Вопросы прав человека в конституционном проекте И. А. Ильина

М.А. Кудрявцев*

ВОПРОСЫ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА В КОНСТИТУЦИОННОМ ПРОЕКТЕ И.А. ИЛЬИНА

Иван Александрович Ильин (1883-1954)1 является одним из видных представителей российской эмиграции первой половины XX в. Будучи юристом по образованию, он органично сочетал в себе крупного правоведа, религиозного мыслителя, социального философа, общественного деятеля, ученого и публициста. И.А. Ильин оставил после себя обширное философское и научное наследие. Далеко не полное собрание его сочинений, изданное в современной России, насчитывает 10 томов2, активно публикуются и отдельные произведения3. Его работы были и продолжают оставаться предметом научного изучения и широкой общественной дискуссии, вызывая диаметрально противоположные оценки.

Государственно-правовая тематика занимала в работах И.А. Ильина важное место и рассматривалась в ряде его трудов, таких как «Понятие права и силы: опыт методологического анализа» (1910 г.), «Основное нравственное противоречие войны» (1914 г.), «Духовный смысл войны» (1915 г.), «Учение о правосознании» (1919 г.), «Основные задачи правоведения в России» (1921 г.), «О сопротивлении злу силой» (1925 г.), «О России. Три

* Научный сотрудник Института государства и права РАН, кандидат юридических наук.

1 Краткий биографический очерк об И.А. Ильине см., например: Звягинцев А.Г. Духовно-идейный пастырь России // Звягинцев А.Г. Взлеты и падения вершителей судеб: Трагические страницы в биографии российских юристов. М., 2006. С. 247-263.

2 См.: Ильин И.А. Собр. соч. в десяти томах. М., 1993-1994.

3 См., например, следующие современные переиздания работ И.А. Ильина: О грядущей России. Избранные статьи. М., 1993; Общее учение о праве и государстве. М., 2006; О сопротивлении злу силой. М., 2005; О русском национализме. Сб. статей. М., 2007.

182 Труды Института государства и права

Российской академии наук № 3/2011

речи» (1934 г.), «Пути духовного обновления» (1937 г.), «Основы борьбы за национальную Россию» (1938 г.) и др. Однако особую ценность в этом отношении представляет подготовленный им «Проект Основного Закона Российской Империи (черновая схема)»4, датированный 1938 г. В данном сравнительно небольшом документе, состоящем из 14 разделов и 324 статей, а также Добавления к основным законам об управлении на местах в переходное время из 27 статей, мыслитель сумел, следуя логике создания нормативного правового текста и требованиям юридической техники, изложить в краткой и выразительной форме свои представления об оптимальном для России строе государственной и общественной жизни. Этот проект занял достойное место в ряду других белоэмигрантских и оппозиционных конституционных проектов, созданных в советский период отечественной истории5.

И.А. Ильин вел активную работу над своим конституционным проектом в 1937-1939 гг., когда его фундаментальные государственно-правовые идеи и воззрения обрели конкретную юридическую форму основательно продуманного и детально разработанного проекта конституционного акта. Результаты этой работы воплотились в ряде созданных им документов, первое место среди которых занимают «Проект Основного Закона Российской Империи (черновая схема)», а также несколько разнородных текстов, объединенных автором под названием «Материалы к Проекту Основного Закона Российской Империи». В состав названных «Материалов...» вошли доклад И.А. Ильина «Основы государственного устройства», прочитанный им на

4 Здесь и далее название документа приводится в орфографии его автора

5 О важнейших небольшевистских и некоммунистических конституционных проектах см.: Кудинов О.А. Конституционные проекты Белого движения и конституционно-правовые теории российской белоэмигра-ции (1918-1940-е гг.), или За что их расстреливали и депортировали (для тех, кто хочет понять смысл права). М., 2006. С. 12-25, 53-62; Лисица Ю. Т. Проблемы государственного строительства и гражданского общества (предисловие) // Ильин И.А. Основы государственного устройства. Проект Основного Закона России. М., 1996. С. 8-9.

съезде представителей русской эмиграции в Женеве в начале декабря 1937 г.; «Тезисы к докладу об основах государственного устройства будущей России», с которыми он выступил 22 января 1939 г. на Совещании в Женеве 22-28 января 1939 г., и

другие «его записи на прениях» на женевских съездах и совещаниях различных годов, письменные возражения на доклады оппонентов и другие материалы, обозначенные им как «Идеи, положенные в основу моих "Основных Законов России"». Последний из перечисленных документов представлял собой конспективные заметки, собранные И.А. Ильиным для написания предисловия к своему конституционному проекту, которые должны были лечь в основу так и не написанного ученым предварительного курса лекций, разъясняющего содержание предложенного им Основного закона будущей России6. Однако все фундаментальные политико-правовые работы И.А. Ильина могут в какой-то мере рассматриваться как предварительная разработка конституционных идей, изложенных им в Проекте Основного Закона Российской Империи, либо как развитие и переосмысление этих идей. Сам же И.А. Ильин, утверждая, что за каждым параграфом его конституционного проекта стоит целый арсенал аргументов и не менее четверти века научной работы, называл среди своих теоретических трудов, на основе которых создан этот проект, «Основные задачи правоведения в России», «Проблема современного правосознания», «Государственный смысл Белой Армии», ряд статей в журнале «Русский Колокол», «Три речи о России», «Творческая идея нашего будущего», «Путь духовного обновления», «Основы борьбы за национальную Россию», «Основы христианской культуры», «О сущности правосо-знания»7. Идеи своего конституционного проекта развивались И.А. Ильиным и в его поздних работах, многие из которых во-

6 Текст созданного И.А. Ильиным Проекта Основного Закона Российской Империи и других документов, связанных с его разработкой, см.: Ильин И.А. Основы государственного устройства. Проект Основного Закона России. М., 1996.

7 См. подробнее: Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 142, 158-160.

шли в сборник его публикаций «Наши задачи: избранные статьи (1948-1954 гг.)»8.

В своем конституционном проекте И.А. Ильин уделял особое внимание правовому статусу российских граждан, поскольку граждане воспринимались им как реальные носители живого правосознания. И.А. Ильин развивал свою концепцию правового статуса личности на основе сформулированной им «аксиомы правосознания», согласно которой государство строится не только принуждающей властью, но и автономным правосознанием граждан, сочувствующих власти и поддерживающих ее начинания. Каждый гражданин воспринимался философом как активный субъект права, обладатель прав личности и участник самоуправления, чьи правомерные интересы могут быть реализованы только в рамках надлежащего правопорядка и требуют законодательных гарантий, прежде всего - законности в сфере управления. Поэтому третьим разделом конституционного проекта И.А. Ильина стал Раздел «О правах и обязанностях российских граждан».

В основе подхода И.А. Ильина к проблеме конституционной регламентации правового статуса личности был так называемый принцип частнопубличного дуализма (частное начало в данном случае ставил на первый план сам И.А. Ильин), имеющий своим истоком свойственное западной юридической традиции разделение права на частное и публичное9. Такой дуалистический подход к систематизации основных прав и свобод личности активно использовался многими отечественными государ-

8 См., например: Ильин И.А. Какие же выборы нужны России? // Ильин И.А. Собр. соч. в десяти томах. Т. 2 Кн. 2. М., 1993. С. 18-28; он же. Кое-что об основных законах будущей России // Там же. С. 80-84; он же. О правах и обязанностях российских граждан // Там же. С. 84-92.

9 О разделении права на публичное и частное см., например: Кудрявцев М.А. Соотношение частного и публичного начала правового регулирования. Сущность, специфика и исторический опыт // Иностранное право. М., 2001. С. 11-18; Дорохин С.В. Деление права на публичное и частное: конституционно-правовой аспект. М., 2006; Тихомиров Ю.А. Публичное право. М., 1995. С. 1-52.

ствоведами, в частности Б.Н. Чичериным10. Но если Б.Н. Чичерин максимально расширял сферу частных (личных прав российских граждан), относя к публичным (политическим) лишь права на участие в действиях власти11, то И.А. Ильин, напротив, в своем проекте предельно расширил сферу публичных прав, сделав их основным объектом конституционной регламентации.

В своем частнопубличном дуализме И.А. Ильин следует за Г.В.Ф. Гегелем, выделявшим в составе социума «гражданское общество» и «политическое общество». При этом И.А. Ильин считает фундаментом государства именно экономическую жизнь, сферу гражданского оборота, где происходит создание частной собственности. Однако он понимает частную собственность не формально-юридически, как правопритязание лица на определенный объект материального мира, а с философских позиций, т.е. как возможность индивида «вкладывать свою жизнь в жизнь вещей, неизбежную от природы и бесценную в духовном отношении»12, которая должна обеспечиваться в рамках существующего правопорядка, будучи гарантированной законом и защищаемой государством. По мнению И.А. Ильина, именно частная собственность вовлекает человека в созидательную деятельность и взаимодействие с другими людьми, связывает его с землей, родиной и государством, формирует взгляды индивида на мир. «Она закрепляет оседлость, без которой невозможна культура, единит семью, вовлекая ее в заботы о собственности, она питает и направляет государственный инстинкт человека; она раскрывает ему художественную глубину хозяйственного процесса и научает его религиозному принятию природы и ми-ра...»13. Таким образом, основанная на праве частной собственности экономическая деятельность должна воспитывать в индивиде творца и хозяина, участника гражданского оборота, при-

10 См.: Чичерин Б.Н. Общее государственное право. М., 2006. С. 211246.

11 К их числу относились две категории прав: 1) участие в решениях, лично или через представителей; 2) доступ к должностям. См.: там же. С. 239.

12 Кудинов О.А. Указ. соч. С. 139.

13 Там же. С. 140.

учая его к самостоятельности в условиях существующего гражданского порядка. Хозяйственная деятельность индивида становится для человека начальной школой морали и нравственности, формирующей его мировоззрение и правосознание и дающей первый опыт правового общения лица с другими субъектами права. Тем самым сфера экономических отношений - гегелевское «гражданское общество» - становится той средой, где первоначально реализуется безусловное естественное право каждого человека на самостоятельную и свободную жизнь, а индивид постепенно развивается в полноценного гражданина, способного верно воспринять идею политической свободы и стать полноправным членом общества политического. Повседневная практическая деятельность индивида в сфере экономической жизни пробуждает и формирует его правосознание и постепенно делает его полноправным участником жизни социума, тем самым осуществляя подготовку индивида к жизни политической.

Представление о частноправовой (экономической) сфере социальной жизни как об основании публично-правовой (политической) ее сферы и как о школе морально-правового воспитания истинных граждан, готовящей их к участию в политике, предопределило подход И.А. Ильина к конституционному закреплению экономических прав и свобод в тексте составленного им Проекта Основного Закона. Максимально широкая экономическая свобода, до той степени, пока это не наносит ущерба интересам общества и государства, воспринималась И.А. Ильиным аксиоматично, как нечто само собой разумеющееся, а потому основные экономические права российских граждан в его конституционном проекте лишь конспективно обозначены. Они были зафиксированы в ст. 15 Раздела Третьего данного документа как возможность свободно избирать и менять место жительства и занятие, приобретать и отчуждать имущество и беспрепятственно выезжать за пределы государства, осуществляемая в общих пределах ограничений, установленных законом. Перечисленные права гарантировались русским гражданам по достижении возраста гражданского совершеннолетия (20 лет), а также иностранцам. При этом такие важнейшие гарантии экономической свободы, как неприкосновенность собственности и

жилища, в классификации И.А. Ильина относились к публичным

14

правам .

К важнейшим вопросам правового положения личности, затронутым И.А. Ильиным в соответствующем разделе своего Проекта Основного Закона Российской Империи, относились общие принципы правового положения личности, публично-политические права и свободы, а также статус иностранцев. И.А. Ильин в ст. 1 Раздела Третьего своего конституционного проекта определял гражданство следующим образом: «Российское гражданство есть звание почетное и обязывающее. Носящий сие звание повинен верностью отечеству и государству, верховной власти и законам страны»15. С таким пониманием гражданства была связана идея философа о необходимости коренного переворота в правосознании на основе концепции единой правообязанности. Согласно этой концепции публичное правомочие должно восприниматься человеком как обязанность, а публичная обязанность - как почетное правомочие. Конституционно закрепленные права индивида должны побуждать его к активной созидательной творческой деятельности как в экономической, так и в политической сфере общественной жизни. Реализуя свои права, свободы и законные интересы, индивид обязывается соблюдать юридические предписания, не выходить за рамки существующего правопорядка, не нарушать права, свободы и законные интересы других лиц, действовать законными способами и методами. В то же время обязанности, адресованные индивиду, должны восприниматься им не как некий негативный довесок к его правам и свободам, а как непреложное условие реализации им своих правопритязаний. Обязанности индивида определяют лишь минимальную степень его участия в делах государства, его «минимальную жертву» общему благу в качестве участника правоотношений. Обязанности должны побуждать гражданина созидательно увеличивать свое участие в общем деле, и всякое проявление жертвенности индивида должно поддерживаться и поощряться со стороны общества и госу-

14 См.: ст. 26 Проекта Основного Закона Российской Империи // Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 75-76.

15 Там же. С. 70.

188

дарства, в том числе и путем предоставления таким социально активным сознательным гражданам дополнительных преимуществ и отличий.

Идея жертвенного служения гражданина своей Родине и своему народу, сопряженного с принятием на себя и мужественным несением государственного тягла, нашла свое воплощение в том, что конституционный проект И.А. Ильина выдвигает на первый план основные обязанности личности, что было характерно для Основных государственных законов Российской империи 1906 г.16 К числу таких обязанностей традиционно относились защита престола и Отечества, уплата налогов и пошлин, а также отбывание иных установленных законом повинностей. Именно по отношению к обязанностям наиболее ярко проявляется учение И.А. Ильина о единой комплексной право-обязанности, сочетающей в себе как обязательство, так и правомочие.

Согласно учению И.А. Ильина о двуединой правообязанно-сти вооруженная защита Отечества и государства трактовалась им как священная обязанность и одновременно как почетное право каждого русского гражданина. Его конституционный проект распространял воинскую повинность не только на мужчин, подлежащих призыву в войска, но и на женщин, права и обязанности которых в сфере обороны должен был определить специальный закон. Лишение лиц почетного права участвовать в вооруженной защите Отечества объявлялось позорнейшим наказанием, сопровождающимся утратой «всякой публичной право-способности»17.

Обязанность российского гражданина платить законно установленные налоги и пошлины, согласно проекту И.А. Ильи-

16 Ср. ст. 28, 29 Основных государственных законов 1906 г. (далее -ОГЗ) и ст. 70, 71 Свода Основных государственных законов 1906 г. (далее - СОГЗ) со ст. 4-6 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи И.А. Ильина.

17 См.: ст. 4 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи // Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 70. Ср. со ст. 19 Конституции (Основного Закона) РСФСР 1918 г. и ст. 10 Конституции (Основного Закона) РСФСР 1925 г.

на, в то же время представляет собой почетное право участия в создании и пополнении государственной казны. При этом «налог, установленный государством, указует каждому гражданину не наибольшую, а наименьшую долю его участия. Каждое превышение этой наименьшей доли составляет отечественную заслугу гражданина и влечет за собою почетные последствия, определяемые особым законом»18. Злостные недоимщики должны были лишаться публичных прав «по суду и закону». Аналогичен подход философа к отбыванию российским гражданами всех иных повинностей, возложенных на них законом. В этом случае «всякое проявление почина, добровольчества и жертвенности составляет и здесь отечественную заслугу и влечет за собою предусматриваемые особым законом почетные послед-ствия»19.

Важнейшим принципом правового статуса личности для И.А. Ильина был принцип равенства граждан перед законом, которому он посвятил специальную ст. 7 Раздела Третьего своего проекта. Указанная статья объявляла всех русских граждан, не ограниченных в своих правах по закону или суду, равными перед законом. Особо отмечалось, что «российский правопорядок не знает сословий, которые сообщали бы своим членам неосновательные преимущества или ограничения в правах или изымали своих членов из-под действия основных и общих зако-нов»20. Как известно, сословия уже были отменены в России Декретом ВЦИК «Об уничтожении сословий и гражданских чинов» от 23 ноября 1917 г.21 Поэтому соответствующее положение проекта И.А. Ильина следует рассматривать не как юридическую отмену сословий в случае реализации проекта, а лишь

18 Статья 5 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи // Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 70-71.

19 Статья 6 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи // Там же. С. 71.

20 Статья 7 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи // Там же.

21 СУ. 1917. № 3. Ст. 31.

как окончательный и бесповоротный отказ от реставрации сословного строя дореволюционной России.

Группа публичных прав в проекте И.А. Ильина объединила в своем составе личные права (гарантии неприкосновенности личности) с политическими правами и свободами. Набор публично-политических прав и свобод в данном документе в целом традиционен, хотя конституционное закрепление некоторых из них имеет определенную специфику.

На первое место среди этих прав И.А. Ильин ставил «священное и неприкосновенное» право свободной веры каждого российского гражданина, принципиально не умаляемое ни при каких наказаниях и ограничениях их публичной правоспособно-сти22. По его мнению, религиозная жизнь в России должна строиться на основе свободы веры (но не свободы совести, что принципиально), распространяющейся как на христианские, так и на все нехристианские вероисповедания, включая язычников, которая была признана в России еще Основными государственными законами 1906 г.23 Право свободной веры включало в себя свободу веры (выбор религии), молитвы, исповедания (отправление верующими религиозных ритуалов) и богослужения, а также право «невозбранного перехода» в другое вероисповедание по достижении гражданином 25 лет24. Свобода веры должна быть подкреплена рядом гарантий, важнейшей из которых был запрет на преследование индивидов за их религиозные убеждения и на их принуждение к участию в обрядах другого вероисповедания

22 Статья 3 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи // Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 61.

23 Статья 39 ОГЗ; ст. 66, 67, 81 СОГЗ. См. также: Столыпин П.А. Речь о вероисповедных законопроектах и о взгляде правительства на свободу вероисповедания, произнесенная в Государственной думе 22 мая 1909 г. // Русский конституционализм в период думской монархии. М., 2003. С. 171-180. При этом необходимо учитывать, что Манифест об усовершенствовании государственного порядка (СУ. 1905. Отд. I. Ст. 1658) обещал населению России свободу совести, а не свободу вероисповедания (веры).

24 См.: ст. 2, 10 Раздела Второго Проекта Основного Закона Российской Империи // Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 61.

(за исключением обязательного присутствия должностных лиц на официальных, праздничных и воинских богослужениях)25.

Право на доступ к государственной службе, отсутствовавшее в Основных законах Российской империи 1906 г., трактуется И.А. Ильиным как практически исключительное право российских граждан занимать военные и гражданские должности в России26. Иностранцев допускалось приглашать на службу лишь временно, по договору найма, при условии подписания торжественного обязательства не вредить интересам России.

Конституционный проект И.А. Ильина признавал за российскими гражданами право устраивать собрания в целях, не противных религии, нравственности, отечеству и законам, условия и порядок проведения которых должны определяться законодательно. При этом всякое собрание, в котором прозвучит призыв к неповиновению властям и законам или ко взаимной вражде граждан, становится с этой минуты противозаконным сборищем, участие в котором влечет за собой утрату публичных прав по суду. Участие же в собраниях с огнестрельным или холодным оружием лиц, не имеющих разрешения на его ношение, приравнивалось к попытке начать вооруженное восстание.

25 Будучи религиозным философом, И.А. Ильин придавал особое значение вопросам религиозной жизни, которые подробно разрабатываются им в специальном Разделе Втором «О вере и религии» его Проекта Основного Закона Российской Империи. См.: Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 65-69.

26 Данное право в рамках общего права на участие граждан в управлении государственными и общественными делами впервые было закреплено в ст. 48 Конституции (Основном Законе) СССР 1977 г. и ст. 46 Конституции (Основного Закона) РСФСР 1978 г. (в первоначальной редакции). Право на доступ к любым должностям в государственных органах в качестве самостоятельного основного права граждан было предметно закреплено в ст. 18 Декларации прав и свобод человека и гражданина, принятой постановлением Верховного Совета РСФСР 22 ноября 1991 г. (Ведомости РСФСР. 1991. № 52. Ст. 1865), а затем в ст. 48 Конституции РСФСР 1978 г. в редакции Закона РСФСР «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) РСФСР от 21 апреля 1992 г.» (Ведомости РСФСР. 1992. № 20. Ст. 1084).

Российские граждане имели право создавать неполитические общества и союзы в целях, не противных законам государства. Условия создания и деятельности этих организаций, а также порядок получения ими статуса юридического лица и процедуру их закрытия должен был определить особый закон. Непременным условием деятельности обществ и союзов И.А. Ильин считал обязательную регистрацию таких объединений с предъявлением устава и откровенным изложением целей их деятельности. Тайные общества и союзы категорически запрещались. Эти организации, равно как и их участники, заранее объявлялись вне закона.

В конституционном проекте И.А. Ильина специальная статья посвящалась вопросам организации и деятельности политических партий27. Философ видел в партиях не организации, выражающие и отстаивающие интересы определенных социальных классов, слоев и групп, а лишь противоборствующие политические группировки, которые стремятся к захвату и подчинению себе механизма государственной власти, исходя из собственных своекорыстных интересов, и декларирующих интересы народа лишь в качестве своеобразной демагогической ширмы своих реальных устремлений. Поэтому основную задачу политической системы будущей России И.А. Ильин видел в создании условий, препятствующих межпартийной конфронтации и партийному захвату власти, категорически не принимая идею партийной монополии и партийной диктатуры и стремясь к своеобразному «отделению партий от государства и государственной власти от партий». По мысли ученого, партии должны были превратиться всего-навсего в «политические клубы» и «мозговые центры», вырабатывающие политические решения насущных общественных проблем. Политические партии в концепции И.А. Ильина должны были лишь предлагать обществу свои программы достижения и обеспечения общего блага, а также, наряду с другими общественными объединениями (корпорациями) выдвигать достойных лиц в качестве кандидатов на выборные должности.

27 См.: ст. 21 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи // Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 74.

193

Но в то же время партии лишались каких-либо возможностей непосредственного участия в деятельности государственной власти.

Согласно проекту создаваемые политические партии подлежали обязательной государственной регистрации. При этом устанавливался особый запрет на организацию «противообщественных, противогосударственных и революционных» партий, создание которых и участие в них должны были преследоваться по суду и, помимо основного наказания, влекли за собой полную утрату публичных прав. Проект объявлял членство в партии несовместимым с какой бы то ни было государственной или общественно-публичной службой, а также с избранием или назначением в законотворческие органы. Лицо, назначаемое на такую службу либо ставшее членом законотворческого органа, должно было «выйти из партии и дать торжественное обязательство сообразовываться в своей деятельности не с указаниями своей бывшей партии, а с пользою отечества и государства, а также с голосом своего независимого правосознания и своей совести».

Следует особо отметить включение И.А. Ильиным в ката-

28

лог основных прав российских граждан права петиций , трактуемого им как право единолично или совместно обращаться к государственным властям с письменным изложением своих просьб и пожеланий. При этом явное преимущество отдавалось индивидуальным обращениям. Коллективное («совместное») обращение допускалось только от лиц зарегистрированного общества и союза через его правление или особую депутацию. Подобный подход к обращениям подданных, идущий от Артикула

28 См.: ст. 22 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи // Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 75. Право петиций, юридические оформленное Указом Президиума Верховного Совета СССР от 12 апреля 1968 г. (Ведомости СССР. 1968. № 17. Ст. 144), получило конституционное закрепление в ст. 49 Конституции (Основного Закона) СССР 1977 г. и в ст. 47 Конституции (Основного Закона) РСФСР 1978 г. В настоящее время право петиций в Российской Федерации регулируется Федеральным законом от 2 мая 2006 г. № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» (Российская газета. 2006. 5 мая).

воинского29, отдававший приоритет индивидуальным обращениям подданных, был характерен для дореволюционного российского законодательства. Коллективные же петиции зачастую рассматривались властью как бунт и «преступное возмущение» против существующих порядков. Поэтому право коллективных обращений предоставлялось лишь особо доверенным общественным корпорациям30. И.А. Ильин включил в свой перечень основных прав и свобод российских граждан также свободу мысли и слова, не останавливаясь подробно на ее содержании: в пределах, установленных законом, «каждый может высказывать устно или письменно свои мысли, а равно распространять их в письменном или печатном виде»31.

Наиболее спорными в концепции прав личности, разработанной И.А. Ильиным и воплощенной им в Проекте Основного Закона Российской Империи, представляются вопросы полицейского и политического сыска. Прежде всего это касается полицейских и политических доносов, задуманных философом как механизм охраны мира и согласия в обществе, основывающемся на принципе братства. Духовное начало братства, воплотившееся в юридический принцип, предписывало каждому российскому гражданину, осведомленному о наличии какого-либо злого умысла против жизни, здоровья, чести или имущества кого-либо из своих сограждан, предупредить об опасности лицо, против которого этот умысел направлен. Гражданин, подвергающийся опасности, и его информатор получали право обратиться за за-

29 См.: арт. 133 Артикула воинского. 26 апреля 1715 г. // Законодательство Петра I. М., 1997. С. 777.

30 См., например: ст. 47, 48 Жалованной грамоты на права, вольности и преимущества благородному российскому дворянству от 24 апреля 1785 г. // Законодательство Екатерины II: В 2 т. Т. 2. М., 2001. С. 38; ст. 8, 36 Городового положения [Жалованной грамоты городам] от

21 апреля 1775 г. // Там же. С. 79, 82; Именной указ из Сената от

22 августа 1767 г. «О бытии помещичьим людям и крестьянам в повиновении и послушании у своих помещиков и о неподавании челобитен в собственные Ее Величества руки» // Там же. С. 159-161.

31 См.: ст. 18 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи // Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 73.

щитой в органы полицейского управления. В случаях же особой важности предупреждение о наличии угрозы в отношении российского гражданина могло быть адресовано осведомленным лицом непосредственно полиции. Заявления об угрозе российскому гражданину должны были протоколироваться и подписываться «сообщителем». При наличии же в таком полицейском доносе заведомой лжи, клеветы, шантажа и «в прочих тому подобных случаях» полиция обязывалась предать гласности соответствующий протокол, опубликовав его в «Полицейских ведомостях».

Политические доносы также должны были протоколироваться за подписью заявителя и с указанием его адреса. Безымянные (анонимные) политические доносы запрещались и не могли иметь правовых последствий32. Авторы анонимных доносов в случае их установления подлежали суду по обвинению в отступлении от принципа братства и в случае осуждения лишались публичных прав на 10 лет. Политический донос в течение трех дней надлежало предъявить лицу, против которого он был направлен. Возражения обвиняемого на донос протоколировались. Ему должно было называться имя доносителя, а также предоставлялось право требовать очной ставки с автором доноса, по желанию обвиняемого - в присутствии трех свидетелей.

Бремя доказывания возлагалось на доносителя, а не на того, против кого донос был направлен. Дела по доносам о деяниях, юридически не предусмотренных и не наказуемых, подлежали прекращению. Дела же по доносам о предусмотренных законом и юридически наказуемых деяниях в случае подтверждения доноса или его недостаточного опровержения следовало передавать мировому судье, которому в процессе вынесения решения предписывалось «судить не только о деле и о совершившем его, но и о личности доносителя». Заведомо ложный политический

32 Такой подход к анонимным доносам, основанный на идее «регулярного государства», в котором каждый, обращающийся к власти, обязан отвечать за свои слова, берет свое начало в изданном Петром I Именном указе 25 января 1715 г. «О нечинении доносов, о подметных письмах и о сожигании оных при свидетелях на месте» (ПСЗРИ-1. Т. V. № 2877).

донос, а также правдивый донос, совершенный по низменным мотивам (из личной вражды или по злобе), считался отступлением от принципа братства и наказывался лишением публичных прав на 10 лет. Таким образом, И.А. Ильин, по сути, планировал возродить традиционный для розыскного процесса по политическим делам институт так называемого извета, юридически зафиксированный еще в Соборном Уложении 1649 г., несколько осовременив его и приспособив к реалиям ХХ в. в качестве средства борьбы с политической крамолой33.

Помимо вопросов политической юстиции неоднозначным в проекте И.А. Ильина представляется его подход к обеспечению юридических гарантий неприкосновенности личности, точнее - к установлению на конституционном уровне изъятий из этих гарантий в отношении лиц, поставленных «вне закона»34. Статья 9 Раздела Третьего данного документа предоставляла главе государства «в борьбе с политической смутою, разбоем, неприятельским вторжением или чрезвычайными народными бедствиями. право объявлять известные категории лиц как из российских граждан, так и из числа иностранцев - вне закона». Такое объявление доводилось до всеобщего сведения путем опубликования в газетах и расклейки в присутственных местах. Оно действовало в течение месяца и могло возобновляться в том же порядке. Лица, объявленные вне закона, подлежали немедленному аресту и «суровому» ускоренному порядку судопроизводства, определяемо-

33 Об институте извета подробнее см.: Тарановский Ф.В. Новые данные по истории Уложения царя Алексея Михайловича // Тарановский Ф.В. История русского права. М., 2004. С. 150-166; Тельберг Г.Г. Очерки политического суда и политических преступлений в Московском государстве XVII века. М., 1912.

34 Справедливости ради следует отметить, что нормы аналогичного содержания присутствовали в Конституции (Основном Законе) РСФСР 1918 г. (ст. 23) и в Конституции (Основном Законе) РСФСР 1925 г. (ст. 14). Однако уже Конституция (Основной Закон) СССР 1936 г. (ст. 131) и Конституция (Основной Закон) РСФСР 1937 г. (ст. 135) не содержат в своих текстах подобной формулировки и лишь упоминают о «врагах народа», посягающих на общественную социалистическую собственность.

му особым законом. С момента своего объявления вне закона они утрачивали все публичные права, кроме специально оговоренных. На указанных лиц не распространялись такие гарантии свободы личности, как соблюдение законного порядка преследования, суда и наказания; недопустимость придания обратной силы криминализирующему закону (наказание лишь за проступки, предусмотренные законом, который издан и обнародован до их совершения); соблюдение законного порядка задержания, взятия под стражу и иного лишения свободы; процедура «habeas corpus» (судебная проверка законности и обоснованности задержания в течение 24 часов в городах и трех суток в иных местностях либо безусловное освобождение задержанного по истечении этих сроков); соблюдение установленных законом требований подсудности, тайна переписки (последняя из перечисленных гарантий не распространялась также на лиц, умаленных в правах).

По сути, единственным публично-политическим правом, которое проект И.А. Ильина предполагал сохранять за лицами, объявленными вне закона, было «священное и неприкосновенное» право свободной веры. Что же касается гарантий личной свободы и неприкосновенности личности, то на указанных лиц автор конституционного проекта счел возможным распространить лишь неприкосновенность жилища. Согласно этому юридическому принципу, производство обыска и выемки в жилище российского гражданина без хозяина допускалось лишь в случаях и в порядке, определенных законом. По-видимому, планируя сохранить эту гарантию для лиц, объявленных вне закона, философ рассматривал ее как одно из проявлений универсального принципа неприкосновенности частной собственности, на котором следует остановиться подробнее.

Как уже отмечалось, частная собственность в понимании И.А. Ильина становится фундаментальной социально-правовой категорией, основой экономической жизни общества, которая в свою очередь служит подготовительным этапом в жизни гражданина перед тем, как он станет полноправным участником политической деятельности, истинным полноценным гражданином. Поэтому частная собственность нуждается в защите, т.е. в

обеспечении юридических гарантий ее неприкосновенности. Принцип неприкосновенности собственности закреплен в статье 16 Раздела Третьего проекта, которая допускает принудительное отчуждение движимого и недвижимого имущества только в случаях необходимости для государственной пользы. Однако такое отчуждение должно производиться в законном порядке и за справедливое вознаграждение, учитывающее особые интересы лица. Таким образом, И.А. Ильин допускал не только объективную, но и субъективную оценку собственности, когда цена отчуждаемого имущества определяется не только его рыночной стоимостью, но и значимостью соответствующего имущественного объекта для его конкретного обладателя. Очевидно, что при таком подходе компенсация отчуждаемого имущества становится более справедливой, чем при строгом рыночном подходе. Примечательно, что принцип неприкосновенности собственности у И.А. Ильина не предусматривал никаких изъятий даже в отношении лиц, объявленных вне закона.

Среди гарантий свободы личности, предусмотренных в проекте, следует особо отметить принцип ответственности чиновника, поскольку именно они выступают в качестве представителей государства, вступая от его имени во взаимоотношения с конкретным гражданином. За нарушение прав граждан должностные лица подлежали гражданской и уголовной ответственности на общих основаниях, причем для их привлечения к суду не требовалось согласия их начальства35.

Помимо возможности объявления отдельных категорий лиц вне закона, сопряженного с рядом серьезных ограничений политических прав и гарантий личной свободы, проект И.А. Ильина в случае своей реализации предусматривал и проведение люстрации в отношении лиц, так или иначе связанных с коммунистиче-

35 Такой подход в корне отличался от дореволюционных правил ответственности чиновников. См.: Градовский А.Д. Начала русского государственного права: В 2 т. Т. 2. Органы управления. М., 2006. С. 119143; Победоносцев К.П. Передовая статья о необходимости участия административной части в вопросах возбуждения уголовного преследования и предания суду в отношении подведомственных ей должностных лиц // Победоносцев К.П. Сочинения. СПб., 1996. С. 126-130.

ским режимом. Согласно ст. 28 Раздела Третьего данного документа, все бывшие члены Коммунистической партии, независимо от оснований и мотивов вхождения в нее, а также от продолжительности членства в ней, исключались на 20 лет из политической жизни. «В течение этого срока они не имеют права занимать какие бы то ни было должности на государственной и общественно-публичной службе, печататься, избирать и избирать-ся»36. Обратившись к подробной разработке своей избирательной системы в части системы избирательных цензов, а также в своих более поздних работах, И.А. Ильин счел необходимым распространить люстрацию не только на членов «правящей» Коммунистической партии, но и на другие категории российских граждан, бывших опорой большевистского режима: членов всех коммунистических и социалистических партий, членов союза безбожников, лиц, служивших при советской власти явными или тайными агентами политической полиции, а также «интернационалистов», изобличенных политических доносчиков, членов политического руководства Советской России и работников

37

советских карательных органов .

В проекте Основного Закона Российской Империи, подготовленном И.А. Ильиным, достаточно подробно рассматривается вопрос о правовом статусе иностранцев. Проект И.А. Ильина не содержал общей формулировки о распространении на иностранцев национального правового режима по умолчанию, когда иностранцы наделяются равными правами и обязанностями с гражданами государства пребывания за исключением случаев, прямо предусмотренных законом38. И.А. Ильин идет по описательному пути, приводя четкий перечень публичных прав, при-

39

знаваемых за иностранцами .

36 Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 76.

37 См.: ст. 8 Раздела Шестого и ст. 8 Раздела Седьмого Проекта Основного Закона Российской Империи // Ильин И.А. Основы государственного устройства... С. 82, 87; Кудинов О.А. Указ. соч. С. 147.

38 Такая общая формулировка содержалась в ст. 40 ОГЗ и ст. 82 СОГЗ и включена в текст действующей Конституции РФ (ч. 3 ст. 62).

39 Подобный перечислительный подход к правам иностранцев в отечественной истории был впервые использован в изданном Петром I Ма-

В каталог основных прав пребывающих в России иностранцев, сформулированный в ст. 26 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи, И.А. Ильин включил три категории субъективных прав. К первой из них относились гражданские права, которые, в отличие от современного конституционного права, интерпретировались ученым с цивилисти-ческих позиций как имущественные и личные неимущественные права индивидов в гражданско-правовой сфере40. Конституционный проект И.А. Ильина предоставлял иностранцам возможность пользоваться в России гражданскими правами на основании действующих норм международного частного права (без всяких оговорок). Вторую категорию прав иностранных граждан и подданных составляли некоторые публичные права, главным образом гарантии неприкосновенности личности и имущества, в отношении которых на конституционном уровне также не предусматривалось каких бы то ни было оговорок. К таким публичным правам второго рода относились свобода веры, неприкосновенность личности, неприкосновенность жилища, неприкосновенность собственности и право петиций. К третьей категории ученый отнес те права иностранцев, осуществление которых подлежало подробному регулированию посредством «законов и указов». К ним относились право передвижения и промысла, право собраний, право слова и печати, право союзов, а также подсудность. В исключительных случаях граждане иных государств могли приглашаться на государственную службу, но лишь временно, по договору найма и при условии подписания торжественного обещания никак и ни в чем не вредить интересам российского государства.

Подобно Основным государственным законам Российской империи 1906 г., И.А. Ильин в своем проекте предусматривал

нифесте о вызове иностранцев в Россию от 16 апреля 1702 г. (ПСЗРИ-1. Т. IV. № 1910), где за иностранцами признается ряд прав-привилегий.

40 Аналогичным образом категория «гражданские права» определяется современным российским гражданским законодательством. См., например: ст. 1, 2, 8-16, 128 Гражданского кодекса РФ: Федеральный закон от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ // СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.

существование особого закона, устанавливающего порядок и условия приобретения и утраты прав российского гражданства41. При вступлении в российское гражданство иностранец обязывался принести торжественную публичную присягу и дать подписку о несостоянии в двойном подданстве, скрепленную подписями пяти свидетелей.

Планируя заменить в будущей России дореволюционное подданство гражданством, И.А. Ильин тем не менее проводил в своем конституционном проекте принцип единичности гражданства (принцип моногражданства или унипатризма)42, проистекающий из сути феодального монархического института подданства. Институт подданства вырастает из системы феодальных личных отношений вассалитета-сюзеренитета, которые, распространяя власть сюзерена на личность вассала, одновременно обязывали вассала к верной и преданной службе своему сюзерену. Поэтому вассал в принципе мог иметь только одного сюзерена. Однако если вассал оказывался «слугой двух господ», то его действия рассматривались как измена сюзерену. Аналогичным образом строящийся по сходной схеме институт подданства как личная юридическая связь индивида с государством, олицетворяемым монархом, распространяющая власть государства (и монарха) на этого индивида, не допускал возможности двой-

41 Ср. ст. 2 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи (Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 70) со ст. 27 ОГЗ и ст. 69 СОГЗ. О существовавшем в императорской России порядке приобретения иностранцами российского подданства см., например: Градовский А.Д. Указ. соч. Т. 1. О государственном устройстве. М., 2006. С. 193-210.

42 Сходного подхода к проблеме моногражданства придерживается Федеральный закон от 31 мая 2002 г. № 652-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации» (СЗ РФ. 2002. № 22) с последующими изменениями и дополнениями (п. г. ч. 1 ст. 11), который, в отличие от ранее действовавшего Закона РФ от 28 ноября 1991 г. «О гражданстве Российской Федерации» (Ведомости СНД РФ и ВС РФ. 1992. № 6. Ст. 243) с последующими изменениями и дополнениями предполагает обязательный отказ от гражданства иного государства в качестве предпосылки для предоставления индивиду российского гражданства. Предыдущий российский закон о гражданстве не предусматривал такого требования.

ного подданства, трактуя подобную ситуацию как нарушение верности правителю и возглавляемому им государству. Максимум, что допускалось при таком подходе - это признание возможности перехода из одного подданства в другое.

Российское государство мыслилось И.А. Ильиным как публично-правовой союз, связующий российских граждан с Отечеством и между собою преимущественно, а при столкновениях с другими союзами - исключительно. Поэтому ученый считал двойное подданство недопустимым, подлежащим запрету и наказуемым как измена. Равным образом, по его мнению, следовало бы запретить принадлежность граждан к любым каким бы то ни было публично-правовым международным (интернациональным) объединениям. Таким образом, гражданство (подданство) трактовалось философом не как правовая связь индивида с

43

государством, со страной и народом , а как принадлежность лица к правовому союзу, оформляющему такую связь, вступление в который дает лицу известные права гражданства.

Придерживаясь указанной точки зрения, И.А. Ильин относился к бипатризму (многогражданству) с большей подозрительностью и неприятием, чем к иностранному гражданству как таковому. Не случайно философ предполагал ввести для иностранцев (или бывших иностранцев) ряд ограничений в политической сфере, которые, впрочем, были несравненно легче подобных ограничений, устанавливаемых для лиц с двойным подданством (которое категорически запрещалось). Преимущественный характер российского гражданства как правовой связи индивида с российским государством подчеркивался именно существованием таких ограничений. В частности, российские граждане, рожденные в иностранном гражданстве или подданстве, могли стать членами Совета Министров только по истечении 10-летнего срока после принятия ими российского гражданства, а Совет Старейшин должен был формироваться исключительно из числа «природных» российских граждан, т.е. россий-

43 Именно так подходит к этой проблеме современный российский законодатель в ст. 3 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 62-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации» // СЗ РФ. 2002. № 22. Ст. 2031 с последующими изменениями и дополнениями.

ских граждан по рождению, исключая натурализованных лиц . В то же время лица, имевшие когда-либо двойное подданство, даже став только российскими гражданами, практически полностью лишались избирательных прав45.

Из конституционной обязанности гражданина быть верным государству и Отечеству, верховной власти и законам страны логически следовала политическая монополия государственной власти на поощрение своих граждан. Согласно проекту И.А. Ильина российские граждане не имели права «принимать от иностранных правительств или правителей никаких назначений, отличий, титулов или званий»46. Таким образом, используя эту традиционную формулировку, часто встречающуюся в текстах конституций различных государств на протяжении XVШ-XIX вв., И.А. Ильин стремился оградить внутренние и внешние дела российского государства от возможности косвенного иностранного влияния через поощрение российских граждан.

В вопросе об ограничениях прав и свобод личности И.А. Ильин идет дальше Основных государственных законов Российской империи 1906 г. Традиционные законодательные ограничения прав граждан, находящихся в местностях, объявленных на чрезвычайном или военном положении, дополнялись в его проекте возможностью ограничения прав лиц, состоящих на полицейской или военной службе47.

В Разделе Третьем «О правах и обязанностях российских граждан» конституционного проекта есть два пробела, так и не заполненных автором в окончательной редакции своего документа (ст. 20, 25). По общей логике юридического текста в этих

44 См. ст. 2 Раздела Девятого и ст. 6 Раздела Десятого Проекта Основного Закона Российской Империи // Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 106, 109.

45 См. ст. 8 Раздела Шестого и ст. 8 Раздела Седьмого Проекта Основного Закона Российской Империи // Там же. С. 87, 92.

46 Статья 29 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи // Там же. С. 70.

47 См.: ст. 27 Раздела Третьего Проекта Основного Закона Российской Империи // Там же. С. 76. Ср. со ст. 41 ОГЗ и ст. 83 СОГЗ.

статьях, скорее всего, должны были рассматриваться вопросы избирательного права, ограничения субъективных избирательных прав (избирательных цензов) и условия ограничения политической правоспособности граждан, защиты конституционного строя и борьбы с заговорщицкими и революционными организациями. Очевидно, все эти аспекты борьбы с политическим экстремизмом были оставлены И.А. Ильиным для более обстоятельного обдумывания. Вопросы же избирательного права подробно рассматривались им в контексте формирования представительных органов власти, подобно тому, как это практикова-

48

лось в советских конституциях .

Завершая анализ рассмотренных положений конституционного проекта И.А. Ильина, посвященных вопросам прав человека, можно сделать вывод о том, что изложенная в этом документе концепция правового положения личности представляет собой глубокий и целостный взгляд на данный политико-правовой институт. При этом особо интересными представляются мысли И.А. Ильина о необходимости включения в конституционный статус личности таких элементов, как право петиций, право на доступ к государственным должностям, персональная ответственность должностных лиц за причиненный гражданам вред, оценка отчуждаемого имущества исходя из субъективных интересов собственника и т.п., которые отсутствовали как в Основных государственных законах Российской империи 1906 г., так и в советских конституциях, современных созданному им проекту. Но вместе с тем нельзя не отметить, что в конституционной концепции И.А. Ильина присутствует ряд спорных и неоднозначных моментов.

Во-первых, весьма спорной представляется конституционная легитимация политической юстиции, предполагаемый образ

48 См.: Разделы Шестой, Седьмой, Восьмой Проекта Основного Закона Российской Империи // Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 86-105. Ср. с Разделом Четвертым Конституции (Основного Закона) РСФСР 1918 г., с Разделом Четвертым Конституции (Основного Закона) РСФСР 1925 г., гл. XI Конституции (Основного Закона) СССР 1936 г. и гл. XII Конституции (Основного Закона) РСФСР 1937 г.

действий которой, несмотря на декларируемое стремление обеспечить гражданский мир и согласие, на деле диктуется логикой политического противостояния и гражданской войны. Особенно опасным это становится в сочетании с предоставляемой верховной власти возможностью публично объявлять вне закона не только отдельных людей, но и целые категории граждан и иностранцев. Применение к таким лицам «сурового, ускоренного порядка судопроизводства, определяемого особым законом», с лишением их практически всех гарантий личной неприкосновенности и средств процессуальной защиты таило в себе серьезную опасность широкомасштабных массовых репрессий, открывало дорогу своеобразному «второму изданию» контрреволюционного «белого террора». Не следует забывать, что политическим репрессиям второй половины 1930-х гг. в СССР предшествовали введение упрощенного порядка рассмотрения дел о государственных преступлениях и создание для этих целей системы специализированных внесудебных юрисдикционных органов в структуре ОГПУ-НКВД (особые совещания, «тройки», «двойки» и т.п.)49. Таким образом, И.А. Ильин в случае реализации своего Проекта Основного Закона Российской Империи намеревался вести борьбу с «революционными и прочими крамольными элементами» теми же репрессивными «чекистскими» методами, которые использовало критикуемое им «тоталитарное государство». Закрепление же на конституционном уровне возможности постоянного массового применения этих чрезвычайных мер политической борьбы в отношении широких слоев населения, придание репрессивной политической юстиции конституционного характера, поощрение политических и полицейских доносов придавали этим мерам защиты конституционного строя, первоначально задуманным с благими целями, характер орудия государственного произвола, создавали условия для установления диктаторской цезаристской власти.

Вторым негативным моментом в доктрине прав российских граждан, выраженной в конституционном проекте И.А. Ильина,

49 См., например: Глушкова С.И. Права человека в России. М., 2005. С. 238-256; История отечественного государства и права. Ч. II / Под ред. О.И. Чистякова. М., 1999. С. 264-268, 289-290, 293-294.

206

была сущностная ограниченность дуалистического частно -публичного подхода к их регламентации. Построенная на основе этого подхода конституционная концепция правового статуса личности привела к излишней политизации данной сферы, выдвигая на первый план политические права индивида и придавая большинству его прав публично-политический характер. При этом проект не только ставит гарантии свободы личности в зависимость от политической благонадежности гражданина и даже от воли власти, могущей в любое время объявить человека вне закона, но и лишь фрагментарно упоминает об имущественных и экономических правах человека, ни единым словом не обмолвившись о его социальных правах. Игнорирование социальных аспектов правового положения личности должно расцениваться как серьезный недостаток рассматриваемого проекта, поскольку идеи социальной защиты и народного просвещения получили широкое признание и распространение в российском обществе конца XIX - начала XX в.50 Соответствующие формулировки присутствовали в декларациях, политических программах и прочих документах различных политических движений и организаций, включая и те из них, которые занимали проправительственные и крайне правые позиции, но тем не менее стремились обезвредить революцию с помощью «полицейского социализма»51. И.А. Ильин, напротив, на конституционном уровне допускает для российских граждан возможность освобождения от ответственности за правонарушение при незнании закона по причине

50 См., например: Дзарасов М.Э. Взгляды П.Н. Новгородцева, Б.Н. Чичерина и Б.А. Кистяковского на правовые аспекты социальной политики государства // Конституционно-правовые идеи в монархической России. М., 2007. С. 129-142.

51 См.: Государство Российское: власть и общество. С древнейших времен до наших дней. Сб. документов. М., 1996. С. 242-270; Права и свободы человека в программных документах основных политических партий и объединений России. ХХ век. М., 2003. С. 31-146; История политических партий России / Н.Г. Думова, Н.Д. Ерофеев, С.В. Тютю-кин и др. М., 1994. С. 39-297.

неграмотности52, тем самым косвенно допуская возможность существования неграмотности в стране на протяжении продолжительного времени после конца 1930-х гг., хотя к этому времени массовая борьба с неграмотностью в СССР уже завершилась. Кроме того, нельзя игнорировать тот факт, что советские конституции уделяли пристальное внимание правам человека в социальной сфере, подробно разрабатывая их на конституционном уровне и отводя им приоритетное место среди прочих основных прав. Поэтому любой альтернативный проект конституции должен был, согласно логике конструктивной юридической полемики, представить свой взгляд на эту проблему, либо сформулировав альтернативную социальную доктрину, либо в случае невозможности предыдущего варианта включить в свой текст элементы советской социальной доктрины в данной области. И.А. Ильин не сделал ни того, ни другого, обойдя молчанием ставшую уже тогда актуальной проблему социализации и гуманизации права.

52 См.: ст. 3 Раздела Четвертого Проекта Основного Закона Российской Империи // Ильин И.А. Основы государственного устройства. С. 78. 208