Тенденции развития гражданского участия в современной России

А.В. Соколов, А.В. Палагичева

ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ ГРАЖДАНСКОГО УЧАСТИЯ В

СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

Аннотация

На уровень гражданского участия и политической культуры в целом оказывают влияние множество факторов. Такими являются особенности цифрового общества, которые вносят свои коррективы в социально-политические процессы. Влияние оказывают процессы, связанные со становлением гражданского общества, которые трансформируют общественные отношения и ориентируют граждан на курс социальной ответственности. В результате формируются новые акторы, формы, способы и модели гражданского участия. Само гражданское участие осуществляется в поле публичной сферы, с помощью её механизмов и по правилам её функционирования. Адаптируясь, акторы гражданского участия встали на позиции горизонтального взаимодействия с органами власти, что привело к субъект-субъектной парадигме. Сегодня можно говорить о готовности акторов и институтов гражданского общества к социальной активности и инициировании перемен в российском обществе. Такое состояние складывается и у некоммерческих организаций, и у отдельных граждан. Источником такой активности стало само общество. И организации, и отдельные инициативы тяготеют к использованию эффективных сетевых форм и принципов гражданской активности, мобилизации граждан. Прослеживается использование общих механизмов эффективного гражданского участия, развитию которых необходимо способствовать, соблюдая баланс интересов во взаимоотношениях между государством и гражданским обществом.

A. Sokolov, A. Palagicheva

TENDENCIES OF DEVELOPMENT OF CIVIC ACTIVITY IN MODERN RUSSIA

Abstract

On the level of civic participation and political culture are influenced by many factors. Such as the peculiarities of the digital native that bring changes in social-political processes. The impact of the processes associated with the development of civil society, which transform public relations and orient citizens on the course of social responsibility. As a result, generated new actors, forms, ways and models of civic participation. The civil engagement is realized in the public sphere, with its mechanisms and rules of its functioning. Adjusting, the actors of civic engagement rose to the position of horizontal cooperation with authorities, which led to a subject-subject paradigm. Today we can speak about the readiness of the actors and institutions of civil society to social activism and initiation of change in Russian society. This condition formed at non-profit organizations and individual citizens. The source of such activity was the society. NGO and individual initiatives tend to use the effective network forms and principles of civic engagement, the mobilization of citizens. Today use shared mechanisms for effective civic participation, the development of which should contribute to respecting the balance of interests in the relationship between state and civil society.

Ключевые слова : Key words :

гражданское участие, публичная сфера, civic participation, public sphere, network сетевая активность граждан, Интернет, activity, Internet, government, society. власть, общество.

Исследование выполнено при финансовой поддержке Минобрнауки России в рамках базовой части государственного задания на НИР ЯрГУ по проекту №1127 «Правовые и социально-политические аспекты гражданской активности в современной России».

В виду влияния множества факторов на представления граждан о должном функционировании общественно-политических систем, их направленности, а также на общий уровень развития политической культуры, с течением времени происходит смена ценностей в картине мира населения и частичная переориентация на выстраивание новых типов социальных отношений. Сегодня уже можно говорить о состоявшемся, вступившим в свои права и действующим в полную силу цифровом обществе, особенности которого вносят свои коррективы в современные российские социально-политические процессы. Оно объединяет в себе родившихся в веке цифровых технологий в единое цифровое сообщество [2] и составляет особый культурный контекст, который формирует характерные для него способы действия и мышления граждан.

В то же время давно начавшиеся процессы становления гражданского общества трансформируют все сферы общественных отношений, ориентируя всех субъектов гражданской активности на курс социальной ответственности и справедливости правового общества. Все большее распространение и популярность приобретают демократические ценности, направленные на повышение публичности властных процессов и представленности в них институтов гражданского участия [6, с. 108]. Общественные стремления граждан, преломленные общим культурным, техническим, политическим контекстом, порождают новые формы и модели гражданского участия в решении социальных проблем и отстаивании групповых интересов.

Вступление в такого рода общественно-политические отношения является проявлением гражданской активности и гражданского участия. Как правило, гражданское участие имеет своей целью артикулирование, агрегирование и отстаивание интересов индивидуальных и отдельных социальных групп. Достижение поставленных целей является показателем эффективности гражданского участия. К.В. Подъячев определяет гражданское участие как активность граждан и их объединений, направ-

ленную на влияние на процесс принятия решений структурами публичной власти, в целях реализации прав и интересов граждан или общего изменения социальной реальности» [7, с. 3].

Следует отметить, что само гражданское участие осуществляется в поле публичной сферы, с помощью её механизмов и по правилам её функционирования. Публичная сфера - это сфера, в которой человек действует как гражданин, открыто взаимодействуя с другими гражданами, организациями, в которых он принимает участие, для реализации своих личных и социальных интересов [10, с. 301]. В пространстве публичной политики осуществляется диалог между гражданским обществом и государством, где, как отмечают российские исследователи, заметны тенденции на усиление роли гражданского участия общественных групп в процессе осуществления социально значимых политических решений. При этом публичная политика не является сферой борьбы за власть или оппозиционной деятельности, это сфера компромиссной культуры отношений власть - бизнес - общество [11, с. 205].

С течением времени в России все новые категории людей и социальных групп включаются в процесс гражданского участия, тем самым формируя новых акторов и новые способы и модели гражданского действия. Адаптируясь к изменяющимся условиям взаимодействия власти и общества, а также к возникновению новых противоречий интересов и ценностей между различными сегментами общества, акторы гражданского участия встали на позиции горизонтального взаимодействия с органами власти в пространстве публичной политики. Публичная политика становится определенным инструментом, с помощью которого вырабатываются и реализуются принимаемые решения [11, с. 206]. Успешные практики таких инициатив и их трансляция через каналы новых медиа распространили знание о возможных механизмах отстаивания своих прав и интересов, а также участия в общественных инициативах среди общественных активистов. Повсеместное использование социальных медиа вылилось в оформление таких форм гражданского участия и взаимодействия с властью, отстаивания интересов социальных групп, как, например электронная мобилизация граждан, использование электронного правительства и других.

Однако, влияют на вовлечение групп населения в гражданскую активность и общие институциональные факторы: специфика региона, со-

стояние институтов общества, наличие связей между государством и гражданами, уровень политической культуры.

Так сегодня можно говорить о «вызревании» и готовности акторов и институтов гражданского общества к социальной активности и инициировании перемен в российском обществе. Такое состояние складывается не только у постоянных и укоренившихся субъектов гражданской активности, как некоммерческих организаций. Участие отдельных граждан и групп населения в инициативах, целью которых является внесение изменений в их непосредственное окружение и решение проблемных вопросов, которые находятся в непосредственной близости к акторам, уже стало часто встречающейся практикой. Более того, в некоторых регионах самоорганизацию отдельных граждан в решении приоритетных для них локальных вопросов можно назвать наиболее заметной формой гражданского участия. Примером такой тенденции может выступить Ярославская область, где все более заметной становится неинституционализированная активность граждан и инициативных групп. Ярославская неформальная общественность всё чаще выходит защищать от застойки парки и дворы, участвует в публичных слушаниях, рассказывает в социальных сетях о состоянии улиц, где живет, инициирует собственные социальные и благотворительные проекты. Другими словам, такая общественность замотиви-рована обустроить благоприятную жизнь рядом с собой и вокруг себя. Очерчивается некоторый круг социальной дистанции. Механизмы претворения в жизнь социальных проектов, механизмы рекрутинга и партнерства стали более доступными и понятными для населения.

Данные тенденции подтверждают и проводимые общероссийские исследования. В частности, Фонд «Общественное мнение» в рамках исследования «Условия активизации гражданского участия в малых и средних городах России» [7] (проводилось в 2014 году) выделил следующих акторов гражданского участия по признаку вовлеченности в добровольчество:

- волонтёры, количество которых составляет 3% (которые в течение последнего года хотя бы раз: участвовали в деятельности НКО, работали волонтерами, добровольцами или участвовали в массовых акциях, в деятельности профессиональных сообществ, профсоюзов);

- активисты - 17% (хотя бы раз в год занимались общественными проблемами по месту жительства и/или помогали незнакомым людям);

- обыватели - 21% (в течение последнего года помогали только коллегам, соседям).

Интересно и то, что 41% населения страны хотя бы минимально действует в поле добровольчества и/или помогающего поведения [7]. Однако, стоит оговориться, что по результатам исследования Фонда, показатели гражданского потенциала наиболее высоки у людей, включенных в деятельность НКО, участников массовых акций и профессиональных объединений. Потенциал людей, включенных в более неформальные социальные группы и проявляющих спонтанную активность ниже, чем у «волонтеров», но выше, чем в среднем по населению.

На участие граждан оказывает определенное влияние специфики региона, расстановки политических сил, наличие общей ресурсной базы. Не все регионы, а тем более муниципальные районы, равномерно оснащены инструментами гражданского участия, способствующие его эффективности. Как, например, в Якутске, где дорогой стационарный доступ в Интернет, гражданские активисты выходят из положения, используя для информирования населения и коммуникации, мобильные мессенджеры. Несмотря на частные специфические случаи, в целом прослеживаются общие черты модели эффективного гражданского участия.

В связи со всем вышеперечисленным поддержка государством отдельных инициатив, спонтанных активистов, гражданское участие которых сегодня нередко характеризуется протестностью, может стать своевременным политическим решением и сможет направить их в мирные и формы гражданской активности, источником которой стало само общество. Такая модель вписывается в представления о доминировании власти в процессе взаимодействия государства и гражданского общества. Несмотря на то, что источником управления и регулятором гражданского общества сегодня выступает государственная власть, источником локальных инициатив выступает все же гражданское общество, его институты. Через выработку государственного курса на «выращивание» таких активистов, обновление и укрепление их знаний об актуальных механизмах гражданского действия, возможно воспитание у населения более высокой культуры гражданского участия в повседневной жизни, а также формирование более системного гражданского участия. В некоторых случаях меры по стимулированию развития потенциала неформальных активистов способны выявить из их числа профессиональных общественных лидеров, гото-

вых оформить свою деятельность в работу НКО и через включение в экспертное сообщество. Повышая, таким образом, количественный и качественный состав тех представителей третьего сектора, которые обладают наиболее высоким потенциалом эффективного гражданского участия.

Однако, пока отдельные гражданские активисты получают знания и действуют с помощью тех ресурсов, которые дает им, преимущественно, Интернет. Постепенно формируются правила и эффективные способы действий, которые связаны с поиском ресурсов, активизации единомышленников, установлению партнерских отношений и структурированию дальнейших шагов, направленных на реализацию целей. Вырабатываются алгоритмы гражданского участия, осведомленность населения о которых создает практики поступательного действия. В результате успешного оказания влияния на принятие политических решений, как правило, такие инициативы переходят к более институализированной и менее спонтанной работе. Зачастую, именно знание является наиболее значимым фактором на пути к гражданскому участию. Кроме того, сегодня неформальное движение способно существовать и действовать, поддерживая свою жизнедеятельность с помощью ресурсов негосударственной поддержки. Технологии краудсорсинга, краудфандинга позволяют активистам справляться с поставленными перед собой задачами. Отдельные активисты и инициативные группы самостоятельно организуют и проводят акции, привлекают внимание к проблемам в обществе, реализуют свои проекты, привлекая бизнес и население.

Однако, для решения более глобальных задач, оказания социальных услуг населению на системной основе инициативы отдельных граждан требуют более институционального подхода, а также установление плотного взаимодействия с органами власти, некоммерческими организациями. Неформальное гражданское участие имеет определенные рамки влияния и социального воздействия, за пределами которых инициативы граждан не имеют достаточных полномочий, квалифицированности, ресурсов и т.д.

Интересы, как известно, определяются теми реальными условиями жизнедеятельности, в которых находится тот или иной субъект [12, с. 48]. Этим объясняется в настоящее время повышенная интенсивность участия граждан в решении проблем, которые находятся в поле их ближайших интересов (защита парка от застройки, состояние дорожного

полотна, ЖКХ) и некоторая положительная динамика в их разрешении. Препятствием на пути к расширению сферы этих интересов и осуществлению эффективного гражданского участия является недостаточное доверие активистов к органам власти и вера в решении вопросов с их помощью. Это связано с недостаточной отлаженностью, а в ряде случаев с их отсутствием, механизмов взаимодействия отдельных активистов и органов власти, что вызывает трудности в отстаивании интересов обеих сторон, оборачивая общение в конфронтацию. Однако, апробированные общественностью инструменты приобретают все более широкое применение. Например, опыт защиты памятников архитектуры в Ярославской области с помощью общественных слушаний, взаимодействий с профильными департаментами и органами власти, а также призывов к массовой общественности принять участие в процессе объединил отдельных активистов, которые отстаивали интересы города много лет, в единое сообщество.

Также для достижения целей гражданского участия общественные активисты уверенно пользуются широким спектром инструментов, которые предоставляет им Интернет. Например, здесь активисты обмениваются ресурсами, взаимодействуют, координируют действия, ищут партнеров, волонтеров и т.д. Современная модель участия граждан в общественной жизни предполагает установление социально активных ролей в Интернет пространстве, важной особенностью которого является то, что пользователь из получателя информации превращается в её производителя, становится субъектом интернет-коммуникации. Появление субъект-субъектной парадигмы влечет за собой смену направления, условий, ролей коммуникации и задач коммуникаторов, существенно трансформирующей публичную сферу [9, с. 12].

Кроме того, отдельные индивиды могут решить вопросы, которые касаются их непосредственно, объединяясь в сети активистов, например, с соседями по двору для решения вопросов местного значения. Тут в силу вступает слаженная работа сетевого принципа организации, которая позволяет частным инициативам выходить на новый уровень [3, с. 196].

Такого рода объединения появляются в условиях отсутствия диалога с властью, активизируется поиск иных путей решения проблем. Сегодня и отдельные граждане, и некоммерческие организации обращаются к публичным каналам влияния на принимаемые властью решения и тяготе-

ют к использованию сетевых форм и принципов гражданской активности. В таких формах объединений большую роль играет внутреннее взаимодействие участников движения.

Так, сетевая форма организации гражданской активности - это децентрализованные системы, которые строятся на договорной основе организации деятельности и формирования партнерских отношений между участниками. В настоящее время в России заметна тенденция распространения сетевых принципов и практик на различные уровни [1]. Объединенные общей целью или идеей участники сети действуют сообща, эффективно формируя совместные решения по интересующим вопросам. А.А. Фролов выделяет три вида сетевых движений [3, с. 196]:

- низовые сетевые инициативы (организуемые гражданами по собственной инициативе для решения общих проблем);

- протовертикальные сетевые движения (организации, созданные властными структурами для поднятия в обществе вопросов по определенным актуальным темам);

- гибридные сетевые движения (смешанные подструктуры, связанные с властными структурами движения, которые получают поддержку разного уровня. С другой стороны, это низовая активность простых участников движения, которые на добровольных началах достигают поставленных целей).

Включаясь в различные формы гражданского участия, активисты не только инициируют свои собственные, но и присоединяются в проекты и в деятельность некоммерческих организаций. НКО являются главными институционально закрепленными субъектами гражданского участия. Согласно данным Доклада о состоянии гражданского общества в Российской Федерации, на октябрь 2015 года в России зарегистрировано более 226 тыс. некоммерческих организаций, что в целом соответствует итогам прошлого года [5, с. 46].

Преимущества такой модели гражданского участия сегодня связано с возможностью создания профессиональной репутации некоммерческой организации, а значит и с завоеванием доверия населения, благополуча-телей, органов власти, а также с возможностью оказывать воздействие на управление гражданской активностью в регионе на постоянной основе. Вместе с тем зарегистрированная организация способна получить государственную поддержку на осуществление проектов, пополняя тем самым

свою ресурсную базу и решая социально значимые проблемы с наибольшим результатом. Однако, для повышения эффективности работы современной НКО необходимо использование принципов сетевой организации, уходя, таким образом, от сугубо формализованной закостенелой закрытой структуры.

Некоммерческие организации уступают сегодня неформальным движениям в части мобилизации граждан. Это связано с рядом преимуществ сетевых неформальных движений, в том числе использованием ими технологий взаимодействия с потенциальными активистами, и с уходящими в прошлое методами работы НКО. Главным фактором вовлечения граждан в неформальные движения является соотнесение своих целей с целями движения. Главный для этого инструмент - Интернет. Неотъемлемая составляющая мобилизации - эмоционально-психологическая, мотивация.

Недостаточное присутствие НКО в новых медиа, неиспользование технологий, которые позволили бы привлечь к себе внимание, малая степень построение коалиций, партнеров и сетей не позволяет вовлекать граждан. Отсутствие выхода некоторых некоммерческих организаций в публичную сферу и неиспользование новых форматов мероприятий не дают возможность активисту найти себя, самовыразиться и стать частью целого. Отчасти причиной этому является отягощение НКО формализацией, отчетностью и бюрократии во взаимодействии с органами власти. Прозрачность, открытость, участие в публичной политике, вовлечение граждан в деятельность, наличие горизонтальных связей, обмен ресурсами, а также межсекторное взаимодействие — характеристики эффективной сегодня гражданской активности, способной достичь поставленных целей.

Рассматривая тенденции гражданского участия в некоммерческих организациях, можно в качестве примера привести Ярославскую область, где в последнее время исследователи отмечают рост профессиональной компетенции представителей некоммерческих организаций. Выход некоторых из них на более системную с государством работу, участие в общественной экспертизе и контроле, а также стремление части НКО взять на себя функции по оказанию социальных услуг населению подтверждают вышесказанное.

Некоторый успех ярославских некоммерческих организаций отмечается и во взаимодействии с населением. Так, согласно социологическому

исследованию, опубликованному в Докладе о состоянии гражданского общества Ярославской области за 2015 год, за последние несколько лет отношение жителей Ярославской области к деятельности общественных объединений претерпело кардинальные изменения. В три с половиной раза уменьшилась доля респондентов в различной степени испытывающих недоверие к их работе (с 35% в 2012 году до 10% в 2015 году), при этом значительно возросла доля затруднившихся с ответом участников опроса (с 21,7% с 2012 году до 46,7% в 2015 году). Указанные изменения позволяют сделать предположение о наметившемся в общественном сознании переосмыслении важности и значимости для социума деятельности общественных объединений. Дальнейшее изменение оценочных суждений граждан будет зависеть от информационной составляющей, т.е. активности и качества освещения событий происходящих в «жизни» общественных организаций [4, с. 19].

Российская специфика модели взаимодействия государства и институтов гражданского общества сегодня, по мнению М.Н. Канцыбовской, состоит в поиске некоего баланса между защитой от внешнего давления и реализацией внутренней потребности в повышении политической функциональности институтов гражданского участия, разрешении социально значимых противоречий. В данной ситуации модель «взаимно ответственного партнерства», основанная на коммуникативном равенстве сторон и созидательном сотрудничестве, наиболее актуальна и востребована [6, с. 111].

Многие некоммерческие организации, которые работают по защите своих специфических интересов, начинают сегодня профессионально работать с государством с выходом на системную работу. Такая ситуация назревала под влиянием организованной федеральной и региональной государственной поддержки СО НКО. Дальнейшее развитие тенденции способно привести к повышению конкурентоспособности некоммерческих организаций.

Все вышесказанное указывает на то, что эффективная модель гражданского участия сегодня включает в себя положительные характеристики таких субъектов гражданской активности, как отдельные инициативы групп и граждан и некоммерческие организации, которые позволяют сформулировать, систематизировать и достичь поставленных целей. Кроме того, гражданская активность в регионах прямо связана с уровнем развития социального капитала [5, с. 45], что включает в себя уровень доверия между

людьми, развитость норм гражданского поведения и развитие общественных сетей. Такая основа создает условия для вовлечения населения в гражданскую активность, межсекторного взаимодействия власти, общества и бизнеса, повышение профессионализма акторов гражданского участия и консолидации населения вокруг социальных проблем.

Так прослеживается использование активистами общих механизмов, характерных для модели эффективного гражданского участия, способствующих повышению значимости социальных решений и роли общественных групп в реализации государственной политики. Тяготение общественности к использованию пространства публичной политики и публичных каналов в отстаивании своих интересов, сетевых принципов в работе НКО и отдельных инициатив, ресурсов Интернета, а также применение накопленных умений и навыков о взаимодействии с учетом особенностей цифрового общества и переориентации на выстраивание новых типов социальных отношений, являются современными чертами эффективного гражданского участия. Важно не препятствовать начавшемуся процессу позитивных изменений, который направлен на развитие политической культуры, и способствовать его укреплению поступательными движениями, соблюдая при этом баланс интересов во взаимоотношениях между государством и гражданским обществом.

Литература

1. Быков И.А. Сетевая политическая коммуникация: теория, практика и методы исследования. СПб.: СПбГУТиД, 2013.

2. Digital Native // Википедия. URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Digital_Native (дата обращения 21.05.2016).

3. Головин Ю.А., Фролов А.А. Практики сетевой гражданской активности в современной России // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки СКАГС. №2. 2016.

4. Доклад о развитии гражданского общества в Ярославской области в 2015 году. Ярославль: ЯРОО «Центр социального партнёрства». 2016.

5. Доклад о состоянии гражданского общества в Российской Федерации за 2015 год. М.: Общественная палата Российской Федерации, 2015.

6. Концыбовская М.Н. Основные модели взаимодействия институтов гражданского обществ и государства в условиях глобализации // Известия Саратовского университета. Новая серия. Социология. Политология. №2. Том 15. 2015.

7. Подъячев К.В. Основные формы гражданского участия в условиях современной России. URL: http://www.civisbook.ru/files/File/ Podyachev_osn.pdf (дата обращения 21.05.2016).

8. Условия активизации гражданского участия в малых и средних городах России // Сайт Фонд «Общественное мнение». URL: http://soc.fom.ru/special/grazhdanskoe-uchastie-v-malyh-i-srednih-gorodah-rossii.html (дата обращения 21.05.2016).

9. Соколов А.В. Субъекты публичной политики в Ярославской области // Вестник Костромского государственного университета им. Н.А. Некрасова. 2014. №6. Том 20.

10. Соколов А.В. Особенности реализации политического участия в интернете в современной России // Вестник Кемеровского государственного университета. 2014. №2(58). Т. 2.

11. Халиков М.И. Современные управленческие технологии вовлечения населения в решение вопросов местного значения // Экономика и управление: научно-практический журнал. 2016. №4(132).

References

1. Bykov I.A. Setevaya politicheskaya kommunikatsiya: teoriya, praktika i metody issledovaniya. SPbra: SPbGUTiD, 2013.

2. Digital Native. Vikipediya. URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Digital_Native (data obrashcheniya 21.05.2016).

3. Golovin Yu.A., Frolov A.A. Praktiki setevoi grazhdanskoi aktivnosti v sovremennoi Rossii. Gosudarstvennoe i munitsipal'noe upravlenie. Uchenye zapiski SKAGS. №2. 2016.

4. Doklad o razvitii grazhdanskogo obshchestva v Yaroslavskoi oblasti v 2015 godu. Yaroslavl': YaROO «Tsentr sotsial'nogo partnerstva». 2016.

5. Doklad o sostoyanii grazhdanskogo obshchestva v Rossiiskoi Federatsii za 2015 god. M.: Obshchestvennaya palata Rossiiskoi Federatsii, 2015.

6. Kontsybovskaya M.N. Osnovnye modeli vzaimodeistviya institutov grazhdanskogo obshchestv i gosudarstva v usloviyakh globalizatsii. Izvestiya Saratovskogo universiteta. Novaya seriya. Sotsiologiya. Politologiya. №2. Tom 15. 2015.

7. Pod"yachev K.V. Osnovnye formy grazhdanskogo uchastiya v usloviyakh sovremennoi Rossii. URL: http://www.civisbook.ru/files/File/ Podyachev_osn.pdf (data obrashcheniya 21.05.2016).

8. Usloviya aktivizatsii grazhdanskogo uchastiya v malykh i srednikh goro-dakh Rossii. Sait Fond «Obshchestvennoe mnenie». URL: http://soc.fom.ru/special/grazhdanskoe-uchastie-v-malyh-i-srednih-gorodah-rossii.html (data obrashcheniya 21.05.2016).

9. Sokolov A.V. Sub"ekty publichnoi politiki v Yaroslavskoi oblasti. Vestnik Kostromskogo gosudarstvennogo universiteta im. N.A. Nekrasova. 2014. №6. Tom 20.

10. Sokolov A.V. Osobennosti realizatsii politicheskogo uchastiya v internete v sovremennoi Rossii. Vestnik Kemerovskogo gosudarstvennogo universiteta. 2014. №2(58). T. 2.

11. Khalikov M.I. Sovremennye upravlencheskie tekhnologii vovlecheniya naseleniya v reshenie voprosov mestnogo znacheniya. Ekonomika i upravlenie: nauchno-prakticheskii zhurnal. 2016. №4(132).