Консервация и реставрация археологического текстиля из потревоженных алтайских курганов раннего железного века

УДК 902.34

КОНСЕРВАЦИЯ И РЕСТАВРАЦИЯ АРХЕОЛОГИЧЕСКОГО ТЕКСТИЛЯ ИЗ ПОТРЕВОЖЕННЫХ АЛТАЙСКИХ КУРГАНОВ РАННЕГО ЖЕЛЕЗНОГО ВЕКА

© 2015 г. Д.К. Алтынбекова

В данной статье представлен опыт работы научно-реставрационной лаборатории «Остров Крым» по консервации и реставрации археологического текстиля из потревоженных курганов ГУ-Ш вв. до н.э., расположенных в Казахстанском Алтае. Специалисты лаборатории принимают участие в полевых работах, осуществляя извлечение находок крупными блоками/монолитами, с использованием выработанных на практике методов формирования блоков. Рассмотрены два методических приема сохранения текстиля, извлеченного из раскопа блоками, в зависимости от их содержимого. Первый метод - последовательное разделение блока на составляющие его компоненты при беспорядочном наборе фрагментов органических материалов. Описан процесс расслоения конгломерата, стабилизации разделенных фрагментов и их идентификации. При реконструкции текстильных изделий используются хорошо сохранившиеся аналоги из синхронных алтайских курганов, находящихся на территории России и Монголии. Приведены примеры реконструкции изделий из войлока. Второй метод - сохранение блоков без их разбора - применяется, если их содержимое является определенным самостоятельным комплексом. Процесс консервации показан на примере седельного набора, извлеченного из раскопа вместе с останками лошади во влажном состоянии. Консервация разнородных материалов (ткань, войлок, растительная набивка подушки, дерево с остатками металла), находящихся в виде конгломерата, проведена аналогично консервации «мокрого» археологического дерева. Выполнена стабилизация блока во влажном состоянии с постепенным замещением почвенного раствора консолидантом.

Ключевые слова: консервация, реставрация, реконструкция, археологический текстиль, потревоженные курганы, пазырыкская культура, блоки-конгломераты.

Археологический текстиль в памятниках раннего железного века на территории Казахстана встречается крайне редко, находки тканей представлены в основном эпохой средневековья. В более ранних, даже непотревоженных погребениях органические материалы, как правило, разрушаются почти полностью. Так, в известном кургане Иссык найдено лишь несколько кусочков кожи от кафтана (Акишев, 1978, с. 47).

Более благоприятные условия для материалов органического происхож-

дения созданы благодаря образованию подкурганной мерзлоты в алтайских курганах на востоке Казахстана, относящихся к пазырыкской культуре (Самашев, 2011, с. 9, с. 199). К сожалению, погребения по той или иной причине были потревожены еще в древности, поэтому при археологических исследованиях обнаружены лишь локальные замерзшие участки. Вода, воздух, тепло, свет, поступающие через ямы и ходы, - источники всех процессов разрушения и деградации органических материалов. Степень

их сохранности напрямую зависит от близости к грабительскому лазу. Среди археологов существует мнение, что ограбления могли носить ритуальный характер (Килуновская, 2014; Очир-Горяева, 2014).

Реставраторам, скорее, важен факт разрушения артефактов, а не сама причина, из-за которой одеяние погребенных оказалось фрагментиро-ванным, беспорядочно перемешанным, разбросанным по погребальной камере. В синхронных пазырыкских курганах с сохранившейся линзой мерзлоты изделия из текстиля, войлока, меха обнаружены замороженными почти в первозданном виде и на первоначальном месте (Руденко, 1953; Полосьмак, Баркова, 2005; Молодин, Парцингер, Цэвээндорж, 2012).

Наиболее надежным способом сохранения артефактов в полевых условиях (для последующей транспортировки и хранения до консервации) является извлечение их монолитным блоком вместе с окружающим грунтом. При таком извлечении максимально сохраняется сложившееся под землей термодинамическое равновесие. Вырезка почвенно-текстильного конгломерата также рекомендуется специалистами и для полноценного исследования археологического текстиля (Орфинская, 2010, с. 369). В непотревоженных погребениях выполняется извлечение их содержимого единым монолитом, что дает возможность тщательного исследования всех материалов в лабораторных условиях (Алтынбеков, 2014, с. 28).

Из алтайских курганов раннего железного века мы получаем обычно грязевые блоки-конгломераты, в которых едва просматриваются какие-то органические остатки (рис. 1: 1). В от-

личие от укокских войлоков, тканей, мехов извлеченных из замерзших, но непотревоженных погребальных комплексов, «состояние которых улучшается по мере высыхания» (Молодин, 2000, с. 54), наши материалы разрушаются даже при незначительном понижении влажности, что обусловлено высокой степенью их деградации.

До начала консервационных работ блоки с артефактами хранятся в холодильнике во влажном состоянии. Влага в смеси с грунтом связывает деструктированные волокна, а пониженная температура препятствует дальнейшему биоразрушению. В процессе хранения, которое иногда продолжается более 10 лет, регулярно проводится обработка антисептиком. Однако полное элиминирование биодеструкторов невозможно в плотном монолите большой толщины, где поры заполнены влагой.

В результате многолетних работ нашей лаборатории выработано два методических приема консервации и реставрации - с разбором блока и без его разбора. Далее рассмотрим эти приемы подробнее, используя описания археологического текстиля из наших памятников, выполненные д.и.н. Т.Н. Глушковой (г. Сургут).

Конгломерат, подлежащий разбору, подвергается легкому замедленному подсушиванию, чтобы можно было провести первичную механическую расчистку поверхностей. После их зачистки обнажаются отдельные компоненты этого конгломерата: мех, кость, войлок, текстиль, дерево, береста, растительные остатки, лежащие совершенно беспорядочно (рис. 1: 2).

Все материалы блока обычно де-структированы, а после подсушивания становятся хрупкими и ломкими. Для

Рис. 1. Разбор блока при беспорядочном наборе фрагментов органических материалов: 1 - вид блока до начала разбора; 2 - первичная расчистка поверхностей блока;

3, 4 - процесс разбора блока.

Рис. 2. Элементы декора текстильных изделий из курганов Казахстанского Алтая: 1 - нашивки одежды из фигурной золотой фольги; 2 - кожаная аппликация.

их безопасного разделения необходима послойная первичная консерваци-онная обработка. Метод отдаленного увлажнения, рекомендуемый при работе с хрупким текстилем (Синицына, 2009, с. 75), не дает эффекта, поскольку в данном случае сцементированными оказываются совершенно различные компоненты и части разных предметов, плотно прилегающие друг к другу. Выполняется пластификация, укрепление поверхностных слоев до состояния, достаточного для их отслоения от массива. Антисептирование проводится постоянно по мере расслоения составляющих конгломерата. Так постепенно, слой за слоем, происходит разъединение всех материалов блока. Иногда мы извлекаем тонкий фрагмент шерстяной ткани, в другом случае - комок войлока, который предстоит развернуть (рис. 1: 3, 4).

После полной разборки блоков получаем отдельные фрагменты разных предметов как декорированные, так и с утраченным декором, что достойно сожаления, т.к. известно, что в памятниках пазырыкской культуры и одеяние людей, и конское снаряжение были настоящими произведениями искусства. Текстильные изделия из курганов Казахстанского Алтая украшались аппликациями из войлока и кожи, вышивкой нитками, бисером, бусинами из кристаллов пирита, фигурной золотой фольгой, деревянными резными бляшками, плакированными золотом и оловом (рис. 2-4).

Тканые шерстяные материалы обнаружены в гораздо меньшем количестве, чем валяные, либо потому, что первые хуже сохраняются в этих условиях, либо изначально их было меньше. "В пазырыкской культуре войлок занимал огромное место. Он обладал

не только реальной защитной функцией (известно, что свойства войлока таковы, что он может предохранять от повреждений тупыми орудиями и смягчать удары острых - в костюме пазырыкских воинов использовались именно эти качества), но и свойствами оберега. Его прочность усиливалась также благодаря использованию характерных для пазырыкцев аппликаций и многослойности" (Полосьмак, Баркова, 2005, с. 107). Войлоки отличаются выделкой и структурой: одни из них тонкие, другие - толстые в зависимости от качества применяемой шерсти. Тонкие, плотно скатанные войлоки шли на изготовление одежды, седельных покрышек и подвесок.

По достижении стабильного состояния разделенных фрагментов приступаем к выявлению их функционального назначения или отождествления с определенным предметом. Иногда это становится понятно сразу после полного развертывания комка войлока, чаще всего - нет. Например, подвеска к покрытию седла в виде рыбы была определена сразу (рис. 5). Это изделие (максимальная длина - 82 см, ширина - 7-9,4 см, с плавниками - 23,4 см) выполнено из нескольких кусочков тонкого войлока, соединенных между собой аккуратными швами. Войлок плотный, тонкий, однородный, толщина его в современном состоянии составляет около 2 мм. Голова и частично хвост рыбы оборваны, на теле имеется множество швов. Среди них выделяются первоначальные, более ровные и тонкие, которые сформировали полотно изделия, и починочный, более грубый, на месте разрыва. У первоначальных швов плотность стежков составляет 6-8 стежков на 1 см, у починочного - 4-5.

Нити, которыми соединялись фрагменты войлоков, двойные SWZ, где одинарные нити Z-кручения, двойные - S-крутки. Края обшиты шерстяной ниткой. Возможно, что первоначально изделие было украшено аппликациями, как аналогичные подвески из могильников плоскогорья Укок (По-лосьмак, Баркова, 2005, с. 119).

Иная ситуация при реставрации изделий, дошедших до нас в виде разрозненных фрагментов. Здесь приходится обращаться к аналогиям. Идентичность большого количества артефактов из алтайских курганов, находящихся на территориях России, Монголии, Казахстана, позволила нам предположить, что и предметы одежды имеют форму, характерную для носителей пазырыкской культуры. При сборке фрагментированных изделий в качестве аналогов используются полностью сохранившиеся вещи из других синхронных комплексов (Руденко, 1953; Полосьмак, Баркова, 2005; Мо-лодин, Парцингер, Цэвээндорж, 2012). Реконструкция производится путем тщательного изучения и подбора фрагментов с учетом вида и качества материала, кроя, швов, декора.

Таким образом, нам удалось частично собрать некоторые текстильные изделия. В их числе конский головной убор - ритуальный предмет, сшитый полностью из войлока, декорированный золотой и оловянной фольгой, размерами 30 х 43 см. Головная часть убора прикрывает лоб коня полукруглым козырьком, по бокам спускаются две лопасти с закругленными концами. Между ушами находится войлочная втулка, на нее надето навершие в виде животного с круто изогнутыми рогами, разделение которых затруднительно. В кургане этот конский головной убор

приобрел почти плоский вид, одна из его лопастей оказалась повернутой. Тем не менее выделяются детали, ранее объемные, - уши, козырек, навер-шие (рис. 6-8).

Место многих фрагментов, в том числе высокохудожественных произведений древнего искусства, выделенных из блоков, пока не определено. Один из примеров - вышивка в виде изображения крылатого коня, с максимальными размерами 9,6 х 7,5 см, утратившая основу (рис. 9). Она представляет собой рельефную вышивку цветными нитями мелкими плотными стежками тамбурным швом. Тонкая работа, разноцветные нити хорошего качества позволяют создать сложную и нарядную композицию вышивки. Фигура крылатого коня показана в профиль, с одним рогом, одним ухом, одним глазом, двумя крыльями, четырьмя ногами с копытами, хвостом. На туловище коня цветными нитями вышиты «запятые» и «точки», характерные для изображений, выполненных в «зверином стиле». Использованы нити хорошего качества светло-коричневого, красно-коричневого и синего цветов. Вышивка выполнена двойными нитями SWZ, где одинарные нити имеют Z-кручение, а двойные - S-крутку. Тонина одинарных нитей составляет 0,2-0,3 (до 0,4) мм, двойных - 0,8-1 мм.

Швы выполнены мелкими однородными и ровными стежками длиной до 1,5 мм. Плотность стежков составляет 8-9 на 1 см. Это создает впечатление полного застила вышитой поверхности с небольшими просветами в местах поворота в направлении нитей вышивки.

На изнанке вышивки нити сохранились лучше, что свидетельствует о

Рис. 3. Элементы декора текстильных изделий из курганов Казахстанского Алтая: 1 -вышивка шерстяными нитками; 2 - вышивка бисером и бусинами из пирита.

Рис. 4. Элементы декора текстильных изделий из курганов Казахстанского Алтая: 1 - деревянное украшение головного убора; 2 - деревянное украшение войлочной конской маски; 3 - орнамент из бересты.

наличии утраченной основы. Узелки, фиксирующие концы ниток, вместе с хорошо видимыми, протянутыми на изнанке нитями, позволяют проследить последовательность вышивания фрагментов фигуры лошадки. Сначала вкруговую был вышит глаз лошади, затем ее морда (маска?). Следующий этап: вышивание контура лошадки от крыла - морда с ухом и рогом - шея -ноги - хвост. Затем вышивание производилось внутри намеченного контура стежками, имитирующими рельеф туловища, завитки гривы, перья крыла и т.д. Все швы, кроме контурного, в том числе и круговые - двойные.

Разнообразное направление швов вышивки позволяет создать рельеф и впечатление объема. По всей видимости, вышивка является имитацией характерных признаков резных деревянных изделий: объем, наличие «точек» и «запятых» на туловище и морде животного, поза лошадки, вставшей «на дыбы».

Консервация и реставрация блоков-конгломератов, содержимое которых представляет собой определенный комплекс, осуществляется без их разбора. Покажем процесс консервации на примере конского седла, извлеченного из раскопа вместе с останками лошади, на которой оно находилось (рис. 10: 1).

В комплексе определяются следующие части седельного набора (далее - седло): покрышка с нашитыми аппликациями, подушка, дужки, украшения. Соответственно, конгломерат образован материалами вышеперечисленных предметов (ткань, войлок, растительная набивка подушки, дерево, иногда с остатками металла), останками лошади (конские шкура и кости), всевозможными продуктами

разложения и грунтом. В отдельных местах сформировалось новообразование из продуктов распада/разложения биологического объекта - тлен в виде корки черного цвета. Деструк-тированные органические материалы утратили все свои первоначальные качества. Прежде всего выполнено рентгенологическое исследование, которое показало наличие костных останков лошади и деревянных украшений на обратной стороне седла (рис. 10: 2, 3).

Идентификация материалов проводилась уже после первичной расчистки. Анализ войлока, выполненный старшим научным сотрудником Государственного Эрмитажа Е.А. Мико-лайчук, показал, что исходным материалом для его изготовления послужила шерсть овцы, содержащая остевые и пуховые волосы. Отмечена очень высокая степень деградации волокон: потеря механической прочности, повреждения в виде трещин, разломов, обломов, выщерблин, утрата естественной формы и частично морфологических признаков. Текстиль седельной подушки атрибутирован д.и.н. Т.Н. Глушковой как шерстяная равносторонняя саржа. Белый металл, находящийся на ткани, исследованный в лаборатории Ратгена (г. Берлин), является оловом и, видимо, представляет собой следы плакировки деревянных украшений.

Целью консервационных мероприятий было предотвращение дальнейшей деструкции органических материалов седла, их стабилизация для хранения в обычных музейных условиях без создания искусственного микроклимата. Консервация комплекса-конгломерата исключает возможность индивидуальной работы с каждым материалом. Определен следующий

подход, аналогичный консервации «мокрого» археологического дерева (Ахметкалиев, Алтынбеков, 2010, 2012) - стабилизировать блоки во влажном состоянии, сочетая пропитку с постепенной сушкой, а потом уже решать, что оставить и что удалить, какие слои разделить и какие оставить «спекшимися». Первоначально были отделены только деревянные дужки. Проведена механическая расчистка от поверхностных загрязнений. Промывка моющим раствором выявила не видные ранее аппликации (рис. 11: 1). Седельное покрытие содержит зооморфный декор, зеркально повторяющийся на каждой стороне. Центральную часть композиции занимает сцена терзания тигрогрифо-ном копытного животного, возможно, оленя. По краю седла, с обеих сторон, показаны по пять синкретических персонажей, крылатых, рогатых, хвостатых, шествующих навстречу друг другу. Край покрышки отделан двухцветным шнуром, скрученным из ниток красного и белого цветов.

После антисептирования в течение двух месяцев продолжалась пропитка раствором полиэтиленгликоля ПЭГ-400 в этаноле по методу нарастающих концентраций. Систематически наносилась жирующая эмульсия (Карпее-ва, 2000), так как войлок и шерстяная ткань, подобно коже и меху, приобрели в процессе археологизации обезжиренное состояние. Все применяемые составы содержали тимол в качестве антисептика. Результаты обработки контролировались микробиологическими анализами, выполняемыми методом посева на питательную среду. После пропитки получена стерильно чистая поверхность, где ранее моментально появлялась плесень в случае

нарушения режима хранения (например, при отключении электроэнергии или поломке холодильника).

По достижении стабильного состояния лицевой стороны она была покрыта пищевой пленкой, установлены ограничивающие бортики, образовавшийся объем заполнен гипсовым раствором. Таким образом получился кожух, надежно предохраняющий поверхность от механических повреждений, что дало возможность перевернуть седло на тыльную сторону для проведения ее обработки (рис. 11: 2). Значительная толщина комплекса, разнородность составляющих его слоев препятствовали полной пропитке (а значит, и дезинфекции), поэтому здесь даже визуально определялось наличие биоразрушителей, подтвержденное микроскопическим и микробиологическим исследованиями (рис. 12).

На обратной стороне седла находились конские ребра и шкура, в которых остались деревянные украшения, хорошо различаемые на рентгеновском снимке (рис. 10: 2, 3). Проведено частичное разделение конгломерата с удалением останков лошади, так как перед нами не ставилась задача сохранения биологического объекта. Консервационная обработка обратной стороны аналогична обработке лицевой стороны.

С обратной стороны седло смонтировано на жесткую основу из заливочного пенопласта, повторяющую его форму и сохраняющую возможность выполнить размонтировку. Седло снова перевернуто декором вверх, удален защитный гипсовый кожух, продолжены работы по лицевой стороне. На этом этапе основным процессом стала очистка войлока от загрязнений, вынесенных на поверхность в процессе

Рис. 5. Подвеска к покрытию седла - войлочная рыба: 1 - ком войлока, извлеченный из блока; 2 - подвеска после развертывания и реставрации; 3 -деталь подвески.

Рис. 6. Реконструкция текстильного изделия по аналогу из Второго Пазырыкского кургана: 1- 4 - фрагменты войлока.

Рис. 8. Реконструкция текстильного изделия по аналогу из Второго Пазырыкского кургана: 1 - конский головной убор из Второго Пазырыкского кургана (Руденко, 1953, табл. LXXП, 5; с. 223, рис. 137); 2 - реконструкция конского головного убора.

Рис. 9. Вышивка в виде крылатого коня.

Рис. 10. Консервация и реставрация седла: 1 - вид блока с седлом до реставрации; 2 - рентгеновские снимки седла.

Рис. 11. Консервация и реставрация седла: 1 - консервация лицевой стороны седла;

2 - обратная сторона седла.

Рис. 12. Обследование обратной стороны седла: 1 - микроскопическое исследование; 2, 3 - результаты микроскопического исследования на экране компьютера.

Рис. 13. Реставрация седла: 1 - вид лицевой стороны седла после консервации и полного высыхания; 2, 3 - процесс очистки войлока; 4, 5 - фрагмент седла до и после очистки; 6 - седло после реставрации.

Рис. 14. Упаковка седельного набора для транспортировки: 1 - седло; 2 - деревянные детали.

пропитки. Использован метод сухой механической очистки под лупой (рис. 13: 1-5).

Решено не разделять покрытие и седельную подушку, хотя понятно, что это разные предметы и разные материалы. От первоначальной толщины войлочной покрышки, которая могла составлять 1,5-3 мм (Полось-мак, Баркова, 2005, с. 109-119), сохранился слой толщиной в доли миллиметра, а местами войлок совсем утрачен. Поскольку художественную ценность представляет декорированное покрытие, лучше сохранить его лежащим на основании - седельной подушке, фрагмент которой имеется в открытом виде.

Расчищенное седло дополнено деревянными деталями, обработанными

в других условиях. Извлеченные из биомассы тыльной стороны украшения конского снаряжения размещены на лицевой стороне. Это растительный орнамент, плакированный золотой фольгой, и 9 рифленых подвесок. Возвращены на место деревянные седельные дужки (рис. 13: 6).

Для сохранности седла при транспортировке изготовлена специальная упаковка, предохраняющая его от механических воздействий и биопоражений. Под крышкой ящика находится прокладка из заливочного пенопласта, точно повторяющая форму поверхности экспоната и плотно прилегающая к ней (рис. 14: 1). Деревянные детали, не прикрепленные к седлу, упакованы отдельно и устанавливаются согласно прилагаемой схеме (рис. 14: 2).

ЛИТЕРАТУРА

1. Алтынбеков К. Возрожденные сокровища Казахстана: опыт научной реставрации. - Алматы: Остров Крым, 2014. - 360 с.

2. Ахметкалиев Р.Б., Алтынбеков К. Диагностика процесса пропитки деградированной древесины // Поиск. - 2010. - № 4. - С. 20-24.

3. Ахметкалиев Р.Б., Алтынбеков К. Инновационный патент РК №25464 «Способ пропитки древесины» // Бюлллетень изобретений РК. - 2012. - № 1.

4. Карпеева Е.В. Реставрация и консервация меховой и кожаной одежды // Феномен алтайских мумий. - Новосибирск: Изд. ИАЭ СО РАН, 2000. - С. 278-282.

5. Килуновская М.Е. Закономерности "разграблений" курганов скифского времени в Туве // Тр. IV ВАС в Казани. Т.2 - Казань: Отечество, 2014. - С. 110-112.

6. Молодин В.И. Методика археологических исследований памятников с мерзлотой // Феномен алтайских мумий. - Новосибирск: Изд. ИАЭ СО РАН, 2000. -С. 50-56.

7. Молодин В.И., Парцингер Г., Цэвээндорж Д. Замерзшие погребальные комплексы пазырыкской культуры на южных склонах Сайлюгема (Монгольский Алтай). - М.: ИД Триумф принт, 2012. - 565 с.

8. Мороз М.В., Шумакова Е.В. Реставрация тканей и войлоков // Феномен алтайских мумий. - Новосибирск: Изд. ИАЭ СО РАН, 2000. - С. 270-277.

9. Орфинская О. В. Опыт исследования и реконструкций изделий из археологического текстиля // Интеграция археологических и этнографических исследований. -Ч. 1. - Казань: Институт истории им. Ш. Марджани АН РТ, 2010. - С. 369-372.

10. Очир-ГоряеваМ.А. Постпогребальные обряды кочевников степей Евразии в скифскую эпоху // Тр IV ВАС в Казани. Т. 2 - Казань: Отечество, 2014. - С. 141-143.

11. Полосьмак Н.В., Баркова Л.Л. Костюм и текстиль пазырыкцев Алтая (IV-III вв. до н.э.). - Новосибирск: ИНФОЛИО, 2005. - 232 с.

12. Руденко С.И. Культура населения Горного Алтая в скифское время. - М., Л.: АН СССР, 1953. - 401 с.

13. Самашев З. Берел. - Алматы: ИД "Таймас", 2011. - 236 с.

14. Синицына Н.П. Методика первичной обработки и консервации археологического текстиля и кожи в лабораторных условиях // Некрополь русских великих княгинь и цариц в Вознесенском монастыре Московского Кремля. - Т. 1. - М.: Государственный историко-культурный музей-заповедник «Московский Кремль», 2009. - С. 72-79.

Информация об авторе:

Алтынбекова Дана Кырымовна, художник-реставратор, научно-реставрационная лаборатория "Остров Крым" (г. Алматы, Республика Казахстан); danatengri@gmail.com

CONSERVATION AND RESTORATION OF ARCHAEOLOGICAL TEXTILES FROM THE DISTURBED ALTAI BURIAL MOUNDS OF THE EARLY IRON AGE

D.K. Altynbekovа

The article deals with the experience of scientific-restoration laboratory "Ostrov Krym" of the conservation and restoration of archaeological textiles from disturbed mounds of the IV-III centuries BC, located in the Kazakh Altai. The specialists of the laboratory participate in field works, carrying out the extraction of large blocks/monoliths with findings, using methods of forming blocks developed in practice.

Two methods are considered aimed on conservation of textiles recovered from excavation blocks, depending on their content. The first method is a sequential splitting of the block into its components with random set of fragments of organic material. The process of stratification of the conglomerate as well as the stabilization of the separated fragments and their identification is described. During the reconstruction of the textiles the well-preserved analogs of synchronous Altai burial mounds located on the territory of Russia and Mongolia have been used. Examples of reconstruction the pieces of felt are represented. The second method consists in preservation of the blocks without dissection. It is applied in case of their content has been considered as specific independent complex. The process of conservation is shown by the case-study of the fifth set, extracted from the excavation with the remains of the horse in the wet state. Conservation of dissimilar materials (fabric, felt, vegetable stuffing pillows, a tree with the metallic remains) in the form of conglomerate has been carried out similarly to the conservation of wet archaeological wood. The block stabilization has been made in the wet state with a gradual replacement of the soil solution by consolidator.

Key words: conservation, restoration, reconstruction, archaeological textiles, disturbed burial mounds, the Pazyryk culture, blocks-conglomerates.

REFERENCES

1. Altynbekov K. Vozrozhdennye sokrovishcha Kazakhstana: opyt nauchnoy restavratsii [Revived treasures of Kazakhstan: experience of scientific restoration]. Almaty: Ostrov Krym Publ., 2014, 360 p.

2. Akhmetkaliev R.B., Altynbekov K. Diagnostika protsessa propitki degradirovannoy drevesiny [Diagnosis of the treatment process of the degraded wood]. In: Poisk [Search], 2010, no. 4, pp. 20-24.

3. Akhmetkaliev R.B., Altynbekov K. Innovatsionnyy patent RK №»25464 «Sposob propitki drevesiny» [Innovative patent RK №25464 "Method for the impregnation of wood"]. In: Byullleten'izobreteniy RK [Bulletin of inventions RK], 2012, no. 1.

4. Karpeeva E.V. Restavratsiya i konservatsiya mekhovoy i kozhanoy odezhdy [Restoration and conservation of fur and leather clothing]. In: Fenomen altayskikh mumiy [The Phenomenon of Altai mummies]. Novosibirsk: IAE SO RAN Publ., 2000, pp. 278-282.

5. Kilunovskaya M.E. Zakonomernosti "razgrableniy" kurganov skifskogo vremeni v Tuve [Regularity of "plunder" burial mounds of Scythian time in Tuva]. In: Trudy II (XVIII) VAS v Kazani. T.2 [Proceedings of the IV all-Russian Archaeological Congress at Kazan: Vol. 2]. Kazan: Otechestvo Publ., 2014, pp. 110-112.

6. Molodin V.I. Metodika arkheologicheskikh issledovaniy pamyatnikov s merzlotoy [Methodology of archaeological investigations of the sites with permafrost]. In: Fenomen altayskikh mumiy [The Phenomenon of Altai mummies]. Novosibirsk: IAE SO RAN Publ., 2000, pp. 50-56.

7. Molodin V.I., Partsinger G., Tseveendorzh D. Zamerzshie pogrebal'nye kompleksy pazyrykskoy kul'tury na yuzhnykh sklonakh Saylyugema (Mongol'skiy Altay) [Frozen funerary complexes of the Pazyryk culture on the southern slopes of Sailyugem (Mongolian Altai)]. Moscow: Triumf Print, 2012, 565 p.

8. Moroz M.V., Shumakova E.V. Restavratsiya tkaney i voylokov [Restoration of fabrics and felts]. In: Fenomen altayskikh mumiy [The Phenomenon of Altai mummies]. Novosibirsk: IAE SO RAN Publ., 2000, pp. 270-277.

9. Orfinskaya O.V. Opyt issledovaniya i rekonstruktsiy izdeliy iz arkheologicheskogo tekstilya [Experience of studies and reconstructions of products from archaeological textiles]. In: Integratsiya arkheologicheskikh i etnograficheskikh issledovaniy [Integration of archaeological and ethnographic researches]. Kazan: Institute of history named after Sh. Mardzhani AN RT Publ., 2010, part 1, pp. 369-372.

10. Ochir-Goryaeva M.A. Postpogrebal'nye obryady kochevnikov stepey Evrazii v skifskuyu epokhu [Post-burial rites of the nomads of Eurasian steppes in the Scythian epoch]. In: Trudy II (XVIII) VAS v Kazani. T.2 [Proceedings of the IV all-Russian archaeological Congress at Kazan: Vol. 2]. Kazan: Otechestvo Publ., 2014, pp. 141-143.

11. Polos'mak N.V., Barkova L.L. Kostyum i tekstil' pazyryktsev Altaya (IV-III vv. do n.e.) [Costume and textiles of the Pazyryks of Altai (IV-III centuries BC)]. Novosibirsk: INFOLIO Publ., 2005, 232 p.

12. Rudenko S.I. Kul'tura naseleniya Gornogo Altaya v skifskoe vremya [The culture of inhabitants of the Mountain Altai during the Scythian time]. Moscow, Leningrad: AN SSSR Publ., 1953, 401 p.

13. Samashev Z. Berel [The Berel]. Almaty: ID "Taymas" Publ., 2011, 236 p.

14. Sinitsyna N.P. Metodika pervichnoy obrabotki i konservatsii arkheologicheskogo tekstilya i kozhi v laboratornykh usloviyakh [Methodology of primary processing and preservation of archaeological textiles and leather in laboratory conditions]. In: Nekropol' russkikh velikikh knyagin' i tsarits v Voznesenskom monastyre Moskovskogo Kremlya [The Necropolis of Russian Grand duchesses and Queens in Ascension monastery in the Moscow Kreml]. Moscow: Moskovskiy Kreml' State Historical and Cultural MuseumReserve Publ., 2009, vol. 1, pp. 72-79.

Information about the author:

Altynbekova Dana Kyrymovna, artist-restorer, scientific-restoration laboratory the "Ostrov Krym" (Almaty, Kazakhstan); danatengri@gmail.com