Антропологическое осмысление техники (Э. Капп и П. Флоренский)

ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

УДК 167/168

О.Ф. Терешкун

канд. полит. наук, доцент, кафедра философии и социологии, Прикарпатский национальный университет, докторант, кафедра философии, Черновицкий национальный университет, Украина

АНТРОПОЛОГИЧЕСКОЕ ОСМЫСЛЕНИЕ ТЕХНИКИ

Аннотация. Определяются причины становления новой парадигмы техники в рамках неклассической методологии науки. Осуществляется анализ органопроекции Э. Каппа и П. Флоренского как методологического принципа исследования генезиса феномена техники. Обосновывается тезис, что современные представления о технике являются итогом длительной эволюции не только философских, но и общенаучных взглядов на технику, с помощью которых были разработаны методологические принципы, определены методологические основания и подходы, способствовавшие более глубокому осмыслению феномена техники в рамках неклассической методологии науки.

Ключевые слова: техника, неклассическая методология науки, биологическая дисциплинарная онтология, организм, механизм, органицизм, органопроекция, человек.

O.F. Tereshkun, Precarpathian National University

ANTHROPOLOGICAL COMPREHENSION OF TECHNOLOGY

Abstract. Defined causes the formation of a new paradigm of technology within non-classical methodology of science. Carried out an analysis organic projection of E. Kapp and P. Florensky as a methodological principle study of the genesis of the phenomenon of technology. The thesis that the modern idea of the technology are the result of a long evolution not only philosophical, but also great views of the technology, by which have been developed methodological principles that defined the methodological bases and approaches that have contributed to a better understanding of the phenomenon of technology within non-classical methodology of science.

Keywords: technology, non-classical methodology of science, biological disciplinary ontology, the body mechanism, organicism, organic projection, man.

Актуальность. Исследование техники детерминировано необходимостью осознания природы техносферы, ее техногенности, в которой протекает наша жизнь. Осмысление феномена техники служит основанием для выявления основных закономерностей, общих тенденций и особенностей ее развития. Основным побудительным мотивом к осмыслению техники, ее природы, сущности, роли и значения стал процесс познания и освоения закономерностей природы для их эффективного использования в практической деятельности.

Феномен техники представлен в философии как многоаспектная проблема, имеющая антропологические, культурологические, социальные, экологические, онтологические, феноменологические, коммуникативные, этические и другие измерения.

К проблеме техники в конце Х1Х в. активно обратились инженеры, которые непосредственно были вовлечены в научно-технический прогресс, в становление и развитие промышленного капитализма, где статус техники резко изменился. Техника стала главным инструментом в борьбе за прибыль и изменила, во-первых, характер производства, во-вторых, социальную структуру общества, в-третьих, образ жизни людей, в-четвертых, ценности в обществе. Короче говоря, техника стала необходимым условием функционирования западной цивилизации. И, конечно, при таких трансформаци-

ях феномен техники не мог остаться без пристального философского внимания.

Степень разработки проблемы. Одной из главных проблем, возникших в конце Х1Х в., стала проблема происхождения техники в контексте ее взаимосвязи с человеком. Следует отметить, что решений проблемы природы и сущности техники образовалось довольно много. Например, К. Маркс считал, что в трудовой деятельности с помощью техники происходит самореализация человека через преобразование природы; Э. Капп полагал, что техника есть проекция органов человека в мир; П. Энгельмейер утверждал, что техника - это стремление к творчеству и проявление человеческой воли; О. Шпенглер определял технику как тактику жизни; Х. Ортега-и-Гассет исходил из того, что техника - это определенный жизненный проект, имманентный каждому индивиду; М. Хайдеггер видел в технике «постав», «вызов» природе и человеку, раскрытие потаенности; Ф. Дессауэр рассматривал технику как духовный акт встречи с Богом в четвертом мире - царстве идей; Л. Мамфорд утверждал, что техника - это реализация духовно-интеллектуальных интенций человека; Э. Чиммер сводил технику к форме «материальной свободы»; Г. Маркузе, Ю. Хабермас рассматривали технику как идеологию для институциализации господства экономических структур индустриального и постиндустриального общества. Список определений сущности техники гораздо длиннее, но мы привели примеры наиболее существенных.

Весомый вклад в осмысление феномена техники и развитие методологии научного познания техники сделали западногерманские философы Ф. Рапп, Г. Бёме, В. Ван ден Дале, Г. Рополь, Р. Кёттер, В. Крон, Х. Ленк, П. Вайнгард и др. Так, например, Фридрих Рапп, делая философский обзор состояния философии техники, ее основной проблематики, обращает внимание на метафизическую интерпретацию техники, полагая, что «техника включает в себя человека и общество, природу и историю» [5, с. 48]. Рапп приходит к выводу: для того, чтобы устранить несоответствие между институционализированным миром техносферы и относительно неизмененной природой человека, человечеству необходимо научиться понимать причины динамики развития технического прогресса, а, следовательно, разобраться с природой техники. Заслуживает особого внимания его характеристика взаимодействия человека и техники: «инстинктивное биологическое влечение человека к техническому действию в ходе конкретного исторического процесса (десакрализация, идея прогресса) соединилось с рациональными научными методами, волей к власти, а также с интерпретацией техники как новой трансцендентности» [5, с. 53]. И в настоящее время процесс этот усиливается благодаря влиянию институционализированных исследований, внутренней логике развития техники, экономической конкуренции и, конечно, существенному увеличению потребления.

Среди современных зарубежных исследователей феномена техники следует назвать немецкого философа Витторио Хёсле и его работу «Почему техника стала ключевой философской проблемой?». В ней автор теоретически обосновывает срод-ность человека и техники, что служит основанием, чтобы техника стала предметом глубокого исследования со стороны философии. Более того, В. Хёсле считает, что «основательный анализ проблемы «естественности» техники требует обстоятельного исследования отношения неорганической и органической природы, а следовательно, и анализа проблемы телеологии», а также корреляции между человеком и техникой для более глубокого понимания этих феноменов [3, с. 107].

Сегодня недостаточно исследованным остается парадигмальный подход к философии техники в контексте неклассической методологии науки. Это объясняется сравни-

тельно поздним становлением самой философии техники, осмысление которой длительное время осуществлялось в рамках философии науки, а проблемы техники рассматривались в учениях марксизма, неомарксизма, экзистенциализма, «философии жизни», неофрейдизма, а также в различных культурологических и социологических учениях.

Цель нашего исследования - установить органическую связь и влияние биологической дисциплинарной онтологии (научной картины биологической реальности), включающей определенные модели мира, в рамках неклассической научной рациональности конца Х1Х - первой половины ХХ в. на осмысление феномена техники. Эта цель включает в себя две задачи: 1) раскрыть факторы, обусловившие становление новой парадигмы техники; 2) осуществить анализ органопроекции Э. Каппа и П. Флоренского как методологического принципа исследования генезиса феномена техники.

Объектом исследования выступает философия науки и техники в конце Х1Х в. - первой половине ХХ в., а предметом - антропологическая (натуралистиче-ски-организмическая) парадигма техники в рамках неклассической методологии науки.

Становление и развитие философии техники, направленное на понимание природы и сущности техники, невозможно без обращения взгляда философов в сторону естественных наук и научной методологии: «Философия и естествознание изучают не только объективную натуральную Природу, но также искусственный мир технических объектов, из нее выделенных, поэтому в технике философия и естествознание становятся единым целым» [2, с. 108].

Развитие техники органически связано с развитием научного познания, становлением опытного естествознания, формированием дисциплинарных матриц (онтоло-гий), которые задают образ, модель мира не только для естественных, но и для гуманитарных и социальных наук. Если исходить из идеи единства мира, то технические объекты, процессы, системы в принципе не отличаются от природных объектов, явлений и систем. Как первые, так и вторые подчиняются законам физики. Различие проявится при переходе к органическому миру и будет зависеть от степени ограничения редукции органического (биологического) к неорганическому (физическому). Если рассматривать биологию как модель техники, то исходный характер биологической организации является обязательным условием существования содержания механических конструкций. Здесь идея состоит в том, что в обоих случаях содержатся релевантные телеологические принципы, согласно которым происходит детерминация частей и их функционирование как целостной системы.

Факторы, обусловившие становление новой парадигмы техники

1. Обоснование в эпоху Просвещения основных черт антропологии европейской культуры. Нельзя не согласиться с мнением, что «в основании антропологического подхода всегда лежит некая концептуальная модель человека, его природы, его сущности» [8, с. 16]. С эпохой Просвещения связаны характерные основные черты антропологии европейской культуры. К ним относятся: признание самодостаточности индивида, наличие внеисторической родовой сущности, естественных прав, присущих индивиду. Человек преодолевает свое биологическое бытие для того, чтобы утвердить человеческие потребности. И делает он это с помощью техники. Познание техники связано с активным осмыслением антропологизма. Следовательно, чтобы разрабатывать философскую антропологию, которая находилась под влиянием научной картины биологической реальности в конце Х1Х - начале ХХ в., необходимо было, во-первых, сломать старые догматические представления о человеке, во-вторых, отказаться от ряда классических представлений о человеке, в-третьих, заняться разработкой категорий, постановкой проблем и выработать методологию нового типа философствования.

С позиции рационалистической философии мир развивается по собственным механическим законам. Точка зрения философской антропологии исходит из того, что

человек конституирует мир сообразно своей активности, ее видам. В антропоморфизме происходит антропологическая редукция, он рассматривает культуру как проекцию человеческой сущности.

2. Антропологический поворот в науке. Важной особенностью неклассической научной рациональности стал антропологический поворот в науке. В философии он произошел намного раньше благодаря И. Канту («коперниканский переворот» в эпистемологии). И если человеческое, субъективное в классической науке тщательно элиминировалось из когнитивной области, то с конца XIX в. оно возвращается в неклассическую науку. Это происходит как «рождение гуманитарной научности», где субъективность становится необходимой составляющей научного знания [1, с. 11]. Антропологический поворот в философской и научной мысли означает обращение к человеку как ключевой проблеме.

Таким образом, в исследовании неклассической научной рациональности произошли существенные изменения, которые отразились на методологических подходах и непосредственно повлияли на осмысление феномена техники, способствуя формированию ее новой парадигмы и новых подходов. Методологической основой неклассической методологии выступили принципы: активности субъекта, исторической изменчивости научного знания, отказа от абсолютной истины, природы как сложной динамической саморегулирующей системы, целостности, эволюции, четкой фиксации методов, средств и др.

3. Смена образа мировой машины парадигмой мирового организма. Господство механической картины мира и объяснение всех процессов с помощью механических аналогий, где в качестве эталона выступал механизм (мир - машина, государство -машина, человек - автомат) определялось развитием механики. Но по мере дальнейшего развития других областей естествознания (химии, геологии, биологии) механическая картина мира теряет статус общенаучной. В конце XVIII - первой половине XIX вв. происходит переход к новому состоянию естествознания - оно становится дисциплинарно организованным. Важной особенностью этого периода является формирование специальных дисциплинарных онтологий (матриц), а также дифференциация дисциплинарных идеалов и норм. К примеру, в биологии возникает и утверждается идеал эволюционного объяснения мира, формируется новая научная парадигма, связанная с развитием организмических представлений. Образ мировой машины постепенно начинает вытесняться образом мирового организма.

Итак, основными факторами, детерминировавшими становление новой парадигмы техники, выступили: во-первых, обоснование основных характеристик антропологии европейской культуры в эпоху Просвещения; во-вторых, антропологический поворот в науке; в-третьих, становление биологической дисциплинарной онтологии (научной картины биологической реальности). После выхода в свет теории естественного отбора Ч. Дарвина (работа «Происхождение видов» 1859 г.) наметился переход от механистического к холистическому научному мышлению. Ориентация научной методологии на целостный и эволюционный подходы исходила в первую очередь от биологии, хотя в истории философии диалектические идеи и принципы уже были разработаны и в идеалистическом, и в материалистическом направлениях. Эталоном всего становится организм - сложная, целостная, саморазвивающаяся система. Аналогии в форме антропоморфизма подтолкнули инженеров проецировать некоторые свойства и характеристики живых организмов на технические системы, а также послужили прообразом новых видов техники и технических систем. В артикуляцию были введены такие выражения, как «эволюция технических изобретений по типу естественного отбора», «природа машины», «самообучающиеся машины», «память компьютера» и т.п.

Органопроекция как методологический принцип исследования феномена техники.

Если в классический период для объяснения живого организма использовали

механизм и способ его функционирования, то в неклассической научной рациональности, наоборот, пытались объяснить природу технических средств и сущность феномена техники вообще посредством аналогий с организмом.

В 1877 г. вышла в свет книга Эрнста Каппа «Основания философии техники». Автор впервые использовал термин «философия техники», тем самым заложив основания для новой науки. Э. Каппом была изложена своеобразная концепция происхождения и сущности техники - органопроекция. Согласно этой концепции, человек переносит на создаваемые им орудия труда формы и функции своих органов. Делает он это неосознанно. Э. Капп считает, что возникающее между орудиями и органами внутреннее отношение, хотя и является скорее бессознательным открытием, чем сознательным изобретением, заключается в том, что «человек в орудии всегда лишь воспроизводит самого себя» [4, с. 98].

Формулируя таким образом антропологический критерий, философ подчеркивает, что в организме находится ключ к пониманию особенностей многогранной человеческой деятельности. И какой бы ни была предметность мышления, мысль в результате всех своих исканий всегда находит человека. При этом, «не теряя из виду область бессознательного, человек находит взаимодействие между своим телом и миром вне его, который был прежде силой внутри его» [4, с. 129]. Мозг, с помощью которого человек мыслит, по мнению Э. Каппа, не может считается единственным вместилищем мысли, интеллектуальным средоточием человека. Мозг не может мыслить, взятый в отдельности, «ему бессознательно помогает мыслить весь организм» человека [4, с. 23].

Человек отличается от животного тем, что является существом самотворческим, так как, создавая условия своего существования, творит самого себя, перенося свой внутренний мир вовне. Э. Капп утверждает, что «исходящий от человека внешний мир механической работы может быть понят лишь как реальное продолжение организма, как перенесение вовне внутреннего мира представлений» [4, с. 24].

Органическая проекция не только проецирует человеческое тело и его органы на орудия труда, но и превращает организм в масштаб и эталон для природы: «стопа, палец, его суставы, специально большой палец, кисть и рука, пядь, расстояние между идущими ногами и между распростертыми концами рук, ширина пальца и волоса - как меры длины; пригоршня, полон-рот, кулак, голова, толщина руки, ноги, пальца и бедер

- как меры вместимости и объема; мгновение (мигание) как мера времени: все это было и остается повсюду у молодых и стариков, у дикаря и культурного человека неизменно употребляющимися естественными мерами» [4, с. 105]. Следовательно, человек бессознательно делает свое тело масштабом измерения природы. Например, Э. Капп предполагает, что пальцы рук послужили основанием для образования и функционирования десятичной системы исчисления. Одновременно философ настаивает на принципиальном различии между мерой или масштабом и орудием, считая, что орудие

- это воспроизведение естественного органа и служит заменой его, а мера и масштаб

- только одно из измерений тела или его членов, воплощенное измерение органа.

Таким образом, Э. Капп разработал концепцию органопроекции как основного принципа технической деятельности и всей культуры человечества; он выработал и обосновал основные ее характеристики: непрерывность и предопределенность связи между механическими функциями и органами (например, насос и сердце, лупа и глаз, акустическая система и ухо, труба и горло и т.д.), бессознательность самообнаружения человеком самого себя, активность взаимодействия между организмом и его органами как естественными орудиями и орудиями искусственными.

Своеобразным продолжением идеи органопроекции Э. Каппа была концепция русского религиозного мыслителя и ученого-энциклопедиста Павла Флоренского (он был математиком, физиком, инженером, богословом, историком, искусствоведом и

филологом). Ему присущ огромный интерес к научным занятиям, внутренняя сопряженность духовных занятий и реальное служение людям. Кроме Э. Каппа, на мировоззрение П. Флоренского оказали большое влияние идеи американского философа, сторонника теономии (научной теологии, согласно которой Бог, божественная истина открывают себя не только в истории, но и в естествознании) Пауля Каруса, немецкого философа Карла Преля (Дюпреля), который, отстаивая идею эволюции, распространяя ее на сферу трансцендентного, опирался на органопроекцию. Он считал, что сфера органического восполняется сферой технического, то есть дух продолжает дело материи (природы). Не остались не замеченными им и взгляды Эрнста Геккеля - немецкого философа, биолога-эволюциониста, выдвинувшего идею единства органов и тела: «орган нельзя мыслить вне его функции, и со своим действием всякий член тела составляет неразрывное целое» [6, с. 150].

Становление биологической дисциплинарной онтологии в Х1Х в. открыло человечеству организм, вследствие чего механическое понималось как способ грубой схематизации жизни, как моделирование, иногда как практически полезное. Теперь же не организм трактовался из механизма, а наоборот, в механизме следует видеть отображение организма и его сторон. Более того, П. Флоренский считает, что механизм менее совершенен, нежели организм: «технические продукты, как, например, зрительная труба, фортепиано, орган, представляют собою несовершенные органопроекции глаза, уха, горла, а глаз, ухо, горло - органические первообразы» [6, с. 152].

Технику П. Флоренский воспринимает как часть культуры, которая организует и упорядочивает находящуюся вне человека материю. При создании техники по образу и подобию естественных органов человека наблюдается интенция человека в процессе орудиестроительной деятельности активно воздействовать на природную среду. Организм, вследствие своего несовершенства, стремится распространиться в пространстве, наложить свои контуры на весь мир.

П. Флоренский категорически выступает против механицизма XVIII в., который логически и метафизически мыслит механизм первичным, а организм - вторичным, образованным по образцу механизма. Различие между Божественным механизмом и механизмом, сделанным человеком, заключается в наличии автоматизма: «...в автоматичности заведенного при самом творении мира, возможности идти ему по установленным механическими законами путям видел XVIII век божественное превосходство его над механизмами, изготавливаемыми рукою человеческой» [6, с. 153].

С помощью орудия человек расширяет область своей деятельности и своего чувства, продолжая свое тело вовне. В органопроекции человек может проектировать органы тела, которые существуют в рудиментарном состоянии. Наше тело нельзя считать познанным окончательно, и творческое воображение может проецировать такие органы и стороны тела, которые науке еще не известны. Поэтому совершенно допустимо, что в технике мы сможем увидеть такие «орудия, которых прототипа органического мы еще не нашли» [6, с. 161].

Это свидетельствует о том, что органопроекция может выполнять прогностическую и эвристическую функции в научном познании: «В себе и вообще в жизни открываем мы еще не осуществленную технику; в технике - еще не изученные стороны жизни» [6, с. 161]. П. Флоренский утверждает, что без техники нет раскрытия потенциала живого, в ней проецируются любые органы и системы жизни в ее глубине, потому что линия техники и линия жизни идут вместе, параллельно друг другу, хотя некоторые их точки могут либо отставать, либо забегать вперед в отношении друг друга.

В письме В. Вернадскому П. Флоренский подчеркнул: «Мы должны настаивать на категориальном характере понятия жизни, т.е. коренном и, во всяком случае, невыводимом из наивных моделей механики факте жизни, но, наоборот, их порождаю-

щем... Механические модели есть ни что иное, как надстройка над устарелой формой хозяйства, давно превзойденной промышленностью, и потому, следовательно, эти модели ничуть не соответствуют экономике настоящего момента» [7, с. 198].

Учитывая тенденцию развития техники, ее врастание в промышленность, П. Флоренский сделал вывод, что «если в настоящий момент промышленность есть электрохозяйство и отчасти теплохозяйство, но вовсе не механохозяйство, а физика есть электрофизика, то присматривающемуся к ходу развития промышленности не может не быть очевидным, что промышленность будущего и, может быть, близкого будущего станет биопромышленностью, что за электроникой, почти сменившей паротех-нику, идет биотехника и что, в соответствии с этим, химия и физика будут пересмотрены, как биохимия и биофизика» [7, с. 198].

Отталкиваясь от идеи органопроекции, как проекции своих органов в мир вовне, П. Флоренский считает, что человек должен научиться применять умение проектирования и к своему телу, то есть овладеть органосозиданием: «Если изучение организмов есть ключ к техническому изобретению, то и обратно, технические изобретения можно рассматривать как реактив к нашему самопознанию» [6, с. 161]. Это означает, что все характеристики, которыми обладает техника (сила, точность, прочность и др.), можно передать организму: совершенным сделать не мертвое, а живое. Фактически, П. Флоренский создает теоретическую основу для обоснования необходимости перехода от технического прогресса, в котором человек остается несовершенным, совершенствуя только технику, к прогрессу органическому - совершенствованию человека. Эту мысль поддержали и развили русские мыслители-космисты Н. Бердяев, В. Вернадский, А. Горский, Н. Федоров и др. На современном этапе развития науки идеи П. Флоренского находят воплощение в высоких био- и нанотехнологиях ХХ1 века.

Подводя итоги нашего исследования, отметим следующее:

Во-первых, современные представления о технике являются результатом длительной эволюции не только историко-философских, но и общенаучных взглядов на технику, с помощью которых были разработаны методологические принципы, определены методологические основания (модели, концептуальные каркасы, парадигмы) и подходы, способствовавшие формированию методологии рефлексивного периода в развитии техники в рамках неклассической научной рациональности.

Во-вторых, на рубеже XIX-ХХ вв. в связи с возрастанием роли биологии образ техники обретает антропоморфный характер. Теперь человек не рассматривается как машина, а машина становится проекцией органов человека на природный материал. Следовательно, если раньше производили редукцию органического к механическому, то теперь техническое объясняется с помощью органического.

В-третьих, интенция к осмыслению основания техники, ее сущности и природы детерминировала поиск методологических принципов и подходов к исследованию феномена техники. В качестве одного из принципов в осмыслении техники Э. Каппом был предложен принцип органопроекции, а противоположные по своей сущности понятия «организм» и «механизм», естественное и искусственное максимально сближались. Следовательно, техника и человек теперь трактовались как одно целое. Если техника является проекцией человека на мир, то она имманентно присуща человеку. Техника является необходимой частью человеческой жизни и культуры, она отражает историческое состояние всего человечества. Философская экспликация генезиса техники, ее антропологической природы на основании органопроекции сохраняет свою актуальность и по сей день, выполняя эвристическую функцию для развития современной техники и высоких технологий.

В-четвертых, для П. Флоренского техника - не только посредник между природой и человеком, она есть средство человеческого самопознания. В процессе конст-

руирования техники человек пытается глубже понять природу (устройство и функционирование) собственных органов и всего тела.

Список литературы:

1. Беляев В.А. Критика интеркультурного разума: Анализ ценностной структуры новоевропейского мира / В.А. Беляев. - М.: ЛИБРОКОМ, 2012. - 288 с.

2. Гладков И.А. Естественнонаучные основы техники / И.А. Гладков // Вестник Удмуртского университета. Серия Философия. Психология. Педагогика. - 2010. - № 1. - С. 103-108.

3. Вггторю Г. Практична фiлософiя в сучасному свт / Гьосле В^торю; пер. з ым., примаки та пюлямова Анатолiя Срмоленка. - Киев: Лiбра, 2003. - 248 с.

4. Капп Э. Происхождение орудия; Философия машины // Роль орудия в развитии человека / Э. Капп, Г. Кунов, Л. Нуаре, А. Эспинас. - Л.: Прибой, 1925. - C. 21-25, 96-129.

5. Рапп Ф. Философия техники: обзор / Ф. Рапп // Философия техники в ФРГ: пер. с нем. и англ. / сост. и предисл. Ц.Г. Арзаканяна и В.Г. Горохова. - М.: Прогресс, 1989 - С. 24-53.

6. Флоренский П. Органопроекция / П. Флоренский // Русский космизм: антология философской мысли. - М.: Педагогика-пресс, 1993. - С. 149-162.

7. Переписка В.И. Вернадского и П.А. Флоренского, 1927-1934 гг. / публ. подгот. П.В. Флоренский // Новый мир. - 1989. - № 2. - С. 194-203.

8. Чешев В. В. Техническое знание: монография / В. В. Чешев. - Томск: Изд-во гос. архитектур.-строит. ун-та, 2006. - 267 с.

List of references:

1. Belyaev V.A. Criticism of intercultural intelligence: Analysis of the value structure of the new European peace / V.A. Belyaev. - M.: LIBROKOM, 2012. - 288 p.

2. Gladkov I.A. Applied and Pure foundation of techniques / I.A. Gladkov // Bulletin of Udmurt University. Series Philosophy. Psychology. Pedagogy. - 2010. - № 1. - P. 103-108 p.

3. Vittorio H. Practical Philosophy in the Modern World / H. Vittorio; translated from the German, notes and afterword Anatolia Ermolenko. - Kiev: Libra, 2003. - 248 p.

4. Kapp A. The origin of the gun, machine Philosophy // The role of tools in human development / E. Kapp, H. Coon, L.A. Noire, A. Espinas. - L.: Surf, 1925. - P. 21-25, 96-129.

5. Rapp F. Philosophy of technology: a review // Philosophy of Technology in Germany: Translated from the German / The constituents and foreword. C.G. Arzakanyan and V.G. Gorohova. -M., 1989 - P. 24-53.

6. Florensky P. Organoproektsiya / P. Florensky // Russian Space Art. Anthology of philosophical thought. - M.: Education Press, 1993. - P. 149-62.

7. Correspondence V.I. Vernadsky and P.A. Florensky, 1927-1934 gg. / publ. prep. P.V. Florensk // New World. - 1989. - № 2. - P. 194-203.

8. Cheshev V.V. Technical knowledge: monograph / V. Cheshev. - Tomsk, 2006. - 267 p.