Идея человеческого капитала в западной экономической мысли

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2010 ^ Том 8 № 3 Часть 3

ИДЕЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА В ЗАПАДНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МЫСЛИ

ГРУЗКОВ И.В.,

докторант, доцент кафедры экономической теории и прикладной экономики, Ставропольский государственный аграрный университет,

e-mail: ross-72@mail.ru

В статье рассматривается генезис формирования и развития идеи человеческого капитала как процесс, объективно обусловленный развитием экономики, социума и самого человека на пути исторического прогресса.

Ключевые слова: труд; капитал; человеческий потенциал; качества человека; творчество; человеческий капитал.

In article genesis formation and developments of idea of the human capital as the process objectively caused by development of economy, society and the person on a way of historical progress is considered.

Keywords: work; the capital; human potential; qualities of the person; creativity; the human capital.

Коды классификатора JEL: G24, N33, N34.

Развитие цивилизации со всей очевидностью подтверждает, что «возникновение» идеи человеческого капитала в экономической мысли, расширение и углубление представлений о ней, ее роли и значимости для общества происходит под воздействием происходящих изменений в экономике, вместе с восхождением научно-технического и социального прогресса, научного знания о человеке как таковом. Однако становление теории и практики человеческого капитала, в силу целого ряда причин объективного и субъективного порядка, представляет собой явление с различными неизвестными и не несет в себе однозначно выраженных идей и представлений. Здесь сложились «свои» приоритеты как с точки зрения наличия лидерских позиций экономики того или иного государства в мире, состояния и уровня теоретического экономического знания, так и приоритетов и значимости экономической концепции того или иного ученого, методологических принципов исследования, различий на понимание существа прогресса в развитии человека и общества.

В качестве самостоятельной теоретической концепции идея человеческого капитала «оформляется» в западной экономической мысли во второй половине прошлого столетия. Но истоки ее уходят к трудам классиков политической экономии — В. Петти, А. Смита, Дж. С. Милля, К. Маркса. Классики политической эконо-

© Грузков И.В., 2010

мии прозорливо увидели и раскрыли принципиальные отличия в развитии экономики своего времени от предшествующих эпох, исследовали особенности и характер осуществления производительного общественного труда, отношения между работником и его нанимателем, работником и другими работниками, работником и всем обществом. Впервые в качестве основной производительной единицы хозяйственного процесса они стали рассматривать человека в рамках экономической модели — «экономического человека». Он рассматривался в качестве некоей механической живой силы, способной производить прибыль и материальные блага с точки зрения производителя, а с точки зрения работника наделен теми или иными собственно человеческими качествами, от состояния которых зависит уровень общественного богатства и прогресса. Они показали, что в производстве качественно изменяется местоположение и роль индивидуального субъекта. Речь идет, прежде всего, о том, что производительность общественного труда и его результаты зависят не только от науки и техники, но и во все большей мере от качеств индивидуального хозяйствующего субъекта, меры его «включения» в производственный процесс.

В конечном итоге, классики политической экономии «заложили» идеи, которые для последующей экономической мысли имеют значение исходных принципов и методологических подходов к вопросам исследования «человеческого капитала», обоснования его значения для общественного развития. Основные из них: ценность человека — часть национального богатства; человек труда представляет часть и продолжение технологического процесса; человек с его знаниями, способностями и психическими свойствами представляет определенную общественную модель в экономике; знания и творческое мышление человека обладают экономической ценностью; по мере развития технического прогресса возрастает роль образования, умственного и научного труда. Для понимания существа и особенностей развития современных представлений западной экономической мысли о человеческом капитале свое особое место имеют целый ряд положений и представлений неоклассической экономической мысли. Данное направление экономической теории реально формировалось со второй половины XIX века в «рамках» субъективно-психологической школы экономики. Оно связывается с работами: авторов «австрийской школы» маржинализма, экономистов «кембриджской», «американской», «лозаннской» и «стокгольмской» школ. Время их творчества характеризуется бурным развитием технологического фактора производительных сил, рыночных отношений в западной экономике, ускорением процессов разделения труда, усилением взаимосвязи между участниками производственных процессов и экономической системы в целом. Вместе с развитием механизмов свободной конкуренции все более наступало всевластие монополий, углублялись противоречия между предпринимателями и наемными рабочими, чье существование ухудшалось, и это вело к обострению классовых антагонизма в обществе. В стремлении преодолеть нарастание идей марксизма, авторы и последователи неоклассической экономической мысли стремились обосновать альтернативные идеи и подходы на понимание общего характера и ресурсов экономического развития социальных систем. В качестве, если так можно сказать, исходной категории неоклассической теории экономии используется понятие «полезность». Общий смысл данного понятия распространялся как на труд, его результаты, так и на самого человека. Более того, в маржинализме именно отдельный субъект хозяйствования становится основным предметом исследования, а средством изучения экономических явле-

ТЕRRА ECONOMCUS ^ 2010 ^ Том 8 № 3 Часть 3

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2010 ^ Том 8 № 3 Часть 3

ний и процессов — методология психолого-экономического анализа. По их мнению, выявление «сущностных» (внутренних) механизмов работника как производителя будущего блага позволит с большей пользой привести эти механизмы в действие. В связи с этим особый интерес представляют идеи маржиналистов о необходимости удовлетворения отдельного субъекта труда в необходимых (хотя содержание «необходимого» у них не нашло рассмотрения) потребительских благах.

Особое значение для обоснования современной теории человеческого капитала в неоклассическом направлении экономической мысли имеет творческое наследие основоположника «кембриджской школы» А. Маршалла. Оставаясь на теоретическом фундаменте классического наследия, он в то же время выделяет и разрабатывает новые теоретические подходы и взгляды на вопросы исследования человеческого капитала и его понимание. Прежде всего на понимание необходимости человеческого измерения труда и его производительности, роли образования в этом процессе. А. Маршалл к капиталу в целом относит «весь накопленный запас средств для производства материальных благ и достижения тех выгод, которые обычно считаются частью дохода... Значительную часть капитала составляют знания и организация, причем из них одна часть находится в частной собственности, а другая нет. Знание — это наш самый мощный двигатель производства» [4, ^ 208]. Рассматривая способности человека к труду, исследуя изменения квалифицированного труда во времени, А. Маршалл придает им выдающееся значение для всего процесса производства. Он делает это через введение термина «общая способность», которая у него обозначает те качества и тот распространенный уровень знаний и смышлености, которые составляют общую черту всех высших форм производительности. Тогда как физическую сноровку и такое знание конкретных материалов и процессов, которые требуются для специфических целей отдельных производств, он определяет как «специализированную способность» [4, с. 284]. «Общая способность» у него наполняется внутренним содержанием и значением для нации через образование всех слоев населения. Согласно одному из основных постулатов его учения, только с помощью образования становятся возможным достижения высокого уровня развития техники, технологии, мастерства, творчества и даже искусства. Более того, А. Маршалл рассматривает образование как «национальную инвестицию». В частности, он подчеркивает, что «образование позволяет многим, кто мог умереть в безвестности, получить возможность для раскрытия своих потенциальных способностей. А экономическая выгода от использования одного крупного промышленного открытия вполне достаточна для покрытия издержек на образование для целого города, ибо одна такая идея, как например, главное изобретение Бессемера, обеспечивает такой же прирост производственной мощности, как труд 100 тысяч человек». «Все средства, в течение многих лет затрачиваемые на обеспечение массам доступа к более высоким ступеням образования, с лихвой окупаются, если они приведут к появлению еще одного Ньютона или Дарвина, Бетховена» [4, с. 294]. При этом он особо выделяет мысль о необходимости разработки и реализации на этом направлении прогнозных мероприятий [4, с. 300].

Как выше отмечалось, рождение современной концепции человеческого капитала связывается с западной экономической мыслью послевоенного периода. И ее «появление» представляет один из закономерных результатов исторического развития общества, где кардинально изменяется место и роль науки, а вместе с этим и самого человека во всех сферах жизнедеятельности. В определенном

смысле можно говорить, что «точкой отчета» в разработке современной теории человеческого капитала является исторический этап, начало которому положила НТР (космос, ядерная физика, соединение науки с производством и т.д.), развернувшаяся в конце 50-х — начале 60-х годов XX века и фактически продолжающаяся до наших дней. В те годы выходит огромное количество статей в научных журналах по проблемам человеческого капитала. Начиная с 1960-х годов, выходят фундаментальные монографии, заложившие основные научные постулаты теории человеческого капитала. И хотя идеи этого периода о человеческом капитале исследователи не относят к революционным, тем не менее, по характеру постановки проблемы и направленности они открыли новые направления в исследованиях экономических факторов производства и его организации, роли и места человека в структуре производства и общественной жизни в целом. По-новому, в определенной мере с неожиданной стороны, здесь открывается понимание места и роли психологических и других личностных особенностей человека в его экономической деятельности.

Общепризнано, что основополагающими трудами по современной теории человеческого капитала являются труды Т. Шульца [11] и Г. Беккера [1]. Человеческий капитал у Т. Шульца рассматривается как «форма капитала, потому что он является источником будущих заработков, или будущих удовлетворений, или того и другого вместе. Он человеческий потому, что является составной частью человека» [2, с. 16].

Также общепринято относить к классическим работам современной экономической мысли работы профессора экономики и социологии Чикагского университета Г. Беккера, удостоенного в 1992 году Нобелевской премии за «распространение сферы микроэкономического анализа на целый ряд аспектов человеческого поведения и взаимодействия, включая нерыночное поведение». Уже в своей первой (1964 г.) публикации «Экономический анализ и человеческое поведение» [9] он выводит экономическую мысль о человеческом капитале в другие плоскости анализа, которые в основе своей принято было скорее всего считать второстепенными, чем исследовать в экономической теории в качестве самостоятельного объекта. Изначально он выступает против устоявшихся взглядов в экономической науке в целом, полагая при этом, что «определение экономической науки с точки зрения материальных благ наиболее узко и наименее удовлетворительно. Оно не дает правильного представления ни о рыночном секторе, ни о том, чем “занимаются” экономисты». Там же он выступает за необходимость более общих подходов к «определению экономической науки с точки зрения ограниченных средств и конкурирующих целей. Оно исходит из специфического характера проблем, подлежащих решению, и охватывает куда более широкую область, нежели рыночный сектор или “то, чем занимаются экономисты”»[1, с. 29]. Особое значение в учении Г. Беккера о человеческом капитале получает исследование экономических аспектов процессов личного распределения доходов, распределения времени потребительского выбора. А также теоретический анализ экономики дискриминаций и семьи, экономических аспектов преступлений и наказаний, человеческих предпочтений, привычек и пристрастий. И данный подход по целому ряду оснований наиболее убедителен. Это объясняется уже тем, что в реальной жизни выделенные составляющие человеческого капитала имеют прямое отношение к его содержанию и проявлению как на индивидуальном, так и общественном уровнях. Тогда как все это в традиционных концепциях, образно говоря, было за кадром экономи-

ТЕRRА ECONOMCUS ^ 2010 ^ Том 8 № 3 Часть 3

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2010 ^ Том 8 № 3 Часть 2

ческой науки. Примечательно, что даже преступную деятельность Г. Беккер предлагает рассматривать как профессию, которой, по его мнению «люди посвящают полное или неполное рабочее время, как и столярное дело, инженерия или преподавание. Люди решают стать преступниками по тем же соображениям, по каким другие становятся столярами или учителями, а именно потому, что они ожидают, что “прибыль” от решения стать преступником — приведенная ценность всей суммы разностей между выгодами и издержками как неденежными, так и денежными — будет превосходить “прибыль” от занятия иными профессиями» [1, с. 29].

Идеи классиков современной теории человеческого капитала в дальнейшем получают свое развитие в зарубежной экономической мысли. Одни авторы, если так можно сказать, стремятся расширить собственно экономические представления о человеческом капитале, тогда как другие больше уделяют внимания его культурной, профессиональной, ценностным мотивациям и творческим сторонам. Так, по мнению Л. Эдвидсона и М. Мэлоуна, человеческий капитал — это не только «совокупность знаний, практических навыков и творческих способностей служащих компании, приложенная к выполнению текущих задач», но и «моральные ценности компании, культура труда и общий подход к делу»[7, с. 434-436]. В особой мере акцентирует роль и значение на собственно человеческих элементах Ф. Фукуяма. «В современных условиях, — подчеркивает он, — капиталом являются не столько земля, заводы, инструменты и станки, сколько знания и квалификация людей, причем значение указанных факторов постоянно растет» [5, с. 129].

Новый импульс для «возрождения» интереса к обоснованию роли и места в человеческом капитале способностей человека задается в работах Э.Дж. Долланда и С. Фишера. В частности, человеческий капитал Э.Дж. Долланд предлагает прямо рассматривать как «капитал в виде умственных способностей, полученных через формальное обучение или образование, либо практический опыт». Его конкретизирует Фишер, который считает, что «человеческий капитал есть мера воплощенной в человеке способности приносить доход. Человеческий капитал включает врожденные способности и талант, а также образование и приобретенную квалификацию» [8, с. 15].

По мере расширения понимания о первенствующей роли человека в общественных преобразованиях и достижении социального прогресса в целом, в человеческий капитал «включаются» все более широкий спектр качеств, в том числе и таких, как гражданственность, политическая и правовая культура, воспитанность и образованность. Так, Л. Туроу в человеческий капитал включает «такие свойства человека, как уважение к политической и социальной стабильности, что приобретается в результате соответствующего воспитания и образования...»[12, с. 15]. Однако в качестве главной способности, на которой базируется человеческий капитал, он усматривает «экономическую способность, которая представляет собой не просто еще одно производительное вложение, которым обладает индивидуум. Экономическая способность влияет на производительность всех других вложений»[12, с. 48]. Л. Туроу особо подчеркивает: «Аналогии между человеческим капиталом и физическим интересны и волнующи, однако человеческий капитал нельзя анализировать точно так же, как физический капитал» [12, с. 121].

Ф. Махлуп делает попытку внести в теорию человеческого капитала возможность почувствовать разницу применения человеческого капитала через неусовершенствованный труд. Он пишет, что его «нужно отличать от усовершенствованного, ставшего более производительным благодаря вложениям, которые уве-

личивают физическую и умственную способности человека. Подобные усовершенствования составляют человеческий капитал» [10, с. 19].

По мере расширения роли и места знания и собственно образования в развитии современной цивилизации, экономисты особый акцент делают в сторону именно этих факторов и сторон человеческого капитала. В «Экономикс» К.Р. Макконнелла и С.Л. Брю человеческий капитал трактуется как «накопление предшествующих вложений в образование, подготовку, здравоохранение и другие факторы, способствующие повышению производительности труда» [3, с. 39]. «Основная часть доходов в США извлекается из собственности на человеческий капитал», — отмечает П. Хейнс. По его мнению: «Машины и оборудование являются капиталом наряду с производственными и коммерческими зданиями и сооружениями. Но капиталом являются также знания и умения, которые люди приобретают посредством образования, профессиональной подготовки или практического опыта и которые позволяют им предоставлять другим людям ценные производительные услуги...» [6, с. 359-360].

Безусловно, в одной статье невозможно отразить все аспекты генезиса идеи человеческого капитала. Вместе с тем, основываясь на представленном материале, можно сделать общий вывод, что идея человеческого капитала наполняется новым содержанием и развивается по мере развития общественного прогресса, в основе которого находятся качественные изменения места и роли самого человека в экономических отношениях и процессах производства.

ЛИТЕРАТУРА

1. Беккер С. Гэри. Человеческое поведение: экономический подход. Избранные труды по экономической теории / Пер. с англ. М.: ГУ-ВШЭ, 2003.

2. Капелюшников Р.И. Современные буржуазные концепции формирования рабочей силы. М.: Наука, 1981.

3. Макконнелл К.Р., Брю С.Л. Экономикс: принципы, проблемы и политика / Пер. с 14-го англ. изд. М: ИНФРА-М, 2002.

4. Маршалл А. Принципы экономической науки: в 3 т. Т. l / Пер. с англ. М.: Издательская группа «Прогресс», 1993.

5. Фукуяма Ф. Доверие. Социальные добродетели и созидание благосостояния // Новая постиндустриальная волна на западе: Антология / Под ред. В.Л. Иноземцева. М: Academia, 1999.

6. Хейнс П. Экономический образ мышления. / Пер с англ. Изд. 2-е, стереотипное. М.: Изд-во «Дело», при участии изд-ва «Catalliaxy», 1993.

7. Эдвидсон Л. Интеллектуальный капитал. Определение истинной стоимости компании // Новая постиндустриальная волна на Западе: Антология / Под ред. В.Л. Иноземцева. М.: Academia, 1999.

8. Экономика / Пер. с англ.; С. Фишер, Р. Дорнбуш, Р. Шмалензи; общ. ред. и предисл. Г.Г. Сапова. М.: Дело, 1993.

9. Becker, G.S. Human Capital: A Theoretical and Empirical Analysis. N.Y.: Columbia University Press for NBER, 1964. Ch. 2.

10. Machlup, F. The Economics of information and Human Capital // Princeton, 1984.

11. Schultz, T.W. The Economic Value of Education. N.Y. and London: Columbia University Press, 1963. P. xii, 89; Schultz T.W. Investment in Human Capital // Economic Growth — an American Problem / Englewood Cliffs. 1964.

12. Thurow, L. Investment in Human Capital. Belmont: 1970.

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2010 ^ Том 8 № 3 Часть 2