Словообразовательная деривация на базе иноязычных слов как источник новых номинаций (на материале русского языка рубежа XX-XXI вв. )

СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ДЕРИВАЦИЯ НА БАЗЕ ИНОЯЗЫЧНЫХ СЛОВ КАК ИСТОЧНИК НОВЫХ НОМИНАЦИЙ

Е.В. Маринова

В статье рассматривается образование новых номинаций на базе иноязычных слов. Дается описание номинаций признаков, номинаций лиц, номинаций действий и предметов, на основе чего делается вывод о сходстве и различии основных источников пополнения лексики на рубеже ХХ-ХХ1 вв. -словообразования и заимствования; отмечается одна из современных языковых тенденций, проявляющаяся в процессе деривации, а именно тенденция к множественности обозначения.

Ключевые слова: словообразовательная деривация, иноязычные слова, новые номинации.

Начиная с конца 90-х гг. ХХ в. бытует мнение о том, что самый массивный пласт новых слов составляют внешние заимствования. На самом деле, картина иная. Из всех процессов, поставляющих в русский язык новые единицы, самым активным является процесс словопроизводства. В неологической лексике современного русского языка преобладают словообразовательные неологизмы. «Удельный вес» таких слов значительно превосходит «удельный вес» неологизмов всех других типов (семантических неологизмов, внешних и внутренних заимствований вместе взятых). Так, в «Толковом словаре русского языка конца XX в.» (ТСРЯ) [1] зафиксировано около 560-ти неологизмов, из них приблизительно 90 % (!) - словообразовательные неологизмы.

Одна из причин, по которой результаты заимствования оказываются иногда несколько преувеличенными, - это поразительная активность иноязычных слов, в том числе свежих заимствований, в порождении словообразовательных неологизмов. Те 90 % новых производных слов, которые нашли отражение в ТСРЯ (а это приблизительно 500 единиц), образованы в русском языке от основ иноязычных слов, на базе иноязычного материала, а это значит, что в речи воспроизводится с той или иной степенью частотности не только новое иноязычное слово, но и его производные, которые и усиливают, на наш взгляд, впечатление «засилья» иностранных слов в речи. В языке же «срабатывает» своего рода защитный механизм - чужой материал язык относительно быстро делает своим. Для этого у него, как показывает история, накоплен огромный опыт.

Итак, словообразование на базе иноязы-чий становится на рубеже веков доминирующим источником обновления лексической системы русского литературного языка. Рассмотрим основные группы новых номинаций, поступающих в русскую речь.

Номинации признаков. Подавляющее большинство новых номинаций, образованных от иноязычных слов, представляют собой номинации признаков. Это связано с тем, что среди заимствований преобладают имена существительные и первая деривационная ступень, первый шаг в порождении нового слова для многих субстантивов естественным образом1 представляет собой производство относительного прилагательного. См., например: биеннальский / бьеннальский (проект) - от бьеннале; дискетный (архив) - от дискета; дисплейный (шрифт) - от дисплей; инаугурационная (речь) - от инаугурация; интерфейсовый (дизайн) - от интерфейс; кармическое (событие) - от карма; электоральная (технология) - от электорат; хос-писный (центр) - от хоспис и др.

Прилагательные, обозначающие новые признаки, имеют разные относительные значения. Тип значения определяется прежде всего типом лексического значения производящего имени существительного. Например, прилагательные, образующиеся от субстан-

1 Почти каждое существительное способно «на такой шаг» (о чем пишут Е.А. Земская, Е.В. Сенько и др. [2, с. 125; 11]). По мнению А.А. Поликарпова, одна из закономерностей в образовании новых слов заключается в том, что направление категориального сдвига в словообразовательном процессе идет от предметности к признаковости (число существительных выше среди производящих, чем среди производных, число прилагательных и наречий выше среди производных, чем среди производящих) [12].

тивов со значением отвлеченного действия, в большинстве случаев имеют значение ‘предназначенный для того, что выражено производящим словом; осуществляющий то, что названо производящим словом’ (тюнинговая фирма; тендерная комиссия). Прилагательные, образованные от наименований различных материалов, имеют значение ‘сделанный из ... ’ (тефлоновое покрытие, коттоновые изделия). По наблюдению Е.А. Земской, среди относительных прилагательных, появившихся в новой лексике конца ХХ столетия, преобладают прилагательные именно с этими двумя значениями [2]. Наш материал позволяет уточнить эти выводы.

Так, среди неологизмов-прилагательных, созданных на базе иноязычий, значительное место занимают имена прилагательные со значением ‘относящийся к лицу’. На рубеже ХХ-ХХ1 вв. в русский язык пришло огромное количество иноязычных существительных со значением лица. Кроме того, ряд слов (бывших экзотизмов) «вышли из забвения» (мафиози, мэр, лобби, спикер и др.). Как новые, так и «старые» заимствования послужили базой для деривации прилагательных. См.: байкерский, бебиситтерский, бизнес-менский, вамповский, виповский, визажист-ский, диджейский, имиджмейкерский, кил-лерский, лоббистский, мафиозный, менеджерский, моджахедский, мэрский, панковский, риэлторский, роллерский, рэкетирский, скаутский, спамерский, спикерский, спонсорский, тинейджеровский, хакерский и др.

За счет новых прилагательных (а число их приблизительно равно числу новых заимствованных субстантивов) заметно обновляется синтагматика современного русского языка, расширяются сочетаемостные связи слов, благодаря чему говорящий получает возможность номинировать новые объекты и новые отношения в действительности с помощью атрибутивных словосочетаний. Кроме того, новое относительное прилагательное со временем само становится базой для словопроизводства (вторая ступень словообразования), в результате чего появляются новые признаковые слова. Это могут быть: наречия: виртуально, гламурно, рейтингово [3], электорально, эксклюзивно, по-хакерски, по-пиаровски; имена существительные (со значением отвлеченного качества, свойства): клиповость (сознания), мафиозность, офис-

ность, харизматичность, экологичность, эксклюзив, креатив; новые имена прилагательные: антивирусный, антиспамерский,

антихакерский, антихаризматический, де-маркетинговый, околоолигархический и др.

Важную роль в неологизации русской лексики относительные прилагательные играют и в том случае, когда в результате переосмысления их значения они пополняют разряд качественных имен прилагательных в русском языке. На развитие качественного значения прилагательного рейтинговый указывает, например, Е.А. Земская [2] - см.: самый рейтинговый фильм. В начале XXI в. качественное значение появляется у неологизмов брендовый / брэндовый, бутиковый, хитовый, попкорновый.

Яркая черта суффиксального производства прилагательных на базе иноязычий -образование от одного и того же существительного дублетных прилагательных, различающихся разными словообразовательными суффиксами. См.: йогуртовый - йогуртный; факсный (рулон) - факсовая (бумага); гриле-вый - грильный (аппарат); имиджевая (реклама) - имиджная (линия); мегабайтный (файл) - мегабайтовый; терабайтный - терабайтовый; спамовский - спамовый; триа-ловский - триаловый; фаст-фудовский -фаст-фудовый; откутюрный (костюм) -откутюровский; пиаровская (акция) - пиарная; харизматический - харизматичный; фьючерская (сделка) - фьючерсная / фьючерная и др.

Номинации лиц. Обширную группу «отыноязычных» дериватов составляют имена существительные со значением лица. Можно выделить пять основных групп дериватов по их значению: 1) лицо по профессии, роду деятельности - компьютерщик, креа-тивщик, оффшорник ‘сотрудник мировых финансовых центров’, рекламщик (разг.) ‘менеджер по рекламе’, рекламораспространитель [3], таймшерщик ‘сотрудник организации, предоставляющей услуги таймшера’ [3], 2) лицо по увлечению - геймоголик ‘любитель компьютерных игр’, шопоголик, интернетчик, компьютероман, чатланин, фо-румчане, пепсиманы, сегер ‘любитель приставки Sega’, фэнтезийщик; 3) лицо женского пола - байкерша, банкирша, бизнесмен-ша/бизнесменка, визажистка, галеристка, дилерша, киллерша, менеджерша, спонсор-

ша, хакерша; 4) лицо по его оценке или характеристике - мачист, харизматик, визу-альщик, суперолигарх, телекиллер ‘об одиозном телеведущем’ [3] и др.

Как и в производстве номинаций новых признаков, в образовании номинаций лица наблюдается такая особенность: одно и то же иноязычное слово становится производящим для двух или даже более производных, имеющих тожественное лексическое значение. См., например: галерист - галерейщик ‘профессионал-искусствовед, владелец галереи’ [3]; гербалайфщик - гербалайфист; граффитчик - граффитист [3] - граффёр (жарг.); вирусолог - вирмейкер - вирусописа-тель; пиаролог - пиармен - пиарщик - пиа-ровец; рекламист - рекламщик. Однако в отличие от подобного явления в сфере имен прилагательных производство параллельных обозначений лица обычно сопровождается их стилевой дифференциацией: одно из производных является более сниженным по отношению к нейтральному (ср. суицидент ‘тот, кто совершает попытку к суициду, способный на суицид’ и разг. суицидник ‘то же’ [3]; программист - программник (устар.) - программер (жарг.) и др.).

Номинации действий. Количество заимствуемых глаголов в литературном языке незначительно (мелировать, шунтировать, сканировать и др.). Однако количество новых номинаций со значением действия лишь немногим уступает, например, номинациям лиц1 и в несколько раз превосходит число самих глаголов-заимствований. Это связано с тем, что в русском языке рубежа XX-XXI вв. глагольная деривация очень активна: глаголы создаются как на базе других глаголов (промелироваться), так и на базе слов других частей речи, прежде всего субстантивов (ксерить). Активность в производстве глаголов от иноязычных слов - одна из особенностей исследуемого периода: ранее отмечалось заметное отставание деривации глаголов от деривации имен [2, 4, 5].

Отглагольные дериваты образуются путем присоединения к заимствованному глаголу префикса или / и постфикса. Примеры: отсканировать, просканировать, проинве-

1 В нашей картотеке представлено около 80-ти глаголов, образованных от иноязычных неологизмов, и более 100 производных существительных со значением лица.

стировать, промелировать(ся), смикшировать, перепрограммировать, проапгрейдить (компьютер) < апгрейдить(ся) ‘обновить’ [3], дотироваться (фин., ср. дотировать ‘выплачивать/выплатить дотацию’) [3], отформатировать, переформатировать,

форматироваться и др.

Отсубстантивные дериваты более многочисленны. Это преимущественно суффиксальные образования. К иноязычным основам присоединяются суффиксы -ирова-/ -изирова-/-ова-, -и-, реже(-а)ну-, -нича-, например: продюсировать, спонсировать, компьютеризировать, кастинговать, пиарить, чатить, ремикснуть ‘сделать ремикс песни’ [6], камикадзничать (окказ.). На второй ступени словообразования присоединяются префиксы или / и постфиксы: спродюсировать, проспонсировать, кастинговаться [3], рас-пиариться, отпиариться [3], початиться.

Рассматривая новые номинации признаков и номинации лиц, мы отмечали такую особенность словопроизводства, как создание параллельных наименований. Создаются ли такие наименования в процессе глагольной деривации? Наши материалы показывают, что вторичная номинация действий продуктивна лишь в некодифицированных сферах языка (см. диджеить - диджейство-вать, факсовать - факсить, принтить -принтовать и т. п.).

На рубеже тысячелетий по-прежнему активно образуются имена действий (их деривация всегда занимала значительное место в русском словообразовании) [2, с. 107; 7; 8]. От заимствованных глаголов образовались существительные аудирование, инсталлирование, клонирование, мелирование, микширование, сканирование, шунтирование и др.; от заимствованных существительных - бартеризация, буферизация (комп.) ‘сохранение данных в буфере обмена’, ваучеризация, виртуализация (девиртуализвция), долларизация (дедолларизация), интернетизация, маркетизация, мультимедиатизация, мафи-зация, пиаризация и др.

Именно в сфере образования имен действий обнаруживаем большое количество синонимических наименований. Так, к заимствованным существительным на -аци(я), например инсталляция, со временем «пристраивается» созданный уже на русской почве субстантив, образованный от глагола (ин-

сталлировать) с помощью суффикса -ни(е)-, см.: инсталлирование. Подобных пар в наших материалах много, см. также: архивация (комп.) ‘создание архивов файлов’ - архивирование, денонсация - денонсирование, дотация - дотирование, инвестиция - инвестирование, реинвестиция - реинвестирование, индексация - индексирование, конвертация - конвертирование, ламинация - ламинирование, пролонгация - пролонгирование, сертификация - сертифицирование и др.

Думается, такое словообразовательное дублирование уже имеющихся в языке номинаций объясняется тенденцией к множественности обозначений одного и того же денотата. Запас средств, создаваемых языком на одном и том же лексическом материале (синонимические единицы имеют общий корень), предоставляет говорящим выбор, в результате которого впоследствии за той или иной конкретной единицей может закрепиться смысловой или/и стилистический оттенок. Так, например, слова тренинг, тренаж, тренировка в русском языке имеют, кроме процессуального, еще и предметное значение, ср.: тренинг - ‘занятие, служащее для совершенствования навыков, умений’, тренаж - ‘система тренировочных упражнений’, тренировка - ‘спортивное занятие’ [9].

Номинации предметов. Дериваты этой группы, образованные на рубеже веков от иноязычий, немногочисленны. Мы видим объяснение такому факту в том, что номинации предметов в этот период, во-первых, активно заимствуются (принтер, сноуборд, дискета, плейер и др.) и, во-вторых, активно образуются от исконных слов (внедорожник, бомжатник) или двусловных наименований (обменник, вторичка ‘вторичное жилье’ и т. п.). Небольшую группу производных, обозначающих новые предметы (в широком смысле) российской действительности, с точки зрения значения можно представить следующим образом: пространственные наименования - роллердром, скейтодром, гам-бургерная, микшерская ‘помещение, оборудованное микшером’ [10], менеджерская

‘помещение, предназначенное для работы менеджеров’ [3], оффшорка ‘оффшорная зона’; наименования вместилищ - дискетница, барбекюшница, йогуртница, фондюшница (разг), фритюрница; наименования компьютерных программ - антивирусник, архива-

тор ‘ программа, выполняющая сжатие файлов (архивирование)’, спамоборона, спамо-жорка (названия программ по борьбе со спамом); наименования средств передвижения - спортроллер, мотороллер и др.

С точки зрения частеречной принадлежности наиболее частотным «отыноязычным» дериватом является имя прилагательное; в настоящее время активно образуются и глаголы; чуть реже - наречия. Общая категориальная картина новых номинаций, пополняющих лексику языка путем заимствования и деривации, таким образом выравнивается. Два этих процесса - заимствование и словообразование - выполняют по отношению друг к другу компенсаторную функцию. Так, например, словообразование значительно уступает лексическому заимствованию в «поставке» языку новых номинаций предметов: основным источником таких номинаций, как уже говорилось, является именно заимствование. В то же время словообразование активно порождает вторичные номинации тех же предметов, например, в некодифици-рованной речи (см. комп / компик, принтак, инсталяшка, джипяра, авизовка [3] ‘то же, что авизо’ и др.). Среди новых номинаций признаков, представленных именами прилагательными, число заимствований незначительно. Однако словообразование компенсирует это активным производством имен прилагательных от основ заимствованных суб-стантивов. Редко заимствуются номинации действий, выраженных глаголами. Количество же новых глагольных лексем, создаваемых уже на русской почве от основ иноязычных неологизмов, постоянно растет.

Заимствование слов зачастую представляется избыточным и даже неоправданным явлением. Прежде всего такое представление формируют иноязычные слова, имеющие на русской почве эквиваленты (тинейджер, мейкап, суицид, электорат и т. п.), т. е. слова, поступающие в язык в качестве вторичных номинаций существующих реалий и понятий. Однако современное словообразование, так же как и заимствование, поставляет на некоторые участки системы номинации, не являющиеся единственными обозначениями предметов. Складывается впечатление, что язык «не боится» избыточности -скорее, напротив, стремится к ней, создавая невероятный запас разнообразных средств

выражения, предоставляя говорящим возможность использовать ту или иную номинацию (из ряда параллельных, синонимичных) в соответствии с потребностями речевой ситуации, в определенных речевых условиях, в тексте определенного стиля, жанра и т. п.

Таким образом, заимствование и словообразование как два основных источника пополнения и обновления лексического состава языка имеют много общего по своим функциям. В литературном языке их функция прежде всего номинативная: в результате этих процессов язык пополняется новыми номинативными единицами, обозначениями новых реалий и т. п., причем зачастую «механизм» деривации приводится в действие потоком новых лексических заимствований и необходимостью их освоения.

1. Толковый словарь конца XX в. Языковые изменения / под ред. Г.Н. Скляревской. СПб., 1998.

2. Земская Е.А. Активные процессы современного словопроизводства // Русский язык конца XX столетия (1985-1995). М., 2000. С. 126.

3. Толковый словарь русского языка начала XXI в. Актуальная лексика / под ред. Г.Н. Скляревской. М., 2006.

4. Земская Е.А. Словообразование как деятельность. М., 1992.

5. Бояркина В.Д. Новая глагольная лексика в современном русском языке: автореф. ... канд. филол. наук. СПб., 1993.

6. 8. ВальтерХ., Вовк О., Зумп А. и др. Словарь: Заимствования в русском субстандарте. Англицизмы. М., 2004.

7. Русский язык и советское общество. Словообразование. М., 1968. С. 104.

8. Волгина Н.С. Активные процессы в современном русском языке. М., 2003. С. 139.

9. Крысин Л.П. Толковый словарь иноязычных слов. М., 2000.

10. Большой толковый словарь русского языка. под ред. С. А. Кузнецова. СПб., 1998.

11. Сенько Е.В. Роль относительных прилагательных в процессе неологизации современного русского языка // История языкознания, литературоведения, журналистики как основа современного филологического знания: материалы Междунар. научн. конф. Вып. 3. Ростов н/Д, 2003. С. 89-91.

12. Поликарпов А. А. Закономерности образова-

ния новых слов: моделирование процесса и его экспериментальное исследование // Язык. Глагол. Предложение. Смоленск, 2000.

С. 211-227.

Поступила в редакцию 20.01.2008 г.

Marinova E.V. Word-formation on the basis of loanwords as a source of new nominations (on the material of the Russian language in the late XX - early XXI centuries). Word-formation on the basis of loanwords is examined as a source of new nominations. The paper contains linguistic description of new nominations of attributes, peoples, acts and objects. This study explores the active processes of the naming in the late XX - early XXI centuries.

Key words: word-formation, loanwords, new nominations.