Исайя Берлин и неогоббсианство: интерпретация публичной рациональности

УДК 1(091)101.2 Грановская Ольга Леонидовна

кандидат философских наук,

доцент Дальневосточного федерального

университета

ИСАЙЯ БЕРЛИН И НЕОГОББСИАНСТВО:

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ

ПУБЛИЧНОЙ РАЦИОНАЛЬНОСТИ

Granovskaya Olga Leonidovna

PhD in Philosophy, Assistant Professor, Far Eastern Federal University

ISAIAH BERLIN AND NEO-HOBBESIANS: INTERPRETATION OF PUBLIC RATIONALITY

Аннотация:

Автор рассматривает И. Берлина в качестве родоначальника «либерализма Постпросвещения», под влиянием идей которого развилось целое новое направление в либеральной мысли. Одна из основных проблем указанного направления - обоснование рационального консенсуса и публичной рациональности в мире этического и гносеологического плюрализма. Центральной дилеммой для современных либеральных морально-политических философов является гоббсианская дилемма коллективной рациональности и частного суждения. В статье подробно излагается теория социальной рациональности и «этического эгоизма» К. Байера. Определяются основные достоинства и недостатки данных концепций.

Ключевые слова:

Исайя Берлин, плюрализм ценностей, персонализм, неогоббсианство, публичная рациональность, либерализм Постпросвещения, социальная рациональность, «этический эгоизм».

Summary:

The author considers I. Berlin as the founder of "Post-Enlightenment liberalism", the ideas of which have influenced the development of the new school in the liberal thought. One of the main problems of this school is how to justify the rational consensus and public rationality in the world of ethical and epistemological pluralism. The central dilemma of contemporary liberal political philosophers is Hobbesian dilemma of collective rationality and private judgment. The article describes in details Kurt Baier's theory of social rationality and "ethical egoism". It identifies the main advantages and disadvantages of these concepts.

Keywords:

Isaiah Berlin, plurality of values, personalism, Neo-Hobbesians, public rationality, Post-Enlightenment liberalism, social rationality, "ethical egoism".

Вся современная англо-американская политическая философия последних лет развивается в тени берлиновского ценностного плюрализма. Одной из основных проблем, вокруг которых «крутится» философия «после плюрализма», является вопрос об обосновании рационального консенсуса и публичной рациональности в мире этического и гносеологического плюрализма. Основной дилеммой морально-политической философии либерализма является гоббсианская дилемма коллективной рациональности и частного суждения. Эту дилемму по-разному пытаются решить многие неогоббсианцы, среди которых Майкл Ридж, Дэвид Готье и Курт Байер.

Родоначальником либерализма Постпросвещения, бесспорно, является И. Берлин. Под влиянием его идей развилось целое новое направление в либеральной мысли, основной чертой которого является интерпретация публичной рациональности в духе Гоббса. Именно философия Гоббса, с точки зрения неогоббсианцев, - ключ к пониманию того, как из столкновения частных интересов возникает политический порядок.

В отличие от представителей теории делиберативной демократии (Ю. Хабермас, Дж. Ролз, Дж. Коэн), которые основываются на кантианском представлении о разуме и субъекте, лишенном социальных оснований, неогоббсианцы разрабатывают теорию социальной рациональности, согласно которой рациональность укоренена в социальности. В этой идее слышатся отголоски берлинского персонализма, который понимает личность как часть общества. Однако, в отличие от Берлина, представители либерализма в духе Гоббса утверждают, что ценностный плюрализм и разногласия разрешимы, поскольку публичное будет выталкивать частное.

Либеральный проект основывается на концепции рациональности эпохи Просвещения, в соответствии с которой познание открывает набор истин, обладающих универсальным авторитетом. Классические либералы считали, что этими принципами будут либеральные принципы. Однако весь ХХ в. универсализм и, соответственно, либерализм как основанная на нем концепция сталкивались с различными вызовами: универсальности, многообразия, свободы [1].

Перед лицом современных вызовов либералы не могут больше верить в идею, что публичная рациональность может разрешить конфликты частных мнений. Если наука и этика - цитадели рациональности - могут быть атакованы, если сам разум признается продуктом культуры и таким образом лишается универсальности, тогда как можно верить в то, что публичная рациональность

ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

играет важную роль в жизни отдельного человека? Все это заставляет думать, что либерализм повержен, поскольку его основной принцип состоит в вере в универсальную рациональность и существование общепризнанных истин, главная из которых - необходимость гарантий индивидуальной свободы.

Современный либерализм часто определяют как либерализм после плюрализма и Просвещения. «Постпросвещенческий либерализм» не отрицает проекта Просвещения; принимая во внимание все современные вызовы, он тем не менее считает, что основной принцип этого проекта верен - разум приведет нас к сохранению свободы. Представители этого направления делают акцент на различных аспектах своей теории, которые отличают ее от либеральной традиции Просвещения. Если защитники Просвещения обращаются к идеям этики Канта, к идее человеческого совершенства Дж.С. Милля, к идеям автономии и даже к наследию Аристотеля, то представители Постпросвещения вдохновляются скорее идеями Т. Гоббса, романтизма, философией Дж. Локка и Ж.-Ж. Руссо.

Байер о социальных корнях рациональности

Курт Байер [2] разрабатывал теорию, согласно которой рациональность - социальный феномен. В одной из своих основных работ «Рациональное и этический порядок. Социальные корни рациональности и нравственности» Байер спорит с распространенной теорией рациональности, согласно которой разум - это индивидуальная способность и характеристика, которая заключается в несенсорной способности схватывания логических отношений. Вместо этой распространенной концепции Байер разрабатывает концепцию, согласно которой рациональность имеет социальную природу.

Рациональность - это общая директива, развитая в том или ином обществе и позволяющая личности достигать определенных целей. С точки зрения Байера, если в ситуациях дилеммы заключенного разум дает общую установку на кооперацию, это означает, что сама рациональность, а не рациональность суверена заставляет выбирать мир и кооперацию.

Отвечая на вопрос, как возможно обосновать мораль и общественность в условиях плюрализма, Байер разрабатывает концепцию «этического эгоизма», согласно которой человек максимизирует свою выгоду, поступая в соответствии с принципами морали и придерживаясь принятых общественно-политических практик. Хотя Берлина можно считать родоначальником современного либерализма, его идеи во многом отличаются от идей его последователей. Например, в отличие от Байера И. Берлин не доверял разуму (И. Бродский считал, что это качество в его характере является русским) и не присоединялся к распространенному в либерализме представлению о человеке как об эгоистичном максимизаторе пользы.

Хотя рациональность, по Байеру, это социальная норма, он подмечает раскол между индивидуальной (укорененной в индивиде) и социальной (укорененной в обществе) рациональностью. Индивидуальная рациональность, согласно Байеру, проявляется четырьмя различными способами: 1) укоренена в некоторых предпочтительных для актора свойствах действия, для которых она ищет мотивы (среди них доводы благоразумия и доводы в пользу любимого человека); 2) не зависит от действий других людей (я могу бежать за уходящим автобусом сам по себе), другими словами, мотивирует человека на поступки, которые он может совершить без помощи других в свою пользу; 3) рациональные мотивы не зависят от мотивов других людей, действующих также в подобных обстоятельствах; 4) рациональные мотивы обычно не подкрепляются и не должны подкрепляться социальными санкциями [3, р. 129].

Байер утверждает, что многие из наших социальных норм укреплены в «Я» таким образом, но не все. Более того, у нас есть и рациональные мотивы, укорененные в нашей социальности. Такие мотивы можно определить при помощи понятия коллективной рациональности МакМаона: рациональные мотивы содержат нормы, согласно которым мы действуем в ситуациях социального взаимодействия, когда выгода одного зависит от действий другого.

В сравнении с представлениями других неогоббсианцев (Д. Готье) о публичной рациональности, укорененная в социальности рациональность Байера не так легко превращается в индивидуальную рациональность, поскольку и социальная, и индивидуальная рациональность сами по себе являются социальными нормами. Если любая рациональность является социальной нормой, то нет необходимости выводить коллективную или публичную рациональность из индивидуальной. Как признает Готье в своем ответе Байеру, отдающие приоритет индивидуальной рациональности теоретики должны исследовать байеровский тезис о социальных корнях рациональности [4, р. 38-57].

Первичность индивидуальной рациональности

Слабое место общего подхода Гоббса и последователей к публичной рациональности заключается в том, что эгоистичные субъекты будут следовать общепринятым нормам только тогда, когда им это выгодно. Таким образом, они отбросят публичную рациональность, как только она

перестанет служить их интересам. Более того, то, что Байер называет доминирующей концепцией рациональности - а именно возможность и способность понимать логические связи - не так легко отбросить. Очевидно, что люди обладают естественной логикой, естественной способностью преобразовывать информацию. Хотя люди часто тренируют свой разум на предоставляемом обществом материале, а наши способности к логическому рассуждению развиваются через социальное взаимодействие, из этого не следует, что люди перестают мыслить самостоятельно. И если их целью является продвижение собственных интересов, то как они могут отказываться от способности к самостоятельному рассуждению в пользу кого-то другого, например в пользу суверена?

Байер утверждает, что пока мы будем понимать рациональность как характеристику врожденных способностей человека, нам будет сложно объяснить, для чего человек отказывается от этих способностей в пользу других. Рациональность не является индивидуальной способностью вычислять нужный путь к благу: она складывается из разделяемых всеми принципов, которые говорят о том, как достичь блага.

Таким образом, социальная концепция рациональности Байера сталкивается с двумя трудностями. Во-первых, непонятно, как рациональность связана с принадлежностью к определенному сообществу. То есть неясно, посредством чего рациональность связана с социальностью. Во-вторых, так же как Гоббс и Готье, Байер признает, что не всякая рациональность является социальной (или публичной), то есть «социально укорененной», следовательно, в любой момент рациональный индивид, разумно отрицая диктат рациональности, может отказаться следовать норме, когда это ему выгодно.

Из рассуждений Гоббса и Готье следует, что частная рациональность доминирует и всегда готова пренебречь социальностью, когда последняя мешает личным интересам. В своей концепции «социализированной рациональности» Байер предлагает другое решение проблемы. Если может быть доказано, что всякая рациональность - социальная рациональность, то у индивидуума нет рациональных причин отвергать «социально укорененную» рациональность в пользу индивидуальной рациональности, и он всегда будет поступать согласно социальной норме. Сама идея рациональности подразумевает наличие социально одобренных норм. Таким образом, дилемму Гоббса можно решить, признав, что многие социально укорененные нормы дают нам указание вступать в кооперацию.

Но существуют два основных аргумента против этой концепции. Во-первых, Байер не доказывает, что любое рассуждение социально укоренено, и поэтому индивид может свободно воспользоваться личностно укорененным рассуждением и игнорировать или отбросить социальную рациональность. Байер пытается показать, что социальная рациональность превосходит индивидуальную. Но если основной аргумент в пользу социальной рациональности состоит в том, что она позволяет решить проблему кооперации и таким образом способствует целям индивидуальной рациональности, то основной рациональностью становится именно рациональность личного интереса. Во-вторых, не совсем понятно, каковы необходимые социальные корни рациональности и почему для того, чтобы быть рациональным, субъекту необходимо быть членом общества.

Итак, можно сделать вывод, что поставленная Гоббсом проблема конфликта выходит за рамки классической философии и обсуждается в неклассической как проблема публичной рациональности.

Ссылки и примечания:

1. Капустин Б.Г. Три рассуждения о либерализме и либерализмах [Электронный ресурс]. URL: http://ecsoc-man.hse.ru/data/203/154/1208/Polis_1994_3_Kapustin.pdf (дата обращения: 10.04.2015).

2. Курт Байер (1917-2010) - современный австралийский философ. Занимался проблемами этики, аксиологии и теории познания. Был знаком с И. Берлиным и его идеями. Докторскую диссертацию защищал в Оксфорде в 1952 г., в то же время там работал Берлин.

3. Baier K. The Rational and the Moral Order. The Social Roots of Reason and Morality. Chicago, 1995.

4. См.: Gauthier D. Individual Reason // Schneewind J.B. Reason, Ethics, and Society. Chicago, 1996. P. 38-57.