Грамматический статус и функционирование артикля в английском художественном тексте

Раздел II. Иностранные языки Н.В. Каткова

ГРАММАТИЧЕСКИЙ СТАТУС И ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ АРТИКЛЯ В АНГЛИЙСКОМ ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТЕКСТЕ

На современном этапе лингвистика изучает язык как средство коммуникации в совокупности его системных, функциональных, социально-прагматических характеристик. Общение осуществляется с помощью языковых текстов. Текст является предметом исследования сравнительно новой лингвистической дисциплины - лингвистики текста, и изучается ею как языковая и речевая единица высшего уровня, признаками которой считаются смысл, целостность и связность.

Как и в любой лингвистической дисциплине, в лингвистике текста остаётся ещё много нерешённых проблем. Разногласия касаются самого определения понятия «текст», составляющих текст лингвистических единиц, текстовых категорий.

Из всех определений текста наиболее полно раскрывающим сущность этого понятия является, по нашему мнению, определение, данное И.Р. Гальпериным. Текст И.Р. Гальперин понимает как «упорядоченную и письменно зафиксированную совокупность языковых знаков, состоящую из неопределённого количества грамматических структур, при этом имеющую определённый смысл, отличный от смысловых показателей этих грамматических структур». Вместе с заголовком текст «образует законченное и литературно обработанное речевое произведение» [2, 22]. Из этого определения мы будем исходить при анализе проблемы функционирования артикля в тексте.

Из направлений, по которым развивается лингвистика текста, релевантными для интересующей нас проблемы являются изучение единиц текста, категорий текста и связей между его компонентами. Поскольку функционирование артикля невозможно проанализировать в тексте большого объёма (макротексте), мы будем рассматривать значение и функции артикля в микротекстах или сверхфразовых единствах (СФЕ).

Под СФЕ в данной статье понимается минимальная текстовая единица, которой свойственны относительная семантическая и функциональная независимость, наличие логических, грамматических, лексических, ритмико-мелодических связей между её компонентами, наличие коммуникативных, стилистических, прагматических характеристик и единой микротемы.

Основные свойства макро- и микротекста - смысл, целостность, связность - обеспечиваются различными содержательными средствами, составляющими глубинную структуру, и лингвистическими (формальными) средствами, образующими поверхностную структуру. К формальным средствам, выполняющим текстообразующие функции, относится и артикль.

Вопрос о грамматическом статусе артикля и его значениях, который освещался ещё в английских грамматиках XVI века, до сих пор остаётся дискуссионным.

На протяжении XVI - XVIII вв. артикль рассматривался как:

- признак существительного, выделявший его среди других частей речи;

- разновидность прилагательного;

- частица;

- самостоятельная часть речи.

Грамматисты XVII - XVIII вв. выделяют у определённого артикля указательное значение, а у неопределённого артикля - неопределённо-классифицирующее значение в качестве основного и количественное - в качестве сопутствующего. В XVII в. появляются термины «определённый» (definite) и «неопределённый» (indefinite).

В XX в. наряду с разногласиями относительно грамматического статуса артикля, возникают различные трактовки случаев употребления существительного без артикля:

- появляется термин «нулевой артикль» (zero article) и тем самым признаётся наличие в английском языке трёх артиклей - определённого, неопределённого и нулевого;

- отсутствие артикля перед существительным называют «опущением артикля» (omission) и «значимым отсутствием» (meaningful absence)*.

Очевидно, что с существованием третьего, нулевого артикля, трудно согласиться, но термины «опущение» и «значимое отсутствие» артикля представляются вполне обоснованными с позиций лингвистики текста и прагмалингвистики.

Для определённых типов текста отсутствие артикля нормативно (например, для таких текстов, как инструкции, заголовки и т. д.) и целесообразно говорить о его опущении. Интересна мысль о том, что смысл предложения можно понять и без артиклей [13, 64]. Следовательно, с помощью артикля передаётся некая дополнительная для адресата информация, связанная либо с нормативным употреблением артикля, либо с прагматической интенцией автора (адресанта).

Художественный текст представляет картину мира, созданную творческим воображением писателя, допускает множественность интерпретаций, поскольку содержит скрытые смыслы. Отсутствие артикля перед существительным может служить сигналом его скрытого значения и обусловлено прагматической интенцией автора:

Why rise in Heaven to set on Earth? (Byron).

Существительное earth имеет значение не «планета», а «земное существование», которое противопоставлено жизни в раю.

Отсутствие артикля является сигналом персонификации существительного:

And Earth hath split her blood for him,

Who thus can hoard his own! (Byron).

В то же время, если существительное earth имеет значение «планета», то определённый артикль употребляется, что является нормативным:

With their breath, and from their birth

Though guilt would sweep it from the earth (Byron).

Приведённые примеры свидетельствуют о том, что в отношении художественного текста, возможно, следует говорить о значимом отсутствии артикля.

Анализ литературы по проблеме артикля в современном английском языке показывает, что не все грамматисты XX в. признают артикль самостоятельной частью речи.

Западные лингвисты рассматривают артикль в системе других частей речи:

- в системе существительных в связи с их классификацией [8; 12], как детерминант существительного в составе словосочетания [12];

- в системе местоимений, где определённый артикль включён в подкласс указательных местоимений, а неопределённый - в подкласс неопределённых местоимений [9, 161-179]. Определённый артикль О. Есперсен называет «детерминирующим» (the article of determination) и считает его средством идентификации референта, показателем типического или генеративного семантического значения существительного; неопределённый артикль - «недетерминирующий» (the article of indetermination), так как его употребление свидетельствует об отсутствии необходимости идентификации референта [9, 161-179].

Отечественные авторы теоретических и практических грамматик, как правило, едины во мнении о том, что артикль является самостоятельной частью речи, и, если не включают артикль в классификацию частей речи, то допускают такую возможность его включения [10, 49]. Артикль считают служебным словом, обладающим морфологическим, синтаксическим и семантическим признаками (И.П. Иванова, В.В. Бурлакова, Н.В. Варгина, Е.В. Барабаш и др.).

Вместе с тем, артикль иногда рассматривают как особую вспомогательную грамматическую единицу, составляющую вместе с определяемым ею существительным особое аналитическое образование, которое занимает промежуточное положение между свободным синтаксическим словосочетанием и соединением грамматического аффикса со значимой основой [1]. Однако с подобным определением грамматического статуса артикля вряд ли можно согласиться, принимая во внимание его морфологические, синтаксические, семантические характеристики, текстообразую-щую роль и различные функции в связном тексте.

История вопроса детально изложена в монографии Ю.А. Миронец «История учений об артикле в грамматике английского языка». М.,1999.

Что касается отнесения артикля к служебным словам, то мы разделяем мнение о неоправданности традиционного деления частей речи на знаменательные и служебные и возможности говорить лишь о признаках служебности / неслужебности для конкретного класса слов [3, 24-25].

В последнее время активно исследуются употребление и функции артикля в связном тексте.

Проблема употребления артикля - одна из самых сложных в английском языке, что признаётся и отечественными, и западными лингвистами (см., например, 13, 64). Чёткие правила употребления артикля достаточно трудно сформулировать, они могут быть лишь общими, и обычно авторы практических грамматик к правилам прилагают и целый ряд исключений.

В тексте артикль выполняет различные текстообразующие функции, которых у него нет на уровне предложения, участвуя в создании когерентности, связности, целостности макро- и микротекста.

Обязательной характеристикой любого текста, в том числе и художественного, является его отнесённость к действительности.

Первоначально категория отнесённости высказывания к действительности разрабатывалась в лингвистике в рамках предложения. С позиций лингвистики текста данная категория присуща тексту, а предложение, как единица текста, обладает лишь потенциальной отнесённостью к действительности, которая актуализируется в условиях реального высказывания. В художественном тексте все составляющие его предложения представляют собой высказывание о событиях действительности в созданном воображением писателя художественном мире. Обязательным условием актуализации высказывания является идентификация называемых в нём предметов или референция имён.

В самом общем смысле под референцией в лингвистике понимается отношение между словом и предметом реальной действительности, называемым денотатом или референтом. Теория референции, появившаяся сначала в логике в связи с семантической структурой имени, стала применяться в лингвистике в конце 20 века не только к уровню лексемы, но и к уровню предложения. Под референцией понимается вся «совокупность явлений, связанных с отнесённостью высказывания к действительности» - референция имён и категория предикативности [6, 102].

Артикль считают грамматическим и потому универсальным способом выражения референции имён.

Грамматическая категория определённости / неопределённости, выражаемая артиклем, не охватывает весь объём значений и всю сферу употребления этой части речи. Известно, что категория определённости / неопределённости актуализируется на уровне предложения, так как она тесно связана с коммуникативной функцией предложения и его коммуникативным членением.

Трактовка соотношения понятий «предложение» - «высказывание» - «текст» в свете лингвистики текста предоставила грамматистам возможность выявить сферу функционирования категории определённости / неопределённости и определить её статус как текстовой категории. Признание этой категории одной из категорий текста позволило отнести к числу коммуникативных функций артикля не только его участие в выражении коммуникативного членения предложения, но и выражение референции имён [6, 104].

С применением теории референции имён к тексту возникло такое понятие, как текстовый референт.

Одним из способов введения текстового референта в текст является его введение при помощи сочетания существительного с артиклем; как правило, это неопределённый артикль:

Late one October afternoon in the year 1921, a shabby young man gazed with fixed intensity through the window of a third-class compartment in the almost empty train labouring up the Penowell valley from Swansea. All that lay Manson had travelled from the North, changing at Carlistle and Shrewsbury, yet the final stage of his tedious journey to South Wales found him strung to a still greater excitement by the prospects of his post, the first of his medical career, in this strange, disfigured country (Cronin).

Данный отрывок текста представляет собой начало романа, это сверхфразовое единство (СФЕ), границей которого служит смена микротемы. СФЕ содержит следующие текстообразую-

щие средства, представленные эксплицитно и обеспечивающие его когерентность, целостность и связность:

- локально-временные параметры - существительные compartment, train, country, географические названия; обстоятельства времени и грамматические формы глаголов-сказуемых, устанавливающие временные соотношения между компонентами СФЕ;

- модальные параметры - грамматические формы изъявительного наклонения глаголов, выражающие категорию объективной модальности и участвующие в создании текстовой модальности;

- текстовый референт, введённый атрибутивным сочетанием существительного с неопределённым артиклем - «a shabby young man» и затем заменённый именем собственным Manson.

Начало СФЕ - катафорическое, поскольку повествование обращено к последующим событиям. В создании катафорической связи между СФЕ и последующим макротекстом участвует неопределённый артикль. Для читателя (адресата) неопределённый артикль является сигналом неин-дефицирующей информации, указывающим на отсутствие тождества между текстовым референтом и каким-либо предметом, известным адресату.

Текстовый референт может быть введён сочетанием существительного с определённым артиклем.

Определённый артикль в начале макротекста (романа, рассказа) выполняет прагматическую и стилистическую функции создания у читателя иллюзии продолжения повествования, «пресуппозицию» общей информации у автора и читателя. Читатель как бы оказывается в центре событий, видит место действия и не нуждается в прединформации. Показателем прединформации, сигналом идентифицирующей информации, становится определённый артикль. Такой композиционный, стилистический и прагматический эффект достигается, по мнению О.А. Москальской, «отклонением от нормы оформления текстовых референтов», хотя и возникает на базе этой нормы [6, 109]. Построение макротекста, начинающегося с текстового референта, оформленного определённым артиклем, анафорическое, информация о предмете речи накапливается в ходе дальнейшего повествования. В следующей части СФЕ, которая является началом рассказа, все, входящие в неё текстовые референты, вводятся определённым артиклем, что создаёт у читателя иллюзию участника описываемой ситуации:

The new assistant arrived in the afternoon. When the Resident, Mr. Warburton, was told that the prahu was in sight he put on his solar topee and went down to the landing-stage (Maugham).

Взаимопонимание между автором текста и адресатом невозможно без фонда общих знаний, который создаётся предшествующим повествованием и позволяет адресату (читателю) идентифицировать предметы речи. Определённый артикль в начале главы указывает на её связь с событиями, описанными в предыдущих главах и предполагает знание читателем этой прединформации. Эффект усиливается употреблением местоимения they, которое указывает на то, что читатель знает, о ком идёт речь:

The storm raged fiercely all that night, nothing of particular note occurred. The next morning, however, when they came down to breakfast, they found the terrible stain of blood once again on the floor. "I don't think it can be the fault of the Paragon Detergent," said Washington, "for I have tried it with everything. It must be the ghost" (Wilde).

Употребление определённого артикля в данном СФЕ ненормативно и обусловлено прагматической интенцией автора - вернуть читателя к информации, содержащейся в предыдущей главе. Такое употребление артикля возможно только в рамках микро- и макротекста.

В тексте описательного характера насыщенность СФЕ сочетаниями нарицательных существительных с определённым артиклем создаёт впечатление привычности происходящего для героя-рассказчика и так называемый эффект сопричастности (involvement) для читателя, который как бы участвует в ситуации и от которого требуется знание предыдущей информации, содержащейся в предшествующих главах:

We drove fast when we were over the bridge and soon we saw the dust of the other cars ahead down the road. The road curved and we saw the three cars looking quite small, the dust rising from the wheels and going off through the trees. We caught them and passed them and turned off on a road that climbed up into the hills. Driving in convoy is not pleasant if you are the first car and I settled back in the

seat and watched the country. We were in the foothills on the nearer side of the river and as the road mounted there the high mountains off to the north with snow still on the tops. I looked back and saw the three cars all climbing, spaced by the interval of their dust. We passed a long column of loaded mules, the drivers walking along beside the mules wearing red fezes. They were bersaglieri (Hemingway).

Артикль выражает текстовые категории прединформации (определённый артикль) и постинформации (неопределённый артикль), связанные соответственно с анафорическим / катафори-ческим построением текста [7, 37]. Построение данного СФЕ анафорическое, в нём сдержится только два новых для рассказчика объекта, обозначенных сочетаниями нарицательных существительных с неопределённым артиклем. Артикли в данном СФЕ выполняют следующие функции:

- текстообразующую, предполагающую установление связей между компонентами СФЕ, СФЕ и макротекстом;

- коммуникативную, так как артикли выражают категорию определённости / неопределённости, связанную с коммуникативной функцией отдельного предложения, и участвуют в создании когерентности текста;

- прагматическую - выражают определённую прагматическую интенцию автора;

- стилистическую - определённый артикль способствует передаче чувств, настроения героя, который устал от каждодневной рутины военных действий и бессмысленной войны.

Рассказчик может выступать в роли наблюдателя происходящего, читатель также становится наблюдателем, а не участником событий. Неопределённый артикль, употребляемый с существительными, в том числе и не являющимися текстовыми референтами - market place, wine shop, girl, выполняет прагматическую и стилистическую функции создания эффекта отстранённости (detachment):

We got into Milan early in the morning and they unloaded us in the freight-yard. An ambulance took me to the American hospital. Riding in the ambulance on a stretcher I could not tell what part of the town we were passing through, but when they unloaded the stretcher I saw a market place and an open wine shop with a girl sweeping out (Hemingway).

Иногда текстовый референт служит названием произведения: The Happy Man, The Three Fat Women of Antibes (Maugham), The Picture of Dorian Grey (Wilde). Определённый артикль в названиях имеет имлицированное (скрытое) значение, связан с глубинной структурой и является индикатором скрытого смысла макротекста. Неопределённый артикль такой импликации не имеет: Three Men in a Boat (Jerome).

Скрытые категории определяются как «семантические и синтаксические признаки слов или словосочетаний, не находящие явного (эксплицитного) морфологического выражения, но существенные для понимания высказывания...» [4, 475].

В отношении артикля о скрытых значениях, на наш взгляд, следует говорить в случаях его ненормативного употребления. Актуализация скрытых значений артикля происходит в тексте:

Algernon: Yes, but I have not been christened for years.

Jack: Yes, but you have been christened. That is the important thing (Wilde).

Употребление определённого артикля перед существительным в предикативной позиции, как правило, ненормативно. В данном примере определённый артикль выражает скрытое значение важности именно факта крещения.

При нормативном употреблении неопределённого артикля в аналогичной синтаксической структуре импликации нет:

Algernon: But you have just said it was perfectly heartless to eat muffins.

Jack: I said it was perfectly heartless of you, under the circumstances. That is a very different thing (Wilde).

Следующий микротекст представляет собой отрывок из диалога между героями романа. Определённый артикль в параллельной синтаксической структуре участвует в выражении значения противопоставления «ты» - «я». Вне контекста такое употребление артикля невозможно:

"Your temperature is always normal. You've such a lovely temperature".

"You've got a lovely everything ".

"Oh, no. You have the lovely temperature. I'm awfully proud of your temperature" (Hemingway).

Проведённый анализ теоретического и практического материала по проблеме грамматического статуса и функционирования артикля в современном английском языке позволяет сделать следующие выводы:

1) артикль является самостоятельной частью речи, которая обладает признаком служебности и имеет определённые морфологические, синтаксические, семантические характеристики;

2) артикль участвует в создании когерентности, связности, целостности художественного текста и выполняет следующие основные функции: текстообразующую, коммуникативную, прагматическую, стилистическую;

3) выражаемая артиклем категория определённости / неопределённости не охватывает всей сферы его значения и употребления;

4) употребление артикля в микро- и макротекстах отличается от его употребления в предложении, поскольку в тексте актуализируются скрытые (имплицированные) значения артикля;

5) сигналом имплицированного значения артикля служит его ненормативное употребление.

Проблема функционирования артикля, несмотря на достаточное освещение в языкознании, требует дальнейших исследований с позиций лингвистики текста и прагмалингвистики.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Блох М.Я. Теоретическая грамматика английского языка. М., 1983. С. 74-85.

2. Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. М., 1981. С. 15-22.

3. Корнеева Е.А., Кобрина Н.А., Гузеева К.А., Оссовская М.И. Пособие по морфологии английского языка. М., 1974. 232 с.

4. Лингвистический энциклопедический словарь / под ред. В.Н. Ярцевой. М., 1990. С. 475-477.

5. Миронец Ю.А. История учений об артикле в грамматике английского языка. М., 1999. 160 с.

6. Москальская О.И. Грамматика текста. М., 1981. 184 с.

7. Тураева З.Я. Лингвистика текста. М., 1986. 128 с.

8. Cuime G.O. A Grammar of the English Language.V. 2. L.-N.Y., 1931. C. 2-127.

9. Espersen O. Essentials of English Grammar. L., 1933. C. 161-179.

10. Ilyish B.A. The Structure of Modern English. L., 1971. 367 с.

11. Leech G., Svartvik J.A Communicative Grammar of English. M., 1983. 304 с.

12. Quirk R., Greenbaum S., Leech G., Svartvik J. A University Grammar of English. M., 1982. 392 с.

13. Swan M. Practical Usage of English. M., 1984. 550 с.

14. Byron G. Selections. M., 1979. 520 c.

15. Cronin A.J. The Citadel. M., 1966. 516 c.

16. Hemingway E. A Farewell to Arms. L., 1971. 264 с.

17. Maugham W.S. Rain and Other Short Stories. M., 1977. 407 с.

18. Wilde O. Selections. M., 1979. 835 с.

Н.А. Ковалько

ВРЕМЕННОЙ КОНТИНУУМ В АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ

Интерес к фундаментальной проблеме времени стал важнейшим признаком науки XX века. В физике и естественных науках эта проблема также приобрела особую остроту, что привело к появлению двух исключительно значимых научных теорий: теория относительности А. Эйнштейна и «переоткрытие времени» И. Пригожина. Интерес к проблеме времени литературоведов и лингвистов -явление последних десятилетий. В российской филологической науке можно выделить следующих ученых, занимающихся этой проблематикой: М.М. Бахтин, М.Ю. Рябова, А.В. Бондарко, Е.В. Тарасова, Т.И. Дешериева, Н.А. Потаенко, В.В. Морковкин, М.А. Кронгауз, Ю.С. Маслов, Э. Бенвенист, А.А. Шахматов, В.В. Виноградов, Е.С. Кубрякова, К.Г. Красухина, Е.С. Яковлева, Ю.С. Степанова, Н.Д. Степанова, Н.Д. Арутюнова, Б.А. Успенский и др. Несмотря на обилие работ, проблема времени остается нерешенной и по-прежнему актуальной проблемой физики и естественных наук. Не все аспекты ее отражения в языке освещены и в лингвистических исследованиях. Одной из таких тем является отражение пространственно-временного континуума в языке и определение соотношения отображения реального пространства-времени с воспринимаемым. Наша задача - показать отражение временного континуума в английском языке.