Динамика параметров ценностно-интенционального конфликта у курсантов в процессе социально-психологической адаптации к условиям обучения

Психология

УДК 37.0

А.Ф БонАарук*, В. М. Голянич**, В. А. Шаповал***

Динамика параметров ценностно-интенционального конфликта у курсантов в процессе социально-психологической адаптации к условиям обучения

В работе представлены результаты исследования динамики показателей ценностно-интенционального конфликта у курсантов в процессе социально-психологической адаптации к условиям обучения. Приведены данные динамики показателей внутриличностного конфликта в общей выборке и специфика указанной динамики у испытуемых с различными психоэмоциональными состояниями. Обсуждаются взаимосвязи параметров ценностно-интенционального конфликта и показателей социально-психологической адаптации обследованных.

Ключевые слова: мотивационные ценности, ценностная согласованность,

дифференцированность иерархии ценностей, психоэмоциональное состояние, ценностный внутриличностный конфликт, социально-психологическая адаптация.

A.F. Bondaruk*,V.M. Golyanich**, V.A. Shapoval***. The dynamics of parameters of valuation intentional conflict with cadets in the process of social and psychological adaption to the learning environment. The paper contains the results of the study of the dynamics of parameters of valuation intentional conflict with the cadets in the process of social and psychological adaption to the learning environment. It represents the data of dynamics of features of intrapersonal conflict in the general selection and specificity of the mentioned dynamics with the person under test with different psycho-emotional states. The interrelation of parameters of valuation intentional conflict and features of social and psychological adaptation of the persons under study are discussed.

Keywords: motivational values, valuation coherence, differentiation of the values hierarchy, psycho-emotional state, valuation intentional conflict, valuation intrapersonal conflict, social and psychological adaptation.

Современный этап социально-экономических преобразований нашей страны характеризуется масштабными изменениями в различных сферах жизни, включающих и систему образования. Одной из актуальных задач, в теории и практике совершенствования образовательного процесса современных высших учебных заведений, является изучение внешних и внутренних условий оптимизации личностного развития обучаемых. В современной отечественной психологии выполнено большое количество исследований, посвященных различным аспектам личностного развития и профессионального становления специалиста на различных этапах обучения в высших учебных

* Бондарук Александр Феодосьевич, старший преподаватель кафедры управления персоналом Северо-Западного института Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации. E-mail: bondaruk@bk.ru

** Голянич Валерий Михайлович, заведующий кафедрой управления персоналом Северо-Западного института Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, доктор медицинских наук, профессор. E-mail: golyanichvm@mail.ru

*** Шаповал Валентин Анатольевич, доцент кафедры юридической психологии Санкт-Петербургского университета МВД России, кандидат медицинских наук, доцент. E-mail: vash23@mail.ru

* Alexandr F. Bondaruk, the senior lecturer of chair of personnel management of North-West institute of the Russian Presidential academy of national economy and public administration. E-mail: bondaruk@bk.ru

** Valery M. Gоlyanich, the head of a chair of Personnel management of North-West institute of the Russian Presidential Academy of national economy and public administration, md, PhD in medicine, doctor of medical science, professor. E-mail: golyanichvm@mail.ru

*** Valentin A. Shapoval, the associate professor of chair of juridical psychology of Saint-Petersburg Ministry of Internal Affairs university of Russian Federation, candidate of medical science, associate professor. E-mail: vash23@mail.ru

Статья поступила в редакцию 27 февраля 2012 года.

© Бондарук А.Ф., Голянич В.М., Шаповал В.А., 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (53) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (53) 2012

заведениях. Вместе с тем, несмотря на значимость и результативность проведенных исследований, ряд проблем остаются малоизученными. Среди них актуальнейшей представляется проблема влияния ценностно-интенциональных (мотивационных, внутриличностных) противоречий курсантов (студентов, слушателей) на эффективность (динамику, выраженность) процесса их социальнопсихологической адаптации к условиям обучения (профессиональной деятельности).

Рост интереса к изучению измерения ценностей и ценностных ориентаций, рассматриваемых в качестве одного из факторов, обеспечивающих направленность деятельности и детерминирующего профессиональное поведение [14], наметился с начала 60-х годов и был связан с консультированием по вопросам образования и выбора профессии, прогнозированием социального поведения индивидов [1, с. 422-432, 573—574]. В некоторых странах, прежде всего в США, подобные исследования стали неотъемлемой частью жизни общества.

Структурный характер, многоуровневость и многомерность системы ценностных ориентации, как регулятора групповой активности и сплоченности [22], обуславливает возможность реализации целого ряда разноплановых функций, определяющих направленность воли, внимания и интеллекта личности [9. с. 202—203, 18, 21]. Как известно, структура личностных ценностей и мотивов чаще всего обусловлена типом и формами социальных отношений [4,13], особенностями субъектов, характером социальных групп и спецификой профессиональной подготовки [3,14, 26]. По мнению ряда авторов, ценностно-мотивационную составляющую эффективности деятельности следует рассматривать в качестве профессионально важных качеств [30] и детерминант профессионального поведения [14]. Вместе с тем, несоответствие системы личных ценностей ценностям социального и профессионального окружения может служить предпосылкой развития ценностного внутриличностного конфликта [29], который рассматривается в качестве мобилизирующего [5, 34] или демобилизирующего факторов психоэмоциональной сферы [6, 12]. Ценностные противоречия часто детерминируют стрессовые реакции и состояния [31, с. 47—49], негативно влияющие, в свою очередь, на когнитивные возможности личности [20, с. 167—173] и значительно снижающие уровень её профессионального здоровья [16, 23]. К настоящему времени проведен ряд исследований, результаты которых прямо или косвенно подтверждают связь психических расстройств и кризисных состояний личности с особенностями её ценностно-смысловой сферы [2, 5, 10, 15, 28]. При этом валентность эмоциональных состояний рассматривается в качестве референтных показателей адаптированности личности к условиям профессиональной среды [24, 32].

Особую актуальность в настоящее время приобретает проблема изучения ценностных мотивов курсантов образовательных учреждений высшего профессионального образования МВД России, в которых предъявляются повышенные требования к психологическим ресурсам учащихся. Как известно, наиболее сложным для курсантов является первый курс обучения, поскольку на начальном этапе включения в новую социальную среду происходят изменения прежних и формирование новых, релевантных этой среде, моделей поведения. Необходимо заметить, что воинская среда имеет неповторимую, а иногда и крайне неблагоприятную для психики человека, специфику (особая общественная значимость целей и задач воинской деятельности, четкая уставная, правовая регламентация всех сторон воинской жизни и деятельности, относительная обособленность воинских коллективов и др.), что предопределяет потребность в анализе динамики психоэмоциональных состояний и выяснении детерминирующих этот процесс личностных и социальных факторов [17, 25].

Проведённая работа имела целью исследование закономерностей динамики ценностных мотивов и специфики ценностно-интенциональных (внутриличностных) конфликтов у курсантов образовательного учреждения высшего профессионального образования МВД России, в процессе социально-психологической адаптации к условиям обучения.

В исследовании приняли участие 140 курсантов первого курса. Обследование было организовано с учётом периодизации первичной социально-психологической адаптации курсантов к условиям обучения [17, 25] в три этапа: при поступлении (период профессионального отбора), через месяц по окончании начального военного обучения (второй этап — период срочной адаптации) и в конце первого курса обучения (третий этап — период завершения первичной социально-психологической адаптации).

Проведение обследования осуществлялось групповым способом, в дневное время, в аудиторных условиях, с использованием бланковых методик и предварялось стандартной инструкцией.

В эмпирическом исследовании применялись следующие методы обследования:

1. Методика Шварца для изучения ценностей личности, адаптированная и стандартизированная

В.Н. Карандашевым [11];

2. «Оценка психоэмоционального состояния» (СУПОС-8);

3. «Тест нервно-психической адаптации» (НПА) [8];

4. Клинический метод (осмотр психологом и психиатром).

Опросник Шварца предназначен для измерения ранговой значимости каждого из десяти мотивационных типов ценностей («конформность», «традиции», «доброта», «универсализм», «самостоятельность», «стимуляция», «гедонизм», «достижения», «власть» и «безопасность») как на уровне убеждений (нормативных идеалов), так и на уровне поведения (индивидуальных приоритетов). Структурно опросник состоит из двух частей, отличающихся процедурой проведения и диагностическими целями. Первая часть опросника («Обзор ценностей») предназначена для изучения ценностей личности на уровне убеждений (нормативных идеалов), оказывающих наибольшее влияние на личность в целом. В данной части опросника представлено два списка слов, характеризующих

суммарно 57 ценностей, каждая из которых имеет ясную мотивационную цель. Испытуемому предлагается оценить степень важности каждой ценности как «руководящего принципа его жизни» по девятибалльной шкале (от —1 до +7, включая 0). Чем выше балл, тем более важной представляется испытуемому данная ценность. Вторая часть опросника («Профиль личности») направлена на изучение ценностей на уровне индивидуальных приоритетов, наиболее часто проявляющихся в социальном поведении личности. В данной части опросника приводится список из сорока описаний поступков человека, соответствующих одному из десяти типов ценностей. Испытуемый должен оценить, в какой степени каждый описанный человек похож или не похож на него. Используется шкала из пяти позиций: от «очень похож на меня» до «совсем не похож на меня».

При первичной обработке данных по каждой части опросника («Обзор ценностей» и «Профили личности»») вычислялся средний балл для выбранных испытуемым ответов, в соответствии с ключом. Обработка проводилась отдельно для каждого из 10 типов ценностных ориентаций. Величина этого среднего балла по отношению к другим позволяет судить о степени значимости этого типа ценностей для испытуемого, а средние показатели типов ценностей по группам — о соотношении групповой значимости типов ценностей. Ранжирование показателей степени выраженности ценностей позволяет определить индивидуальную и групповую их иерархию, соответствующую тому или иному из 10 типов ценностей, как на уровне нормативных идеалов, так и на уровне индивидуальных приоритетов. Выделенные ценностные типы, определяющие соответствующую «мотивационную тенденцию», могут находиться в отношениях совместимости или противоречия. Исходя из этого, Ш. Шварц и У. Билски эмпирически выделяют следующие дихотомии ценностей: первая ось - открытость изменениям (Openness to change), включающая ценности «самостоятельности» и «стимуляции», в противоположность консерватизму (Conservation), включающему ценности «безопасности», «конформности» и «традиции»; вторая - самовозвышение (Self-Enhancement), включающее ценности «власти» и «достижений», в противоположность самотрансцендентности (Self-Transcendence), включающей «универсализм» и «доброту» [41]. Логика отношений между ценностями выводится авторами из отношений между мотивами поведения и соответствующими им поступками. Каждый тип мотивации имеет цель, руководящую стремлениями человека, которые, в свою очередь, приводят к согласованным или противоречивым действиям. Таким образом, конфликтное или гармоничное сочетание ценностей определяет, в конечном счете, стратегию поведения субъекта.

Исследования зарубежных авторов на эмпирическом материале доказали, что выделенные Ш. Шварцем мотивационные типы ценностей можно разделить на индивидуалистические и коллективистические [36]. К индивидуалистическим мотивационным типам ценностей относятся «самостоятельность», «стимуляция», «гедонизм», «власть» и «достижение», а к коллективистическим ? «конформность», «традиции», «доброта» и «безопасность». Разработанный Ш. Шварцем методический инструмент [37] позволяет не только исследовать различия в ценностях людей, принадлежащих к разным культурам, но и устанавливать сходство в проявлениях базовых ценностей людей в разных странах [43], выявлять связи индивидуальных ценностей личности с ценностями, отражающими субъективное благополучие [39], выбор работы [38], уровень тревожности личности [42], личностные характеристики [37] и поведение человека [35].

Как показывают проведенные исследования, ценности на уровне нормативных идеалов, отражающие представления человека о том, как следует поступать, более постоянны; в отличие от характера динамики ценностей на уровне индивидуальных приоритетов, которые более зависимы от особенностей внешней среды и соотносятся с конкретными поступками человека. Различие показателей по типам ценностей в этих двух частях опросника, характеризующих два уровня функционирования ценностей, отражает ценностное давление социальной среды, которое осуществляется как через социализацию, так и посредством традиций референтной группы. Сопоставление указанных иерархий позволяет оценить степень ценностного конфликта (согласованности). Для расчета этого конструкта нами был использован показатель ценностно-интенциональной согласованности [7] (далее — ПЦС) в виде количественных значений коэффициента ранговой корреляции Спирмена (г), вычисляемых между иерархиями ценностей на уровнях нормативных идеалов и индивидуальных приоритетов у каждого испытуемого. Значения коэффициента, близкие к +1.00, трактуются как высокая степень согласованности нормативных идеалов и индивидуальных приоритетов с соответствующим отражением в поведении испытуемого. Отрицательные значения этого показателя, близкие к — 1,00, свидетельствуют о выраженном противоречии между нормативными идеалами личности и ее поведенческими приоритетами. Значения ПЦС, близкие к нулю, можно интерпретировать как несогласованность этих двух уровней ценностей.

Методика «СУПОС-8» позволяет оценить структуру психических состояний и уровень психической активности, степень астенизации, эмоционального напряжения и самоконтроля человека, проследить динамику этих показателей и оценить мобилизующий эффект какого-либо из факторов. Основная идея методики базируется на многокомпонентности текущего психического состояния человека, в структуре которого в каждый данный момент времени неравнозначно представлены мобилизующие (Р — психическое спокойствие, Е — ощущение силы и энергии, А — стремление к действию и О — импульсивная реактивность) и демобилизующие (N — психическое беспокойство, U — страх, тревога и опасения, D — подавленность и апатия, S — удрученность и вялость) начало единого акта психической деятельности. Процедура исследования сводится к заполнению стандартизованной анкеты. Каждый из компонентов описывается девятью из 72 прилагательных, степень представленности

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (53) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (53) 2012

которых оценивается самим курсантом в баллах (от 0 до 3-х) в данный момент. При анализе использовалась суммарная оценка «сырых» показателей каждого компонента (от 0 до 27 баллов), характеризующих текущее состояние.

В целях определения индивидуального уровня (континуума) нервно-психической адаптации курсантов использовался разработанный в Психоневрологическом научно-исследовательском институте им. В .М. Бехтерева «Тест нервно-психической адаптации» [8]. Согласно концепции данной методики полюсами индивидуального уровня (континуума) нервно-психической адаптации являются психическое здоровье, с одной стороны, и нозологически оформившаяся нервно-психическая патология или состояние предболезни — с другой. Методологической основой теста послужила концептуальная модель предболезненных состояний [27]. Она предназначена для индикации НПА путем установления наличия, времени возникновения и выраженности у индивида 26 суждений — жалоб, выделение которых осуществлено таким образом, чтобы набор был достаточным для отражения «движения» индивида от абсолютной нормы к болезненному состоянию. Процедура исследования включает регистрацию на стандартном бланке наличия или отсутствия конкретной жалобы в настоящий момент или в анамнезе. В случае отсутствия жалобы отметка ставится в графе «нет и никогда не было». В случае наличия жалобы испытуемый ставит отметку в одной из четырех оставшихся граф: «было в прошлом, но сейчас нет» — идентифицируется автором с «преходящей реакцией» (оценивается как 0 баллов); «появилось в последнее время» — с «актуальными реакциями» (оценивается как 1 балл); «есть уже длительное время»— с «состоянием» (оценивается как 2 балла); «есть и всегда было» — с «развитием личности» (оценивается как 3 балла). При анализе использовалась суммарная оценка индекса психической адаптации (от 0 до 78 баллов). Тест прошел экспертную врачебную оценку, проверку на надежность и валидность. Он является достаточно обоснованным инструментом диагностики уровня НПА, отражает количественную сторону процесса адаптации конкретного индивида к конкретным условиям деятельности.

Клиническая оценка психосоматического состояния испытуемых при поступлении в военный институт осуществлялась в период проведения военно-врачебной экспертизы и профессионального отбора. На последующих этапах исследования курсанты осмотрены психологом и психиатром (клиническое собеседование, а при необходимости — медицинское обследование).

Результаты исследования были сгруппированы в матрицу данных, которая подвергалась математико-статистической обработке с помощью пакета прикладных программ 8Р88 13.0 [19]. Для обработки, анализа и описания полученных данных применялись: методы корреляционного (коэффициент корреляции Спирмена), факторного (метод главных компонент с Уапшах—вращением и нормализацией Кайзера) анализа, непараметрические критерии для независимых выборок Манна-Уитни (Ц-критерий) и для зависимых выборок Вилкоксона (Т-критерий), а также X2- Фридмана.

При обработке и оценке эмпирических данных нами использовался номотетический подход, направленный на выявление основных закономерностей в рамках изучаемой проблемы. Первичный анализ результатов исследования (табл.1) включал изучение показателей структуры ценностей респондентов на всех этапах обследования.

Таблица I

Ценности (на уровне нормативных идеалов и индивидуальных приоритетов) и значениями ПЦС у испытуемых на различных этапах обучения

Ценностно- мотивационные При поступлении

типы НИ ИП НИ ИП НИ ИП

Конформность 3, 4

Традиции 6, 8

Доброта з, 7

Универсализм 6, 0

Самостоятельность 6, 3

Стимуляция 6, 9

Г едонизм 7, 1

Достижения з, 4

Власть 7, 3

Безопасность 3, 0

ПЦС, у.е. 0,48 ± 0,27 0,32 ± 0,37 0,42 ± 0,32

Примечание. 1) *** — р<0.001:о сравнению с данными первого этапа исследования;+ — р<0.05 по сравнению с вторым этапом исследования. 2) Здесь п в таблицах 4 н 5: указаны средние значения рангов ценностей в группах; в скобках - усредненные ранги иерархии; НИ — ценности на уровне нормативных идеалов; ИП — ценности на уровне индивидуальных приоритетов;

Сопоставление иерархии ценностей на уровне нормативных идеалов показало, что в ценностномотивационной сфере у испытуемых на всех этапах обследования доминируют ценности «безопасность», «конформность» и «достижения», содержание которых предполагает защиту порядка, стабильности и поддержание гармоничных отношений с другими людьми для получения социального одобрения посредством проявления компетентности, исходя из признанных стандартов. Наименее значимые ценностно-мотивационные типы на уровне нормативных идеалов: при поступлении — «власть», «гедонизм» и «стимуляция»; на втором этапе — «стимуляция», «традиции» и «власть»; на третьем — «стимуляция», «традиции» и «универсализм». На уровне индивидуальных приоритетов доминирующими ценностно-мотивационными типами при поступлении являются «безопасность», «конформность» и «доброта», на втором этапе «достижения», «безопасность» и «конформность», на третьем — «достижения», «безопасность» и «самостоятельность».

Изменение иерархии ценностей обуславливает динамику изменений в структуре их взаимоотношений, сформированных по биполярным осям измерения. При поступлении, на уровнях нормативных идеалов и индивидуальных приоритетов, в среднем по выборке доминируют ценности, сгруппированные по осям «Консерватизм» и «Самотрансцендентность». На втором этапе исследования выявляются изменения в структуре ценностей на уровне индивидуальных приоритетов, где доминируют ценности, сгруппированные по осям «Консерватизм» и «Самотрансцендентность». На третьем этапе отмечается явное противоречие ценностей, характеризуемое доминированием ценностей на уровне нормативных идеалов, сгруппированные по осям «Консерватизм» и «Самовозвышение», а на уровне индивидуальных приоритетов - по осям «Открытость изменениям» и «Самотрансцендентность».

Последующий анализ полученных данных включал количественную оценку различий ценностно-интенциональных показателей, отражающих давление социальной среды. С этой целью рассчитывался показатель ценностно-интенциональной согласованности (ПЦС) на всех этапах исследования [7] и определялись ценности, обуславливающие изменения данного показателя. При оценке динамики ПЦС установлено его снижение (р<0,001 по Т-критерию Вилкоксона) в течение первого месяца обучения и последующее повышение (р<0,05 по Т-критерию Вилкоксона) к окончанию первого курса обучения, при отсутствии достоверных различий между показателями в период поступления и по окончании первого курса. Установленные изменения позволяют предположить наличие взаимосвязи между фактом рассогласованности ценностей и процессами трансформации ценностной структуры в период «срочной адаптации» курсантов к условиям обучения.

Анализ согласованности по каждому типу ценностей на уровне нормативных идеалов по отношению к ценностям на уровне индивидуальных приоритетов показал достаточно устойчивую согласованность наименее актуальных ценностей «власть», «гедонизм», «традиции» и значимую (р<0,01 по Т-критерию Вилкоксона) рассогласованность ценностей «универсализм», «самостоятельность» и «стимуляция» на всех этапах обследования, а также ценностей «конформность» и «безопасность» на втором и третьем этапах обследования. При этом обращает внимание характер динамики изменений согласованности ценностей «доброта» и «достижения». В первом случае рассогласованность ценности «доброта» выявляется только на этапе «срочной адаптации» за счёт снижения значимости данной ценности на уровне индивидуальных приоритетов. Эти изменения, по всей видимости, связаны с характером реагирования респондентов на условия учебной деятельности на начальном этапе обучения, когда жёстко регламентированные взаимоотношения в воинском коллективе не предполагают проявления доброжелательности в социальном поведении. Во втором случае, когда рассогласование ценности «достижения» выявляется только при поступлении, отмечается согласованность данной ценности на последующих этапах обучения за счёт повышения её значимости на уровне индивидуальных приоритетов. Анализируемая тенденция характеризует стремление респондентов к личному успеху через проявление компетентности в соответствии с социальными стандартами.

Таким образом, анализ результатов исследования позволил установить, что в период первичного этапа социально-психологической адаптации у курсантов отмечаются изменения в ценностномотивационной сфере, детерминирующие ценностную рассогласованность на уровне убеждений и социального поведения, характеризующего степень соответствия поведенческой реализации нормативных идеалов, убеждений и мировоззренческих принципов. Данное обстоятельство можно рассматривать в качестве одной из предпосылок развития ценностного внутриличностного конфликта [12, 29], предполагающего необходимость выбора между равно привлекательными или равно непривлекательными альтернативами и при определённых условиях проявляющегося на поведенческом, когнитивном и эмоциональном уровнях [33, с. 105—114].

Последующее исследование включало анализ результатов, полученных с помощью методик «Нервно-психическая адаптация» (НПА) и «Оценка психоэмоционального состояния» (СУПОС-8), позволяющих оценить интегральный уровень психоэмоционального состояния респондентов. С этой целью проверенные на валидность и надёжность данные тестов НПА и СУПОС-8, полученные на втором и третьем этапах обследования, были подвергнуты факторному анализу методом главных компонент с последующим Уапшах-вращением и нормализацией Кайзера, с предварительной оценкой на выборочную адекватность применения факторного анализа и многомерную нормальность для распределения переменных. Критерий адекватности выборки Кайзера-Мейера-Олкина, характеризующий степень применимости факторного анализа к данной выборке (КМО) в первом случае равен 0,865 (во втором — 0,868), что свидетельствует о высокой адекватности применения факторного анализа в обоих случаях. О приемлемости проведения факторного анализа свидетельствует

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России №9 1 (53) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (53) 2012

также и критерий сферичности Барлетта, равный в первом случае — 1001,9 (р<0,000) и во втором — 1058,8 (р<0,000). По результатам факторизации общей выборки, как на первом, так и на втором этапе исследования, были выявлены два фактора, объясняющие 78,8 % общей дисперсии в первом случае и 80,7 % — во втором (табл. 2).

Содержательный анализ включенных в факторы показателей позволил определить первый фактор как «Психическая дезадаптация», а второй как «Активность».

Корреляционный анализ с расчетом коэффициента Спирмена показал наличие положительных связей (р<0,000) как по каждому компоненту факторов (табл. 3), так и между интегральными значениями факторов «Психическая дезадаптация» (г = 0,54) и «Активность» (г = 0,62).

Таблица 2

Факторная структура показателей методик «Нервно-психическая адаптация» и «Оценка психоэмоционального состояния на втором и третьем этапах исследования

Показатели Через месяц

1 фактор

Р - психическое спокойствие 0,749 0,543

Е - ощущение силы и энергии 0,835 0,625

А - стремление к действию 0,897 0,907

0 - импульсивная реактивность 0,848 0,849

N - психическое беспокойство 0,908 0,712

и - страх, тревога, опасения 0,872 0,901

Б - подавленность, апатия 0,782 0,877

Б -удрученность, вялость 0,783 0,922

Суммарный индекс НПА 0,687 0,933

Примечание: * - процент дисперсии по фактору

Таблица 3

Факторная структура показателей методик «Нервно-психическая адаптация» и «Оценка психоэмоционального состояния» на втором и третьем этапах исследования

Через месяц (второй этап) (п =140) Через год (третий этап) (п = 140) Корреляция

Р - психическое спокойствие 16,6 ±4,8 14,6 ±4,8 р< 0.0001

Е - ощущение силы и энергии 17,0 ±5,2 14,9 ±5,2 р< 0.0001

А - стремление к действию 12,5 ±3,4 11,4 ±3,6 р< 0.0001

0 - импульсивная реактивность 4,9 ±3,5 6,8 ±4,1 р< 0.0001

N - психическое беспокойство 5,6 ±4,3 7,3 ±4,9 р< 0.0001

и - страх, тревога, опасения 3,7 ±3,4 5,3 ±4,6 р< 0.0001

Б - подавленность, апатия 5,5 ±4,7 7,4 ±5,8 р< 0.0001

Суммарный индекс НПА 9,7 ±8,7 15,4 ± 13,0 р< 0.0001

По результатам регрессионного анализа достоверно (р<0,000) установлена линейная зависимость и построены модели изменения факторов «Психическая дезадаптация» (Х1) и «Активность» (Х2): Х1=0,517*Б1+0,739; Х2 = 0,610 * Б2 +0,632, где: Б1 — значение фактора «Психическая дезадаптация» на втором этапе исследования; Б2 — значение фактора «Активность» на втором этапе исследования. С учётом характера динамики изучаемых показателей, нами, в качестве внешнего критерия для анализа ценностной структуры, использованы значения факторов, полученных на третьем этапе исследования. Методом квартального разбиения показатели каждого из факторов были условно разделены на группы. В исследуемой выборке «размах» по фактору «Психическая дезадаптация» находился в интервале от — 1,652 до +3,203, межквартильный размах составил от — 0,779 до 0,631. Весь полученный диапазон значений нами был условно разделен на три уровня: низкие значения (Б < — 0,779), средние значения (— 0,779< Б < 0,631) и высокие значения (Б > 0,631). В соответствии с этими уровнями значений испытуемые были разделены на три группы: в первую группу вошли лица, у которых был диагностирован низкий уровень психической дезадаптации, во вторую группу — средний и в третью — высокий. Показатели по фактору «Активность» находятся в интервале от — 2,373 до +2,398, а межквартильный размах составил от — 0,639 до 0,667. Соответственно условно выделены уровни низких (Р? < — 0,639),

средних (— 0,639 <И2 < 0,667) и высоких (Р2>0,667) значений фактора. В первую группу по фактору вошли испытуемые, у которых был установлен высокий уровень активности, во вторую группу — средний и в третью — низкий.

У лиц выделенных групп по каждому из факторов был проведён анализ динамики показателей ПТ ТС. Установлено, что динамика значений ПТ ТС у обследованных с различной выраженностью фактора «Активность» (рис. 1), а также у лиц из первой и второй групп фактора «Психическая дезадаптация» (рис. 2) фактически не отличается от таковой в общей выборке и характеризуется значимым его снижением (р<0,01) в течение первого месяца обучения с последующим повышением (р<0,05) к окончанию первого куса обучения (см. табл. 1). Наряду с этим, у респондентов третьей группы по фактору «Психическая дезадаптация» отмечается только значимое (р<0,01) снижение значений ПЦС в течение первого месяца обучения без последующей достоверной динамики показателя.

На основе результатов проведённого иследования можно предположить, что устойчивая рассогласованность мотивационных ценностей нормативных идеалов и индивидуальных приоритетов взаимосвязана с проявлениями психической дезадаптации в условиях обучения в военно-учебном заведении.

0,60

0,55

0,50

0,45

0,40

0,35

0,30

0,25

V

\\ А

\

\ ч > У г/ ш ' /

'У/ /

4 / Ъ

0,60 -і 0,55 -0,50 -0,45 -0,40 0,35 -0,30 -0,25

\

лл /

* Ч л/

А В

а(ві

і уровень психическои

группа (і активности) группа (средний уровень психической

активности;

3 группа

Среняяпо выборке

Рис. 1. Динамика степени ценностно-интенциональной согласованности по группам фактора «Активность» на различных этапах обучения

— 1^ 1 группа (низкий уровень

псих иче ско й д ез ад а пт а ции)

*2 группа (среднии уровень

псих иче ско й д ез а^ а пт а ции)

* • 3 группа (высокии уровень псих иче ской д ез а д апт ации) Среняяпо выборке

Рис. 2. Динамика степени ценностно-интенцио-нальной согласованности по группам фактора «Психическая дезадаптация» на различных этапах обучения

Примечание:

А — результаты исследования при поступлении.

В — результаты исследования второго этапа.

С — результаты исследования третьего этапа.

Последующий анализ результатов исследования включал изучение средневыборочных показателей структуры ценностей респондентов полярных групп, выделенных по фактору «Психическая дезадаптация» (таблицы 4 и 5). При анализе динамики структуры ценностей у обследуемых обеих групп необходимо отметить как общие, так и специфические особенности. К числу общих тенденций следует отнести факт доминирования на уровне нормативных идеалов ценностей «безопасность» и «конформность», относящихся к оси ценностей «Консерватизм» и характеризующих индивидуальные и групповые потребности в стабильности, безопасности, гармоничных отношениях и подавлении социально-разрушительных наклонностей. Следующей общей особенностью является однонаправленная динамика изменений ценностей у респондентов обеих групп на уровне индивидуальных приоритетов. При поступлении в ВВУЗ у испытуемых ценности сгруппированы по оси «Консерватизм», а в последующем (на втором и третьем этапах исследования) — «Открытость изменениям». Указанные тенденции обусловлены значимым (р<0,01) рассогласованием ценностей «самостоятельность», «стимуляция» и «конформность» нормативных идеалов и индивидуальных приоритетов по оси «Консерватизм» — «Открытость изменениям». Данная оппозиция характеризует противоречие между потребностями респондентов групп в гармоничных отношениях и их стремлении к автономности и активности в социальном поведении.

Характеризуя специфику изменений в иерархии ценностей полярных групп, следует отметить разнонаправленность динамики показателей по оси «Самовозвышение» — «Самотрансцендентность». У респондентов полярных групп при поступлении в вуз на обоих уровнях (нормативных идеалов и индивидуальных приоритетов) доминируют ценности оси «Самотрансцендентность». В процессе адаптации к средовым условиям обучения согласованные изменения на обоих уровнях иерархии ценностей по этой оси отмечается только у респондентов с низким уровнем психической дезадаптации. Эти изменения характеризуются доминированием ценностей оси «Самовозвышение» на втором и третьем этапах обследования за счёт снижения приоритетности ценности «универсализм» и повышения значимости ценности «власть» на уровне нормативных идеалов, а также — соответственно снижение

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (53) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России N 1 (53) 2012

приоритетности ценности «универсализм» и «доброта» при повышении значимости ценности «достижение» на уровне индивидуальных приоритетов. Данные изменения указывают на устремления респондентов к удовлетворению лидерских потребностей за счёт достижения личного успеха в рамках разделяемых стандартов.

Таблица 4

Ценности и значениями ПЦС у испытуемых первой группы по фактору «Психическая дезадаптация» на различных этапах обучения

Ценностно- мотивационные типы При поступлении

НИ ип НИ ИП НИ ИП

Конформность 1 <» 3,8

Традиции \

Доброта 3- <4> 4Д

Универсализм 5- «> 4,6

Самостоятельность г- <*> 5,3

Стимуляция 1- <9) 6,3 (8) ] (Ю) «*• ? (8) (7,

Г едонизм 67

Достижения 9

Власть 9

Безопасность * В) ЗД

ПЦС, у.е. 0,44 ± 0,27 0,33 ± 0,37 0,40 ± 0,24

Таблица 5

Ценности и значениями ПЦС у испытуемых третьей группы по фактору «Психическая дезадаптация» на различных этапах обучения

Ценностно- мотивационные При поступлении

типы НИ ИП НИ ИП НИ ИП

Конформность 3, 1

Традиции 6, 7

Доброта 3, 8

Универсализм 5, 7

Самостоятельность 6, 5

Стимуляция 6, 7

Г едонизм 7, 8

Достижения 3, 3

Власть 7, 4

Безопасность 2, 8

ПЦС, у.е. 0,54 ± 0,24 0,32 ± 0,29 0,35 ± 0,21

Примечание: См. табл. 1

Сопоставление уровней иерархии ценностей полярных групп позволило выявить различия (р<0,01) по ценностно-мотивационным типу «власть» на уровне нормативных идеалов по окончанию первого курса обучения и ценностей «доброта», «универсализм» и «достижения» на уровне индивидуальных приоритетов в течение периода «срочной адаптации». При этом в отличие от респондентов первой группы, у лиц с высокой степенью выраженности психической дезадаптации на уровне нормативных идеалов преобладают ценности оси «Самотрансцендентность» на первых двух этапах исследования и ценности оси «Самовозвышение» — на третьем. На уровне индивидуальных приоритетов среди лиц анализируемой группы преобладают ценности оси «Самотрансцендентность» в течение всех этапов исследования. Согласно динамической модели отношений между типами ценностей, предложенной Шварцем, указанные изменения свидетельствуют о формировании у лиц с высоким уровнем психической дезадаптации внутренних противоречий, характеризующихся оппозицией между необходимостью удовлетворения потребности в достижении личного успеха с целью получения социального одобрения и стремлением к аффилиации и позитивному взаимодействию.

Представленные в настоящей публикации материалы исследования позволяют сделать несколько выводов:

1. У курсантов образовательного учреждения высшего профессионального образования МВД России доминирующими мотивационными ценностями в системе их иерархии являются ценности «безопасность», «конформность» и «достижение». Содержание этих ценностей предполагает защиту порядка, стабильности и поддержание гармоничных отношений с другими людьми для получения социального одобрения посредством проявления компетентности, исходя из признанных стандартов.

2. На начальном этапе (в течение первого месяца) социально-психологической адаптации к условиям обучения, изменения ценностно-мотивационной сферы курсантов характеризуются рассогласованием поведенческой реализации нормативных идеалов и мировоззренческих принципов личности. В течение первого года обучения выраженность ценностно-интенциональной рассогласованности у большинства курсантов уменьшается, достигая уровня, регистрируемого при поступлении в вуз.

3. Наиболее выраженная рассогласованность между нормативными идеалами и индивидуальными приоритетами отмечается у курсантов с максимальными проявлениями психической дезадаптации. У этой категории обследованных выраженное ценностно-интенциональное рассогласование, отмечаемое на начальном этапе адаптации к условиям вуза, сохраняется в течение первого года обучения. Этот факт можно расценивать как проявление неблагоприятной роли механизма ценностно-интенциональной рассогласованности личности в формировании признаков психической дезадаптации курсантов.

4. Лицам с высоким уровнем психической дезадаптации присущи внутренние ценностномотивационные противоречия, проявляющиеся в виде оппозиции между необходимостью удовлетворения потребности в достижении личного успеха с целью получения социального одобрения и стремлением к аффилиации и позитивному взаимодействию.

5. Для лиц с отсутствием признаков психической дезадаптации характерны устремления к удовлетворению лидерских потребностей за счёт достижения личного успеха в рамках разделяемых стандартов.

Список литературы

1. Анастази, А., Урбина, С. Психологическое тестирование. - 7 изд. — СПб.: Питер, 2006. — 688 с.

2. Анцыферова, Ё. М. Психология повседневности: жизненный мир личности и «техники» ее бытия // Психологический журнал. — 1993. — № 2. — С. 3—16.

3. Бондарук, А. Ф. Сравнительный анализ ценностно-мотивационных ориентиров студентов и курсантов в период обучения / / Проблемы духовно-нравственного воспитания, развития, благополучия и профессионального становления человека в современном российском обществе, - Волгоград — М.: ООО «Планета», 2011. - С. 113-118.

4. Бубнова, С. С. Ценностные ориентации личности как многомерная нелинейная система // Психол. журн. — 1999. — № 5. — С.38-44.

5. Василюк, Ф. Е. Психология переживаний. — М.: Изд-во Московского ун-та, 1984. — 200 с.

6. Василюк, Ф. Е. Жизненный мир и кризис: типологический анализ критических ситуаций// Психологический журнал. — 1995. — Т.16. — № 3. С.90—101.

7. Толянич, В. М., Тулупъева, Т. В., Шаповал, В. А. Новые подходы к оценке степени ценностного единства личности // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. — 2009. — № 3 (43).

— С.198—206.

8. Турвич, М. Н. Тест нервно-психической адаптации / И. Н. Гурвич // Вестник гипнологии и психотерапии. — 1992. — № 3. С. 46—53.

9. Здравомыслов, А. Т. Потребности, интересы, ценности. — М.: Политиздат, 1986. — 222 с.

10. Зейгарник, Б. В., Братусъ, Б. С. Очерки по психологии аномального развития личности. — М.: Изд-во МГУ, М.: Изд-во Моск. гос. ун-та, 1980. — 157 с.

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (53) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (53) 2012

11. Карандашев, В. Н. Методика Шварца для изучения ценностей личности: концепция и методическое руководство. — СПб.: Речь, 2004. — 70 с.

12. Киселева, Л. В. Внутренний ценностный конфликт как фактор агрессивности поведения в юношеском возрасте // Психол. в вузе. — 2006. — № 4. — С. 16—22.

13. Климов, Е. Л. Общечеловеческие ценности глазами психолога — профессиоведа // Психологический журнал. — 1993. — Т.24. — № 4. — С. 130—136.

14. Краснорядцева, О. М. Ценностная детерминация профессионального поведения педагогов // Сибирский психологический журнал. — Томск, 1998. — № 7. — С. 25—29.

15. Магомед-Эминов, М. Ш. Личность и экстремальная жизненная ситуация // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. — 1996. — № 4. — С. 26—35.

16. Маклаков, Л. Г. Основы психологического обеспечения профессионального здоровья военнослужащих : дис... д-ра. псих. наук, — СПб., 1996. — 393 с.

17. Мотолыцкий, В. Л. Управление процессами адаптации курсантов к воинской службе : дис... канд. соц. наук. - М.: 2000. - 181 с.

18. Надирашвили, Ш. Л. Установка и деятельность. — Тбилиси, 1987. — 361 с.

19. Насяедов, Л. Д. Математические методы психологического исследования: Анализ и интерпретация данных: Учебное пособие. — СПб.: Речь, 2004. — 392 с.

20. Никифоров, Г. С. Психология здоровья. Учебное пособие. — СПб.: Речь, 2002. — 256 с.

21. Ольшанский, В. Б. Личность и социальные ценности // Социология в СССР. — М., 1965. — Т.2. — С. 471—511.

22. "Петровский,Л. В. Вопросы истории и теории психологии: Избранные труды. — М.: Педагогика, 1984. — 272 с.

23. Пономаренко, В. Л. Психология жизни и труда летчика. — М.: Воениздат, 1992. — 224 с.

24. Пэйн, Р., Купер, К. Эмоции и работа. Теории, исследования и методы применения / пер. с англ. — X.: Изд-во «Гуманитарный центр», 2008. — 544 с.

25. Ревков, И. В. Разработка методики комплексной диагностики процесса адаптации курсантов военного вуза к профессионально-служебной деятельности в условиях педагогического сопровождения // Образование и общество. — 2010. — № 4. — С. 45—49.

26. Рогов, М. Г. Ценности и мотивы личности в системе непрерывного профессионального образования: дис. д-ра психол. наук. — Казань, 1999. — 347 с.

27. Семичов, С. Б. Группировка состояний психического здоровь // Предболезнь и факторы повышенного риска в психоневрологии. — Л., 1986. С. 8—17.

28. Серый, Л. В. Психологические механизмы функционирования системы личностных смыслов.

— Кемерово: Кузбассвузиздат, 2002. — 183 с.

29. Фанталова, Е. Б. Об одном методическом подходе к исследованию мотивации и внутренних конфликтов // Психологический журнал. — 1992. — Т. 13. — № 1. С. 107—117.

30. Ценности в кризисном социуме (заседание «круглого стола» в Институте психологии АН СССР) // Психологический журнал. — 1991. — Т. 22. — № 6. — С. 154—167.

31. Цукерман, Г. Л., Мастеров, Б. М. Психология саморазвития. — М.: Интер-пракс, 1995. — 287 с.

32. Шапкин, С. Л., Дикая, Л. Г. Деятельность в особых условиях: компонентный анализ структуры и стратегии адаптации // Психологический журнал. — 1996. — Т. 17. — № 1. — С. 19—34.

33. Шпунтова, В. В. Способы разрешения внутриличностного ценностного конфликта // Юбилейные чтения, посвященные 120-летию со дня рождения А.С. Макаренко (8 февраля 2008 г.): сб. научных трудов. — Самара: Самарский юридический институт ФСИН России, 2008. — 240 с.

34. Яницкий, М. С. Ценностные ориентации личности как динамическая система. — Кемерово, 2000. — 180 с.

35. Bardi, Л. (2003). Values and behavior: Strength and structure of relations A.Bardi, S.H.Schwartz. Personality and Social Psychology Bulletin, 29 (10). pp. 1207—1220.

36. Oishi, S., Schimmack, U., Diener, E., &Suh, E. M. (1998). The measurement of values and individualism-collectivism. Personality and Social Psychology Bulletin, 24, рр.1177—1189.

37. Roccas, S. (2002). The Big Five personality factors and personal values S.Roccas, L.Sagiv, S.H.Schwartz, A.Knafo. Personality and Social Psychology Bulletin, 28. pp. 789—201.

38. Ros, M. (1999). Basic Individual values, work values, and the meaning of work M.Ros, S.H.Schwartz, S.Surkiss. Applied Psychology: An International Review, 48. pp. 49—71.

39. Sagiv, L. (2000). Value priorities and subjective well-being: Direct relations and congruity effects L.Sagiv, S.H.Schwartz. European Journal of Social Psychology, 30. pp. 177—198.

40. Schwartz, S. H. (1987). Towards a psychological structure of human values S.H. Schwartz, W Bilsky. Journal of Personality and Social Psycology, 53, pp. 550—562.

41. Schwartz, S. H. (1994). Are there universal aspects in the content and structure of values? // Journal of Social Issues, 50, pp 19—45

42. Schwartz, S. H. (2000) Worries and values S.H. Schwartz, L. Sagiv, K. Boehnke. Journal of Personality, 68. pp. 309—346.

43. Schwartz, S. H. (2001). Value hierarchies across cultures: Taking a similarities perspective S.H. Schwartz, A. Bardi. Journal of Cross Cultural Psychology, 32. pp. 268—290.