Инновации требуют закона

Слабая законодательная база в России тормозит развитие инновационной инфраструктуры, полагают эксперты. Технические нормативы зачастую не позволяют перевести инновации в серийное производство. Кроме того, уточнения требуют многие понятия, связанные с инновационной инфраструктурой. Эти аспекты обсуждали участники круглого стола, организованного ИД "Коммерсантъ" на площадке ВШМ СПбГУ.

Управляющий партнер петербургского офиса, глава российской практики в области интеллектуальной собственности компании Dentons Виктор Наумов подчеркивает, что необходимо создавать комфортные условия для бизнеса и, в том числе, снижать административные барьеры. "Сегодня реалии непростые, и с различными препонами сталкивается не только инновационный бизнес, но и обычные компании", — констатирует господин Наумов. Инновации можно поддерживать экономическими методами, как в других странах. Один из вариантов — предоставление налоговых льгот производителям инноваций. Другой способ — стимулирование спроса на эти инновации путем предоставления различных льгот потребителям, рассуждает господин Наумов.

Сегодня инновационное развитие России тормозится из-за несовершенства законодательной базы, также отмечают эксперты.

Права на идею

"Существенным элементом развития инноваций является законодательство об интеллектуальной собственности. Сегодня в стране сложилась непростая ситуация. Четвертая часть Гражданского кодекса, вступившая в силу 1 января 2008 года, разрешила существенную часть проблем, но появились новые, и для бизнеса сегодня требуются серьезные корректировки. При этом в силу процессов, связанных с совершенствованием гражданского законодательства, поправки в четвертую часть "подвисли"", — рассказывает Виктор Наумов.

Крайне актуальными остаются вопросы, связанные с распоряжением нематериальными активами. Здесь существуют административные барьеры, которые затрудняют оборот прав в этой сфере. Например, общеизвестны сложности в отношении регистрации лицензионных договоров и договоров отчуждения, отмечают эксперты.

"Еще один существенный момент относится не к самому законодательству и не к государственной политике, а к той правовой культуре, которая существует в системе бизнеса и в обществе. Мы отстаем от уровня знаний и стандартов стран, лидирующих в сфере инноваций. Понимание значимости нематериальных активов появилось, но знание системы их регулирования и рисков, связанных с ними, остается невысоким", — констатирует Виктор Наумов.

Отдельная проблема, связанная с интеллектуальной собственностью в России, — права на советские и постсоветские активы. "Отсюда возникают ситуации, когда производством занимаются те, кто имеет в распоряжении чертежи, а не права на результаты интеллектуальной деятельности. С другой стороны, те, кто имеет права, если правообладание вообще достоверно можно установить, могут оказаться не в состоянии что-то производить. Все это создает сложности для крупных предприятий. Если государство не займется этим вопросом, это будет продолжать создавать неопределенность для промышленности — нужны изменения в законодательстве, возможно, включая "интеллектуальную амнистию" для тех, кто в одиночестве внедряет технологии и создает технически сложную продукцию в стране, не имея на это прав", — говорит эксперт.

Генеральный директор Северо-Западного центра трансфера технологий (СЗЦТТ) Сергей Хмелевский рассказывает, что важной проблемой сегодня является техническое регулирование. Зачастую действующие нормативы и технический регламент не позволяют внедрить в производство инновации.

Кроме того, эксперты обратили внимание на поправки в закон о развитии малого и среднего предпринимательства, которые вступили в силу 1 октября. Изменения призваны облегчить для иностранных компаний вступление в уставный капитал отечественных предприятий. При этом одна из формулировок в поправках гласит, что налоговые льготы сохранятся только для предприятий, иностранные акционеры которых являются держателями лицензии, а не патентов. Участники круглого стола сомневаются в том, что иностранные инвесторы захотят покупать доли в российских компаниях на таких условиях.

Нехватка определений

Руководитель Ассоциации технопарков в сфере высоких технологий Андрей Шпиленко констатирует, что в законодательной базе также отсутствует внятный понятийный аппарат, связанный с инновационной инфраструктурой. Например, по его словам, сегодня нет федерального закона, регулирующего деятельность технопарков. "Никто не сможет точно сказать, что такое технопарк. Упоминания о нем есть только в двух постановлениях — Минсвязи и Минэкономразвития. Ни в том, ни в другом случае, прочтя определения, никто все равно не скажет, что такое технопарк, зачем он нужен и чем занимается", — говорит господин Шпиленко.

Недостатки такого рода в законодательстве приводят к серьезным проблемам. Например, на поддержку технопарков из федерального бюджета было выделено 14 млрд рублей, рассказывает господин Шпиленко. Возникают сложности в расходовании средств: неясно, на что конкретно их можно тратить.

Кроме того, требует уточнения понятие "стартап". "Единственный федеральный закон, регулирующий развитие инновационной инфраструктуры, — закон о науке и инновационной деятельности. Но в нем ничего нет, например, о создании и продвижении стартапов", — говорит Андрей Шпиленко.

Директор бизнес-инкубатора ИТМО Владислав Кудинов отмечает, что сегодня действительно существует некоторая путаница в понятиях, например, к стартапам иногда относят локализацию иностранных разработок.

На старт

Господин Кудинов обратил внимание и на то, что проблема законодательства — не единственное препятствие на пути к инновациям. "Дело в том, что сегодня компании любят заниматься направлениями, где есть большие деньги. Если есть деньги, построить инфраструктуру несложно. Сложно построить стабильную генерацию по запуску проектов", — говорит господин Кудинов.

По его словам, в стартапах не заинтересованы университеты. "Донести до них мысль о пользе коммерциализации результатов их деятельности стоит больших трудов", — сетует Владислав Кудинов.

Кроме того, региональные власти далеко не всегда заинтересованы в стартапах. Отчасти это нежелание поддерживать стартапы вызвано уже упомянутыми проблемами в законодательстве. "Например, в Самаре нам самим приходилось готовить обоснования для расходования бюджета. Это довольно сложно сделать, ведь необходимо обосновать затраты и поставить разумные выполнимые задачи. Администрации боятся проверок прокуратуры", — говорит господин Кудинов. И действительно, сложно гарантировать, что, например, из тридцати стартапов большинство будет успешными.

Генеральный директор компании "Технополис" в Петербурге Питер Коучмэн признает, что проект финской компании не смог повторить успех в России. ""Технополис" в Петербурге не играет той роли, которую мог бы играть в инновационной структуре города и страны", — говорит господин Коучмэн. Причин, по его словам, несколько. Во-первых, у университетов, как правило, нет средств на инновационные проекты. "Мы не можем профинансировать стартапы. "Технополис" — публичная компания, цель которой — прибыль, причем полностью прозрачная. Кто нам позволить дать стартапу деньги просто так?" — рассуждает господин Коучмэн. При отсутствии внятного законодательства в России невозможно помогать инновационному развитию, говорит он.

Круг заинтересованных

Глава представительства Финско-Российского инновационного центра Лаппенранты в Санкт-Петербурге Игорь Куприенко отмечает, что в Финляндии подобные проекты функционируют, в том числе, благодаря заинтересованности государства. Например, в Финляндии работает фонд при Министерстве торговли и промышленности, который предоставляет субсидии малым и средним предприятиям. Если проект одобрен фондом, компания получает до 50% компенсации.

"Многие российские компании приходят в Финляндию, потому что понимают, что российский рынок имеет свои пределы. Впрочем, некоторые из них, несмотря на успех в России, банкротятся в Финляндии или по крайней мере делают много ошибок", — рассказывает господин Куприенко.

В России именно федеральные власти должны выступать интересантами развития стартапов, говорит он. "Местные власти не всегда понимают, что от количества рабочих мест зависит объем налогов. Может быть, это связано с тем, что 13 процентов — не слишком высокий подоходный налог", — рассуждает господин Куприенко.

В развитии стартапов, по его словам, должен быть заинтересован и частный бизнес. "Мы редко упоминаем частный бизнес, но он заинтересован в том, чтобы все "крутилось". Чем активнее все "крутится", тем больше потенциальных клиентов и заказов", — говорит Игорь Куприенко.

Наконец, интересантами развития инновационного бизнеса выступают университеты. "Они заинтересованы в том, чтобы зарабатывать. Их роль в инновационном развитии должна заключаться в предоставлении рабочей силы", — считает господин Куприенко.

Российский опыт

Руководитель службы маркетинга холдинга GS Group Андрей Безруков отмечает, что участие государства для успеха проекта не обязательно. Компания реализует частный проект "Технополис GS" в Калининградской области, где в городе Гусеве до 2017 года создаст технопарк с численностью сотрудников 4,5 тыс. человек. Компания начала реализацию проекта в 2008 году. Сейчас численность сотрудников "Технополиса GS" составляет 2 тыс. человек. Ядро проекта — производственная зона. За пять лет на пустом месте "Технополис GS" стал крупнейшим работодателем города Гусева. До 2017 года компания планирует инвестировать в проект 25 млрд рублей. Больше половины инвестиций будет направлено на возведение административно-делового комплекса и жилой зоны, уточняет господин Безруков.

К настоящему времени уже запущено шесть заводов. Первыми в эксплуатацию были введены два завода: НПО "Цифровые телевизионные системы" (производство радиоэлектронной продукции) и "Пранкор" (изготовление антенн и корпусов). В дальнейшем были запущены Первая картонажная фабрика, выпускающая гофрокартон и гофроупаковку, а также домостроительный комбинат "Белый ключ". Последним был введен в эксплуатацию центр по производству микроэлектроники GS Nanotech.

Сейчас в технопарке постепенно начинается создание следующих частей инновационной инфраструктуры. С 2015 года планируется запустить научно-исследовательский центр, который будет заниматься разработками в области микроэлектроники. Кроме того, компания запустила венчурный фонд, который отбирает проекты со всей России для их реализации в "Технополисе GS" в Калининградской области. Сейчас GS Group сотрудничает с ведущими университетами России, а в дальнейшем рассчитывает построить собственный образовательный центр, говорит господин Безруков.

"Идея в том, чтобы привлечь в "Технополис GS" талантливых специалистов со всей России. Мы хотим, чтобы инженеры приезжали туда со своими семьями. Им это будет интересно, потому что здесь в самое ближайшее время заработает упрощенный визовый режим с Европой, появится вся необходимая инфраструктура для жизни, а главное — уже есть возможность реализовывать наукоемкие проекты с использованием технологий мирового уровня", — говорит господин Безруков.

Господин Безруков подчеркивает, что в этом проекте первичным было производство — оно создавалось в первую очередь. "Принципиальное отличие модели нашего технопарка в том, что у стартаперов есть возможность пробовать реализовывать собственные проекты на уже готовых производственных мощностях на базе мировых технологий", — говорит Андрей Безруков. В то же время большинство российских индустриальных площадок, которые называют себя технопарками, по сути, представляют собой бизнес-центры с налоговыми льготами, не имеющие производственной базы.

Говоря о сложностях при реализации проекта, Андрей Безруков отметил, что компания рассчитывает привлекать в "Технополис GS" проекты узкой направленности, связанной с телевидением, телекоммуникациями, микроэлектроникой. "Нам не нужны приложения для мобильных телефонов, игры, но именно это сейчас популярно, таких проектов много. А серьезные стартапы, которые были бы нам интересны, найти сложно. Если многие традиционные российские производства пока могут прожить без инноваций, то наш бизнес — нет", — говорит Андрей Безруков.