Самбо

Дмитрий Киров

Самбо

Поправки, внесенные президентом страны в закон «Об оружии», призваны навести порядок в сфере оборота травматического оружия. Пока не известно, помогут ли предпринимаемые меры снизить объем преступлений и количество жертв. Но вот рынок продаж такого оружия — рухнет без сомнения.

Поставили на предохранитель

Роль главного борца с травматическим оружием в России по праву принадлежит президенту Дмитрию Медведеву. Еще 3 февраля 2010 года глава государства поручил министру внутренних дел Рашиду Нургалиеву в десятидневный срок «разработать новые правила, касающиеся оборота травматического

оружия, и, если необходимо, внести изменения в законодательство с тем, чтобы приобретение и последующее использование такого рода оружия было регламентировано». Тогда же, в ходе совещания по вопросу реформирования МВД, Медведев добавил, что «в нашей стране другие виды оружия подвержены специальному регулированию, а вот этот вид травмоопасного оружия, которое на самом деле зачастую причиняет увечье или смерть, в нашем законодательстве урегулирован очень слабо».

Президент не скрывает своего негативного отношения к «травматике». «Проблема является весьма актуальной, — говорит он. — Травматическое оружие в

нашей стране продается, по сути, без всякого контроля: просто переписываются паспортные данные. Что в дальнейшем происходит с этим пистолетом, где он применяется, какие последствия — никто не знает». По словам Медведева, это оружие «продается кому угодно — лицам, которые имеют судимость, уже привлекались к уголовной ответственности, лицам, которые имеют психические отклонения».

Законодатели курс на усиление контроля в сфере «травматики», разумеется, поддержали. Уже 17 марта Совет Федерации внес поправки в Федеральный закон «Об оружии», согласно которым, к примеру, при изменении места жительства (скажем, при переез-

?500 млн в год

таков, по самым скромным оценкам, объем столичного рынка травматического оружия и других средств самообороны

99%

случаев

применения «травматики» в РФ приходится на бесствольное огнестрельное оружие и газовое — стреляющее резиновыми пулями

9,6 тысячи преступлений

с использованием огнестрельного и газового оружия было совершено в России в 2004 году. А в 2008-м — 4,4 тысячи. Так нужна ли реформа?

де с одной съемной квартиры на другую) владелец оружия обязан в течение двух недель обратиться в местный ОВД для постановки оружия на учет. Ответственность за нарушение этой нормы была зафиксирована в виде штрафа от 300 до 1 тысячи рублей.

Последняя точка поставлена с появлением президентских поправок в закон, внесенных в Госдуму 7 июля: травматические пистолеты были приравнены к огнестрельному оружию ограниченного поражения. А значит, к их владельцам будут применяться те же требования, что и к хозяевам настоящих (в том числе спортивных) ружей и пистолетов. Кроме того, запрещена продажа патронов к «Осе», «Стражнику» и прочей «травматике» тем, кто не имеет лицензии на ношение таких «стволов».

Еще более жестко президентские поправки регулируют использующуюся для самообороны «пневматику», то есть разнообразные копии боевых пистолетов. Теперь в стране введен запрет на перевозку и ношение такого оружия в заряженном состоянии, а также на его использование вне помещений, специально оборудованных для спортивной стрельбы. Таким образом, единственное место, где теперь можно законно пострелять из пневматики, — это тир.

Ударная сила

«Силовой» блок правительства и Государственной Думы воспринял поправки в закон «Об оружии» с нескрываемым удовлетворением. «Теперь наконец-то будет порядок на рынке травматики, — говорит член Комитета по безопасности Госдумы Александр Гуров. — У нас

ведь зарегистрировано около 1 700 фактов незаконного применения этого оружия. Смертельных из них единицы, но у многих людей выбиты глаза, переломаны ребра... И я не знаю ни одного официально зарегистрированного факта, когда пневматика помогла предотвратить нападение. Знаю случаи, когда пневматику использовали при заказных убийствах. И то, что теперь стрелять из нее можно будет только в тирах, — одно из главных наших достижений».

В подтверждение своей точки зрения Гуров приводит данные МВД, согласно которым за последние 5 лет в стране было совершено около полутора тысяч преступлений с использованием травматического оружия. В результате более 60 человек погибли, еще около 600

получили серьезные повреждения. По статистике ведомства, в России от применения травматического оружия гибнет больше людей, чем от охотничьего. «Поэтому-то и нужно было навести на рынке порядок», — резюмирует Гуров.

Разумеется, все эти новации существенно повлияют на бизнес, связанный с оборотом средств самообороны. Объем этого сегмента, кстати говоря, впечатляет. Только по официальной статистике МВД, россияне к настоящему моменту приобрели 1,3 млн единиц травма-

тического оружия, причем около 200 тысяч «стволов» зарегистрировано в Москве. Учитывая, что почти 20% продаж обеспечивает именно столичный регион, где ежемесячно реализуется 5 тысяч единиц такого оружия по средней цене 8 тысяч рублей, легко сделать вывод: в 2010 году рынок «травматики» Москвы и области составляет почти 500 млн рублей. И это не считая боеприпасов (для справки: цена комплекта из четырех патронов для «Осы» составляет 240-250 рублей).

В целом «травматику» можно разделить на две большие категории: бесствольное огнестрельное оружие (различные модификации «Осы», «Стражника», «Кордона») и газовое оружие с возможностью стрельбы резиновой пулей (пистолеты ИЖ 79-9Т «Макарыч»,

«Викинг», «Лидер», «Хорхе», «Есаул», револьверы «Шершень», «Агент» и т. д.). Именно на эти модели и приходится 99% регистрируемых случаев применения травматического оружия.

Сила отдачи

Оппоненты оружейной реформы называют статистику МВД «извращенной». «Цифры надо смотреть в динамике, — говорит глава движения «Эффективная самооборона» Сергей Топляков. — Согласно официальной статистике МВД,

Травматические пистолеты Госдума приравняла к огнестрельному оружию ограниченного поражения. А значит, к их владельцам будут применяться те же требования, что и к обладателям настоящих «стволов»

количество преступлении, связанных с использованием огнестрельного и газового оружия, в России неуклонно падает — с 9,6 тыс. в 2004 году до 4,4 тыс. в 2008-м. И где смысл реформы? Да и вообще, МВД в первую очередь следовало бы заняться не «травматикой», а катастрофической ситуацией с преступлениями».

В самом деле, согласно данным МВД, за год в России совершается 20 тыс. убийств и 45,5 тыс. случаев умышленного нанесения тяжких увечий, в результате которых уходит из жизни еще 15 тыс. россиян. Сегодня по числу ежегодно совершаемых убийств и покушений на убийство Россия стоит на первом месте в мире, а по уровню преступлений такого рода (20,52 убийства на 100 тыс. населения) — на втором. После Южной Африки (56,49). « Если на этом фоне президенту нашептывают, что главная проблема с безопасностью в стране связана с «травматикой», то ничем иным, кроме как очковтирательством, я это назвать не могу», — не скрывает эмоций Топляков.

Не менее резко высказывается и адвокат Владимир Тетерин: «Преступления, совершенные

с применением «травматики», безусловно, имеют место, однако силовики почему-то забывают сказать, что едва ли не в половине этих преступлений виноваты сами сотрудники милиции».

В доказательство своей позиции эксперт приводит широко известные факты. В марте этого года в подмосковных Химках прапорщик из местного УВД, проигравшись в зале игровых автоматов, устроил дебош, требуя деньги назад. А когда крики не помогли, он пошел домой, захватил свой травматический пистолет и устроил в зале игровых автоматов стрельбу. А в январе 2010-го суд взял под арест 39-летнего подполковника милиции из службы тыла МВД Анатолия Маурина. Месяцем ранее он смертельно ранил в ногу из своего газового пистолета 60-летнего водителя за то, что его снегоуборочная машина слегка повредила «Ниссан» подполковника на Севастопольском проспекте в Москве. Что уж говорить о резонансных событиях, развернувшихся в марте этого года в московском метро с участием полковника милиции Александра Курочкина, открывшего пальбу из автоматического пистолета и ранившего двух девушек.

Согласно официальной статистике МВД, россияне к настоящему моменту приобрели 1,3 млн единиц травматического оружия, причем около 200 тысяч «стволов» зарегистрировано в Москве

«Несмотря на все заявления властей о реформе МВД, милиция сейчас творит беспредел, — возмущается Владимир Тетерин. — Табельное оружие эти ребята применять по понятным причинам боятся, а вот «травматикой» размахивают за здорово живешь. Может быть, стоило бы сначала навести порядок в этом ведомстве, а уже потом браться за реформу «травматики»? Почему из-за беспредела милиции должны страдать рядовые граждане, желающие обезопасить себя и своих близких?»

Женское коварство

Впрочем, несмотря на всю критику поправок в закон «Об оружии», они уже внесены. И теперь российским владельцам «травматики» придется жить по-новому.

В каких же условиях теперь можно применять «Осу» или «Макарыч»? Как говорится в ст. 24 ФЗ «Об оружии», главная задача гражданского оружия самообороны — защита жизни, здоровья и имущества только в состоянии крайней необходимости или необходимой самообороны.

«К таким случаям, — говорит Сергей Топляков, — относятся групповое (два и более человека) нападение, различное холодное оружие в руках нападающего и угрозы по его применению в ваш адрес, а также наличие у нападающего предметов, по внешнему виду напоминающих пистолет. А вот если на вас «наезжает» какой-нибудь «браток» с угрозами достать нож и порезать на кусочки, то выстрел в него из травматического оружия милиция практически со стопроцентной вероятностью квалифицирует как превышение пределов самообороны».

Однако и здесь есть свои подводные камни. «Год назад ко мне обратились по поводу такого случая, — рассказывает Владимир Тетерин. — Мужчина, возвращавшийся поздно вечером в подмосковные Электроугли, у остановки автобуса повздорил с двумя подвыпившими местными жительницами. Те сначала просили у него деньги на выпивку, а когда не получили их, одна из женщин полезла в драку». По словам Тетерина, одна

из нападавших имела черный пояс по каратэ, так что представителю сильного пола пришлось туго. В ответ он выхватил «Осу» и выстрелил в разбушевавшуюся даму. Пуля попала в лицо, так что нападавшая серьезно пострадала. И суд встал на ее защиту.

«Дело в том, что ФЗ «Об оружии» запрещает применять «травматику» против инвалидов, женщин и несовершеннолетних, кроме случаев вооруженного или группового нападения лиц данной категории, — объясняет Владимир Тетерин. — Кроме того, выстрел в лицо был квалифицирован как превышение пределов необходимой обороны». В итоге мужчину (он работал программистом в ИТ-компании) обязали заплатить около 10 тысяч долларов за лечение (в эту сумму вошла и реабилитация нападавшей). А после того, как о процессе стало известно работодателю, мужчину под благовидным предлогом уволили из фирмы.

Согласно ст. 1064 ГК РФ, если вследствие неправомерного применения вами оружия здоровью потерпевшего был причинен вред, то он возмещается в виде компенсации потерянного заработка или заработка, который потерпевший мог иметь за период восстановления здоровья. Попутно взыскиваются расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, санаторно-курортное лечение и т. п. Впрочем, согласно статьям 1066 и 1067 ГК РФ, не возмещается вред, причиненный в пределах необходимой самообороны и крайней необходимости (при условии соблюдения пределов самообороны). Но решать, соблюдены они или нет, будут опять-таки милиция и суд.

Крайняяточка

А что будет в крайнем случае — если, к примеру, на человека нападает решивший поживиться «гоп-стопом» преступник, жертва стреляет в его сторону из «травматики», попадает в голову и убивает?

«В 99% случаев применение оружия, повлекшее подобные последствия, правоохранительные органы расценивают как неправомерное, — не скрывает зампред центрального

По числу ежегодно совершаемых убийств и покушений на убийство Россия стоит на первом месте в мире, а по уровню преступлений такого рода — на втором. После Южной Африки. Но при чем тут оружие самообороны?

совета Всероссийского общества владельцев гражданского оружия (ВОВГО) Сергей Зайнуллин. — В лучшем случае речь будет идти о превышении пределов необходимой самообороны и минимальном условном наказании, в худшем — о предумышленном убийстве».

Последнее регулируется ст. 105 УК РФ и наказывается лишением свободы на срок от шести до пятнадцати лет. Более «мягкий» вариант — ст. 109 УК РФ («причинение смерти по неосторожности»); наказанием станет ограничение либо лишение свободы на срок до трех лет. По мнению экспертов, чтобы этого не произошло, человек, при самозащите убивший нападавшего, должен неукоснительно соблюсти все правила использования травматического оружия. Только тогда у него есть шансы выбраться относительно сухим из воды.

Что это за правила? Как бы это глупо ни выглядело, прежде всего нужно предупредить нападающего об ответном применении оружия (выстрелом в воздух или классическим выкриком «Стой, стрелять буду!»). Кроме того, советует Владимир Тетерин, следует приложить максимум усилий для того,

чтобы собрать свидетелей происходящего. «Они — ваши бесценные союзники, — говорит Тетерин. — Если они дадут показания в вашу пользу, считайте, полдела сделано. Без их подтверждения того, что вы предупреждали преступника перед нападением, вам вряд ли кто-нибудь поверит».

Несмотря на огромное желание побыстрее убраться от недвижимого тела нападавшего, делать это ни в коем случае нельзя. «В первую очередь, согласно ст. 24 закона «Об оружии», нужно незамедлительно сообщить о произошедшем в ближайший ОВД, — поясняет Тетерин. — Во-вторых, даже если преступник не подает признаков жизни, тут же вызвать «скорую». В-третьих, предупредить о случившемся родных или адвоката — если, конечно, они у вас есть. В-четвертых, не трогать гильзы и в особенности оружие нападавшего, если оно у него было».

В свою очередь, с прибывшей милицией, по словам Сергея Топлякова, надо вести себя, как бы банально это ни звучало, вежливо, но с чувством собственного достоинства: «Скажем прямо, нашим правоохранительным орга-

нам очень просто завести дело, в котором есть все, что нужно для статьи: преступник (вы), оружие, потерпевший (нападавший), а уж притянуть за уши статью за причинение вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны не составит особого труда».

Ключевой момент здесь — это грамотно написанные первые объяснения. «Панибратские советы оперативников — мол, мы сами напишем в твою пользу как надо, ты только подпиши — должны быть проигнорированы, — уверен эксперт. — Важно записать все, что произошло, собственноручно. Если оперативник пишет объяснения с ваших слов, а потом просит их подписать, делайте это только после внимательного прочтения. Все замечания фиксируйте в этом же документе».

Швейцарское ружье

На Западе российскую практику использования травматического оружия воспринимают с нескрываемым удивлением. В Швейцарии поддержание порядка - несомненная прерогатива полиции, однако каждый гражданин может воспользоваться принципом «ргорогПоппа^ », то есть необходимой самообороны в случае угро-

зы его жизни или жизни близких. Кроме того, в Швейцарии мужчины время от времени призываются на сборы и личное стрелковое оружие с боеприпасами хранят дома.

В стране сыров и шоколада практически в каждом доме есть «ствол» (особенно любят в Швейцарии ружья). Однако это вовсе не означает, что их владельцы только и ждут момента, чтобы выйти на улицу и устроить перестрелку. В этой стране все уверены, что ношение оружия — неотъемлемое право по-настоящему свободного человека. Вместе с тем здесь очень хорошо понимают, что оружие — это не только свобода, но и большая ответственность. Поэтому хранят и используют его по всем правилам и законам.

А в отдельных городах США владение оружием и вовсе является обязательным! В 1980 году мэрия города Кеннесо (штат Джорджия) издала постановление, обязывающее домовладельцев держать в доме по крайней мере один огнестрельный ствол. В результате с 1980-го по 2000 год население Кеннесо... увеличилось с 5 до 21 тысячи человек, причем за эти два десятилетия в городе произошло всего три убийства — два с применением ножей и лишь одно с

В Швейцарии власти ежегодно организуют всенародные полевые стрельбы, а вся программа, включая боеприпасы, — оплачивается из федерального бюджета

«огнестрелом». Количество преступлений против личности только за первый год сократилось на 74%, а в следующем — еще на 45%. Но в России о введении подобной системы по понятным причинам говорить не приходится. Хотя сторонники такой практики имеются.

— Я — за принятие закона, разрешающего гражданам приобретать короткоствольное нарезное оружие в целях самообороны, — говорит Сергей Топляков. — Но с двумя существенными ограничениями: человек, во-первых, должен будет уметь его применять, а во-вторых, у него должно быть достаточно средств, чтобы купить «ствол» и надлежащим образом его содержать.

По мнению эксперта, вторая проблема может быть решена высокой ценой на огнестрельное оружие. Первая же — обязательным членством в стрелковых клубах. «В них владелец оружия должен был бы, к примеру, под руководством инструктора выполнять стрелковые упражнения, регулярно предъявляя уровень своего мастерства контролирующему органу, — уверен Топляков. — Сдал жесткие нормативы — сохранил ствол, не сдал — будь добр, тренируйся, а оружие пока отдай государству на хранение».

Подобные клубы, к слову, существуют во всем мире. Взять ту же Швейцарию: власти этой страны каждый год организуют федеральные полевые стрельбы, где вся программа стрельбы, включая боеприпасы, оплачивается государством. Стреляют там на 300 м из винтовок с диоптрическими прицелами и на 25-50 м из пистолетов. Доступ к стрельбам открыт для всех желающих, начиная с 11 лет.

К слову, в Российской Империи право граждан на приобретение оружия практически не ограничивалось: до 1906 года любой мог приобрести наган или браунинг. Сегодня же, спустя сто лет, все иначе. Остается надеяться, что встреча с грабителями и прочими опасными личностями обойдет стороной. Ведь применение против «криминального элемента» травматического оружия теперь может обойтись еще дороже.