Наркомнац РСФСР: цели, задачи, структура

Е.К. МИНЕЕВА

НАРКОМНАЦ РСФСР: ЦЕЛИ, ЗАДАЧИ, СТРУКТУРА

На рубеже ХХ-ХХ1 вв. появились обобщающие труды, монографии и многочисленные статьи, написанные авторскими коллективами, в которых анализируются вопросы национальных отношений [1]. Освободившись от устоявшихся шаблонов, историки переосмысливают теорию наций, национальную политику Российского государства в прошлом и настоящем. В этой связи наиболее приоритетными направлениями стали: 1) национальная политика России до 1917 г., которая в советские времена рассматривалась априори как великодержавная, а значит, глубоко чуждая населявшим Российскую империю народам; 2) теоретические основы национальной политики советского государства и их практическое претворение в жизнь; 3) дальнейшая форма совместного существования российских народов и этносов.

В результате предположений и выводов, сделанных учёными уже в постсоветское время, особенно актуальным стал третий вопрос, имеющий и другую формулировку - возможность и потребность в России федерализма. В монографии М.Н. Губогло, опубликованной в 2000 г., опираясь на постсоветский опыт законотворчества, а также на итоги этносоциологических и этнопо-литологических исследований, проведённых Центром по изучению межнациональных отношений Института этнологии и антропологии РАН в последние десятилетия ХХ в., была предпринята одна из первых в отечественной науке попыток обстоятельно разобраться в возможных вариантах дальнейшего существования Российского государства [2]. В современных условиях в ходе дискуссии, поиска пути дальнейшей реорганизации российской государственности возникли разные точки зрения, начиная от губернизации страны (фактический переход к унитаризму или к федерации американского образца по территориально-экономическому принципу) до придания национальным республикам, входящим в состав РФ, суверенных конфедеративных прав. Однако прогнозирование будущего должно опираться на историческое прошлое, в первую очередь, своего народа.

Полиэтничность России складывалась на протяжении многих столетий и на территории, которая с глубокой древности закреплялась за теми или иными коренными народами. Опираясь на историческое прошлое России, выступая категорично против культурно-национальной автономии, В.И. Ленин пришёл к выводу о возможности построения в новом, социалистическом государстве федерации нового образца, создававшейся по признаку титульной нации, проживавшей на исторически сложившейся территории. Государственное устройство РСФСР строилось в форме различной по самостоятельности автономии. Культурно-национальная или экстерриториальная автономия в многонациональной России не способна была кардинально, принципиально по-новому решить вставший на повестке дня в 1917 г. национальный вопрос. Глубина предвидения Ленина заключается в том, что он осознал необходимость сочетания двух важных проблем во имя создания нового государства: федеративного устройства и национального вопроса. Право наций на самоопределение вплоть до образования собственного государства и федерация по национально-территориальному принципу в отличие от унитарной империи и великодержавного российского шовинизма были признаны абсолютным большинством этнонаций в качестве блага для народов России. В той исторической обста-

новке, в условиях подъёма национально-освободительного движения соединение указанных принципов государственного устройства и формы правления соответствовало национальным чувствам российских этносов.

Национальный вопрос стал неотъемлемой частью классовых интересов и программы большевиков. Не поддержав национально-освободительных устремлений нерусских народов Российской империи, большевики могли бы проиграть в борьбе с внутренними политическими силами и с мировым капитализмом. Но подобное государственное устройство неизбежно является источником особенно развитого внутри территориально-административных национальных образований этнонационализма, тормозящего консолидацию народов. Советская власть, с одной стороны, стремилась ограничить этнический национализм за счёт предоставления этносам широких прав вплоть до приобретения ими собственной автономии, с другой - порождала и развивала его. Предоставив этносам право на самоопределение, Советская Республика заложила и основу асимметрии современного российского федерализма - федерации, включающей как национальные, так и территориальные субъектные единицы. Однако умелое использование потребности этносов в создании той или иной формы самоуправления с целью развития собственной культуры спасло Республику Советов. Видимость самостоятельной политики в рамках своей автономии укрепила связь этнонаций с государством. Идеократия и национальная политика в первые годы советской власти, по сути, явились опорой, на которой держалось единственное в то время социалистическое государство. Но в ходе дальнейшей практической реализации советской национальной политики многие из ленинских принципов были нарушены.

Законодательным фундаментом национальной политики советского государства стали: «Декларация прав народов России», «Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока», «Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа», первая Конституция РСФСР, созданные на основе учения Ленина. «Декларация прав народов России», принятая 2 ноября 1917 г., в качестве программных требований провозгласила следующие ленинские принципы: 1) равенство и суверенность народов России; 2) их право на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства; 3) отмена всех и всяких национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений; 4) свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп [3]. Главным содержательным положением учения В.И. Ленина по национальному вопросу стало равноправное во всех его проявлениях развитие народов. Право наций на самоопределение вплоть до образования собственного государства логично вытекает из требования равенства наций. Впервые признанное официально, законодательным путём советской властью, оно получило дальнейшую жизнь в международном праве. В современной мировой правовой практике признаются не только естественные права человека, главным признаком которых является их неотчуждаемость, но и естественная его принадлежность к определённой нации или расе. При этом каждая нация имеет право на формирование суверенного государства.

Право наций на самоопределение в трактовке Ленина применительно к народам бывшей Российской империи не подразумевало обязательности отделения и образования собственного государства. Требуя предоставления нерусским народам равенства и права на самоопределение , Ленин был убеждён в том, что, получив долгожданную свободу выбора, коренные российские этносы не выйдут из состава государства, сохранив его целостность. Длительная история совместного общения, экономическая специализация и дав-

ние культурные связи, братская помощь со стороны русской нации должны были перевесить этнический национализм. Да и реальная возможность формирования автономии могла компенсировать притязания национальной интеллигенции на возрождение собственной этнонациональной культуры. Не следует забывать также о том, что право наций на самоопределение - не столько стратегический, сколько тактический лозунг национальной политики партии большевиков.

По Ленину, советскому государству не следовало опасаться раздробленности России. Учение о перманентности пролетарской революции неизбежно приводило большевиков к выявлению главного и второстепенного на определённом этапе построения коммунистического общества. В конечном счёте для них не было столь важным, где должна проходить государственная граница. Главным становились классовые интересы, а именно сохранение союза между трудящимися всех наций для борьбы с мировой и этнонациональной буржуазией. Для большевиков не являлось принципиальным, сколько суверенных народов войдёт в Россию. Федерация приспосабливалась не только для бывших российских этносов, но и для расширения её до вселенских масштабов. В первой советской Конституции прямо говорилось, что основной задачей РСФСР является «установление социалистической организации общества и победы социализма во всех странах» [4]. Конституция СССР 1924 г. объявляла образование Союза ССР «новым решительным шагом по пути объединения трудящихся всех стран в мировую социалистическую Советскую Республику» [5]. Таким образом, один из основных принципов национальной программы партии большевиков - право наций на самоопределение вплоть до образования собственного государства - рассматривался ими как временный. Развитие социалистического государства в конечном итоге должно было привести к слиянию наций, созданию единого безнационального общемирового коммунистического сообщества [6].

Для претворения в жизнь основных теоретических принципов национальной политики большевиков необходим был специальный орган, направляющий и координирующий деятельность всех учреждений советской власти, имеющих то или иное отношение к национальному вопросу. Таким органом стал созданный на II Всероссийском съезде советов Народный комиссариат по делам национальностей (Наркомнац, НКН). Изучение многогранной деятельности Наркомнаца, а также литературы, связанной с ней, обращает на себя внимание тот факт, что основная часть исследователей правомерно отмечает результативный характер данного органа государственной власти. В отечественной исторической литературе специально посвящённых Наркомна-цу работ немного. В первую очередь, к ним следует отнести монографии Е.И. Песикиной (1950 г.), Г.А. Нечипуренко (1979 г.), Г.П. Макаровой (1987 г.) и

В. Г. Чеботарёвой (2003 г.) [7]. Несмотря на различное время их выхода в свет, авторы единодушно признают большую позитивную деятельность комиссариата, проводившуюся им в 1917-1923 гг., т.е. в течение всего времени его существования. С распадом СССР усилилось внимание к национальной политике советского государства со стороны зарубежных исследователей, которые далеко неоднозначно оценивают работу Наркомнаца. К примеру, американский учёный С. Бланк в книге «Колдун как подмастерье: Сталин - комиссар национальностей. 1917-1924 гг.», опубликованной в 1994 г., рассматривает наркомат как колыбель, вырастившую диктатора [8]. По его мнению, нарком национальностей И.В. Джугашвили (Сталин) именно в лоне Наркомнаца проводит свой первый политический процесс против «врагов» советского народа.

В 1923 г. известный революционер, активный работник НКН Мирсаид Хайдар-галиевич Султан-Галиев был освобождён от всех занимаемых им должностей, позже арестован и расстрелян в 1940 г. [9]. События 1923 г. показывают, что будущие репрессии вышли из первых лет существования Республики Советов, а Наркомнац, возглавляемый Сталиным, использовался им и для укрепления своей личной власти.

Однако мы пойдём против истины, если сведём роль Наркомнаца лишь к послушному орудию в руках наркома. Даже редкое (не более 15-16 раз за все годы существования комиссариата) участие Сталина в заседаниях коллегий НКН свидетельствует против подобной узости и тенденциозности взгляда. Но и в случае отхода от чисто формальной позиции, памятуя о том, что нарком оставался руководителем данного органа власти и реально его действующим лицом, не следует так однобоко оценивать многогранную деятельность комиссариата. Архивные документы убедительно говорят об энергии, оживлённом восприятии событий и демократизме первых революционеров. Горячие дискуссии, стремление найти оптимальное решение, отстаивание своей собственной позиции характерны для первых лет работы наркомата. Возможное тогда несогласие с мнением другого проявлялось и в отношении к руководителю комиссариата, что наглядно подтверждает ситуация, возникшая в 1918 г. по поводу провозглашённой Наркомнацем в противоположность Идель-Уральским штатам Татаро-Башкирской Советской Республики (ТБСР). Выявив мнение этнических общностей Волго-Уральского региона, группа коммунистов, членов коллегии НКН, обратилась в ЦК партии, выступив против позиции И.В. Сталина, настаивавшего на созыве Учредительного съезда ТБСР вопреки мнению членов коллегии комиссариата. «Т. Сталин вообще в принципиальных вопросах никогда не считает нужным принимать во внимание мнение большинства коллегии. Но последний случай является слишком ярким, чтобы можно было пропустить его без протеста: дело идёт о пресловутой Татаро-Башкирской Республике» [10], - говорится в обращении к ЦК РКП (б). Вероятнее всего, сам Сталин начинал тяготиться возглавляемым им национальным комиссариатом, особенно в связи с укреплением своей власти в партии и государстве.

Наркомат национальностей Республики Советов - первый в истории России государственный орган, состоящий исключительно из представителей нерусских этносов. Нарком, видные деятели комиссариата С.М. Диманштейн,

С.С. Пестковский, В.С. Мицкевич-Капсукас и многие другие выполняли полномочия не только как государственные должностные лица, но и выступали в качестве носителей национальной культуры от лица своих, соответственно, грузинского, еврейского, польского, литовского и других этносов. С одной стороны, закономерным, а с другой - весьма предвзятым является факт отсутствия в Наркомнаце РСФСР среди представителей практически всех населявших бывшую Российскую империю народов выразителей интересов русской нации.

Закономерность видится в том, что политика угнетения царским самодержавием нерусских народов, включавшая в качестве неотъемлемого своего фактора их русификацию и христианизацию, была непосредственно связана с насильственным приобщением этносов к русской культуре. Опасаясь за своё существование, царское самодержавие проводило политику угнетения, подавления национальных движений и проявлений национального чувства народов России, используя русский этнос. И даже то обстоятельство, что сближение народов далеко не всегда имело отрицательные плоды, не могло скрыть большой неприязни этносов России к великороссам, с которыми ассоциировалось подавление «инородцев». Сам же русский народ, не испытывая

чувства национального превосходства, отличался врождённым интернационализмом. Неправомерно было бы закрывать глаза и на то, что русский народ явился центральным ядром, нацией, вокруг которой и формировалась в течение нескольких столетий Российская империя и которая составляла большую часть населения страны. Российское государство и русская национальность -не одно и то же. Самодержавный государственный аппарат Российской империи включал в себя представителей разных национальностей: русских, немцев, поляков, армян, грузин и т.д. Выходцы из нерусских народов, наряду с представителями русской нации, входили в состав стражей порядка и законности самодержавного режима. Бирон, Остерман, Аракчеев, Чарторыйский, Витте, Плеве, Лорис-Меликов и многие другие государственные лидеры царизма являли собой высокопоставленных чиновников нерусского происхождения.

Другое дело, становление и развитие единого централизованного государства имело свои особенности. В первую очередь, оно возникало как Московия, главным этническим элементом которой являлся русский народ. Именно он играл ведущую роль в процессе собирания земель вокруг Московского, затем Российского государства. Необходимость отстаивания государственных границ от внешних врагов, присоединение новых национально-территориальных районов, осваивание удалённой от центра периферии неизбежно было связано с русскими людьми. Тяготение к государственному единству, выполнение общегосударственных задач закономерно приводило к тому, что русский народ рассредоточивался из центральной России на всей её протяжённой территории, поэтому он никогда не отделял себя от других этносов. Россия, вбирая в себя новые языки и национальные культуры, синтезировала их с русским этносом, формируя единую общероссийскую нацию-государство, в которой в результате исторического прошлого, особенностей расселения, ассимилирования других этнических групп и меньшинств, русский народ занимал, несомненно, выделяющееся положение. Большие нации менее подвержены национализму, так как они изначально формируются в качестве многонациональных народов. Национализм державно-государственный (великодержавный) закономерно защищает интересы большего в стране, как правило, оформившегося народа. Следовательно, в отношении к Российской империи не случайно именно русский народ долгое время в отечественной литературе рассматривался как инициатор великодержавного шовинизма. Однако мы не имеем права забывать, что так же как и во всех других этнонациях, основные слои которых были угнетаемы, русские рабочие и крестьяне испытывали одинаковую с этими стратами степень тяжести социального гнёта. В той же мере, что и другие этносы, русские крестьяне несли все тяготы налоговой системы государства, а помещики всех без исключения национальностей пользовались привилегиями своего сословия. Поэтому совершенно справедливо В.И. Ленин писал о великодержавном шовинизме в первую очередь царского самодержавия, на основании которого естественным было требование равноправия и суверенитета всех национальностей России.

«Положение о Наркомнаце» определяет следующие задачи его деятельности: обеспечение мирного сожительства и братского сотрудничества всех национальностей РСФСР; содействие материальному и духовному развитию народов применительно к особенностям их быта, культуры и экономического состояния; наблюдение и проведение в жизнь национальной политики советской власти [11]. Как видим, задачи наркомата были настолько широки, что на первых порах понять, чем конкретно и каким образом ему следовало заниматься, становилось проблематичным не только для него самого, но и для

других государственных структур. Некоторые властные учреждения, особенно на местах, рассматривали Наркомнац в качестве ненужного, лишнего органа власти, не стремились выполнять его поручения, пытались освободиться от его постоянного надзора. Наркомнац и Совет Народных Комиссаров (Совнарком, СНК) настоятельно рекомендовали всем партийным и государственным органам всячески содействовать НКН. Тем не менее в июле 1919 г. со ссылкой на гражданскую войну Президиум Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета (ВЦИК) предпринял попытку ликвидировать Наркомнац. Только благодаря вмешательству ЦК РКП (б) и лично В.И. Ленина наркомат национальностей был сохранён [12].

С другой стороны, при недостаточной определённости функциональных полномочий комиссариата и многоэтничности бывшей Российской империи властность данного органа неизбежно росла. Да и последовательная повседневная работа самого Наркомнаца давала положительные с точки зрения отношения к нему результаты. Протоколы заседаний коллегии наркомата подтверждают данный факт. Так, на очередном заседании от 14 августа 1920 г. при заслушивании докладов членов коллегии НКН отмечено то, что «работа в Наркомнаце оживает», «его внешний авторитет значительно вырос», «теперь с ним считаются», «по всем вопросам национального характера ЦК РКП (б) и другие учреждения запрашивают Наркомнац и держат его в курсе дела» [13]. Накапливался и определённый опыт конкретной практической деятельности комиссариата. Поэтому вполне резонным стало появление в «Положении» о наркомате 1921 г. указаний для осуществления названных выше задач: разработка проектов мероприятий в области национальной политики и внесение их во ВЦИК и СНК; ограждение прав национальных меньшинств на всей территории РСФСР; ведение переговоров с представителями отдельных национальностей в пределах РСФСР; сбор и изучение материалов, относящихся к жизни национальностей и т.д. [14]. В 1921 г. НКН учредил Учёный совет по изучению народов, входивших в состав РСФСР.

Наркомнац имел свою структуру, утвержденную на первом заседании его коллегии - 15(2) февраля 1918 г. В присутствии четырнадцати человек, представлявших первые комиссариаты, в частности, по польским, литовским, еврейским, армянским и делам мусульман, под председательством наркома, наркомат определил структуру в составе коллегии, печатного органа, функциональных столов и национальных комиссариатов [15]. Первоначально коллегия включала представителей от всех национальных комиссариатов и отделов, что значительно усложняло её работу, если учесть регулярное возникновение всё новых национальных подразделений. Кроме того, принцип формирования высшего органа НКН отличался от всех других наркоматов, представители которых утверждались правительством - СНК РСФСР. Поэтому после неоднократных обсуждений в июле-сентябре 1918 г. на заседаниях своей коллегии, рассмотрения вопроса во ВЦИКе и СНК высший орган Наркомнаца учреждается в сравнительно постоянном количестве (варьировалось от семи до десяти человек) [16].

Архивные материалы передают дух того времени, вскрывая возникающие в новом государстве закономерности. К примеру, документы обращают внимание исследователя на бюрократию формирующегося государственного аппарата. Так, по поводу только одного вопроса Наркомнац направляет Ленину, Свердлову, в высшие инстанции большое количество бумаг, чтобы ускорить процесс принятия решения. В течение трёх месяцев государство занимается проблемой численного состава коллегии наркомата национальностей, что,

безусловно, тормозит его работу. Утверждение состава коллегии, комиссий внутри комиссариата, решений НКН через СНК, ВЦИК и ЦК РКП(б) не способствовали оперативному претворению в жизнь предоставленных ему полномочий. Наконец, источники подтверждают факт отсутствия в комиссариате как элементарного опыта работы в государственной службе, так и специалистов, профессиональных кадров, необходимых для разрешения многих принципиальной важности вопросов. Кадровая проблема была одной из сложнейших в Наркомнаце. Для работы в нём требовались представители отдельных народов, не только хорошо знавших язык, традиции, культуру своего этноса, но и грамотные, образованные, преданные делу пролетарской революции люди. Сочетавших все перечисленные характеристики национальных кадров, особенно среди народов, находившихся на низкой ступени политического, социально-экономического и культурного развития, в первые годы советской власти было крайне мало. Именно указанная проблема неоднократно поднималась на разных уровнях обсуждения национальными подразделениями комиссариата, в частности, его Чувашским, Марийским, Мордовским отделами и подотделами. Поэтому большую работу наркомат проводил по формированию кадров и укомплектованию ими своих штатов.

Реорганизации Наркомнаца за шесть лет его существования в связи с конкретной деятельностью комиссариата сформировали следующую структуру. Помимо коллегии, функциональных (агитации и пропаганды, статистики, издательского, информационного и др.) и национальных отделов наркомат включал в свой состав отдел национальных меньшинств (ОНМ), представительства автономных республик, областей и коммун, а также фактически большую коллегию НКН - Совет национальностей (Совнац). Совнац являлся органом, намечающим пути удовлетворения нужд и потребностей трудовых масс национальностей в целях их политического, хозяйственного и культурного развития, устанавливающим через свои представительства и нацотделы связь между всеми этносами РСФСР, обобщающим опыт применения национальной политики советской власти [17]. То есть Совет национальностей являлся органом, дающим общее руководство по принципиальным вопросам НКН, в состав которого вошли: нарком, замнаркома, члены коллегии - представители автономных республик и областей, заведующие нацотделами и отделом национальных меньшинств [18]. Малая коллегия превратилась в Президиум Совнаца [19].

Особенно важную роль для населения этносов играли их национальные отделы в центре и на местах. Одной из первых национальных единиц стал Комиссариат по мусульманским делам, само название которого говорило не столько об этнической, сколько о его религиозной принадлежности, что никак не согласовывалось с политикой советского государства. Опасаясь великой объединительной силы ислама, правительство Республики Советов в первый год своего существования пошло на признание религиозного по своей сути комиссариата. Однако Наркомнацу так и не удалось объединить татар и башкир. Даже общая вера не смогла скрыть их взаимного, сугубо национального недоверия друг к другу. К примеру, в большом письме к И.В. Сталину представитель башкирской этнонации Гали Ахмед Аитбаев, ссылаясь на слова географа Вольфа о «хвастливости и лживости, ленивости и неустойчивости в деле труда, о наживливости и барышничестве татар», просит образовать при наркомате национальностей Башкирский отдел независимо от центрального Мусульманского комиссариата [20]. Кроме того, выступая против Мулланура Вахитова, на основании собранных материалов и слов которого, по убежде-

нию революционера, и была объявлена ТБСР, Аитбаев выражает «от имени всего башкирского населения» солидарность созданию татарской автономии в пределах той территории, которая населена лишь татарским народом [21]. В качестве национальных подразделений Наркомнаца, представлявших свои этносы, действовали Вотский, Зырянский, Киргизский, Марийский, Пермский, Чувашский и другие отделы.

Реализация одной из главных задач комиссариата - создание национально-территориальной государственности народов - способствовала численному увеличению автономных единиц. К 1922 г. в составе РСФСР в общей сложности уже насчитывалось 21 автономное объединение [22]. По факту формирования государственности определённой этнонации её национальный отдел в структуре Наркомнаца автоматически аннулировался. Но, поскольку потребность дальнейшего процесса развития национальной автономии по-прежнему сохранялась, с учетом того, что до 1930-х годов советское государство принципиально придерживалось политики поддержки и коренизации народов, становится понятным, почему начинают образовываться представительства их автономий. Попытка сузить полномочия и ограничить власть Наркомнаца путём перевода представительств появлявшихся автономий в подчинение ВЦИ-Ка не увенчалась успехом. Апеллируя к параллелизму работы, противоречащему «принципу экономии и целесообразности использования трудовых сил», ВЦИК и СНК постановили передать представительства автономных республик, областей и трудовых коммун в ведение Наркомнаца при утверждении их персонального состава ВЦИК [23]. Представительства отстаивали интересы не всего проживающего на территории РСФСР определённого этноса, а лишь его национально-территориальной автономии. Потребности остальной части этнической общности выполняли органы на местах.

На заседании своей коллегии от 19 октября 1918 г. Наркомнац принял постановление об организации специальных отделов при губернских и уездных советах депутатов (совдепах) страны. Оно гласит о том, что в местностях, отличающихся различным национальным составом населения, при совдепах организовываются губернские и уездные отделы национальностей (отнацы), образующие при себе, в свою очередь, национальные секции [24]. Во главе губернских и уездных отнацев стояли заведующие, избираемые исполкомами и утверждаемые центральным комиссариатом национальностей, а секции возглавляли руководители, которые также выбирались исполнительными комитетами советов, но утверждались национальным отделом при Наркомнаце [25]. Отдел национальных меньшинств в качестве структурного звена Наркомнаца объединял и направлял деятельность губернских и уездных нацотделов, обслуживающих все национальные группы и этнические «меньшинства». В тех же случаях, когда подобных отделов и секций ввиду немногочисленности этноса в той или иной территориально-административной единице не существовало, НКН вводил в состав советов своих отдельных представителей. Следовательно, наркомат национальностей РСФСР создал единую налаженную и реально действующую систему, практически помогающую развитию и корени-зации народов страны.

В первые годы Республики Советов именно Наркомнац РСФСР выполнял основную функцию по реализации национальной программы большевиков. Главным направлением деятельности наркомата стала подготовка этносов к приобретению ими национально-территориальной автономии. Потребность создания автономных единиц выводила комиссариат на конкретную работу по повышению политического, социально-экономического и культурного уровня развития,

как правило, слаборазвитых с точки зрения индекса человеческого показателя российских этносов. Собственно, укрепление советской власти во многом зависело от национального государственного органа, что накладывало на него большую ответственность. Через разветвлённую и подчинявшуюся центру структуру функциональных и территориальных отделов Наркомнац доводил политику советской власти до глубинных национальных районов страны. Наконец, в 1918-1920 гг. Наркомнац чрезвычайно активно, несмотря на военные события, вёл работу по реализации национальностями политического самоопределения, так как во время гражданской войны, особенно опасной для Советской России, необходимо было мобилизовать все силы для привлечения на свою сторону этносов. К 1922 г. работа по созданию государственности народов в основном была завершена.

Далеко не всё из намеченного удалось претворить в жизнь. Отсутствие специалистов, соответственно, опыта политического и экономического управления; создание государства принципиально нового, социалистического образца; сложная структура соподчинения партийно-государственного аппарата; огромные территориальные массивы и полиэтничность советской России приводили к непоследовательности и запутанности национально-государственного строительства. Наркомнацу приходилось лавировать между партийными интересами и пожеланиями этносов, точнее, их интеллигенции, у которой после революции значительно повысилось этническое самосознание. Невозможно было сразу ликвидировать и прежнее, существовавшее ранее в России, территориально-административное деление. Сложности в национальногосударственном строительстве первых лет советской власти были столь велики, что не всегда становилось возможным определение статуса возникавших новых образований, типа: трудовая коммуна, национальный уезд, народная советская республика. Татарская республика, созданная в 1920 г., часто именовалась без упоминания слова «автономная» - как Татарская социалистическая советская республика (ТССР). Некоторое время существовала Казанская республика, фактически совпадавшая с советом депутатов Казанской губернии, но стремившаяся повысить свою политическую значимость. Имело место и дублирование работы наркоматов, особенно проявлявшееся между Наркомнацем и Наркомпросом, что мешало государствообразовательным процессам. Да и внутри самого комиссариата национальностей существовало множество трудностей: в отношении кадров, создания автономных единиц, урегулирования территориальных границ и многого другого.

После образования в декабре 1922 г. СССР определилась иерархия национально-государственных единиц. Первую ступень по статусу занимали союзные республики; далее шли национальные (республики, области, трудовые коммуны, округа) и территориальные в составе края или области автономии. Права их были различными, а значит, и народы, проживавшие в них, получали неодинаковые возможности. Следовательно, ограничения и привилегии, отсутствие которых провозглашалось в первых декретах, декларациях и Конституциях советской власти в качестве основных требований по национальному вопросу, сохранялись в действительности. В 1923 г. Наркомнац, в основном реализовавший свои функции с созданием СССР, был упразднён. Деятельность наркомата стала основой для дальнейшей практики разрешения национального вопроса в Советском Союзе.

Литература и источники

1. Абдулатипов Р.Г. Заговор против нации. Национальное и националистическое в судьбах народов. СПб.: Питер, 1992; Абдулатипов Р.Г., Болтенкова Л.Ф., Яров Ю.Ф. Федерализм в истории России: В 3 кн. М.: Мысль, 1992; Поздняков Э.А. Нация. Национализм. Национальные интересы. М.: Пресс-культура, 1994; Дмитриев А.В. Этнический конфликт: теория и практика. М.: Изд-во МНУЦ, 1998; Добрынин Н.М. Российский федерализм: становление, современное состояние и перспективы. Новосибирск: Наука, 2005; Кокшаров Н.В. Нация. Национализм. Этничность. Мультикультуризм: Библиографический справочник. СПб.: Мир, 2005; Петрова М.В. Национальная идея России: история и современность. Ижевск: Изд-во ИжГТУ, 2005; Хмара Н.И. Национальная и региональная политика в Российской Федерации. М.: МСЭУ, 2005, и др.

2. Губогло М.Н. Может ли двуглавый орёл летать с одним крылом? Размышления о законотворчестве в сфере этногосударственных отношений. М.: Знание, 2000.

3. Политика Советской власти по национальным делам за три года (1917-1920). М.: Госиздат, 1920. С. 8.

4. Кукушкин Ю.С., Чистяков О.И. Очерк истории Советской Конституции. М.: Наука, 1987. С.

240.

5. Кукушкин Ю.С., Чистяков О.И. Указ. соч. С. 265.

6. См.: Вдовин А.И. Эволюция национальной политики СССР. 1917-1941 гг. // Вестник Московского университета. Сер. 8. История. 2002. № 3. С. 4.

7. Песикина Е.И. Народный комиссариат по делам национальностей и его деятельность в 1917-1918 гг. М.: Высшая партшкола, 1950; Нечипуренко Г.А.. Б борьбе за линию партии: (Газета «Жизнь национальностей» - орган Наркомнаца РСФСР. 1918-1922 гг.). М.: Мысль, 1979; Макарова Г.П. Народный комиссариат по делам национальностей РСФСР. М.: Наука, 1987; Чеботарёва В.Г. Наркомнац РСФСР: свет и тени национальной политики 1917-1924 гг. М.: Общественная академия наук российских немцев, 2003.

8. См.: Исхаков С.М. Рецензия // Вопросы истории. 2004. № 6. С. 171-173.

9. См.: Тайны национальной политики ЦК РКП. Четвёртое совещание ЦК РКП с ответственными работниками национальных республик и областей в Москве 9-12 июня 1923 г. (Стенографический отчёт). М.: РОССПЭН, 1992. 296 с.

10. См.: РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 2. Д. 83. Л. 2, 3; ЦК РКП (б) - ЦК ВКП (б) и национальный вопрос. Книга 1. 1918-1933 гг. / Сост. Л.С. Гатагова, Л.П. Кошелева, Л.А. Роговая. М.: РОССПЭН, 2005. С. 17.

11. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 110. Л. 1.

12. ГИА ЧР. Ф. 499. Оп. 2. Д. 8. Л. 115.

13. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 3. Л. 43.

14. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 3. Л. 43.

15. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 2. Л. 1.

16. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 2. Л. 67.

17. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 110. Л. 1 (об.).

18. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 8. Л. 50.

19. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 56. Л. 39.

20. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 26. Л. 46-47.

21. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 26. Л. 48-49 (об.).

22. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 227. Л. 85-85 (об.).

23. Жизнь национальностей // 1920. 17 ноября.

24. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 2. Л. 69-70.

25. ГАРФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 2. Л. 69-70.

МИНЕЕВА ЕЛЕНА КОНСТАНТИНОВНА родилась в 1960 г. Окончила Чувашский государственный университет, аспирантуру Ленинградского государственного университета. Кандидат исторических наук, доцент кафедры средневековой и новой истории Отечества Чувашского университета, докторант. Область научных интересов - национально-государственное строительство народов Поволжья. Автор более 40 научных, учебных и методических работ.