Массовая культура как механизм социальной стабилизации

КУЛЬТУРОЛОГИЯ

УДК 379.8

А. В. Костина

МАССОВАЯ КУЛЬТУРА КАК МЕХАНИЗМ СОЦИАЛЬНОЙ СТАБИЛИЗАЦИИ

В научной и философской литературе критика массовой культуры - со времен работ X. Орте-ги-и-Гассета и, особенно, теоретиков Франкфуртской школы социальных исследований - стала общим местом. И несмотря на значительный пласт исследований, нацеленных на ее реабилитацию, восприятие массовой культуры - к слову, вполне заслуженное - остается негативно окрашенным. В данной статье дается попытка выявления особой функциональной значимости массовой культуры, возникшей в определенных исторических обстоятельствах именно потому, что выполняла в обществе значимую роль.

Since H. Ortegi-i-Gasseta's works and, especially, theorists of the Frankfurt school of social researches, in the scientific and philosophical literature of the critic of a mass culture became important. And despite a considerable layer of the researches aimed at its rehabilitation, perception of a mass culture remains negatively painted. In article attempt revealing of the special functional importance of the mass culture which has arisen in certain historical circumstances just because is given carried out in a society a significant role.

Ключевые слова: массовая культура, стабилизирующая функция, традиционная культура, куль-турогенез.

Keywords: the mass culture, the stabilising function, traditional culture, genesis of culture.

Ориентация новоевропейской цивилизации на креативность, постоянное обновление приводят к тому, что с периода эпохи Ренессанса, а особенно эпохи Просвещения традиционная культура постепенно утрачивает свое значение, а к XX в. в значительной степени превращается в факт культурного наследия и музеефицирует-ся. Значительную часть ее социальных функций, прежде всего стабилизирующих и коммуникационных, начинает выполнять массовая культура. Однако этот тип культуры, отражающий, в значительной степени, особенности постмодерного сознания, вбирает в себя смыслы предыдущих эпох в «снятом» виде, в виде аллюзий, и обращается с ними достаточно произвольно. Поэтому в рамках массовой культуры о традиции как об особом принципе отношения к ин-

© Костина А. В., 2010

формации, основанном на стремлении к ее воспроизводству, говорить достаточно проблематично. Другое дело, что массовая культура, в той же степени, что и культура традиционная, основана на тех глубинных представлениях, которые имеют архетипическую и мифологическую природу. И в этом смысле массовая культура восполняет тот пробел традиционности, который начал ощущаться еще в индустриальную эпоху, а к приходу информационной стал явным. Массовая культура, как и традиционная, начала функционировать как определенный стабилизационный механизм, как коммуникационная система, позволяющая осуществлять эффективную циркуляцию в обществе тех ценностей и смыслов, которые направлены на поддержание ее целостности.

Массовая культура, появление которой связано с особыми социокультурными обстоятельствами, приведшими на рубеже Х1Х-ХХ вв. в рамках западной цивилизации к формированию массы и массового сознания, является конкретным историческим явлением. И в силу этого обстоятельства говорить о случайности ее появления и об ее возможном исчезновении в ближайшей исторической перспективе представляется ошибочным, ибо массовая культура имманентна массовому потребительскому обществу, которое сегодня является реальностью. Качественная определенность массовой культуры постиндустриального общества задается теми изменениями, которые произошли в самой массе. Масса сегодня - это совокупность деперсонализированных индивидов, объединенных не участием в той или иной деятельности, а общностью потребляемой продукции - информации, развлечений, моды, имиджей, стереотипов, а также единством картины мира и системы ценностей. Это «контролируемая масса», а не «управляемая масса».

Субъектом массовой культуры выступает особая профессиональная группа, создающая ее артефакты в соответствии с законами социальной психологии и рыночных отношений, носителем же ее ценностей является человек массы - недифференцированный субъект с невыраженным личностным началом, особенностями которого являются некритичность восприятия и оценок, управляемость, духовная инфантильность. В постиндустриальном обществе - это, как правило, те субъекты исторической деятельности, кото-

рые отчуждены от структур управления экономикой нового типа и вынуждены соответствовать стратегиям подчинения и «включения во взаимодействие» (М. Кастельс). Между тем «массовый человек» может являться представителем всех социальных слоев - вне зависимости от положения в экономической, политической, интеллектуальной иерархии, и именно это обстоятельство позволяет рассматривать массовую культуру в качестве феномена, обладающего признаками всеобщности. Эта всеобщность имеет качественный, а отнюдь не количественный характер, так как атрибутивной характеристикой массовой культуры является не число носителей ее ценностей, а совершенно особые качества: исключительно высокая степень адаптивности, производство определенного типа сознания - пассивного и нетворческого, ориентация на вкусы и потребности «среднего человека», использование средств массовой коммуникации как главного канала распространения и потребления ее ценностей. Именно изменения в механизмах трансляции культурных ценностей, в механизмах социальной адаптации, социальной рекреации и социокультурной идентификации и привели к широкому распространению массовой культуры в современном обществе.

Вопрос о хронологических параметрах массовой культуры является достаточно принципиальным: ее понимание как извечного «побочного» продукта культуры [1], проходящего через всю историю человечества, в значительной степени элиминирует многие стержневые проблемы современности - такие, как проблему массы и массового сознания, массовой коммуникации и массового искусства, проблему потребления как коммуникационной стратегии, а также вопросы коммерциализации искусства и управления как культурными процессами, так и сознанием его потребителей.

Будучи следствием и неожиданным «побочным продуктом» гутенбергова изобретения, массовая культура, тем не менее, в основных своих качествах формируется к рубежу Х1Х-ХХ вв. -еще в течение двух веков книжная культура была, по преимуществу, культурой закрытой, ориентирующейся на специализированные интересы, и обслуживала, в основном, науку и религию. Картины не изменяют и появляющиеся в ХУ-ХУ11 вв. иные способы тиражирования, среди которых выделяются своей достаточной степенью распространения гравюра, листовка, афиша, печатный летучий листок, становящийся излюбленным жанром политической и коммерческой рекламы. Однако, несмотря на появление в ХУ11 в. первых эффективных способов тиражирования, многие виды и жанры печатной продукции - газеты, журналы, карманные книжки в мягком перепле-

те - массовой культурой, по существу, не являлись, что определялось многими обстоятельствами и, в том числе, достаточно ограниченной сферой распространения и воздействия на социальные процессы этой, пусть и тиражируемой, продукции.

И лишь в конце Х1Х столетия вызревают те условия, в контексте которых массовидные формы существования культуры оформляются собственно в феномен масскульта. Этими факторами были резкий рост народонаселения [2] и формирование феноменов массы и массового сознания, доминирование городской культуры, усиление процессов миграции и дезактуализация таких способов трансляции культуры, как традиция. Весьма существенными в данном контексте являются социальные процессы, связанные с демократизацией культуры, распылением тех социальных структур, принадлежность к которым определялась фактом рождения, и образованием новых, основанных на экономическом статусе. И в первую очередь, это промышленная и научно-техническая революции, обусловившие вышеназванные процессы, а также сопутствующие им существенные изменения в системе коммуникаций, связанные с изобретением телефона, телеграфа, радио и кинематографа.

Массовая культура онтологически и феноменологически связана с формированием такого специфического феномена, как масса, отличного от общностей, подобных народу и нации. Если народ выступает как коллективная личность и имеет единую для всех систему ценностей, жизненную стратегию и общие поведенческие стереотипы, то масса - это совокупность разобщенных и атомизированных субъектов, выступающих в качестве безличного коллектива, единицей которого является среднестатистическая личность [3]. Масса не имманентна человеческому существованию, ее исторические рамки локальны и определяются тенденциями индустриализации и урбанизации.

Несмотря на то, что и в постиндустриальном и в информационном обществе характерным является способ продвижения культурного продукта, нацеленный не на массу, а на индивидуального потребителя, а сама масса вследствие новых технологий производства физически разобщена, массовая культура остается актуальной культурной формой, выполняющей важные функции. Трансформация массы, ее атомизация, распыление, связанное с изменением форм социальной и трудовой активности, не приводит к автоматическому исчезновению массовой культуры. И в постиндустриальном, и в информационном обществе она продолжает существовать и функционирует даже более активно, чем это было возможно в индустриальную эпоху.

Социальными предпосылками распространения массовой культуры и в постиндустриальном, и в информационном обществе становятся проблемы адаптации, сложность иных, кроме предлагаемых массовой культурой, механизмов рекреации, нарушение традиционных механизмов идентификации. Это также усложнение, уплотнение информационного пространства, ускорившийся темп инновационных изменений в области технологии и изменение принципов систематизации информации, что в совокупности влияет на ритм деятельности в специализированной и обыденной областях, становящийся более напряженным. Наконец, причиной востребованности массовой культуры в современном обществе является то, что многие авторы обозначают как «культурную коррозию» - то есть, утрату системного характера «ценностных ориентаций, социальной адекватности и культурной компетентности» [4], что приводит к изменению природы массовой культуры, функционирующей как адаптационная система, как механизм социализации.

В обществе с высоким уровнем социальной стратификации и утраченными традиционными способами самоидентификации массовая культура выступает как универсальная форма адаптации человека к стремительно изменяющимся условиям его существования, реализуя свой гедонистический и рекреационный потенциал, выступая как механизм идентификации. Она закрепляет существующую в обществе социальную иерархию через символически значимое культурное потребление, помогает установлению контакта человека с миром, подтверждает его присутствие в данной общности, нивелирует у него ощущение космического одиночества, выступая в качестве достижения не столько в области искусства и экономики, сколько в области социальной. Более того, именно через массовую культуру, ее символы и знаки массовый индивид получает возможность открыть часть себя, адекватно себя оценить и верно идентифицировать. Массовая культура, в отличие от высокой культуры, направленной на превращение богатства совокупной человеческой истории во внутреннее достояние личности и являющейся условием развития его сущностных характеристик, ориентирована на социализацию индивида, включение его в определенную среду и реализацию стратегий адаптации в их многообразных вариантах, связанных со степенью активности и с ориентацией на определенную деятельность личности или группы. Наиболее вероятной адаптация личности в массовой культуре представляется в варианте пассивного подчинения социальным нормам, где личность полностью или частично нивелируется, а целью ее развития становится не выявление индивидуального, не развитие творческого по-

тенциала, а растворение личностного начала во всеобщем.

Подобное эффективное приспособление индивида к требованиям общества, приобретение необходимого набора социальных черт формирует у него ощущение психологической безопасности и комфорта, хотя само по себе наличие механизмов приспособительно-преобразовательной деятельности субъекта в среде не является качеством, присущим исключительно массовой культуре, а характеризует культуру в целом. Здесь, однако, эта ее черта выступает в единстве существования данного качества со способностью как к воспроизведению, так и с творчески порождающим характером бытия в мире. Но функционирующий в качестве основной составляющей культуры, адаптационный фактор приводит личность к конформизму, отказу от собственной целостности и индивидуальности, а содержанием ее становится обладание внешними атрибутами бытия. Предложенная Э. Фроммом альтернатива «иметь или быть» в массовой культуре разрешается выбором неподлинного существования и превращением личности из субъекта в объект бытия.

С другой стороны, взаимодействие личности со средой, с социумом и присущим ему миром культуры, пребывание в культуре и функционирование в ней является непременным условием развития природного человека в активно действующего субъекта с сознанием, наполненным смыслом, значением и информацией о внешнем и внутреннем мире. Причем усвоение норм общества, интериоризация личности подчас вступают в противоречие с возможностью реализации ее индивидуального потенциала, если наличная культура условий для этого создать не может [5]. Высокая, или элитарная, культура, в противовес этому, ориентирована на сохранение человеческой индивидуальности, на выявление и развитие сущностных характеристик человека, готового к высокоосознанной творческой деятельности, как в сфере создания ценностей, норм, знаковых систем, так и в сфере освоения культурного наследия. Массовая культура выступает в качестве уникального по своей эффективности приспособительного, адаптационного механизма, компенсирующего субъекту городской, маргинальной культуры с нарушенными каналами коммуникации и межпоколенческой трансляции отсутствие традиции. Позволяя прожить различные психологические состояния, массовая культура формирует состояние адаптированности индивида к социальной реальности, реализуя, таким образом, одну из ведущих своих функций. Однако характер адаптированной личности принципиальным образом различается по составляющим социализации, по содержанию состояния адапти-

рованности и особенностям адаптационной стратегии. Имеется в виду современная социально адаптированная личность и формирующаяся информационно адаптированная. Первый из названных типов личности представляет результат пассивной социальной адаптации, основной составляющей которой является ограничение усвоением накопленного человечеством социального опыта во всем многообразии его форм и проявлений. Активная же социальная адаптация предполагает социально преобразующую деятельность человека и характеризует информационно адаптированную личность.

Если адаптированность первого типа личности выражается состоянием психологического комфорта, связанного с отсутствием конфликта, стресса, то состояние адаптированности личности следующего типа проявляется в успешной продуктивной деятельности (на индивидуальном или групповом уровне) и в наиболее полной реализации индивидуальных способностей. Достижение состояния адаптированности личности непосредственно связано с особенностями стратегии социальной адаптации, под которой понимаются осознаваемые или неосознанные, регулярные или случайные действия или деяния (в том числе бездействие), обеспечивающие состояние индивидуальной или групповой адаптиро-ванности.

Полярные разновидности социальной адаптации были выделены А. А. Налчаджяном: адаптация путем разрешения и устранения ситуации и адаптация с сохранением ситуации. Если в первом случае субъект выбирает по преимуществу активные стратегии, посредством которых необходимые параметры социальной среды целенаправленно приспосабливаются, преобразуются и приводятся в соответствие с индивидуальными потребностями, то во втором - социальная адаптация осуществляется путем пассивного приспособления к действительности и сопровождается изменением личности под влиянием внешних обстоятельств и значительными деформациями ее психической структуры [6].

Основным содержанием социальной идеологии массовой культуры является создание иллюзорной, мифологизированной, псевдореалистической картины мира. Особое отношение к миру, который не воспринимается объективно и служит только для осуществления желаний, приводит к формированию потребительского сознания, которое создает мир нереальных имиджей, иллюзий, оторванных от действительности. Одной из ее важнейших особенностей становится стремление к эскейпизму - бегству от реальности в мир грезы и вымысла, который вытесняет и компенсирует агрессию и негативизм физического и социального мира. Еще Гилберт Честертон заме-

тил в свое время, что «у всякого нормального человека бывает период, когда он предпочтет вымысел, фикцию - факту, ибо факт - это то, чем он обязан миру, в то время как фикция -это то, чем мир обязан ему» [7]. В этом смысле массовая культура является своеобразной сублимацией желаний, инстинктов, стремлений. Субъект в процессе общения с фактами массовой культуры получает совокупность переживаний, которые не только сопровождают, но и мотивируют его деятельность, побуждая к дальнейшему ее продолжению и углублению.

Массовая культура является сегодня, как и прежде, мощным идеологическим оружием и средством управления массовым сознанием. Однако механизмы этого управления существенно изменились. Еще полвека назад массовая культура формировала политическое мировоззрение через сведение политических идей к примитивным клише, когда реальные факты или получали стереотипную трактовку (а несамостоятельное сознание целиком, без осмысления принимало их) или выступали в таком контексте, когда смысл сообщения искажается и нивелируется (основным правилом здесь становится сентенция, высказанная еще в конце XIX в. Г. Лебоном: «...идеи не могут оказывать влияния на поведение человека, пока они не переведены на язык эмоций» [8]). В конце же XX в. в качестве ведущего стал выступать образный метод рефлексии, который характеризуется приоритетом визуального над словесным, подсознательного над сознательным и отказом от рационализма, дидактизма и осмысленности в культуре, от следования установленным формам. В рамках этой культуры приобретают огромное значение новые смысловые коннотации, заимствованные из повседневной жизни. Это свидетельствует об изменении манипу-лятивных механизмов массовой культуры, отказывающейся от прямолинейных технологий власти и замещающей их скрытыми, неявными, а «управление» - «соблазном» (Ж. Бодрийяр) или «машинами желания» (Ж. Делез, Ф. Гваттари).

Итак, массовая культура - это специфический способ освоения действительности и адаптации к ней, впервые проявляющийся в условиях индустриально развитого «массового общества», это явление, характеризующее специфику производства и распространения культурных ценностей в современном обществе. Ее отличительными особенностями являются такие, как ориентация на вкусы и потребности «среднего человека», исключительно высокая гибкость, способность трансформировать артефакты, созданные в рамках других культур, и превращать их в предметы массового потребления, коммерческий характер, использование клише при создании ее артефактов, а также связь со средствами массо-

вой коммуникации как главным каналом распространения и потребления ее ценностей. Основной функцией массовой культуры, обладающей собственными знаковыми кодами (наряду с адаптационной, коммуникативной, социализирующей, ценностно-ориентационной), является создание символической надстройки над константной реальностью, которая многими воспринимается как подлинная реальность или ее полноценный заменитель. Многие факторы развития современного общества, выступающие причинами психоэмоциональных перегрузок человека, - такие, как урбанизация, индустриализация, усложнение социальных функций личности, плотность информационной среды, высокий уровень социальной мобильности, - привели к развитию адаптивных и рекреационных механизмов массовой культуры, необходимых для поддержания равновесия социальной системы и ее сохранения. В условиях все возрастающей специализации знания и усложнения его знаковых кодов многие из областей высокой, элитарной культуры (художественной, научной, философской и т. п.) остаются недоступными для большинства людей, их основы в упрощенном варианте формулирует массовая культура, обладающая особой системой средств смысловой адаптации. Данная способность массовой культуры осуществлять связь между обыденным и специализированным знанием, возможно, стала на рубеже Х1Х-ХХ вв. одной из причин ее появления. Массовая культура, по существу, стала той знаковой системой, которая была равно доступна всем членам общества вне зависимости от социального статуса и степени включенности в профессиональную систему знания, и смогла осуществлять ту циркуляцию смыслов и значений, которая составляет основу общественного единства и стабильности.

Примечания

1. Трактовка массовой культуры как «создаваемой массами с начала социального расслоения социума» и постоянно сопровождащей человечество в его социокультурной жизни содержится и в недавно вышедшей книге, где представлен могоаспектный анализ данного феномена (Массовая культура: учеб. пособие / К. 3. Акопян, А. В. Захаров, С. Я. Кагарлицкая и др. М.: Альфа-М; Инфа-М, 2004. С. 6).

2. X. Ортега-и-Гассет указывал, что масса как безликая стихийная сила формируется именно во время Новейшей истории, где «за все двенадцать веков своей истории, с шестого по девятнадцатый, европейское население ни разу не превысило ста восьмидесяти миллионов. А за время с 1800 по 1914 г. - за столетие с небольшим - достигло четырехсот шестидесяти» (Ортега-и-Гассет X. Восстание масс // Эстетика. Философия культуры. М.: Искусство, 1991. С. 313).

3. Межуев В. М. Философия культуры. Эпоха классики. М., 2003. С. 39-41.

4. Флиер А. Я. Социокультурный прогноз на XXI век // Культурология для культурологов. М., 2000. С. 444.

5. Хотя данное несоответствие между социализацией и индивидуализацией личности наряду с иными противоречиями культуры (традиционностью и новаторством, обновлением, между нормативностью и свободой) является условием и источником ее развития.

6. Налчаджян А. А. Социально-психологическая адаптация личности: (Формы, механизмы, стратегия). Ереван: Изд-во АН АРМ. ССР, 1988.

7. Цит. по: Вопросы литературы. 1981. № 9. С. 219.

8. Цит. по: Феофанов О. А. США: реклама и общество. М., 1974. С. 135.

УДК 008

Н. И. Поспелова ВРЕМЯ КУЛЬТУРОЛОГИИ

Статья посвящена актуальности и востребованности, проблемам и перспективам культурологической науки и образования в современной России.

The article is devoted to actuality and popularity of culturological science and education in Modern Russia.

Ключевые слова: культурология, культура, общество, науки о человеке, образование, воспитание, культурные практики, идентификация, личность.

Keywords: culturology, culture, society, human science, education, upbringing, cultural practices, identification, person ality.

Понятие времени, выведенное в названии статьи, имеет несколько семантических источников. Во-первых, это текст Экклезиаста, где говорится об ограниченности жизненных циклов и самой жизни человека; где время, представляя собой линейно выстроенный конструкт, выступает вме-стителем всех смыслов человеческого существования, а значит, берет на себя символическую и метафорическую нагрузку. Во-вторых, используемая метафора [1] рифмуется с философским концептом «Дух Времени» и отсылает к отчетливо выраженному немецкому истоку, к гегелевскому Zeitgeist [2] (развертывающемуся в истории объективному духу), а также к гетевской неосязаемой духовной характеристике, которая проявляется как совокупность определенных идей во всех единичных явлениях конкретной исторической эпохи. Все вместе взятое - это методологический ход, позволяющий выдвинуть гипотезу о востребованности культурных практик, артикулировать актуальность данного императива, всепроникаемость и ценность культурологии в отношении реально переживаемой действительности и в отношении современного состояния общества.

© Поспелова Н. И., 2010