Информационная безопасность детей в сети Интернет: современный подход

В соответствии со ст. 38 Конституции РФ «детство находится под защитой государства». В нашей стране законодательное оформление вопросов, направленных на защиту прав и интересов детей и подростков, на создание нормальных условий для их развития и воспитания, началось еще в конце 90-х гг. прошлого века. Однако в условиях интенсивного развития новых информационных технологий особое значение приобрела необходимость государственного обеспечения информационной безопасности детей. Информация, распространяемая с использованием информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, все чаще оказывает на детей психотравмирующее и растлевающее влияние, побуждает к агрессивному, жестокому, антиобщественному поведению, облегчает их вовлечение в преступления.

По уровню защиты несовершеннолетних российское уголовное законодательство, по мнению председателя Комитета Государственной Думы по вопросам семьи, женщин и детей Е.Б. Мизулиной, является одним из наиболее либеральных в мире [6]. Об этом также свидетельствует сохранение неблагоприятных тенденций роста преступлений против половой неприкосновенности малолетних и несовершеннолетних граждан нашей страны, в том числе совершенных с использованием сети Интернет. Так, в 2004 г. было зарегистрировано 13 преступлений такого характера, в 2010 г. - 559, а в первом квартале 2011 г. - уже 128 [10].

Очевидно, что подобную ситуацию нельзя признать удовлетворительной. Поэтому, начиная с 2004 г., вопросы безопасности детей в Глобальной сети стали предметом регулярного обсуждения на круглых столах, семинарах и других мероприятиях, проводимых по инициативе специально созданных общественных организаций (таких, например, как Российская ассоциация по противодействию сексуальной эксплуатации детей, Фонд «Дружественный Рунет»), правоохранительных органов и иных служб, в компетенцию которых входят обеспечение интересов ребенка, защита его прав и свобод.

Результатом столь активной деятельности стало принятие Федерального закона Российской Федерации от 29 декабря 2010 г. № 436-Ф3

«О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию».

Несомненно, указанный закон стал одним из важнейших законодательных актов, обеспечивающих безопасность детей в современном информационном пространстве. Кроме того, значимость его заключается, прежде всего, в том, что в нем впервые определены правовые основы государственного регулирования деятельности, связанной с оборотом информационной продукции в сети Интернет, причиняющей вред здоровью и (или) развитию детей, и устанавливаются ограничения осуществления данной деятельности.

Так, законодательной новеллой является определение таких понятий, как:

- «информационная безопасность детей» - состояние, при котором отсутствует риск, связанный с причинением информацией, в том числе размещаемой в информационно-телекоммуникационных сетях, вреда физическому, психическому, социальному, духовному и нравственному здоровью и развитию детей (п. 4 ст. 2 Закона);

- «информация порнографического характера» - информация, представляемая в виде натуралистических изображений или описания половых органов человека и (или) полового сношения либо сопоставимого с половым сношением действия сексуального характера, в том числе такого действия, совершаемого в отношении животного (п. 8 ст. 2 Закона);

- «оборот информационной продукции» - предоставление и (или) распространение информационной продукции, включая ее продажу (в том числе распространение по подписке), аренду, прокат, раздачу, выдачу из фондов общедоступных библиотек, публичный показ, публичное исполнение (в том числе посредством эфирного или кабельного вещания, зрелищных мероприятий), размещение в информационно-телекоммуникационных сетях (в том числе в сети Интернет), в сетях подвижной радиотелефонной связи (п. 12 ст. 2 Закона).

Кроме того, законодателем четко определены критерии информации, причиняющей вред здоровью и (или) развитию детей, и общие требования к ее обороту в сети Интернет. К ней относится: информация, запрещенная для распространения среди детей, и информация, распространение которой среди детей определенных возрастных категорий ограничено (всего выделено 5 возрастных категорий).

К запрещенным для распространения среди детей относятся следующие виды информации (п. 2 ст. 5 Закона):

1) побуждающая детей к совершению действий, представляющих угрозу их жизни и (или) здоровью, в том числе к причинению вреда своему здоровью, самоубийству;

2) способная вызвать у детей желание употребить наркотические средства, психотропные и (или) одурманивающие вещества, табачные изделия, алкогольную и спиртосодержащую продукцию, пиво и напитки, изготавливаемые на его основе, принять участие в азартных играх, заниматься проституцией, бродяжничеством или попрошайничеством;

3) обосновывающая или оправдывающая допустимость насилия и (или) жестокости либо побуждающая осуществлять насильственные действия по отношению к людям или животным;

4) отрицающая семейные ценности и формирующая неуважение к родителям и (или) другим членам семьи;

5) оправдывающая противоправное поведение;

6) содержащая нецензурную брань;

7) содержащая информацию порнографического характера.

К информации, распространение которой среди детей определенных категорий ограничено, относится (п. 3 ст. 5 Закона):

1) представляемая в виде изображения или описания жестокости, физического и (или) психического насилия, преступления или иного антиобщественного действия;

2) вызывающая у детей страх, ужас или панику, в том числе предоставляемая в виде изображения или описания в унижающей человеческое достоинство форме ненасильственной смерти, заболевания, самоубийства, несчастного случая, аварии или катастрофы и (или) их последствий;

3) представляемая в виде изображения или описания половых отношений между мужчиной и женщиной;

4) содержащая бранные слова и выражения, не относящиеся к нецензурной брани.

В соответствии с нормами рассматриваемого закона классификация информационной продукции осуществляется ее производителями и (или) распространителями самостоятельно, до начала ее оборота на территории РФ (п. 1 ст. 6 Закона).

В нем также прописана возможность участия в осуществлении классификации экспертов (и (или) экспертных учреждений экспертных организаций), аккредитованных в установленном порядке и обладающих специальными знаниями в области педагогики, возрастной психологии, возрастной физиологии, детской психиатрии, в случаях обращения для проведения экспертизы в специально уполномоченный федеральный орган исполнительной власти:

1) самих производителей и (или) распространителей информационной продукции;

2) общественных объединений, иных некоммерческих организаций и отдельных граждан в целях осуществления общественного контроля;

3) кроме того, принять решение о назначении экспертизы вправе сам федеральный орган исполнительной власти.

Расходы, связанные с проведением экспертизы, возмещаются в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти.

К требованиям, предъявляемым к обороту информационной продукции в сети Интернет, относятся:

- оборот «запрещенной» и «ограниченной» к распространению информации не допускается без размещения знака информационной продукции, который определяет возрастную категорию информационной продукции;

- доступ детей к информации, размещенной в сети Интернет, в пунктах коллективного доступа возможен при условии применения операторами связи технических и программно-аппаратных средств защиты детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию;

- в сети Интернет не допускается размещать объявления о привлечении детей к участию в создании информационной продукции, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию.

Перечисленные положения Федерального закона «О защите детей...», по-нашему мнению, имеют ряд недостатков и, несмотря на то, что он еще не вступил в законную силу, уже требуют определенной доработки.

Во-первых, согласно общим юридическим принципам норма права должна отвечать признакам формальной определенности, не допускать множественности толкования и, соответственно, противоречивости в ее применении.

Очевидно, что определение понятия «информация порнографического характера», предлагаемое в законе, не проводит четкой границы между «порнографией» и «эротикой». Кроме того, законодатель, вводя полный запрет на оборот информации порнографического характера для несовершеннолетних, разрешает доступ к информации эротического характера для детей с 12-ти лет, используя при этом неоднозначную формулировку - «не эксплуатирующие интереса и не носящие возбуждающего . характера . изображения или описания половых отношений между мужчиной и женщиной» (п. 3 ст. 9 и п. 5 ст. 10 Закона).

По-нашему мнению, закон, предметом регулирования которого является «защита детей» от «информации, причиняющей вред здоровью и развитию детей», не может должным образом осуществлять нормативно-правовое регулирование иных отраслей права.

Грань между порнографией и эротикой довольно условная. Эти понятия по-разному трактуются законодательствами различных государств, в зависимости от позиций, занимаемых в этих вопросах законодательной властью и обществом, и во многом определяются национальными традициями, религиозными и нравственными установками [9, с. 621]. Следует отметить, что и в рамках нашего многонационального государства эти термины также могут по-разному трактоваться, в зависимости от уровня сексуальной культуры, определяемой многообразием национальных, территориальных, религиозных и в целом социокультурных факторов.

Поэтому мы считаем, что вопросы, относящиеся к обороту информации порнографического и эротического характера, должны быть урегулированы путем принятия отдельного федерального закона «О порнографии», в котором четко будут прописаны критерии оценки этих трудноформализируемых социальных явлений.

Во-вторых, ввиду сложности однозначного толкования рассматриваемых понятий классификация подобной информационной продукции должна осуществляться только на основе соответствующей экспертизы, а не самостоятельно производителями и (или) распространителями, как это прописано в законе.

Таким образом, при нарушении норм Федерального закона «О защите детей.», учитывая право субъекта, не обладающего специальными познаниями, самостоятельно определять, какая продукция содержит информацию порнографического или эротического характера, а также определять возрастной ценз для информационной продукции эротического характера, нельзя говорить о прямом умысле виновного и, соответственно, становится возможным только объективное вменение, которое запрещено действующим уголовным и административным законодательством.

В-третьих, закон прописал обязанность защиты детей от информации, размещенной в сети Интернет, причиняющей вред их здоровью и развитию, только в пунктах коллективного доступа посредством применения операторами связи технических и аппаратно-программных средств.

Однако, по данным статистики по состоянию на начало 2010 г., подавляющее большинство детей -73 % - имеют выход в Интернет дома, и только 7 % детей используют для этой цели интернет-кафе или другие открытые точки доступа к Интернету [8, с. 21]. Следовательно, без правового регулирования остается вопрос оборота «запрещенной» и «ограниченной» для распространения среди детской аудитории информации, доступ к которой дети получают через сеть Интернет, находясь дома.

Согласно ст. 63 Семейного кодекса РФ, родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей, они обязаны заботиться об их здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии.

Данная правовая норма позволяет нам высказать предложение о необходимости внесения в Федеральный закон «О защите детей.» дополнений, предусматривающих обязанность родителей применять меры по защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию, в том числе посредством использования технических и аппаратно-программных средств; а также

соответствующих изменений в Кодекс РФ об административных правонарушениях и ст. 69 Семейного кодекса РФ в части дополнения возможных оснований для лишения родительских прав.

В-четвертых, хотелось бы отметить отсутствие в законе критериев, позволяющих провести разграничение между «запрещенной» информацией, за незаконный оборот которой в качестве меры государственного принуждения должна применяться уголовная либо административная ответственность.

Представляется, что такими универсальными критериями должны стать степень и характер общественной опасности, причиняемой вследствие незаконного оборота «запрещенной» информации. На основании данного критерия, помимо незаконного распространения продукции, содержащей информацию порнографического характера (ст. 242 и 242.1 Уголовного кодекса РФ), необходима также криминализация деяний, связанных с нарушением требований к обороту информации, пропагандирующей насилие и жестокость, предусмотренной в п. 1 и 3 ч. 2 ст. 5 Федерального закона «О защите детей...».

Психологи во многом связывают рост детской агрессивности с повсеместным распространением жестокой информации со сценами насилия в сети Интернет [7, с. 12]. К такому выводу нас подталкивают и данные уголовной статистики, свидетельствующие о негативных качественных изменениях преступности несовершеннолетних в сторону повышения общественной опасности и усиления насильственной направленности. Так, согласно официальным отчетам правоохранительных органов, в общей структуре преступлений, совершенных несовершеннолетними в России в 2007-2011 гг., удельный вес таких насильственных преступлений, как убийство и покушение на убийство, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, изнасилование и покушение на изнасилование, грабеж, разбой практически не изменился при том, что за шесть месяцев 2011 г. в сравнении с первым полугодием 2007 г. число убийств сократилось на 36,8 % (2011 г. - 7644, 2007 г. - 12 093), фактов умышленного причинения тяжкого вреда здоровью на 18,3 % (2011 г. - 19 873, 2007 г. - 24 316), изнасилований - на 43,1 % (2011 г. - 1989, 2007 г. - 3495), разбоев - на 58,6 % (2011 г. - 10 234, 2007 г. - 24 712); грабежей на 57,2 % (2011 г. - 65 079, 2007 г. - 152 024) [11].

Отдельная проблема - повсеместное распространение детских самоубийств, связанных с пропагандой в сети Интернет информации на тему смерти и добровольного ухода из жизни.

Массовые случаи детских суицидов (в настоящее время в СМИ чаще используется формулировка «интернет-суициды») зарегистрированы в Приамурье, где в 2009 г. с жизнью покончили 10 детей, в 2010 - 15 детей, а за три месяца текущего года уже зафиксировано 4 подобных случая [4]. Шокирующую статистику обнародовала Прокуратура Ростовской области: с каждым годом число детских самоубийств на Дону увеличивается вдвое: в 2008 г. в Ростовской области было зарегистрировано шесть суицидов, в 2009 г. - 13, в 2010 г. - 22, а за истекший период 2011 г. покончили жизнь самоубийством уже пять несовершеннолетних [5]. Это всего лишь цифры, а за ними - детские жизни, которые уже не вернуть, и страшные семейные трагедии.

Поэтому внесение в Уголовный кодекс РФ предлагаемых дополнений будет являться эффективной превентивной мерой борьбы с насильственной преступностью и самоубийствами среди несовершеннолетних.

В заключение важно отметить, что Федеральный закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» вступит в законную силу только с 1 сентября 2012 г. Хочется надеяться, что к этому моменту в законодательство будут внесены необходимые изменения с целью обеспечения его положительного правоприменительного эффекта.