Формообразующие возможности воды в дизайне средовых объектов

По-разному оба спектакля были восприняты прессой. Если ленинградские музыкальные критики в своих отзывах на спектакль, как правило, приветствовали Кшенека-бунтаря и новатора (во многом его революционный образ был создан ими самими), то москвичи восприняли сочинение не без иронического холодка. Вероятно, сказались здесь и те изменения идеологических и эстетических установок, которые несло время: дистанция между еще не лишенным карнавальности и тяготения к эксперименту 1927-м и годом «великого перелома» и насильственной коллективизации, 1929-м - была огромна.

Художественный принцип Немировича, связанный с тем, что опера может быть прочувствована, понята и пережита так же глубоко, как драматическая пьеса, в случае с «Джонни» натолкнулся на новый, не освоенный прежде характер драматургии. Это стало серьезной проблемой: подробная разработка психологического подтекста роли не давала убедительных результатов. В противовес этому, сценографию спектакля, по словам прессы того времени, отличала динамика и занимательность, блестящая техника. Контрастом к психологизму и драматизму режиссерской трактовки стали и танцевальные сцены, осуществленные хореографом Н.А. Глан в духе свойственного ей западного урбанизма и «танцевальной типизации».

Постановщики сознательно пытались «преодолеть» избранное сочинение. Спектакль «взрывал» оперу: «Вместо иронии, насмешки, с какой только единственно и мог быть у нас трактован «Джонни» " постановщик придал спектаклю чуть ли не трагическую символичность, " писал М. Гринберг," он осерьезнил, омонументалил «Джонни» [4]. В результате спектакль потерял динамику, «осел», спасал ситуацию лишь третий акт с его калейдоскопом быстрых смен и «ритмом авантюрной кинофильмы». И все же, по мнению критика, главной ценностью спектакля было содержащееся в нем «зерно нового оперного стиля».

Рецензент центральной газеты «Известия», выражавшей мнение идеологического руководства - С. Чемоданов, констатировал: «Типичное для современной Европы произведение! Блестящая по мастерству музыка и самые "левые" звучания прикрывают упадочническую лирику; опера перенасыщена бесконечными "шимми" и "троттами". Молодой, талантливый Кше-нек хорошо чувствует Запад сегодняшнего дня с противоестественной помесью романтизма и реализма ... Опера Кшенека написана на потребу мелкого буржуа» [5]. Особенно раздражал критика свойственный Кшенеку открытый и даже декларативный отказ от всяческой идеологии. Композитор с его апологией игры и чистого искусства, творчества ради творчества - категорически не вписывался в сужающиеся рамки советской художественной идеологии.

Библиографический список

Несходство московского и ленинградского спектаклей определили различия в манере актерского исполнения. У Немировича на сцене были тщательно, реалистически подробно выписанные характеры. У Смолича в Ленинграде - парадоксальные, убедительные в своей заостренной шаржевости типы. В версии Немировича западная опера преподносилась зрителю в режиссерской «рамке», через призму критического восприятия. Подход ленинградцев был гораздо ближе к современным ему спектаклям В.Э.Мейерхольда: гротескные преувеличения, урбанистический размах, блестящая эксцентрика актеров становились важнейшими элементами сценической образности.

Последним спектаклем, поставленным в театре по произведению современного западноевропейского автора, был «Тиль Уленшпигель» М. Лотара. Дирижером постановки стал Г. Столяров, художником - И. Рабинович, активно сотрудничавший с театром еще со времен «Лизистраты». Московская премьера состоялась 26 февраля 1931 года. Стремясь передать мощь народного юмора и масштаб «Бельгийской Библии», театр прибег к переделке либретто Х. Кенигсгартена, поручив ее П.Г. Антокольскому. Результатом стало сочинение, где музыка была явно слабее текста. Пытаясь спасти спектакль, Л.В. Баратов (работавший над спектаклем совместно с Б. Мордвиновым) создал ритмическую партитуру сценического движения. Очевидно, что пластическое и музыкальное исполнение образовывали сложный контрапункт: «отдельные эпизоды разыгрывались впереди оркестра, демонстрируя музыкальность актеров, способных петь, не видя дирижера» [2, с. 136].

Немирович-Данченко продолжал в этих спектаклях развивать характерные для своего метода работы с певцами приемы, главными среди которых были борьба с аффектированным пением, поиск сосредоточенности, естественности движений, скупого и выразительного жеста, точной интонации, соответствующей логике образа. В этих спектаклях проявились и выросли актеры, воспитанные по методике Немировича-Данченко, в том числе столь крупные мастера, как Н.Ф. Кемарская, А.П. Тулубь-ева, В.А. Канделаки.

Существенно, что Немирович-Данченко, говоря о создании нового советского музыкально-сценического произведения, умышленно не называл его оперой. Режиссер драматического театра, обращаясь к жанрам театра музыкального, искал новые сочетания средств художественной выразительности, новые формы сценического синтеза. И, несомненно, этот поиск был сонаправлен современным ему мировым течениям и связан с обменом творческими идеями и импульсами с другими советскими и западными художниками.

1. Марков, П.А. Вл. И. Немирович-Данченко и музыкальный театр его имени. - М., 1936.

2. «Джонни». Программа спектакля. 1929. Государственный центральный музей театрального искусства им. А.А. Бахрушина. Отдел афиш.

3. Марков, П.А. Режиссура Вл. И. Немировича-Данченко в музыкальном театре. " М., 1960.

4. Гринберг, М. «Джонни» / В Музыкальном театре им. Немировича-Данченко // Вечерняя Москва. "1929. " 22 мая.

5. Чемоданов, С. «Джонни» / Музыкальный театр им. Немировича-Данченко // Известия. " 1929. " 22 мая.

Bibliography

1. Markov, P.A. Vl. I. Nemirovich-Danchenko i muzihkaljnihyj teatr ego imeni. - M., 1936.

2. «Dzhonni». Programma spektaklya. 1929. Gosudarstvennihyj centraljnihyj muzeyj teatraljnogo iskusstva im. A.A. Bakhrushina. Otdel afish.

3. Markov, P.A. Rezhissura Vl. I. Nemirovicha-Danchenko v muzihkaljnom teatre. - M., 1960.

4. Grinberg, M. «Dzhonni» / V Muzihkaljnom teatre im. Nemirovicha-Danchenko // Vechernyaya Moskva. -1929. - 22 maya.

5. Chemodanov, S. «Dzhonni» / Muzihkaljnihyj teatr im. Nemirovicha-Danchenko // Izvestiya. - 1929. - 22 maya.

Статья поступила в редакцию 29.06.14

УДК 728.03

Shumskaya O.R. SHAPE-FORMING POTENTIAL OF WATER IN THE DESIGN OF ENVIRONMENTAL OBJECTS.

This article discusses the use of reflection on the example of creating floating environmental objects in foreign practice. The reflection principle is investigated from different points: as an optical technique - the reflection of an object's volume in water surface; as a decorative technique - the use of reflecting properties of materials in decoration of a building; as a conceptual technique - the reflection of aggregate states of water in figurative shaping of a building.

Key words: reflection, water environment, Japan, Santiago Calatrava, shaping, aggregate state of the water, wave, bubble, iceberg.

О.Р. Шумская, преп. каф. «Средоеой дизайн» Московской гос. художественно-промышленной академии им. С. Г. Строганова, г. Москва, E-mail: olga.shumskaya@gmail.com

ФОРМООБРАЗУЮЩИЕ ВОЗМОЖНОСТИ ВОДЫ В ДИЗАЙНЕ СРЕДОВЫХ ОБЪЕКТОВ

В настоящей статье рассматривается использование приема отражения на примере зарубежной практики создания плавучих средовых объектов. Принцип отражения исследуется с различных сторон: как оптический приём - отражение объема постройки в водной глади, декоративный приём - использование отражающих свойств материалов в отделке постройки, а также как концептуальный - отражение агрегатных состояний воды в образном формообразовании постройки.

Ключевые слова: отражение, водная среда, Япония, Сантьяго Калатрава, формообразование, агрегатные состояния воды, волна, пузырь, айсберг.

Возможность удвоения реальности в искусстве, согласно Ю.М. Лотману, является онтологической предпосылкой превращения мира предметов в мир знаков [1, с. 388]. Это предопределяется уже тем, что отраженный в воде образ материального объекта воспринимается вне естественных для него практических связей: сохраняя свою образную идентичность или подобие (в зависимости от состояния водной поверхности), он в тоже время вписывается в символический контекст иного бытия. В этом отношении изображение, соединяясь с реальным объектом, привносит в его интерпретацию определенный символический контекст, который непосредственно включается в жизненный мир человека. Это наглядно демонстрируется рядом средовых объектов, которые в зарубежной практике создаются в непосредственной взаимосвязи с местом, в котором они расположены.

Таким образом, рассматривая объекты, расположенные в водной среде, необходимо обозначить образ воды, как неотъемлемую часть их концептуального решения. Находясь в постоянной взаимосвязи с постройкой, вода формирует не только её визуальный характер, но и семиотический контекст удвоенного образа. Любой объект, перенесенный или возведенный на воде, либо в непосредственной от неё близости, отражаясь в её глади, непроизвольно становится её частью. Причем отражение может рассматриваться с различных сторон: как оптический приём - отражение объема постройки в водной глади, декоративный приём - использование отражающих свойств материалов в отделке постройки, а также как концептуальный- отражение воды в образном формообразовании постройки.

Отражение, как оптический прием, является естественным продолжением постройки в природной среде, композиционно объединяя две среды, водную и созданную человеком. Оно напрямую зависит от состояния воды, так в спокойной неподвижной воде отражение может казаться даже более отчетливым, чем в реальности, а в неспокойной отражение преломляется и искажается одновременно со светом, создавая динамичное и ожившее изображение. Отражение зависит и от глубины водоёма, углубление которого способствует затемнению и, тем самым, улучшает отражающие качества. Рефлектирование всех окружающих деталей становится максимальным в её стоячем состоянии, при такой отражательной способности сложно отличить, где находится реально существующий предмет, а где его отражение.

В зависимости от характера воды в водоёме, отражение может быть четким или размытым, массивным или невесомым, динамичным или статичным. Использование динамического или статического состояния воды также важно, поскольку они влияют на эмоциональное состояние человека; статическое даёт ощущение покоя, умиротворения и спокойствия, способствует созерцанию, а динамическое ощущение эмоционального подъема, возбуждения и энергии.

С древних времен отражательной способности воды уделялось много внимания со стороны восточных культур. В Японии этот прием обширно используется в декорировании ландшафта и олицетворяет гармонию человеческой среды с природной. При проектировании японского сада учитываются мельчайшие детали, к примеру, продумывается, как будет отражаться луна в водной глади, для создания большего эмоционального воздействия использовался шум искусственно созданного водопада. Вода в японской ландшафтной культуре символизирует женское начало «инь», постоянно взаимодействуя с мужским началом «ян».

Проявление в японской культуре особого внимания к проблемам гармонизации объектов дизайна и архитектуры с природой не случайно, еще с древних времен японцы обожествляли

природные силы, поклоняясь им. В японской религии (синтоизм) считалось, что духовная сущность заключена в таких природных явлениях, как горы, реки, камни, вода, деревья. Поклонение природной среде, связанное с рефлексией ее образов, познанием их закономерностей, было одним из условий внутренней гармонии человека. Наиболее наглядно это проявляется в строительстве культовых помещений.

Ицукусима, один из древнейших синтоистских храмов, расположен на острове Миядзима во Внутреннем Японском море. Строение храма, относящееся к XII веку, благодаря своей уникальной композиции, соединяющей в единое целое архитектурную постройку и ее отражение в воде, в 1996 году было включено в список объектов всемирного наследия ЮНЕСКО [2]. При этом особое значение было отведено четкому воплощению японской концепции гармоничного сосуществования человека и природы.

Указанное святилище известно своими ритуальными воротами, называемыми «тории». Последние во время приливов величественно выступают из воды, отражаясь в ней и производя еще больший эмоциональный эффект всей постройке.

Тории, высотой более 16 метров, были построены в 1875 году из камфорного дерева. Отражаясь в воде, изогнутая перекладина ворот длиной более 24 метров создает образ лодки, плывущей по небу. Находясь на некотором отдалении от храма в море, тории образуют центральную ось всего храмового ансамбля, состоящего их бело-красных ритуальных строений, которые поднимаются на сваях и соединяются между собой крытыми галереями. Находясь на возвышении, что еще больше способствует оптическому эффекту, они отражаются в спокойной водной глади, как в зеркале.

Таким образом, японцы, издревле придающие большое значение гармонии ландшафтной и архитектурной среды, тщательно продумывали, эстетическое выражение и семиотическое содержание того, что будет отражаться в воде. В сущности этого отражения, согласно их верованиям, создается визуальный эффект гармоничного сочетания мужского и женского начала (инь и ян). Желая сделать ландшафтный пейзаж более освещенным, в Японии подбирали расположение водоёма таким образом, чтобы он наиболее эффективно отражал солнце от поверхности воды, привнося дополнительное освещение. Вода в этом случае, выступает в символическом представлении зеркалом, отображающим реальность в нескончаемой игре отражений.

Многие архитекторы, создающие свои проекты на суше, используют искусственно созданные водоемы в композиционной структуре проектов для создания большей эмоциональной выразительности и пространственности. Город науки и искусств, спроектированный испанским архитектором Сантьяго Калатра-вой и открытый в 1998 году, включил в свой архитектурный ансамбль большой неглубокий бассейн, объединяющий в своем пространстве оперный театр, кинотеатр, планетарий, галерею, дворец искусств, научный музей и океанографический парк на открытом воздухе. Все здания соединены между собой переходами.

Примечательно, что одно из строений, ^Нет^епс (планетарий), представляет собой гигантскую полусферу, которая, будучи окруженной бассейном площадью 24 тысячи кв. метров, создает впечатление плавучей постройки. Полусфера состоит из наружного остекленного купола, часть которого, подобно веку глаза, может подниматься и опускаться. Внутри раскрывающегося века расположен вогнутый проекционный экран площадью 900 кв. Метров [3]. Благодаря его уникальности, зал выполняет комплексную функцию трех видов зрелищ: планетария, стереоскопического кинотеатра и лазерного проектора.

В полном замысле своей концепции визуальный эффект отражения в воде, проявляется в темное время суток, когда при определенном освещении постройка, отражаясь в зеркальной глади бассейна, замыкается в цельный овал из двух полусфер, образовывая форму огромного человеческого глаза со зрачком внутри. В дневные часы, когда отражение не настолько явно просматривается, эмоциональный эффект от постройки ослабевает. Указанная постройка демонстрирует возможность существования объекта в единой целостной структуре со своим отражением. Весь архитектурный комплекс в совокупности со своим водным отражением создается впечатление легкого парящего объекта.

Объединение в едином комплексе реальных объектов и их отражения в водном пространстве, создает практически неограниченные возможности для моделирования художественного образа. Эффект архитектурной невесомости, наряду с эффектом отражения, к примеру, может поддерживаться каркасным формообразованием построек. Примером этого является здание музея Науки, структура которого напоминает хребет гигантской рыбы. Указанное здание, единственное в своем роде, стало мировым лидером в области интерактивных наук и одним из самых посещаемых в стране.

Для создания более эффектных средовых композиций архитекторы и дизайнеры часто используют отражающие свойства отделочных материалов в качестве декоративного приема. Игра света, отражаясь от водной поверхности способна проникнуть внутрь постройки, создавая дополнительные возможности для организации дизайна интерьера. При этом, благодаря свойствам отделочных материалов, лучи света могут отражаться, преломляться, искажаться и трансформироваться. Особое значение в этом случае приобретают динамические свойства воды. Отражение света от их поверхности создает в потолках и других глянцевых поверхностях подвижные замысловатые узоры света и тени. Их игра, в зеркальных материалах внешней отделки, своеобразным способом отражает окружающую природу, растворяя в ней объем постройки и создавая при этом эффект ее слияния с пейзажем.

Вода, таким образом, может являться основой или средством формообразования объекта, находящегося с ней во взаимосвязи. Проектный образ может исходить из различных физических состояний воды твердого, жидкого и газообразного, а также явлений вызываемых её колебанием (капли, круги на воде, пузыри, всплески, волны, струи и т.д.). В свою очередь, особенности архитектуры могут имитировать разные свойства воды: прозрачность, плавность или текучесть, зеркальность, моно-хромность и др. Это может отражаться как в форме постройки, так и в применяемых в ней материалах.

Формы, образованные на основе различных агрегатных состояниях воды, являются формами неживой природы в их материальном аспекте [4, с. 250]. Как правило, подобные бионические формы свойственны загородным объектам или объектам, не входящим в общую архитектурную композицию городской среды. Это обусловлено диссонансом между объектами с бионическим формообразованием и городской средой, которой свойственны прямоугольные формы. Исходя из этого, для создания гармоничного облика среды следует учитывать окружение объекта. Перспективность бионического подхода при создании плавучих объектов подтверждается также эстетической адекватностью водной среде.

На конкретных примерах рассмотрим влияние различных агрегатных состояний воды на дизайн плавучих объектов:

• Газообразное состояние

Формообразующие возможности газообразного состояния воды позволяют выходить за рамки физически осязаемого дизайна и архитектуры для создания абсолютно нового типа объектов, не имеющих реальных границ.

В проекте павильона для швейцарской выставки Экспо-2002 (The Blur Building, Diller & Scofidio, озеро Невшатель, Ивердон-ле-Бен, Швейцария, 2002) архитекторы использовали 31400 форсунок, расположенных в металлическом каркасе постройки, для распыления под высоким давлением мельчайших капель воды, полученной из озера Невшатель [5, с. 82-93]. В результате, был достигнут эффект тумана. Каркас расположен на овальной платформе, возвышающейся над озером на четырёх металлических опорах, создающих впечатление парящего над водной гладью облака. Оно подчеркивается отдаленностью павильона от береговой линии, доступ к которому осуществляется по двум

также поднятым на опорах 122-метровым трапам. Помимо густого тумана, постоянно меняющегося за счет компьютерного регулирования интенсивности распыления, посетителей сопровождает звук выходящей из форсунок воды.

Архитекторы создали динамически меняющийся, невесомый и неосязаемый объект, форма которого основана на свойствах воды в коллаборации с компьютерными технологиями.

• Жидкое состояние

Формообразующие свойства воды в жидком виде выражены в явлениях, вызванных её колебаниями. К ним относятся волны, капли, всплески, пузыри, круги на воде, струи и воронки. Рассмотрим некоторые из них.

Форму волны представляет дом, спроектированный Робертом Харви Ошатсом (The Fennel Residence, Robert Harvey Oshatz Architect, Портленд, Орегон, 2005). Использование криволинейных клееных балок позволило создать динамичную форму, повторяющую изгиб волны. Благодаря органическому формообразованию постройка гармонично вписалась в водный ландшафт, повторяя контур береговой линии реки, на которой она расположена. Криволинейные формы создают не только яркий внешний образ, но и, находя свое отражение в интерьере, способствуют созданию двухуровневого внутреннего пространства. Кривые линии создают взаимосвязанность пространств, обеспечивая плавное перетекание стен в потолок.

Рассматривая объекты, происходящие от формы волны, стоит упомянуть еще одну постройку: Сантьяго Калатравы Ауди-торио-де-Тенерифе, оперу, построенную в городе Санта-Круз-де-Тенерифе на Канарских островах в 2003 году. Динамичная и яркая постройка заимствовала свой образ от формы волны. Вторая крыша, дублирующая основную, накрывает своим мощным объемом всю постройку, подобно волне. А, поскольку постройка расположена на береговой линии, ее комплексный образ воссоздает не только художественную концепцию объекта, но и его отражение в водах Атлантического океана.

В таких формах, как пузырь, помимо образа, может использоваться и имитация материальности или её отсутствия. Плавучий павильон в Роттердаме (The Floating Pavilion, Public Domain Architects, Роттердам, Голландия, 2012) представляет собой соединение трех пузырей-полусфер. Покрытие в данном случае также имитирует особенности строения пузыря и его свойства. Поверхностное натяжение и пластичность, создаваемые водой, имитируются сверхтехнологичным антикоррозийным и прозрачным пластиком, натянутым на модульную металлическую структуру в виде сот. За счет своих свойств пластик весит в 100 раз меньше, чем стекло, сохраняя при этом прозрачность. Это создает не только видимый, но и реальный эффект легкости и воздушности, свойственный пузырям.

• Твердое состояние

Вода в твердом агрегатном состоянии представлена в виде льда, формообразование в этом случае может представлять айсберг, кристалл, снег и т.п. Наиболее распространенной формой среди плавучих построек является айсберг, поскольку, помимо своих художественных и образных качеств, он сочетает в себе совокупность подводного и надводного объемов, представляющую преимущество в планировании как внешнего, так и внутреннего пространства плавучей постройки. Сам термин «айсберг» может иметь схожее с плавучим домом определение - крупный, свободно плавающий в водном пространстве объект. Форма плавучих домов на основе данного образа отличается ломаными наклонными гранями, расположенными в асимметричном порядке. Наклонные грани, образующие крыши постройки, как правило, задействованы под рекреационное пространство.

Основываясь на структуре и образе айсбергов, австрийский архитектор Даниель Андерсон создал сезонный плавучий коттедж для отеля в Финляндии («Айсберги», «Icebergs», курорт Alands Hotell & Restaurangskola, Daniel Andersson, Финляндия, проект 2012 года). Подобно айсбергу, основной объем постройки, в котором расположены жилые и общественные зоны, скрыт под водой. В связи с этим, дом имеет глубокую осадку, что осложняет швартовку к берегу. Поэтому предусматривается его расположение в открытой воде на якоре, что способствует образности постройки. Благодаря минималистскому экстерьеру коттеджа и в то же время яркому художественному образу, он органично вписывается в окружающую водную среду. Вся площадь крыши, наклоненной своими гранями к самой воде, выполняет роль открытой террасы, удобной для принятия солнечных ванн после купания.

Наиболее яркой особенностью оперного театра в Осло (архитектурное бюро Snohetto, Норвегия, Осло, 2008), напоминающего по своему формообразованию айсберг, также является его эксплуатируемая кровля, расположенная под наклоном в сторону воды, заступая в неё [6]. Пешеходная зона занимает практически всю площадь крыши в 18000 кв. метров и является крайне популярным рекреационным пространством для жителей и гостей Осло. Сочетание рельефной и гладкой текстуры белого камня способствует игре светотени, разнообразию в обширной поверхности крыши и соответствует по цвету и материальности образу айсберга. Наклон крыши в сторону воды не только добавляет выразительности всей постройке, но и позволяет людям напрямую контактировать с водой. Расположенная вблизи оперы плавучая инсталляция, изображающая небольшой осколок льда, отколовшегося от основной глыбы айсберга, поддерживает главный образ постройки.

Библиографический список

Поскольку вода в природе может одновременно присутствовать в нескольких состояниях, например, морская вода и айсберги, реки и ледники, облака над озерами и т.п., плавучие объекты, использующие формообразующие возможности различных состояний воды, гармонично вписываются в любую водную среду или соседствуют с ней.

Отражение в воде - это одно из средств удвоения реальности, используя которое можно генерировать новые уникальные идеи в дизайне домов на воде. Оптический приём визуального отражения соединяет реальную постройку с водным пространством, давая всему комплексу особое эмоциональное звучание и уникальную художественную образность. Его семиотическое наполнение непосредственно связано с мироощущением и художественными традициями народа.

1. Лотман, Ю.М. Театральный язык и живопись (К проблеме иконической риторики) // М.Ю. Лотман. Статьи по семиотике культур и искусства. - СПб., 2002.

2. Синтоистское святилище Ицукусима [Э/р]. - Р/д: http://whc.unesco.org/en/list/776

3. Архитектура. Строительство. Дизайн. Международная ассоциация союзов архитекторов(АСЦ «Дом на Брестской». - 2003/04. -№ 05/01(33/34).

4. Лебедев, Ю.С. Архитектурная бионика / Ю.С. Лебедев, В.И. Рабинович, Е.Д. Положай. - М., 1990.

5. Llorenc Bonet. Дизайн выставок. - М., 2006.

6. Norwegian National Opera and Ballet [Э/р]. - Р/: http://snohetta.com/project/42-norwegian-national-opera-and-ballet

7. Николаева, Н.С. Японские сады. - М., 1975.

8. Полякова, А.Б. Акваморфологические аспекты в архитектуре // Архитектон: известия вузов. Периодическое издание ФГБОУ ВПО Уральская государственная архитектурно-художественная академия. - 2010. - № 30.

9. Takei, Jiro , and Keane, Marc P., Sakuteiki; Visions Of The Japanese Garden; A Modern Translation Of Japan's Gardening Classic, Boston, Rutland, Vermont, and Tokyo, 2001.

Bibliography

1. Lotman, Yu.M. Teatraljnihyj yazihk i zhivopisj (K probleme ikonicheskoyj ritoriki) // M.Yu. Lotman. Statji po semiotike kuljtur i iskusstva. -SPb., 2002.

2. Sintoistskoe svyatilithe Icukusima [Eh/r]. - R/d: http://whc.unesco.org/en/list/776

3. Arkhitektura. Stroiteljstvo. Dizayjn. Mezhdunarodnaya associaciya soyuzov arkhitektorov?ASC «Dom na Brestskoyj». - 2003/04. -№ 05/01(33/34).

4. Lebedev, Yu.S. Arkhitekturnaya bionika / Yu.S. Lebedev, V.I. Rabinovich, E.D. Polozhayj. - M., 1990.

5. Llorenc Bonet. Dizayjn vihstavok. - M., 2006.

6. Norwegian National Opera and Ballet [Eh/r]. - R/: http://snohetta.com/project/42-norwegian-national-opera-and-ballet

7. Nikolaeva, N.S. Yaponskie sadih. - M., 1975.

8. Polyakova, A.B. Akvamorfologicheskie aspektih v arkhitekture // Arkhitekton: izvestiya vuzov. Periodicheskoe izdanie FGBOU VPO Uraljskaya gosudarstvennaya arkhitekturno-khudozhestvennaya akademiya. - 2010. - № 30.

9. Takei, Jiro, and Keane, Marc P., Sakuteiki; Visions Of The Japanese Garden; A Modern Translation Of Japan's Gardening Classic, Boston, Rutland, Vermont, and Tokyo, 2001.

Статья поступила в редакцию 14.07.14

УДК 728.03

Shumskaya O.R. DESIGN OF JAPANESE HOUSE ON WATER. This article discusses the history of traditional Japanese house formation based on the examples of the objects, arranged in the interaction with the water environment. Constructive and design principles of modeling, distinguished in transformations, modality and contact with water surroundings, are studied.

Key words: water environment, Japan, piles, transformation of space, modality, wood, Gold and Silver pavilions, shoin-zukuri, Matsumoto Castle, sandwich panels, standardization.

О.Р. Шумская, преп. каф. «<Средовой дизайн» Московской гос. художественно-промышленной академии

им. С. Г. Строганова, г. Москва, E-mail: olga.shumskaya@gmail.com

ДИЗАЙН ЯПОНСКОГО ДОМА НА ВОДЕ

В настоящей статье рассматривается история становления традиционного японского дома на примере объектов, расположенных во взаимодействии с водной средой. Исследуются конструктивные и дизайнерские принципы моделирования, отличающиеся трансформацией, модульностью и контактом с водной средой. Автор приходит к выводу, что преимуществом является возможность трансформации существующего или создания искусственного водоема. В зависимости от стилистики постройки и сада, водоемы могут иметь как естественные очертания, так и геометрически оформленные края.

Ключевые слова: водная среда, Япония, сваи, трансформация пространства, модульность, дерево, Золотой и Серебряный павильоны, сёин-дзукури, замок Матсумото, сэндвич-панели, стандартизация.

Характер традиционных японских жилищ зависел как от географических факторов, так и эмоциональных и ментальных особенностей рассматриваемой нации. Географические и климати-

ческие особенности Японии характеризуются возможностью землетрясений, обильными дождями, сильным ветром и влажным и жарким климатом в летнее время. Подобные условия не по-