Новые горизонты евразийской интеграции в условиях глобальной турбулентности

МИРОВАЯ ЭКОНОМИКА

ЗИЯДУЛЛАЕВ Н.С., ЗИЯДУЛЛАЕВ С.И., ЗОИДОВ З.К., КИБАРДИНА Ю.С.

НОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛЬНОЙ ТУРБУЛЕНТНОСТИ1

Аннотация. В статье рассматриваются различные аспекты функционирования Евразийского экономического союза (ЕАЭС), созданного на базе Таможенного союза (ТС) и Единого экономического пространства (ЕЭП) в составе России, Казахстана и Белоруссии. Анализируется историческая роль Содружества независимых государств (СНГ) и его интеграционных объединений. Обосновываются критерии формирования ЕАЭС и пути создания однотипных механизмов регулирования экономики, проведения согласованной налоговой, денежно-кредитной, валютно-финансовой, торговой и таможенной политики, обеспечивающих свободное движение товаров, услуг, капитала и рабочей силы. Особое внимание уделяется анализу выгод, вызовов, противоречий и перспектив ЕАЭС, его укреплению и расширению в контексте украинского кризиса и западных санкций.

Ключевые слова: Евразийский экономический союз (ЕАЭС), Таможенный союз (ТС), Единое экономическое пространство (ЕЭП), Содружество независимых государств (СНГ), интеграция, украинский кризис.

ZIYADULLAEV N.S. , ZIYADULLAEV S.N. , ZOIDOV Z.K., KIBARDINA YU.S.

NEW HORIZONS OF EURASIAN INTEGRATION IN THE CONDITIONS OF GLOBAL TURBULENCE

Abstract. The manuscript considers different aspects of functioning of the Eurasian Economic Union (EEU) created on the foundation of the Customs Union (CU) and the United Economic Area (UEA) consisting of Russia, Kazakhstan and Belorussia. The historic role of the Commonwealth of Independent States (CIS) and its integrational unions is being analyzed. The criteria of forming the EEU and ways of creating similar mechanisms of regulationg the economy, having agreed upon taxation, money-credit, currency-financial, trade and customs policy ensuring free movement of goods, services, capital and workforce are substantiated. Special attention is given to the analysis of profits, challenges, contradictions and prospects of the EEU, its strengthening and expansion in the context of the Ukranian crisis and Western sanctions.

Keywords: the Eurasian Economic Union (EEU), The Customs Union (CU) and the United Economic Area (UEA), the Commonwealth of Independent States (CIS), integration, the Ukrainian crisis.

Введение

В современных сложных геополитических и геоэкономических условиях, когда США и Евросоюз накладывают на Россию всё новые санкции, а на Украине идёт гражданская война, Россия добилась значительного интеграционного успеха в сплочении своих ближайших соседей. Договор о создании Евразийского экономического союза (ЕАЭС) на базе Таможенного союза (ТС) и Единого экономического пространства (ЕЭП) в составе России, Казахстана и Белоруссии подписан 29 мая 2014 г. Текст договора состоит из 28 разделов и 118 статей. Документ сопровождается 32 приложениями к нему. ЕАЭС, говорится в документе, создаётся для укрепления экономик стран-участниц и «сближения друг с другом», для модернизации и повышения конкурентоспособности стран на мировом рынке. Страны — учредительницы ЕАЭС берут на себя обязательства обеспечить свободное перемещение товаров, услуг, капита-

1 Статья подготовлена при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (проект № 15-06-07739 а).

лов и рабочей силы, а также унифицировать регулирование в 19 сферах экономики и осуществлять согласованную политику в ключевых отраслях — энергетике, промышленности, сельском хозяйстве, транспорте. ЕАЭС открыт для участия в нём других государств, которые разделяют цели этого объединения и готовы принять на себя требуемые обязательства.

Подписание договора, по словам В. В. Путина, имеет «эпохальное значение и выводит страны на принципиально новый уровень интеграции... Мы создаём мощный, притягательный центр экономического развития, крупный региональный рынок, который объединяет более 170 млн человек... На ЕАЭС будет приходиться пятая часть мировых запасов газа и почти 15% нефти. Географическое положение стран "тройки" позволяет создавать транспортные, логистические маршруты не только регионального, но и глобального значения».

Президент Казахстана Н. Назарбаев оценивает совокупный эффект от расширения интеграции в 900 млрд долл. до 2030 г. Добавим, что три государства-подписанта уже сейчас имеют общую таможенную территорию, а суммарный ВВП стран ЕАЭС составляет 85 % валового продукта всех стран СНГ — 2,5 трлн долл., промышленный потенциал оценивается в 600 млрд долл., объём выпуска продукции сельского хозяйства — 112 млрд долл.2

Договор синхронно ратифицирован 10 октября 2014 г. странами —учредительницами ЕАЭС. Одновременно подписан договор о присоединении Армении к ЕАЭС, а также одобрен план мероприятий по присоединению в мае 2015 г. Киргизии к союзу в качестве полноправного члена. ЕАЭС начал функционировать с 1 января 2015 г., став правопреемником Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС), которое было своего рода «дорожной картой» развития интеграционного взаимодействия, координации действий его членов при интеграции в мировую экономику и международную торговую систему. ЕврАзЭС прекращает свою деятельность, выполнив историческую миссию и обеспечив продвижение Таможенного союза и Единого экономического пространства в ЕАЭС.

25 лет постсоветской интеграции

В 1991 г. было создано межгосударственное объединение — Содружество Независимых Государств, в которое вошло большинство бывших союзных республик, ранее входивших в состав СССР. Прежде всего, СНГ было призвано урегулировать отношения сотрудничества между новыми независимыми государствами; предполагалось, что оно поможет сохранить многие жизненные связи между его членами, сложившиеся за долгие годы существования единого народнохозяйственного комплекса в масштабах бывшего СССР. В 1993 г. был подписан Договор о создании Экономического союза. Он предполагал последовательно пройти через этапы создания зоны свободной торговли, таможенного, платёжного и валютного союза и сформировать общий рынок товаров, услуг и капиталов. Но в то время центробежные тенденции оказались сильнее. Волна эйфории от обретения суверенитета не позволила тому поколению лидеров стран СНГ увидеть долгосрочный потенциал в идее евразийской интеграции [321].

Россия, стремясь создать вокруг себя союз дружественных государств, инициировала все формы и механизмы политической, экономической, культурной и оборонной интеграции и, прежде всего, создание зоны свободной торговли (ЗСТ). С самого начала функционирования СНГ, с 1992 г., между всеми участниками действовали соглашения о ЗСТ, и лишь 18 октября 2011г. договоры о ЗСТ подписали восемь государств — участников Содружества: Россия, Украина, Белоруссия, Казахстан, Армения, Киргизия, Молдавия и Таджикистан, заменившие более двухсот много- и двухсторонних договоров, регламентирующих режим свободной торговли на территории Содружества.

За прошедшие годы страны постсоветского пространства вполне состоялись, обеспечили национальный суверенитет, стали членами ООН и других международных организаций. Они стали вполне самостоятельными, но выявилось множество объективных и субъективных трудностей и противоречий, в результате новые государства оказались мало интегрированы между собой. У каждого из них — собственная парадигма развития, своя модель перехода к рынку, своя национальная валюта, своё видение вхождения в мировое хозяйство. В результате СНГ

2 Россия, Белоруссия и Казахстан объединились в Евразийский экономический союз. Российская газета, 30 мая 2014 г. Путин, Лукашенко и Назарбаев подписали договор о ЕАЭС.

не стало решающей структурой интеграции постсоветского пространства. И всё же мир ещё не знал такой организации, которая бы при отсутствии жёстких наднациональных структур обеспечивала бы сближение позиций и принятие совместных решений по многим острым вопросам межгосударственных отношений. Регулярные встречи глав государств способствовали мирному ходу размежевания бывших союзных республик и укреплению их политического суверенитета. Содружество выполнило свою историческую роль и стало добровольной и реальной площадкой для сотрудничества и взаимодействия входящих в него государств.

К сожалению, сегодня СНГ как международная организация имеет слишком небольшое количество общих «точек соприкосновения». Все годы внутри СНГ постоянно шёл напряжённый поиск альтернативных интеграционных проектов. Развивая многовекторную и разноско-ростную интеграцию, странам — участницам СНГ удалось сохранить Содружество как общую консультативную площадку Совета глав государств и правительств, при этом внутри СНГ поэтапно сформировался целый ряд межгосударственных структур и интеграционных объединений с более конкретными целями и проблемами:

Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) (1992 г.), в которую входят Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Россия, Таджикистан;

Союзное государство России и Белоруссии (1997 г.).

Также возникло Центральноазиатское сотрудничество (ЦАС) — Казахстан, Киргизия, Узбекистан, Таджикистан, Россия, которое в 2005 г. объединилось с ЕврАзЭС. В 1997 г. Грузией, Украиной, Азербайджаном и Молдавией был образован ГУАМ («За демократию и экономическое развитие»). В 1999-2005 гг. в организацию входил Узбекистан. Название организации сложилось из первых букв названий входящих в неё стран. До выхода Узбекистана объединение ГУАМ именовалось ГУУАМ. В связи с деятельностью Восточного партнёрства деятельность ГУАМ стала практически незаметна.

Серьёзным ударом для Содружества является то, что ряд участников — Грузия, Молдавия, а теперь и Украина — не просто игнорируют СНГ, но занимают явно враждебную антироссийскую позицию.

Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС) (2000 г.) — Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Россия (в 2006-2008 гг. в него входил и Узбекистан), которое постепенно трансформировалось в Таможенный союз (2010 г.) и Единое экономическое пространство (ЕЭП), объединившее Белоруссию, Казахстан и Россию с выходом в настоящее время на ЕАЭС.

Особенностью процессов интеграции на постсоветском пространстве является то, что в них участвуют бывшие союзные республики — части единого в прошлом государства, не имеющие исторического опыта взаимных отношений на государственном уровне.

Итак, к началу 2015 г. ядро постсоветской интеграции составляют Россия, Белоруссия, Казахстан и Армения, образующие ЕАЭС. К ним в текущем году присоединятся Киргизия и, вероятно, в скором будущем Таджикистан. Продолжает действовать Союзное государство Белоруссии и России, но после вступления в действие договора о ЕАЭС надобность в этой организации, возможно, отпадёт.

Туркменистан, Азербайджан и Узбекистан формально участвуют в СНГ. Украина и Молдова намерены сочетать интеграцию в ЕС с членством в ЗСТ СНГ. Грузия вышла из СНГ в 2009 г. и планирует интегрироваться в евроатлантические структуры. Вместе с тем Содружество выполняет свою историческую роль и служит добровольной площадкой для отрудниче-ства и взаимодействия входящих в него государств.

Проект евразийской интеграции

Идеология евразийства, которую во второй половине ХХ века сформулировали выдающиеся мыслители и политики В. Вернадский, Л. Гумилев, А. Сахаров, М. Горбачев, А. Акаев, Ч. Айтматов и другие получила реальное воплощение в идее создания Евразийского союза, которая была выдвинута в 1994 г. президентом Казахстана Н.А. Назарбаевым во время выступления в МГУ имени М.В. Ломоносова. На протяжении долгого времени о Евразийском союзе говорили как об активном геополитическом объединении, которое станет противовесом ЕС. Мысли об этом можно найти и в рассуждениях о биполярном мире, который после распада

Советского Союза был разбалансирован, и в философии «неоевразийства». Основными критериями формирования Евразийского Союза являются добровольность интеграции, принцип равенства, экономический прагматизм, невмешательство во внутренние дела друг друга, уважение суверенитета и неприкосновенность государственных границ.

Евразийская инициатива получила новый импульс после публикации В.В. Путиным в октябре 2011 г. программной статьи «Новый интеграционный проект для Евразии — будущее, которое рождается сегодня» [16]. Уже в 2012 г. вступили в силу договорённости о создании Единого экономического пространства России, Беларуси и Казахстана, в декларации о формировании которого было заявлено: «развивая Таможенный союз и ЕЭП, ЕврАзЭС движется к новой форме интеграции — Евразийскому экономическому союзу».

Вместе с тем в нынешнем виде ЕАЭС представляет собой гораздо менее продвинутый интеграционный проект, чем задумывалось ранее. Неслучайно вместо «Евразийского союза» появился «Евразийский экономический союз», акцентирующий именно экономическое сотрудничество. Если внимательно изучать принятые сейчас документы и приложения к ним, то станет понятно, что в них нет практически ничего нового по сравнению с тем, о чем стороны договорились ранее. Пока не идет речи о единой денежной, финансовой, социальной политике, торговле энергоносителями, создании реально действующих наднациональных органов управления. И лишь в четвертой части соглашения, посвященной переходному периоду, прослеживается некоторый интеграционный прогресс. Заключается он в том, что стороны декларируют необходимость достижения договоренностей в определенных сферах к определенным датам. По самым чувствительным вопросам — нефти, газу и финансам — к 2025 г., то есть очень нескоро.

В содержание Договора не попали и малейшие намеки на политическую интеграцию в рамках ЕАЭС. в Преамбуле конечного варианта документа не осталось даже декларативного положения о стремлении сторон перейти на новый этап евразийской интеграции через продвижение от ЕАЭС к формированию Евразийского союза. По сути, только экономическая интеграция. Вероятно, для того, чтобы исключить всякие спекуляции по этому вопросу, в Договоре используется термин «евразийская экономическая интеграция», а не просто «евразийская интеграция», который несет в себе политическую составляющую.

В узком представлении евразийский интеграционный процесс предстает как постепенное расширение «тройки» в результате присоединения других государств, прежде всего, постсоветских. При широком понимании интеграционную стратегию определяет налаживание взаимодействия всех стран СНГ через создание соответствующих многосторонних и двусторонних механизмов сотрудничества.

Есть ли у Евразийского экономического союза шансы со временем превратиться в Евразийский союз как аналог Европейского союза или его ждет судьба других неудачных интеграционных проектов СНГ?

Чрезвычайно важным явилось создание с 2012 г. действительно наднационального органа управления — Евразийской экономической комиссии (ЕЭК), координирующего около 170 функций экономического союза. На наднациональный уровень в ЕЭК осуществлена передача торговой политики, что означает — торговое соглашение может быть подписано только с ЕАЭС в целом, а его условия будут в равной степени распространяться на каждого участника ЕАЭС.

ЕЭК в своей деятельности руководствуется интересами евразийского сообщества в целом, не мотивируя свои решения интересами какого-либо из национальных правительств. Решения комиссии обязательны для исполнения на территории стран-участниц Таможенного союза. в основе решения о создании ЕЭК лежит понимание того, что вместе страны-участники союза смогут не только снизить негативные последствия глобальной нестабильности, но и активно позиционировать себя на внешних рынках. Достигнуты договоренности и о других наднациональных органах ЕАЭС, которые бы действовали на основе консенсуса, с учетом интересов каждой страны-участницы, обладали четкими и реальными полномочиями. Определены места дислокации основных наднациональных структур: ЕЭК — в Москве, Евразийский суд — в Минске, а Финансовый центр в — Алматы.

Конечно, ЕАЭС ничего общего с Советским Союзом не имеет. Речь идет о формировании

единого экономического пространства, однотипных механизмов регулирования экономики, основанных на рыночных принципах и применении гармонизированных правовых норм, облегчении ведения бизнеса, проведении согласованной налоговой, денежно-кредитной, валют-но-финансовой, торговой и таможенной политики, обеспечивающих свободное движение товаров, услуг, капитала и рабочей силы, одним словом — восстановлении тех экономических выгод, которые были потеряны после распада СССР.

Вместе с тем ЕАЭС объективно предполагает необходимость делегирования его членами части экономического суверенитета наднациональным структурам, что пока весьма болезненно воспринимается лидерами объединения, включая Россию. Межгосударственные союзы всегда допускают ограничение экономического, а порой и политического суверенитета интегрирующихся стран, поскольку их деятельность направлена на достижение не только своих, но и общих целей. Это убедительно и подробно обосновал автор в своей монографии еще в 2002 г.

[9].

Правда, настороженность и недоверие ряда стран СНГ к более тесной интеграции с Россией проистекают из многолетней имперской и советской истории, боязню введения российских войск под предлогом защиты русского меньшинства, проживающих во всех бывших союзных республиках, а также опасениями, что экономическая интеграция неизбежно приведет к потере политического суверенитета. Тем не менее, в современном мире не обойтись без глубокой экономической интеграции, и если Россия действительно настроена на долгосрочное сотрудничество с бывшими республиками, то ей необходимо доказать, что проект Евразийского экономического союза — это совершенно новый тип интеграции постсоветских государств, основанный на нерушимости их политического суверенитета, территориальной целостности, общности истории, языка, культуры, менталитета, равенстве партнеров, исключающий давление и доминирование Москвы. Некоторые решения могут быть противоречащими интересам той или иной стороны и каждая страна-участница при несогласии должна иметь возможность заблокировать любое решение. Это серьезный импульс экономической интеграции.

Вместе с тем, Евразийский экономический союз трудно себе представить как альянс равных не только из-за разного экономического потенциала его участников, но и из-за их различных интересов. Очевидно резкое экономическое превосходство России над Белоруссией, Казахстаном, Арменией и Киргизией. Асимметричная экономическая взаимозависимость создает угрозу асимметричного распределения интеграционной ренты — доходов, получаемых странами от деятельности ЕАЭС. Всё это прямо пропорционально влияет на успех интеграционного проекта. Следует учитывать, что Россия слишком велика для эффективной интеграционной группировки только с этими странами. Но при этом каждая сторона-участница имеет свои мотивы и приоритеты для экономической интеграции. Если сравнивать с ЕС, то в Европе интегрировались страны с примерно одинаковым и относительно высоким уровнем развития рыночной экономики и демократических институтов, чего не скажешь об участниках интеграции на постсоветском пространстве.

Объективно Россия слишком велика для эффективной интеграционной группировки только с этими странами. Если сравнивать с ЕС, то в Европе интегрировались страны с примерно одинаковым и относительно высоким уровнем развития рыночной экономики и демократических институтов, чего не скажешь об участниках интеграции на постсоветском пространстве. К тому же каждая сторона-участница имеет свои мотивы и приоритеты для экономической интеграции.

России еще не приходилось иметь возможность взаимодействовать с постсоветскими странами на принципах равенства и невмешательства во внутренние дела государства. Однако если Евразийский Экономический Союз станет новым началом в истории постсоветского пространства, стран-участников ожидают перспективное будущее, ведь в основе создания ЕАЭС как региональной интеграции лежит осознание неразрывной общности и понимание, что вместе страны-участники сделают экономику предсказуемой, снизят негативные последствия глобальной нестабильности и обеспечат новые механизмы роста в сложных современных условиях глобальной конкуренции.

Следует подчеркнуть, что в ходе продвижения проекта ЕАЭС изменился его первоначаль-

ный замысел. Украинские события, международная реакция заставляла Россию на переговорах с Белоруссией и Казахстаном быть максимально осторожной. Важно, что из окончательного договора исключены такие вопросы как общее гражданство, внешняя политика, общая охрана границ, идея общего парламента, паспортно-визовая сфера, экспортный контроль. По предложению Казахстана изъяты пункты о более тесной координации военно-технической политики и меры по защите Россией интересов своих соотечественников в других странах. Зафиксированы также взаимные макроэкономические ограничения в ЕАЭС.

Состояние, выгоды и проблемы

Общий макроэкономический эффект от ЕАЭС видится в следующем:

- стабильное и устойчивое увеличение ВВП, выравнивание уровня экономического развития стран-участниц;

- снижение цены на товары благодаря снятию взаимных торговых ограничений, уменьшению издержек при перевозке необходимого сырья / экспорта готового товара;

- стимулирование «здоровой» конкуренции на общем рынке ЕАЭС благодаря вхождению туда новых игроков из общего пространства;

- увеличение средней заработной платы в странах-участницах благодаря уменьшению издержек и повышению производительности труда;

- наращивание производства благодаря увеличению спроса на товары;

- повышение окупаемости новых технологий и товаров благодаря увеличенному объёму рынка;

- увеличение благосостояния народов стран ЕАЭС благодаря снижению цен на продукты и увеличению занятости населения.

Общее представление об экономическом потенциале Евразийского экономического союза даёт таблица 1.

Таблица 1

Характеристика стран — участниц ЕАЭС (по состоянию на 01.01.2015) [1-2]

Страны Население, млн чел. Размер реального ВВП, млрд долл. Размер ВВП на душу населения, тыс. долл. Инфляция, % Уровень безработицы, % Экспорт (млн долл.) Импорт (млн долл.) Торговый баланс, млн долл.

Россия 143,7 2111 6,9 11,4 5,3 496,9 286,0 210,9

Беларусь 9,5 72,1 4,9 16,2 0,5 36,4 40,8 -4,4

Казахстан 17,4 241,9 11,5 7,4 5,0 78237,8 41212,8 37025

Армения 3,0 10,7 2,3 4,6 17,9 1519,3 4401,6 -2882,3

Киргизия 5,8 7,5 1,7 10,5 2,4 1879,9 5732,4 -3852,5

Выгоды от ЕАЭС распределяются между его участниками весьма неравномерно. Пока больше всего выигрывает Белоруссия, меньше — Казахстан, в существенном плюсе Армения и Киргизия, а Россия является «спонсором» постсоветского интеграционного проекта. И это нелёгкое бремя во всех отношениях. Но его придётся нести. Уступки партнёрам по ЕАЭС — плата России за новое объединение. Точных расчётов по этому поводу не существует, но некоторые косвенные свидетельства есть. Так, торговое партнёрство в рамках ТС является наиболее значимым для национальной экономики Белоруссии (взаимная торговля со странами — членами ТС занимала 46,4 % объёма всей её внешней торговли), на втором месте — Казахстан (18,2 % внешнеторгового оборота), на третьем — Россия (7,5 % объёма внешней торговли страны).

Широко известны случаи, когда белорусское руководство фактически выторговывало для себя определённые выгоды. России пришлось пойти на целый ряд уступок, касающихся свободной торговли, расширения возможностей экспорта наших энергоносителей в Белоруссию. Незадолго до подписания договора о ЕАЭС в Астане А. Г. Лукашенко отказался визировать

документ, понимая, что геополитический проект слишком важен для Кремля. Однако, получив от Москвы обещание кредита в 2,5 млрд долл. и согласие на невозврат в российскую казну пошлин от продажи нефтепродуктов в размере 3 млрд долл., произведённых из российской нефти, он согласился. Совсем недавно белорусские власти грозились отложить вступление договора в силу, увязывая ратификацию с компенсаций бюджетных потерь, возникающих из-за налогового манёвра в нефтяной отрасли РФ. Россия как инициатор проекта ЕАЭС в итоге вновь пошла на уступку, согласившись передать Белоруссии ещё до 1 млрд долл. в виде пошлины на экспорт нефтепродуктов. То есть Белоруссия оставит в своём бюджете дополнительно 1,5 млрд долл. пошлин от экспорта произведённых из российского сырья нефтепродуктов. Таким образом, чистый трансферт составит 6 млрд долл. Это «вознаграждение» Белоруссия получила за ратификацию договора о ЕАЭС.

Россия пошла на всё это, понимая, что эффект от такого объединения выше текущих возможных убытков. Вопрос лишь в том, в состоянии ли наша страна добиваться от своих партнёров-соседей взаимности в своих интеграционных планах?

Пока ТС не привёл ни к расцвету взаимной торговли, ни к кардинальной перестройке товарной структуры. Например, сегодня у нас с Белоруссией Таможенный союз и единое Союзное государство, а завтра мы запрещаем ей привозить в Россию сметану и творог, потому что у нас случается история с «Уралкалием».

Казахстан рассчитывает в ЕАЭС на свои конкурентные преимущества в условиях привлечения инвестиций, открытия бизнеса, согласованной финансовой политики, но от участия в Таможенном союзе имеет и минусы. Экспорт сократился на 4 %, а импорт вырос на 5 %. Сохраняются трудности для продвижения казахстанских продовольственных товаров, в том числе мяса и мясопродуктов, на рынок России. Нет свободного доступа на российский рынок электроэнергии, ограничены возможности для её транзита. В двусторонней торговле Казахстан поставляет на российский рынок сырьё, а на свой принимает готовые российские товары. Соответственно, перед Казахстаном стоит задача — поставить на ноги инновационные отрасли и увеличить долю их продукции в общем обороте торговли. Неслучайно, что в Атырау Назарбаев и Путин обсуждали вопросы расширения инновационного сотрудничества в энергетической сфере. Смена стратегического вектора России на восток и курс на создание оси Москва — Пекин открывает широкое поле возможностей для Казахстана.

Интеграция традиционно обходится России очень дорого. Только совокупный объём субсидий, дотаций и преференций, предоставленных Россией Беларуси в 2000-2013 гг. составил, по расчётам ВШЭ, 70 млрд долл. Есть риски частичного перетока капитала в Казахстан, где мягче налоговое администрирование и больше налоговых льгот иностранным инвесторам.

Большие препятствия для интеграции экономик ЕАЭС обусловлены замедлением темпов экономического развития из-за «кризиса доверия» со стороны мирового бизнеса. Ситуация в российской экономике резко ухудшилась. Если в 2013 г. ВВП страны вырос на 1,3 %, то в 2014 г. динамика ВВП стала балансировать вокруг нулевой отметки. В 2015 г. ожидается отрицательная динамика.

В нынешних условиях резкого обострения отношений России с США, ЕС и их союзниками чрезвычайно важным представляется роль наших партнёров по ЕАЭС. Ни один из них не обозначил официальную позицию о бойкоте Москвой западной продукции. Тогда как санкции против России тщательно выверены, многократно обсуждены, и США и ЕС приняли согласованные, скоординированные решения, к которым присоединился ряд других развитых государств.

Пока ещё в ЕАЭС фактически не прослеживается единая торговая политика, что подрывает заявленную цель Евразийского союза — идею создания общего рынка. Белоруссия и Казахстан становятся посредниками в преодолении западных санкций против России, поскольку против Астаны и Минска санкции не введены. Тогда как они должны были бы присоединиться к российским санкциям, а если нет, то не допустить поступления запрещённых продуктов на свой рынок под казахстанскими и белорусскими лейблами. Однако Назарбаев и Лукашенко продемонстрировали, что им, во-первых, не очень нравится предлагаемая Кремлём модель взаимоотношений в «альянсе», а во-вторых, им не хочется что-либо терять из-за односторонних, не согласованных с ними действий России. Правда, солидарность с Москвой была всё-

таки проявлена — и в Казахстане, и в Белоруссии на официальном уровне выразили горячее желание принять участие в импортозамещении, а Россия заявила о немыслимых выгодах, которые сулят казахстанской и белорусской экономикам продовольственные санкции России против западных стран.

Ошибочным представляется мнение, что санкции, введённые Западом против России, равно как и санкции, введённые Россией на ввоз сельхозпродукции из стран ЕС, помогут развитию отечественного производства, поскольку будут способствовать процессу импортозамеще-ния. На самом деле эффективное импортозамещение возможно, если в стране имеется существенный объём незадействованных производственных мощностей и значительное количество свободной рабочей силы. Тогда за счёт этих ресурсов можно быстро наладить производство продукции, аналогичной импортной, без ущерба для остальных производств. Но сегодня таких незадействованных мощностей практически нет. Значит, для производства продукции, аналогичной прежде импортируемой, придётся перепрофилировать уже действующие производства, что неизбежно приведёт к снижению эффективности экономики в целом. Если бы российская промышленность и сельское хозяйство были бы способны производить ту продукцию, которую мы импортируем, с выгодой для себя, то это уже делалось бы и для этого не потребовались бы никакие санкции.

Что касается создания новых производств, то здесь всё упирается в две проблемы — необходимость получения огромного количества разрешений от надзирающих инстанций и отсутствие дешёвых кредитов. До недавнего времени у российских компаний была возможность заимствовать дешёвые деньги на Западе. Сегодня вследствие введённых санкций такой возможности нет. Сейчас в длинную очередь за деньгами Фонда национального благосостояния выстроились многочисленные влиятельные лоббисты, включая крупнейшую государственную нефтяную компанию и один из системообразующих государственных банков. А ведь этот фонд создавался вовсе не для затыкания дыр, а для поддержания социально-экономической стабильности и устойчивости. Некоторые крупные корпорации и банки стремятся использовать средства Фонда национального благосостояния вместо того, чтобы разрабатывать новые императивы инновационного развития, минимизировать коррупционную составляющую при реализации крупных инфраструктурных проектов.

Скорее всего, на экономике Казахстана и Белоруссии санкции отразятся позитивно: они получат преимущества от реэкспорта, пусть и не вполне легального, в Россию запрещённых для ввоза на её территорию товаров. При этом те западные компании, которые будут бояться инвестировать в Россию, смогут инвестировать в Казахстан или Белоруссию, создавать на их территории производства, а потом выходить на российский рынок без пошлин и таможенных ограничений. При этом российские санкционные меры значительно обесценивают принципы Таможенного союза, так как вместо демонтажа границ они сохраняются; не исключено, что к 2015 г., когда должен вступить в силу Евразийский экономический союз, партнёры России могут заблокировать необходимые для интеграции решения.

Но самое важное, что на сегодняшний день у таможенных органов Казахстана и Белоруссии не имеется технической возможности ограничивать провоз на территорию России каких-либо товаров ввиду отсутствия между странами таможенных границ.

Обсуждение в ЕАЭС вопросов координации действий по недопущению незаконных поставок в Россию через Белоруссию и Казахстан товаров из ряда стран, запрещённых в соответствии с постановлением Правительства России, пока ни к чему не привели. У Белоруссии 600-километровая граница с Украиной — закрыть её технически очень сложно и экономически невыгодно. Казахстан находится в процессе присоединения к ВТО и зажат в жёсткие рамки переговоров — появится риск, что Украина может его заблокировать.

Важным событием последнего времени (10 октября 2014 г.) явилось подписание договора о присоединении Армении к Евразийскому экономическому союзу. Напомним, что в 2013 году Армения отказалась от подписания Соглашения об ассоциации с ЕС, отдав предпочтение вступлению в Евразийский таможенный союз. Армения, не имеющая общей границы с ЕАЭС, экономически зависима от Москвы. Россия — главный торговый партнёр Армении, ей принадлежит 80 % энергетических ресурсов республики. Совсем недавно Армения получила 150 млн долл. на проект автодорожного коридора Север — Юг. Республика вот уже более

10 лет состоит в членах ВТО и руководствуется в международной торговле современными нормами и стандартами. В связи со вступлением в ЕАЭС ей предстоят непростые переговоры с членами ВТО об изменении своих обязательств в этой торговой организации.

Армения воспринимает вступление в ЕАЭС как усиление возможностей для отстаивания своих национальных интересов, укрепления безопасности страны и как залог успешного экономического развития, расширения имеющихся и завоёвания новых рынков для своей продукции, развития взаимовыгодных сфер сотрудничества с предсказуемыми партнёрами. Конечно, для ЕАЭС экономически это несущественное приобретение (присоединение к 170-миллионному общему рынку ещё 3-х миллионов человек, к суммарному ВВП стран-учредительниц в 2,5 трлн долл. — «всего лишь» 10-12 млрд долл.), но для России и других стран — учредительниц ЕАЭС важен геополитический фактор. Расширение ЕАЭС за счёт даже небольших и находящихся в непростых экономических условиях государств — факт, как минимум свидетельствующий о притягательности ЕАЭС.

Интеграционные перспективы ЕАЭС

Важным событием последнего времени явилось подписание договора о присоединении Армении и Киргизии к Евразийскому экономическому союзу.

Напомним, что в 2013 г. Армения отказалась от подписания Соглашения об ассоциации с ЕС, отдав предпочтение вступлению в Евразийский таможенный союз. Армения, не имеющая общей границы с ЕАЭС, экономически зависима от Москвы. Россия — главный торговый партнёр Армении, ей принадлежит 80 % энергетических ресурсов республики. Армения воспринимает вступление в ЕАЭС как усиление возможностей для отстаивания своих национальных интересов, укрепления безопасности страны и как залог успешного экономического развития, расширения имеющихся и завоевания новых рынков для своей продукции, развития взаимовыгодных сфер сотрудничества с предсказуемыми партнерами.

Для Киргизии вступление в союз станет мерой экономического спасения, поскольку она продолжает балансировать между целостностью и распадом. Только для гармонизации с экономикой ТС Киргизия получит 500 млн долл.3. Кроме того, через кредиты российских банков и финансовые инструменты ЕврАзЭС, в частности, Антикризисного фонда ЕврАзЭС, где Россия является крупнейшим акционером (её первоначальный взнос составил 7,5 млрд долл. при общем объёме фонда 8,5 млрд долл.), уже ушли сотни миллионов долларов.

Также нельзя не учитывать, что более 30 % экономики Киргизии и 20 % Армении зависят от денежных переводов их граждан, находящихся на заработках в России.

В ближайшей перспективе возможно вступление в ЕАЭС ещё одной страны Центральной Азии — Таджикистана, где это было бы решением многих острых социально-экономических проблем, в частности, связанных с модернизацией и диверсификацией экономики, огромной внешней трудовой миграцией и другими сложностями развития. Присоединение каждого нового члена означает определённые траты со стороны Москвы. Конечно, для России и других стран — учредительниц ЕАЭС важен геополитический фактор.

Пока трудно понять, какие экономические дивиденды может извлечь Россия из присоединения к союзу Армении, Киргизии и Таджикистана с их слабой экономикой, находящейся к тому же в глубоко депрессивном состоянии. Могут ли они выполнять требования, которые накладываются на членов ЕАЭС? Равенство партнёров подразумевает право вето, но оставляет открытым вопрос об эффективности ЕАЭС — легко представить, чем может обернуться обладание правом вето, скажем, Таджикистана или Киргизии при их сложных отношениях с Казахстаном.

На этом процесс расширения Евразийского союза, по-видимому, завершится до лучших времён, хотя сохраняются определённые надежды на расширение евразийской экономической интеграции за счёт взаимовыгодного привлечения Узбекистана и Азербайджана, играющих значительную роль в глобальных международных отношениях. Они считают Москву своим стратегическим партнёром, но вопрос о вступлении в Евразийский экономический союз пока не стоит.

3 См.: Друзья на миллиард. Россия покупает лояльность союзников, давая кредиты и прощая долги // РБК, 12.08.2014.

Серьёзным продвижением на пути экономической интеграции трёх стран могла бы стать единая валюта, причём разговоры о ней ведутся давно. Неудачный опыт введения единой валюты в Союзном государстве России и Белоруссии показывает, что без политической интеграции это невозможно. Камнем преткновения стал тогда вопрос об эмиссионном центре. Россия предлагала, чтобы эмиссией занимался Банк России, но это не устроило Минск. Белоруссия предлагала два эмиссионных центра в двух странах — Россия в ответ резонно заявила, что такого не может быть в принципе. Необходим независимый центр, но для этого нужны наднациональные политические структуры. Очевидно, даже в среднесрочной перспективе создать свой аналог евро членам ЕАЭС вряд ли удастся. Сейчас Белоруссия и Казахстан вообще отрицают необходимость движения в эту сторону. Консенсус по этому вопросу между членами едва ли достижим, ведь пока слишком велики различия в политической и экономической сферах.

Аналогичны трудности банковской интеграции. Консенсуса по этому вопросу между тремя странами быть не может в силу различий в политических и экономических моделях. Значит, нас ждут впереди ещё долгие годы ожидания. Лишь к 2025 г. (!) должен начать функционировать единый мегарегулятор, который займётся надзором и регулированием банковской деятельности на территории стран ЕАЭС. Несмотря на то что размер банковского сектора в Казахстане и Белоруссии существенно мал, Россия идёт на то, что во всех трёх странах будут взаимно признаваться банковские, страховые лицензии и лицензии на осуществление деятельности на рынке ценных бумаг. Например, банкам для ведения бизнеса на территории соседней страны не нужно будет создавать «дочку» и получать лицензию у центрального банка, достаточно будет открыть филиал.

После подписания договора о ЕАЭС было подтверждено, что единый финансовый регулятор объединения будет расположен в Алма-Ате. Город станет не только экономической, финансовой столицей Казахстана и Центральной Азии, но и финансовой столицей Евразийского экономического союза, который мог бы выступить составной частью формируемого к 2018 г. Международного финансового центра в Москве, востребованность которого, несмотря на ре-путационные и имиджевые потери на фоне происходящих сейчас глобальных процессов, резко возрастает [10].

В целях обеспечения финансовой безопасности и гарантированного проведения расчётно-платёжных операций необходимо сформировать на пространстве ЕАЭС альтернативную евразийскую систему передачи финансовой информации SWIFT4. Данная система платежей могла бы быть сформирована в короткие сроки на базе Межгосударственного банка СНГ с использованием передовых технологий и информационно-технической базы Банка России и других заинтересованных центробанков.

ЕАЭС следует сосредоточить усилия на разработке и реализации скоординированной межгосударственной промышленной политики. Её стержнем должна стать неоиндустриализация, а конечными целями — сохранение и повышение глобальной конкурентоспособности, выход в лидеры научно-технического прогресса и мировой экономики в целом. Поскольку все постсоветские страны унаследовали от СССР в основном изношенную производственную базу, сегодня необходимо перейти к осуществлению новой индустриализации, которая может стать прорывным инновационным и интеграционным проектом ЕАЭС. Только реализуя скоординированную и взаимодополняющую научно-техническую, инновационную, промышленную, экономическую политику, страны — участницы ЕАЭС могут выдержать глобальную конкуренцию.

Интеграция без Украины

Очевидным недостатком ЕАЭС является отсутствие в нём Украины. Страна с 40-миллионным населением, сравнительно диверсифицированной экономикой и исторически крепкими промышленными связями с Россией сделала бы объединение гораздо более мощным и перспективным. Все помнят, как Россия долго и мучительно затягивала Киев в Таможенный союз, но даже беглый президент В. Янукович сопротивлялся, прячась за формулу

4 См.: SWIFT — Society for Worldwide Interbank Financial Telecommunications, Международная система межбанковских коммуникаций.

«3+1». Украина всячески уклонялась от настойчивых приглашений России присоединиться к Таможенному союзу, ограничившись ролью наблюдателя в Евразийской экономической комиссии. На самом деле игра стоила свеч. Драма этой страны заключается в том, что она экономически тесно связана с Россией (на неё в 2013 г. пришлось 24 % экспорта и 30 % импорта Украины, около 30 % накопленных прямых иностранных инвестиций с учётом российского капитала, зарегистрированного в оффшорах). Для успеха любого серьёзного интеграционного проекта на постсоветском пространстве наряду с Россией нужна и Украина. Именно эти два государства с учётом их экономического потенциала и сложившихся с советских времён глубоких экономических связей способны были стать тем «локомотивом», который потянул бы в дальнейшем за собой всех остальных. Именно так интеграция шла в Европе, где в качестве «локомотива» выступили Германия и Франция, и этот принцип себя полностью оправдал.

Можно ли было всё-таки создать какую-то интеграционную модель вместе с Украиной? Думаю, да. Но для этого надо было отойти от чрезмерного давления и «принуждения к дружбе». Необходимо было терпеливо искать компромисс и договариваться. Но теперь интеграцию с Украиной даже в более отдалённой перспективе даже трудно себе представить. Установившееся враждебное противостояние между РФ и Украиной сохранится, видимо, на долгие годы, что исключает их объединение в рамках каких-либо постсоветских интеграционных союзов. В условиях глобальной конкуренции ЕАЭС не сможет стать мощным игроком, каким бы мог быть, имея в своём составе Украину.

Потеря Украины — второй по экономической мощи страны СНГ — в качестве потенциального участника весьма ощутима. Доля Украины в российском экспорте составляет 4,5-6 %, и товарная структура более диверсифицирована, чем в других странах ЕАЭС. Перенаправить в другие страны те несырьевые товары (в 2013 г. — на 9,7 млрд долл.), которые сейчас идут на Украину, получится лишь на 40-45 %, т. е. Россия лишится до 5,8 млрд долл. или 1,1 % своего экспорта. Потери от приостановки украинского импорта, в т. ч. некоторых важных комплектующих для оборонной промышленности и машиностроения, — примерно 2 млрд долл. [19]. В 2013 г. объём экспорта из Украины составил 63,3 млрд долл. Наибольшая доля в структуре экспорта традиционно пришлась на агропромышленный комплекс — 17 млрд долл., затем идут товары металлургической индустрии — 14,3 млрд долл. и химической промышленности — 4,9 млрд долл. .

Вместе с тем радует, что Украина пока не собирается выходить из Содружества независимых государств. Вопреки громким заявлениям украинских политиков никаких реальных шагов по разрыву с СНГ Киев не предпринимал. Позиция президента П. А. Порошенко носит амбивалентный характер — и хочется, и колется. Конечно, Украина не заинтересована в выходе из СНГ: слишком много экономических преференций члены СНГ имеют по отношению друг к другу. Этот статус даёт Украине большое число преимуществ — от безвизового передвижения её граждан по странам Содружества до участия страны в зоне свободной торговли. Полностью прекратить товарооборот с Украиной невозможно, ведь страны находятся рядом. Но то, что товарооборот и инвестиционная активность будут существенно падать, очевидно. Приемлемые для России и Украины договорённости по газу, скорее всего, достигнуты не будут. Президент Украины распорядился прекратить всё взаимодействие с Россией в сфере ВПК, и это сильно скажется на экономике Украины. Кроме того, резко уменьшится объём торговли в области агропромышленного комплекса, уже есть распоряжения о прекращении поставок в Россию сельхозпродукции.

Украина слишком важна для России и СНГ. Широко известны слова З. Бжезинского о том, что с Украиной Россия может быть мировой великой державой, а без неё — второразрядным государством.

Возможности расширения ЕАЭС усугубляются тем, что политические элиты Украины, Молдавии и Грузии категорически не приемлют этот проект и всячески поддерживают идею сближения и интеграции с Евросоюзом, твёрдо взяв курс на присоединение к ЕС. Все эти страны уже подписали соглашения об ассоциации с ЕС. Политический блок соглашения касается политического взаимодействия, вопросов безопасности и борьбы с терроризмом. Подписание экономической части подразумевает создание условий для формирования зоны свободной торговли и, как следствие, обнуление импортных пошлин и открытие национальных рын-

ков для европейских товаров, в конечном счёте — полную интеграцию экономик Украины, Молдавии и Грузии в рынок Евросоюза.

ЕАЭС и ЕС

Успех Евразийского экономического союза и его место в глобальном мире и мирохозяйственных связях во многом будет определяться взаимодействием с Европейским союзом. ЕАЭС нельзя представить без широкого взаимодействия с Евросоюзом и другими межгосударственными интеграционными объединениями (табл. 2).

Таблица 2

Доля стран ЕАЭС и других глобальных центров в мировой экономике [1-2]

Страны Население, начало 2014 г., млн чел. ВВП 2013 г. в постоянных ценах в % к 2012 г. ВВП по ППС, 2013 г., млрд долл. США Уровень безработицы в среднем за год в % к экономически активному населению

Россия 143,7 101,3 3,5 5,5

Беларусь 9,5 100,9 0,2 1,3

Казахстан 17,7 106,0 0,4 5,2

Армения 3,0 103,5 0,2 16,2

Киргизия 5,8 110,5 0,2 8,3

СНГ 282 102,0 5,3 5,9

ЕС-28 505,7 100,1 17,6 10,8

США 318,6 101,9 16,8 7,4

Китай 1371,0 107,7 16,1 4,1

Япония 127,0 101,5 4,7 4,0

Республика Корея 51,3 103,0 1,7 3,1

Турция 77,7 104,0 1,5 9,7

Индия 1267,4 105,0 6,8 5,2

В ходе создания ЕАЭС неоднократно заявлялось о возможности его будущей интеграции с ЕС, создании «гармоничного сообщества экономик от Лиссабона до Владивостока» с вероятностью последующего формирования зоны свободной торговли между Евросоюзом и Евразийским экономическим союзом. Подчёркивалось, что европейский и евразийский интеграционные процессы не противоречат друг другу.

В то же время ЕАЭС никак не может развиваться как простой аналог Евросоюза. Ведь интеграция ЕС осуществлялась совершенно в других условиях, когда в течение 40 лет последовательно формировалось единое правовое, экономическое и социальное пространство. Был пройден долгий путь от простого к сложному, тщательно учтён накопленный опыт, гармонизированы интересы отдельных стран и ЕС в целом.

Кроме того, новая Евразийская интеграция начинается в условиях набирающего обороты серьёзного финансово-экономического кризиса, потенциально долгой хозяйственной рецессии в России и других странах — участницах ЕАЭС, экономика которых в 2015-2017 гг. может стать весьма уязвимой. Более того, из-за поспешности, с которой подписываются договоры, они всё больше выглядят как декларации, а не как обдуманные экономические решения. Странам — учредительницам ЕАЭС приходится на ходу нарабатывать новые механизмы экономического взаимодействия на принципах равенства и невмешательства во внутренние дела друг друга.

Остро встаёт проблема торговых отношений в рамках двух свободных экономических зон — ЕС и ТС. Но эти страны — также участницы зоны свободной торговли СНГ. ЕС считает зоны полностью совместимыми, а Россия опасается, что после отмены торговых барьеров в Таможенный союз хлынут дешёвые европейские товары, и принимает защитные меры, отзывает договоры о беспошлинной торговле, которые были заключены с ними как с участницами СНГ. Отмена нулевых пошлин будет иметь негативные последствия для экономик Украины, Грузии и Молдавии. Сейчас Россия намеревается лишить их льгот, связанных с преимуще-

ствами зоны свободной торговли, тогда как следовало бы по возможности сохранять и приумножать экономическое взаимодействие с этими странами, тем более что их путь в ЕС будет долгим, а результат — не ясным ещё в течение многих лет. Многие в Европе вообще против расширения ЕС. Больше шансов на вступление туда даже у Турции, которая добивается этого уже пятьдесят лет. Нельзя не учитывать, что реально существует множество серьёзных юридических и политических препятствий для вступления Украины, Грузии и Молдавии в ЕС, и прежде всего, проблема территориальной целостности этих государств.

Развивая идею евразийства, не следует форсировать реализацию этого проекта. Нельзя не учитывать, что полноценного вступления Украины, Грузии и Молдавии в ЕС в обозримом будущем не произойдёт. Соглашения об ассоциации с ЕС налагают неподъёмные требования, которые в конечном счёте способны нанести непоправимый вред экономике, в первую очередь, сельскому хозяйству. А выгоды от ЗСТ с СНГ уже проверены жизнью и действуют.

Евразийский экономический союз и Евросоюз рано или поздно придут к объединению усилий и глубокому партнёрству. Москва никогда не была противником сближения с Евросоюзом, но вопрос в условиях сотрудничества. В. В. Путин подчёркивает, что проблемы создаются не в связи с ответными и защитными мерами РФ, а в связи с тем, что европейские партнёры «не считают нужным своевременно, открыто, полноформатно, предметно и профессионально обсуждать те риски, которые возникают для российской экономики и для других стран Содружества в связи с действием норм зон свободной торговли и присоединения коллег к другим торгово-экономическим объединениям».

Более того, в условиях действия санкций Россия должна быть заинтересована в том, чтобы новейшие технологии стали доступными для партнёров по ЕАЭС. В этом плане заслуживают поддержки усилия Казахстана, в частности, недавнее соглашение о расширенном партнёрстве Казахстана с ЕС на несколько ближайших лет, подписанное Н. А. Назарбаевым в начале октября 2014 г. в Брюсселе. Это долгий и непростой процесс, но неизбежно ведущий к сотрудничеству ЕС и ЕАЭС. И здесь Казахстан может стать своеобразным мостом между двумя альянсами. Или даже сыграть ту роль, которая в этом смысле была уготована Украине.

Очень важно, чтобы ЕАЭС как набирающая темпы региональная интеграция не препятствовал каждой стране выбирать свои собственные, особые пути и формы взаимодействия, гибкие модели экономического и иного сотрудничества с Евросоюзом, а также с другими странами и группировками. В условиях глобализирующегося мира малые и средние по масштабам страны СНГ могут быть конкурентоспособными только в рамках интеграционного союза. Нам предстоит построить не просто Евразийский экономический союз, а общее пространство, взаимосвязанное, с одной стороны, с ЕС, а с другой — с Азиатско-Тихоокеанским регионом. В этом случае ЕАЭС может стать крупным субъектом мировой экономики и способствовать устранению тех перекосов, которые сложились за последние десятилетия в мирохозяйственных связях глобальной экономики.

Нарождающемуся, пока ещё весьма хрупкому Евразийскому экономическому союзу предстоит существовать в условиях обострения геополитических вызовов и угроз, исходящих из кризиса вокруг Украины. Запад будет наращивать экономическое давление на Россию, отсекая её от международных финансовых рынков и передовых технологий. Будет и политическое давление на другие бывшие союзные республики. В этих условиях России следует найти новые нестандартные подходы, более активно взаимодействовать с постсоветскими странами на принципах равенства, уважения территориальной целостности и невмешательства во внутренние дела государства. Принципиально важно продемонстрировать, что украинский кризис никак не сказался на отношениях с ближайшими партнёрами и не помешает укреплению ЕАЭС. Конечно, сейчас это шаг в гораздо большей степени политический, нежели экономический. Но если политика и далее будет превалировать, то ЕАЭС рискует превратиться в очередное мёртворождённое дитя наподобие некоторых других интеграционных проектов в СНГ. Думается, такую опасность участники ЕАЭС видят, понимают и способны нейтрализовать, исходя из общих интересов и благодаря сложению усилий.

ЕАЭС может стать одним из полюсов глобальной экономики и найти свою уникальную миссию, которую не выполнит больше никакая другая из уже существующих международных межгосударственных интеграционных группировок. Такой функцией могло бы стать взаимо-

действие между старым промышленным миром (Запад, США) и новыми развивающимися промышленными державами (Китай, Азия, страны БРИКС и Латинской Америки). Именно ЕАЭС может и должен стать выразителем интересов большинства постсоветского мира, мостом между европейским интеграционным проектом — ЕС и бурно развивающимся Китаем.

Литература

1. 10 лет СНГ (1991-2000). Статистический сборник /МСК СНГ. — М, 2001 — 800 с.; 15 лет СНГ (1991-2005). Статистический сборник/МСК СНГ. — М., 2006 — 437 с.; СНГ в 2008 г. Краткий справочник /МСК СНГ. — М, 2009. — 448 с.; 20 лет СНГ 1991-2010 гг.: Статистический сборник /МСК СНГ. — М; 2011 — 516 с.; СНГ в 2012 г.: Статистический ежегодник / МСК СНГ — М., 2013. — 604 с.; СНГ в 2013 г.: Статистический ежегодник /МСК СНГ—М., 2014. — 614 с.

2. Сайт Министерства экономического развития Российской Федерации. URL: http://economy.gov.ru/ minec/main.

3. Акаев А. А. Евразийские перспективы возрождения России. — СПб.: Северная звезда, 2012. — 408 с.

4. Вардомский Л. Б., Зиядуллаев Н. С., Шурубович А. В. Евразийская интеграция и модернизация России // Модернизация и экономическая безопасность Российской Федерации. — Т. 4 (отв. акад. Н. Я. Петраков). — М.; СПб.: Нестор-История, 2014. — 452 с. — С. 289-312.

5. Вардомский Л. Б., Зиядуллаев Н. С., Пылин А. Г., Шурубович А. В. Россия и модернизация экономики в странах СНГ // Модернизация и экономическая безопасность Российской Федерации. — Т. 5 (отв. акад. Н. Я. Петраков). — М.; СПб.: Нестор-История, 2014. — 482 с. — С. 226-249.

6. Дохолян С. В. Институциональные инструменты интеграционного взаимодей-ствия социально-экономических систем регионов / С. В. Дохолян, В. З. Петросянц, А. М. Садыкова // Региональные проблемы преобразования экономики. — № 2. — 2011. — С. 17-23.

7. Дохолян С. В. Концептуальные подходы к формированию механизма интеграционного взаимодействия социально-экономических систем регионов / С. В. Дохолян, А. М. Садыкова // Вестник Дагестанского государственного технического университета. — Махачкала, 2010. — № 1. — С. 179-188.

8. Дохолян А. С. Проблемы устойчивого развития экономики региона / Современные проблемы науки и образования. — 2011. — № 5. URL: www.science-education.ru/99-4975 (дата обращения: 01.12.2011).

9. Зиядуллаев Н. С. СНГ: Дорога в третье тысячелетие. Проблемы развития и укрепления Содружества (предисл. акад. А. Д. Некипелова). — М., ИСПИ РАН, 2002. — 210 с.

10. Зиядуллаев Н. С., Зиядуллаев У. С. Международный финансовый центр в Москве: возможности и механизмы формирования // Общество и экономика. — 2014 — № 4. — С. 121-140.

11. Зиядуллаев Н. С. Современные реалии и стратегии развития Евразийского экономического союза // Пленарные доклады третьего Международного форума «Россия в XXI веке: глобальные вызовы и перспективы развития» (21-22 октября 2014 г.). — М., ИПР РАН, 2014. — С. 109-120.

12. Зоидов К. Х., Ионичева В. Н., Медков А. А. Современные проблемы и перспективы развития Евразийской экономической интеграции в условиях нестабильности // Региональные проблемы преобразования экономики, 2014. — № 9 (47). — С. 247-258.

13. Зоидов К. Х., Зоидов З. К. Эволюция трансформационных экономических систем стран Южного Кавказа в условиях интеграции и глобальной нестабильности // Региональные проблемы преобразования экономики, 2014. — № 9 (47). — С. 188-202.

14. Зоидов К. Х., Турсунова Г. Н., Зоидов З. К. Эволюция трансформационных экономических систем стран Центральной Азии в условиях интеграции и глобальной нестабильности. Часть I // Региональные проблемы преобразования экономики. — 2014. — № 9 (47). — С. 215-228.

15. Зоидов К. Х., Турсунова Г.Н., Зоидов З. К. Эволюция трансформационных экономических систем стран Центральной Азии в условиях интеграции и глобальной нестабильности. Часть II // Региональные проблемы преобразования экономики. — 2014. — № 10 (48).

16. Путин В. В. Новый интеграционный проект для Евразии — будущее, которое рождается сегодня // Известия, 03.10.2011.

17. Россия, Белоруссия и Казахстан объединились в Евразийский экономический союз // Российская газета, 30 мая 2014 г.

18. Тупик борьбы интеграций в Европе. Доклад Комитета гражданских инициатив — М., 2014. URL: http://komitetgi. ru/news/news/1611/.

19. Цветков В. А., Зоидов К. Х. и др. Постсоветское экономическое пространство: современное состояние и перспективы развития. — М.: Финансы и кредит, 2009. — 472 с.

20. Цветков В. А., Зоидов К. Х., Медков А. А. Формирование эволюционной модели транспортно-транзитной системы России в условиях интеграции и глобализации. — М.: ИПР РАН; СПб.: Нестор-История, 2014. — 800 с.

21. Цветков В. А., Бобоев О. Б., Зоидов К. Х. Экономический эффект от присоединения Республики Таджикистан к Евразийскому экономическому союзу. Международная экономическая интеграция с участием Российской Федерации: опыт, проблемы, перспективы развития // Материалы международной научно-практической конференции. Москва, 29-30 января 2015 г. / Под ред. чл.-корр. РАН В. А. Цветкова. — М.: ЦЭМИРАН/ИПР РАН, 2015. — 257 с. — С. 89-99.

References:

1. 10 years of the CIS (1991-2000). Statistical Yearbook / GMT CIS. - M., 2001 - 800 p .; 15 years of the CIS (1991-2005). Statistical Yearbook / GMT CIS. - M., 2006 - 437p .; CIS in 2008, Quick Reference / GMT CIS. -M., 2009. - 448p .; 20years ofthe CIS 1991-2010 .: Statistical Yearbook/ GMT CIS. - M; 2011 - 516p .; CIS

2012 .: Statistical Yearbook/ GMT CIS - M., 2013. - 604p .; CIS 2013 .: Statistical Yearbook/ GMT CIS - M., 2014. - 614 p.

2. Ministry of Economic Development of the Russian Federation. URL: http://economy.gov.ru/minec/main.

3. Akayev A.A. Eurasian prospect of Russia's revival. - SPb .: North Star, 2012. - 408 p.

4. Vardomsky L.B., Ziyadullaev N.S., Shurubovich A.V. Eurasian integration and modernization of Russia // Modernization and economic security of the Russian Federation. - 4 T. (Ed. Acad. Petrakov NY). - M.; SPb .: Nestor History, 2014. - 452 p. - S. 289-312.

5. Vardomsky L.B., Ziyadullaev N.S., Pylin A.G., Shurubovich A.V. Russia and modernization of the economy in the CIS // Modernization and economic security of the Russian Federation. - 5 T. (Ed. Acad. Petrakov NY). -M.; SPb .: Nestor History, 2014. - 482 p. - S. 226-249.

6. Dokholyan SV Institutional instruments of integration-tion interaction of socio-economic systems, regional / SV Dokholyan, V.Z. Petrosyants, A.M. Sadykova // Regional problems of transformation of the economy. - № 2.

- 2011. - S. 17-23.

7. Dokholyan S. Conceptual approaches to the formation mechanism of integration interaction of socioeconomic systems of regions / SV Dokholyan, AM Sadykov // Bulletin of the Dagestan State Technical University. - Makhachkala, 2010. - № 1. - S. 179-188.

8. Dokholyan A. Problems of sustainable development of the regional economy / Modern problems of science and education. - 2011. - № 5. URL: www.science-education.ru/99-4975 (the date of circulation: 01.12.2011).

9. Ziyadullaev NS CIS: The road to the third millennium. Problems of development and strengthening of the Commonwealth (foreword. Acad. Nekipelova AD). - M., ISPR, 2002. - 210p.

10. Ziyadullaev N.S., Ziyadullaev U.S. International Financial Center in Moscow opportunities and mechanisms of formation // Society and Economy. - 2014 - № 4. - pp 121-140.

11. Ziyadullaev N.S. modern realities and development strategy of the Eurasian Economic Union // Plenary sessions of the Third International Forum "Russia in XXI Century: Global Challenges and Prospects for Development" (21-22 October 2014). - M., IPR RAS, 2014. - S. 109-120.

12. Zoid^M K.H. Ionicheva V.N. Medkov A.A. Modern problems and prospects of development of the Eurasian economic integration in the conditions of instability // Regional problems of economic transformation, 2014. -№ 9 (47). - S. 247-258.

13. Zoidov K.H. Zoidov Z.K. Evolution transformational economic systems of the countries of the South Caucasus in terms of integration and global instability // Regional problems of economic transformation, 2014. - № 9 (47). - S. 188-202.

14. Zoidov K.H. Tursunov G.N., Zoidov Z.K. Evolution transformational economies of Central Asian countries in terms of integration and global instability. Part I // Regional problems of transformation of the economy. -2014. - № 9 (47). - S. 215-228.

15. Zoidov K.H. Tursunov GN Zoidov Z.K. Evolution transformational economies of Central Asian countries in terms of integration and global instability. Part II // Regional problems of transformation of the economy. -2014. - № 10 (48).

16. Vladimir Putin new integration project for Eurasia - a future that is born today // Izvestia, 03.10.2011.

17. Russia, Belarus and Kazakhstan are united in the Eurasian Economic Union // Rossiyskaya Gazeta, May 30, 2014

18. Deadlock struggle integration in Europe. Report of the Committee of Civil Initiatives - M., 2014. URL: http://komitetgi. ru/news/news/1611/.

19. Tsvetkov V.A., Zoidov K.H. et al. Post-Soviet Space: current state and prospects of development. - M.: Finance and Credit, 2009. - 472p.

20. Tsvetkov V.A., Zoidov K.H. Medkov A.A. Formation of the evolutionary model of transport and transit system of Russia in the conditions of integration and globalization. - M.: IPR Academy of Sciences; SPb .: Nestor History, 2014. - 800 p.

21. Tsvetkov V.A., Boboev O.B., Zoidov K.H. economic effect of the accession of the Republic of Tajikistan to the Eurasian Economic Union. International economic integration with the participation of the Russian Federation: experience, problems and prospects of development // Proceedings of the international scientific-practical conference. Moscow, 29-30 January 2015 /Ed. corr. RAS VA Tsvetkov. - M.: CEMI/IPR RAS, 2015.

- 257p. - S. 89-99.