С карантина на парад

Столичный мэр Сергей Собянин отменил основные ограничения, введенные в Москве из-за пандемии коронавируса,— режим домашней самоизоляции и цифровые пропуска для поездок. С 9 июня откроются парикмахерские, с 16 июня — летние кафе, музеи и стоматологии, а с 23 июня — рестораны и фитнес-центры. Перчаточно-масочный режим в столице сохраняется. Свои действия мэр объяснил тем, что «пандемия идет на спад». Между тем в Москве ежедневно регистрируется около 2 тыс. новых случаев заболевания, коэффициент распространения COVID-19 находится на уровне 0,93, что, по методике Роспотребнадзора, не соответствует столь масштабным послаблениям. Эксперты считают решение столичных властей политическим, говоря об усталости горожан от ограничений и грядущем голосовании 1 июля по поправкам к Конституции. В мэрии объясняют, что ориентируются «на число тяжелых больных и смертельных исходов, а их количество заметно снижается, и динамика положительная».

Москвичам разрешили гулять и развлекаться, но призвали не забывать про маски и перчатки

Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ / купить фото

О снятии ограничений, введенных в связи с распространением коронавируса, Сергей Собянин сообщил в понедельник в личном блоге. С 9 июня в Москве отменят как 16-значные электронные пропуска для передвижения по городу, так и режим домашней самоизоляции, откроют парикмахерские и уберут ограничения (минимальный пятидневный срок аренды) на работу сервисов каршеринга. С 16 июня начнут работу летние кафе, музеи и стоматологии, а с 23 июня — рестораны и фитнес-центры.

Напомним, режим повышенной готовности был введен в Москве с 5 марта. С 30 марта горожанам предписали самоизоляцию, разрешая сходить в соседний продуктовый магазин и аптеку, вынести мусор и выгулять собаку; нарушителей ждал штраф в 4–5 тыс. руб. С 15 апреля для любых поездок по Москве нужно было получать цифровые коды. С 12 мая горожан при посещении магазинов и аптек обязали носить маски и перчатки. С этого же дня ограничения стали снимать: сначала открыли 88 центров госуслуг и сервисы каршеринга, а с 1 июня — автосалоны, ярмарки выходного дня, гипермаркеты, велопрокат, прачечные и химчистки.

Разрабатывая ограничения, в мэрии выбрали среднее между «жесточайшим карантином и полной остановкой жизни в городе» и вариантом «ничего не предпринимать», рассказал в блоге Сергей Собянин, приведя статистику сокращения числа поездок на транспорте в городе.

Так, 12 марта в общественном транспорте было около 7 млн пассажиров, еще 4 млн граждан совершили поездки на личных автомобилях. В первый день действия пропусков 15 апреля эти показатели составили соответственно менее 1 млн и около 2 млн человек, достигнув минимума 3 мая (0,5 млн и 1,8 млн). Примечательно, что господин Собянин призвал «соблюдать режим самосохранения» и далее: на сайте мэрии пояснили, что это означает сохранение перчаточно-масочного режима при посещении любых общественных мест, а также необходимость ношения маски при выходе на улицу.

Между тем в Москве ежедневно регистрируется около 2 тыс. новых случаев заболеваний коронавирусом. Коэффициент распространения COVID-19 в городе (показывает динамику заражений в регионе за восемь дней), по данным ТАСС, 8 июня находился на уровне 0,93, что, по методике Роспотребнадзора, не позволяет вводить столь масштабные послабления. Согласно документам ведомства, при таком значении коэффициента рекомендуется открывать магазины площадью до 400 кв. м. и учреждения сферы услуг. Но для следующего этапа послаблений (открытие торговых объектов площадью до 800 кв. м. и отдельных образовательных организаций) значение коэффициента должно составлять 0,75. И лишь при 0,5 рекомендуется возобновлять работу гостиниц, ресторанов, школ и вузов, парков и скверов с условием соблюдения мер социальной дистанции.

Источник “Ъ” в столичной мэрии уверяет, что прирост случаев заражения на уровне около 2 тыс. в сутки «сохраняется за счет увеличения тестирования, в том числе и за счет работодателей, которые обязаны тестировать 10% своих работников».

«Сейчас мы больше ориентируемся на число тяжелых больных и смертельных исходов, а их количество заметно снижается, и динамика положительная»,— пояснил источник. Кроме того, по словам собеседника издания, больницы и врачи уже научились справляться с нагрузкой, есть значительный резерв койко-мест, а бригады скорой помощи «заметно разгрузились»: «Высокий уровень тестирования позволяет выявлять заболевание на ранней стадии, не допускать распространения инфекции от заболевшего и не доводить его до тяжелого состояния».

Завкафедрой поликлинической неотложной педиатрии РНИМУ им. Пирогова Борис Блохин не видит логики в снятии ограничений при таком ежесуточном количестве заболевших: «Думаю, просто люди устали, есть и экономические предпосылки. Через две недели можно будет дать объективную оценку чиновников». Молекулярному биологу Ирине Якутенко логика тоже неясна: «Мы достаточно резко при высоких цифрах (зараженных.— “Ъ”) снимаем ограничения. Когда по городу рассеяны 20 больных, рост не будет значительным, а от 2 тыс. больных, которые выйдут из самоизоляции и поедут в метро, он будет значительно выше». «Логично сначала было бы разрешить активности на воздухе, это минимально опасно, а не репетиции творческих коллективов, где много людей находится в замкнутом помещении»,— рассуждает эксперт.

Политолог Михаил Виноградов называет решение столичных властей «реакцией на усталость, которая в обществе была очень сильна от ограничительных мер». «Видно, власти уже не могли сдерживать людей, рвавшихся на свободу. Сейчас будет голосование по поправкам к Конституции, и это все проходит в условиях, когда популярность карантинных мер резко упала. Если сначала они соблюдались и одобрялись, то сейчас народ устал, у многих усилились претензии к власти»,— рассуждает политолог Алексей Макаркин, который считает решение градоначальника «в значительной степени политическим». «Медицинских оснований для ограничений становится все меньше, москвичи засиделись, не смягчать было нельзя, но можно было сделать выход из карантина постепенным, а не радикальным»,— добавляет политолог Борис Макаренко. «Политический элемент, связанный с поддавливанием федеральной властью, которая последнее время была скорее за снятие ограничительных мер, сказывался на решении мэра и мог немного ускорить процесс. Но дело шло к тому, что после 14 июня ограничения и так снимут»,— говорит господин Виноградов.