Синдром приобретаемого иммунитета

Россиян, обладающих правовым иммунитетом, но подозреваемых в совершении преступлений, должен привлекать к уголовной ответственности генеральный прокурор, а не глава следственного комитета. Соответствующий законопроект внес вчера в Госдуму Верховный суд. Если закон будет принят в этом виде, то это станет масштабной аппаратной победой Генпрокуратуры над следственным комитетом.

Сам Верховный суд, судя по пояснительной записке к законопроекту, считает техническими свои поправки в Уголовно-процессуальный кодекс и закон "О статусе судей в РФ", в которых описаны правила привлечения к уголовной ответственности так называемых спецсубъектов.

Статья 447 УПК устанавливает, что особый порядок производства по уголовным делам применяется в отношении: членов Совета федерации и депутата Госдумы, а также депутатов всех уровней; судьей Конституционного суда РФ, Верховного суда, Высшего арбитражного суда, а также других судей, присяжных или арбитражных заседателей; председателя Счетной палаты РФ и ее аудиторов; уполномоченного по правам человека в РФ, президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочия, а также кандидата в президенты; прокурора; председателя следственного комитета; руководителя следственного органа; следователя; адвоката; члена избирательной комиссии, комиссии референдума с правом решающего голоса; зарегистрированного кандидата в депутаты Государственной думы, зарегистрированного кандидата в депутаты законодательного органа субъекта РФ. Суть "особого порядка" описана в статье 448 УПК. В частности, решение о возбуждении уголовного дела в отношении депутата Госдумы или члена Совета федерации принимает председатель следственного комитета согласия соответствующих палат. В отношении генпрокурора РФ — председателем следственного комитета на основании заключения коллегии, состоящей из трех судей Верховного суда РФ.

В последний раз "особый порядок" менялся в мае 2007 года, когда при Генпрокуратуре РФ был создан следственный комитет, получивший исключительные полномочия на возбуждение уголовных дел и проведение расследований. Тогда же в "особый порядок" была вписана норма, по которой следователи не имели права возбуждать уголовные дела в отношении "спецсубъектов" без "заключения коллегии трех судей" о наличии признаков преступления в действиях подозреваемых лиц. Именно эту норму и счел теперь "избыточной" Верховный суд, пленум которого еще в сентябре прошлого года постановил подготовить соответствующие поправки в УПК. Авторы поправки исходят из того, что суд, по определению, устанавливает чью бы то ни было виновность или невиновность. А если же суд заранее, до начала процесса, дает "заключение", то он фактически становится на сторону обвинения.

Кроме того, процедура получения заключения "может длиться неоправданно долгое время", как сказано в пояснительной записке, и даже стать основой для "злоупотребления процессуальным правом". Иными словами, законопроект Верховного суда носит еще и антикоррупционный характер.

В то же время авторы законопроекта признают, что особый правовой статус "спецсубъектам" необходим и "является важным условием защиты публичных интересов, связанных с характером выполняемых ими профессиональных функций". Поэтому Верховный суд предлагает усилить эту защиту, передав право на возбуждение уголовных дел генеральному прокурору. Ведь следственный комитет действует при Генпрокуратуре, а председатель комитета — первый заместитель генпрокурора. То есть более высокий статус генпрокурора должен будет на практике усилить защищенность "спецсубъектов". Тем самым авторы новации восстанавливают правило, которое действовало до мая 2007 года. "На самом деле защищенность ослабнет", заявил "Ъ" сотрудник Института прав человека Лев Левинсон. Ведь "из процедуры исчезла контролирующая ступень — суд, который мог и отказывать в выдаче заключения". В вопросе же уголовного преследования "спецсубъектов", по словам господина Левинсона, "важно не то, кто возбуждает уголовное дело, а то, кто дает на это согласие". Зампред думского комитета по конституционному законодательству коммунист Виктор Илюхин связывает появление законопроекта только с тем, что за годы работы следственного комитета резко, по оценкам, "в несколько раз увеличилось количество дел, возбужденных против судей".

Впрочем, у внесенного вчера законопроекта есть не только правовые, но и политические последствия. По мнению зампреда думского комитета по безопасности из фракции "Справедливая Россия" Геннадия Гудкова, внесение законопроекта есть свидетельство "аппаратной победы генпрокуратуры", в то время как народу, по его мнению, "по барабану, у кого какие полномочия: главное, как организована система взаимного контроля между ветвями власти, которой на само деле нет". "Этот проект не имеет отношения "ни к усилению депутатского и иного иммунитета, ни к борьбе с коррупцией", заявил "Ъ" господин Гудков.

На самом деле, борьба за полномочия между генпрокурором Юрием Чайкой и председателем следственного комитета Александром Бастрыкиным началась сразу после выделения следственного комитета в отдельную структуру внутри прокуратуры. Ведомство господина Чайки отчаянно пыталось вернуть себе былое силовое влияние, а ведомство господина Бастрыкина не желало делиться полномочиями. Уже в ноябре 2007 года Генпрокуратура разработала законопроект, по которому следствие по делам средней и легкой тяжести передавалось органам дознания, подконтрольным Генпрокуратуре. Он принят не был. Отношения между следственным комитетом и Генпрокуратурой обострились настолько, что 19 февраля 2008 года на коллегии Генпрокуратуры тогдашний премьер-министр Виктор Зубков вынужден был призвать прокуроров и следователей "сохранить баланс полномочий". Появление законопроекта Верховного суда стало еще одним этапом поиска "баланса полномочий", в котором перевес будет уже на стороне Генпрокуратуры: дела по спецсубъектам обычно бывают самыми громкими и резонансными. Отметим, что не только Верховный суд пытается вернуть прокуратуре право вести следствие по спецсубъектам. В частности, глава комитета Совета федерации по судебно-правым вопросам Анатолий Лысков еще в ноябре прошлого года настаивал, что право привлекать парламентариев к ответу должно быть у генпрокурора, как того требует статья 98 Конституции РФ.

Генпрокуратура и следственный комитет от официальных комментариев вчера воздержались. В неофициальном общении следователи пожелали прокурорам успеха в работе со "спецсубъектами" (путь попробуют), а прокурорские работники глубоко сомневались, что инициатива Верховного суда сможет обрести силу закона.