Адаптационный процесс у мигрантов и их психологические характеристики (на материалах Приволжского федерального округа)

УДК

В. В. Константинов

АДАПТАЦИОННЫЙ ПРОЦЕСС У МИГРАНТОВ И ИХ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ

В статье представлены результаты эмпирического исследования содержательных характеристик процесса социально-психологической адаптации мигрантов, проведенного на территории четырех регионов Приволжского федерального округа: Пензенской, Саратовской, Ульяновской областях и Республики Мордовия.

Ключевые слова: мигранты, социально-психологическая адаптация, личность, детерминанты адаптационного процесса

V. V. Konstantinov

MIGRANTS’ ADAPTATION PROCESS AND THEIR PSYCHOLOGICAL CHARACTERISTICS

The article presents the results of empirical research of essential characteristics of migrants’ social and psychological adaptation held on the territory of four regions of the Volga Federal Okrug: Penza, Saratov, Ulyanovsk Oblast, and Republic of Mordovia.

Key words: migrants, social and psychological adaptation, personality, determinants of adaptation process

В данной статье представлены результаты эмпирического исследования, которое проводилось нами на территории Пензенской, Саратовской, Ульяновской областей и республики Мордовии (Приволжский федеральный округ). Выборка исследования включала 1103 мигрантов и являлась разнородной по полу, возрасту, срокам проживания, стране выхода (в основном, республики бывшего СССР).

Социально-демографические характеристики выборки представлены в табл. 1.

В соответствии с авторским пониманием социально-психологической адаптации мигрантов и ее типологии осуществлялся выбор определенного методического (диагностического) инструментария. Для оценки отношения испытуемых к изменениям, произошедшим вследствие переезда на новое место житель-

ство, нами была разработана анкета, которая содержит 31 вопрос. Она позволяет выявить причины миграции; оценку переселенцами безопасности себя и своих близких в новых условиях; оценку взаимоотношений с коренным местным населением; оценку ностальгических переживаний; оценку мигрантами себя и своих возможностей в новых условиях жизни. Наряду с авторской анкетой применялась методика Дж. Берри [3], предназначенная для определения доминирующей аккультурацион-ной стратегии (сепарации, интеграции, маргинализации и ассимиляции). Для изучения связи особенностей социально-психологической адаптации и черт личности была использована методика диагностики социальнопсихологической адаптации К. Роджерса и Р. Даймонда.

Таблица 1

Социально-демографические характеристики выборки

Область Респонденты

Мужчины Женщины

Количество человек % Средний возраст Количество человек % Средний возраст

Пензенская 148 13,4 34,9 144 13,0 36,4

Ульяновская 141 12,7 35,0 136 12,3 36,6

Саратовская 142 12,8 35,0 140 12,6 36,6

Республика Мордовия 129 11,7 32,9 123 11,1 34,5

Уровень и тип адаптации определялся с помощью опросника адаптации личности к новой культурной среде Л. В. Янковского, адаптированного В. В. Константиновым [2]. Опросник состоит из 96-ти утверждений, степень согласия с которыми респондент может выразить одним из трех вариантов ответа: от абсолютного согласия до полного несогласия. После обработки результатов в соответствии с ключом подсчитывается суммарный показатель, свидетельствующий об уровне и типе адаптивности / дезадаптивности респондента.

Описанный инструментарий позволил оценить степень выраженности психологических

Результаты

Анализ и интерпретация полученных данных осуществлялась в рамках трех основных направлений. Первое — выявление субъективной оценки успешности / неуспешности социально-психологической адаптации к ино-культурной среде. Второе — определение степени выраженности типообразующих признаков и их соотношение; третье — выяснение адаптивных возможностей каждого из выделенных типов, их эффективности.

Результаты анкетирования, анализ которых проводился с помощью метода описательной статистики, показали, что в целом респонденты довольно глубоко вовлечены в социокультурный контекст принимающего общества. Подавляющее большинство мигрантов — 76,4 % (843 чел.) не испытывают угроз со стороны коренного местного населения (х2эмп = 308,150 при p = 0,001) и, согласно данным табл. 2, в целом удовлетворены своим статусом.

Только 12,6 % (139 чел.) опрошенных часто испытывают чувство изоляции. Анализ ответов на данный вопрос анкеты показал наличие статистически значимых различий (%2эмп = 263,458 при p = 0,001). На наш взгляд, подобное распределение ответов обусловлено спецификой проживания мигрантов из постсоветских государств, а именно проживание диффузно, обусловливает позитивную адаптационную динамику.

Из табл. 2 видно, что больше половины переселенцев 54,2 % (598 чел.) только иногда испытывают трудности в общении с коренным местным населением. На наш взгляд, это обусловлено длительным сроком пребывания на территории РФ и, как следствие, отсутствием ярко выраженного языкового барьера.

характеристик субъектов и особенности адаптационного процесса к инокультурной среде.

Результаты эмпирического исследования обрабатывались методами описательной статистики. Достоверность различий по средним величинам определялась с помощью однофакторного дисперсионного анализа ANOVA (One Way ANalysis Of VAriance). В дальнейшем данные исследования были подвергнуты корреляционному анализу.

Статистическая обработка полученных результатов проводилась с помощью программы SPSS.Statistics.v17.Multilingual-EQ UiNOX.

и их анализ

Согласно данным табл. 2 весомая часть респондентов 54,2 % (598 чел.) стремятся к установлению новых контактов. Мы считаем, что данная тенденция обусловлена глубокой вовлеченностью в контакты с доминирующим обществом, а личностный характер общения, безусловно, способствует снижению интоле-рантности и трансформации этнических предубеждений.

Подавляющее большинство — 54,3 % (599 чел.) переселенцев только иногда вспоминает прежнее место жительство. Отмечаемые различия в ответах испытуемых статистически значимы (х2эмп = 668,572 при p = 0,001). Данные табл. 2 подтверждают, что лишь незначительная часть мигрантов 5,8 % (64 чел.) хотят вновь сменить место жительство. Очевидной причиной такого распределения ответов является позитивная тенденция процесса социальнопсихологической адаптации к инокультурной среде.

Итак, анализ субъективной оценки успешности / неуспешности социально-психологической адаптации инокультурными мигрантами из постсоветских государств свидетельствует о наличии поляризации субъективного отношения к новым условиям жизнедеятельности.

Согласно логике, выбранной в начале исследования, следующим шагом было выявление представленности типов социально-психологической адаптации среди инокультурных мигрантов. Из рис. 1 видно, что наиболее распространенными типами являются адаптивный, интерактивный и конформный. Три других типа (депрессивный, ностальгический и отчужденный) встречаются значительно реже.

Таблица 2

Субъективная оценка социально-психологической адаптации мигрантов

Респонденты

Варианты ответа Количество человек Доля от общего числа, % X эмп

Удовлетворенность положением в обществе

В целом доволен 625 56,7

Надеюсь, что оно улучшится 351 31,8 338,401

Не доволен 127 11,5

Удовлетворенность общением с коренным местным населением

Да 135 12,3

Иногда 598 54,2 291,549

Никогда 370 33,5

Показатели стремление к установлению контактов

Да 394 35,7

Нет 111 10,1 325,362

Иногда 598 54,2

Показатели стремления к переезду на новое место жительство

Скорее поеду, чем останусь 64 5,8

Поехал бы, если бы были гарантии улучшения жизни 333 30,2 565,416

Скорее останусь, чем поеду 706 64,0

Примечание. При p < 0,01.

Ностальгические ^.Отчужденные 5.7% / 3,6%

Рис. 1. Распределение мигрантов по типам социально-психологической адаптации

Подобное распределение свидетельствует о том, что большая часть опрошенных мигрантов в той или иной степени проявляют установки на удовлетворение потребностей и достижение собственных целей социально приемлемыми способами, что, в свою очередь, вызывает оптимизм со стороны коренного местного населения и способствует позитивным

тенденциям процесса социально-психологической адаптации к инокультурной среде.

Второй этап анализа данных был направлен на определение степени выраженности типообразующих признаков и их соотношение и заключался в выявлении характерологических признаков, присущих представителям этих типов.

Обратимся к результатам исследования, полученным с помощью методики Дж. Берри. Корреляционный анализ данных показал наличие значимых связей между доминирующей аккультурационной стратегией и типом адаптации. Так, для мигрантов адаптивного, конформного и интерактивного типов характерны стратегии интеграции и ассимиляции. Доминирующими для депрессивных, ностальгических и отчужденных являются сепарация и маргинализация. Подробное описание полученных данных представлено в табл. 3.

Далее сравним степень выраженности показателей аккультурационных стратегий попарно у каждой группы инокультурных мигрантов. Полученные данные свидетельствуют о достоверных различиях между типом адаптации и выраженностью показателей аккультураци-онных стратегий. Графическое изображение данных представлено на рис. 2, а-г.

Согласно данным рис. 2а, для депрессивных, ностальгических и отчужденных мигрантов характерны более высокие показатели, чем для представителей остальных типов. При этом переселенцы отчужденного типа в большей степени демонстрируют стратегию сепарации (Гц = 0,644 при р < 0,01), чем ностальгические и депрессивные. Иначе говоря, эти респонденты не стремятся идентифицировать себя с культурой новой среды. Они нацелены на сохранение собственных этнокультурных ценностей. Конформный и интерактивный типы имеют более низкие показатели относительно депрессивных и ностальгических респондентов, однако более высокие по сравнению с адаптивными мигрантами. Подобное распре-

деление ответов, на наш взгляд, объективно описывает ситуацию, сложившуюся в поли-культурном регионе

Достоверные различия между группами наблюдаются и по стратегии интеграции. Наиболее выраженные показатели имеют адаптивные, конформные и интерактивные мигранты. Однако интерактивный тип в большей мере склонен к выбору данной стратегии (гх = 0,715 при р < 0,01), чем остальные, что говорит о более высокой степени овладения навыками обеих культур. Переселенцы депрессивного, ностальгического и отчужденного типа значимых отличий по данной стратегии не имеют.

Информативные данные были получены и при анализе показателей по стратегии ассимиляции. Между группами также выявлены значимые различия. Как видно из рис. 2в, для переселенцев адаптивного, конформного и интерактивного типов характерны одинаково высокие значения. Это говорит о стремлении к взаимодействию с представителями инокуль-турной среды за счет снижения включенности в контакты со своей этнической группой, что приводит к полной языковой ассимиляции. На наш взгляд, это обусловлено стремлением на долгое время закрепиться на новом месте жительства. Депрессивные и ностальгические мигранты имеют более высокие показатели, чем переселенцы отчужденного типа, и более низкие, чем представители адаптивного, конформного и интерактивного типов. Это свидетельствует о сложностях процесса социальнопсихологической адаптации.

Таблица 3

Связи выбора стратегии аккультурации от типа адаптации

Тип адаптации Стратегии аккультурации

СТСЕПАР СТМАРГ СТИНТЕГ СТАССИМ

Адаптивные -0,687 -0,757 0,595 0,340

Конформные -0,590 -0,643 0,577 0,360

Интерактивные -0,629 -0,706 0,715 0,340

Депрессивные 0,640 0,702 -0,611 -0,356

Ностальгические 0,548 0,663 -0,687 -0,380

Отчужденные 0,644 0,738 -0,703 -0,359

Примечание. При p < 0,01.

Адаптивные Комфорные Интерактивные Депрессивные Ностальгические Отчужденные

а

г

Рис. 2. Сравнение групп по стратегии: а — «сепарация»; б — «интеграция»; в — «ассимиляция»; г — «маргинализация»

Сопоставляя результаты по стратегии маргинализации, можно заключить, что в большей мере эту стратегию демонстрируют депрессивные мигранты (г; = 0,702 прир < 0,01). На наш взгляд, это обусловлено сильными расхождениями между желаемой индентифи-кацией с инокультурной средой и реальной, и как следствие, мигранты склонны к отрицанию ценностей новой среды обитания наряду с непринятием ценностей собственной культуры. Самые низкие показатели выявлены у представителей адаптивного типа. Конформный и интерактивный типы имеют более высокие показатели относительно адаптивного и более низкие по сравнению с ностальгическими и отчужденными переселенцами.

Итак, анализ результатов второго этапа исследования показал наличие значимых различий в выраженности типообразующих признаков. Это свидетельствует о биполярности процесса социально-психологической адаптации у представителей разных типов.

На третьем этапе нашего исследования важным стало изучение того, насколько «успешны» или «эффективны» выявленные типы социально-психологической адаптации с точки зрения самой личности. Иными словами, какова связь успешности / неуспешности социальнопсихологической адаптации и индивидуальнопсихологическими особенностями личности мигранта.

Так, согласно данным, полученным в нашем исследовании, «самопринятие» наиболее выражено у представителей адаптивного типа, затем, по убывающей, распределились конформный, интерактивный, ностальгический, депрессивный и отчужденный типы. При этом следует отметить, что представление о себе как о сильной личности, обладающей свободой выбора, способной построить собственную жизнь в соответствии со своими целями, является отличительной чертой адаптивного типа. Подтверждение тому — существенные различия по данному параметру между адаптивным и остальными типами, которые, в свою очередь, имеют значимые отличия (г; = 0,734 прир < 0,01) между собой (рис. 3а).

При выяснении представления респондентов о возможности контролировать свою жизнь, самостоятельно принимать решения и воплощать их в жизнь (интернальность) было обнаружено, что подобное убеждение в большей степени присуще представителям адаптивного типа, а в наименьшей — субъектам депрессивного типа (рис. 3б).

В ходе математико-статистической обработки данных выявлены значимые различия (Х2эмп = 0,734 при

Р < 0,01). Вероятно, наиболее низкие показатели по шкале «интерналь-ность» у инокультурных мигрантов — представителей депрессивного типа обусловлены как собственной инертностью, так и противоречивым отношением к тем правилам, нормам, ценностям, которые диктует новая социальная среда. Иначе говоря, в их сознании в постоянном противоборстве находятся две тенденции. Во-первых, они убеждены в эффективности неинституциональных средств достижения цели, а во-вторых, испытывают опасение, связанное с применением санкций со стороны коренного местного населения по отношению к себе, поскольку из-за собственной инертности не могут полностью предусмотреть ход и последствия тех или иных действий. В этой ситуации управляемость жизни либо отрицается вообще, либо приписывается другим людям.

Сопоставляя полученные результаты по шкале «Принятие других», нами также были выявлены значимые различия (г.; = 0,734 при р < 0,01). Готовность и желание к установлению новых контактов в большей степени выражена у адаптивных переселенцев, в меньшей — у депрессивных.

Анализ данных шкалы «Эмоциональная комфортность» показал наличие значимых (г; = 0,663 при р < 0,01) межгрупповых различий (рис. 4). Высокие показатели, выявленные у представителей адаптивного, конформного и интерактивного типов, говорят об эмоциональной удовлетворенности, уверенности в собственных силах, позитивных тенденциях во взаимоотношениях с коренным местным населением.

Таким образом, анализ степени выраженности особенностей социально-психологической адаптации и черт личности позволил нам выявить как общие для всех типов закономерности, так и особенности, характерные для отдельных типов адаптации. Однако этого недостаточно для определения эффективности того или иного типа социально-психологической адаптации. Следовательно, следующей задачей нашего исследования стало выявление

связи особенностей социально-психологической адаптации и черт личности.

Проведенный корреляционый анализ данных, представленных в табл. 4, показал наличие отрицательных связей между показателями «адаптивности», «самопринятия», «принятие других», «эмоциональной комфортности», «стремления к доминированию» и стратегиями сепарации и маргинализации.

б

Рис. 3. Сравнение групп по параметру: а — «самопринятие»; б — «интернальность»

а

Рис. 4. Сравнение групп по шкале «Эмоциональная комфортность»

Таблица 4

Корреляционные связи показателей по методике К. Роджерса, Р. Даймонда и методике Дж. Берри

Параметры Стратегии

СТСЕПАР СТМАРГ СТИНТЕГ СТАССИМ

Адаптация -0,578 -0,670 0,661 0,372

Самопринятие -0,696 -0,665 0,676 0,349

Принятие других -0,690 -0,672 0,703 0,362

Эмоциональная комфортность -0,643 -0,720 0,650 0,387

Интернальность -0,609 -0,643 0,631 0,324

Стремление к доминированию -0,635 -0,685 0,736 0,402

Таким образом, чем выше представленные показатели у инокультурных мигрантов, тем больше выражено преобладание стратегий интеграции и ассимиляции, а, следовательно, тем выше адаптационные возможности мигрантов, т. е. процесс социально-психологической адаптации проходит более успешно. Низкие значения по представленным шкалам свидетельствуют о выраженности стратегий

сепарации и маргинализации, что говорит о трудностях адаптации к инокультурной среде.

Таким образом, углубленный анализ проблемы показал, что степень выраженности психологических характеристик субъекта и их соотношение друг с другом обусловливают специфику адаптационного процесса мигрантов к новой социокультурной среде.

Выводы

1. В ходе проведенного анкетирования нами были выявлены причины миграции; оценка переселенцами безопасности себя и своих близких в новых условиях; оценка взаимоотношений с коренным местным населением; оценка ностальгических переживаний; оценка мигрантами себя и своих возможностей в новых условиях жизни. В целом мы наблюдали позитивные тенденции вовлеченности мигрантов в инокультурную среду.

2. В ходе исследования эмпирически подтверждены 6 типов социально-психологической адаптации: адаптивный, конформный, интерактивный, депрессивный, ностальгический, отчужденный. Наиболее распространены среди мигрантов адаптивный, конформный и интерактивный типы, три остальных встречаются значительно реже.

3. Сравнительный анализ типов социальнопсихологической адаптации позволил выявить ряд значимых отличий между ними. Так, для адаптивных, конформных, интерактивных характерны такие стратегии аккультурации, как интеграция и ассимиляция; для депрессивных, ностальгических и отчужденных типов — сепарация и маргинализация.

4. Результаты изучения принятия образа-Я показали наличие статистически значимых различий между мигрантами с разным типам адаптации. При этом необходимо отметить, что представление о себе как о сильной личности, обладающей свободой выбора, является отличительной чертой адаптивного типа.

5. В ходе исследования выявлены статистически значимые различия между переселенцами с различными типами адаптации по показателю «Принятие других». Так, адаптивные, конформные, интерактивные мигранты готовы к установлению контактов и взаимодействию

с коренным местным населением, в отличие от депрессивных, ностальгических и отчужденных типов.

6. Анализ корреляционных связей между особенностями социально-психологической адаптации и черт личности показал наличие отрицательных связей между показателями «адаптивности», «самопринятия», «принятия других», «стремления к доминированию», «эмоциональной комфортности» и стратегиями сепарации и маргинализации. Таким образом, чем выше представленные показатели у ино-культурных мигрантов, тем в большей степени выражено преобладание стратегий интеграции и ассимиляции, а, следовательно, тем выше адаптационные возможности мигрантов, т. е. процесс социально-психологической адаптации проходит более успешно. Низкие значения по представленным шкалам свидетельствуют о выраженности стратегий сепарации и маргинализации, что говорит о трудностях адаптации к инокультурной среде.

7. Тип адаптации мигрантов и степень выраженности психологических характеристик субъекта и их соотношение друг с другом обусловливают специфику адаптационного процесса мигрантов к новой социокультурной среде. Так, представители адаптивного, конформного и интерактивного типов демонстрируют позитивные аккультурационные стратегии (сепарация, ассимиляция), что в значительной мере способствует позитивной тенденции процесса социально-психологической адаптации. Депрессивные, ностальгические и отчужденные мигранты склонны к маргинализации и сепарации, что негативно сказывается на процессе вхождения в новую социокультурную среду.

Библиографический список

1. Фетискин Н. П., Козлов В. В., Мануйлов Г. М.

Социально-психологическая диагностика развития личности и малых групп. — М.: Ин-т Психотерапии, 2002. — С. 193-197.

2. Янковский Л. В. Опросник адаптации личности

к новой социокультурной среде // Введение в этническую психологию / под ред. Ю. П. Платонова. — СПб., 1995. — С. 190-194.

3. Berry J. W. Acculturation and psychological adaptation: review // Journeys into cross-cultural psychology: Selected papers from the 11th International conference of the International association for cross-cultural psychology held in Liege, Belgium / ed. by A. M. Bouvy [et. al.]. — Lisse [etc.]: Swets & Zeitlinger, 1994. — P. 139-140.