Дискурсивные особенности английских терминов уголовного права

Кунина Мария Николаевна

кандидат филологических наук, доцент кафедры русского и иностранных языков Краснодарского университета МВД России

Дискурсивные особенности английских терминов уголовного права

В статье рассматриваются особенности функционирования англоязычных терминов уголовного права в рамках юридического дискурса. Автор анализирует понятие юридического дискурса, особенности англоязычной терминосистемы и ее функционирование. В тексте показывается, насколько динамичным является англоязычный юридический дискурс, выявляются существенные особенности и перспективы развития.

Ключевые слова: дискурс, правоведение, термин, юридический дискурс, юриспруденция.

M.N. Kunina, Master of Philology, Assistant Professor of the Chair of Russian and Foreign Languages of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; e-mail: j_kunina@mail.ru

Discourse features English terms of criminal law

The article is devoted to the peculiarities of functioning of English terms of criminal law within the legal discourse. The author analyzes the concept of the legal discourse, particularly the English-language term system and its functioning. The text shows how dynamic is the English-language legal discourse, identified the essential features and prospects.

Key words: discourse, law, the term, legal discourse, jurisprudence.

Правовой дискурс, являясь разновидностью профессионально ориентированного дискурса, формируется в рамках разнообразных взаимоотношений человека с социумом. Этот процесс отражается в законодательной сфере государства, во всех законах и прочих видах документов правового института.

Правовой дискурс является одним из самых востребованных дискурсов в современном мире, т.к. он сориентирован на все социальные слои. Одним из участников правового дискурса является государство, роль которого воплощается посредством законодательных актов, регулирующих конкретные отношения и определяющих обязательную для всех граждан волю института власти. Вторым субъектом юридического дискурса выступает совокупность всех граждан [1].

Сам юридический текст представляет собой диалог по схеме: «вопрос - ответ - вопрос». Любое сообщество формирует правовой дискурс исторически, и влияние на этот процесс оказывает ряд факторов: конкретные психологические установки, идеологические и религиозные убеждения, а также нравственные критерии определенного языкового сообщества. Здесь стоит отметить существенную роль, которую в

правовом дискурсе играют тексты-прецеденты, т.к. именно информация о прецедентных ситуациях, высказываниях, именах и датах конкретного этноса может позволить адекватно оценивать и использовать юридический дискурс.

Не являясь самодостаточным явлением, правовой дискурс содержит инородные тексты, такие как показания свидетелей, экспертов, сами документы из сферы юриспруденции и т.д. Таким образом, можно отметить такое свойство правового дискурса, как интертекстуальность.

Сам по себе юридический дискурс является особой юридической терминосистемой. Носителями когнитивной информации в данном случае выступают юридические термины, которые, по замечанию Л.Ю. Буяновой, являются «посредниками-медиаторами в процессе специального общения» [2]. В то же время стоит отметить тот существенный факт, что некоторая часть этой терминосистемы является достоянием не только лишь специалистов правовой системы, но доступна также и любому носителю языка, что объясняется более широким распространением подобных понятий, нежели их функционирование в исключительно юридических текстах. Поэтому здесь можно отметить

221

серьезное отличие правовой терминологической лексики от других научных терминоси-стем, заключающееся в большем пересечении юридической лексики с общеупотребительной, что делает ее более доступной массам и расширяет правовой дискурс. По этому поводу исследователь Ч.Дж. Филлмор в свой работе «Об организации семантической информации в словаре» отмечал, что «юридический язык в одних отношениях подобен обычному языку, а в других отличается от него. Его основной словарь можно рассматривать как отдельный языковой слой; одни слова принадлежат этому слою, поскольку они обладают значениями, которые специально определяются для юридических целей, другие - благодаря тому, что существуют только в юридическом словаре, и, наконец, третьи - потому, что специально выбраны для юридического регистра, поскольку привносят в формулировки точность либо придают им официальную торжественность» [3].

В то же время в системе юридических терминов можно отметить такое распределение лексем, которое позволяет им соответствовать тем сферам юридической деятельности, в рамках которых они существуют, т.к. обладают их признаками и закономерностями. Здесь стоит оговорить необходимость разграничения терминосистемы права (как области знаний) и юриспруденции (как науки). По определению С.П. Хижняка, терминами права можно считать такие лексические единицы, которые обозначают элементы юридических норм, определяют дефиниции, которые закрепляются законом. Такие словообразования отличаются устойчивостью в структуре и значении. В то же время в рамках юриспруденции как науки термины создают искусственным путем сами исследователи [4].

Если говорить о правовой системе, можно отметить, что всем юридическим терминам свойственны те же характеристики, которые присущи терминосистемам иных наук. Поэтому можно утверждать, что правовые термины обладают такими свойствами, как наличие определения любого термина, семантическая точность, однозначность в пределах одного семантического поля, стилистическая нейтральность (что означает также отсутствие дополнительной стилистической окраски), но-минативность (в качестве терминов выступают лишь назывные лексические единицы) и системность [5].

В то же время стоит отметить существенный признак, присущий терминам правового дискурса, - это его многозначность. Это явление зачастую приводит к невозможности интерпретировать законодательный текст однозначно и четко, что вызывает трудности у рядового гражданина. Сложности могут возникнуть у лица, не обладающего квалификацией в юридической терминологии, с такими понятиями, как хозяйственное ведение, юридическое лицо, оперативное управление. Во избежание возникновения множественной интерпретации в таких случаях необходима единая верная трактовка термина, закрепленная нормативно.

Так как сам правовой текст многообразен по содержанию, то его смысл может быть проинтерпретирован различными субъектами по-разному. В зависимости от фильтра реципиента (то значение, которое необходимо вопрошающему, те личностные целевые установки, которыми он руководствуется) смысл юридического текста может быть понят абсолютно противоположным образом. К тому же процесс интерпретации утилитарного текста не существует сам по себе, но опосредован иным видом деятельности, который включает в себя процесс восприятия текста лишь в качестве структурного элемента. Поэтому можно сделать вывод о важности интерпретации текста юридической направленности.

Сам по себе процесс интерпретации текста в большей степени зависит от текстового контекста. Проблема контекста в значительной степени оказывает влияние и на интерпретацию текстов правового дискурса. Поэтому можно говорить о многоаспектности интерпретации юридических текстов, а также об особой процедуре, заключающейся в установлении различий текстов различных плоскостей диалога.

Одним из основных приемов анализа юридических текстов служит выстраивание тех условий, в которых создавался сам правовой текст, а также исторических рамок его существования. Таким образом, возникает необходимое условие взаимопонимания участников правового дискурса. Поэтому важным здесь становится лингвистическое понимание, которое объединяет в себе грамматическую, типологическую, стилистическую интерпретации, необходимым условием адекватности которого является владение правилами синтаксиса и семантическими значениями реалий, закрепленных в словаре.

Здесь на первый план выходит такое условие, как аргументация, необходимость которой объясняется тем, что сам юридический текст нуждается в постоянной интерпретации для достижения истины. Это позволяет определять юридический дискурс как аргументативный.

Рассматривая англоязычную терминологию в уголовном праве, целесообразно обратиться к развитию английского права, послужившего источником ряда юридических понятий современной отечественной юриспруденции. Юридический дискурс англоязычной правовой системы в своей основе имеет англосаксонскую традицию, латынь, а также французский язык, свойственный Нормандии - одной из вех развития истории Англии. Поэтому можно говорить о том, что английская правовая термино-система многоязычна. Необходимо отдельно отметить, что ввиду отражения этих эпох на языке английского права восприятие его для людей, не являющихся специалистами данной сферы, затруднено. Тем не менее именно юридический дискурс англоязычного права распространен и служит базой юридических терминосистем целого ряда стран, правовая система которых развивалась на его основе. В то же время, несмотря на единую базу, юридический дискурс различных стран может иметь ряд как одинаковых черт, так и различий, что может приводить к различиям в содержании англоязычных терминов в зависимости от интерпретирующей их государственной системы.

Не являясь единой монолитной системой, правовой дискурс может разниться в своих интерпретациях в зависимости от ситуации коммуникации (письменной, устной), степени официальности и пр.

Также стоит отметить, что юридический английский язык присутствует в ряде различных областей правовой системы. И каждый текст, будь то юридический документ, консультация, заседания суда, обладает собственной термино-системой.

Для юридического дискурса характерно наличие ряда подтипов, которые могут пересекаться в своих проявлениях. Для английской правовой системы Т.В. Ускова в своей работе «О неоднородном характере понятия "английский юридический дискурс"» выделяет такие подтипы, как судебный, дискурс юридических документов, дискурс юридической консульта-

ции [6]. В эту же классификацию ряд авторов склонны добавлять такой вид юридического дискурса, как научный [7]. В то же время судебный дискурс может иметь более подробное деление на дискурс судьи, истца, адвоката, ответчика. Дискурс правовых документов может подразделяться на следующие виды: судебное решение, парламентские акты, постановления, завещания. В рамках дискурса юридической консультации можно выделить два типа дискурсов: «юрист - юрист», «юрист - клиент». В свою очередь, научный дискурс можно разделить на дискурс научных статей и дискурс правовых монографий.

В то же время эти виды дискурсов не могут существовать отдельно, а используются в зависимости от ситуации функционирования.

Для каждой правовой отрасли характерна своя терминологическая система, имеющая собственную семантическую структуру и представляющая иерархически упорядоченное построение. Внутри групп, подсистем и т.д. правовые термины существуют в системе «род -вид» («целое - часть»).

Для терминосистемы правового дискурса характерными явлениями можно считать полисемию и омонимию, грань между которыми не всегда легко провести. В качестве примера здесь можно привести такой термин, как «defense», в семантическом поле которого существует целый ряд значений: защита, оборона; защита (на суде); запрещение; освобождающее от ответственности обстоятельство; возражение по иску; аргументация подсудимого; возражение подсудимого [8]. Также для англоязычной терминосистемы характерно достаточно частое использование синонимов и антонимов, которые встречаются во всех правовых отраслях. Например, если в уголовном праве вина обозначается термином «guilt», то для гражданского права вина обозначается термином «fault».

В целом, стоит отметить тот факт, что для англоязычного юридического дискурса характерно динамическое понимание правового текста, имеющего собственную терминосисте-му, в основе которой лежит ряд исторических особенностей развития, в том числе англосаксонская традиция, нормандский французский язык, а также латынь, заимствованная с основами римского права.

223

1. Попова Л.Е. Юридический дискурс как объект интерпретаций: прагматический и семантический аспект: дис. ... канд. филол. наук. Краснодар, 2005.

2. Буянова Л.Ю. Термин как единица логоса. Краснодар, 2002.

3. Филлмор Ч.Дж. Об организации семантической информации в словаре // Новое в зарубежной лингвистике. М., 1983. Вып. 14. С. 23-60.

4. Хижняк С. П. Формирование и развитие терминологичности в языковой системе: дис.... канд. филол. наук. Саратов, 1998.

5. Васильева Н.В., Подольская Н.В., Супе-ранская А. В. Общая терминология // Вопросы теории. М., 1989.

6. Ускова Т.В. О неоднородном характере понятия «английский юридический дискурс» // Разновидности дискурса и обучение специальным языкам. М., 2001. С. 93-97 (Тр. МГЛУ. Вып. 458).

7. Ступникова Л. В. Сущность и особенности юридического дискурса английского права // Вестн. Моск. гос. лингвистического унта. 2007. Вып. 519.

8. Андрианов С.Н., Берсон А. С., Никифоров А.С. Англо-русский юридический словарь. М., 1998.

1. Popova L.E. Legal discourse as object of interpretations: a pragmatic and semantic aspect: diss.... Master of Philology. Krasnodar, 2005.

2. Buyanova L.Yu. Term as a unit logo. Krasnodar, 2002.

3. Fillmore C.J. On the organization of semantic information in the dictionary // New in foreign linguistics. Moscow, 1983. Iss. 14. P. 23-60.

4. Khizhnyak S.P. Terminology formation and development in the language system: diss. ... Master of Philology. Saratov, 1998.

5. Vasileva N.V., Podolskaya N.V., Superanskaya A.V. Common terminology // Questions of the theory. Moscow, 1989.

6. Uskova T.V. On inhomogeneous nature of the concept of «English legal discourse» // Types of discourse and learning special languages. Moscow, 2001. P. 93-97 (Works of MSLU. Iss. 458).

7. Stupnikova L.V. Essence and peculiarities of the legal discourse of English law // Bull. of Moscow state linguistic university. 2007. Iss. 519.

8. Andrianov S.N., Berson A.S., Nikiforov A.S. Anglo-Russian Law Dictionary. Moscow, 1998.

ИЗДАНИЯ КРАСНОДАРСКОГО УНИВЕРСИТЕТА МВД РОССИИ

£ I Краснодарский университет МВД России

МЕХАНИЗМ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ; ОПЫТ, ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ

Материалы

Всероссийской научно-практической конференции ¡13 мая 2016 г.)

Краснодар 2016

Механизм экономического обеспечения национальной безопасности : опыт, проблемы, перспективы : материалы Всерос. науч.-практ. конф., 13 мая 2016 г / редкол.: А. Б. Цукахин, Н. Н. Калинина, М. В. Бойко, К. В. Быкова, А. А. Черненко, Ю. А. Абросимова. - Краснодар : Краснодарский университет МВД России, 2016. - 120 с.

Представлены доклады и тезисы выступлений участников Всероссийской научно-практической конференции «Механизм экономического обеспечения национальной безопасности: опыт, проблемы, перспективы», состоявшейся в Краснодарском университете МВД России 13 мая 2016 г.

Для профессорско-преподавательского состава, докторантов, адъюнктов, слушателей и курсантов образовательных организаций МВД России и практических работников правоохранительных органов.

224