Российские студенты доучились до депрессии

Три четверти студентов во время учебы в условиях пандемии коронавируса демонстрировали признаки «психологического неблагополучия», а у 20% из них были синдромы умеренной или тяжелой депрессии. Это показало проведенное по поручению Минобрнауки исследование 13 ведущих российских университетов, в ходе которого были опрошены более 60 тыс. студентов, преподавателей и родителей. В образовательном ведомстве видят в таком положении дел угрозу для качества образования. Министр науки и высшего образования Валерий Фальков рекомендовал вузам обратить внимание на ментальное здоровье студентов и «поставить психологическую поддержку на другой уровень».

Особой группой риска являются первокурсники: они острее переживают нехватку общения с преподавателями и сверстниками, обладают менее развитыми навыками саморегуляции и самоорганизации

Фото: Виктор Коротаев, Коммерсантъ / купить фото

Одна из важнейших угроз для качества образования, требующая повышенного внимания со стороны руководства университетов,— психологическое благополучие и ментальное здоровье студентов. Об этом в понедельник заявил глава Минобрнауки Валерий Фальков в ходе круглого стола, посвященного качеству образования в период пандемии коронавируса.

Почти три четверти студентов демонстрируют различные признаки психологического неблагополучия, из них около 20% — синдромы депрессии умеренной тяжести или тяжелой депрессии.

Это следует из доклада, в подготовке которого принимали участие 13 российских университетов по поручению Минобрнауки (среди них Томский госуниверситет, НИУ ВШЭ, МГПУ, Уральский федуниверситет, РАНХиГС, ДВФУ, МИСиС, СПбПУ, КФУ, Сеченовский университет). В основе исследования — соцопросы 36 тыс. студентов, 24 тыс. преподавателей и 800 родителей, которые проводились во всех федеральных округах с середины апреля и до середины июля 2021 года.

Особой группой риска являются первокурсники бакалавриата и специалитета. Авторы доклада связывают это с тем, что такие студенты «более остро переживают нехватку общения с преподавателями и сверстниками, обладают менее развитыми навыками саморегуляции и самоорганизации, критично важными для эффективного обучения в дистанционном и смешанном форматах».

Исследователи увидели связь между материальным положением семьи и наличием признаков психологического неблагополучия.

Так, доля «демонстрирующих признаки неблагополучия» студентов из наименее обеспеченных семей составляет 84%, в то время как среди студентов из наиболее обеспеченных семей — 67%. «Это ставит вопрос о важности таргетированных мер психологической поддержки для наименее обеспеченных студентов»,— говорится в докладе.

Исследование показало, что проблемы с психологическим состоянием студентов связаны прежде всего с проблемами самоорганизации, отметил ректор Томского государственного университета Эдуард Галажинский: «Традиционно вуз социализировал студентов. Но оказавшись в дистанте, они растерялись и остались один на один с новой средой, с вхождением в новую реальность». Ректор Уральского федерального университета им. Б. Н. Ельцина Виктор Кокшаров обратил внимание, что, согласно исследованию, 50% студентов высказались за смешанный формат обучения. «Они уже привыкли во многом к дистанту,— отметил он.— Но при этом в своих ответах студенты говорят, что им нужно, чтобы оставалось очное присутствие. Потому что это их дисциплинирует, они обязаны к определенному времени приходить на пары, встречаться со своими товарищами и преподавателями».

В Минобрнауки считают, что психологическая поддержка студентов «должна быть централизована и поставлена на другой уровень». По мнению Валерия Фалькова, в этом направлении у вузов есть «большой потенциал для совместной работы». «Это один из факторов, обеспечивающий качество высшего образования,— отметил министр.— Если студент разбалансирован, у него нет хороших навыков работы с собой по времени, то, что называется тайм-менеджмент, умения работать самостоятельно, он чувствует на протяжении непродолжительного времени, не общаясь в коллективе, изолированность, и это его угнетает серьезно, то о каком результате может идти речь».

По мнению председателя Всероссийского студенческого союза Олега Цапко, студенты столкнулись с «беспрецедентным психологическим давлением».

Он рассказал “Ъ”, что к ним регулярно обращались студенты по вопросам получения материальной поддержки — многие из них столкнулись с отсутствием денег во время первой волны пандемии. «В меньшей степени обращались с жалобами на то, что образовательный процесс в онлайне и изоляции очень давил,— говорит он.— Но такие обращения были, мы ребятам давали контакты служб психологической поддержки в вузах. Но в устном общении абсолютно все говорили, что онлайн их изматывает, внимание теряется в первый же час учебы». Также, указывает он, на ментальное здоровье влияли сложности в организации учебного процесса дома (скромные жилищные условия, отсутствие хорошего интернет-соединения, отсутствие необходимой техники, неблагоприятная атмосфера). По мнению господина Цапко, в вузах необходимо развивать центры психологической поддержки студентов.

«Я предполагаю, что, когда респонденты отвечали, что у них депрессия, имели в виду доклинический уровень, не достигающий глубины расстройства, которое требует лечения»,— говорит завкафедрой психиатрии и медицинской психологии Казанского государственного медуниверситета Владимир Менделевич. По его словам, другие исследования, которые предполагали психологическое тестирование и оценку выраженности тревоги и депрессии, показали, что их уровень существенно не повысился.