Шива-сутры как важнейший элемент метаязыка грамматики Панини

О. А. Волошина

МГУ, Москва

ШИВА-СУТРЫ КАК ВАЖНЕЙШИЙ ЭЛЕМЕНТ МЕТАЯЗЫКА ГРАММАТИКИ ПАНИНИ

1. Введение

Знаменитая грамматика Панини (АзЬайЬуау! — Восьмикни-жие), как известно, представляет собой совокупность правил-сутр (около 4000 правил), предписывающих синтез санскритских словоформ из морфем (в соответствии с этим основной текст грамматики называется раптгуа ууакагапа вШга угШ). Текст грамматики сопровождается тремя приложениями, содержащими перечень языковых элементов — исходных единиц, используемых при синтезе словоформ: ^па-вШа (список звуковых элементов санскрита), БИаш-рарИа (список санскритских корней) и Сапа-рарИа (список именных основ); поэтому сутры Восьмикнижия содержат многочисленные ссылки на эти списки. Если ВИаШ-рарИа и Оапа-рарИа (списки морфем) следовали за грамматикой как материал, из которого в соответствии с правилами создаются словоформы, то фуа-зШгаз (Шива-сутры) предшествовали тексту грамматики, являясь своеобразным ключом, помогающим «расшифровывать» сложный для прочтения и понимания текст Восьмикнижия. Список звуковых единиц в грамматике Панини получил название Шива-сутры, потому что, согласно легенде, сам бог Шива подарил грамматисту Панини эту классификацию звуков — божественное происхождение Шива-сутр подчеркивает огромную роль этого списка для понимания Восьмикнижия.

2. Принцип классификации единиц в Шива-сутрах

Шива-сутры неоднократно становились объектом лингвистического исследования, однако до сих пор этот текст остается не до конца разгаданным и порождает множество вопросов, как и грамматика Панини в целом. Интересно попробовать разобраться, какие именно элементы перечислены в Шива-сутрах — это звуки, фонемы,

своеобразные «фонемоподобные единицы» или морфонемы1? А может быть вообще ни один из терминов, разработанных европейской и американской лингвистической традицией не подходит для обозначения единиц, представленных в Шива-сутрах? Тогда возникают вопросы: на каких основаниях Панини выделяет перечисленные в Шива-сутрах единицы, как он их группирует, и какую роль играют эти классы единиц в грамматике Панини. Почему для своей грамматики Панини не использует традиционный алфавит, а создает собственную классификацию звуковых сегментов санскрита? Почему классификация, представленная в Шива-сутрах, выглядит именно таким образом — имеется в виду разбиение звуков на классы, порядок следования элементов в составе каждой сутры и т. п.? В нашей работе мы попытаемся предложить ответы на вышеперечисленные вопросы, исходя из роли Шива-сутр в грамматике Панини.

Шива-сутры — это 14 классов (рядов) звуковых единиц санскрита, расположенных в определенном порядке. Рассмотрим принцип классификации звуков в Шива-сутрах, попробуем определить характер перечисленных единиц и особенности их группировки, учитывая функции звуков в словообразовании и словоизменении санскрита и способ подачи материала в грамматике Панини.

Прежде чем мы начнем рассуждать о характере звуковых элементов Шива-сутр, опишем широко применяемый Панини прием пратьяхары — сокращенного представления класса языковых элементов. Этот технический прием позволяет Панини использовать в тексте грамматики самые разные комбинации звуковых элементов Шива-сутр, более того, прием пратьяхары, как мы покажем далее, организует весь текст Шива-сутр.

2.1. Техника пратьяхар как принцип организации Шива-сутр

В списке Шива-сутр каждый ряд звуков пронумерован, для метаязыка грамматики очень важной является последовательность единиц в классе, порядок единиц в ряду строго фиксирован, их нельзя

1 Вопрос о природе единиц, сгруппированных в Шива-сутрах даже не ставится (а уж тем более не разбирается подробно) в работах исследователей. Авторы работ по грамматике Панини, упрощая картину, часто называют Шива-сутры классификацией звуков, противопоставляя спискам морфем (таким, как Дхату-патха и др.). Мы будем ссылаться лишь на две работы отечественных ученых, в которых затрагивается этот вопрос [Яковлев 2001; Захарьин 2007].

Таблица 1. Шива-сутры

1. а I и ......................................N

2. г 1 ...............................................К

3. е о ...............................................N

4. а1 аи ............................................... С

5. Ъ у V г ..............................Т

6. 1 ........................................................1;!

7. п т п 11 п .....................М

8. ^ ЬЪ ...............................................N

9. gh аъ аъ ......................................?

10. )• ь g а а .....................д

11. кЪ рЪ сЪ Ш А с t t V

12. к р ...............................................У

13. д б б ......................................Я

14. Ъ ........................................................ Ь

[8Ъагта 2002: 1]

переставлять, потому что на основе этих цепочек, составляются пра-тьяхары — технические обозначения классов (рядов) элементов2. Пратьяхара (ргМуаИага букв. 'стяжение, компрессия, извлечение') — особый прием сокращенного описания языковых единиц, представленный в грамматике Панини и широко используемый впоследствии другими авторами индийских лингвистических трактатов. Этот прием позволяет кратко (одним символом) представлять ряд языковых элементов (морфем или звуков), причем последовательность элементов в списке должна быть строго фиксирована. Такие списки звуков мы находим в Шива-сутрах и в алфавите санскрита, а списки морфем (флексий) — в парадигмах склонения и спряжения. В некотором смысле можно сказать, что пратьяхара представляет собой своеобразную аббревиатуру — начальный и конечный элемент некоторого множества обозначают последовательность всех расположенных между ними элементов.

Метод компрессионного извлечения и отображения подмножеств фонологических или морфологических единиц в древнеиндийской лингвистической традиции носит название вапйаща-пуауа («метод щипцов») [Военец 2006: 67].

2

Шива-сутры называются еще Пратьяхара-сутры, ведь ряды фонем в данном случае используются как материал для составления пратьяхар.

Согласно определению Панини, пратьяхара есть «начало вместе с концом», то есть начало и конец класса единиц: antyena saheTa, что означает: «сочетание начального элемента пратьяхары и конечного элемента с показателем (iT) (называют и себя и элементы, находящиеся между ними)» (1.1.71)3. В грамматике Панини пограничные звуки (маркеры) обозначаются техническим символом iT (форма причастия от глагольного корня л/i4 'идти', то есть 'проходящий, исчезающий'), а в комментаторской литературе такой технический показатель границы класса языковых единиц называется анубандхой (anubandha — 'индикатор, показатель, ограничитель')5. В Шива-сутрах анубандхи (показатели конца фонетического класса) обозначены заглавными буквами. Называя начальный звук и ану-бандху какого-либо класса звуков, грамматист обозначает все звуки, находящиеся между ними. Например, символ aC обозначает все гласные звуки санскрита, а символ haL — все согласные, что легко понять из таблицы Шива-сутр. Эти технические обозначения гласных и согласных звуков часто используются в тексте грамматики Панини. Например: na aChaLau (savanna) — «гласные и согласные звуки не являются звуками саварна (т. е. однородными)» (1.1.10). Очевидно, что пратьяхара может начитаться не с первого звука определенной сутры, а с любого — в этом случае техническим термином обозначается перечень звуков, начиная от этого звука до анубандхи, включая все расположенные между ними звуки6. Например, пратьяхара iK включает звуки i, u, r, l.

3 Традиционно каждая сутра грамматики Панини нумеруется и обозначается последовательностью из трех цифр: первая цифра обозначает порядковый номер книги Восьмикнижия, вторая цифра — номер раздела и третья цифра — номер сутры. Например, сутра 1.1.74 — это семьдесят четвертая сутра первого раздела первой книги грамматики Панини. В данной статье используется издание Sharma R. N. Astadhyayl of Panini [Sharma 2002].

Значок У традиционно используется для обозначения корня санскритского слова. В древнеиндийской грамматической традиции именно корень слова считался исходной морфемой при образовании частей речи. Спискок корней (Дхату-патха) — классификация реально существующих и гипотетически реконструируемых корневых морфем глагольных и именных словоформ санскрита — также входит в состав корпуса грамматики Панини.

5 Анубандха может технически оформлять не только пратьяхару — класс единиц, но и сопровождать отдельный звук или морфему (при звуке используется традиционно пратьяхара T; например, aT — обозначение изолированного звука a).

6 Теоретически на базе Шива-сутр можно сформировать 305 пратьяхар, но практически для описания грамматики санскрита используется только 42 [Misra 1966:41].

В третьей части первой книги Восьмикнижия в сутрах со 2 по 8 перечисляются звуки, используемые Панини как анубандхи: это и показатели конца фонетического класса в пратьяхарах Шива-сутр, и технические маркеры отдельных морфем или классов аффиксов и т. п. Например, сутра 1.3.3 грамматики Панини содержит пратьяха-ру, обозначающую согласные звуки в функции анубандхи: haL antyam «конечный элемент, представленный согласным пратьяхары haL, является анубандхой ^». Согласно правилу 1.3.9 все перечисленные маркеры претерпевают элизию (lopa) при оперировании конкретными языковыми единицами при синтезе словоформ: tasya lopah. Сутра поясняет, что анубандха не учитывается при лингвистическом анализе обозначаемых элементов, эта «приставная» буква-звук лишь указывает на границу класса.

Итак, пратьяхары позволяют не только кратко представить ряд языковых элементов в виде технического символа, упрощая грамматическое описание, но и диктуют определенную последовательность элементов в списке, организовывая классификацию языковых единиц (звуков или морфем). Пратьяхары широко используются в грамматике Панини для обозначения звуковых элементов Шива-сутр. В нашей работе мы также будем пользоваться пратьяхарами для объяснения принципов классификации звуков в Шива-сутрах.

Теперь попробуем определить природу звуковых элементов, представленных в списках Шива-сутр.

2.2. Фонетическая база Шива-сутр

Можно ли сказать (упрощая и неизбежно искажая картину), что Шива-сутры — фонетическая классификация звуков? Артикуляционно-акустическая основа списков Шива-сутр очевидна, но непонятно, зачем Панини понадобилось придумывать новый перечень звуков, ведь известно, что индийский алфавит представляет собой строгую и исчерпывающую фонетическую классификацию звуковых сегментов, чрезвычайно удобную для описания фонетики санскрита. Еще до Панини в Индии существовала традиция описания и точной характеристики звуков, наблюдения за характером ударения, типом интонации и т. п. Идеи древнеиндийских фонетистов сразу же были высоко оценены европейскими лингвистами, знакомство европейцев с древнеиндийскими лингвистическими трактатами стимулировало развитие фонетики в Европе. И. А. Бодуэн де Куртенэ писал:

Одному только древнеиндийскому (санскритскому) алфавиту... свойственен порядок, основанный на физиологическом и акустическом родстве и на естественной последовательности ассоциируемых с графемами произносительно-слуховых элементов. Поэтому изучение санскритского алфавита может служить прекрасным введением в общую фонетику [Бодуэн де Куртенэ 1912: 91].

Современные исследователи отмечают:

индийский алфавит — единственный в мире, где порядок знаков не случаен, а основан на почти безупречной научной классификации фонем [Катенина, Рудой 1980: 72].

В самом деле, расположение графических значков в алфавите санскрита отражает строгую артикуляционно-акустическую классификацию соответствующих им звуковых сегментов. Важно заметить, что при обозначении согласных звуков на письме в системе деванагари графический значок обозначал не отдельный согласный звук, а слог — сочетание согласного звука с гласным a. Гласные звуки в изолированной позиции или в позиции начала слова обозначались специальными графическими значками, а в позиции после согласного — диакритиками.

Горизонтальные, и вертикальные ряды таблицы имеют определенную фонетическую характеристику.

Итак, алфавит деванагари организован с учетом четкой фонетической классификации звуковых сегментов, передаваемых графическими значками. Во-первых, алфавит строго противопоставляет гласные, слоговые сонанты и согласные звуки. Во-вторых, дает характеристику согласных по месту образования (горизонтальные ряды таблицы — varga) и способу образования: сначала идет перечень смычных согласных (sprsta — 'образованные прикосновением'), затем полугласных (antahstha — 'стоящие между') и фрикативных (спирантов) (fisman — 'жар, зной').

Гласные расположены в следующем порядке: простые гласные (краткие и долгие), слогообразующие плавные сонанты, гласные дифтонгического происхождения и дифтонги.

Далее идет основной корпус согласных звуков (первая группа согласных — смычные), представляющий собой прямоугольную таблицу, состоящую из пяти горизонтальных рядов (varga) — ряд заднеязычных (kanthya) — к kh g gh n; палатальных (talavya) —

Таблица 2. Алфавит санскрита

Гласные

Гласные простые краткие и долгие а а ! 1 и и

Сонанты слогообразующие (краткие и долгие) г г 1 1

Гласные дифтонгического происхождения и дифтонги е а! О аи

Согласные

Глухой простой

Глухой придыхательный

Звонкий простой

Звонкий придыхательный

Носовой

Велярные ка кЪа ёа ёЪа па

Палатальные са сЪа )'а )'Ъа па

Церебральные ^а Ша ?а

Дентальные ta Ша аа аъа па

Лабиальные ра рЪа Ьа ЬЪа та

Неносовые сонанты уа га 1а уа

Фрикативные шумные са ?а Ба Ъа

Для простоты и удобства представления материала в работе приводится транслитерация знаков системы письма деванагари.

с сИ ) )И п; церебральных (тйгйИапуа) — р рИ й йИ п ¡зубных (йапруа) — р РИ й йИ п; и губных (о$рИуа) — р рИ Ь ЬИ т. Мы видим, что все пять рядов содержат по пяти смычных согласных, расположенных в строго определенном порядке, а именно: глухой, глухой придыхательный, звонкий, звонкий придыхательный, носовой звук. Таким образом, алфавитное расположение звуков строго противопоставляет звонкие и глухие согласные, придыхательные и непридыхательные, носовые и неносовые (по этим признакам звуки группируются в вертикальные столбцы).

Затем следует вторая группа согласных — ряд неносовых сонантов, расположенных с учетом места образования: палатальный (у), язычный (г), зубной (1) и губной (у). Два согласных в центре ряда: г и 1 — плавные согласные.

Третья группа согласных представляет собой ряд шумных спирантов, расположенных в следующем порядке — ç, s, s и задненебный спирант h.

Панини составляет пратьяхары на основе алфавита, если ему необходимо перечислить согласные, имеющие общее место образования. Так, он употребляет символ kU для обозначения группы велярных согласных, представленных в алфавите: k, kh,g,gh, п. Символ kU объединяет последовательность звуков, начиная с k, а показателем конца цепочки является анубандха U. Аналогично с учетом алфавитного расположения звуков образуются символы cU, tU, tU, pU, обозначающие, соответственно, ряды палатальных, церебральных, зубных и губных согласных. Панини использует алфавитное расположение звуков крайне редко, лишь в тех случаях, когда расположение звуков в алфавитном порядке помогает кратко и более наглядно продемонстрировать то или иное правило грамматики. Например, сутра «coh kuh» (8.2.30) гласит, что палатальные звуки пратьяхары cU меняются на велярные kU, когда cU конечные или за ними следуют согласные пратьяхары jhaL. Например, va(c > k) + tr(C) + Su > vakta.

Как уже было сказано, Панини редко использует алфавитное расположение звуков санскрита, традиционный алфавит, отражающий артикуляционно-акустическую классификацию звуков санскрита, оказался мало пригодным для формулирования правил грамматики. Для достижения собственной цели — описания грамматики санскрита — Панини создает новую классификацию звуков — Шива-сутры, которая, без сомнения, тоже является своеобразной фонетической классификацией, используемой для описания синтеза словоформ санскрита в грамматике Панини.

Рассмотрим артикуляционно-акустическую характеристику звуков в Шива-сутрах.

Первая сутра содержит простые краткие гласные a, i, u и обозначается пратьяхарой aN, вторая сутра содержит слогообразующие сонанты r, l — пратьяхара rK. Первый и второй классы объединились в единую пратьяхару aK, которая обозначает простые гласные.

Третья сутра содержит гласные дифтонгического происхождения e, o — пратьяхара eN, а четвертая сутра — собственно дифтонги ai, au — пратьяхара aiC. Вместе гласные третьей с четвертой сутры образуют пратьяхару eC.

Пятая сутра состоит из полугласных звуков И, у, у, г, объединяемых пратьяхарой ИаТОсобняком стоит согласный 1, представляя шестую сутру. Полугласные звуки у, у, г, 1 обозначаются пратьяхарой уаЫ.

Седьмая сутра содержит носовые звуки: п, т, п, п, п; и составляет пратьяхару паМ.

Восьмая и девятая сутры содержат звонкие смычные придыхательные: )И, ЬИ, gh, йИ, йИ, которые объединяются пратьяхарой /Иа5.

Десятая сутра представляет собой ряд звонких смычных непридыхательных согласных ), Ь, g, й, й, которые обозначаются пратьяхарой /а£.

Одиннадцатая сутра содержит ряд глухих смычных придыхательных кИ, рИ, сИ, рИ, № и непридыхательных с, р, Р, которые представлены пратьяхарой кИаУ. Следующая пратьяхара содержит согласные к, р, объединяемые пратьяхарой каУ. Пратьяхара кИаУ объединяет все глухие смычные придыхательные одиннадцатой и двенадцатой сутры.

Тринадцатая сутра представляет фрикативные согласные д, 5, б, обозначенные пратьяхарой даЯ (8.3.35,36), а последняя сутра содержит единственный согласный И, который, объединяясь с фрикативными согласными, включается в пратьяхару да1^.

Как видно из приведенной ниже таблицы, звуки в Шива-сутрах группируются по их фонетическим признакам, характеристикам, то есть Шива-сутры — фонетические классы.

При сравнении групп звуков в Шива-сутрах с традиционным алфавитным расположением графем, обозначающих звуки санскрита, оказывается, что алфавит представляет собой более последовательную и строгую артикуляционно-акустическую классификацию звуков, в то время как в Шива-сутрах этот принцип часто нарушается. Легко заметить некоторые явные преимущества фонетических характеристик групп звуков, расположенных в алфавитном порядке. Мы видим, например, что звуки в Шива-сутрах не представляют четкой классификации по месту образования: например, сутра 10 объединяет следующий ряд звонких смычных непридыхательных согласных: палатальный, лабиальный, велярный, церебральный, зубной, а сутра 12, представляющая ряд глухих смычных непридыхательных, включает всего 2 звука — велярный и губной. Кроме того, некоторые классы в Шива-сутрах

Таблица 3. Артикуляционно-акустическая характеристика звуков в

Шива-сутрах

Шива-сутры Анубандха

Гласные

1-2 а I и г 1 К

3 е О NN

4 а1 аи с

Полугласные

5 Ъ

5-6 У V г 1 N

Носовые

7 п т п п п М

Звонкие смычные придыхательные

8-9 'Ъ ьъ gh аъ ?

Звонкие смычные непридыхательные

10 ь g а а с

Глухие смычные придыхательные

11 кЪ рЪ сЪ Ш ш [V]

Глухие смычные непридыхательные

11 с t t V

12 к Р У

Фрикативные

13 С 5 5 я

14 Ъ ь

объединяют звуки различной фонетической характеристики, а близкие с точки зрения артикуляционно-акустических признаков звуки оказываются в разных сутрах. Например, сутра 11 содержит придыхательные и непридыхательные смычные глухие, хотя часть смычных глухих оказывается отнесена к 12 сутре.

Интересно, что алфавит и Шива-сутры предлагают прямо противоположный порядок расположения согласных звуков: в алфавитных рядах — от велярных, задненебных согласных — к лабиальным; Шива-сутры, наоборот, от палатальных (среднеязычных) и лабиальных — к велярным и зубным для звонких согласных и от велярных через губные и палатальные

к зубным согласным для глухих. Расположение звуков в Шива-сутрах, как и в алфавите, позволяет объединить согласные не только по месту и способу образования, но и противопоставить придыхательные и непридыхательные согласные.

Таким образом, фонетическая база Шива сутр очевидна, однако принцип фонетической классификации в Шива-сутрах последовательно не выдерживается. Например, в приведенной таблице в квадратных скобках анубандха V находится там, где она должна стоять, если следовать логике фонетической классификации согласных звуков, потому что с ее помощью можно объединить в один класс глухие смычные непридыхательные согласные. Почему Пани-ни употребляет эту анубандху не после th, а после t? Дело в том, что такое расположение позволяет сформулировать важную для грамматики санскрита пратьяхару chaV, которая включает два симметричных ряда придыхательных и непридыхательных согласных: ch, th, th и c, t, t. Например, эта пратьяхара используется в сутре 8.3.7, формулирующей правило изменения конечного n на фрикативный перед согласными, объединенными пратьяхарой chaV : ch, th, th, c, t, t.

Можно сказать, что традиционный алфавит представляет собой более последовательную и удобную фонетическую классификацию, а Шива-сутры, помимо фонетических характеристик звуков, содержат еще информацию о поведении звуков в составе морфем, то есть предлагают классификацию фонем. Еще В.Аллен-отмечал фонематическую природу Шива-сутр: разница между алфавитным порядком расположения звуков и Шива-сутрами Па-нини может быть объяснена с точки зрения фонологии, а не фонетики [Allen 1953: 20]. А. В Парибок пишет о Шива-сутрах:

Несмотря на его феноменальную краткость, в этом тексте проявляется вполне определенное теоретическое воззрение на природу фонемы, а равно и метод представления знания о фонологической системе языка [Парибок 1981: 143].

2.3. Фонологическая база Шива-сутр

Как мы показали выше, и алфавит деванагари, и списки Шива-сутр опираются на фонетический принцип классификации звуков по артикуляционно-акустическим характеристикам, именно поэтому часто, упрощая реальную картину, говорят о том, что Шива-сутры и алфавит деванагари представляют собой попытки фонетических

классификаций звуков санскрита. Понятно, что звуков в живой речи гораздо больше, причем число оттенков любого звука неизбежно возрастает по мере усовершенствования оборудования, служащего для записи и распознавания человеческой речи. Очевидно, не все звуки санскрита нашли отражение в алфавите санскрита и в списке Шива-сутр: стоит хотя бы упомянуть анунасику (апипаэгка — букв. 'сопровождающая назальность') — назализацию гласного звука, анусвару (апиэчата — букв. 'следующий за гласным') — носовой спирант и висаргу } (\\1$а^а — букв. 'выход наружу, исторжение') — придыхание. Это особые звуки, образующиеся в результате комбинаторного и позиционного изменения звуков в потоке речи (в древнеиндийских грамматических трактатах эти звуки называются «вспомогательными»). Понятно, что разнообразные оттенки звуков не могли (и не должны) быть зафиксированы графическими значками алфавита, ведь в потоке речи в результате коартикуля-ции возникает приспособление звуков друг другу, их изменение, приобретение звуком разнообразных оттенков и призвуков.

Можно предположить, что в индийском алфавите графическими значками представлены фонемы санскрита, ведь общеизвестно, что удобным алфавитом является такой, в котором буквами обозначаются фонемы. Именно по такому принципу были созданы древнейшие алфавиты (например, кириллица для славянской письменности) задолго до теоретического осмысления понятия фонемы и создания фонологических школ. Именно поэтому создателей алфавитов: Кирилла и Мефодия, Месропа Маштоца и др. стали называть «стихийными фонологами». Представляется, что алфавит девана-гари должен отражать систему фонем санскрита, однако это не совсем так — список фонем санскрита, предложенный А. А. Зализняком в «Грамматическом очерке санскрита» [Зализняк 1987: 798] не совпадает с теми звуковыми сегментами, которые получили обозначение специальными графическими символами в алфавите деванагари.

А. А. Зализняк отмечает, что звуки г и у, г и г, I и I находятся в дополнительной дистрибуции и объединяются в фонемы /V, /г/ и /1/. «Слогообразующий звук (г, г, I) выступает в позиции между согласными, а также после согласной перед паузой и после паузы перед согласной. В прочих позициях выступает неслогообразующий звук (у, г, I)» [Зализняк 1987: 797].

Висарга (} — глухое придыхание после гласного) как «фонологически несамостоятельный звук» не включается в список 484

Таблица 4. Список фонем санскрита

Гласные и неносовые сонанты:

а, ¡, и, у, г, 1; а, 1, е, и, о,

Шумные и носовые согласные к кЪ ё ёЪ (п) с сЪ )' )'Ъ I

с

Ъ

t Ш 4 <№ п Б t th а аЪ п б р рЪ Ь ЬЪ т

фонем (как и его комбинаторные варианты — джихвамулия и упадхмания, засвидетельствованные только в ведийском языке). В круглых скобках показаны фонемы, обладающие «ограниченной фонологической самостоятельностью» — например, дифтонги а/, ай [Зализняк 1987: 797].

Итак, список фонем санскрита не совпадает с единицами, нашедшими отражение в алфавите санскрита. В связи с этим интересным представляется вопрос — какие именно сегменты звучащей речи отражались за списком графических символов в алфавите деванагари?

Этот вопрос неоднократно обсуждался в лингвистической литературе, достаточно сослаться на содержательную статью А. В. Яковлева «О некоторых элементах фонологии в древнеиндийских фонетических представлениях» [Яковлев 2001]. Автор указывает, что эти фонемоподобные единицы не совпадают ни со звуками, ни с фонемами (в традиционном понимании), предлагает называть эти единицы спхотами7 и отмечает, что их список близок списку фонем, но не повторяет его.

Сам порядок перечисления звуковых сегментов санскрита, уагпа-Бататпауа, ставший впоследствии порядком расположения графем индийских алфавитов, в частности брахми и деванагари, близко подходит к тому, что современный фонолог установил бы для санскрита в результате субстиционально-дистрибутивного анализа изолированных слов [Яковлев 2001: 215].

7 Спхота — ($рИора — 'вспышка' от У 5рИйр 'взрываться, раскрываться') в индийской лингвистической философии вечный и неделимый архетип звука. Теорию о спхоте традиционно возводят к школе Спхотаяны, имя которого упоминает Па-нини, однако термином спхота Панини не пользуется.

Тут же автор отмечает, что «к результату аналогичного исследования слитной речи этот список подходит еще ближе». Автор статьи пытается «реконструировать» фонологические представления древних индусов, нигде не сформулированные в явном виде, стремится определить научные принципы выделения именно такого списка элементов, который был предложен индийскими учеными и материализовался в алфавите деванагари. А. В. Яковлев утверждает, что древнеиндийские грамматисты

вполне последовательно проводили здесь вполне научный — и притом вполне фонологический — принцип, хотя их фонология не совпадает ни с одной из трех наиболее привычных нам фонологических традиций [Яковлев 2001: 218].

Как известно, две ведущие отечественные фонологические школы (ленинградская и московская) расходились в количестве выделяемых в русском языке фонем, поскольку понимание фонемы существенным образом отличалось у представителей этих научных направлений .

Можно предположить, что в рамках грамматической традиции древней Индии возникла стройная классификация фонем санскрита на основе анализа фонетических характеристик реализаций этих фонем в звучащей речи. Именно эта система фонем (в понимании древнеиндийских грамматистов) и нашла отражение в алфавите деванагари.

Можно ли сказать, что Шива-сутры — тоже списки фонем? Если Шива-сутры — классификация фонем, то почему в перечне

8 Вот как писал о сложившейся в отечественной фонологии ситуации С. Я. Бернштейн:

Фонологи напоминают мне сектантов. Каждый хвалит свою секту, а другую полностью отвергает. Фонологи убеждены, что прежде никто в фонологии ничего не понимал, что ее вообще не существовало. Теперь она появилась, и ее представляет данная секта. Аванесов полностью отвергает Щербу, ученики Щербы — московскую фонологическую школу... Однако никто из них не задумывается над тем, почему русская орфография, в своих основах созданная давно, покоится на фонологических принципах... Все дело в том, что многие фонологические представления возникли еще в давние времена... Фонологи не понимают, что различия в некоторых фонологических принципах объясняются не общими логическими построениями, философскими принципами, а задачам данного описания [Бернштейн 2002: 194].

нет долгих гласных, а согласный И встречается дважды (в 5-ой и 14-ой сутре). Отсутствие долгих гласных тем более удивительно, что и в алфавите, хорошо известном Панини, и в реконструируемом списке фонем санскрита, строго различаются краткие и долгие гласные а / й. Конечно, долгие гласные звуки используются в тексте грамматики — хотя бы в самой первой сутре, формулирующей чередование хтййЫ, однако в Восьмикнижии долгие гласные употребляются отдельно с анубандхой (например, аТ), а не в составе пратьяхар на основе Шива-сутр. При необходимости указать на долготу гласного Панини употребляет термин — 'долгий (гласный)', например, в сутре аКаИ Бауате й!щИаИ «простые гласные а, /, й, г, ? могут быть краткими и долгими» (6.1.101) — в результате сандхи краткие гласные, обозначенные пратьяхарой аК, сочетаясь с таким же гласным, превращаются в долгий гласный (а + а > а).

Очевидно, что Панини в Шива-сутрах тоже оперирует фонемами (не звуками), но он формирует собственный список фонем таким образом, что Шива-сутры представляют собой не исчерпывающий перечень всех фонем санскрита, а такие классы фонем, которые позволяют наиболее экономно, но в то же время полно описать грамматику санскрита, то есть автор грамматики создает новую классификацию, отвечающую его целям описания санскрита, превращая, таким образом, Шива-сутры в важнейший элемент метаязыка грамматики. Анализ состава классов звуков Шива-сутр и их функционирование в грамматическом описании Панини целиком подтверждает это предположение.

2.4. Морфонологическая база Шива-сутр

Пратьяхары, образованные на базе Шива-сутр, используются в тексте грамматики при описании механизма образования словоформ санскрита и многочисленных морфонологических явлений, сопровождающих этот процесс.

Например, пратьяхара агС (четвертая сутра) и пратьяхара еЫ (третья сутра) позволяют кратко сформулировать важные для санскритской грамматики законы чередования гласных в ступенях gйtгa и уМйЫ.

Первая сутра грамматики гласит: хтййЫ аТаС (1.1.1), то есть «гласные а а1 ай есть гласные угййЫ» (1.1.1.). Техническое обозначение аТ с анубандхой обознлчает долгий гласный а, пратья-хара а/С представляет класс дифтонгов в Шива сутрах — а/ ай.

Сутра guna aT eN (1.1.2) сообщает о том, что «гласные a, e, o есть гласные guna». Техническое обозначение aT обозначает краткий гласный a (и анубандху T), пратьяхара eN — символ фонетического класса с порядковым номером 3 в списке Шива сутр (e, o).

Индийские грамматисты рассматривали трехступенчатое чередование гласных в морфемах: нулевая ступень (краткие гласные 09 i u), после прибавления к этим гласным краткого а образовывалась огласовка второй ступени (гласные guna — a e o), прибавление еще одного краткого a давало третью ступень огласовки (vrddhi — а ai au).

Например: kr- ~kar— kar 'делать' i- ~ e- ~ ai- 'идти' gru—gro—grau- 'слышать' и т. п.

Лингвисты неоднократно отмечали фонологический характер чередований guna и vrddhi в санскрите. Еще В. Аллен писал о неудачной попытке фонетистов обсуждать один из выдающихся фонологических процессов санскрита — ступени гласных, ведь система чередования гласных, несомненно, была создана в рамках фонологии [Allen 1953:12].

Пратьяхара iK обозначает краткие гласные i u r l, которые могут заменять гласные дифтонгического происхождения и дифтонги, что предписывается сутрой 1.1.48 Восьмикнижия: eCah iK hrasva adege «eC гласные заменяются на краткие iK гласные».

Пратьяхара iK и пратьяхара yaN (обозначает полугласные y v r l — часть пятой сутры и шестая сутра) также используются в формулировке правила сампрасарана о взаимном чередовании звуков, т. е. замене указанных гласных на соответствующие им полугласные при определенных обстоятельствах. Например, сутра iK yaNah samprasanam (1.1.45) «samprasana — замена гласных i u r l (iK) на полугласные y v r l (yaN)». Другая сутра описывает условия чередования сампрасарана: iKah yaN aCi (6.1.77), что значит «гласные i u r l в положении перед гласным звуком (aC) заменяются на полугласные y v r l».

Ряд примеров можно продолжить. Очевидно, что Шива-сутры объединяют в группы фонемы, играющие одинаковую роль

9 Значок «пустое множество», ноль (lopa) — отсутствие звука или морфемы в системе описания санскрита в грамматике Панини.

в морфонологических чередованиях в процессе синтеза словоформ. Единицы, представленные в Шива-сутрах, можно понимать как своеобразные символы морфонологической транскрипции, как морфонемы: «Шива-сутры... являют собой строго упорядоченное и расчлененное на подмножества множество морфонем санскрита» [Захарьин 2007: 17]. Такое понимание единиц Шива-сутр как нельзя лучше отражает их природу, их функцию в грамматическом описании, ведь «морфонема — языковая единица, иерархически промежуточная между фонемой и морфемой и служащая для инвариантного представления морфем как элементов языкового кода» [Краткий словарь 1995: 62]. Следует заметить, что термин «морфонема» по-разному понимается лингвистическими школами, вплоть до полного сомнения в лингвистической реальности этого понятия. «Шива-сутры совмещают преимущества фонетической таблицы и списка морфонологиче-ских классов» [Парибок 1981: 146]. Получается, что Панини предлагает систему фонем санскрита, расположенных таким образом, что фонемы сгруппированы по их поведению в составе морфем, то есть каждая группа фонем, перечисляемых подряд, претерпевает одинаковые изменения в морфемах и словоформах.

Таким образом, Панини создает новую классификацию, представляющую собой не фонетические, а морфонологические классы звуков. Конечно, Шива-сутры отражают фонетическую характеристику звуков, но группировка звуков в Шива-сутрах «работает» на морфологию, поскольку позволяет объединять в группы звуки, имеющие общие функции в морфонологических изменениях. Потребность создания новой классификации звуков санскрита доказывает, что задачей грамматики Панини является описание не фонетики, а морфологии — собственно грамматики санскрита. «Фонологический анализ звуков, представленный списком-классификацией, целиком обусловлен грамматической структурой языка» ^аа11988: 169-170].

3. Шива-сутры как элемент метаязыка грамматики Панини

Как удалось показать выше, единицы в Шива-сутрах расклассифицированы с учетом фонетических признаков (артикуляционно-акустических), именно поэтому часто говорят о Шива-сутрах как о классификации звуков, с другой стороны, список единиц, представленных в Шива-сутрах, очень близок к списку фонем санскрита,

так что фонологическая природа этих единиц также очевидна. Кроме того, как уже было сказано, эти фонемообразные единицы в Шива-сутрах участвуют в морфонологических чередованиях при синтезе санскритских словоформ, что позволяет говорить об их морфонологической природе. Очевидно, что список Шива-сутр представляет собой перечень не звуков, не фонем и не морфонем санскрита (в терминологии современной лингвистики), хотя и фонетические, и фонематические, и морфонематические характеристики этих элементов учитываются при классификации. Природа единиц Шива-сутр, принцип их классификации становятся более понятными, если рассматривать Шива-сутры исключительно как элемент метаязыка грамматики Панини. Шива-сутры — не просто список особых единиц, а прием их преставления, обусловленный структурой грамматики Панини в целом. Это ключ к грамматике, ведь анализ классификации единиц в Шива-сутрах позволяет понять архитектонику самого Восьмикнижия и в какой-то степени реконструировать метод описания языка в грамматике Панини.

В лингвистической литературе высказывалась точка зрения, согласно которой Шива-сутры представляют собой совершенно автономный текст, не принадлежащий Панини, что якобы автор Восьми-книжия заимствовал Шива-сутры и приспособил эту классификацию для описания грамматики санскрита (См. например, [БкоИ 1926]). Однако это мнение не было подтверждено убедительными доказательствами и подверглось критике со стороны других исследователей (См., например, [Б1аа1 1988]). Анализ группировки фонем10 в Шива-сутрах непонятен и необъясним вне текста грамматики, текст Шива-сутры и Восьмикнижия в значительной мере предполагают друг друга. Попробуем привести примеры, доказывающие это положение.

Шива-сутры представляют собой метаязык — фрагмент описания фонем, который сам является базой создания специфических терминов — технических обозначений классов звуков (пратьяхар), необходимых для формулировки правил грамматики. То есть Шива-сутры, с одной стороны, есть своеобразный список фонем санскрита (единиц конкретного языка), а с другой стороны — база создания технических обозначений — терминов, используемых в грамматике, а

10 Для простоты автор здесь и далее называет элементы, представленные в Шива-сутрах, фонемами.

значит важная часть метаязыка грамматики Панини. Именно такой подход позволяет понять природу и структуру Шива-сутр, ответить на некоторые вопросы, необъяснимые с точки зрения представления о том, что Шива-сутры есть независимый от основного текста Восьмикнижия или хотя бы достаточно автономный список фонем.

Почему, например, с одной стороны, сутра 11 содержит придыхательные и непридыхательные глухие смычные, с другой стороны, глухие непридыхательные смычные к и р обособлены и составляют отдельную сутру 12? Почему звонкие придыхательные разбиты на два класса — восьмую и девятую сутру? Почему стоит разделительная анубандха после ЬИ и после р, но нет анубандхи после рИ? Почему согласный I изолирован от других сонорных звуков в шестой сутре, согласный И от других глухих спирантов в четырнадцатой сутре, кроме того, звук И встречается в Шива сутрах дважды — в 5-ом и 14-ом классах (этот единственный случай двойного включения звука в список Шива-сутр представляет отдельную проблему). Кроме того, порядок следования фонем в каждой сутре уникален. Например, ряды носовых (сутра 7) и звонких смычных (сутра 10) выстроены так: палатальный звук, губной, заднеязычный, ретрофлексный и зубной, а ряд придыхательных глухих выглядит иначе: заднеязычный, губной, палатальный, ретрофлексный и зубной. По какому принципу используются в Шива-сутрах анубандхи?

Итак, попробуем предложить ответы на некоторые вопросы, связанные с употреблением конкретных анубандх в Шива-сутрах (почему в роли анубандх используются те или иные звуки и чем объясняется место, занимаемой анубандхой в составе Шива-сутр). Звонкие смычные придыхательные разделены на две сутры (восьмую и девятую) анубандхой Й, т. к. Панини необходимо было объединить согласный ЬИ с согласными т, у, V в пратьяхарууаЙ (сутры 5-8)11 для формулировки правила, согласно которому краткий гласный глагольной основы меняется на долгий гласный, если за ним следуют

11 Важно отметить, что пратьяхара может объединять только те звуки, которые представлены в рядах Шива-сутр, но в пратьхаре содержатся не обязательно все звуки, имеющиеся в той или иной сутре. Так, теоретически пратьяхара уаЙ должна объединять звуки у, V, г, I, п, т, п, п, п, /И, ЬИ, но практически эта пратьяхара у Панини включает только звуки у, V, т, ЬИ, поскольку именно эти звуки являются начальными звуками глагольных и именных флексий, перед которыми происходит удлинение гласного звука корня.

глагольные окончания, начинающиеся со звуков, представленных пратьяхарой yaÑ (7.3.101). Например, pac + QaP + miP > pacami. То же изменение происходит при присоединении именных флексий (7.3.102). Именно для формулировки этого важнейшего для санскритской грамматики чередования и понадобилась анубан-дха Ñ, объединяющая звонкий придыхательный bh с сонантами.

Анубандха T, стоящая после r закрывает ряд полугласных, образующих пятую сутру, в результате чего следующий звук l оказывается отнесенным к шестой сутре, единственным представителем которой он оказывается. Изоляция l оказывается необходимой для создания пратьяхары aT, объединяющей все гласные и полугласные, кроме l. Эта пратьяхара используется, например, при формулировке правила, согласно которому сочетание долгого гласного а и следующего за ним конечного согласного n перед следующим словом, начинающимся со звуков, входящих в пратьяхару aT, превращается в анунасику (8.3.3; 8.3.9 и др.). Например, mahan + asi > maharr asi.

Двойное употребление звука h в Шива-сутрах представляет отдельную проблему. Как уже было сказано выше, висарга, по мнению большинства исследователей, не была включена Панини в список Шива-сутр12. Спирант h дважды встречается в Шива-сутрах: если во втором случае (в 14-ой сутре), очевидно, речь идет о согласном h, возникшем из и. е. *gh, то первый случай (сутра 5) объединяет h с полугласными звуками, позволяя выстроить корреляцию y = ^ = h и указывает на ларингальный характер этого звука (и по месту происхождения, и по функции в системе фонем) [Парибок 1981: 147]. Разное происхождение h обусловило особенности его морфоно-логического поведения при построении санскритских словоформ.

Представляется, что и в данном случае двойное включение h в список Шива-сутр объясняется потребностями описания грамматики санскрита, то есть ларингальный спирант h встречается в Шива-сутрах дважды, т. к. в первом случае он входит в пратьяхары aQ, aM, aN и aT, что позволяет объединить его с гласными и полугласными, а во втором случае в пратьяхары jhaL и gaL, объединяя его с глухими фрикативными. Таким образом, положение согласного h после и перед пратьяхары yaR, перед позволяет

12

«Очевидно, что висарга не включена в Пратьяхара-сутры Панини» [Sharma 1968: 308].

не включать этот спирант в пратьяхару yaR, противопоставляя этот звук всем согласным и полугласным. С одной стороны, согласный h может объединяться с другими согласными, например, в пратьяхаре jhaL (8.4.53)13, а с другой стороны, его изолированное положение в четырнадцатой сутре позволяет исключить его из ряда согласных, например, в пратьяхаре khaR (8.3.34)14. Согласный h может, с одной стороны, объединяться с фрикативными в пратьяхаре çaL (ç, s, s, h), а с другой стороны, исключаться из ряда фрикативных в пратьяхаре çaR (ç, s, s) в формулировке правила образования висарги в сутре 8.3.35. Таким образом, двойное вхождение звука h в списки Шива-сутр позволяет составить пратьяхары, описывающие различное поведение этого звука при синтезе словоформ.

Теперь выскажем предположение относительно расположения звуков в Шива-сутрах. Известно мнение лингвистов о том, что Шива-сутры — особая классификация звуков, сгруппированных специальным образом для объяснения синтеза словорм:

Расположение звуков в паниниевском списке, которое на первый взгляд кажется довольно беспорядочным, может быть объяснено как фонетический перечень звуков, приспособленный для описания грамматики... [Thieme 1935: 104].

Очевидно, что порядок следования звуков не одинаков в каждой сутре, последовательность элементов в рядах не случайна, порядок элементов также очень важен для формулировки правил грамматики. Как уже было сказано, менять звуки местами в Шива-сутрах нельзя, т. к. ряды целиком или частично входят в различные пратьяхары. Посмотрим, например, на порядок следования носовых согласных в 7 сутре Шива-сутр: n m n n n — все носовые объединяются пратьяхарой naM, однако пратьяхара maM позволяет исключить палатальный носовой, а пратьяхара naM исключает палатальный и губной из ряда носовых. Это необходимо для

13

Сутра 8.4.53 предписывает правило замены звуков пратьяхары jhaL на jaÇ перед согласными jhaÇ, то есть согласные звуки сутр 8-14 (звуки пратьяхары jhaL) меняются на звонкие непридыхательные j, b, g, d, d (звуки пратьяхары jaÇ) перед согласными jh, bh, gh, dh, dh, j, b, g, d, d (звуки пратьяхары jhaÇ). Например, labh + trC + Su > labdha, т. к. bh (звук пратьяхары jhaL) перед dh (звук пратьяхары jhaÇ) (kta > dha) меняется на b (звук пратьяхары jaÇ).

14 Сутра 8.3.34 формулирует правило изменения конечного s в висаргу перед согласными пратьяхары khaR, то есть перед kh, ph, ch, th, th, k, p, ç, s, s.

формулировки правила 8.3.32, согласно которому звуки пратьяхары naM (n n n) появляются перед последующим начальным гласным а после таких же звуков (n n n), следующих за гласным (то есть звуки названной пратьяхары удваиваются). Например, kurvann acovat, но этого не происходит с согласными п и m: *ahamm asmi, поэтому для экономного описания правила эти звуки не должны входить в пратьяхару, следовательно, эти звуки должны предшествовать другим носовым звукам, а не следовать за ними.

И в завершение попробуем выявить некоторую закономерность в использовании «пустых» меток anubandha в Шива-сутрах. Анубандхи также есть элемент метаязыка грамматики Панини, т. к. они служат маркерами конца группы фонем, то есть являются средством классификации фонем, участвующих в грамматических преобразованиях. Анубандхи в Шива сутрах также доказывают тесную связь Шива-сутр и Восьмикнижия [Staal 1988:162].

В качестве маркеров в Шива-сутрах используются все глухие смычные санскрита (кроме T и P), все носовые согласные (кроме N) и все фрикативные (кроме S и H). Ни сам Панини, ни его комментаторы никогда не объясняли принцип выбора того или иного звука в качестве анубандхи, поэтому можно лишь попытаться высказать некоторые предположения. Очевидно, что анубандха T используется как маркер одиночного звука — iT, например, в первой сутре Восьмикнижия, поэтому эта анубандха не встречается в классах Шива-сутр.

По какому принципу Панини выбирает звуки-анубандхи? На наш взгляд, пограничный показатель, который не входит в класс, а лишь технически указывает на его конец, должен максимально отличаться по своим артикуляционно-акустическим характеристикам от звуков, входящих в соответствующую пратьяхару. Так, глухие взрывные согласные звуки K и C разделяют сутры, содержащие гласные звуки; шипящие S и Ç — в сутрах, содержащих звонкие взрывные, а полугласные V и Y — в сутрах, состоящих из глухих согласных и, наконец, плавные R и L являются маркерами фрикативных согласных. Правда, этот принцип контраста не выдерживается в сутре 7, которая содержит носовые согласные и оформляется носовым губным M, сонант l, представляющий шестую сутру имеет в качестве анубандхи носовой сонант NN. Интересно отметить, что в Шива-сутрах анубандхами являются только согласные звуки, тогда как приставными звуками в именных флексиях могут быть гласные

звуки. Представляется вероятным, что в Шива-сутрах как в фонетических списках анубандхи в виде согласных были более удобны.

Консонантные маркеры — наиболее употребительны для микротекста основного корпуса трактата, поскольку согласные фонологические единицы обладают большим количеством дифференциальных признаков и заключают больший дистрибутивный потенциал

[Военец 2006: 121].

Как уже говорилось, анубандха не входит в группу фонем при оперировании пратьяхарой, при этом каждая предыдущая группа фонем может быть включена в следующую с удалением отделяющей ее анубандхи, поэтому расположение звуков, а именно их последовательность и разделенность анубандхами, является важнейшим приемом представления материала в грамматике Панини. Именно анубандхи выступают как технический маркер пратьяхары, поэтому и сами пратьяхары, и анубандхи есть элементы метаязыка грамматики Панини. В тексте Восьмикнижия Панини использует различные анубандхи, которые выполняют самые разные функции, но все эти функции металингвистические. «Анубандха — многофункциональный инструмент, который отражает вклад Панини в формирование метаязыка» [БИа1е 2002: 30].

Пратьяхара — особый вид сокращенного лингвистического описания, используемый Панини, это способ отразить любой ряд элементов, порядок которых фиксирован, сокращенным термином, обозначающим начало и конец группы. Сокращения разного рода часто используются как элементы метаязыка, но у Панини элементарная аббревиатура становится не просто техническим термином, позволяющим двумя знаками экономно представить целый перечень элементов, а превращается в фундамент, на котором строится все здание грамматики. «Очень интересно наблюдать, как заурядный лингвистический феномен превращается в технический прием высокого уровня» [БИа1е 2002: 28]. Этот прием позволяет сокращенно называть ряды элементов, которыми оперирует Панини при составлении правил грамматики, поэтому и сами пратьяхары, и анубандхи разработаны Панини как своеобразные термины, как прием грамматического описания языка, а значит, как элементы метаязыка.

Роль Шива-сутр в понимании текста Восьмикнижия огромна, можно сказать, что Шива-сутры — код, используемый для

зашифровки грамматических правил. Ф. Стаал предлагает такую реконструкцию метода Панини: по его мнению, автор сначала предварительно сформулировал грамматические правила санскрита, затем составил список фонем таким образом, чтобы этот список позволял объединять фонемы в группы, позволяющие наиболее удобным способом сформулировать окончательный вариант правил грамматики ^аа1 1988: 163]. Соответствует ли эта последовательность действий действительности, можно лишь гадать, но очевидно лишь то, что Шива-сутры и текст Восьмикнижия — тексты, предполагающие и объясняющие друг друга, непонятные один без другого. Шива-сутры были составлены Панини как классификация элементов языка для метаязыковых целей — для исчерпывающего и в то же время экономного описания санскрита.

Итак, Шива-сутры составлены таким образом, что они не только представляют собой классы фонем (морфонем) для описания морфонологии (и морфологии) санскрита, огромного количества внешних (на стыках слов) и внутренних (на стыках морфем) сандхи и др., но и являются своеобразным ключом для расшифровки огромного количества правил, представленных в Восьми-книжии, важнейшим элементом метаязыка грамматики Панини.

Литература

Бернштейн 2002 — С. Б. Бернштейн. Зигзаги памяти. Воспоминания. Дневниковые записи. М.: Ин-т славяноведения РАН, 2002. Бодуэн де Куртенэ 1912 — И. А.БодуэндеКуртенэ. Об отношении русского письма к русскому языку. СПб.: Ред. журн. «Обновление школы», 1912.

Военец 2006 — К. В.Военец. Древнеиндийская традиция (грамматика Панини) и современное индоевропейское языкознание. Дисс. ... канд. филол. наук. СПбГУ, Санкт-Петербург, 2006. Зализняк 1987 — А.А.Зализняк. Грамматический очерк санскрита // В. А. Кочергина. Санскритско-русский словарь. М.: «Русский язык», 1987.

Захарьин 2007 — Б. А. Захарьин. Санскритская грамматика Варадараджи. Varadaraja laghusiddhanta-kaumudl, или Облегченное освещение положений [санскритской грамматики]. М.: Издатель Степаненко, 2007. Катенина, Рудой 1980 — Т. Е. Катенина, В. И. Рудой. Лингвистические знания в древней Индии // А. В. Десницкая, С. Д. Кацнельсон (ред.). История лингвистических учений: Древний мир. Л.: Наука, 1980.

Краткий словарь 1995 — Н. В. Васильева, В. А. Виноградов, А. М. Шахнарович. Краткий словарь лингвистических терминов. М.: «Русский язык», 1995.

Парибок 1981 — ПарибокА. В. Паниниевские «Пратьяхарасутры» в свете современной фонологии//Тезисы докладов и сообщений советских ученых к V Международной конференции по санскритологии. М.: Ин-т востоковедения, 1981.

Яковлев 2001 — А. В. Яковлев. О некоторых элементах фонологии в древнеиндийских фонетических представлениях//Язык и речевая деятельность 4,1, 2001.

Allen 1953 — W. S.Allen. Phonetics in ancient India. London — New York — Toronto: Oxford University Press, 1953.

Bhate 2002 — S.Bhate. Parnni's Descriptive Technique//Pamni. New Delhi: Sahitya Akademi, 2002.

Misra 1966 — N. V. Misra. The descriptive technique of Pamni [Janua linguarum. Studia memoriffi Nicolai van Wijk Dedicata. Series practica XVIII]. The Hague — Paris: De Gruyter, 1966.

Sharma 1968 — R. K. Sharma. Visarga in sanskrit// Studies in Indian linguistics. Linguistic society of India. Poona: Centres of advanced study in Linguistics, 1968.

Sharma 2002 — R.N. Sharma. Astadhyayl of Pamni. Vol. 1-2. NewDehli: Mun-shiram Manoharlal Publishers, 2002.

Skold 1926 — H. Skold. The Nirukta : its place in old Indian literature, its etymologies [Skrifter utgivna av Kungliga Humanistiska Vetenskapssam-fundet i Lund 8]. Lund — London: C. W. K. Gleerup — H. Milford, 1926.

Staal 1988 — F. Staal. A method of linguistic description. The order of consonants according to Pamni // Universals Studies in Indian Logic and Linguistics. Chicago — London: The University of Chicago Press, 1988.

Thieme 1935 — P. Thieme. Pamni and the Veda: Studies in the Early History of Linguistic Science in India. Allahabad: Globe Press, 1935.