2013. 04. 041. Проблема инокультурной ювенальной юстиции в современной России / Сулакшин С. С. , Деева М. В. , Бачурина Д. В. И др. ; центр Пробл. Анализа и гос. -управленч. Проектирования. – М. : науч. Эксперт, 2012. – 143 с. – библиогр. : С. 135–143

ке» (П.Б. Панфилов); «Содержание некоторых понятий в судебно-технической экспертизе документов и их криминалистическая оценка» (М.В. Торопова); «Типичные следы при убийстве с исполнением религиозного обряда, отражающие механизм преступления» (Н.А. Петрова); «Доказывание причинной связи между ненадлежащим оказанием медицинской помощи и наступившими последствиями» (А.Н. Иванов, В.Г. Иванова); «Новые технологии фиксации и анализа фотографической информации на предварительном и судебном следствии» (А.В. Холопов) и др.

Е.В. Алферова

2013.04.041. ПРОБЛЕМА ИНОКУЛЬТУРНОЙ ЮВЕНАЛЬНОЙ ЮСТИЦИИ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ / Сулакшин С.С., Дее-ва М.В., Бачурина Д.В. и др.; Центр пробл. анализа и гос.-управленч. проектирования. - М.: Науч. эксперт, 2012. - 143 с. -Библиогр.: с. 135-143.

В монографии исследуются правовое содержание «ювеналь-ной юстиции», практика ее применения в западных странах, исторический опыт ювенальной юстиции и профилактики подростковой преступности в России.

Во введении подчеркивается, что развитие ювенальной юстиции как правовой основы социальной политики в отношении несовершеннолетних является предметом особого внимания законодательных, исполнительных и судебных органов, органов местного самоуправления и различных институтов гражданского общества в России. Одновременно это одна из самых резонансных проблем, которая расколола российское общество на два непримиримых лагеря. Вместе с тем даже само понятие «ювенальная юстиция» не имеет устоявшегося определения и устойчивого общего понимания. Если сторонники введения ювенальной юстиции в России акцентируют внимание на несовершенстве системы реабилитации малолетних жертв преступлений и защиты юных преступников, то ее противники обеспокоены изъятием детей из семей и разрушением самого института семьи. В научном и информационном пространстве фигурируют термины «ювенальная система» и «ювенальные технологии», «классическая ювенальная юстиция» и «неоклассическая ювенальная юстиция». В научной и общественной дискуссии о ювенальной юстиции речь идет о некотором проблемном поле -

поле государственного управления, общественной активности, которая именуется в целом как «национальная система защиты прав и интересов несовершеннолетних».

В первой главе подробно рассматривается понятие ювеналь-ной юстиции. В узком (классическом) смысле под ювенальной юстицией понимают совокупность законодательно установленных процедур и методов исправления, применяемых государственными органами в отношении несовершеннолетнего лица, совершившего правонарушение. При этом в данном значении к ювенальной юстиции не относятся правоотношения, связанные с защитой прав несовершеннолетних в семейных отношениях, в сфере образования, медицины и т.д. Ювенальная юстиция в узком смысле также именуется уголовной ювенальной юстицией. В научно-экспертной среде достаточно популярной является точка зрения, что любой отличный от «взрослого правосудия» порядок судопроизводства в отношении несовершеннолетних является ювенальной юстицией. То есть, если возраст является своего рода «смягчающим» обстоятельством в рассмотрении дела о правонарушении, то имеет место ювенальная юстиция.

В западных странах существуют различные модели уголовной ювенальной юстиции как социально-правового явления, выделенные по идеологически-целевому признаку: карательная, реабилитационная и восстановительная. На первоначальном этапе в отношении несовершеннолетних применялась карательная модель ювенальной юстиции. В 50-80-е годы прошлого века ее сменила реабилитационная модель, ставящая в центр внимания несовершеннолетнего и его интересы и существенно ограничивающая применение уголовно-правовых мер воздействия на несовершеннолетнего. С конца ХХ в. большинство государств предпринимают попытки найти нечто среднее между карательной и чрезмерно мягкой реабилитационной моделью, оказавшейся неэффективной. Этим обусловлена попытка внедрения восстановительной модели правосудия в ювенальную юстицию, усилившей карательные тенденции.

Уголовная ювенальная юстиция (т.е. ювенальная юстиция в узком смысле) - это сложившаяся именно на Западе (инокультур-ная) модель правосудия в отношении несовершеннолетних, представляющая собой специализированную область судебной системы

и особый порядок судопроизводства в отношении несовершеннолетних. Поставив во главу угла благополучие и интересы ребенка, эта модель породила целый комплекс несудебных, даже неюридических органов, которые призваны ее обслуживать (в частности, органы опеки и попечительства для обеспечения интересов ребенка в семье). Эти органы, изначально имевшие вспомогательные функции, постепенно стали доминирующими, что позволяет говорить о ювенальной юстиции и в широком смысле. В широком смысле под ювенальной юстицией (иногда именуемой за рубежом «ювеналь-ным правом», а в России - «ювенальной системой») понимается опять же сложившаяся на Западе (инокультурная) совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения с участием несовершеннолетних, направленных на обеспечение их прав и интересов. Таким образом, в широком смысле в ювенальную юстицию включаются любые правоотношения, одним из субъектов которых является несовершеннолетнее лицо, за исключением участия несовершеннолетних в гражданско-правовых сделках и предпринимательской деятельности.

Результатом развития норм ювенальной юстиции в западных странах стали принятые во второй половине ХХ в. международные правовые акты, которые закрепили на международном уровне основные принципы ювенальной юстиции и остаются стабильными в отличие от постоянно меняющихся законодательств отдельных стран.

Далее анализируется уголовная ювенальная юстиция в таких странах, как США, Канада, Великобритания, Франция, Германия, Скандинавские страны. Делается вывод о том, что ювенальная юстиция даже в западных странах, для которых она органична, не решает проблем с преступностью несовершеннолетних. Напротив, во всех указанных странах она вызывает рост преступности несовершеннолетних, а к ее снижению приводит только усиление карательных тенденций.

Вместе с тем защита прав несовершеннолетних в западных странах (ювенальная юстиция в широком смысле) имеет более единообразное регулирование, чем уголовная ювенальная юстиция. Для стран англосаксонской правовой системы характерны высокая степень вмешательства государства в дела семьи по многочисленным основаниям, широкое распространение фостерных семей

(профессиональные семьи, с которыми государство заключает контракт на воспитание детей). В США более последовательно внедряется принцип «родители постоянно должны доказывать государству, что они достойны воспитывать детей». Объем полномочий социального работника совпадает с предоставленным сотрудникам полиции. В Великобритании действует схожая с США модель защиты прав детей в семейных правоотношениях: кроме лишения родительских прав существует понятие дисквалификации родителя -лишение права общаться с ребенком на установленный судом срок (до трех месяцев). На этот период ребенок помещается в фостер-ную семью или приют. Во Франции, в отличие от США, существенно шире права родителей. Например, ребенок не вправе без разрешения родителей покидать жилище даже в дневное время. В США подобные ограничения будут являться основанием для начала расследования в отношении родителей. В Германии расследованием нарушений прав ребенка занимаются социальные органы, привлечение полиции возможно только при наличии состава преступления. При этом социальные органы выносят родителям предупреждение даже за повышение голоса на ребенка. В законодательстве Швеции прямо провозглашены такие принципы семейных отношений, как отсутствие приоритета родителей перед детьми, наличие у родителей права только имущественных требований к ребенку, прямой запрет на любой физический контакт с ребенком против его воли и др.

Права и обязанности в треугольнике «дети - родители - государство» различаются по странам и зависят от традиций, реальной обстановки с девиантностью и криминогенностью конкретного общества. Другой важный вывод, который делают авторы, касается того, что национальная правоохранительная система в своем сегменте работы с несовершеннолетними детьми является уникальной в случае каждой страны. Эта работа адаптируется под традиции, конкретику национального культурного и психологического типов. Поэтому механическое перенесение на российскую практику опыта других стран, зачастую ценностно противоположного цивилизаци-онного кода, неизбежно вызовет побочные негативные эффекты. Вместе с тем общие идеи, принципы и механизмы (после их фильтрации и адаптации к российским условиям) представляют собой ценный опыт для изучения и использования при построении

собственной российской модели. На основе анализа российского опыта защиты детей авторы приходят к заключению, что построение эффективной системы в России вполне возможно и без внедрения ювенальной юстиции в ее западной интерпретации. Более того, внедрять в России модель ювенальной юстиции, которая фактически зарекомендовала себя с негативной стороны, крайне опасно. Польза вывода несовершеннолетнего из-под ответственности за свои поступки приведет к усугублению ситуации с детской преступностью.

Вторая глава посвящена ювенальной юстиции в современной России. Показано, что в России пока еще нет единой самостоятельной системы ювенальной юстиции, однако происходит фактическое внедрение элементов западной ювенальной юстиции. Приводятся следующие хронологические факты:

- 1995 г. - впервые в России введен в правовой оборот термин «ювенальная юстиция» в документе «Основные направления государственной социальной политики по улучшению положения детей в Российской Федерации до 2000 г. (Национальный план действий в интересах детей)», утвержденном Указом Президента РФ от 14 сентября 1995 г. № 942;

- 1998 г. - в России началось становление института уполномоченных по правам ребенка. В рамках проекта Детского фонда ООН и Министерства труда и социального развития РФ введены должности уполномоченных по правам ребенка в Волгоградской, Калужской, Новгородской областях и в городах С.-Петербурге и Екатеринбурге;

- 2005 г. - между детскими омбудсменами подписано соглашение о взаимном сотрудничестве в интересах детей и создана Ассоциация уполномоченных по правам ребенка;

- 2009 г. - подписан Указ «Об уполномоченном при Президенте РФ по правам ребенка»; региональные уполномоченные по правам ребенка появились практически во всех субъектах Федерации;

- 2011 г. - применение элементов ювенальных технологий в работе судов общей юрисдикции.

В третьей главе монографии анализируются риски, угрозы и последствия введения ювенальной юстиции в России.

А.В. Четвернина