Бедные регионы протестуют меньше

Бедные регионы протестуют меньше

КГИ оценил напряженность в субъектах России

Комитет гражданских инициатив (КГИ) представил итоги очередного мониторинга социально-экономической и политической напряженности в регионах РФ. Авторы доклада прогнозируют, что тема повышения пенсионного возраста «может объединить разрозненные протестные группы».

Во втором полугодии 2017 года впервые за последние два года был зафиксирован спад публичной протестной активности — он вернулся к показателям 2015–2016 годов. В докладе КГИ отмечается, что это случилось прежде всего за счет спада протестной антикоррупционной кампании и снижения региональной протестной активности в Сибири, на Дальнем Востоке и Северо-Западе. Тем не менее активность «тихих регионов» растет (с 30% от их общего числа в 2014 года до 45% в 2017 году). При этом эксперты не исключают, что протестные инициативы будут подхвачены в регионах, имеющих репутацию спокойных.

Высокий уровень протестной активности в первой половине года зафиксирован в Кемеровской (трагедия в ТЦ «Зимняя вишня») и Московской (акции протеста в Волоколамске из-за мусорного полигона) областях. Эти регионы и раньше протестовали. В Кузбассе типичны акции, связанные с социальной тематикой и с последствиями добычи угля. В Подмосковье продолжались конфликты, связанные с проблемами местного самоуправления, землеустройства, городского и жилищного хозяйства.

Примечательно, что регионы с рисками сокращения доходов отличаются меньшим уровнем публичной активности, чем регионы со средними рисками.

В КГИ это связывают с тем, что риски снижения доходов типичны для экономически более слабых регионов, без крупных экономических центров, и слабая публичная активность является сопутствующим обстоятельством.

По словам политолога Алексея Титкова, затронуть большое количество регионов могут пенсионные протесты — «здесь разница “развитый-неразвитый”, “богатый-бедный” будет проявляться в меньшей степени». «В регионах складывается парадоксальная ситуация. Социальные протесты проходят не там, где жить совсем плохо, а там, где граждане могут сорганизоваться, где есть возможность выйти на улицы»,— пояснил господин Титков. Он ожидает, что пенсионные протесты пройдут даже там, где «протестовать сложнее и власти этому препятствуют».

Оценки политических институтов в большинстве регионов стабильно ухудшаются. К снижению административной устойчивости привела массовая замена глав регионов, мэров столичных городов, спикеров заксобраний. Один из авторов доклада Александр Кынев отметил, что замены глав произошли в большинстве проблемных регионов с высокой конфликтностью — Бурятии, Карелии, Удмуртии, Пермском крае, Новгородской, Омской и Самарской областях. Эксперт считает, что эти меры в условиях «ухудшения качества институтов» вскоре себя исчерпают. «Можно менять личных аллергенов, но это местная анестезия, у нее ограниченный срок годности. Институциональная реформа неизбежна»,— считает политолог.

Стабильно высоким остается «уровень репрессий» в отношении региональных политических элит. В 2017 году арестованы два руководителя региона (формально сразу после добровольной отставки), девять вице-губернаторов или зампредов правительства, один мэр региональной столицы. «Общая численность такого рода верхушки региональной элиты в стране — 800–900 человек, получается, что 2% из них попадают в жернова ежегодно — каждый пятидесятый»,— говорится в докладе.

Низкое качество политических институтов и невозможность влиять на власть через существующие институты могут вести к постепенному вытеснению недовольства граждан в стихийные протесты, считают в КГИ.

Примером служат антикоррупционные протесты, масштабные локальные протесты в Кемеровской и Московской областях. Александр Кынев отмечает, что пока протесты в регионах не приводят к кумулятивному эффекту. «Нет синергии, например, молодых сторонников Алексея Навального и более старших протестующих по социально-экономическим поводам»,— отметил он.

Карта территорий, где запрещено митинговать