МОДАЛЬНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ ФОРМЫ БУДУЩЕГО ПРОСТОГО ВРЕМЕНИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ И ВАРИАНТЫ ЕГО РЕАЛИЗАЦИИ В НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКЕ

ФИЛОЛОГИЯ

Гуманитарные исследования. История и филология. 2022. № 8. С. 43-51. Humanitarian Studies. History and Philology. 2022. No. 8. P. 43-51.

Научная статья

УДК 811.161.1:811.112.2

doi: 10.24412/2713-0231-2022-8-43-51

МОДАЛЬНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ ФОРМЫ БУДУЩЕГО ПРОСТОГО ВРЕМЕНИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ И ВАРИАНТЫ ЕГО РЕАЛИЗАЦИИ В НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКЕ

Анна Викторовна Аверина

Московский государственный областной университет, Москва, Россия, Anna.averina@li st.ru

Аннотация. Необходимо рассмотрение вопроса о том, при каких условиях глаголы совершенного вида русского языка в перспективе будущего времени кодируют корневые и некорневые модальные значения. Следует прояснить также и типичные варианты немецких соответствий для модализованных значений будущего времени, выраженных глаголами в форме совершенного вида. Выяснение обозначенных проблемных моментов позволит дать описание условий реализации корневых и некорневых модальных значений в русском языке, раскрыть модальный потенциал совершенного вида, а также определить немецкие соответствия для модализованных форм будущего времени в русском языке. Этим и определяется актуальность данной статьи. Цель публикации — описать условия, при которых глаголы совершенного вида русского языка приобретают способность передавать корневые и некорневые модальные значения, а также выявить типичные формы выражения модализованного будущего в немецком языке. В качестве материала исследования послужили оригиналы высказываний на русском языке, взятые из Национального корпуса русского языка и их переводы на немецкий язык. В процессе анализа фактического материала были использованы следующие методы: метод контекстуального анализа, описательный метод, метод контрастивного исследования. В результате описаны условия, при которых глаголы совершенного вида русского языка приобретают способность передавать модальные значения, а также выявлены типичные формы их выражения в немецком языке. Показано, что в немецком языке, не располагающем морфологически выраженной в глаголе категорией вида, модализованные значения будущего времени передает, в первую очередь, форма Futur I. В статье рассмотрен вопрос об условиях, при которых формы совершенного вида русского языка в перспективе будущего времени приобретают дополнительную модальную семантику, а также в определении соответствий в немецком языке.

Ключевые слова: совершенный вид, модальность, инференциальная эвиденциальность, немецкий язык, русский язык.

Для цитирования: Аверина А.В. Модальный потенциал формы будущего простого времени в русском языке и варианты его реализации в немецком языке // Гуманитарные исследования. История и филология. 2022. № 8. С. 43-51. https://doi.org/10.24412/2713-0231-2022-8-43-51

© Аверина А.В., 2022

Original article

MODAL POTENTIAL OF THE FORM OF THE FUTURE SIMPLE TENSE IN THE RUSSIAN LANGUAGE AND VARIANTS OF ITS IMPLEMENTATION IN THE GERMAN LANGUAGE

Anna V. Averina

Moscow State Region University, Moscow, Russia, Anna.averina@list.ru

Abstract. It is necessary to consider the question of under what conditions the verbs of the perfect form of the Russian language in the perspective of the future tense encode root and non-root modal meanings. It is also necessary to clarify the typical variants of German correspondences for modalized meanings of the future tense, expressed by verbs in the form of the perfect form. The clarification of the indicated problematic points will allow us to describe the conditions for the implementation of root and non-root modal meanings in Russian, to reveal the modal potential of the perfect form, and also to determine German correspondences for modalized forms of the future tense in Russian. This determines the relevance of this article. The purpose of the publication is to describe the conditions under which the Russian perfect verbs acquire the ability to convey root and non-root modal meanings, as well as to identify typical forms of expression of the modalized future in the German language. Russian original statements taken from the National Corpus of the Russian Language and their translations into German were used as the research material. In the process of analyzing the material, the following methods were used: the method of contextual analysis, descriptive method, method of contrastive research. It is shown that in the German language, which does not have a category of aspect, the modalized values of the future tense are transmitted, first of all, by the form Futur I. The article deals with the question of the conditions under which the forms of the perfect form of the Russian language in the future tense acquire additional modal semantics, as well as in determining correspondences in the German language.

Keywords: perfect form, modality, infinitive evidentiality, German, Russian.

For citation: Averina A.V. Modal potential of the form of the future simple tense in the russian language and variants of its implementation in the german language. Humanitarian Studies. History and Philology. 2022;8:43-51. (In Russ.). https://doi.org/10.24412/2713-0231-2022-8-43-51

Введение

В центре внимания данной публикации - форма будущего простого в русском языке и ее немецкие аналоги. Речь пойдет о предложениях типа: (1) Думаю и верю, что в следующем году мы сделаем скачок в четвёрку, - говорит Сергей Ермишин. (Национальный корпус русского языка)1 (= мы сможем сделать); (2) А как же мы пройдем в парк? (НКРЯ) В приведенных высказываниях значение будущего времени передано глаголами совершенного вида. В традиционной русской грамматике используют термин «будущее простое время» (Русская грамматика 1980). Наряду с временным может быть передано и дополнительное модальное значение - так, в (1) выражена семантика диспозиционной модальности, или модальности возможности: говорящий, оценивая ситуацию, указывает на то, что он и его единомышленники способны одолеть новый рубеж в предстоящем году.

Модальный потенциал будущего простого времени в русском языке затрагивался в некоторых исследованиях. В частности, следует отметить работы М.Я. Гловинской (2001),

1 Далее - НКРЯ.

Анны А. Зализняк и А.Д. Шмелева (2000), Е.В. Петрухиной и Ли Чжухонга (2015), Л.Ч. Далкылыч (2012), А.В. Кашкиной (2015) и других лингвистов. М.Я. Гловинская обращает внимание на потенциальное значение совершенного вида в высказываниях типа Ни слов своих, ни поступков обратно не возьмешь (Н. Ильина) [Гловинская 2001: 15] - в данном случае речь идет о дополнительном модальном значении невозможности. Е.В. Петрухина и Ли Чжхунг (2015) обращают внимание на то, что формы будущего простого времени могут дополнительно выражать предположение, уверенность, вероятность, необходимость.

В определенной степени модальные значения могут зависеть от форм лица: волитивная модальность преобладает в высказываниях с местоимением в форме 1-го лица, эпистемическая возможность - в предложениях, содержащих подлежащее в 3-м лице [Петрухина, Ли Чжунг 2015: 84]. Л. Далкылыч показывает, что в высказываниях, содержащих местоимения 1-го и 3-го лица, модальный оттенок выражен слабее, чем в таковых с местоимением 2-го лица. На основании проведенного анализа автор делает вывод о тесной взаимосвязи категорий темпоральности, персональности и модальности [Далкылыч 2012: 130]. А.В. Кашкина (2015) анализирует возможности перевода высказываний, содержащих будущее простое время, на другие европейские языки и показывает, что в английских переводах преобладают формы Future Simple, в немецком языке - Futur I, в итальянском и испанском - простое будущее время [Кашкина 2015: 22-23]. Анна А. Зализняк и А.Д. Шмелев обращают внимание на то, что глаголы совершенного вида всегда обозначают события, в то время как глаголы несовершенного вида - любое из трех явлений: состояния, процессы и события [Зализняк, Шмелев 2000: 36]. По всей видимости, именно событийность, лежащая в основе семантики совершенного вида, допускает возможность возникновения дополнительных модальных значений. Анализ работ германистов позволил обратить внимание на то, что категория вида обладает большим модальным потенциалом: глаголы совершенного вида способны передавать модальные значения [Kotin 2012, 2013, 2017, 2018].

В немецком языке ввиду отсутствия грамматически выраженной в глаголе категории вида существует обширная система модальных глаголов. В. Абрахам [Abraham 2013] показывает в своих исследованиях, что перфектность глагола соотносится с корневой модальностью, неперфектность - с эпистемичностью: модальные глаголы, сочетающиеся с формой Infinitiv предельных глаголов, участвуют в передаче корневых модальных значений, в то время как комбинация с непредельными глаголами позволяет передать некорневые модальные значения. Нуждается в дополнительном освещении вопрос о том, при каких условиях глаголы совершенного вида русского языка в перспективе будущего времени кодируют корневые и некорневые модальные значения. Следует прояснить также и типичные варианты немецких соответствий для модализованных значений будущего времени, выраженных глаголами в форме совершенного вида. Выяснение обозначенных проблемных моментов позволит дать описание условий реализации корневых и некорневых модальных значений в русском языке, раскрыть модальный потенциал совершенного вида, а также определить немецкие соответствия для модализованных форм будущего времени в русском языке. Этим и определяется актуальность данной статьи.

Цель публикации - описать условия, при которых глаголы совершенного вида русского языка приобретают способность передавать корневые и некорневые модальные значения, а

также выявить типичные формы выражения модализованного будущего в немецком языке. В качестве материала исследования послужили оригиналы высказываний на русском языке, взятые из Национального корпуса русского языка и их переводы на немецкий язык. Всего было проанализировано свыше 300 примеров. В процессе анализа фактического материала были использованы следующие методы: метод контекстуального анализа, описательный метод, метод контрастивного исследования.

Теоретическая значимость публикации заключается в выявлении роли лица и выполняемой им семантической роли в модализации глагольных показателей будущего времени. Соответственно, полученные результаты вносят определенный вклад в развитие представлений и механизмах межкатегориального взаимодействия в системе грамматики. Практическая значимость исследования заключается в том, что полученные результаты могут быть использованы в курсе сопоставительной типологии немецкого и русского языков.

В качестве теоретической базы исследования послужили работы М.Л. Котина (2012), (2013), (2017), (2018), В. Абрахама (2013) и Э. Лайсс (1992).

Основная часть

1. Общая характеристика видов модальных значений. Термин «корневая модальность» (root modality) был введен в лингвистический обиход исследователем Ф. Пальмером [Palmer 2001]. Корневые модальные значения отличаются от некорневых тем, что они участвуют в представлении ситуации как фактичной. Так, например, выражая желание (волюнтативное модальное значение, см. (5)), указывая на возможность (алетическое значение (см. (4)), необходимость (деонтическое модальное значение, см. (3)) или способность (диспозиционная модальность (6)), говорящий не выражает никаких сомнений относительно реальности фактов, о которых идет речь. Как отмечает в этой связи Г. Дивальд, говорящий воспринимает ситуацию как существующую в реальном контексте [Diewald 1999: 242]: (3) Он должен понимать, что если он работает в угоду только сегодняшнему моменту, то придётся расплачиваться за это (НКРЯ); (4) Ожидается, что к концу апреля он может получить назначение на государственную должность (НКРЯ); (5) Мы хотим, чтобы правительство ещё раз подумало и предложило новое, компромиссное решение этой проблемы (НКРЯ); (6) Он может говорить другими словами, он обманывает меня (НКРЯ).

Как видно из приведенных высказываний, указание на возможность, необходимость, способность осуществления действия и желательность не связаны с представлением ситуации как нефактичной. Нефактичность ситуации представлена в высказываниях с показателями эпистемической модальности и предполагает выражение значения уверенности, предположения или сомнения, например: (7) Но скорее всего, закончится все добровольно-принудительно (НКРЯ); (8) Наверное, это была афиша оперетты или мюзик-холла (НКРЯ); (9) С другой стороны, выявившаяся картина вряд ли благоприятна для самих малых городов (НКРЯ). В приведенных высказываниях использованы маркеры некорневой модальности, указывающие на оценку событий говорящим с позиции степени их вероятности. К показателям некорневой модальности можно отнести и те, которые кодируют инференциальную эвиденциальность: говорящий сам делает выводы о существовании того или иного факта на основе собственного знания, опыта или чувственного восприятия (подробнее см. [Socka 2021: 28-29]), например: (10) Видимо, первые металлические

предметы, которыми стали пользоваться люди, были сделаны из метеоритного железа (НКРЯ). В приведенном примере говорящий выражает оценку говорящим фактичности ситуации на основе собственного логического умозаключения. Таким образом, к корневым модальным значениям относятся диспозиционное, алетическое, деонтическое, волитивное; к некорневым - эпистемическое и значение инференциальной эвиденциальности.

2. Контекстуальные условия реализации корневых и некорневых модальных значений, передаваемых формой будущего простого времени. Форма будущего простого времени может быть использована для выражения алетического модального значения, или объективно существующей возможности. Говорящий показывает, что реализация обозначенных в перспективе будущего времени действий вполне осуществима: (11) Как бы она ни играла, что бы ни делала, все равно говорю: «Молодец, ты можешь, ты сделаешь это» (НКРЯ). По нашим наблюдениям, обязательным условием реализации алетического значения в предложениях с формой будущего простого времени является интонирование личной формы глагола. Речь идет о кодировании верификативной ремы [Янко 2008] -посредством ударения на личной форме глагола говорящий подчеркивает истинность своей позиции. В перспективе будущего времени возникает значение возможности реализации запланированных действий. В роли субъекта предложения может выступать местоимение 1-го, 2-го лица, использование 3-го лица также возможно. Рассмотрим примеры: (12) [...] его заверили, что он получит это место по возвращении из заграничной командировки. (НКРЯ) (= может получить); (13) Вряд ли я увижу его... (НКРЯ) (=смогу его увидеть); (14) Ведь да? Ты сделаешь это ради меня? (НКРЯ) (=ты сможешь сделать); (15) Сначала я обрадовался: пусть, если и пять только лет проживет, то, значит, я увижу его (НКРЯ) (=смогу его увидеть). В приведенных отрывках указывается на возможность осуществления действия.

В высказываниях с формами совершенного вида в перспективе будущего времени могут быть переданы волитивное и деонтическое значения. Важным при этом является использование местоимений 1-го или 2-го лица и выполняемая ими семантическая роль: как правило, подлежащее выступает в роли агенса. Рассмотрим примеры: (16) Обратной стороной огромной ладони отодвинул водку. - Уберешь это! (НКРЯ); (17) И мы добьемся этого, будьте спокойны, господа! (НКРЯ). В (16) выражено значение необходимости (деонтичности) наряду с значением будущего времени. В следующем предложении (17) выражено обещание говорящего - он дает знать аудитории, что намерен осуществить действие, выполнение его расценивается как необходимое.

Таким образом, обязательным условием реализации дополнительных корневых модальных значений в высказываниях с формой будущего простого времени является использование местоимений 1-го или 2-го лица в семантической роли агенса. Возможно выражение алетического модального значения в предложениях с местоимением в 3-м лице, если предикат получает ударение, то есть если находит реализацию верификативная рема.

Некорневые модальные значения находят реализацию в том случае, если в роли субъекта 1-го или 2-го лица выступает не агенс, а пациенс или экспериенсер. Как правило, в высказываниях подобного рода находит реализация инференциальной эвиденциальности -говорящий показывает, что он хорошо знает возможный исход ситуации:

Использование подлежащего в форме 3-го лица позволяет передать значение инференциальной эвиденциальности [Socka 2021: 28-29] независимо от того, выполняет ли подлежащее семантическую роль агенса или патиенса. Рассмотрим в этой связи ряд примеров: (20) После поединка Владислав Радимов сказал: «Эта победа посвящается Андрею. Уверены, он ещё себя проявит!» (НКРЯ) В приведенных высказываниях говорящий, опираясь на собственный опыт, дает знать собеседнику, что в перспективе будущего времени дело будет иметь определенный исход. Сделанные наблюдения позволяют сделать вывод о том, что форма совершенного вида русского языка в перспективе будущего времени может передавать дополнительные модальные значения: инференциальную эвиденциальность, деонтичность, волитивность и алетичность.

3. Варианты передачи модализованных значений будущего простого времени русского языка на немецкий язык. В немецком языке категория вида не выражена морфологически в глаголе так, как в русском языке. Соответственно, перед нами стояла задача определить, какими средствами немецкого языка передаются модализованные значения будущего простого времени русского языка. Для выяснения данного вопроса были проанализированы данные параллельного корпуса: из русско-немецкого подкорпуса Национального корпуса русского языка было отобрано 200 примеров, содержащих в оригинальном варианте глаголы совершенного вида, передающие значение будущего времени (будущее простое). Они были разделены на две группы. В первую группу мы отнесли примеры, содержащие в качестве дополнительного некорневые модальные значения, во вторую - примеры с дополнительным коневым модальным значением. Представим полученные результаты.

1) Некорневые модальные созначения. Из 100 отобранных примеров в 8 случаях при переводе были использованы модальные глаголы, в 92 - форма Futur I. Продемонстрируем типичные случаи: (23) Но меня всё равно потрясает, как они ухитряются существовать и развивать свою цивилизацию. - Ты поймёшь, - успокоил его Мартин. (С. Лукьяненко. Спектр); (23') «Dennoch verblüfft mich, wie sie es fertig bringen, zu existieren und ihre Zivilisation zu entwickeln». «Du wirst schon noch sehen, wie sie das machen», beruhigte ihn Martin. (Übersetzt von Chr. Pöhlmann); (24) "Постой, - часто думала я, отыскивая глазами в конце залы его незамеченную, иногда скучающую фигуру, постой! - думала я, - приедем домой, и ты поймешь и увидишь, для кого я старалась быть хороша и блестяща [...]". ([Л.Н. Толстой. Семейное счастие); (24') Warte nur! dachte ich oft, während ich ihm mit den Augen bis ans Ende des Saales folgte. Warte nur, wenn wir nach Hause kommen, sollst du einsehen, für wen ich mich bemühe, schön und glänzend zu sein [...] (übersetzt von C. von Glümer). Это позволяет рассматривать форму Futur I как аналог модализованной формы будущего простого времени русского языка.

2) Корневые модальные созначения. Из 100 примеров в 8 случаях была использована форма Präsens, в 4 случаях были применены трансформации различного рода, в 20 -модальные маркеры, указывающие на необходимость, возможность или желательность, в остальных 68 примерах была употреблена форма Futur I. Рассмотрим типичные примеры: (25) - Я для вас все сделаю! Я вас не оставлю! - воскликнула Лидина, порывисто хватая его за руки. (Б. Акунин. Алмазная колесница); (25') «Ich tue alles für Sie! Ich lasse Sie nicht im Stich!» rief sie und griff hastig nach seinen Händen. (übersetzt von A. Tretner); (26) - Умоляю вас! День - только один день! Я завтра - завтра же - пойду и все сделаю... (Е. Замятин. Мы); (26') Ich bitte Sie! Ein Tag - nur noch ein Tag! Morgen will ich kommen und alles tun, was

Sie wollen...

Проведенный анализ позволяет увидеть, что корневые модальные созначения, передаваемые формами совершенного вида немецкого языка в перспективе будущего времени, в немецком языке преимущественно выражаются в немецком языке посредством использования формы Futur I. Сделанное наблюдение подтверждает идею многих исследователей, что форма Futur I является модальной, а глагол werden может получать трактовку как модальный [Vater 1975], [Fritz 2000]. Автор публикации разделяет позицию Т. Фритца [Fritz 2000], что базовое значение конструкции werden + Infinitiv I -эвиденциально-субъективное значение, а его интерпретация зависит от контекста.

Заключение

В данной публикации был рассмотрен вопрос об условиях, при которых формы совершенного вида русского языка в перспективе будущего времени приобретают дополнительную модальную семантику, а также в определении соответствий в немецком языке. Анализ фактического материала позволяет сделать следующие выводы:

1. Формы совершенного вида русского языка в перспективе будущего времени способны передавать дополнительные модальные значения. Корневые значения (деонтичность, волюнтативность, диспозиционная модальность и алетичность) находят свое выражение в случае использования подлежащего в форме 1-го или 2-го лица в семантической роли агенса. Некорневые модальные значения (инференциальная эвиденциальность, эпистемичность) проявляются в высказываниях с подлежащим в 3-м лице или подлежащим 1-го или 2-го лица, выступающего в роли экспериенсера.

2. Темпоральность, модальность и персональность выступают в тесной взаимосвязи друг с другом. Эта взаимосвязь отчетливо прослеживается в перспективе будущего времени.

3. В немецком языке, не располагающем морфологически выраженной в глаголе категорией вида, модализованные значения будущего времени передает, в первую очередь, форма Futur I. Следующий по частотности способ передачи модализованного будущего времени - модальные глаголы в первичном значении. Выявленная закономерность подтверждает наблюдения немецких исследователей о глубинной взаимосвязи темпоральных и модальных значений.

В перспективе возможно исследование вариантов передачи модализованных значений будущего времени в других языках. Нуждается также в дополнительном освещении вопрос о том, какое модальное значение, выраженное глаголами совершенного вида в перспективе будущего времени, является базовым.

Список литературы

1. Гловинская М.Я. Многозначность и синонимия в видо-временной системе русского глагола. М.: Русские словари, Азбуковник, 2001. 320 с.

2. Далкылыч Л.Ч. Модальная и временная семантика в высказываниях с формами простого будущего времени в современном русском языке // Вестник СПбГУ. Сер. 9. 2012. Вып. 2. С. 126-131.

3. Зализняк Анна А., Шмелев А.Д. Введение в русскую аспектологию. М.: Языки русской культуры, 2000. 221 с.

4. Кашкина А.В. Выражение обещания и формы будущего времени (на материале романа М. Булгакова «Мастер и Маргарита» и его переводов) // Вестник НГЛУ. Выпуск 32. Язык и культура. 2015. С. 20-31.

5. Котин М.Л. Коррелирующие категориальные сигналы в синхронии, диахронии и типологии // Грамматические категории германских языков в антропоцентрической перспективе. М.: Институт языкознания РАН, 2017. С. 9-16.

6. Котин М.Л. Язык и время. Очерк теории языковых изменений. М.: Издательский дом ЯСК, 2018. 224 с.

7. Национальный корпус русского языка [Электронный ресурс] // URL: https://ruscorpora.ru (дата обращения: 20.05.2021).

8. Петрухина Е.В., Ли Чжухонг. Модальность глагольных форм будущего времени в русском языке // Вестник Московского университета. Серия 9. Филология. № 4. 2015. С. 72-86.

9. Русская грамматика. М.: Наука, 1980. Т. 1. 792 с.

10. Янко Т.Е. Интонационные стратегии русской речи в сопоставительном аспекте. М.: Языки славянских культур, 2008. 312 с.

11. Abraham W. Modalitäts-Aspekt-Generalisierungen: Interaktionen und deren Brüche. Wo kommen die epistemischen Lesarten t-her? // Modalität/Temporalität in kontrastiver und typologischer Sicht. Danziger Beiträge zur Germanistik. Band 30. Frankfurt am Main: Peter Lang, 2010. S. 13-27.

12. Abraham W. Deutsche Syntax im Sprachenvergleich. Grundlegung einer typologischen Syntax im Deutschen. 3., erweiterte Auflage. Tübingen: Stauffenburg Verlag, 2013.

13. Diewald G. Die Modalverben im Deutschen. Grammatikalisierung und Polyfunktionalität. Tübingen, 1999. 436 S.

14. Fritz Th. A. Wahr-Sagen: Futur, Modalität und Sprecherbezug im Deutschen. Hamburg: Buske, 2000.228 S.

15. Kotin M.L. (2012): Zur historischen Entwicklung der Definitheitsmarker in der Germania und Slavia // Geschichte und Typologie der Sprachsysteme. Winter Verlag, 2012. S. 147-158.

16. Kotin M.L. Modalität und kategorialgrammatische Konvergenz aus genealogischer Sicht // Funktionen der Modalität. Berlin et al., 2013. S. 305-334.

17. Leiss E. Die Verbalkategorien des Deutschen. Berlin et al.: De Gruyter, 1992. 341 S.

18. Palmer F.R. Mood and Modality. Second edition. Cambridge Textbooks in linguistics. Cambridge: Cambridge University Press, 2001. 262 S.

19. Socka A. Satzadverbien und Modalverben als Marker der Reportativität im Deutschen und im Polnischen. Reihe: Danziger Beiträge zur Germanistik. Bd. 60. 2021. 566 S.

20. Vater H. Werden als Modalverb // Aspekte der Modalität. Tübingen: Narr, 1975. S. 71-148.

References

1. Glovinskaya M.Ya. Mnogoznachnost' i sinonimiya v vido-vremennoi sisteme russkogo glagola [Polysemy and synonymy in the aspect-temporal system of the Russian verb]. Moscow, Russkie slovari, Azbukovnik, 2001, 320 p. (In Russ.).

2. Dalkylych L.Ch. Modal'naya i vremennaya semantika v vyskazyvaniyakh s formami prostogo budushchego vremeni v sovremennom russkom yazyke [Modal and temporal semantics in utterances with forms of the simple future tense in modern Russian]. Vestnik SPbGU. Series. 9, 2012, iss. 2, pp. 126-131. (In Russ).

3. Zaliznyak Anna A., Shmelev A.D. Vvedenie v russkuyu aspektologiyu [Introduction to Russian Aspectology]. Moscow, Yazyki russkoi kul'tury, 2000, 221 p. (In Russ.).

4. Kashkina A.V. Vyrazhenie obeshchaniya i formy budushchego vremeni (na materiale romana M. Bulgakova «Master i Margarita» i ego perevodov) [Expression of Promise and Forms of the Future Tense (based on M. Bulgakov's novel "The Master and Margarita" and its translations)]. Vestnik NGLU. Vypusk 32. Yazyk i kul'tura. 2015, pp. 20-31. (In Russ.).

5. Kotin M.L. Korreliruyushchie kategorial'nye signaly v sinkhronii, diakhronii i tipologii [Correlating categorical signals in synchrony, diachrony and typology]. Grammaticheskie kategorii germanskikh yazykov v antropotsentricheskoi perspective. Moscow, Institut yazykoznaniya RAN, 2017, pp. 9-16. (In Russ.).

6. Kotin M.L. Yazyk i vremya. Ocherk teorii yazykovykh izmenenii [language and time. Essay on the theory of language change]. Moscow, Izdatel'skii dom YaSK, 2018, 224 p. (In Russ.).

7. Natsional'nyi korpus russkogo yazyka [Russian National Corpus]. (In Russ.). Available at: https://ruscorpora.ru (accessed: 20.05.2021). (In Russ.).

8. Petrukhina E.V., Li Chzhukhong. Modal'nost' glagol'nykh form budushchego vremeni v russkom yazyke [Modality of verb forms of the future tense in Russian]. VestnikMoskovskogo universiteta. Seriya 9. Filologiya. No. 4, 2015, pp. 72-86. (In Russ.).

9. Russkaya grammatika [Russian grammar]. Moscow, Nauka, 1980. vol. 1, 792 p. (In Russ.).

10. Yanko T.E. Intonatsionnye strategii russkoi rechi v sopostavitel'nom aspekte [Intonation strategies of Russian speech in a comparative aspect]. Moscow, Yazyki slavyanskikh kul'tur, 2008, 312 p. (In Russ.).

Информация об авторе А.В. Аверина - доктор филологических наук, профессор,

профессор кафедры германской филологии, Московскйи государственный областной университет.

Information about the author A. V. Averina — Grand Ph.D. (Philology), Professor of the Chair for Germanic Phylology, Moscow State Regional University

Статья поступила в редакцию 29.07.2022; одобрена после рецензирования 26.08.2022; принята к публикации 15.09.2022.

The article was submitted 29.07.2022; approved after reviewing 26.08.2022; accepted for publication 15.09.2022.