Литературная родня

Большинство героев Гоголя — собирательные и прототипов у них нет. Но некоторые связаны родственными узами с самим писателем. Не зря историк Ключевский считал: «Гоголь не писал просто, а разыгрывал самого [себя]»

Возможный прапрадед

Среди возможных прототипов Тараса Бульбы называют и предка Николая Васильевича Гоголя — Остапа Гоголя. Он был участником восстания Богдана Хмельницкого, а в 70-е годы XVII века стал гетманом Правобережной Украины, оставшейся под властью Польши. Но никаких эпических событий, хотя бы отдаленно напоминающих судьбу гоголевского героя, на его жизнь не выпало. Впрочем, исследователи сомневаются, а был ли Остап Гоголь родней классику. Ведь дед писателя, Афанасий Гоголь-Яновский, оформляя документы на дворянство, назвал своего деда, жившего в конце XVII века, Андреем, а не Остапом.

Может быть, дед?

Вымышленный Гоголем издатель, имя которого стоит на «Вечерах на хуторе близ Диканьки»,— «пасечник Рудый Панько». Если учесть, что деда Гоголя по отцовской линии звали Афанасием, то представляется убедительной версия об автобиографическом подтексте имени Панька. А Рудый значит рыжий (да ведь и сам Николай Васильевич был рыжим).

Дед и бабушка!

Исследователи гоголевского творчества считают местом действия событий из повести «Старосветские помещики» Васильевку, где находилось имение рода писателя. Прототипом Пульхерии Ивановны оказывается Татьяна Семеновна, бабушка писателя. Образ Афанасия Ивановича писатель срисовал со своего дедушки — Афанасия Демьяновича. Литературоведы, изучающие жизнь предков писателя, считают, что жизнь их не была столь спокойной и умиротворенной, как у героев повести.