Коммуникативный потенциал культуры как методологическая категория

ВЕСТНИК ТОМСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА

№ 306 Январь 2008

КУЛЬТУРОЛОГИЯ

УДК 130.122

В.Е. Буденкова

КОММУНИКАТИВНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ КУЛЬТУРЫ КАК МЕТОДОЛОГИЧЕСКАЯ КАТЕГОРИЯ

Работа выполнена при поддержке РГНФ. Грант № 07-03-64302а/Т.

Анализируется понятие «коммуникативный потенциал культуры» как методологическая категория. Рассматриваются факторы его формирования и развития. Обосновывается актуальность изучения коммуникативного потенциала национальных и региональных культур.

Современную социокультурную ситуацию часто характеризуют с позиций коммуникативности, глобализации и информатизации. Исследователи отмечают динамизацию социальных процессов, возрастание роли случайных факторов в общественном развитии и повышение взаимной зависимости и взаимной ответственности государств, народов и культур. В этих условиях особую актуальность приобретает способность культуры адаптироваться к быстро меняющимся условиям, готовность к диалогу, умение выстраивать отношения на принципах уважения, открытости, толерантности. Но история культуры показывает, что интенсивность коммуникативных процессов в разных культурах разная. Есть культуры «открытые», в которых внутренние и внешние коммуникации хорошо развиты и находятся в состоянии гармоничного равновесия. Они активно взаимодействуют с другими культурными формами и типами, «не боятся» инокультурного влияния. Для таких культур постоянный обмен информацией -необходимое условие существования и развития. В современном мире большинство культур объективно тяготеет именно к открытому типу.

Но есть культуры «закрытые», где доминируют внутренние коммуникации. Как правило, эти культуры замкнуты, а коммуникативные процессы в них достаточно четко регламентированы. Примером может служить любая традиционная культура или субкультура, организованная по типу традиционной. В России такой субкультурой было и остается старообрядчество.

Кроме того, одна и та же культура в разные периоды существования может по-разному проявлять себя в коммуникациях. Так, например, культура средневековой Руси и культура Петровской России представляют разные в коммуникативном отношении типы. В первом случае можно говорить о закрытости, а во втором - о переходе к открытому типу культуры.

В зависимости от того, к какому типу принадлежит культура или на каком этапе развития она находится, формируются ее коммуникативные связи и отношения. Можно с уверенностью предположить, что типологически близкие культуры имеют больше предпосылок и возможностей для диалога и образования единого коммуникативного пространства, поскольку основываются на общих целях и ценностях и реализуют сходные коммуникативные схемы. Коммуникацию в таких культурах

можно назвать симметричной, а сами культуры - «коммуникативно симметричными». Здесь каждый участник коммуникативного процесса выступает и в роли адресата и в роли адресанта. Что касается культур, принадлежащих к разным типам, то здесь коммуникация будет носить асимметричный характер, когда один из участников диалога выступает в роли донора (источник информации, смыслов, ценностей), а другой - реципиента (получатель)1.

Для любой культуры, переживающей смену парадигмы или находящейся в стадии становления, характерна коммуникативная восприимчивость, т.е. она усваивает опыт и информацию более «старших» или развитых в определенном отношении культур. Наоборот, культура становится «донором», когда достигает зрелости и (если рассматривать существование и развитие культур в парадигме цикличности) начинает приходить в упадок. Так было с культурой Античной Греции в периоды ее формирования (по отношению, например, к культуре Древнего Египта) и эллинизма (когда она распространилась на территории Северной Африки, Азии и т.д.). Для культуры любой страны или эпохи характерны периоды «восприимчивости» и «донорства», и с этой точки зрения любая культура может рассматриваться как определенный цикл.

Безусловно, данное обстоятельство следует учитывать при разработке стратегий межкультурного диалога и в коммуникативной практике для повышения эффективности межкультурных коммуникаций.

Но успешность коммуникаций определяется не только типом вовлеченных в нее культур. Часто культуры, принадлежащие к одному типу, имеющие общие основания и внешнее сходство, в коммуникативном отношении ведут себя по-разному. Сценарии поведения могут варьироваться от «коммуникативной агрессии» до «коммуникативной пассивности», в зависимости от партнера. Примером такой «асимметричной» коммуникации выступает культурное взаимодействие США и стран Европы, в частности в сфере кинематографа, или коммуникативные процессы между странами Западной и Восточной Европы, когда одна из сторон берет на себя роль «наставника» и транслятора культурных ценностей, а другой отводится роль ученика. И дело здесь не только в различии целей, когда каждый участник диалога преследует свои интересы и,

вольно или невольно, стремится навязать партнеру собственный сценарий общения. Поведение участников зависит, по меньшей мере, от двух факторов: степени готовности культуры к диалогу и связанным с ним изменениям и устойчивости ее оснований и принципов, которые вместе образуют ее коммуникативный потенциал.

Коммуникативный потенциал - способность культуры вступать в коммуникации, связи и отношения с другими культурами и развиваться под их влиянием, сохраняя собственную идентичность. Коммуникативный потенциал любой культуры характеризуется наличием и соотношением двух необходимых качеств - устойчивости (стабильности) и изменчивости (трансфор-мативности). Коммуникативная устойчивость означает, что культура обладает высоким коммуникативным потенциалом, если в диалоге с другими культурами она сохраняет свое ядро (базовые ценности, смыслы, традиции). Коммуникативная изменчивость демонстрирует способность культуры к адаптации и развитию в постоянно меняющихся условиях. Чем более гибкой, «отзывчивой» и динамичной оказывается культура, тем выше ее коммуникативный потенциал. Таким образом, коммуникативный потенциал культуры зависит от степени выраженности обоих названных качеств.

Следует отметить, что в данном случае речь идет об идеальной модели культуры. В реальности чаще бывает так, что в отношении конкретных культур (национальных, локальных, региональных) можно говорить о преобладании какого-то одного качества или тенденции: стремления к стабильности, которое достигается ограничением коммуникаций и коммуникативного пространства, или трансформативности, таящей угрозу утраты культурой собственной идентичности. Ограничение (лимитирование) диалога и стремление к установлению контроля над коммуникативными процессами характерны для культур закрытого типа и тех субкультур, которые обладают собственной идеологией или нацелены на выполнение определенной «миссии». Как правило, в подобных культурах (субкультурах), строящихся по иерархическому принципу, где место, роль или функция человека четко обозначены и определены, важны ритуал и ритуальное поведение. Это культуры «тайных обществ» (вроде масонов), монашеских орденов, «землячеств» и т. д. Специфика коммуникативных процессов в таких структурах обусловлена задачами самосохранения в «неблагоприятных» условиях. К таким условиям можно отнести отсутствие легитимности или признания со стороны социума и других культур («тайные общества», разного рода маргиналы) и пребывание в инокультурной среде («землячества»). Кроме того, система ценностей и базовых смыслов у названных субкультур отличается от общепринятой или доминирующей в культуре, частью которой они являются. Сохранение ядра и жизнеспособность всей культурной системы обеспечиваются здесь не благодаря сформировавшейся традиции, а за счет специальных действий, направленных на поддержание устойчивости. Отсутствие ограничений в коммуникациях и обмене информацией может привести к разрушению (деформации ядра) и ассимиляции субкультуры. Следование ритуалу и регуляция поведения позво-

ляют поддерживать ядро культуры, постоянно актуализируя основные ценности.

«Обратной стороной» ограничения коммуникаций выступает коммуникативная агрессия, проявляющаяся в стремлении одного из участников навязать партнеру свою стратегию диалога и управлять процессом по собственному сценарию. В данном случае конечная цель коммуникации особого значения не имеет; это может быть как трансляция собственных ценностей и смыслов (культурная экспансия), так и заимствование из арсенала других культур. Агрессивные стратегии поведения характерны для молодых культур и культур, с неустойчивым ядром, которые сформировались в результате эклектичного взаимодействия разных традиций. Как было сказано выше, поведение США в различных сферах (от экономики и политики до науки и искусства) являет собой яркий пример коммуникативной агрессии.

Культуры с недостаточно устойчивыми основаниями или переживающие смену парадигм отличаются повышенной коммуникативной изменчивостью. Под влиянием других культур они не только расширяют коммуникативное пространство, но зачастую теряют свое «лицо», подчиняясь разнообразным внешним влияниям. Стремясь избежать маргинализации, такие культуры вынуждены «подстраиваться» под более сильных и опытных в коммуникативном отношении партнеров. Особую актуальность проблема коммуникативной изменчивости приобретает в связи с процессами глобализации и переходом к информационному обществу. Умение ориентироваться в информационных потоках и выбирать адекватные стратегии поведения и деятельности способствует не только повышению эффективности межкультурного диалога, но и самосохранению культуры.

Таким образом, коммуникативный потенциал, определяя характер культурных взаимодействий, определяет и место той или иной культуры в современном мире. Высоким коммуникативным потенциалом, а следовательно, и большим влиянием и возможностями развития, обладает культура, базовые ценности и смыслы которой позволяют осуществлять коммуникацию и расширять коммуникативное пространство без ущерба для нее самой и других участников диалога.

Изучение коммуникативного потенциала культуры позволяет прогнозировать результаты общения, разрабатывать сценарии продуктивного диалога и модели коммуникаций, основанные на принципах толерантности и взаимного уважения. Оценивая коммуникативный потенциал, мы получаем возможность позиционировать себя в коммуникативном пространстве и лучше понимать не только другие культуры, но и свою собственную. С точки зрения коммуникативного потенциала можно рассматривать культурно-исторические эпохи и национальные культуры, страны и регионы. В этом случае речь может идти о коммуникативном потенциале региона.

Но никакая культура не существует в отрыве от социума и социальных процессов, оказывающих влияние на ее коммуникативный потенциал. Существует множество факторов, способствующих повышению коммуникативного потенциала или, наоборот, его сниже-

нию. Выявление и анализ этих факторов - необходимое условие управления коммуникациями. В числе факторов, влияющих на коммуникативный потенциал, можно выделить внешние и внутренние. Внешние характеризуют процессы, происходящие в

современном мире, и отражают общее состояние нашей цивилизации. К внешним - общецивилизационным -факторам относятся глобализация, рост потребления, развитие технологий и информатизация, динамизация культурных процессов, стремление к постоянному обновлению и т.д. К внутренним, специфичным для данной культуры или региона, можно отнести политико-экономические, социальные, религиозноэтнические, идеологические условия и факторы, сочетание которых и определяет их уникальность.

Поскольку характер и особенности коммуникативных процессов зависят в первую очередь от индивидуальных особенностей культуры, обратимся к анализу внутренних факторов.

Политико-экономические. В эту группу входят такие критерии, как уровень развития экономики и тенденции ее динамики, степень демократизации общества и его открытость2, политическая и экономическая стабильность. Перечисленные характеристики можно разделить на две самостоятельные подгруппы: политическую и экономическую, но в современной России, да и в мире в целом, взаимовлияние и взаимозависимость этих сфер очень велики. Примером могут служить забастовки работников транспорта во Франции в ноябре 2007 г. и ответные меры правительства, пока не давшие результата; или российско-польская «мясная» проблема, решение которой связано со сменой правительства в Польше. Обе ситуации достаточно показательны по двум причинам. Во-первых, и в том и в другом случае за экономическими претензиями и требованиями угадываются политические интересы участников и желание «заработать политические очки». Во-вторых, неэффективность коммуникаций обусловлена стремлением каждой из сторон решить свои проблемы, а не общую, т.е. сохранить (во всяком случае для себя) status quo или получить преимущества. Подобная позиция свидетельствует о преобладании ограничительных тенденций и приводит к коммуникативной агрессии.

Продуктивность диалога зависит от умения сторон находить «общее в различном», т.е. точки совпадения интересов, и готовности идти на компромиссы. Такая коммуникативная стратегия возможна в случае гармоничного сочетания устойчивости и изменчивости в культуре и социуме. Современная Япония является прекрасной иллюстрацией их сбалансированности и высокого коммуникативного потенциала. Будучи одной из наиболее динамичных экономик в мире, Япония сохраняет ценностно-смысловое ядро своей культуры: традиции, верования, образ жизни.

Можно утверждать, что стабильное развитие, устойчивые демократические традиции и динамично развивающаяся экономика способствуют повышению коммуникативного потенциала. Экономический рост приводит к увеличению контактов, причем не только в экономике, но и в других сферах, что в свою очередь открывает перед субъектом (страной, народом, регионом) новые коммуникативные возможности.

В этом отношении показателен опыт Томской об-

3

ласти , где несколько проектов, имеющих важное экономическое и социально-культурное значение, привели к существенному расширению коммуникативного пространства региона. Среди этих проектов - создание технико-внедренческой зоны, развитие инновационных университетов, освоение природных богатств правобережья Оби, сохранение деревянной архитектуры г. Томска. Разработка и реализация названных проектов вызвали интерес не только у традиционных партнеров - Великобритании, Германии, Китая, США, Финляндии, но и предоставили возможности для сотрудничества и развития отношений новым, таким как Тайвань, Чехия, Япония.

Социальные факторы. Эта группа включает такие показатели, как возрастной состав населения, уровень жизни, уровень образования.

Если рассматривать уровень развития коммуникативного потенциала с точки зрения демографической ситуации, то можно предположить, что наиболее активной в развитии межкультурных коммуникаций является та часть населения, которую, в зависимости от критериев и оснований выделения, называют «экономически активным населением», «средним поколением» и т.д. Безусловно, эти понятия не тождественны, однако в контексте рассматриваемой проблемы они отражают качественные характеристики определенной социальной группы4.

Молодому поколению не хватает коммуникативной устойчивости. Молодежь слишком подвержена влияниям, склонна к заимствованиям и подражанию. Культурная традиция в этой демографической группе достаточно слаба по объективным причинам. Старшее поколение, наоборот, консервативно, не слишком доверяет новому, ему сложнее адаптироваться к быстро меняющейся действительности. Поэтому основным носителем коммуникативного потенциала является «среднее поколение», у которого уже сформировались взгляды, нравственные ориентиры, вкусы и предпочтения и которое готово к критическому восприятию нового. Не менее важен и тот факт, что данная часть социума, обладая знаниями и опытом, не только активно участвует в жизнедеятельности общества, но и обеспечивает социально-экономическое развитие.

В Томской области экономически активное население насчитывает около 522 тыс. человек, что составляет около половины всего населения и соответствует показателям по стране. Сама по себе цифра ничего не говорит об уровне коммуникативного потенциала. Поэтому можно только предположить, что чем выше процент экономически активного населения, тем выше коммуникативный потенциал5.

Что касается образования, то здесь зависимость прослеживается достаточно ясно: чем выше уровень образования в регионе, тем выше его коммуникативный потенциал. И дело здесь не только в знаниях. Качественное образование предоставляет человеку более широкие возможности, формируя его профессиональные, социальные, коммуникативные компетенции; помогает быстрее адаптироваться в новых условиях; расширяет горизонт его сознания, делая более терпимым и толерантным.

Недавние беспорядки в Вилье-ле-Бель показывают, что проблемы «окраины Парижа» не только этнические и социально-экономические. Это проблемы образования, точнее, его отсутствия и как следствие, коммуникативной некомпетентности, неумения и нежелания считаться с традициями другой культуры. Низкий уровень образования - благоприятная почва для разного рода стереотипов, узость кругозора порождает безапелляционность суждений и безответственность.

Опыт современной России показывает, что доступность образования - важнейшее условие развития коммуникативного потенциала. С этой точки зрения Томская область представляет собой уникальный регион. Как отмечают официальные источники, в Томской области самая высокая в России доля работников с высшим и средним образованием от общего числа занятых: на 10 тыс. человек экономически активного населения приходится 151 исследователь. Для сравнения: в России этот показатель равен 69, в Великобритании - 55, США - 61, Японии - 102.

В Томске, где каждый пятый житель города студент, коммуникативный потенциал находится на высоком уровне. Взаимодействие образования и науки, основанное на принципе гармоничного сочетания традиции и новации, является наглядной формой выражения сути коммуникативного потенциала и механизмом его развития. Формируя позитивный образ области, томский научно-образовательный комплекс делает ее коммуникативно привлека-

тельной и открывает широкие возможности и перспективы для продуктивного диалога во всех областях.

С уровнем образования напрямую связаны развитие институтов гражданского общества и степень толерантности общества. Томская область является одной из наиболее комфортных в этом отношении в России. Здесь действует более 1 000 общественных организаций, 19 национальных объединений. На территории области проживают 18 национальностей и осуществляют свою деятельность 16 конфессий. Таким образом, религиозно-этнические и идеологические факторы в данном регионе способствуют повышению коммуникативного потенциала.

Но влияние названных факторов не всегда носит позитивный характер. Конфликты на национальной и религиозной почве, обострившиеся в современном мире, показывают, что приверженность определенной идеологии и стремление сохранить идентичность могут выступать серьезным препятствием при налаживании диалога. Необходимо иметь в виду, что сами эти факторы не существуют в изоляции, а их влияние на коммуникативный потенциал конкретной культуры зависит от многих причин и условий. Но этот вопрос требует специального изучения.

Задачей же данной статьи было обоснование тезиса об актуальности изучения коммуникативного потенциала культуры для понимания тенденций и закономерностей ее развития.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 В данном контексте понятие «донор» представляется более подходящим, чем «адресант», поскольку «адресант» подразумевает активное

начало, но в ситуации асимметричной коммуникации активной стороной может стать получатель информации, а «донору» достанется роль пассивного источника информации. Довольно часто так происходит, когда «молодая» культура «учится» у более зрелой.

2 «Закрытость» общества препятствует развитию коммуникативного потенциала, но не исключает готовности культуры к диалогу, как это

было, например, в Советском Союзе.

3 Все данные по Томской области взяты с официального сайта администрации ТО. Режим доступа: http://www.tomsk.gov.ru

4 Экономически активным принято считать население в возрасте от 15 до 64 лет, по некоторым источникам до 72 лет. Таким образом, в эту

группу попадают и представители молодого и старшего поколений. Тем не менее, около 90% экономически активного населения составляют люди в возрасте от 25 до 55 лет, что практически совпадает с нашим пониманием «среднего поколения» как той части населения, которая является основным носителем и транслятором культурных смыслов и ценностей.

5 Доля экономически активного населения должна быть больше двух других групп, чтобы не только компенсировать слишком высокую транс-

формативность или излишнюю устойчивость, но и развивать их коммуникативный потенциал, обеспечивая культурную преемственность.

Статья представлена научной редакцией «Культурология» 29 ноября 2007 г.