Карты, бренди, две палаты

Через три недели, 8 ноября, в США состоятся промежуточные выборы в Конгресс. Демократы и республиканцы поборются за контроль над Палатой представителей и Сенатом. От исхода этого противостояния будет зависеть не только то, как пройдут оставшиеся два года первого срока президента Джо Байдена, но и во многом перспективы президентских выборов-2024. Кроме того, в ноябре в Америке выберут губернаторов 36 штатов, некоторых из которых через два года мировая общественность, возможно, увидит уже совсем в другом качестве. «Ъ» отвечает на десять ключевых вопросов о значении промежуточных выборов для американской политической системы, а также о важности непосредственно нынешней кампании, итоги которой неизбежно повлияют на ход событий не только на территории США, но и за их пределами.

День голосования в Лос-Анджелесе в ноябре 2020 года

Фото: Damian Dovarganes / AP

Почему выборы в США всегда проходят в ноябре?

Отличительная особенность электоральной системы США состоит в том, что американцы всегда знают, когда и в какой день им предстоит отправиться на избирательные участки и выбрать конгрессменов, президентов или губернаторов. Промежуточные выборы, как и большинство остальных, проводятся в первый вторник, следующий за первым понедельником ноября. Этот обычай был введен в 1845 году, когда Конгресс принял федеральный закон, регламентирующий эту процедуру. До этого штаты могли назначать голосование на любое удобное для них время в течение 34-дневного периода до первой среды декабря. Однако подобная свобода изначально таила в себе серьезные изъяны и приводила к различным уловкам и попыткам подогнать нужные результаты. Например, на электоральные настроения в тех штатах, где проходило наиболее позднее голосование, зачастую влиял исход кампаний там, где голоса уже были подсчитаны и известны. В итоге это и привело к тому, что Конгресс решил устранить издержки подобной излишней демократичности, особенно после технологического развития средств связи.

При этом строгое правило «первого вторника, следующего после первого понедельника ноября» у многих за пределами США сегодня вызывает некоторое удивление. Такая традиция действительно не имеет никакого современного обоснования, однако, когда конгрессмены XIX века устанавливали день выборов, они решали вполне конкретные задачи.

В 1800-х годах Америка была типичной аграрной страной, где большинство граждан трудились на фермах и жили далеко от своих избирательных участков.

Зачастую, чтобы проголосовать, людям приходилось тратить на дорогу целый день, а то и больше. Поэтому законодатели решили, что необходимо предусмотреть для дня выборов как минимум двухдневное окно.

Выходные на эту роль не подходили — США были весьма набожной страной, и большинство людей воскресенье проводили в церкви. Кроме того, среда была рыночным днем для фермеров, что также требовалось учесть при планировании электоральной жизни граждан.

Привязанность к сельскому хозяйству заставила законодателей выбрать и месяц для дня выборов. В весенние и ранние летние месяцы голосование отвлекало бы американцев от посевного сезона, а выборы в конце лета и начале осени пришлись бы на сбор урожая. Ноябрь оказался идеальным кандидатом — урожай собран, а суровая зима, которая могла бы стать препятствием на пути к избирательным участкам, еще не наступила.

Между тем из-за того, что избирательные участки находились далеко от мест проживания большинства американцев, день выборов был отличной возможностью встретиться с различными родственниками и друзьями и пропустить с ними по кружке того или иного горячительного напитка. Кандидаты в президенты, губернаторы, конгрессмены этим, кстати, активно пользовались. Хотя подкуп избирателей в США всегда был вне закона, многие политики обходили этот момент, подвозя прямо к участкам еду и выпивку.

Даже молодой Джордж Вашингтон, когда баллотировался в Палату представителей штата Виргиния в 1758 году, с удовольствием ради победы опоил электорат.

Как напомнил портал History, будущий президент, а на тот момент богатый плантатор, сделавший себе имя на войне с Францией и индейцами, влил в свое политическое будущее столько алкоголя, что впору было открывать целый бар.

Джордж Вашингтон

Фото: Gilbert Stuart / National Portrait Gallery / Wikipedia

На угощение избирателей было потрачено 47 галлонов (1 галлон — 4,55 литра) пива, 35 галлонов вина, 2 галлона сидра, 3,5 пинты (американская жидкая пинта — 0,473 литра) бренди и 70 галлонов ромового пунша. Неудивительно, что будущий отец-основатель США на тех выборах победил.

Почему нынешние выборы называются промежуточными и кто в них участвует?

Хотя в современных США на выборах больше не наливают, голосование традиционно играет важнейшую роль в жизни американцев, которые привыкли выбирать огромное число должностных лиц, начиная от президента и заканчивая шерифом какого-нибудь отдаленного участка в американской глуши. Промежуточные выборы (midterm elections) в Конгресс, на которых в этом году избирателям предстоит отдать свои голоса 8 ноября, не исключение.

Из-за традиций русского перевода словосочетание «промежуточные выборы» порой может создать ощущение некой незавершенности, однако это, конечно, не так.

Все дело в том, что приходятся они ровно на середину срока главы государства, избранного за два года до этого. Больше ничем другим от выборов в тот же Конгресс в год одновременно с президентскими они не отличаются.

Между тем формирование состава Палаты представителей и Сената происходит по-разному. С одной стороны, выборы и в нижнюю, и в верхнюю палаты происходят каждые два года. Другое дело, что в случае с Палатой представителей речь каждый раз идет о борьбе за все 435 мандатов, срок полномочий избранных туда законодателей длится два года, а политики вынуждены фактически находиться в состоянии непрерывного ведения кампании, если, конечно, хотят задержаться на своих местах подольше. Кроме того, число представителей в нижней палате отличается от штата к штату в зависимости от населения и количества избирательных округов. Сенаторы же избираются на шесть лет, и их от каждого штата должно быть строго по двое. Члены верхней палаты разбиты на три категории, и раз в два года Сенат обновляется на треть.

Традиционно борьба разворачивается между Демократической и Республиканской партиями. Хотя в США существует несколько десятков третьих партий, лишь изредка их представителям удается добиться хоть каких-то высот и, как правило, это происходит на более низком уровне.

При этом в Сенат периодически удается пройти независимому кандидату, который, впрочем, все равно так или иначе связан с одной из двух главных политических сил.

Например, в нынешнем составе верхней палаты заседает небезызвестный левый политик Берни Сандерс, дважды выдвигавшийся в президенты от демократов и голосующий по большинству вопросов вместе с представителями этой партии. Он же, кстати, считается рекордсменом по длительности полномочий среди внепартийных сенаторов за всю историю США. В Сенате господин Сандерс работает с 2007 года, а срок его полномочий истекает 3 января 2025 года. Еще один действующий независимый член верхней палаты — Ангус Кинг, тоже аффилированный с Демократической партией.

1 / 2

Другими словами, попытаться достичь политических высот в США может, конечно, каждый, но сделать это без поддержки одной из двух основных партий практически невозможно, а все существующие примеры не более чем исключение из правил.

Кто обычно побеждает на промежуточных выборах и почему их неофициально называют референдумом?

Отличительная особенность промежуточных выборов заключается в том, что неофициально их еще называют референдумом по одобрению деятельности администрации президента США. Из-за того, что к моменту их проведения американский лидер уже два года как находится в Белом доме, его политика, имидж и рейтинги неизбежно отражаются на результатах голосования в Конгресс.

Два года — достаточный срок, чтобы претворить в жизнь предвыборные планы или, наоборот, не сделать и толики из того, что было обещано во время президентской гонки.

Быть идеальным президентом как для своих, так и для чужих мало у кого получается, не говоря уже о так называемых колеблющихся избирателях, которых в США насчитывается около 10%, не испытывающих сильные симпатии по отношению к какой-либо из двух главных партий и от выборов к выборам голосующих по-разному.

Другими словами, к промежуточным выборам очарованные ранее зачастую становятся разочарованными. Противники ожесточаются и оказываются максимально мотивированными выразить свое неудовольствие сложившейся ситуацией на избирательных участках. А сторонники, если все действительно идет не так, как это виделось за два года до этого, вполне могут впасть в апатию и растерять былую консолидацию.

Так, в 19 промежуточных выборах с конца Второй мировой войны в 1945 году партия действующего президента в среднем теряла 27 мест в Палате представителей и четыре мандата в Сенате. С тех пор однопартийцам главы Белого дома всего пять раз удавалось взять большинство в Палате представителей или Сенате. Такими счастливчиками оказывались Джон Кеннеди, Ричард Никсон, Билл Клинтон, Джордж Буш-младший и Дональд Трамп.

1 / 5

А заполучить контроль над обеими палатами за этот промежуток у партии хозяина Овального кабинета и вовсе получилось лишь раз — все при том же Джордже Буше-младшем. И то тому способствовали беспрецедентные исторические обстоятельства — теракты 11 сентября 2001 года, сплотившие американское общество вокруг лидера. В целом же примерно с середины XIX века, когда в США окончательно сформировалась двухпартийная система, политическая сила, находящаяся у власти в Белом доме, так или иначе теряла места в Конгрессе по сравнению с предыдущим созывом.

А на этот раз кто победит?

В 2022 году все идет к тому, что Демократическая партия, представитель которой Джо Байден возглавляет сегодня США, не сможет перехитрить историю. Сейчас большинство в Палате представителей принадлежит демократам, которые имеют в своем распоряжении 218 мандатов. Республиканцы пока довольствуются 212 местами. Однако, согласно всем прогнозам, у демократов практически нет шансов сохранить за собой большинство в нижней палате. За три недели до выборов интрига насчет Палаты представителей сохраняется только в одном вопросе: захлестнет ли Америку республиканская волна, или же консерваторы довольствуются простым большинством? Если еще несколько месяцев назад либеральная общественность всерьез опасалась сокрушительного поражения демократов, то после определенных событий — от решения консервативного Верховного суда по абортам до принятия администрацией Джо Байдена плана по развитию экономики — такой сценарий выглядит маловероятным. Скорее всего, Республиканская партия спустя четыре года вернет под свой контроль нижнюю палату, но ее перевес будет незначительным.

Джо Байден

Фото: Kevin Lamarque/File Photo, Reuters

А вот с Сенатом дела обстоят несколько иначе. Несколько месяцев назад и здесь большинство прогнозов отдавали предпочтение республиканцам, однако ближе к выборам ситуация выравнялась, и битва за Сенат, пожалуй, ключевая интрига нынешнего электорального цикла. Изначально выборы в Сенат и не должны были стать для республиканцев легкой прогулкой. Исход гонки в верхнюю палату зачастую зависит от того, какая именно треть сенаторов участвует в выборах. Так сложилось, что в 2022 году на суд американцев будут представлены 35 сенаторских мандатов. Из них 21 принадлежит республиканцам, а 14 — демократам.

В случае с Сенатом защищать свое кресло всегда сложнее, чем в Палате представителей, а сама гонка во многом более персонифицирована.

Как-никак каждого сенатора от штата выбирают на шесть лет, а значит, избавиться от него в случае чего через два года будет нельзя. Общее положение дел в США — экономический кризис, инфляция, пандемия COVID-19 — какое-то время назад благоволило оппозиционной партии, и казалось, что, несмотря на сложную с точки зрения математических расчетов обстановку, республиканцам удастся вернуть под контроль и Сенат. Однако, как уже говорилось выше, ситуация изменилась, и исход этой битвы будет неясен до последнего момента.

Камала Харрис

Фото: Leah Millis/Pool, Reuters

Сейчас республиканцы занимают в верхней палате 50 кресел, демократы — 48. Еще два мандата — у независимых сенаторов, голосующих вместе с Демпартией. Решающий голос принадлежит председателю Сената и по совместительству вице-президенту США Камале Харрис, что позволяет правящей партии контролировать палату. Если демократам удастся отстоять Сенат, то Джо Байден, несмотря на череду неудач, пополнит ряды президентов, которым удавалось относительно успешно пройти испытание промежуточными выборами.

Что будет, если республиканцы полностью возьмут Конгресс под контроль? А если только частично?

Для Джо Байдена разница между тем, заполучат республиканцы контроль над всем Конгрессом или только над одной из его палат, это разница между плохим и очень плохим сценарием. Потеря Палаты представителей уже станет для нынешней администрации головной болью, а уход из-под демократов и Сената сделает оставшиеся два года на посту для господина Байдена еще сложнее и может полностью парализовать взаимодействие Белого дома с законодательным органом. В течение последних двух лет, когда Конгресс находился в полном распоряжении Демпартии, администрация могла чувствовать себя достаточно вольготно, а контроль со стороны законодателей за ее деятельностью был минимальным. Конгрессмены во многом фокусировались на расследовании обстоятельств беспорядков в Вашингтоне и штурма Капитолия 6 января 2021 года.

После выборов все должно поменяться. Республиканцам достаточно взять лишь Палату представителей, чтобы запустить расследование о деловых связях сына Джо Байдена Хантера с Китаем, провести ревизию иммиграционной политики или расследовать обстоятельства и ход вывода войск США из Афганистана. Если же Республиканская партия возьмет и Сенат, то можно с уверенностью спрогнозировать, что процесс утверждения предложенных президентом кандидатур на должности в федеральных судах и исполнительных органах окажется фактически заблокированным.

Кроме того, уже сейчас президент США может начинать готовиться к тому, что республиканцы постараются инициировать в отношении него импичмент.

Начиная с марта 2021 года они и так внесли в Палату представителей 14 резолюций, требующих отставки Джо Байдена и членов его команды. Девять раз такой чести удостоился Джо Байден, два раза — генпрокурор Меррик Гарланд, по одному разу — вице-президент Камала Харрис, госсекретарь Энтони Блинкен и министр национальной безопасности Алехандро Майоркас. Больше всех старалась республиканка Марджори Тейлор Грин, ярая сторонница экс-президента Дональда Трампа, в одиночку внесшая пять подобных резолюций.

После выборов активных сторонников господина Трампа в Конгрессе окажется еще больше, а республиканское большинство, хотя и не все в партии считают нужным тратить время на подобные процессы, вполне способно хотя бы ради мести дать ход импичменту. Учитывая, что экс-президент США дважды прошел через этот процесс в Палате представителей и дважды был оправдан республиканским Сенатом, риски для Джо Байдена в этом контексте, конечно, достаточно высоки. Впрочем, те, кто надеются на отставку главы Белого дома через импичмент, зря тешат себя иллюзиями. Для того чтобы реально добиться этого, необходима поддержка двух третей сенаторов, а такого количества у республиканцев не будет даже по самым невероятным прогнозам.

С Байденом понятно, а чем эти выборы важны для Трампа?

Для Дональда Трампа нынешние промежуточные выборы — тоже своего рода момент истины. В отличие от большинства потерпевших поражение на выборах президентов, он не ушел тихо из политической жизни, а, напротив, остался в ней одной из ключевых фигур и мощным магнитом для скандалов и всевозможных расследований. Господин Трамп с момента поражения в 2020 году не раз намекал, что намерен вернуться в Белый дом. Однако официально он пока не подтвердил участие в кампании-2024. И промежуточные выборы должны помочь ему в принятии такого непростого решения. Хотя имени Дональда Трампа нет в избирательных бюллетенях, десятки лично подобранных им кандидатов от республиканцев участвуют в гонках по всей стране.

Экс-президент уже сумел вывести в финальный раунд битвы за Сенат таких кандидатов, как бывший футболист Хершел Уокер в Джорджии, врач и ведущий популярной телепередачи Мехмет Оз в Пенсильвании, писатель-популист Джей Ди Вэнс в Огайо и многих других. Все его кандидаты представляют собой консерваторов крайне жестких взглядов и порой вызывают отторжение даже у боссов Республиканской партии. Если ставленники Дональда Трампа победят, это покажет его политическое чутье, однако ставки он взвинтил слишком высоко. В случае поражения его кандидатов со слишком нетрадиционными даже для республиканцев консервативными взглядами можно не сомневаться, что всю вину боссы партии взвалят на бывшего президента, а смысл его участия в кампании-2024 окажется под большим вопросом.

По поводу чего идут основные споры между демократами и республиканцами?

Предвыборные споры между республиканцами и демократами всегда проходят жарко, но нынешняя кампания по накалу выдалась особенной. Так, одни из самых ожесточенных дебатов ведутся по вопросу права на аборты. В июне Верховный суд, где большинство удерживают консерваторы, отменил право на прерывание беременности и разрешил каждому штату самостоятельно решать эту проблему. Вердикт вызвал огромный отклик по всей Америке. Ярые консерваторы были в восторге, либеральная и умеренная общественность — в гневе и недоумении. Обе партии уже предложили новое федеральное законодательство, которое они намерены имплементировать в случае победы на выборах.

Демократы пообещали закрепить федеральным законом право на аборты, которое ранее было защищено решением Верховного суда по делу «Роу против Уэйда» и им же спустя годы отменено.

Республиканцы же, напротив, намерены ввести общенациональный запрет на аборты после 15 недель беременности, что ужесточит законодательство в этой сфере даже для таких демократических штатов, как Калифорния, Иллинойс или Нью-Йорк, где женщины максимально защищены в своем праве на аборты.

Кстати, эта тема оказалась одной из ключевых в ряде штатов на губернаторских выборах, где партиями традиционно ведется ожесточенная борьба. Так, на будущее абортов исход выборов может серьезно повлиять в Пенсильвании, Висконсине, Аризоне и Мичигане.

Кроме того, шумные дискуссии идут по иммиграционным проблемам, религиозным правам, борьбе с насильственными преступлениями, вопросам окружающей среды, здравоохранения, избирательных прав и контроля за оборотом оружия.

Что будет с внешней политикой? Отношения с Россией как-то изменятся?

Внешняя политика традиционно не играет большой роли на американских выборах. Хотя, конечно, и о ней при случае спорят. Сейчас, когда весь мир обеспокоен конфликтом на Украине, это направление, пожалуй, ключевая тема дебатов. С одной стороны, с 2014 года в США сложился двухпартийный консенсус — подавляющее большинство республиканцев и демократов осуждают действия России, голосуют за введение различных санкций и рассматривают РФ как серьезную угрозу американской демократии и мировой стабильности. Разница наблюдается разве что в жесткости подходов и степени серьезности ответов на политику Москвы.

Несмотря на такую консолидацию, среди республиканцев все чаще звучат голоса тех, кто считает излишней поддержку Украины со стороны США.

Это не мешает им называть Россию агрессором и продвигать против нее мощные экономические санкции. Однако многомиллиардные транши, которые отправились (особенно после 24 февраля) через океан в Киев, вызывают у наиболее одиозных консерваторов негодование. Например, известные трамписты — члены Палаты представителей Мэтт Гетц от Флориды или Марджори Тейлор Грин от Джорджии — открыто обещают обрезать финансирование Украины после победы республиканцев на выборах. А Пол Энтони Госар от Аризоны и вовсе однажды сказал: «Украина не является нашим союзником. Россия не является нашим врагом». Насколько их позиции искренние, сказать сложно. Но на запрос части республиканского электората они, конечно, отвечают.

Как показал сентябрьский опрос Gallup, 24% американцев уверены, что США тратят на поддержку Украины «слишком много», 38% считают, что выделяемых средств недостаточно, а 36% довольны нынешними объемами помощи. Среди республиканцев тех, кто воспринимает траты как излишние, насчитывается 43%. Удовлетворены суммами финансирования Киева 26%, 30% считают их недостаточными. У демократов картина прямо противоположная: 9% считают, что тратится «слишком много», 46% — «недостаточно», 44% — «в самый раз». Среди неопределившихся избирателей завышенными траты считают 28%, а недостаточными — 35%. Другими словами, большинство американских избирателей все-таки считают правильным поддерживать Украину и дальше.

Так или иначе, после выборов ждать каких-либо серьезных изменений в отношениях РФ и США точно не стоит, как и надеяться на смягчение санкционной политики. В конце концов внешнюю политику в Америке определяет президент и Госдепартамент, а они своих подходов точно не пересмотрят.

Выбирают еще и губернаторов. А это как-то влияет на общую ситуацию в стране?

На время промежуточных выборов приходятся и выборы 34 из 50 губернаторов США. Кроме того, еще два губернатора — в Вермонте и Нью-Гемпшире — избираются каждые два года, поэтому общее число губернаторских гонок одновременно с промежуточными выборами насчитывает 36 кампаний. При этом относить губернаторские выборы к промежуточным не совсем корректно, поскольку они не имеют никакого отношения к одобрению деятельности администрации США. Конечно, успехи или неудачи того или иного президента могут косвенно повлиять на результаты однопартийца, борющегося за губернаторское кресло, однако на выборах за пост главы штата куда важнее личные качества баллотирующегося политика, его имидж и те решения, которые он предлагает местным избирателям по ключевым конкретно для них проблемам.

Между тем для будущего политического цикла, и прежде всего для следующих за ними президентских выборов, исход губернаторских гонок имеет немаловажное значение.

Традиционно кандидатам на главный пост в стране сложнее вести кампанию в тех штатах, где губернатор — представитель партии-соперника.

А поддержка губернатора во время президентских выборов, особенно в колеблющихся штатах, важный элемент успеха для любого политика, желающего стать хозяином Овального кабинета.

Кроме того, губернаторские выборы порой могут вывести на федеральный уровень какого-нибудь местного политика. Уже сейчас, например, действующие губернаторы и по совместительству кандидаты на пост глав Калифорнии и Флориды Гэвин Ньюсом от демократов и Рон Десантис от республиканцев всерьез рассматриваются как потенциальные претенденты на Белый дом в 2024 году.

Выборы закончатся. Что будет дальше с электоральной жизнью США?

После 8 ноября электоральная суета отнюдь не закончится. Напротив, начнет набирать обороты президентская кампания. Расклады в Конгрессе будут понятны, губернаторские посты распределены, и примерно в конце 2022-го—начале 2023-го более или менее видные политики уже начнут заявлять о своих президентских амбициях.

Но, что важнее, разрешится сразу несколько интриг, связанных с Джо Байденом и Дональдом Трампом.

Оба политика после 2020 года много раз намекали, что собираются принять участие в выборах-2024, однако до официального объявления дело пока не дошло. И в Республиканской, и в Демократической партиях у возможного решения господ Байдена и Трампа устроить матч-реванш есть много противников. Причем у Джо Байдена фронды среди демократов, пожалуй, даже несколько больше. Как пишет Bloomberg, большинство демократов предпочли бы другого кандидата, а не 79-летнего действующего президента, однако именно после промежуточных выборов глава Белого дома намерен окончательно рассказать о своих планах, несмотря даже на публичные призывы некоторых представителей его партии дать дорогу молодым. В любом случае, что бы он ни решил, затягивать слишком долго нельзя — уже летом 2023 года кампанию надо начинать, чтобы не давать фору конкурентам.

Объявить о своем решении после промежуточных выборов намерен и Дональд Трамп. Он, впрочем, допускает объявление своих планов и до 8 ноября, но вряд ли это произойдет, поскольку многое зависит от результатов голосования в Конгресс. Среди республиканцев сейчас нет единого мнения по кандидатуре господина Трампа. Часть однопартийцев его горячо поддерживает, другая часть давно находится к нему в оппозиции. Среди тех и других при этом есть те, кто не против попробовать свои силы в президентской гонке.

В любом случае уже совсем скоро США узнают, придется ли им еще раз пройти через противостояние двух стареющих политиков, или все-таки американский политический класс возьмет курс на обновление.