyuziya and integration of young people with disability], in: Voprosy sovremennoj nauki: prob-lemy, tendencii i perspektivy Materialy IIMezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii ^Questions of modern science: problems, tendencies and prospects Materials II of the International scientific and practical conference], pp. 15-19. (In Russ.).

2. Dombrovskaja, A. Ju. (2015) Kibermetrija tipov adaptacionnogo povedenija ljudej s ogranichen-nymi vozmozhnostjami zdorov'ja kak napravlenie issledovanij v sfere sociologii invalidnosti [=Kiber-metriya of types of adaptation behavior of physically disabled people as the direction of researches in the sphere of sociology of disability], in: Nauchnyj rezul'tat. Serija «Medicina i farmacija» [=Scientific result. Medicine and Pharmacy series], No. 2 (4), pp. 2-9. (In Russ.).

3. Gorjachev, M. D. and Ferapontova, O. I. (2014) Realizacija prava studentov-invalidov na obra-zovanie (psihologo-pedagogicheskij aspekt) [=Realization of the right of disabled students for education (psychology and pedagogical aspect)], in: Izvestija Samarskogo nauchnogo centra RAN [=News of the Samara scientific center of RAS], No. 2-1, pp. 58-61. (In Russ.).

4. Erofeeva, A. O. (2017) Vlijanie internet-kommunikacij na adaptaciju molodyh invalidov ^Influence of Internet communications on adaptation young disabled people], in: Social'naja rabota v XXI veke: problemy iperspektivy [=Social work in the 21st century: problems and prospects], Jaroslavl', pp. 21-23. (In Russ.).

5. Efimov, E. G. (2015) Social'nye internet-seti (metodologija i praktika issledovanija) [=Social Internet networks (methodology and practice of a research)], Volgograd, Volgogradskoe nauch. izd-vo, 167 p. (In Russ.).

6. Morozova, E. A. (2017) Informacionnye tehnologii i internet-seti kak osnova povyshenija kachest-va social'nogo obsluzhivanija invalidov [=Information technologies and Internet networks as basis of improvement of quality of social service of disabled people], in: Tvorcheskoe nasledie Je.V. Il'enkova i sovremennost' [=The creative heritage of E.V. Ilyenkov and the present], No. 3, pp. 77-81. (In Russ.).

7. Nazarova, E. A. (2012) Konvencija OON po pravam invalidov i vozmozhnosti ee realizacii v Rossii [=The convention of the UN on the rights of disabled people and a possibility of her realization in Russia], in: Statistika i jekonomika [=Statistics and economy], No. 1, pp. 75-80. (In Russ.).

8. Caton, S. and Chapman, M. The use of social media and people with intellectual disability: A systematic review and thematic analysis, in: Journal of Intellectual and Developmental Disability. Available at: 10.3109/13668250.2016.1153052, accessed 08.07.2018.

9. Gale, F. and Bolzan, N. Online ghettoes, perils or supernannies? Australian young people with chronic illness and disability challenge some moral panics about young people online, in: Disability & Society, No. 31 (8), pp. 1112-1126.

10. Hall, M. (2017) Disability, discourse and desire: Analyzing online talk by people with disabilities, in: Sexualities, Vol. 21, Issue 3, pp. 379-392.

11. Hunt, D. and Koteyko, N. (2015) «What was your blood sugar reading this morning?» Representing diabetes self-management on Facebook, in: Discourse & Society, Vol 26, Issue 4, pp. 445-463.

12. Kent, M. and Ellis, K. (2015) People with disability and new disaster communications: access and the social media mash-up, in: Disability & Society, Vol. 30, No. 3, pp. 419-431.

13. McMillen, R. and Alter, F. (2017) Social media, social inclusion, and museum disability access, in: Museums & Social Issues, No.12 (2), pp. 115-125.

14. Shpingelman, C. and Gill, C. J. (2014) Facebook Use by Persons with Disabilities, in: Journal of Computer-Mediated Communication, No.19, pp. 610-624.

Ефимов Евгений Геннадиевич - доктор социологических наук, профессор кафедры «Истории, культуры и социологии», Волгоградский государственный технический университет, Волгоград.

Ez07@mail.ru

Хорошунова Елена Егоровна - председатель совета, Региональная общественная организация по защите прав и интересов граждан «Преодоление», Волгоград.

vgmoo@mail.ru