2004. 03. 021. Всеволодова М. В. , КИМ ТЭ Чжин. Система значений и употребление форм настоящего времени русского глагола (в зеркале корейского языка): фрагмент функционально-коммуникативной прикладной грамматики. - М. : макс Пресс, 2002. - 172 с

2004.03.021. ВСЕВОЛОДОВА М.В., КИМ ТЭ ЧЖИН. СИСТЕМА ЗНАЧЕНИЙ И УПОТРЕБЛЕНИЕ ФОРМ НАСТОЯЩЕГО ВРЕМЕНИ РУССКОГО ГЛАГОЛА (В ЗЕРКАЛЕ КОРЕЙСКОГО ЯЗЫКА): Фрагмент функционально-коммуникативной прикладной грамматики. - М.: МАКС Пресс, 2002. - 172 с.

В работе представлена система прямых и переносных употреблений форм настоящего времени русского глагола с перечислением наиболее типичных для каждого случая контекстуальных маркеров. Все случаи даны в сопоставлении с корейским языком.

Как показал материал, формы настоящего времени русского глагола в их прямом употреблении способны выразить широкий спектр значений. Основной оппозицией является оппозиция реального и виртуального времени как времени осуществления действия в объективной действительности и времени осуществления воображаемого действия. Как реальное, так и виртуальное настоящее в свою очередь представлены оппози-тивной системой значений, каждое из которых обычно реализуется в двух или трех семантических разновидностях. Дерево оппозиции представлено в табл. (с. 93). Каждое значение рассматривается по следующему плану: 1) семантические значения; 2) системные конкретизаторы; 3) режим речи, тип текста; 4) возможности транспозиции; 5) корейские корреляты.

Автор дает следующие основные семантические характеристики выделенных значений.

1. Реальное настоящее. Настоящее актуальное - время действия, признака или состояния, имеющего место в момент речи независимо от степени его распространения в прошлое и в будущее. Настоящее наблюдаемое - это время, совпадающее с моментом звучащей или внутренне проговариваемой речи.

Процессное (единичное линейное) - действие или событие, осуществляющееся как непрерывный, линейный единичный процесс в самой звучащей или внутренне проговариваемой речи, не распространяемое на более или менее отдаленное прошедшее или будущее: Сейчас его отец дома смотрит телевизор; Таня, что ты делаешь?

Чередующиеся - действие или состояние (разные, два и более), чередующиеся в самый момент речи и не распространяемые на более или менее отдаленное прошедшее или будущее: Посмотри на нее: она то плачет, то смеется; Видно, что она нервничает: садится(и) вскакивает, садится(и) вскакивает.

Настоящее расширенное/постоянное - обозначающее единичное линейное действие, состояние, признак, имеющие место в момент речи и распространяющиеся на достаточно длительные отрезки в прошлое и, возможно, в будущее: И давно ее любит?; он много лет работает на нашей фабрике; Тридцать пять плюс шестнадцать составляет пятьдесят один.

1.2. Настоящее неактуальное - повторяющиеся действия, события, признаки, необязательно имеющие место в момент речи.

1.2.1. Настоящее неактуальное неосложненное. Настоящее абстрактное - конкретные повторяющиеся действия и состояния, которые в сам момент речи необязательно имеют место. Настоящее собственно абстрактное - повторяющиеся действия, осуществля-ющиеся не в момент речи: Он всегда обедает именно в это время; Дочь обычно тихо играет па полу, пока мать пьет за столом или лежа на тахте.

Циклические действия, события и состояния - время действий, состояний, периодически повторяющихся необязательно в момент речи; Левый берег низкий, его широко заливает в половодье. На заливных лугах косят богатую траву и складывают сено в стога.

Качественные характеристики референтного субъекта / референтного класса субъектов - время действия или состояния, характеризующих субъект и провторяющихся необязательно в момент речи: Этот телевизор хорошо работает; Мир имеет начало во времени и границы в пространстве.

Настоящее типическое - время, называющие типические действия, состояния. Настоящее типическое - разного рода сентенции, обобщения

- повторяющиеся действия или состояния, совершающиеся не в момент речи, характеризуемые говорящим как типичные; высказывание имеет значение обобщенности: Слава -дурная или добрая — долго живет, и чем она хуже, тем долговечнее; и кто женится на разведенной, тот прелюбодействует. Настоящее типическое - типические действия, состояния и отношения нереферентных субъектов / классов субъектов - время, характеризующее действия и состояния нереферентных субъектов / классов субъектов как обычные, типические для определенных условий: Если человек винит окружающих, обычно он сам больше всех виноват; Наш брат бьется, как рыба о лед, из-за куска хлеба, а им все достается даром.

1.2.2. Настоящее неактуальное потенциальное. Настоящее потенциальное с модальностью ‘уметь’ / ‘мочь’ - время обобщенных действий,

осуществляющихся не в момент речи: Он много смешных слов знает и на гитаре играет; Этот мужчина прекрасно шьет. Настоящее потенциальное с модальностью ‘должен’ / ‘обязан’ - время действия, повторяющегося не в момент речи и рассматриваемого как должное происходить в определенных ситуациях: Принтер устанавливается на ровной, плоской, прочной и устойчивой поверхности вблизи компьютера; Дежурный мастер проверяет готовность установки к пуску и отдает приказание о начале работы.

2. Настоящее виртуальное. 2.1. Настоящее виртуальное воображения - время действий, состояний или событий, осуществляющихся в воображении: Вообразим на минуту, что человек свободно перемещается во времени как в прошлое, так и в будущее; Жму вам искренно руку и остаюсь преданный вам. 2.2. Настоящее виртуальное изображения.

2.2.1. Настоящее изобразительное - время действий или состояний, отражающее поэтическую или изобразительную функцию языка: «Поет зима

- аукает. Мохнатый лес баюкает...; О, время! Вечности, подвижное зерцало! Все рушится, падет под дланию твоей/»...2.2.2. Настоящее сценическое - время действий, состояний, обозначающее одновременность не с моментом речи, а с одним из моментов 'сценического времени' «Зажигает свет, взглядывает на Марусю; Бабаев (Отдает деньги). Вот извольте... Мне, право, совестно».

Сценическое экспозиции: Во дворце царит веселая суматоха. Все готовятся к встрече Тартаньи, Играет духовой оркестр (Филатов. «Любовь к трем апельсинам»).

Сценическое нарративное. Сценическое нарративное одноактное: Появляются Тарталья, Труффальдино и Смеральдина (Филатов. Там же). Сценическое нарративное процессное: Тарталья и Труффальдино продолжают катить апельсин (Филатов. Там же).

Процессное, расширенное и абстрактное настоящее в качестве основных имеют свои типичные маркеры, соответственно сейчас, теперь и обычно.

В русском языке выделяются два типа случаев транспозиции ФНВ в микрополе прошедшего и микрополе будущего. Употребление транспозиции-1 и -2 в рамках предложения (настоящее, обусловленное типом предложения) и употребление в рамках дискурса (настоящее, обусловленное типом текста, дискурса). Случаи, обусловленные типом предложения, возможны в разных типах и регистрах текста.

О транспозиции, обусловленной типом предложения, можно говорить по отношению к сложному предложению определенной структурносемантической организации. Эти предложения состоят из двух типов информации: логико-теоретическая информация (авторизационная часть) и фактографическая информация. Фактографическая часть может присоединяться к авторизационной тремя способами: бессоюзной, союзными что и как (что-Р предложения) и союзными словами как, что, где, когда и пр. (как -Р предложения). При рассмотрении прямого и переносного употребления ФНВ глагола оказалось необходимым наряду с субъектом речи в рамках сложного предложения выделить и роль адресанта - автора всего высказывания, эксплицитно в предложении обычно не представленного. Синтаксическое время предложения определяет авторизационный глагол.

В фактографической части в принципе возможны все ФВ глагола, но они всегда ориентированы не на время речи адресанта, а на время субъекта речи, т.е. на время авторизационного глагола. Глагол речи в авторизационной части в ФПВ или в ФБВ при ФНВ фактографического глагола не дифференцирован относительно актуальности / неактуальности происходящего для адресанта. Если при ФНВ фактографического глагола с авторизационным глаголом речи ситуация для адресата является актуальной, налицо собственно прямое употребление ФНВ, несмотря на формальное несовпадение морфологического времени глагола и синтаксического времени предложения. Именно здесь ориентация на субъективную ось времени оказывается сильнее формального синтаксического времени предложения. Если фактографическая ситуация является для адресанта неактуальной, можно говорить об ориентации времени фактографического глагола только на время авторизационного глагола. При глаголах речемыслительной деятельности фактографический глагол всегда употребляется в своем прямом (по отношению к авторизационному глаголу) значении, поскольку разновременность факта сообщения и сообщаемого факта возможна. Соответственно транспозиция ФПВ и ФБВ вместо ФНВ невозможна, т.е. фактически невозможно их прямое употребление. При глаголах восприятия возможна только одновременность факта сообщения и сообщаемого факта, что обусловливает возможность прямого употребления ФПВ при авторизационном глаголе в ФПВ и переносного употребления ФНВ при авторизационном глаголе в ФБВ. Наличие маркеров субъективной оси времени типа вчера в составе предложения кладет запрет на транспозицию-1. Употребление показателей по-

вторяемости со значением многократности при транспозиции-1 возможно. Первичные и вторичные информативные тексты различаются типами системных конкретизаторов: показатели календарной оси времени, во-первых, и лексические маркеры «чужого» авторства, во-вторых. Прямое употребление ФПВ не имеет ограничений.

В отличие от всех других случаев в единичном линейном действии важным фактором является такая координата категории предикативности, как лицо. Анализ показал следующее.

1. Только 1-е л. ед. ч. (я-предложения) однозначно маркируют ФНВ как транспозицию-1: Вот ты где, а я тебя уже полчаса ищу (= искал).

2. Мы-/вы-/ты-предложения дают две возможности интерпретации: 1) в случае, если говорящий и другие участники действуют как одна группа, налицо транспозиция-1: Вот он где, а мы его два часа ищем (=искали),/ а ты его два часа ищешь (=искал)/ а вы его два часа ищете (искали); 2) в случае, если говорящий действует отдельно от других участников, т.е. действие для других участников не прекращено, продолжается, - налицо расширенное настоящее: Вот ты где, а мы тебя два часа ищем (=я нашел, а другие еще ищут); Он вон там сидит, а ты его два часа ищешь/ а вы его два часа ищете (еще не нашел/не нашли.

3. Он-/Они-предложения всегда маркируют ФНВ как расширенное настоящее: Вот ты где, а они ищут тебя два часа (= продолжают искать). Таким образом, здесь налицо активное участие координаты «лицо» в интерпретации категории времени.

«Прошедшее, совершившееся в момент речи перед моментом речи», и «длительное прошедшее, прекратившееся в момент речи, различаются тем, что в первом случае ФНВ коррелирует с ФПВ СВ, а во втором

- с ФПВ НВ. ФНВ как транспозиция-1 в значении «длительное прошедшее, прекратившееся в момент речи», однозначно реализуется в я-предложениях, имеет двойную интерпретацию (транспозиция-1 и НР) в зависимости от конкретной ситуации в ты-/мы-/вы-, предложениях и только как НР в он-/они-предложениях. Таким образом, здесь налицо активное участие категории «лицо». В отличие от других значений, перфектное настоящее перформативных глаголов обозначает одноактное речевое действие и употребляется не только в я-предложениях, но и при передаче чужой речи (он-/они-предложениях). При наличии принципиальной возможности прямого употребления ФПВ вместо ФНВ во всех трех случаях наличие дименсива со значением маркированного незавер-

шенного времени типа «второй час», «уже два часа» обусловливает обязательное употребление ФНВ в транспозиции-1.

Из всех монологических коммуникативных текстов наибольшей свободой в выборе форм времени глагола характеризуется рассказ об эпизоде, где наряду с прямым употреблением ФПВ системны транспозиции ФНВ и ФБВ. Для всех других типов текстов характерна в основном транспозиция-1. Транспозиция-1 может сопровождаться переводом глагола в инициальную позицию и в устной реализации - ИК-6.

Закономерности употребления форм времени глагола в текстах о виртуальных событиях определяются спецификой этих текстов, в том числе не в последнюю очередь эстетическими и изобразительными задачами авторов/рассказчиков. Анекдот, как и художественный текст, может быть реализован (полностью или частично) как в ФПВ, так и в ФНВ. Но в отличие от художественного текста, транспозиция ФБВ в авторской речи в анекдоте не встречается. Как и в бытовом рассказе, транспозиция-1 часто сопровождается тематизацией глагола и ИК-6. В корейском языке в анекдотах наиболее частотно употребляется формант прошедшего времени -оттда/-аттда. Особенности употребления форм времени глагола в коммуникативном регистре (устная реализация) в реальном (бытовой рассказ) и виртуальном (анекдот) времени представлены в табл. (с. 144).

В рамках режимов речи оказалась релевантной принадлежность текста к нарративному или коммуникативному режиму, а в рамках режима - к устной или письменной его реализации. Для нарративного режима существенной оказалась принадлежность к собственно художественному (репродуктивному по своей сути) или к информативному типам текста. Для коммуникативного режима - к диалогическому или к монологическому дискурсу.

В рамках диалогического дискурса удалось выделить три разных случая транспозиции-1, которые традиционно рассматривают в рамках прямого употребления, однако, возможность употребления ФПВ в ее прямом значении позволяет определить эти случаи как транспозицию, что подтверждается соответствующими корейскими коррелятами, где возможны только ФПВ в их прямом употреблении. Как правило, во всех случаях возможно прямое употребление ФПВ, за исключением длительного прошедшего, прекратившегося в момент речи, если дименсив выражен именными темпоральными группами типа второй час или уже два часа (ищу). Таким образом, налицо случаи облигаторного употребления

транспозиции. В коммуникативном режиме в качестве маркеров прошедшего времени активно выступают интонация и порядок слов.

О.К.Клименко

ЛЕКСИКОЛОГИЯ. ФРАЗЕОЛОГИЯ. ЛЕКСИКОГРАФИЯ

2004.03.022. МЕРЗЛЯКОВА А.Х. ТИПЫ СЕМАНТИЧЕСКОГО

ВАРЬИРОВАНИЯ ПРИЛАГАТЕЛЬНЫХ ПОЛЯ «ВОСПРИЯТИЕ»: (НА МАТЕРИАЛЕ АНГЛИЙСКОГО, РУССКОГО И ФРАНЦУЗСКОГО ЯЗЫКОВ). - М.: Едиториал УРСС, 2003. - 352 с. - Библиогр.: с. 301-331.

Монография состоит из предисловия, шести разделов (Общие проблемы лексической семантики. Методы исследования поля «Восприятие»; Виды метафорических и метонимических переносов прилагательных; Семантическое варьирование прилагательных цветообозначения; Семантическое варьирование прилагательных вкусообозначения; Семантическое варьирование прилагательных, обозначающих признаки, воспринимаемые на слух; Семантическое варьирование прилагательных, передающих температурный признак), заключения, списка литературы и приложения. Исследование посвящено выявлению моделей семантического варьирования в области адъективной лексики, в частности метафорического и метонимического переносов значений качественных прилагательных английского, русского и французского языков.

В первом разделе определяются исходные положения, составляющие основу данного исследования. Лексическое значение понимается как информация о части того или иного концепта, сформированного в результате познания действительности и обобщенного коллективным сознанием носителей языка. В структуре слова лексические значения образуют семантическую сеть и различаются как первичные и производные, прямые и переносные, свободные и фразеологически связанные. В качественных прилагательных выделяется основное значение (информация об объективном чувственно воспринимаемом признаке), являющееся контекстуально необусловленным, частотным, устойчивым, продуктивным и немотивированным.

В структуре значения перцептивных прилагательных присутствует указание на прототипический носитель признака или прототипическую норму признака, что позволяет рассматривать его как прототипическое значение. Это значение является основой для формирования лексикосемантических вариантов и многочисленных варьирований, которые