Коммуникативный ресурс избирательного процесса в российской провинции

В. Ф. Пеньков Коммуникативный ресурс избирательного процесса в российской провинции

Избирательная кампания является уникальным этапом политической жизни, концентрирующим в себе особые формы поведения и моделей действий гражданина, социальных страт. Здесь «пересекаются» интересы электората и средств массовой информации трансформируется «поведение» печатных и электронных СМИ. Выборы - это объективированный конфликт, регулируемый преимущественно нормами права, отчасти - нормами традиций, морали, обычаев, где есть место соперничеству акторов и социальных групп, идеологий и концепций, интересов и позиций, ресурсов и технологий. Противоборство в рамках избирательного процесса не аномалия, а его органичное свойство и качество. В рамках избирательного конфликта возникают отличные от социально -политической повседневности мотивы политического поведения. Модифицирующее воздействие на характер поведения участников процесса выборов оказывает политическая культура, представляющая собой имплицитное единство политических знаний, идей, концепций, убеждений, традиций и ценностей, ментальностей и коллективных представлений, образцов политического поведения, а также моделей политических действий, вносящих определенный порядок и значение в политический процесс. В России сегодня доминирует транзитарный тип политической культуры, отличительными чертами которого являются размытость иерархии ценностей, «аксиологическая многоукладность», политико-правовой нигилизм социальных групп1. Актуальность темы обусловлена тем, что развитие электорального процесса в регионах и провинциальных медиа-процесов становится всё более разновекторным; преобразования системы ценностей и интересов активной части избирателей и формирование «повестки дня» региональных СМИ, зачастую, не находят точек пересечения.

Выбор регионального аспекта проблемы не случаен: последнее десятилетие новейшей российской политической истории доказало, что региональные компоненты политических процессов обрели реальные контуры, оказывают всё большее влияние на общероссийскую ситуацию.

По мере «виртуализации» избирательного процесса, когда конкурируют не столько кандидаты, сколько их имиджи, коммуникативный ресурс становится все более действенным каналом влияния. Не секрет, что на итоги голосования воздействует умение избирательного штаба «верно расставить вешки на медиа-карте». Здесь важно не промахнуться, верно выбрать оптимальную сеть СМИ.

Приведём несколько цифр, характеризующих отношение населения одного из субъектов Федерации к печатной и электронной прессе, а также мнения читателей, слушателей и зрителей по вопросу о том, кто формирует «повестку дня» СМИ в российской провинции. Наши исследования, проведенные в Тамбовской области летом 2005 года, дополненные экспертными опросами, показывают следующееи:

- по степени доверия к печатным СМИ в регионе нет равных муниципальным изданиям (здесь самый высокий уровень «читабельности» в расчете на тысячу взрослого населения и наивысший показатель по индикаторам «правдивость» и «объективность»); далее, по мере убывания, идут региональные вкладки к таким газетам, как «Московский комсомолец» («МК в Тамбове», «МК в Черноземье»), «Комсомольская правда» («КП в Черноземье»), еженедельный выпуск «Делового вторника», а также такие «экстерриториальные» издания, как «Житьё-бытьё» и «Тамбовский меридиан»111; особый пласт в рейтинге доверия составляют региональные издания, не имеющие в числе учредителей органы власти и/или муниципалитеты; наименее «читабельными» и пользующиеся наименьшим доверием являются федеральные периодические издания (исключение здесь составляют газета «КоммерсантЪ», журналы «Эксперт», «КоммерсантЪ

Деньги», «Профиль», имеющие устойчивый успех и доверие, но не более чем у 3,5 % опрошенных);

- среди электронных СМИ (а нами анализировалось отношение и доверие к новостным, аналитическим и общественно-политическим программам) лидирует Первый канал и его программа «Время» (для 48 % респондентов в возрасте от 45 лет и старше просмотр этой передачи является чем-то ритуальным и даже «сакральным»); набирают рейтинги программы «Вести недели» с Сергеем Брилёвым (ТВК «Россия»), а также «Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым» (НТВ)lv; отношение к региональным и муниципальным телеканалам весьма неоднозначно и во многом определятся как зоной устойчивого приема, так и отношением опрошенных к основному вещателю на канале («Россия» - ГТРК «Тамбов», «Домашний» - ОТРК «Тамбовская губерния», REN - TV - «Олимп» и т.д.); в основных половозрастных группах успешны местные совещатели «Радио России», Авто-Радио, а также «Серебряного дождя»; в группе «собственно местных информационных программ» с заметным отрывом лидируют «Вести-Тамбов» (ГТРК «Тамбов»), с некоторым отставанием идет программа «Будни» (ТВК «Полис-2»); с низким показателем замыкает рейтинговую таблицу (во многом из-за узости зоны устойчивого приема и чисто городской тематики новостей) программа «Город» (ТВК «Олимп»)v. Теперь представим ещё одну группу индикаторов. На протяжении трех последних лет отслеживая мнение зрителей, слушателей и читателей по вопросу о том, кто же являются основными ньюсмейкерами в Тамбовской области, автор пришел к следующим выводам. Здесь практически неизменно лидирует глава администрации Тамбовской области О.Бетин. Затем опрошенные жители области и эксперты указывают на то, что «повестка дня» новостных, аналитических и общественно-политических программ во многом формируется руководством средств массовой информации и самими журналистами. На третьем месте «обосновался» показатель «события реальной жизни», причем, респонденты отмечают это ежегодно на

протяжении 2003-2005 гг. Далее идут депутаты разных уровней и муниципалитеты, затем общественные организации и замыкают перечень региональные организации общероссийских политических партий. При этом отставание по степени влияния партий на формирование «повестки дня» региональных СМИ от губернатора составляет более 56 %У1. Отметим немаловажный нюанс: отношение читателей, зрителей, слушателей области к СМИ, их доверие/недоверие к печатной и электронной прессе заметным образом отличатся от отношения избирателей (в тех же осях «доверие/недоверие») к масс-медиа. Так, на президентских выборах 1996 года социологические опросы показывали, что 58 % тамбовцев принимали «электоральное решение» под воздействием центральных телепрограмм. «Магическое заклинание телевизора» особо воздействовало тогда на молодежь: 2/3 опрошенных в возрасте до 30 лет заявляли о том, что их решение определил просмотр московских телепрограмм. Местная пресса (в том числе и электронная) в тот период «задевала» лишь малую часть электората. По степени влияния на выбор сельских избирателей воздействие федеральных телеканалов могло конкурировать лишь с традициями семейного голосования, где выбор мужа или старшего в семье довлел над решением других членов семьиУ11.

В 2005 году исследования показали, что для избирателей Тамбовской области по степени информационного воздействия при принятии решения об участии/неучастии в голосовании на региональных и муниципальных выборах, а также при определении кандидатуры в бюллетене для голосования приоритеты распределились следующим образом:

1. Неформальная коммуникация («околовыборные» слухи и сплетни);

2. Материальные подарки (назовем вещи своими именами - взятки) от кандидатов и/или их доверенных лиц, «приправленные» разного рода поздравлениями, благодарственными письмами, обращениями и т.п.;

3. Листовки, содержащие негативную информацию; «контрлистовки» (вообще все, что связано с «листовочно-информационной войной»);

4. Местное радио и телевидение;

5. Федеральные электронные СМИ;

6. Встречи с кандидатами по месту жительства избирателей и в производственных коллективах;

7. Местные (муниципальные и региональные) печатные средства массовой информации (независимо от форм собственности).

Таким образом, за короткий срок приоритетное положение федеральных электронных СМИ в перечне агентов влияния на электоральное поведение жителей провинции фактически утрачено. Парадоксальность ситуации состоит в том, что снижения уровня доверия населения региона к, скажем так, «невыборной информации», размещенной в этих же средствах массовой информации, респондентами не отмечается.

Укрепляется тенденция взаимного недоверия избирателей и провинциальных СМИ. Она проявляется в том, что избиратель не находит в местных газетах и эфире объективных характеристик отдельных кандидатов и партийных списков. Самопрезентация, ставшая основным жанром предвыборных публикаций, порождает сомнение у значительной части избирателей. Дискуссионные предвыборные материалы практически отсутствуют. Респонденты указывают на несоразмерность посул кандидатов их будущему статусу. Проплаченный характер публикаций снижает степень доверия избирателей к их содержанию.

Правовые рамки действующего законодательства практически исключают возможность публичного выражения мнения самих средств массовой информации в рамках предвыборной дискуссии, хотя исторически подобные традиции в российской провинции начинали формироваться ещё в начале прошлого века, когда Россия переживала этап становления буржуазной демократии. Так, А. Туманова, исследуя материалы губернской прессы в период выборов в Тамбовскую городскую Думу (1913 год) отмечаетУ111, что газета «Тамбовская жизнь» разделяла местных избирателей на «стародумцев», т.е. сторонников прежних порядков и «новодумцев» (или

обновленцев), стремившихся к развитию и улучшению городского хозяйства. Газета характеризовала «стародумцев» как людей беспринципных и несамостоятельных, проявлявших инициативу лишь в вопросах, затрагивающих их личные «карманные» интересы. «Тамбовская жизнь» призывала городских избирателей исполнить свой гражданский долг, явиться на выборы и «обновить состав Думы свежим элементом, людьми широкого кругозора, проникнутыми интересами масс городского населения». Конечно, в этом примере речь идет об иной исторической эпохе, иной правовой системе, но, согласитесь, иной являлась и позиция самой газеты. Закрепленный в современной России отказ от цензуры массовой информации, утверждение принципов свободы слова и гласности1Х в реальности привело к созданию новых моделей печатных и электронных СМИ. Прав был Ю. Трошкин, утверждавший, что ряд неблагоприятных факторов делает фактически невозможным существование свободной прессы в нашей стране: разрушение общенационального информационного пространства; финансово-экономическая зависимость (несвобода) печати; отсутствие в стране климата нетерпимости к тем, кто нарушает свободу слова и информацииХ.

Ведя речь о недоверии СМИ к избирателям, заметим, что причина этого явления видится автору в том, что, зачастую, редакционные самооценки, например, в части симпатии граждан к прессе явно завышены. При формировании редакционной политики всё чаще ориентиром являются не насущные проблемы социума, а совсем иные параметры. Так, журналисты и редакторы, идя навстречу пожеланиям заказчиков предвыборных материалов, на деле превращаются в имиджемейкеров, выступают в роли акторов пропагандистского воздействия, а не специалистов массовой коммуникации, тем самым не доверяя избирателю сделать свой, а не навязываемый, вывод. Обыденным явлением и в столицах, и в провинции становится появление «журналистов по вызову», готовых из любого политического ничтожества сделать «спасителя Отечества», из твердолобого

нувориша - «гиганта мысли и отца русской демократии», из криминального авторитета - «Робин Гуда и борца за интересы обездоленных». По нашим наблюдениям, в активный период избирательной кампании (90 дней до голосования) часть региональных СМИ превращается в средства пропаганды, в публикаторов предвыборных материалов, в коммерциализированные «приложения» к избирательным штабам и разного рода РЯ-агентствам. Заметим, что работа политических технологов, специалистов по связям с общественностью, имиждмейкеров - это особый вид профессиональной деятельности, реализуемый, в том числе, и с помощью каналов массовой коммуникации. Среди «пиаровцев» немало развелось «черных технологов», чья «работа» не имеет ничего общего с истинным паблик рилейшнз. Важно иное: деятельность журналиста и работа специалиста по связям с общественностью не тождественны. Это две разные профессии, две различные социальные функции. Их смешение неизбежно будет уводить журналиста (и, к сожалению, уже многих увело) из сферы сбора, обработки и распространения информации в лоно РЯ-технологийХ1. В последние годы обозначилась и еще одна коллизия во взаимоотношениях средств массовой информации (прежде всего - печатных) и избирателей: падение не только авторитета печатного слова, но и самого интереса к чтению газет и журналов. Эта ситуация характерна как для провинции, так и для столицы: в 1999 году специалисты Центра «Статус» констатировали, что 25 процентов москвичей «не читают сегодня вообще никаких газет». Разделив «нечитателей» на три условные группы, исследователи указывали на то, что пенсионеры не читают периодики из-за нехватки средств на покупку газет и журналов, по нездоровью. Другая часть вынужденных «нечитателей» объясняла свое отношение к печатным СМИ нехваткой времени (маленькие дети, занятость на работе и т.п.). Но еще семь лет назад обозначилась тенденция к формированию группы столичных жителей, которые не читали прессу из-за отсутствия культуры чтения вообще, обходящейся без информацииХ11.

Схожие по тематике региональные исследования (2004-2005 гг.), проведенные нами среди учащейся молодежи городов Тамбова и Мичуринска показывают, что до 72 % девушек и 79 % юношей из числа студенческой молодежи и старшеклассников не имеют системных навыков чтения газет и журналов. До 89 % опрошенных мотивируют свое обращение к печатным изданиям исключительно потребностями, связанными с написанием рефератов, курсовых и дипломных работ. Фактически подрастает поколение, не включающее в круг своих духовных и социально -политических потребностей чтение периодики.

... У поэта И. Бродского в его Нобелевской лекции читаем: «И среди преступлений этих (имеется ввиду, против литературы В.П.) наиболее тяжким является не преследование авторов, не цензурные ограничения и т.п., не предание книг костру. Существует преступление более тяжкое -пренебрежение книгами, их нечтение. За преступление это человек расплачивается всей своей жизнью: если же преступление это совершает нация - она платит за это своей историей»Х111. Не будем переносить столь категоричное утверждение на сферу печатной прессы, но будем помнить это предостережение при анализе взаимоотношений средств массовой информации с избирателями. По нашему мнению, можно предположить, что по мере укрепления тенденции коммерциализации СМИ в угоду интересов плательщиков в числе читателей, слушателей и зрителей предвыборных материалов могут остаться лишь их заказчики и авторы.

I См. подробнее: Пеньков В.Ф. Политический процесс и политическая культура. Москва: Изд-во NOTA BENE, 2000. 168 с.

II Здесь и далее по тексту приводятся данные опроса общественного мнения, проведенного при участии автора в Тамбовской области в июле-августе 2005 г. Опрошено 595 жителей 12 районов и 4 городов региона. Состав участников исследования репрезентативно представляет структуру населения по территориально-поселенческому, половому и возрастному признакам, а также структуре занятости. Результаты исследования проанализированы с помощью многокритериальной компьютерной обработки баз социологических данных SPSS / PC +.

III Автор относит перечисленные в этой подгруппе издания к числу «желтых», понимая при этом, что «желтая пресса» весьма востребована «желтым читателем», склонным к муссированию разного рода слухов, сплетен, «жареных» фактов и т.д. В нашем понимании, эта пара понятий подобна сообщающимся сосудам: вначале пресса формирует повестку дня на потребу всеядного читателя, содействует развитию его «непритязательного вкуса», а, затем, уже «пожелтевший» читатель стимулирует редакцию к постоянному наращиванию «дозы желтизны». В конечном итоге, рост объемов продаж неизбежно толкает газетчиков к корректировке редакционной политики, к наращиванию объема востребованной информации.

lv Судя по полученным данным, снижается зрительский интерес к еженедельной авторской программе В.В. Познера «Времена» (Первый канал). Респонденты, в частности, указывают на тенденциозность его оценок и политических предпочтений, на неприкрытое стремление В.В. Познера утвердить (в ряде случаев -навязать) авторское понимание проблемы, а также на узость привлекаемого в программу экспертного сообщества.

v Данные получены на основе телефонных опросов (случайная выборка 425 человек), а также опроса 24 экспертов, проведенных по методике, разработанной автором статьи.

vl Это во многом объяснимо стабильно высоким рейтингом губернатора О. Бетина, достигшим во втором полугодии 2005 года 71,78 %, что сравнимо лишь с региональным рейтингом Президента России В.В. Путина (71,67 %). Превалирование «губернаторской» тематики в региональных СМИ обеспечивает высокий уровень информированности населения Тамбовской области о деятельности исполнительной власти (88,8 процента), что превышает информированность о деятельности, к примеру, депутатского корпуса более чем в три раза. (Данные приводятся по: Информация об общественно-политической ситуации в Тамбовской области. (К выездному заседанию комитета Госдумы 22 ноября 2005 года) / Текущий архив Комитета Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по делам общественных объединений и религиозных организаций. 3 с. vll См. подробнее: Пеньков В.Ф., Коврикова О.И. О ценностных ориентациях электората (на материалах социологических исследований в Тамбовской области) / Под ред. З.М. Зотовой. Тамбов: Изд-во гостипографии «Пролетарский светоч», 1998. С. 67.

vl11 См. подробнее: Туманова А.С. Выборы в Тамбовскую городскую Думу в 1913 г. (по материалам Тамбовской прессы) // Избирательное право и избирательный процесс в России: прошлое и настоящее (региональный аспект) / Ред. колл. Н.И. Воробьев, A.M. Дробжев, В.Ф. Пеньков, Л.Г. Протасов, Д.Г. Сельцер. Тамбов: Изд-во Тамб. гос. тех. ун-та. С. 36- 39.

к Эти нормы закреплены, в частности, в с т. 3, ст. 4 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» (О средствах массой информации: Закон Российской Федерации // Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета Российской Федерации, 1992, № 7. Ст. 300.). x См.: Трошкин Ю.В. Свобода слова и власть в обществе // Вестник Московского университета. Серия 10. Журналистика. 1996. № 4. С. 3.

x1 См. подробнее: Ольшанский Д.В., Пеньков В.Ф. Политический консалтинг. СПб: Изд-во Питер, 2005. 448 с. x11 См.: Кечкина М. Четверть москвичей вообще не читают газет// Среда. 1999. № 8. С. 22-23. x111 Бродский И.А. Нобелевская лекция // Бродский И. Сочинения: Стихотворения. Эссе. Екатеринбург: У -Фактория, 2002. С. 759.