Зазеркалье региональной системы Украины: Донбасс - Галичина

ТЕМА НОМЕРА

И.Ф. Кононов, С.В. Хобта, С.А. Щудло

ЗАЗЕРКАЛЬЕ РЕГИОНАЛЬНОЙ СИСТЕМЫ УКРАИНЫ: ДОНБАСС -ГАЛИЧИНА

Аннотация

В статье рассматриваются общественные дискурсы о межрегиональных отношениях, которые сложились в Донбассе и Галичине, двух регионах Украины. Особое внимание уделяется пространственным образам, функционирующим в данных дискурсах. Эти образы представляют пространство регионов Украины традиционно как наиболее различные.

Отмечается, что дискурсивные практики, вплетенные в региональную жизнь Украины, преимущественно структурированы политически. При этом жителями политический характер восприятия действительности преимущественно отрицается. Порядок дискурса задается борьбой за доминирование двух определений социальной реальности: этнического и гражданского. Данный порядок дискурса представлен во всех регионах Украины, но Восток и Запад демонстрируют максимальную концентрацию противоположных позиций.

Ключевые слова :

образ страны, образ региона, единство Украины, распад Украины, Восток Украины, Запад Украины.

I. Kononov, S. Khobta, S. Shchudlo

DONBASS AND GALICIA REGIONAL SYSTEM OF UKRAINE

Abstract

The article deals with public discourse on inter-regional relations, which have developed in the Donbass region and Galicia, the two regions of Ukraine. Particular attention is paid to spatial image, operating in these discourses. These images represent the space regions of Ukraine is traditionally the most different. It is noted that the discursive practices, interwoven into the regional life of Ukraine, mostly politically structured. At the same time the inhabitants of the political nature of perception of reality mostly denied. The order of discourse is defined by the struggle for dominance of the two definitions of social reality: ethnic and civil. This order of discourse is represented in all regions of Ukraine, but the East and the West show the highest concentration of opposing positions.

Key words :

image of the country, image of the region, Ukraine's unity, disintegration of Ukraine, East Ukraine, Western Ukraine.

События в Украине, связанные с острыми кризисами 2004 г. и 2013 -2014 гг., на какое-то время становились главными новостями в мировых средствах массовой информации. Повторяемость кризисов с периодичностью в 10 лет заставляет предположить наличие в самом общественном устройст-

ве страны некоего противоречия. На наш взгляд, оно связано с особенностями существования капитализма периферийного типа. Главным его политико-экономическим процессом является непрекращающийся взаимный обмен власти и собственности. Политическая власть, не подкрепленная соответствующей собственностью в этих условиях невозможна, но и собственность приобрести и приумножить без использования политической власти невозможно. Власть дает самый большой бизнес-ресурс: возможность изымать из страны административную ренту. Но это заставляет правящий класс страны организовываться в клиентельные группы, которые конкурируют между собой [5].

Клиентельные группы правящего класса Украины в основном организованы по региональному принципу. Это предопределило политизацию региональной системы страны. Даже партийная система Украины сложилась с привязкой к её макрорегионам. Партии мобилизуют свой электорат, взывая к региональным культурным особенностям. Это подстегивает и политизирует процесс региональной самоидентификации. Со времен президентства Л. Кучмы балансирование на региональных отличиях превратилось в один из способов политического господства в Украине.

Данному обстоятельству способствует региональная пестрота и гетерогенность страны. Главными типами отношений, которые характерны для региональной системы Украины являются: 1) отношения между регионами и центром; 2) отношения между полярными регионами, роль которых играют Донбасс и Галичина; 3) отношения между близкими по культурным характеристикам регионами, которые ведут к созданию макрорегиональных кластеров (Запад, Восток, Цент и Юг страны); 4) отношение между основным региональным массивом и гинтерландами (Крым, Закарпатье). Особое значение для судеб Украины имеют отношения между Донбассом и Галичиной. Это видно на примере любой ситуации общественного выбора, которые переживала наша страна. Центрами выработки разных решений, которые становились платформой дальнейшей консолидации, становились именно эти регионы, а не Киев. Понять события последних десятилетий в Украине, не учитывая отношений между этими регионами, невозможно.

По разнообразию типов отношений в своей региональной системе Украина превосходит все страны бывшего СССР и многие страны Европы. Общественное пространство СССР преимущественно носило фрактальный характер, когда меньшие территориальные единицы повторяли по принципу

«матрешки» устройство страны в целом. Уже в период Перестройки в Советском Союзе в Украине начала проступать совершенно другая территориальная структура. Её особенности в советское время микшировались тем обстоятельством, что в плановой экономике большинство межрегиональных отношений осуществлялось через посредничество Москвы. Обретение Украиной независимости означало и необходимость выстраивания собственной системы межрегиональных отношений. Региональный фактор, таким образом, превратился в один из важнейших в политической и культурной жизни нашей страны.

Опыт, приобретенный Украиной, имеет не только местное, но и общее значение. Скажем, в Европейском Союзе, регионы также стали особыми субъектами общеевропейского процесса. И Европа в этом отношении далеко не уникальна. Во всем мире наблюдается региональный ренессанс, связанный с актуализацией в обществах Второго модерна локального. Именно регионы в современном мире выступают одной из основных площадок «институциональных сборок», где в единое целое сходятся разномасштабные институты (от глобальных до локальных, от экономических до культурных). Это актуализирует развитие социологии регионов и проецирует на неё как познавательные, так и прикладные ожидания. В первом случае она должна объяснить региональный ренессанс и его последствия, а во втором - дать практические рекомендации для региональной политики. Опыт Украины в этом может быть чрезвычайно полезен.

Региональные идентичности и культурные авто- и гетеросте-

реотипы

Сначала рассмотрим, как через идентификации разной силы, жители обоих регионов позиционируют себя в общественном пространстве. Мы исходили из того, что идентитеты, операционализированные и представленные в анкете, связаны с местами в общественном пространстве, которые могут занимать индивиды. Большинство подобных мест занимаются коллективно и являются группообразующими. Кроме того, предполагалось, что самоидентификация с различными группами может характеризоваться разной интенсивностью. Это ведет к образованию определенной иерархии идентично-стей. К этому следует добавить многомерность общественного пространства, что дополнительно усложняло нашу задачу. Поэтому мы отказались от того, чтобы дать исчерпывающий перечень идентитетов. Наша задача состояла в

том, чтобы выяснить сходства и отличия в самоидентификации донбассцев и галичан относительно идентитетов, которые продуцируют коллективные идентичности. При увеличении или уменьшении количества позиций возможны изменения в иерархических рангах идентитетов.

В Донбассе в ходе событий 2013-2014 гг. региональная идентичность стала более выпуклой, а общегражданская идентичность уменьшила свой вес. В Галичине вырос вес европейской идентичности при одновременном её угасании в Донбассе. Но в целом это коснулось тех идентичностей, чья сила зависит от направленности политических практик. В целом же, идентификационная матрица в обоих регионах не претерпела существенных изменений. Их жители как были, так и остались людьми малых групп, стремящихся центрировать свои жизненные миры на себя.

Интересный результат дал методологический эксперимент с сопоставлением самоидентификации с идентифицированием близких людей.

Анализ отличий показывает, что жители Донбасса в любим человеке реже видят «самостоятельную личность», «члена определенного трудового (учебного) коллектива», «человека с определенным образованием», «человека определенных политических убеждений», представителя территориальных общностей, но значимо чаще «члена семьи». Что касается сопоставления с другом, то респонденты значимо сильнее идентифицируют себя с «самостоятельной, неповторимой, суверенной личностью», «членом семьи», «членом круга друзей», «человеком определенной профессии», «жителем Донбасса», «гражданином Украины» и «советским человеком» и значимо меньше с «европейцем» и «человеком с определенными художественными вкусами (музыкальными, литературными и т.д.)».

Противоречия между регионами могут возникать только по причине несовпадения очень важных для них обстоятельств. В нашем случае среди идентичностей на такую роль могут претендовать только общегражданский, региональный, в определенной мере религиозный идентитеты. Это ставит задачу их более детального анализа в последующих исследованиях. Данные, которые анализируются сейчас, позволяют посмотреть на эту проблему через призму представлений жителей обоих регионов о желательной модели украинской государственности. Есть основания предполагать, что эти представления влияют на региональную идентичность (табл. 1).

Таблица 1. Распределение ответов на вопрос «С какими из перечисленных утверждений относительно путей развития нашей страны Вы согласны?» 2007 г. (% к ответившим) _____

№ п/п Варианты ответов Лу-ганс к п = 363 Львов п = 375 Стаханов п = 300 Дро-гобыч п = 298 Села Луган-щины п = 100 Села Львов-щины п = 100

Украина - это, в первую

очередь государство ук-

раинцев, которые должны

1. иметь в своей стране определенные преимущества. Другие этнические группы должны с этим соглашаться 35,8 58,8 40,3 70,7 30,0 69,1

Украина - это государство

всех граждан, независимо

от их национальной при-

2. надлежности. Ни одна из этнических групп не должна в нашей стране пользоваться преимуществами 65,6 37,5 57,7 41,0 73,0 30,9

В Украине должен дейст-

3. вовать принцип: «Одна нация, один язык, одна церковь» 22,6 55,5 16,1 53,8 26,0 57,7

Украина должна разви-

4. ваться как многокультурное, многоязыковое и многоконфессиональное общество 72,9 35,3 68,5 29,3 73,0 38,1

Для Украины будет бла-

5. гом, если большинство неукраинского населения выедут из страны 17,6 33,6 17,4 21,4 16,0 33,0

Для Украины будет бла-

6. гом, если здесь будут жить представители разных народов 61,7 27,2 57,4 23,4 66,0 29,9

Украина должна отказать-

ся от культурного насле-

7. дия царской России и СССР и в духовном плане развиваться на собственной почве 20,7 42,9 10,7 41,4 15,0 56,7

Украина должна сохра-

нить все ценное из насле-

8. дия царской России и СССР, соединяя его с соб- 63,1 21,0 64,4 11,7 80,0 21,6

ственной духовной тради-

цией

Примечание: Сумма превышает 100%, поскольку респонденты могли выбирать до 4-х позиций.

Распределение ответов на этот же вопрос в двух регионах приведем в табл. 2.

Таблица 2. Распределение ответов на вопрос «С какими из перечисленных утверждений относительно путей развития нашей страны Вы согласны?» (% к ответившим)_

№ Варианты ответов Донбасс

1. Украина - это, в первую очередь государство украинцев, которые должны иметь в своей стране определенные преимущества. Другие этнические группы должны с этим соглашаться 17,6 63,5

2. Украина - это государство всех граждан, независимо от их национальной принадлежности. Ни одна из этнических групп не должна в нашей стране пользоваться преимуществами 62,9 43,2

3. В Украине должен действовать принцип: «Одна нация, один язык, одна церковь» 8,1 48,5

4. Украина должна развиваться как многокультурное, многоязыковое и многоконфессиональное общество 71,7 44,6

5. Для Украины будет благом, если большинство неукраинского населения выедут из страны 6,2 22,3

6. Для Украины будет благом, если здесь будут жить представители разных народов 53,3 22,9

7. Украина должна отказаться от культурного наследия царской России и СССР и в духовном плане развиваться на собственной почве 10,5 53,8

8. Украина должна сохранить все ценное из наследия царской России и СССР, соединяя его с собственной духовной традицией 61,3 9,7

Всего 291,6 308,6

Примечание: респонденты могли выбрать до 4-х позиций.

Значимые отличия (на уровне 95%) в данных 2014 г. касаются первых пяти альтернатив. Эти данные подтверждают то, что в Донбассе и Галичине статистически значимые группы их жителей поддерживают разные проекты развития страны. Правда, сами проекты не являются собственно региональными. Они распространены во всей Украине, включая её полярные регионы, но сила их представительства разная.

Наиболее распространенный проект в Донбассе уже предлагалось определять как проект согражданства. В соответствии с ним современная украинская нация формируется как политическое образование. В этом политическом сообществе этничность во многом превращается в частное дело граждан. Украина развивается как многокультурное и поликонфессиональное

государство. Наиболее поддерживаемый проект в Галичине основой всех общественных лояльностей предполагает этническую и культурную лояльности. Подчеркнем еще раз, что сейчас эти проекты конкурируют в масштабах Украины. Симпатики как одного, так и другого есть в обоих регионах-полюсах. Думаем, что наличие этих проектов является наиболее серьезной причиной возникновения межрегиональной напряженности.

Существующие общественные проекты нациестроительства закрепляются за полярными регионами системой авто- и гетеростереотипов. Проблема подобных стереотипов в межрегиональных отношениях является малоисследованной. До этого времени такой терминологией преимущественно пользовались этносоциологи, которые через сравнение автостереотипов и гетеростереотипов измеряли межнациональную напряженность [2]. Но этот инструментарий обладает потенциалом для его использования и в социологии регионов.

В проведенном исследовании региональные авто- и гетеростереотипы измерялись при помощи двух систем показателей: 1) представления о этнокультурных характеристиках региональной общности; 2) представления о месте и способе позиционирования региональной общности в региональной системе Украины. Полученные данные по первой группе признаков в табличной форме представлены в табл. 3 и 4.

Таблица 3. Луганская область. Распределение ответов на вопрос «Какие из перечисленных характеристик соответствуют Донбассу, а какие Гали-чине? Характеристики жителей региона» 2007 г. (%)_

Донбасс Галичина

№ Луганск Стаха- Села Луганск Стаха- Села

п/п Варианты ответов п = 363 нов п = 300 Луган-щины п = 100 п = 363 нов п = 300 Луган-щины п = 100

1. Преимущественно

украинцы и проживающие рядом с 8,4 18,3 4,0 37,2 40,2 28,0

ними националь-

ные меньшинства

2. Преимущественно

русские и русифицированные пред- 45,7 47,4 30,0 2,4 7,2 1,0

ставители других

народов

3. Особая региональная общность, ко-

торая имеет свои истоки, как в Ук- 39,4 27,7 48,0 1,8 5,5 0,0

раине, так и в Рос-

сии

4. Маргиналы, то есть люди, которые оторвались от своих корней 9,6 8,7 1,0 2,7 7,9 0,0

5. Особая региональная общность, которая имеет свои истоки, как в Украине, так и в Польше 1,8 1,4 1,0 43,2 34,0 47,0

6. Затрудняюсь с ответом 14,0 17,6 16,0 23,1 24,7 24,0

Таблица 4. Львовская область. Распределение ответов на вопрос «Какие из перечисленных характеристик соответствуют Донбассу, а какие Гали-чине? Характеристики жителей региона» 2007 г. (%)_

Донбасс Галичина

№ п/ п Варианты ответов Львов п = 375 Дрогобыч п = 298 Села Львовщины п = 100 Львов п = 375 Дрогобыч п = 298 Села Львовщины п = 100

1. Преимущественно украинцы и проживающие рядом с ними национальные меньшинства 5,8 5,6 5,0 71,6 59,9 63,0

2. Преимущественно русские и русифицированные представители других народов 57,3 49,0 53,0 1,1 1,0 0,0

3. Особая региональная общность, которая имеет свои истоки, как в Украине, так и в России 34,3 30,8 18,0 2,9 3,5 2,0

4. Маргиналы, то есть люди, которые оторвались от своих корней 26,5 29,0 10,0 3,7 3,5 2,0

5. Особая региональная общность, которая имеет свои истоки, как в Украине, так и в Польше 2,0 0,0 2,0 37,8 39,7 30,0

6. Затрудняюсь с ответом 16,7 17,5 17,0 7,7 14,3 4,0

Примечание: Сумма превышает 100%, поскольку респондентам могли выбирать

несколько позиций.

Данные 2014 г. сведем в одну сопоставительную табл. 5.

Таблица 5. Распределение ответов на вопрос «Какие из перечисленных

характеристик соответствуют Донбассу, а какие Галичине?»_

Донбасс

№ Характеристики жителей региона Характеристика жителей Донбасса Характеристика жителей Галичины Характеристика жителей Донбасса Характеристика жителей Галичины

% к тем, кто ответил % к тем, кто ответил % к тем, кто ответил % к тем, кто ответил

1. Преимущественно украинцы и проживающие рядом с ними национальные меньшинства 17,1 53,6 10,1 72,4

2. Преимущественно русские и русифицированные представители других народов 64,9 4,1 68,3 2,2

3. Особая региональная общность, которая имеет свои истоки, как в Украине, так и в России 64,7 6,7 54,9 11,3

4. Маргиналы, то есть люди, которые оторвались от своих корней 20,8 27,0 53,8 7,4

5. Особая региональная общность, которая имеет свои истоки, как в Украине, так и в Польше 3,5 73,6 3,3 66,3

6. Затрудняюсь с ответом 6,8 9,9 11,5 6,0

Данные предыдущих таблиц демонстрируют определенную конгруэнтность между авто- и гетеростереотипами, отражающими этнокультурную природу региональных общностей Донбасса и Галичины. Несколько противоречит взаимопониманию достаточно распространенный среди галичан взгляд на донбассцев как на маргиналов. Но в целом жители обоих регионов имеют соответствующие ожидания относительно этнокультурных реалий региональных общностей. Это не означает, что совпадение авто- и гетеросте-реотипов не может порождать противоречий в отношениях между региона-

ми. Наоборот, жители Донбасса и Галичины в своем большинстве понимают этнокультурные отличия между своими регионами. Такие представления в различных общественных контекстах могут быть как причиной межрегионального напряжения, так и платформой для поиска компромисса.

Совсем иное значение имеют авто- и гетеростереотипы, которые отражают позиционирование Донбасса и Галичины в региональной системе (табл. 6, 7).

Таблица 6. Луганская область. Распределение ответов на вопрос «Какие из перечисленных характеристик соответствуют Донбассу, а какие Гали-чине? Характеристики региона в региональной системе Украины» 2007 г.

Донбасс Галичина

№ п/п Варианты ответов Луганск п = 363 Стаханов п = 300 Села Луган-щины п = 100 Луганск п = 363 Стаханов п = 300 Села Луган-щины п = 100

1. Регион, развитие

которого должно стать моделью 55,8 58,4 78,0 6,2 6,1 5,0

развития всей

Украины

2. Глухая культурная провинция 10,8 14,8 1,0 41,7 37,9 45,0

3. Регион со средним уровнем развития 37,1 40,9 14,0 39,3 33,9 48,0

4. Агрессивный ре-

гион, который пытается наса- 12,3 13,4 16,0 62,1 51,4 65,0

дить свои поряд-

ки во всей стране

5. Регион, вынужденный защищать

свою специфику и право жить в соот- 65,5 54,3 58,0 17,5 23,9 17,0

ветствии со своим

образом жизни

6. Регион с сильны-

ми сепаратистскими настрое- 16,4 12,0 22,0 36,4 30,0 33,0

ниями

7. Регион, где пре-

обладают государственники, 28,1 31,3 38,0 25,7 17,5 14,0

отстаивающие

целостность станы

8. Самодостаточный регион 57,3 36,4 66,0 14,2 16,8 19,0

9. Регион Украины,

который сохранил собственную самобытность 19,3 19,6 17,0 53,6 42,5 59,0

Таблица 7. Львовская область. Распределение ответов на вопрос «Какие из перечисленных характеристик соответствуют Донбассу, а какие Гали-чине? Характеристики региона в региональной системе Украины» 2007 г.

Донбасс Галичина

№ Села Львовщины п = 100 Села

п/ п Варианты ответов Львов п = 375 Дрогобыч п = 298 Львов п = 375 Дрогобыч п = 298 Львовщины п = 100

1. Регион, развитие

которого должно стать моделью раз- 7,7 11,6 22,0 52,0 54,8 49,0

вития всей Украины

2. Глухая культурная провинция 37,7 39,7 34,0 6,6 8,6 6,0

3. Регион со средним уровнем развития 40,0 33,2 26,0 39,0 31,5 47,0

4. Агрессивный регион, который пыта-

ется насадить свои 68,9 77,3 75,0 7,5 4,3 6,0

порядки во всей

стране

5. Регион, вынужденный защищать свою

специфику и право жить в соответствии 20,6 17,7 19,0 45,4 49,8 50,0

со своим образом

жизни

6. Регион с сильными

сепаратистскими 53,7 62,1 61,0 8,1 10,4 7,0

настроениями

7. Регион, где преоб-

ладают государственники, отстаи- 9,4 11,6 16,0 47,1 52,0 46,0

вающие целост-

ность станы

8. Самодостаточный регион 33,4 32,5 28,0 32,4 27,6 26,0

9. Регион Украины,

который сохранил собственную самобытность 9,1 5,1 8,0 63,3 65,9 55,0

Примечание: Сумма превышает 100%, поскольку респондентам могли выбирать несколько позиций.

Таблица 8. Распределение ответов в 2014 г. на вопрос «Какие из перечисленных характеристик соответствуют Донбассу, а какие Галичине? Характеристики региона в региональной системе Украины» (%)_

№ Характеристики Донбасс

Характеристика жителей Донбасса Характеристика жителей Галичи-ны Характеристика жителей Донбасса Характеристика жителей Галичи-ны

% к тем, кто ответил % к тем, кто ответил % к тем, кто ответил % к тем, кто ответил

1. Регион, развитие которого должно стать моделью развития всей Украины 63,4 13,6 9,2 79,2

2. Глухая культурная провинция 10,5 50,3 56,0 8,2

3. Регион со средним уровнем развития 36,9 48,2 47,5 33,8

4. Агрессивный регион, который пытается насадить свои порядки во всей стране 12,8 65,4 78,8 6,0

5. Регион, вынужденный защищать свою специфику и право жить в соответствии со своим образом жизни 77,2 15,1 23,9 67,5

6. Регион с сильными сепаратистскими настроениями 53,0 14,2 85,0 4,9

7. Регион, где преобладают государственники, отстаивающие целостность станы 14,2 57,0 5,2 86,7

В этом случае мы наблюдаем зеркальную обращенность региональных авто- и гетеростереотипов в Донбассе и Галичине. В каждом из регионов преобладают позитивные автостереотипы и негативные гетеростереотипы. Правда, это характеризует статистическую моду. Полученные данные свидетельствуют и о наличии в общественном сознании обоих регионов предпосылок для диалога. Например, донбассцы считают, что Галичина сохранила свою культурную самобытность. Значительное число галичан считают Донбасс самодостаточным регионом.

Вместе с тем, такая интенсивность негативных региональных гетеростереотипов в стране не может не волновать. Она является свидетельством того, что украинское общество на этот момент является пространственно

разделенным. Расколы имеют различную природу. В противоречиях между Донбассом и Галичиной, кроме всего прочего, нашли свое отражение общественные травмы, которые получило наше общество на протяжении ХХ в. Травматическим был и опыт 2004 г. и, тем более, опыт 2013 - 2014 гг. Следовательно, эти противоречия необходимо не замалчивать, а выяснять их общественную природу и применять для их лечения методы социальной терапии. Сейчас в мировой социологии - это один из быстро прогрессирующих направлений исследований и прикладного применения знаний [1]. В есть позитивный опыт работы с подобными травмами (примером может служить Испания). Учет подобного опыта позволит выработать программу социальной терапии для межрегиональных отношений в Украине.

Может ли в этой практике найти свое место, скажем метафорически, практика свиданий шахтеров с гуцулами? В определенной мере, да. Ведь, как показало наше исследование, жители Донбасса и Галичины достаточно редко посещают друг друга (Табл. 9 и 10).

Таблица 9. Распределение ответов на вопрос «Как часто Вам приходит-

ся бывать в Галичине/Донбассе?» 2007 г.

№ п/п Варианты ответов Луганск N = 363 Львов N = 375 Стаханов N = 300 Дрого- быч N = 298 Села Луган-щины N = 100 Села Львов-щины N = 100

1. Бываю несколько раз в году 2,8 2,1 3,3 1,0 1,0 5,0

2. Раз в году 4,4 3,5 3,0 3,4 1,0 1,0

3. Раз в несколько лет 13,2 9,9 3,8 9,1 9,0 11,0

4. Был(а) лишь один раз 23,4 18,1 14,3 11,4 15,0 21,0

5. Никогда не приходилось бывать 53,7 64,8 68,7 74,2 74,0 59,0

Таблица 10. Распределение ответов на вопрос «Как часто Вам приходится бывать в Галичине/Донбассе?» 2014 г.

№ Варианты ответов Донбасс

1. Бываю несколько раз в году 0,6% 0,8%

2. Раз в году 1,8% 0,9%

3. Раз в несколько лет 9,7% 5,2%

4. Был(а) лишь один раз 19,0% 15,2%

5. Никогда не приходилось бывать 66,4% 76,3%

6. Нет ответа 2,5% 1,5%

Вместе 100,0% 100,0%

Как видим, за годы между двумя опросами ситуация не изменилась в сторону более интенсивной коммуникации. Скорее, наоборот, коммуникационные процессы между жителями полярных регионов пребывали в стагнации. Когда большая часть населения обоих регионов не осуществляет взаимных посещений, то это способствует закреплению стереотипов, которые сложились в отношениях между ними.

Гипотезой нашего исследования предполагалось, что отличия двух региональных общностей коренятся прежде всего в сфере межэтнических отношений, языкового вопроса и внешнеполитических ориентаций. У Донбасса и у Галичины различная этническая история. Во времена, когда Галичина находилась в составе Габсбургской монархии, а затем Польши, её этническая структура приобрела иерархический характер. При этом внизу этнической пирамиды оказалось украинское большинство. Кроме того, этнические группы здесь приобрели почти самодостаточный характер. Так, польская этническая группа имела все слои населения и могла бы существовать вообще без украинцев, которые оказывались лишними на своей земле [3]. Поэтому в Галичине модернизационное движение украинского большинства неотвратимо должно был привести к национально-освободительной революции, идеологией которой должен был стать украинский национализм. Различия освободительных модерницационных движений конца XIX - первой половины XX вв. в Галичине и Донбассе, видимо, и стали основой формирования различных проектов на-циестроительства, характерных для современной Украины.

После Второй мировой войны общими усилиями СССР и ПНР этническая структура Галичины претерпела радикальные изменения, которые положили начало процессу этнической украинской гомогенизации этой территории.

В Донбассе уже на начальных этапах формирования региона сложилась ядерная зона этнической структуры, которая включала украинцев и русских. Мы уже предлагали это образование называть доминирующей этнической коалицией. Для Донбасса не была характерной сегрегационная модель развития этнических групп.

Гипотеза об обусловленности межрегиональных отличий отличиями этнических структур регионов подтверждается лишь частично. В нашем исследовании для измерения межэтнической дистанции использовалась известная шкала Э. Богардуса (адаптация Н.В. Паниной) (Табл. 11 и 12).

Таблица 11. Межэтническая дистанция в Луганской и Львовской областях по шкале Э. Богардуса (шкала: 1-7). 2007 г. Представлен средний бал и в скобках стандартное отклонение_

Этнические группы, дистанцирование относительно которых изучается Луганск п = 363 Львов п = 375 Стаханов п = 300 Дрого- быч п = 298 Села Луган-щины п = 100 Села Львов-щины п = 100

Украинцы 1,4

Украинцы с Востока Украины 1,7

Украинцы с Запада Украины 2,7

Русские 1,8

Русские с Востока Украины 2,0

Русские с Запада Украины 2,4

Русские из России 2,1

Белорусы 2,8

Евреи 4,5

Поляки 4,3

Американцы

Англичане 4,3

Венгры 4,5

Французы 4,4

Крымские татары 5,1

Татары 5,2

Азербайджанцы 5,2

Армяне 5,2

Грузины 5,3

Чеченцы 5,7

Цыгане 5,9

Африканцы 5,3

Китайцы 5,2

Японцы 5,1

Арабы 5,2

Румыны 5,0

Молдаване 4,8

Литовцы 4,7

Латыши 4,7

Эстонцы 4,8

Турки 5,1

Болгары 4,8

Сербы 4,8

Чехи 4,7

Словаки 4,7

Казахи 5,1

Примечание: Респондентам предлагался вопрос «В качестве кого Вы бы допустили представителей перечисленных этнических групп?» Варианты ответов с присвоенными баллами: 1 - членов семьи; 2 - близких друзей; 3 - соседей; 4 - коллег по работе; 5 -жителей области; 6 - посетителей области; 7 - вообще не допускали бы в область.

Таблица 12. Межэтническая дистанция в Донбассе и Галичине по шкале Э. Богардуса (шкала: 1-7). 2014 г. Представлен средний бал и в скобках стандартное отклонение, среди ответивших_

№ Этнические группы, дистанцирование относительно которых изучается Донбасс Галичина

1. Украинцы 1,7

2. Украинцы с Востока Украины 1,7

3. Украинцы с Запада Украины 3,3

4. Русские 1,8

5. Русские с Востока Украины 1,9

6. Русские с Запада Украины 2,6

7. Русские из России 2,0

8. Белорусы 2,7

9. Евреи 3,9

10. Поляки 4,1

11. Американцы

12. Англичане 4,5

13. Венгры 4,5

14. Французы 4,5

15. Крымские татары 4,3

16. Татары 4,4

17. Азербайджанцы 4,8

18. Армяне 4,6

19. Грузины 4,7

20. Чеченцы 5,2

21. Цыгане 5,5

22. Африканцы 5,2

23. Китайцы 5,1

24. Японцы 5,0

25. Арабы 5,2

26. Румыны 5,0

27. Молдаване 4,8

28. Литовцы 4,8

29. Латыши 4,8

30. Эстонцы 4,8

31. Турки 5,0

32. Болгары 4,6

33. Сербы 4,7

34. Чехи 4,6

35. Словаки 4,6

36. Узбеки 4,9

37. Киргизы 5,1

38. Казахи 5,0

39. Туркмены 5,2

Примечание: Респондентам предлагался вопрос «Как близко Вы бы допустили представителей перечисленных этнических групп?» Варианты ответов с присвоенными баллами: 1 - членов семьи; 2 - близких друзей; 3 - соседей; 4 - коллег по работе; 5 -жителей области; 6 - посетителей области; 7 - вообще не допускали бы в область.

Существенные различия между Донбассом и Галичиной фиксируются преимущественно в отношении к восточным славянам. В Донбассе всех восточных славян воспринимают как своих. В этом регионе украинцы и русские создали благодаря своему тесному контакту уже упомянутую доминирующую этническую коалицию. В Галичине достаточно четко отличают украинцев от остальных этнических групп. Этническая структура в этом регионе сейчас соответствует схеме «доминирующий титульный этнос - этнические меньшинства». Интересным фактом является и то, что и на Западе, и на Востоке относительно украинцев из восточного/западного регионов существует большая дистанция, нежели относительно местных украинцев.

Полностью подтвердилась гипотеза об отличии моделей желательного языкового развития в Донбассе и Галичине (табл. 13 и 14).

Таблица 13. Распределение ответов на вопрос: «Как Украина должна >азвиваться в сфере функционирования языков?» (%)_

№ п/п Варианты ответов Луганск п = 363 Львов п = 375 Стаханов п = 300 Дрого- быч п = 298 Села Луган-щины п = 100 Села Львов-щины п = 100

1. Через утверждение на всей территории украинского языка как единого государственного 15,2 71,7 7,0 82,2 11,0 81,0

2. Через официальное украинско-русское двуязычие на всей территории Украины 51,5 6,9 58,3 2,0 37,0 1,0

3. Через сохранение украинского языка как государственного, но признание в областях и городах при необходимости также других официальных языков 28,7 15,7 21,7 11,7 42,0 10,0

4. Другое 0,6 1,1 2,3 0,3 9,0 1,0

5. Затрудняюсь с ответом 3,6 4,0 10,0 3,7 1,0 6,0

6. Отказались от ответа 0,6 0,5 0,7 0,0 0,0 1,0

Таблица 14. Распределение ответов на вопрос: «Как Украина должна

развиваться в сфере функционирования языков?»

№ п/п Варианты ответов Донбасс

1. Через утверждение на всей территории украинского языка как единого государственного 4,6 60,9

2. Через официальное украинско-русское двуязычие на всей территории Украины 51,7 3,8

3. Через сохранение украинского языка как государственного, но признание в областях и городах при необходимости также других официальных языков 36,8 28,9

4. Другое 1,4 1,1

5. Затрудняюсь с ответом 5,4 4,9

6. Не ответили 0,1 0,3

Всего 100 100

Языковой вопрос в Украине усилиями гуманитарной интеллигенции и политиков приобрел излишнюю идеологичность. Благодаря этому отношение к путям его решения превратилось в индикатор отношения к целостному проекту культурного развития страны. И в отношениях между Донбассом и Галичиной оно стало камнем преткновения. Необходима деидеологизация этой проблемы. Компромиссной позицией могла бы быть та, которая предполагает сохранение украинского языка как единственного государственного в масштабах станы, но признание при необходимости в областях и городах других официальных языков. В этом может помочь и «Европейская хартия региональных языков и языков меньшинств» [5]. Но сейчас общественное мнение жителей Донбасса и Галичины в языковом вопросе скорее может быть определено как конфронтационное.

В целом подтвердилось и предвидение относительно отличий внешнеполитических ориентаций донбассцев и галичан. Обобщенно можно сказать, что галичане в своем большинстве настроены проевропейски и пронатовски, а донбассцы ориентированы на развитие сотрудничества с Россией и в рамках СНГ (табл. 15 и 16). Ничего здесь не поменялось даже в период кризиса 2013 - 2014 гг.

Таблица 15. Распределение ответов на вопрос «Какими должны быть

внешнеполитические ориентации Украины?» 2007 г.

№ п/п Внешнеполитические ориентации Луганск п= 363 Львов п = 375 Стаханов п = 300 Дрого- быч п = 298 Села Лу-ганщины п = 100 Села Львов-щины п = 100

1. Стремиться к вступлению в Европейский союз 16,3 30,4 10,7 34,9 12,0 35,0

2. Стремиться к вступлению в Европейский союз и НАТО 6,1 23,7 4,0 26,8 1,0 14,0

3. Стремится вступить в НАТО 2,5 5,6 2,3 5,0 - 3,0

4. Развивать сотрудничество в рамках СНГ, превратив его в крепкое межгосударственное объединение 15,4 2,4 16,7 2,7 30,0 2,0

5. Создать межгосударственный союз Украины, России и Белоруссии 23,7 3,2 25,7 1,0 31,0 -

6. Восстановить СССР 10,7 2,4 15,7 0,7 12,0 3,0

7. Украина должна развиваться как нейтральная внебло-ковая страна, которая во внешней политике ориентируется на собственные интересы 13,5 20,5 10,3 17,4 9,0 23,0

8. Затрудняюсь с ответом 9,4 9,6 10,7 11,4 4,0 19,0

9. Другое - 1,3 1,3 1,0

10. Не дали ответа 2,5 0,8 2,7 - - 1,0

Таблица 16. Распределение ответов на вопрос «Какими должны быть

внешнеполитические ориентации Украины?» 2014 г.

№ п/п Внешнеполитические ориентации Донбасс

1. Стремиться к вступлению в Европейский союз 5,5 40,9

2. Стремится вступить в НАТО 0,4 3,1

3. Развивать сотрудничество в рамках СНГ, превратив его в крепкое межгосударственное объединение 17,6 1,1

4. Создать межгосударственный союз Украины, России и Белоруссии 28,3 0,2

5. Восстановить СССР 10,3 0,5

6. Украина должна развиваться как нейтральная внеблоковая страна, которая во внешней политике ориентируется на собственные интересы 25,0 10,8

7. Стремиться к вступлению в Европейский союз и НАТО 1,1 39,7

8. Затрудняюсь с ответом 9,8 3,1

9. Другое 1,4 0,6

10. Не ответили 0,6 0,2

Следует обратить внимание на то, что и в Донбассе, и в Галичине определенное (и в целом немалое) количество респондентов поддерживают развитие Украины как нейтральной, внеблоковой страны. Не углубляясь в проблему, скажем, что это одна из возможных точек сближения региональных общностей.

Подводя итоги можно сказать, что согласно с полученными данными для региональной системы Украины присущи разные, иногда взаимно исключающие тенденции развития. Прежде всего, это касается несовпадения экономических, политических и культурных процессов в украинской региональной системе. Это несовпадение требует объяснений. В современной мировой социологии есть теоретические направления, которые могут помочь продвинуться с этими объяснениями. Имеем в виду подход к капитализму как к мировой системе. Жаль, но в современной социологии регионов к этому теоретическому направлению вообще не обращаются. В отечественной социологии он анализируется только в общетеоретическом плане [6]. Между тем, для экономического развития страны после получения независимости важнейшее значение имел процесс вхождения Украины в мировую капиталистическую систему, поиск собственного места в ней.

Процесс этот толкал Украину на периферию мировой капиталистической системы. Внутренними агентами периферизации страны, её движения к постколониальному состоянию стали разнообразные элитные группы, которые в тот период активно формировались. Для представителей этих групп быстрый выход на мировой капиталистический рынок означал быстрое обогащение, а для страны в целом - движение от полупериферии к периферии. В сое время А.Г. Франк описал характерную для данного типа развития фрагментацию общественного пространства: «...Провинциальный капитализм, сам являясь сателлитом национальной метрополии - а последняя находится в таких отношениях с мировой метрополией - порождает собственные провинциальные центры, на орбитах которых возникают свои метрополии».

Фактически этот процесс и зафиксировали в украинском экономическом пространстве И. Сторонянская и С. Шульц. Но наши данные показывают, что в региональной системе Украины проявляются и противодействующие этому движению силы. Частично они реализуются через государственную политику. Национальное государство, хотя и утратило в условиях глобализации часть своих регулирующих возможностей, все же остается важным игроком в рамках мировой капиталистической системы. Но далеко не все сводится к регулирующим влияниям государства. С самого начала данного исследования мы подчеркивали, что с получением Украиной независимости в её региональной системе начали формироваться механизмы саморегуляции и саморазвития. По нашему мнению, одним из таких механизмов является взаимодействие между

регионами-полюсами региональной системы. Для теоретического анализа этого вопроса полезно обратиться к его разработке в географии.

Наиболее развитым направлением к описанию и анализу механизмов саморегуляции и саморазвития в различных системах является информационный подход. Для случая географических систем его оригинально разработал А. Арманд. Он считает, что «.Теоретические модели используют другие особенности информационного подхода - широкие возможности сопоставления объектов, различающихся по физической природе, но близкие по структуре. Это позволяет делать обобщения, находить закономерности, ускользающие при использовании других подходов. Для географии эта особенность информационного подхода имеет особую ценность в связи с неотчетливостью её закономерностей и интенсивными попытками построить основы её теории, предпринимаемые в последние годы» [1, с. 90].

Представляется, что такой подход может стать общим для социологии регионов и географии. Во всяком случае, методологические потребности у этих научных дисциплин в целом являются схожими. Особенно ценным в информационном подходе к изучению региональных систем является его способность обеспечить исследование в них процессов саморегулирования и самоорганизации. Следовательно, информационный подход позволяет применить идеи синергетики к пространственным общественным системам. Он ориентирует исследователей на изучение путей передачи информации в системе [1, с. 18]. При этом используются такие понятия как информация, шум, обратная связь, контур обратной связи. Обратная связь может быть позитивной или негативной, а это в свою очередь ведет к формированию в системе или самоусиливающихся (автокаталитических), или конкурирующих связей [1, с. 24-40]. Пространственные общественные системы принадлежат к системам высшей категории сложности. Это - «природно-социальные системы» [1, с. 55]. Необходимо учесть, что А. Арманд предложил все системы разделить на два класса - «дополнительные» и «однородные» [1, с. 55]. Примером первых является биологический организм, где органы не могут существовать без взаимной связи. Примером другого класса может быть лес, где отдельные деревья могут существовать и за его переделами. Сложные социально-географические системы, к которым принадлежат и региональные системы, объединяют обе характеристики.

А. Арманд пишет: «Преимущества тех и других совмещены в иерархических структурах, где между уровнями («по вертикали») реализуются дополнительные связи, а внутри уровня («по горизонтали») - однородные» [1, с. 100].

В нашем случае наличие политической формы региональной системы Украины, которую создает государство, усиливает ее как информационную систему. Во взаимодействии регионов и центра реализуется дополнительный принцип, а в отношениях между регионами - принцип однородности. Следовательно, объединение этих принципов усиливает конкуренцию между регионами и одновременно ведет к формированию их взаимозависимости в рамках национального целого. Интенсификация информационного взаимодействия между региональными полюсами Украины тоже может быть понята в этом методологическом ключе. Через систему позитивных и негативных связей формируются способы саморегуляции украинского национального организма в пространственном аспекте. Хотя опыт 2004 г. и 2013 - 2014 гг. и был драматическим и временами травматическим, но он свидетельствует именно в пользу этого вывода.

Безусловно, это пока только общие соображения по поводу возможностей применения информационного подхода к изучению региональных систем. Социологам нужно дать социологическую интерпретацию не только названых понятий, но и таких как «блоки управления», «усилители», «переключатели» и др. Но это имеет смысл и сможет придать новый импульс изучению элитных групп, системы коммуникации, в том числе и системы массовой коммуникации и их роли в процессах саморегулирования и самоорганизации в рамках региональной системы Украины.

Серьезный толчок этим исследованиям могут дать идеи исторического этнолога С. Лурье. Она пришла к выводу, что длительность существования этноса связана с наличием функционального внутриэтнического конфликта. Это понятие исследовательница переняла у Л. Козера, который считал, что конфликт между группами одного общества способствует становлению и сохранению идентичности и проведению границ этого общества. С. Лурье, отталкиваясь от этих представлений, делает вывод, что «...процесс самоструктурирования этноса происходит через внутриэтнический конфликт и, следовательно, модификация культурной традиции также связана с внутриэтниче-ским конфликтом» [7, с. 159]. Далее она, таким образом, углубляет это положение: «.Характер взаимодействия между различными внутриэтнически-ми группами определяется следующими двумя факторами: во-первых, адаптационной потребностью, а во-вторых, потребностью в выражении основных смыслов этнической культуры (ее «культурной темы»). И то и другое требует от этнической организации постоянного динамизма. И то и другое не может не приводить к постоянным внутриэтническим конфликтам, функцио-

нальным по своей сути. И то и другое - а особенно этот единый процесс, представляющий собой выражение основной этнической «культурной темы» в меняющихся условиях существования этноса, - выливается порой в целые мистерии, которые этнос проигрывает внутри себя» [7, с. 258].

О культурной теме исследовательница пишет так: «Ее можно представить в качестве идеологемы, имеющей некоторое значительное количество вариаций и обычно связанной с религиозными положениями, исповедуемыми этносом» [7, с. 442]. Примером такой темы в России является идея «Москва - Третий Рим - Святая Русь» [7, с. 260].

С. Лурье проанализировала основные культурные темы финнов, турок, армян, англичан и др. Фактором функционального внутриэтнического конфликта она объясняет совместимость или несовместимость контактирующих народов: «В случае близкого соприкосновения народов, имеющих различную структуру внутриэтнических конфликтов в сферах жизни, эту структуру затрагивающих, возникает противоречие, которое политологи тщетно пытаются объяснить внешними факторами» [7, с. 399]. Этнолог пришла к выводу, что наряду с функциональными конфликтами в этнических системах могут разворачиваться и дисфункциональные конфликты. По ее мнению: «.дисфункциональную смуту вызывает появление внутри этноса какой-либо ценностной ориентации, которая не может стать компонентой внутриэтнического процесса» [7, с. 159].

Исследовательница под внутриэтническими группами, как субъектами функционального конфликта, понимает социальные группы, часто генерализируя их до элитных групп и народных масс. Она, правда, не говорит про территориальные общности, но представляется вполне возможным поставить вопрос и в такой плоскости. В этом случае внутренний для этноса/нации функциональный конфликт будет отдельным случаем механизма саморегуляции и самоорганизации в рамках территориальной социальной системы.

В этом случае относительно региональной системы Украины нужно поставить вопрос о том, является ли конфликтное взаимодействие между Донбассом и Галичиной проявлением функционального конфликта, который способствует самоорганизации украинской нации. На первый взгляд, основные культурные темы Донбасса и Галичины, проявляющиеся в их общественных проектах, несовместимы между собой.

Особенно четко это проявляется в условиях общественного выбора между альтернативными путями общественного развития. Такую реакцию мы зафиксировали относительно Майдана и событий на Востоке Украины (Табл. 17).

Таблица 17. Распределение ответов на вопрос «Как бы Вы охарактеризовали события:» 2014 г. (% к ответившим)_

№ Характеристики На Майдане зимой 2013 - 2014 гг. В Донбассе весной 2014 г.

Донбасс п=674 Галичи- на п=626 Донбасс п=678 Галичи- на п = 576

1. Национальная революция 22,6 59,9 7,5 9,4

2. Борьба одной части правящего класса против другой (миллионеров против миллиардеров), в какую была втянута часть народа 40,8 10,4 20,2 22,4

3. Восстание народа, которое было поддержано национальной буржуазией 39,2 18,7 34,4 6,6

4. Борьба Востока и Запада Украины 8,6 7,0 32,0 28,3

5. Борьба между правящими группами в Украине, поддержанная внешними силами, и в которую была вовлечена часть народа 33,4 11,2 21,4 24,0

6. Борьба за национальную независимость 9,3 53,2 15,8 10,9

7. Борьба за права человека 12,3 55,6 27,0 8,3

8. Борьба за социальную справедливость 11,9 41,4 21,2 5,2

9. Духовное очищение 5,9 13,6 8,1 2,4

10. Разрушение государства 32,6 3,8 18,4 51,0

11. Силовой захват власти* 40,2 — 12,5 —

12. Внешняя агрессия 16,6 2,1 11,7 47,2

13. Криминальное восстание 12,9 2,1 11,9 28,1

14. Желание избежать фашизма 4,3 7,7 33,3 3,8

15. Желание правильных внешнеполитических отношений 8,8 17,1 14,0 4,7

16. Желание присоединиться к другой государственной структуре 6,4 3,7 30,1 30,4

17. Другое 1,6 0,6 2,4 0,3

Всего 307,4 308,0 322,0 283,2

Примечания: Респонденты могли выбирать несколько вариантов ответов в каждом столбике. Варианта ответа «силовой захват власти» при опросе в Галичине не было.

С другой стороны, у населения этих регионов в общественном сознании четко представлена ориентация на достижение исторического компромисса во имя единства страны. В наших исследованиях стабильно фиксировалось, что при осознании наличных противоречий между регионами, жители Донбасса и Галичины выражают стремление к взаимопониманию (Табл. 18, 19, 20, 21).

Таблица 18. Распределение ответов на вопрос «Существуют ли сейчас противоречия между Востоком и Западом Украины и если они существуют, то на какому уровне?» 2007 г. (%)____

№ п/п Варианты ответов Луганск п = 363 Львов п = 375 Стаханов п = 300 Дрого- быч п = 298 Села Луган-щины п = 100 Села Львов-щины п = 100

1. Противоречия существуют лишь между политиками, а на уровне населения их нет 30,6 42,9 26,0 47,3 22,0 54,0

2. Противоречия существуют как на уровне политиков, так и на уровне населения 45,5 43,7 52,7 37,6 57,0 29,0

3. Противоречия существуют на уровне населения, а не между политиками 7,2 4,3 6,7 2,3 3,0 2,0

4. Противоречии нет ни на каком уровне 0,8 0,8 3,7 1,3 - -

5. Затрудняюсь с ответом 15,2 8,0 9,7 11,1 16,0 15,0

6. Отказались отвечать 0,8 0,3 1,3 0,3 2,0 -

Таблица 19. Распределение ответов на вопрос «К каким отношениям между Востоком и Западом украины необходимо стремится?» 2007 г. (%)_

№ п/п Варианты ответов Луганск п = 363 Львов п = 375 Стаханов п = 300 Дрого- быч п = 298 Села Луган-щины п = 100 Села Львов-щины п = 100

1. Нужен компромисс 66,7 56,0 59,3 56,4 72,0 48,0

2. Необходимо, чтобы ценности Восточной Украины распространились на Запад 10,7 1,3 13,7 2,0 5,0 2,0

3. Необходимо, чтобы идеалы Западной Украины победили и на Востоке 2,8 23,5 4,3 26,8 1,0 17,0

4. Затрудняюсь с ответом 18,7 18,1 21,7 13,1 22,0 33,0

5. Отказались отвечать 1,1 1,1 1,0 1,7 - -

Таблица 20. Распределение ответов на вопрос «Существуют ли сейчас противоречия между Востоком и Западом Украины и если они существуют, то на какому уровне?» 2014 г. (%) __

№ п/ п Варианты ответов Донбасс

1. Противоречия существуют лишь между политиками, а на уровне населения их нет 18,7 25,4

2. Противоречия существуют как на уровне политиков, так и на уровне населения 65,6 61,4

3. Противоречия существуют на уровне населения, а не между политиками 6,2 4,2

4. Противоречии нет ни на каком уровне 0,6 1,4

5. Затрудняюсь с ответом 6,5 6,6

6. Не ответили 2,4 1,1

Таблица 40. Распределение ответов на вопрос «К каким отношениям между Востоком и Западом Украины необходимо стремится?» (%)_

№ п/п Варианты ответов Донбасс

1. Следует добиваться согласия через компромисс 69,1 61,5

2. Необходимо, чтобы ценности Восточной Украины распространились на Запад 12,1 2,0

3. Необходимо, чтобы идеалы Западной Украины победили и на Востоке 1,4 21,2

4. Затрудняюсь с ответом 14,4 14,0

5. Не ответили 3,1 1,2

Сейчас невозможно найти однозначных ответов на поставленные вопросы на основе имеющейся информации. Однако имеющиеся исследования уже способны ставить вопросы, ответы на которые способны приблизить Украину к достижению исторического компромисса между ее региональными полюсами. Этот компромисс предполагает объединение разорванной украинской истории в один метанарратив, что возможно при оборачивании взгляда общества вперед, на поиск общеукраинского проекта развития. Этот компромисс может позволить Украине остановить дрейф к периферии мировой капиталистической системы. А отношения между регионами-полюсами могут придать импульс развитию всей региональной системы. Во всяком случае, именно на это должна быль нацелена государственная региональная политика и усилия гражданского общества.

Приложение. Характеристики выборочных совокупностей

Опрос 2007 г. Точки опроса:

Львов (п = 375 чел.): Женщины - 52,7%; мужчины - 47,3%; люди в возрасте 18 -29 лет - 26,4%: 30 - 59 лет - 51,5%; 60 лет и старше - 22,2%; люди с высшим образованием - 32,8%; со средним специальным - 22,1%; с полным средним - 32,5%; с неполным средним - 8,5%; начальной - 1,6%; не дали ответа об образовании - 2,4%.

Луганск (п = 363 чел.): Женщины - 54,5%; мужчины - 45,5%; люди в возрасте 18 - 29 лет - 25,9%: 30 - 59 лет - 51,5%; 60 лет и старше - 21,8%; люди с высшим образованием - 26,2%; со средним специальным - 22,6%; с полным средним - 34,7%; с неполным средним - 12,1%; начальной - 4,4%.

Дрогобыч (п = 298 чел.): Женщины - 52,3%; мужчины - 47,7%; люди в возрасте 18 - 29 лет - 25,8%: 30 - 59 лет - 53,7%; 60 лет и старше - 20,5%; люди с высшим образованием - 23,5%; со средним специальным - 22,8%; с полным средним - 35,2%; с неполным средним - 10,7%; начальной - 3,7%; не дали ответа об образовании - 4%.

Стаханов (п = 300 чел.): Женщины - 57%; мужчины - 43%; люди в возрасте 18 -29 лет - 22,3%: 30 - 59 лет - 53,3%; 60 лет и старше - 24,3%; люди с высшим образованием - 18,3%; со средним специальным - 31%; с полным средним - 26,3%; с неполным средним - 12%; начальной - 9%; не дали ответа об образовании - 3,3%.

Села Львовской области (п = 100 чел.): Женщины - 52%; мужчины - 48%; люди в возрасте 18 - 29 лет - 24%: 30 - 59 лет - 46%; 60 лет и старше - 30%; люди с высшим образованием - 10%; со средним специальным - 21%; с полным средним - 34%; с неполным средним - 18%; начальной - 17%.

Села Луганской области (п = 100 чел.): Женщины - 56%; мужчины - 44%; люди в возрасте 18 - 29 лет - 20%: 30 - 59 лет - 46%; 60 лет и старше - 34%; люди с высшим образованием - 8%; со средним специальным - 23%; с полным средним - 36%; с неполным средним - 23%; начальной - 10%.

Опрос 2014 г.

В Донецкой области (п = 457): Донецк (крупный город), Артемовск (большой город), Торез, Снежное (средние города), Дебальцево (малый город) и села Донецкой области;

В Луганской области(п = 291): Луганск (крупный город), Красный Луч (большой город), Свердловск, Первомайск (средние города), Кировск, Старобельск (малые города) и села Луганской области;

Во Львовской области (п =454): Львов (крупный город), Дрогобыч (средний город), Самбор (малое) и села Львовской области;

В Ивано-Франковской области(п =277): Ивано-Франковск (большой город), Ка-луш, Коломыя (средние), Болехов, Яремче (малые) и села Ивано-Франковской области.

Литература

1. Арманд А.Д. Самоорганизация и саморегулирование географических систем. М.: Наука, 1988.

2. Балакина Г.Ф. Тувинские реалии перехода к рынку // Социс. 1998. №6.

3. Гудь Б. УкраТнц - поляки: хто винен? У пошуках першопричини украТнсько-польських конфлк^в першоТ половини ХХ столбя. Львiв, 2000.

4. Кононов И.Ф. «Европейская хартия региональных языков или языков меньшинств» и демократический процесс в Украине // В^ник ЛНПУ iм. Тараса Шевченка. Фшолопчт науки. 2006. №14 (109). Ч. 2.

5. Кононов 1.Ф. УкраТна: шлях на периферю свтовоТ каттал^тичноТ системи (соцiологiчний аналiз) // В^ник Луганського нацiонального унiверситету iм. Тараса Шевченка. Соцюлопчы науки. 2012. №23(258).

6. Кутуев П. Методологические основы мир-системного анализа: парадигма Иммануила Валлерстайна и его школы // Социология: теория, методы, маркетинг. 2003.

7. Лурье С.В. Историческая этнология. М.: Аспект Пресс, 1997.

8. Штомпка П. Социальное изменение как травма // Социс. 2001. №1.

References

1. Armand A.D. Samoorganizatsiya i samoregulirovanie geograficheskikh sistem. M.: Nauka, 1988.

2. Balakina G.F. Tuvinskie realii perekhoda k rynku. Sotsis. 1998. №6.

3. Gud' B. Ukraíntsi - polyaki: khto vinen? U poshukakh pershoprichini ukraín-s'ko-pol's'kikh konfliktiv pershoí polovini KhKh stolittya. L'viv, 2000.

4. Kononov I.F. «Evropeiskaya khartiya regional'nykh yazykov ili yazykov men'shinstv» i demokraticheskii protsess v Ukraine. Visnik LNPU im. Tarasa Shevchenka. Filologichni nauki. 2006. №14(109). Ch. 2.

5. Kononov I.F. Ukraína: shlyakh na periferiyu svitovoí kapitalistichnoí sis-temi (sotsiologichnii analiz). Visnik Lugans'kogo natsional'nogo universitetu im. Tarasa Shevchenka. Sotsiologichni nauki. 2012. №23(258).

6. Kutuev P. Metodologicheskie osnovy mir-sistemnogo analiza: paradigma Immanuila Vallerstaina i ego shkoly // Sotsiologiya: teoriya, metody, marketing. 2003.

7. Lur'e S.V. Istoricheskaya etnologiya. M.: Aspekt Press, 1997.

8. Shtompka P. Sotsial'noe izmenenie kak travma. Sotsis. 2001. №1.