Первые «Социалистические войны» в отражении советской периодической печати

Шаповалов В. А., Шаповалова С. П. 1998: Социальная психология черноземного дворянства накануне отмены крепостного права // Материалы международной научно- практической конференции «Юг России в прошлом и настоящем: история, экономика, культура». Белгород, 63-64.

Шевченко М. М., Бригиневич В. Н. (ред.) 1961: Крестьянское движение в Воронежской губернии (1861-1863 гг.). Документы и материалы. Воронеж.

Шкуратов В. А. 1997: Историческая психология. М.

PROVINCIAL NOBLES AND SERFDOM ABOLITION PROJECT: SOCIAL AND

PSYCHOLOGICAL ASPECT

V. A. Shapovalov

The article deals with social and psychological issue concerning provincial landowners' perception of the abolition of serfdom, their social forecasts and expectations of the forthcoming reforms within the framework of local nobility committees' activity. The article highlights social and psychological phenomenon characterizing class traditionalism during critical reorganization of the social system.

Key words: Russian history, the 19th c., abolition of serfdom, nobility, peasantry, Central Chernozemye, social psychology.

© 2012

А. Г. Дорожкин, В. В. Переверзев

ПЕРВЫЕ «СОЦИАЛИСТИЧЕСКИЕ ВОЙНЫ» В ОТРАЖЕНИИ СОВЕТСКОЙ ПЕРИОДИЧЕСКОЙ ПЕЧАТИ

В статье рассматриваются первые войны между социалистическими странами в освещении советской прессы на примере газет «Правда» и «Магнитогорский рабочий». Сопоставляется позиция, занятая советской периодикой в интерпретации советско-китайского и китайско-вьетнамского конфликтов. Выявляется общее и особенное в подаче материала за 1969 и 1979 годы.

Ключевые слова: история России, международные отношения, СССР, Китай, Вьетнам, маоизм, социализм, периодика.

Советско-китайские пограничные столкновения 1969 г., а также полномасштабная война между КНР и Вьетнамом десятилетием позже явились первыми в истории военными конфликтами между социалистическими странами. Первый

Дорожкин Андрей Геннадьевич — доктор исторических наук, профессор кафедры истории России Магнитогорского государственного университета. Е-шаД: c_hist@masu.ru

Переверзев Валерий Владимирович — аспирант кафедры истории России Магнитогорского государственного университета. Е-шаД: c_hist@masu.ru

из этих конфликтов стал большой неожиданностью для советского общества, которое десятилетием ранее воодушевлялось клятвами в вечной дружбе Москвы и Пекина и верило в единый путь КПСС и КПК. Значительный общественный резонанс вызвала и китайско-вьетнамская война 1979 г. В этой связи представляет интерес отражение данных вооруженных столкновений между недавно еще «братскими социалистическими странами» в советской периодической печати. Это позволит выявить пропагандистский образ Китая в СССР в период почти полного разрыва двусторонних отношений.

В рамках предлагаемой статьи представляется целесообразным проследить реакцию советской периодики на указанные события по материалам двух ежедневных газет — центральной («Правда») и периферийной («Магнитогорский рабочий»). Нами были проанализированы публикации в указанных газетах за период со 2 марта по 4 октября 1969 г. и с февраля по конец июня 1979 г. Выбор хронологических рамок обусловлен тем, что в первом случае именно весной — летом 1969 г. произошли все крупные военные столкновения на советско-китайской границе (2 и 15 марта — на о. Даманский, 8 июля — на о. Гольдинский, 13 августа — у озера Жаланашколь), итогом которых стали переговоры Председателя Совета министров СССР А. Н. Косыгина с главой китайского правительства Чжоу Эньла-ем, прошедшие в Пекине. Нижняя граница позволяет проследить изменения, которые должны были произойти в публикации материалов по китайской тематике в советской периодической печати после встречи двух высокопоставленных лиц. Во втором случае выбор хронологических рамок определяется началом продолжавшейся в течение месяца китайской агрессии (17 февраля 1979 г.) и, с другой стороны, началом второго тура китайско-вьетнамских переговоров по нормализации отношений (28 июня). Это отнюдь не означало снятия напряженности между КНР и СРВ, равно как и прекращения советско-китайской пропагандистской войны, но все же знаменовало некоторый рубеж в развитии критической ситуации в Индокитае, что заметно по публикациям в советской прессе того времени.

250 200 150 100 50

март апрель май июнь июль август сентябрь

"♦" "Магнитогорский рабочий" "Правда"

Данные о частоте подачи материалов по Китаю, полученные по итогам анализа газет «Правда» и «Магнитогорский рабочий» за период со 2 марта по 4 октября 1969 г., можно обозначить в виде диаграммы (см. выше).

Как видно, интенсивность публикаций материалов о Китае была довольно высокой. За указанный период в «Правде» было опубликовано 474 материала по китайской тематике. Из них 148 сообщений относились непосредственно к кон -фликтам на границе, 219 характеризовали внутреннюю политику группы Мао Цзэдуна, а 93 сообщения излагали реакцию советских людей на конфронтацион-ную политику китайского руководства в отношении СССР. Лишь 14 материалов можно отнести к нейтральным. В газете «Магнитогорский рабочий» содержалось всего 109 публикаций, относящихся к Китаю. Пограничным столкновениям посвящено 35 материалов, ситуации в КНР — 43 материала, 27 публикаций содержали отклики советских граждан и 4 сообщения носили нейтральный характер.

Наибольшее число антимаоистских материалов в советской периодической печати (198 и 47 в «Правде» и «Магнитогорском рабочем» соответственно) приходится на март 1969 г., что связано с событиями на Даманском. Большое внимание к инцидентам на острове вызвано тем, что они были первыми вооруженными столкновениями между СССР и КНР. Согласимся с мнением крупнейшего отечественного синолога Ю. М. Галеновича, что события 2 марта 1969 г. «прозвучали как гром среди ясного неба, потрясли тогдашних руководителей КПСС-СССР»1. В этой связи советскому обществу было необходимо объяснить причины случившегося, так как до начала марта война между социалистическими странами не представлялась возможной.

Первым упоминанием о вооруженных столкновениях на советско-китайской границе является публикация 4 марта 1969 г. в газетах «Правда» и «Магнитогорский рабочий» Ноты Советского правительства правительству КНР.2 Отдельного внимания заслуживает и 67-й номер газеты «Правда» за 1969 г., который вышел 8 марта. В нем, несмотря на праздничный день, было опубликовано 9 материалов, посвященных китайской тематике. 67-й номер является особенным по двум причинам: во-первых, он дал старт публикациям серии откликов советских граждан на события, произошедшие на советско-китайской границе и, во-вторых, с этого номера начали печататься подробные материалы о конфликте на Даманском. Так, очень информативной была заметка «Провокационная вылазка пекинских властей», помещенная на второй странице 67-го номера. В ней давалась краткая характеристика провокации, произошедшей 2 марта 1969 г., говорилось о тщательно спланированном ее характере. Вся ответственность за кровопролитие возлагалась на маоистов, которые стремились «вызвать дальнейшее обострение советско-китайских отношений, вновь поднять волну антисоветизма, разжечь шовинистические настроения на потребу авантюристическим великодержавным устремлениям Мао Цзэдуна и его группы»3. Кроме того, в заметке проводилась мысль о заигрывании Пекина с ФРГ и США, а также давалась картина внутриполитического развития КНР в годы «культурной революции». 11 марта 1969 г. эта заметка была

1 Галенович 2011в, 94.

2 Правда 4.03.1969; Магнитогорский рабочий 4.03.1969.

3 Правда 8.03.1969.

перепечатана и дополнена информацией спецкора ТАСС П. Баранова «Они сражались на острове Даманском» в газете «Магнитогорский рабочий»4.

В дальнейшем материалы о пограничном конфликте, как правило, печатались на 6-й странице газеты «Правда» в рубрике «Репортаж с дальневосточных рубежей»5. Здесь публиковались интервью с советскими пограничниками — участниками столкновений («Стойкость и мужество», «Восхищены вашей отвагой», «На границе, как на границе», «Экипаж БТР», «Провокаторы получили отпор», «Богатыри с Даманского» и др.). «Магнитогорский рабочий» зачастую перепечатывал из «Правды» материалы, освещавшие вооруженный конфликт на острове. Однако, публикуя эти материалы и подробно повествуя о героизме и доблести советских пограничников, обе газеты не упоминали о применении установок залпового огня «БМ-21» — они в то время являлись секретным оружием. Поэтому на фотографиях, которые довольно часто помещались на последней полосе «Правды», изображались только советские пограничники и бронетранспортеры.

Не в полной мере была представлена информация о боевых потерях в результате столкновений на Даманском. Первоначально газеты ограничивались лишь формулировкой, содержащейся в ноте советского правительства правительству КНР от 2 марта 1969 г.: «...В результате этого бандитского налета имеются убитые и раненые советские пограничники»6. В дальнейшем на страницах рассматриваемых нами газет стали появляться имена погибших и раненных советских пограничников, но в них не указывалась общая цифра потерь. Информация о погибших и раненых китайских солдатах вовсе отсутствовала.

С 8 марта 1969 г. в газетах начали публиковаться как отдельные отклики советских граждан на случившееся, так и материалы с митингов. При этом география подобного рода сообщений в «Правде» была очень обширной: от Владивостока до Мурманска. В «Магнитогорском рабочем», как правило, печатались сообщения локального характера — о митингах, происходивших в городе. Наиболее распространены были публикации, отражающие настроения трудящихся различных цехов Магнитогорского металлургического комбината.

Названия полос, под которыми публиковались мнения советских граждан и сообщения с митингов, говорили сами за себя. «Гневный протест и возмущение», «Безрассудные действия китайских властей», «Рубежи Родины неприкосновенны», «Подлинное лицо раскольников», «Советский народ клеймит пекинских провокаторов» — таков далеко не полный перечень этих заголовков. Содержание откликов и материалов с митингов было почти трафаретным. Сначала выражался гневный протест против действий китайских военных на границе, затем шло одобрение действий советского правительства и в заключении — призыв укреплять обороноспособность страны с уверенностью в том, что любым провокациям будет дан должный отпор7.

Кроме того, довольно интенсивно публиковалась информация о внутриполитической ситуации в Китае — обычно в рубрике «События в Китае» на пятой странице газеты «Правда». В «Магнитогорском рабочем» этот материал перепе-

4 Магнитогорский рабочий 11.03.1969.

5 См., например: Правда 9.03.1969; 10.03.1969; 13.03.1969; 17.03.1969; 18.03.1969.

6 Магнитогорский рабочий 4.03.1969; Правда 4.03.1969.

7 См., например: Правда 21.03.1969.

чатывали со ссылкой на ТАСС и помещали в «подвале» третьей страницы. В марте сообщения такого рода в основном содержали информацию о трудностях работы советского посольства в КНР, о разжигании антисоветизма, о «культурной революции» и о грядущем съезде КПК. Так, 13 марта газеты «Правда» и «Магнитогорский рабочий» информировали читателей, что «11 марта возобновились антисоветские сборища у здания советского посольства в Пекине»8, 20 марта обе газеты опубликовали информационное сообщение ТАСС от 18 марта следующего содержания: «В Пекине заметна подготовка к большому слету маоистов, который они называют IX съездом»9, а 26 марта советские люди узнали, что «группа Мао объявила о победе культурной революции»10.

Обращает на себя внимание, что во всех критических материалах о внутреннем положении в Китае и о пограничных конфликтах за период марта-сентября 1969 г. советская печать постоянно проводила грань между китайским народом и группой Мао: «. наш народ не ставил и не ставит знака равенства между шовинистической, авантюристической кликой Мао и китайским народом. Коммунистическая партия Советского Союза, Советское правительство, следуя принципам пролетарского интернационализма, неизменно выступают за нормализацию государственных отношений с КНР, руководствуясь чувствами дружбы к китайскому народу... Политика Мао неизбежно потерпит крах»11.

В апреле и мае 1969 г. количество материалов о Китае в газетах «Правда» и «Магнитогорский рабочий» значительно уменьшилось. В первом издании за два месяца содержалось 80 публикаций, посвященных Поднебесной, а во втором за этот же период помещено 22 публикации. Во-первых, это объяснялось тем, что крупные вооруженные столкновения на границе были позади, а во-вторых, советское руководство пыталось склонить китайские власти к продолжению пограничных переговоров, прерванных по вине Мао в 1964 г.

Среди всех материалов, посвященных Китаю в апреле-мае 1969 г., явно выделяется тема IX съезда КПК, проходившего с 1 по 24 апреля. Съезд состоялся в обстановке секретности, поэтому в апреле в советской периодической печати публиковались лишь короткие сообщения, посвященные этому событию. На первый взгляд они были нейтральны по характеру: «Вчера в Пекине открыт «IX съезд КПК» (от 3 апреля)12, «Восьмой день продолжается «Всекитайский съезд КПК». На нем присутствует лишь 44 человека из 180 с прошлого съезда» (10 апреля)13. Однако во всех этих сообщениях словосочетание «IX съезд» или «Всекитайский съезд» помещалось в кавычки. Тем самым советская периодическая печать уже формировала определенный негативный настрой в обществе относительно этого съезда. В мае 1969 г. в «Правде» и «Магнитогорском рабочем» публиковались материалы, содержавшие оценку итогов IX съезда КПК. Почти каждый майский номер «Правды» давал сведения об изменениях во внутриполитическом развитии Китая, произошедших после 24 апреля.

8 Правда 13.03.1969; Магнитогорский рабочий 13.03.1969.

9 Правда 20.03.1969; Магнитогорский рабочий 20.03.1969.

10 Правда 26.03.1969; Магнитогорский рабочий 26.03.1969.

11 Правда 17.03.1969.

12 Правда 3.04.1969.

13 Магнитогорский рабочий 10.04.1969.

Вместе с тем публикации материалов о пограничных конфликтах и сообщения об откликах советских граждан на пограничные столкновения отнюдь не прекратились и в апреле-мае 1969 г. Так, по-прежнему печатались репортажи непосредственно с советско-китайской границы: «День на заставе Нижне-Михайловка»14, «Памяти героя-пограничника»15, «Пограничник всегда начеку».16 Продолжали публиковаться и сообщения, выражавшие настроения советских людей. Например, в «Магнитогорском рабочем» напечатали «Письмо на границу», в котором мальчики из школы-интерната № 1 г. Магнитогорска писали, что они гордятся подвигами пограничников, «клеймят позором клику Мао Цзэдуна» и уже готовятся к службе в армии, чтобы заменить советских бойцов17. Кроме того, «Магнитогорский рабочий» в статье «Уральская закалка» упоминает о том, что на советско-китайской границе служит магнитогорец О. В. Джиганчин. Он в своей службе «проявляет двойную бдительность в ответ на провокации маоистов»18.

В июне 1969 г. в «Правде» существенно возросло количество публикаций о Китае (до 137). В «Магнитогорском рабочем» этого не произошло — здесь Поднебесной было посвящено за этот месяц 15 материалов (в мае — 9). Представляется, что главной причиной роста числа антимаоистских публикаций в «Правде» было не очередное обострение ситуации на советско-китайской границе, а Международное совещание коммунистических и рабочих партий, которое состоялось в Москве 5-17 июня 1969 г. На следующий день после открытия Совещания «Правда» стала знакомить советских читателей с выступлениями лидеров коммунистических партий. С этого времени данному форуму отводилась большая часть газетного материала.

Газета «Магнитогорский рабочий» информировала своих читателей о высказываниях лидеров компартий в отношении политики Мао Цзэдуна гораздо менее интенсивно, ограничившись лишь публикацией в двух номерах газеты выступления Л. И. Брежнева на Московском совещании «За укрепление сплоченности коммунистов, за новый подъем антиимпериалистической борьбы»19.

Ряд публикаций в «Магнитогорском рабочем» был посвящен откликам советских граждан на ход Международного Совещания и его итоги. При этом говорилось о поддержке позиции Брежнева в китайском вопросе и выражалась озабоченность политикой группы Мао20. Не были забыты магнитогорской газетой и события на Даманском. 3 июня в газете опубликовано небольшое интервью с Василием Бырдиным — магнитогорцем, участвовавшим в мартовских боях на советско-китайской границе, и с его родителями. Он рассказал о поддержке, которая была оказана пограничникам простыми советскими людьми21. Заслуживает внимания и номер газеты «Магнитогорский рабочий» за 13 июня. В нем помещен отрывок из стихотворения «О. Даманский»22, написанного слесарем-монтажни-

14 Магнитогорский рабочий 4.04.1969.

15 Правда 20.05.1969.

16 Правда 28.05.1969.

17 Правда 28.05.1969.

18 Магнитогорский рабочий 22.04.1969.

19 Магнитогорский рабочий 10.06.1969; 11.06.1969.

20 См., например: Магнитогорский рабочий 12.06.1969.

21 Магнитогорский рабочий 3.06.1969.

22 Так в тексте.

ком Федором Резником. С ним он выступил на конкурсе-смотре художественной самодеятельности:

А в сердце народа память жива О каждом погибшем сыне.

С болью и гневом рвутся слова: «Позор! Позор, вам, убийцы в Пекине!»23 Через неделю после окончания Совещания коммунистических и рабочих партий стала заметной тенденция к уменьшению количества публикаций, посвященных китайской тематике в периодической печати. И если в «Магнитогорском рабочем» это почти не проявилось-13 публикаций в июле 1969 г., то в «Правде» она просматривалась очень ярко — всего лишь 29 публикаций. Все чаще появлялись газетные выпуски, в которых отсутствовали материалы о Китае. Мало внимания в советской периодике было уделено очередному пограничному столкновению между Китаем и СССР, которое произошло 8 июля 1969 г. на о. Гольдинский (р. Амур). «Правда» ограничились лишь двумя публикациями сообщений ТАСС. Одной из них была нота МИД СССР посольству КНР в Москве24.

Определенное оживление в публикации антимаоистских материалов наметилось с середины августа 1969 г. Безусловно, это объяснимо пограничным конфликтом у населенного пункта Жаланашколь (Семипалатинская область, Казахстан), произошедшем 13 августа. Уже 16 августа «Правда» опубликовала репортаж из газеты «Красная звезда» — «Китайские провокаторы получили отпор. Что произошло восточнее населенного пункта Жаланашколь». В этой публикации довольно подробно сообщалось о ходе боев и выражалась уверенность в том, что любые провокации маоистов будут отбиты25.

Тем не менее, несмотря на новое обострение советско-китайских отношений, тема Жаланашколя не стала доминирующей и столь широко обсуждаемой, как события на Даманском. В августе «Правдой» было опубликовано в общей сложности 27 антимаоистских материалов, из которых 13 — по новому конфликту. В «Магнитогорском рабочем» Жаланашколю было посвящено в августе 1969 г. пять сообщений из семи, связанных с китайской тематикой. С одной стороны, отсутствие большого внимания к конфликту в районе Жаланашколя, вероятно, объяснялось тем, что он, в отличие от мартовских столкновений, не являлся неожиданным для нашей страны. Советской пропаганде уже удалось создать определенные представления о причинах малой пограничной войны и о виновниках ее. Поэтому в августе 1969 г. уже не требовалось подробно рассказывать об этом. С другой стороны, Москва и Пекин, по мнению Ю. М. Галеновича, стремились поскорей «закрыть» инцидент под Семипалатинском и перевести двусторонние отношения на новый уровень26.

В первой декаде сентября 1969 г. газеты «Правда» и «Магнитогорский рабочий» по инерции продолжили публикацию антимаоистских материалов. Однако их число еще более уменьшилось по сравнению с предыдущим месяцем. До 12 сентября в «Правде» опубликовали 6 антимаоистских материалов, а в «Магнито-

23 Магнитогорский рабочий 13.06.1969.

24 Правда 10.07.1969; 14.07.1969.

25 Правда 16.08.1969.

26 Галенович 2011в, 98.

горском рабочем» за соответствующий период-3 сообщения. В снижении интенсивности антимаоистской пропаганды очевидно, проявилось желание руководства СССР разрядить обстановку.

11 сентября 1969 г. в Пекинском аэропорту состоялась встреча А. Н. Косыгина с его китайским коллегой Чжоу Эньлаем. В этой связи особый интерес представляет собой реакция советских газет на данное событие. Официально в Советском Союзе утверждалось, что после переговоров в прессе прекратилась публикация всех материалов антимаоистского содержания. Во многом это соответствовало действительности. 11 сентября в «Правде» и 12 сентября в «Магнитогорском рабочем» были опубликованы объемные материалы ТАСС, в которых описывались все конфликты, произошедшие на советско-китайской границе в марте-сентябре 1969 г., а также фотографии китайских документов с изложением планов военных действий против советских пограничников. Эти материалы ТАСС как будто подвели черту под антимаоистскими публикациями в советской прессе27.

Через день после переговоров в пекинском аэропорту в «Правде» на первой странице было напечатано информационное сообщение, из которого явствовало, что состоялась встреча между А. Н. Косыгиным и Чжоу Эньлаем. На ней «стороны откровенно разъяснили свои позиции и провели полезную для обеих сторон беседу»28. 13 сентября 1969 г. это сообщение было опубликовано в «Магнитогорском рабочем», а днем позже — вновь непечатно в «Правде». Из данной публикации читатель мог сделать вывод, что переговоры между Москвой и Пекином были очень сложными. Сторонам удалось лишь частично снять напряженность в межгосударственных отношениях. До октября в советской периодике не публиковали подробности переговоров. Вместе с тем 24 сентября в «Правде» и «Магнитогорском рабочем» неожиданно вновь появилась критика пекинской политики. Но она носила менее острый, чем ранее, характер29. Впоследствии антимаоистские материалы полностью исчезли со страниц обеих газет.

Следует сказать, что далеко не всегда публикации «Магнитогорского рабочего» повторяли материалы «Правды». Так, магнитогорская газета 3 сентября опубликовала интервью с китайским солдатом, попавшим в плен после боев на Даманском («История болезни .№519»). Из него советский читатель мог составить вполне конкретное представление о простых китайцах того времени. Приведем краткую характеристику военнопленного, названного «Песчинкой в постаменте самого красного из солнц»: его вес 45 кг, он не знает, что такое любовь, кино, фотография; он считает только до 11, читает 5 иероглифов, не любит мыться, никогда не ел мяса и масла и т.д30.

Из всего вышеизложенного следует, что советско-китайские пограничные столкновения периода марта-сентября 1969 г., продемонстрировавшие мировому сообществу возможность войн между социалистическими государствами, получили широкое освещение на страницах газет «Правда» и «Магнитогорский рабочий». При этом наибольшее число публикаций антимаоистского содержания приходится на март 1969 г., когда на границе СССР и КНР прозвучали первые

27 Правда 11.09.1969; Магнитогорский рабочий 12.09.1969.

28 Правда 12.09.1969.

29 Магнитогорский рабочий 24.09.1969; Правда 24.09.1969.

30 Магнитогорский рабочий 3.09.1969.

выстрелы. В дальнейшем интенсивность выхода материалов, посвященных Поднебесной, стала снижаться (за исключением июня 1969 г.). Тематика публикаций была самой разнообразной. Периодическая печать информировала советскую общественность непосредственно о ходе боевых действий на советско-китайской границе, о внутриполитическом развитии КНР, а также о реакции простых людей на военные действия.

Кроме того, выделим некоторые особенности антимаоистских материалов. Во-первых, они были очень информативны, объективны и адекватны реальности. Во-вторых, публикации в советской периодической печати никогда не переходили определенную грань в критике политики Мао Цзэдуна. Так, в «Правде» и «Магнитогорском рабочем» за период с марта по сентябрь 1969 г. полностью отсутствовали карикатуры на маоистов, а китайские руководители никогда не сравнивались с фашистами, при том, что в тот период тенденция к сближению Пекина и Бонна была очевидной31. Это демонстрировало готовность Москвы к скорейшему урегулированию напряженности в двусторонних отношениях.

Как и конец 1960-х гг., последние годы следующего десятилетия были ознаменованы новым всплеском советско-китайской конфронтации. Своего апогея она достигла в 1979 г. в связи с китайско-вьетнамской войной, также нашедшей широкий отклик на страницах советской печати — как центральной, так и периферийной. Следует отметить, что «Правда» уделяла пристальное внимание китайско-вьетнамским отношениям уже с конца 1977 г., по мере роста конфронта-ционных тенденций. Интерес к теме находил отражение не только в прессе, но и в теле- и радиопередачах; в фильме «Маоизм — трагедия Китая», показанном впервые по советскому телевидению в конце 1978 г., о китайско-вьетнамской границе говорилось уже как о «линии фронта»32. Обострение напряженности на этой границе в феврале 1979 г. сопровождалось ростом количества антимаоистских публикаций в советской прессе — за период с 10 по 17 февраля 1979 г. центральный орган КПСС опубликовал 19 материалов соответствующей направленности33. Лишь в выпуске от 14 февраля 1979 г. не содержалось публикаций подобного рода. 16 февраля, за день до начала агрессии, «Правда» напечатала меморандум вьетнамского министерства иностранных дел, появившийся «в связи с усилением

31 В конце 60-х годов в Западной Германии вследствие сложной экономической и политической обстановки активизировались реваншистские и неонацистские силы. В госаппарате страны было много бывших нацистов. Так, сам канцлер К.-Г. Кизингер, занимавший этот пост с конца 1966 г. по осень 1969 г., с 1933 г. был членом НСДАП и работал в органах пропаганды Третьего рейха. Большую тревогу в СССР вызывали уклонение Бонна от присоединения к договору о нераспространении ядерного оружия, укрепление его позиций в НАТО, а также наличие промаоистских симпатий в реваншистских кругах ФРГ. Они проявились уже в книге члена правительства Кизингера, реваншиста Ф. Й. Штрауса «Вызов и ответ. Программа для Европы». Неонацистская же «Дойче нацио-наль-цайтунг» спустя некоторое время после событий на Даманском вышла со статьей: «Мао Цзэ-дун — спаситель Германии?».

32 Сжатую рецензию на этот фильм см.: Литературная газета 10.01.1979.

33 Здесь и далее не учитываются (если они только не содержат прямых выпадов в адрес политики КНР) материалы по Кампучии (Камбодже), значительная часть которых была посвящена разоблачению полпотовского режима и/или борьбе новой власти в Пномпене с формированиями сторонников этого режима, свергнутого в начале 1979 г. при непосредственном участии вьетнамцев. С учетом фактически антимаоистской направленности такого рода материалов, реальное количество критических в отношении Пекина публикаций было еще большим.

вооруженных действий на китайско-вьетнамской границе». В нем, в числе прочего, содержались экскурсы в историю и излагались сюжеты, впоследствии неоднократно развивавшиеся советской пропагандой — многократные нарушения вьетнамского водного пространства китайскими кораблями в 1957-1977 гг., захват КНР Парасельских островов (это именовалось «вопиющим актом беззакония»34), крупные пограничные инциденты, участившиеся с 1978 г. Указывалось и на угрозы в адрес СРВ со стороны китайских официальных лиц, в том числе заместителя премьера Госсовета КНР Дэн Сяопина — в связи с этим напоминались его заявления о возможности начала войны против Вьетнама, прозвучавшие в ходе визита Дэна в США35.

Критика политического курса КНР присутствовала и на страницах «Магнитогорского рабочего». Как и ранее, международная информация в нем подавалась обычно на первой странице (в колонке «Мир за 24 часа»), а также на последней, четвертой, странице (в разделе «Международный экран»). Впрочем, после начала военных действий информация о «второй социалистической войне» давалась не только на этих полосах «Магнитогорского рабочего». В течение недели, предшествовавшей началу войны между двумя недавними «братскими странами», это издание опубликовало пять материалов антимаоистской направленности, причем практически во всех присутствовали сюжеты, связанные с китайско-вьетнамскими отношениями. Важно отметить, что при этом критиковалась и «особая», отличная от СССР, позиция в конфликте отдельных социалистических стран, особенно Югославии — «Правда» обратилась к данной тематике позднее, уже после начала войны. Визит И. Б. Тито в Пекин36 и ответное пребывание в Югославии тогдашнего китайского лидера Хуа Гофэна37 означали нормализацию китайско-югославских отношений как по государственной, так и по партийной линии, что не могло радовать Москву. Воздерживаясь от персональной критики белградского руководства, советская печать в начале 1979 г. осуждала «антивьетнамские» и «пропекинские» публикации на страницах югославских изданий — так, 24 января 1979 г. «Магнитогорский рабочий» в этой связи поместил сообщение обозревателя ТАСС с критикой статьи такого рода, опубликованной в загребской газете «Виесник».

Количество антимаоистских публикаций в советской прессе, в т.ч. в рассматриваемых нами изданиях резко увеличилось после начала китайско-вьетнамской войны. Уже 19 февраля 1979 г. «Правда» опубликовала 8 материалов о начавшейся войне, содержавших резкую критику агрессора. В следующем выпуске было помещено 17 таких материалов, в том числе одна карикатура, где «пекинский агрессор» прямо сравнивался с Гитлером, три отклика советских граждан (в ру-

34 Интересно, что на издававшихся в СССР в начале 1970-х гг. географических картах эти острова обозначались как принадлежащие КНР. Указывалось и их китайское название — Сиша. В качестве китайских обозначались и острова Наньша, в последующем именовавшиеся в советской литературе как Спратли. См.: Терехов, Колосова 1972, 93-94. О «двухдневной войне» КНР с Южным Вьетнамом за Парасельские острова см.: Степанов 1980, 36-39.

35 Визит состоялся 29 января-5 февраля 1979 г. и оживленно комментировался советскими СМИ в контексте планов Пекина образовать единый антисоветский фронт.

36 30 августа — 8 сентября 1977 г

37 21-29 августа 1978 г.

брике «Мнение читателя») и 11 корреспонденций ТАСС38. Кроме того, резкая критика политики китайского руководства в связи с развязанной войной содержалась в публикации о заседании Президиума Верховного Совета СССР и в сообщении о встрече с избирателями Д. А. Кунаева — в связи с назначенными на 4 марта 1979 г. выборами в Верховный Совет проходили «встречи с избирателями» высших партийных и государственных руководителей страны. После начала военных действий все эти встречи сопровождались яростной критикой руководства КНР. При этом особо отмечалось нападение маоистов на Вьетнам, но ни в этих выступлениях, ни в прочих публикациях «Правды» ни тогда, ни позднее не предпринималось попыток осмыслить сам феномен войны между социалистическими странами39. Забегая вперед, следует сказать, что попытки такого рода уже после окончания китайско-вьетнамской войны были предприняты на страницах довольно популярной и авторитетной «Литературной газеты», но и она ограничилась противопоставлением маоизма «истинному социализму» и увязыванием первого исключительно с китайской великодержавной традицией и отчасти с немарксистскими моделями социализма40.

В течение последней недели февраля 1979 г. «Правда» постоянно информировала своих читателей о китайско-вьетнамской войне. При этом публиковались материалы о военных действиях, бесчинствах китайских оккупантов, решимости вьетнамцев дать отпор агрессору. Помимо корреспонденций ТАСС, репортажей собкоров с места событий, сообщений политических обозревателей «Правды», давались обзоры зарубежной прессы, публиковались отклики читателей (вплоть до середины марта 1979 г. все материалы, публикуемые в рубрике «Мнение читателя», были посвящены обличению китайской агрессии против СРВ), фотодокументы, карикатуры. Существенное внимание уже тогда уделялось реакции на начавшуюся войну за рубежом — в связи с этим и в феврале 1979 г., и позднее не было недостатка в публикации сообщений о международной солидарности с народом Вьетнама. При этом подчеркивалось осуждение китайской политики как различными международными организациями (часто левого толка, так или иначе зависимыми от СССР), так и зарубежной общественностью и особенно коммунистическими партиями ряда государств, в т.ч. и не придерживавшихся политической линии брежневского руководства. Так, несмотря на сохраняющееся у СССР отсутствие отношений с Албанией, «Правда» уже 22 февраля 1979 г. ознакомила своих читателей с точкой зрения правящих кругов этой балканской страны — недавнего союзника КНР. С явным удовлетворением было указано, что заместитель

38 Правда 20.02.1979. Наряду с этим в данном выпуске «Правды» была опубликована заметка о том, что министр иностранных дел Индии А. Б. Ваджпаи, находившийся 17 февраля в Пекине, прервал свой визит в связи с начавшейся войной против СРВ.

39 Это приводило к определенным несуразностям в советской пропаганде. Так, в «Правде» 13 марта 1979 г. была опубликована статья В.Корионова под заглавием «Мироутверждающая миссия социализма», где содержалась резкая критика китайской внешней политики, и последняя, в точном соответствии с выступлением Брежнева 2 марта 1979 г., характеризовалась как «серьезнейшая угроза миру во всем мире». При такой характеристике политики социалистического государства название статьи было явно неуместным — автор, однако, так и не снял очевидного противоречия, ограничившись суждением об «измене пекинских лидеров делу социализма».

40 Литературная газета 14.04.1979; 23.05.1979; см также: Бурлацкий 1979, 356-392. Раздел в книге Ф. М. Бурлацкого («Против магии слов») представлял собой расширенный вариант его одноименной статьи, опубликованной в указанном номере «Литературной газеты» от 23 мая.

председателя албанского правительства Доде в своем выступлении в Народном собрании резко осудил «китайских социал-империалистических агрессоров»41. Действия китайской стороны против СРВ были осуждены также на съездах Рабочей партии Турции и компартии Ирландии42; в последний день февраля в «Правде» был опубликован и призыв индийских коммунистов в поддержку своего правительства, также занявшего провьетнамскую позицию.

И в последующие месяцы на страницах «Правды» (как отчасти и «Магнитогорского рабочего») публиковались многочисленные материалы о солидарности «мировой общественности» с вьетнамским народом; в связи с этим, в частности, «Правда» не без удовлетворения освещала работу XV съезда компартии Италии (март-апрель 1979), XXIII съезда Французской коммунистической партии (май 1979), а также очередного пленума ЦК компартии Японии (май 1979). Все три компартии отнюдь не имели репутации организаций, безоговорочно лояльных Москве; ИКП вообще являлась основным рупором еврокоммунизма. Тем не менее, на съездах ИКП и ФКП, а также на пленуме ЦК КПЯ действия Китая в отношении Вьетнама подверглись осуждению, а позиция СССР во время конфликта, напротив, оценивалась положительно43.

В целом советская пресса, в т.ч. рассматриваемые нами издания, пыталась создать у своего читателя представление о широкой поддержке СРВ международной общественностью. Вместе с тем резко критиковалась позиция влиятельных кругов Запада, особенно США, приверженных идеологии и практике «холодной войны» (следует напомнить, что вплоть до конца 1980х гг. 70-е гг. XX в. отнюдь не отождествлялись с «холодной войной», а оценивались как «период разрядки международной напряженности»). Позиция этих кругов не отождествлялась с официальной линией ведущих стран капиталистического мира44 — исключение отчасти составляли США и Великобритания, а также Япония. Критика политики каждой из этих стран имела свои нюансы. Так, руководство США, незадолго до этого официально установивших дипотношения с КНР, критиковалось за игнорирование разницы между агрессором и жертвой агрессии; такой подход наложил свой отпечаток и на обсуждение новой войны в Индокитае в Совете Безопасности ООН45. Вместе с тем, публикуя материалы о китайско-американских отношениях, «Правда» отмечала определенную уступчивость Пекина, в т.ч. в тайваньском во-просе46. В дальнейшем указывалось также на осведомленность администрации президента Картера о предстоящем нападении на Вьетнам47. Японское правительство осуждалось, главным образом, за заключенный в августе 1978 г. договор

41 Сам албанский лидер ЭХоджа охарактеризовал вторжение во Вьетнам как «авантюру типичного гитлеровского, фашистского, типа». См.: Xоджа 1986, 515. Интересно отметить, что в августе 1968 г. тот же ЭХоджа оценил вступление войск ОВД в Чехословакию как «фашистскую агрессию», советскую армию — как «фашистскую» и указал, что «советский ревизионизм переродился в милитаризм фашистского типа». Xоджа 1986, 227, 229, 234, 236.

42 Правда 26.02.1979; 27.02.1979.

43 Правда 31.03.1979; 31.03.1979; 2.04.1979; 11.05.1979; 13.05.1979; 28.05.1979; 30.05.1979.

44 «Литературная газета», к примеру, еще в 1978 г. четко разграничивала отношение к КНР реваншистских кругов ФРГ и тогдашнего социал-демократического правительства, возглавлявшегося Г.Шмидтом. См.: Литературная газета 20.09.1979.

45 Правда 2.03.1979; 18.03.1979.

46 Правда 4.03.1979.

47 Правда 24.04.1979.

о мире и дружбе с КНР, содержавший особо беспокоившую советское руководство «антигегемонистскую» статью, и в целом за попустительство агрессору48. Официальный Лондон критиковали за намерение развивать военное сотрудничество с КНР49.

Об отсутствии единства в самом «социалистическом лагере» по вопросу о китайско-вьетнамской войне оба рассматриваемых нами издания писали весьма глухо. Роль «диссидентов» в этом лагере играли тогда Румыния и Югославия, поддерживавшие оживленные связи с КНР по государственной и партийной линии; обмены визитами руководителей обеих балканских стран и Китая50 в обстановке острой вражды между Москвой и Пекином говорили за себя. Вместе с тем брежневское руководство не желало обострять отношения с Бухарестом и Белградом, и «особая» позиция последних по «второй социалистической войне» подавалась (и критиковалась) завуалированно51, путем намеков и отчасти умолчаний.

И в феврале 1979 г., и в последующие месяцы в «Правде» преобладали материалы по китайско-вьетнамским отношениям с информацией конкретного характера (в «Магнитогорском рабочем» как в периферийном издании иных материалов на эту тему и не было). Аналитическая информация содержалась в ряде статей «Правды», публиковавшихся в эти месяцы52. Некоторые из них впоследствии вошли в сборник «Опасный курс»53, регулярно выходивший с 1969 по 1981 г. В целом, однако, необходимо отметить преимущественно конкретную информацию сообщений центрального органа КПСС о событиях в Индокитае зимой-весной 1979 г.

Накал антимаоистской (отчасти и антикитайской) пропаганды не ослабевал в советской прессе в течение марта-апреля 1979 г. Она продолжалась и после начавшегося отвода китайских войск с вьетнамской территории, о котором в Пекине было заявлено 5 марта. При этом основную часть антимаоистских материалов, печатавшихся на страницах «Правды», по-прежнему составляли публикации, связанные с китайско-вьетнамской войной, ее последствиями и осуждением. Динамика же публикаций этих материалов в течение марта-июня 1979 г. выглядит следующим образом54:

48 Правда 19.03.1979; 13.04.1979.

49 Правда 16.04.1979. См. также: Литературная газета 21.02.1979; 14.03.1979. «Правда» с тревогой писала и об интересе КНР к продукции американской авиапромышленности. См.: Правда 16.03.1979.

50 Н.Чаушеску посетил КНР 15-20 мая 1978 г. Ответный визит Xуа Гофэна в Румынию состоялся 16-21 августа того же года.

51 «Литературная газета», для сравнения, позволяла большую откровенность. Так, 14 марта 1979 г. она опубликовала подборку суждений зарубежной прессы о китайско-вьетнамской войне, в т.ч. выдержку из итальянской «Коррьере делла сера», где говорилось, что «ни одна страна коммунистического мира не выступила в защиту Пекина ...исключение составляют отчасти Югославия и Румыния, которые пытались занять сначала нейтральную позицию. Однако, с течением времени, их положение стало более затруднительным, а их реакция — более критической».

52 См., например: Правда 26.02.1979; 28.02.1979; 5.03.1979; 26.04.1979; 1.05.1979.

53 Орлова 1979.

54 Следует учесть, что здесь приняты во внимание и публикации, связанные с резким обострением напряженности на китайско-лаосской границе весной 1979 г. В большинстве из них упоминалась китайская агрессия против СРВ; кроме того, все публикации на эту тему были напрямую связаны с китайско-вьетнамским конфликтом. Учитывая, что советское руководство с конца 1975 г. рассматривало Лаос в качестве социалистической страны, есть основания полагать, что весной

Дата Количество публикаций материалов, связанных с китайско-вьетнамским конфликтом, в «Правде» Количество публикаций в «Магнитогорском рабочем»

Первая декада марта 144 27

Вторая декада марта 121 41

Третья декада марта 97 22

Первая декада апреля 46 7

Вторая декада апреля 28 4

Третья декада апреля 18 6

Первая декада мая 38 6

Вторая декада мая 19 6

Третья декада мая 28 3

Первая декада июня 12 3

Вторая декада июня 8 1

Третья декада июня 13 —

Накал антимаоистской пропаганды, таким образом, оставил далеко позади даже то, что имело место десятилетием ранее. При этом март 1979 г. был отмечен (что неудивительно) особо значительным количеством публикаций на тему китайско-вьетнамской войны в обеих газетах. В дальнейшем их число снижается, но интерес к теме продолжает сохраняться — заметна определенная волнообраз-ность в обращении к ней. В «Правде» об устойчивой тенденции к снижению количества публикаций говорить не приходится — до 18 мая не было выпуска этой газеты, не содержащего материалов антимаоистского характера. Всплеск интереса к проблеме конфликта между недавними «братскими социалистическими странами» в мае и отчасти в июне 1979 г. объясняется началом китайско-вьетнамских переговоров, позиция КНР на которых55 дала новый повод к критике на страницах газеты, а также раздуванием проблемы беженцев из Индокитая вашингтонской и пекинской пропагандой.

Следует сказать, что публикации о китайско-вьетнамском конфликте занимали значительную (а в отдельные дни — и большую) часть международных разделов обеих рассматриваемых нами газет, особенно в феврале-марте 1979 г. В конце зимы — весной 1979 г. обличение «китайского гегемонизма»56 вышло на первый план на страницах советской печати, отодвинув на время в сторону

1979 г., еще до окончания «второй социалистической войны», теоретически мог встать вопрос и о третьей — между КНР и ЛНДР, в которой, в случае ее начала, неизбежно принял бы участие и Вьетнам, а косвенным образом (как и во «второй социалистической») — Советский Союз. 2 марта 1979 г. последовало опубликованное на следующий день Заявление советского правительства, предостерегавшее Китай от нападения на ЛНДР. Последней (как, разумеется, и Вьетнаму) была оказана значительная помощь, в т.ч. и военного характера.

55 Эта позиция в сущности повторяла линию китайской делегации на переговорах с СССР в 1964 и 1969-1970 гг., а также предвосхитила поведение китайской стороны на переговорах в Москве об улучшении двусторонних отношений осенью 1979 г. См.: Галенович 2011 а, 88-130, 225-272, 294-328; 2011б, 436-463; 2011в, 123-175, 244-262; Песков 2002, 25-31, 39-42.

56 В связи с этим хотелось бы отметить определенную симметричность в оценках политики друг друга СССР и Китаем в указанный период, на которую уже указывалось в отечественной литературе (см., например: Вахрамеев 1991, 253). Обличение «советского гегемонизма» было излюбленной темой китайской пропаганды 1970-х гг., и КНР при заключении договоров о дружбе с другими

даже традиционную критику империализма. Последний, о чем уже говорилось, нередко осуждался в эти месяцы именно за потворство «пекинскому агрессору». Основными же сюжетами китайско-вьетнамской войны, рассматривавшимися на страницах «Правды» и «Магнитогорского рабочего» в течение февраля-марта 1979 г., были, как уже упоминалось, ход военных действий, зверства китайских войск на оккупированной территории СРВ и «гневное осуждение агрессоров» международной общественностью и руководством ряда стран. В первых двух случаях на страницах «Правды» публиковались сообщения ее собственного корреспондента во Вьетнаме В.Скворцова57, а также перепечатывались материалы из зарубежных (в т.ч. вьетнамских) газет; об откликах «мировой общественности» можно было судить по многочисленным корреспонденциям из различных стран, из материалов о встречах советских руководителей с зарубежными политиками58, из публикаций, посвященных различным акциям солидарности с вьетнамским народом59. Публиковались также заявления советских руководителей, а в изложении — и вьетнамских официальных лиц60 — при этом подчеркивалось полное совпадение их точки зрения с позицией СССР.

«Магнитогорский рабочий» как периферийное издание перепечатывал на своих страницах сообщения ТАСС и АПН, а также материалы из центральной прессы, связанные с китайско-вьетнамской войной. Их тематика была аналогична публикациям «Правды»; вместе с тем, подобно тому, как это было десятью годами ранее, ведущая газета Магнитогорска опубликовала уже 20 февраля 1979 г. репортажи с основных предприятий города (металлургического комбината, метизного и калибровочного заводов, завода железобетонных изделий) о прошедших там митингах протеста против китайской агрессии. Как и в «Правде», публиковались выдержки из писем трудящихся в редакцию газеты с осуждением политики КНР61. Среди них особо хотелось бы отметить письмо в адрес тогдашнего магнитогорского пединститута, отправленное сотрудником этого вуза, доцентом кафедры педагогики и начального обучения Б. Б. Максимовым, находившимся в СРВ в качестве специалиста62.

странами часто выдвигалось требование включения в эти договоры статьи о «совместном противодействии гегемонизму» (с явно антисоветской направленностью).

57 О работе корреспондентов советской и отчасти не только советской прессы во Вьетнаме в указанный период, а также в целом о китайско-вьетнамской войне интересная информация содержится в книге М. Ильинского, бывшего в 1979 г. собкором «Известий» в СРВ. См.: Ильинский 2005, 583-660.

58 См., например, речи Л. И. Брежнева и Я. Кадара на обеде в Кремле, данном в честь посетившего СССР венгерского лидера (Правда 8.03.1979), отчет о переговорах А. Н. Косыгина с индийскими руководителями (Правда 11.03.1979), материалы о пребывании главы советского правительства в Индии (Правда 12.03.1979), сообщение о встрече Л. И. Брежнева с Э. Гереком (Правда 16.03.1979), выступление А. Н. Косыгина на обеде в честь таиландского премьер-министра К. Чаманана (Правда 23.03.1979).

59 Правда 07.03.1979; 09.03.1979; 31.03.1979. См. также: Магнитогорский рабочий 13.03.1979.

60 См., например: Правда 19.03.1979 (сообщение о приеме генеральным секретарем ЦК ПТВ Ле Зуаном советского посла в СРВ Б. Н. Чаплина); Правда 29.03.1979. (корреспонденция «Сердечная благодарность» — о приеме секретарем ЦК КПВ Сюан Тхюи делегации советской общественности) и др.

61 Магнитогорский рабочий 21.03.1979.

62 Магнитогорский рабочий 13.03.1979.

Ретроспективные обращения непосредственно к теме войны Китая с СРВ (особенно в контексте «преступлений китайской военщины») имели место и в апреле-июне 1979 г. на страницах обеих рассматриваемых нами изданий. Вместе с тем на первый план вышли иные сюжеты. Обе газеты много писали о сохраняющейся напряженности на китайско-вьетнамской границе, о фактическом затягивании Пекином вывода войск с территории СРВ, о провокациях на границе с Лаосом; значительное внимание уделялось, как уже говорилось, и деструктивному поведению китайской стороны на переговорах с Вьетнамом. В апреле-мае 1979 г. оба издания особо отметили результативность традиционного Всесоюзного ленинского субботника. 75% средств, полученных от его проведения, решением советского руководства были переданы в фонд помощи Вьетнаму63.

Следует отметить, что антимаоистские публикации на страницах «Правды» весной-летом 1979 г. отнюдь не ограничивались одной лишь темой конфликта между КНР и СРВ, хотя последняя безусловно превалировала. Изредка встречались и сообщения «нейтрального» характера — о культурных64 и дипломатических связях КНР с другими странами, в т.ч. об обмене нотами с СССР и СРВ по поводу переговоров, об открытии сессии Всекитайского собрания народных представителей (июнь 1979), о совещании в Пекине по проблемам окружающей среды в столице КНР65. Количество «нейтральных» материалов в «Правде» несколько увеличилось в июне 1979 г. Вместе с тем в марте этого года ведущая советская газета опубликовала 9 материалов антимаоистской направленности, не связанных с китайско-вьетнамской войной, в апреле — 39, в мае — 13 и в июне — 12. В «Магнитогорском рабочем» количество таких публикаций составило: в марте — 7, в апреле — 8, в мае — 2, в июне — 3. Всплеск материалов подобного рода на страницах «Правды» в апреле 1979 г. отчасти был связан с решением китайского руководства не продлевать действие Договора о дружбе, союзе и взаимной помощи, заключенного в 1950 г. сроком на 30 лет между СССР и КНР66. Это решение вызвало резкую реакцию советского руководства и негодование в печати СССР. Другими широко (и критически) освещаемыми темами были подрывная деятельность этнических китайцев (хуацяо) в ряде стран (здесь проводились прямые аналогии с действиями гитлеровской Германии в 30-х годах67), поддержка КНР антиправительственных сил в Афганистане, экономические и политические связи Пекина с западными державами и Японией, его сотрудничество с постоянно предаваемыми анафеме в советской пропаганде режимами в Чили и ЮАР, а также общественное движение в самом Китае, весьма активное в 1978-1979 гг. Последнее оценивалось на страницах советской печати, в т.ч. и рассматриваемых

63 Правда 22.04.1979; 25.04.1979; 2.05.1979; 5.05.1979; 6.05.1979; Магнитогорский рабочий 20.04.1979; 21.04.1979; 24.04.1979; 8.05.1979.

64 Иногда они могли носить, впрочем, характер скрытой критики в отношении стран, поддерживающих тесные связи с КНР. Так, публикация в «Правде» 14 апреля 1979 г. двух материалов под общим заголовком «Югославская выставка в Пекине», несмотря на нейтральные тона, носила характер завуалированной критики Белграда — только так в контексте советско-китайских отношений можно было истолковать тогда утверждение, что данное мероприятие явилось наиболее крупной промышленной выставкой, когда-либо устраивавшейся СФРЮ за рубежом.

65 Правда 9.06.1979.

66 Об обстоятельствах денонсации Договора 1950 г. см.: Песков 2002, 32-39.

67 См., например: Магнитогорский рабочий 4.04.1979.

изданий, как в целом антимаоистское. Здесь особо отмечалось распространение в КНР дацзыбао и листовок с осуждением агрессии против Вьетнама; говорилось и о репрессиях против участников антимаоистского движения и других недовольных.

Резко осуждая внутреннюю и внешнюю политику пекинского руководства, советская печать в 1979 г., как и ранее, отнюдь не отождествляла правящие круги КНР с китайским народом. Xотя в некоторых публикациях «Правды» и «Магнитогорского рабочего», особенно связанных с подрывной деятельностью хуацяо, и звучали антикитайские нотки, в целом проводилась четкая грань между народом КНР и «фашистствующей пекинской верхушкой»68. Последнее суждение свидетельствует о более резком тоне советской прессы в первой половине 1979 г. даже по сравнению с периодом советско-китайского пограничного конфликта 1969 г. В ходе китайско-вьетнамской войны советская печать говорила о «фашист-ствующих агрессорах»69, неоднократно сравнивала их зверства с преступлениями гитлеровцев, воспроизводила на своих страницах подобные оценки своих чита-телей70. Отождествление маоизма с фашизмом встречалось и позднее в советской публицистике71. При этом, правда, не допускалось увязывания такого рода оценок с персональными выпадами в адрес китайского руководства — на страницах советской печати, к примеру, и в феврале-июне 1979 г. отсутствовали суждения о «фашистской клике Xуа-Дэна»72 (по аналогии с тезисом о «фашистской клике Тито-Ранковича» в период советско-югославского разрыва тремя десятилетиями раньше). Более того, не произошло и полного «отлучения» КНР от социализма — в выпусках сборника «Международный ежегодник. Политика и экономика», вышедших в 1979 и 1980 гг., Китай по-прежнему значился среди социалистических стран.

Подводя итоги, необходимо отметить, что и в 1969, и в 1979 гг. советская печать достаточно подробно и оперативно информировала своих читателей о вооруженных столкновениях между социалистическими странами, как и о политике китайского руководства. В обоих случаях преобладала конкретная информация; и в центральном, и в периферийном издании публиковались отклики советских граждан на агрессию. Бросается в глаза и чрезвычайное жанровое разнообразие материалов об обеих «социалистических войнах». Вместе с тем первая из них представляла собой серию разрозненных пограничных вооруженных провокаций,

68 Из выступления Ф.Кастро, цитируемого «Правдой». См.: Правда 23.02.1979.

69 Правда 25.02.1979.

70 Правда 26.04.1979. Было бы неверно усматривать в подобных откликах советских граждан характер исключительно «заказных» материалов. Один из авторов данной работы, будучи в 1979 г. школьником, помнит, что китайско-вьетнамская война была весной того года весьма обсуждаемой темой и среди его сверстников, и среди лиц более старших возрастных категорий. Сочувствие вьетнамцам было несомненным и вполне искренним — сказывались как память об их многолетнем противостоянии США, так и сохранение в обществе и в конце 1970х гг. своеобразного «негативного консенсуса» в отношении Китая, отмеченного применительно к более раннему периоду Дж.Боффой (см.: Боффа 1996, 52-53, 59-60).

71 Генри 1980, 95-97.

72 Xуа Гофэн вообще крайне редко выступал в 1979 г. объектом для нападок и критики в советской печати. В ряде работ, вышедших в СССР в 1979 г., Дэн Сяопин назывался фактическим руководителем КНР; на него возлагалась и ответственность за войну с СРВ. См., например: Бурлацкий 1979, 356.

а вторая — полномасштабную военную акцию, в ходе которой боевые действия велись непрерывно в течение месяца. Это предопределило некоторые особенности в подаче китайско-вьетнамского конфликта на страницах отечественной периодики, в т.ч. «Правды» и «Магнитогорского рабочего». Подробно освещались военные действия, с удовлетворением констатировалось поражение агрессоров; вместе с тем существенно большее внимание уделялось откликам «мировой общественности» и критике правых кругов Запада за их флирт с Пекином. Значительно большим, по сравнению с 1969 г., был накал антимаоистской пропаганды — это проявлялось и в количественном, и в качественном отношении. Вместе с тем и в 1979 г. антимаоистская кампания в советской прессе не перерастала в антикитайскую истерию; более того, несмотря на косвенное (а иногда прямое) отождествление политического режима в тогдашней КНР с фашистским, полного отлучения Китая от социализма не произошло. Здесь, очевидно, сказались как нежелание советской стороны еще более обострять и без того до предела натянутые отношения с Пекином, так и отмеченное в отечественной литературе отсутствие единства среди советских экспертов-китаеведов, что оказывало определенное воздействие на позицию политического руководства страны73.

ЛИТЕРАТУРА

Боффа Дж. 1996: От СССР к России. История неоконченного кризиса. 1964-1994. М.

Бурлацкий Ф. М. 1979: Мао Цзэдун и его наследники. М.

Вахрамеев А. В. 1991: Не идя в ногу, но следуя примеру. М.

Галенович Ю. М. 2011: 50 лет с Китаем. М.

Галенович Ю. М. 2011: История взаимоотношений России и Китая. Кн. 3. Ч.1. М.

Галенович Ю.М. 2011: История взаимоотношений России и Китая. Кн. 3.Ч.2. М.

Ильинский М. М. 2005: Вьетнамский синдром. Война разведок. М.

Лукин А. В. 2007: Медведь наблюдает за драконом. Образ Китая в России в ХУП-ХХ1 веках. М.

Орлова Л. С. (ред.) 1979: Опасный курс. Китай после Мао Цзэдуна. Вып.9. М.

Песков Ю. С. 2002: СССР-КНР: от конфронтации к партнерству. М.

Степанов Е. Д. 1980: Экспансия Китая на море. М.

Терехов Н. М., Колосова Л. Н. (ред.) 1972: Малый атлас мира. М.

Ходжа Э. 1986: Сверхдержавы. 1959-1984. Из политического дневника. Тирана.

FIRST "SOCIALIST WARS" IN SOVIET PERIODICALS

A. G. Dorozhkin, V. V. Pereverzev

The article deals with the Soviet press coverage of the first military conflicts between socialist countries by the example of "The Pravda" and "The Magnitogorsky Rabochy". It compares Soviet press standpoints concerning Soviet-Chinese and Chinese-Vietnamese conflicts. It also reveals common and specific features of material presentation in 1969-1979.

Key words: Russian history, USSR, international relations, Maoism, socialism, China, Vietnam, periodicals.

73 Лукин 2007, 252-260, 262-267.