Ф. Штайнер. Альтруизм, эгоизм и индивидуализм в дюркгеймовской школе

РЕФЕРАТЫ

Ф. Штайнер

АЛЬТРУИЗМ, ЭГОИЗМ И ИНДИВИДУАЛИЗМ В ДЮРКГЕЙМОВСКОЙ ШКОЛЕ

В статье французского социолога Филиппа Штайнера (Центр социологических исследований, Сорбонна, Париж) речь идет об эволюции трактовки дилеммы альтруизм-эгоизм у Э. Дюркгейма, его предшественников и последователей, а также о противоположности позиций социологии и политэкономии в связи с данными понятиями.

В первой части статьи рассматриваются взгляды Сен-Симона и Кон-та на альтруизм и эгоизм. Тема эгоистического поведения начинает занимать большое место в общественной мысли с развитием капиталистической экономики, в основе которой лежит заинтересованное поведение индивидов, и появлением политэкономии как науки. В начале XIX в. во Франции наблюдается потребность в закреплении основ индустриального общества, и на волне развернувшейся критики политэкономии возникает социология.

Первоначально, в момент ознакомления Сен-Симона с политэкономией, общность интересов промышленников воспринимается им как «элемент, придающий им силу, а современному обществу - стабильность» [1, с. 37]. Впоследствии, с появлением работ Конта, взгляды Сен-Симона меняются: теперь он противопоставляет общность интересов и общность ценностей. Общество не может существовать без «общих моральных идей» [цит. по: 1, с. 38], а заинтересованность отныне рассматривается как угроза социальным связям, ассоциируется с эгоизмом, прогрессирующим в обществе, и разъединяет промышленников. То есть для Сен-Симона и Конта эгоизм как принцип поведения неспособен обеспечить стабильность индустриального общества. Соответственно, возникает потребность в моральном элементе, способном противостоять эгоизму, на роль которого предлагается филантропия.

Конт подхватывает тему морали. В его антропологии выделяются аффективное и рациональное начала в человеке, причем решающее значе-

294

ние в человеческой деятельности придается аффективному. Роль же эгоизма состоит в том, что он «позволяет индивиду стать автономным и поставить свои собственные цели» [1, с. 39]. В работе «Система позитивной политики» [8] противостояние эгоизма и альтруизма приобретает ранг фундаментальной политической проблемы. В перспективе Конт предвидит, что философия сердца, присущая женщине, и энергия пролетариата приведут к превосходству альтруизма над эгоизмом.

Спенсер также проявляет интерес к данной теме. Для него эгоизм составляет основу альтруизма, из которого тот черпает свои ресурсы. Спенсер выделяет неосознанный альтруизм родителей в отношении детей и полагает, что альтруизм в основном локализуется в рамках семьи и дружеских отношений.

Вторая часть статьи посвящена вкладу Э. Дюркгейма в рассмотрение проблем альтруизма-эгоизма и эволюции его взглядов на эти проблемы. В диссертации Дюркгейма «О разделении общественного труда» [2] эта тема присутствует обрывочно и не представлена в качестве четкой дилеммы. В заключении к диссертации эгоизм поочередно противопоставляется морали и солидарности, давлению общества и профессиональной морали. Начиная с этого периода сила, присущая группам, представлена как тормоз для индивидуального эгоизма. В шестой главе этой работы, посвященной развитию органической солидарности, Дюркгейм отталкивается от взглядов Г. Спенсера, изложенных в работе «Данные науки о нравственности» [6]. Дюркгейм не соглашается с идеей об альтруизме как высшей форме морали, исторически более поздней по сравнению с эгоизмом. Отвергая мысль о том, что общество создается из совокупности индивидов, он утверждает, что, напротив, индивид формируется обществом. Коллективное сознание гораздо более распространено в примитивных обществах, чем в современных, а индивидуальная составляющая там гораздо слабее, и, соответственно, основное место в них занимает альтруизм. При этом «альтруизм не предназначен стать, как того хочет Спенсер, своего рода приятным украшением нашей общественной жизни, но всегда будет его фундаментальной основой... Люди не могут жить вместе без взаимодействия и, следовательно, без того, чтобы идти на взаимные уступки.» [цит. по: 1, с. 41].

Далее автор статьи обращается к лекциям Дюркгейма 1898-1900 гг., в которых тот, с одной стороны, утверждает, что надо «дать возможность личным инициативам, эгоизму частных лиц стимулировать и возбуждать друг друга вместо того, чтобы их сдерживать» [цит. по: 1, с. 42], так как экономическая активность в современном обществе недостаточно отрегулирована. С другой стороны, Дюркгейм не видит в рынке саморегулирующую, сдерживающую силу, а в конкуренции - достаточный регулирующий механизм. Напротив, их способность возбуждать страсти приводит, по его мнению, к ситуации аномии. Следовательно, должны вступить в действие силы, ограничивающие эгоистический торговый ин-

295

терес. И в этом плане позиции социологии и политэкономии противоположно направлены. Здесь же Дюркгейм говорит, что «для сдерживания последствий индивидуального и общественного экономического эгоизма надо перейти к организации профессиональных объединений - единственной силы, способной породить дисциплину, вносящую мораль в общественную жизнь» [1, с. 44]. Упоминается и вероятность простой замены индивидуального эгоизма эгоизмом корпоративным или эгоизмом государства в виде деспотии. Дюркгейм подразумевает наличие социальных условий, препятствующих этому. Таковыми условиями являются профессиональные объединения, приобретающие в данном контексте, по мнению автора, политическую роль противовеса коллективной силе государства. Именно «из этого конфликта социальных сил рождаются индивидуальные свободы» [цит. по: 1, с. 45].

Следующей работой Дюркгейма, в которой более явно рассматривается вопрос эгоизма-альтруизма, является «Самоубийство» [3]. Эта тема проявляется не только в выделении в качестве двух из четырех типов самоубийства эгоистического и альтруистического, но и в том, что альтруизм становится предметом эмпирического исследования. Эгоизм рассматривается в этой работе как преувеличенный или чрезмерный индивидуализм. И эгоизм, как слишком слабая социальная интеграция, и альтруизм, как интеграция слишком сильная, приводят к двум типам самоубийства.

Обращаясь к более общим социальным проблемам, Дюркгейм задается вопросом, что мы узнаем о состоянии общества благодаря статистике и классификации самоубийств. Во-первых, то, что в современном западном обществе численно преобладает эгоистическое самоубийство. Во-вторых, Дюркгейм видит отныне общий феномен у истоков эгоизма и альтруизма: это индивидуализм, нарастающий в современном обществе. «Культ индивида... становится основной составляющей коллективного сознания в обществе органической солидарности, и этот культ порождает индивидуализм, а также альтруизм современных людей» [1, с. 47-48].

Обращение в этой работе к теме профессиональных объединений обусловлено сферой, в которой эта новая социальная группа действует -сферой трудовой деятельности, не охваченной ни государством, ни религией, ни семьей. Дюркгейм видит в них силу, способную обеспечить лучшую социальную интеграцию и, следовательно, предотвратить эгоистические, а также аномические самоубийства.

В лекциях о моральном воспитании (1902-1903) Дюркгейм возвращается к теме связи индивида с группой. Он отрицает моральную составляющую эгоистического поступка: это поступки, направленные на себя; они служат лишь для поддержания существования и в качестве таковых не имеют этической ценности. Альтруизм же рассматривается им как поступок, направленный на другого, или поступок с неличной целью. Следовательно, именно с альтруизмом связано моральное действие. Определение

296

этих понятий дается не с точки зрения удовольствия и страдания, а с точки зрения отношения к себе или к другому, что позволило употребить термины «заинтересованность» и «незаинтересованность».

В третьей части статьи автор рассматривает преломление этих понятий у учеников и последователей Дюркгейма. С. Бугле как и его учитель уделяет много внимания понятию индивидуализма и его социологическому фундаменту. Кроме того, подобно Дюркгейму, который видел в некоторых ситуациях переплетение мотивов эгоистического и альтруистического поведения, Бугле в своей лекции «Экономические ценности и идеальные ценности» [7] анализирует переплетение личного интереса и идеалов.

Хотя такие известные ученики Дюркгейма, как Ф. Симиан и М. Хальбвакс, обошли вниманием данную тему, М. Мосс внес большой вклад в ее развитие. В «Очерке о природе и функции жертвоприношения», написанном им совместно с А. Юбером (1899) [5], речь шла о функции жертвы как связующего звена между сакральным и мирским. Эта связь представлена как сочетание заинтересованности и незаинтересовенности -понятий, которые Мосс употребляет вместо дюркгеймовских эгоизма и альтруизма. В «Опыте о даре» (1925) [4] отмечается и «добровольный, внешне свободный и бескорыстный, и тем не менее вынужденный и заинтересованный характер этих подношений» [цит. по: 1, с. 53]. В заключении к этой работе Мосс пишет: «... Общество приводит индивида в любопытное состояние духа, в котором смешиваются чувство его прав и другие, более чистые чувства: благотворительности, "социальной помощи", солидарности» [цит. по: 1, с. 53].

Мосс внес оригинальный и значимый элемент в обсуждение темы альтруизма и эгоизма. Он не только показал - через концепцию даров и ответных даров - основу солидарности, но и на многочисленных примерах продемонстрировал, что эта практика присутствует в обществе с самого начала и до настоящего времени. Кроме того, Мосс сформулировал «правила, которым следуют люди, формирующие общественную составляющую с помощью этих систем даров и ответных даров: это знаменитые три обязанности давать, принимать и возвращать» [1, с. 54]. Наконец, вслед за Б. Малиновским Мосс обращал внимание, что как в архаичных, так и в современных обществах системы обмена дарами сосуществуют с системами торговых обменов.

Таким образом, пройдя путь от проблемы альтруизма-эгоизма к проблеме системы даров и ответных даров, социология развивала дискурс, противоположный политэкономии. Она показала «систему сделок, питающих солидарность между индивидами, которая представляет собой социальный товарообмен, отличный от рыночного товарообмена» [1, с. 55]. Автор видит позитивную роль социологической критики в утверждении иных, помимо сформулированных политэкономией, принципов поведения, которые напрасно и даже опасно было бы игнорировать. При выстраивании ряда: альтруизм, незаинтересованность, жертва, дар, символический обмен, - «выри-

297

совываются контуры целого континента практик внутри социального товарообмена, континента, в отношении которого политэкономия бессильна...» [1, с. 55]. Автор подчеркивает политический характер данной социологической традиции в ее противостоянии политэкономии.

Дюркгеймовский подход позволяет различать в альтруизме два основных типа поведения: повседневный альтруизм в рамках семьи и личных знакомств, существующий без организаций и специальных задач, и общественный альтруизм, который Дюркгейм называл «организованная коллективная благотворительность» [цит. по: 1, с. 56], действующий через ассоциации и прочие институты общества. Ведь если кто-то «страдает на расстоянии», то и альтруизм может действовать на расстоянии.

В заключение Штайнер приводит примеры организации систем на основе принципов альтруизма из жизни современного общества. Ричард Титмусс (1970-е годы) боролся в Великобритании за создание системы донорства крови на добровольческой бесплатной основе. В настоящее время острые дебаты вызывает необходимость формирования рынка человеческих органов для трансплантации. В то время как по этому вопросу предлагаются различные варианты рыночных микроструктур, Алвин Рот, экономист, специалист по теории игр и экспериментальной экономике, предложил механизм неожиданных форм обмена между донорами и получателями органов. В этой сложной социальной практике, внедряемой в настоящее время в виде эксперимента в штате Нью-Джерси, автор статьи видит новую форму органического альтруизма.

Список источников и литературы Источник

1. Steiner Ph. Altruisme, égoïsme et individualisme dans l'Ecole durkheimienne // Archives européennes de sociologie. - Cambridge, 2009. - T. 50, N 1. - P. 35-59.

Литература

2. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. Метод социологии. - М.: Наука, 1991. -216 с.

3. Дюркгейм Э. Самоубийство: Социологический этюд. - М.: Мысль, 1994. - 399 с.

4. МоссМ. Опыт о даре: Форма и основание обмена в архаических обществах // Мосс М. Общества. Обмен. Личность: Труды по социальной антропологиию / Сост., пер. с фр., предисл., вступит. ст., комментарии А.Б. Гофмана. - М.: КДУ, 2011. - С. 134—285.

5. МоссМ., Юбер А. Очерк о природе и функции жертвоприношения // Мосс М. Социальные функции священного. - СПб.: Евразия, 2000. - С. 9-106.

6. Спенсер Г. Научные основания нравственности: Данные науки о нравственности. - М.: ЛКИ, 2008. - 336 с.

7. Bougie C. Leçons de sociologie sur l'évolution des valeurs. - P.: Colin, 1922. - XV, 286 p.

8. Comte A. Système de politique positive: En 4 vol. - 5 e éd. - P.: Au siège de la société positiviste, 1929.

Е.Л. Ушкова

298