Поголовное дело

Росфинмониторинг радикально ужесточает борьбу с легализацией преступных доходов. Предложенный ведомством Юрия Чиханчина подход предполагает, что сесть в тюрьму можно будет уже за отмывание в десять раз меньшей суммы, чем сейчас, а тотальному контролю будут подлежать не только финансовые операции, проводимые через банки, но и все, кто имеет к ним какое-либо отношение. Столь радикальные поправки к законодательству обещано представить правительству уже к концу марта.

Перспективы ужесточения законодательства в целях борьбы с отмыванием и прочими незаконными финансовыми операциями вчера в ходе рабочей встречи с премьер-министром Владимиром Путиным и первым зампредом правительства Виктором Зубковым огласил глава Росфинмониторинга Юрий Чиханчин. Разработанный подконтрольным ему ведомством проект поправок к уголовному, банковскому и налоговому законодательству будет, по его словам, представлен правительству уже 30 марта. Спектр действия поправок крайне обширный. Они нужны для "предотвращения, выявления и пресечения финансовых операций, направленных на легализацию преступных доходов, финансирование терроризма, уклонение от уплаты налогов и таможенных платежей, получение коррупционных доходов", говорится в пояснительной записке к документу (имеется в распоряжении "Ъ").

Наиболее угрожающе выглядят поправки к Уголовному кодексу. Они предусматривают снижение порогового значения суммы операции по легализации преступных доходов для отнесения ее к преступлению, совершенному в крупном размере. Такие преступления предусматривают больший штраф и больший срок лишения свободы. Сейчас финансовыми операциями, совершенными в крупном размере, в соответствующих статьях УК РФ признаются операции на сумму, превышающую 6 млн руб. За них в отличие от "обычных" легализационных операций полагается не только больший штраф (300 тыс. руб. против 120 тыс. руб.), но и срок — до четырех лет лишения свободы. Поправками, разработанными Росфинмониторингом, порог в 6 млн руб. снижается в 10 раз — до 600 тыс. руб. За них предлагается ввести такие санкции, как штраф до 200 тыс. руб. либо лишение свободы на срок до двух лет. При этом операции на сумму свыше 6 млн руб. предлагается считать преступлением, совершенным в особо крупном размере. Ответственность за них остается прежней. Предложенные ведомством господина Чиханчина поправки серьезно расширяют круг лиц, рискующих попасть в заключение за деяния, за которые раньше полагался лишь относительно небольшой штраф. По оценкам директора московского офиса Tax Consulting U.K. Эдуарда Савуляка, с изменением критериев отнесения легализационных преступлений к совершенным в крупном размере, количество расследуемых уголовных дел может вырасти минимум в два раза. По данным годового отчета Росфинмониторинга за 2010 год (более актуальная статистика недоступна), по материалам службы в этом году по статье 174 УК РФ было возбуждено более 400 дел, из которых в суд переданы 240 дел, а обвинительные приговоры вынесены по 60 делам, сумма легализованного преступного дохода по ним составила 2,4 млрд руб.

Если поправки к уголовному законодательству рассчитаны на широкую аудиторию, то банкирам Росфинмониторинг приготовил отдельные новшества. В антиотмывочном законе (115-ФЗ) предлагается зафиксировать определение "бенефициарного владельца". Согласно тексту поправок, под бенефициарным владельцем понимается физлицо, которое в конечном счете и определяет действия клиента банка (через владение им, контроль над его действиями или дачу ему указаний). Таких лиц банкиров обяжут идентифицировать наравне с клиентами, их представителями и выгодоприобретателями по операциям и сделкам. "С введением данного определения регулирующим органам будет проще оценить взаимосвязи между финансовыми операциями и установить их экономическую суть. Так, внимание регулятора могут вызвать множество внешне не связанных операций, за которыми, по сути, стоит одно лицо",— говорит партнер компании "ФБК Право" Александр Сотов.

Пока определение бенефициара не фигурирует ни в одном нормативно-правовом документе, а с его появлением контроль за сделками смогут получить и налоговые органы, которые заинтересованы в отслеживании в том числе правомерности использования налоговых льгот, добавляет партнер "ПвК Аудит" Екатерина Лазорина. Сами банкиры дополнительной нагрузке не рады. "Логичнее было бы определять конечного бенефициара при регистрации юрлица, а не при совершении финансовой операции: банку такую идентификацию осуществить сложнее, чем налоговому органу",— указывает топ-менеджер одного из банков топ-20. По словам другого собеседника "Ъ" из числа банкиров, опыта выявления реальных бенефициаров у российских банков нет. "Раньше такой идентификацией пытались заниматься в основном "дочки" иностранных банков, которым в соответствии с международными стандартами такое требование предъявляли западные материнские структуры",— говорит он, указывая, что излишняя настойчивость банка в раскрытии реальных бенефициаров своих клиентов может стоить ему потери последних.

Впрочем, идентификацией конечных бенефициаров дополнительная нагрузка на банки не исчерпывается. Росфинмониторинг предлагает также существенно расширить перечень операций, подпадающих под обязательный контроль банков и требующих информирования Росфинмониторинга. Число критериев таких операций предлагается увеличить в два раза: примерно с 20 действующих критериев до 40. Причем некоторые из них вообще направлены на борьбу не столько с легализацией преступных доходов, сколько с коррупцией, указывают эксперты. К таким, например, по мнению господина Сотова, относятся предлагаемые Росфинмониторингом для обязательного контроля операции по предоставлению или получению займа, процентная ставка по которому более чем в два раза ниже ставки рефинансирования ЦБ. Впрочем, эффективность подобных предложений опрошенные "Ъ" эксперты поставили под вопрос. Рост числа сообщений от банков лишь увеличит "информационный шум", в котором Росфинмониторингу будет еще сложнее отследить реальные преступления, единогласны банкиры.