Воспоминание как жанр разговорной речи: к проблеме типологии

ТЕОРИЯ ДИСКУРСА И ЯЗЫКОВЫЕ СТИЛИ

УДК 81-25

Кормазина О.П.

Воспоминание как жанр разговорной речи: к проблеме типологии

Статья посвящена описанию функционирования жанра воспоминания в живой речи. Рассматривается проблема внутрижанровой типологии воспоминаний. Дается характеристика выделяемых типов.

The article is devoted to the description how the genre “Recollection” operates in the live speech. There is considered the problem of recollection’s internal typology. The article contains the description of the possible types.

Ключевые слова: речевой жанр, рассказ-воспоминание, типология жанра, жанрообразующие параметры, автор, рассказчик, адресат, диктумное содержание, модус.

Key words: speech genre, recollection story, typology of genre, genre-forming sings, author, narrator, receiver, dictum content, modus.

По признанию большинства, исследователей, одним из ведущих направлений современной антрополингвистики в настоящее время остается учение о речевых жанрах. Несмотря на то, что с каждым днем количество работ, посвященных изучению речевых жанров в различных аспектах, неизменно увеличивается, многие вопросы по-прежнему остаются открытыми. В числе актуальных называется и «монографическое описание отдельных речевых жанров» [3, с. 8], ранее не подвергавшихся подробному изучению. Объектом нашего исследования стал один из них - речевой жанр воспоминания; в настоящей статье представлены результаты наблюдений на основе записей живой речи жителей Приморского края (старшего поколения, преимущественно сельских жителей).

К изучению жанра воспоминания обращались ученые Томской лингвистической школы, прежде всего в контексте исследования диалектной языковой личности. В частности, Т.А. Демешкина выделяет данный жанр среди других, присущих носителю диалекта, в качестве «одного из важнейших компонентов диалектного речевого общения» и характеризует его как «разговорный рассказ, который удается в случае духовного и эмоционального сближения коммуникантов и нуждается в условии неспешного времяпровождения» [2, с. 101]. Учитывая сказанное, считаем возможным использовать термины «воспоминание» и «рассказ-воспоминание» как синонимичные.

© Кормазина О.П., 2014

К числу актуальных в современном жанроведении относится и проблема типологии речевых жанров, причем не только общей, но и внутри-жанровой, предполагающей выделение в пределах одного жанра тех или иных разновидностей. Целью данного исследования стало выявление внутренней типологии жанра воспоминания на основе таких жанрообразующих признаков, как: образ автора, количество рассказчиков, объект воспоминания, вид диктумного содержания и образ адресата.

Среди вышеназванных параметров ключевым для жанра воспоминания является образ автора. Как отмечает Т. А. Демешкина, образ автора в жанре рассказа-воспоминания может быть описан с точки зрения его непосредственного или опосредованного участия в событиях [2, с. 102]. Наши наблюдения показали, что целесообразным является рассмотрение образа автора воспоминаний в его соотношении с самим рассказчиком. В соответствии с этим критерием можно говорить о двух ситуациях: 1) автором воспоминаний является рассказчик и 2) автором воспоминаний является другое лицо (не рассказчик). Сказанное позволяет говорить о двух типах рассматриваемого жанра: 1) собственные воспоминания и 2) чужие воспоминания. В каждом из них по-разному проявляется такая квалификативная категория модуса, как авторизация. Рассмотрим подробнее каждый из типов.

1. Собственные воспоминания.

Ситуации, когда автором воспоминаний является сам говорящий, имеют модусную рамку «я делал/ я говорил/ я видел». Апелляция к собственной памяти, являющаяся неотъемлемым показателем воспоминаний подобного типа, чаще всего выражается при помощи глагола помнить в форме первого лица единственного числа. Например: (из воспоминаний о войне) А я/ уолодная/ сижу/ ниуде ничево нет/ ниуде ничево/ я помню весна/ де-то вот это время/ ауа/ я пошла по кустам думаю может де-то крапивки/уже де-то три или четыре дня не ела// И это/ и я помню пошла под речку/ мы жили там на той улице/ пошла под речку/ и смотрю шо-то зеленеет/ ну надо было взять лопатку и покопать/ шо вроде как крапива/ а я ноутями// Помню пришла/ а я сижу и ем это/ шо-то такое//

Реже обнаруживаются и другие показатели непосредственного участия говорящего в описываемых событиях, например: Вот/ пришли/ в часов десять вечера/ как/ я как вот сейчас вижу/ два солдата/ с ружьями/ забрали этого Ивана Игнатенко/ и всё//

Проведенный нами анализ показал, что целесообразно выделение еще одного жанрообразующего параметра - объекта воспоминания. В ситуации, когда автором является сам говорящий, возможны два типа объектов рассказа-воспоминания: сам говорящий и третьи лица - люди, которых рассказчик хорошо знает и является свидетелем их жизни. Соответственно выделяются два подтипа собственных воспоминаний: 1) воспоминания о себе и 2) воспоминания о других.

Воспоминания о себе, как правило, не являются подробным и последовательным описанием всей жизни рассказчика, это лишь воспоминания об отдельных ее моментах (события из детства, работа, семейные истории и т.п.). Например: А потом/ поступила// Хотела поступить на/ железнодорожное училище/ на проводника/ но туда был очень большой набор/ поэтому не попала// И меня девчонки уговорили в сельхозтехникум поступить// Я не согласна// Они/ «пойдём»! Пошла// Я на троечки еле/ и меня взяли как/ как тебе сказать/ сначала вольнослушателем/ если я первый семестр продержусь/ если я сдам первую сессию/ первую/ то значит/ меня зачислят на стипендию// Продержалась! Стала студенткой так и закончила//

Тематическое наполнение воспоминаний о других почти полностью совпадает с тематикой воспоминаний о себе: говорящий может вспоминать события из детства героев своего повествования, описывать их личную жизнь в определенный период. В качестве объекта в данном случае чаще всего выступают близкие родственники информанта: родители, братья и сестры, а также друзья или односельчане. Так, рассказчица, говоря о войне, вспоминает и о жизни одной из своих сестер и ее мужа: Лизына/ конечно/ судьба ее/ вот это счастье што она уже была замужем/ муж офицер/ а Миша/ муж ее/ он не служил/ он всю войну учил молодых офицероw/ в-о-о-т/ а-а/ с Японией он воевал/ ауа/ када началась война с Японией/ Лизу он с этово/ с Лесозаводска привез в Валентином/ с ребенком/ к нам/ а сам значить на фронт/ там воевал / А потом/ Миша када отвоевал приехал ево в Себучары/ это тоже по улавной туда за Ружино/ в Себуча-ры перевели/я у их была//

Еще один жанрообразующий параметр, который мы считаем релевантным для собственных воспоминаний, - это количество рассказчиков. В зависимости от данного признака возможно выделение двух подтипов: 1) индивидуальные воспоминания и 2) коллективные воспоминания.

Индивидуальные воспоминания наблюдаются в ситуациях, когда в качестве рассказчика выступает один человек. В тех же случаях, когда рассказчиками одновременно являются два или несколько человек, реализуется такой подтип, как коллективные воспоминания. Такие воспоминания могут быть кратковременными, когда слушатели лишь ненадолго включаются в процесс воспоминаний о хорошо знакомых всем участникам коммуникации событиях или людях. Например:

Мать. Папа работал на этом посту/ тут посты были/ здесь был первый пост/ там второй//

Старшая дочь. А будочка была помнишь/ такая уютненькая// Младшая дочь. Мы деду все время ж еду носили// Несколько внуков несли еду деду//Вот такую миску с борщом//На бул.../булка хлеба/короч-

ки обрезаны и порезана/ хлебницу// Третий/ кусок/ сала/ на тарелке/ (смеется) порезанный// Четвертый ковш чаю//

Мать. (одновременно с дочерью) Чаю//

Старшая дочь. Перчину бабушка ему всегда//

Младшая дочь. А/ ну вот//

Старшая дочь. На печке пекла//

Мать. Пекла (смеется)//

Младшая дочь. Ну я знаю что я всегда/ борщ/ сало/ булку хлеба// Наличием не одного, а сразу трех рассказчиков определяются особенности тематической организации данного фрагмента, обусловленные общностью апперцепционной базы, когда каждый последующий говорящий продолжает воспоминания предыдущего. Так, мать вспоминает пост, где работал ее отец, старшая дочь - будку стрелочника, которая стояла на этом посту, а младшая - как она носила туда дедушке обед. Воспоминание младшей дочери также оказывается общим для всех трех участниц беседы, вследствие чего и мать, и старшая дочь сразу к нему присоединяются. Еще одним ярким примером ситуации с коллективным рассказчиком может служить фрагмент из рассказа-воспоминания двух сестер:

- Крупы же не было/ а жить надо было/ чё-то исть// И мы/ крутили/ уже вдвоем// Она тяжелая// Знаю шо и мы цеплялися помоуали//

- Да-а-а/ да//

- Дедушка сам/ а мы уже./и шо/ на крупу было/ легче крутить//

- Он летает ввер'ху токо/тырх тырх.../

- А тут.../

- Понемножку//

- Желобок с него выскакивает// Эта крупа//

- Ага// Нераздавленная//

Выделенный фрагмент демонстрирует структурные особенности текстов коллективных воспоминаний: по смыслу он является единым, целостным текстом - но текстом коллективным, включающим реплики двух говорящих. Стоит добавить, что обязательным условием реализации подтипа «коллективные воспоминания» оказывается общность апперцепционной базы рассказчиков, когда каждый из участников повествования хорошо понимает, о чем идет речь. В противном случае, если описываемые события будут недостаточно известны одному из рассказчиков, он станет обыкновенным слушателем, а значит, воспоминание перестанет быть коллективным.

2. Чужие воспоминания.

Ситуации, когда сам говорящий не является «первоисточником» воспоминаний, имеют модусную рамку «мне говорили/ рассказывали». Формальными показателями воспоминаний подобного типа служат такие выражения, как «мама говорила», «это рассказывала бабушка», «дедушка рассказывал» и т.п. В таких случаях говорящий пытается несколько от-

страниться от описываемых событий, подчеркивая тот факт, что не он является их свидетелем: «Как там они друу друуа называли я не знаю/ бабушка не уоворила»; «Мама уоворила/ я забыла». Часто рассказчик акцентирует внимание на том, что он и не мог быть свидетелем того, о чем сейчас говорит, так как случилось это задолго до его рождения: «Дед Ва-сылько жениwся// Во// Ну/ уоворила мама/ еще до моего рождения/ они сюда приезжали/ шо красивая баба/ у дида Васыльки»; «Он был коммунист/ он был такой/мама уоворила/я его не видела! Он умер я ишо не рог

дилась када». В то же время говорящий стремится придать своему рассказу большую достоверность, для чего часто использует прямую речь: «Мама уоворила шо/ она предпоследняя/ был братик/ мама уоворит/ «я помню/ помнила/ как я сидела на столе/ и стоял маленький уробик»». При передаче чужой речи рассказчик старается сохранить и индивидуальные особенности речи автора воспоминания. Так, рассказчица, вспоминая историю своей бабушки о том, как та поехала сватать сына, не зная, что невесте всего двенадцать лет, при передаче прямой речи переходит на украинский язык, хотя обычно говорит только по-русски: Ну бабушка тада уоворит/ «як бэ ты диточко знала/як мэнэ было стыдно!» Мишка здо-

г

ро-о-овый бууай был! Ауа// «А цэ уоворит така маленька диучинка/ и мы

г

уоворит приихалы сватать// Мы уоворит вышли/ уже я моwчки [молча]// Я уоворит не знаю як я не провалилась сквозь зэмлю!»

Стоит добавить, что среди исследуемых текстов нам встретились и случаи, когда автором воспоминаний оказывается человек, с которым рассказчик в действительности даже не был знаком: «Мама уоворила/ што/ мама-то не знает/ а по словам отца (отца мамы. - О.К.) Иннокентия/ уоворит была очень красивая/ красавица была»; «Мама уоворила/ шо уоворил отец то/ череп/ уолова надвое раскололась/ прямо колесом», то есть происходит опосредованная передача воспоминаний через третье лицо.

Объектом чужих воспоминаний, как правило, выступают третьи лица, то есть люди, которых рассказчик или вовсе не знал лично, или знал, но в силу возраста не был свидетелем тех или иных событий в их жизни (это бабушки и дедушки, другие старшие родственники, старшее поколение односельчан). Возможны, хотя встречаются значительно реже, ситуации, когда объектом чужих воспоминаний оказывается сам рассказчик, например, в воспоминаниях родителей говорящего о его раннем детстве: Мама пекла это (лепешки из молотых желудей. - О.К.)/ я не помню/ кормили меня двухлетнюю/ ауа/ ну я не помню как я ела/ в-о-о// До двух лет мама уоворит я тебя кормила/ я ж уолодная уоворит// Пришлось уоворит это (кормить лепешками. - О.К.)// Вот меня кормили/ значить/ опилками/ двухлетнюю//

Из сказанного можно заключить, что основные различия типов внутри исследуемого речевого жанра (собственные и чужие воспоминания) определяются категорией модуса. Что касается категории диктума (основного содержания высказывания), то ее можно рассматривать в качестве призна-

ка, общего для всех выделенных нами типов жанра воспоминания. Как отмечает Л. Г. Гынгазова, содержание текстов-воспоминаний представлено сложным полипропозитивным диктумом, что является типологической характеристикой данного жанра [1, с. 171]. Первые наши наблюдения позволяют выделить в текстах проанализированных рассказов-воспоминаний пять основных видов диктумного содержания: сообщение о событиях, характеристика человека, описание местности, описание традиционного уклада жизни, описание действий.

1. Сообщение о событиях.

Сообщение о событиях составляет диктумную основу всех типов речевого жанра воспоминания. События могут лишь перечисляться без каких-либо подробностей, как, например, во фрагменте рассказа-воспоминания о войне: Вот эти конечно вот/ уоды/ сорок второй сорок

г

третий сорок четвертый сорок пятый/ вот тут вот начался уолод/ Особенно/ особенно сорок четвертый// Ауа// Мама.../ сестра поуибла/ маму/ парализовало/ ауа/ а-а/ до этово она была/ заведующая садиком/ детским садиком в колхозе/ о/ Таню Майю Валю забирала туда/ а я оставалась дома уолодная/ в-о-о-т// В сорок третьем и сорок четвертом нас/ обобрали/ обобрали поуреб//

Чаще, однако, в рассказах-воспоминаниях мы находим подробное описание событий, например: Папа был инвалид у меня// У еуо одна ноуа была на десять сантиметров короче друуой// Када дедушка умер/ он же остался старшим/ крууом он/ и на заимке// Ауа// И он значить поехал на заимки/ на телеуе/ лошади свои были/ у них/ папа еще был подросток/ лет шестнадцать-семнадцать/ а-а/ значить/ поехали на заимки/ а там волки// Ауа// А кони увидели волков/ да как поперли/ телеуа/ это/ вожжи на руке завернуты были/ да как поперли эти кони/ тикать/ от вол.../ от волков// Ууу// И папу/значить/ под телеуу/ телеуа/ в общем/ ему переломала полностью ноуу//

2. Характеристика человека (часто через описание его поступков): Мама/ уотовила хорошо// Как она вкусно варила! Всё варила/ как она вкусно пекла/ мама/ вот несмотря шо барышня/ была очень чистоплотная/ очень// Сама всеуда была чистенькая/ и очень/ вкусно варила/ уотовила// И/ была деликатная такая/ она никада ни мата ни зау.../ ну барышня и есть барышня!

3. Описание местности: Стоко было зверя здесь/потому шо/зерновые эти самые/ они все.// Охотники почему-то./ И они ты знаешь/ почти чуть ли не в Лазо заходили/ эти козочки/ прям по полям ходили/ и/ они не боялись даже и человека// Так было это/ так хорошо было здесь//Ключики были такие/ с (нрзбр. - О.К.)/ с Канхеза// Чистые такие// Уточки эти дикие прилетали сюда по этому/ по озеркам по этим/ а зимой улетали// Очень хорошо было//

4. Описание традиционного уклада жизни (как сватались, как работали, как отмечали праздники и т.п.). Например, рассказ о том, как делили

землю сыновьям: На Украине такой был порядок/ бабушка рассказывала/ вот например/ у этоуо/ у Михаила и у Ярыны примерно/ два уектара земли было/ ихняя собственность/ её не отнимали/ и не добавляли// Ауа// Ты родыла/ Ярына/ четыре сына/ дели йим/ дели// Так у старшеуо сына еще четыре сына! Восемь парубкоw// У коуо деуки/ вот допустим/у меня вот Люда Наташа/ я выдала/ нате/ кормите/ давайте землю/ я выдала замуж своих дочек// А этим надо было там/ скоко было земли/ уоворила бабушка/ разделить уже на восемь частей//

5. Описание действий (при необходимости объяснить принцип использования какого-либо предмета, описать, как выполняется незнакомая адресату работа, о которой рассказчик упоминает в ходе своих воспоминаний); такой рассказ обычно сопровождается соответствующими жестами: Хлеб-то жали серпом// Ауа// И покажут как сдэ.../ сделать пэрэвесло/ знаешь што такое пэрэвесло? Нет/ да? (показываетруками. - О.К.) Вот значит одна травина/ нажаw/ на сноп/ так/ наклаw/ бэрут значить/ это/ одну травину/а вот это/тут я разрезала щас.../друуую/травину/значить/ от так их/ от так пэрекрутышь/ перекрутышь/ а потом раз под сноп! Раз под сноп! И/ раз раз раз раз/раз/ всё//И/ несэшь/ складываешь в эти/ не кладешь а складываешь/ ставишь их//

В данном списке представлены далеко не все, а лишь основные варианты диктумного содержания текстов жанра воспоминания. Однако возможность выделения в рамках одного текста рассказа-воспоминания хотя бы двух или нескольких из вышеназванных вариантов позволяет нам, вслед за Т. А. Демешкиной [2, с. 103] и Л. Г. Гынгазовой [1, с. 171] определить воспоминание как жанр комплексный, а не элементарный.

Требует рассмотрения еще один жанрообразующий признак - образ адресата. В качестве адресата рассказов-воспоминаний обычно выступают родственники или друзья говорящего, то есть хорошо знакомые ему люди, или же собиратели, с которыми рассказчик, возможно, познакомился только что. По этой причине важным условием для реализации жанра воспоминания можно считать не «достаточную степень близости коммуникантов», как считает, например, Л. Г. Гынгазова, а способность слушающего настроить рассказчика на доверительный лад. По замечанию Л. Г. Гынгазовой, объективным различием между рассказчиком и адресатом является разная степень информированности, которая определяется следующим: адресат моложе и потому не мог быть свидетелем описываемых событий, адресат не является человеком семейного круга, адресат - не сельский житель и не является представителем крестьянской культуры и т.п. Это налагает на рассказчика ограничения в выборе темы, в отборе информации в рамках темы, а также предполагает введение в текст при необходимости различных комментирующих высказываний [1, с. 170]. По этой же причине в текстах рассказов-воспоминаний регулярно встречаются вопросы рассказчика к слушающему (слушающим) с целью узнать, знакомо ли ему то, о чем сейчас идет речь: «Мануфактура знаешь что такое?»;

«Знаешь что такое пэрэвесло?»; «А желуди знаешь что такое? Ты када-нить видела желуди?» и т. п. Возможны, однако, и обратные случаи, когда уже сам рассказчик обращается за разъяснениями к адресату, как к представителю молодого поколения или же как к более образованному человеку: «Она поехала в Черниyоwку/ потребовала одежду одинаковую// Серенькие эти вот/ как называются/ ну штанишки такие/ вот девочки носят/ как они называются? Вот вы носите?»; «А дядя Вася/ мама уоворила/работал/ ему лет семнадцать-восемнадцать было/ во Владивостоке/ w мауазине w каком-то приказчиком// Шо это за должность? Не знаю... » и т.п. Если разная степень информированности рассказчика и адресата заставляет первого в некоторых моментах задавать специальные уточняющие вопросы с последующим их комментированием, то в ситуациях, когда коммуниканты обладают общей апперцепционной базой (являются родственниками, друзьями, односельчанами, представителями одной профессии), подобных комментариев не требуется в силу того, что воспоминания, которыми рассказчик делится с адресатом, на некоторое время становятся для них общими: (бабушка в беседе с внучкой вспоминает о жене своего дяди и о своих двоюродных братьях).

- Она еще выходила замуж// В урибное// Почему-то Иван и Мишка/ ну они уже подросточки были/ они оставались/ знаешь уде она жила? Вот де дача тёть людына то дальше вот оуород.../

- Тот дом/где дядя Миша жил/да?

- уде дядя Миша жил//

Упоминание рассказчицей знакомого места вызывает у адресата собственные воспоминания о знакомом ей человеке, хотя коллективным данное воспоминание все же не становится. Стоит добавить, что собственные, ответные воспоминания адресата может вызывать не только упоминание знакомых ему мест или людей, но и описание ситуаций, похожих на те, в которых ему самому довелось побывать. Например: (в беседе с матерью старшая дочь вспоминает о своей дочери в раннем детстве).

- Мы как-то гуляли в детском садике/ ну и там группа детей гуляла/ ну с садика/ и воспиталка// И Лере мож года два было/ и она прям/ знаешь такая/ вот так вот по земле руками это/ пыль летит во все стороны/ ну а я стою/ смотрю/ ну пусть ребенок играет/ и воспиталка такая/ «ой грит/ какая мама грит спокойная»/ а я говорю/ «ну че тут такого/ пусть/ ничё страшного»./

- Помою// Приду домой да помою// Оля (младшая дочь) када-то/ ну вот на этом стадионе/ какой-то костер жгли/ лет шесть ей было/ и она пошла туда костер этот смотреть/ а там же летят вот эти все вот эти вот// Она пришла/я ее не узнала/в мазуте вся! Ой! Давай разде../переодевать/ мыть//Ну а чё/ребенок//

В данном фрагменте наблюдается смена ролей «рассказчик - адресат»: услышав рассказ о знакомой ситуации, адресат подхватывает тему, заданную рассказчиком. Таким образом, фактор адресата играет немало-

важную роль в реализации жанра воспоминания: накладывает ограничения на выбор темы, обуславливает комментарии к тексту воспоминания, или же, напротив, позволяет избегать лишних подробностей при условии общности апперцепционной базы участников коммуникации, а также предопределяет смену ролей «говорящий - слушающий».

Сделанные нами наблюдения позволяют заключить, что рассказ-воспоминание - это комплексный жанр, обладающий сложным полипро-позитивным диктумом, представленным несколькими вариантами, основными из которых являются воспроизведение событий, характеристика человека, описание местности, описание традиционного уклада жизни, а также описание различных действий. Если диктумное содержание является общим для жанра воспоминания, то такая категория модуса, как авторизация, обуславливает возможность выделения в составе исследуемого жанра двух типов: собственные и чужие воспоминания. В свою очередь, различаются подтипы собственных воспоминаний в зависимости от таких параметров, как объект воспоминания и количество рассказчиков. Таким образом, типология речевого жанра воспоминания может быть представлена следующей схемой:

Список литературы

1. Гынгазова Л.Г. О речевом жанре воспоминания (на материале языка личности)// Актуальные направления функциональной лингвистики. Материалы Всероссийской научной конференции «Языковая ситуация в России конца XX века». - Томск: Изд-во Томского ун-та, 2001. - С. 167-174.

2. Демешкина Т.А. Теория диалектного высказывания. Аспекты семантики. -Томск: Изд-во Том. ун-та, 2000.

3. Казакова О.А. Диалектная языковая личность в жанровом аспекте. - Томск: Изд-во ТПУ, 2007.

Используемые символы

У - [г] фрикативный; у - [в] билабиальный; w - [в] губно-губной.