Кризис доверия

Агрострахование на юге России, несмотря на, казалось бы, очевидные преимущества снижения сельхозрисков, пока не получило широкого распространения. За последние два года и так не очень значительные объемы страхования в сельском хозяйстве сократились: собственники хозяйств под давлением кризиса пытались по максимуму сократить свои расходы, в том числе, и за счет отказа от страхования. Однако жаркое лето 2010 года, когда застраховавшие свои риски хозяйства получили компенсации и смогли минимизировать свой ущерб от засухи, по мнению экспертов, показало сельхозпроизводителям значение института страхования.

Перспективный сегмент

Для юга России АПК — одно из ведущих направлений экономики с большим количеством игроков и миллиардными оборотами. Поэтому южные регионы особенно интересны компаниям, занимающимся агрострахованием. По словам директора Ассоциации страховых организаций Краснодарского края Андрея Черкунова, конкуренция на рынке агрострахования, особенно в сегменте сельхозстрахования с господдержкой, когда государство компенсирует производителям часть затрат на страхование, одна из самых высоких.

На этом рынке присутствуют в основном крупные федеральные игроки, такие как «АльфаСтрахование», «Ингосстрах», «Росгосстрах», «Согаз», «Росно» и другие компании. «Страхование сельхозрисков — один из самых убыточных видов страхования для страховщиков», — отмечает Вера Степанько, заместитель директора по корпоративному страхованию Ростовского филиала компании «РОСГОССТРАХ». Вероятность наступления страховых случаев, особенно для хозяйств в зонах рискованного земледелия, достаточно высока, и, как правило, они затрагивают сразу большое количество игроков, как, например, засуха этим летом в центральных регионах России или массовый забой скота в связи с болезнями. Несмотря на это, рынок агрострахования интересен страховщикам своей комплексностью: «Страхуя урожай или технику, мы предлагаем предприятиям и другие возможности, например, добровольные медицинские программы, позволяющие в удобное время провести обследования состояния здоровья сотрудников, предложить лечение недугов, санаторно-курортное обслуживание, — рассказывают представители «АльфаСтрахования». — Мы также считаем оправданными предложения жителям села застраховать их жилище от пожара, ОСАГО для владельцев транспортных средств, личный скот от падежа и болезней, поскольку сельским жителям удобно сотрудничать с одной компанией и в производстве, и в личной жизни».

Большую роль в развитии агрострахования в последние годы сыграло государство, которое компенсирует сельхозпроизводителям часть затрат на страхование. По оценкам игроков рынка, объем договоров по страхованию с господдержкой доходит до 70-85% от общего количества договоров по направлению агрострахования.

Также свою лепту в развитие агрострахования внесли кредитные учреждения, оказывающие финансовые услуги сельхозпроизводителям. Кредитные и лизинговые договоры предусматривают обязательное страхование предмета залога — будь то техника, здания, скот или будущий урожай.

Минусовой тренд

Несмотря на господдержку и обязательные условия банкиров и лизинговых компаний по страхованию залога, страхование в сельском хозяйстве развивается весьма скромными темпами. «Итоги 2009-2010 сельскохозяйственного года оставляют желать лучшего, — отмечает Евгений Череменин, вице-президент «АльфаСтрахования», директор Южного регионального центра компании. — Несмотря на существенные риски в растениеводстве и животноводстве в последние годы, активность сельхозпроизводителей в страховании снижается. По данным Минсельхза РО, в 2008-2009 году было застраховано всего 11% хозяйств, в этом году эта цифра снизилась до 7,9%. В Ростовской области, например, в 2010 году страховой агрорынок сократился на 35,5% по сравнению с аналогичным периодом 2009 года. Доля агрострахования среди остальных сегментов в РО всего 4%, по югу в целом (ЮФО+СКФО) приближается к 8%». «В действительности ситуация еще хуже, чем гласит официальная статистика», — считает генеральный директор ООО «Страховая компании «Согаз-Агро» Алексей Спиридонов. — Дело в том, что механизм страхования с господдержкой оказался беззащитен перед «серыми» схемами страхования, когда между страховой компанией и собственником хозяйства возникали договоренности, позволяющие увеличить размер субсидий из госбюджета, например, завышение объемов ущерба или же фиксация несуществующего страхового случая. «Поэтому просчитать объемы этого рынка и количество реально застрахованных хозяйств не представляется возможным, но можно быть уверенными, что их сегодня — единицы», — подчеркивает эксперт.

В значительной степени сжатию рынка агрострахования способствовало существенное сокращение господдержки. В 2009-м и 2010 году на эти цели выделялось всего чуть более 2 млрд рублей вместо запланированных в госпрограмме развития сельского хозяйства 5,5 и 10,7 млрд руб. соответственно.

А вот сегмент страхования по требованию кредитных организаций, по мнению Николая Галушина, заместителя генерального директора ОСАО «Ингосстрах», за прошедшие два года даже немного вырос: банки и лизинговые компании стали гораздо требовательнее к страхованию залога. В условиях снижения объемов госсубсидий на страхование такое «страхование под давлением» остается, пожалуй, одним из немногих инструментов, позволяющих развиваться рынку агрострахования.

Однако это зачастую приводит к негативному восприятию потребителями институтов страхования. По словам генерального директора ООО «Страховая компании «Согаз-Агро» Алексея Спиридонова, во многом в силу такого «насаждения сверху» страхование в России воспринимается как еще один способ налогообложения, хотя таковым не является. Уровень «добровольного» страхования крайне низок, этот факт отмечают практически все эксперты. «Надеяться на то, что сельхозпроизводители станут добровольно страховать урожай, — утопия, — подчеркивает Алексей Спиридонов. — Управление рисками в отечественном сельхозпроизводстве практически не развито, и бюджеты на страхование, если они вообще закладываются, — минимальны. Хотя эти затраты составляют в среднем 1,5-2,5% от общей стоимости активов сельхозпроизводителей. По сравнению с масштабами возможных убытков — это небольшие суммы».

К тому же, по словам Николая Галушина, даже те немногие собственники хозяйств, которые сегодня рассматривают страхование как реальный инструмент защиты своего бизнеса, в кризис предпочли сократить такие расходы. С этим согласен и Евгений Череменин: «Кризис оказал на сегмент страхования воздействие, противоположное общепринятой мировой практике. Обычно с усилением опасности люди пытаются сконцентрировать свои ресурсы на защите своих имущественных интересов и жизни. Однако, как свидетельствуют цифры, у нас, наоборот, сократился объем страхования на селе, руководители агропредприятий предпочли сэкономить на страховании».

Камни преткновения

Нежелание сельхозпроизводителей страховать риски объясняется, впрочем, не только влиянием кризиса. Основная проблема — в отсутствии доверия к этому институту. Так считают многие руководители хозяйств: для того чтобы получить эффект от этого мероприятия, надо иметь собственный штат юристов, которые сначала досконально проверили бы страховой договор, а в случае наступления страхового случая долго и упорно отстаивали бы свое право на получение компенсации перед страховыми компаниями. Те, кто уже обращался в страховые компании, также остались не очень довольны результатами. «В этом году засуха уничтожила значительную часть травы на пастбищах и посевов пшеницы, шедшей на фураж, — говорит генеральный директор „Киевского СПК“ (Кашарский район РО) Петр Стецурин. — Мы страховались, но возмещение покрыло лишь половину убытков — 800 тысяч из более чем 1,5 млн рублей. Страховые компании всегда найдут, где им „сэкономить“».

По мнению Евгения Череменина, негативную роль играет и присутствие на рынке псевдостраховых компаний, изначально стремящихся к схемам, исключающим возможность произвести полную страховую выплату по убытку. «Страхователям прежде чем передавать свои риски на страхование, нужно поинтересоваться опытом работы страховщика на рынке сельхозстрахования, историей выплат, рейтингом компании, объемом уставного капитала, перестраховочной защитой, объемом страхового покрытия», — предупреждает Вера Степанько.

Зачастую сами сельхозпроизводители допускают нарушения технологий в растениеводстве и животноводстве, порождающие закономерные убытки и недоборы, отказ в выплате по которым, воспринимается как недобросовестность страховых компаний.

Эксперты отмечают и тот факт, что сегодня инструменты страхования в какой-то степени конкурируют с механизмами господдержки производителей. «Основная проблема малого использования сельхозпроизводителями страховых инструментов видится в практике компенсации ущерба из бюджетов разных уровней, — считает Алексей Спиридонов. — Аграрии просто не видят смысла в покупке страхового полиса, ведь каждый год государство дает понять, что поддержка в случае природных катаклизмов будет. Такая практика находится в прямом противоречии со страхованием».

По мнению Николая Галушина, институт страхования сельхозпроизводителей не сможет заработать в полную силу, пока не будет выработан единый, общий для всех компаний подход к установлению страхового покрытия, определению страховых случаев урегулированию убытков, который исключает мошенничество и работу недобросовестных компаний на рынке.

Оптимистичный прогноз

Впрочем, страховщики надеются, что события этого года смогут несколько улучшить ситуацию. Во-первых, уже появились примеры, когда сотрудничество со страховыми компаниями смогло частично покрыть убытки в растениеводстве и животноводстве. Так, компания «Ингосстрах» в связи с засухой выплатила около 154 млн рублей по более чем 80 страховым случаям. СК «Согаз-Агро» выплатила почти 30 млн рублей компании «Русская свинина» в связи с гибелью поголовья свиней от африканской чумы. Немало примеров и в других компаниях. Во-вторых, необходимость поддерживать за счет субсидий из госбюджета пострадавшие от засухи хозяйства и связанные с этим многомиллиардные затраты заставила органы государственной власти задуматься о введении механизмов обязательного страхования сельхозпроизводителей. Страховщики горячо поддерживают это стремление: «Если бы государство заняло более жесткую позицию в плане оказания помощи сельхозпроизводителям в чрезвычайных ситуациях, а также ввело практику вмененного страхования, т. е. предоставления доступа к бюджетным или льготным кредитным ресурсам только тем сельхозпроизводителям, кто застраховал свои риски, при выделении соответствующей государственной поддержки по страхованию, это дало бы мощный стимул развитию культуры страхования урожая в России, — считает Алексей Спиридонов. — Вмененное страхование применяется во многих западных странах, и, как показывает их опыт, оно способствует более рациональному расходованию бюджетных средств».

Сейчас на рассмотрении в Госдуме находится законопроект, который должен окончательно закрепить принципы сельхозстрахования с господдержкой. В случае его принятия получить субсидии из бюджета смогут только те хозяйства, которые застраховали свои риски. «Закон позволит установить правовую ответственность всех участников страхования и правильно урегулировать отношения по линии сельхозпроизводитель, страховщик, государство, — комментирует Евгений Череменин. — С точки зрения экономики, обязательное страхование, даже с учетом выделения государственных средств на субсидирование затрат на страхование, может стать выгоднее, чем ежегодные многомиллиардные компенсации убытков в АПК». По оценкам страховщиков, объем рынка агрострахования в случае принятия проекта будет составлять ежегодно до 10 млрд руб.