Славянская идентичность: методологический подход против культурнополитической конъюнктуры

А.Г. Климов

Славянская идентичность: методологический подход против культурно-политической конъюнктуры

1. В качестве предмета научного исследования славянство выступает сложносоставным феноменом, объединяющим в себе ряд культурно-социальных явлений, принадлежащих разным уровням обобщения. Оно рассматривается и как таксон культурно-исторической типологии; его содержание распространяется на социетальную специфику, социальный порядок (особенно в политическом наследии К. Леонтьева и социальной философии в России, особенно первой трети XX века) и на национальные особенности личности, которые оказываются сходными для представителей различных политических систем, геополитических регионов и культурноисторических пространств.

В научных разработках «славянского вопроса» особенности отмеченных аспектов четко фиксируются и довольно подробно исследуются на уровне построения теорий и выделения существенных параметров оценки его проявлений в разнообразных контекстах социокультурной реальности.

Однако в культуре повседневности и в формах политической регуляции процессов, сопряженных с феноменом славянства, наблюдается смешение и растворение его различных граней, что, подчас, вызывает затруднения в сфере межэтнических отношений. С одной стороны, в культуре повседневности, под воздействием стихийно сложившихся межэтнических стереотипов и подогреваемых заинтересованными в нестабильности силами противоречий экономического и культурно-политического характера, проявляются межэтнические противоречия, чаще всего не имеющие под собой ни исторической, ни культурной почвы. С другой стороны, в политической практике комплекс проблем, связанных со славянской тематикой, охватывается лишь в пределах правового обеспечения этнического фактора и в связи с вопросами, составляющими сейчас содержание культурной политики: статус языка титульной нации, возможности и формы учета национальной специфики в образовании, да, пожалуй, представленность этнической специфики в различных СМИ. Причем, противоречия и несоответствия в отношении к определению и истолкованию славянской тематики в значительной мере возрастают именно для тех случаев, когда дискурс по славянским вопросам покидает пределы науч-

ного исследования и распространяется в повседневность и в область прикладного пользования научных положений — политику.

В этих случаях идентичность из единицы анализа культуры и категории социокультурной динамики превращается в предмет спекуляций в плоскости общественного мнения.

В данной статье мы продемонстрируем этот эффект расширения содержания и роста противоречивости истолкования тематики славянства на анализе идентификации, механизма, который конституирует проявление славянства в культуре повседневности и, одновременно, имманентно рассматривается как основной предмет воздействия как в программах политической пропаганды, так и в воспитательных и обучающих программах, ориентированных на культурное содержание.

2. Социальная идентификация выступает одной из разновидностей когнитивных процессов. Но ограничить ее одной лишь когнитивной процедурой принятия, присвоения и осознания индивидом некоего общего социокультурного признака означало бы свести до исключения ее культурогене-тическое содержание. Процессы идентификации, несомненно, захватывают более широкие рамки, нежели жизнь индивидуального субъекта, она представляет и интерперсональный уровень групп непосредственного общения, и социетальные формы, относящиеся к структурным подразделениям государства, общества и таких глобальных образований, как раса, культурно-исторический тип, цивилизация.

Принципиальное методологическое значение приобретает здесь разведение предмета, процедуры и, наконец, продукта идентификации. Предметом идентификации является собственно феномен славянства и его представленность значимым для индивида другим (людям, группам, институтам), т.е. славянская культура как социокультурная система, онтологическое единство так же выступающим или способным выступать субъектами идентификации, то процедура идентификации имеет двойственный характер. Процедурой идентификации является инкультурация как включение индивида в социокультурную систему, которая в ракурсе индивидуального субъекта раскрывается в качестве процесса культурогенеза. Продуктом же славянской идентификации является славянский феномен, интериоризирован-ный как индивидуальными, так и кооперированными субъектами, т.е. славянская идентичность, иначе говоря — славянская культура, рассматриваемая через специфические характеристики ее носителей.

В системном представлении славянская культура как предмет социальной идентификации является более высоким уровнем абстракции, нежели этнический уклад и модели повседневной культуры, представленные в по-

веденческих и ценностных стереотипах, составляющих феноменальный слой культуры.

Социальная идентификация в научном рассмотрении и процесс восприятия и оценки, регулируемый когнитивными особенностями личности, но они и реакция на сложноорганизованные социокультурные условия составляющими идеальную среду. К этим условиям относится и семантическое пространство культуры, и ценностная ее модальность, и даже архетипические ее основания, заложенные в глубинных протоизмерениях (в хронотопе, в образе причины, пространства и пр.). Представляя внесубъектный (или «интерсубъектный») план идентификации, эта ее сторона фиксируется в мировоззренческих формах распределения смыслов и значений институционального, специализированного и повседневного планов культуры, как уже присвоенного, отраженного индивидом предмета, т.е. идея славянства и ее переведенным на персональный уровень, личностно пережитом и усвоенном значении.

В философских, социологических и психологических исследованиях идентификации четко различается психологический, индивидуально-личностный уровень и социальный1. В психологическом отношении рассматриваются такие эффекты идентификации, как включенность личности в социум, определение и принятие ею референтных групп, потребности защиты, самоутверждения и самовыражения . Социальный же уровень включает всю полноту социального контекста идентификации - разнообразие референтных групп, способы и механизмы установления и воспроизводства их авторитета для индивида и авторитета социальной группы как формы общественной ценности. Причем, ценности такого рода субстанциализированы в общественной среде, закреплены в виде распространенных представлений, идейных положений, мировоззренческих формул.

Мы полагаем, что методологически целесообразно разделять два типа социальной идентификации по ее предмету. Один - идентификация с составляющими социальную структуру формами — референтными группами, формами социальных занятий, профессиями. У Пьера Бурдье этот тип предметов идентификации определялся как «хабитусы», в отношении которых активный социальный индивид составляет и использует свой «символический капитал»3, поэтому мы будем обозначать этот тип идентификации как хабитальный. Другой тип в качестве своего предмета имеет принципиально иные социальные формы — значимые для общества организации и институты, которые служат и носителями, и механизмами осуществления актуальных для общества ценностей. Это институциональный тип идентификации, который и задает общекультурный ценностный план и соответствует таким формам проявления корпоративного субъекта, как государство, организация, семья.

Таким образом, в предмете, в процедуре и в продукте славянской идентификации можно, в соответствии с отмеченной спецификой, выделить, как минимум, три типа идентификации: психологическую (если ограничиваться индивидуально-личностным планом), локально социальную, хабиальную, и институциональную как социокультурную в регулятивном контексте.

3. Отсутствие дифференциации этих типов идентификации в практическом и, особенно, в политическом дискурсе приводит к утрате предметности программ гуманитарного характера, реформирование оборачивается внедрением сводов норм, которые растворяются в практической среде и становятся, подчас, громоздкими добавлениями устоявшихся приемов общественной регуляции.

Нередко идентификация сводится только к действию механизмов саморефлексии, к тому же разворачивающимися на соматическом уровне и на уровне непосредственно интерперсональной среды взаимодействия. Но в условиях абстрагирования ценностного содержания славянской культуры, славянская идентификация обращается в простой процесс, поскольку ее предмет - односоставной, монопараметрический признак-характеристика — признание индивидом и принадлежащим культуре и его самоидентификация с ней.

Когда же помимо саморефлексии участвуют такие механизмы, как знаковое опосредование на уровне микрокультурной среды, как семантизация, институализация смыслов в формах взаимодействия (в интеракционизме Мида и в феноменологической школе социологии4), типах социокультурной организации, ценностное отнесение, добавляются еще такие процессы, которые опосредуют социокультурную динамику индивида - целеобразова-ние, смыслопорождение, верификация значений, идентификация осуществляется уже на интерсоматическом уровне и имеет комплексный характер, а ее предмет оказывается полипараметрическим.

4. В определении направлений функциональных и содержательных эволюционных сдвигов в социальной идентичности принято выделять сущест-

венные стороны. Например, А.Г. Дугин, рассматривая уникальность нашей эпохи в переходе от модерна к постмодерну, в котором проявляются любые, логически не связанные и концептуально конфликтующие друг с другом идентификационные парадигмы5. Эти парадигмы выделяются по основаниям, соответствующим в наших определениях типу макроинститута, представленности культурообразующей общности, ведущей общественной ценности (общественному представлению духовности) и идейно оформленной ценности воспроизводства социальной структуры.

Премодерн Модерн Постмодерн

Макро- Империя Государство Глобализм

институ- Этнос Нация Планетарный кос-

циональ- мополитизм

ная

культу-

рообра-

зующая

общность

Духовная Религия Светскость Плюрализм в индифферентности, секуляризме, неоспириту ализме

Социаль- Иерархия Равенство индивидов Произвольное от-

но- Сословие- ношение к «друго-

струк- каста му» против страте-

турная гии прав человека

В анализе возможна и иная композиция парадигм, но как феномен культуры и специфический продукт такого процесса культурогенеза, как социальная идентификация, славянская идентичность определяется рядом системных характеристик, которые могут быть представлены для удобства их системно-аналитического рассмотрения в качестве измерений, локализующих ее положение в феноменологическом пространстве современной культуры:

- индивидуальный - социальный или корпоративный; психологический-социологический;

- ориентация на феноменальное своеобразие и уникальность культуры, преодолеваемое лишь эффектами влияния сходства условий жизни и развития - ориентация на актуальность и действенность типических характеристик - в этносах, в культурах, в языках6);

- генетическое единство прото-корней - глубинное сходство феноменальных проявлений славянских культур, преодолевающее различие способов формирования различных славянских культур.

5. Серьезным заблуждением является представление славянской идентичности по аналогии с этнической идентичностью, исключительно личностным механизмом индивидуальной адаптации и инкультурации. Как механизм культурогенеза, идентификация проявляется и в обществах зачаточной политической организации, и в обществах зрелого постмодерна.

Главная проблема политических и практических программ, обращающихся к славянской тематике, состоит в том, окажется ли славянская идентичность приведена в единое значение с такими идентичностями, как членство в корпорации, профессиональная принадлежность, национальность, региональность, или же ее культурно-историческая значимость будет подтверждена как объективно-исторический механизм, определяющий собственное право носителей славянской культуры на выбор линии интеграции.

Предметное размывание славянской идентичности и сведение ее к идентичности индивидуальной либо этнической закрывает доступ к познанию и пониманию процессов культуротворчества, номиналистский отказ от субстанциональных форм носителя культуры высокого уровня абстракции, в исследовании которых так много было сделано в гуманитарной науке за истекшие полтора века ее интенсивного развития.

Заложенного в технологизированные процедуры признания этнической самобытности, которую можно преодолевать и необходимо компенсировать в организациях с интернациональным персоналом, недостаточно для полноты анализа и развития формирования славянской идентичности, как разновидности идентичности с субъектом высокой абстракции в пределах которой происходит формирование и развитие ценностей, аксикреация и аксио-генез , составляющих глубинную основу регуляции культуры и процесса культурогенеза.

Примечания

1 Ядов В.А. Социальная идентификация в кризисном обществе.// Социологический журнал, 1994, №1. http://www.socjournal.ru/article/29

2 Дил'игенский Г. Г. Проблема теории человеческих потребностей // Вопросы философии. 1976. №9; 1977. №2.

3 Bourdieu P. The Logic of Practice. Cambrige: Polity Press, 1990.

4 О символическом интеракционизме Дж. Мида в контексте идентификации см. HoggM., Abrams D. Social identifications. London: Routlege, 1988.

Schutz A. The Phenomenology of social world. London: Heineman, 1972.

>ДугинА.Г. Эволюция социальных идентичностей при переходе к парадигме постмодерна// Выступление А.Г.Дугина на Мировом Общественном Форуме «Диалог Цивилизаций» -02.10.04, Родос, Греция

6 Против влияния типического как механизма культурогенеза выступал еще И.В. Сталин в кри тике теории иафетических языков академика Марра в несправедливо забываемой, но возрождаемой брошюре См.Сталин И.В. Марксизм и вопросы языкознания. М., 1950.

7 Батищев Г.С. Истина и ценности. //Познание в социальном контексте. М., 1994., СС. 61-78.