Имеем шесть представить

24 августа президент России Владимир Путин принимал участие по видеосвязи в работе БРИКС плюс/аутрич. В этот день было принято решение о радикальном расширении БРИКС. Как получилось, что к БРИКС присоединились шесть стран, а не пять, как планировалось, рассказывает специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников.

Министр иностранных дел России Сергей Лавров расширил БРИКС на шесть, а не на пять новых членов

Фото: Пресс-служба МИД России

Все события, действительно заслуживающие внимания на саммите БРИКС, происходили в конце второго дня работы этой организации. По сведениям “Ъ”, к вечеру было согласовано присоединение пяти стран: Аргентины, Египта, Ирана, Объединенных Арабских Эмиратов и Саудовской Аравии. Были еще заявки, но они не попали в утвержденный было в конце концов шорт-лист.

Почти сразу в прессе появилась информация, какие страны присоединятся к БРИКС с 1 января 2024 года. И все было так. Но к утру в официально объявленном президентом ЮАР Сирилом Рамафосой списке фигурировали уже шесть стран. К имевшимся пяти добавилась Эфиопия. При этом ее заявка накануне днем не прошла согласование.

И это был очень большой сюрприз. Еще накануне вечером Эфиопия не фигурировала ни в каком более или менее окончательном списке. Более того, ее не было ни в одной из «утечек». Ее вообще никто не рассматривал всерьез.

По информации “Ъ”, Эфиопия должна будет министру иностранных дел России Сергею Лаврову.

Он обратил внимание, что эта страна есть в лонг-листе, и за ужином начал разговоры с коллегами. Это была в конце концов классическая дипломатическая интрига, которую господин Лавров выиграл. Никто не был активно за, но в данном случае важно, что никто не был против. Аргумент, что Африка недопредставлена в БРИКС, оказался прочным.

Стоит сказать, что организаторы из ЮАР сделали то, что от них зависело, организовав по просьбе российской стороны все эти внезапные консультации, хотя могли бы отнестись к этой просьбе иначе, спустить возникшую историю на тормозах, и предъявить им было бы нечего: времени и в самом деле почти не оставалось.

Остается понять, отчего старался Сергей Лавров.

По сведениям “Ъ”, его покорила странная и, может быть, почти необъяснимая вещь: искреннее желание Эфиопии пробиться в БРИКС. Что ж, она теперь, может, и не первая среди равных, но и не последняя.

Между тем утром в Йоханнесбурге вступил в действие формат «БРИКС плюс/аутрич». Встретились лидеры 50 стран и главы исполнительных структур региональных организаций.

Это было изнурительное мероприятие. Ведь выступили почти все, а сначала еще и опять лидеры стран БРИКС. Все происходило к тому же в полутьме, так устали сразу, похоже, все.

Господин Путин, впрочем, выступал почти в самом начале, и был шанс, что его успеют услышать.

— Хочу отметить,— заявил Владимир Путин,— что БРИКС ни с кем не соревнуется, никому себя не противопоставляет (нет, это не так.— А. К.). Но очевидно также и то, что у этого объективного процесса — процесса создания нового миропорядка — все-таки есть непримиримые противники, стремящиеся этот процесс затормозить, сдержать становление новых, самостоятельных центров развития и влияния в мире.

Господин Путин на таких встречах пытается, надо полагать, сформировать корпус новых сторонников. Говоря в меру зажигательно, по крайней мере явно более энергично, чем два дня подряд до этого (то есть с коллегами по БРИКС, которых не надо было убеждать не стесняться быть с ним, потому что они и так уже были с ним, и терять им было, грубо говоря нечего), Владимир Путин словно пытался увлечь имевшихся в зале почти 60 лидеров не просто за собой, но и непосредственно собой, убедить, что именно тут они — среди своих, среди тех, кто хочет изменить мир в пользу достойных большего и лучшего. Что те, кто достоин большего,— это и есть БРИКС.

— Страны так называемого золотого миллиарда делают все, чтобы сохранить прежний, однополярный мир! — заверял он коллег.— Он их устраивает, он выгоден им! Они пытаются подменить систему международного права собственным так называемым порядком, основанным на правилах, которых никто не видел, правилах, используемых, надо сказать, в корыстных целях и меняющихся в угоду текущей политической конъюнктуре когда угодно и как угодно в соответствии с интересами отдельных стран!

Он поднимал на борьбу угнетенные народы — как Востока, так и Африки:

— По сути, это тоже колониализм,— объяснял он им,— только в новой упаковке, кстати, не так уж хорошо выглядящей, и современные колонизаторы, прикрываясь благими лозунгами демократии, прав человека, стремятся решать свои проблемы за чужой счет, продолжая беззастенчиво выкачивать ресурсы из развивающихся стран!

Да что там, он говорил им дорогие для них слова, которые они так хотели услышать:

— Сейчас президент Бразилии упомянул о долговом бремени развивающихся экономик. Конечно, с одной стороны, выкачиваются ресурсы в огромных количествах, а с другой стороны, создается такое взаимоотношение в сфере кредитов, что выплатить эти кредиты становится практически невозможным, и выглядит это уже не как кредитные обязательства, а как контрибуция!

Разве можно было против этого спорить? Но можно против этого бороться!

— Угрозу становлению нового миропорядка представляет и навязываемый некоторыми странами радикальный неолиберализм, направленный на уничтожение традиционных ценностей, которые для нас всех важны: это институт семьи, уважение национальных и религиозных традиций,— апеллировал он к беспроигрышному менталитету подавляющего большинства собравшихся.

И он внушал им, что они — сила:

— Мировое большинство, к которому принадлежат присутствующие здесь страны, все больше устает от разного рода давления, всяких манипуляций, но готово к честному, равноправному и взаимоуважительному сотрудничеству!

Особенно он подбадривал африканцев. Возможно, Владимир Путин понимал, что после саммита Россия—Африка им нужна новая доза:

— Особое внимание наша страна уделяет вопросам, касающимся обеспечения африканских государств и мировых рынков в целом продовольствием и удобрениями. Иными словами, используем все имеющиеся у нас возможности для того, чтобы внести свой вклад в глобальные усилия по борьбе с голодом, не допустить продовольственного кризиса. Благо уже второй год подряд мы, слава богу, собираем рекордный урожай зерна!

Да и вообще, давал он им понять, все идет слава богу.

— Кстати, как говорил, в ближайшие месяцы мы в качестве первоочередной гуманитарной помощи выделим шести странам Африки по 25–50 тыс. тонн зерна и бесплатно его доставим, мы говорили об этом еще в Петербурге,— заверял президент России.

Причем, похоже, хотят они этого или нет. А то президент ЮАР в Константиновском дворце вдруг заявил же, что страны Африки не за подарками сюда приехали, а вообще-то прекратить войну на Украине.

Лидеры стран выглядели благодарными и так или иначе поддержали господина Путина. Президент Индонезии Джоко Видодо назвал сегодняшний мир кораблем без капитана и компаса и добавил, что этот мир несправедлив. БРИКС, по его мнению, подходит на роль капитана.

Похоже, этот саммит собрал всех недовольных сложившейся расстановкой сил.

— У нас покупают нефть по низким ценам, а продают по высоким! — оскорбленно заявлял генеральный секретарь Союза арабского Магриба Тайеб Баккуш.

Выговорился, как говорится, наконец человек. А еще говорят, что Волга впадает в Каспийское море.

— Граждане долго терпят, а потом восстают! Все видели, как это было в Нигере! — предупредил президент Туниса Каис Саид.

К середине дня всем стало, кажется, совсем тяжко. Произносились примерно одни и те же слова. Такое впечатление, что для речи любого лидера достаточно набора из примерно ста слов. Это будут такие слова, как «приверженность», «взаимоуважение», «инклюзивность», «стратегическое партнерство на благо наших стран», «устойчивое развитие», «поддержание мира», «дух солидарности», «принципы устава ООН», «увеличение роли женщин», «права и свободы человека», «многосторонние площадки», «глобальное управление», «приверженность», «реформа Бреттон-Вудских учреждений», а также «ограничительные меры в торговле, не совместимые с правилами ВТО».

И если все эти слова время от времени перемешивать, но не взбалтывать, получатся отличные речи. В духе взаимоуважения. Да они и получаются.

Так вот, все по-настоящему оживились, только когда президент ЮАР Сирил Рамафоса в полном соответствии с принципами устава ООН заявил, что «подошло время обеда и на обеде мы заслушаем премьер-министра Бангладеш, а уже когда вернемся — то и остальных участников нашей плодотворной дискуссии».

И все с удовольствием устремились на одну из многосторонних площадок в ресторанном комплексе.