Языковая ситуация как фактор функционирования языка для специальных целей

Суюнбаева А. Ж. Языковая ситуация как фактор функционирования языка для специальных целей / А. Ж. Суюнбаева // Научный диалог. — 2016. — № 5 (53). — С. 97—108.

ERIHJM^

Журнал включен в Перечень ВАК

и I к I С н' s

PERKXMCALS DIRECIORV.-

УДК 81'276.6

Языковая ситуация

как фактор функционирования

языка для специальных целей

© Суюнбаева Алтынгуль Жакиповна (2016), старший преподаватель кафедры государственного языка, Военный институт Сил воздушной обороны имени Т. Я. Бегельди-нова (Актобе, Республика Казахстан), altin_suenbaeva@mail.ru.

Статья посвящена проблеме связи между типом языковой ситуации и особенностями функционирования языка для специальных целей в полиязычном социуме. Приводятся различные трактовки понятия «языковая ситуация» в социолингвистике, рассматриваются основные типы языковых ситуаций, а также объективные факторы и параметры для их выделения. В центре внимания в статье находится языковая ситуация в Республике Казахстан, которая в целом характеризуется как национально-русский билингвизм, однако указывается, что в некоторых областях профессиональной деятельности, в частности, в сфере авиации, этот билингвизм осложнен наличием третьего языка — английского. Автор утверждает, что язык, обслуживающий сферу авиации в Республике Казахстан, имеет трехчастную структуру и включает в себя государственный язык (казахский), официальный язык (русский) и язык международного общения (английский). На казахском языке как государственном публикуются законодательные и нормативные акты, ведется делопроизводство в авиационной сфере; русский язык играет роль языка профессионального обучения и устной профессиональной коммуникации, на нем осуществляется административная деятельность и издаются важнейшие документы; английский язык используется как язык радиообмена и профессиональных международных контактов.

Ключевые слова: языковая ситуация; языковая политика; язык для специальных целей; билингвизм; полилингвизм; сбалансированность; несбалансированность; экзоглоссность; эндоглоссность.

1. Вводные замечания

Языковая ситуация — одна из основных категорий социолингвистики. Она является определяющей при выработке языковой политики любого государства. Согласно дефиниции В. А. Аврорина, под языковой ситуацией понимается «конкретный тип взаимодействия языков и разных форм

их существования в общественной жизни каждого народа на данном этапе его исторического развития» [Аврорин, 1975, с. 2]. Принято выделять три обязательных компонента языковой ситуации: 1) социальные условия функционирования языка; 2) сферы и среды употребления языка; 3) формы существования языка.

Термин языковая ситуация используется в социолингвистике как по отношению к одноязычному, так и применительно к многоязычным социумам. Языковую ситуацию в одноязычном социуме можно рассматривать как функционирование всех наличных форм существования языка во всех сферах общественного взаимодействия при определенных условиях жизни данного народа.

«Состояние языка» (подробнее см.: [Степанов, 1976]) выступает простейшей разновидностью языковой (одноязычной) ситуации. Однако в действительности мы чаще всего имеем дело с функционированием в пределах административно-политического региона (или страны) не одного, а двух либо большего числа языков, то есть наблюдаем ситуации двуязычия (билингвизма) или многоязычия (полилингвизма). Факт широкой представленности в мире двуязычия и многоязычия учтен в определении Л. В. Никольского: «Языковой ситуацией мы называем совокупность языков, подъязыков и функциональных стилей, обслуживающих общение в административно-территориальном объединении и в этнической общности» [Никольский, 1976, с. 79—80].

По мнению Ч. Фергюсона, термин языковая ситуация (language situation) относится к общей конфигурации использования языка в данное время и в данном месте и включает сведения о том, сколько языков и какие языки используются в данном ареале, сколько человек на них говорит, при каких обстоятельствах, каких установок и мнений в отношении этих языков придерживаются члены данного коллектива [Фергюсон, 1989].

В одноязычном социуме языковая ситуация выступает как «система функционально распределенных форм существования языка, соотнесенных с континуумом языковой коммуникации, а в многоязычном — как аналогичная система, где вместо форм существования единственного языка функциональному распределению подвергаются разные языки, которые могут иметь функциональные «ранги» средства межнационального, регионального, местного общения, быть языками элиты или широких народных масс» [Аврорин, 1975, с. 120].

В концепции А. Д. Швейцера термином языковая ситуация обозначается совокупность языковых образований, обслуживающих континуум общения в определенной этнической общности или в административно-

территориальном объединении [Швейцер, 1978]. Понятие языковой ситуации, указывает ученый, может распространяться лишь на организованную совокупность языков [Швейцер, 1976]. Ее организованность состоит в том, что языки оказываются взаимосвязанными не только в силу тесных контактов между языковыми общностями, составляющими население одного политико-территориального объединения, но и своим отношением к континууму коммуникации данного общества и друг к другу.

Языки могут обслуживать все сферы общения в данной стране или отдельном ее регионе и, находясь в равноправных отношениях друг с другом, принадлежать к одному функциональному типу, как, например, в Казахстане, где объем частных коммуникативных функций казахского и русского языков в настоящее время примерно одинаков. Языки могут также членить континуум коммуникации на неравнозначные части, устанавливая между собой отношения иерархичности, и принадлежать к разным функциональным типам. Второй вариант характеризует как языки, обслуживающие одно общество, так и языковые подсистемы, используемые в одноязычном социуме.

Таким образом, языковая ситуация выступает не только совокупностью социально и функционально распределенных языковых систем или подсистем, но и их иерархией.

2. Факторы и параметры разграничения языковых ситуаций

При описании языковых ситуаций учитываются такие объективные факторы, как количественное соотношение разных сообществ и групп (сколько языков используется, какой процент населения говорит на этих языках); параметры взаимоотношения языков в пределах макросоциума (связь языков с внеязыковыми факторами — социальными, политическими, экономическими, психологическими и т. д.; параметры, определяющие социальный статус языка; параметры, обусловливающие социально-коммуникативную роль языка).

В качестве наиболее существенных признаков, присущих компонентам языковой ситуации, выступают их функции и социальный статус. Эти признаки принимаются во внимание при классификации языковых систем и подсистем и при вычленении их функциональных типов.

Исходя из того, что языковые ситуации выступают совокупностями языков или подсистем языков, а их составляющие могут быть функционально равнозначными либо могут образовывать иерархию, выделяются два критерия для классификации языковых ситуаций. Каждая языковая ситуация может быть отнесена к экзоглоссной (представляющей собой сово-

купность языков) или эндоглоссной (представляющей совокупность подсистем одного языка). Экзоглоссные и эндоглоссные языковые ситуации, в свою очередь, делятся на сбалансированные (в случае если составляющие их языки или языковые подсистемы в функциональном отношении равнозначны) и несбалансированные (когда компоненты распределены по сферам общения и социальным группам). Таким образом, возможно выделение следующих типов языковых ситуаций: экзоглоссной сбалансированной или экзоглоссной несбалансированной, эндоглоссной сбалансированной или эндоглоссной несбалансированной [Швейцер, 1978, с. 103].

Ярким примером сбалансированной языковой ситуации, по мнению А. Д. Швейцера, является языковая ситуация в Швейцарии, поскольку объем частных коммуникативных функций немецкого, французского, итальянского языков там практически совпадает. Исключение представляет ретороманский язык, который не может быть поставлен в один ряд с названными тремя языками, поскольку обслуживает всего несколько десятков тысяч человек, не имеет широкого распространения и не характеризуется таким же престижем, как указанные языки.

Языковая ситуация этого типа сложилась в Казахстане. Она характеризуется одновременным функционированием двух основных языков — русского и казахского, каждый из которых официально признан и юридически равноправен (оба языка используются в сфере государственного управления и в военном ведомстве, на них издаются законы). В связи с конкретно-историческим развитием Республики Казахстан этническая общность русскоязычных групп населения долгое время доминировала в экономическом и социально-политическом отношениях. Поэтому, несмотря на то что русские по сравнению с казахами составляют меньшую часть населения страны (38 % и 52 % соответственно, оставшиеся 10 % представлены другими национальностями), русский язык выступает в качестве доминирующего официального языка. О его ведущей роли свидетельствует тот факт, что двуязычие в Казахстане развивается в основном за счет усвоения русского языка казахами, треть которых знает и использует этот язык.

Наиболее подробно и системно типы языковых ситуаций представлены в трудах Н. Б. Мечковской, которая выделила комплекс признаков, характеризующих особенности функционирования национально специфических подсистем. Языковая ситуация классифицируется лингвистом по следующим основным признакам: 1) количество языковых образований (однокомпонентные и многокомпонентные); 2) процент населения, говорящий на каждом из языков (равновесная и неравновесная); 3) количество коммуникативных функций (сбалансированная и несбалансированная);

4) юридический статус языков (тождественный и различный); 5) степень генетической близости языков (близкородственные, неблизкородственные, неродственные); 6) этнические корни языка, престижного в данной языковой ситуации (эндоглоссная, экзоглоссная, смешанная); 8) оценки престижа доминирующих языков (диглоссия, равный престиж, различный престиж) [Мечковская, 2000, с. 102].

3. Язык для специальных целей в контексте языковой ситуации

Типы языковой ситуации во многом определяют особенности функционирования языка для специальных целей. Эта разновидность (подсистема) языка имеет множество обозначений: подъязык, профессиональный язык, язык профессиональной коммуникации [Голованова, 2008; Голованова, 2014] и др. В большинстве работ используется термин язык для специальных целей (ЯСЦ). Стоящее за ним понятие предполагает наличие ситуаций общения в пределах специальной сферы знания или деятельности (металлургия, транспорт, образование, медицина, сельское хозяйство и т. д.).

Особая тематика и специальные цели коммуникации требуют от специалистов переключения на профессиональный язык, который практически не связан с национальной принадлежностью коммуникантов и не зависит ни от социально-экономической формации, ни от идеологии или мировоззрения [Культура ..., 1999]. Общая черта коммуникации посредством данного языка состоит в том, что общение осуществляется в рамках взаимодействия «человек — человек» (при этом не исключена модель «человек — машина» и др.). Но это не просто человек, а специалист, работающий в конкретной области знания и / или деятельности. Следовательно, необходимым качеством носителя данного языка является владение понятийным аппаратом определенной сферы деятельности и соответствующей системой терминов. Именно поэтому наряду с номинацией язык для специальных целей используются как равноценные наименования профессиональный язык, специальный язык.

Специальный язык — явление вторичного характера, так как его носители владеют прежде всего национальным литературным языком. Именно поэтому, по-видимому, исследователи профессиональной речи пишут о полиглоссии [Головин, 1987, с. 29]. В реальности же «многоязычия» не наблюдается, так как речь идет, как правило, о том же самом национальном языке, представленном несколькими функциональными разновидностями.

При использовании специалистом профессионального языка происходит своего рода смена языкового регистра. При этом язык (как средство общения) остается тем же, но в соответствии с той или иной областью знания

становится монотематичным и характеризуется специфическими словами, выражениями, обращение к которым подразумевает круг компетенций.

Психологические и социальные особенности участников профессиональной коммуникации позволили исследователям выделить в качестве самостоятельных разновидностей интерпрофессиональную и интрапро-фессиональную коммуникацию. Первая представляет собой «речевые акты, в которых профессиональные роли коммуникантов не совпадают» (например, общение врача и пациента); интрапрофессиональная коммуникация «осуществляется внутри определенной социально-профессиональной общности» [Культура..., 1999, с. 32—34].

Помимо коммуникации по модели «специалист — специалист», которая сама по себе неоднородна, так как включает общение не только представителей одной специальности (специализации), но и представителей разных специальностей (например, в области филологии — общение лингвистов и литературоведов, журналистов и переводчиков, учителей-словесников и редакторов), актуальной является модель общения «специалист — неспециалист». Она реализуется в таких жанрах, как научно-популярные произведения, словари, имеющие массового адресата, инструкции для пользователей различными приборами и устройствами, руководства по сборке предметов, медицинские брошюры, радио- и телевизионные передачи научно-популярного характера и т.п. В данной модели язык общения «рассматривается уже не как сугубо специальные терминологические системы, а как неоднородные комплексы, расслоение которых на горизонтальные пласты определяется такими параметрами, как коммуникативная ситуация, партнер коммуникации и коммуникативные условия» [Никитина, 1987, с. 323—328].

4. Языковая ситуация в Республике Казахстан и язык авиации

Современное состояние языковой ситуации в Республике Казахстан характеризуется полиязычностью и многообразием языковых образований. Языковая ситуация в Казахстане относится к многокомпонентным, так как в нее вовлечены русский и английский языки как отдельные независимые подсистемы. В подобных ситуациях часто регистрируется билингвизм.

Билингвизм, или двуязычие, предполагает использование отдельным человеком или народом в целом двух языков, один из которых выступает родным, а второй приобретенным. В том случае, если владение языками присуще индивиду как члену социума, речь идет об индивидуальном билингвизме, если языковому коллективу — о массовом. Массовый билинг-

визм может охватывать жителей одного из регионов страны (региональный билингвизм) или всю нацию. Когда владение двумя языками свойственно всем без исключения группам социума, такой билингвизм обозначается как полный или сплошной, но если он характерен лишь для определенных социальных слоев, то квалифицируется как частичный, или групповой.

Важно отметить, что не при всяком билингвизме возникает взаимодействие между языками. В случае если билингв может свободно переводить с одного языка на другой, то есть в его сознании одному понятию соответствуют два слова, то речь идет о смешанном двуязычии. Если такое не наблюдается и языки сосуществуют как две самостоятельные, независимые друг от друга системы, то речь идет о чистом двуязычии, что встречается крайне редко.

Считаем необходимым заострить внимание на отдельных языках, активно используемых в сфере авиации в Республике Казахстан, и дать им краткую социолингвистическую характеристику — для понимания их роли в социально-коммуникативной системе.

Казахский язык является родным языком титульной нации — казахов. В настоящее время он имеет статус государственного языка, что закреплено в Конституции Республики Казахстан, и выполняет общественные функции в важнейших сферах жизни социума. На нем говорит и его понимает 48,7 % населения. Этот язык распространен по всей территории страны, однако степень его использования в различных сферах общественной жизни имеет свои особенности. Наши исследования показывают, что казахский язык в моноэтнических районах активно используется в важнейших сферах социального общения, а в некоторых населенных пунктах он употребляется как язык межэтнической коммуникации. Несмотря на свою распространенность и демографическую мощь, казахский язык уступает русскому языку по коммуникативной функции.

Русский язык является родным языком русского народа (этноса). Он является языком, который наряду с казахским официально используется в государственных организациях и органах местного самоуправления, то есть имеет статус официального языка на территории Казахстана. На нем говорит около 95—97 % населения республики. При этом 92,8 % казахов, 99,7 % украинцев, 99,6 % немцев, 99,0 % татар, 97,3 % азербайджанцев и т. д. свободно владеют русским языком. На его распространение повлияли различные объективные и субъективные социально-исторические факторы.

Английский язык выступает в Республике Казахстан в качестве межнационального языка, но при этом не имеет официального статуса. Как

язык международной деятельности, применяемый во взаимоотношениях с зарубежными странами и международными организациями, он обладает наименьшими социальными и коммуникативными функциями по сравнению с казахским и русским языком.

Национально-русский билингвизм — отличительная черта языковой ситуации, характеризующей современное постсоветское пространство. В Казахстане русский язык имеет конституционно закрепленный официальный статус языка межнационального общения. Востребованность русского языка в Казахстане определяется возможностями, которые предоставляет обучение на русском языке почти во всех вузах в республике.

В 2014—2016 годах нами было проведено анкетирование более 140 курсантов-первокурсников Военного института Сил воздушной обороны Республики Казахстан с целью изучить особенности речи двуязычных специалистов, обучающихся на русском языке. Обучающимся было предложено ответить на ряд вопросов об использовании русского и казахского языков в разных сферах общественной жизни, его изучении, испытываемых трудностях, оценить уровень владения русским и государственным языком и выполнить диагностический тест.

В результате было установлено, что 60 % курсантов в бытовом, официальном и неофициальном общении в равной степени используют оба языка, при этом более половины опрошенных отметили, что отлично или хорошо владеют русским языком и менее 30 % указали, что свободно владеют государственным языком. Данная ситуация позволяет говорить о сбалансированном билингвизме в рассматриваемой сфере. Русский язык чаще всего является языком официального общения, языком школьного и профессионального обучения. Уровень владения русским языком можно оценить как выше среднего, иногда даже как высокий, что позволяет молодым специалистам успешно решать профессиональные задачи.

Однако в некоторых профессиональных отраслях, в частности в сфере авиации, русско-казахский билингвизм осложнен наличием третьего языка — английского, выступающего языком международных контактов и радиообмена. В данной сфере функционирования языка имеется ряд специфических особенностей. Так, казахский язык используется в качестве государственного языка, на нем печатаются законодательные и нормативные акты, связанные с организацией авиационной деятельности, ведется делопроизводство. Русский язык функционирует как официальный язык, который применяется параллельно с казахским и выполняет важные функции: на этом языке издаются законодательные, нормативные акты, ведется делопроизводство, осуществляется административная деятельность, про-

фессиональное обучение и профессиональная коммуникация. Английский язык выступает как специализированный профессионально-ориентированный язык, который используется при радиообмене и в международных контактах.

5. Специфика языка авиации в Республике Казахстан

По итогам проведенного исследования, с учетом результатов анализа текстов нормативных актов, регламентов, содержащих различного рода нормативно-технологические ограничения в сфере авиации, выявлена следующая картина.

1. Имеются области авиационной деятельности, в которых казахский язык выступает как равноправный международный язык (международные двухсторонние договоры о воздушных перевозках, например, Протокол о развитии сотрудничества в области транспорта между Исламской Республикой Иран и Республикой Казахстан, г. Тегеран, 2 ноября 1992 г., на казахском и персидском языках).

2. Имеются области авиационной деятельности, в которых казахский язык не используется вследствие соблюдения обязательств в рамках действия международных конвенций, уставов и договоров (например, Договор по открытому небу, заключенный в хельсинки 24 марта 1992 года, в котором в качестве рабочих языков Консультативной комиссии зафиксированы русский, английский, испанский, итальянский, немецкий и французский).

3. Имеются области авиационной деятельности, где отсутствуют какие-либо уставные ограничения, но государственный язык не используется. На наш взгляд, это объясняется двумя причинами: отсутствием в казахском языке научно-технической словарной базы в период 1930—1970 годов, а в последующем сильным влиянием русской технической терминологии, что сдерживало развитие соответствующего раздела казахского языка [Суюнбаева, 2007, с. 255].

К концу 1970-х годов именно по второй причине в казахском языке появилось несколько групп иноязычных заимствований технической направленности. Таким образом определились области применения государственного языка в сфере авиации, где ранее применялся только русский или английский язык, — это направления, связанные с видами обеспечения полетов (кроме обслуживания воздушного движения) Суюнбаева, 2007, с. 256].

В заключение можно отметить, что влияние на язык социальных процессов и влияние языка на социальные процессы проявляется в том, что в ходе исторического развития общества язык меняет свое состояние и ста-

тус. Исходя из того, что Республика Казахстан представляет собой многонациональное государство, в качестве одной из задач общекультурного и профессионального образования выдвигается формирование многоязычного индивида, то есть подготовка граждан, способных эффективно общаться на родном, государственном и межнациональном языках.

Литература

1. Аврорин В. А. Проблемы изучения функциональной стороны языка (к вопросу о предмете социолингвистики) / В. А. Аврорин. — Ленинград : Наука, 1975. — 276 с.

2. Голованова Е. И. Введение в когнитивное терминоведение / Е. И. Голованова. — Москва : Флинта ; Наука, 2014. — 224 с.

3. Голованова Е. И. Категория профессионального деятеля : Формирование. Развитие. Статус о языке / Е. И. Голованова. — Москва : Элпис, 2008. — 304 с.

4. Головин Б. Н. Лингвистические основы учения о терминах / Б. Н. Головин, Р. Ю. Кобрин. — Москва : Высшая школа, 1987. — 104 с.

5. Дешериев Ю. Д. Социальная лингвистика: к основам общей теории / Ю. Д. Дешериев. — Москва : Наука, 1977. — 382 с.

6. Дешериев Ю. Д. Основные аспекты исследования двуязычия и многоязычия / Ю. Д. Дешериев, И. Ф. Протченко // Проблемы двуязычия и многоязычия. — Москва : Наука,1972. — С. 26-41.

7. Культура русской речи : учебник для вузов / под ред. Л. К. Граудиной, Е. Н. Ширяева. — Москва : НОРМА, ИНФРА-М, 1999. — 560 с.

8. Мечковская Н. Б. Социальная лингвистика / Н. Б. Мечковская. — Москва : Аспект-Пресс, 2000. -- 206 с.

9. Никитина С. Е. Семантический анализ языка науки (на материале лингвистики) / С. Е. Никитина. — Москва : Наука, 1987. — 144 с.

10. Никольский Л. Б. Синхронная социолингвистика (теория и проблемы) / Л. Б. Никольский. — Москва : Наука, 1976. — 167 с.

11. Степанов Г. В. Внешняя система языка и типы ее связи с внутренней структурой / Г. В. Степанов // Принципы описания языков мира. — Мо сква : Наука, 1976. — С. 44-45.

12. Суюнбаева А. Ж. К вопросу о выявлении областей эффективного применения государственного языка в свете международных авиационных обязательств / А. Ж. Суюнбаева // Инновационная модель образования : тенденции и перспективы : сборник статей. -- Актобе, 2007. -- С. 254—256.

13. Швейцер А. Д. Введение в социолингвистику / А. Д. Швейцер, Л. Б. Никольский. — Москва : Высшая школа, 1978. — 103 с.

14. Швейцер А. Д. Современная социолингвистика. Теория, проблемы, методы / А. Д. Швейцер. — Москва : Наука, 1976. — 87 с.

15. Фергюсон Ч. А. Проблемы влияния языковой ситуации на обучение второму языку / Ч. А. Фергюсон // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XXV : Кон-трастивная лингвистика : переводы. -- Москва : Прогресс, 1989. -- С. 122—127.

Linguistic Situation as Factor

of Specific Purposes Language Functioning

© Suyunbayeva Altyngul Zhakipovna (2016), senior lecturer, Department of State Language, Military Institute of Air Defense Forces named after T. Ya. Begeldinov (Aktobe, Republic of Kazakhstan), altin_suenbaeva@mail.ru.

The article is devoted to the problem of the links between the type of linguistic situation and functioning of the language for special purposes in a multilingual society. The different interpretations of the concept of "linguistic situation" in sociolinguistics, basic types of language situations, as well as objective factors and parameters to highlight them are considered. The focus is on the linguistic situation in the Republic of Kazakhstan, which is generally characterized as national-Russian bilingualism, however, it is stated that in some areas of professional activity, in particular in the field of aviation, this bilingualism is complicated by the presence of a third language — English. The author argues that the language of serving the aviation sector in the Republic of Kazakhstan has a three-part structure and includes the state language (Kazakh), the official language (Russian) and international language (English). It is reported that in the Kazakh language as the state one the laws and regulations are published, paperwork in the field of aviation is done; Russian language plays the role of the language of professional training and oral professional communication, administrative work and the most important documents publishing; English is used as the language of radio conversations and professional international contacts.

Key words: language situation; language policy; language for specific purposes; bilingualism; multilingualism; balance; imbalance; exoglosseness; endoglosseness.

References

Avrorin, V. A. 1975. Problemy izucheniya funktsionalnoy storony yazyka (k voprosu o predmete sotsiolingvistiki). Leningrad: Nauka. (In Russ.).

Desheriev, Yu. D., Protchenko, I. F. 1972. Osnovnyye aspekty issledovaniya dvuya-zychiya i mnogoyazychiya. In: Problemy dvuyazychiya i mnogoyazychiya. Moskva: Nauka. 26-41. (In Russ.).

Desheriev, Yu. D. 1977. Sotsialnaya lingvistika: k osnovam obshchey teorii. Moskva: Nauka. (In Russ.).

Fergyuson, Ch. A. 1989. Problemy vliyaniya yazykovoy situatsii na obucheniye vtoromu yazyku. In: Novoye v zarubezhnoy lingvistike. XXV: Kontrastivnaya lingvistika: perevody. Moskva: Progress. 122—127. (In Russ.).

Golovanova, E. I. 2008. Kategoriya professionalnogo deyatelya: Formirovaniye. Raz-vitiye. Status oyazyke. Moskva: Elpis. (In Russ.).

Golovanova, E. I. 2014.Vvedeniye v kognitivnoye terminovedeniye. Moskva: Flinta; Nauka. (In Russ.).

Golovin, B. N. 1987. Lingvisticheskiye osnovy ucheniya o terminakh. Moskva: Vysshaya shkola. (In Russ.).

Graudina, L. K, Shiryaev E. N. (eds.). 1999. Kultura russkoy rechi: uchebnik dlya vuzov. Moskva: NORMA, INFRA-M. (In Russ.).

Mechkovskaya, N. B. 2000. Sotsialnaya lingvistika. Moskva: Aspekt-Press. (In Russ.).

Nikitina, S. E. 1987. Semanticheskiy analiz yazyka nauki (na materiale lingvistiki).

Moskva: Nauka. (In Russ.). Nikolskiy, L. B. 1976. Sinkhronnaya sotsiolingvistika (teoriya i problemy). Moskva: Nauka. (In Russ.).

Shveytser, A. D. 1976. Sovremennaya sotsiolingvistika. Teoriya, problemy, metody.

Moskva: Nauka. (In Russ.). Shveytser, A. D., Nikolskiy, L. B. 1978. Vvedeniye v sotsiolingvistiku. Moskva: Vysshaya shkola. (In Russ.).

Stepanov, G. V. 1976. Vneshnyaya sistema yazyka i tipy ee svyazi s vnutrenney struk-turoy. In: Printsipy opisaniya yazykov mira. Moskva: Nauka. 44-45. (In Russ.).

Suyunbaeva, A. Zh. 2007. K voprosu o vyyavlenii oblastey effektivnogo primeneniya gosudarstvennogo yazyka v svete mezhdunarodnykh aviatsionnykh obyaza-telstv. In: Innovatsionnaya model' obrazovaniya: tendentsii i perspektivy. Aktobe. 254—256. (In Russ.).