Развитие лесного хозяйства в Больше-Липшинской (Кокшамарской) даче Кокшайского лесничества Чебоксарского уезда Казанской губернии в конце XIX - начале XX вв

УДК 630

РАЗВИТИЕ ЛЕСНОГО ХОЗЯЙСТВА В БОЛЬШЕ-ЛИПШИНСКОЙ (КОКШАМАРСКОЙ) ДАЧЕ КОКШАЙСКОГО ЛЕСНИЧЕСТВА ЧЕБОКСАРСКОГО УЕЗДА КАЗАНСКОЙ ГУБЕРНИИ В КОНЦЕ XIX - НАЧАЛЕ XX ВВ.

А. А. Филонов

Марийский государственный университет, г. Йошкар-Ола

DEVELOPMENT OF FORESTRY IN BOLSHE-LIPSHINSKY (KOKSHAMARSKY) WOODLAND OF THE KOKSHAYSKY FOREST AREA OF THE CHEBOKSARY COUNTY OF THE KAZAN PROVINCE AT THE END OF THE XIXth - BEGINNING OF THE XXth CENTURIES

A. A. Filonov

Mari State University, Yoshkar-Ola

В статье характеризуется состояние и развитие лесного хозяйства в Больше-Липшинской (Кокшамарской) даче Кокшайского лесничества в конце XIX - начале XX вв. Работа базируется на общепринятых в исторических исследованиях принципах историзма, объективности и системности. При написании статьи использовались историко-генетический, историко-сравнительный и ис-торико-статистический методы. Это позволило показать причинно-следственные связи, объяснить рассматриваемые факты, раскрыть сущность изучаемых процессов и явлений, проследить динамику ключевых показателей развития лесного хозяйства в Больше-Липшинской (Кокшамарской) даче. В целом оно велось здесь по четко установленному плану с конкретно определенной величиной ежегодной лесосеки, ее направлением, зафиксированными способами возобновления вырубленных лесосек и мероприятиями, направленными на охрану и защиту лесных ресурсов. Однако оставалось и немало нерешенных проблем. Достаточно частым явлением были лесные пожары, которые негативным образом сказывались на состоянии древесных пород. Эффективность охраны Кокшамарской дачи от нарушений Лесного устава оставляла желать лучшего. Результативность естественного лесовозобновления и искусственного лесовосстановления вырубленных площадей была не высокой.

Ключевые слова: лесное хозяйство, Больше-Липшин-ская (Кокшамарская) лесная дача, лесничество, лесоустройство, оборот рубки, лесосека, лесоразработки, лесовозобновление

The condition and development of forestry in Bolshe-Lipshinsky (Kokshamarsky) woodland of the Kokshaysky forest area at the end of the XIXth - beginning of the XXth centuries is characterized in the article. The research is based on the standard historical principles such as historicism, objectivity and systemacy. Historical and genetic, historical and comparative, historical and statistical methods were used in the article. All this allowed to show cause-and-effect relationships, to explain the facts under consideration, to discover the essence of the studied processes and phenomena, to follow the dynamics of the key indicators of forestry development in Bolshe-Lipshinsky (Kokshamarsky) woodland. In general it was conducted here according to accurately established plan with specifically certain size of an annual cutting area, its direction, recorded ways of renewal of the cutting areas and the actions directed to protection of forest resources. However there were also many unresolved problems. Wildfires which negatively affected the condition of tree species were rather frequent phenomenon. Efficiency of protection of Kokshamarsky woodland from violations of Forest charter left much to be desired. Productivity of natural and artificial reforestation of the cut-down areas was not high.

Keywords: forestry, Bolshe-Lipshinsky (Kokshamarsky) woodland, forest area, forest management, felling rotation, cutting area, logging, reforestation

Существующие в настоящее время тенденции в развитии лесной отрасли как России в целом, так и ее регионов имеют естественно-исторические корни, прошли в своем развитии ряд этапов, без изучения которых невозможно понять современные процессы и решить возникшие проблемы. В этой связи несомненный интерес представляет обращение к историческому опыту организации

лесного хозяйства и его региональной специфике применительно к отдельным лесным дачам Марийского края конца XIX - начала XX вв. Целью данной публикации является характеристика развития лесного хозяйства в Больше-Липшинской (Кокшамарской) даче Кокшайского лесничества Чебоксарского уезда рассматриваемого периода.

© Филонов А. А., 2016

Вестник Марийского государственного университета

В 1896 году восточная часть Больше-Липшин-ской дачи Липшинского лесничества Чебоксарского уезда в количестве 39 кварталов под тем же названием была включена в состав Кокшайского лесничества [1, л. 4]. В соответствии с постановлением Совещательной комиссии от 12 декабря 1901 г. Больше-Липшинская дача Кокшайского лесничества была переименована в Кокшамарскую дачу [1, л. 1]. Она располагалась на левом берегу реки Волги в Посадско-Сотниковской волости. Дача была окружена со всех сторон, кроме южной, казенными лесами: с юго-запада и запада -Больше-Липшинской дачи Липшинского лесничества, с севера - южной части Нужъяльской дачи Царевококшайского лесничества, с востока - Таир-ской казенной дачи Кокшайского лесничества. С юга к даче примыкали луга крестьян д. Кокша-мары. В непосредственной близости от Кокша-марской дачи располагались с. Сидельниково, д. Иван Беляк, Липша и Кокшамары Чебоксарского уезда; д. Аргамач, Шимшурга и с. Кокшайск Царевококшайского уезда [2, с. 52]. Расстояние от Кокшамарской дачи до квартиры лесничего, почтово-телеграфной конторы и пароходной пристани Сундырь составляло 6 верст; до уездного города Чебоксары - 30 верст; до станции Тюрлема Московско-Казанской железной дороги - 50 верст; до губернского города Казань - 120 верст [1, л. 4].

По данным 1901 г., площадь Кокшамарской дачи составляла 14361,6 десятины, в том числе 12474,2 дес. (86,8 %) лесной почвы, 82,4 дес. (0,6 %) угодий и 1805,0 дес. (12,6 %) неудобной земли [1, л. 4-5, 8]. Поверхность дачи была в целом ровной с небольшим общим подъемом с юга на север и незначительными склонами в сторону реки Большой Кокшаги к юго-западу и югу. В некоторых участках дачи прослеживалась вол-нообразность ее поверхности, особенно в 28 и 29 кварталах. В даче было значительное количество болот. Моховые болота располагались в северной и средней части Кокшамарской дачи в 2, 17, 23-25, 28, 31, 37, 39 кварталах общей площадью 175,4 дес. На юго-западе и юге дачи преобладали травяно-моховые болота, поросшие «корявым» лесом. Их существование объясняется близким положением к реке Кокшаге: 37, 38, 47-49, 51-53, 59, 63, 65, 66, 70, 71 кварталы общей площадью 439,3 дес. [1, л. 6 об.-7].

В даче преобладала свежая песчаная почва с моховым покровом. В юго-западной и южной частях, на полосе до 2 верст шириной от реки Б. Кокшаги, преобладала супесчаная свежая и суглинистая сырая почва с травяным покровом, занятая преимущественно лиственными и еловыми

насаждениями на площади до 2000 дес. (47-51,

57-62 кварталы). В северной и средней части дачи на площади около 4800 дес., что составляло 38 % лесной площади, преобладала песчаная сухая почва с тонким покровом мха или травы [1, л. 7-7 об.].

Сосна занимала около 82 % покрытой лесом площади. Эта древесная порода встречалась в даче либо в «чистых» насаждениях, либо с небольшой (10-20 %) примесью ели, березы и осины. Участки с преобладанием ели занимали около 6 % лесной почвы и располагались в южной и юго-западной части дачи (36, 38-40, 47-51,

58-60, 62, 70-74 кварталы) в смешанном виде с примесью до 20 % сосны, 30 % осины, 20 % березы, 20 % липы, 10 % пихты. Еловые насаждения в ряде участков были изрежены ветровалом и повреждены короедом [1, л. 10 об.].

Осина занимала также около 6 % лесной площади и произрастала в южной части дачи. Эти участки представляли собой, как правило, смешение 40 % осины, 10-30 % ели и 10-30 % дуба. В ряде кварталов примесь к осине составляли до 20 % липы, до 40 % березы и до 10 % сосны. Осина в 70-летнем возрасте достигала толщины 6-7 вершков и высоты до 10 саженей. Дубовые насаждения в даче занимали около 1 % лесной почвы и располагались в 47-49, 57, 58, 68 и 72 кварталах, находившихся в непосредственной близости от реки Большой Кокшаги. Примесь к дубу здесь составляли 20-40 % осины, 10-20 % березы и местами до 20 % липы. В возрасте 70 лет дуб достигал толщины 5-6 вершков на высоте груди и длины 7 саженей [1, л. 11, 14, 15 об.].

Береза произрастала преимущественно в тех же кварталах Кокшамарской дачи вдоль течения Большой Кокшаги, что и ель с прочими лиственными древесными породами. Примесь к березе составляли 20-30 % осины, 20 % дуба, 10 % ольхи и в ряде участков до 20 % сосны и ели. В возрасте 60-70 лет береза достигала толщины 4-5 вершков и высоты до 9 саженей. Ольховые участки встречались в 49, 61, 66, 67, 72 кварталах и были либо в «чистых» насаждениях, либо с примесью березы до 30 %. Липа произрастала в примеси до 20 % в еловых, осиновых и дубовых насаждениях. Ольха и липа в 70-летнем возрасте достигали 4-5 вершков толщины на высоте груди и длины до 7 саженей. Все лиственные древесные породы из-за невысокого качества древесины использовались, как правило, в виде топливного материала [1, л. 11 об., 15 об.].

Во время проведения ревизионных работ 1901 г. Кокшамарская дача была разделена на 74 двухверстных квартала [1, л. 8]. Оборот рубки для хвойных

пород деревьев был установлен в 140 лет, а для лиственных - 70 лет. Величина ежегодной «нормальной» лесосеки определилась путем деления площади, занятой древесными породами на соответствующий им оборот рубки, а именно в хвойных участках - 75,52 дес. (10573,4 дес./140), а в лиственных - 20,31 дес. (1422,0 дес./70). Лесосека, возможная по состоянию насаждений, была на 23 % больше «нормальной» и составляла для хвойных пород деревьев 81,48 дес. (4888,8 дес./60), для лиственных - 36,22 дес. (1086,8 дес./30), а всего 117,7 дес. ежегодно [1, л. 1-1 об.]. По той причине, что в даче преобладали «спелые» и «приспевающие» деревья, в 1901 г. было принято решение назначить к вырубке лесосеку, возможную по состоянию насаждений [1, л. 26]. Рубка хвойных участков велась в направлении с востока на запад полосами шириной 25 саженей, а лиственных -50 саженей [1, л. 33].

В 1901 году была четко определена очередность вырубок по кварталам. В первую очередь вошли кварталы 3, 10, 25, 35, 39, 47, 52, 56, 61, 69, 74; во вторую - 6, 9, 24, 31, 34, 38, 51, 55, 60, 68, 73; в третью - 2, 11, 23, 30, 33, 37, 42, 46, 50, 59, 67, 72; в четвертую - 5, 8, 17, 18, 22, 27, 32, 45, 49, 58, 66; в пятую - 4, 7, 13, 16, 21, 26, 44, 48, 57, 64, 65; в шестую - 12, 15, 20, 29, 41, 43, 54, 63, 71; в седьмую - 1, 14, 19, 28, 36, 40, 53, 62, 70. При составлении очередей рубки проявлялась забота о будущем состоянии лесного хозяйства в даче. Также по возможности были исправлены результаты прежнего хозяйства [1, л. 24 об., 27 об.-28].

Сухость почвы и преобладание сосновых насаждений делали северную и центральную часть дачи особенно чувствительными к огню. Она к этому времени «горела почти во всех местах и по всем направлениям и была сильно изрежена пожарами» [1, л. 7 об.-8]. Местные старожилы не помнили ни одного года, в течение которого не было бы лесных пожаров. За 1898-1900 гг. случилось 3 пожара с убытком в 32 руб. 82 коп. В 1901 году произошел 1 пожар на площади 196 дес., в результате которого было повреждено 86 дес. мо-лодняков. Для тушения пожаров привлекались крестьяне из окрестных селений. Они зачастую делали это неохотно. Для стимулирования интереса крестьян к этому вопросу имелась практика предоставления им возможности пастьбы скота в казенном лесу по льготной сниженной цене или вовсе бесплатно. Пастьба производилась преимущественно в лиственных участках в непосредственной близости от р. Б. Кокшаги и не могла нанести серьезного вреда произраставшему здесь лесу [1, л. 34-34 об.].

В 1898-1900 гг. в Кокшамарской даче было зафиксировано в среднем по 8 случаев самовольных порубок леса с потерей для казны в 24 руб. 25 коп. ежегодно. К этому времени охрану Кокшамарской дачи от нарушений Лесного устава осуществляли 1 объездчик и 6 лесников. Средняя величина обхода составляла 2400 дес., а объезда - 14362 дес. Из общего количества лесников двое проживали в казенном доме в пределах дачи, двое - в казенных домах соседней Таирской дачи Кокшайского лесничества в расстоянии 4-7 верст от охраняемых обходов, а остальные лесники - на частных квартирах в д. Кокшамары. Лесники получали за свой труд жалованье в размере 94-116 руб. и пользовались неполными служебными земельными наделами площадью 4-6 десятин. Объездчик за исполнение своих обязанностей получал вознаграждение в 232 руб. и земельный участок в 8,7 дес. В 1901 году к имевшемуся составу лесной стражи предписывалось добавить еще 3 лесников для более эффективной защиты дачи от нарушений Лесного устава и лесных пожаров [1, л. 2 об., 19-20]. В этом же году в надел лесной страже было дополнительно отведено 60,8 дес. из-под малоценного леса и свободных полян. Эта площадь подлежала расчистке и превращению в угодья [1, л. 35 об.].

Сухость почвы и летний южный ветер оказывали негативное влияние на результаты естественного возобновления вырубленных лесосек. К 1901 году в даче имелось 1316,5 дес. необлесив-шихся лесных площадей, в том числе 190,2 дес. (14,4 %) сосновых гарей, 1088,3 дес. (82,7 %) сосновых вырубок, 3,7 дес. (0,3%) еловых вырубок, а также 34,3 дес. (2,6 %) дубовых, осиновых и березовых лесосек [1, л. 31 об.]. До 1912 года искусственное лесовосстановление в Кокшамарской даче производилось в площадки, проштыкован-ные мотыгой, а с 1912 г. - в сплошь обработанные этим инструментом полосы шириной 1/2 аршина. В 1902-1907 гг. при производстве «культур» делалось 4800 штук площадок на десятину, в 1907-1910 гг. - 7200 штук, а в 1910-1912 гг. -10800 штук. Посадочным материалом являлись в основном 2-летние сеянцы. В целом произведенные «культуры» в Кокшамарской даче в большинстве случаев следует признать неудовлетворительными, причем посевы дали значительно худшие результаты, чем посадки. Главной причиной этого следовало считать недостаточность или полное отсутствие мер ухода за ними [2, с. 84-85].

Валовой доход от Больше-Липшинской дачи Кокшайского лесничества в 1896-1900 гг. увеличился практически в 2 раза. В 1896 году он составил

Вестник Марийского государственного университета

20109 руб. 41 коп., в 1897 г. - 38371 руб. 91 коп., в 1898 г. - 26451 руб. 86 коп., в 1899 г. - 11411 руб. 04 коп., в 1900 г. - 38356 руб. 46 коп. Этот доход поступил от продажи леса с торгов для сплошной или выборочной рубки, а также от побочных пользований в казенном лесу, к числу которых относились сбор лесных плодов, мха, песку, пастьба скота и охота [1, с. 120, 273].

Главными рынками сбыта леса из Кокшамар-ской дачи являлись Астрахань, Царицын и Казань. Сюда в плотах, белянах и баржах крупными лесопромышленниками сплавлялись выработанные из хвойных пород деревьев брус длиной 9 аршин и толщиной от 9 вершков и более, бревна длиной 13 аршин и толщиной от 5 вершков, подтоварник длиной 13-15 аршин и толщиной 2-4 вершка, шпалы длиной 14-15 четвертей и толщиной 3 вершка, телеграфные столбы длиной 15 аршин и толщиной 5 вершков, а также сосновые и березовые дрова. Местные рынки сбыта леса из дачи имели второстепенное значение. Здесь крестьянами из сел Кокшамары, Сидельниково, Кокшайск и деревень, расположенных на правом берегу Волги, потреблялись в основном дрова и небольшое количество строевого леса [1, л. 16-17].

Таким образом, в конце XIX - начале XX вв. лесное хозяйство в Больше-Липшинской (Кокша-марской) даче Кокшайского лесничества Чебоксарского уезда велось по четко установленному плану с конкретно определенной величиной ежегодной лесосеки, ее направлением, очередностью вырубок по кварталам, а также зафиксированными способами возобновления вырубленных лесосек

и мероприятиями, направленными на охрану и защиту лесных ресурсов. Вместе с тем оставалось и немало нерешенных проблем. Достаточно частым явлением были лесные пожары, которые губительным образом сказывались на состоянии древесных пород. Охрана Кокшамарской дачи от нарушений Лесного устава осуществлялась не вполне эффективно, что во многом было связано с недостаточным количеством лесной стражи, большой площадью охраняемой ею территории. Дополнительные трудности для успешной защиты леса создавал и тот факт, что далеко не вся стража проживала в пределах Кокшамарской дачи. Из-за отсутствия здесь достаточного количества казенных домов некоторым лесникам приходилось снимать жилье в окрестных селениях. Результатом всего этого в совокупности стало значительное количество самовольных порубок леса в даче. Одной из важных проблем в развитии лесного хозяйства в Кокшамарской даче являлась невысокая эффективность естественного лесовозобновления и искусственного лесовос-становления вырубленных площадей. Причиной этого являлся недостаток предпринимавшихся действий, направленных на содействие естественному возобновлению леса, а иногда и полное отсутствие мер ухода за посевами семян и лесопосадками. В рассматриваемый период в Боль-ше-Липшинской (Кокшамарской) даче наблюдался рост доходности лесного хозяйства. Этому способствовало повышение спроса на лес и лесоматериалы, а также существенное увеличение стоимости древесины.

Литература

1. Государственный архив Республики Марий Эл (ГА РМЭ). Ф. 154. Оп. 1. Д. 25.

2. Филонов А. А. Очерки по истории лесного хозяйства Марийского края второй половины XIX - начала XX веков: монография. Йошкар-Ола, 2014. 296 с.

References

1. Gosudarstvennyj arhiv Respubliki Marij Jel (GA RMJe) [State Archive of the Republic of Mari El (State Archive of the Republic of Mari El)]. F. 154, op. 1, d. 25.

2. Filonov A. A. Ocherki po istorii lesnogo hozjajstva Marijskogo kraja vtoroj poloviny XIX - nachala XX vekov [Essays on the History of Forestry of the Mari edge in the second half of the XIXth - early XXth centuries]: monografija. Joshkar-Ola, 2014, 296 p.

Статья поступила в редакцию 18.11.2016 г.

Submitted 18.11.2016.

Для цитирования: Филонов А. А. Развитие лесного хозяйства в Больше-Липшинской (Кокшамарской) даче Кокшайского лесничества Чебоксарского уезда Казанской губернии в конце XIX - начале XX вв. // Вестник Марийского государственного университета. Серия «Исторические науки. Юридические науки». 2016. № 4 (8). С. 43-47.

Citation for an article: Filonov A. A. Development of forestry in Bolshe-Lipshinsky (Kokshamarsky) woodland of the Kokshaysky forest area of the Cheboksary county of the Kazan province at the end of the XIXth - beginning of the XXth centuries. Vestnik of the Mari State University. Chapter "History. Law". 2016, no. 4 (8), pp. 43-47.

Филонов Александр Анатольевич,

кандидат исторических наук, старший преподаватель, Марийский государственный университет, г. Йошкар-Ола, fil88meat@ramЫer. ги

Filonov Aleksandr Anatol'evich,

Candidate of Historical Sciences, senior teacher, Mari State University, Yoshkar-Ola,

fil88meat@rambler. ru