Приемные семьи сделают вклад в банк данных

В банк данных о детях-сиротах будут вносить больше сведений о том, как они живут и воспитываются в приемной семье — в том числе информацию о физическом и эмоциональном здоровье. Такой закон в конце прошлой недели одобрил Совет федерации. Одни эксперты по опеке считают его прогрессивным и направленным на повышение уровня благополучия детей, оставшихся без попечения родителей. Другие называют его «ювенальным», усиливающим «слежку за семьями» — и уже просят президента отклонить инициативу. Впрочем, один из собеседников “Ъ” назвал поправки лишь «началом работы» по законодательному обеспечению социального сопровождения приемных семей.

Законодатели раскроют над приемными семьями зонтик социального сопровождения, чтобы знать, как в них живется усыновленным детям

Фото: Илья Покалякин, Коммерсантъ

28 июля Совет федерации одобрил поправки к закону «О государственном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей». Они были разработаны комитетом по вопросам семьи, женщин и детей; правительство внесло их на рассмотрение в Госдуму в конце января этого года. В пояснительной записке говорится: органы опеки и попечительства не могут сейчас вести полноценный учет сведений о детях-сиротах, поскольку закон не предусматривает информационного взаимодействия государственного банка данных о детях с государственными же информационными системами. «В связи с этим органами опеки и попечительства в 2020 году одновременно в две государственные информационные системы были введены, соответственно, дважды сведения о 22 370 родителях, которые были лишены родительских прав, и о 6964 родителях, которые были ограничены в родительских правах»,— отмечают авторы инициативы.

Их поправки предусматривают главным образом расширение перечня информации, вносимой в государственный банк данных. Сейчас в этом банке фиксируется лишь информация о детях, которые нуждаются в усыновлении, и устройство ребенка в семью является основанием для прекращения учета.

Поправки же предполагают сбор и хранение данных обо всей жизни опекаемого ребенка и его приемной семьи вплоть до совершеннолетия.

Сюда входит информация о состоянии здоровья ребенка, его эмоциональном и физическом развитии, взаимоотношениях в семье; данные о соблюдении опекунами (попечителями) прав и законных интересов ребенка, об обеспечении сохранности его имущества; заключение и рекомендации органа опеки и попечительства по результатам проверки места его жительства. Кроме того, поправки предполагают ведение учета лиц, лишенных родительских прав или ограниченных в них; граждан, отстраненных от обязанностей опекуна (попечителя) за ненадлежащее выполнение возложенных обязанностей; бывших усыновителей, если усыновление отменено судом по их вине. В пояснительной записке говорится, что поправки направлены прежде всего на защиту прав и интересов детей и должны исключить их передачу в неблагополучные семьи. В третьем чтении Госдума приняла документ 20 июля.

Руководитель направления семейной опеки благотворительной организации «Детские деревни SOS» Ирина Зинченко говорит, что некоторые приемные родители и специалисты органов опеки могут счесть новый закон ужесточением государственного контроля, но основа внесенных изменений, по ее мнению, «достаточно прогрессивная». По мнению госпожи Зинченко, авторы инициативы хотят повысить уровень благополучия детей, оставшихся без попечения родителей. Усовершенствование единого банка данных позволит ускорить и улучшить весь процесс оформления опеки — ведь специалистам будет доступна полная информация о потенциальных приемных родителях и детях в любом регионе. «Если сейчас семья хочет взять ребенка в другом, удаленном регионе, она может столкнуться с большими трудностями и расходами. Люди должны поехать в регион, и совершенно не факт, что это будет успешная и результативная поездка,— приводит пример госпожа Зинченко.— В условиях нашей большой страны это останавливает многих потенциальных опекунов от оформления опеки не в своем регионе. А значит, дети дольше не могут найти семью».

Ирина Зинченко надеется, что поправки помогут всем уполномоченным специалистам видеть «в режиме реального времени», каковы условия проживания ребенка и как удовлетворяются его потребности, оценивать его эмоциональное и физическое здоровье и взаимоотношения в семье.

«Наличие такой информации может быть полезным не только для анализа благополучия детей и качества их жизни, но и для профилактики возвратов детей в интернатные учреждения»,— говорит госпожа Зинченко. Она указывает, что количество отмененных решений о передаче ребенка в семью постоянно растет: в 2021 году было 5210 таких случаев, а в 2022 году — уже 5334: «Это страшные цифры, наша болевая точка. И обязательно надо выяснять, почему это происходит».

Представители организации «Общественный уполномоченный по правам семьи», напротив, считают, что законопроект носит «ювенальный» характер и усиливает «слежку за семьями». «Общественные уполномоченные» призывают своих сторонников направить президенту требование отклонить инициативу. «Законопроект фактически отменяет конституционное положение о неприкосновенности частной жизни в отношении всех опекунских семей, в том числе для родственной опеки,— говорится в обращении организации.— Цели таких изменений никак не обоснованы, кроме желания учитывать всю возможную информацию о личной жизни опекунских семей в единой цифровой базе, поскольку это удобно чиновникам: не случайно в пояснительной записке сказано об "оптимизации" работы органов опеки по осуществлению контрольных мероприятий и о "современных тенденциях цифровизации"».

Приемная мама Екатерина Желенникова не видит в законопроекте «ничего криминального»: если в семье все благополучно, скрывать нечего, считает она. Однако пункты о размещении данных относительно состояния здоровья несовершеннолетнего подопечного, его эмоционального и физического развития и взаимоотношений в семье она называет «крайне спорными»: «Во-первых, это категории по большей части оценочные. Во-вторых, существует медицинская тайна, и она должна строго охраняться, что в случае размещения сведений в банке данных с широким доступом становится малореальным». Госпожа Желенникова задается вопросом об уровне защиты такой чувствительной персональной информации: «Конечно, никто, кроме профильных ведомств, не должен иметь к ней доступ. Но утечки, как мы знаем, случаются — и тут есть риски».

Добавим, что Ирина Зинченко считает поправки лишь «началом работы». Параллельно, по ее мнению, необходимо вводить обязательность социально-психологического, социально-педагогического сопровождения семей, принявших на воспитание детей. На данный момент такое сопровождение не является обязательным в большинстве регионов, но потребность в нем у приемных родителей и опекунов, по данным госпожи Зинченко, есть.