Сакральное как компонент языковой идиоматики

Воробьева НА Екатеринбург

САКРАЛЬНОЕ КАК КОМПОНЕНТ ЯЗЫКОВОЙ ИДИОМАТИКИ

Мысль о том, что язык - это средство выражения национальной ментальности восходит еще к работам В. фон Гумбольдта. Эта идея нашла новое преломление в конце XX в. с развитием антропоцентрической лингвистики, в том числе таких направлений, как этнолингвистика, лингвокультурология, когнитивная лингвистика и т.п.

Стало уже общепринятым положение о том, что язык - это носитель и транслятор культуры. Язык способен передавать различного рода информацию из поколения в поколение. Язык оказывает влияние на воспитание и становление человека в соответствии с особенностями той или иной культуры и является объединяющим началом для людей, принадлежащих к одной нации через сохранение и передачу культурных традиций

К источникам сведений о культуре, несущим национально-специфическую окраску, по мнению Антипова Г.А., Донских О.А. и др., «можно отнести как минимум следующие:

а) традиции (или устойчивые элементы культуры), обычаи (определяемые как традиции в «соционормативной» сфере культуры) и обряды (выполняющие функцию неосознанного приобщения к системе нормативных требований);

б) бытовую культуру, тесно связанную с традициями, вследствие чего ее нередко называют традиционно-бытовой культурой;

в) повседневное поведение (привычки представителей некоторых культур, принятые в некотором социуме нормы общения), а также связанные с ним мимический и пантомимический коды, используемые носителями некоторой лингвокультурной общности;

г) художественную культуру, отражающую традиции того или иного этноса.»

Мы считаем необходимым, использовать еще один источник национально-культурной информации, который мы рассматриваем как основной, - это устойчивые выражения (фразеологические обороты, устойчивые сравнения, устойчивые номинативные словосочетания).

В соответствии с вышесказанным языковые единицы могут рассматриваться как культурные знаки, интерпретация которых - особого рода когнитивная процедура декодирования означаемого через означающее с учетом знаний народной культуры, традиций, обрядов и т.д. и традиционных моделей структурирования на их основе наивной

картины мира.

Особый интерес представляют устойчивые сочетания с сакральным компонентом, так как анализ данных языковых единиц позволяет выявить закрепленные в сознании носителей языка стереотипы восприятия сверхъестественной силы.

Сакральный компонент (от лат. sacer, sad ‘священный, святой’) в узком смысле определяется как «священный, относящийся к религиозному культу и ритуалу; обрядовый» [Кры-син, 2003: 213]. В качестве основополагающего для целей нашего исследования мы берем широкое определение сакрального. Сакральное - 1. Вымышленные, наделенные сверхъестественными качествами существа - персонажи религиозных мифов; 2. Религиозные ценности - вера «истины», вероисповедания, таинства, церковь; 3. Совокупность вещей, действий, текстов, языковых формул, зданий и прочее, входящее в систему культа [АС, 1984: 391]. Ср. также: Сакральное - священное [от лат. sacrum - священность] - предмет религиозной веры: 1. Особые существа, связи и отношения, которые в различных религиях приобретают характер сверхъестественного; 2. Совокупность вещей, лиц, действий, текстов, языковых формул, зданий, входящих в религиозную культовую систему [ЭСК ,1997: 337]. Таким образом, «сакральный компонент характеризуется целым спектром содержательных характеристик: с одной стороны - через конкретизаторы: священный, обрядовый, ритуальный, таинственный, магический; с другой - через релятивные параметры: относящийся к существу, персонажу, лицу, вещи, действию, таинству и т.д.» [Коновалова, 2004: 53-54]. Данное определение сакрального компонента позволяет проанализировать больший объем языковых единиц с учетом разного рода культурологической информации, представляющей сферу сакрального в языковом сознании русского народа.

Сакральный компонент в составе идиоматичных выражений может быть формально выражен (представлен лексическими единицами соответствующих семантических полей, внутренней формой слова) и не выражен. Методика анализа выражений разных типов предполагает разные процедуры. Так, если сакральный компонент выражен, то достаточно выявить и интерпретировать внутреннюю форму наименования и описать его семантическую структуру.

Во втором случае сакральная семантика идиомы «выводится» с учетом широких этнокультурных пропозиций в результате интерпретации культурной семантики, связанной с обрядами, суевериями, фидеистическими представлениями. Существенное значение для такой интерпретации имеет обращение к фольклору и живой разговорной стихии, к диалектному материалу.

По представленности сакрального компонента мы выделили 3 группы выражений:

1. Устойчивые выражения с лексически (формально) выраженным сакральным компонентом

По характеру представленного сакрального компонента эта группа неоднородна. К ней относятся:

• устойчивые выражения, в состав которых в качестве сакрального компонента включено наименование святых, небесных сил.

Бог. Например, Бог не выдаст ‘ничего плохого не случится, все обойдется; из трудного рискованного положения будет найден выход’ [ФСРЛЯ ,1995: т.1,34]; бог не обидел кого ‘кто-либо в достаточной мере или с избытком наделен здоровьем, красотой, способностями’ [ФСРЛЯ ,1995: т.1,34].

Господь. Например, Господи благослови ‘хорошо, отлично, слава богу’ [ФСРЛЯ ,1995:

т.1, 31]; Наказание господне кто ‘о том, кто доставляет неприятности’ [ФСРЛЯ ,1995: т.2, 13].

Крестная сила. Например, С нами крестная сила ‘восклицание (род заклинания), произносимое суеверными людьми в момент испуга или сильного удивления’ [ФСРЯ Тихонов. 2003: 122].

• Устойчивые выражения, в состав которых в качестве сакрального компонента включено наименование нечистой силы.

Домовой. Например, выть (завыть) как домовой ‘о каких-либо жалобных, тоскливых, похожих на плач звуках (издаваемых ветром, пургой и т.п.)’ [ССРЯ ,2003: 103]; как домовик ‘о домоседе’ [ЧДФ, 2004: 167].

Дьявол. Например, хохотать (смеяться) как дьявол ‘о чьем-либо злом, диком, безудержном и громком хохоте’ [ССРЯ ,2003: 113]; хитер (хитрый) как дьявол ‘о чрезвычайно хитром, изворотливом, предприимчивом и лукавом человеке’ [ССРЯ ,2003: 113].

Лихо. Например, лихо одноглазое ‘косой человек’ [ЧДФ, 2003: 45]; хватить (илихлебнуть) лиха ‘испытать много горя, несчастий’ [ФСРЯ Тихонов,2003: 135].

Нечистая сила. Например, нечистая водит кого ‘о человеке, который где-то блуждает [ЧДФ, 2004: 189]; нечистая принесла кого ‘кто-либо пришел, явился некстати, не вовремя и т.п.’ [ФСРЛЯ ,1995: т.2, 31].

Обдериха. Например, обдериха виновата ‘так говорят, когда после бани появляются сыпь, болячки’ [РДС,1995: 467].

• Устойчивые выражения, в состав которых в качестве сакрального компонента включено наименование болезни или смерти.

Например, черная смерть ‘чума’ [ФСРЛЯ ,1995: 166]; каклядо ‘о болезненном человеке (лядо - болезнь)’ [ЧДФ, 2004: 40]; вешня болесь ‘лихорадка’ [ФСРГС, 1983: 14]; родимец бьет ‘болезнь’ [Тимофеев ,2003: 148]; лихоманка (лихорадка) (тебя) затряси ‘проклятие’ [Тимофеев ,2003: 109].

• Устойчивые выражения, в состав которых в качестве сакрального компонента включены названия лиц, совершающих религиозные ритуалы, обряды или другие сакральные действия.

Например, духовный отец ‘то же, что духовник (священник, принимающий исповедь у кого-либо постоянно)’ [ЧДФ, 2003: 73]; знаткой человек ‘знахарь, народный лекарь’ [ЧДФ, 2003: 2003]; бабушка-знатушка ‘знахарка’ [ЧДФ, 2003: 62]; урочный человек ‘человек, у которого по суеверным представлениям, «дурной глаз», который может, посмотрев, причинить вред кому-либо’ [ЧДФ, 2003: 66].

• Устойчивые выражения, в состав которых в качестве сакрального компонента включены названия народных праздников.

Например, Акулина-комарница ‘день 13 июня по старому стилю (время наибольшего появления комаров)’ [ФСРГС, 1983: 7]; Алексей с божьих гор потоки ‘день 17 марта по старому стилю, названного в честь святого Алексея, «человека божия»’ [ФСРГС ,1983: 7]; не жизнь, а масленица ‘о произвольной, беззаботной и обеспеченной жизни’ [ССРЯ ,2003: 239]; Юрьев день ‘употребляется для выражения неожиданно несбывшейся надежды, прекращения свободы действия и т.п.’ [ФСРЯ Тихонов, 2003: 333].

• Устойчивые выражения, в состав которых в качестве сакрального компонента включены названия народных обрядов и ритуалов (не только религиозных).

Например, посвечно молиться ‘по старообрядческому обычаю, родственники умершего должны молиться поочередно в течение шести недель, сменяя друг друга при полном сгорании свечи’[СРГСУ: т.4, 102]; надевать иночество ‘постригаться в монахи’ [ФСРЛЯ, 1995: т.2, 8]; поставить свечу ‘помолиться за упокой’ [Тимофеев, 2003: 141]; обряд вести ‘исполнять религиозные обряды’ [ФСРГС ,1983: 25].

• Устойчивые выражения, в которых в качестве сакрального компонента включено имя библейского, мифологического или сказочного персонажа.

.Например, Адамова голова ‘человек с большой головой’ [ЧДФ, 2003: 47]; Ариаднина нить ‘о чем-либо, помогающем разобраться в сложной обстановке, выйти из затруднительного положения’ [ФСРЯ Тихонов, 20003: 12]; вещая (вещий) каурка ‘конь в русских сказках, дающий советы своему хозяину и обладающий чудесным (магическим) свойством изменять его внешний вид и одежду’ [ФСРЯ Тихонов, 2003: 107].

• Устойчивые выражения, в которых в качестве сакрального компонента включены названия атрибутов какой-либо веры, предметов, построек, имеющих отношение к религиозным учениям.

Например, Вавилонская башня ‘об очень высоком здании, строении’ [ФСРЛЯ ,1995: т.1, 15-16]; нести крест ‘терпеливо и последовательно переносить испытания, превратности судьбы’ [ФСРЛЯ ,1995: 27]; яблоко раздора ‘то, что вызывает ссору, раздор, предмет раздора’ [ФСРЯ Тихонов, 2003: 334].

К этому типу относятся также устойчивые выражения, включающие в свой состав несколько сакральных компонентов.

Например, ни богу свечка, ни черту кочерга ‘ничем не выделяющийся, средний, посредственный человек’ [ФСРЯ: Молотков, 1987: 413]. В данном устойчивом выражении в качестве сакральных компонентов включены наименования сверхъестественной силы, относящиеся к противоположным семантическим полям (святой - нечистый), что способствует десакрализации смысла выражения при сохранении сакральной семантики лексических компонентов в его составе (бог, черт) // По бесовой библии <жить> ‘бесчестно’ [ФСРГС, 1983: 12]. В данном устойчивом выражении используются сакральные компоненты бес (название нечистой силы) и библия (название атрибута христианской веры). Подобное сочетание сакральных компонентов противоположных по семантике может рассматриваться как своеобразный оксюморон, что усиливает негативную экспрессию выражения.

2. Устойчивые выражения с лексически (формально) невыраженным сакральным компонентом

Сакральная семантика данных устойчивых выражений «выводится» с учетом широких этнокультурных пропозиций в результате интерпретации культурной семантики, связанной с обрядами, суевериями, фидеистическими представлениями.

Данный тип устойчивых выражений неоднороден, можно выделить следующие тематические группы в его составе:

• Название сверхъестественной силы, например, небесная канцелярия ‘о силах, будто бы управляющих погодой’ [ФСРЯ Тихонов, 2003: 105]. В данном устойчивом выражении отражены наивные представления носителей языка о том, что сверхъестественные силы способны управлять природными явлениями и посылать людям благо или кару свыше.

• Названия людей, помогающих нечистой силе, например, девка лесная ‘согласно суеверным представлениям, девушка, по воле лешего долго блуждавшая в лесу и других местах и научившаяся колдовству и знахарству; по выходе замуж утрачивала свое звание’ [ЧДФ, 2004: 63].

• Отрицательная характеристика человека, например, урочливый глаз ‘о человеке, которого считают глазливым, способным сглазить’ [ЧДФ, 2004: 66]. Данное устойчивое выражение употребляется для негативной характеристики человека, который, по суеверным представлениям, (иногда не специально) может сглазить человека, т.е., например, навредить его здоровью, удаче и т.д.

• Названия обрядов, ритуалов, магических действий, например, выливать на воске ‘1. Лечить заговором над растопленным воском. 2. В знахарском лечении: пытаться получить изображение того, кто будто бы напугал ребенка’ [ФСРГС, 1983: 37].

• Названия участников обрядов, например, слезливая барыня ‘плакальщица’ [ЧДФ, 2004: 66]. Слезливая барыня - женщина-плакальщица, которую за плату приглашали на свадьбы или похороны. В ее обязанности входило оплакивать умершего или участь девушки, выходившей замуж.

3. Устойчивые выражения с сакральным компонентом, изначально не имеющие сакральной семантики.

Например, крещенские морозы (или холода) ‘сильные морозы во второй половине января, бывающие во время первого церковного праздника - крещения’ [ФСРЯ: Тихонов, 2003: 123]. В крещенье льда не выпросишь ‘о крайне скупом человеке’ [ЧДФ, 2004: 179]. Данные устойчивые выражения в качестве сакрального компонента содержат одно из названий церковных праздников - крещенье, но они уже изначально не обладали сакральной семантикой. Устойчивое выражение крещенские морозы (или холода) используется только для указания на время. Выражение в крещенье льда не выпросишь используется для наиболее экспрессивной, гиперболизированной оценки очень скупого человека, которому в лютые морозы жалко снега, льда.

Устойчивые выражения каждой из этих групп являются носителями какой-либо культурной информации. Так, например, интерпретация выражений, содержащих в своем составе единицы семантического поля «святая сила», должна учитывать следующее:

1. В сознании носителей языка святая сила - символ всего положительного. Ее действия воспринимаются как приносящие добро, помогающие человеку, оберегающие его. Например, ангел над тобой ‘при выражении желания предотвратить какую-либо беду, опасность’ [ФСРГС, 1983: 7]; ангел-хранитель ‘по религиозным представлениям: ангел, охраняющий определенного человека’ [ФСРЯ: Тихонов, 2003: 313]. С одной стороны, во всех своих начинаниях человек надеется на то, что высшие силы его поддержат, помогут. Обращаясь к ним, он рассчитывает на удачное завершение какого-либо дела, на возможность получить что-то хорошее, не прилагая особых усилий, например, бог не выдаст ‘ничего плохого не случится, все обойдется; из трудного рискованного положения будет найден выход’ [ФСРЛЯ ,1995: т. 1,34]; бог послал (пошлет) ‘о чем-л. случайно добытом или полученном’ [ФСРЯ: Тихонов, 2003: 212]. Скорее всего, именно этим объясняется полная покорность носителей языка, принятие всего происходящего, как блага, например, что бог ни делает, все к лучшему ‘о судьбе, смирении’ [Тимофеев, 2003: 171]. С другой стороны, говорящий пытается снять с себя ответственность за неудачные поступки, объясняя их вмешательством сверхъестественных сил, например, например, бог пихнул ‘черт

дернул; неизвестно зачем, для какой надобности’ [ФСРГС ,1983: 13].

2. Считается, что именно бог может наделить или не наделить человека какими-либо талантами, силой, здоровьем, интеллектом, например, бог не обидел ‘кто-либо в достаточной мере или с избытком наделен здоровьем, красотой, способностями’ [ФСРЛЯ ,1995: т.1,34]; богом убитый (убитая) кто ‘о глуповатом, малосообразительном человеке’ [ФСРЯ Тихонов, 2003: 282]; помочь во время болезни, родов, спасти от смерти, например, бог пристал ‘о наступившем выздоровлении’ [ФСРГС, 1983: 13]; бог простил ‘о женщине, благополучно родившей ребенка’ [ФСРГС, 1983: 13]. В сознании носителей языка смерть человека воспринимается тоже как воля божья, например, бог прибрал ‘кто-то умер’ [ФСРЯ: Молотков, 1987: 40].

3. В устойчивых выражениях данной группы отражено представление носителей языка о том, что дети появляются на этот свет с благословления небесньх сил. Например, анде-ли послали ‘восторженно-нежное приветствие новорожденному’ [ФСРГС, 1985: 8].

4. Для положительной оценки характера, внешности, физических и интеллектуальных способностей человека используют сравнение с чистыми, святыми силами, например, ангел во плоти ‘кроткий, чуткий, непорочный человек’ [ФСРЛЯ ,1995: т.1, 17]; святая святых ‘о хорошем человеке’ [ЧДФ, 2004: 148]. Человека, отличившегося какими-либо положительными качествами, бог может наградить, исполнив его волю, например, бережливого бог бережет ‘тот, кто все бережет, тот и удачлив’ [Тимофеев, 2003:64].

5. У ряда устойчивых сочетаний, содержащих положительно оцениваемый сакральный компонент, развивается прямо противоположное значение, так как носители языка употребляют некоторые из них для характеристики отрицательно оцениваемых качеств человека, например, лицемерия, беспринципности и т.д. Например, ангел непорочный ‘человек, маскирующий свои отрицательные качества’ [ФСРЛЯ ,1995: т.1, 17-18]; святой, да не шибко ‘о том, у кого незаслуженно хорошая репутация’ [ЧДФ, 2004: 109]; стоять как Иисус [Христос] ‘о скромно, молчаливо и нарочито смиренно стоящем человеке’ [ССРЯ, 2003: 154].

6. В указанных выражениях отразилось представление носителей языка о том, что действительно верующий человек должен жить в согласии с божьими законами, придерживаться каких-либо нравственных или этикетных норм, за нарушение которых его ждет наказание, например, гневить бога ‘делать что-то предосудительное’ [Тимофеев, 2003: 80]; не даст бог соврать ‘о правде’ [Тимофеев, 2003:121]; Бог-от с вами - лучше брани ‘восклицание со значением ласкового поощрения’ [СРГСУ ,1964: т.1,208].

7. В устойчивых выражениях указанной группы отразилась вера человека в судьбу, которая предопределена свыше, вера в то, что только бог может влиять на жизнь человека, как-то изменять ее, так как он всеведущ, знает обо всем происходящем в жизни человека. Например, бог не Микишка, знает ‘судьбу определяет не простой смертный, а боґ [Тимофеев, 2003: 65]; на бога с тыниной не кинешься ‘о неизменной судьбе’ [Тимофеев, 2003: 113].

8. Употребление в составе сочетания одного из наименований высшего существа, усиливает просьбу, обращенную к какому-либо человеку. Некоторые выражения изначально использовались как какие-то магические, защитные формулы, в которых отразилось желание носителей языка уберечь себя от каких-либо неприятностей. Например, боже упаси да оборони ‘заговор от беды’ [Тимофеев, 2003: 65]; спаси, оборони, Господи ‘восклицание перед опасным, трудным делом’ [Тимофеев 2003: 58]; Господи, помилуй ‘мольба о прощении’ [Тимофеев, 2003: 82]. Со временем подобные выражения стали упот-

ребляться как эмотивы, например, Христос с ним (ними и т.д.) ‘выражает предложение согласия не спорить с кем-либо’ [ФСРЯ Тихонов, 2003: 314]; Христос с тобой ‘выражение благодарности’ [Тимофеев, 2003: 169]; Ах ты, господи! ‘употребляется для выражения удивления, досады, нетерпения и т.п.’ [ФСРЯ Тихонов, 2003: 55]; вводные слова, например, прости, Господи (в значении вводного слова) ‘указывает на резкость высказанной оценки, суждения и т.д.’ [ФСРЯ Тихонов, 2003: 55]; этикетные формулы, например, ангел мой ‘в речевом этикете употребляется в ласковом обращении к кому-либо’[ФСРЛЯ ,1995: т.1, 17].

В процессе функционирования в языке устойчивые выражения могут сохранять сакральную семантику или утрачивать ее. В этом случае отмечается процесс десакрализации, сопровождаемый различными семантическими изменениями (переосмыслением семантики, развитием новых смыслов и даже десемантизации).

С целью выявления процесса десакрализации мы предлагаем следующую методику анализа языкового материала.

1. Определить значение устойчивой единицы по словарю.

2. Выделить сакральный компонент.

3. Определить значение сакрального компонента по толковому словарю.

4. Определить, какими средствами создается образ сакрального.

5. Определить, какую этнокультурную информацию содержит устойчивое выражение.

6. Если в составе устойчивого выражения есть слова с затемненной внутренней формой (ВФ), то следует определить их значение по этимологическому словарю.

7. Выявить отсутствие или наличие вариантов устойчивых выражений, построенных по той же модели и передающих то же значение без сакрального компонента.

8. Проанализировать контексты употребления с целью выявления коннотаций сакрального характера.

Проанализируем два устойчивых выражений, в состав первого включено наименование небесной, святой силы, в составе второго нет лексически выраженного сакрального компонента.

Бог знает

ЛЗ - 1. Неизвестно, никто не знает (что, кто, какой, как, где, когда и т.п.). 2. Выражение возмущения, негодования, вообще отрицательного отношения к чему-либо или по поводу чего-либо (в сочетании с теми же словами, что и в 1 знач.) [ФСРЯ: Молотков, 1987: 39].

Сакральный компонент - бог.

Бог - по религиозному представлению: верховное существо, сотворившее мир и управляющее им, или (при многобожии) одно из таких существ [СРЯ, 1999: т.1, 101].

Образ сакрального в данном устойчивом выражении создается с помощью лексических средств - в его состав включено существительное бог (наименование высшего существа).

В данном устойчивом выражении отражено восприятие носителями языка высшего существа как всеведающего, знающего в отличие от человека.

Варианты устойчивого выражения: бог [господь, аллах, черт, бес, леший, пес]знает. Следует отметить, что в указанных вариантах лексема бог заменяется лексемами господь, аллах, черт, бес, леший, пес. Эти лексемы выступают в качестве номинативных вариантов, причем одни из них называют высшие силы (господь, аллах), а другие - демонологические (черт, бес, леший). Стоит отметить, что для религиозного человека эти лексемы никогда не станут синонимичными, так как он осознает отрицательный характер этой лексемы. Сказывается страх человека перед сверхъестественными силами, тем более нечис-

тыми. Компонент пес является табуированным обозначением нечистой силы.

В первом значении данное устойчивое выражение употребляется в следующих контекстах: Мы бог знает, где едем, и бог знает, что с нами делается (Л.Толстой, Война и мир); Я подумал с минуту. Бог знает, зачем этот Маслобоев шляется со своею таинственностью. Что за сношения завел?Надо бы его увидать (Достоевский, Униженные и оскорбленные). Ср. Черт знает, откуда опять эта страсть деятельности! (Герцен, Письмо НА.Захарьиной, 4 ноября 1836); Ответный крик и треснутое стекло мигом отрезвили Вальгана. Дело оборачивалось серьезно. Еще одно обсуждение в парткоме, в райкоме, в обкоме и черт знает где. Его нежелание оставить Бахарева сменным никто не поддержит (Г.Николаева, Битва в пути).

Во втором значении данное устойчивое выражение употребляется в следующих контекстах: Ты тратишь свои лучшие годы на бог знает что.... Роешься в старом, никому не нужном хламе (Чехов, Хорошие люди). Ср. «Черная шаль» тебе нравится - ты прав, но ее черт знает, как напечатали (Пушкин, Письмо Л.С.Пушкину, 27 июля 1821); Ты нам тут своей эрудицией не тряси. В пошлый раз стыдно тебя слушать было. Начал с того, что человек произошел от обезьяны, а кончил. Черт знает, где кончил! (В. Пикуль, Океанский патруль).

Все приведенные контексты употребления (в первом и во втором значении) доказывают, что данное устойчивое выражение утратило сакральное значение и употребляется с целью выражения чувств, эмоций и не содержит отсылки к сакральному субъекту. Следовательно, опираясь на результаты анализа, можно сделать вывод о полной десакрализации данного выражения.

Место глядеть

ЛЗ - в свадебном обряде смотреть дом и хозяйство жениха [ФСРГС, 1983: 184].

Сакральный компонент лексически не выражен.

В данном устойчивом выражении образ сакрального моделируется с учетом этнокультурных пропозиций, связанных с восприятием носителями языка дома, как постоянного места проживания. Дом для человека имеет большое значение, поскольку это единственное сакрально гарантированное пространство, то есть такое пространство, в котором он чувствует себя защищенным от различных бед, от действия нечистой силы. Поэтому при переезде на другое место (в данном случае в дом мужа), участники ритуала, например, родители невесты должны быть уверены в сакральной гарантированности нового (осваиваемого) пространства.

Анализ устойчивого выражения показал, что сочетание не утратило сакральную семантику, но употребляется на ограниченной территории или совсем не употребляется. Скорее всего, объясняется это тем, что в настоящее время обряд сватовства, свадьбы совершается не в полном объеме.

К основным причинам десакрализации устойчивых выражений можно отнести следующие:

1. Развитие синонимических отношений у устойчивых выражений, в состав которых включены сакральные компоненты противоположных семантических полей. Например, Бог с ним - черт с ним - бес с ним.

2. Возможность замены сакрального компонента табуированными наименованиями: Бог с ним - пес с ним - шут с ним.

3. Возможность замены сакрального компонента лексемами без сакрального значения. Например, Бог с ним - прах с ним.

4. Возможность замены сакрального компонента отрицательными местоимениями. Бог знает - никто не знает.

Устойчивые выражения, утратившие сакральную семантику, чаще всего переходят в разряд вводных слов, эмотивов, экспрессем со значением интенсивности проявления признака, этикетных формул.

ЛИТЕРАТУРА

1. Атеистический словарь / под ред. М.П. Новикова. - М., 1984.

2. Коновалова Н.И. Динамический аспект интерпретации фразеологизмов с сакральным компонентом // Образ человека и человеческий фактор в языке: словарь, грамматика, текст. - Екатеринбург, 2004.

3. КрысинПП. Толковый словарь иноязычных слов. - М., 1998.

4. РСД - Русский демонологический словарь. / Авт.-сост. Новичкова Т.А.. - СПб., 1995.

5. СРГСУ - Словарь русских говоров среднего Урала в 7-ми тт. - Свердловск, 1964 -1986.

6. ССРЯ - Мокиенко В.М. Словарь сравнений русского языка. - СПб., 2003.

7. ФСРГС - Фразеологический словарь русских говоров Сибири. / Сост. Федоров А.И. - Новосибирск, 1983.

8. ФСРЛЯ - Фразеологический словарь русского литературного языка в 2-х тт. / Сост. Федоров А.И. - Новосибирск, 1995.

9. ФСРЯ Молотков 1987

10. ЧДФ - Алексеенко М.А., Белоусова Т.П., Литвинникова ОИ. Человек в русской диалектной фразеологии: Словарь. - М., 2004. © Воробьева Н.А., 2005