Поиски и открытия Е. А. Халиковой в археологии Волго-Камья (к 85-летию со дня рождения)

Хроника

ПОИСКИ И ОТКРЫТИЯ Е.А. ХАЛИКОВОЙ В АРХЕОЛОГИИ ВОЛГО-КАМЬЯ

©2015 г. С.И. Валиулина, А.Ф. Кочкина, Ф.Ш. Хузин

Статья посвящена 85-летию со дня рождения Елены Александровны Халиковой - крупного специалиста в области средневековой археологи Волго-Уральского региона. Е.А. Халикова известна, в первую очередь, изучением языческих и мусульманских некрополей волжских булгар, на основе которого ею был прослежен процесс ислами-зации населения домонгольской Волжской Булгарии. Вторым важнейшим направлением исследованием Е.А. Халиковой стало изучение уникального Больше-Тиганского могильника ранних венгров в Нижнем Прикамье.

В этом году исполнилось бы 85 лет Елене Александровне Халиковой (1930-1977) - археологу с мировой известностью, труды которой, посвященные в основном средневековой археологии и истории Восточной Европы, конкретнее, проблемам язычества, распространения ислама среди волжских булгар и археологии древних венгров, составляют гордость казанской школы археологии.

Е.А. Халикова (Безухова, в девичестве Козьмина) после окончания в 1953 г. исторического факультета Горьковского государственного университета работала научным сотрудником Областного краеведческого музея. В 1960 г. переехала в Казань, стала не только женой, но и соратником А.Х. Халикова - была и справедливым критиком, и горячим сторонником многих его идей. В 1960-1968 гг. Елена Александровна работала в Государственном музее Татарской АССР.

В конце 1960-х - начале 1970-х годов Е. А. Халикова читала курс архе-

ологии на историко-филологическом факультете Казанского государственного педагогического института, на вечерном и заочном отделениях историко-филологического факультета Казанского государственного университета, работала заведующей археологическим кабинетом университета. Студенты под ее руководством проходили археологическую практику, писали научные доклады, дипломные сочинения. Мы считаем, что в нашем выборе жизненного пути, становлении как профессиональных археологов Елена Александровна, наряду с А. Х. Халиковым, сыграла большую и определяющую роль.

Археологический кружок КГУ в 1970-е гг., которым Елена Александровна руководила вместе с Альфредом Хасановичем, был больше чем кружок. Это была особая жизнь. Вспоминая атмосферу кружка, хочется подчеркнуть демократичный характер отношений между руководителями и кружковцами. Вероятно,

суть самой науки археологии способствовала этому. Ведь руководители и студенты работали вместе на раскопе, жили в полевых условиях, иногда приходилось делить одну палатку (как было, например, осенью 1974 г. в Больших Тиганах). Это не исключало строгость и требовательность Елены Александровны, которые нам, тогда еще студентам, казались чрезмерными. С высоты уже собственного жизненного опыта понимаешь, что она хотела воспитать в студентах осознание того, насколько важны в археологии скрупулезность в полевых исследованиях и взвешенный анализ источника для последующей интерпретации. Она была принципиальной и требовательной не только к студентам, коллегам, но прежде всего к себе.

Своим примером Елена Александровна как-то естественно привила потребность постоянной работы с источником. Уже со второго курса отправляла нас по темам курсовых и дипломных работ в фонды не только казанских музеев, но и музеев других городов, воспитывая самостоятельность и ответственность. Приезжая в ГИМ, в Горьковский музей или в Институт археологии АН СССР было очень приятно чувствовать дружеское и уважительное отношение к своему руководителю, Елене Александровне, со стороны коллег: М.В. Фехнер, И.К. Цветковой, Н.В. Трубниковой, В.Ф. Черникова, Р. Л. Розенфельдта.

За месяц до своей смерти, уже не вставая с постели, Елена Александровна тщательно вычитывала и обсуждала работы своих первых дипломников.

Наше первое знакомство с археологией в полевых условиях произошло в Биляре, где мы участвовали в рас-

копках одного из крупнейших мусульманских некрополей домонгольских булгар - Билярского I могильника, некрополя знати близ Соборной мечети, других интересных объектов, исследованных Е.А. Халиковой. С гордостью рассказываем мы сегодня своим молодым коллегам, студентам об участии в раскопках в 1974-1976 гг. уникального Больше-Тиганского могильника IX - начала X вв., оставленного ранними венграми на пути их передвижения на запад. Симптоматично, что и мусульманские погребальные памятники, и памятники, связанные с раннесредневековыми мадьярами, стали впоследствии основными объектами исследований Е.А. Халиковой, двумя направлениями в ее научном творчестве, снискавшими ей мировую известность.

Первая крупная публикация Е.А. Халиковой, осуществленная совместно с А.Х. Халиковым в период ее работы в Горьковском областном краеведческом музее (1953-1960 гг.), была посвящена результатам раскопок Чортова городища первой половины I тыс. н.э. и Веселовского могильника - одного из опорных памятников археологии раннесредневе-ковых марийцев (Халиков, Безухова, 1960). Богатый материал погребений позволил исследователям реконструировать малоизученные в науке этнические процессы, вопросы взаимоотношения марийского населения с уграми и тюркоязычными кочевниками в 1Х-Х1 вв. Женский костюм, восстановленный на основе материалов одного из погребений, долгое время украшал экспозицию Нижегородского (Горьковского) историко-архитектур-ного музея-заповедника.

Другая совместная с А.Х. Халико-вым статья была посвящена Василь-сурскому поселению эпохи бронзы, раскопанному в 1958-1959 гг. археологической экспедицией Казанского филиала АН СССР, Горьковского государственного университета и Марийского научно-исследовательского института (Халиков, Халикова, 1963, с. 239-268). Анализ материалов из четвертого (древнейшего) культурного слоя дал основание исследователям отнести памятник к атли-касинскому этапу балановской культуры (XV-XIV вв. до н.э.) и охарактеризовать его как одно из самых ранних укрепленных поселений эпохи бронзы Среднего Поволжья (Халиков, Халикова , 1963, с. 246). Среди сооружений третьего слоя наиболее интересными оказались остатки наземных (сруб-ных) жилищ с неглубокими котлованами. Примечательно, что графическая реконструкция одного из них (Халиков, Халикова, 1963, с. 248, рис. 8) до сих пор охотно используется в качестве иллюстрации в обобщающих работах по археологии бронзового века, школьных и вузовских учебниках по истории. Богатый керамический материал, происходящий из третьего слоя, отложенного в XIV-XII вв. до н.э., содержал балановские сосуды ош-пандинского типа и сосуды чирковско-сейминской культуры. Были обнаружены также изделия из камня, кости, глины и бронзы. Весь этот материал позволил авторам дать более точную характеристику культуры чирковско-сейминских племен, изучение которой в то время только начиналось.

К проблемам эпохи поздней бронзы, связанным в этот раз уже с финалом приказанской культуры, Е.А. Ха-

ликова еще раз обратилась в докладе на IV Уральском археологическом совещании, состоявшемся в 1964 г. в Перми. На основании материалов Полянского II могильника она поддержала точку зрения А.Х. Халикова о генетической связи приказанской и ананьинской культур, предложив дату для вещевого комплекса некрополя в пределах IX - первой половины VIII вв. до н.э. (Халикова, 1967, с. 116-132). А.Х. Халиков датировал маклашеевский этап приказанской культуры, куда относится и Полянский II могильник, X-IX вв. до н.э. (Халиков, 1969, с. 289), современные исследователи - XI - первой половиной IX вв. до н.э. (Чижевский, 2001, с. 34). Таким образом, предложенная Е.А. Халиковой дата оказалась несколько завышенной, однако материалы опубликованного ею памятника до сих пор активно привлекаются при исследованиях переходного периода от поздней бронзы к раннему железу.

С начала 1960-х годов Е.А. Хали-кова, будучи уже научным сотрудником Государственного музея ТАССР, начала активно заниматься средневековыми древностями республики. Летом 1961 г. разведочный отряд Госмузея совместно с Казанским филиалом АН СССР принял участие в обследовании левого берега Куйбышевского водохранилища от бывшей д. Макла-шеевка до д. Урняк в пределах современного Спасского района РТ. У с. Полянки отряд обнаружил двуслойное поселение с материалами срубной и именьковской культур; у д. Макла-шеевка - курганный могильник эпохи бронзы и городище именьковского времени. Кроме того, был обследован ряд памятников, известных уже по более ранним работам археологов.

Одним из интереснейших объектов оказался уникальный Балымер-ский могильник с более чем двумя десятками курганов разных эпох - в том числе булгарского и золотоордын-ского времени. Четыре кургана были раскопаны Е.А. Халиковой (1965, с. 110-116). В могильных ямах вытянуто на спине лежали погребенные, ориентированные головой на север с небольшим отклонением к востоку. На дне ям отмечены подсыпка древесного угля, под насыпью на древнем горизонте - следы костров в виде пятна прокала и угля, а рядом с погребениями - лошадиные черепа. В состав погребального инвентаря входили металлические зеркала, ножницы, ножи и кресала, наконечники стрел и другие находки, характерные для кочевнических погребений XII-XIV вв. (Халикова, 1965, рис. 41, 42, с. 114116). По мнению исследовательницы, изученная группа Балымерских курганов свидетельствовала «о проникновении на территорию Булгарского государства кочевого населения из южных степей». Заметим, что памятники типа Балымерских курганов на территории Татарстана встречаются редко, и материалы Е. А. Халиковой, полученные в ходе раскопок одного из таких памятников, представляют чрезвычайный интерес для изучения проблем этногенеза и этнической истории средневековых татар.

В 1960-х годах Елена Александровна вплотную приступила к изучению языческих и мусульманских некрополей волжских булгар. Особо результативными оказались многолетние исследования крупнейшего в Восточной Европе Танкеевского и Тетюшского могильников, осуществленные совместно с Е.П. Казаковым

(Халикова, 1971; Казаков, Халикова, 1981). На материалах погребального обряда ранних булгар VIII-IX вв. Е.А. Халикова наглядно показала сложный этнический состав населения формирующегося Булгарского государства (Халикова, 1971а). Особый интерес у исследователей, в том числе и зарубежных, вызвал угорский, конкретнее, древневенгерский компонент в погребальной обрядности танкеевского населения (Халикова, 1972; Khalikova, 1972; 1973; 1975), отмеченный также Е.П. Казаковым (1972), что послужило причиной публикации материалов этого некрополя в Венгрии на французском языке (Khalikova, Kazakov, 1977). Угорский компонент Елена Александровна считала общим в этногенезе родственных башкирского и татарского народов (Халикова, 1971 б).

Одновременно Е.А. Халикова изучала раннемусульманские могильники как городские (Халикова, 1976а; 1979), так и сельские (Измерское/Де-вичий городок, Рождественское III, Старо-Куйбышевское I и др.; см.: Халикова, 1976б), расположенные в за-камской и предкамской частях территории Волжской Булгарии. Основным источником послужили билярские некрополи - I-IV могильники, исследованные во внутреннем и внешнем городе. В итоге в распоряжении Е.А. Халиковой оказался репрезентативный материал, позволяющий проследить процесс исламизации населения домонгольской Булгарии в широком хронологическом диапазоне на основе динамики изменений в погребальной обрядности. Новые археологические материалы, тщательно проанализированные с привлечением данных письменных и этнографических источников, составили основу ее

кандидатской диссертации (Халикова, 1976в), опубликованной десять лет спустя в виде монографии (Халикова, 1986). Исследовательница отмечала реминисценции язычества раннему-сульманских некрополей X-XI вв. По ее мнению, лишь к XII - началу XIII вв. «идеология и обряды ислама глубоко укоренились у основного населения страны, охватив разные социальные слои булгарского общества», что доказывается установлением унифицированной, единообразной, «ортодоксальной» погребальной обрядности, соответствующей канонам ислама - «строгое соблюдение кы-блы, однообразное положение корпуса и рук погребенных, полное отсутствие сопровождающего инвентаря и т.п.» (Халикова, 1986, с. 151). Данное заключение в принципе остается верным и сегодня, хотя абсолютизировать его нельзя, ибо в восточной периферии Булгарии недавно были изучены погребения, содержащие в погребальным обряде значительные элементы язычества даже в период Золотой Орды (см.: Бугров, Капленко, Ситдиков, 2010).

Этапы утверждения мусульманства и, как следствие, формирование городской исламской культуры в Волжской Булгарии в последнее время находят все новые подтверждения. Одной из выразительных иллюстраций начального этапа этих процессов является стекло булгарских городов (Valiulina. 2015).

Работая над диссертацией, Елена Александровна исследовала огромный массив данных о погребальном обряде могильников раннебулгарского периода, что сопровождалось составлением вручную многочисленных статистических таблиц. 70-е годы XX в. - период

растущего интереса в советской археологии к применению методов математической статистики в исследовательской работе. Именно Е.А. Халикова была первой из казанских археологов, кто на практике использовал результаты компьютерной обработки большого массива данных, именно она стояла у истоков плодотворного сотрудничества археологов и математиков Казанского университета.

В связи с обсуждающейся в последние годы проблемой соотношения язычества и ислама в культуре Волжской Булгарии домонгольского периода (Хузин, Хамидуллин, 2013), большой интерес представляет статья Е.А. Халиковой, посвященная определению этнической принадлежности могильника «Бабий бугор» на Болгарском городище. В разные периоды изучения Болгара, начиная с середины XIX в., здесь вскрыто более 400 погребений домонгольского и золотоордынского времени, погребальный обряд которых определялся А.М. Ефимовой как мусульманский, но с яркими пережитками древнейших языческих ритуалов местных финно-угорских племен и приазовских болгар (Ефимова, 1960, с. 192; 1974, с. 28-29). Елена Александровна не соглашалась с точкой зрения А.М. Ефимовой и считала могильник на Бабьем бугре христианским, оставленным пришлыми Северного Кавказа и Подонья аланами и славянами (1978а). В данном случае, скорее всего, прав И.Р. Газимзянов, который относит погребенных на Бабьем бугре к пришлым этническим группам, стоявшим на начальной стадии мусульма-низации и вошедшим впоследствии в состав волжско-булгарской народности (Газимзянов, 2001, с. 136).

Е.А. Халикова очень много и весьма плодотворно занималась проблемами ранних венгров, занимавших в VII-IX вв. обширные лесостепные территории между Волгой и Уралом. Активизации исследований в этом направлении способствовало открытие в 1974 г. широко известного сейчас в российской и зарубежной археологии Боль-ше-Тиганского могильника в Алексе-евском районе РТ, в 20 км к северу от Биляра (Халикова, 1976г; 1976д).

Раскопки памятника и их первые результаты вызвали настоящую сенсацию в науке, неподдельный интерес у венгерских ученых, долгие годы безуспешно искавших свою древнюю родину Magna Hungaria в просторах Восточной Европы и Сибири. Уже в следующем году, сразу после предварительного обобщения результатов раскопок первого сезона (тогда было вскрыто 33 погребения), Елена Александровна выступила на IV Международном конгрессе финно-угроведов в Будапеште с докладом, положившим конец старым дискуссиям. Magna Hungaria была найдена (Халикова, 1975). Крупнейший венгерский археолог, профессор Иштван Фодор писал: «Сегодня уже среди специалистов нет сомнения в том, что Больше-Тиган-ский могильник, как это было установлено Е. А. Халиковой, является памятником древних венгров, живших еще на востоке, в Приуралье. Это мнение подтверждено исследованиями последних 30 лет. Он стал эталоном древневенгерских памятников к востоку от Карпат» (Фодор, 2009, с. 20).

Елена Александровна ошибалась лишь в одном - она полагала, что большетиганцы, как и все остальные группировки венгров, во второй поло-

вине IX в. покинули Волго-Уральский регион и ушли в Карпатскую котловину, где они в 895 г. создали свое государство - Венгерское королевство. Теперь же большинство исследователей придерживается мнения, высказанного еще в 1980 г. Иштваном Фо-дором, согласно которому «тиганское население принадлежало той группе древних венгров, которая после ухода на запад - юго-запад основной массы венгерского населения осталась в Прикамье» (Фодор, 1980, с. 228-232). Кстати, это предположение подтвердилось находкой арабского дирхема Х в. в одном из погребений Больших Тиган, раскопанных А.Х. Халико-вым в начале 1980-х годов (Халиков, 1984а, с. 122-133; 1984б, с. 45-47). Значит, венгры продолжали хоронить на этом кладбище своих соплеменников и позднее, до Х в. включительно. «Именно их потомков нашел доминиканец Юлиан в 1235 году недалеко от булгарской столицы Великого города, разговаривал с ними на венгерском языке и назвал их родину Magna Hungaria» (Фодор, 2009, с. 20).

Добротная публикация материалов Больше-Тиганского могильника в Трудах Венгерского национального музея (Chalikova, Chalikov, 1981) предоставила ученым широкую возможность дальнейшего изучения истоков венгерской культуры, их контактов с волжскими булгарами в течение довольно продолжительного времени, материалы памятника полнее объясняют наличие тюркских следов в языке и культуре современных венгров (Халикова, 1976е; 1981). Научное значение книги так велико, что, по мнению редактора Иштвана Фодора, «ее место уже увековечено в венгерской археологии» (Фодор, 2012, с. 8).

Слишком рано ушла Е.А. Халикова в мир иной - вечность. Два десятилетия из своей короткой жизни она посвятила археологии и за это короткое время многое успела сделать. Самые яркие страницы ее научного творчества связаны с исследованием Больше-Тиганского могильника, а ее имя занимает прочное место в науке в качестве первооткрывателя культуры протовенгров Волго-Урала. Часто

вспоминаем мы ее, особенно в последние годы, в связи с все возрастающим интересом ученых к проблемам раннего ислама в Поволжье. Труды Елены Александровны Халиковой, востребованные молодым поколением археологов, и сегодня служат науке. Не случайно и спустя много лет после ухода ее светлой памяти посвящают книги (Ьа821о, 1993).

ЛИТЕРАТУРА

1. Бугров Д.Г., Капленко Н.М., Ситдиков А.Г. К вопросу о времени начала мусульма-низации населения восточной периферии Волжской Булгарии // Научный Татарстан. - 2010. -№ 4. - С. 19-25.

2. Газимзянов И.Р. Еще раз о могильнике «Бабий бугор» // Вопросы древней истории Волго-Камья. - Казань: Мастер Лайн, 2001. - С. 132-137.

3. Ефимова А.М. Могильник на Бабьем бугре городища Болгары // МИА. - № 80. - М.: Наука, 1960. - С. 169-194.

4. Ефимова А.М. Кладбище на окраине посада города Болгара // Города Поволжья в средние века. - М.: Наука, 1974. - С.24-29.

5. Казаков Е.П., Халикова Е.А. Раннеболгарские погребения Тетюшского могильника // Из истории ранних булгар. - Казань: ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова КФАН СССР, 1981. - С. 21-35.

6. Фодор И. К вопросу об этнической интерпретации Большетиганского могильника // Congressus quartus intemationalis Fenno-Ugristarum. Pars II. - Budapest, 1980. - С. 228-232.

7. Фодор И. Халиковы и венгерская археология // Альфред Хасанович Халиков: ученый и учитель. - Казань: Ин-т истории АН РТ, 2009. - С. 18-23.

8. Фодор И. Булгар, Танкеевка, Казань, Сегед, Будапешт (встречи с Еленой Александровной Халиковой) // Актуальные вопросы археологии Поволжья. К 65-летию студенческого научного археологического кружка Казанского университета. - Казань: ЯЗ, 2012. - С. 5-9.

9. Халиков АХ. Древняя история Среднего Поволжья. - М.: Наука, 1969. - 395 с.

10. Халиков АХ. Новые исследования Больше-Тиганского могильника. (О судьбе венгров, оставшихся на древней Родине) // Проблемы археологии степей Евразии. Советско-венгерский сборник. - Кемерово: Кемеровск. гос. ун-т, 1984а. - С. 122-133.

11. Халиков АХ. Культура древних венгров в Приуралье и Подунавье в VIII-X вв. н.э. // Interaktionen der mitteleuropäischen und anderen Ethnika im 6-10 Jahrhundert. - Nitra, 1984б. -С. 45-47.

12. Халиков А.Х., Безухова Е.А. Материалы к древней истории Поветлужья. (Археологические исследования в Ветлужском районе Горьковской области в 1957 году). - Горький: Гос. историко-архитек. музей-заповедник, 1960. - 59 с., илл.

13. А.Х. Халиков, Е.А. Халикова. Васильсурское поселение эпохи бронзы // МИА. - № 110. - М.: Наука, 1963. - С. 239-268.

14. Халикова Е.А. Археологические исследования в Куйбышевском районе ТАССР в 1961 г. // КСИА. - Вып. 104. - М.: Наука, 1965. - С. 110-116.

15. Халикова Е.А. Второй Полянский могильник // Уч. зап. Перм. гос. ун-та. - Вып. 148. -Пермь, 1967. - С. 116-132.

16. Халикова Е.А. Погребальный обряд Танкеевского могильника. (К вопросу об истоках населения Волжской Булгарии IX-X вв.) // Вопросы этногенеза тюркоязычных народов Среднего Поволжья. - Казань: ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова КФАН СССР, 1971а. - С. 64-93.

17. Халикова Е.А. Общий компонент в составе населения башкирского Приуралья и Волжской Булгарии в VIII-Х вв. (по материалам погребального обряда могильников) // Археология и этнография Башкирии. - Т. IV.- Уфа, 1971б. - С. 117-121.

18. Халикова Е.А. Погребальный обряд Танкеевского могильника и его венгерские параллели // Проблемы археологии и древней истории угров. Сборник статей советских и венгерских археологов. - М.: Наука, 1972. - С. 145-160.

19. Халикова Е.А. Magna Hungaria // Вопросы истории. - 1975. - № 7. - С. 37-42.

20. Халикова Е.А. Билярские некрополи // Исследования Великого города. - М.: Наука, 1976а. - С. 113-168.

21. Халикова Е.А. Сельские кладбища Волжской Булгарии XII - начала XIII вв. // Из истории культуры и быта татарского народа и его предков. - Казань: ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова КФАН СССР, 1976б. - С. 39-59.

22. Халикова Е.А. Мусульманские могильники Волжской Булгарии Х - начала XIII вв. как исторический источник. Автореф. дис. ... канд. ист. наук. - М.: МГУ, 1976в. - 18 с.

23. Халикова Е.А. Больше-Тиганский могильник // СА. - 1976г. - № 2. - С. 158-178.

24. Халикова Е.А. Ранневенгерские памятники Нижнего Прикамья и Приуралья // СА. -1976д. - № 3. - С. 141-156.

25. Халикова Е.А. Зауральские истоки культуры протовенгров // Этнокультурные связи населения Урала и Поволжья с Сибирью, Средней Азией и Казахстаном в эпоху железа. (Препринты докладов и сообщений) - Уфа, 1976е. - С. 52-53.

26. Халикова Е.А. О могильнике «Бабий бугор» в Болгарах // Вопросы древней и средневековой археологии Восточной Европы. - М.: Наука, 1978а. - С. 205-211.

27. Халикова Е.А. Еще раз о проблеме происхождения венгров. (В связи с дискуссией на IV Международном конгрессе финно-угроведов) // СА. - 1978б. - № 4. - С. 294-298.

28. Халикова Е.А. IV Билярский некрополь // Новое в археологии Поволжья. (Археологическое изучение центра Билярского городища). - Казань: ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова КФАН СССР, 1979. - С. 114-118.

29. Халикова Е.А. Следы древневенгерской культуры в Восточной Европе // Congressus quartus internationalis Fenno-Ugristarum. - Pars II. - Budapest, 1980. - С. 220-221.

30. Халикова Е.А. К вопросу о контактах древних венгров с болгаротюркскими племенами в Восточной Европе // Плиска - Преслав. Прабългарската култура. (Материали от българо-съвет-ската среща. Шумен, 1976). - София, 1981. - С. 72-81.

31. Халикова Е.А. Мусульманские некрополи Волжской Булгарии Х - начала XIII в. - Казань: Изд-во КГУ, 1986. - 160 с.

32. Хузин Ф.Ш., Хамидуллин Б.Л. Еще раз о соотношении язычества и ислама в домонгольской культуре Волжской Булгарии // Филология и культура. - 2013. - № 1 (31). - С. 214-221.

33. Чижевский А.А. Е.А. Халикова и проблема хронологии маклашеевского этапа прика-занской культуры // Вопросы древней истории Волго-Камья. - Казань: Мастер Лайн, 2001. -С. 30-36.

34. Khalikova E.A. imposant ethnique commun dans les populations de la Bulgarie de la Volga et de la Hongrie du Xe siècle. In: Les questions fondamentales du peuplement du basin des Carpathes du VIIIe auXe siècle. Conférence Internationale 1971 a Szeged. Budapest, 1972, pp. 177-194.

35. Khalikova E.A. Volgai Bulgaria és a X. szazadi Magyarorszag népessége etnikai rokonsaganak Kérdéséhes. In: A Hajdùsàgi museum évkônyve. I. Haydùbosszorméni, 1973, pp. 21-35.

36. Khalikova E.A. A honfoglalô magyarokéhoz hasonlô temetôletet a Kama mentén. In: Élet és Tudomany, 1975, no. 30, pp. 211-213.

37. Khalikova E.A. Osmagyar temetô a Kama mentén. (Magna Hungaria kérdéséhez). -Ancient Hungarian Cemetery along the River Kama. (Contribution on the Issue of Magna Hungaria). In: Archaeologica Értesito, 1976, vol. 103, pp. 53-78.

38. Khalikova E.A., Kazakov E.P. Le cimetiere de Tankeevka. In: Les anciens hongrois et les ethnies voisines a l'Est. Budapest, 1977, pp. 21-221.

39. Chalikova E.A., Chalikov A.H. Altungarn an der Kama und im Ural. (Das Gräberfeld von Bolschie Tigani). Régészeti Füzetek, ser. II, No 21. Budapest: Maguar Nemzeti Mùseum, 1981, 132 p.

40. Laszlo Gy. A zujevoi temeto. (E.A. Halikova emlekenenek). Budapest, 1993.

41. Valiulina Svetlana. Early Islamic Glass of the Volga Region in Bulgaria. In: Аnnales du 19e Сongrès de l'association internationale pour l'histoire du verre. Piran, 2012, Korer, 2015, pp. 411-419.

E.A. KHALIKOVA'S SEARCHES AND DISCOVERIES IN THE VOLGA-KAMA ARCHAEOLOGY

S.I. Valiulina, A.F. Kochkina, F.Sh. Khuzin

The article is devoted to the 85 anniversary since the birth of Elena A. Khalikova - a major researcher of medieval archaeology of the Volga-Ural region. E.A. Khalikova is known for her works on development of the Islamic burial rite in pre-Mongolian Volga Bulgaria as well as on the early Hungarians according to the unique Bolshie Tigany burial ground on the Lower Kama.