Историческое развитие уголовно-правового статуса сотрудников органов внутренних дел в советский период

ИСТОРИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ УГОЛОВНО-ПРАВОВОГО СТАТУСА СОТРУДНИКОВ ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ

В СОВЕТСКИЙ ПЕРИОД

ЛАРИН Виктор Юрьевич

Аннотация. Автором проведен ретроспективный анализ уголовно-правового статуса сотрудника органов внутренних дел в советский период. В статье отмечается, что окончательное формирование уголовно-правового статуса сотрудников органов внутренних дел произошло в период действия УК РФСФР I960 года. В указанное время баланс между уголовно-правовой охраной сотрудников органов внутренних дел и уголовно-правовым воздействием на них был соблюден в максимальной степени.

Annotation. The author carried out the retrospective analysis of criminal legal status of the personnel of agency of Internal Affairs in the Soviet period. The article notes that during the period of validity of the criminal code of the RSFSR I960 the criminal legal status of the personnel of agency of Internal Affairs finally formed. At this time, the balance was observed in the maximum level between criminal-legal protection of the personnel of agency of Internal Affairs and criminal-legal influence on them.

Ключевые слова: сотрудник органа внутренних дел, уголовно-правовой статус, должностные преступления, уголовно-правовая охрана.

Key words: the personnel of agency of Internal Affairs, criminal-legal status, official malfeasance, criminal-legal protection.

Советский период (1917-1991) сыграл важную роль в историческом развитии уголовно-правового статуса сотрудников органов внутренних дел, поскольку именно в указанный период произошло формирование уголовно-правовой охраны и уголовно-правового воздействия на сотрудников органов внутренних дел, которые создали предпосылки для регламентации современного уголовно-правового статуса указанных лиц.

Первым кодифицированным актом советской власти в области уголовного права стал Уголовный кодекс РСФСР 1922 года, который уделил достаточное внимание уголовно-правовой охране сотрудников органов внутренних дел. Соответствующие составы преступлений были помещены в первую главу Особенной части данного кодекса, посвященную государственным преступлениям. В ст. 86 УК РСФСР 1922 года предусматривалась уголовная ответственность за сопротивление «представителям власти при исполнении ими возложенных на них законом обязанностей или принуждение к выполнению явно незаконных действий, сопряженные с убийством, нанесением увечий или насилием над личностью представителя власти»1, что влекло за собой применение

1 История государства и права России: Источники права. Юридические памятники Х1-ХХ вв. М., 1995. С. 217.

высшей меры наказания - расстрела. В ст. 88 УК РСФСР 1922 года содержался состав преступления, предусматривающий уголовную ответственность за «публичное оскорбление отдельных представителей власти при исполнении ими своих служебных обязанностей»2. По справедливому замечанию В.Т. Дзюба, эти нормы стали юридической гарантией защиты законной деятельности и жизни работников милиции3. В системе рассматриваемого кодекса указанные государственные преступления отнесены к группе преступлений против порядка управления, под которыми законодатель, исходя из смысла ст. 74 УК РСФСР 1922 года, понимал любое деяние, направленное на нарушение правильного функционирования подчиненных органов управления или народного хозяйства, сопряженное с сопротивлением или неповиновением законам советской власти, с препятствованием деятельности ее органов и иными действиями, вызывающими ослабление силы и авторитета власти. Тем самым законодатель окончательно связал повышение общественной опасности преступлений в отношении представителей власти с причинени-

2 История государства и права России... С. 217.

3 См.: Дзюба В.Т. Уголовная ответственность за посяга-

тельство на жизнь работника милиции или народного дружин-

ника : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Киев, 1985. С. 10-11.

ем вреда в каждом таком случае отношениям в сфере нормального функционирования органов управления.

Обратим внимание, что в УК РСФСР 1922 года сотрудники органов внутренних дел не рассматривались в качестве специального потерпевшего, а их уголовно-правовая охрана происходила в рамках более широкого понятия представителей власти. С принятием УК РСФСР 1926 года указанная терминология не изменилась, однако круг преступлений, затрагивающих интересы сотрудников органов внутренних дел, был расширен. Статья 76 УК РСФСР 1926 года содержала состав оскорбления представителя власти, аналогичный содержащемуся в ст. 88 УК РСФСР 1922 года. В ст. 73 УК РСФСР 1926 года была установлена ответственность за сопротивление граждан представителям власти при исполнении ими возложенных на них законом обязанностей или принуждение к выполнению явно незаконных действий, сопряженное с насилием над личностью представителя власти, а также за сопротивление власти, не сопряженное с насилием4.

Как видно, по сравнению с УК РСФСР 1922 года, данная норма существенно расширена и включает также принуждение представителей власти к выполнению незаконных действий, что следует признать положительной стороной уголовно-правового регулирования статуса сотрудника органов внутренних дел как представителя власти.

Несмотря на то, что в ст. 73 УК РСФСР 1926 года прямо не говорится о сотрудниках органов внутренних дел как потерпевших от данного вида посягательства, в научно-практической литературе того времени они выделялись в числе представителей власти. В частности, в литературе отмечалось, что указанное в данной статье насилие может быть выражено в «избиении милиции, агентов угрозыска и других представителей власти»5.

Новой нормой в уголовно-правовой охране сотрудников органов внутренних дел следует признать введенную в 1929 году в УК РСФСР ст. 73.1, которая предусматривала ответственность за угрозу убийством, истреблением имущества или совершением насилия по отношению к должностным лицам в целях пре-

4 Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. // СПС «Консуль-тантПлюс» (дата обращения: 13.05.2014).

5 Карницкий Д.Н., Рогинский Г.К., Строгович М.С. Уголовный кодекс РСФСР: постатейный комментарий. 2-е изд. М., 1929. С. 126.

кращения их служебной деятельности или изменения ее характера в интересах угрожающего.

При этом ни в УК РСФСР 1922 года, ни в УК РСФСР 1926 года не было предусмотрено такого обстоятельства, исключающего преступность деяния, как причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление. В подобных случаях суд был вынужден руководствоваться нормами о необходимой обороне и крайней необходимости (ст. 19, 20 УК РСФСР 1922 года и ст. 13 УК РСФСР 1926 года). Такая практика может быть сегодня оценена только с отрицательной стороны, так как приводила к аналогии закона, которая в современных условиях неприемлема. Однако на тот период времени данное обстоятельство оценивалось иначе, так как аналогия закона была законодательно разрешена и закреплена в ст. 10 УК РСФСР 1922 года, ст. 16 УК РСФСР 1926 года.

Исследуя вопросы уголовной ответственности сотрудников органов внутренних дел в первые десятилетия советской власти, следует отметить, что в УК РСФСР 1922 года гл. II «Должностные (служебные) преступления» располагалась сразу после главы «Государственные преступления», что свидетельствовало о существенной значимости объекта данных преступлений. Здесь речь шла о таких преступлениях, как злоупотребление властью, превышение власти, бездействие власти, халатность, незаконное задержание или привод, взяточничество, служебный подлог6. В УК РСФСР 1926 года аналогичные составы содержались в гл. III. Можно констатировать, что большинство составов должностных преступлений были довольно близкими к действующим в дореволюционный период.

Наказания за должностные преступления в УК РСФСР 1922 года и в УК РСФСР 1926 года были довольно строгими, вплоть до смертной казни. Это вполне обусловлено стремлением советской власти упрочить свои позиции и не допустить внутреннего распада строящегося государства. Однако уже в 1927 году была отменена высшая мера наказания за должностные преступления7.

6 История государства и права России. С. 219-220.

7 Постановление ВЦИК СНК РСФСР от 31 октября 1927 г.

«Об изменениях Уголовного кодекса РСФСР во исполнении манифеста 2 сессии центрального исполнительного комитета Союза ССР IV созыва» // СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 13.05.2014).

Таким образом, в УК РСФСР 1922 года и УК РСФСР 1926 года сотрудники органов внутренних дел не рассматривались в качестве специального потерпевшего, а их уголовноправовая охрана происходила в рамках более широкого понятия представителей власти. Уголовно-правовое воздействие на сотрудников органов внутренних в случае совершения ими преступления производилось также в рамках общих составов должностных преступлений, так как в качестве специальных субъектов они не выделялись. В то же время в уголовном законодательстве сформировались «базовые» составы должностных преступлений, которые сохранялись в последующих кодексах (злоупотребление властью, превышение власти, бездействие власти, халатность, незаконное задержание, взяточничество, служебный подлог).

В УК РСФСР 1960 года в первоначальной редакции уголовно-правовая охрана сотрудников органов внутренних дел находила выражение в трех нормах: ст. 191, предусматривающей ответственность за сопротивление представителю власти при исполнении обязанностей либо принуждение их к выполнению явно незаконных действий, совершенных с насилием или с угрозой применения насилия; ст. 192, устанавливающей ответственность за публичное оскорбление представителя власти или представителя общественности, выполняющего обязанности по охране общественного порядка, в связи с исполнением этими лицами возложенных на них обязанностей; ст. 193, криминализирующей угрозу убийством, нанесением тяжких телесных повреждений или уничтожением имущества путем поджога по отношению к должностному лицу, примененную в целях прекращения служебной или общественной деятельности или изменения ее характера в интересах угрожающего8. Содержание данных норм не имело принципиальных отличий от аналогичных норм УК РСФСР 1926 года.

Изменения произошли в 1962 году, когда в уголовный закон были введены специальные статьи, направленные на уголовно-правовую охрану сотрудников органов внутренних дел: ст. 191.1 (сопротивление работнику милиции или народному дружиннику), ст. 191.2 (посягательство на жизнь работника милиции или на-

8 Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. // СПС «Консуль-тантПлюс» (дата обращения: 13.05.2014).

родного дружинника в связи с их деятельностью по охране общественного порядка), ст. 192.1 (оскорбление работника милиции или народного дружинника). Кроме того, были введены иные составы, потерпевшими по которым могли выступать как сотрудники органов внутренних дел, так и иные специальные лица: ст. 191.3 (воспрепятствование служебной деятельности прокурора, следователя или лица, производящего дознание), ст. 191.4 (оказание сопротивления военнослужащему, сотруднику органа внутренних дел или иному лицу при исполнении ими обязанностей по охране Государственной границы Российской Федерации), ст. 191.5 (посягательство на жизнь военнослужащего, сотрудника органа внутренних дел или иного лица при исполнении ими обязанностей по охране Государственной границы Российской Федерации, а также на жизнь членов их семей), ст. 192.2 (оскорбление военнослужащего, сотрудника органа внутренних дел или иного лица при исполнении ими обязанностей по охране Государственной границы Российской Федерации)9. Введение вышеуказанных норм было продиктовано потребностями общества в совершенствовании института уголовно-правовой охраны сотрудников органов внутренних дел и дифференциации ответственности за посягательство на них.

Такие законодательные изменения соответствовали научным представлениям в данной области. В частности, отмечалось, что представители власти, в том числе сотрудники органов внутренних дел, в силу высокой степени конфликтогенности осуществляемой деятельности, обладали виктимной предрасполо-женностью10.

Таким образом, впервые в уголовном законодательстве была закреплена система норм, обеспечивающих нормальное функционирование органов внутренних дел посредством повышенной охраны жизни, здоровья, чести и достоинства их сотрудников. Данная система была далека от совершенства, в связи с чем вызвала в науке многочисленные споры11, однако сам

9 Закон РСФСР от 25 июля 1962 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР» // СПС «Консуль-тантПлюс» (дата обращения: 13.05.2014).

10 См.: Полубинский В.И. Виктимология и проблемы предварительного следствия. Волгоград : ВВСШ МВД СССР, 1980. С. 21.

11 См., например: Бородин С.В. Квалификация убийства по действующему законодательству. М., 1966. С. 243 ; Побе-гайло Э.Ф. Умышленные убийства и борьба с ними. Воронеж, 1965. С. 78 ; Якубович М.И. Советское уголовное право: Часть особенная / под. ред. В.А. Владимирова. М., 1979. С. 428.

факт такого законодательного закрепления заслуживает положительной оценки.

В научной литературе отмечалось, что нормы УК РСФСР 1960 года об уголовноправовой охране сотрудников правоохранительных органов «не согласовывались с конституционным положением о первостепенной охране личности. ...отражали дифференциацию ответственности не в зависимости от степени и характере вреда личности, а с учетом общественной опасности деяний, посягающих на порядок управления»12. Не оспаривая справедливость данного замечания, отметим, что такое положение было обусловлено социально-политической обстановкой того времени, когда интересы личности были отодвинуты на второй план по сравнению с интересами государства и общества.

Составам должностных преступлений в УК РСФСР 1960 года также было уделено много внимания. В рассматриваемый период времени, равно как и в настоящее время, вопросам уголовно-правовой охраны служебной деятельности уделялось достаточно внимания исходя из того, что от качества выполнения своих обязанностей служащими во многом зависит судьба политических, социальных и экономических реформ в стране13. Следует отметить, что составы должностных преступлений в УК РСФСР 1960 года были несколько сужены по сравнению с ранее действовавшим уголовным законом. Сокращение числа составов должностных преступлений произошло за счет перенесения части из них в иные главы, в частности в главу о преступлениях против правосудия. При этом основные составы должностных преступлений остались в данной главе. К этой группе преступлений относились зло-

употребление властью (ст. 170), превышение власти или служебных полномочий (ст. 171), халатность (ст. 172), получение взятки (ст. 173), должностной подлог (ст. 175). Сотрудник органа внутренних дел в указанный период также не выделялся в качестве специального субъекта этих видов преступлений.

В советский период уголовное законодательство зависело от социально-политического развития государства, проводимых реформ и преобразований, которые диктовали потребности и обусловливали содержание уголовноправовых норм. Уголовный закон в исследуемый период времени неоднократно менялся, а как отмечают специалисты, изменения далеко не всегда получают положительную оценку правоприменителей и уголовно-правовой док-трины14. Уголовная ответственность сотрудников органов внутренних дел в случае совершения преступления по службе наступала в рамках ответственности должностных лиц либо специальных лиц, осуществляющих расследование дел. В законодательстве сложилась система должностных преступлений, которая во многом была впоследствии заимствована российским законодателем. Уголовноправовую охрану сотрудников органов внутренних дел существенно усилили в период действия УК РСФСР 1960 года за счет повышенной охраны их жизни, здоровья, чести и достоинства. Можно утверждать, что в указанный период произошло окончательное формирование уголовно-правового статуса сотрудников органов внутренних дел. При этом баланс между уголовно-правовой охраной сотрудников органов внутренних дел и уголовно-правовым воздействием на них был соблюден в максимальной степени.

12 Семенков М.В. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа : дис. . канд. юрид. наук. Рязань, 2007. С. 43.

13 См.: Бражник С.Д., Князьков А.А. Превышение долж-

ностных полномочий (ст. 286 УК РФ): определение и анализ признаков объекта и потерпевшего // Правовая инициатива. 2014. № 1. С. 13.

14 См.: Ларина Л.Ю. К вопросу об изменении судом категории преступления // Юридическая наука. 2013. № 2. С. 56.