Цвет столетней выдержки

К 150-летию великого фотографа Сергея Прокудина-Горского в Музее Москвы пройдет выставка "Россия в цвете", а по "Первому каналу" покажут фильм "Цвет нации". Автор фильма Леонид Парфенов рассказывает о своем герое и о том, что так ярко видно на его фотографиях России 1913 года.

1 / 9

Новые-старые герои массовым сознанием теперь не усваиваются. Телепопуляризация — некогда самое сильное средство — почти бессильна. Это советская госпропаганда времен "России — родины слонов" могла внедрить в умы сограждан небесспорный радиоприоритет Попова и совсем сомнительный авиаприоритет Можайского. Но общепризнанный "отец телевидения" Зворыкин вопреки всем усилиям последних лет — аж два памятника ему поставили! — русским народным мифом так и не стал. А что Щукин и Морозов первыми в мире современное искусство учуяли и оттого навезли в Россию столько "антинародных формалистов", что хватает и на Пушкинский музей, и на Эрмитаж — это и вовсе чересчур мудрено. Думаю, участь "нерасширяемого признания" ждет и Сергея Михайловича Прокудина-Горского.

Я еще не встречал неспециалиста, который бы просто так, в силу общей эрудиции, знал бы, что в дореволюционной России существовала цветная фотография. Более того, Россия — единственная страна, методично отснятая в цвете до Первой мировой войны, когда, по сути, еще продолжался XIX век. Бабы и мужики, храмы и заводы, офицеры и мастеровые, представители населяющих империю народов и великое множество видов больших и малых городов. Все — стараниями одного человека. Насколько Прокудин-Горский опередил свое время, если следующая цветная съемка случится в стране уже после Второй мировой — 24 июня 1945 года на немецкую трофейную кинопленку зафиксируют Парад Победы.

Сколько снимков составляли прокудинскую "Коллекцию достопримечательностей", уже точно не узнать. Ясно, что несколько тысяч. 1900 (без копий) дошедших до нас негативов хранятся в библиотеке Конгресса США, и на ее сайте эти изображения доступны всем. Часть фотографий сохранилась лишь в виде старых репродукций, в том числе портреты Толстого и Шаляпина. Их краски, увы, соответствуют типографским возможностям столетней давности. Сияние же оригиналов напрочь стирает патину времени: будто снято вчера. Умопомрачительной сложности технология трех стеклянных негативов, "отвечающих" за красный, зеленый и синий, с фильтрами и наложением по результатам оказалась в общем непревзойденной. Девочки из деревни Топорня Кирилловского уезда в выходных сарафанах — Instagram 1909 года. Вот в чем особая ценность "Коллекции": кроме нее не только вся наша дореволюционная съемка, но и потом, вплоть до кодаковских карточек 9х12 в 1990-е — все-все! — ретро уже по изображению. Ч/б — само собой, однако и застойный цвет Шосткинского ПО "Свема" или ORWO из ГДР, жухлые поляроидные квадратики сравнивать с сегодняшней "картинкой" невозможно. А вот 1913 год работы Прокудина-Горского с 2013-м сопоставим.

Фильм "Цвет нации" мы приурочили к нынешнему 150-летию великого фотографа и 100-летию года, от которого советская статистика так любила считать рост выплавки чугуна и стали. Мы объехали десятки точек прокудинских съемок, ставя камеру ровно там и беря ровно тот ракурс. Сотни сопоставлений выполнили энтузиасты-исследователи "Коллекции". Часть этих работ покажут на выставке в Музее Москвы вместе с шедеврами Прокудина-Горского. Честно говоря, невеселое впечатление. И ведь почему-то в Помпеях не ходишь со скорбным чувством утраты. Да, ужасная, конечно, трагедия была, однако пепел Везувия город законсервировал — и его цивилизация поразительным образом жива. А у нас не время и не стихия поработали, мы сами на свою цивилизацию изверглись. Там игра "Умри-замри-воскресни", а тут какая-то "Было-стало-и-не-стало".

Возможность сегодняшнего взгляда сквозь столетие развеивает последние иллюзии: нет той страны, нету. 1900 негативов от нее остались — и все.

Музей Москвы, с 10 октября по 8 ноября