Управление уральскими горнозаводскими школами в XIX веке

ЭЛ. Черноухое

УПРАВЛЕНИЕ УРАЛЬСКИМИ ГОРНОЗАВОДСКИМИ ШКОЛАМИ В XIX ВЕКЕ

Министерская реформа впервые в истории России выделила народное просвещение в отдельную отрасль государственного управления. Однако до централизации системы образования в империи было далеко. Министерство народного просвещения (далее — МНП) не получило монопольного права руководства, даже общеобразовательными школами. Его законодательство было лишь ориентиром для других ведомств, имевших в своем составе учебные заведения.

В статье рассматривается своеобразное положение горнозаводских школ Урала. В XIX в. в борьбе за контроль над этими учебными заведениями пересекались интересы министерств финансов, народного просвещения, внутренних дел и Святейшего Синода. Отдельные аспекты данной проблемы рассматривались в работах Н.В. Нечаева, Т.А. Калининой, JI.A. Дашкевич1.

С 1802 по 1874 гг. уральские горные заводы находились в ведении министерства финансов (далее — МФ). По традиции, идущей с XVIII в., контроль над находящимися при них учебными заведениями осуществляла местная горная администрация. Казенные финансировались горным ведомством, частные — заво-довладельцами.

Горное законодательство 1806 г. подробно регламентировало деятельность школ в казенных округах, общее руководство и надзор возлагались на горных начальников. Особое внимание уделялось подбору учителей и контролю за расходом школьных средств. На берг-инспектора при посещении заводов возлагалась обязанность осматривать существующие при них учебные заведения. Он должен был проверять успехи учащихся, прилежность учителей и материальное обеспечение учебного процесса2.

После утверждения в 1847 г. новых штатов казенных заводов Урала здесь сложилась трехступенчатая система учебных заведений: первоначальные школы ~ окружные училища — Уральское горное училище. Система управления ими, естественно, усложнилась, но не претерпела принципиальных изменений. Разработанное на основе новых штатов "Положение об учебных заведениях уральских горных заводов" 1852 г. сохраняло общее руководство за горными начальниками. Непосредственный надзор возлагался на инспектора по учебной части, назначаемого в каждом казенном округе из старших горных офицеров. В контроле над первоначальными школами ему помогал смотритель окружного училища. Непосредственное руководство Уральским горным училищем осуществляли управляющий, утверждаемый министром финансов, и его помощник— инспектор классов, утверждаемый главным горным начальником. Не менее одной из этих должностей должен был занимать горный инженер3.

Горное законодательство первой половины XIX в. не содержало прямых указаний по учебным заведениям при частных заводах. Контроль за их деятельнос-

Черноухов Эдуард Анатольевич—аспирант Уральского государственного педагогического университета. ______

тыо осуществлялся больше по традиции. Ен> достаточно формальный характер отражают ведомости о состоянии частных школ Пермской, Оренбургской и Вятской губерний, посылаемые в канцелярию главного горного начальника. В одних из них отмечалось, что они находятся в ведении Уральского горного правления, в других — местных заводоуправлений и контор, в третьих об этом вообще ничего не сообщалось4. Частные горнозаводские школы Урала действовали На основании специальных положений и инструкций, утверждаемых заводовладельцами. Общий контроль обычно осуществлял смотритель из старших заводских служителей.

Школам отводилась важная роль в борьбе с широко распространенным на Урале расколом. В их деятельность активно вмешивалось министерство внутренних дел (далее — МВД). Так, в 1830 г. пермский губернатор через горную администрацию добился закрытия Верхисетской школы. Это было сделано на основании отсутствия в ее учебном курсе закона божьего и привлечения к преподаванию раскольников3.

Вскоре появился целый ряд законодательных актов, увеличивающих роль МВД и церкви в системе образования империи. В 1835 г. МВД через губернатора довело до заводовладельцев Пермской губернии императорский указ, предписывающий для ослабления раскола "озаботиться о распространении училищ, подобных Новоусольскому Строгановых и Нижнетагильскому Демидовых". На следующий год были утверждены "Правила для обучения поселянских детей", распространенные на все губернии, с жившими там раскольниками. В них духовенство призывалось к созданию в своих приходах "домашних" школ для "безмездного" обучения мальчиков. Вскоре действие Правил предписано было распространить и на девочек. В развитие этих актов были изданы специальные указы Святейшего Синода от29 октября 1836 г. и 12 мая 1837 г. 15 марта 1847 г. появился новый императорский указ, предписывающий владельцам селений в местах распространения раскола иметь не менее одного училища на две тысячи душ4. МВД довольно жестко контролировало его выполнение на Урале, требуя от заводовладельцев ежегодных отчетов и устранения замеченных недостатков.

Созданные при ряде частных уральских горных заводов, "домашние" школы, в том числе единоверческие, находились в епархиальном ведении. Однако в большинстве округов материальное обеспечение их деятельности осуществляли заводоуправления. Они предоставляли помещение, учебные книги и школьные принадлежности, платили дополнительное жалованье учителям из духовных лиц, а также назначаемым им в помощь заводским служителям.

С восшествием на престол Николая I усилилась тенденция к насаждению идеологического единообразия в империи. МНП активно добивалось установления контроля над учебными заведениями других ведомств. В 1827 г. был издан императорский рескрипт о его распространении на все учебные заведения, кроме военных и духовных. На основании этого документа попечитель Казанского учебного округа затребовал у Пермского горного правления сведения о всех имеющихся при заводах и рудниках школах. Однако министр финансов в письме императору просил не распространять действие рескрипта на учебные заведения своего ведомства. Он отметил, что горная служба с 1826 г. сравнена с военной. Е.Ф. Канкрин предложил представлять в МНП програм-

67

мы курсов всех учебных заведений своего ведомства. Это компромиссное предложение министра финансов было принято7.

Между тем МБП продолжало активно вмешиваться в деятельность неподведомственных ему учебных заведений. Так, в 1831 г. училищный комитет Казанского учебного округа предписал закрыть горную школу при Юговском заводе, как действующую "вопреки существующих на сей предмет узаконений". В ней, помимо предметов, разрешенных для подобных учебных заведений, преподавались история, география, черчение и маркшейдерское искусство. Уральские горные власти выступили в защиту школы. После длительной переписки директор училиш Пермской губернии вынужден был признать, что Юговская школа, не состоя в ведении МНП, зависит от горного начальства и "следует своим основаниям и правилам"8.

Новый министр народного просвещения С.С. Уваров, автор теории "официальной народности", постоянно обращал внимание на различные нарушения в частных учебных заведениях, неподведомственных его министерству. Основными претензиями к уральским горнозаводским школам были преподавание в ряде из них "неположенных" предметов и обучение вместе детей свободного и крепостного состояний. В результате, в 1837 г. в Уральское горное правление поступил императорский указ, а в 1839 г.—циркуляр из МФ, жестко требующие пресекать подобную практику. Их копии были отправлены всем горным исправникам частных округов9.

В конце 30-х годов МНП добивается перехода в свое ведение крупнейших уральских частных горнозаводских школ: Чермозской, Выйской, Нытвенской, Очерской. Ни одна из них не была возвышена до степени уездного училища. В 1839 г. началась переписка между МНП и МФ о передаче в ведение первого всех частных школ при уральских заводах и рудниках. Горные власти выразили свое согласие, оговорив право главного начальника и берг-инспектора осматривать все существующие в частных округах школы. В 1842 г. соглашение между министерствами было достигнуто и доведено до горных исправников10. Но хотя в указе о переподчинении шла речь о всех существующих школах, примерно четвертая часть из них осталась в епархиальном ведении. Вопрос об их передаче в МНП поднимался в 1857 и 1859 годах, но разрешен не был. Этому противодействовали церковные власти и ряд заводоуправлений Урала11.

После переподчинения частных горнозаводских школ МНП значительно увеличился объем их отчетности. В местную дирекцию училищ нужно было представлять семь годовых и четыре полугодовых отчета, а также ежемесячные рапорты. Для обучения предметам, выходящим за рамки программы приходских училищ, требовались специальные разрешения. Учителя должны были сдавать в дирекции училищ экзамен на право преподавания.

Вместе с тем своеобразное положение частных горнозаводских школ Урала в определенной степени сохранилось и после их подчинения ведению МНП. Его основой оставалось их полное финансирование заводовладельцами. Вся хозяйственная часть осталась в ведении заводоуправлений и контор. Некоторая автономия сохранялась и в учебной сфере, например, право иметь собственные штаты учителей, позволяющие широко привлекать к преподаванию совместителей.

Своеобразные отношения сохранились между горной администрацией и структурными подразделениями МНП. Первая имела реальные рычаги воздействия на частных заводовладельцев. Так, в 1848 г. смотритель екатеринбургских училищ сообщил главному горному начальнику, что в Сысертском заводе здание школы очень тесно, а учитель получает маленькое жалованье. После соответствующих указаний В.А. Глинки местное заводоуправление рапортовало о подыскании более обширного дома и увеличении жалованья учителю, о чем и было сообщено в дирекцию училищ12.

Отмена крепостного права закономерно привела к изменению статуса горнозаводских учебных заведений. Абсолютное большинство частных школ в 60-е гг., перейдя на содержание местных обществ, окончательно утратило свою специфику. Несколько позднее реорганизации подверглась и система казенного образования.

Первоначально уральская горная администрация высказалась за ее сохранение при значительном сокращении расходов на содержание13. Однако горнозаводская промышленность вступила в полосу тяжелого кризиса, выход из которого многие видели в сокращении непроизводственных расходов. Специальная комиссия, работавшая над пересмотром Горного устава, высказалась за освобождение горного ведомства от обязанности содержать училища в казенных округах, с передачей всех существующих в МНП. Обоснованность переподчинения общеобразовательных учебных заведений (окружных училищ и первоначальных школ) поддержал в письме министру финансов от 20 сентября 1867 г. главней начальник уральских горных заводов А.А. Иосса. Он предлагал оставить в ведении министерства только Уральское горное училище. В письме отмечалось, что большинство специальных технических учебных заведений в России и Европе находятся под контролем соответствующих ведомств14.

В 1870 г. вопрос обсуждался в Государственном Совете при рассмотрении сметы Горного департамента. Было предложено передать первоначальные школы и окружные училища МФ в ведение МНП. Процесс предоставления необходимых сведений и согласовании растянулся на восемь лет. 24 июня 1879 г. после обсуждения в Государственном Совете и утверждения императором решение о переподчинении было опубликовано Сенатом15.

На Урале передаче подлежали 4 окружных училища и 3 5 первоначальных школ. Они были преобразованы в сельские и городские народные училища. Переписка между министерствами с взаимными финансовыми претензиями продолжалась до конца 80-х годов16.

В целом, переподчинение казенных горнозаводских школ вписывается в общий процесс реформирования горного ведомства в этот период. С 1 января 1874 г. оно перешло в ведение министерства государственных имуществ. После этого сразу же началось переподчинение ряда его структур (горные церкви, госпитали, аптеки и пр.) соответствующим ведомствам. К концу 70-х годов в ведении горных властей остались только учреждения, имевшие непосредственное отношение к горному делу17.

Таким образом, МНП удалось подчинить себе большинство горнозаводских школ Урала. Был сделан еще один шаг к централизации системы образования в империи.

Примечания

I См.: Нечаев Н.В. Горнозаводские школы Урала. М., 1956; Калинина Т. А. Развитие народного образования на Урале в дореформенный период. Дис... кавд. ист. наук. Пермь, 1977; Дашкевич Л.А. Формирование технической интеллигенции в горнозаводской промышленности Урала дореформенного периода. Дис... канд. ист. наук. Свердловск, 1988.

2ПСЗ-1. Т. 29, №22208.

3 Положение об учебных заведениях уральских горных заводов. Екатеринбург, 1853.

4 ГАСО, ф. 24, оп. 32, № 2433, л. 9—49.

5 Там же, оп. 23, № 6797, л. 1—27.

6 Собрание постановлений по части раскола. СПб., 1875. С. 176—178,188,366—367.

'РГИА, ф. 37, оп. 11, №308.

8Дашкевич Л.А. Указ. соч. С. 112.

9См.: Калинина Т.А. Указ. соч. С. 130—131. ГАСО, ф. 643, on. 1, № 745, л. 158—159.

10 Сборник распоряжений по МНП. Т.2. СПб., 1866. Стб. 643; ГАСО, ф. 24, оп.23, №.6530, л. 1—5.

II ГАСО, ф. 643, on. 1, № 1277,1432.

12 Там же, ф.43, оп. 2, № 1313, л. 1—12.

13 Там же, on. 1, № 400, л. 9—14.

14 Там же, № 458, л. 80—81.

15 См.: Нечаев Н.В. Указ. соч. С. 103—104.

16 РГИА, ф. 37, оп. 53, № 655.

17 См.: Иванов П.А. Краткая история управления горной частью на Урале. Екатеринбург, 1900. С. 24.