Особый случай употребления модальных частиц в прагматических высказываниях

теристики оформления как англоязычного, так и русскоязычного печатного РТ, к которым можно отнести использование звуковых повторов, а также обращение к приему игры слов, построенной на частичной или полной фонетической схожести слов. Следует отметить, что представленные выразительные средства активно сочетаются в рамках одного сообщения, а также дополняются неязыковыми выразительными средствами (немотивированными логограммами, шрифтовыми выделениями, изобразительными средствами).

Наличие типологических фонетических особенностей реализации англо- и русскоязычного РТ указывает на определенные процессы сближения коммуникативного сообщества, которые проявляются в образовании не только единого знакового пространства, но и в тождественности ментальной составляющей, находящей отражение в рекламном дискурсе.

Библиографический список

1. Анисимова Е.Е. Лингвистика текста и меж-культурная коммуникация (на материале креолизо-

ванных текстов). - М.: Academa, 2003. - С. 93.

2. Арнольд И.В. Стилистика современного английского языка. - Л.: Просвещение, 1981. - С. 210216.

3. Гумовская Г.Н. Ритм как универсальный закон построения звуков объектов. - М.: РИПО ИГМО, 2002. - 168 с.

4. Журавлев А.П. Звук и смысл. - М.: Просвещение, 1991. - 173 с.

5. Кромптон А. Мастерская рекламного текста. - М.: ИД «Довгань», 1998. - 256 с.

6. Минаева Л.В. Мультимодусность текстов печатных СМИ и рекламы // Вестник Московского университета. Сер. 19. Лингвистика и межкультур-ная коммуникация. - 2002. - № 4. - С. 80-86.

7. Мощева С.В. Фонетико-орфографические особенности оформления рекламного дискурса (на материале английского и русского языков) // Материалы XXXVI международной филологической конференции. - СПб.: СПбГУ, 2007. - С. 78-84.

8. Sykes J.B. The Concise Oxford Dictionary of Current English. 7th ed. / ed. by J.B. Sykes. - Oxford: Oxford University Press, 1984. - 1260 c.

УДК 81'367.635

Ошанова Екатерина Сергеевна

Ижевский государственный технический университет

Oshanova_katja@mail.ru

ОСОБЫЙ СЛУЧАЙ УПОТРЕБЛЕНИЯ МОДАЛЬНЫХ ЧАСТИЦ В ПРАГМАТИЧЕСКИХ ВЫСКАЗЫВАНИЯХ

Цель данной статьи — анализ модальных частиц в акте коммуникации, который является центральным понятием в прагматических исследованиях, с учётом экстралингвистического аспекта. Работа посвящена описанию прагматических функций модальных частиц, а также выявлению особого случая их употребления.

Ключевые слова: когнитивно-прагматический подход, иллоктивная функция, модальные маркеры, пресуппозиция, дискурс.

Сферой реализации модальных частиц (далее - МЧ) является, как известно, разговорная речь, сам процесс коммуникации, и именно здесь они несут на себе максимум коммуникативного пласта высказывания [5, с. 2730]. Признание того, что семантика МЧ имеет ярко выраженную прагматическую направленность и реализуется в конкретном высказывании в ситуации непосредственного общения двух и более коммуникантов при определенных прагматических условиях, послужило отправной точкой рассмотрения частиц на базе новой парадигмы знания, совмещающей в себе коммуникативный и когнитивный подходы в научно-исследовательской языковой практике [3, с. 230].

Что касается высказывания, то оно строится на предшествующем знании, зафиксированном в пред-тексте, и на прогнозировании последующих событий, которые могут найти свое выражение в посттексте. Также для понимания важно знать, что выс-

казывание говорящего всегда кому-то адресовано, а адресация осуществляется с учетом статусных ролей говорящих [7, с. 205].

Следует сказать, что реализация особенностей функционирования прагматических высказываний с МЧ связана с конкретными обстоятельствами общения и предполагает наличие адресанта, адресата и широкого внеязыкового и языкового контекста. Так как в диалоге и в дискурсе обычно верифицируется, насколько обозначенное (сказанное, сообщенное) соответствует ситуации, интерпретируемой автором речевого произведения, поэтому феномен диалога мы считаем минимальной исследовательской базой для МЧ.

Также следует отметить, что в результате изучения когнитивных и прагматических аспектов функционирования высказываний с МЧ был установлен ряд универсальных, присущих большинству частиц, прагматических свойств: они способны акцентировать часть высказывания, маркировать

© Ошанова Е.С., 2012

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 2, 2012

95

рематическую часть высказывания, участвовать в организации дискурса, обеспечивать его когезию и когерентность. Появление МЧ в высказывании -это всегда апеллирование к собеседнику, условный сигнал о том, что передаваемая ему информация содержит некие очень важные моменты. Другими словами, МЧ несут в себе сигнал для слушающего о необходимости переключить фокус внимания на указанные аспекты ситуации.

Как известно, говорящий в речи преподносит сказанное со своих позиций, формируемых целым рядом прагматических моментов, а именно: предшествующим лингвистическим контекстом (предшествующими репликами, сегментами разговора), экстралингвистическим контекстом (ситуацией, обстоятельствами данного акта речи, пресуппозициями), конкретностью адресата (его персональным, социальным, а также эмоциональным статусом) и т.д. Исходя из этого, ни одно высказывание не может не быть не пронизано субъективностью.

Необходимо также подчеркнуть, что МЧ встречаются как в иллокутивно зависимых (чаще), так и в иллокутивно независимых диалогических репликах. Имеющиеся исследования по МЧ и собственный анализ позволяют определить главные пропозиционально-прагматические функции каждой из МЧ в виде когнитивной схемы:

doch - усиливает требование, упрек и настоятельность сказанных слов;

denn - выступает в значении усиления эффекта сказанного;

aber - она имеет две иллокутивные функции: первая выражает неожиданность, вторая - несогласие / возражение;

schon - передает уверенность говорящего в содержании высказывания. Что касается спектра эмоций, передаваемых данной МЧ, то он также весьма разнообразен: от одобрения и согласия - до нетерпения и раздражения;

auch - данной МЧ говорящий выражает свое мнение в том, соответствует ли действительное положение вещей тем представлениям и пожеланиям, какие у него в этом отношении имеются. Индикатор неуверенности и надежды на положительный ответ;

ja - подчеркивает хорошо всем известные или совершенно очевидные факты, в которых не может быть сомнения;

einmal/mal - придает любому высказыванию оттенок смягченности, некатегоричности и доверительности;

wohl - означает предположение, граничащее с уверенностью;

etwa - сохраняет семантику опровержения предположения;

bloß - характеризует признак обиходно-разговорного стиля;

nur - придает вопросу особую заинтересованность и настоятельность;

gar - употребляется для усиления (в основном негативного) предположения или риторического вопроса, на который ожидается отрицательный ответ;

eben - выступает только в повествовательных предложениях констатирующего обобщающего характера, где говорящий сообщает собеседнику, что положение вещей именно таково, как оно есть, что его нельзя изменить и остается только с ним примириться. Для таких высказываний характерен оттенок фатализма, даже пессимизма;

eigentlich - указывает на то, что говорящий обращается к новой теме разговора, сообщает беседе новое направление и при этом ждет от собеседника обстоятельного ответа, так как затронутый вопрос его интересует.

При анализе МЧ было обращено внимание на частое их скопление. Такое нагромождение МЧ производит в высказывании эффект эмоционального усиления. Данный случай мы отмечаем как особый случай их употребления в современном немецком языке.

Методом сплошной выборки найдены примеры высказываний с МЧ, так называемые «экспресси-вы», то есть речевые высказывания, цель которых -эмоциональное воздействие на адресата. Такие прагматические высказывания с МЧ выступают в качестве иллокутивных маркеров.

Вышесказанное можно продемонстрировать на примерах художественных текстов, тем самым показав, каким образом данные МЧ реализуют свою специфику и в чем заключается их функциональное своеобразие:

1. “Du hast ja alles verstanden und dir ein Bild gemacht, und nun glaubst du, mich meiner Verirrungen wegen bedauern zu müssen; das sehe ich doch”, fuhr er mit erhobener Stimme fort.

“Aber, Nikolai Dmitritsch!“ Maria Nikolajewna redete wieder flüsternd auf ihn ein und trat näher an ihn heran.

“Nun, schon gut, schon gut! Wie ist es denn nun mit dem Abendessen? Ah, da kommt er ja”, sagte er. [9, с. 127].

В данном примере обе частицы ja и doch выполняют усилительную функцию, но ja усиливает больше значения требования, а doch - утверждения. Также в качестве иллокутивной функции усиления эффекта выступает выражение «mit erhobener Stimme». Здесь видно, что собеседники обладают разным социальным, а также эмоциональным статусом, что проявляется и в употреблении МЧ. Первый собеседник является, очевидно, хозяином положения, а женщина подчиняется и пытается продолжить разговор, привлекая свое внимание частицей aber, которая подчеркивает основное слово, но и сохраняет значение возражения. Видно также, что собеседник идёт на контакт и словами «schon gut, schon gut» успокаивает, хотя и не пол-

96

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 2, 2012

ностью согласен с собеседником, и хотел бы сменить либо закрыть тему разговора.

2. “Mein Gott!” rief Lewin plötzlich so laut aus, daß Sergej Iwanowitsch zusammenschrack.

“Was hast du denn?”

“Wie geht es denn Agafja Michailowna mit ihrer Hand?” fragte Lewin und schlug sich vor die Stirn. “Daran habe ich gar nicht mehr gedacht.“

“Es ist bedeutend besser.“

“Nun, ich will aber doch mal zu ihr hinschauen. Bis du deinen Hut geholt hast, bin ich wieder da.“ [9, с. 363].

Во втором примере нагромождение частиц также производит эффект эмоционального усиления, причем эмоции выражены очень ярко. По вопросу с МЧ denn чувствуется, как собеседники реагирует на слова друг друга, выясняя и уточняя различные частные, дополнительные моменты и обстоятельства. Здесь хорошо видно, как вопросительные предложения с МЧ denn представляют собой реакцию одного из собеседников на вопрос своего партнера по коммуникации: «Wie geht es denn Agafja Michailowna mit ihrer Hand?». И продолжение предложения «und schlug sich vor die Stirn» ещё больше показывает, что мужчина обеспокоен самочувствием Агафьи Михайловны. Далее МЧ gar усиливает все высказывание в целом. И когда вроде бы уже получен ответ, что все в порядке, мужчина все равно настаивает на своем. На это нам указывают сразу 3 МЧ aber doch mal, которые подчеркивают настоятельность и убедительность его слов. Это предложение мы может представить в следующей схеме: я хочу - «иллокуция», все-таки увидеть ее - «пропозиция», это решено и не может быть никаких сомнений - «пресуппозиция».

3. „Nehmen wir nur Swijashski. Ich kenne den Boden bei ihm - eine reine Goldrube! Aber mit seiner Ernte ist auch er nicht recht zufrieden! Die Aufsicht fehlt eben.“

“Aber du wirtschaftest doch auch mit Arbeitern?“

“Bei uns Bauern ist was anderes. Wir sind überall selber hinterher. Taugt einer nichts - dann weg mit ihm! Wir schaffen es auch allein.“ [9, с. 458].

В данном диалоге наблюдается сложная система переплетения нескольких иллокутивных функций. Так, nur свидетельствует о нейтральном, общелитературном стиле речи. Далее тон и интонация собеседников повышаются, о чем свидетельствуют восклицательные предложения и сразу 3 МЧ aber auch recht, где каждая проявляет себя в соответствующей интенции. МЧ aber говорящий показывает свое несогласие или возражение, что означает, что говорящий придерживается своего мнения, несмотря на обстоятельства и поведение своего собеседника. Как мы видим, она употребляется также часто в ответных репликах, где не только подчеркивает основное утвердительное или отрицательное слово, но и сохраняет значение возра-

жения. Eben выступает только в повествовательных предложениях констатирующего обобщающего характера, где говорящий сообщает собеседнику, что положение вещей именно таково, каково оно есть, что его нельзя изменить и остается только с ним примириться. Для таких высказываний характерен оттенок фатализма, даже пессимизма. Auch представляет собой выражение упрека или досады. Как показывает данный пример, аи^ появляется в высказываниях с явно выраженным нежеланием спорить (скрытая просьба не спорить на эту тему). Но даже восклицания, оформленные этой частицей, не имеют той экспрессии, какой обладают восклицания с частицей doch, особенно если они дополняют друг друга и используются в вопросе со значением повелительного наклонения либо в вопросе. При этом говорящий ждет от собеседника подтверждения содержания своего высказывания в вопросительном предложении «Aber du wirtschaftest doch auch mit Arbeitern?».

Другой пример с данными МЧ в устной спонтанной речи (телефонный диалог двух приятелей) демонстрирует следующие особенности:

4. AA ich hab mir das überlegt. es ist doch vielleicht viel besser, wenn ich zu dir rein komme. ich sitze da in meinem Auto und mir pfeift der Wind nicht um die Ohren

AB (ach so) (nein) (nein). ich ich fahr gern ein bißchen...

AA (ach so) (ja), wenn du gerne fährst,

AB (na ja) (eben) (ja) (doch) (doch). ich möchte gern ein bißchen fahren [10, с. 51].

В данном примере МЧ ja употребляется для подчеркивания хорошо всем известных или совершенно очевидных фактов, в которых не может быть сомнения. Степень очевидности и несомненности сообщаемых фактов может быть различной, но всякий раз, когда говорящий стремится убедить своего собеседника в том, что он говорит об очевидных и бесспорных вещах, он употребляет МЧ ja, хотя могут быть случаи, когда он и сам не вполне твердо верит в то, что утверждает. МЧ eben маркирует выражение говорящим своих чувств по поводу восприятия им речевой ситуации как объективной, неизбежной и единственно возможной в предложениях повествовательного и директивного характера. Нетрудно заметить, что в приведенном примере говорящий с помощью МЧ eben резюмирует все сказанное, как бы подводит итог конкретной теме разговора, показывая этим, что тема исчерпана и разговор или должен быть закончен, или должен принять другое направление. Для определения прагматической функции данного предложения, а именно оттенка пессимизма и значения примирения с неизбежным, мы должны обратиться к более широкому контексту предложения.

Следует отметить, при наличии в художественном тексте двух или трех МЧ, следующих друг за

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 2, 2012

97

другом, одна или две из них будут основными, ведущими в выражении модального значения, другие - подчиненными.

Таким образом, анализ актуализации МЧ в устных диалогических текстах также с полным правом подтверждает правомерность утверждения о наличии семантико-прагматического потенциала в разных видах человеческой коммуникации (устной спонтанной и художественной фиксированной). В обоих видах МЧ служат маркерами резюмирующего указания на совпадение пресуппозиций собеседников или пресуппозиций говорящего и ситуации, основанного на осознании говорящим тривиальности описываемых в пропозиции фактов действительности с дальнейшей экспликацией илло-куивных и модально-оценочных характеристик МЧ.

Кроме того, общим для всех случаев употребления является то, что рассматриваемые МЧ, указывая на общность фонда знаний обоих коммуникантов относительно сложившейся ситуации, способны реализовывать иллокутивные возможности когнитивных моделей в актах коммуникации.

Подытожив все вышесказанное, следует подчеркнуть, что исследованные высказывания с МЧ показывают, что данные МЧ образуют систему «прагматически насыщенных», субъектно-ориентированных речевых единиц, определяющих своеобразие обиходного дискурса.

Библиографический список

1. Гак В.Г. Прагматика, узус и грамматика речи // ИЯШ. - 1982. - № 5. - С. 11-17.

2. Кацнельсон С.Д. Речемыслительные процессы // ВЯ. - 1984. - № 4. - С. 3-12.

3. Кубрякова Е.С. Парадигма научного знания в лингвистике и ее современный статус // Изв. АН СССР - Сер. лит. и яз., 1994. - Т. 53. - № 2. - С. 3-16.

4. Падучева Е.В. Высказывание и его соотнесенность с действительностью. - М.: Наука, 2002. -С. 272.

5. Стародумова Е.А. Акцентирующие частицы в русском языке. - Владивосток: Изд-во Дальневосточного ун-та, 1988. - С. 96.

6. Фефилов А.И. Модально-прагматическая интерпретация чужого высказывания // Филологические науки. - 1991. - С. 64-73.

7. Фефилов А.И. Введение в когитологию: учебное пособие. - М.: Флинта-Наука, 2010, - 240с.

8. Linke A., Nussbaumer M., Portmann Paul R. Studienbuch Linguistik. - Max, 1995. - 272 S.

9. Lew Tolstoi. Anna Karenina. Erster Band: Rütten&Loening - Berlin, 1977. - S. 621.

10. Texte gesprochener deutscher Standartsprache. Erarbeitet im Institut für deutsche Sprache, Forschungsstelle Freiburg i.Br.Bd.3: Alltagsgespräche. Hrsg. Und eingeleitet von Harald P. Fuchs und Gerd Schank. - München, 1975. - S. 171.

УДК 81'42

Рубцова Анастасия Сергеевна

Московский педагогический государственный университет

rubtso vа 8 7@rambler. ш

КОНФЛИКТ КАК СОЦИАЛЬНОЕ ЯВЛЕНИЕ И ЕГО ОТРАЖЕНИЕ В ТЕКСТЕ

Статья посвящена изучению конфликтной ситуации как столкновения личностей в ходе общения и ее отражению в текстах произведений художественной литературы. Рассматриваются понятия маркеров — возбудителей конфликта и маркеров выражения конфликта.

Ключевые слова: конфликт, экстремальная ситуация, уровень коммуникативного контроля, конфликтогены, конфликтообразующие и конфликтоподдерживающие реплики.

На протяжении своей жизни человек ежедневно сталкивается с множеством си. туаций. Среди них особенно выделяются те, которые многие психологи обозначают как экстремальные (критические), то есть ситуации, требующие преодоления или разрешения.

Н.В. Волкова делит эти ситуации по степени значимости на повседневные (everyday life) и поворотные (life change events) [5, с. 40-41]. Следует также отметить, что понятие экстремальной ситуации имеет несколько обозначений, например: ситуации психологической угрозы (Lazarus), кризисные ситуации (А.К. Болотова, Т.М. Титаренко), проблемные ситуации (А.М. Матюшкин, Т.В. Кудрявцев) и др.

В современной психологии некоторые ученые (например, Ф.Е. Василюк в работе, посвященной

рассмотрению трудных жизненных ситуаций) выделяют четыре ключевые понятия, помогающие раскрыть явление экстремальной ситуации: стресс, фрустрация, кризис и конфликт [3, с. 31].

Однако можно утверждать, что данные понятия не стоят в одном ряду, так как конфликт представляет собой характер столкновения личностей, а стресс и фрустрация являются состояниями личности; кризис личности можно рассмотреть как более общее понятие: наличие кризисной ситуации дает развитие конфликту, а также сопровождается ваше указанными состояниями - стрессом и фрустрацией. А.В. Дмитриев формулирует определение соотношения конфликта и кризиса следующим образом: «Не всякий конфликт неизбежно ведет к кризису, но в основе кризиса - всегда конфликт» [8, с. 287].

98

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 2, 2012

© Рубцова А.С., 2012