Дворянская часть

Дворянская часть

Каково было благосостояние высшего сословия Российской Империи

Новое исследование специалистов НИУ ВШЭ и РАНХиГС раскрывает финансовую сторону жизни дворян до революции и развенчивает множество мифов — от того, насколько богатыми они были, до численности дворянства в целом и даже «женского вопроса».

Финансовые документы иногда позволяют узнать о прошлом больше, чем литература или, допустим, живопись

Фото: Государственная Третьяковская галерея

Говорят, когда российский экспедиционный корпус покидал Париж, граф Михаил Воронцов взялся оплатить все долги дворян-офицеров. История известная, тиражировалась не раз. Однако новые исследования отечественных специалистов, посвященные денежным отношениям до революции, доказывают: к таким историям стоит, мягко говоря, относиться с осторожностью. Дело в том, что та сумма в 10 раз превышала не только совокупный годовой доход Воронцова и его брата, но и стоимость воронцовского имения. Так что вряд ли граф, отличавшийся щепетильностью в финансовых делах, мог пойти на это. Разве что дал расписку…

Парадокс: мы прекрасно представляем себе внутренний мир русских дворян XIX века, быт усадеб и одновременно почти ничего не знаем о финансовой стороне их жизни. Свежее исследование, посвященное структуре душевладений дворян Московской губернии в 1812 году (охват — 4,2 тысячи человек), заполняет этот пробел, а заодно и развенчивает множество укоренившихся мифов. В основе опубликованной работы — уникальный массив… налоговых деклараций, которые были найдены и обработаны исследователями впервые.

Откуда в XIX веке взялись налоговые декларации? «Огонек» задал этот вопрос автору исследования, старшему научному сотруднику Центра истории России Нового времени НИУ ВШЭ Елене Корчминой. Оказывается, во всем виноват Наполеон.

— Первый в мире подоходный налог ввели в 1799 году в Великобритании для финансирования войны с Наполеоном. Британцы до сих пор утверждают, что этот налог помог им победить,— рассказывает Корчмина.— А в 1810 году Михаил Сперанский начал реформу налогообложения в России, взяв за основу тот налог. Прямых доказательств, что Сперанский ориентировался именно на англичан, у меня нет, но условия отечественного налогообложения были идентичны английскому: нужно подавать декларации обо всех доходах со всех видов деятельности, за исключением процентов по уплачиваемым кредитам, введена прогрессивная налоговая ставка, максимум — 10 процентов. Дворяне были в ужасе, они не знали, что делать, не знали собственных доходов, причина — в нашем экстремальном сельском хозяйстве. Однако в какой-то момент в Дворянские депутатские собрания действительно стали поступать налоговые декларации, и их оказалось довольно много.

Уточним: на данный момент исследователи обнаружили соответствующие документы в архивах Москвы, Смоленска, Ярославля и Тамбова. А вот в Рязани и Санкт-Петербурге деклараций пока не найдено.

Какие выводы удалось сделать? Главный: многие наши представления о дворянах нужно корректировать.

— Мы традиционно представляем дворянство либо ужасно богатым, либо бедным, чуть ли не в лаптях. Но ни то, ни другое не является срезом всего общества,— говорит Елена Корчмина.— Налоговые декларации помогли сделать такой срез. И он оказался неожиданным. Вот пример: среди дворян доля женской собственности превышала долю мужской (1526 деклараций против 1496).

Еще одно открытие, удивившее исследователей,— количество имений, которыми владели дворяне. Вопрос непраздный. Оказывается, все источники, которые позволяли до этого оценивать численность дворян, были основаны на так называемых ревизских сказках, их подавали сами дворяне или их приказчики. Раньше считали так: одна ревизская сказка — один дворянин. Но судя по декларациям, дворяне часто владели не одним, а несколькими имениями, а значит, представление о численности сословия надо пересматривать!

Отсюда и еще один миф — о дворянской бедности. Одно дело — дворянин с единственным имением в 50 душ. И другое — с несколькими имениями с разным числом душ. Так вот порядка 40 процентов московских дворян оказались собственниками от двух до пяти владений. Распределение было следующим: двумя и более поместьями владел каждый четвертый бедный дворянин, каждый второй середнячок и почти все (90 процентов) богатые.

Исследователи подозревают, что количество бедного дворянства в итоге тоже завышено. Как напоминает портал НИУ ВШЭ IQ, бедными (то есть владеющими менее чем 100 душами) на рубеже XIX века считалось около 84 процентов российских дворян. Но судя по Московской губернии, это не так: по результатам исследования, в эту категорию попало лишь 44 процента землевладельцев. А тех, кто жил на «прожиточный минимум» в 500 рублей (и, таким образом, не платил подоходный налог), и того меньше — 29 процентов.

Да и неравенство в среде дворян, похоже, было не настолько сильно, как считалось ранее. Так называемый коэффициент Джини (он отражает степень неравенства в той или иной группе) для помещиков по числу крепостных составлял в 1833 году 0,75 — это данные по ревизским сказкам. В свою очередь, налоговые декларации позволили скорректировать этот показатель до 0,66.

Но, наверное, самое удивительное — налоговая дисциплина у московских дворян оказалась на уровне 70–90 процентов!

Историки утверждают: основные финансовые проблемы начались у дворянства после отмены крепостного права. Мол, оно не «вписалось» в новую реальность. Нынешнее исследование не добирается до этого принципиального рубежа, однако и с ним все не так однозначно, как представляется.

— После 1861 года социальные процессы стали меняться... Отмена крепостного права способствовала развитию промышленности, многие крестьяне стали перебираться из деревень в города, постепенно начал возникать рабочий класс. Для части дворянства эти процессы оказались определенным ударом,— говорит историк Сергей Маньков в интервью Daily Talking.— Но также известны примеры больших землевладений среди дворян, и достаточно успешных, вплоть до 1917 года.

В целом эксперты уверены: полной картины финансовой жизни тогдашнего дворянства у нас все еще нет. А литературные и дневниковые источники ее зачастую лишь запутывают. За кем последнее слово? Конечно, за беспристрастными цифрами.

— Выскажусь радикально для ученого,— говорит Елена Корчмина из НИУ ВШЭ.— Я готова начать крестовый поход в отношении русской литературы, которая дала нам очень много ярких образов и мифов. Проблема в том, что они зачастую далеки от истины. Почему считается, что дворяне не платили налоги? Часто ссылаются на свидетельство одного из дворян по фамилии Сабанеев, который якобы их не платил. Но я наткнулась на налоговую декларацию этого Сабанеева, оказывается, он все исправно платил. Или князь Михаил Щербатов, известный апологет крепостничества. Как только он стал собственником имения, то сразу перевел всех крестьян на оброк — экономически это было более выгодным, чем барщина, за которую он ратовал. Дворяне могли говорить что угодно, но, когда дело доходило до финансов, многие вели себя разумно и адекватно. У меня есть гипотеза, что устойчивость Российской империи со всеми ее противоречиями основана именно на высокой налоговой дисциплине со стороны дворян, помещиков. Попробую доказать эту гипотезу.