Беспремьерная страница в истории

актив

Вчера президент России Владимир Путин встретился с руководством Федерального собрания и лидерами думских фракций. Специальный корреспондент Ъ АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ считает, впрочем, что главный смысл мероприятия состоял в отсутствии на нем председателя правительства РФ Михаила Фрадкова.

В этой встрече должен был принять участие председатель правительства Михаил Фрадков. На фоне активно опровергаемых Белым домом слухов о близкой отставке премьера его участие во встрече представляло особый интерес.

Еще больший интерес вызвало его отсутствие на этой встрече. Более того, ее начало задерживалось потому, что президент встречался с Михаилом Фрадковым один на один. И эта встреча продолжалась около полутора часов. Ни разу за весь прошлый год у них не было повода обсуждать на плановой еженедельной встрече в среду что бы то ни было больше 40 минут.

О чем же они могли столько говорить вчера? Можно предположить — только о том, что может быть интересно обоим, то есть о личном. Например, они могли обсуждать вопрос трудоустройства одного из них. Вывод такой уже просто напрашивался.

Предчувствие очередных интересных событий и связанные с ними тревога, сосредоточенность и уныние усугублялись тем, что на мероприятие пришел заместитель господина Фрадкова Александр Жуков.

Встреча в Представительском кабинете Кремля началась в итоге с сорокаминутным опозданием. От Госдумы пришли спикер Борис Грызлов, вице-спикер Владимир Жириновский (фракция ЛДПР) и лидеры фракций Геннадий Зюганов (КПРФ) и Дмитрий Рогозин ("Родина"), от Совета федерации — его председатель Сергей Миронов и заместители Дмитрий Мезенцев, Александр Торшин и Светлана Орлова.

Господин Путин начал с повторения пройденного. В его вступительном слове прозвучали практически все идеи, которые он уже изложил в послании, адресованном Федеральному собранию (см. Ъ от 26 апреля), то есть буквально этим же людям.

Он и сначала сам сказал, что хочет понять, как лучше реализовать эти идеи. И тут же лично до предела усугубил интригу вокруг неявки премьера:

— Читая послание, я видел и реакцию зала, и со многими из вас говорил по разным аспектам этого послания,— казалось, Владимир Путин сделал лирическое отступление.— 10 мая, вы, наверное, знаете об этом, мною подписано и направлено в правительство поручение по исполнению этих идей. Хотя уже до этого правительство обсуждало данный документ и принимало свои решения, поэтому сегодня я пригласил Александра Дмитриевича Жукова, чтобы вместе с вице-премьером поговорить по всем этим проблемам.

Что же это за проблемы? Выяснилось, что речь идет о макроэкономических вопросах, решение которых по определению предполагает участие во встрече председателя правительства РФ:

— Это удвоение валового внутреннего продукта, преодоление бедности и модернизация армии, это стратегические вопросы развития страны. Их невозможно вписать в квартальные или даже годовые рамки (а это как раз то, что должен делать по идее господин Жуков.—А. К.). Они требуют комплексного, поэтапного решения, требуют постоянного внимания всех ветвей власти: и законодательной, и исполнительной, и судебной.

Еще минут десять президент России монотонно рассказывал о том, что надо создавать условия для увеличения инвестиционной активности, о повышении зарплаты бюджетникам (в полтора раза за три года "вне зависимости от конъюнктуры цен на мировых рынках"), о необходимости института парламентских расследований, о новом порядке выдвижения кандидатов на пост губернатора.

— Одним из кандидатов, как я уже говорил,— президент сам обратил внимание на то, что он в этот день постоянно повторяется,— на этот пост может быть предложен представитель партии, победившей на региональных выборах.

Он выразил надежду на то, что у присутствующих есть своя точка зрения и по поводу гражданского контроля за деятельностью средств массовой информации.

— Мы с представителями государственных СМИ обязательно соответствующую работу проведем и будем нацеливать их, как я уже говорил, на обеспечение равного доступа политических сил — во всяком случае, к государственным средствам массовой информации.

Нам не удалось узнать, была ли у присутствующих своя точка зрения по этому щекотливому вопросу: журналистов после вступительного слова президента попросили покинуть помещение. Но понятно, впрочем, что именно такой доступ является, возможно, главным предметом чаяний и с некоторых пор вершиной политических амбиций и господина Зюганова, и господина Жириновского.

В этот день президент, как оказалось, был разговорчив не только с председателем правительства. Встреча с лучшими представителями Федерального собрания продолжалась больше трех часов.

— На сегодняшней встрече витал объединительный дух Победы! — торжествующе произнес Дмитрий Рогозин, подойдя к журналистам, как только она закончилась.— Сегодня на встрече был создан политический совет национальной безопасности.

Но ничего страшного: как выяснилось, это была просто фигура речи. Дмитрий Рогозин имел в виду, что диалог с президентом ему понравился.

— Впервые,— заявил он,— оппозиционные фракции принимают участие в выработке политических решений! Президент сделал реальный шаг к демократизации общества!

Дмитрий Рогозин угодил, таким образом, в самую простую из всех возможных ловушек на своем скользком пути: он согласился отвечать за все происходящее в стране (в том числе, значит, и за возможную отставку главы кабинета министров). Ему идея личной ответственности за все происходящее, вне всякого сомнения, нравится (ведь отвечать пока не начал).

Господин Жириновский рассказал, как он предложил президенту, чтобы в региональных выборах, как и в федеральных, участвовали только политические партии. Все остальные движения и отдельные граждане господину Жириновскому, видимо, только мешают, отвлекая на себя дополнительные силы и, главное, средства.

Коснувшись тревожного международного положения, господин Жириновский заявил, что если левая оппозиция не будет сопротивляться консолидированным решениям (тут он с явным недоверием посмотрел на Геннадия Зюганова), "то все будет спокойно". Владимир Жириновский имел в виду, безусловно, угрозу "цветных" революций в России.

На это Геннадий Зюганов благоразумно пожал плечами:
— Владимир Вольфович! Главное — чтобы ЦСКА сегодня выиграл.

Позже лидер КПРФ, впрочем, посчитал нужным добавить, что "последние события в Грузии, на Украине и в Киргизии заставляют нас быть бдительными и умными".

Очевидно, что до сих пор необходимости быть таким у него не возникало.

Надо отметить, что одну из главных идей этого разговора озвучил между тем Борис Грызлов. Он рассказал, что участники встречи договорились скорректировать одну мысль послания господина Путина, которую он повторил в начале этой встречи. Руководство Федерального собрания отныне считает, что кандидатуру на пост губернатора должна предлагать президенту не партия, победившая на региональных выборах, а парламентское большинство в законодательном собрании.

Оставалось понять, что такое парламентское большинство. Источник Ъ в администрации президента России сжалился и пояснил, что имеются в виду 50% плюс один депутатский голос.

Все это время про отставку премьера не было произнесено ни одного слова. В неофициальных разговорах они как один отказывались комментировать эти слухи. Это тут же порождало новые слухи, гораздо более уверенные.

Тем временем к микрофонам как-то нехотя подошла следующая четверка — господа Миронов, Орлова, Мезенцев и Торшин. Затем Светлана Орлова совсем уж нехотя поделилась информацией о том, что президенту была предложена конкретная программа из 14 пунктов по амнистии капитала (см. материал на этой же странице). Главным пунктом в этой программе она сама считает сокращение ставки налога для капитала, прошедшего процедуру амнистии, "с тринадцати процентов до трех-четырех".

— Амнистия,— сказала госпожа Орлова,— должна быть прозрачной, и каждый должен понимать, что лично он получит от такой амнистии.

Надеюсь, она не имела в виду ни себя, ни кого-то из присутствующих.

Между тем следовало признать, что главный эффект этого дня состоял в том, что если до сих пор слух об отставке господина Фрадкова было неловко даже повторять ввиду его эфемерности, то теперь в разговоре с приличными людьми неловко будет не произнести на этот счет хотя бы пары многозначительных намеков.

И если история будет развиваться такими же темпами, то уже близок тот красный день календаря, когда господин Фрадков просто не сможет не уйти со своего поста, так как его пребывание будет вызывать общее недоумение и даже изумление.