Мини-инвазивный межтеловой спондилодез в лечении болевого синдрома при локальных стенозах шейного отдела позвоночника

РЕКОНСТРУКТИВНАЯ И МИКРОСОСУДИСТАЯ ХИРУРГИЯ

МИНИ-ИНВАЗИВНЫЙ МЕЖТЕЛОВОЙ СПОНДИЛОДЕЗ В ЛЕЧЕНИИ БОЛЕВОГО СИНДРОМА ПРИ ЛОКАЛЬНЫХ СТЕНОЗАХ ШЕЙНОГО ОТДЕЛА ПОЗВОНОЧНИКА

К.Т. Месхи, Б.Н. Ворона

ФГБОУ ВО «Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова» Минздрава России

Цель исследования - анализ существующих методов хирургического лечения пациентов с болевым синдромом при межпозвонковых грыжах шейного отдела позвоночника. Материал и методы. Прооперированы 45 пациентов с локальным стенозом позвоночного канала на фоне грыжи межпозвонкового диска шейного отдела позвоночника. Оперативное лечение выполнялось из мини-инвазивного переднебокового шейного парафарингеального доступа с установкой межтелового кейджа из материала PEEK нулевого профиля с блокирующим механизмом, наполненного остеокондуктивной пастой на основе гидроксиапатита и р-трикальцийфосфата.

Результаты. У 42 пациентов получен отличный ранний послеоперационный результат с выпиской на амбулаторное долечивание на 3-4-е сутки после оперативного лечения. У 3 пациентов в раннем послеоперационном периоде развилась симптоматика вторичного отека корешка, устраненная медикаметозным лечением, пациенты выписаны из стационара на 9-10-е сутки после операции. При последующих контрольных исследованиях через 6 и 12 мес у 43 (95,6%) из 45 пациентов на фоне отсутствия признаков дегенеративно-дистрофических изменений смежных уровней отмечались явления образования межтелового спондилодеза, дислокации имплантата не зарегистрировано. Динамическое наблюдение за пациентами продолжено. Заключение. Хирургическое лечение локальных стенозов позвоночного канала шейного отдела позвоночника описанным в статье методом позволяет получить отличные и хорошие результаты лечения у абсолютного большинства пациентов, что дает основание рекомендовать его как метод выбора для лечения этой категории больных.

Клин. и эксперимент. хир. Журн. им. акад. Б.В. Петровского. 2016. № 3. С. 97-105.

Статья поступила в редакцию: 18.05.2016. Принята в печать: 29.07.2016.

ДЛЯ КОРРЕСПОНДЕНЦИИ

Месхи Кахабер Теймуразович -доктор медицинских наук, профессор, хирург-вертебролог отделения реконструктивной и пластической хирургии ФГБОУ ВО «Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М.Сеченова» Минздрава России E-mail: meskhi@inbox.ru

Ключевые слова:

грыжа межпозвонкового диска шейного отдела, мини-инвазивный спондилодез, дискэктомия

Minimally invasive interbody fusion in treatment of pain in local stenosis of cervical spine

K.T. Meskhi, B.N. Vorona

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Aim. The purpose of this study was to analyze the existing methods of surgical treatment of patients with a pain syndrome caused by single level cervical disk herniation. Material and methods: 45 patients with local stenosis of the spinal canal against the herniated cervical disc underwent surgical intervention. Surgical treatment was performed by minimally invasive antero-lateral cervical parapharyngeal access with installation of interbody cage from PEEK material with zero-profile locking mechanism filled with osteoinductive paste based on hydroxyapatite and p-tricalcium phosphate.

Results. 42 patients demonstrated excellent early postoperative results with discharge to outpatient aftercare on days 3-4 after surgical treatment. The secondary radicular symptomatology was eliminated in early postoperative period in 3 cases as a result of conservative therapy, pa-

CORRESPONDENCE

Meskhi Kakhaber T. - MD, Professor, Surgeon Vertebrologist at Department of Reconstructive and Plastic Surgery, I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

E-mail: meskhi@inbox.ru

Keywords:

herniated cervical disc, minimally invasive spinal fusion, discectomy

tients were discharged from the hospital on days 9-10 after surgical intervention. In subsequent controlled examination after 6 and 12 months, 43 (95.6%) of 45 patients with no signs of degenerative changes in adjacent levels performed formation of interbody fusion, no implant dislocation occurred. This group of patients is still undergoing follow-up.

Conclusion. Surgical treatment of the cervical spine local stenosis of the spinal canal discussed in this article, is a method which allows to obtain excellent results and a good treatment option for the majority of patients and provides a basis-set to recommend it as a treatment of choice for these patients.

Clin. Experiment. Surg. Petrovsky J. 2016. N 3. Р. 97-105.

Received: 18.05.2016. Accepted: 29.07.2016.

Распространенность жалоб на появление болевого синдрома в шейном отделе позвоночника, особенно среди населения трудоспособного возраста, крайне высока - при обращении за медицинской помощью она находится на втором месте после жалоб на боли в поясничной области. В ходе проведения клинического и инструментального исследований у большинства пациентов выявляются дегенеративно-дистрофические изменения шейного отдела позвоночника различной степени выраженности. В отечественной литературе дегенеративно-дистрофические изменения позвоночника рассматриваются как мультифакторное генетически обусловленное заболевание, начинающееся с пульпозного ядра межпозвонкового диска, распространяющееся на фиброзное кольцо, а затем и на другие элементы позвоночного двигательного сегмента, нередко вступающее в конфликт с прилежащими нервно-сосудистыми образованиями [1].

По данным Минздрава России, количество пациентов трудоспособного возраста с диагнозом «шейная радикулопатия», установленным впервые в жизни, за 2013 г. составило 11,4, а за 2014 г. -15,1 на 100 тыс. взрослого населения, что указывает на увеличение числа этой категории пациентов [2]. В базе данных Национального центра статистики здравоохранения США доля взрослых пациентов, обращавшихся за медицинской помощью по причине болевого синдрома шейного отдела позвоночника, сохраняющегося в течение последних 3 мес, составляла: в 2013 г. - 14,4%, а в 2014 г. - 14,6% [3].

Увеличение числа этой категории пациентов во многом связано со снижением физической активности населения, занятой преимущественно умственной офисной работой, подразумевающей длительные статические и стрессовые нагрузки, которые, в свою очередь, вызывая гипертонус мышц верхнего плечевого пояса, а в дальнейшем их долгосрочное спазмирование, нарушают питание структур позвоночного столба, влекущее за собой дегенеративно-дистрофические изменения костно-

хрящевых структур шейного отдела позвоночника. Другими причинами возникновения грыж межпозвонковых дисков являются посттравматические осложнения, чрезмерные физические нагрузки, возрастные изменения и т.д.

В большинстве случаев при обращении этих пациентов в медицинские учреждения с соответствующими жалобами им выполняют магнитно-резонансную томографию (МРТ) шейного отдела позвоночника, ставшую на сегодняшний день «золотым стандартом» среди современных методов инструментальной диагностики болезней позвоночника. Компьютерную томографию (КТ), включая режим миелографии, выполняют в случаях расхождения данных МРТ с клиническими данными или при наличии у пациента противопоказаний к проведению МРТ.

После проведения клинического и инструментального обследования на передний план выступает проблема выбора тактики лечения - консервативного либо оперативного. На сегодняшний день показания к оперативному лечению локальных стенозов позвоночного канала четко определены: а) наличие точно локализованного комприми-рующего невральные структуры фактора, подтвержденное данными МРТ или КТ, совпадающее с клинической картиной заболевания; б) наличие стойкого неврологического дефицита; в) безуспешность консервативного лечения; г) стойкое снижение качества жизни пациента.

Задачи, которые должны быть решены в процессе оперативного вмешательства, также давно перестали быть предметом обсуждения: а) полноценная декомпрессия, фиксация (жесткая либо динамическая), б) малотравматичность, в) возможность быстрейшей активизации и реабилитации пациента.

Переднебоковой шейный парафарингеальный доступ, описанный Smith, Robinson и Cloward [4], в последние десятилетия получил наибольшее распространение, с небольшими изменениями чаще всего он применяется при хирургическом лечении травм и заболеваний шейного отдела позвоночни-

ка. Он позволяет ревизовать позвоночный канал от 2-го шейного до 3-го грудного позвонков с минимальной травмой для пациента и наиболее выгодным косметическим результатом.

Наиболее часто применяемыми хирургическими пособиями для ликвидации диск-радикулярного конфликта являются: 1) передняя декомпрес-сивная операция (подразумевающая проведение дискэктомии без спондилодеза), 2) передняя декомпрессивно-стабилизирующая операция, 3) передняя декомпрессивно-пластическая операция с использованием эндопротеза для замещения удаленного межпозвонкового диска.

Малотравматичные декомпрессивные операции без фиксирующего этапа имеют определенные недостатки: установлено, что дискэктомия без последующего межтелового спондилодеза приводит к полноценному костному блоку лишь в 70% случаев, а также к срастанию позвонков в положении кифоза, что ускоряет перегрузку и дегенерацию соседних межпозвонковых дисков [5-8].

При декомпрессивно-пластической операции (артропластике) используется подвижный меж-теловой имплантат, представляющий собой протез диска. Основной идеей, преследуемой при создании и использовании данного имплантата, является то, что установка протеза позволяет поддержать, сохранить и восстановить подвижность и функцию в шейном позвоночном сегменте, предупредить развитие дегенерации в смежных сегментах, как это описано в некоторых случаях при формировании спондилодеза. В США были проведены 3 больших рандомизированных исследования, целью которых было доказать, что результаты артропластики эквивалентны или превосходят результаты артродеза с использованием аллотрансплантата и пластины. Исходы лечения оценивались через 2 года, при этом основными показателями были улучшение функции шейного отдела и общий благоприятный клинический исход. Все 3 исследования показали, что артропластика эквивалентна артродезу с преимуществом сохранения подвижности в сегменте. Неблагоприятные исходы не отличались от таковых в контрольной группе [9]. Однако хочется обратить внимание на отсутствие на сегодняшний день исследований с долгосрочным наблюдением подобных пациентов - все проанализированные нами наблюдения не превышали 24 мес, что может быть недостаточно для получения достоверных сведений об отдаленных результатах лечения [10-13]. Несмотря на то что данный метод в настоящее время рассматривается как альтернатива традиционному артродезу, с течением времени выявляются его определенные недостатки. В литературе появляются данные о гипертрофической оссификации и прекращении работы протеза, причем эти при-

знаки появляются в течение 24 мес после операции, с частотой, достигающей 30% наблюдений [14-17]. Еще одним неотъемлемым недостатком метода является высокая стоимость имплантата, на фоне чего некоторые группы исследователей говорят о нецелесообразности применения эндопроте-зирования шейных дисков в повседневной клинической практике, учитывая нехватку данных о его явном преимуществе по сравнению с общепризнанными и зарекомендовавшими себя способами лечения [18].

Моносегментарный спондилодез ауто- или ал-лотрансплантатом без дополнительной фиксации пластиной приводит к развитию псевдоартроза в 20% случаев [16], он давно стал пройденным этапом в истории развития вертебрологии. Для стабилизации шейных позвонков при выполнении переднего межтелового спондилодеза в последние годы все чаще используют динамические пластины [19, 20]. Благодаря своим конструктивным особенностям динамические пластины обеспечивают более пропорциональное распределение нагрузки на межтеловую опору, что улучшает процесс сращения позвонков. Однако количество осложнений при их использовании достаточно велико. По данным литературы, вентральная миграция динамических пластин, дислокация костных кортикально-губчатых аутотрансплантатов и экструзия винтов встречаются в 10,0-16,6% случаев. Псевдоартроз оперированного сегмента выявляется в 16,0% клинических наблюдений, дегенеративные изменения на смежных уровнях -в 40,7%, гетеротопическая оссификация в превер-тебральных тканях - в 21,2% случаев. Вышеописанные осложнения в большинстве своем требуют повторного хирургического вмешательства [21]. Основными причинами возникновения этих осложнений принято считать чрезмерное уменьшение вертикального размера стабилизируемых позвоночно-двигательных сегментов (ПДС) и выпрямление сегментарного шейного сагиттального контура без учета ряда структурно-функциональных особенностей биомеханической системы «шейные ПДС-имплантаты» в процессе формирования сращения, а также травмирование пластиной значительного участка передней продольной связки.

В настоящее время все большую популярность заслуженно приобретают кейджи с нулевым профилем и блокирующим механизмом. Чаще всего они изготовлены из материала РЕЕК (Ро1уе1±еге1±егке1:опе). Это полимер (полиэфир-эфиркетон), устойчивый к высокотемпературным воздействиям, действию пара, радиации, обладающий повышенной износостойкостью. Эти свойства в сочетании с высокой прочностью и резистентностью к динамическим воздействиям придают РЕЕК

биомеханические свойства, сходные с костной тканью, что создает благоприятные условия для формирования спондилодеза.

Кейджи конструктивно позволяют зафиксировать монокортикальными винтами тела верхне-и нижележащего позвонков, самостоятельно обеспечивая прочную стабилизацию передних опорных структур позвоночного столба, избавляя хирурга от необходимости проведения дополнительной фиксации оперированного позвоночного сегмента (установка пластины), существенно уменьшая трав-матичность и время операции. Минимальная трав-матизация передней продольной связки в совокупности с нулевым профилем имплантата направлены на снижение дегенеративных изменений смежных уровней.

Наполнителями кейджа служат аутокостная крошка, пористые гидроксиапатитные фрагменты, импрегнированные кровью и т.д. В последнее время ввиду наибольшего удобства применения для этой цели все чаще используют остео-кондуктивную пасту на основе гидроксиапатита и р-трикальцийфосфата, что также сокращает время оперативного вмешательства без потери качества образования спондилодеза.

Материал и методы

Наш клинический опыт оперативного лечения болевого синдрома при локальных стенозах позвоночного канала шейного отдела позвоночника насчитывает 45 пациентов с грыжами межпозвонковых дисков, проходивших лечение в 2013-2016 гг.

Все пациенты обращались за консультативной помощью хирурга-вертебролога ввиду отсутствия положительного эффекта от консервативной терапии и сохранения болевого синдрома. При сборе анамнеза, осмотре и оценке неврологического статуса характерными симптомами для данной группы пациентов являлись жалобы на боль в области шейно-воротниковой зоны, часто иррадиирущей в одну либо в обе верхние конечности, с оценкой выраженности болевого синдрома по Визуальной аналоговой шкале (ВАШ) от 7 до 9 баллов.

По результатам первичной консультации больным проводили МРТ шейного отдела позвоночника на высокопольном томографе с мощностью 1,5-3,0 Т, а также выполняли рентгенографию шейного отдела позвоночника в двух проекциях, при необходимости проводили функциональные пробы.

После верификации диагноза и амбулаторного клинико-лабораторного обследования пациентов госпитализировали в клинику для хирургического лечения. При поступлении пациентов собирали анамнез, осматривали, оценивая общий, местный и неврологический статусы.

Этой группе пациентов выполняли мини-инва-зивное декомпрессивно-стабилизирующее вмешательство с установкой кейджа с нулевым профилем и механизмом блокирования.

В условиях комбинированной эндотрахеальной анестезии в положении пациента на спине с мягким валиком под лопатками выполняли поперечный кожный разрез (до 3 см для одноуровневого доступа) вдоль линий Лангера (шейная кожная складка). Далее рассекали поверхностную фасцию с содержащейся между ее листками подкожной мышцей шеи (т. р^увта). После этого тупым путем разводили ткани под подкожной мышцей шеи, что обеспечивало достаточный доступ в краниальном и ка-удальном направлении. Ориентиром дальнейшего рассечения тканей служил внутренний край грудино-ключично-сосцевидной мышцы. Она находится в футляре поверхностного листка собственной фасции. Проводили ее продольное вскрытие и мобилизацию внутреннего края грудино-ключично-сосце-видной мышцы. После ее латерального смещения был хорошо виден глубокий листок собственной фасции шеи. Последний также рассекали параллельно грудино-ключично-сосцевидной мышце. Во время манипуляций сосудисто-нервный пучок смещали латерально. В дальнейшем проводили тупую пальцевую диссекцию тканей вдоль границы гру-дино-ключично-сосцевидной мышцы и сосудисто-нервного пучка, что позволяло войти в предпозво-ночное пространство, а затем устанавливали ра-норасширитель. Органы шейной области (гортань, трахея, глотка, пищевод и щитовидная железа) располагались под медиальной лапкой ранорасшири-теля. Как правило, при проведении манипуляций на одном сегменте и через мини-инвазивный доступ достаточно только поперечного расширителя. При более объемных вмешательствах дополнительно устанавливается продольный расширитель.

Уровень предполагаемого вмешательства определяли с помощью интраоперационной рентгенографии.

Следует отметить, что при использовании кейд-жа с нулевым профилем и блокирующим механизмом не возникает необходимости в скелетировании передних поверхностей тел смежных позвонков, достаточно выделить область непосредственно межпозвонкового диска, что является несомненным преимуществом, так как минимальная трав-матизация передней продольной связки - один из важнейших факторов, влияющих на дегенерацию смежных сегментов.

Следующим этапом выполняли дискэктомию. После разреза передней части фиброзного кольца межпозвонкового диска его содержимое удалялось в объеме половины диска. После чего в тела смежных позвонков параллельно замыкательным пластинам под рентгенологическим контролем

устанавливали пины межтелового дистрактора. Это позволяло параллельно вытягивать тела позвонков, максимально раскрывая межтеловой промежуток и облегчая работу хирургов, одновременно снижая риск повреждения нервной ткани. Финальный этап дискэктомии - удаление грыжи диска и краевых остеофитов (при их наличии) - выполняли под 1б-кратным оптическим увеличением (операционный микроскоп).

С целью снижения риска несостоятельности спондилодеза перед установкой кейджа замыкатель-ные пластины тел выше- и нижележащего позвонков зачищали от остатков хрящевой ткани, после чего приступали непосредственно к спондилодезу.

Для фиксации мы использовали межтеловой кейдж из РЕЕК (Ро^Ьеге^егке^пе) с нулевым профилем и блокирующим механизмом в сочетании с остеокондуктивной пастой на основе гидроксиапатита и р-трикальцийфосфата.

Кейдж необходимого размера заполняли остеокондуктивной пастой и устанавливали в подготовленный межтеловой промежуток. После установки кейджа межтеловой дистрактор удаляли, а кейдж фиксировали в тела смежных позвонов монокортикальными винтами с последующим рентгенологическим контролем. Ввиду минимальной травматич-ности описанного доступа ушивание раны сводится к наложению швов из рассасывающегося материала на подкожную мышцу шеи и подкожно-жировую клетчатку с оставлением латексного выпускника, для получения наилучшего косметического эффекта -наложению интрадермального шва на кожу.

Пациентов активизировали в день операции. В раннем послеоперационном периоде пациенты получали антибактериальную, противовоспалительную, симптоматическую терапию, было рекомендовано ношение мягкого шейного ортеза. Из стационара пациентов выписывали на 3-4-е сутки после операции.

Все пациенты представленной группы отмечали исчезновение либо значительное снижение интенсивности корешковой симптоматики в первые часы после операции.

Клинический случай

Пациент Е., 1965 г.р., обратился с жалобами на боли в шейном отделе позвоночника с иррадиацией в область правого плеча, предплечья и I, II пальцев правой кисти.

Со слов пациента, несколько месяцев назад после физической нагрузки появилась боль в шейном отделе позвоночника с иррадиацией в правые предплечье и плечо. Наблюдался у невролога по месту жительства. Проводилась консервативная, мануальная терапия без устойчивого положительного эффекта. За 3 нед до обращения также после физической нагрузки появился выраженный болевой синдром в шейном отделе позвоночника. Консервативная терапия без положительного эффекта. Пациент консультирован неврологом по месту жительства, рекомендовано проведение МРТ шейного отдела позвоночника.

Заключение: дегенеративно-дистрофические изменения шейного отдела позвоночника, грыжа межпозвонкового диска С5-С6 (рис. 1). Больной обратился за консультативной помощью в УКБ № 1, где на основании клинико-анамнестических данных был поставлен диагноз: стеноз позвоночного канала, грыжа межпозвонкового диска С5-С6, вторичный корешковый синдром.

Проведено хирургическое лечение: тотальная дискэктомия С5-С6, декомпрессия, передний шейный спондилодез С5-С6 кейджем PEEK Prevail (Medtronic Sofamor Danek), наполненным остеокондуктивной пастой (рис. 2).

Пациент активизирован через 4 ч после операции, патологическая неврологическая симптоматика отсутствует, жалобы на умеренную боль в области послеоперационной раны.

Ранний послеоперационный период без осложнений, проводились плановые перевязки, антибактериальная, противовоспалительная, обе-зболивающаятерапия. Пациентвыписан с рекомендациями из стационара на амбулаторное долечивание на 4-е сутки после оперативного лечения.

При контрольной КТ шейного отдела позвоночника, проведенной через 6 мес после операции,

4731/2 н V. 111 ~ 4731/ Л ш

Г -ч ^ Л .

f-< Л ) : f w О : R > П У v.cr ^ |

X 'Г* J ST5 , v J:S9L 1°« - - -

\ т ^ _: - :

Рис. 1. Дегенеративно-дистрофические изменения шейного отдела позвоночника, грыжа межпозвонкового

диска С5-С6

Рис. 2. Тотальная дискэктомия С5-С6, декомпрессия, передний шейный спондилодез

определяется удовлетворительное стояние имплантата, сохранение высоты межпозвонкового диска С5-С6, признаки образования межтелового спондилодеза С-С (рис. 3).

Результаты и обсуждение

С 2013 по 2016 г. в нашей клинике прооперировано 45 пациентов с локальными стенозами позвоночного канала на фоне грыж межпозвонковых дисков, с наиболее часто встречающимися компри-мированными уровнями С3-С4 (12%), С4-С5 (33%), С5-С6 (35%), Сб-С7 (30%).

Всем пациентам проведено мини-инвазив-ное хирургическое вмешательство с использованием микрохирургической техники и оптического увеличения (операционный микроскоп) в объеме тотальной дискэктомии, декомпрессии, переднего шейного спондилодеза кейджами с нулевым профилем и механизмом блокирования, выполненными из PEEK. С целью повышения качества организации спондилодеза в качестве наполнителя кейджа использовалась остеокон-дуктивная паста на основе гидроксиапатита и ß-трикальцийфосфата.

В результате проведенного лечения у 42 (93,3%) пациентов отмечен полный регресс болевой корешковой симптоматики с выпиской на амбулаторное долечивание на 3-4-е сутки после

оперативного лечения. Тем самым у этих пациентов достигнут отличный ближайший результат. У 3 (6,7%) пациентов на 3-и послеоперационные сутки наблюдались симптомы вторичного отека корешка, требующие консервативного лечения в стационарных условиях; противоотеч-ная, сосудистая, противовоспалительная терапия в течение 7-9 сут привели к полному регрессу болевой корешковой симптоматики. Пациенты также были выписаны на амбулаторное долечивание в удовлетворительном состоянии. Результат лечения этих пациентов был расценен как хороший.

Воспалительных изменений послеоперационных ран не отмечено ни у одного пациента.

При контрольном рентгенологическом исследовании через 6 и 12 мес ни у одного пациента не выявлено дислокации имплантата, сохранялась благоприятная клиническая симптоматика, полное отсутствие корешковой боли.

При КТ через 6 мес после операции у 28 (62%) пациентов были выявлены признаки межтелового спондилодеза. Еще через 6 мес при контрольной КТ явные признаки сращения позвонков выявлены уже у 43 (95,6%) пациентов. Динамическое наблюдение за пациентами продолжено.

Признаки появления или прогрессирования имеющихся дегенеративных изменений в смежных с фиксацией сегментах в эти сроки не выявлены.

С -С

5 Ч

Рис. 3. Контрольная компьютерная томограмма шейного отдела позвоночника, проведенная через 6 мес после операции

Таким образом, акцентирование внимания на таких важных факторах, как малотравматичность, максимально возможное сохранение интактно-сти передней продольной связки, восстановление нормального соотношения анатомических образований в позвоночно-двигательном сегменте, позволяют добиться отличных и хороших результатов лечения у абсолютного большинства больных с локальными стенозами позвоночного канала шейного отдела позвоночника.

Выводы

Существует довольно много вариантов декомпрессии при локальных стенозах позвоночного канала шейного отдела позвоночника, однако вариантом выбора должны становиться наименее ин-вазивные методики, сводящие к минимуму операционную травму и, как следствие, обеспечивающие быстрейшую реабилитацию пациентов.

Описанная в статье методика обладает рядом несомненных достоинств:

• мини-инвазивность (без ущерба качества проводимой декомпрессии или фиксации);

• минимальная травматизация прилежащих тканей, особенно передней продольной связки, что, в свою очередь, является одним из важнейших факторов в процессе развития дегенерации смежных сегментов;

• создание условий для образования межтело-вого спондилодеза;

• возможность быстрейшего возвращения к нормальной жизни;

• минимальный косметический дефект.

Все вышеприведенные данные дают основание говорить об описанной методике как о методе выбора при хирургическом лечении локальных стенозов позвоночного канала шейного отдела позвоночника, что подтверждается личным и мировым опытом работы над данной проблемой.

Литература

1. Луцик А.А., Казанцев В.В., Хирургическое лечение пациентов с шейным остеохондрозом // Хирургия позвоночника. 2008. № 4. С. 24-29.

2. Министерство здравоохранения Российской Федерации, Департамент мониторинга, анализа и стратегического развития здравоохранения. Заболеваемость взрослого населения России. 2013, 2014 гг. С. 133-135. Табл. 3.65.

3. National Center for Health Statistics, Health, United States 2013, 2014. P. 1-3 tab. 49.

4. Smith G.W., Robinson R.A. The treatment of certain cervical-spine disorders by anterior removal of the intervertebral disc and interbody fusion // J. Bone Joint Surg. Am. 1958. Vol. 40. P. 607-624.

5. Михайловский М.В., Этапы развития вертебральной хирургии: исторический экскурс // Хирургия позвоночника. 2004. № 1. С. 10-24.

6. Jacobs W.C., Anderson P.G., Limbeek J. et al. Single or double level anterior interbody fusion techniques for cervical degenerative disc disease // Cochrane Database Syst. Rev. 2004. Vol. 4: CD004958.

7. Mayer H.M., Korge A. Non-fusion technology in degenerative lumbar spinal disorders: facts, questions, challenges // Eur. Spine J. 2002. Vol. 11, suppl. 2. P. S85-S91.

8. Hwang S.H., Kayanja M., Milks R.A., Benzel E.C. Biomechanical comparison of adjacent segmental motion after ventral cervical fixation with varying angles of lordosis // Spine J. 2007. Vol. 7, N 2. P. 216-221.

9. Бридвелл К.Х., Андерсон П.А., Боден С.Д., Ваккаро А.Р. и др. Новое в хирургии позвоночника // Хирургия позвоночника. 2009. № 2. C. 99-111.

10. Hou Y., Liu Y., Yuan W., Wang X. et al. Cervical kinematics and radiological changes after Discover artificial disc replacement versus fusion // Spine J. 2014 Jun 1. Vol. 14, N 6. P. 867-877. doi: 10.1016/j.spinee.2013.07.432. Epub 2013 Sep 26.

11. Zhang H.X., Shao Y.D., Chen Y., Hou Y. et al. A prospective, randomised, controlled multicentre study comparing cervical disc replacement with anterior cervical decompression and fusion // Int. Orthop. 2014 Dec. Vol. 38, N 12. P. 2533-2541. doi: 10.1007/s00264-014-2497-5. Epub 2014 Sep 11.

12. Luo J., Huang S., Gong M., Dai X. et al. Comparison of artificial cervical arthroplasty versus anterior cervical discectomy and fusion for one-level cervical degenerative disc disease: a meta-analysis of randomized controlled trials // Eur. J. Orthop. Surg. Traumatol. 2015 Jul. Vol. 25, suppl. 1. P. S115-S125. doi: 10.1007/s00590-014-1510-4. Epub 2014 Jul 18.

13. Yu L., Song Y., Yang X., Lv C. Systematic review and me-ta-analysis of randomized controlled trials: comparison of total disk replacement with anterior cervical decompression and fusion // Orthopedics. 2011 Oct 5. Vol. 34, N 10. P. e651-e658. doi: 10.3928/01477447-20110826-09.

14. McAfee P.C., Cunningham B.W., Devine J. et al. Classification of geterotopic ossification (HO) in artificial disk replacement // J. Spinal Disord. Tech. 2003. Vol. 16, N 4. P. 384-389.

15. Mehren C., Suchomel P., Grochulla F. et al. Heterotopic ossification in total cervical artificial disc replacement // Spine. 2006. Vol. 31, N 24. P. 2802-2806.

16. Глухих Д.Л. Результаты хирургического лечения шейного остеохондроза методами спондилодеза и артропластики // Хирургия позвоночника. 2011. № 4. С. 58-66.

17. Zhou H.H., Qu Y., Dong R.P., Kang M.Y. et al. Does heterotopic ossification affect the outcomes of cervical total disc replacement? A meta-analysis // Spine (Phila Pa 1976). 2015 Mar 15. Vol. 40, N 6. P. E332-E340.

18. Bartels R.H., Donk R., Verbeek A.L. No justification for cervical disk prostheses in clinical practice: a meta-analysis of randomized controlled trials // Neurosurgery. 2010. Vol. 66, N 6. P. 1153-1160; discussion 1160.

19. Rhee J.M., Riew K.D. Dynamic anterior cervical plates // J. Am. Acad. Orthop. Surg. 2007. Vol. 15. P. 640-646.

20. Rhee J.M., Park J.B., Yang J.Y. et al. Indications and techniques for anterior cervical plating // Neurol. India. 2005. Vol. 53. P. 433-439.

21. Барыш А.Е., Козырев С.А. Осложнения вентральной межтеловой фиксации шейных позвонков динамическими пластинами // Хирургия позвоночника. 2014. № 3. С. 22-31.

22. Bridwell K.H., Anderson P.A., Boden S.D., Vaccaro A.R. et al. What's new in spine surgery // J. Bone Joint Surg Am. 2011 Aug 17. Vol. 93, N 16. P. 1560-1566.

References

1. Lucik A.A., Kazancev V.V. Surgical treatment of patients with cervical osteochondrosis. Khirurgiya pozvonochnika [Spine Surgery]. 2008; Vol. 4: 24-9.

2. Russian Federation Ministry of Health, Department of monitoring, analysis and strategic health development. The incidence of the adult population of Russia. 2013, 2014 years, P. 133-5, tab. 3.65.

3. National Center for Health Statistics, Health, United States 2013, 2014. P. 1-3, tab. 49.

4. Smith G.W., Robinson R.A. The treatment of certain cervical-spine disorders by anterior removal of the intervertebral disc and interbody fusion. J Bone Joint Surg Am. 1958; Vol. 40: 607-24.

5. Mihajlovskij M.V. Stages of vertebral surgery: historical review. Khirurgiya pozvonochnika [Spine Surgery]; 2004; Vol. 1: 10-24.

6. Jacobs W.C., Anderson P.G., Limbeek J. et al. Single or double level anterior interbody fusion techniques for cervical degenerative disc disease. Cochrane Database Syst. Rev. 2004. Vol. 4: CD004958.

7. Mayer H.M., Korge A. Non-fusion technology in degenerative lumbar spinal disorders: facts, questions, challenges // Eur. Spine J. 2002. Vol. 11, suppl. 2. P. S85-S91.

8. Hwang S.H., Kayanja M., Milks R.A., Benzel E.C. Biomechani-cal comparison of adjacent segmental motion after ventral cervical fixation with varying angles of lordosis // Spine J. 2007. Vol. 7, N 2. P. 216-221.

9. Bridvell K.H., Anderson P.A., Boden S.D., Vakkaro A.R., Vjeng D.S.. New in Spine Surgery. Khirurgiya pozvonochnika [Spine Surgery]. 2009; Vol. 2: 99-111.

10. Hou Y., Liu Y., Yuan W., Wang X. et al. Cervical kinematics and radiological changes after Discover artificial disc replacement versus fusion. Spine J. 2014; Vol. 14 (N 6): 867-77. doi: 10.1016/j. spinee.2013.07.432. Epub 2013 Sep 26.

11. Zhang H.X., Shao Y.D., Chen Y., Hou Y., et al. A prospective, randomised, controlled multicentre study comparing cervical disc replacement with anterior cervical decompression and fusion. Int Orthop. 2014; Vol. 38 (N 12): 2533-41. doi: 10.1007/s00264-014-2497-5. Epub 2014 Sep 11.

12. Luo J., Huang S., Gong M., Dai X., et al. Comparison of artificial cervical arthroplasty versus anterior cervical discectomy and fusion for one-level cervical degenerative disc disease: a meta-analysis of randomized controlled trials. EurJ Orthop Surg Traumatol. 2015; Vol. 25 (suppl. 1): S115-25. doi: 10.1007/s00590-014-1510-4. Epub 2014 Jul 18.

13. Yu L., Song Y., Yang X., Lv C. Systematic review and meta-anal-ysis of randomized controlled trials: comparison of total disk replacement with anterior cervical decompression and fusion. Orthopedics. 2011; Vol. 34 (N 10): e651-8. doi: 10.3928/01477447-20110826-09.

14. McAfee P.C., Cunningham B.W., Devine J., et al. Classification of geterotopic ossification (HO) in artificial disk replacement. J Spinal Disord Tech. 2003; Vol. 16 (N 4): 384-9.

15. Mehren C., Suchomel P., Grochulla F., et al. Heterotopic ossification in total cervical artificial disc replacement. Spine. 2006; Vol. 31 (N 24): 2802-6.

16. GLuKhih D.L. Results of surgical treatment of degenerative disc disease of the cervical spine fusion and arthroplasty techniques. Khirurgiya pozvonochnika [Spine Surgery]; 2011; Vol. 4: 58-66.

17. Zhou H.H., Qu Y., Dong R.P., Kang M.Y., et al. Does heterotopic ossification affect the outcomes of cervical total disc replacement? A meta-analysis. Spine (Phila Pa 1976). 2015; Vol. 40 (N 6): E332-40.

18. Bartels R.H., Donk R., Verbeek A.L. No justification for cer-v'cal disk prostheses in clinical practice: a meta-analysis of randomized controlled trials. Neurosurgery. 2010; Vol. 66 (N 6): 1153-60; discussion: 1160.

19. Rhee J.M., Riew K.D. Dynamic anterior cervical plates. J Am Acad Orthop Surg. 2007; Vol. 15: 640-6.

20. Rhee J.M., Park J.B., Yang J.Y., et al. Indications and techniques for anterior cervical plating. Neurol India. 2005; Vol. 53: 433-9.

21. Barysh A.E., Kozyrev S.A. Complications of ventral interbody fixation of cervical vertebra dynamic plates. Khirurgiya pozvonochnika [Spine Surgery]. 2014; Vol. 3: 22-31.

22. Bridwell K.H., Anderson P.A., Boden S.D., Vaccaro A.R., et al. What's new in spine surgery. J Bone Joint Surg Am. 2011; Vol. 93 (N 16): 1560-6.