«Независимая экспертиза — это основа создания успешной бизнес-модели»

Многие представители бизнеса воспринимают банки лишь как источник финансирования для развития своих компаний. Однако подобное представление о роли банков безнадежно устарело, уверен председатель Юго-Западного банка Сбербанка России Евгений Титов. В интервью „Ъ“ он рассказал о том, какие возможности банки на сегодняшний день могут предложить бизнесу помимо кредитов, почему Сбербанк поддерживает IT-стартапы и каким образом качественная проектная экспертиза помогает в реализации стратегий развития регионов.

— Когда речь заходит о выборе банка, любого предпринимателя интересуют прежде всего стоимость заемных ресурсов и условия кредитования. На ваш взгляд, сегодня этого уже недостаточно?

— В сознании многих предпринимателей первый шаг к реализации любых бизнес-идей — это получение кредита в банке. Обычно предприниматель идет в банк с наиболее приемлемыми для него условиями, зачастую даже не имея внятной бизнес-модели, берет средства под залог, как правило, личного имущества, и на свой страх и риск запускает проект. И это не плохо и не хорошо. Это просто реалии нашего времени, нашего, возможно, еще очень молодого бизнеса.

Немногие понимают, что взаимодействие с банком можно строить совершенно по-другому. И обращаться в банк не только за заемными средствами, а прежде всего за знаниями, четким анализом бизнес-проекта, квалифицированной экспертизой бизнес-модели. Другими словами, начать строить свой бизнес не по наитию, не как придется, рискуя потерять вложенный капитал, а опираясь на совершенно четкие и понятные критерии успеха в той или иной отрасли.

— У современных банков уже появились подобные знания?

— Мы можем взять для примера Юго-Западный банк Сбербанка России. Объем нашего кредитного портфеля по корпоративному бизнесу сейчас превышает сумму более 500 млрд руб. В целом по России кредитный портфель Сбербанка по инвестиционному и проектному финансированию составляет 3,3 трлн руб. Это почти треть всех кредитов, выданных юридическим лицам. При поддержке Сбербанка реализуется более 10 тыс. инвестпроектов.

Можно легко представить, какой колоссальный опыт наши специалисты накопили в анализе бизнес-моделей и оценке эффективности проектной деятельности в совершенно различных областях экономики. Сюда же можно прибавить весомый штат аналитиков высокой квалификации, а также внедрение новых принципов работы на основе big data.

В настоящее время банк располагает отраслевыми стратегиями во всех ключевых сферах экономики — начиная от сельского хозяйства и заканчивая нефтегазовой промышленностью. Эффективное использование таких стратегий — залог успешности бизнес-модели в любой из представленных отраслей. Мы также руководствуемся информационной базой клиентских историй по всей группе ПАО «Сбербанк». Это позволяет обеспечивать преемственность знаний, повышать качество и скорость проводимой экспертизы.

Соответственно, когда в наш банк приходит клиент и говорит о том, что он хочет реализовать свою бизнес-идею, мы можем оценить его проект по определенным риск-метрикам и выдать готовое заключение — «летающая» это бизнес-модель или нет, будет она успешной или предприниматель просто потеряет вложенные средства.

В своей практике мы часто сталкиваемся со случаями, когда бизнесмен планирует заняться каким-то направлением, не представляя в полной степени всей сложности технологических процессов и уже в самом начале допуская ошибки. Воспользовавшись проектной экспертизой банка, он может свести к минимуму возможные потери. На мой взгляд, знания, которые мы можем конвертировать в квалифицированную экспертизу бизнес-моделей,— одна из самых больших ценностей, которая есть в Сбербанке, и сегодня мы готовы делиться этими знаниями с предпринимательским сообществом. У нас созданы центры компетенций, в которые можно обратиться за экспертизой и получить четкие установки, каким образом сделать ту или иную бизнес-идею успешной.

— Другими словами, это своего рода консалтинг?

— Не совсем. Как чаще всего работают консалтинговые компании? В соответствии с техническим заданием заказчика они разрабатывают некую идеальную модель бизнеса, которая включает в себя мировое знание, мировой опыт. За счет этого они действительно в какой-то степени хеджируют риски и формируют определенную стратегию действий. Но для реализации любой стратегии необходима грамотная тактика, а консалтинговые компании зачастую не способны ее описать, просто потому что они недостаточно погружены в специфику конкретной деятельности, конкретной территории. Что касается банковской экспертизы бизнес-модели — это как раз предельно четкая инструкция, набор методик, как надо действовать, чтобы создать успешный бизнес. За счет глубокого понимания отраслевой специфики в том или ином регионе Сбербанк может в этом помочь, потому что мы проанализировали сотни, если не тысячи предприятий, прежде чем сформировали набор ключевых риск-метрик.

Об этом мы как раз говорили на прошедшей недавно в городе Ростове-на-Дону встрече ключевых клиентов с андеррайтерами банка в рамках нашего клуба «Стратегия и лидерство». Мы представили наш новый продукт — независимую экспертизу проектов, которая направлена на сокращение потерь и управление риск-доходностью. Подобные мероприятия мы также организуем в других городах присутствия Сбербанка.

— Каким образом предприниматели могут получить доступ к проектной экспертизе?

— Сейчас мы развиваем экспертизу бизнес-модели как самостоятельную услугу независимо от того, является ли конкретный предприниматель нашим клиентом или обслуживается в другом банке. Наша основная задача — дать возможность всему предпринимательскому сообществу использовать накопленные нами знания.

Подчеркну, что при этом Сбербанк не ставит себе задачу обязательно профинансировать каждый проект, экспертизу которого проводит, хотя, безусловно, мы не будем отказываться от возможности это сделать в случае, если проект окажется действительно интересным. Предприниматель, до мелочей проработав с нашей помощью свою бизнес-модель, убрав все «слабые места», может впоследствии обратиться в любой другой банк за кредитом, и это абсолютно нормальная история. Такая детальная проработка только повысит его шансы на получение заемного финансирования в любом финансовом учреждении.

— Тогда для чего это нужно Сбербанку?

— За последние годы произошли мощные технологические сдвиги, которые существенно поменяли бизнес-ландшафт практически во всех отраслях. Мог ли кто-нибудь представить себе еще лет десять назад, что такие компании, как Uber, Gett, Facebook, будут стоить миллиарды долларов и привлекать инвесторов только за счет своей бизнес-модели, основанной на big data? Сегодня такие примеры — вызов для многих компаний, в том числе и для банков. Если какой-нибудь банк думает, что он сможет и дальше существовать в том виде, в котором он есть сейчас, то это не так. Рано или поздно выстрелит какой-нибудь стартап, который предложит совершенно новый формат финансовых услуг, используя, к примеру, технологию блокчейн или какую-нибудь другую инновацию. Финансовый рынок может поменяться самым радикальным образом, и банки должны быть к этому готовы.

Что касается Сбербанка, то мы выбрали путь формирования «финансовой экосистемы». Эта идея предполагает встраивание в платформу банка различных партнеров, которые будут пользоваться открытыми данными. В среднесрочной перспективе небанковские услуги будут играть ключевую роль. Экосистема Сбербанка даст возможность создавать технологии и предоставлять услуги в совершенно иных отраслях: связанных с недвижимостью, телекоммуникациями, электронной коммерцией, образованием, здравоохранением, госуслугами, отдыхом и путешествиями, разработкой приложений, потребительским сектором. Экспертиза бизнес-модели — часть этой экосистемы, благодаря которой мы показываем клиентам, что у нас есть комплексный набор услуг и мы можем стать для них партнером по многим направлениям.

— Другие банки сейчас также запускают подобное, условно говоря, консалтинговое направление, помогая клиентам более грамотно формировать бизнес-стратегии. То есть уже намечается что-то вроде конкуренции в экспертизе?

— И это очень хорошо, ведь мы как раз и стремимся создать некий общий «стрим» на рынке, сформировать у предпринимателей привычку правильно входить в любой бизнес-проект, минимизировать риски, используя для этого опыт и знания банков. Чем больше наших коллег примут участие в этом процессе, тем лучше для рынка. Потому что у каждого банка есть свои преимущества.

Например, мы занимаем значимую долю рынка, наши отраслевые стратегии, наша экспертиза базируются на большой сумме данных, что автоматически делает ее весомой и авторитетной. Однако при этом мы крупный банк, у нас многие предложения стандартизированы. Возьмите, к примеру, наш относительно новый продукт для малого бизнеса — smart-кредитование, когда для получения кредита даже не нужно приходить в банк. Тогда как для некоторых клиентов, напротив, важны именно персонифицированные предложения. И он вправе выбирать между «фабрикой» предложений у нас и индивидуальным обслуживанием в другом банке.

— Могут ли начинающие предприниматели воспользоваться экспертизой бизнес-модели своего стартапа, ведь им, наверное, как никому другому, важна такая оценка?

— Зависит от того, что называть стартапом. Почему-то в сознании многих людей стартап — это, условно говоря, гараж Стива Джобса, где рождаются инновационные продукты. Но для Сбербанка это скорее некая предпринимательская идея, которая позволяет генерировать финансовый поток. В этом плане стартапом может быть в том числе смежное направление бизнеса, когда руководитель, к примеру, растениеводческого предприятия решает запустить проект в сфере животноводства.

Однако если говорить совсем о новичках, то наш банк может работать и с такой категорией предпринимателей. В следующем году на территории юга России мы реализуем совместный проект Сбербанка и Google — «Бизнес класс». Это бесплатная программа развития бизнеса для микро- и малых предпринимателей в реальном секторе экономики. В основе обучения — практические знания от успешных предпринимателей и бизнес-экспертов. Все это транслируется в виде емких видеоуроков, вебинаров и очного взаимодействия. В этом году программа уже была реализована в ряде российских регионов и показала хорошие результаты. В 2018 году запуск проекта планируется в Ростовской области, Адыгее, Краснодарском и Ставропольском краях.

Еще один пример: в Ростовской области мы недавно заключили соглашение с Южным IT-парком. Планируем создать реестр IT-стартапов и помочь им наладить взаимодействие с крупным бизнесом. Сейчас IT-стартапы как поставщики новых технологических продуктов и услуг находятся как бы сами по себе, бизнес мало что о них знает. В то же время среди наших клиентов есть множество крупных компаний, которые постоянно находятся в поиске свежих технологических решений. Мы взяли на себя задачу сформировать на базе Южного IT-парка площадку для обмена опытом и взаимодействия между разработчиками IT-решений и потребителями их услуг, то есть бизнесом, используя в том числе наш опыт экспертизы.

— Можно ли проводить корректную экспертизу бизнес-моделей в IT-сфере, ведь разработки могут быть достаточно революционными для рынка и при их оценке

нельзя будет опереться на существующий в отрасли опыт?

— Мы в данном случае будем оценивать не столько саму идею, сколько соответствие этой идеи запросам конкретного заказчика, конкретной компании. Главное при этом — сформировать благоприятную среду для взаимодействия стартаперов и крупного бизнеса. Пока Сбербанк это делает на базе Южного IT-парка в Ростовской области, и нас в этом поддерживает губернатор Василий Голубев. Но мы видим большой запрос на такую деятельность и в других регионах: Краснодарском крае, Ставрополье, Северном Кавказе.

— Кто будет финансировать наиболее удачные IT-стартапы?

— Если технологическая идея, которую разработал резидент IT-парка, сочетается с запросом конкретного заказчика, то в этом случае появляется понятная бизнес-модель, которую можно и нужно финансировать. Неважно, кто конкретно выступит финансовым партнером — Сбербанк, или какой-либо другой банк, или венчурный инвестор, который в этом заинтересован. Главное, что с нашей помощью получилось реализовать работающую бизнес-идею, состыковать поставщика услуги с заказчиком. К примеру, с 10 по 12 ноября Сбербанк проводит совместный хакатон с Южным IT-парком, на котором будут рассмотрены проекты реестра, а в конце года реализует инвестиционную сессию по формированию финального списка проектов для возможного дальнейшего финансирования.

Если говорить откровенно, создание такого реестра для нашего банка сейчас в большей степени социальная функция, которую никто, кроме нас, не выполнит. Потому что только у Сбербанка есть такое количество партнеров в разных субъектах РФ. Благодаря этому мы можем искать заказчика на конкретную разработку Южного IT-парка не только внутри региона, но и по всей России. Мы рассчитываем, что со временем в этом будут активно участвовать и венчурные инвесторы. Необходимо ориентироваться на Силиконовую долину, где создана великолепная инфраструктура по выводу инновационных бизнес-продуктов на мировой рынок. Там очень хорошо развита поддержка стартапов, и, как следствие, количество патентов, которые там регистрируются, просто зашкаливает. В России такая инфраструктура только формируется, и Сбербанк рассчитывает стать активным участником этого процесса.

— Вы пять лет возглавляли Дальневосточный территориальный банк «Сбербанка». Есть ли какие-то существенные различия в бизнес-климате, активности бизнеса между Югом и Дальним Востоком?

— Сравнивать сложно, потому что на Дальнем Востоке Сбербанк обслуживает около 5 млн человек, а на юге России — более 20 млн. Понятно, что инфраструктура внутреннего рынка здесь абсолютно иная и потенциал для развития бизнес-инфраструктуры на Юге и Северном Кавказе очень большой. Экономика Дальнего Востока прежде всего ориентирована на сотрудничество со странами Азиатско-Тихоокеанского бассейна: Китаем, Кореей, Японией. Также там накоплен хороший опыт по созданию территорий опережающего развития, которые привлекают инвестиции со всей России.

Возвращаясь к теме экспертизы, отмечу, что в период работы на Дальнем Востоке к нам в Сбербанк обращались главы регионов с приглашением принять участие в реализации стратегий развития регионов. Потому что Дальний Восток — это во многом территория вызовов, и для местных властей очень важно правильно распределять свои ресурсы по поддержке тех или иных инвестпроектов.

— На Юге продолжите такое сотрудничество?

— Мы уже достигли ряда договоренностей с главами регионов о том, чтобы специалисты Сбербанка принимали активное участие в реализации региональных стратегий развития. Потому что основная доля решений, которые приходится принимать руководителям субъектов, касается совершенно конкретных вопросов, будь то выделение участка земли под строительство завода, создание инфраструктуры под этот завод или предоставление субсидий и льгот инвестору, который занимается этим проектом. А когда речь идет о значимых инвестиционных проектах, всегда важно понимать, кто именно будет реализовывать конкретную бизнес-модель и каким опытом обладает предприниматель.

Именно в таких случаях знания и уровень экспертизы, которыми обладает банк, необходимы: даже если потенциальный инвестор пришел в регион со стороны, мы всегда можем запросить у наших коллег в других филиалах информацию об этом предпринимателе, его действующих бизнесах, финансовых потоках и т. д. Это даст возможность поддерживать только те проекты, которые действительно принесут пользу региону, а не превратятся в долгострой или проблемный объект, из-за того что у инвестора не хватило денег для того, чтобы выполнить свою часть обязательств.

Сейчас мы активно развиваем диалог с региональными правительствами и бизнесом, формируем условия и внедряем механизмы независимой экспертизы проектов. Банк обладает уникальным объемом знаний о рынке, мы приближаемся к значимой отметке по совокупному кредитному портфелю в 1 трлн руб. Это только начало большого пути, потому что юг России и Северный Кавказ обладают колоссальным потенциалом социально-экономического развития.