От невинности до искушенности

В Париже — неделя фотографии. Кроме ярмарки Paris Photo c полутора сотней участников и многочисленных выставок, тут проводят свои специализированные аукционы Sotheby's и Christie's.

История фотографии не так длинна, чтобы всю ее невозможно было бы вместить в один хороший аукцион. Первые шаги фотографии — это дагерротип 1840-х годов, мутное позитивное изображение городка Пьерфон, созданное парами ртути на слое йодистого серебра под присмотром неизвестного автора. Для фотографии это эпоха невинности: снимок вызывал восторг самой возможностью своего волшебного существования (Sotheby's, €30-40 тыс.). Потом фотография начала обретать силу. Исследователи спорят, случайностью ли были странные искажения реальности на безобидных парижских видах Эжена Атже — недостатками ли техники вызваны эти отражения в витринах? В стеклянной двери ресторана "Барабан" видна фигура фотографа и его выплывающее из ниоткуда лицо; Марсель Дюшан был уверен, что Атже выдумал сюрреализм ("У "Барабана"", Christie's, 1908, €40-60 тыс.).

Венский фотограф Мориц Нэр в 1910 году сделал портрет своего друга, художника Густава Климта, по всем правилам "венских мастерских": нарочитый пуризм, геометричность, контрасты. Равнодушный взгляд кошки подчеркивает вакхически-безумное выражение лица человека (Sotheby's, €15-20 тыс.). Техника фотографии дала такие возможности для манипуляции формами и смыслами, что их не удавалось исчерпать несколько десятилетий. Использование эффекта соляризации ("пересвечивания" негативов, в результате которого темное вновь становится светлым) дало Ману Рею возможность полемизировать с Гегелем и Марксом. "Примат материи над сознанием" посредством химического процесса извлекает контуры женского лица из небытия, будто бы из области духа (1929, Christie's, €180-220 тыс.). Эксперименты над живым и мертвым, отвержение классического искусства и новое приятие его — эти авангардистские штучки могли быть и игрой, и философией. Плодами стали "Венера Медичи" Мана Рея, где к торсу статуи "приделана" голова живой женщины (1935-1937, Sotheby's, €25-38 тыс.), и "портрет" посмертной маски Модильяни (1929, Christie's, €100-150 тыс.).

Удивительным соединением репортерской зоркости и изысканного формального эксперимента выглядит парижский снимок Андре Кертеса, с рабочими, монтирующими на стенах кабель (1928-1929, Sotheby's, €80-120 тыс.). Его же сюрреалистическое "Искажение N172" (1933, Christie's, €30-40 тыс.) превращает тело обнаженной натурщицы в ирреальный фантом очень практическим способом: фотограф купил на блошином рынке гибкое зеркало и снимал отражение в нем.

Создание в 1947 году агентства "Магнум" в Париже можно считать новым обращением к реальности: оно объединяет фотожурналистов, да и поводом стала необходимость отстаивать свои авторские права. А можно и не считать: требование идейного вдохновителя агентства, Анри Картье-Брессона, избегать постановочных съемок и кадрирования фотографий, в сущности, ничем не ограничивали индивидуальной манеры членов объединения.

В нынешнем году Magnum отмечает 65-летие: специально по этому случаю выпущен альбом "Обнаженные Магнум", который будет продан на Sotheby's (€100-200 тыс.). В него входят 65 работ 65 членов объединения из архивов Magnum, многие из которых не были раньше опубликованы. Поэтому отгадывать, кому принадлежит какая фотография, становится дополнительной игрой. Тут есть работы "отцов-основателей" — Анри Картье-Брессона, Роберта Капы, Джорджа Роджерса и Дэвида "Чима" Сеймура — и современных мастеров, например Брюса Дэвидсона и Паоло Пеллегрина. Они то лепят своих моделей, как скульптуру, то подсматривают за ними, выхватывают мгновение жизни или создают нечто безвременное, рассказывают анекдоты или размышляют о смысле жизни. Тут есть нагие дети, мужчины и женщины; художественно обнаженная спина Мэрилин Монро и бесстыдно голое брюхо бродячей собаки.

Париж, 16, 17 ноября