Торг здесь не у местных

Менее чем через год в 124 из 125 районов Москвы пройдут муниципальные выборы. Неофициальная избирательная кампания уже стартовала: например, на прошлой неделе о наборе потенциальных кандидатов в депутаты объявила партия «Новые люди», а на этой неделе похожую программу запустил фонд «Городские проекты». Они надеются повторить успех проекта «Объединенные демократы», который в 2017 году провел в муниципальные депутаты более 260 своих кандидатов. О том, почему муниципальные выборы в столице вновь стали интересны публике и чем кампания-2022 будет отличаться от выборов 2017 года,— в материале «Ъ».

Фото: Евгения Яблонская, Коммерсантъ

Партия «Новые люди», которой за полтора года своего существования удалось провести депутатов в несколько региональных парламентов и получить 13 мандатов в Госдуме, на прошлой неделе объявила о намерении участвовать в муниципальных выборах в Москве осенью 2022 года. «Мы подготовим более 1000 кандидатов в депутаты. И вы можете стать одним из них. Наш московский штаб запустил онлайн-платформу для желающих стать муниципальным депутатом»,— объявили партийцы в своем Telegram-канале.

В начале этой недели о существенном расширении своей деятельности в столице объявил и фонд Ильи Варламова и Максима Каца «Городские проекты». Организация собирается открыть свои отделения в каждом районе Москвы и набрать в них активистов, которые будут обсуждать и продвигать идеи по улучшению городского пространства, а в 2022 году смогут участвовать в муниципальных выборах в качестве кандидатов или их помощников, сообщил господин Кац в своем канале на YouTube.

Пробуждение силы

В течение четверти века столичные муниципальные выборы не вызывали особого интереса ни у политиков, ни у экспертов и журналистов — за исключением разве что не слишком успешной попытки нескольких лояльных политтехнологов направить в конструктивное русло муниципальной политики и прочих малых дел энергию протестов 2011 – 2012 года.

Радикально все изменилось в 2017 году, когда оппозиционные и независимые депутаты взяли мандаты более чем в 60 муниципальных советах (выборы проходили в 124 из 125 районов Москвы, за исключением Щукино).

При этом в восьми районных собраниях и вовсе не оказалось ни одного провластного депутата.

Успех той кампании приписывают созданному под выборы-2017 совместному проекту экс-депутата Госдумы Дмитрия Гудкова и политика Максима Каца «Объединенные демократы», под брендом которого в муниципальные депутаты прошли 266 кандидатов, включая около 180 выдвиженцев «Яблока». Среди причин такого успеха эксперты, в частности, называли отсутствие серьезных административных барьеров для регистрации на выборах, возросшую политическую активность москвичей и напористую кампанию самих кандидатов и их штабов. Правда, вскоре после выборов учредители «Объединенных демократов» прекратили сотрудничество из-за личного конфликта, а сам проект, перешедший под крыло «Открытой России», фактически закрылся после ликвидации этой организации в мае 2021 года.

В целом на выборах 2017 года привычно доминировала «Единая Россия», получившая 1153 мандата из 1502. Но занявшее второе место «Яблоко» увеличило свое представительство по сравнению с предыдущими выборами почти в пять раз (в 2012 году партия провела 36 депутатов). Парламентская оппозиция, напротив, заметно снизила свое присутствие в муниципальных советах: КПРФ получила 44 мандата вместо примерно 200, «Справедливая Россия» — 10 мандатов против примерно 120 в 2012 году. Кроме них, в 2017 году пять мест в советах получила Партия роста, четыре — ЛДПР, два — ПАРНАС, а еще 108 депутатов победили в качестве самовыдвиженцев.

В 2022 году представители парламентской оппозиции надеются отвоевать упущенное в предыдущей кампании.

Глава столичного отделения «Справедливой России — За правду», депутат Госдумы Галина Хованская сообщила «Ъ», что пока в отделении еще не началась конкретная работа по подготовке к муниципальным выборам, но акцент будет сделан на качестве подбираемых кандидатов, чтобы потом «не было мучительно больно или стыдно». Депутат признает, что прошлые выборы были не самыми удачными для партии: «Я буду помогать всем желающим, которые хотят не только получить возможность баллотироваться, но и заинтересованы работать».

В ЛДПР ставку будут делать на дистанционное электронное голосование (ДЭГ), рассказал «Ъ» глава координационного совета московского отделения партии Михаил Монахов. «Подготовка идет полным ходом, проводим обучающие семинары для кандидатов и наблюдателей. В связи с эпидемиологической обстановкой особый упор будем делать на ДЭГ: мы поддержали эту систему на выборах в ГД, сделали это сознательно, поэтому на этих выборах также будем призывать своих сторонников в Москве голосовать именно по системе электронного голосования»,— сказал господин Монахов.

Получить комментарий в столичном горкоме КПРФ «Ъ» не удалось.

Непарламентские против парламентских

Эксперты в возможности реванша парламентских оппозиционеров не уверены.

«Муниципальная кампания в Москве на оппозиционном поле — это кампания не партийных брендов, а уже сложившихся или новых групп и платформ локального протеста для "пакетного" тактического голосования, поскольку выборы проходят в многомандатных округах и избирателям надо будет выбрать сразу 3–5 кандидатов»,— говорит политолог Александр Пожалов. По его мнению, такие платформы могут быть структурированы и выделены в агитации как под брендом какой-то партии (например, КПРФ), так и на базе некой внепартийной платформы вроде «Объединенных демократов».

«Тогда в их команде были как "яблочники" и самовыдвиженцы, так и кандидаты, выдвинутые КПРФ, "Справедливой Россией" и Партией роста»,— напоминает эксперт. Он полагает, что объединение возможно и под брендом районных или окружных проектов и движений вроде команды экс-депутата Тимирязевского района Юлии Галяминой «Наш Север» или же группы активных независимых депутатов Мосгордумы.

Преимущество «Новых людей» состоит в том, что в отличие от «Яблока» они смогут выдвигать кандидатов без подписей, и за ними еще нет шлейфа внутренних разборок, продолжает господин Пожалов.

Но есть, по его словам, и проблемы: у молодой парламентской партии нет какой-либо позиции по московской проблематике, «Новые люди» не работают на локальном уровне, в Госдуме их фракция не выделяется независимостью позиции, да и «общий имидж "новой силы" с ярким брендбуком партия к сентябрю может подрастерять». Если же она пойдет по пути создания объединенной платформы недовольных положением дел по аналогии с опытом Дмитрия Гудкова и Максима Каца, то это потребует от партийцев перехода в открытую оппозицию городским властям, добавляет эксперт.

Политолог Борис Макаренко связывает низкие результаты парламентской оппозиции на выборах-2017 с «откровенной сушкой явки», в результате чего она «засохла» как раз у самых дисциплинированных избирателей. На грядущих выборах, как предполагает эксперт, что-то похожее на «Объединенных демократов» попытаются сделать «Новые люди»: они постараются «повысить узнаваемость и привлечь внимание протестных избирателей». По его словам, шансы «Новых людей» повышает тот факт, что мобилизация на муниципальные выборы в основном ведется за счет соцсетей и электронных ресурсов.

Укрощение строптивых

Заметная фора с точки зрения узнаваемости и уже наработанной протестной повестки могла бы быть в 2022 году у оппозиционных муниципальных депутатов Москвы. Но в последнее время многие из них столкнулись с серьезными проблемами.

В первые два года после избрания муниципалы проявляли большую активность и старались координировать усилия. 1 октября 2017 года прошел первый конгресс независимых депутатов, организаторами которого стали активистка движения против реновации Юлия Галямина, муниципальный депутат Константин Янкаускас и глава муниципалитета Красносельский Илья Яшин.

На этом форуме были сформулированы основные цели муниципалов: полная независимость местных собраний от управ и мэрии, расширение полномочий депутатов, увеличение доли бюджетных средств, которыми вправе распоряжаться муниципальные советы.

Эти и другие предложения вошли в проект нового закона о местном самоуправлении в Москве, который осенью 2020 года представила созданная по инициативе Дмитрия Гудкова «Ассоциация независимых депутатов». Правда, внести его в Мосгордуму через фракцию «Яблоко» пока не удалось: как пояснил «Ъ» лидер думских «яблочников» Максим Круглов, авторы сейчас дорабатывают текст в части финансово-экономического обоснования, без которого внесение документа невозможно.

Кульминацией политической активности столичных муниципалов стало лето 2019 года, когда многие из них решили принять участие в выборах в Мосгордуму. Ежедневная работа «на земле», хорошая узнаваемость на уровне районов и общий рост протестных настроений после пенсионной реформы 2018 года давали им неплохие шансы «пойти на повышение». Однако окружные избиркомы отказали в регистрации за чрезмерный брак в собранных подписях избирателей почти двум десяткам независимых кандидатов, среди которых оказались и такие известные муниципальные депутаты, как Илья Яшин (Красносельский район), Елена Русакова (Гагаринский район), Анастасия Брюханова (Щукино), Константин Янкаускас (Зюзино), Юлия Галямина (Тимирязевский район).

Решения избиркомов стали поводом для серии протестных акций, самых крупных со времен митингов 2011–2012 годов. Но реакция властей на этот раз оказалась гораздо жестче: большинство организаторов несанкционированных мероприятий получили по несколько административных арестов, а три десятка активистов стали фигурантами уголовного дела, закончившегося для многих реальным лишением свободы.

У наиболее активных депутатов проблемы продолжились и после выборов в Мосгордуму. Например, Юлия Галямина, которая в 2019-м провела под арестом более месяца, в декабре 2020-го была приговорена к двум годам условно по так называемой «дадинской» ст. 212.1 УК за «многократное нарушение правил проведения митингов» и в марте 2021-го лишилась депутатского мандата. А организованный ею весной очередной конгресс независимых депутатов закончился задержанием всех его участников за «сотрудничество с нежелательной организацией».

В начале 2021 года три столичных муниципальных депутата стали фигурантами так называемого «санитарного дела», возбужденного после несанкционированных акций в поддержку арестованного оппозиционера Алексея Навального.

За «подстрекательство к нарушению санитарно-эпидемиологических правил» на фоне пандемии Дмитрий Барановский и Люся Штейн получили соответственно полтора года и год ограничения свободы, а с Константина Янкаускаса обвинения позже были сняты.

В июне под уголовное преследование попала депутат Тверского района Кетеван Хараидзе, баллотировавшаяся в Госдуму по Центральному округу Москвы. Она обвиняется в получении взятки в 15 млн руб. за выдачу разрешения на производство строительных работ и сейчас находится под домашним арестом.

Из-за «причастности к деятельности экстремистской организации» не смог участвовать в сентябрьских довыборах в Мосгордуму Илья Яшин. Избирком отказал ему в открытии избирательного счета, хотя решение Мосгорсуда о признании структур Алексея Навального экстремистскими организациями на тот момент еще не вступило в силу, а сам господин Яшин ни в одной из них не работал. Последующие суды этот запрет подтвердили, и теперь Илья Яшин, который в июле 2021 года сложил полномочия главы муниципального совета и остался рядовым депутатом, не сможет баллотироваться на любые выборные должности вплоть до лета 2024 года.

Наконец, сошел с политической арены и сооснователь «Объединенных демократов» Дмитрий Гудков. В начале июня 2021 года он объявил, что покидает Россию из-за уголовного дела о причинении ущерба путем обмана или злоупотребления доверием. По словам его адвокатов, речь идет о неуплате долга по договору аренды нежилого помещения в 2015–2017 годах.

По мнению Александра Пожалова, на будущих выборах локальным лидерам оппозиции в своих районах нужно готовиться к тому, что часть из них останется без пассивного избирательного права, но узнает об этом только в последний момент, после отказа избиркомов со ссылкой на письма прокуратуры и Минюста.

«Помимо прежней "дадинской" статьи, которая год назад была включена в состав "криминального фильтра", но все-таки требует вынесения уголовного приговора и потому используется точечно, перед выборами в Госдуму были расширены формулировки "антиэкстремистского фильтра" для кандидатов в депутаты,— напоминает эксперт.— Эта "резиновая" норма может широко применяться на муниципальных и региональных выборах, и не только в Москве, чтобы отсеять кандидатов, сотрудничавших со структурами Навального».

Новая метла

Московские муниципальные выборы в 2022 году будет проводить новый состав Мосгоризбиркома (МГИК) — уже без Валентина Горбунова, возглавлявшего комиссию четверть века. Как ожидается, новый состав МГИК возглавит генерал-майор полиции в отставке Ольга Кириллова. Ранее она была заместителем главы Общественного штаба по наблюдению за выборами в Москве, и руководитель штаба Алексей Венедиктов характеризует ее как человека, «у которого налажено взаимодействие с органами правопорядка».

Во время работы госпожи Кирилловой в Общественной палате Москвы, вскоре после выборов в Мосгордуму 2019 года, было подписано важное соглашение с МВД о том, что по каждой подписи избирателя, признанной после проверки недостоверной, ведомство должно аргументированно обосновать, в чем именно допущено нарушение (ранее в МВД не уточняли причины выбраковки автографов).

Ольга Кириллова была рекомендована в состав МГИК Центризбиркомом, где весной 2021 года тоже произошло обновление состава. А весной 2022-го истекают и полномочия Общественной палаты Москвы, при которой создан Общественный штаб по наблюдению за выборами, с 2013 года бессменно возглавляемый главредом «Эха Москвы» Алексеем Венедиктовым.

Ну а самым большим отличием от кампании 2017 года будет применение в Москве системы ДЭГ.

Она использовалась в столице уже четырежды: на выборах в Мосгордуму-2019 по трем округам, на плебисците по Конституции летом-2020-го, на муниципальных довыборах осенью того же года и в единый день голосования-2021, когда в Москве избирали депутатов Госдумы, двух депутатов Мосгордумы и муниципальный совет района Щукино.

Но если в прежние годы онлайн-голосование не вызывало серьезных нареканий (за исключением дела экс-кандидата в Мосгордуму Романа Юнемана, который считает, что проиграл выборы-2019 из-за сбоев в системе ДЭГ, и до сих пор оспаривает их итоги в судах), то применение ДЭГ на выборах в сентябре 2021-го стало поводом для десятков судебных исков от оппозиционных кандидатов, не признавших итоги электронного голосования.

Напомним, на выборах в Госдуму применялись две электронные платформы — московская и федеральная. На столичной платформе в порядке эксперимента использовалась опция переголосования, то есть возможность менять свой выбор раз в три часа на протяжении суток. Именно она послужила причиной задержки подсчета голосов, по итогам которого выяснилось, что многие оппозиционеры, лидировавшие по результатам «бумажного» голосования, выборы все же проиграли. Пока неизвестно, будет ли на муниципальных выборах-2022 применяться именно московская платформа ДЭГ, но большинство экспертов уверены, что, несмотря на сохраняющееся у оппозиции недоверие к этой системе, власти не станут отказываться от электронного голосования.