Москва усвоила дистанционное голосование

В Москве в воскресенье завершились выборы в советы депутатов 125 внутригородских муниципальных образований. Уже в первые часы трехдневного голосования, стартовавшего в пятницу, явка достигла уровня предыдущих выборов 2017 года (14,8%), а к вечеру воскресенья выросла до 32,8%. Большую часть явки обеспечили москвичи, голосовавшие электронно (более 1,7 млн человек), на обычные участки пришло вдвое меньше избирателей. Мосгоризбирком заявил, что выборы прошли практически без нарушений; представители оппозиции предъявляют свои традиционные претензии к голосованию онлайн.

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ

Вечером 11 сентября Мосгоризбирком сообщил, что итоги онлайн-голосования на муниципальных выборах в столице были подведены меньше, чем за час — это очевидный прогресс по сравнению с прошлогодними думскими выборами, когда подсчет голосов, поданных на московской платформе ДЭГ, затянулся и вызвал скандал. Впрочем, первый день голосования, 9 сентября, как ранее сообщал “Ъ”, омрачился сбоем в работе введенного на нынешних выборах в столице новшества — системы сканирования паспортов. Зависания считывателя привели к тому, что часть пришедших на участки избирателей не смогли получить бюллетени. В общественном штабе Москвы по наблюдению за выборами возникшую проблему объяснили DDoS-атаками.

Тем не менее, уже в первые четыре часа голосования явка избирателей приблизилась к показателям предыдущих муниципальных выборов 2017 года (14,8%), а к концу пятницы превысила их, составив 16,7%. По состоянию на 18:00 воскресенья явка составила рекордные 32,8%. Столь высокие показатели обеспечило дистанционное электронное голосование (ДЭГ), в котором приняли участие около 1,7 млн москвичей (в воскресенье вечером было объявлено, что онлайн было выдано 1 748 616 бюллетеней и получено 1 692 196 голосов). До участков дошло в два с лишним раза меньше избирателей — по предварительным данным, около 700 тыс. человек. Отметим, что во время прошлогодних думских выборов онлайн в Москве голосовало около 2 млн человек при совокупной явке около 43%. Тогда для участия в ДЭГ требовалась предварительная регистрация; созданный к нынешним выборам электронный реестр столичных избирателей позволил гражданам спонтанно принимать решение о способе голосования вплоть до закрытия участков вечером 11 сентября, при этом технически исключив возможность голосования и онлайн, и на участке.

Опрошенные “Ъ” представители парламентских партий, за исключением КПРФ, не зафиксировали на выборах в Москве «каких-либо серьезных нарушений».

Иное мнение высказали коммунисты, представители «Яблока» и внесистемные оппозиционеры-самовыдвиженцы. Как и ожидалось, для них наиболее болезненным вопросом стало ДЭГ, результаты которого они назвали «аномальными» и достигнутыми за счет «принуждения бюджетников». Большинство жалоб, составленных по этому поводу, традиционно исходило от КПРФ. В частности, коммунистов насторожили данные графика распределения голосов в районах с разной явкой, которые, по их мнению, свидетельствуют о «вбросах голосов». Глава штаба по наблюдению за выборами Вадим Ковалев сказал “Ъ”, что на сайте для наблюдения за ходом ДЭГ, который был доступен для всех желающих, все было корректно. «Некоторые коллеги к нам приходили в штаб, я лично их отводил, мы им показывали, как смотреть. Люди не видели детальные цифры, однако явка была хоть и высокая, но гармоничная»,— отметил он.

«Яблочники» концентрировали внимание на давлении, которое оказывалось на их кандидатов из-за критики спецоперации на Украине. В первый день выборов они жаловались на звонки от неизвестных, которые пытались «спровоцировать кандидатов на высказывания» о спецоперации. Кроме того, в партии заявили, что «из-за давления до выборов не допустили каждого пятого зарегистрированного кандидата». Последним стал баллотировавшийся в Ломоносовском районе Николай Касьян — суд снял его с выборов за 18 часов до голосования.

Впрочем, были и обратные ситуации. Так, в первые два дня голосования Верховый суд вернул на выборы кандидата из Измайлово Татьяну Царенко и кандидата из Левобережного Александру Иванову. Обращения кандидатов о восстановлении их фамилий в бюллетенях избиркомы проигнорировали, а система ДЭГ и вовсе не предполагала такой процедуры. Впрочем, председатель МГИК Ольга Кириллова пояснила “Ъ”, что, по ее сведениям, подобные решения были вынесены по трем кандидатам, и решения о необходимости их возвращения в бюллетени не было. Речь шла лишь об отмене решения нижестоящей инстанции и возвращении дела на новое рассмотрение, заверила она.

По данным правозащитного проекта «ОВД-Инфо» (внесен в реестр иноагентов), «яблочники» лидируют по числу задержанных в связи с выборами активистов. Всего было задержано 23 человека (из них 15 — участники электорального процесса), которых в основном обвиняли в том, что они мешают работе комиссий, незаконно распространяют агитацию, проводят несогласованные с властями акции.

По данным движения «Голос» (внесено в реестр иноагентов), среди наиболее частых нарушений в Москве отмечались давление на кандидатов и наблюдателей, невозможность проголосовать на избирательном участке из-за якобы уже зафиксированного системой участия в ДЭГ, невыдачу бюллетеней (в том числе из-за сбоев в работе системы сканирования) и нарушение правил проведения надомного голосования.

Отказы в выдаче бюллетеня на участке, на которые в ряде случаев жаловались граждане, глава МГИК Ольга Кириллова объяснила человеческим фактором.

По ее словам, не все члены комиссий при обучении одинаково хорошо усвоили материал, поэтому иногда запись в системе «Доступно дистанционное электронное голосование» они воспринимали как свидетельство того, что человек уже проголосовал. Глава штаба по наблюдению за выборами Вадим Ковалев, в свою очередь, сообщил “Ъ”, что массовых серьезных нарушений наблюдатели не зафиксировали. По его словам, в штабе рассмотрено около 100 спорных ситуаций, но серьезное нарушение подтвердилось только одно, когда в урну опустили сразу три бюллетеня, однако эта урна «уже опечатана».

Фотогалерея

1 / 22