2014.03.028. ИСТОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ США. – М.: ИМЛИ РАН, 2013. – Т. 6: ЛИТЕРАТУРА МЕЖДУ ДВУМЯ ВОЙНАМИ; Кн. 1 / Отв. ред. Стеценко Е.А. – 855 с.; Кн. 2 / Отв. ред. Стеценко Е.А. – 967 с.

Зарубежная литература

2014.03.028. ИСТОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ США. - М.: ИМЛИ РАН, 2013. - Т. 6: ЛИТЕРАТУРА МЕЖДУ ДВУМЯ ВОЙНАМИ; Кн. 1 / Отв. ред. Стеценко Е.А. - 855 с.; Кн. 2 / Отв. ред. Стеценко Е.А. -967 с.

Шестой том «Истории литературы США» - продолжение масштабного проекта, разработанного в ИМЛИ РАН и впервые в отечественном литературоведении представляющего историю американской литературы масштабно, системно, в историко-культурном контексте.

В вводной статье к тому его ответственный редактор доктор филологических наук Е.А. Стеценко изложила основные концептуальные идеи. Литература США, возникшая как ответвление европейской литературы, приобрела свое лицо, пережив два подъема: первый - период позднего романтизма (Г. Мелвилл, Н. Готорн, Э.А. По), второй - между двумя мировыми войнами, это время У. Фолкнера, Т. Вулфа, Э. Хемингуэя, Ф.С. Фицджеральда, Дж. Стейнбека, Т. Драйзера, Т.С. Элиота, Э. Паунда, У.К. Уильямса, У. Стивенса, Ю. О'Нила и др. Оба периода, при всем их различии, объединяет проясняющая причины бурного всплеска творческой активности реакция на кризис гуманизма, начавшийся в конце XIX в. и охвативший весь ХХ в., - его вызвало «окончательное идеологическое и культурное оформление капиталистической формации, вступившей в начале ХХ в. в империалистическую стадию» (с. 12).

Романтики первыми «осознали нарушение гармонии между личностью и обществом, несовпадение высоких идеалов и действительности, относительность добра и зла и иррациональность человеческой натуры... посыл к высокому, духовному, лежащему вне повседневности, вместе с проникновением в тайны человеческой личности и мира обусловил философский и художественный потенциал этой литературы» (с. 12-13).

Аналогичная ситуация сложилась и в 20-30-е годы ХХ в. Начавшийся в 20-е годы экономический подъем закончился к 1929 г. Великой депрессией - жестоким кризисом, усугубленным стихийными бедствиями - невиданной засухой, пыльными бурями, наводнениями. В 1933 г. президент Франклин Делано Рузвельт провозгласил «Новый курс»; он ограничил всевластие монополий и

включал в себя программу по борьбе с бедностью и безработицей, государство стало регулировать экономику, финансово поддерживать образование, науку, культуру. В «красных тридцатых» страну охватили протестные движения, стачки. Все сферы общественной жизни были политизированы, в том числе и литература. Но левые идеи «не определили магистрального направления национальной мысли», «главные векторы эпохи» - создание «демократического массового общества, массовой культуры и мировой глобализации, что и определило облик, место и роль США в ХХ веке» (с. 15).

Писатели послевоенной поры принадлежали в основном к военному поколению (за исключением Фолкнера, не успевшего попасть на фронт) и испытали все трудности возвращения к мирной жизни. Им нелегко давалась адаптация к ней после тяжелого военного опыта. Они не находили свое место в обществе и получили название «потерянное поколение» (это определение Гертруды Стайн Хемингуэй привел в книге «Праздник, который всегда с тобой»). Некоторые кончали с собой, другие разрушали себя, предаваясь алкоголю, становились циниками, убедившись, что традиционные нравственные нормы исчерпаны. 20-е годы называли «веком джаза»: именно джазу с его спонтанностью, сменами ритма, импровизациями соответствовал настрой «потерянного поколения», экспрессивно воплотившего в литературе одну из основных тем ХХ в. - отчуждение личности от общества.

К «потерянному поколению» принадлежали и европейские, и американские писатели - Э.М. Ремарк, Р. Олдингтон, Э. Хемингуэй, Дж. Дос Пассос, Ф.С. Фицджеральд, У. Фолкнер. Но все они выходили за рамки «потерянного поколения», ибо были не только его представителями, но и критиками; мировосприятие этого поколения дало им импульс для размышлений над местом человека в мире и истории. Главное достижение американских авторов, писавших о Первой мировой войне, - «новый подход к ее изображению, отрицавший всякую патетику, риторику и героизацию» (с. 17). Их интересовала «окопная правда», трагизм смерти, надлом личности. В антивоенных рассказах и романе «Прощай, оружие» (1929) Э. Хемингуэй минимализирует средства художественного выражения, показывая жестокость войны. По Хемингуэю, война -это проявление истинного положения человека в мире - «щепки», уносимой бурлящим потоком истории. Лейтенант Генри с люби-

мой женщиной пытается укрыться от войны в Швейцарии, но она и их ребенок умирают - тщетно бегство человека от судьбы. Обречены и герои романов У. Фолкнера - «Солдатская награда» (1926) и «Сарторис» (1929), написанных в традициях «южной школы» с «ее готическими красками и накалом страстей» (с. 17). Психологически травмированные войной молодые южане и борются за жизнь, и ищут смерти - не в силах преодолеть душевный раскол. Таковы мотивы и романа Джона Дос Пассоса «Три солдата» (1921), сочетавшего документальную достоверность и обобщающую символику.

Именно в Америке конфликт участников войны и общества был особенно острым, ибо жители США, на чьей территории не было военных действий, не могли в полной мере понять психологическую надломленность участников войны. Неприятие национальной модели буржуазного общества вызвало экспатриацию, бегство литераторов в Европу. Этому способствовали и традиционные стимулы эмиграции из Америки - отсутствие глубоких исторических традиций, запоздалое - по сравнению с Европой -культурное развитие, прагматично-негативное отношение к искусству. Целая американская колония обосновалась в Париже. В послевоенное время к Г. Стайн присоединились Хемингуэй, Фицдже-ральд, Дос Пассос, Ш. Андерсон и др. В американской литературе царил реализм, тогда как в Европе уже читали Дж. Джойса, появились экспрессионизм, сюрреализм, кубизм. Возможно, на взгляд Е.А. Стеценко, «исторически сложившаяся "догоняющая" модель развития американской национальной литературы и обусловила ее подъемы в эпоху позднего романтизма и позднего реализма. Американские романтики писали во время расцвета европейского реализма», а американские реалисты ХХ в. - во время расцвета европейского модернизма, обогащаясь европейскими новациями (с. 18).

Американский модернизм как направление зародился в Европе, где для него была более благоприятная почва, чем в консервативной Америке. Экспатриация давала писателям возможность взглянуть на свою страну со стороны. Лицо американской литературы ХХ в. определили именно эти писатели, сочетавшие национальные традиции с европейскими новаторскими экспериментами.

Европа и Америка болели общими болезнями, но «сказывалась разница в "возрасте" - молодой организм Соединенных Штатов еще не растратил жизненных сил и оптимизма до такой степе-

ни, чтобы окончательно отвергнуть национальные идеалы...» (с. 19). В полной мере уроки европейского модернизма восприняла лишь Гертруда Стайн, чьи эстетические поиски близки кубизму и конструктивизму. Она отвергла сюжет, линейное время, характеры, исторический и социальный контекст, стремясь показать не смысл бытия, а эмоциональное восприятие его человеком, отсюда - минималистский стиль, произвольность ассоциаций, сплошное, без знаков препинания письмо, повторы одних и тех же слов. Но ее проза, как и модернизм в чистом виде, осталась маргинальным направлением в американской литературе.

Полнее модернизм проявился в поэзии, но довольно быстро сошел со сцены. Поэзия межвоенных лет была продолжением «Поэтического возрождения» 1910-х годов, которое совершило революцию в языке поэзии, отринув устаревшие каноны. Эпоха дала таких крупных поэтов, как Томас Стернс Элиот, Эзра Паунд, Эдвард Эстлин Каммингс, Уоллес Стивенс, Уильям Карлос Уильямс, Карл Сэндберг, Роберт Фрост, Харт Крейн, Арчибальд Маклиш. В поэзии шли поиски новых форм, обогащалась лексика, преобладал свободный стих, не ограниченный традиционной просодией (тут несомненно влияние У. Уитмена). В стихи, наряду с книжной лексикой, мифологическими и символическими образами, включались диалоги, отрывки из газет, диалектизмы, жаргонизмы, что отражало сложность урбанистической реальности. К 1920-м годам революция в поэзии была завершена, появилась возможность ее теоретического осмысления. В сборниках эссе «Священный лес» (1920) и «Назначение поэзии и назначение критики» (1933) Т.С. Элиот разработал принципы новой эстетики, где утверждалась самоценность поэзии и по-новому рассматривались понятия традиции и классики. Его идеи усвоили американские формалисты - «новая критика», у истоков которой стояли поэты-«фьюджитивисты» -А. Тейт, Дж. К. Рэнсом, Р.П. Уоррен.

Поэтическая палитра межвоенного времени была разнообразна: «южная», интеллектуальная школа «фьюджитивистов», ироничная и традиционная поэзия Марианны Мур, критичная по отношению к современности поэзия Робинсона Джефферса, фрейдистская -Конрада Эйкена, лирические сонеты Эдны Сент-Винсент Миллей, баллады и эпические фольклорные поэмы Стивена Винсента Бене. Но в целом практически не было поэтических школ со своими ма-

нифестами и органами печати. Поэты, каждый по-своему, выражали основные тенденции современной культуры. «Подобное преобладание поэтики над философией (и отсюда - гораздо более радикальный, "программный" схематизм и формализм, - как заметил А.М. Зверев, - специфическая черта модернизма в американском варианте»1. Специфика американского модернизма была вызвана особенностями национальной общественной мысли. Если в Европе философская основа художественных идей модернизма - концепции Ницше и Бергсона, у которых преобладала культурологическая проблематика и интерес к феномену расщепленной личности, в США философская основа литературы - прагматизм и логический атомизм с характерным для них вниманием к эмпирической реальности, анализу языка, проблемам образа и смысла (с. 22). Сохранение авторитета позитивизма стало причиной «отсутствия в американском модернизме настроений декаданса и, пожалуй, за исключением лишь Э.Э. Каммингса, сделало поэтов не ярко выраженными авангардистами» (там же), в большинстве своем впоследствии они отошли от формалистической поэтики.

Наиболее выдающиеся представители и теоретики новой американской поэзии - Т.С. Элиот и Эзра Паунд, внесшие весомый вклад в мировую литературу. Ощущение краха эпохи гуманизма вылилось у них в коренную ломку художественной формы, «демонстрирующей отстраненность от неприемлемой реальности и от субъективного авторского мировидения» (там же). В поэме Элиота «Бесплодная земля» противопоставлены фрагментарность и распад современной цивилизации и целостность традиционной культуры. Традиция, по мнению поэта, призвана преодолеть распад бытия и вывести обыденное на уровень высшей духовности. Аналогична и позиция Паунда. Настроенный антибуржуазно, он отвергал всю традицию Нового времени и признавал лишь догуманистическую культуру и культуру Древнего Востока, свободные от индивидуализма. Эстетизм и формализм Элиота и Паунда наиболее последовательно развил Э.Э. Каммингс, футурист, искавший новый язык для изображения феноменов технократической действительности. Для этого он эпатажно использовал неологизмы, ненормативную

1 Зверев А.М. Модернизм в литературе США. - М.: Наука, 1979. - С. 24.

грамматику, типографские эксперименты, примитивные образы и т.п. Тенденция к деперсонализации творчества породила школы поэтов-объективистов, пытавшихся создать школу, опубликовав манифест в журнале «Поэтри». В их поэтике, основанной на представлении о вещности стихотворения в ряду с другими реальными предметами, роль автора сводилась к каталогизации объектов. Это, недолго существовавшее, движение дало лишь одного крупного поэта - У.К. Уильямса, стремившегося отойти от романтической поэтики, искажающей реальность в соответствии с авторским мировосприятием, и найти точные слова и форму, не противоречащие сути вещей. Тем не менее Уильямс сумел «соединить авангардистские приемы с национальной культурной традицией» (с. 23) и обобщил исторический опыт Америки в эпических жанрах. Аналогичным был и путь У. Стивенса, преодолевшего объективистскую фрагментарность и создавшего поэтически целостную картину мира в классических формах элегии и медитативной лирики.

Сочетание эксперимента с традиционной поэтикой характерно для многих поэтов, в частности урбаниста, «певца индустриальной Америки» Карла Сэндберга. В 20-е годы с модернистами полемизировал Роберт Фрост, писавший о сельской Америке в жанрах баллады и элегии с классической метрикой и романтической интонацией. Харт Крейн, находившийся под влиянием Элиота, тем не менее, не принимал его катастрофического мировидения и пытался осмыслить судьбу Америки с позиций субъективного мистицизма. Преодолевал эстетику модернизма и А. Маклиш, стремившийся к простоте.

В целом литература США, несмотря на порыв к обновлению, следовала традициям европейской и американской классики. В прозе ХХ в. специфические особенности национальной словесности - фактографическая, документальная, автобиографическая основа, романтическое двоемирие, широкое использование форм мифа и притчи, склонность к гротеску, символике, сценическим приемам и новеллистичности усилились, что объяснялось сохранением идентичности национального характера и мировосприятия. Американцы всегда оставались практичной, деятельной нацией, с одной стороны, а с другой - благодаря пуританской составляющей сознания и растянувшемуся романтическому периоду они стремились к «вершинам философии и метафизики и к обобщающим,

иносказательным формам искусства. В общем магистральное направление литературы 20-30-х годов можно охарактеризовать как новый этап национальной литературы, продолжающей традиции критического реализма, романтизма и натурализма и обогащенной модернизмом и психоанализом» (с. 25).

Такой синтез свойствен творчеству мощного регионального направления - «южная школа», пережившего в 20-30-е годы свой Ренессанс. Наиболее полно настроения Юга выразили «фьюджити-висты», предложившие не индустриальный, а аграрный путь развития, продолжившие традиции американского трансцендентализма (Эмерсона, Торо) и делавшие ставку не на разум и рациональное знание, а на религию, мифологию и искусство, т.е. этику и эстетику. Однако вершина литературы Юга - творчество Р.П. Уоррена, Т. Вулфа, Ю. Уэлти и прежде всего У. Фолкнера, создавшего своеобразный «южный эпос». Особую форму лирического эпоса, сконцентрированного на человеческой личности, создал Томас Вулф. У Эрскина Колдуэлла, находившегося под влиянием радикальных идей, социального детерминизма, фрейдизма, черты «южной» поэтики - гротеск, готика, трагикомизм, акцентированное изображение насилия, гиперболизм, устный рассказ с разговорной речью -способствуют выражению абсурдности бытия; вместе с тем он стал автором нового типа социальной прозы, фарсовой и гротескной.

Стремление отыскать жизненные императивы, разобраться в сущности бытия и человека поляризовали литературу США. На одном ее полюсе - Фолкнер и Вулф с их словесной и образной избыточностью, многосоставными фразами, аллюзиями, на другом -Хемингуэй с его лаконизмом и подтекстом. В «картине мира Хемингуэя, чьи герои одиноки и подвластны року, в разладе с окружающим и сосредоточены на своем внутреннем мире, безусловны черты неоромантизма» (с. 27). Но способность писателя вписывать своих персонажей в широкий исторический и социальный контекст сделала его «мастером лирической эпопеи».

Широко используя национальные художественные традиции, работая в жанрах романа дороги и плутовского романа, новые формы эпоса создавал Джон Стейнбек, сочетавший реализм с притчей, легендой, символическим рядом, а документ с вымыслом. Эстетическая эклектика Стейнбека свидетельствовала о поисках писателем новой целостности и привела его к пантеизму, христи-

анству, буддизму и «нетелеологическому» мышлению, принимающему мир таким, каков он есть. Умение видеть большое в малом позволило Стейнбеку создать эпическое полотно - «Гроздья гнева», в центре которого «коллективный герой» - американский народ (с. 28).

В целом у писателей этой эпохи в картине мира преобладали энтропийные тенденции, и их усилия были направлены на преодоление хаоса и восстановление целостности бытия. Их герои бежали в частное существование, но в итоге убеждались в том, что разрыв с социумом невозможен, они - часть истории, природы. К таким выводам склонял дух этой эпохи, когда начало оформляться демократическое массовое общество.

Роман тех лет обогатил эпическую прозу новыми формами. В эти годы написаны первые романы одного из крупнейших американских писателей ХХ в. - Торнтона Уайлдера - «Каббала» (1926), «Женщина с Андроса» (1930), «Попасть в рай» (1935). Он был мастером стилизации, бережно относился к литературным традициям, проецируя их на свою эпоху, и сконцентрировал мировые проблемы вокруг человеческой личности. В романе «Мост короля Людовика Святого» (1927) он приходит к выводу о том, что никакие рациональные теории не могут объяснить и гармонизировать мир, его пути неисповедимы, человек не властен над судьбой, но у него есть нравственный выбор (с. 31).

В произведениях Синклера Льюиса, Натаниэля Уэста и других сатириков продолжались традиции национального юмора, наполняясь более острым антибуржуазным содержанием. Льюис во многом близок Шервуду Андерсону, также широко использовавшему гротеск в бытовом и психоаналитическом контексте.

«Критическая оценка такого грандиозного проекта западной цивилизации, как Америка, внесла свои коррективы в классический роман воспитания и роман карьеры» (с. 32-33), связанные с мифологемой «американской мечты». В период Великой депрессии она превратилась в иллюзию и трагедию - в произведениях Драйзера, Дос Пассоса, Фицджеральда, Фолкнера, героям которых (драйзе-ровским магнату Каупервуду, Клайду Гриффитсу, фицджеральдов-скому Гэтсби, фолкнеровскому Сатпену) присущи «архетипиче-ские черты противоречивого национального характера» (с. 33).

В итоге очевидно, что идеологический климат эпохи и общность национальных традиций определили единую направленность американского романа - при всей индивидуальности художников. «Антибуржуазный пафос и осознание краха "американской мечты" обусловили социальность практически всех его жанровых разновидностей, будь то роман карьеры, психологический, сатирический или роман-притча. Американский роман. был также чуток к экзистенциальным проблемам, к идеям многообразия и самодвижения жизни и взаимосвязи всего сущего. В демократической атмосфере 20-30-х годов писатели обратились к исследованию провинциальной глубинки и крупных городов, простого человека и массы как таковой» (с. 34). Трансформировался и американский «общественный индивидуализм» - «с одной стороны, появился псевдогерой, ницшеанский сверхчеловек, терпящий нравственный крах, с другой стороны, возник "коллективный герой" - народ, осознающий свою мощь» (с. 34).

За два десятилетия завершилось становление американской литературы как литературы национальной - с расцветом «южной школы» литературной зрелости достигли все регионы страны; «с появлением высокохудожественной драмы утвердились все роды литературы; с выходом негритянской литературы на общенациональный уровень и с началом формирования профессиональной индейской прозы заявили о себе и этнические культуры» (с. 41).

Первый том состоит из двух разделов. Первый раздел -«Публицистика США в 20-30-е годы», к которому примыкает глава о Джоне Риде, - написан П.В. Балдицыным. Второй раздел -«Проза» - включает главы: «Шервуд Андерсон» (автор - Н.А. Ана-стасьев), «Теодор Драйзер» (Я.Н. Засурский), «Гертруда Стайн» (Н.А. Анастасьев), «Фрэнсис Скотт Фицджеральд» (В.М. Толмачёв), «Джон Дос Пассос» (Я.Н. Засурский), «Эрнест Хемингуэй» (В.М. Толмачёв), «Синклер Льюис» (Т.Н. Денисова; Институт литературы, Украинская НАН, Киев), «Уильям Фолкнер» (Н.А. Анастасьев), «Томас Вулф» (Н.А. Шогенцукова), «Эрскин Колдуэлл» (Е.А. Стеценко), «Группа "Фьюджитив" и южная школа» (М.П. Кизима), «Американский рассказ» (П.В. Балдицын) и еще пять глав, написанных Е.А. Стеценко, - «Джон Стейнбек», «Пролетарский роман», «Документальная литература», «Литература США в годы Второй мировой войны», «Массовая литература».

Во втором томе - пять разделов. В раздел «Поэзия» вошли главы: «Томас Стернз Элиот», «Эзра Паунд», «Роберт Фрост», написанные В.М. Толмачёвым; «Эдвард Эстлин Каммингс» -М.В. Тлостановой; «Уоллес Стивенс» и «Уильям Карлос Уильямс» -Т.Д. Венедиктовой; «Карл Сэндберг» - Н.А. Анастасьевым; «Харт Крейн» - А.В. Ващенко; «Арчибальд Маклиш» - В.Б. Хорольским. В разделе «Драматургия» публикуются главы: «Становление американской драмы как рода национальной литературы», «Юджин О'Нил», «Пол Грин», «Клиффорд Одетс», «Лилиан Хеллман»; их автор - М.М. Коренева. Раздел «Этнические литературы» состоит из глав: «Гарлемский ренессанс» (автор - А.Ф. Кофман); «Джин Тумер» (М.М. Коренева); «Ричард Натаниэль Райт» (Л.П. Башма-кова, Кубанский ун-т, Краснодар); три главы - «Зора Нил Херстон», «Лэнгстон Хьюз», «Драматургия афроамериканцев» - подготовила Н.А. Высоцкая; автор главы «Индейские писатели» - А.В. Ващенко. Раздел «Литературная критика» написан А.П. Ураковой. В последний раздел тома «Русско-американские связи» вошли две главы М.М. Кореневой - «Русско-американские литературные связи», «Драматургические параллели в русско-американском ключе», а также глава Т.Л. Морозовой «Русская литература в американском контексте».

Завершает том указатель имен и произведений (составитель -Н.А. Мороз).

Т.Н. Красавченко

2014.03.029. НОГЕРОЛЬ Ф. БОРХЕС И АРРЕОЛА: БЕСТИАРИЙ, БИБЛИОТЕКА И ЖИЗНЬ.

NOGUEROL F. Borges y Arreóla: Bestiario, biblioteca y vida // Variaciones Borges. - Pittsburgh, 2012. - N 33. - P. 127-148. - Mode of assess: http://www.borges.pitt.edu/sites/default/files/Noguerol.pdf

Франсиска Ногероль Хименес (Университет Саламанки) анализирует развитие жанра бестиария в латиноамериканской прозе второй половины ХХ в. и отмечает, что расцвет малой прозы в последние десятилетия способствовал реабилитации этого жанра благодаря краткости его формы, жанровой гибридности (в бестиарии совмещаются черты эссе, поэмы в прозе, рассказа) и регенерации в нем формул древней литературы. Важная черта данного типа прозы -двойная закодированность, семантическая двойственность текста.