Болотные скрепы

На Apple TV+ выходит мини-сериал «Змей в Эссексе», экранизация бестселлера Сары Перри, в котором в лучших викторианских традициях и пропорциях объединены готический роман, мелодрама и социальная утопия.

Фото: Apple TV+; See-Saw Films

Решительная эмансипе Кора Сиборн (Клэр Дейнс) после смерти мужа оказывается предоставлена сама себе. Взяв в охапку задумчивого сынишку, вместе с компаньонкой Мартой (Хейли Сквайрс) она перебирается из Лондона в Эссекс, чтобы удовлетворить свое околонаучное любопытство: в газетах пишут, что в болотистой провинции пробудилось древнее чудовище — гигантский водяной змей, который охотится на местных жителей. На дворе 1893 год, стремительно развивается наука, идущая рука об руку с техническим прогрессом, но рыбаки в прибрежной деревушке Олдвинтер подвержены самым диким суевериям. Найдя в канаве недалеко от воды труп пропавшей девочки, они решают, что сам дьявол явился в облике змея, чтобы наказать общину за грехи. Но Кора полагает, что зловещая история имеет рациональное объяснение. Просто в прибрежной воде завелось какое-то редкое животное — вроде плезиозавров, которые обитали тут в древности. С энтузиазмом человека, который долго подавлял свои естественнонаучные наклонности, она берется исследовать местные скалы в поисках окаменелостей, которые косвенно подтвердят ее теорию.

«Змей в Эссексе» поставлен по одноименному бестселлеру Сары Перри (2016), который представляет собой неовикторианскую мелодраму в упаковке готического ужастика. Титры, где на фоне змеящихся ветвей маячит надкусанное яблоко, изящно намекают, что вся история с чудовищем — лишь затравка и метафора искушения, которому хитрый змей подверг обитателей Эдема. Таким искушением для вдовы Коры, натерпевшейся горя от мужа-садиста, станет неотразимый деревенский викарий Уилл Рэнсом с внешностью Тома Хидделстона. Сериал сделан женщинами (сценаристка Анна Саймон и режиссер Клио Барнард), дающими мастер-класс по экранизации псевдовикторианского дамского чтива. Тут все ласкает глаз: оригинальные костюмы (свитер Коры грубой вязки с рукавами-фонариками — это хит), безупречно выстроенные групповые сцены, где обмен взглядами из-за чужого плеча превращается в четкую любовную геометрию, и проходы героев из конца в конец экрана на фоне бескрайнего неба и живописно блестящих канав.

1 / 5

Вот первая встреча героев: на фоне романтических пустошей имени «Грозового перевала» вдова видит чумазого мужика, который вытаскивает из болота истошно ревущую овцу. Мужик высок, могуч, перепачкан болотной жижей, покрыт колоритными ссадинами и зыркает исподлобья. Она бросается на помощь, он говорит ей что-то грубое, слышит в ответ что-то дерзкое — и вот уже от столкновения темпераментов вспыхнула искра и задымился экран, ни дать ни взять первая встреча Джейн Эйр и мистера Рочестера. Не нужно быть особенным знатоком викторианских сюжетов, чтобы догадаться, что вскоре у томного викария обнаружится страдающая тайным недугом жена (Клеманс Поэзи), но героев будет страшно тянуть друг к другу интеллектуальное сродство. Их споры представляют собой стандартный бунт рациональности против веры: викарий настаивает, что никакого змея нет, и сокрушается, что его паства грешит мракобесием вместо того, чтобы просто положиться на Господа. А ученая вдова убеждена, что змей существует, просто не представляет собой ничего сверхъестественного.

Дейнс тут, как всегда, убедительно изображает энергичную женщину, которой до всего есть дело. Что до Хидделстона, то теперь очевидно, что за годы, пока он бегал в рогатом шлеме по экранизациям комиксов Marvel, по нему горько плакали герои викторианских романов. Пусть это всего лишь викторианский новодел — «виксплотейшен», произвольно тасующий известные темы и сюжеты, не углубляясь в суть,— и все же это зрелище хорошей выделки, где ловко подогнаны все тропы и отсылки. Любовная интрига искусно переплетена с детективной, а сюжет разнообразят восхитительные персонажи второго плана. Это компаньонка Коры — социалистка Марта, цитирующая Маркса и радеющая за постройку социального жилья вместо лондонских трущоб, и влюбленный в Кору молодой хирург Люк Гарретт (Фрэнк Диллейн). Редкий викторианский сериал обходится без эмансипированных женщин и кровавых хирургических операций в анатомическом театре, но эти двое не просто справляются с возложенными на них жанровыми обязанностями, а едва не перетягивают одеяло на себя. В какой-то момент они потешно передразнивают запинающихся от страсти главных героев, а к финалу и вовсе заходят куда-то на территорию русского романа «Что делать?», рассуждая о том, в каком качестве и каких конфигурациях взрослые мужчины и женщины могут строить совместный быт. За всеми этими затейливыми узорами готическая страшилка про змея как-то теряется — но ведь и акула в «Челюстях» была для героев всего лишь поводом гоняться друг за другом.

Смотреть: Apple TV+

Подписывайтесь на канал Weekend в Telegram