О гастролях П. К. Саксаганского на Кубани

скую культуру. Можно сказать, что она выполнила свои исторические задачи.

Литература

1. Андрушкевич И. Н. Русская белая эмиграция (Историческая справка). Буэнос-Айрес, 2004.

2. Кублицкая М. А. Русский генерал в Парагвае // Кадетская перекличка. Нью-Йорк, 2006. № 77. С. 111.

3. Андрушкевич И. Н. Русская белая эмиграция ... С. 159-160.

4. Парчевский К. В Парагвай и Аргентину. Париж, 1937. С. 109.

5. Кублицкая М. А. Русский генерал в Парагвае ... С. 113.

6. Андрушкевич И. Н. Православие в Южной Америке // Церковная жизнь. 2000. № 1-2. С. 34-36.

K. S. KURGANSKY. WHITE EMIGRATION IN LATIN AMERICA: ATTEMPT OF PRESERVATION OF THE RUSSIAN CULTURE, A TRADITIONAL WAY OF LIFE AND ORTHODOX FAITH

The article is dedicated to the uniqueness of the Russian emigration in the 1920-1930s in the countries of Latin America and attempts to keep the Russian foundations of the political, social-spiritual and cultural organization of life abroad.

Key words: White emigration, Orthodoxy, Russian culture, Argentina, Paraguay.

т. Ю. ФЕДИНА

О ГАСТРОЛЯХ П. К. САКСАГАНСКОГО НА КУБАНИ

Один из основателей украинского театра П. К. Саксаганский неоднократно выступал на кубанской сцене. Здесь он не только пользовался вниманием передовой общественности, почитавшей его дарование и заслуги перед искусством, но и столкнулся с равнодушием и даже неприятием чиновников.

Ключевые слова: П. К. Саксаганский, украинский театр, малороссийские труппы, Кубань, цензура.

Точкой отсчета для украинского театра можно считать 1881 год, поскольку с этого времени начали создаваться так называемые малороссийские труппы, которые гастролировали по всей России. Первый такой коллектив основал Г. Ашкаренко при участии М. Кропивницкого. Нельзя сказать, чтобы путь дореволюционного украинского театра был ровным и гладким, наоборот, в своем развитии он столкнулся с многими проблемами, в первую очередь с цензурой. В то же время именно трудности, необходимость выживать на российских просторах способствовали тому, что этот театр быстро приобрел популярность у зрителей.

По сведениям Д. М. Комарова, к 1906 году украинская драматургия насчитывала 861 пьесу. В это число входили как оригинальные, так и переводные драматические произведения [1]. Как утверждала украинская критика, «ни в одной драматургии нет такого числа популярных в народе пьес, как в украинской» [2]. И хотя это положение представляется нам спорным, нельзя не констатировать несомненный успех малороссийского театра, в частности, на юге Российской империи, где малороссийские труппы поддерживало укра-иноговорящее население.

Современное краеведение не обошло своим вниманием украинскую составляющую театральной жизни дореволюционного Юга России. Например, гастроли малороссийских театральных коллективов на Кубани в XIX - начале XX века добросовестно зафиксированы Л. В. Комиссин-ской [3]. Известный украиновед В. Н. Орел опубликовал в советский период несколько статей,

посвященных пребыванию на Северном Кавказе выдающихся деятелей украинского театра [4]. Ряд статей современных исследователей посвящен отдельным эпизодам гастролей малороссийских трупп на Кубани. Так, С. Н. Ктиторов осветил гастроли малороссийской труппы под управлением антрепренера Павла Васильевича Прохоровича в селе Армавир в 1908 году [5]. Проанализировав материалы дореволюционных кубанских периодических изданий, А. Дечева рассказала о пребывании Марии Константиновны Заньковецкой в Екатеринодаре [6].

В данной статье мы рассмотрим тему П. К. Саксаганский и Кубань в аспекте проблематики украинского театра конца XIX - начала XX века.

Панас (Афанасий) Карпович Саксаганский (Тобилевич), выдающийся артист, режиссер, драматург, был одним из создателей украинского национального театра. Как известно, его профессиональный путь начался в малороссийской труппе под руководством М. П. Старицкого (1883). Затем он играл в труппах М. Л. Кропивницкого и Н. К. Садовского, а в 1890 году возглавил Товарищество русско-малороссийских артистов, которое неоднократно меняло свое название в связи со вступлением в него новых участников - выдающихся деятелей украинского театра. Саксаганский покинул созданное им объединение в 1910 году и в течение пяти лет гастролировал по России в составе различных украинских трупп. В 1915 году вместе с М. К. Заньковецкой он принял участие в создании нового Товарищества украинских артистов под руководством И. Я. Марьяненко. В эти годы

Панасу Карповичу довелось быть и антрепренером, и постановщиком, и актером.

В Екатеринодаре он впервые побывал летом 1887 года с труппой М. Л. Кропивницкого. В своей книге «Из прошлого украинского театра» он упоминает об этом так: «Из Новочеркасска труппа переехала в Екатеринодар... Из Екатеринодара

- в Ставрополь» [7].

В том же, 1887 году Панас Карпович выступил с докладом (подготовленным совместно со своим братом И. К. Карпенко-Карым) на Первом всероссийском съезде актеров, который проходил в Москве. Он коснулся многих актуальных проблем театра того времени. Прежде всего, Саксаганский поставил вопрос о том, какой должна быть театральная цензура. Он смело заявил, что цензура не должна «так безжалостно» стеснять драматургов в выборе тем. «Пусть цензура не доводит своего вето до крайности, пусть она следит только за тем, чтобы в пьесы не попадало чего-нибудь безнравственного», - настаивал докладчик. Он подчеркивал особую угнетенность цензурой именно украинской драматургии: «Переводить с иностранных языков для малорусской сцены воспрещается; писать из исторического прошлого, столь богатого темами и интересного для слушателей, воспрещается. Слова "запорожец", "казак", "рщный край"

- жупелы для цензуры, и раз пьеса мало-мальски порядочно скомпонована да имеет эти слова, то лучше не посылать ее в цензуру: все одно не дозволят. Поэтому все малороссийские пьесы имеют темой однообразное кохання <...> и изукрашиваются танцами и пением» [8]. Участники съезда долго и дружно аплодировали докладчику, указавшему в своем выступлении болевые точки театра того времени.

В своем докладе Саксаганский дважды упомянул Екатеринодар. Он утверждал, что некоторые притеснения малороссийских артистов как будто бы специально придуманы с целью уничтожения народного театра на юге империи. «Малорусские спектакли дозволяются только с разрешения высших властей: генерал-губернаторов, губернаторов и градоначальников, причем должно быть указано количество спектаклей и приложен список пьес. Ни один народный малорусский спектакль не может быть поставлен без общерусского водевиля: последний обязателен. Есть распоряжение, чтобы малорусские труппы ставили в один вечер столько актов общерусских, сколько актов имеет малорусская пьеса, идущая в этот вечер. Не говоря уже о том, что это превосходит человеческие силы - сыграть спектакль в 10 актов, это увеличивает расход и отгоняет публику, совершенно недоумевающую: для чего ставят каждый вечер пять несносных, глупых водевилей, тем более что водевили идут ежедневно одни и те же, так как ставить новые не в силах ни одна труппа?

Мы играем такие спектакли в Одессе, Екатери-нодаре и других городах, где начальство более или менее педантично в своих требованиях. Играть такой спектакль - истинное страдание...» [9].

Обстоятельно рассказал о конфликте украинской труппы с екатеринодарским цензором Бариш-

Тищенко в своих мемуарах брат Саксаганского Микола Карпович Садовский. В частности, он описал свои препирательства с этим чиновником, который, ретиво следуя букве закона, требовал, чтобы украинская труппа играла за вечер два спектакля - один на украинском, а другой на русском языке [10].

Рассказывая о притеснениях своей труппы агентами Общества драматических писателей, Саксаганский остановился на эпизоде, произошедшем во время кубанских гастролей.

«В Екатеринодаре идет у нас "Шельменко-денщик", пьеса, не подлежащая оплате авторскими. Агент, в форме, требует авторских, ему говорят: "Не полагается - пьеса старая". Агент обиделся и прислал сейчас через нотариуса запрещение играть, грозя в противном случае 1684 ст. Уложения. Заплатили авторские. На другой день агент получил из Общества приказание телеграммой, что платы за "Шельменко" не полагается. Присылает назад деньги. А обида, а расходы? Это ничего. "Я могу всякого обидеть: я обижу, я и помилую"» [11].

В 1894 году Товариществом русско-малороссийских артистов был снят Летний театр в Екатеринодаре. «Наша труппа играла здесь только два месяца; остальную часть сезона мы передали антрепренеру ростовского театра Любову, - вспоминал Панас Карпович. - Дела в Екатеринодаре были приличные...» [12]. Успех у кубанских зрителей имел не только эстетическое, но и финансовое выражение, пополнив доходы Товарищества. Однако это не помешало Саксаганскому заявить, что на Кубани «чисто украинского элемента <... > почти не осталось. Скидан, правитель канцелярии атамана, загряз в сервилизме и не был настолько влиятельным, каким он мог бы быть по своему служебному положению. Он был совершенно равнодушен к интересам украинского искусства. Он не сумел даже удержать чрезвычайно нахального полицмейстера, который притеснял нас» [13].

Корифей украинской сцены подробно описал притеснения, которые труппа испытывала от екатеринодарского полицмейстера, требовавшего цензурованных экземпляров пьес, в том числе всенародно признанной «Наталки-Полтавки». При этом представитель власти вычеркивал из пьес все, что ему не нравилось. «"Лимерiвну" он вымарками исказил так, что пьеса потеряла всякий смысл, - рассказывал Саксаганский. - Понятно, что мы не обратили внимания, и пьесу поставили без его вымарок. Он пришел ко мне требовать объяснений. Я ответил, что не признаю его цензором, и советовал притянуть к "ответу" того цензора, который разрешил пьесу. Высокий, дородный, с тупой мордой, екатеринодарский полицмейстер напоминал мне того щедринского вахмистра, который взял пескаря и сказал: "уже умер"» [14].

Несмотря на все вышеназванные проблемы, спектакли лучших малороссийских коллективов пользовались популярностью у населения юга Российской империи. На Кубани их поддерживала общественность, называвшая себя «местными украинцами», «украинцами», «украинской интел-

лигенцией», иными словами, идентифицировавшая себя в этническом плане с народом Украины.

Весной 1909 года в городскую управу поступили предложения от двух украинских антрепренеров - корифея малороссийской сцены П. К. Саксаганского и некто Поздняченко, которые предлагали сдать им на сезон Летний театр. «Новая заря» писала: «Труппа Саксаганского - одна из лучших трупп. Труппа же г-на Поздняченко - заурядная труппа. Таких "малороссийских трупп" десятки. Труппы г-д Саксаганского и Садовского составляют гордость Украины. Мы смело рекомендуем городскому голове остановиться на предложении г. Саксаганского» [15]. Власти прислушались к разумному совету прессы, и после длительного перерыва кубанские зрители получили возможность наслаждаться искусством великого мастера украинской сцены и талантливых артистов его труппы.

21 июня 1909 года начались гастроли труппы Саксаганского. Они должны были открыться спектаклем «Бесталанная» по пьесе И. К. Карпенко-Карого. Однако из-за халатности железнодорожников артисты не смогли вовремя получить свой реквизит и вместо намеченного спектакля сыграли «По ревизии» Кропивницкого и «Запорожец за Дунаем» Гулак-Артемовского. В. А. Потапенко писал, что в первый же театральный вечер малороссийская труппа имела большой успех у зрителей. «Труппа, только что прибывшая, усталая, разбитая от всевозможных железнодорожных беспорядков, совершенно не думавшая играть то, что играла, и к тому же вовсе не подготовленная, - с таким успехом <...> художественно провела гастроли на новой сцене» [16].

Для первого выхода к екатеринодарскому зрителю Саксаганский выбрал комедию И. П. Кар-пенко-Карого «Суета», в которой он сыграл Ивана. «Новая заря» посчитала излишним критический анализ его игры, ограничившись тем, что свою роль «он провел выше похвалы». Благодарные зрители преподнесли артисту букеты свежих цветов [17].

Критика называла Саксаганского по масштабу его дарования «артистом мирового значения», способным создать бессмертные роли в классическом репертуаре, «если бы <...> рамки украинской литературы не были ограничены и стеснены условиями чисто внешнего свойства». Отмечалось, что его талант «чрезвычайно широкий, разносторонний, не укладывающийся в рамки тесной специализации и общепринятого деления; он неподражаемый комик, но вместе с тем у него сильно и реально выходят и роли чисто драматического характера <...> А. К. Саксаганский исполняемые им роли делает "живыми". Могучий талант художника-артиста <...> сохраняет все индивидуальные особенности изображаемого лица, и не одно из них не похоже на другое, каждое живет своей собственной жизнью» [18].

В то время Панасу Карповичу было пятьдесят лет. Он уже не принимал участия в большинстве спектаклей, как в прежние годы, хотя зрители, конечно, ждали встречи именно с ним. Второй

ролью, которую он исполнил на сцене Летнего театра, был копач Бонавентура («Сто тысяч» Карпенко-Карого). «Новая заря» писала об идеальной простоте и естественности Саксаганского в этой роли. Создавалось впечатление, что артист не вышел на сцену, а «пришел в хорошо знакомый дом, к близким, родным лицам. Пришел, сел и начал говорить, жить, балагурить». Монологи копача в исполнении Саксаганского рецензент называет «шедеврами». Перед зрителями предстал в своей непосредственности герой, который, несмотря на постоянные разочарования, всегда верит, что счастье ему когда-нибудь улыбнется [19].

Последним выступлением Саксаганского на екатеринодарской сцене стала роль Голохвастова в комедии «За двумя зайцами». Критика отмечала, что «он не играет роль Голохвастова, а он сам Голохвастов». Его игра была названа «верхом совершенства», и прозвучал упрек в адрес города, «с постыдным равнодушием отнесшегося к редким гастролям одного из видных создателей <... > украинского театра» [20].

Гастроли труппы Саксаганского в Екатерино-даре продолжались больше месяца. В последний вечер с большим успехом была сыграна пьеса Карпенко-Карого «Бондаривна» в бенефис А. М. Войцеховской, названной прессой лучшей актрисой этого театрального коллектива.

Все спектакли малороссийской труппы получили оценку на страницах «Новой зари». Автором рецензий был редактор-издатель Потапенко, подписывавшийся псевдонимом «Кто-то близкий». Он, в частности, отмечал приход в оркестр театра известного дирижера И. Дворниченко, который ранее дирижировал оркестром труппы Старицкого в период ее расцвета. Дворниченко был назван одним из лучших украинских дирижеров.

В заключительной публикации Потапенко писал: «Труппа уезжает. Подводя итоги впечатлениям, вынесенным за все время гастролей ее в Летнем театре, можно с большой уверенностью сказать, что украинская труппа А. К. Саксаганского есть серьезная, редкая носительница идеалов национального украинского театра, его народного быта, его заветов, надежд <...> Побеждая массу трудностей, труппа эта осталась верной народной жизни» [21].

Литература

1. Д-ий В. Украшська драматурпя // Украша. 1907. Янв. С. 114.

2. П-ський Л. Украшський театр в 1906 рощ // Украша. 1907. Янв. С. 66-71.

3. Комиссинская Л. В. Летопись театральной гастрольной жизни Кубани XIX - начала XX века // Третьи кубанские литературно-исторические чтения / науч. ред. В. К. Чумаченко. Краснодар, 2001. С. 62-67; Четвертые кубанские литературно-исторические чтения. Краснодар, 2003. С. 166-186.

4. Орел В. П'еси М. Л. Кропивницького на Ку-баш // Лггературна Украша. 1965. 14 травня. № 39; Он же. Невмируща п'еса // Украша. 1966. № 26. С. 16-17; Он же. Панас Саксаганський на Швшчно-му Кавказi // Перемога. 1982. 9, 10 липня; Он же. За-

ньковецька i Швшчний Кавказ // Деснянська правда. 1984. 4 серпня; Он же. Ставропольская гастроль // Ставропольская правда. 1984. 6 сент.

5. Ктиторов С. Украшсьш сторiнки в юторп пер-шого зимового театру на Кубан (Штрихи бюграфи антрепренера П. В. Прохоровича) // Донецький вю-ник наукового товариства iм. Шевченка. Iсторiя. Т. 18. Донецьк, 2007. С. 189-196.

6. Дечева А. М. Заньковецкая в Екатеринодаре (По материалам театральных рубрик дореволюционной региональной прессы) // Донецький вюник наукового товариства iм. Шевченка. Iсторiя. Т. 18. Донецьк, 2005. С. 127-132.

7. Саксаганский П. К. Из прошлого украинского театра. М.; Л., 1938. С. 43.

8. Доклад А. К. Саксаганского и И. К. Карпенко-Карого Первому всероссийскому съезду актеров // Саксаганский П. К. Из прошлого украинского театра ... С. 155, 156.

9. Там же. С. 156, 157.

10. СадовскийМ. Н. Встречи с екатеринодарцами (Из книги «Мои театральные встречи») / предисл., публ. и пер. с укр. яз. В. К. Чумаченко // Родная Кубань. 2004. № 3. С. 93-97.

11. Доклад А. К. Саксаганского и И. К. Карпенко-Карого Первому всероссийскому съезду актеров . Там же. С. 158.

12. Там же. С. 77.

13. Там же.

14. Два предложения // Новая заря. 1909. 4 февр. № 690.

15. К предстоящим гастролям украинской труппы А. К. Саксаганского // Там же. 1909. 18 июня. № 798.

16. Кто-то близкий. Начало гастролей украинской труппы А. К. Саксаганского // Там же. 1909. 23 июля. № 802.

17. Первая гастроль А. К. Саксаганского // Там же. 1909. 18 июля. № 823.

18. Цит. по: К приезду Аф. Карп. Саксаганского // Там же. 1909. 16 июля. № 821.

19. Вторая гастроль А. К. Саксаганского. «Сто тысяч». Комедия Карпенко-Карого // Там же. 1909. 19 июля. № 824.

20. Последняя гастроль А. К. Саксаганского // Там же. 1909. 22 июля. № 826.

21. Последний спектакль украинской труппы А. К. Саксаганского // Там же. 1909. 31 июля. № 834.

т. yu. fedina. about p. k. sacksagansky tour to kuban

P. K. Sacksagansky, one of the founders of the Ukrainian theatre, performed on the Kuban scene repeatedly. He not only attracted the advanced public's attention who valued his talent, but faced indifference and dislike of bureaucrats.

Key words: P. K. Sacksagansky, the Ukrainian theatre, malorossijsky companies, Kuban, censorship.

А. И. СЛУЦКИЙ

о книгах из библиотеки киево-межигорского спасо-преображенского монастыря

в Финляндии

Статья посвящена судьбе книг Киево-Межигорской библиотеки, перевезенных в Хельсинки с Кубани в начале XIX века.

Ключевые слова: Кубань, библиотека Киево-Межигорского монастыря, библиотека Екатеринодарского училища, Славянская библиотека Национальной библиотеки Финляндии.

Чем дольше и глубже исследуешь какой-либо исторический сюжет, тем больше вопросов возникает. Это истина общеизвестная. Однажды с кубанским историком Борисом Ефимовичем Фроловым мы опубликовали в журнале «Родная Кубань» статью о судьбе библиотеки Киево-Межигорского монастыря на Кубани [1]. Спустя несколько дней после выхода в свет номера Борису Ефимовичу подарили ксерокопию статьи Г. С. Беляковой «Древнерусские рукописи и старинные книги в Финляндии», в которой была одна заинтересовавшая нас (в контексте межигорского сюжета) фраза. Сразу хотелось бы поблагодарить за помощь в работе над данным сообщением биб-

лиотекаря Славянской библиотеки Национальной библиотеки Финляндии Ирину Лукку.

После пожара университетской библиотеки в Турку [2], пишет Г. С. Белякова, было «объявлено распоряжение по всем (российским. - А. С.) университетам, академиям и даже гимназиям присылать дубликаты своих книг в Хельсинки <...> Интересно отметить, что редчайшие экземпляры книг попали в библиотеку из русских школ и гимназий. Так, произведения, датируемые XVII веком, поступили от дирекции школ Черноморского округа, среди них, например, "Зерцало богословия" Кирилла Транквиллиона, "Казанье Двое" Леонида Карповича, принадлежащие Екатеринодарской